Initiatory fragment only
access is limited at the request of the right holder
Купить книгу "Убийца" Бубела Олег

Book: Убийца



Олег Бубела

Убийца

Купить книгу "Убийца" Бубела Олег

Глава 1

Клятва верности

Наверное, у каждого в жизни бывали неудачи, у кого-то крупные, у кого-то помельче. В прошлом и у меня случались такие ситуации, когда мои желания не сбывались, надежды не оправдывались, а на душе было тяжело и горько. Но еще никогда я не переживал такого краха... Я потерял Город, потерял его жителей, не сумел выполнить поставленную перед собой задачу. Самое время напиться напоследок и повеситься на ближайшем суку. Именно так бы я и сделал еще годик назад, но моя жизнь в этом мире необъяснимым образом повлияла на мой характер. Поэтому сейчас у меня не было чувства обреченности, нежелания жить, наоборот — я жаждал отомстить тем сволочам, которые заставили меня ощутить эту горечь поражения. Я хотел отплатить им той же монетой.

— Алекс, ты собрался отправиться воевать со степняками? — с сомнением спросил стоящий напротив меня Дин.

— Да, и предлагаю вам составить мне компанию, — ответил я с улыбкой, которая больше напоминала хищный оскал.

Парни удивленно переглянулись, и только Ламин все еще смотрел мне в лицо с решимостью во взгляде. Я знал, что он не откажется и пойдет вместе со мной, но остальных просто был обязан предупредить, рассказать им о том, что их ждет впереди. Да, они мои подчиненные и всегда должны выполнять приказы своего командира, но они еще и мои друзья, поэтому я дам им самим сделать этот выбор.

— Послушайте, что я сейчас вам скажу, — обратился я к парням. — Сейчас вы должны решить, что будете делать дальше. У вас есть два варианта: первый — вы сейчас остаетесь в Городе, дожидаетесь прибытия людей старосты Залина и продолжаете с ними защищать этот населенный пункт. И второй — вы приносите мне клятву верности, после чего я делаю вас лучшими воинами в этом мире и мы вместе идем уничтожать кочевников. Выбор за вами.

Я скрестил руки на груди и принялся ждать, уставившись в землю. Не знаю, сколько их последует за мной после моего предложения, но все же надеюсь, что кроме Ламина наберется еще хотя бы человек пять, иначе вся моя задумка летит к демонам. А может зря я им сказал про клятву верности? Но без неё ведь не обойтись, причем по многим причинам. И дело не только в том, что я просто боюсь, чтобы они вышли из-под контроля. Да, я опасаюсь, что способности, которые они получат, могут легко вскружить им голову, родить в их сознании чувство вседозволенности, которое приведет к весьма плачевным последствиям. А так они будут знать, что у них есть вожак, господин, командир — да можно назвать как угодно! — который всегда сможет их контролировать. Думаю, сам факт этой клятвы уже сработает неким психологическим тормозом, остужая некоторые горячие головы...

— Алекс! — оторвал меня от мыслей голос Крота. — Неужели ты думаешь, что мы тебя можем бросить, когда начинается самое интересное?

Я поднял глаза и обнаружил слабые улыбки на многих лицах.

— Не переживай, командир, — подошел ко мне добродушный Трит и опустил руку на плечо. — Ты же знаешь, мы всегда с тобой!

Он убрал руку и стал рядом, а его место занял Ламин. Он торжественно положил мне руку на плечо и заявил:

— Я должен тебе уже три жизни и поэтому пойду с тобой хоть к демонам!

Я взглянул в его глаза, в которых не было ни капли иронии и только молча кивнул в ответ. Ламин убрал руку и стал рядом с Тритом. А потом приблизился улыбающийся Крот, хмурый Ринок, серьезный Дин... Все ребята, словно исполняя какой-то торжественный ритуал, по очереди стали подходить ближе и, положив руку мне на плечо, говорить о том, что они уже сделали свой выбор. А я в это время стоял, чувствуя неприятный комок в горле, не дающий мне вдохнуть полной грудью и неприятное напряжение в глазах. Последним подошел Волчонок. Чтобы дотянуться до моего плеча, ему пришлось стать очень близко. Со слезами в глазах он прошептал:

— Командир, у меня кроме тебя больше никого нет... Я с тобой!

Я положил руку ему на макушку, потрепав растрепанные кудри, и ответил:

— Ты ошибаешься. У тебя есть все мы. Ведь мы же отряд!

Парни услышали и улыбнулись, соглашаясь со сказанным. Я посмотрел на них, стоящих рядом, и все же решил, что просто обязан добавить несколько слов. Еще чувствуя неприятный комок, мешающий говорить, я негромко сказал:

— Парни, впереди вас ждут не геройские подвиги, не славные сражения, а только боль, кровь и смерть. И неизвестно еще, сумеем ли мы достичь своей цели или навеки ляжем в этой степи.

Ответил мне все так же улыбающийся Крот.

— Командир, мы уже давно не маленькие дети. И не те зеленые новички, которыми пришли сюда. Нам приходилось терпеть боль, а крови и смерти мы уже насмотрелись. Вдоволь.

Он помрачнел и замолчал, а его тираду продолжил Ламин:

— Алекс, даже если мне суждено в скором времени погибнуть, я должен знать, что перед смертью сделал все, чтобы прихватить с собой как можно больше этих выродков!

В который раз оглядев ребят, я понял, что все они поддерживают эти слова. На их полных решимости лицах была уверенность в том, что кочевники еще пожалеют о том, что связались с нашим отрядом. Что ж, это их решение и я постараюсь им дать для этого все возможное. Проглотив этот надоедливый ком в горле, я перешел к действиям:

— Тогда не будем терять времени, у нас его очень мало. Сейчас вы все по очереди будете подходить ко мне и приносить клятву верности. Это не сложно.

На лицах некоторых появилось выражение сдерживаемого страха. А ведь я не шутил, когда предлагал им это. Вот только они напрасно полагают, что я собираюсь превращать их в рабов. Мне это вовсе не нужно, поскольку это самый простой вариант клятвы, а я собирался использовать кое-что посложнее и поэффективнее. Первым, как всегда, нарисовался Крот. Он протянул мне руку, на которой я сделал маленький надрез своим кинжалом и выдавил пару капель крови. Это была стандартная процедура, которая свойственна многим клятвам, ведь лучшей гарантии, чем собственная кровь, найти трудно. Формируя плетение, я использовал полученный материал и одновременно подсказывал Кроту текст клятвы, который он повторял слово в слово:

— Я, Теренс из деревни Рамица, клянусь быть верным своему командиру Эльфу Алексу отныне и до самой смерти. Я клянусь не обращать свои умения против него, не причинять зла его близким словом или делом. Я клянусь, что никогда не предам своего командира и свой отряд. И пусть моя кровь будет свидетельством того, что я не нарушу эту клятву!

Плетение, подчиняясь моему приказу, коснулось тела Крота и моментально встроилось в его ауру так, что стало её неотъемлемой частью. Теперь разрушить его удалось бы только со смертью носителя, вот в чем и заключался главный недостаток этой клятвы. Именно он и вызывал страх людей, потому что они понимали, что пути назад уже не будет в любом случае. Поэтому такая клятва применялась только в крайних случаях или, как показала практика в Рассветной Школе, в весьма небольших кланах единомышленников. Поглядев внимательно на ауру Крота и проверив результат, я кивнул и отпустил его руку, а потом тоном стоматолога на приеме заявил:

— Следующий!

Место пациента сразу же занял Ламин и понеслось. Несмотря на все мои сомнения, от принесения клятвы никто не отказался. И даже те, кто испытывал страх, воодушевленные примером товарищей, собравшись с духом, подходили ко мне и произносили нужный текст. Вообще-то слова в клятве мало что значили, для меня было достаточно и капель крови. Просто я не хотел портить торжественность момента гробовым молчанием в тот момент, когда я вожусь над созданием очередного плетения, поэтому парни и произносили всю эту чепуху, почерпнутую мной из фантастических книжек. Там тоже новички частенько клянутся в верности своему командиру, подразделению и еще правителю, которого я решительно вычеркнул. Пусть знают, что для них царь и бог — это я, а все остальные и не важны вовсе. Это нужно еще и потому, что при конфликте моего приказа и распоряжения, скажем, вышестоящего начальства, парни должны будут без раздумий исполнить то, что хочу я, а не мучиться в сомнениях.

Закончив с Волчонком, который подошел последним, я начал формировать еще одно плетение, которое частенько по понятным причинам выбрасывается из стандартной клятвы верности. Парни стояли и во все глаза смотрели на то, как из моих ладоней вырастало нечто шевелящееся, со множеством отростков-щупалец. Внутренним зрением я видел только сложное многофункциональное плетение, но знал из книг, каким оно должно казаться человеку, не владеющему магией. Поглядев на притихших парней, я улыбнулся.

— А теперь последний штрих!

Мое плетение развернулось и протянуло свои стрелы-щупальца к ребятам. Многие в испуге отступили на шаг, некоторые задержали дыхание, когда отростки коснулись их тел. Зря они так волнуются, подумал я, мне будет намного больнее. Чтобы их успокоить, я начал произносить совсем необязательный текст второго этапа клятвы верности.

— Я, Эльф Алекс, клянусь заботиться обо всех, кто сейчас принес мне клятву верности. Я клянусь всеми своими силами сохранять их жизни и здоровье, не причинять зла им и их близким. Я клянусь не предавать свой отряд, и пусть моя кровь будет гарантией моих слов.

Я надрезал себе ладонь и выдавил из ранки пару капель крови, которые были моментально подхвачены практически полностью развернувшимся плетением. А теперь будет больно, сказал я себе, и отдал мысленный приказ своему творению. Плетение коснулось аур ребят и сплелось с тем образованием, что уже сидело там. Одновременно основная его часть вошла в меня и начала встраиваться в мое тело. Это было больно, это было просто невероятно больно, так что в первый момент я даже успел обругать себя за то, что решился на такую глупость. Нужно было небольшими партиями, пришла последняя мысль, и я погрузился в пучину боли. Барахтаясь в волнах мучений, я решительно отверг протянутую мне руку Темноты, предлагающей мне нырнуть вместе с ней в беспамятство. На это у меня катастрофически не было времени, поэтому я предпочел терпеть.

Пока плетение встраивалось в меня, я едва не сошел с ума от невыносимых страданий, хотя по объективным меркам это заняло всего несколько минут. Когда глаза начали различать хоть что-то, а грохот в ушах стих, я обнаружил себя лежащим на земле в окружении моих обеспокоенных парней. Поглядев на них, я понял, что их этот болезненный процесс совсем не затронул, значит, все прошло удачно.

— Ты как, Алекс? — спросил меня Ламин, помогая встать на дрожащие ноги.

— Командир, что с тобой было? — поинтересовался Дин.

— Это я дурак, не рассчитал немного, — хрипло пояснил я, сплевывая на землю кровь из прокушенных губ и запуская в теле процессы восстановления. — Нужно было провести обратную клятву со всеми по очереди, а я решил время сэкономить...

— Ну и как? — поинтересовался Волчонок уже почти пришедший в себя.

— А что, не видно? — ехидно спросил я, пошатываясь. — Чуть не сдох от невероятных ощущений! Все, больше такие фокусы повторять точно не буду! Экономист, мля...

Да, я сказал Марику чистую правду, потому что действительно едва не умер от ощущений. Дело в том, что вторая половина клятвы верности как раз накладывает обязательства на господина по отношению к его вассалу и именно поэтому все её так решительно опускают. Интересно, подумалось мне, а мастер Лин какой формой клятвы пользуется? Наверняка первой, так как он не маг, а амулетами можно достичь только первой ступени. Вторая обязательно должна проводиться опытным магом, который будет контролировать построение канала обратной связи. Ну, во всяком случае, в книгах, что я удостоился получить от своего учителя, я прочел именно так.

Но я не просто так наложил на себя такие обязанности по отношению к ребятам. Обратная клятва помимо этого недостатка имеет массу преимуществ, которые я даже и не способен перечислить полностью. Но главное — это то, что я теперь имею возможность знать, где парни находятся, чем занимаются, видеть их глазами, а при большом желании и взять их тела под полный контроль. Согласитесь, это весьма немало. И теперь, при необходимости, я могу быть одновременно в двадцати пяти различных местах. Правда с этим придется быть немного поосторожнее, так как человеческая психика для такого явно не предназначена. И болевые ощущения в момент активизации плетения появились у меня потому, что я сразу почувствовал через каналы плетения ощущения всех моих парней одновременно. Думаете, это ерунда? Нет, я не говорю в данный момент об их эмоциях, которые также захлестнули меня с головой, я говорю об их ощущениях. Если бы я проводил обратную клятву с одним, я просто бы ощутил кратковременное удвоение своих чувств, как тогда, когда слился воедино. Хотя в тот момент мне было легче, ведь тело-то было одно, и только эмоции усилились. А когда же я размахнулся и самонадеянно провел клятву с четвертью сотней человек...

Представьте себе легкое касание одежды на вашей коже, которое вы даже не замечаете. Представили? Увеличьте его вдвое. Заметили нажим? Увеличьте еще вдвое. Чувствуете, что ваша одежда приобретает свойства наждака? А если увеличить его еще в три-четыре раза, то получится приблизительно то, что почувствовал я. А ведь есть еще слух, обоняние, про зрение вообще молчу, радуясь, что не ослеп в процессе. Короче, на будущее я запомнил, что больше никогда не нужно пытаться экспериментировать с плетениями на себе. Только на других... Кстати, как я уже говорил, ребята этот процесс вообще не почувствовали, так как полной двусторонней связи у плетения не было. Да это и правильно, ведь тогда при особом желании они получили бы то же, что и я. А ведь никакому господину не понравится осознание того, что слуга в любой момент может взять под контроль его тело, поэтому маги, придумавшие данное плетение, первым делом учли этот момент.

Придя в себя окончательно, я заявил ребятам:

— Садитесь поудобнее, сейчас будем учиться.

  Парни недоуменно переглянулись, а Рокин спросил:

— Ты хотел сказать, тренироваться?

— Нет, учиться, — повторил я. — Сейчас я буду передавать вам свои знания мастера Рассветной Школы, а также еще кое-что...

— А может, ты нас колдунами сделаешь? — деловито спросил Юрлон.

— Нет, магов из вас не выйдет, — вздохнул я. — Способностей никаких. Так что придется вам удовлетвориться тем, что вы станете непобедимыми воинами. Или вам этого будет мало?

Раздались смешки и парни начали рассаживаться прямо на землю. Я сел напротив них и тут же нырнул на свою знакомую полянку, постаравшись растянуть время до предела. Бродя по ней, я отыскивал нужные растения, сразу же запуская их копирование или даже тиражирование, так как их копий мне было нужно очень много. Первым делом я размножил тот самый радужный цветок, отвечающий за интуицию, понимая, что у ребят магического кокона нет, и не будет, а значит, от стрел кочевников они будут вынуждены защищаться только так. Доспехи не являются надежной гарантией, да и уязвимых мест у них много, так что этот цветочек поможет им сохранить жизни.

А дальше копирование пошло без остановки. Понимая, что будущее весьма неопределенно, я копировал им свои навыки разведчика, все знания, полученные в Рассветной Школе, умения эльфийского лучника, да много чего еще. Посмотрев в итоге на получившийся внушительный объем, я мысленно нашел все каналы, тянущиеся от меня к моим парням и, распределив все эти растения по группам, начал перекачку информации. Процесс шел медленно, так как я не хотел повторения случая с подопытным кочевником, которому я выжег мозг, перестаравшись со скоростью. Осторожничал я главным образом потому, что в итоге я буду ощущать то же, что и "счастливчик", у которого будут плавиться мозги. Это также было одним из недостатков обратной связи, поэтому я знал, что когда одного из моих ребят убьют, мне будет очень и очень плохо. Да, мое тело при этом не пострадает, и после этого я смогу очнуться, но все его последние ощущения я испытаю целиком и полностью.

Посмотрев на информацию, я отметил, что она перекачивается весьма равномерно, но с различной скоростью. Так, например, я заметил, что один "пакет" уже полностью был отправлен, поэтому скользнул по каналу в разум того парня, у кого были наибольшие способности к усвоению новой информации. Как я и думал, это оказался Марик. Самый молодой из отряда, он легко принял все полученные знания, мне даже не осталось работы на его лесной опушке. Я лишь плеснул немного энергии, добиваясь более плотного проникновения знаний в разум парнишки. Это нисколько не помешает, подумал я, и вернулся обратно.

А дальше пошел конвейер. Я едва успевал следить за перекачкой и помогал моим знаниям усваиваться в головах парней. Все-таки хорошо, что я решил организовать эту клятву, подумал я, насильно внедряя свои навыки в разум Трита. К сожалению, он настойчиво отторгал новые знания, поэтому мне пришлось самому высаживать все растения на его огород и тщательно следить за тем, чтобы они еще и нормально схватились корнями за землю. Закончив с этой проблемой, я продолжал радоваться экономии времени. Если бы не клятва, я бы провозился очень долго, а так процесс пошел практически одновременно и довольно успешно. Были бы ребята магами, я по этому каналу мог бы им перекачивать еще и энергию, ведь он был полифункциональным. Но мысль по этому поводу пришлось оставить до лучших времен.



Нет, я сказал парням правду, способностей у них не было никаких. Но ведь и у меня в самом начале было также. Ведь в свое время я долго занимался раскачкой своих задатков, да и чего скрывать, занимаюсь этим до сих пор. Может быть, и парням также можно вложить в голову информацию об основах магии, а потом они сами будут кропотливо развивать свои силы? Или обеспечить им резкий сдвиг, использовав слияние аур, как получилось с Алоной? Нет, друзья и родственники — это разные категории и не стоит пока переводить ребят из одной в другую. Хотя магами им стать совсем не помешало бы, но у нас нет времени на это. Чтобы стать весьма средним магом мне понадобилось больше полугода. Нельзя сказать, чтобы я занимался ежедневно и с большим упорством, ведь, как правило, свободного времени у меня оставалось очень мало. А ведь сейчас у нас его вообще нет. Степняки уже рядом, до активных боевых действий остались считанные дни. Я просто не смогу настолько раскачать парней, чтобы они смогли магически противостоять врагу. Сталью и стрелами у них выйдет в десятки раз лучше, поэтому я оставил все мысли по этому поводу и закончил с последней передачей. Вынырнув из подсознания, я оглядел ребят. Некоторые недоуменно мотали головой, многие массировали себе виски. Знаю-знаю, подумал я. Теперь головы у вас будут еще долго болеть, но ничего — глоток лимэля и все как рукой снимет!

Я встал и сказал парням:

— Вот и все! А вы боялись...

— Но я ничего не чувствую, — сказал мне Крот, неуверенно поднимаясь следом.

Я взглянул в его недоуменное лицо и решил, что лучше будет один раз показать. Молниеносно выхватив из-за спины клинок, я нанес удар в горло Крота. Этот удар был смертельным и если бы я не был уверен, что все получилось, то такого делать бы не стал. Но я только что сам лично проследил за усвоением его разумом новых знаний и действовал наверняка. Крот, не меняя выражения лица, лишь чуточку сместился влево, пропуская мой клинок, а затем также быстро выхватил свой и рефлекторно нанес мне удар в ответ. Я едва успел поставить защитный кокон, но меч парня замер в сантиметре от моей шеи. Усмехнувшись, я порадовался, что парень все же сумел в последний момент остановить удар, значит, новые знания прочно перешли в разряд навыков, которые уже могут контролироваться разумом. На рефлексах ведь далеко не уедешь, подумал я и убрал свой клинок в ножны. В этот момент Крот демонстрировал мне, насколько у человека может отвиснуть челюсть.

— Еще вопросы будут? — ехидно спросил у него.

Парень опустил свой клинок и закрыл рот, а потом огляделся. Все остальные ребята, стоящие рядом также выглядели весьма удивленными. Быстро придя в себя, Крот широко улыбнулся и заявил:

— Вот теперь можно и воевать!

Я кивнул и отдал приказ:

— Сейчас отправляйтесь к воротам, где остались тела защитников. Всем, кто еще не имеет за спиной пары клинков, взять себе подходящий меч у погибших, а потом как можно быстрее найти своих лошадей и ждать меня там. Куда мы поедем, объясню по дороге, — добавил я, чтобы не было лишних вопросов.

— А... — начал было Дин, но я коротко рявкнул:

— Выполнять! Каждое мгновение дорого!

Ребята резво покинули двор и побежали за лошадьми, а я начал прикидывать, что мне нужно взять с собой. Затем на всякий случай зашел в дом и взял из сумки второй колчан с эльфийскими стрелами, а также кинжал моего учителя, который прикрепил на пояс слева. Пригодится, ведь, как говорится, запас карман не тянет. Остальное я брать не стал, так как планировал в скором времени сюда вернуться. Кстати, нужно было еще сказать ребятам... А что мешает мне сделать это сейчас? Улыбнувшись, я сформировал мысль-приказ и отправил её по всем магическим каналам, связывающим меня с парнями. Все еще улыбаясь, я побежал к воротам, представляя, как каждый из парней вдруг отчетливо услышал мой голос у себя в голове:

— Возьми не меньше сотни стрел у мертвых кочевников и проверь свой лук!

Пристраивая колчан за спиной, я прикидывал план предстоящей операции. Напасть с разгону не получится. Вернее, получится, однако ни к чему хорошему это не приведет. Да, нам удастся завалить несколько сотен степняков, но потом в дело вмешается маг, которому некто из начальства приказал использовать магию только в крайних случаях. Интересно, почему? Чтобы не пало и тени подозрений на то, что в дело влезла Империя? Но ведь о ней и так знают все, кто имеет уши. Хотя... Если бы я не раскопал сведения о финансировании, знал бы Фариам о том, что нападение степняков — дело рук имперцев? Вряд ли. Догадываться мог, ведь голова у него варит, но точной уверенности у него бы не было, а значит, и с военной помощью соседей он вполне мог пролететь, как фанера над Парижем.

Вот тут имперцы грамотно рассчитали. Разве станет умный правитель оголять границы, со дня на день ожидая нападения? Разумеется, нет. Именно поэтому, до выяснения того, что удар будет по Мардинану, Фариам на помощь соседей мог не рассчитывать. Сейчас же ситуация изменилась, что не могут не сообразить имперцы. Я подозреваю, что шпионов у них хватает, поэтому вряд ли останутся незамеченными разговоры о военной поддержке, что идут сейчас в верхах. Вот только как они на это отреагируют? Снимут магам запрет на использование своих сил или будут до последнего надеяться, что все это не вылезет наружу?

Ладно, эти мысли можно оставить. Что в первом, что во втором случае моя роль не изменится. Будем надеяться, что Фариам достаточно умен, чтобы не рассказывать все это каждому встречному, а постарается договориться с соседями по-тихому, чтобы никто из имперцев не пронюхал. Так, оставлю это у него на совести, но завтра, если выживу после боя, нужно будет связаться с ним и объяснить ситуацию, ведь про магов я ему сообщить вроде бы не успел, хотя и обещал докладывать почаще. Так что, пусть теперь порадуется вместе со мной!

К нашим лошадям я подоспел не самым последним, обнаружив свою уже отдохнувшую кобылку мерно щиплющей траву. Забравшись на неё, я машинально проверил свой лук и оглядел парней. У всех за плечами я заметил по две рукояти клинков, что меня весьма обрадовало. Так как я владел техникой двуручного боя, то и парням легче будет управиться с двумя клинками, чем таскать с собой еще и щит. Интересно, сколько же клинков осталось в Городе? Если последнюю партию мечей кузнец начал делать с расчетом только на моих парней, в то время как воины Хагела уже имели по паре, то можно предположить, парни забрали почти все клинки у мертвых защитников. Ничего, подумал я, полную ревизию имущества можно провести после возвращения в случае удачи, а если наше нападение провалится, то вопрос с оставленной без присмотра эльфийской сталью будет волновать меня меньше всего.

Ладно, хватит терять время. Я пересчитал парней и выяснил, что не хватало всего двоих, но и те с колчанами наперевес уже выбегали из раскрытых ворот. Не дожидаясь их, я скомандовал:

— Вперед!

На скаку я продолжал обдумывать план боя, от которого меня отвлекли посторонние мысли. Итак, на чем я остановился? На том, что маг, вступив в схватку, просто передавит по одному моих ребят, а меня, обезумевшего от боли, возьмет тепленьким, если раньше степняки в капусту не покрошат. Вывод — сперва нужно валить мага. А как это сделать? Только незаметно, потому что на открытое противостояние у меня умений не хватит. Прикинув по солнцу, что сейчас примерно часов шесть вечера, я начал просчитывать время нашего прибытия. Получается, что часа в четыре утра, во время "собачьей вахты", которая я до сих пор не знаю, почему так называется, мы сможем добраться до лагеря.

