Книга: Гаты Заратуштры



Гаты Заратуштры

ГАТЫ ЗАРАТУШТРЫ

Гаты Заратуштры


Гаты Заратуштры

Господи, даждь ми мысль благу

Из молитв на сон грядущим: Молитва 7-я, Святого Иоанна Златоуста, 4-й час ночи

…Свет воскресающей силы>

Властно царит на земле…

Николай Гумилёв. Песнь Заратустры

Поклон вам, Гаты праведные!

Перевод с авестийского, вступительные статьи, комментарии и приложения И. М. Стеблин-Каменского

Гаты Заратуштры

Санкт-Петербург

2009



УДК 295

ББК Э321.361–218.1

Издание выходит при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект 08-04-16021д)

Гаты Заратуштры / Перевод с авестийского, вступительные статьи, комментарии и приложения И.М. Стеблин-Каменского. – СПб.: Петербургское Востоковедение. – 192 с.+ 1 л. ил.

ISBN 978-5-85503-385-1

3 34

Гаты – наиболее архаичная часть священной книги зороастризма «Авеста» – представляют собой гимны, авторство которых традиция приписывает пророку Заратуштре (рубеж 2-го и 1-го тыс до н.э.). Гимны читались во время богослужений при приготовлении и жертвовании хаомы, священного зороастрийского растения и напитка, и были центральной частью зороастрийского обряда.

В Гатах излагается религиозное учение Заратуштры, поклонение верховному богу Ахура-Мазде, свойственному ему Святому Духу (Спента Маинью) и другим ахурам, эманациям Ахура Мазды. Утверждается разделение мира Истины (Аша), порядка, гармонии, которым повелевает Ахура-Мазда, и мира Лжи (Друг), хаоса, которым правит Злой дух (Ангра Маинью). Выбор между добром и злом должен сделать человек.

Излагается учение о трех эрах истории человечества, приходе Спасителя, Суде огнем и расплавленным металлом, телесном воскресении мертвых, наказании грешников, аде и рае. Формулируемся основная зороастрийская триада «благая мысль, благое слово, благое дело».

Настоящее издание является первым на русском языке полным систематизированным переводом проповедей Заратуштры. Снабжено научным комментарием, богато иллюстрировано.

© «Петербургское Востоковедение», 2009

© И.М. Стеблин-Камепский, 2009

ISBN 978-5-85803-385-1

Гаты Заратуштры
 Зарегистрированная торговая марка

Гаты Заратуштры


От автора

Это первый полный перевод Гат Заратуштры на русский язык.

Поэтические тексты, сложенные арийским пророком Заратуштрой, входят в Священную книгу древней иранской религии – зороастризма – Авесту, значительная часть которой доступна русскоязычному читателю. Переводчик предваряет Гаты Заратуштры несколькими вступительными статьями, содержащими пояснения и некоторые новые объяснения, принадлежащие в том числе и ему. Частично опубликованные в специальной литературе, здесь они излагаются в более простой форме – без обычного научного аппарата, затрудняющего чтение, все необходимые библиографические сведения приводятся в конце книги в списке литературы. Все комментарии даются при переводах (en regard), текст их переводчик также не стал перегружать библиографическими сносками и ссылками. Наиболее часто повторяющиеся слова и выражения, требующие пояснений и толкования, приводятся в Словаре.

Издание предназначается не столько для специалистов-иранистов и лингвистов, сколько для историков, этнографов, археологов и для всех тех, кто интересуется Откровениями древнего арийца – одного из первых пророков, духовным развитием Человека и религиозными учениями человечества.

Гаты Заратуштры

Ашево, осень 2007

Вступительные статьи

1. Заратустра – зороастр

Кто пишет кровью и притчами, тот хочет, чтобы его не читали, а заучивали наизусть…

Ф. Ницше. «Так говорил Заратустра»

Большинству русских читателей имя древнего арийского пророка известно в звучании Заратустра по остротам и афоризмам из романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Двенадцать стульев»:

 – Набил бы я тебе рыло, – мечтательно сообщил Остап, – только Заратустра не позволяет…

(Глава VIII>. Голубой воришка

В действительности всё как раз наоборот: пророк призывал к борьбе с ворами и разбойниками, предрекая их душам посмертные мучения. Получилось же так, что имя его в форме Заратустра прославилось после появления философской поэмы, в которой Фридрих Ницше (родившийся в 1844 г. и окончательно сошедший с ума в 1889 г.) устами арийца Заратустры возвестил свою идею о сверхчеловеке.

Сумбурная в переводе на русский (дурные переводы, а возможно, и непереводимость в принципе), но завораживавшая необычностью языка и неоспоримыми поэтическими достоинствами в оригинале, книга «Так говорил Заратустра» стала необыкновенно популярной на рубеже позапрошлого и прошлого веков и в России («…в эту зиму все читали „Так говорил Заратустра”», – писала Л.Д. Менделеева Блоку, «Заратустрой» увлеклись Вяч. Иванов, К. Бальмонт, Н. Гумилёв и многие другие литераторы), и в Германии, где в воинственных изречениях Заратустры услышали утверждение немецкого превосходства и призыв к возрождению германского милитаризма, слово ариец стало использоваться для обозначения высшей, по недоразумению объявленной нордической, расы, призванной править недочеловеками (Untermenschen), а имя Ницше прочно связалось с идеологией нацизма и фашизма. Как неоднократно справедливо отмечалось, по вине даже не Ницше (который, как выясняется, совсем не был ни антисемитом, ни славянофобом – он чуть ли не гордился своим польским происхожпением), а его позднейших недобросовестных интерпретаторов происходила фальсификация ницшеанства, его «сатанизация», приведшая к зловещей идеологии германского национал-социализма. В России какое-то время благодаря антихристианской направленности и проповеди разрушения старого мира идеи эти ассоциировались с марксизмом и даже большевизмом (Луначарский, например, сравнивал «протестующий дух» Маркса, Ницше и Горького), хотя позже, отчасти и из-за своей антисемитской и антиеврейской направленности, но больше как идеологическое оружие фашизма и гитлеризма, они попали под полный запрет.

Приложение ариец к имени древнего пророка полностью оправданно, именно к ариям, или арийцам, он и причислял себя. Но применение этого термина для обозначения предков германских или других народов ошибочно и восходит к середине XIX в., когда изучение происхождения индоевропейских (или, как предпочитали их называть немецкие учёные, индогерманских) языков только начиналось – прародину их находили где-то на Востоке, в Азии, чуть ли не на Памире или в Индии, а слово арии считалось самоназванием общих предков. Уже в конце XIX в. выяснилось, что название арии относится только к древним иранским и индийским (точнее индоарийским) племенам, к ариям причисляли себя древние персы и мидяне, ахеменидские цари и скифы. От этой основы происходят и некоторые имена современных иранских народов и стран, например Ирана (от древнеиранского арйанам-хшатрам, досл.: ‘арийцев царство’, средневековое «Эран-шахр»).

В строго научном понимании термины арии и индоиранцы полностью тождественны. Только в значении «индоиранцы», т.е. древние индоарии или иранцы (или ираноарии), и употребляются далее слова арии, арийцы.

В полном соответствии с научными данными великий норвежский индоиранист, автор пионерских описаний и основополагающих работ по десяткам индоиранских языков и диалектов, Георг Моргенстиерне (1892–1978) во время нацистской оккупации Норвегии прочитал в университете Осло лекцию на тему «Кто такие подлинные арии Европы?», в которой показал, что ариями в Европе можно считать только сохранивших своё индоарийское наречие цыган, назначенных, как известно, нацистами к полному уничтожению как «недочеловеки» в числе первых. За это выступление Г. Моргенстиерне был заключён в тюрьму.

Совершенно неуместны, разумеется, и претензии представителей некоторых других народов и народностей (националистически настроенных славян, армян и прочих, видящих себя принадлежащими к «высшим» расам) на происхождение от арийцев. Стоит напомнить, что «чистые экземпляры» каких-то рас или народов вряд ли вообще существуют, все мы, по большей части, состоим из трёх, схематически конечно, составляющих, или компонентов: языковой принадлежности, антропологического типа и культурных традиций в разных и неравномерных сочетаниях. Так, украинцы, например, антропологически на юге могут быть ближе всего к иранцам-скифам, по языку – к славянам, а по культурным традициям они тяготеют на западе – к полякам, на юго-востоке – к казакам-половцам, на севере-востоке – к русским и т. д.

Весьма сомнительными кажутся вложенные Ницше в уста его Заратустры высказывания относительно противопоставления «арийских» и «семитских» представлений о пороке, а также о грехе как о «еврейском изобретении», о христианстве как «антиарийской религии parexcellance… благой вести для убогих и нищих…», о стремлении христианства «оевреить» мир. К сожалению, сентенции эти оказались привлекательными для неполноценных, больных и ущербных личностей, таких же, как и он сам.

Профессор Базельского университета, Фридрих Ницше, занимавшийся классической филологией, хотя и использовал, правда в приблизительной передаче, подлинное имя пророка – Заратустра, но следов его настоящих изречений, уже известных тогда (хотя и в несовершенных ещё переводах), в книге «Так говорил Заратустра» обнаружить невозможно. В ней больше евангельско-христианских и ветхозаветно-библейских реминисценций, чем каких-либо иных. Недаром какая-то часть читателей обращаются к христианству именно после прочтения этой книги. Не слишком использовал Ницше и отрывочные античные сведения о древнем пророке, имя которого в искаженной греческой передаче стало звучать как Зороастр, а потому стало ассоциироваться с греческим астрон – звезда. Зороастр в античных источниках предстаёт могущественным чародеем-магом, звездочётом, жившим в глубочайшей древности (сообщается о его «улыбке» при рождении, о том, что питался он лишь козьим молоком). К этим античным преданиям, а также эллинистическим легендам и апокрифам восходят и все европейские использования его имени, например, маг Зарастро в опере Моцарта «Волшебная флейта», Зороастр в стихах Шелли («Когда маг Зороастр, мой любимец…» и проч.), упоминание статуи Петра Великого в облике Зороастра в оде Державина к императрице Екатерине:

Представь ее облокачену

На Зороастров истукан,

Смотрящу там на всю вселенну

На огневидный океан.

(1789)

Позднее (в 1801 г.) поэт сравнивает воцарение Александра I с воскрешением духа Зороастра «в подлунном мире» и призывает небесного Оромаза (т. е. Ахура-Мазду) покровительствовать новому имперагору (в XX в. русские поэты вдохновляются уже ницшеанской формой имени пророка, ср. у Велемира Хлебникова: «Заря ночная, заратустрь!..»).