Дорога — это не проблема, я её хорошо знаю по воспоминаниям Макра. Вот только одно мне непонятно, почему он поперся с юга, когда самый прямой путь пролегал через мои сигналки на юго-востоке? Через мгновение мне пришло воспоминание о том, как Макр с Лооком спорят над картой, как лучше всего провести отряд и первый выбирает длинный путь только для того, чтобы насолить брату и напомнить, кто в походе главный. Что ж, Макр, можешь порадоваться где-то там в ином мире, твой выбор принес отряду успех, вот только весьма ненадолго...

— Командир, ты обещал рассказать, куда мы едем, — обратился ко мне скачущий рядом Крот, когда мы проехали уже примерно час.

— Извини, задумался, — ответил ему я. — Короче, где-то ранним утром мы должны достигнуть тренировочного лагеря кочевников, который располагается у места, что называется Белая Скала. Там нас будут поджидать около тысячи степняков (ну это я слегка приуменьшил), десяток наемников-имперцев, один имперский герцог, которого все зовут Советником, и маг, который устроил нам нападение мертвяков.

Несмотря на шум скачки, я услышал, как справа Ламин заскрипел зубами. Обернувшись, я увидел, что и остальные ребята, слышавшие мой голос, начали злиться, видимо то нападение сильно им потрепало нервы.

— Действовать будем так, — продолжил я, переходя на мысленную речь, чтобы было всем слышно. — Рано утром, когда будет еще темно, мы подъезжаем к небольшому овражку рядом с лагерем, где оставляем своих лошадей. Затем вы окружаете степняков на равномерном удалении друг от друга, бесшумно вырезаете дозоры, которые там непременно будут, и ждете моей команды, приготовив лук и стрелы. В это время я расправляюсь с магом, беру за шкирку Советника и оттаскиваю его подальше, чтобы после боя расспросить хорошенько. Как только я вернусь обратно в лагерь, то наведу там шороху, чтобы степняки проснулись, и стали пытаться меня прирезать. В это время вы подбегаете поближе и расстреливаете их, следя, чтобы не ушел ни один, поскольку это не единственный лагерь, который я планирую распотрошить таким образом. У кого-нибудь возникли вопросы? Можете задавать их мысленно, я услышу.

— А ты что теперь всегда наши мысли читать будешь? — удивился Крот.

— А я было думал, откуда у меня голос в голове появился, — донеслась радостно-облегченная мысль Рика

— А мы теперь друг с другом тоже можем общаться, не раскрывая рта? — простодушно поинтересовался Трит.

Я мысленно сплюнул и ответил всем сразу:

— Нет, так общаться друг с другом вы можете только через меня. А если в будущем захотите ко мне обратиться таким образом, то просто сосредоточьтесь и мысленно закричите мое имя. Я услышу.

Тут же донесся оглушивший меня мысленный вопль Нимоша:

— А-а-але-е-екс!!!

Я даже голову пригнул, спасаясь от шума, поэтому почти не услышал его вопрос:

— Вот так примерно?

— Твою мать, Нимош! Я же сейчас с тобой разговариваю, на хрена так орать?! Это я сказал для того, чтобы вы могли дозваться меня в экстренных ситуациях. Или ты думаешь, что я ваши мысли теперь всегда буду читать? Да что в них интересного? Одни желания — поспать, поесть и по бабам!

Парни захохотали, а я закончил:

— Короче, план такой — скачем и скачем. Когда в нем будут изменения, я вам сообщу.

И я прервал связь. Очень удобная штука это плетение, с каждым разом при его использовании я убеждаюсь в этом все больше и больше. А главное — невозможно ни снять, ни уничтожить, а значит, теперь в парнях я уверен на все двести. Интересно, а у наемников стоит такое же? Или все-таки их "наниматели" не утруждали себя и ограничились первой ступенью? Ведь если обратная связь присутствует, то валить их нужно в первую очередь, иначе проблем потом не оберешься. Нет, я не думал, что их хозяева вдруг воплотятся в них и будут использовать наемников в виде кукол при нашей атаке. Просто когда они будут умирать, то тот, кому они принесли клятву, обязательно будет видеть, кто их убил, а информацию о нас я пока не хотел разглашать. Рано еще. Сейчас главное наше преимущество — внезапность и я не хотел бы его лишиться.

Сейчас перед нами стоит задача — уничтожить один лагерь и разведать, где поблизости обретаются похожие, а уже потом мы целенаправленно будем отвлекать на себя силы кочевников, вынуждая их задействовать все больше людей... Так, это я сильно забегаю вперед, а ведь еще даже не знаю, сумею ли справиться с этим магом, который сейчас находится у степняков, но уже строю грандиозные паны. Отставить! Слишком часто в последнее время все мои четко расписанные и продуманные планы отправлял к демонам маленький пушистый зверек. Так что и сейчас не будем загадывать так далеко. Кто-то в моем мире советовал, что нужно жить одним днем. Я, конечно, понимаю, что он далеко не это имел в виду, но предпочту последовать его мудрому совету.

Глава 2

И возмездие придет

Мы скакали долго, выжимая из наших лошадок все, на что они были способны. Когда усталые животные уже начинали спотыкаться, мы переходили на шаг, давая им немного отдыха, а потом снова понукали скакать быстрее. Я понимал, что единственный наш шанс на благополучный исход дела — это то, что мы нападем на сонных кочевников. Если ко времени нашего прибытия они уже успеют проснуться, то нам придется лишь развернуться и убираться подальше. И дело не в том, что мои ребята хотя и получили мои знания, но еще недостаточно хорошо владеют своими телами, чтобы их применять (хотя и это тоже было немаловажной причиной). Просто я очень надеялся убить мага во сне, понимая, что мои шансы на успех становятся минимальными, если я застану его бодрствующим и полным сил.

Именно поэтому мы не жалел бедных четвероногих и гнали что было сил. Если бы я отправился один, можно было применить одно весьма жестокое плетение, превращающее лошадь в неутомимый механизм, что способен сутками держать предельный темп. Вот только это плетение разрушает организм животного и приводит к быстрой смерти. Но не это было главной причиной, из-за которой я не стал его применять. Просто плетению должна даваться постоянная подпитка от наложившего его мага, что обеспечивалось простым присутствием последнего в седле лошади. А так как я одновременно не могу касаться стольких лошадей, чтобы передать им свою силу, то этот вариант пришлось вынужденно отбросить.

Большие проблемы начались после того, как наступила ночь. И хотя я, обладая превосходным зрением, позволявшим мне хорошо видеть в абсолютной темноте, старался скакать впереди, выбирая ровную и хорошую дорогу, остальные испытывали неудобства. Тогда мы пробовали скакать плотной группой, но все равно это не сильно помогло. Когда несколько лошадей чуть не переломали себе ноги о неожиданно попавшиеся на пути камни, я решил рискнуть и зажег светляк. Толку от него было немного, потому что я боялся увеличивать яркость, так как в темноте свет виден за десятки километров. Спустя несколько минут парни попросили меня его потушить, потому что мелькание теней ничуть не помогало им выбирать ровную дорогу.

Задумавшись над этой проблемой и дав лошадям полчасика передохнуть, я нашел выход — изменил плетение светляка, превратив его в слабо светящийся туман, который благодаря привязке ко мне стелился впереди и освещал путь. Он не был ярким, но достаточным, чтобы парни и их лошади моги ехать, не опасаясь неприятностей. Больше всего это походило на то, что в отдельном участке ночи каким-то образом вдруг наступили сумерки. Благодаря моему изобретению мы вновь смогли увеличить скорость передвижения, но все равно меня терзали смутные сомнения, что мы успеем вовремя, поэтому я не жалел лошадей, да и задницы своих ребят. К слову, они уже успели освоить навыки верховой езды, которые я передал им, скопировав из доставшейся памяти Макра, поэтому в седлах держались уверенно, как прирожденные всадники, ничуть не напоминая неумех, с десяток дней назад впервые увидевших лошадей.

В итоге, несмотря на все мои опасения, мы достигли нужного овражка, уложившись в отведенное мной время, где и оставили взмыленных лошадей. Неслышными тенями мы пустились дальше на своих двоих. До лагеря было всего двадцать минут бега, поэтому мы сразу же условились, что я пойду первым, а ребята двинутся следом спустя некоторое время, чтобы не вспугнуть врага раньше времени.

— Запомните, чтобы ни один не ушел! — напомнил я парням и бесшумно направился к лагерю.

Первым делом я увидел своим магическим зрением, что впереди был дозор из трех человек, которые сидели и упрямо таращились в темноту за пределами лагеря. Видимо, тут строгие порядки, подумал я, раз никто из них не позволяет себе вздремнуть на посту. Понаблюдав за ними с минуту, я просто выпустил три магических стрелы и подождал, пока энергия из трех мертвых тел не переместиться туда, где ей было самое место — в мой сафрус, который все еще находился у меня в желудке. Оглядев местность, я заметил еще два дозора, которые также состояли из троек степняков и охраняли южный и северо-западный подходы к лагерю.

Для моих стрел было явно далековато, поэтому я просто мысленно обратился к парням:

— У большого камня с юга сидят трое дозорных, как будете обходить лагерь, или сразу убейте их стрелами, или сделайте так, чтобы они вас не заметили, у этих дураков костер горит, вам будет проще. Еще трое сидят в пятидесяти шагах от крайнего высокого шатра, эти без огня, так что постарайтесь их убивать только тогда, когда будете уверены, что сделаете это бесшумно. И начинайте выдвигаться, потому что начинает светать. Конец связи.



Да, небо уже начинало светлеть, поэтому нам следовало торопиться. Здесь тумана и утренней дымки не будет, поэтому дозорные, как только немного прояснится, сразу же заметят перемещения моих парней и поднимут тревогу. Лишь бы сами ребята шума не наделали, подумал я, достигая крайнего ряда шатров. В лагере было тихо, но кое-какие шевеления все же были. Повара с раннего утра в дальнем конце начинали готовиться к грядущему завтраку, а в противоположном от меня направлении некто, страдающий бессонницей, натачивал свой меч. Решив отыскать палатку с магом, я усилил магическое зрение.

Оглядевшись, я не обнаружил ожидаемого яркого пятна ауры мага и озадачился. Неужели этот гад успел слинять? Тогда и советника я здесь тоже не увижу, хотя и очень хочется поговорить с ним по душам. Вздохнув, я уже хотел было скомандовать ребятам, чтобы приступали к активным действиям, но моя интуиция посоветовала мне не торопиться. Еще раз оглядевшись, я начал искать малейшие признаки магических плетений, проверяя все шатры, один за другим. Хоть лагерь был значительно больше Города, но и я теперь не тот неумеха, который не мог пользоваться своим магическим зрением, поэтому мне не составило труда целиком охватить всю его площадь.

В нескольких палатках я заметил магические плетения в свернутом виде и догадался, что это наверняка какие-нибудь амулеты. Но вот в самом центре, я увидел нечто странное — один шатер был буквально оплетен магической паутиной, которая была разновидностью моей сигнальной нити, но покрывала пространство гораздо плотнее. В этом шатре магический фон явно был завышенным, судя по всему, маг недавно опять занимался своими экспериментами. Прикинув направление, я неслышно стал пробираться к цели. Пару раз мне приходилось вжиматься в землю и надеяться, чтобы кочевники, которым приспичило отлить, меня не заметили. Убивать я их не стал, так как не был уверен, что их товарищи не дожидаются возвращения этих писунов. И поэтому мне приходилось изображать из себя обычный камень и терпеливо дожидаться, когда они пройдут мимо.

На третьем мне не повезло. Видимо, этот кадр вечером выпил довольно много жидкости и сейчас решил, что добежать до конца лагеря просто не успеет, поэтому просто завернул за ближайший шатер и достал свой инструмент, которым принялся увлажнять каменистую почву, шатер своих товарищей и мои штаны. Я стоял, вжимаясь в шкуры, и мрачно наблюдал за тем, как он опорожняется, одновременно запоминая его лицо, с блаженным выражением обращенное к звездам. Ну, поссыкун, я тебе еще припомню! Нет, чтобы, как все нормальные люди, стоять спокойно, так он еще и вертится в разные стороны! Художественный писун, мать бы его! Умудрился изгадить мои форменные штаны, которые я только недавно постирал!

Кочевник наконец выдохся и, подтянув свои штаны, отправился досыпать, не меняя блаженного выражения лица. Как мало нужно человеку для счастья, прокомментировал я про себя его поведение и направился дальше, благо до нужного шатра осталось всего три десятка шагов, а больше желающих облегчиться на мои штаны в округе не замечалось. Подойдя к незнакомому плетению, я остановился и задумался. Ясно, что трогать его руками было бы неразумно, но вот как его снять, чтобы не разбудить хозяина?

Я внимательно рассматривал плетение. Все правильно — обычная сигналка, никакого боевого механизма тут не стояло. Она была накинута на весь шатер и сообщала владельцу о незваных гостях, даже если те надумают пробраться через крышу. Правда, от сигнала до того момента, когда вооруженные гости ворвутся внутрь, прошло бы всего несколько мгновений, но опытному магу их будет достаточно, чтобы проснуться и укрыться защитой. Как же снять эту дрянь? Я начал искать источник энергии, без которого всю структуру плетения можно будет легко развеять, и вскоре обнаружил его. Как я и предполагал, он располагался рядом с блоком, отвечающим за механизм срабатывания сигналки. Имперская школа, подумал я, стандартная схема.

Я уже было мысленно дотронулся до источника, чтобы быстро перекачать всю его энергию себе, как вдруг моя интуиция опять посоветовала мне не спешить. Приглядевшись внимательно, через некоторое время я обнаружил еще один совсем незаметный блок-образование, который представлял собой своего рода тревожную кнопку со своим маленьким зарядом энергии, так сказать, страховочный вариант. Рассматривая его, я подумал, что сегодня моя советчица уже дважды уберегла меня от необдуманных поступков. Конечно, хорошо, что у меня есть такая помощница, но может быть и мне следует перестать себя вести, как зеленый простачок?

Спустя несколько секунд я аккуратно опустошил этот блок, стараясь не повредить линию паутинки, к которой он крепился. И ежу было понятно, что когда некто обесточит сигналку, линия пропадет, а данный блок сработает, посылая сигнал владельцу. Не очень хитро, но не будь у меня такой интуиции, вполне могло бы сработать. Расправившись с блоком, я легко обесточил сигналку и развеял плетение, после чего достал свой кинжал и аккуратно разрезал слой шкур в одной из стенок шатра. Клинок скользил мягко и благодаря бритвенной остроте не производил никакого шума. Разрезав шкуру по вертикали примерно на метр, я вернулся к началу разреза и стал делать горизонтальный надрез, но тут же остановился и замер.

Все дело в том, что из отодвинувшегося угла шкуры пробился неяркий свет, какой только может издавать слабый магический светлячок, а это заставляло задуматься. Дело в том, что он как раз является не полноценным плетением, а своего рода сгустком сырой силы, которая медленно превращается в свет. Это не магический светильник, что горит ярко, а также имеет функции активации и выключения. Вот в нем уже есть полноценное плетение, хотя и предельно простое. Но главное не в этом, важно, что такие светляки используются в основном тогда, когда маги работают над особенно сложным плетением. Ведь любое плетение, пусть самое простое, может легко наложиться на то, которое хочет создать маг, и приведет к печальным результатам. Бабахнуть может и не бабахнет, но структуру плетения точно придется создавать заново.

Но это я отвлекся на изначальные принципы магии, прошу меня простить. А в тот момент я просто замер с клинком в руке, понимая, что маг находится внутри и более того, как раз сейчас бодрствует. Магическим зрением я заглянул внутрь и увидел только пустоту. Никакого следа ауры, маг не пожелал определялся! Хотя я прекрасно понимал, что тот должен быть внутри, ведь сигналку он поставил не просто так, чтобы пойти прогуляться, да и светляк горит. Хотя, конечно, все может быть. Но тогда... Поспешив развеять свои сомнения, я заглянул в щелку.

Я не ошибся, маг был в шатре, и сна у него не было ни в одном глазу. Это я понял исключительно по его движениям, нервным, отрывистым, поскольку маг стоял ко мне спиной и чертил что-то на листке бумаги, который лежал на столе перед ним. Понаблюдав за ним, я понял, что он настолько увлечен своим занятием, что у меня вполне может получиться застать его врасплох, ведь отступать я просто не имел права. Особенно теперь. Поэтому я продолжил делать разрез своим клинком, смотря магу поверх головы и напевая про себя "Я тучка, тучка, тучка...". Несмотря на все заверения скептиков, я знал, что любой человек может почувствовать устремленный на него внимательный взгляд, поэтому просто перестраховывался.

Доведя разрез до опоры шатра, я медленно отогнул край шкуры и так же медленно, не издавая ни малейшего шума, перешагнул преграду. Больше всего я волновался, что маг услышит шорох моей одежды, но тот в это время бормотал нечто себе под нос. Экспериментатор опять что-то придумывал, понял я, а может быть и совершенствовал то плетение, которое испытывал на нас. Лично мне его исследования были по барабану. Сейчас мне важно было понять, почему я не видел его ауры. Оглядев стоящую передо мной фигуру, я перешел на магическое зрение и стал внимательно рассматривать мага.

Да, я понимал, что поступал глупо, что мне нужно было поскорее валить его и начинать общую атаку, но все же продолжал изучать пространство передо мной. Вначале я не увидел ничего, но потом заметил что-то вроде колышущейся дымки в том месте, где должна была находиться аура. Она как раз повторяла контуры фигуры, но была слаборазличима. Я начал понимать, что каким-то неведомым образом маг создал некое поле, которое своей внутренней стороной просто не выпускает излучение ауры за пределы тела, а в то же время наружной изображает обычный воздух. Хитро, подумал я, ведь если бы этого наружного слоя не было, то я бы увидел черную дыру в пространстве, а так только воздушное марево. Вот только непонятно, как же он этого добился...

И тут внезапно я увидел, что маг повернулся. Рефлексы сработали моментально, и клинок ласточкой выпорхнул у меня из руки. Я перешел на обычное зрение и увидел перед собой мага, которому мой кинжал пробил висок, протягивающего руку к стоящему на столе блюду с фруктами. Через мгновение тело начало падать, а я очнулся и все же успел подхватить его магическим захватом. Переходя на магическое зрение, я увидел, как со смертью своего носителя начинает постепенно разрушаться то плетение, которое он наложил на себя, чтобы остаться незамеченным. Я увидел, что в дымке появляются прорехи, из которых начинала виднеться яркая аура умершего мага, которая начала терять свою форму и превращаться в обычную силу. Подскочив к нему, я прикоснулся к телу, надеясь, что мои смутные догадки, промелькнувшие в голове за доли секунды, окажутся верными.

Мне повезло, плетение почувствовало мое еще живое тело и словно разумный организм стало переползать на мою кожу, тут же восстанавливая разрывы в своей структуре и начиная подпитываться моей энергией. Я замер и стал наблюдать, как плетение медленно захватывает мою ладонь и поднимается выше. Подождав, пока оно полностью не перейдет на меня, оставив мертвое тело, я начал внимательно изучать его структуру. Оно было не просто сложным, оно напоминало произведение искусства. Мне, со всеми моими познаниями потребовалось бы немало времени, чтобы придумать его, даже если бы я знал, в каком направлении нужно копать. Хорошо, что я вовремя вспомнил плетение "свиной грипп", подаренное мне этим же магом и понял, что все его работы имеют явно выраженный принцип самоподзарядки и самовоспроизведения. Рассматривая структуру плетения, я все продолжал поражаться той гениальности, которую продемонстрировал её создатель, но быстро оборвал сам себя. Сейчас на это нет времени.

Я повернулся к магу и стал впитывать его силу, которой он накопил весьма немало. Теперь его разрушающаяся аура была видна и представляла собой яркий бесформенный сгусток энергии, который медленно вливался в меня. Постояв над телом и дождавшись полного впитывания, я проверил плетение маскировки. Оно на мои действия никак не отреагировало. Для пробы я создал лезвие, таран, щит, защитный кокон — все это не причиняло плетению никакого вреда, а защитный кокон даже не пытался с ним взаимодействовать, видимо в плетении был еще заложен автоматический принцип сохранения своей структуры. Еще раз повосторгавшись изобретением, и отвесив мертвому телу уважительный поклон, я вылез из шатра и отправился на розыски Советника.

Справедливо полагая, что маг нужен был главным образом для защиты герцога, я подумал, что Советник должен быть неподалеку, и отправился обыскивать шатры, расположенные рядом с этим. В первом обнаружился отряд стражи, который после моего посещения заснул навеки. Я не стал с ними церемониться и раздал каждому по магической стреле в лоб, уменьшая количество противников. Так как опасаться мне уже было некого, я не особо таился, и результатом этого стало то, что когда я собрал энергию мертвых воинов и вышел из шатра, меня обнаружил один из воинов. Судя по его виду, он целенаправленно обходил лагерь, а не просто вышел отлить, так как был в полном вооружении и при луке.

Я запустил в него лезвием, но он все же успел издать сдавленный писк, когда перерубленный пополам валился на землю. На этот звук из шатра напротив показалась голова, которая получила магическую стрелу и с недоуменным выражением на лице и аккуратной дыркой во лбу скрылась в шатре. А потом из этого же шатра раздался дикий крик, видно там не все спали. Посланное на звук лезвие погоды уже не сделало, крик подхватили и лагерь степняков загудел, словно разбуженный улей. Я обратился мысленно к ребятам и спросил:

— Как продвигается дело с окружением лагеря?

— Все нормально, три поста дозорных полностью мертвы, мы все сидим вокруг лагеря, так что ни один не прошмыгнет! — доложил мне Крот. Остальные ребята тоже загомонили, и я поморщился, подумав, что нужно сделать парочку или тройку сержантами, чтобы прекратить такой бардак.

— Слушайте все, мы начинаем. Можете стрелять.

Я оборвал связь, понимая, что в этот момент ребята поднимаются со своих мест и бегут поближе к лагерю степняков, чтобы начать расстреливать сонных кочевников. Раздавая не в меру любопытным степнякам магические плюхи, я продолжал осматривать соседние шатры. Второй оказался напрасной тратой времени — я быстро запустил десяток лезвий, перерубивших находившихся там степняков и выскочил обратно. На подходе к третьему я понял, что именно с него и нужно было начинать, потому что в этот момент наружу выскочил Советник, в окружении пятерых наемников. Это хорошо, бегать не придется, подумал я и подскочил к ним.

Первый наемник получил хороший удар в висок и рухнул под ноги. Второй оказался более прытким и успел взмахнуть мечом, вот только пропустил мой удар в солнечное сплетение и согнулся пополам, получив вдогонку удар кулаком по макушке. Третий и четвертый наемники старательно закрывали Советника с пятым, которые в это время пытались удрать сквозь строй подоспевших на место боя степняков. Решив не отвлекаться, я просто стянул шеи наемников магической петлей и подержал пару секунд, понадобившихся мне, чтобы основательно проредить набежавших кочевников с саблями. Когда тела перестали дергаться, я отпустил петлю, проверив их ауры. Как я и думал, они были живы, но в аурах я заметил явное чужеродное плетение совсем не похожее на то, что накладывается при клятве верности.

Пообещав разобраться с этим, я рванул вслед за Советником. А вот дальше стало совсем плохо. Проснувшиеся кочевники схватились за луки и первый же залп чуть не задел меня. Лишь благодаря моему шестому чувству я сумел за мгновение до стрел метнуться в сторону и врезаться в попавшийся по пути шатер. Выругавшись, я обматерил свои инстинкты, которые были заточены на рукопашный бой, а не на магическое сражение. Отлипнув от шатра, я активировал свой защитный кокон и швырнул в лучников пару гранат, разорвавшихся с оглушительным треском. Вот только при этом не было картинного разлетания трупов, так как ударной волны мои гранаты не делали. Просто несколько десятков лучников вдруг осели на землю, украшенные многочисленными сквозными отверстиями в телах.

Видя, что на подмогу им приближается более мощный отряд, состоящий минимум из сотни людей, уже с дальнего расстояния начинающих осыпать меня стрелами, я вспомнил о своей цели и побежал вслед за Советником. Миновав несколько шатров, я увидел, что тот уже практически достиг границы лагеря. Вытянув вперед магическую петлю, я захватил шею советника и крепко сжал, стараясь не повредить позвоночник. Последний наемник, видя такое издевательство над охраняемым, кинулся ко мне. Это было очень кстати, потому что далеко бегать мне не хотелось. Подождав его приближения, я встретил его меч раскрытой ладонью. Наемник очень удивился, когда его удар, который должен был развалить меня надвое, был остановлен моей рукой без оружия. Пользуясь охватившим наемника секундным замешательством, я левой рукой врезал ему в лоб, лишая сознания. Наемник упал на землю передо мной, получив вдобавок стрелу в правое плечо от подоспевших кочевников.

Я поморщился от боли в руке, так как этот гад практически поломал мне кисть. Ведь мой кокон — это не доспехи, он эластичный. Хотя и может выдерживать страшные по силе удары, но все же прогибается под ними. Так я сейчас, например, чувствовал, что моя спина под ливнем стрел медленно, но верно превращается в сплошной синяк. Повернувшись к кочевникам, я обругал себя еще раз и просто расширил мой защитный кокон, отдалив от тела на два сантиметра. Сразу же неприятные ощущения от попаданий исчезли, и я занялся тем, для чего мы сюда пришли — уничтожением живой силы противника.

Сегодня я знал, что времени у меня масса, поэтому я не только оттачивал свои магические навыки, но и пробовал новые элементы и ранее неиспользовавшиеся плетения, делая соответствующие выводы. Несколько сот кочевников, напавших на меня с луками, были полностью уничтожены десятком гранат второго типа. Затем пришел черед тех, которые думали, что кожаные доспехи спасут их от моих магических стрел. Еще на десятерых я испытал молнию и решил, что хоть и выглядит это эффектно, но все равно энергии на неё тратится непозволительно много. "Свиной грипп", испробованный мной на нескольких подопытных, показал плачевные результаты. Зараженным умирающим людям не давали вступать в контакт с другими сами кочевники, поэтому после двух попыток дело стало ограничиваться всего одним трупом. Признав его неэффективным в бою, я попробовал совмещенный огненный шар и лезвие. Получилось красиво, но слабо.

А потом кочевники рядом со мной внезапно закончились, а остальные вдруг вспомнили про осторожность и начали отступать в центр лагеря. Подумав, что раз гора не идет к Магомету, я отправился за ними. Уничтожив еще пару сотен, я добрался до шатра главного, у которого суетился Юсув, отдававший приказы группе оставшихся в живых опытных воинов. Почему опытных? Да просто они были в доспехах и на новичков не тянули. А ведь я и не знал, что у кочевников есть свои латники, хоть и немного, но все же есть. На них я потратил всего одно лезвие, ради эксперимента наполнив его предельным количеством энергии. Сразу с полсотни кочевников лишились голов в один миг. Тех, кто не попал под действие этого плетения, я быстро добил, понимая, что доспехи вполне могут помочь им добраться до моих ребят.

На этом все практически закончилось, так как это был последний очаг организованного сопротивления. Я еще немного побродил по центру лагеря, уничтожая без лишних изысков и экспериментов отдельные малочисленные группки. Бой подходил к концу и организованный лагерь степняков моими стараниями превратился в кровавую мясорубку. Сотни тел, разбросанных по округе, где поодиночке, а где и целыми грудами, навевали на меня мысли о жуткой нереалистичности происходящего. Отогнав сомнения, я продолжил кровавую работу. Бездумно, механически я уничтожал живых людей, отключив эмоции и оставив только цель — убить их всех. Но и этот кошмар закончился. Последние несколько сотен кочевников, спасая свои жизни, организованно рванули на всех парах прочь, спеша выбраться из обреченного лагеря, и попали прямо под стрелы моих подоспевших парней...

Спустя еще несколько минут бойня прекратилась, так как в пределах моей видимости больше не осталось ни одного живого кочевника. Сосредоточившись, я стал собирать энергию, щедро разлитую вокруг. Когда-то у меня была мысль о том, что после смерти от человека остается гораздо больше энергии, чем тратится магом на его убийство. Сегодня я понял, что это именно так. Вцелом это соотношение получилось равным четырем к одному, поэтому дармовой энергии я собрал сегодня массу. Обследовав лагерь, я обнаружил около тридцати живых кочевников, которые своими аурами явно выделялись среди мертвецов. Наверное, там есть и мои наемники, подумал я, и связался с ребятами.

— Как у вас дела? Кто-нибудь ушел?

— Нет, все, кто пытался ускользнуть, полегли от наших стрел, даже мечи обнажать не пришлось, — проинформировал меня Крот.

— А с моей стороны даже никто и не пытался уйти, — пожаловался Глен.

— Ничего, будут и на твою долю подвиги, — ответил я ему и приказал всем. — Проверьте все тела, потому что я вижу, что двое, что валяются в стороне, с которой мы пришли, все еще живы, а потом подходите к лагерю. Мне будет нужна ваша помощь с пленными.

Сказав это, я отправился к телу Советника с намерением его допросить. Проходя мимо тех шатров, где, как показывало мне магическое зрение, все еще находились люди, я заходил внутрь и методично превращал их в мертвецов. К счастью, мне не попадалось ни женщин, ни детей, поэтому угрызения совести меня не волновали. Больше всего меня беспокоило то, что сегодня мне одному пришлось убить больше восьми сотен человек. Если сравнить со вчерашним днем, то налицо явная арифметическая прогрессия, но только у меня нет по этому повода ни раскаяния, ни сожаления. Даже злость, испытываемая ранее куда-то исчезла, вот это меня слегка беспокоило.

А может, я действительно стал на путь Темного мага древности, но просто не знаю об этом? И как бы я себя не обманывал, заверяя, что не буду повторять чужих ошибок, может быть именно сейчас я уже вовсю начал ошибаться? Я вздохнул, переступая трупы. А если посмотреть с другой стороны? Могу ли я сейчас поступить по-другому? Нет. Значит и сопли по этому поводу распускать не следует. Я уже давно решил, что враг должен быть наказан, значит, нет иного пути, чем тотальное уничтожение. Вернее, я его не вижу, да и не хочу видеть. Да, можно найти оправдание их действиям, сказав, что их на Мардинан надоумили напасть имперцы, значит, они и есть истинные виновники произошедшего. Но в моих глазах кочевников это не оправдывает, ведь они сами согласились на их предложения, значит, будут и ответ держать по всей строгости. И я пойду по этой дороге, пусть даже она ранее проделана Темным магом, ведь всегда же можно свернуть в сторону и протоптать свою тропинку, не так ли?

Дойдя до тела Советника, я смачно выругался, потому что он был безнадежно мертв. Две стрелы кочевников весьма "удачно" пронзили его насквозь, причем одна пробила череп. Вот, что значит, не повезло! Сплюнув, я повернулся назад, видя, как в лагерь входят мои ребята.

— Осторожно, тут еще есть живые, — предупредил их я мысленно. — Так что пока их не убивайте, мне будет нужна информация. Также в центре лагеря валяются тела четырех имперцев, их нужно будет связать покрепче, но аккуратно. Все понятно?

— Ясно!

— Сделаем.

— Хорошо, командир! — донеслись до меня мысленные ответы ребят.

Вздохнув, я понял, что сержантов нужно выбрать сегодня же, а то так и будет бедлам в отряде. Переступая через тела, я добрался до пятого наемника, что лежал со стрелой в правом плече. Все-таки я немного поторопился с выводами, решив, что наемников здесь десяток. Подвели воспоминания Макра, которому было на это совершенно наплевать, поскольку он ненавидел своих инструкторов и презирал их за то, что они пытались научить его совершенно ненужным вещам. Опустившись перед наемником на колени, я не стал пока его трогать, а просто вгляделся магическим зрением. Как я и заметил ранее, у каждого наемника в ауре сидело плетение-паразит, другим словом его назвать было сложно. Если для мага было нормальным держать у себя в активном состоянии такую гадость, то это вполне понятно, ведь резерв у него в сотни раз превышает человеческий. А вот для обычных людей такое плетение было практически смертельным, потому что питалось энергией ауры носителя и постепенно пожирало её изнутри.

Как я и догадывался, это плетение было своеобразным аналогом клятвы верности. Точно такие же блоки, отвечающие за контроль подопечного, такие же командные центры, отвечающие за переработку получаемой информации. А как вы думали? Любое плетение такого типа ежеминутно собирает информацию о подопечном и анализирует её в соответствии с заложенной программой. Например, если носитель вдруг подумает о том, чтобы предать своего хозяина, то плетение организует ему небольшую боль, если он попытается его убить — тут же обеспечит остановку сердца. И это только самые простые примеры. Самое главное, что плетения такого типа ставятся временно и весьма ненадолго, потому что самые активные из них разрушают ауру носителя за считанные месяцы.

И мое плетение в первой стадии также бы питалось бы аурами ребят, но оно было бы не таким активным и не требовало бы больших затрат энергии, так что для них это было бы неопасно. Когда я перевел его во вторую стадию, обеспечив обратную связь, оно стало потреблять больше энергии, но не у парней, а у меня, потому что каналы, связывающие меня с ними, спокойно передают плетению от меня необходимую силу. Ведь зачем её по капле выжимать из ауры носителя, словно воду из едва влажной тряпки, если совсем рядом есть целый океан?

Осмотрев плетение, я пришел к выводу, что его сделали таким энергоемким намеренно, так как обратной связи у него не было. Судя по всему, оно было однофункциональным, то есть требовало только подчинения, поэтому его мне снять было не проблемно, хотя и немного муторно. Все-таки первый раз имею дело с таким, могу и накосячить с непривычки. Как я помнил из книги учителя, сперва нужно отключить командные центры, затем сигнальные, а после аккуратно извлечь плетение из ауры. Поглядев на паразита, я принялся за выполнение плана, отмахнувшись от вопроса подошедшего Крота.

Блоки я нашел быстро, отключение так же не заняло проблем. Труднее всего было извлечь его из ауры, потому что эта гадость словно тесто цеплялось и растягивалось, но не желало отдираться от своей добычи. Под конец я догадался, как нужно действовать и "уговорил" его перелезть на предложенный островок чистой энергии, на который этот паразит с радостью перескочил и был мной моментально уничтожен. Поглядев на ауру человека, я только вздохнул. Она была слабой, едва светилась и напоминала решето. Через несколько дней у него начали бы отказывать внутренние органы, а через неделю наемнику была гарантирована мучительная смерть. Направив на нее энергию, я принялся методично латать дыры и восстанавливать повреждения. Таким я тоже занимался впервые, но справедливо предположил, что мне это по плечу.

Это все же была энергетическая составляющая организма, а не живая плоть, поэтому результаты пошли быстро, хотя и терпения мне понадобилась масса. Аура наемника все никак не хотела срастаться, привыкнув быть в дырах, поэтому я додумался просто выжигать края пораженных участков, а потом наполнять их своей энергией. По субъективному времени прошло не меньше часа, но когда я вынырнул в реальный мир, то увидел Крота, все так же стоящего рядом со мной.

— Сколько прошло времени? — поинтересовался я, поднимаясь с колен и отряхивая штаны.

— Да ты тут сидишь примерно сотню стуков сердца.

— Понятно, — пробормотал я, все больше убеждаясь, что во внутреннем мире понятие времени совершенно искажается.

— Алекс, а ты его что, допрашивал? — спросил Крот, уставившись на приходящего в себя наемника.

— Нет, я его лечил, — ответил я и стал внимательно наблюдать за действиями человека.

— А зачем, ведь он наш враг, а ты сам говорил...

— Крот, у него в голове было вражеское плетение, которое заставляло его слушаться приказов хозяина, или умереть. Сейчас я избавил его от него и надеюсь, что он добровольно, в благодарность за спасение, поделится со мной нужной информацией. Понятно?

— Понятно, чего ж тут непонятного, — буркнул Крот.

А наемник тем временем открыл глаза и попытался оглядеться вокруг. Вскоре его взгляд остановился у меня на лице. Я широко улыбнулся и тоном доктора Семеновича поинтересовался:

— Ну-с, больной, как ты себя чувствуешь?

Наемник сначала посмотрел на меня недоуменно, а потом все же прислушался к своим ощущениям. Спустя несколько мгновений он также широко растянул губы в счастливой улыбке и прошептал:

— Прекрасно.

— Ну, тогда скажи нам, кто ты такой и как вы все тут оказались? Только поторопись, пожалуйста, потому что у нас еще работы много.

В ответ наемник попытался подняться, но охнул и схватился рукой за грудь, в которой торчала стрела. Я оставил свой шутливый тон и серьезно заявил:

— Нет, двигаться не нужно. Просто говори, а я уже после решу, что с тобой делать. То ли лечить дальше, то ли прирезать по-быстрому.

Наемник оглядел меня еще раз и легонько кивнул, подтверждая, что понимает мои намерения, и не осуждает их, а потом заговорил.

— Мы раньше были отрядом наемников из города Канева. Соглашались идти и в охрану, и на тварей разных охотились, но как-то предложили нам очень хорошее дельце — отправиться тренировать солдат. Причем деньги за это посулили немалые, но и сказали, что придется поклясться молчать. А для того, чтобы клятву мы нарушить не могли, наниматели позвали какого-то мага, который наложил на нас свое заклятие. Мы не сопротивлялись, так как это была весьма распространенная практика, а денежное вознаграждение оправдывало риск. Но вот когда это случилось, оказалось, что нас просто-напросто обманули и заставили принести клятву верности... Двое наших тут же попытались убить и нанимателей, и мага, но умерли, не успев до них дотронуться. Уже после нам объяснили, что это заклятие никогда не позволит нам причинить вреда хозяевам... А после начался настоящий ад. Тайком нас переправили из Империи в эту дыру и разделили на несколько групп... Ну, тех, которые выжили. Просто еще двое пытались сбежать, а один намеренно ослушался прямого приказа хозяев, чтобы выяснить, насколько длинный поводок. Вот так мы и оказались...

— Ладно, мне все ясно, а теперь не дергайся, — сказал я и наклонился над наемником.

Крепко зажав стрелу, я обернул её коконом, захватывая всю грязь, что попала с ней в рану, а затем резким движением выдернул из тела. Наемник дернулся, но не издал ни звука, хотя стрела сидела глубоко и почти прошла насквозь. Достав флягу из куртки, я полил немного на рану и дал сделать несколько глотков человеку. Пообещав себе в будущем научиться экономить, я спрятал почти пустую флягу обратно и сказал другу:

— Крот, проследи за лечением, а потом присмотри за ним. Хоть я и понимаю его историю, но до конца в неё не верю. Сейчас просто не имею права. Так что ты за него в ответе, а я пойду к остальным.

Я повернулся, и хотел было отправиться к центру лагеря, но Крот окликнул и заставил меня повернуться обратно, задав вопрос:

— Алекс, а он сказал, что тоже давал клятву верности...

Парень выглядел смущенным, произнося это, поэтому я не дал ему закончить и ответил:

— Крот, его просто обманули. Это была не клятва верности, а обычное плетение полного подчинения. Его хозяева благодаря этой клятве сделали из него раба, а я сделал из нас единый организм, единый отряд. Бывшим хозяевам этого человека было наплевать на него, а я поклялся о вас заботиться. Если он умрет, то обманщик, который вынудил его дать клятву, не почувствует ничего, а если умрет кто-нибудь из вас, то я буду умирать вместе с ним...

Я запнулся, потому что ощутил знакомый комок в горле. Меня душила обида на несправедливые подозрения моего друга, поэтому я просто сжал губы, повернулся и пошел в сторону главного шатра. Пару раз глубоко вдохнув, я приказал себе успокоиться, потому что сейчас предстоит долгая и кропотливая работа. Спустя мгновение я услышал сзади торопливые шаги. Крот обогнал меня и обхватил руками за плечи, вынудив остановиться. Глядя мне в глаза, он произнес:

— Прости, Алекс, я подумал демоны знают что!

Я хотел было отмахнуться, но почувствовал его глубокое раскаяние и стыд за нанесенное мне оскорбление. Ведь он на короткий миг предположил, что я просто превратил их в своих рабов, и теперь остро чувствовал свою вину. Я вздохнул и тихо ответил:

— Знаешь, если бы ты меня просто ударил, это было бы менее болезненно.

— Прости, друг, я не думал, что говорю, — повинился Крот.

Я махнул рукой, уже совсем успокоившись.

— Ладно, я и сам виноват, что не объяснил все это еще перед клятвой, так что не нужно извиняться. Но сам пойми, у нас тогда просто времени не было поговорить спокойно.

— Командир, так ты больше не обижаешься? — с надеждой спросил меня мой друг.

Я вернул свой ехидный тон, досадуя, что дал себе настолько размякнуть и ответил:

— Ладно, я же не девушка, чтобы обижаться, поэтому просто забудем то, что произошло. А ты запомни, что в любом разговоре, прежде чем говорить, нужно немного подумать, иначе тебя все приличные люди сторониться будут.

— А неприличные? — подхватил мой тон Крот.

— Ты давай не мели языком, а присмотри за нашим пленником, а то он уже встать пытается.

Парень охнул и побежал к наемнику, а я улыбнулся и быстрым шагом направился к центру лагеря, понимая, что потратил на эти пустяки очень много времени. Интересно, почему меня так задело недоверие Крота? Поразмыслив, я пришел к выводу, что мне ведь только недавно посчастливилось узнать, что такое настоящая дружба и поэтому сейчас было очень обидно почувствовать, что она рушится на моих глазах. Ничего, теперь Крот будет знать всю истинную сущность нашей клятвы, и другим парням расскажет. Не такой он человек, чтобы удержать эту новость в себе, да и я не запрещал ему говорить об этом. Так что уже сегодня все будут знать, во что на самом деле превратился наш отряд.

Глава 3

Наемники

Дойдя до центральных шатров, я увидел, что там вовсю хозяйничают мои ребята. Они уже успели связать еще не пришедших в сознание наемников, а также пройтись по лагерю и найти всех кочевников, что остались в живых. Им они также плотно спутали руки их же поясами, да и ноги заодно, чтобы особо не дергались. Всех живых пленников снесли в одно место, где трупов было поменьше, и оставили там. Еще на подходе я просканировал магическим зрением всю округу в поисках незамеченных врагов и к своему удивлению, обнаружил одного в главном шатре, рядом с которым я проходил в данный момент.

Остановившись, я решил посмотреть, кто же это остался там такой умный. Внутри шатра была знакомая по воспоминаниям Макра обстановка, остановившись посередине, я прислушался. Судя по моим ощущениям, кочевник зарылся в груды шкур в углу и отчаянно трусил. Я чувствовал его липкий холодный страх, даже не подходя близко, поэтому понял, что как пленник он может оказаться весьма полезным. Подойдя к углу и откинув груду шкур и другого тряпья, я обнаружил насмерть перепуганного Заниуна.

— Опа, старый знакомый! — расплылся я в улыбке и поднял за роскошный кафтан вождя кочевников.

Со страху он попытался пырнуть меня своим красивым кинжалом, что сжимал в руке, но я легко перехватил его кисть и вывернул. Заниун издал жалобный крик и его кинжальчик упал мне в подставленную руку. Поднеся его к глазам, я принялся внимательно рассматривать трофей, все еще выворачивая кисть вождя, заставляя того нагибаться все ниже и ниже. Когда Заниун рухнул на колени, я пришел к выводу, что этот клинок не больше, чем обычная безделушка. Да, золотая рукоять, да, красивые камешки на ней, но абсолютно никчемная сталь, что тупится после второго удара. Бросив его на ковер, я поднял за шиворот скулящего вождя и поволок его к выходу. Сперва нужно разобраться с наемниками, а потом уже и расспросить пленников.

Вытащив Заниуна наружу, я передал его поджидающим меня ребятам, уточнив коротким приказом:

— Связать и следить, чтобы с собой ничего не сделал со страху.

После потери Советника у меня остался только такой источник информации, поэтому его нужно беречь. Проверив еще раз на всякий пожарный, не осталось ли неучтенных кочевников, я убедился, что все живые уже связаны и находятся передо мной. Во время сканирования я еще раз порадовался удобству плетения, которое связывало наш отряд. Ведь если раньше их ауры были для меня практически неотличимы от любого другого живого человека, то теперь каждый из моих ребят виделся мне ярким оранжевым пятном с искорками, так что перепутать их с кочевниками было невозможно. Нет, излучение их ауры не поменяло свой характер, просто они так показывались моим подсознанием, воспринимавшим их как маленькую частичку меня самого.

Подойдя к наемникам, которых мои парни сгрудили вместе с остальными пленными, я увидел, что один из них начинает приходить в себя. Это было плохо, так как я даже не знал, как плетение-паразит отреагирует на плен подопечного. Подбежав к нему, я стал работать на пределе своих возможностей. Выдрав с корнем нужные блоки, я стал переманивать паразита на чистую энергию, легонько его подталкивая. Мне казалось, что он движется крайне медленно, но когда я уничтожил эту тварь и взглянул на наемника обычным зрением, то понял, что он только открыл глаза. Выдохнув, и порадовавшись, что успел провести операцию до того, как плетение успело что-нибудь натворить, я сказал лежащему человеку:

— Не двигайся, сейчас лечить буду.

После этого я занялся латанием дыр в его ауре. Благодаря наметанной схеме, этот процесс протекал у меня намного быстрее, чем в первый раз, а когда я закончил и вынырнул в реальность, то обнаружил счастливо улыбающегося наемника. Конечно, ведь он почувствовал, что исчезли боли в почках, вот уже несколько дней не дававшие ему спокойно спать. Хмыкнув, я перешел к следующему подопытному и повторил процесс. Через десяток минут все наемники были освобождены от паразитов в ауре, которые к слову успели порядочно им нагадить. Все это подтверждало мою теорию, что они являлись лишь расходным материалом, заведомо списанным своими хозяевами. Поднявшись с корточек, я с наслаждением потянулся и взглянул на приходящих в себя наемников, а затем кивнул на них парням.

— Этих четверых развязать.

— Но Алекс... — попробовал было возразить мне Дельв.

— Без "но". Развязать и отвести к пятому, которого охраняет Крот. Я потом с ними поговорю, но сначала закончу с пленными.

Пара ребят стали развязывать наемников, а я повернулся к кочевникам. Их осталось восемь, и один из них мне был интересен в особенности. Заниун, номинальный вождь этого лагеря, должен был оказаться кладезем информации. Но для допроса необходимо было еще кое-что добыть, поэтому я обратился к парням, что уже практически все собрались вокруг меня.

— Теперь план действий такой: пятеро отправляются в главный шатер и вон в тот, что за ним, — я махнул рукой, задавая направление. — Там вы ищите карту или нечто подобное. Да, будьте осторожны. Во второй палатке жил Советник, у которого было при себе несколько магических амулетов, так что доверьтесь своим чувствам. Если они вам подскажут, что какую-то вещь лучше не трогать, то не пытайтесь побороть себя. Пятеро во главе с Кротом охраняют наемников, а еще трое следят, чтобы пленные не разбежались. Остальные отправляются на южный край лагеря и находят там кухню, где соображают, как можно накормить четверть сотни голодных парней. Понятно?

Услыхав про кухню, ребята немного оживились и поспешили выполнять мои приказы, так как пустые желудки настойчиво сообщали, что мы вчера еще не ужинали. Больше всего времени у них отняло разбирательство, кто куда пойдет, убедив меня, что сержанты в отряде не просто необходимы, без них вообще нельзя! А я в это время схватил Заниуна, оттащил подальше, чтобы остальные пленные его видеть не могли, и начал допрос. Я не хотел просто копировать его знания себе, опасаясь, что в моем мозгу существует граница накопления информации, достигнув которой я могу потерять старые знания или просто стать идиотом, обнаружив в голове мешанину информации.

Как говорил Холмс, не следует тащить в свой чердак всякий хлам, так последуем его совету, тем более, что пленник сам желает поделиться нужными сведениями. Мимоходом я подумал, что же довело его до нужной кондиции, и пришел к выводу, что когда я использовал лезвие, уничтожившее сразу полсотни латников, Заниун находился рядом и поэтому не на шутку перепугался. В этом я его понимаю, ведь не каждому под силу оставаться спокойным, видя как прямо перед тобой распадаются на кровавые части закованные в сталь люди.

Дело пошло быстрее, когда мои парни принесли обнаруженную в сумке Советника карту, а через полчаса мне были известны все интересующие меня сведения. Поблагодарив за сотрудничество вождя кочевников, я свернул ему шею и пошел обратно к пленным. Теперь они мне были уже не нужны, ведь вряд ли кто-нибудь из них может рассказать больше. Карту, на которой Заниун любезно показал мне места расположения соседних лагерей, я бережно сложил и спрятал во внутренний карман. Такие вещи стоят очень дорого и необходимы мне, как воздух, ведь отчего-то было у меня такое подозрение, что по степи нам придется еще долго шляться.