Вплоть до начала XIX в. только эти, весьма смутные и недостоверные, сведения и легенды о Зороастре и древних персах были известны в Европе. Были попытки восстановить учение Зороастра по этим отрывочным данным в иудеохристианском духе. Но Ницше практически не использует и этих упоминаний. Так, Заратустра подчеркивает в одном пассаже навык его народа «говорить правду и хорошо владеть луком и стрелою», а это напоминает сообщение Геродота: «Персы учат своих детей только трём вещам – ездить верхом, стрелять из лука и говорить правду…» (1.136). Вот, пожалуй, и всё, сам же Ницше считал, что «даже в стиле его „Заратустры” будут находить весьма серьёзную претензию на стиль римлян, стиль aere perennius… („прочнее меди”)». В целом же текст книги – это мрачные аллюзии и видения-галлюцинации самого Ницше, в большинстве случаев полностью противоречащие подлинному учению и Откровениям древнего арийца. Как будет ясно из последующих переводов и пояснений, никак не мог он проповедовать насилие и «вседозволенность», считать, что зло, зависть и война – необходимы, и тем более – считать молитву позором, а долгий (до полудня!) сон – блаженством. Курьёзно, кстати, что выражение «горячее сердце и холодная голова», столь любезное когда-то чекистам-коммунистам, заимствовано из этой же книги, а под «белокурой бестией» подразумевается совсем не голубоглазый «нордический» блондин, идеал гитлеровских расистских бредней, а белогривый лев. И уж совсем невероятно было бы услышать от настоящего вероучителя ариев такие строки:

Сам волк свидетельствовал в мою пользу,

он изрек: «Ты воешь лучше, чем мы, волки».

«Обман – на войне залог победы.

Шкура лисы – вот тайная моя кольчуга».

(«Песни Заратустры». Перевод А. Ларина)

Ведь и волков, и лис, как хищников, считали древние арии погаными тварями, и именно против лжи и обмана и выступил древний пророк.

Тот, от имени кого вещает Ницще, не имеет ничего общего с подлинным вероучителем ариев. Единственное, что может как-то объединять пророчествующего арийца и «философствующего» германца, – это стихотворная форма выражения идей, яркость образов и необычность языка. И немецкого философа-поэта, и древнего жреца-прорицателя, чьи изречения передавались изустно многими поколениями, сближает воздействие и назначение их творчества (в первом случае, в какой-то степени, иррационально-безумное, а во втором – неосознанно-искушенное, но в обоих случаях – вдохновенное и впечатляюще действенное). «Наиболее вразумительным в языке, – замечал Ницше, – является не само слово, а тон, сила, модуляция, темп, с которым проговаривается ряд слов, – короче, музыка за словами, страсть за этой музыкой, личность за этой страстью: стало быть, всё то, что не может быть написано…» (цит. по: [Свасьян 2006, с. 32]). Следовательно, слово «так» (also) в заголовке «Also sprach Zarathustra», если понимать его не «что говорил» (т. е. не was sprach…), а именно «как (also) говорил» Заратустра, будет не таким уж далёким от реальности. Из этого следует и практическая непереводимость обоих творений – и немецкого и арийского. Но надо понимать, что для древнего арийского «философа» в те времена, когда не существовало еще различия между поэзией и религией-магией (не говоря уже о философии), это было естественно и единственно возможно, а для немецкого в конце XIX в. такое стирание границ между философией и поэзией кажется, на строгий взгляд, вычурным и претенциозным. Однако мода и дурные вкусы заразительны, и думается, что именно поэтому идеи Ницше, уничтожающе осмеянные Владимиром Соловьёвым в его статье «Идея сверхчеловека» [Соловьев 1990], подверглись надуманной и неуклюжей (даже вредной и человеконенавистнической) вульгаризации и искажениям, а творения настоящего пророка и его идеи до сих пор остаются в какой-то мере непонятыми и неосуществлёнными.

Использование Фридрихом Ницше формы Заратустра объясняется тем, что он был знаком, по крайней мере, с имевшимися тогда переводами древних текстов, но по особенностям немецкой орфографии, в которой s может произноситься как «ш», усвоил написание Zarathustra (может быть, показавшееся ему менее громоздким и более поэтичным?), а не более точное – Zarathushtra (как у Хр. Бартоломэ) или Zarathuschtra. Переводчики же на русский передали сочетание -st- в середине слова как -ст-, а не -шт-.

Таким образом, ни речения, приписанные Фридрихом Ницше «арийцу» Заратустре, ни Зороастр античных и более поздних преданий либо не имеют к действительным речениям древнего пророка вообще никакого отношения, либо лишь косвенно их касаются. Но прежде чем перейти к настоящему Заратуштре (именно так звучало и должно передаваться его имя по-русски), следует обратиться к «арийской проблеме» и к древним ариям в историко-филологическом аспекте.





2. Древние арии

От жизни той, что бушевала здесь,

От крови той, что здесь рекой лилась,

Что уцелело, что дошло до нас?

Два-три кургана, видимых поднесь…

Ф. И. Тютчев

Вокруг слов «арии», «арийцы» и «арийские проблемы» накопитесь в целом столько научных и околонаучных гипотез, наворочено столько всяких псевдонаучных домыслов, что докопаться до истинного смысла человеку, далёкому от индоиранской филологии, достаточно сложно. Бесспорно следующее: «арии» – это самоназвание двух близкородственных ответвлений индоевропейцев – индоариев и иранцев – языковых предков народов, говорящих на индоарийских и иранских (в последнее время входит в употребление и термин ирано-арийские) языках.

В качестве самоназвания arya-, арйа засвидетельствованы только у народов, говорящих на индоиранских языках. В научном употреблении «арии, арийцы» – это, как уже было указано, индоиранцы. Только в значении «индоиранцы», т.е. древние индоарии или иранцы (или ираноарии), и употребляются далее слова «арии», «арийцы» (аналогично «уральский» далее иногда вместо «угрофинский»).

О происхождении этого этнонима сделано множество предположений, иногда прямо противоположных. Этимологизировать такие краткие основы (arya-) чрезвычайно опасно – слишком много вариантов разных корней можно привлечь. Объясняли это слово как значащее буквально и «гостеприимный», «дружественный», и «враждебный», «чужестранный», приводили и десятки других значений. Возможно, наиболее приемлемым является предположение о связи с корнем ar в значении «двигаться», «передвигаться» (т. е. «кочевать»), ведь арии-индоиранцы, как предполагают, первоначально (начиная с рубежа 3-го и 2-го тыс. до н.э.) вели кочевой образ жизни на огромных степных пространствах от Северного Причерноморья до предгорий Центральной Азии. Здесь они с помощью собак (одомашненных, очевидно, в числе первых) пасли свой мелкий и крупный скот: овец, коз, коров, верблюдов и лошадей. Лошади были запряжены в заимствованные с юга повозки-колесницы, встав на которые, арии, вооруженные луками, боевыми топорами (клевцами) и дротиками и приобрели ту военную мощь, которая позволила им завоёвывать новые страны и покорять чуждые народы. От начальных этапов арийской истории во 2-м тыс. до н.э. письменных памятников не сохранилось. Из более поздних источников известно, что арии считали письмо изобретением злых сил, непригодным для записи священных слов, которые передавались только изустно. Достоверных археологических свидетельств до недавнего времени также известно не было.

Первые письменные свидетельства относятся к началу 2-го (когда арийские слова впервые упоминаются в клинописных памятниках), но более достоверные – к середине 1-го тыс. до н.э. К ариям причисляли себя цари древнеперсидской династии Ахеменидов. Царь Дарий в Бехистунской надписи (события 522–521 гг. до н.э.) именует свой язык «арийским» (arya-, см.: DB IV.89), хотя сейчас он называется древне-персидским. Дарий считал себя «персом, сыном перса, арийского происхождения…». Сын его, Ксеркс, утверждает, что он «…перс, сын перса, ариец, арийского происхождения…» (XPh 12–13). Ариями считали себя и многие другие иранские народы и племена, например потомки скифов – аланы (из aryana-), дошедшие до Атлантики и оставившие, вероятно, свое самоназвание среди западноевропейских имён собственных (Alan, Allan, Алон) и географических (Кат-алония).

«Арийская проблема» вкратце может быть сформулирована так: когда, какими путями и откуда арии пришли (если действительно пришли?) в Иран и Индию, точнее, на Иранское нагорье и в северозападную часть полуострова Индостан. Эта проблема обсуждалась большей частью с языковой точки зрения, в лингвистическом аспекте. Археологические материалы тоже, конечно, привлекались, но они могут оспариваться, поскольку нет согласия между различными учёными относительно хронологии и точного определения археологических культур как арийских и индоиранских (возможно, «андроновцы» или «катакомбники»?). Бесспорных примет присутствия ариев две: колесницы и ступки (для толчения сомы-хаомы и приготовления культового напитка). В качестве оружия, помимо лука со стрелами и копий или дротиков, использовали также бронзовый («из жёлтого металла») боевой топор (так называемый «клевец», напоминающий индейские томагавки). Управление лошадьми, запряженными в колесницу, очевидно, предшествовало верховой езде (для которой понадобились штаны и шаровары – слова, вероятно, иранского происхождения). Культовый напиток ариев был совсем не опьяняющим, а скорее возбуждающим или вдохновляющим на военные подвиги и поэтические прорицания. Вполне возможно, что когда-то он готовился, по остроумной гипотезе Р.Г. Уоссона (R. G. Wasson), и из мухоморов. Северными соседями ариев были лесные охотники и рыболовы, у их потомков угрофиннов мухоморы до сих пор используются в шаманской практике. Но ираноариям на рубеже 2-го и 1-го тыс. и позднее сырьём для приготовления культового напитка служила эфедра (хвойник, Ephedrasp.), многие разновидности которой богаты алкалоидом эфедрином, и ныне употребляемым спортсменами в качестве допинга. Из эфедры, но чисто символически, утратив подлинные рецепты, приготавливают имитацию культового напитка хаома и современные последователи древней арийской религии, именуемые зороастрийцами (Zoroastrians), – гебры в Иране и парсы в Индии (последние импортируют веточки эфедры из Ирана).

Теперь, после открытия новых археологических памятников на Южном Урале (Синташта, Аркаим) и в Северном Казахстане, можно попытаться, как кажется, более обоснованно соединить наконец языковые и археологические данные и согласовать их друг с другом. Таким образом, может быть, удастся приблизиться к решению «арийской проблемы».

Ниже излагается ранняя история древних ариев так, как она предстаёт в дошедших до нас отрывках арийских мифов о происхождении мира.

Во вводных главах Видевдата (в искажённом виде – Вендидада), единственной полностью дошедшей до нас части Священного Писания зороастрийцев – Авесты (о которой ниже), повествуется о сотворении арийских стран, о начале арийской истории, о странах и землях, населённых ариями.