Взглянув на площадку, где находились пленные и наемники, я увидел следующую картину. Связанные кочевники стояли на коленях шеренгой, а напротив с комфортом на вытащенных из главного шатра коврах уселись наемники и мои ребята, которые дружно общались между собой. Видно было, что наемникам хотелось хоть немного излить душу после перенесенных ими мучений, а парням оставалось только слушать, удивляясь зверствам кочевников. Судя по всему, они уже перезнакомились, так как общались по именам и никакой напряженности в разговоре не присутствовало. Остановившись, я прикинул, что вполне возможен вариант, что наш отряд в будущем немного пополнится, хотя для этого мне нужно будет очень постараться, и начинать нужно прямо сейчас.

— А-а-але-е-екс!!! — донесся до меня мысленный зов Юрлона.

— Что случилось, — спросил я, задействовав канал, связывающий меня с ним.

— Завтрак готов! — весело проинформировал меня парень.

— Понял, сейчас будем, — сказал я в ответ и прервал связь.

Выйдя из-за угла шатра, я подошел к площадке с пленными и остановился прямо между кочевниками и дружной компанией, которая при моем появлении прекратила разговоры. Повернувшись к пленникам, я, недолго думая, сформировал длинное лезвие и одним махом срезал все их головы. Посмотрев на упавшие тела, я повернулся к ребятам и наемникам, которые смотрели на меня с легким испугом, а потом спросил:

— Ну что, пошли завтракать?

Мои ребята облегченно выдохнули, наемники остались бледными и задумчивыми, а Дельва прорвало:

— Алекс, демона тебе в зад! Ну нельзя же так пугать!

— А что такое? — изумился я.

— Да, действительно, командир, прекращай свои штучки, — поддержал его Дин. — Сидим мы тут, мирно общаемся, и вдруг появляешься ты весь такой задумчивый-задумчивый. Кинул взгляд на пленников и у них разом головы слетели, а потом вдруг оборачиваешься к нам. Ну, думаю, сейчас и мы станем намного короче, а ты просто предлагаешь нам пойти завтракать!... Тьфу! Заканчивай ты с этим, а то мы по ночам плохо спать будем! — закончил он, поднимаясь.

Остальные ребята тоже начали подниматься, издавая нервные смешки. Я тоже въехал в ситуацию и сказал, потупив взор:

— Ладно, извините, больше так не буду.

— Да уж постарайся, командир, а то мы ведь только второй день знаем тебя, как мага, и еще не привыкли ко всем твоим выкрутасам! — сказал Рин, хлопнув меня по плечу.

— А что делать с ними? — спросил меня подошедший Крот, кивнув на оставшихся сидеть наемников.

Я задумался, хотя мне и так все было ясно. Теперь необходимо, чтобы к наемникам в головы пришла мысль к нам присоединиться, а для этого совместный завтрак не помешает.

— Вы есть хотите? — поинтересовался я у имперцев.

Несколько из них кивнули в ответ, чего я и добивался.

— Тогда вы сейчас идете с нами завтракать, а потом можете валить на все четыре стороны. Или, если вы есть не хотите, можете сразу ехать, куда хотите. В выборе лошадей и трофеев я вас ограничивать не буду, так что возьмите, что приглянется, так сказать, за моральный ущерб.

Я повернулся и вместе с ребятами направился в ту сторону, где по моим расчетам располагалась кухня степняков. Наемники переглянулись и остались сидеть на коврах. Их действия мне были понятны — сейчас они будут советоваться без свидетелей и решать, что им делать дальше.

— Алекс, а почему ты их не попросил присоединиться к нам, — шепотом поинтересовался идущий рядом со мной Крот. — Ведь они отличные ребята, нам их помощь очень пригодилась бы.

Подумав, что не только у дураков мысли сходятся, я ответил:

— Потому что сейчас мы можем справиться и без их помощи. Потому что без клятвы я все равно не смогу сделать из них воинов, равных вам. Ну и наконец, потому что принимать кого попало в наш отряд я не собираюсь и тебе посоветую привыкнуть к мысли, что мы теперь не просто одно из подразделений армии Мардинана. Мы — элита, которую не всякий король может себе позволить содержать. Поэтому меняй свое отношение к нашему отряду, да и ребятам шепни, чтобы осознали. У тебя это лучше получится.

Я улыбнулся и добавил мысленно, слыша, что сзади нас догоняют наемники:

— Просто я хочу, чтобы они сами пришли к такому выводу, поэтому не собираюсь даже заикаться об этом. Как ты сказал, они довольно неплохие парни и очень бы нам пригодились, но главным условием для этого может стать только то, что они сами очень сильно захотят к нам присоединиться. Понял, в чем разница?

— Понял, — так же мысленно ответил Крот.

Я уже давно понял, что голова у него варит неплохо, так что со временем он вполне сможет меня заменить, став во главе отряда. Главное только научить его просчитывать все заранее, а то хитрости у него еще пока маловато, иногда вон даже позволяет себе ляпнуть что-нибудь, не подумав. Спустя пару секунд нас догнали наемники. Видно все-таки решили пока остаться на завтрак, а как дело пойдет дальше, зависит уже от меня. Одна задумка так и вертится в голове, главное — выбрать подходящий момент...

Оглядевшись вокруг, я понял, что довольно долго провозился с допросом, так как уже начался рассвет. Из-за края равнины медленно выползало солнце, золотя своими лучами верхушки шатров и превращая далекую Белую Скалу в нагромождение причудливых теней. Наступало утро, предвещавшее новый день, полный тревог и волнений. Ну, во всяком случае, так обстояло дело у меня, ведь парням не о чем было волноваться. За них буду решать я, предоставив им возможность немного отдохнуть после бессонной ночи.

Подойдя к полевой кухне, что встретила нас разными ароматами, заставившие наши желудки спазматически сжаться, мы увидели, что все уже давно было готово. Парни во главе с нашим верным поваром Тритом сообразили, как можно использовать запасы степняков и приготовили для отряда шикарный завтрак, состоящий из груды полусухих лепешек, некоего мясного варева и ароматной каши, что уже дымилась на тарелках, аккуратными рядами расставленных на коврах. Степняки мебель принципиально не признавали, поэтому в лагере был лишь один стол — в шатре мага. Мы же были весьма неприхотливыми, а потому просто все вместе уселись перед тарелками, скрестив ноги.

Вообще я никогда не понимал преимуществ данной позы, которую упрямо использовали восточные народы на Земле. Ведь это жутко неудобно, затекают ноги, немеет копчик, в результате чего банальная трапеза превращается в пытку. А может, это так и было задумано? Чтобы гости поменьше объедали хозяев и стремились поскорее покинуть гостеприимный дом, где их заставляют так мучиться? Хмыкнув, я дождался, пока все парни усядутся рядом и возьмут в руки тарелки, а потом торжественно сказал:

— Ну-с, приступим!

И мы набросились на пищу, которая показалась сегодня особенно вкусной. И, несмотря на то, что мясо было жестким, а в каше попадались мелкие камешки, хрустевшие на зубах, никто не отрывался от этого замечательного процесса — набивания пустого желудка. Более того, каждый из нас неоднократно подходил к большому котлу с остатками каши и наполнял свою тарелку снова. Наемники не отставали от нас, ведь исцеление хорошо повлияло на их аппетит. Они сидели рядом, но держались немного настороженно, поэтому я понял, что разговор о присоединении их к нашему отряду затевать пока рановато, но зерна этой мысли в их головах нужно посеять при первой же возможности. И таковая представилась мне под конец трапезы, когда парни с осоловевшими лицами подчищали свои тарелки кусочками лепешек. Отставив пустую чашку в сторону, ко мне обратился с вопросом сонный Юрлон.

— Командир, а что мы будем делать дальше?

Сказать, что я ждал этого вопроса, это ничего не сказать. Я уже начал всерьез сомневаться, что кто-нибудь из парней додумается до этой мысли, и хотел было просто мысленно связаться с кем-нибудь из отряда, но все медлил. Ведь риск, что это будет выглядеть ненатурально, был весьма большим, а обращаться к Кроту я не собирался. Он хоть и сделает все, как нужно, но со стороны это может показаться продуманным заранее. Именно поэтому я хмыкнул, глядя на то, как Юрлон усиленно старается держать глаза в открытом состоянии, и ответил, подавляя радость от подвернувшегося удачного момента:

— Сейчас вы все будете спать... — я взглянул на восходящее солнце, — до обеда. Потом мы будем заниматься трофеями, с которыми можем провозиться до самого вечера. Ну а после нас опять ждет ночная скачка в лагерь степняков, что находится на северо-востоке отсюда. Там нас должны встретить более трех тысяч воинов и с десяток наемников-имперцев, ну а насчет магов я не уверен, так что придется определяться на месте.

— То есть мы ночью опять поедем бить этих гадов? — уточнил Нимош, зевая во весь рот.

— Да, — кивнул я и поднялся, разминая затекшие конечности. — А теперь всем отбой!

Парни тоже стали подниматься, а самые ленивые просто откинулись назад и с облегчением вытянулись на ковре, собираясь вздремнуть прямо здесь. Я же собирался выйти из лагеря и в спокойной обстановке поразмыслить над нашими дальнейшими действиями и над тем, что сообщить Фариаму. Вот только не успел я далеко отойти, как меня догнала пятерка наемников, возглавляемая все тем же воином, который получил стрелу в плечо. Видимо, он был у них командиром, или просто более опытным среди прочих.

— Алекс, можно вас задержать немного? — обратился он ко мне.

— Да, конечно, — ответил я, оборачиваясь.

Видимо, мои слова про наемников, что могли нас ждать в соседнем лагере, принесли свои плоды, поэтому я стал ждать закономерного продолжения.

— Прошу меня простить, что отвлекаю от дел, но скажите, что делать нам?

Оценив его вежливость (не иначе как уже встречался с магами и понимает, что с ними нужно держаться аккуратно, чтобы не получить хитроумным плетением в ответ на грубость), я спросил:

— Как вас зовут?

— Даркин, — представился наемник.

— Ну, меня вы уже знаете, будем считать, что познакомились, — заключил я. — Так вот, Даркин, как я уже сказал, вы можете делать все, что пожелаете и идти, куда захотите.

— А мы можем отправиться с вами? — уточнил наемник.

— Зачем? — спросил его я, хотя и так прекрасно знал ответ.

— Вы же сказали, что в соседнем лагере есть наши товарищи, и мы хотим помочь вашему отряду разделаться со степняками и попросить вас избавить наших друзей от их клятвы верности.

Я сделал вид, что глубоко задумался, а потом произнес:

— Хотя помощь нашему отряду не помешала бы, но я пока не хочу рисковать, привлекая незнакомых мне бойцов. Надеюсь, вы меня поймете.

Еще бы, если я соглашусь сразу, будет очевидно, что в моем отряде банально не хватает людей. Причем настолько, что я вынужденно буду цепляться за любую соломинку, даже в виде воинов другого государства. Поэтому я и рискнул отказаться, полагая, что наемник так просто от меня не отвяжется. Мои расчеты оказались верными на все сто.

— Конечно, это вполне разумно, — ответил Даркин. — Но я бы хотел настоять на своей просьбе, так как сейчас мы просто не можем остаться в стороне.

Я подумал, что тут будет весьма нелишним уточнить.

— А сколько вообще человек было в вашем отряде до того, как вы попали сюда?

— Почти полсотни, — признался наемник.

— А вот я еще знаю, что в среде кочевников ходят слухи о том, что некоторые имперцы были доставлены в степь прямо с рудников, это правда?

Наемник сплюнул.

— Да, наши "наниматели" не ограничились нашим отрядом и стали собирать всякое отребье, вытаскивая его из тюрем, каменоломен, шахт. Мы встречались с некоторыми на стоянках. Это чистой воды разбойники, только умеют чуть больше...

— Тогда почему вы уверены, что в соседнем лагере находятся именно ваши друзья, а не этот сброд? — уточнил я.

— Дело в том, что нас привезли сперва в Мараху, где мы и встречались с этими отбросами, а потом нас отправили на север, всем отрядом. И только спустя три дня пути разделили на четыре группы. Нас отправили сюда, а остальных наших должны были распределить по соседним лагерям.

Я понял по виду наемника, что он сам не был уверен в своих словах, но это мне было только на руку.

— Хорошо, допустим, ваши товарищи находятся в соседнем лагере, но мы их и так освободим... если получится. Так зачем вам нужно участвовать в этом?

Наемник твердо посмотрел мне в глаза и тихо ответил:

— Чтобы точно получилось.

Я кивнул.

— Хорошо, думаю, я смогу удовлетворить вашу просьбу. Только у меня есть некоторые условия, которые я хочу попросить вас соблюдать. Первое — вы на время этой операции вливаетесь в наш отряд и безоговорочно подчиняетесь моим командам и приказам моих сержантов. Второе, нашей задачей является полное уничтожение степняков, а не спасение ваших друзей, прошу это учесть. И напоследок вопрос, почему вы сегодня защищали Советника?

Даркин нахмурился и ответил:

— Потому что он приказал.

— То есть, именно он был вашим "нанимателем"?

— Нет, просто нам сказали еще в самом начале, что все граждане Империи, которых мы встретим в степи, для нас имеют статус хозяев и их приказам мы должны подчиняться беспрекословно.

Да, где-то так я и думал. Что ж, достаточно удобно, ведь не потащится же хозяин в степь объезжать все группы наемников, когда ему что-то понадобится. Проще возвести до "господина" всех имперцев, потому что случайных людей поблизости не окажется, а нужным это облегчит задачу.

— А вы друг другу приказы отдавать не пробовали? — поинтересовался я. — Ведь вы тоже являетесь гражданами Империи, не так ли?

Даркин вздохнул и ответил:

— Мы думали об этом, но ничего не вышло.

Понятно, подумал я, если бы они были уверены в том, что это сработает на все сто, тогда бы вышло. А так, плетение чувствовало сомнения наемников по поводу своего статуса, изменившегося с "граждан" на "рабов", поэтому и не позволило провернуть такую хитрость.

— А сколько всего в степи вы видели граждан Империи, разумеется, не считая тех, кто попал сюда насильно? — задал я самый важный вопрос.

— Около десятка, — ответил Даркин. — Но мы были только в Марахе, а в других крупных городах не останавливались, потому я даже не знаю, сколько их сейчас в степи.

Не на это я рассчитывал, но выбирать не приходится.

— Что ж, тогда озвучьте ваш ответ на мои условия, — обратился я к наемникам.

Даркин обернулся к своим, дождался их утвердительных кивков, а потом ответил:

— Мы согласны временно присоединиться к вашему отряду.

— Хорошо, — ответил я. — Тогда слушайте мой приказ: займитесь сбором трофеев. Обыщите все мертвые тела и соберите все оружие, деньги и драгоценности... Ну, сколько успеете, пока мои ребята отдыхают. Только тела мага и Советника не трогайте, а то мало ли какие у них остались сюрпризы. И в их шатры пока не входите, я сам в них пошарю. Вопросы есть?

— Да, — ответил Даркин. — Как называется ваш отряд?

Я этого совсем не ожидал, но понял, что ответить нужно моментально, чтобы не потерять статус элиты войск Мардинана, который мы уже заработали в их глазах.

— Королевские Кэльвы, — ляпнул я первое, что пришло на ум.

Даркин уважительно на меня посмотрел, переваривая информацию, а потом просто отдал честь, приложив кулак к сердцу (видимо, и в Империи в ходу такой жест, подумал я в тот момент), а потом развернулся и пошел вместе со своими друзьями выполнять мой приказ. А я продолжил свой путь прочь за пределы лагеря с горой трупов, большая половина которых была результатом моих стараний. Мне нужно было в спокойной обстановке поразмыслить над тем, что делать дальше.

Для раздумий я выбрал большой камень, что выпирал из земли неподалеку от лагеря. Забравшись на него, я подставил свое лицо восходящему солнцу и оперся подбородком на подставленный кулак. Наверное, со стороны это выглядело ужасно красиво — усталый воин в раздумьях, на фоне рассвета. Как сказали бы люди, не чуждые искусству, на заднем плане можно заметить причудливые нагромождения каменных изваяний, оттеняющие центральный образ благородного героя. Но мне в тот момент было не до красивостей пейзажа. Я банально думал, что мне делать с захваченным добром. Ну ладно, оружие можно и закопать в приметном месте, чтобы забрать его впоследствии, ведь такую кучу металла я не собирался оставлять без присмотра. С деньгами и украшениями все ясно — разделить между всеми, так получится удобнее. Но что делать с лошадьми, которые обнаружились в загоне неподалеку от лагеря? Конечно, можно было просто оставить их здесь, но велика вероятность того, что кочевники найдут их, и опять же пустят в дело, а увеличивать их конницу я не собирался. Конечно, можно отправить Рема с ними к отцу, но это дело долгое, а ослаблять свой отряд в такой момент я не собирался. Еще одним вариантом могло стать полное их уничтожение. Да я бы так и сделал, будь их сотня или меньше, но пять сотен великолепных четвероногих бессмысленно уничтожать я не был намерен...

Я вдруг поймал себя на мысли, что думаю вовсе не о том, о чем должен и неосознанно оттягиваю разговор с Фариамом. Я что боюсь? Да ни капельки! Фыркнув, я достал из кармана золотую монетку и сжал в кулаке. Ответа долго не было, так что я даже всерьез начал опасаться, что амулет короля приказал долго жить. Но вот вскоре из моего разговорника донесся голос Фариама:

— Алекс, это ты?

— С добрым утром, ваше величество! — радостно поприветствовал я короля. — Как спалось?

— Отвратительно, — ответил мне Фариам. — А как дела на границе, почему не связывался со мной так долго?

Я вздохнул и начал доклад.

— Для начала факты: имперцы отрядили в степь несколько десятков своих людей, наделив их широчайшими полномочиями и большими финансовыми возможностями. Кроме того, для обучения и тренировки степняков они переправили еще и примерно сотню или больше наемников, подозреваю, что ими дело не ограничилось и сюда также были посланы более сведущие военные консультанты, но это только мои догадки. Это все не существенно, главное, что для надежной защиты, а также обеспечения безопасности имперских советников сюда было послано несколько магов, причем такого уровня, что мне становится очень завидно. Один, встреченный мною пару часов назад, вообще был гением-изобретателем, перед которым я мысленно снимаю шляпу. Однако, судя по их словам, некто в Империи запретил им действовать открыто и приказал вступать в схватку только в крайних случаях. Почему так вышло, я догадываюсь, но хочу узнать, как много людей знают о твоих переговорах с соседями по поводу военной помощи?

— Ты не делай из меня дурака, — усмехнулся король. — Я прекрасно понимаю, что пока имперцы не узнают о наших совместных действиях, мы имеем еще немного времени. Поэтому кроме меня о планах знают всего пятеро, двое из которых тебе известны.

— Это кто же? — поинтересовался я.

— Шаракх и Карин, — просветил меня король.

— Что ж, тогда можно быть спокойным, раз ты уже обо всем догадался. Теперь перехожу к новостям. Их две, хорошая и плохая. С какой начать?

— Давай с плохой, — сказал Фариам.

— Город захватили кочевники, все жители убиты.

Повисло тягостное молчание, которое однако было недолгим. Переварив новость, Фариам осторожно поинтересовался:

— И какая же тогда хорошая новость?

— Я и мой отряд выбили кочевников из Города, полностью их уничтожив, затем по их следам отправились в один из тренировочных лагерей в степи, окружили его и поголовно вырезали всех степняков, которые там находились. В итоге наших действий за неполные сутки враг потерял две тысячи человек. Пользуясь случаем, хочу поинтересоваться, тебе пять сотен лошадей не нужны?

Фариам немного помолчал, а потом заметил:

— Алекс, ты продолжаешь меня удивлять. Откуда ты узнал, что у нас проблема с лошадьми?

— Это был выстрел в слепую, — признался я. — Так что можешь расслабиться, способностями провидца не обладаю. И что будем делать с животными?

— Их нужно переправить в один из городов на границе. Там уже начинают потихоньку собираться наши войска.

— Нет, у меня нет такой возможности, — ответил я. — У тебя карта под рукой есть?

Из амулета донеслось шуршание и шелест пергамента.

— Теперь есть, — произнес Фариам.

— Найди на ней в десяти часах езды верхом от Города место, которое называется Белая Скала. Оно должно быть приметным, так как место древнее и пользуется недоброй славой.

— Нашел, — обрадовал меня король.

— Вот мы сейчас там, — сообщил я ему. — Здесь же находятся и трофейные лошади, которых необходимо забрать как можно быстрее, чтобы их не вернули себе степняки. Проще всего будет послать всадников из ближайших городов, чтобы еще до вечера были здесь.

— Сделаю, — ответил король. — Что-нибудь еще?

— Что будем делать с пустым Городом? — спросил я.

Фариам задумался, а потом сообщил мне свои выводы:

— Оставлять его без присмотра рискованно, но мои войска подойдут туда только через три дня, а за это время там вполне могут обосноваться степняки, ведь место идеально подходит для начала вторжения. Лучше будет, если ты туда вернешься и подождешь прибытия моих отрядов.

— Нет, это исключено, — отрезал я. — Я узнал места еще трех тренировочных лагерей и планирую так же их уничтожить в ближайшие дни, а после вплотную заняться магами, которые сейчас представляют для нас главную угрозу. Поверь, один имперский маг может легко уничтожить все наше войско, в этом я на своем примере убедился пару часов назад. Так что единственным выходом будет нанести удар первыми.

— А ты уверен, что справишься с ними? — спросил король.

— Нет, — честно ответил я. — Более того, если бы мы заключали пари, на себя я не поставил бы.

— Так почему ты хочешь с ними связываться? Ведь если им приказали не применять магию, то их угроза для нас минимальна.

— Не запрещали применять, а сказали использовать в крайних случаях, — поправил я Фариама. — Как думаешь, поголовное уничтожение немалой части войска степняков тянет на "крайний случай"?

Король задумался, а я продолжил:

— И, как показало мое знакомство с этим магом-экспериментатором, которого мне удалось прикончить сегодня ночью, имперские колдуны отнюдь не гнушаются пользоваться магией. Просто стараются это делать без свидетелей, или не оставлять тех в живых. Если представится такой случай, маги будут просто травить население в городах, подавляя сопротивление или насылать отряды зомби с ближайших кладбищ. На примере Города я убедился, что мирное население для них ничего не значит, и если будет нужно, маги запросто уничтожат все живое в приграничных городах.

Король снова вздохнул и заметил:

— Ты нарисовал совсем уж безрадостную картину. Но как же ты сможешь с ними справиться, если их уровень, по твоим же словам, намного выше, чем у тебя?

— Будем надеяться, что мне повезет, — ответил я. — Другого ничего не остается.

Мы помолчали, а потом я услышал весьма странный вопрос.

— Значит, ты допускаешь вероятность того, что они могут тебя убить?

— Более того, я знаю, что если совершу ошибку, так оно и будет, — честно ответил я.

— Но зачем же ты ввязываешься в заведомо проигранную схватку?

— А ты почему готовишься воевать, зная, что твоих солдат враг превосходит минимум троекратно? — задал я встречный вопрос.

— Но у меня нет другого выхода, я же защищаю свое королевство! — ответил Фариам. — А вот у тебя всегда есть возможность отступить...

— Уже нет, — ответил я. — Уже нет.

— Почему? — спросил король.

Я очень не хотел этого ему выкладывать, но все же заговорил, путано, перескакивая с одной мысли на другую, но все же надеясь, что собеседник меня поймет:

— Потому что совсем недавно узнал, что на свете есть такие вещи как дружба, привязанность, ответственность. Я раньше считал их пустым звуком и не понимал, почему они так влияют на поступки людей... Но сейчас я вдруг почувствовал, почему люди им уделяют так много внимания и решил, что я должен ввязаться в эту драку... Понимаешь, Мардинан стал для меня домом, куда я еще хотел бы вернуться, поэтому я хочу его защитить. И пусть я просто странник, но не хочу оставаться в стороне, когда враг будет пытаться уничтожить все, что мне дорого... Может быть это и глупо, но я не могу бросить доверившихся мне людей... Я, наверное, говорю не слишком складно, но просто раньше об этом еще не думал и поэтому мне сейчас сложно подобрать нужные слова. Короче, просто знай, в этой войне я пойду до конца, каким бы он для меня не был!

Фариам долго молчал после моей речи, а я в этот момент переживал и ругал себя последними словами, за то, что вот так раскрыл душу незнакомому человеку. Это же не психоаналитик, что может разложить мои слова по полочкам, а потом поставить мне диагноз ("маниакально-депрессивный синдром" или чего похуже) и дать кучу разных советов, как жить дальше, не обращая внимания на эти мелочи. Нет, блин, меня прорвало именно сейчас. Теперь король ясно понимает, что ему мало того, что достался маг весьма среднего уровня, так еще и озабоченный комплексом героя-защитника.

— Слушай, извини, что я тебе наговорил столько ерунды и не обращай внимания на мой треп. Это я, наверное, просто устал после схватки, потому позволил себе настолько размякнуть. Мне сейчас нужно поспать пару часиков, и я буду в норме, выбросив из головы все эти патриотически-возвышенные сопли. Так что забудь про бред, который я тебе только что нес, и продолжим общаться, как нормальные деловые люди. Как тебе такой вариант с Городом, если я попрошу жителей одной из деревень неподалеку кратковременно туда переселиться. Это выход?

— Да, Алекс, это будет самым лучшим вариантом, — задумчиво ответил король.

— Ну, тогда вроде бы все. Я постараюсь в будущем с тобой связываться почаще. Скажем, каждое утро, чтобы ты точно мог знать, когда меня прихлопнут, — я издал сдавленный смешок, который Фариам однако не поддержал.

— Ладно, тогда до завтра, — сказал я, и уже было собирался прервать связь, когда король вдруг остановил меня.

— Подожди, Алекс, у тебя ведь есть еще время?

— До пятницы я совершенно свободен, — ответил я фразой из любимого мультика.

— До чего? — не понял Фариам.

— Не важно, — ответил я, вспомнив, что в этом мире дни в десятице называются совершенно иначе. — Когда я не выспался, я мелю всякую чепуху.

— Послушай, Алекс, после твоих слов я не думаю, что ты вдруг превратился в начитавшегося сказок подростка. Наоборот, только теперь я начал тебя понимать... Знаешь, ведь до сих пор я предполагал, что ты в этой войне преследуешь свои цели, которые я не мог никак просчитать, — признался мне Фариам. — Сначала я думал, что твое появление в ряду моих воинов является продолжением интриги имперцев, но теперь я окончательно убедился, что все время ошибался и искал подвох там, где его не было. Если сможешь, прости мне мое недоверие, но я просто не мог позволить себе думать иначе... И сейчас я вдруг увидел тебя не как мага, не как непонятную фигуру на игральной доске, а как человека и знаешь... — король помолчал. — Знаешь, похоже, что мы сегодня оба немного не выспались.

— Точно, — поддержал его я. — Притворимся, что никаких глупостей мы друг другу не говорили, наоборот — с моей стороны был четкий и грамотный доклад, а с твоей — похвала и указание приступить к дальнейшей работе. В общем, до связи!

— До связи, — облегченно произнес Фариам и добавил: — Алекс?

— Что?

— Спасибо за все, — просто ответил король.

— Пока еще не за что, — сказал я и разжал кулак, прерывая разговор.

Вздохнув, я задумался над услышанным. Правильно, что король мне не доверял, я его в этом понимаю. Правитель королевства ничего не должен принимать на веру, а я в этой игре был "темной лошадкой". Но сейчас я мог честно признаться, что мне было приятно, когда Фариам увидел во мне личность, увидел обычного человека со своими достоинствами и недостатками. Да, я прекрасно осознавал, что он мог просто подхватить мой тон и таким образом просто заручиться еще большим моим доверием, ведь не только я знаю основы психологии, а у Фариама были хорошие учителя. Но мне хотелось думать, что он не лгал и не лицемерил в тот момент, когда просил у меня прощения. Я просто очень в это верил и надеялся, что все было именно так.

Глава 4

Заботы и трофеи

Солнце поднималось все выше над бескрайними просторами пустынной степи. Тени, отбрасываемые причудливым нагромождением камней, видневшимся вдали, становились все меньше, и словно испуганно втягивались обратно к подножью Белой Скалы, что их породила. Я щурился на светило этого мира и думал, что вполне возможно, нам просто не хватит времени и сил разгромить эти три тренировочных лагеря кочевников. Хотя, тренировочных, это сказано с большой натяжкой. Я так и не понял, чем они тут вообще занимаются. Судя по воспоминаниям, наемники гоняли степняков на совесть, обучая в рекордно короткие сроки принципам сражений на городских улицах, действиям в связках. Но только пользы от этого все равно было мало.

Можно посчитать, если все началось организовываться несколько месяцев назад, а наемников переправили сюда гораздо позднее, когда отряды степняков уже начали собираться... Кстати, тоже вопрос — неужели никто не заметил, как переправляли сотню человек? Даже если у них отняли свободу передвижения, то все равно такой многочисленный отряд будет заметен любому заинтересованному. Хотя, как я понял со слов наемника, их отряд перевозили отдельно, ведь с отребьем они повстречались уже в Марахе. Как я знал из воспоминаний Макра, это был чуть ли не единственный настоящий город степняков. Он находился в самом центре их вотчины и выполнял функции столицы, а также крупнейшего рынка рабов. Значит, до Марахи наемники добирались отдельно. Нужно будет потом спросить, какими путями, удовлетворить свое любопытство. Но это не к спеху.

Возвращаясь к теме лагерей, можно предположить, что тренировка степняков — это далеко не главная их задача. Ведь каждый кочевник с детства умеет хорошо стрелять из лука, превосходно держаться в седле и обращаться с саблей. Сами по себе они уже представляют довольно приличных воинов, так зачем же им еще нужно умение сражаться в ограниченном пространстве городских улочек, если их потери для имперцев ровным счетом ничего не значат? И достаточно просто сказать им о том, что сначала нужно перебить всех жителей, а уже потом отвлекаться на разбой, и дело пойдет. Отсюда можно сделать вывод — имперские наемники играют роль своего рода воспитателей в детском саду. Они просто следят, чтобы детки не расшалились и не пошли самостоятельно нападать на города, или не передрались друг с другом, ведь все войско было собрано из разных племен, а у некоторых из них между собой были довольно натянутые отношения, в простонародье именуемые кровной враждой. Вот потому няньки и занимали их различными полезными и развивающими играми.

Причем я думаю, самим наемникам это, разумеется, никто не объяснял. Да и зачем посвящать в планы рабов, которым осталось жить всего месяц. Вот и старались Даркин со своими парнями лишить кочевников таким образом свободного времени, полагая, что их работа действительно важна. Но на самом деле тот, кто задумал все это грандиозное наступление только тянул таким образом время, необходимое ему для... Чего? Подготовка практически завершена, ведь если отряд Макра присоединился одним из последних, то логично предположить, что все основные силы уже давно собраны. Так почему стратеги медлят, если уже всё готово? Почему они ежедневно тратят немалые деньги на прокорм этой массы воинов?

Закрыв глаза от ярких солнечных лучей, я искал причину, по которой войско кочевников еще не двинулось к Мардинану и понимал, что ответ на этот вопрос действительно важен. Ведь, если сейчас я ошибусь, то это может привести к непредсказуемым последствиям. Да, я могу разбивать силы степняков по частям, но кто сказал, что потеря двух, ну пускай пяти (это я себе льщу) тысяч бойцов, может повлиять на ход их вторжения? Ведь количество их войска превышает тридцать тысяч, а есть еще и загадочные горцы... Горцы! Вот она разгадка! Пока их силы не подойдут поближе, степняки будут сидеть на месте. А когда наступит этот момент, только Единый ведает.

Так, значит, планы поменялись. Если раньше я мог беспрепятственно заняться уничтожением живой силы противника, то сейчас опять главной задачей для меня становится разведка. Где же можно добыть интересующие меня сведения? Только в Марахе. Именно там проходил большой совет, именно там с комфортом расположились имперские советники. Но и именно в этом месте я имею весьма высокие шансы нарваться на имперских магов, которые порвут меня на мелкие клочки с легкостью, и не делая при этом лишних усилий. Это один раз мне повезло нарваться на мага-экспериментатора, который не стал ставить защиту, чтобы она ненароком не помешала его опытам. Да что там, сейчас я понимаю, насколько глупо было надеяться застать его спящим. Ежу понятно, что в момент своей наибольшей уязвимости маг мог поставить такое охранное плетение, которое оставило бы от меня только пепел. Во всяком случае, я бы поступил именно так, а этот колдун, хоть и был гением, но глупостью не страдал.

А ну и ладно, подумал я, беспечно махнув рукой. Когда-то же мне с ними придется столкнуться, ведь уничтожать их все равно будет нужно, как ни крути. Значит, наши планы меняются кардинально. На уничтожение лагерей теперь я отвел нашему отряду всего двое суток. За это время мы должны успеть посетить три места, тем более, что два из них располагаются неподалеку, всего полдня пути друг от друга. Именно поэтому я дал ребятам время выспаться, ведь тактика нападения перед рассветом себя показала великолепно, так зачем её менять? Одно плохо, последний лагерь располагается далеко на северо-западе, поэтому, добираясь до него, я буду отдаляться от Марахи. Ладно, там посмотрим. Если с первыми лагерями выйдет быстро, то можно будет и отправиться туда, а если нет, плюнем на это дело и отправимся в степную столицу.

Ну а теперь нужно заняться бытовыми делами, подумал я, и достал из кармана еще один разговорный амулет. Залин отозвался практически сразу, поэтому я понял, что он уже давно проснулся, ведь в деревнях обычно встают с рассветом.

— Желаю здравия, уважаемый маг, — поприветствовал меня староста.

— Залин, хоть вы не доставайте, — вздохнул я. — Как там дела в деревне?

— Живем, вашими стараниями, — почтительно отозвался старый воин. — Всех погибших жителей похоронили, этих собак степняков тоже закопали в общей яме. Оружие и всю добычу было решено оставить до вашего приезда, чтобы поделить честь по чести. Коней также решили пока сохранить, чтобы вы сказали потом, что с ними делать, а еще...

— Залин, вы же раньше ко мне на "ты" обращались, или не так? — осведомился я. — Мне бы хотелось и дальше так общаться с вами, а не чувствовать себя правителем на троне.

Хоть мне и было на руку такое почитание старосты, но все равно, было неприятно, что человек почти в два раза меня старше и опытнее преклоняется передо мной, как перед королем.

— Так это же было до того, как обнаружилось, что ты маг, поэтому я решил перестраховаться, а то думаю, еще чего доброго, за панибратство ты меня в лягушку превратишь, а я с детства жаб не люблю, — перешел на свой обычный тон староста.

Я вздохнул с облегчением. Вот таким он мне нравился куда больше.

— Короче, у меня сейчас мало времени, поэтому излагаю новые сведения. Город пал, степняки перебили всех жителей. Мы примерно наказали вторгшихся врагов, вырезав их поголовно, а потом нашли их лагерь и в нем также устроили погром. Вот только теперь нам нужно отправляться дальше в степь на поиски других лагерей, а Город в это время оставлять без присмотра нельзя.

— Что предлагаешь, — деловито осведомился Залин, когда я сделал паузу.

— Я предлагаю кратковременное переселение нескольких жителей вашей деревни в Город до прибытия туда регулярных войск Мардинана, которое ожидается через три дня. Можно это организовать?

Залин задумался, а потом уточнил:

— Срок точный?

— Так мне только что сказал король, а он, думаю, врать не станет, — ответил я.

Залин, выслушав такой аргумент, задал еще один вопрос:

— Насколько пострадал Город?

— Пара сожженных домов, поврежденные ворота, остальное — мелочи, — ответил я, чувствуя, что староста уже согласен, что он тут же и подтвердил.

— Тогда мы могли бы на это время присмотреть за ним, вот только, чувствую, что от больших отрядов мы вряд ли долго сможем обороняться. Сотню еще осилим, но больше...

— Больших сил в округе не осталось, а крупных отрядов прямиком к вам не пошлют, так как за захват Города отвечал именно разгромленный нами лагерь, так что пройдет еще не меньше двух дней, прежде чем степняки могут сообразить, что их план провалился, и отправить новый отряд. А там уже и армия подоспеет.

— Добро, — ответил Залин. — Какие еще будут указания?

Похоже, старый вояка принял мое главенство как должное и теперь наделил меня правом приказывать. Нужно воспользоваться этим.

— Первое: придя в город, вам нужно будет опять заняться похоронами и достойно провести погребение всех жителей Города. Также нужно будет прикопать и степняков, чтобы воздух не портили. Второе: оружие степняков используйте, как хотите. Можете хоть все себе забрать. Но только деньги и ценности, которые обнаружите на их телах оставьте для нашего отряда. Оружие и доспехи защитников Города сложите отдельно и берегите особенно тщательно. Кроме того в кузне вы найдете много очень прочного металла, который можно обрабатывать только в нагретом состоянии. Им пускай займется ваш кузнец. Задание такое — сделать из всего запаса как можно больше клинков по образцам, которые вы сможете обнаружить в сумках у меня дома, естественно изготовив для них подходящие ножны. Кузнецу скажите, что заказ срочный и уточните, что металл можно затачивать только в нагретом состоянии. Сумки мои сберегите у себя, я потом заберу. Кстати, найденные у степняков деньги и ценности положите в них.

Нет, я не жадный, я запасливый. Но нужно еще добавить кое-что, чтобы староста не считал меня последним негодяем.

— Это касается только тех денег, которые вы найдете у степняков в Городе. Всю добычу, что вы уже собрали в деревне, оставьте себе. Это будет справедливо.

— Как скажешь, — ответил Залин, но по его голосу я понял, что он доволен таким подходом.

Вот только это было еще не все.

— И последнее, — добавил я. — В доме знахарки и рядом с телами жителей Города вы обнаружите фляги с жидкостью. О её действии вы уже знаете, а многие ваши воины даже испытали его на себе. Так вот, все эти фляги нужно собрать и аккуратно, ни в коем случае не открывая, положить в одно место, чтобы наш отряд в любое время смог заехать и пополнить запас лечебного зелья. Чтобы вы не считали меня скрягой, разрешаю вам взять два десятка этих фляг. При экономном и правильном его использовании всей вашей деревне хватит этого запаса лет на десять.

Если он раньше не выдохнется, напомнил я себе. Запас лимэля я не собирался оставлять без надзора и передавать его в загребущие руки старосты. У моих ребят после опрометчивого лечения воинов деревни осталось в лучшем случае полфляги на брата. Надолго этого не хватит, особенно если кого-нибудь из них серьезно заденут. Поэтому передо мной вовсю поднималась проблема пополнения ценного продукта. Так как в степи, по понятным причинам, я его изготовить не мог, то оставался только вариант скорейшего возвращения в Город, что опять отвлекало меня от планов посещения Марахи.

— И в завершении я хочу попросить вас передать всех трофейных коней королевским войскам. Это все, — подытожил я.

— Хорошо, сделаем, — ответил довольный староста.

Еще бы, подумал я, мало того, что практически всю добычу с кочевников ему отдал, так еще и лимэлем обеспечил. Прямо Дед Мороз какой-то. Не сомневаюсь, староста степняков разденет до последней нитки, все в дело пустит. Ну и ладно, чего копейки считать. Главное, что эльфийская сталь, мои вещи и запас лимэля окажутся под надежным присмотром. По поводу доспехов и будущих клинков есть у меня одна мыслишка, но пока для неё еще рановато. Должно пройти какое-то время, чтобы все сложилось по моему плану.

— Тогда все. Если вдруг что-нибудь будет нужно, я свяжусь, а вы, когда прибудут воины короля, обязательно сообщите. Всего хорошего!

— И вам всем удачи! — попрощался со мной староста.

Я положил амулет в карман и задумался над своими текущими делами. Конечно, очень хочется просто вытянуться на земле и просто поспать часиков шесть под ласковыми лучами солнышка, но куча забот прямо-таки ждет моего внимания. И первое — это вывод из моего организма сафруса, так неосмотрительно мной проглоченного около полутора суток назад. Дело это не слишком приятное, но подходящего момента у меня в ближайшее время не будет. Спрыгнув с камня, я отправился искать подходящий кустик, где и сделал свое грязное дело. Вот только по завершении процесса я ощутил, что границы моего магического резерва ничуть не изменились. Видимо, я в школе хреново изучал биологию, раз не знаю точный срок прохождения пищи по организму человека, подумал я, натягивая штаны.

Печально, придется опять ждать. А может... Я задумался. Ведь магические способности у меня есть, почему бы не вывести камень принудительно? А нужно ли выводить, мелькнула мысль. А если оставить его внутри? Ведь что я собирался с ним сделать — опять поместить в тело, но на этот раз основательно вживить в ткани. Так зачем же извлекать его оттуда, если он уже в моем организме? Ведь, по сути, не будет никакой разницы, помещу ли я его между мышцами под ключицей, как планировал ранее, или спрячу между внутренних органов. Придя к такому выводу, я вернулся на облюбованный мной валун, устроился поудобнее на нагретой солнцем поверхности камня и расслабился. Операция началась.

Первым делом я активировал магическое зрение и скользнул взглядом внутрь себя любимого. Мне не составило труда обнаружить искомый объект. Сафрус сиял очень ярко, наполненный энергией. По местонахождению я понял, что он как раз путешествует у меня в лабиринтах кишечника, поэтому попробовал мысленно подхватить его и немного протащить в нужном направлении. Камешек подчинился охотно, следуя за моим захватом, и покатился дальше, огибая комки полупереваренной пищи. Остановил я его неподалеку от старого шрама, что остался напоминанием об аппендиксе, который мне удалили несколько лет назад. Я подумал, что если уж в моем организме в этом месте раньше существовал ненужный элемент, то логичнее будет вживить сафрус именно сюда.

Для начала я аккуратно раздвинул ткани кишечника и вытолкнул камень в брюшную полость, а затем аккуратно заштопал отверстие, постаравшись, чтобы вместе с сафрусом туда не попало ничего лишнего. Я-то знаю, как иногда после операции пациентов режут еще раз, чтобы удалить гной, образовавшийся в результате оставленных в ране из-за недосмотра частичек пищи или другой грязи. Насмотрелся на это дело, лежа в больнице после операции. А одна моя знакомая из прошлой жизни так вообще рассказывала ужасные вещи из своего личного опыта. Коротко — она решила удалять себе аппендикс по новомодной схеме, то есть без разреза, а только с помощью одного или нескольких проколов. Ну, хотелось ей, чтобы шрама не осталось на её нежной коже. В итоге она из-за той самой причины, о которой я упоминал выше, провела в больнице три месяца, лишилась нескольких метров кишечника, а взамен приобрела ужасный длинный шрам на боку. Как она потом жалела, что не захотела сделать все по старинке...

Ну, это я отвлекся. После проталкивания камня, я начал аккуратно вживлять его в мышечную ткань, добиваясь полного проникновения волокон в сафрус. Поначалу это не получалось вообще никак, так что я было подумал, что энергия камня не даст осуществить задуманное. Но я был весьма настойчив и, после многочисленных попыток, одна из нитей протянулась сквозь камешек и засияла ярким светом. Дальше пошло проще, как будто я преодолел некую невидимую защитную преграду, создаваемую сафрусом, и нити устремились сквозь него, оплетая его со всех сторон и превращаясь в своеобразный клубок, наполненный огромным количеством силы.

Когда нити перестали формироваться, я остановился и оценил результат. Теперь в правом боку у меня появился мощнейший накопитель энергии, уже на две трети заполненный. Посмотрев на творение своей мысли, я решил напоследок проверить то место, куда вживлял предыдущие камни, и весьма удивился, их не обнаружив. Вместо камней меня встретили клубки ярких нитей, но никаких сафрусов не было и в помине. Камни как будто растворились у меня в теле, наделив своими свойствами окружающие их ткани. Я рассматривал яркие нити и думал, когда же произошел этот процесс? Давненько я не копался в себе, так что это могло произойти и месяц, и два, и три назад. Вот только я же не ощутил уменьшения своего резерва, значит, на мне такое растворение камней нисколько не отразилось. Интересно, это хорошо, или плохо для меня? Конечно, доставать я их и так был не намерен, но вот не значит ли это, что у меня в крови теперь появились частички этих драгоценностей? Или того хуже...

Так, меня опять повело не в ту степь, оборвал я свои мысли. Точно, не выспался, вот и забиваю голову всякой хренью. Факт остается — камни растворились, но ничего мне это знание не дает, кроме предположения, что и большой сафрус вскоре поступит подобным образом. Ну и ладно, от этого мне ни холодно, ни жарко. Пускай себе теоретики головы забивают, как это произошло. Хотя, может быть среди магов это является обычной практикой, просто я не в курсе? Ладно, пора тебе, Нео, возвращаться в реальность.

Я открыл глаза, а дальше... Словами я не могу передать это ощущение. Когда совсем недавно я взял сафрус в рот, то почувствовал себя равным богу. Теперь же все это умножилось раза в три. Чувствуя, что слетаю с катушек, я увидел внезапно все вокруг, но не зрением, а неким чувством пространства, внезапно обнаружившимся у меня. Я ощущал всех живых в лагере, я внезапно понял, что Дину снятся кошмары, а Марик плачет во сне. Я почувствовал раздумья Даркина и даже знал, по какому поводу он так хмурит брови. Я услышал сильное желание Рорка оставить себе кинжал с золотой рукоятью, который он нашел в главном шатре, и понаблюдал за его борьбой с этим желанием. Когда он, выйдя наружу, швырнул клинок в груду оружия на ковре, я оценил этот поступок и взял честного малого на заметку.

Чувствуя себя всемогущим, я всецело отдался своим новым ощущениям и возможностям, пьянящим, словно игристое вино. Лежа на камне, я открывал себя заново. Теперь я знал, что могу в любой момент взять под контроль любого человека в округе, так что он и не почувствует. Я знал, что теперь мое тело превращается в один большой магический артефакт. Я знал, что с легкостью могу повторить окружающее меня плетение мага-экспериментатора и даже улучшить его, доведя до совершенства. Я знал все это и еще тысячи вещей, о которых ранее и не догадывался. Я упивался своими новыми возможностями, радуясь им, как маленький ребенок новой яркой игрушке... И вдруг я услышал шепот, проникающий мне в мысли, далекий и едва различимый.

— Остановись...

Это меня слегка отрезвило, так что я прислушался к своему состоянию. Где-то на грани сознания маячила боль, она все ближе подступала ко мне и грозила вскоре захлестнуть меня с головой. Лихорадочно соображая, что я не учел и почему начали проявляться такие негативные последствия, я посмотрел на свое тело. Первое впечатление было шоковым — я увидел, как стремительно разрушаются мои органы чувств, не рассчитанные на такую перегрузку. Я увидел, что работающее на пределе сердце вот-вот откажет, я ощутил, что через минуту буду окончательно и бесповоротно мертв. Не теряя времени на мат, я стал мысленно восстанавливать повреждения организма, но этот процесс шел гораздо медленнее, чем разрушалось мое тело. Тогда я решил сменить тактику и начал методично уменьшать потоки энергии, направленные от камня к моим внутренним органам. Это помогло. Не сразу, но я ощутил, что с уменьшением притока силы, мои чувства приходят в норму, повреждения в тканях начинают постепенно восстанавливаться. Я наблюдал за этим процессом внутренним зрением и контролировал его ход. Когда более-менее организм восстановился, я попробовал еще раз вернуться в реальность. Как выяснилось, зря.

Барахтаясь в пучине боли, которую я ощутил, вновь осознав себя в своем теле, я понял, что это решение было преждевременным. Нужно было еще немного подождать, прежде чем возвращаться обратно. Все мои чувства словно взбесились. В ушах стучал отбойный молоток, яркое солнце выжигало мои глаза, а на кожу словно плеснули раскаленным металлом, который сжигал её до костей. Теперь я понял, что те ощущения, которые я получил при клятве верности, были вполне терпимыми, по сравнению с моим теперешним состоянием. Посопротивлявшись еще немного, я поднял свою руку, весившую не меньше тонны, и нащупал в кармане куртки флягу с остатками лимэля. Вот только достать у меня её уже не хватило сил, и я почувствовал, как ко мне подступает Темнота, собираясь унести мое сознание, спасая от невыносимой боли.

— Почему так произошло? — мысленно спросил я, не очень надеясь на ответ.

Но он пришел. Ласковый шепот моей подруги проникал, казалось в середину моей души.

— Твое тело еще не готово управлять такой силой.

— Но ведь я справился с ней... мне так кажется, — ответил я, продлевая мгновения зыбкой грани между реальностью и сном.