Во второй главе излагается миф о Йиме, первом царе ариев, а местом действия служит, разумеется, первая, сотворенная Творцом – Ахура-Маздой, легендарная прародина ариев – Арйанам-Ваэджа, примерно 'Простор (пространство – рассеяние?) ариев’ (см. Приложение 1). Йима (этимологически букв.: 'близнец’), позднее Джемшид (от древнеиранского *Yima-xšaita-, досл.: ‘Йима блестящий’ или ‘Правитель Йима’) иранского национального эпоса и фольклора, – царь ариев во времена «золотого века», характеризуется постоянным эпитетом «добростадный», т.е. «владелец добрых стад». Во время царствования Йимы:

…Ни холода не было, ни жары,

Ни старости не было, ни смерти,

Ни зависти, созданной дэвами;

Пятнадцатилетними выступали

Отец и сын наружностью каждый,

Пока властвовал добростадный

Йима, Вивахванта сын…

(Йасна 9.5: «Хом-йашт»)

Этот миф приводит и Абулкасем Фирдоуси в национальном иранском эпосе «Книга царей» – «Шахнаме», в разделе о первом царе, царе Золотого века, Джемшиде. Скончавшаяся не так давно незабвенная Цецилия Бенциановна Бану-Лахути (13 марта 1911–11 января 1998) в своём грандиозном шеститомном (начатом с Абулкасемом Лахути и по достоинству так и не оценённом ни у нас, ни в Иране – впрочем, как и сам оригинал в своё время) переводе «Шахнаме» изложила эти строки так:

Три века так жизнь беспечально текла,

Не знали в ту пору ни смерти, ни зла;

Не ведали душу томящих тревог,

А дивов на рабство властитель обрёк…

В результате этого безмятежного существования численность людей и домашних животных увеличилось настолько, что Земля сделалась тесной для их вмещения. Как рассказывается во второй главе: «И вот царству Йимы триста зим настало. И тогда эта Земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находилось места для мелкого и крупного скота и людей…»

И вот тогда верховный Бог и Творец Ахура-Мазда дал Йиме два орудия, два инструмента, с помощью которых Йима трижды расширяет Землю. Одно из них, первое, – золотое, а второе – украшено золотом.

Относительно второго слова (aštra-) нет особых сомнений в том, что оно точно соответствует аналогичному древнеиндийскому и означает ‘плеть, кнут’ или 'бодило, стимул’ – от корня az (латинское ago ‘приводить в движение’, agitātor ‘погонщик скота’ и проч.) ‘гнать, погонять, понукать (скот)’.

Возвращаясь к первому орудию (авестийскому suwrā-, sußra- также с вариантами по рукописям: sufrā-, suiriia- и пр.), надо сказать, что оно переводилось и идентифицировалось очень по-разному. Что именно Йима сделал с Землёй с помощью этого орудия, чтобы расширить её, – не совсем ясно («провёл», «проткнул»?). Фердинанд Йусти ещё в 1864 г. идентифицировал это таинственное suwra- как плуг. Христиан Бартоломэ предпочёл переводить это слово как ‘стрела’. Некоторые учёные – Г. Ломмел [Lommel 1927], А. Христенсен [Christensen 1934], В. И. Абаев [Abaev 1984] – последовали пониманию авестийского слова, предложенному Джеймсом Дармстетером [Darmsteter 1892/93], переводившим его, на основании пояснения «дырявый», как ‘кольцо’. Имелись в виду кольцо или венок как символ власти, передаваемой верховным божеством Ахура-Маздой первому царю ариев Йиме. А. А. Фрейман (1960) придерживался прежнего толкования – «стрела». В 1971 г. Г. Бэйли предложил перевод goad (‘стимул’,‘стрекало’). И. Гершевич в примечании редактора к своему тому Кембриджской истории Ирана (1985) вернулся к принадлежащей Ф. Юсти первоначальной идентификации – плуг (ploughshare) как most down-to-earth (наиболее приземлённой), ассоциирующейся с легендами о происхождении скифов, когда золотой плуг, ярмо, боевой топор (в старых русских переводах – бердыш, секира) и чаша упали с неба (как повествует об этом Геродот).

Загадку этого слова успешно разгадал Ж. Дюшен-Гийемен в статье «Cor de Yima et trompette d'lsrāfil, de la cosmogonie mazdéenne à l'eshatologie musulmane» («Рожок Йимы и труба Исрафила – от маздеанской космогонии к мусульманской эсхатологии»). Он привёл убедительные аргументы и проницательное сопоставление авестийского suwrā- с арабским ر ﺻو (через персидский, конечно) şūr, особенно в сочетании sūr-i Isrāfil (труба архангела Исрафила – труба Дня Страшного Суда). Понимание авестийского suwra- zaranaēna- как ‘золотой рог’ поддержали Герардо Ньоли (Gnoli) и другие учёные.

Такое понимание авестийского suwrā-, помимо всех лингвистических и иных доводов, прекрасно подходит к образу Йимы «добро-стадного» – царя прежде всего кочевников и пастухов, владетелей скота, которому, чтобы пасти скот, нужен рожок – созывать скот и кнут – погонять его. Для чего были бы нужны ему стрела (без лука?), кольцо, венок, кинжал или пахотное орудие – плуг?

По существу, добавить к интерпретации Ж. Дюшен-Гийемена нечего, но можно, кажется, несколько уточнить этимологию авестийского слова. Профессор Ж. Дюшен-Гийемен сопоставляет авестийское suwrā- с тем же персидским suftan, surāx ‘дырка’ и проч. Целесообразнее видеть в авестийском слове результат метатезы в группе двух сонорных звуков, столь частой во многих языках, в том числе и в иранских: ср. авест. suxra-, перс, surx ‘красный’, перс, тадж. (диалектное) daryo, dayro ‘река, море’ и т. д. Пример из авестийского в сходной группе сонорных: vafra- ‘снег’, ср. перс. barf и авест. varafa- (также varfā-, vafra- по рукописям). По аналогии с этими метатезами можно предположить и возможность подмены suwra- //sruwa- и тем самым связать это слово с авест. sruva-, srva- ‘рог’, хорошо представленным во многих иранских языках: перс, surū, пехл. srū(w), хорезмийское šw, согдийское sry, осетинское si//siwœ, ваханское şəw и проч. – все они восходят к древнеиранскому *sruvā-, ‘рог’, сопоставляемому обычно с древнеиндийским śŗńga-, греческимκερασ, русским корова и с другими индоевропейскими словами от основы ḱŗvo- ‘рогатое (животное, скот)’.

Можно предположить, что соотношение между авестийскими словами suwra- и sruva-, srva- ‘рог’ определяется их «дэвовским» или «ахуровским» качеством, т.е. принадлежностью к миру либо Добра, либо Зла, как это часто случается в авестийской лексике. Так, вторые варианты явно характеризуют злых, «дэвовских» существ. Это такие определения, как, например, srvaēna-, srvara- (<*sru-bara-) – ‘рогатый’ (имя дракона), nivaštako.srva--‘с загнутыми рогами’… Что касается двух эпитетов, относящихся к чудовищному Снавидке, описываемому как srvo.zana- и assəgō.gāum (Йашт 19.43) и убитому бесстрашным Кэрсаспой, то, в сравнении с пониманием первого из них как ‘со свинцовыми челюстями’ (И. Гершевич соглашается с В.Б. Хеннингом, считая это «привлекательным» переводом – as «attractive» translation), более привлекательным кажется перевод моего Учителя Сергея Николаевича Соколова (8 июня 1923–14 июня 1985), реконструировавшего первый как srvō.zan[gr]a-, досл.: ‘с рогатыми ногами’, т.е. ‘с копытами’ (букв.: ‘рогоногий’). Получается подходящая параллель ко второму эпитету asəngō.gav-, досл.: ‘каменнорукий’.

Получается, что авест. suwrā-, sruva- это слова из двух диалектов – ахуровского и дэвовского, а означают они и ‘пастушеский рожок’, и просто ‘рог’. Йима был царём не земледельцев, а пастухов – земледельческие орудия были ему ни к чему. Знаменательно, что арийские слова для обозначения «кнута» и «рога» были заимствованы северными соседями ариев – уральцами, они есть во многих угро-финских языках Сибири и Восточной Европы: коми орс, удмуртское урыс (с закономерным развитием -štr-> *-sr->-rs- в старых заимствованиях), вогульское (манси) aštər, венгерское ostor ‘кнут’ и проч.; венгерское szarv, финское sarvi, коми śur, удмуртское sür, мордовское śuro, марийское šur ‘рог’ и проч.

Таким образом, оба орудия (кнут и пастушеский рожок), используемые Йимой для расширения Земли, были столь необычными для северных соседей Ариев – охотников и рыболовов уральцев, что последним пришлось заимствовать их названия.

В финноугорских языках, в том числе и в коми, выявлены десятки заимствований из арийского (индоиранского – рубежа 2-го и 1-го тыс. до н.э. и древнеиранского – 1-е тыс. до н.э.), поддающихся в некоторых случаях относительной хронологической стратификации. Очевидно, что лесные (таёжные) охотники-рыболовы угры общались со своими южными соседями – кочевниками-скотоводами ариями на всём том пространстве Евразии, где степь отграничена от леса широкой лесостепной полосой. Судя по заимствованиям, скотоводы арии, начинавшие заниматься земледелием, выступали как более влиятельные в социальном и культурном плане. От них угры усваивали такие слова хозяйственной сферы (скотоводства и земледелия), как коми ош ‘бык’, мос ‘корова’, меж ‘баран’, пода ‘скот’, ромидз ‘жвачка’ (важный скотоводческий термин – в пищу может быть разрешено мясо тех животных, которые вторично пережевывают возвращенную из желудка пищу), вурун ‘шерсть’, бурысь ‘конская грива’, верзь- ‘ездить верхом’, сюр ‘рог’, орс ‘кнут’, вора ‘вымя’, ворк ‘почки’, амысь ‘сошник’, сю ‘рожь’, йики ‘ость’… В строительстве и домашнем обиходе: горт ‘дом’, сод ‘мост’, пад ‘дорога’, майог ‘колышек’, майов ‘закваска’, нянь ‘хлеб’, сур ‘пиво’, пож ‘решето’, нямод ‘портянки’, небог ‘книга’, огыр ‘горящий уголь’… В социальной организации и культуре: озыр ‘богач’, оксы ‘князь’, морт ‘человек’, вер ‘деверь, брат мужа, мужчина’, зон ‘парень’, арт ‘порядок’, ури ‘мир, покой’, шуд ‘счастье’… Выясняется, что у финноугров нет исконных слов для некоторых местоимений, числительных (1, 7 и др.), ср.: коми дас ‘десять’, сё ‘сто’, сюрс ‘тысяча’, вспомогательных слов – предлогов, cр.: коми васна ‘ради, для’ (др.-перс, vašna ‘по воле’), для ряда диких животных, видимо, игравших особую роль в арийско-уральских контактах, ср.: коми вурд ‘выдра’, вурдысь ‘крот’.