— Ты всего лишь сумел ограничить её, — прошептала темнота, нежно погладив меня по щеке.

— И что мне теперь с ней делать, если я не смогу с ней справиться? — поинтересовался я, чувствуя приятное прикосновение. — Мне нужно извлечь камень?

Темнота засмеялась, но её смех не рождал обиду, скорее понимание, что я для неё всего лишь глупый маленький ребенок, который жалуется матери, что у него не получается собрать свою игрушку.

— Нет, Алекс, тебе просто придется научиться пользоваться этой силой, — прошептала Темнота, улыбнувшись.

Как можно увидеть улыбку абсолютного мрака, как можно заметить усмешку тени? Никак. Поэтому я не увидел эту улыбку, я её почувствовал, и сам улыбнулся в ответ, признавая свою глупость. Темнота достала свое черное одеяло, и стала укрывать меня с головой, а я подумал, что задал еще не все беспокоящие меня вопросы.

— Как тебя зовут?

Может быть, это было глупо, но я отчего-то подумал, что этот вопрос действительно для меня важен. В ответ Темнота опять улыбнулась и прошептала:

— Ты ведь уже дал мне имя. И оно мне нравится...

— Тогда скажи, кто ты? — спросил я, чувствуя, что еще пара мгновений, и я провалюсь в беспамятство.

— Ты узнаешь... — донесся шепот.

— Когда? — сделал я последнее усилие.

— Как только немного подрастешь... — прошептала подруга и погрузила меня во мрак.

А мое пробуждение было весьма и весьма болезненным. Когда я открыл глаза, то почувствовал, что мое тело весьма решительно настаивает на том, чтобы в будущем я не проводил с ним подобных экспериментов. Пробежавшись по нему внутренним зрением, я отчетливо понял, что теперь мне не нужно для этого особо напрягаться. Это качество для меня стало как будто само собой разумеющимся и перешло в разряд чувств, вроде слуха или обоняния. Как ни странно, я особых повреждений не обнаружил, но общая слабость и вялость говорили, что организму пришлось хорошенько потрудиться, залечивая себя, пока я был в руках у Темноты.

Принудительно активировав процессы исцеления, я начал шаг за шагом восстанавливать разрушенные ткани, образовывая на их месте целые клубки нитей, таким образом делая их крепче, выносливее. Я понимал, что как и мои мышцы в процессе тренировок в Рассветной школе наливались силой благодаря такому подходу, так теперь и весь организм должен привыкнуть к новому уровню нагрузок, медленно но верно раскачивая свои возможности. Значит, теперь мне нужно будет почаще оперировать большим количеством силы, пришел к выводу я, но, разумеется, не доводить тело до такого плачевного состояния. Именно так я и смогу постепенно овладеть той энергией, которую получил вместе с камнем.

Проводя процессы лечения, я одновременно размышлял над словами Темноты, которые отчетливо помнил, и приходил к логичным выводам. Первое — Темнота, это ни кто иной, как сама Смерть, с которой по легендам заключил контракт Темный маг, живший в этом мире около полутысячи лет назад. Второе — у неё на меня определенно имеются планы, так как иначе она не стала бы нянчиться со мной, как с ребенком. Третье — меня в них она посвящать точно не будет, так как считает, что я еще не достиг нужного уровня развития. Есть еще пара мелких выводов, но основное я понял — попал я, судя по всему, капитально. И здесь есть и положительные, и отрицательные моменты.

Конечно, иметь такую покровительницу в этом мире мне очень не хочется, но кто меня спрашивать-то будет? И отказываться от такого пристального внимания моей давней подруги я вовсе не собираюсь. Потому что это весьма чревато, ведь в один прекрасный момент я могу просто не проснуться, а пожить мне еще ой как хочется! Сопротивляться тому факту, что из меня вполне может выйти новый Темный, я не буду, поскольку это глупо и бессмысленно. Характер ведь не изменишь, а он у меня весьма и весьма подходит для классического образа Черного Властелина. Одно радует, пока до моего "взросления" есть еще масса времени (насколько я это понял по смеху Темноты), потому можно жить в свое удовольствие, чем я и займусь.

Однако, закончив с самолечением, я напомнил себе, что в свое удовольствие пока пожить у меня вряд ли выйдет. С этими проблемами я совсем забыл, что текущие дела запускать нельзя. А что у нас на повестке дня? Правильно — война с кочевниками. Поэтому надо вернуться с небес на землю и снова вспомнить, зачем я здесь оказался. Приподнявшись на камнях, я ощутил вкус запекшейся крови во рту, а также неприятное тянущее ощущение на лице. Проведя рукой по физиономии, я понял, что в процессе эксперимента у меня опять пошла носом кровь, которая теперь сухой коркой стягивала мою кожу. Поморщившись, я соскочил с камня и с трудом удержался на ногах. Усталость давала о себе знать, а тело опять чувствовалось чужим и непослушным. Взглянув на солнце, я понял, что оно упрямо ползет в зенит, значит, с момента начала эксперимента прошло не многим более четырех часов. Скоро нужно будет поднимать ребят и вместе с ними продолжать сбор трофеев, а пока нужно размяться. Вспомнив свои тренировки в Рассветной школе, я потратил еще полчаса, чтобы вновь полноценно почувствовать свое тело. Усталость ушла, сменившись чувством легкости, поэтому я направился обратно к лагерю, чтобы умыться и перекусить.

Но уже на подходе я заметил другую странность. Хотя я и не активировал плетение магического зрения, но я вполне отчетливо видел ауры ребят, а в шатрах Советника и мага заметил несколько неактивных плетений в находящихся там амулетах и один источник энергии, что ярко светился. Это было весьма странным, но я принял свою новую способность, как должное. Если я после вживления первых трех камней стал хорошо видеть в темноте, не используя плетение ночного зрения, но логичнее было предположить, что после моего сегодняшнего опыта мое зрение опять перешло на новый уровень. Блин, как в стандартной игрушке. Не хватает только подсказок типа "Вы получили еще десять очков опыта, какие способности желаете улучшить?".

Хмыкнув, я огляделся вокруг, пытаясь вычислить границы моих новых возможностей. Бросив взгляд на степь, я различил мелкие пятнышки аур грызунов, а вдали маячила Белая Скала, источающая слабый магический фон. Остановившись, я вгляделся внимательнее. Что-то было странным в этом нагромождении камней, но что конкретно, я так и не догадался, однако магический фон взял на заметку. Если у меня останется время, то можно будет быстренько смотаться туда и обратно и посмотреть на эту аномалию поблизости. Нутром чую, там не все так просто с этой скалой, как кажется на первый взгляд.

Не теряя зря времени, я направился в лагерь, где подошел к кухне, которая все еще оглашалась храпом моих спящих бойцов. Ребята и не думали просыпаться, утомившись после бессонной ночи и последовавшей за ней схватки, поэтому я не стал их пока расталкивать, решив им дать еще часок полноценного отдыха. Тем более, что наемники пока отлично со всем справлялись. Как я заметил, половина тел кочевников уже была лишена оружия и всего ценного, которое грудами было свалено на расстеленных коврах, да и просто на земле. Подивившись трудоспособности людей, я начал тщательно оттирать засохшую кровь с лица, пользуясь для этого запасом чистой воды из деревянной бочки, что стояла рядом с котлами. Кочевники отчего-то не стали разворачивать кухню рядом с источником питьевой воды, поэтому им ежедневно приходилось эту бочку наполнять, совершая многочисленные рейсы к колодцу и обратно. Из моих новых воспоминаний я узнал, что такая работа была своеобразным наказанием за любые проступки, поэтому "желающие" поработать водоносами благодаря стараниям вождей отрядов находились всегда.

Оттерев кровь с лица, я напился, схватил пару сухих лепешек и отправился к наемникам, что продолжали сбор наших трофеев. Судя по грудам оружия и доспехов, сваленных в кучи, они неплохо постарались. Груда с деньгами и драгоценностями выглядела не столь внушительно, но на первый взгляд там уже была тысяча золотых монет, и это не считая колец, цепочек, сережек, и прочей серебряной и медной мелочи. Оценивая приблизительную стоимость всех украшений, я дождался приближения Даркина, нагруженного десятком мечей и луков. Дождавшись, пока он свалит это добро в общую кучу, я поинтересовался:

— Как дело движется?

Утирая трудовой пот со лба, наемник устало ответил:

— Мы собрали все ценное с тел за пределами лагеря, проверили все шатры, кроме тех двух, о которых вы говорили, а сейчас обыскиваем тела в лагере. Дошли примерно до половины, но еще осталось сотен пять...

Я хмыкнул, а на удивленный взгляд Даркина ответил:

— Признаться честно, я и не рассчитывал на такой результат. Поэтому можете сейчас отдохнуть, а через час я подниму своих ребят и мы закончим работу. И еще...

— Да?

— Может уже перейдем на ты? — предложил я наемнику.

— А разве это не будет для вас оскорблением? — удивился тот. — Вы же маг?

— Прежде всего, я человек. Просто умею чуть больше других.

— Человек... — протянул Даркин, рассматривая мои остроконечные уши.

— Ладно, по большей части эльф, а это что, имеет значение? — спросил я. — Или вы в Империи эльфов не любите?

— Да где же их любят? — махнул рукой Даркин и осекся, а потом осторожно посмотрел на меня.

— А с этого места поподробнее, — попросил я.

Наемник все мялся и молчал, смущенно глядя на меня.

— Не нужно стесняться, во всяком случае, сразу не убью, — приободрил его я.

Вздохнув, Даркин продолжил:

— Ага, только после долгих пыток... Ладно, расскажу. Не любим мы вас потому, что вы заносчивые, нахальные, чванливые, а за ваши шутки вас всех вообще убить нужно!

Посмотрев на меня, наемник понял, что за такие слова убивать его пока никто не собирается и, немного расслабившись, продолжил:

— Вы не испытываете никакого уважения к людям, считаете их созданиями низшего уровня, а если и соблаговолите осчастливить разговором, то общаетесь с нами, как с детьми малыми. А еще...

— Спасибо, я уже понял, что некто из моих собратьев вам крупно насолил, поэтому вы в каждом встречном эльфе теперь видите заносчивую сволочь с отвратительным чувством юмора. Жаль...

Я задумчиво потер подбородок. Похоже, что мои планы опять накрываются медным тазом. Если у наемников такое отношение к эльфам, то, само собой разумеется, что ни о каком пополнении моего отряда и речи быть не может. Так что наемники со мной останутся только до того момента, пока мы не освободим их товарищей, а потом моментально свалят, даже не попрощавшись. Обидно. Тогда зачем мне взваливать на свои плечи такую обузу? Ведь даже со своей подготовкой, они и в подметки не годятся моим ребятам, значит, в бой их не пошлешь, полягут в первые же минуты, в качестве отвлекающего маневра использовать не получится... И выходит, что нужны они мне как корове седло. Может лучше сразу...

— Не в каждом, — вывел меня из задумчивости голос Даркина.

— Что? — переспросил я, потеряв нить разговора.

— Я сказал, что не в каждом эльфе, — повторил наемник. — Теперь не в каждом.

Я усмехнулся.

— И что во мне такого, что убедило вас, что я отличаюсь от своих собратьев?

— Все, — решительно ответил Даркин. — Может быть потому, что вы эльф только большей частью, как вы сами сказали, но сейчас я вижу перед собой не эльфа, а человека. Не заносчивую сволочь, а прекрасного воина и умелого командира, обладающего вдобавок возможностями колдуна... Да и ваши парни мне много чего рассказали о своем командире.

— Вот, трепачи, — сокрушенно вздохнул я.

— Не стоит переживать, — улыбнулся Даркин. — У меня сложилось глубокое убеждение, что все они вами очень гордятся.

Я решил быстренько поменять тему.

— Так что, может, все-таки перейдем на "ты", как-никак мы ведь в одном отряде? Хоть и временно.

— Но ведь вы наш командир? — изумился Даркин. — Разве это не противоречит воинскому уставу?

— В нашем отряде устав состоит всего из одного пункта — все члены отряда — друзья и братья, а тех, кто не согласен — не держим. Пока вы временно вливаетесь в нашу дружную семью, извольте соответствовать требованиям, да и мне так проще будет. Так что, согласны?

— Согласен! — кивнул наемник и протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал.

— Ну, вот и ладушки, — весело заключил я. — Теперь я пойду покопаюсь в шатрах мага и Советника, а потом будем обедать.

Заметив подходящего Рорка с охапкой оружия, которая едва умещалась у него на вытянутых руках, я добавил:

— Да, и хватит уже надрываться, отдохните. Нам еще ночью предстоит работка.

Повернувшись, я зашагал к шатрам, где планировал найти много интересного, но потом обернулся и с ехидной улыбочкой обратился к наемникам:

— Кстати, Даркин, к вопросу об эльфах, предупреждаю сразу, сволочь я еще та, да и шутить люблю частенько...

Оставив наемника размышлять над моими словами, я направился к интересующим меня шатрам, думая, что иногда лучше сразу понизить планку своей оценки в глазах других, чтобы потом не вышло несоответствия. Ведь если человек не оправдывает твоих ожиданий, это намного хуже, чем когда ты убеждаешься, что зря думал о нем настолько плохо. Так что пускай Даркин не возводит меня в ранг идеала, потому что мне соответствовать этому статусу будет весьма сложно. Мда... все-таки хорошо, что я уделил несколько минуток этому вопросу, ведь в результате на чашу весов попало еще несколько камешков. А помогут они мне или нет, время покажет.

Дойдя до шатра мага, я опять пролез внутрь сквозь отверстие в стенке и принялся оглядываться. Вначале меня заинтересовал столик с бумагами. Подойдя к нему, я убедился, что пользы в них маловато — на пергаменте были начерчены неизвестные мне схемы, в которых я не смог разобраться, как ни старался. Нет, я понимал, что таким образом маг выстраивал структуру плетения, рассчитывая необходимые параметры компонентов и нужные блоки. Вот только мне эта писанина была не понятнее китайских иероглифов. До теории построения плетений мы с учителем так и не успели добраться, а жаль. Вздохнув, я аккуратно взял листки, сложил их и спрятал в карман. Возможно, в будущем, когда я основательно приступлю к изучению магии, мне это может пригодиться. Да, я понимаю, что уже завтра имперский маг вполне может стереть меня в порошок, но, даже будучи реалистом, я все же не собирался отказываться от радужных надежд на счастливое будущее.

Спрятав листки, я приступил к осмотру сумки, которая валялась рядом с грудой мехов, служивших постелью. В результате осмотра мне достался один разговорный амулет в виде гладкого камешка с веревкой, пара амулетов незнакомого действия, которые я, памятуя прошлый опыт, просто деактивировал, одна книга на общем языке, которую я тоже прихватил, надеясь выкроить немного времени на её изучение, а также кошель с золотом. Взвесив последний в руке, я понял, что имперские маги живут весьма неплохо. Спрятав кошель в карман, как свою законную добычу, я продолжил осмотр сумки, которая порадовала меня кучей хлама, похоже, весьма нужного колдуну. На свет появились различные склянки с сушеными насекомыми, обломки костей, пучки травок, половину из которых я узнал, и прочий мусор.

Кстати, впервые в этом мире я увидел изделия из стекла, поэтому уделил им пристальное внимание. Склянки представляли собой маленькие бутылочки, заткнутые пробками, и вид имели ну очень грубый. Похоже, что искусство стеклодувов тут находится в зачаточном состоянии, подумал я, вертя стекло в руках, значит, мне можно нажиться еще и на производстве стеклянной тары. Тем более, что из школьного курса химии я помнил, что для получения стекла необходимо всего лишь наличие песка, соды и извести, которые тут точно водятся в изобилии. Я даже знаю, как придать стеклу разнообразные оттенки, так как в свое время писал по этой теме реферат, а потому информации у меня достаточно. Если выберусь живым из этой заварушки, озадачу гномов, налажу производство, да и буду снимать сливки, так как это товар весьма ходовой, а если его сбывать по цене глиняной посуды...

Так, опять я замечтался и принялся строить планы на будущее, когда еще не разобрался в настоящем. Смотря на гору мусора, которую я вывалил из сумки мага, я решил не брать ничего, кроме книги и разговорного амулета. Разумеется, саму сумку я тоже прихватил, так как мои остались в Городе, а трофеи девать куда-то было нужно. Кинув книгу в сумку, я приступил к самому интересному — осмотру тела мага. Как я понял своим магическим зрением, у него было несколько амулетов и два неслабых источника энергии, находившиеся на руке мага. Приглядевшись внимательнее, я понял, что это перстни с печатками, которыми были украшены указательный и средний пальцы экспериментатора. Именно они ярко светились, так что я издали принял их за один большой накопитель.

Подняв руку мага, я взглянул на перстни и понял, что они сделаны из серебра и на первый взгляд, содержат треть резерва, который был у меня до вживления большого камня. Для меня это стало большим открытием, так я и не знал, что серебро способно аккумулировать энергию. Решив, что перстни мне, несомненно, пригодятся, я начал стаскивать их с пальцев мага. Они поддавались неохотно, сидели, будто намертво вросли в тело. Поковырявшись с одним, я добился того, что сломал палец, естественно не себе, но перстень сдвинулся только до фаланги, прочертив глубокую борозду на коже. Осмотрев эту канавку, я понял, что под печаткой находится какая-то выпуклость, которая буквально вонзается в тело. Именно поэтому перстни так не хотят покидать руку хозяина. Вздохнув, я достал свой кинжал и после не слишком приятной работы получил в свое распоряжения два немного запачканных украшения.

Вытерев их о рубашку трупа, от чего они намного чище не стали, я поднес их к глазам и попытался выяснить, что же мешало мне их снять. А все объяснялось очень просто — внутри, прямо под печаткой был помещен ограненный камень с острым концом, которым он и впивался в тело мага. Вы спросите, зачем же погибший подвергал себя таким пыткам? Все дело в том, что камнем был сафрус. Осмотрев второй перстень, я обнаружил еще один сафрус, немного меньших размеров. Эта находка заставила меня о многом задуматься. Значит, имперские маги не вживляют сафрусы в тело, они носят их наподобие украшений, обеспечивая камням более плотное соприкосновение с их кожей. Но почему? Разве не проще поместить их внутрь, и забыть о проблеме? Или в среде магов они считаются разменной монетой, которую необходимо иметь под рукой. Но, судя по пальцам мага, лежащего передо мной, он носит их уже не первый год, так что моя теория не выдерживает критики.

  И тут я неожиданно вспомнил свой первый опыт по вживлению камней. Я словно заново пережил весь процесс моего эксперимента и ощутил, что знаю причину того, что маги используют сафрусы только таким способом. Я вспомнил, что, камень, который я засунул в тело, всеми силами отторгался живыми тканями. Он был инородным телом, с которым мой организм боролся, пытаясь вывести его прочь. А регенерация у меня в то время еще не была такой сильной, поэтому я мог только догадываться, что бы вышло, реши я поэкспериментировать с ними только сейчас. Наверняка, камень бы просто вытолкнуло наружу спустя секунды три, а если бы я продолжал упорствовать, то окружающие волокна просто начали бы отмирать. Ведь процесс в первый раз прошел успешно только потому, что я с настойчивостью идиота добился того, что камень стал восприниматься организмом, как его часть. Я вспомнил, как сквозь него проходила первая нить, сравнил с теми ощущениями ломающейся преграды сегодня утром и понял, что до этого имперские маги отчего-то не дошли. Много это мне не дает, но все-таки приятно осознавать, что хоть в чем-то я утираю нос здешним профессионалам.

Сунув перстни в карман, я продолжил осмотр тела и обнаружил скрытые плетения в браслетах мага, золотых, с причудливым узором. Рассмотрев их, я пришел к выводу, что это своего рода защитный артефакт, наподобие моего кокона, но с более сложной структурой. Посмотрев, нет ли на них некоего подобия опознавательного блока, который реагирует на прикосновения чужаков, я понял, что до такого маг опускаться не стал, а потому без опаски снял украшения и надел их себе на руки. Оценив приобретение, я решил с тестированием пока не спешить и занялся последним амулетом — серебряной цепочкой. Плетение в нем было настолько сложным и хитрым, что я даже не смог определить его назначение, а потому просто развеял его, сорвав цепочку и присовокупив к трофеям. Больше ничего интересного для меня здесь не было, поэтому я выбрался из шатра и направился к месту обитания Советника.

Там меня поджидал небольшой облом. Единственным амулетом, который я обнаружил — был очиститель воздуха. Его структуру я опознал, так как у моего учителя в сортире находился именно такой. Довольно удобная штука, правда, менять нужно часто и не пропускать момент, когда начинается обратный процесс отдачи всех удаленных запахов. Мой учитель в этом был не слишком внимателен, поэтому как-то раз забежав по нужде в его домик, я испытал непередаваемые ощущения, а моя одежда еще долго после этого сохраняла устойчивый аромат. Даже сейчас вспомнив об этом, я инстинктивно задержал дыхание, но потом опомнился и принялся ворошить вещи Советника. В итоге я стал обладателем небольшого мешочка с золотом, записной книжки с расчетами расходов и комплекта шелковых портянок, которые я тут же использовал по назначению, оценив все прелести данного материала.

Выйдя из шатра, я задумался, обыскивали наемники тело герцога, или еще не успели до него добраться? Решив на всякий случай проверить, я отправился в дальний конец лагеря, где так глупо закончил свою жизнь имперский интриган. Дойдя до нужного места, я обнаружил, что тело еще никто не тревожил, поэтому я принялся это исправлять. Украшения и роскошный кинжал в не менее роскошных ножнах привлекли мое внимание меньше, чем разговорный амулет, висевший у него на шее. Он также представлял собой гладкий камешек, видимо, имперцы обожают работать именно с этим материалом. Спрятав его в карман, я прихватил также и туго набитый напоясный кошель с монетами, а потом отправился назад. Теперь оставалось только пообедать и решить, что же делать с доставшимся нам оружием.

Глава 5

Тайна Белой Скалы

Когда я подошел к куче наших трофеев, то обнаружил возле нее отдыхающих наемников, которые удобно устроились в тени шатра и негромко разговаривали. Подойдя к ним, я кинул кошели Советника в общую кучу с ценностями, затем вытряхнул туда же украшения из карманов и обратился к воинам:

— Ну что, пойдем пообедаем?

Возражений не последовало, поэтому я направился к кухне, передавая мысленно всем ребятам мой грозный рык "Подьем! Обед проспите!". Когда подошли мы с наемниками, на кухне уже царило оживление. Некоторые бойцы во главе с Тритом начинали разводить огонь под большим котелком, некоторые еще только продирали глаза, а пара человек подходили откуда-то с окраин лагеря. Когда все собрались и стали ожидать готовности обеда, я объяснил ребятам наши текущие планы.

— Значит так, закончив с обедом, все отправляются собирать трофеи, что остались после упорных усилий наших новых товарищей. Потом состоится самая приятная часть — дележ добычи. Затем мы подготавливаемся к новой схватке, пополняем боезапас, прячем остальное оружие и скачем ко второму лагерю, что находится неподалеку. Пока вопросов нет?

Ребята встретили мое сообщение с энтузиазмом и заверили, что им все понятно.

— Тогда перейдем к официальной части. Для улучшения организации нашего отряда, мною было принято решение присвоить некоторым бойцам звание сержантов. Каждому из них придется стать во главе пятерки солдат и руководить их действиями в бою и после. Теперь объявляю тех личностей, которым не повезло, это Крот, Ринок, Дин и Рик. Пятерки определите уже вы сами. Вопросы?

— А зачем это? — спросил Рик, которому явно не улыбалось становиться командиром.

— А это чтобы мне было удобнее, — честно ответил я. — Да и в бою не помешает, когда нет времени перечислять всех поименно, если нужно отдать приказ нескольким сразу.

— А мысленно? — удивился Дин.

— Это то же самое, — ответил я, но видя, что не все поняли, добавил. — Разберем на примере. Ситуация такая же, мы окружили лагерь, но вдруг мне приспичило послать шестерку бойцов на вон тот холмик. Если на отряды мы еще не делились, я должен буду найти каждого второго в цепочке окружения, а потом по-очереди передать ему приказ, так как обращаться к нескольким сразу трудно, проще или к одному или сразу ко всем. Это связано с техническими деталями клятвы, так что не берите в голову. Важно то, что времени пройдет немало, пока я отдам всем приказы, да пока они на них отреагируют. Но и тогда возможны вопросы от соседей, которые рядом сидят и приказа не слышали. Ведь естественно им будет интересно, почему это вы направляетесь совсем в другую сторону... Короче, представили? А теперь другая ситуация, когда наш отряд уже успешно разбит на отделения. Естественно, все бойцы одной шестерки будут держаться вместе, поэтому, чтобы послать одну из них на тот холмик, мне нужно будет отдать всего три приказа — один, командиру ближайшей шестерки, чтобы выдвигался туда, и два — командирам соседних отделений, чтобы растянули бойцов и закрыли брешь в окружении. Понятно?

Ребята одобрительно кивнули, а я перенес внимание на наемников:

— Даркин, кто будет командиром у вас?

— Я, — ответил наемник.

— Так я и думал, — кивнул я. — Напомни мне, после обеда, чтобы я сделал тебе разговорный амулет, ладно?

— А что, со мной ты мысленно связаться не сможешь?

Я покачал головой.

— Нет, ведь наш отряд связан одной клятвой, а вы в нем в качестве добровольных помощников.

— Клятвой? — переспросил Даркин, а затем обвел взглядом ребят, глядящих на него с нескрываемой гордостью, и добавил: — Ну, вы даете, Кэльвы!

Пока выражения лиц бойцов не успели поменяться, я мысленно обратился ко всем:

— Парни, наш отряд теперь называется Королевские Кэльвы, так что не удивляйтесь. Просто, когда меня об этом спросил Даркин, я не смог придумать ничего лучше, а быть без названия нам уже просто не солидно... Или я не прав?

До меня донеслись мысленные ответы ребят:

— Правильно, командир!

— Отлично придумал!

— Хорошее название!

Убедившись, что до всех дошла новость, я прервал мысленную связь и спросил Трита уже вслух:

— Что там с обедом?

— Сейчас будет готов, — спокойно ответил парень, помешивая варево, источающее аппетитные ароматы.

Стремясь заполнить свободную минутку чем-нибудь полезным, я достал книгу, которую захватил с собой вместе сумкой и начал её листать. Быстро просматривая страницу за страницей, я понял, что она представляет собой исторический трактат о здешних землях, начинавшийся с древнейших времен, отраженных только в легендах и преданиях. Быстро пролистав обзор этих бабушкиных сказок о страшных чудовищах, населявших эти земли в период, когда здесь были болота, я не задержался и на перечислении давно ушедших рас, населявших эту территорию, когда она была покрыта лесами. Остановился я только тогда, когда добрался до событий почти тысячелетней давности. Читая через строчку, я понял, что в тот период здесь бушевали войны всех со всеми. То люди отправлялись бить орков, то гномы цапались с эльфами, то тролли объединялись с ящерами и шли бить всех подряд. Короче, веселое было время!

Так продолжалось почти три столетия. Потом множество рас просто повымерли, некоторые сами, другим помогли это сделать доброжелатели, а остальные немного окультурились и порастеряли свой буйный норов. Люди все больше воевали друг с другом, хотя и нападали на совсем остепенившихся нелюдей, от которых неизменно получали звездюлей. Постепенно на этих территориях земля истощалась, климат становился все жарче, и где-то через еще лет двести здешние обитатели стали представлять собой весьма жалкое зрелище. Все нелюди давно уже переместились в места получше и побогаче, только человеческие народы упорно цеплялись за эту землю, неуклонно превращавшуюся в степь. А вот тут-то и началось самое интересное.

Лет пятьсот назад родился в здешних местах человек, странный, обладающий большой силой. И решил он вскоре себя показать остальному миру и отправился путешествовать, да набираться новых знаний. Учился он у разных людей, много видел всякого в пути, да и решил в один прекрасный миг устроить свое собственное королевство. Да вот только одна незадача — все территории уже были давно заняты, а заниматься просвещением диких народов, живущих далеко на юге, он отчего-то не захотел. Вот тогда и решил он взять и захватить одно из существующих государств, называемое людьми Марошем. Хорошее это было государство или плохое, уже точно никто не знает, только факт остается таким — меньше месяца понадобилось ему, чтобы собрать всех недовольных существующим ладом, организовать переворот и самому сесть на трон.

История не замалчивает тот факт, что это королевство после смены власти стало стремительно богатеть, что не могло не вызвать зависть у соседей, одним из которых была Империя, в те годы еще молодое образование, однако с неуемными аппетитами. Собрав свою армию, она двинула войска на захват лакомого куска, да только облом вышел. Человек тот отдавать свою землю не пожелал и вломил захватчикам так, что остались от их армии только рожки да ножки. На свою беду, он пощадил тогдашнего императора и не стал устраивать ответный удар, и зря. Император тот, не смирившись с горечью поражения, стал распускать слухи о том, что человек тот вовсе и не хороший, а можно даже сказать, плохой. Ведь ему удалось разгромить мощную армию, чего даже не под силу было сделать сильнейшим магам того времени. Да и вообще, он продал свою душу дьяволу, на костер его!

Ну, это я, естественно, иронизирую, но очернили его по полной программе. Вот только в роли дьявола выступала Смерть, ведь в здешних религиях Сатана как персонаж напрочь отсутствует. Хотя это странно, не иметь антипода Единому, чтобы им оправдывать все неприятности в жизни... Короче, сделали из него общими усилиями Темного мага. Фигуру грозную, сильную, не заслуживающую права на существование. И началась травля. Во-первых, массовая резня в соседних государствах всех тех, кто был как-то связан с Марошем, или был оттуда родом. Несомненно, под шумок избавились от всех неугодных, от чего жертв стало только больше. Во-вторых, поскольку открытого противостояния противники боялись, начались диверсии, уничтожавшие абсолютно мирное население Мароша.

Темный маг терпел долго, целый год. А потом взял да и прошелся по соседям огненным мечом. Запылали города, вырезаемые подчистую, застонали жители соседних стран и попросили пощады у Темного. Но тот не обращал на крики внимания и сполна отомстил за мучения своего королевства, после чего вернулся с победой обратно. Но спокойной жизни опять не получилось. Теперь уже затаили обиду все и начали готовиться к решающей битве, призванной стереть с лица земли это ненавистное королевство. Были заключены многие договора, объединившие вчерашних врагов, были привлечены все обитатели этой части мира. Вот только и Темный маг не сидел сложа руки. Он тоже готовился. Готовился исчезнуть, понимая, что враги так просто его не оставят.

Втайне он перебрасывал жителей королевства сюда, на эти земли, бывшие когда-то давно его родиной. Конечно, согласились перебраться далеко не все, кое-кто, верящий в успех предстоящей войны, предпочел остаться дома и подождать. И когда началось решающее сражение, когда союзные армии с огромными потерями уничтожили всех оставшихся в Мароше защитников и подошли к стенам столицы, их встретили лишь пустые дома. Все жители исчезли, а в тронном зале захватчиков ждал сам Темный маг, который предложил всем разойтись миром. В итоге этих переговоров на месте столицы осталась одна большая воронка, унесшая жизни половине оставшихся воинов.

После этого наступило некоторое затишье на целых десять долгих лет. Соседи зализывали раны, начиная потихоньку собачиться друг с другом, территория Мароша была поглощена Империей, все оставшиеся жители этого королевства были либо убиты, либо превращены в рабов. Тогда это было обычной практикой. В общем, мир возвращался к нормальной жизни. И тут, как гром среди ясного неба грянула новость — Темный, оказывается, весьма жив и здоров и живет себе спокойно на окраине земли, окруженный верными людьми. Непорядок! Срочно нужно исправить!

Первый рейд на эти земли окончился неудачей. Маг в этот раз учел свой предыдущий горький опыт и успел создать сильную оборону. Во-первых, он понастроил кучу магических ловушек, так что первое войско даже не смогло далеко зайти на территорию его владений. Во-вторых, когда захватчики сумели-таки встретиться с защитниками, то обнаружили, что те успешно владеют магией. Средне, конечно, но зато все поголовно. Так как с хорошими магами всегда была напряженка, этот факт заставил многих призадуматься. Но не всех. Самые рьяные продолжали на собственном опыте убеждаться, что с Темным лучше не связываться.

Однако, твердолобые упрямцы, потеряв немало своих воинов на подступах к сердцу владений Темного мага, все же сумели выяснить, где у него находится слабое место. И тогда началась настоящая народная агитация, ведь свои силы уже иссякли, а новых воинов набирать было нужно. Короче, "Всё для борьбы с Темным!", "Долой узурпатора!" и прочее. Все ограничилось бы разрушением близлежащих государств, но в дело вступили маги и церковники. Первые объединились, чтобы свергнуть, как им казалось, единственную угрозу их полной власти, вторые — просто из идейных соображений. Совместными усилиями был создан магический артефакт для уничтожения Темного, собрано грандиозное войско, привлечены все маги и началось...

Не буду описывать всю эту эпопею, которой в книге было посвящено страниц десять. Коротко итог битвы был таков — из захватчиков осталась в живых только пятая часть, население этих территорий было вырезано полностью, Темный маг повержен, а земля превращена в степь. Соседние королевства были обескровлены, большие потери пришлись и на гномов с эльфами. Империя, воспользовавшись этим, захватила все то, что смогла. А на этих безлюдных территориях, большей частью перекопанных и выжженных магическими битвами, стали селиться дикие племена кочевников, пришедшие с юга и позвавшие всех своих знакомых. Постепенно степь оживала, кочевники чувствовали себя все более уверенно, даже пытались нападать на соседний Мардинан и диких горцев, обитающих на востоке, но получали отпор и там и там. Вот с тех пор такая ситуация и сохраняется по сей день. Были конфликты людей с гномами, были попытки Империи расшириться за счет эльфов, были стычки на границе Мардинана, но все это не коснулось этих пустынных земель. Конец фильма.

Отложив книгу в сторону, я принялся за давно остывшую кашу, поставленную передо мной заботливым Тритом. Надо же, каким бывает увлекательным чтение, особенно если читать между строк. Автору сего трактата нужно при жизни поставить памятник за полное и радикальное извращение фактов. Ведь, если обращать внимание на его трактовку событий, то имел место никак не захват, а освободительная война угнетенных, не тотальное уничтожение нации, а избавление мира от тьмы, ну и так далее. Короче, все как всегда, наше дело правое и не важно, что другая сторона говорит так же!

А вообще жалко мне Темного, прямо очень жалко. И чего, дурак, полез в верха? Сидел бы себе тихо и незаметно, глядишь, пожил бы в свое удовольствие, а так — только кучу народа угробил бессмысленно. Нет, я понимаю, что враги, что их жалеть не нужно, но почему он просто не уничтожил правящую верхушку соседних стран, а пришедшим им на смену не пообещал, что если они только посмотрят в его сторону, то с ними случиться та же петрушка? Что, сил не хватило? Или просто опасался, что не поймут? Хотя, уж чего там опасаться было... Да и вообще, мог бы не останавливаться на достигнутом, а просто подмял бы под себя полмира. Или скромным был, считал, что много на себя возьмет? Короче, не человек, а сплошная загадка. Одно название — Темный маг.

Доев свой обед, я посмотрел на солнце и отметил, что основательно зачитался. Нужно было посмотреть, что там с трофеями. Закрыв книгу, я спрятал её в сумку, надеясь в будущем подарить Алоне, чтоб порадовалась поучительной истории, и пошел в центр лагеря, размышляя, что делать с грудой оружия. По своей запасливой натуре я бы все это отправил в Мардинан, где толкнул оружейникам, но времени на это у меня сейчас не было, так что придется все добро спрятать. Только как? Закопать — неразумно, во-первых степняки, когда объявятся, поймут и отыщут, во вторых, неизвестно, когда у меня до этого дела руки дойдут, а луки так хранить нельзя. Значит, нужно спрятать все это дело где-нибудь в скалах. Найти подходящую сухую пещерку и завалить её камнями. Там это все хоть десять лет пролежит, и ничего ему не сделается.

Подойдя к уже собравшимся ребятам, я взглянул на колоссальный склад вооружения и внушительную кучу денег и драгоценностей и спросил:

— Все собрали?

— Все, — ответил Крот.

— Тогда у меня для вас задание — разделить деньги и драгоценности, чтобы всем досталось поровну.

Я услышал мысленный зов Крота и также мысленно ответил:

— Да?

— Алекс, наемникам тоже давать долю добычи?

— Сейчас они в нашем отряде, потому делите на всех, а если артачиться будут, скажи, что я приказал, — ответил я также мысленно, подумав еще, что Крот просто идеальный помощник — все схватывает на лету.

Крот молча кивнул, а я обратился к Даркину:

— Ты и твои парни подберите из этой груды себе стоящее оружие и доспехи, если не хотите, чтобы вас стрелами задели.

— Но нам как-то привычнее без них... — засомневался Даркин.

— С ними надежнее, — отрезал я. — Взгляните на моих парней — потеют, устают, поминают демонов, но не снимают!

Действительно, мои бойцы, привыкшие за десяток дней к доспехам из эльфийской стали уже даже и не снимали их после боя. Видно было, что защитная броня для них стала второй кожей, а шлемы уже давно перестали мешать. Из общей массы выделялся только Ламин со своим ведром на макушке, остальные бойцы щеголяли в аккуратных легких шлемах, которые успел им сделать кузнец по моим рисункам, и представляли собой образцы классических легких латников. Погордившись немного видом своих ребят, я сказал:

— Короче, занимайтесь делом, а я пока съезжу к скалам, посмотрю, куда можно припрятать все остальное барахло.

Оставив парней заниматься дележом, я отправился к тому овражку, где мы оставили лошадей. Мимоходом я оглядел подходы к лагерю своим обострившимся зрением, но ничего подозрительного не обнаружил. Видимо, сообщение между лагерями поддерживалось на минимуме, если вообще существовало, так что пока гостей можно было не ожидать. А судя по запасам еды, следующая её поставка планировалась не раньше, чем дней пять. Это вполне отвечало моим планам, потому что пока привлекать внимание к нашему отряду мне не хотелось. Выходя из лагеря, я увидел стайку койотов или просто диких собак, или шакалов — кто это был, разобрать было невозможно, потому что данный вид зверей походил на их всех сразу. Одно было ясно точно — это были степные падальщики, так как они с аппетитом занимались оставленными на подходах к лагерю трупами. Угрозы для ребят они не представляли, поэтому я не уделил стае никакого внимания, оставив её лакомиться халявным угощением.

Спустя двадцать минут я дошел до нужного овражка и увидел, что наши четвероногие уже давно разбрелись по округе и вовсю щиплют траву. Отыскав свою лошадку, я оторвал её от увлекательного занятия, привязал сумку к седлу, и верхом поскакал в сторону Белой Скалы. Так как мой путь опять пролегал мимо лагеря, я решил потратить еще пару минут и напоил животное, остановившись у колодца. Кобыла пила долго, жадно, про запас, словно в далеких родичах у неё были здешние верблюды. Поняв, что с такими темпами она может банально лопнуть, оставив меня без средства передвижения, я оттащил недовольную лошадку от корыта с водой и снова запрыгнул в седло.

Дальнейший путь занял полчаса, за которые я мог наблюдать, как передо мной медленно вырастает громада Белой Скалы. Если издали она казалась совсем небольшой, то при подъезде приобретала поистине гигантские размеры. В течение всего пути я продолжал размышлять, что же мне кажется в ней таким неправильным, таким нехарактерным. Когда я остановил лошадь у подножья, то понял, что понял, что. Эта скала была совсем не природной частью пейзажа, а скорее инородным телом в степи. Осмотрев темно-серые камни, я заметил, что в округе подобных им нет, только в этом месте. А ведь любой мало-мальски знакомый с геологией скажет, что такого просто быть не может. И, тем не менее, все камни, что были разбросаны по степи, да даже тот валун, на котором грелся я, были совсем иной структуры, чем эта скала. Это было странно и заставляло задуматься. Такое впечатление, что просто громадную часть горы некто большой и могучий перенес сюда, просто чтобы дополнить живописную картину.

Я начал медленно смещаться вдоль скалы, ища удобную пещерку, расселину или просто выемку, чтобы спрятать все добро, что мне досталось. Мимоходом я отмечал, что камни лежат очень неравномерно, а некоторые находятся довольно далеко от основной массы, как будто их отбросило взрывом... Взрывом? Я зацепился за мысль и принялся рассматривать Белую Скалу более тщательным образом, фиксируя детали. Вот верхушка одной из глыб будто срезана гигантским ножом, вот на этом пике сбоку видны потеки, как будто на гигантской свече. Это какая же должна быть температура, если камень плавился, словно воск? Вот нестандартный круглый обломок, а вот осколок с явно неприродным угловым вырезом строго под девяносто градусов, а здесь...

И тут я вышел на солнечную сторону Белой Скалы, и все стало понятно. Это была не скала, вернее, когда-то давно она изначально была скалой, каким-то неведомым образом появившаяся здесь и превращенная во дворец, крепость, последнее пристанище Темного мага. Стоя так, чтобы мне не мешали тени, я рассматривал это грандиозное творение и пытался мысленно воссоздать его облик. Вот это был главный вход с большой парадной лестницей, здесь даже еще сохранились остатки нескольких ступенек. Массивный навес поддерживали полтора десятка колонн, сейчас валявшиеся расколотыми на мельчайшие части. Многие обломки говорили о том, что вход украшали статуи, но какие, уже невозможно было определить. Сам дворец был массивным, но представлял собой вырубленное в дикой скале пространство, слегка оформленное для большего удобства. Наверняка, это было красиво, сочетание дикой первозданной природы и высочайшего архитектурного искусства, но сейчас ничего из этого уже не осталось.

Большое главное помещение ранее окружали высокие шпили, количеством не меньше шести штук. Сейчас их осталось два — один со срезанной верхушкой, а второй — оплавленный донельзя. Сам дворец был намного выше, но так как я не замечал никаких окон и балконных проемов, осколки который можно было разобрать среди прочих камней, то можно было предположить, что несколько жилых этажей были просто лишены стен гигантскими взрывами и просели, придавленные сверху массивом природного камня. Теперь понятно, отчего осколки так далеко разбросало. Нападавшие явно постарались, чтобы ни следа ни осталось от былого величия Темного. Мысленно представляя себе первоначальный вид дворца, я поймал себя на мысли, что мне он очень нравится. Если бы мне предложили пожить в подобном, я бы не сумел отказаться.

Стерев картинку, маячившую у меня перед глазами, я вспомнил о цели своей поездки и продолжил осмотр. К сожалению, никаких пещер или выемок не обнаруживалось. Вредители постарались очень сильно, уничтожая все, до чего могли дотянуться. Остается только надеяться, что перед своей смертью Темный им хорошенько навешал. Вот же гады! Нет, чтобы просто захватить, обязательно нужно было рушить, ломать, портить. Прямо варвары какие-то, никакого уважения к искусству! Обходя скалу, я поражался размерами сооружения и предполагал, каким же образом его можно было сюда доставить. Ничего в голову так и не пришло, моих знаний было недостаточно даже для полноценных догадок.

Осматривая камни, я все больше замечал, что магический фон тут немного завышен, но это было понятно. Полтысячи лет назад тут бушевала такая битва, что до сих пор остаточные явления не смогли рассеяться. Практически полностью обойдя скалу, я вконец разочаровался, и всерьез начал подумывать, что закопать оружие в землю — совсем неплохая идея, но тут вдруг в одном месте я почувствовал за камнями пустоту. Не увидел, не догадался, а именно почувствовал. Приглядевшись внимательнее, я понял, что в этом месте магический фон чуть выше, чем в других, а спустя еще минуту я обнаружил тоненькое плетение, скрывавшееся где-то в земле.

Порадовавшись находке, я принялся раздвигать нагромождение обломков, скрывающее то место, откуда явно доносилось это ощущение скрытого пространства. Оперируя магическими захватами и помогая себе плетением левитации, я с трудом отвалил четыре массивные глыбы, загораживающие нужное место, а потом просто устроил сильный поток воздуха, который смел все мелкие обломки, песок и землю, за долгие годы накопившиеся в этом уголке. Увернувшись от особо крупного обломка, рикошетом отлетевшего от скалы и метившего мне прямо в лоб, я прекратил эксперименты и оглядел полученный результат.

Сперва я не заметил ничего, но потом обнаружил, что пустотой тянет из-под плоского участка в скале. Он явно выделялся на фоне остальных своей гладкостью, ровной поверхностью и прямоугольными формами. Такое впечатление, что передо мной была своеобразная дверь, только без ручки, но зато с замочной скважиной. Подойдя поближе, я посмотрел на этот участок скалы, отчего-то совсем не тронутый временем, на идеально круглую выемку в нем и едва различимое плетение, тянущееся от этой выемки вниз. Попытавшись проследить за ним, я не смог увидеть, к чему крепится это плетение, даже не смог вычислить его энергетический блок. Такое впечатление, что это магическое образование намеренно было совершенно незаметным, чтобы никто, не обладая нужным ключом, не смог попасть внутрь.

Поглядев на выемку знакомых размеров, я пробормотал:

— Да ну вас всех! Не может же все оказаться так просто?

Но, тем не менее, чтобы проверить догадку, я полез во внутренний карман и достал свой мешочек, из которого вытряхнул на ладонь черное колечко. Скептически оглядев его, я приложил его к выемке и торжественно сказал:

— Сим-сим, откройся!

Кольцо вошло просто идеально. Такое впечатление, что зазор между скалой и материалом кольца составлял доли микрона. На всякий случай я перестраховался и отошел подальше, наблюдая за тем, как кольцо медленно наполняет энергией плетение, как то в свою очередь разрастается и начинает активироваться. Я запоминал принцип, поскольку мне было ужасно интересно, как одно плетение может без подпитки и самоподзарядки продержаться пятьсот лет. Оказывается, что плетение можно еще и складывать весьма хитрым способом, чтобы обеспечить его максимально сохранение. Запомнив это себе на будущее (авось пригодиться), я вдруг увидел, что активация плетения завершилась, и начался процесс его действия.

Скала передо мной вдруг вздрогнула, а затем та её часть, на которой был гладкий участок, вдруг стала приподниматься, обнажая глубокое темное отверстие. Подъем прекратился, когда отверстие стало высотой примерно моего роста. Прикинув, сколько энергии потребовалось на открывание этой "дверцы", я понял, что Темный был весьма неэкономным. Нет, чтобы просто организовать всего лишь небольшую заслонку, он придумал такой хитрый механизм, да еще и сделал так, чтобы сгибаться ему не пришлось. Каким бы ни был человеком Темный, но одно можно было сказать точно — жил он с размахом и ни в чем себе отказывать не привык.

Оглядев подъемный механизм, я подумал, как же его не обнаружили те, кто громил этот замок? Ведь они не оставили практически ничего, разрушив дворец, как же они могли пропустить это плетение? Поразмыслив немного, я понял, что в то время, когда здесь бушевала битва, нападавшим было не до обследований, а после сражения, вход оказался завален теми булыжниками, которые я сдвинул с большим трудом. Именно поэтому никто не обратил внимания на гладкий участок скалы. А плетение в то время было скрыто мощнейшими выплесками силы, которые разрушали дворец, плавили камень и уничтожали все живое. Естественно, что в таком океане энергии невозможно было заметить практически невидимый механизм, открывающий вход в недра Белой Скалы.

Всеми этими ненужными размышлениями я оттягивал неизбежную мысль, настойчиво бившуюся у меня в голове. Да, теперь я точно знал, что иду по пути Темного мага и от этого мне уже никуда не деться, как бы я не старался. Нет, я могу сколько угодно говорить себе, что это просто случайность, что этот разрушенный дворец с тайником поджидал не меня, но только существовала одна маленькая проблемка — даже я сам в это совсем не верил.

Глава 6

Схрон

Я медлил, рассматривая проем и уходящие в недра скалы ступени, но понимал, что заходить все равно придется. Вздохнув, я подошел к скале и взглянул наверх, но не успел даже подумать о том, как мне теперь доставать мое колечко, как оно само выпало из выемки и мягко приземлилось прямо на мою подставленную ладонь. Спрятав этот диво-ключ в мешочек, я убрал его в карман и решительно встал на первую ступеньку, активировав свой защитный кокон. Вопреки моим опасениям, меня не окатило огненной струей, не посыпались камни на голову, да и лестница из-под ног уходить не собиралась. Видимо, наличие нужного ключа автоматически отключало все ловушки, если здесь таковые имелись. Приободрившись, я решительно зашагал вниз, в темноту подземелья.