Существовали, вероятно, зоны арийско-угорского двуязычия, следствием чего был и взаимообмен верованиями и семейной обрядностью. Угры учились у ариев разводить и пасти мелкий и крупный скот, выращивать и печь хлеб, выделывать металл и воевать… но также разбойничать и красть, как показывает коми гуны ‘воровать’ – явное заимствование из арийского.

Заимствовались и имена мифологических персонажей: коми гундыр ‘чудовище’ (др.-ивд. gandharva-, греч.κενταυροσ, шугнанское žindurv ‘оборотень’), орт ‘призрак, двойник’ (др.-ир, fra-vart-), имя бога северного ветра – войпелm. Бессмысленно объяснение этого имени, как означающего будто бы «северное (вой) ухо (пель – ср.: пельмени из пель-нянь „хлебные ушки”, в котором нянь из иранского nān ‘хлеб’)». Коми вой ‘ночь, север’ и войпелm ‘северный ветер’ усвоены из древнеиранского vayu- ‘смертельный северный ветер – ‘Вайу’, также с эпитетом upara-(karya-) ‘преодолевающий, побеждающий’ (воспеваемым как олицетворение смерти в зороастрийском тексте, читаемом на похоронах, см.: Приложение 3).



В рассказе о «золотом веке» Йима, трижды расширяющий Землю по велению Ахура-Мазды, каждый раз обращается в южную сторону: «…и вот Йима выступил вперёд на путь солнца в полдень…» Он ударяет по Земле кнутом и, очевидно, дует в рожок, обращается к Земле с просьбой расступиться, и Земля каждый раз увеличивается на треть.

Южное направление, разумеется, «ахуровское», т.е. доброе, счастливое, в противоположность «дэвовскому» – северному, смертоносному, где царит упомянутый выше Вайу. Это тройное расширение Земли в южную сторону может быть воспоминанием о миграциях ариев с севера на юг. Есть и еще свидетельства в пользу южных направлений миграций древних ариев. Это авестийские обозначения частей света: apāxtara- ‘северный’, букв.: ‘задний’, fratara- и pourva- ‘южный’, букв.: ‘передний’. Расширение Йимой Земли в южную сторону может быть отнесено к числу подобных свидетельств.

Во второй главе Видевдата Йима с помощью пастушьего рожка и кнута не только расширяет Землю, но и созывает людей (и загоняет – как скот!), мужчин и женщин, в некое сооружение, построенное им по велению Ахура-Мазды, чтобы защитить арийский народ и имущество от природных бедствий (обильного снегопада и последующего паводка, наводнения и затопления водой).

Сооружение, построенное Йимой, называлось Var(a)- и понималось иногда как «крепость» или «подземное убежище». Этимология слова совершенно прозрачна, на нее указывает корень var ‘хранить, покрывать, защищать’. Йимовский Вар описан очень реалистично и детально. Говорится, что сделан он был из земли, это была земляная конструкция, земляная архитектура. Ахура-Мазда учил Йиму «топтать землю пятками и мять её руками… так, как люди лепят намокшую землю».

С самого начала авестийское var- понималось как прямоугольное сооружение в связи со словом čaθruša- (от čaθwar-, čatur- ‘четыре’), которое следует рассмотреть более внимательно.

Йима строит это убежище в Арйанам-Ваэджа, которое долгое время идентифицировалось с Хорезмом (Большим Хорезмом).

Поэтому, когда знаменитой Хорезмской экспедицией С.П. Толстова в Хорезме были открыты прямоугольные крепости раннеахеменидского времени, то Сергей Павлович доказывал, что это и есть укрытия-Вар, описанные в Видевдате [Толстов 1948, с. 79–81]. Это отождествление, как заметил профессор Карл Йеттмар в своей статье «Fortified „Ceremonial centres” of the Indo-Iranians» [Jetmar 1981, c. 226], имело «удивительный успех». Оно было принято многими иранистами. Можно, например, показать, писал К. Йеттмар, что Г. Виденгрен при переводе этого пассажа в Видевдате приспособил его так, чтобы он подошёл под описание Толстова [Widengren 1965, S. 271].

Между тем Хорезм (пусть и «Большой») не может быть отождествлен с Арйанам-Ваэджа. Это было показано и профессором Хумбахом в его статье «About Gōpatshāh, his country and Khwarasmian hypothesis» (Festschrift for Prof. Mary Boyce, 1985), а позднее и профессором Д.Н. МакКензи в статье «Khwaresmian and Avestan» («East and West», 1988, vol. 38). Как совершенно правильно отметил профессор МакКензи, единственным поводом для отождествления Хорезма с мифической прародиной ариев является лишь то, что Хорезм был самой холодной областью Ирана («it was the coldest part of Iran»). На Арйанам-Ваэджа зима, как сообщается в Видевдате, длилась десять месяцев.

Тем не менее впервые предложенная Марквартом в 1901 г., гипотеза о том, что Заратуштра был хорезмийцем по происхождению, была принята и Э. Бенвенистом (1933) и В. Хеннингом (1949). Позднее была выдвинута гипотеза о «Большом Хорезме», включающем почти все северные провинции иранских стран. Профессор МакКензи, приведя и исторические и лингвистические данные, показывает, что нет никаких свидетельств в пользу близости между хорезмийским и авестийским («no positive evidence of a close relationship between Khwarezmian and Avestan»).

В связи с сооружением укрытия-Bap несколько раз повторяется выражение kəmčiţ paiti čaθrušanąm, правильный перевод которого очень важен для понимания первоначального облика мифического Вара, построенного Йимой для укрытия ариев и их имущества от природных катастроф. (В Видевдате эти бедствия описываются так: «…на этот злой плотский мир придут зимы, а от них сильный смертельный холод… и сначала тучи снега выпадут снегом на высочайших горах на глубину реки Ардви… Третья же часть… скота останется в живых… потом из-за таяния снегов потекут воды, и чудом… для плотского мира покажется, если увидят где след овцы…». См. Приложение 1).

Ахура-Мазда велит Йиме выстроить Вар размером kəmčiţ paiti čaθrušanąm. Это выражение понималось и переводилось по-разному.

Хр. Бартоломэ считал что čaθruša- означает Seite eines Vierecks (‘сторона четырёхугольника’, ‘сторона квадрата’). Ханс Райхельт переводил во множественном числе, т.е. как four sides (of a four-sided figure: ‘четыре стороны четырёхсторонней фигуры’) [Reichelt 1911], Фриц Вольф [Wolff 1910], автор стандартного перевода на немецкий язык, – как ‘по всем четырем сторонам’. В целом все западные учёные, привыкшие к прямоугольным формам жилищ, переводили это выражение как описывающее четырёхугольное, четырёхстороннее сооружение (по этимологической связи čaθruša- с числом «четыре»).

Между тем выражение это встречается ещё в нескольких пассажах Видевдата, позволяющих установить его истинный смысл. Так, в Шестом фрагарде (главе) объясняется, какое количество воды становится загрязненным и непригодным для использования, если в ней обнаружится какая-нибудь мертвечина (ритуалы очищения составляют основное содержание жреческого кодекса Видевдата, досл.: ‘Закона против дэвов’). В проточной воде нечистыми считаются девять шагов вниз по течению и три шага вверх по течению, а в стоячей воде – шесть шагов kəmčiţ paiti čaθrušanąm, т.е., очевидно, досл.: ‘на все четыре стороны’ (Vd. 6.30–31). Аналогичное значение имеет это выражение в Седьмой главе и при описаниях загрязненности мертвечиной дров, зерна, травы (Vd. 7.28–35), а также в Девятой главе при описании площадки для ритуальных обрядов очищения (Vd. 9.2).

Итак, Ахура-Мазда приказывает Йиме построить Вар размером в один «пробег коня» (т. е. две тысячи шагов двумя ногами) не «по четырём сторонам», а «на четыре стороны», «на все четыре стороны», т.е. подразумевается сооружение не прямоугольное, а круглое, состоящее из трёх кругов, образованных концентрическими земляными стенами, во внешней стене было девять проходов, в средней – шесть и во внутренней – три. Во внутренний велено было снести семя всякого скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. Средний предназначался для жилищ людей, а во внешнем были помещения для скота.

Таким образом, Вар, сооруженный Йимой по велению Ахура-Мазды, по конфигурации идентичен круглым поселениям с концентрическими земляными стенами, открытым археологами на Южном Урале (раскопки поселения Аркаим под руководством Г.Б. Здановича), и напоминает круглые города Северного Афганистана (раскопки В.И. Сарианиди), на что впервые обратил внимание архитектор Л.Л. Гуревич [1983; 1989]. Мифический Вар Йимы, разумеется, должен был превосходить их своими грандиозными размерами, он должен был быть 12 тысяч шагов в диаметре (около 6 вёрст, тогда как диаметр Аркаима около 300 метров). Неподалеку от Аркаима обнаружены (также экспедицией Г.Б. Здановича) захоронения с колесницами (могильник Синташта), раскопаны и древние ступки (см. иллюстрации в Приложениях). Датируются эти памятники примерно серединой 2-го тыс. до н.э., т.е. предполагаемой эпохой распада индоиранской (арийской) общности на иранскую и индоарийскую.

Отсюда, из полосы степей, во 2-м тыс. до н.э. могла начаться экспансия ариев (или языка ариев?) на юг. В сторону юга расширяет землю первый царь ариев, царь-пастух, Yima-, букв.: ‘близнец’, ставший у индоариев первым смертным и царём в царстве мёртвых. У уральцев-коми Йома – ведьма, живущая в лесных болотах, насылающая болезни и смерть. Йима расширяет землю при помощи двух орудий, данных ему Ахура-Маздой, – кнута-стрекала и пастушьего рожка. Оба названия этих предметов заимствованы уральцами у ариев, заимствовано и название убежища, построенного Йимой для защиты людей и скота от стихийных бедствий (снегопада и последующего таяния снегов), – венгерское var, varos ‘город’. Нашлись и уральские параллели к этому арийскому мифу – удмуртская сказка о первом человеке.

На рубеже 2-го и 1-го тыс. до н.э. языковые потомки индоиранцев, называющие себя ариями, уже прочно обосновались в Средней Азии, к северу, западу и югу от Памира и Восточного Гиндукуша, о чём свидетельствуют многочисленные географические названия, образованные по древнеиранским моделям: названия рек, восходящие к древне-иранским vahvi- ‘благая, благодатная’ (Ох-, Вах-); vaxšu- ‘растящая’ (Вахш, Оке); haitu-mant- ‘переправная (обильная мостами [этимологически букв.: ‘сетями’, бродами)’ (Хильменд) и проч.

Где-то здесь, в предгорных и горных областях Центральной Азии, родился и выступил со своей проповедью Заратуштра.