Лестница была прямой и длинной, видимо, скала уходила в землю очень глубоко. Спустя полсотни ступенек сзади послышался шорох. Обернувшись, я увидел, как медленно опускается плита, закрывающая вход в подземелье. Первым моим желанием было броситься назад, но я громадным усилием воли подавил свои инстинкты и остался на месте, наблюдая, как медленно уменьшается полоска света. Через пару секунд я оказался в полной темноте и сформировал небольшой светляк, чтобы видеть хоть ступени под ногами. По поводу возвращения я не волновался, это подземелье уже признало меня своим хозяином, администратором с неограниченным доступом, поэтому не стоило переживать, что я не смогу из него выбраться. Наверняка и с этой стороны есть подобный механизм активации двери, ну а в крайнем случае, можно просто лезвиями пробить себе выход наружу. Там слой камня весьма небольшой, так что для меня это пара пустяков. Поэтому не став размышлять над проблемой возвращения, я продолжил путь вниз.

Через десяток ступенек мое зрение адаптировалось к темноте, поэтому даже неяркий свет светляка казался мне прожектором. Передвинув его за спину, чтобы не раздражал глаза, я спускался все ниже. Через еще сотню ступеней впереди показалась арка, напоминающая дверной проем, но уже без заслонок, дверей, замков и прочей ненужной атрибутики. Видимо, самый первый вход являлся главной защитой этого места. Добравшись до арки, я мимолетом оценил изящные барельефы на её поверхности, но не стал их рассматривать, а пошел дальше.

За аркой начиналась пещера поистине гигантских размеров. Нет, я видел помещения и побольше. Любой земной торговый центр минимум раз в десять превосходит величину этого подвальчика. Но один тот факт, что это не строение, а пещера, заставлял меня проявлять большое уважение к её создателю. Комната была не пустой. Увеличив яркость светляка, и запустив его под свод, я смог разглядеть её во всех подробностях. На стенках пещеры располагались полки с различными свитками, книгами, рукописями. Да и вообще, чего на них только не было! В одном месте я увидел нагромождение стеклянных банок, напомнившие мне запасы солений в погребе. В другом я увидел кучу непонятных приспособлений, похожих на инструменты автомеханика. Рассматривая полки, я обнаружил, что на некоторых из них находятся странные предметы со скрытыми в них плетениями, наверняка это были амулеты или артефакты.

По центру пещеры располагались несколько деревянных столов, которые также привлекали внимание. На одном из них можно было заметить груды бумаг, на втором — набор "Занимательная химия" в средневековом исполнении, на третьем останки какого-то тела, надо полагать, не человеческого, так как скелет явно был не тех пропорций. Короче, все говорило о том, что данная пещера являлась одновременно складом, лабораторией и рабочим кабинетом Темного. Можно считать, что мне дико повезло попасть сюда. Теперь благодаря его запасам, я смогу заметно повысить свой уровень знаний в области магии, да и материально теперь буду обеспечен до конца своих дней. Вон там у дальней стены свалена груда доспехов, оружия, причем не дешевых вариантов. А рядом стоят сундуки, явно не пустые.

Не в силах сдержать свое любопытство, я подошел сразу к ним. Просканировав один, я не обнаружил никаких ловушек и понял, что в своем доме Темный не страдал паранойей. Открыв его, я увидел груды золотых монет, по виду тысяч тридцать-сорок. Обрадовавшись такой добыче, я открыл следующий сундук, где также были золотые монеты. В третьем сундучке, бывшем поменьше своих собратьев, я обнаружил многочисленные мешочки. Достав один из них, я высыпал на ладонь горсть крупных рубинов. Смотря на переливающиеся камешки, я думал о том, что такой шанс выпадает только раз в жизни, да и то не каждому. Ну, все, теперь можно ни о чем не беспокоиться и зажить в свое удовольствие!

Ссыпав камешки обратно в мешочек, я спустил себя с небес на землю. В какое удовольствие? Через десяток дней начнется нападение на Мардинан, который я пообещал защищать. А от своих обещаний я никогда не отказывался, да и сейчас не собираюсь. Так что, все это богатство пускай останется здесь, до лучших времен. А конкретно сейчас меня очень интересуют книги, ведь в них должно найтись описание способа, которым Темный пользовался для того, чтобы противостоять сильнейшим колдунам своего времени. Да и вообще, если бы я нашел записки хозяина этого замка о своей жизни, было бы просто замечательно. Мне не пришлось бы набивать шишки, постигая все методом проб и ошибок, а сразу следовать верным курсом.

Подойдя к столу с грудой пергамента, я стал изучать записки Темного. Ничего, начинающегося словами "Здравствуй, мой преемник, это руководство написано специально для тебя...", мною обнаружено не было. А жаль. Я-то ведь всерьез надеялся обнаружить нечто вроде "Пособия начинающим Темным магам" или учебника "Темная магия для чайников". Более того, все записи Темного были на неизвестном мне языке, не похожим ни на земные письмена, ни на общий, ни на гномьи и эльфийские руны. Короче, здесь меня поджидал полный облом, так что я решил перейти к книгам.

Подойдя к полкам на стене, взял наугад первую попавшуюся. Она встретила меня теми же непонятными закорючками, какими были украшены листы пергамента на столе. Пролистав её немного, я понял, что это была книга о магии, так как местами там были приведены схемы, элементы которых угадывались на листках убитого мной мага. Вздохнув, я достал свой трофей и вложил в книгу, после чего поставил её обратно. Таскать с собой такую добычу я не собирался, ведь для меня она была бесполезной, так что решил оставить здесь, на будущее. Пройдясь по полкам, я выбирал свитки или книги наугад и пытался разобраться в их содержимом. В результате такого метода я узнал, что маг пользовался как минимум тремя языками, которые были мне неизвестны, а также то, что некоторые свитки сохранились очень плохо и рассыпались прямо в моих руках. В общем, постепенно я приходил к выводу, что мои надежды в краткие сроки подтянуть магические знания накрываются медным тазом.

Кончилось дело тем, что в очередной раз стряхнув труху со своих пальцев, я оставил бесполезные попытки отыскать полезную информацию и перешел к полке с артефактами. Их было много. Многие представляли собой странные сочетания стали и дерева, некоторые были сделаны из костей каких-то животных, парочка камней убедили меня в том, что этот метод практиковался еще полтысячи лет назад. Также было множество украшений, причем во многих из них даже не осталось следов находившихся там плетений. Видимо, на такой долгий срок они не были рассчитаны, поэтому развеялись задолго до моего появления. Но с десяток сохраняли полную активность и не подавали никаких признаков разрушения. Видимо, были созданы самим Темным и могли существовать еще века, пока не разрушатся их носители. Эти мне были особенно интересны, потому я потратил пару минут на сличение их структуры с известными мне плетениями. Ничего похожего не обнаружив, я понял, что и здесь меня ожидала неудача.

Вздохнув, я не стал дальше осматривать полки, а задумался над дальнейшими действиями. Понятно, что сохранение оружия только ради будущей тысячи золотых теперь теряет всякий смысл. Не такой уж я Плюшкин, чтобы трястись над каждой копеечкой. Но оставлять трофеи так просто тоже не было резона. Уверен, кочевники найдут им применение и все эти сабли и стрелы в скором времени полетят в воинов Мардинана. Так что придется все же спустить их сюда, ведь портить мне их не хочется. До сих пор я с содроганием вспоминаю, как безжалостно уничтожал три десятка великолепных эльфийских луков только потому, что у меня не было возможности забрать их с собой.

В общем, решено, оружие останется здесь, деньги и драгоценности также пускай полежат. Если доживу до финала, обязательно сюда наведаюсь. А пока можно сделать вот что. Я подошел к сундукам с монетами и достал свой тощий кошель. Наполнив его золотом, я сунул его обратно в карман, почувствовав, что такая тяжесть начинает мне доставать неудобства. Ведь у меня еще был кошель мага, который я не стал отдавать ребятам, считая его только своим трофеем. Подойдя к сундучку с драгоценностями, я достал наугад мешочек и обнаружил в нем крупные неограненные алмазы. Подавив первое желание забрать весь мешочек, а потом обрадовать ребят, дав каждому по камешку-другому, я достал только три крупных камня и положил их в мешочек рядом с колечком. Будет НЗ на черный день, когда золото закончится.

Закрыв сундуки, я постоял еще немного в раздумьях, возвратившись к мысли о превращении своих ребят в весьма состоятельных людей, а затем решительно её отбросил. Нет, с такими камнями у ребят могут появиться нехорошие мысли. И даже не о том, чтобы уйти со службы, а мечты вроде "Вот вернусь я домой и...". Эти мысли до добра довести не могут, поскольку по отзывам своих знакомых, побывавших в "горячих точках", я уяснил главное правило войны — выживают те, кто не думает о смерти. А если ты будешь стараться свести риск к минимуму, не лезть в самое опасное место, то очень велика вероятность, что ты погибнешь просто по глупости. Не знаю, почему у всех сложилось именно такое мнение, но их многочисленные рассказы меня вполне в этом убедили. Да и сам я знал, что труднее всего идти на риск, зная, что тебе это совершенно не нужно, что ты можешь в один момент потерять все свое счастливое будущее, уже давно расписанное в розовых тонах...

Короче, я решил, что парням становиться богатеями пока рановато, а поэтому просто окинул последним взглядом пещеру, проверяя, что я упустил, а затем прошел через арку и стал подниматься по лестнице наверх. Хреново, что такой облом вышел с артефактами и с книгами, я на них очень рассчитывал. Запоздалую мысль о том, что нужно было прихватить парочку, хотя бы в понятной форме кинжалов, я отмел, как глупую. Трогать незнакомые артефакты руками меня отучил тот самый "свиной грипп", едва не лишивший меня пальцев. Кроме того, носить с собой опасные предметы, даже приблизительно не представляя их назначения, чревато серьезными последствиями для организма.

Это только в книгах я встречал описание того, что главный герой, словно хомяк, тащит к себе все, что под руку подвернется. И самое главное, что это все срабатывает правильным образом и в необходимый для него момент. Меня такие вещи сразу настораживали и заставляли скептически хмурить брови. Одну сагу популярного писаки я благодаря этому моменту вообще бросил на середине. Просто меня очень напрягало, что герой нахватал кучи непонятного барахла, которым даже не представлял как пользоваться. Нет, я, конечно, понимал, что автор таким образом оставлял себе неограниченную свободу маневра, но было похоже, что он сам книге к десятой начал забывать, что и когда дал своему персонажу. В общем, бросил я эту мутноватую сагу и только по слухам знаю, что где-то в книге двадцатой писатель решил эту проблему радикально, избавив героя сразу ото всех артефактов одним махом. Видимо, ему самому уже порядком надоела эта неопределенность.

В общем, итог посещения этого схрона был неутешительным — я стал богатым, но знаний это мне не прибавило. Да я бы все это золото променял только на одну возможность расшифровать книги из библиотеки Темного, а камешки отдал бы за знание назначения и свойств его амулетов. Вот только мне почему-то никто этого предлагать не собирался. Тяжело вздыхая, я поднимался по лестнице и утешал себя тем, что стал богаче многих королей, так что могу себе ни в чем не отказывать до конца своей жизни... Который может наступить уже завтра, скептически хмыкнул я.

Дойдя до каменной заслонки, наглухо запечатавшей вход, я был приятно удивлен, когда она при моем приближении начала автоматически подниматься. Подивившись такому факту, я пришел к выводу, что это всего лишь магическая реализация своеобразных дверей с фотоэлементом. Только здесь, что вполне естественно, активация никак не связана с реагированием на движение, а всего лишь с появлением в зоне действия хозяина с колечком. Дождавшись, пока каменная глыба приподнимется еще немного, я нагнулся и выскользнул из подземелья на волю. Здесь было ярко, так что глаза моментально начало резать. Закрыв их, чтобы адаптировать к солнечному свету, я прошел десяток шагов и услышал, как сзади опускается камень, замуровывая вход в пещеру и подтверждая мои предположения об автоматическом механизме засова. Это только в первый раз мне пришлось вставить колечко в замочную скважину, чтобы наполнить энергией плетение, в дальнейшем же этот шаг был вовсе необязательным.

Пройдя еще сотни две шагов, я обнаружил свою кобылу, запрыгнул к ней на спину, получив от четвероногого укоризненный взгляд, и поскакал в лагерь, попутно кинув мешочки с золотом в сумку, болтавшуюся на седле. Солнце уже стремилось к закату, так что у меня до отправления отряда оставалось всего несколько часов. Все-таки в подземелье я пробыл достаточно долгое время, рассматривая сокровища, поэтому сейчас нужно было торопиться. Через двадцать минут быстрого галопа я достиг окраин лагеря степняков и увидел все ту же стаю падальщиков, заметно увеличившуюся по численности. Подумав, что вскоре здесь соберутся все окрестные хищники, я понадеялся, что солдаты, посланные королем из ближайшего города, вовремя успеют увести отсюда лошадей, иначе схарчат конячек за милую душу, так как падаль падалью, а свежее мясо все же вкуснее.

В центре лагеря, развалившись на коврах, как восточные ханы, сидели мои ребята, ведя неспешную беседу о жизни с наемниками. При моем появлении они начали подниматься, но я останови их жестом, слез с лошади и поинтересовался:

— Ну как? Все поделили? Никто обиженным не остался?

Ответил как обычно Крот:

— Все поделили честь по чести, даже тебе немного осталось, — улыбнулся парень.

Я тоже ухмыльнулся, показывая, что даже такой юмор умею ценить, а потом спросил Даркина:

— Вы себе все взяли, что нужно?

Тот в ответ только кивнул, да и я сам видел, что наемники щеголяли в латах, с мечами и кинжалами на поясе, а возле каждого я заметил один лук и несколько туго набитых колчанов.

— Вот твоя доля, командир, — сказал мне Нимош и протянул небольшой, но очень туго набитый кожаный мешочек.

Приняв его и взвесив в руке, я уточнил:

— А почему так много?

Вроде, когда куча драгоценностей лежала на одном из ковров, я успел прикинуть, что моей добычей должна быть где-то сотня золотых.

— Всем досталось поровну, — пожал плечами Нимош.

Ну, или они решили сгрузить мне всю медную и серебряную мелочь, или тут далеко не самая обычная доля, которая досталась каждому. Короче, я решил не тратить на это время, и просто засунул его в сумку к остальным.

— Теперь слушайте приказ, — обратился я к отряду. — Пятерки Рика и Крота отправляются за нашими лошадьми к оврагу и приводят их сюда, пятерки Дина и Ринока собирают продукты в дорогу, поскольку ужинать мы будем в седлах. Даркин и его парни отправляются в загон с лошадьми, выбирают там себе коней по вкусу, а также седлают еще пятерых, на всякий случай, вдруг несколько наших успели далеко отойти. Кстати, их надо будет напоить, не забудьте. А я тем временем заберу все оружие и спрячу в пещеру у Белой Скалы. Вернусь через час и сразу тронемся в путь, так что прихватите и мне что-нибудь пожевать, ладно?

Парни заверили, что со всем этим справятся, но расходиться не спешили. Мне их любопытство было понятным, ведь им очень хотелось посмотреть, как я буду справляться в одиночку со всей грудой оружия. Хмыкнув, я сформировал плоскую платформу, использовав немного измененное плетение щита, а затем несколькими захватами поднял за углы ковры, на которых были свалены сабли, луки, стрелы и прочая ерунда, и переместил все это добро на мою платформу, снабдив для удобства плетением левитации. Парни, не владеющие магическим зрением, в этот момент увидели, как несколько ковров, расстеленных на земле, вдруг поднялись в воздух и замерли передо мной, звеня сваленным на них оружием. Кинув взгляд на удивленных парней, я повернулся и подошел к своей лошади. Ковры-самолеты послушно последовали за мной, ведь я обеспечил плетению крепкую привязку, потому что не хотел добрых полчаса контролировать их местоположение. Забравшись в седло, я тронул мой "внедорожник" с места и поскакал обратно к схрону.

Через пять минут я понял, что на этот вариант переноса вещей тратится довольно много энергии, и больше всего приходится ее на левитацию. Деактивировав это плетение, я перераспределил массу трофеев по всему щиту. Вышло не лучше, ведь теперь он стал потреблять столько же. Плюнув, я подумал, что нужно будет придумать что-нибудь поприличнее и поэкономнее, и почти весь остаток пути экспериментировал со щитом, добиваясь уменьшения расхода силы, уменьшая его диаметр, плотность. Доигравшись до того, что в один прекрасный момент все оружие полетело на землю, я прекратил опыты, снова поднял эту груду и добрался-таки до нужного места.

Заслонка открылась сразу же при моем приближении, раскрывая темный зев хода. Я быстро спустился вниз, оставил в пещере все трофеи и вернулся обратно, после чего опять повторил путь к лагерю. Там меня дожидались уже готовые парни, поэтому я просто зашел на кухню, взял себе немного продуктов в дорогу, а потом скомандовал выступать. И опять мы скакали по степи, поднимая пыль копытами своих скакунов, изнывая от жары и набивая синяки на копчиках. Наш путь лежал на северо-восток, где спустя девять часов езды должен был показаться второй лагерь степняков.

Через час езды мы перекусили захваченными продуктами, не останавливая лошадей. Солнце все больше клонилось к закату, жара спадала, а приятный ветерок холодил мое лицо. Интересно, что у них творится летом, подумал я, ведь если такая теплынь стоит в конце сезона дождей, то через месяц-два тут будет самая натуральная печка. Воспоминания щедро снабдили меня всей необходимой информацией. Оказывается, через два с половиной месяца начнется самый жаркий период, когда полностью пересыхают маленькие речки и степняки вынужденно гонят свои стада на восток, где более влажный воздух, где есть зеленая растительность и необходимая питьевая вода. Ежегодно предгорья дают возможность кочевникам переждать это неблагоприятное время, а затем снова возвратиться в свои владения. Исключения составляют маленькие племена, живущие на крайнем севере и юге степи. Те уже стали практически оседлыми и вовсю занимаются не только разведением скота, но и земледелием, с успехом ведя торговлю со своими кочевыми соседями.

Хмыкнув по поводу такой "полезной" информации, я стал слушать веселые истории, которые под стук копыт рассказывал Холос, один из наемников. По его словам выходило, что он каждую десятицу попадал в ситуацию, которая могла для него закончиться позором или смертью, причем что хуже, я так и не понял, но неизменно выпутывался из них благодаря своему дикому везению. Хотя ехал он от меня довольно далеко, но мой тонкий слух позволял не пропускать ни словечка из его баек. Улыбаясь его полуправдивым рассказам, я узнал, что приобрел еще одну весьма необходимую способность — избирательность слуха. Настроившись на один объект "прослушки", я убирал все лишние шумы и слышал только его голос. Почему так происходило, я так и не понял, но свою способность оценил.

Так мы и ехали, пока заходило солнце, но когда на степь опустились сумерки, случилось одно событие, заставившее меня понервничать. Предаваясь мыслям о бренности жизни, а точнее, про то, как бы мне узнать, сколько магов приперлись в степь из Империи, я почувствовал вызов разговорного амулета. Недоумевая, кто же это спешит мне сообщить неприятные известия (а какие же еще они могут быть?), я сунул руку в карман и обнаружил, что вызов идет от одного из камней, что были у мертвых имперцев. Наверное, я изменился в лице, потому что едущий рядом Крот спросил меня:

— Что случилось?

— Езжайте дальше, мне нужно сказать кое-кому пару слов.

Я резко свернул, и проскакал пару секунд вбок, чтобы топот копыт не слишком заглушал слова того, кто вызывает хозяина этого амулета. Остановив лошадь, я достал камешек и понял, что не представляю, кому он принадлежал, Советнику или магу. Понадеявшись на удачу, я сжал амулет в кулаке и голосом первого, который я хорошо запомнил из воспоминаний Макра, произнес:

— Я слушаю.

Из амулета раздался недовольный басок с хрипотцой, который строго спросил:

— Алусий, почему не докладываешь? Как продвигается дело?

— Все идет согласно намеченному плану, — ответил я.

— Так почему я об этом не знаю? — поинтересовался неизвестный с такой интонацией, что будь я Алусием, у меня бы уже мурашки по спине забегали.

— Дело в том, что у нас возникли некоторые сложности, которые сильно повлияли на время выполнения задачи и потому...

— Что за сложности? — не дал мне увести разговор неизвестный.

— Дело в том, что стараниями одного экспериментатора, — это слово я выделил язвительной интонацией, — захват произошел без проблем, но вот последствия...

— Что у вас там произошло? Рассказывай толком! — похоже, что собеседник начал терять терпение.

— Хорошо, — вздохнул я.

Это было сложно, так как имени мага я ведь не знал, так что для того, чтобы выкрутиться, мне понадобилось приложить немалые усилия.

— Наш великий изобретатель решил провести одно магическое испытание... — говоря это, я даже сам удивился, как хорошо прозвучало. — После этого Город достался аллинцам без проблем, но единственное, что создало неприятности, это то, что после эксперимента там осталось множество разложившихся тел. Их уборкой и приведением населенного пункта в приемлемый вид кочевники и занимались все это время. Потому я и не спешил с докладом, полагая, что пока Город не пригоден к приему войск...

— Так значит Парсол опять вздумал играть с огнем! — рассердился неизвестный собеседник, не дослушав мою тираду. — Я же его уже один раз предупредил!

Не знаю, какие у двух имперцев были между собой отношения, но я решил выступить в поддержку мага, чтобы не вызвать подозрений:

— Никаких свидетелей эксперимента в живых не осталось, так что не стоит беспокоиться...

— Не нужно указывать, что мне стоит делать! — отрезал бас из амулета.

— Прошу прощения, я просто хотел сообщить, что этот эксперимент в целом вышел довольно удачным, поэтому, возможно, целесообразнее будет его повторить на других объектах. Это поможет сохранить фактор внезапности, а кроме того даст возможность...

— Нет! Я уже говорил по поводу четких инструкций, которые следует выполнять, поэтому магия будет применяться только в крайнем случае! — последние слова собеседник буквально прокричал, поэтому я испуганно пробормотал в ответ:

— Конечно-конечно, только в крайнем случае...

— А Парсолу я еще сделаю выговор за неподчинение прямым приказам... Да и ты тоже вполне можешь лишишься части своего жалования за то, что не сумел остановить этого... экспериментатора!

Я вздохнул и ничего не сказал в ответ. Любые оправдания будут лишними, а согласиться правильно я не смогу — есть риск выйти из роли. Может у них там есть своеобразный отзыв вроде "Есть!" или банальное "Служу Империи!", а я же этого не знаю, так что лучше просто помолчать.

— Ну, ладно, официальный разнос закончен, теперь рассказывай, как там у тебя дела? — собеседник внезапно перешел на панибратский тон.

Я лихорадочно соображал, что это за финт? Проверка или действительно собеседник был другом Советника? Вздохнув, я решил рискнуть и ответил:

— Вообще?... Кругом одна вонь, трупы, от ароматов даже амулеты Парсола не спасают! Я даже вдохнуть боюсь лишний раз, весь уже полностью пропитался запахом разложения. В таких условиях мне еще никогда не приходилось работать! Хочется все бросить и отправиться назад, на свежий воздух, чистые постели...

— Неужели все так плохо? — сочувствующе спросил мой собеседник.

Я только и успел порадоваться, что вовремя вспомнил о наличии характерного амулета в шатре Советника, что дало мне возможность добиться большего реализма в его образе, и продолжил раскладывать лапшу на ушах собеседника.

— Хуже придумать просто нельзя! — убедительно воскликнул я. — Да если бы я знал, чем обернется этот опыт, предложил бы Парсолу поставить его на себе!

— Я с ним поговорю, — ответил собеседник.

— Только нежно, мне ведь с ним еще долго работать придется, — попросил я, вжившись в роль.

— Как получится, — хохотнул бас и вернулся к деловому тону. — Так у вас уже все готово?

— К утру точно будет, — ответил я.

— Значит, я посылаю гонцов в третий, четвертый и пятые лагеря, чтобы подходили к Городу? — полувопросительно сказал мой собеседник.

— Нет нужды, я уже сам обо всем позаботился. Завтра, не позднее чем к вечеру все эти лагеря уже будут оповещены.

— Молодец, — похвалил бас. — А почему ты меня не поставил в известность?

— Не хотел отвлекать по пустякам, — ответил я, понимая, что эта отмазка довольно слабенькая, тем более что только недавно я сам говорил, что Город еще не готов, но придумать что-нибудь получше в тот момент у меня просто не вышло.

— Ладно, но на будущее запомни, пожалуйста, что в таких вопросах меня лучше все-таки известить.

...

Купить книгу "Убийца" Бубела Олег


Initiatory fragment only
access is limited at the request of the right holder
Купить книгу "Убийца" Бубела Олег

home | my bookshelf | | Убийца |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 809
Средний рейтинг 4.5 из 5



Оцените эту книгу