3. Заратуштра

Ржавеет золото и истлевает сталь.

Крошится мрамор. К смерти всё готово.

Всего прочнее на земле печаль

И долговечней царственное слово.

Анна Ахматова

Нет сомнений в том, что арийский пророк по имени Заратуштра действительно существовал, а сложенные им Гаты дошли до нас именно в таком виде, в каком он их произнёс (не принимая во внимание, разумеется, искажений, сопутствовавших длительной сначала устной, а затем рукописной их передаче). Этот факт – прекрасное подтверждение того, что самое «долговечное», как сказала поэтесса, на земле – это Слово, а молитвы оказываются более прочными, чем храмы:

…И нет хором, прочнее веры –

Молитвы крепче есть, чем храмы.

Именно молитвы и считал Заратуштра самым действенным оружием против всех злых и враждебных сил.

Имя его Зарат-уштра (авест. Zaraθ-uštra) – обычное скотоводческое, означает примерно ‘Старо-верблюдый’ (т. е. «владеющий старыми верблюдами») и относится к именам-оберегам, которые у многих народов Средней и Центральной Азии до сих пор даются детям для того, чтобы отвратить от них губительное воздействие злых сил. «Охранные» имена носили, видимо, и родители Заратуштры. Отца его звали Поуруш-аспа – ‘Серо-лошадный’. Иметь лошадей этой масти до сих пор считается дурной приметой, например, в Таджикистане:

Asp-i sur – az gala dur – «Серую(сивую) лошадь – из табуна прочь!» – гласит таджикская поговорка.

Заратуштра происходит из семейства Спитама, что в буквальном переводе может значить ‘беловатый’, ‘белесый’. Это родовое имя сохранилось до наших дней среди языковых потомков скифов и алан – осетин: Sidœmon – «по этногоническим преданиям осетин, имя одного из родоначальников осетинского народа», как писал замечательный иранист и филолог Василий Иванович Абаев (1900–2001). По его предположениям, служение Заратуштры происходило на рубежах туранского (первоначально кочевого скифского) и иранского (арийского) миров, переходивших к оседлости (изложено в ряде работ, упоминаемых в разделе «Литература»).

Мать пророка носила имя Дугдова (из древнеиранского duxta-yāva-), дословно, разумеется, не ‘доительница коров, доярка’ и проч., а, букв.: «Выдоенно-коровная», «Имеющая выдоенных коров», «Та, чьи коровы выдоены», т.е. остались без молока.

Таких охранных, уничижительных имён среди древних ариев известно ещё несколько: «Не-быстро-верблюдый», «Тоще-быкий», «Тоще-лошадный». Царя-покровителя Заратуштры звали Виштаспа (авест. vištaspa- <*vi-šita-aspa-), что буквально может значить ‘Отпущенно-лошадный’ (‘Тот, чьи лошади отпущены’, т.е. то ли выпущены пастись, то ли разбежались?). В Таджикистане встречаются такие имена (nom-ipast ‘низкие имена’): xošok ‘мусор’, ĵorub ‘веник’. А в одной семье, где умирали дети, новорожденную вообще нарекли be-nom ‘безымянная’.

Заратуштра именует себя мантран (‘прорицатель’) или заотар (‘жрец, священнослужитель’), он происходит из священнического рода, так что произнесению изречений-мантр учился, очевидно, с детства. Время и место его деятельности осторожнее всего было бы наметить так: рубеж 2-го и 1-го тыс. до н.э., предгорные области Центральной Азии в самом широком понимании (от Южного Урала до Саяно-Алтая, включая, разумеется, и собственно среднеазиатские: Тянь-Шань, Памиро-Алай, Гиндукуш, Копетдаг и т. д.). Не лишёнными серьёзных аргументов кажутся гипотезы о родине Заратуштры в Бадахшане и о локализации мифической прародины ариев Арйанам-Ваэджа в верховьях Амударьи в долине Пянджа [Grenet 2002]. Именно область в самых верховьях Пянджа – Вахан – сохранила в своём названии отражение имени реки, протекавшей там, согласно упоминаниям в древних текстах: ваханское Wux ‘Вахан’ закономерно восходит к древне-иранскому *vahvi-, букв.: ‘Добрая, Благая, Благодатная’ – река на Арйанам-Ваэджа.

Достоверные сведения о Заратуштре можно найти только в Гатах, но они немногочисленны. В Гатах Заратуштра, безусловно, предстаёт как историческое лицо. В остальных текстах Авесты Заратуштра – это мифический персонаж, постоянный собеседник верховного Бога Ахура-Мазды, обожествляемый Глава (Рату) всего материального мира, Судья во время Последнего Суда. Сведений о его реальной жизни в этих текстах нет.

Легенды и предания о жизни Заратуштры содержатся в более поздней средневековой зороастрийской литературе, в сочинениях на среднеперсидском (пехлеви) языке, наиболее последовательно и подробно и шагаются в поэме на персидском языке «Зардушт-наме» («Книга Зардушта», по поздней форме имени пророка), сочиненной в X-XI вв. неким Бахрамом или приписываемой ему, но основанной, очевидно, на предшествующих утраченных пехлевийских источниках.

Согласно этим легендарным сведениям, Заратуштра был зачат родителями после того, как они испили священного питья – хаомы. Это видно, как кажется, не опьяняющий, а скорее возбуждающий напиток, приготовлявшийся в 1-м тыс. из произрастающего в горах Центральной Азии и Иранского нагорья кустарника эфедры. О том, что в древнеиранскую эпоху хаому (этимологически буквально: ‘выжимаемое’, родственно русскому слову «сок») получали именно из эфедры, свидетельствуют многочисленные названия этого растения в иранских языках и диалектах, закономерно восходящие к древнеиранскому *hauma(ka)- > памирские шугнанское amoĵak, ваханское yimыk, таджикское диалектальное (зеравшанское) xůma и проч. – ‘Ephedra sp.’. Приготовленным из эфедры питьём вдохновлялись вожди и поэты, воодушевлялись воины перед битвой, жрецы во время богослужений. Позднее способ приготовления был утрачен, имитацию ритуального напитка готовят чисто формально из смеси разных соков (имеются сообщения, что в него всё же добавляют веточки эфедры).

Рождение великого пророка было предсказано его матери в вещих снах, а первое чудо было совершено Заратушрой в самый миг рождения, как повествуется об этом в «Зардушт-наме»:


Bexandid čun šod ze mādar ĵodā

Darafšān šod az xande-ye u sarā


Рассмеялся он, отделившись от матери,

Засверкал от его смеха весь дом…

Об улыбке-смехе Заратуштры-Зороастра упоминается и в античных легендах. Как бы то ни было, такое жизнерадостное начало жизни пророка прекрасно соответствует жизнеутверждающему и оптимистическому характеру провозглашенного им вероучения, получившего, по греческой передаче его имени, название зороастризм.

Далее рассказывается о безуспешных попытках злобных врагов, враждебных правителей и завистников-жрецов, уничтожить младенца и о его чудесных избавлениях ото всех напастей. У убийцы, намеревающегося заколоть его кинжалом, в момент наносимого удара отсыхает рука. Огонь чудом не причиняет вреда брошенному в костёр ребёнку (да и как могло быть иначе, ведь огонь – одна из святынь зороастрийцев). Младенца подбрасывают на узкую тропу, по которой проходит стадо скота. Бык становится над ним и спасает его от смерти под копытами животных. То же повторяется и с табуном лошадей: кобылица защищает его своим телом. Два последних чуда, несомненно, отсылают жизнеописание к эпохе скотоводов, но не обязательно кочевников, а узкая тропа или проход напоминает о горной местности.

Наконец, коварный злодей-правитель готовит младенцу неизбежную гибель. Он приказывает убить детёнышей-волчат в норе волков и подбросить туда Заратуштру. Вернувшиеся волки бросаются растерзать ребёнка, но маленький Зардушт сучит ручками и ножками и ударяет волка рукой по морде. В тот же миг пасть волка смыкается, а другие волки отступают. Тут как раз спускаются со склона гор две овцы и дают младенцу в рот соски вымени, полного молока (в другом варианте волки утоляют овцой свой голод). В финале этого чуда может прослеживаться влияние библейского (и коранического) сюжета о принесении Авраамом в жертву своего сына (Исаака в «Книге Бытия», Исмаила в Коране).

Будучи сыном жреца, Заратуштра, как и полагается в традиционном обществе, должен был унаследовать профессию отца, а потому с ранних лет готовился к своему будущему служению, заучивал наизусть священные и богослужебные тексты, возможно, учился составлению каких-то ритмизованных изречений – искусству, примененному им позднее при сочинении Гат. Полагают, что Заратуштра – единственный основатель нового вероучения, вышедший из семьи священнослужителей.

В возрасте 15 лет он должен был пройти обряд посвящения, стал полноправным членом общины, получил пояс из шерстяных нитей, ношение которого восходит еще к индоиранскому времени, так как является общим для ариев-иранцев и индоариев. Первоначально Заратуштра, видимо, прислуживал отцу или старшим жрецам.

Достигнув тридцати лет, Заратуштра однажды вошёл в реку, чтобы набрать воды для приготовления необходимого для совершения богослужения священного напитка – хаомы. Согласно легендарным жизнеописаниям пророка, это и была та самая Вахви-(датийа) (досл.: ‘Благая’, ‘Благодатная’), протекавшая по мифической прародине ариев Арйанам-Ваэджа Это случилось в очередной сезонный праздник «Середины весны» – время перегона скота на летние пастбища (конец апреля – начало мая). В этом месте река растекалась на четыре рукава, и Заратуштра прошёл через все четыре, погружаясь сперва по голень, потом – по колено, затем – по пояс, и наконец по шею. Надо отметить, что такое деление больших горных рек на несколько рукавов в среднем течении характерно именно для весеннего времени, когда ледники тают еще не столь интенсивно и во многих местах реку можно перейти вброд, погружаясь в воду не более чем по плечи. Рискованно, однако, было бы искать конкретное местоположение такого брода на Амударье, Пяндже или Зеравшане, например, брод Самти в области Рог (<авестийское Raγa-) в Бадахшане, неподалёку от которого есть и селение Doraj, напоминающее авестийское Drəĵā – родину Заратуштры [Grenet 2002]. Приводим аналогичный вид на разлив весеннего Пянджа выше ваханского селения Змудг (см. рис. «Пяндж выше Змудга»), а вдали виднеется кишлак Дридж (вах. Driĵ/ž) – созвучие, скорее всего, случайное.

Отмечу, что именно здесь, в верховьях Пянджа (древней Vahvi ‘благодатной’ реки на мифической прародине ариев) около селения Ширгин лежит грандиозное окаменевшее туловище «дракона», называемое местными жителями Aždar-yar ‘Дракон-камень’. Это минеральное образование рыжевато-красноватого цвета «охраняет» вход в ущелье одного из боковых притоков Пянджа. В первом фрагарде Видевдата одной из напастей прародины Арйанам-Ваэджа, помимо холодных зимних месяцев, объявляется dahaka- raoδita-, досл.: ‘рыжеватый (менее вероятен перевод ‘речной’) дракон’ (см. рис. «Дракон-камень»).

Эпизод четырёхкратного погружения пророка в священную реку трактуется и как предсказание четырёхкратного же рождения и возрождения благой веры: во-первых, провозглашение её Заратуштрой; во-вторых, возрождение после губительного нашествия Александра Македонского (разорившего, согласно легендам, многие храмы и спалившего Авесту, записанную золотом на воловьих кожах); в-третьих, сохранение после арабского завоевания и насаждения ислама; и, наконец, грядущее возрождение в наши дни.

В реке Заратуштра набрал самой чистой воды и вышел, омывшись в священных водах, на берег в состоянии полной ритуальной чистоты.

Когда Заратуштра вышел из реки, то перед ним явилось существо, одетое в белое. Это был Воху-Мана (‘Благая Мысль’) – один из помощников или эманаций Верховного Бога Ахура-Мазды (‘Господь Мудрость’). Воху-Мана возвёл Заратуштру вверх, к Ахура-Мазде, сияющему Божеству, в присутствии которого пророк не видел собственной тени. Так началось Откровение. Впоследствии Заратуштра не раз еще встречался с Ахура-Маздой, вопрошал его и внимал ответам. Он удостоился общения и с пятью другими, помимо Воху-Мана, божественными сущностями, объединенными в число «Бессмертных (‘пятых’ (Амеша-Спэнта): Аша-Вахишта – ‘Истина лучшая’, Хшатра-Ваирйа – ‘Власть избранная (желанная)’, Спэнта-Армаити – ‘Святое Благомыслие (Здравомыслие)’, Хаурватат – ‘Целост(ност)ь’, Амэреват – ‘Бессмертие’. Вполне возможно, что эти абстрактные понятия пыли призваны, в известной степени, заменить старых богов, олицетворения природных сил и явлений, но впоследствии они стали покровительствовать естественным творениям и ассоциироваться с ними, соответственно: скот (Благая Мысль), огонь (Истина лучшая), металл (и небо) (Власть желанная), земля (Святое Здравомыслие), вода (Целостность), растения (Бессмертие).

Поскольку, как известно, «несть пророк без чести, токмо во отечествии своем и в сродстве и в дому своем» (Мф. 13.57; Мк. 6.4), то, после объявления об Откровении и попыток обращения соплеменников в новую веру, Заратуштре поверил только его двоюродный брат Мадиоманха (букв.: ‘Среднемесячный’, т.е. рождённый в середине месяца), а другие родственники, видимо, подвергли его преследованиям, так что пророк вынужден был оставить родные места и бежать на чужбину (полагают, что на восток ираноязычной области). К этому периоду могут относиться некоторые его жалобы, дошедшие до нас в Гатах (Йасна 46, Йасна 50 и др.).

Заратуштра находит пристанище при дворе царя (племенного вождя – кави) Виштаспа (предположительно, в Балхе, на севере современного Афганистана) и ему удаётся завоевать расположение его жены, царицы Хутаосы (букв.: ‘прекрасно-бёдрая’ или ‘хорошо-опустошающаяся’, т.е. ‘рожающая’?). Женщины всегда были более восприимчивыми ко всяким новым веяниям и учениям. Это вызвало зависть жрецов-соперников, которые подбросили в жилище пророка разную погань – мертвечину, черепа и кости. Разгневанный Виштаспа заточил Заратуштру в темницу. В это время занемог странным недугом любимый вороной конь царя: у него ушли внутрь брюха все четыре ноги.

Никто не мог излечить любимца царя, и Виштаспа обратился к Заратуштре.

Легендарное житие сообщает, что Заратуштра вызвался вылечить коня, но поставил свои условия: с исцелением каждой ноги царь обязывался выполнить просьбу пророка. Виштаспа согласился. После обещания царя принять истинную веру и молитвы Заратуштры появилась первая нога, и царь признал Заратуштру пророком. Затем в новую веру обращается весь двор и дом, а когда наказывают злоумышленников, оклеветавших пророка, конь сразу же вскакивает на все четыре ноги. Виштаспа просил о прощении и обещал послать войска для распространения учения Заратуштры по всем странам. Подобно чудесам при рождении пророка, сюжет с вороным конём может быть косвенным указанием на далёкую эпоху и устройство общества в те времена, когда он жил и проповедовал.

Считается, что Заратуштра при дворе Виштаспы заложил основы зороастрийской церкви, упорядочил богослужебные обряды и молитвенные тексты и, проповедуя свое вероучение, сложил Гаты, излагающие суть новой религии. Согласно традиции, Заратуштра эти Гаты распевал. В возрасте 70 или 77 лет пророк был убит – заколот жрецом-противником новой веры, приверженцем старых культов, кинжалом в спину в то время, когда стоял на молитве.

В своей проповеди Заратуштра обещал пришествие Спасителя (Саошийанта) по имени Астват-Эрета (‘Воплотивший Истину’). Позже он был отождествлен с одним из трёх (излюбленное число зороастрийцев) сыновей пророка, которые последовательно приходят в мир, способствуя его спасению и готовя его к окончательному разделению Добра и Зла, уничтожению второго и воскрешению праведников. Сыновья эти, согласно позднейшим представлениям, один за другим рождаются от семени пророка, хранящегося в озере Кансава (отождествляется с бессточным озером Хамун на востоке Ирана, в которое впадает река Хилменд на юге Афганистана). Сыновей родит дева по имени Виспатаурвари (‘Все-побеждающая’), выкупавшаяся в этом озере (в Приложении 2 приводится предсказывающий это явление отрывок из «Замйад-йашта»).

Сыновей Заратуштры видят в волхвах с востока (цари-маги в европейских переводах Евангелия), пришедших со своими дарами поклониться младенцу Христу. Принесённые ими дары (золото, ладан и смирна) аналогичны трёхчастным зороастрийским жертвам, из которых две – из мира растений, одна – от животных (например, огню – сухие дрова, благовония и животный жир или масло; есть толкования для золота как благовония животного происхождения). Трое волхвов на иконах и трое царей-магов в европейском искусстве изображаются как старец, мужчина средних лет и юноша, что может ассоциироваться с идеей о последовательном пришествии сыновей Заратуштры.

Развиваясь на протяжении почти трёх тысяч лет, провозглашённое Заратуштрой вероучение, остававшееся живой религией, претерпевало разительные изменения. История зороастризма излагается во многих работах, из которых на русском языке рекомендуется обратиться к многократно издававшемуся в русском переводе обобщающему труду Мэри Бойс «Зороастрийцы» (см.: [Бойс 2003]) и книге В.Ю. Крюковой «Зороастризм» (см.: [Крюкова 2005]).

Гаты Заратуштры были включены позднее в канон Священного Писания зороастризма как самая почитаемая, исполняемая во время богослужений часть этого Священного Писания – Авесты.

4. Авеста. Гаты

И слово вещее – не ложно,

И свет с Востока засиял,

И то, что было невозможно,

Он возвестил и обещал.

Владимир Соловьёв. Ex Oriente Lux

Авеста – собрание священных текстов зороастризма, доисламской религии Ирана, последователи которой парсы (в Индии) и гебры (в Иране) живут теперь также в Западной Европе и Северной Америке. Название Авеста (этимологически, видимо, древнеиранское *upa-stāvaka-) можно перевести примерно как ‘вос-хваление’.

Открытие Авесты – одна из самых ярких и драматичных страниц в истории востоковедения и вообще гуманитарной науки. Про Зороастра, как уже указано, было известно со времён античности, что это великий маг и мудрец-астролог (ассоциации с греческим астрон – звезда). Молодой (ему было тогда 25 лет) французский востоковед Анкетиль дю Перрон, который увидел в 1754 г. несколько листков рукописи Авесты, привезенных из Индии из общины парсов (зороастрийцев, убежавших в Индию от преследований мусульман из Ирана) в Бодлеанской библиотеке в Оксфорде, загорелся неистребимой мечтой прочесть их.

Бедный аристократ, он, как бы мы теперь сказали, не смог заручиться поддержкой богатых спонсоров, завербовался простым солдатом в полк Ост-Индской компании (Франция и Англия в то время соперничали за владение Индией) и осенью 1755 г. добрался до Индии. После многочисленных приключений (пленение, нападения разбойников и хищных зверей) ему удалось попасть в общину парсов (зороастрийцев, покинувших Персию после мусульманского завоевания), войти в доверие к жрецам, научиться читать под их руководством Авесту и даже приобрести несколько рукописей.

Вернувшись в Париж в 1762 г., Анкетиль дю Перрон издал в 1771 г. свой перевод Авесты в трех томах: «Зенд-Авеста, сочинение Зороастра… перевод на французский язык с зендского оригинала с примечаниями…». Теперь даже из этого названия ясно, что Анкетиль слишком доверился парсийской традиции, своим учителям жрецампарсам, которые не всё понимали в бывших для них уже давно мертвыми и языке Заратуштры, и комментариях к его вероучению. «Зэнд» – букв.: ‘знание’ – это уже не сама Авеста, а переводы и примечания к ним на среднеперсидском языке (пехлеви). Издание Анкетиля получилось изобилующим многочисленными повторами и поразило современников, надеявшихся прочесть возвышенные Откровения древнего мудреца и пророка, перечислением мелочных ритуальных предписаний и несуразных, с европейской точки зрения, обрядов. Оно было воспринято как мистификация и фальшивка. «Или Зороастр не писал того, что ему приписывают, или у него не было здравого смысла, – писал Вольтер. – Нельзя одолеть двух страниц отвратительного бреда, приписываемого этому Зороастру, без того, чтобы не проникнуться жалостью к человеческой природе»… Тут надо напомнить, что ярый атеист Вольтер пытался «разоблачить» христианство и тщился «раздавить гадину-церковь», он надеялся найти в Авесте аргументы против уникальности пророческой миссии Моисея, богочеловечности Иисуса Христа и т. д. Не обнаружив в Авесте ничего, что можно было бы использовать против церкви и христианства, «легковесные болтуны энциклопедисты», как характеризовал этих безбожников Владимир Соловьев, разочаровались в переводах Анкетиля. Напомню, что это было романтическое время создания и разоблачения громких литературных мистификаций, связанных с возникновением понятия авторства вообще, с переосмыслением роли авторства в целом: «Оссиан» Макферсона, «Песни западных славян» Проспера Мериме, частично переведенные Пушкиным. Подозрения пали и на «Слово о полку Игореве»…

Анкетиль дю Перрон скончался в голоде и холоде на парижском чердаке в 1805 г., и лишь через два десятка лет великий датский лингвист-индоевропеист, один из основоположников сравнительно-исторического языкознания (компаративистики), Расмус Раск в 1826 г. опубликовал статью «О подлинности и древности языка „Зенд-Авесты”», в которой, на основании сравнения с другими древними индоевропейскими языками, прежде всего санскритом и расшифрованными к тому времени древнеперсидскими надписями ахеменидских царей, доказал древность и подлинность языка Авесты и его ближайшее родство с древнеиндийским.

Позднее в изучении Авесты использовались оба метода – и традиционные жреческие толкования, и обращение к компаративистике.

Важнейшим открытием стало заключение немецкого филолога Мартина Хауга, что только Гаты, самая священная и центральная часть зороастрийской литургии – Йасна, – подлинные изречения древнего пророка. В остальном Авеста, как и Библия, – собрание весьма разновременных текстов, составленных иногда на уже мёртвом языке, с грамматическими ошибками и довольно поздними интерполяциями.

Огромный вклад в исследование Авесты внесли на рубеже XIX и XX вв. классики индоевропеистики К. Гелднер и Хр. Бартоломэ, труды которых до сих пор не утратили своего значения.

Авеста включает очень разнородные тексты, слагавшиеся в разное время и в разных иранских областях, а потому она неоднородна и по языку, за которым закрепилось название «авестийский». Ближайшими родственными ему языками являются древнеперсидский (язык клинописных надписей ахеменидских царей) и древнеиндийский (санскрит). Древнейшую часть Авесты составляют Гаты («Песнопения»), сложенные самим Заратуштрой предположительно на рубеже 2-го и 1-го тыс. до н.э. где-то на востоке ираноязычного мира, возможно, в предгорных областях Средней (Центральной) Азии. Долгое время тексты передавались изустно, так как письмо считалось изобретением злых сил, непригодным для записи священных слов. В сасанидское время (в III–VI вв. н.э.) была осуществлена кодификация Авесты специальным алфавитом, созданным на основе среднеперсидского письма пехлеви. Старейшие рукописи Авесты датируются XIII-XIV вв. н.э.

По дошедшим до нас средневековым источникам, Авеста первоначально состояла из 21 книги, от большинства из которых известны только названия и краткое изложение содержания. Сохранилось около четверти Сасанидского канона – лишь те части, которые были наиболее употребительны при богослужениях. Это, в первую очередь, текст зороастрийской литургии – Йасна («Моление»), центральную часть которого составляют около тысячи строк 17 Гат («Песен») Заратуштры. Во время литургии совершается освящение хлебцев (дрон) и приготовление священного напитка (хаома), рецепт которого утрачен. Предполагается, что во времена Заратуштры хаома готовилась из разновидностей растения эфедры (хвойника), богатых возбуждающим алкалоидом эфедрином.

Гаты – древнейшие литературные памятники иранцев. Авестийское gāθā- родственно древнеиндийскому gāyati ‘петь’, gātha- ‘песнь, пение’, ср.: русское гай, гаятъ (в известной степени звукоизобразительное?).

Целью настоящего издания является попытка проникновения в суть первоначальной проповеди Заратуштры так, как она может быть понята из сочиненных им Гат. В тексте зороастрийской литургии Йасна (букв.: ‘Поклонение, почитание, богослужение’) Гаты занимают центральное место (Йасна 28–34, 43–51, 53), но располагаются уже так, чтобы их легко было запомнить, по типу размеров и количеству слогов.

Весь текст зороастрийской литургии, ограждённый предваряющими и заключительными молитвами, называемый Стаота-Йеснйа, то есть «Хвала-поклонение»^ помимо Гат, включает еще так называемую Йасна-Хаптанхаити – «Йасна-Семиглавая» («Моление семи глав». Это семь коротких разделов (Йасна 35–41), близкие к Гатам по словам, но составленные, видимо, позже, уже на мёртвом языке, жрецами, помнившими древние изречения, произносившиеся во время ежедневных приношений огню и воде. Богослужение посвящено целиком Ахура Мазде, но в нём впервые встречается упоминание Амеша-Спента и ‘Бесссмертных Святых’), к которым в собственно Гатах Заратуштра обращается еще по отдельности.

Вторую часть составляют Йашты («Гимны»), обращенные к отдельным божествам и имеющие обычно трёхчастную структуру (помимо другим древним индоевропейским гимнам): обращение к божеству, повествование о благодеяниях божества, прошение о даровании милостей. Гимны обращены к верховному Богу-Творцу Ахура-Мазде, божеству реки Ардви-Суре-Анахите, Солнцу, Луне, звезде Тиштрии, Митре, душам праведников, богу войны Вэртрагне, богине Судьбы, Земле. Некоторые сюжеты и мотивы этих гимнов восходят к индоевропейской древности (например, описание Ворона – птицы бога войны). В литературном отношении стихи некоторых гимнов отличаются высокими поэтическими достоинствами.

Третья часть Авесты – Висперед («Все святые») – это собрание обиходных, преимущественно календарных молитв, обращенных к божествам дней, месяцев, лет.

Полностью сохранившейся считается четвертая часть – книга Вендидад (точнее Видевдат – «Закон против демонов-дэвов»), читаемая на похоронных церемониях. В ней даются предписания по сохранению ритуальной чистоты, описываются обряды очищения после осквернения. Первые три главы Видевдата посвящены сотворению иранских земель, мифической предыстории индоиранских (арийских) племён, в них излагается миф о «золотом веке» и иранский вариант мифа о потопе (как последствии обильного снегопада). Отдельные пассажи и Фрагменты из Авесты сохранились также в более поздних зороастрийских сочинениях.

Несмотря на обилие повторов, скрупулёзных ритуальных предписаний и заведомую искусственность некоторых текстов (составленных позже на уже мёртвом языке), дошедшие части Авесты являются бесценным источником по древнеиранской мифологии, религии, эпосу и в целом по истории и культуре древних народов Ближнего и Среднего Востока, Средней и Центральной Азии. Данные Авесты широко используются не только филологами и религиоведами, но также историками, этнографами и археологами.

Авеста полностью переведена на основные европейские языки. На русском языке опубликовано около двух третей сохранившейся Авесты. Первые переводы на русский издал в середине XIX в. К.А. Костович, отдельные главы и фрагменты публиковали известные иранисты К.Г. Залеман, А.А. Фрейман, Е.Э. Бертельс, И.С. Брагинский, И.И. Абаев, М.Н. Боголюбов. Лучшее грамматическое описание языка Авесты принадлежит С.Н. Соколову. Избранная библиография приводится в Списке литературы.

5. От переводчика

Три тыщи раз и тридцать раз и три

Со дня его кончины очертила

Земля урочный путь вокруг светила,

Свергались троны, падали цари…


А гордый стих и в скромном переводе

Служил и служит правде и свободе.

(С. Я. Маршак)

Предлагаемый ниже перевод включает все тексты Гат, которые, с большой вероятностью, сложены самим Заратуштрой.

В целом Гаты, как заметила Мэри Бойс, самые трудные для понимания индоевропейские тексты. Они прошли тысячелетия устной, а затем рукописной передачи (древнейшие рукописи датируются ХШ в.). Суть первоначальной доктрины Заратуштры не слишком ясна. В Гатах более или менее понятна примерно половина всего текста, а треть просто темна, поэтому их и толкуют то как заклинания шамана, то как изложение возвышенных идеалов. Благодаря различным, иногда прямо противоположным интерпретациям, учение Заратуштры предстаёт то как откровенное единобожие в духе современного «просвещенного христианства», то как последовательный дуализм, чётко различающий Добро и Зло, то как многобожие языческого типа. Порою кажется, что европейские переводчики Гат стремятся «перещеголять» друг друга оригинальностью своих интерпретаций, особенно в толковании ключевой строфы 30.4, в которой говорится (как будто бы?) о двух духах. Намечаются две основные тенденции: одни при всяком упоминании коровы видят в ней аллегорию Благой Мысли (а в пастбищах – благомысленное пространство), а в быке – верховное божество, творца Ахура-Мазду, другие же, наоборот, сводят все к приземлённому скотоводству, распорядку пастьбы скота и водопоев, добыванию молока и мяса. Смыслы, вкладываемые переводчиками в текст Гат, иногда могут быть и просто надуманны (так, вместо простого «кто… сотворил сон и бодрствование?» переводят: «кто… отвёл определённое время для сна и пробуждения?..).

Надо сказать, что переводить Гаты на русский язык, наверно, легче, чем на европейские. Авестийский с русским грамматически и синтаксически более сходен, чем с большинством западноевропейских (в которых утрачены грамматические категории падежей и родов, отсутствуют бессвязочные конструкции и т. п.). Так, в переводе английское protectus может значить и ‘защити нас’, и ‘защитите нас’, что весьма существенно в плане обращения к Богу или к божествам. Приходится в филологических переводах делать грамматические пометы: so do [pl.] protect us…

И приводимых ниже переводах стихов Гат, выполненных по стандартному изданию К. Гелднера с использованием последних европейских, а также персидских переводов и толкований, сохраняется количество строк в строфе и сохранено, как правило, количество слогов в строках. Некоторые размеры поясняются в комментариях к соответствующим Гатам.

Переводчик стремился передавать одни и те же понятия и термины одними и теми же словами: Ахура – Ахура, Мазда – Мазда, Армаити – Здравомыслие, BoxyМана – Благая Мысль и т. п. Сохраняются обращения кбожествам: Ты, Вы…

Переводчик стремился давать «адекватный» перевод и, насколько это возможно, следовать тексту дословно и пословно, что не всегда согласовано с русским синтаксисом и вообще пониманием по-русски. Иногда, хотя и редко, достигается поразительное совпадение значения и звучания – всё же русский и древнеиранский диалект Гат языки родственные, а иранцы в прошлом вообще были соседями древних славян. Предполагают возможность существования территорий ирано-славянского двуязычия [Зализняк 1962], ср., например, в Йасна 44.6:

taibyōxšaθrəm

vohū činasmanaŋhā


Тебе ли Власть

Благой чинится Мыслью?

(То есть, устраивается ли Твоя, [о Ахура Мазда], власть в соответствии с Благой Мыслью?)

Сохраняется и традиционный порядок Гат, такой, как в стандартном авестийском каноне, где они располагаются так, чтобы облегчить их заучивание наизусть и запоминание: по типам размеров, количеству слогов и строф. Количество слогов в строке и было, по-видимому, главным организующим принципом метрики Гат. Различные предположения относительно их хронологии и времени сочинения излагаются комментариях.

Приводятся построфные разъяснения, назначение которых – не только дать необходимые комментарии, но и облегчить понимание и восприятие текста.

Иноязычные слова приводятся в упрощенной передаче на основе кириллицы и лишь в необходимых случаях используется общепринятая научная транскрипция или транслитерация.

Все пояснения приводятся отдельно к каждой строфе Гат в Комментариях, часто встречающиеся термины и все имена объясняются в Словаре.

Гаты Заратуштры. Переводы и комментарии

Я призрак истин сплавил в стройный бред…

Макс Волошин

Предваряющие молитвы. Йасна 27.13–15

Гаты предваряют три святые молитвы или, скорее, формулы-изречения.

Эти стандартные молитвенные формулы полагается произносить вначале, перед чтением Гат. Судя по языку, две первые, по крайней мере, были сложены самим Заратуштрой, их язык идентичен языку Гат. Третья, как предполагают, могла быть составлена позднее, после кончины пророка, а язык её" искусственно архаизован.

27.13.

Как наилучший Господь,

так и Глава по Истине,

Благой подателю Мысли,

деяний бытия, Мазде,

И Власть Ахуре –

убогим пастыря дать.

В стихах Гат два имени верховного Божества – Ахура ‘Господь’ и Мазда ‘Мудрость’ встречаются чаще изолированно, реже по одиночке. Позднее они употребляются вместе – Ахура-Мазда, еще позже слитно – Ахурамазда (затем Ормазд, Ормузд). Ахура-Мазде с присущим ему Спэнта-Маинйу ‘Святым (или Спэништа ‘Святейшим’) Духом’ противостоит Анхра-Маинйу – ‘Злой Дух’ (позднейший Ахриман).

Глава – судья (авест. ratu-), т.е. Ахура-Мазде, который является лучшим (желанным) Господом и Главой (и Судьёй) всего мира, согласно Истине (авест. Аша- < *Arta-), – ему, подателю Благой Мысли и всех деяний бытия, – ему принадлежит Власть дать убогим (бедным, простым людям) пастыря (вероучителя, руководителя).

Словом «убогий, нищий, бедный» переводится авест. drigu-, которое позднее (уже в исламе) стало обозначением бродячих мистиков-суфиев – дервишей. Возможно, первоначально оно обозначало принадлежность к какой-либо общине, не обязательно религиозной (т. е. первоначально означало что-то вроде «оберегаемый», «нуждающийся в покровительстве, зависимый»). Есть предположения, что так Заратуштра называл своих последователей и приверженцев.

Аскетизм в целом всегда был чужд зороастризму, поста они придерживаются только во время прохождения некоторых обрядов ритуального очищения. Правоверный зороастриец должен быть всегда здоров, работоспособен и готов к отражению злых сил, к борьбе на стороне добра. Отказ от брака, добровольная бедность зороастризму не присущи (поощряется благотворительность, воспитание сирот и приёмных детей).

Молитва эта, называемая по первым словам «Ахуна-ваирйа», «Ахунвар», – самая священная молитва зороастрийцев, примерно соответствующая «Отче наш» у христиан. Вот её более простой поэтический перевод:


Как наилучший Господь,

По Истине так и Глава,

Благой подателю Мысли

Дел бытия Мазде

Дал Ахуре и Власть,

Убогим пастыря дав.


27.14.

Истина – лучшее благо,

По воле его, по воле тому,

Кто Истина Истине Лучшей.

Эта молитвенная формула называется по первым словам Ашэм-Воху – «Истина благо» или Аша-Вахишта – «Истина Лучшая».

Словом «Истина» здесь и далее всюду переводится авестийское аша- (этимологически aša- <*arta-) – условно так переводимое всеобъемлющее религиозное понятие, соответствующее ведическому ŗt&aacute;-, персонификация правящего миром принципа божественного порядка, истины, правды, справедливости. Истина-аша противоположна и противопоставляется Лжи-drug-. Приверженец Истины-ашаашаван переводится как ‘праведный, благочестивый, истинный’, а следующий Лжи-другдругван – ‘лжец, негодяй, мерзавец, лживый’.

Смысл этого, пожалуй, самого распространенного и наиболее часто встречающегося в зороастрийских текстах изречения заключается в том, что Истина-аша – это лучшее и высшее благо в мире; это самое желанное по нашей воле и по воле того, что является Истиной Лучшей.

Вариант перевода:

Истина – лучшее благо,

Благо будет, благо тому,

Чьё Истине Лучшей благо.

На обе эти молитвы в устах Заратуштры жалуется Злой Дух – Анхра-Маинйу в гимне (йаште), посвященном богине судьбы и счастья Аши («Ард-йашт» 17.20):

Он бьёт меня молитвой

«Ахуна-Варйа» мощной,

Сражая, словно камнем

Величиною с дом;

Он жжёт меня молитвой

«Аша-Вахишта», словно

Расплавленный металл;

С земли меня сгоняет,

От одного бегу я

Спитамы-3аратуштры.


27.15.

Сущим тем,

кого в молитве

Мазда знал

Ахура лучше,

– Им по Истине молимся.

По первым словам эта молитва, возможно более позднего времени, чем две первые, называется Йенхе-Хатам – «Тех (того из) сущих (существующих)», «Тех живущих», «Тем существам»…

Дословный перевод её таков:

Тем (того) из сущих, что в почитании (молитве)

более благим (лучше)

Мазда Ахура признал по Истине, – им

И мужским и женским помолимся.

То есть, помолимся тем существам, и мужским и женским (божествам, существам мужского и женского рода), кого Ахура-Мазда признал лучшими по Истине для молитвы (и в молитве). Речь может идти как о божествах или божественных сущностях («Бессмертных Святых»), так и о человеческих существах (о праведных душах; зороастрийцы молятся душам праведников, как рождённых, так и ещё не рождённых, – ведь души существуют всегда).

Публиковался такой вариант перевода:

Молитвы тем приносим,

Кому признал молиться

Ахура-Мазда благом.


Йасна 28

28.0

Милость – Мысль,

Милость – Слово,

Милость – Дело

Праведного Заратуштры.

Да Бессмертные Святые

Гатам внимают.


Поклон вам, Гаты праведные!


В начале позднее добавление – приводятся вступительные формулы на младоавестийском диалекте, две последние строки архаизованы под язык Гат. Смысл первых строк можно понимать так: «Благостна мысль, благостно слово, благостно дело праведного Заратуштры». Далее следует обращение к Бессмертным Святым, которым предлагается принять и воспринять Гаты, а также приветствие самим праведным Гатам.

В этой Гате Заратуштра обращается к Ахура-Мазде и двум его главным сподвижникам – Истине Лучшей и Благой Мысли – все трое упоминаются во всех 11 строфах Гаты (в 1-й и 7-й – только Мазда, в 8-й – только Ахура. Пророк просит у них помощи Святого Духа, благ обоих миров, награды за благие деяния – себе и своим приверженцам – Виштаспе и Фрашаоштре, а за это обещает возносить им усердные моления теми речами, которым научит его Ахура-Мазда.

Эта и шесть последующих Гат (Йасны 28–34) сложены строфами по три строки, в каждой строке, как правило, 16 слогов с цезурой после 7-го (реже 6/8) слога (7+8/9, редко 10, и т. д.). В этой Гате 11 строф по три строки.

28.1

В мольбе вздевая руки,

о помощи прошу я Святого Духа, Мазда,

по Истине в деяньях Благой на радость Мысли,

Душе Скота на радость.


В(о)здевая руки, воздетыми руками – простёртые вверх в молитве руки становятся настолько обычным штампом, что «вздевая руки» молится даже корова, взывая к Митре:

Когда её (корову) уводят,

С воздетыми руками,

Она зовёт на помощь,

О стаде вспоминая…

(«Михр-йашт» 10.86).

Аналогичное выражение встречается в Ригведе и восходит к индоиранскому обиходу молений.

В первые века нашей эры во время молитвы христиане поднимали руки – знак усиленной просьбы. Апостол Павел пишет: «Желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения» (1 Тим. 2.8). Этот обычай сохранился у нас только в заалтарных молитвах священнослужителей. Но когда христианин, молящийся один, хочет помолиться особенно сердечно, он может усилить свою молитву поднятием рук. Характерно, что мусульмане рук в молитве не поднимают, а, напротив, во время призыва («Аллаху-акбар!»), раскрыв ладони, затыкают себе большими пальцами уши (будто бы чтобы лучше слышать голос внутри себя).

Душа Скота (авест. Гэуш-Урван), досл.: ‘душа быка’, имя божества, покровительствующего скоту, собственно обожествление скота, с которым среди Бессмертных Святых ассоциируется Благая Мысль (авест. Воху-Мана). Подробнее о «Душе Скота» см. ниже, комментарий к Йасна 29.

28.2

К вам, о Ахура Мазда,

с Благой приближусь Мыслью,

Миров обоих даруй –

духовного и плотского –

Мне все блага по Истине,

приверженцам – блаженство.


Плотский и духовный – букв.: ‘костяной, костный’ и ‘мысленный (небесный, духовный)’. Под «благами» можно понимать и «удачу», «достижение».

28.3

Как никогда, прославлю

Благую Мысль, о Истина,

Axypa-Мазду, чья

Власть, не убывая,

Взрастает Здравомыслием,

придите мне на помощь!


Здравомыслие или Благомыслие Святое (авест. Спэнта-Армаити) – среди Бессмертных Святых ассоциируется с Божеством Земли, может просто быть обращением к Земле (Приложение 1). Святое Благомыслие является воплощением мирной пастушеской жизни (Йасна 47.3), противостоящей разбою и. Ярости (авест. Аэиша).

28.4

Хвале задумал душу

отдать с Благою Мыслью,

Награды за деянья

Ахура-Мазда знает, –

Пока могу и в силах,

я Истины ищу.


Пророк обещает посвятить все свои душевные силы восхвалению с Благой Мыслью, потому что Ахура-Мазда знает, какое воздаяние получают люди за свои деяния (и благие и злые).

28.5

О Истина, познаю

тебя и Мысль Благую

Святейшему Ахуре

и Мазде в послушанье,

Великим изреченьем

зловредных отвратим:


В последней строке этой строфы упоминаются храфстра (авест.) – зловредные существа и враждебные силы, дэвы и враги, хищники и вредные животные и насекомые. Победить эти порождения Злого Духа (Ахримана) можно с помощью «величайшей мантры», следующей далее. Строфы Гат могут использоваться как отдельные молитвы.

28.6

Приди с Благою Мыслью,

дай с Истиной дар вечный,

Правдивыми словами

ты помощь Заратуштре,

всем, Мазда, нам, Ахура,

вражду побить врагов!


«Дай… вражду побить врагов» – это стандартная просьба и благопожелание, часто повторяющееся в Авесте.

28.7

Такую дай награду –

Благой удачу Мысли,

Дай ты, о Здравомыслье,

Виштаспе мощь и мне.

Даруйте власть, о Мазда,

быть слышимым пророку.


Виштаспа – царственный покровитель Заратуштры, носящий титул кави (изначально и вождь, и верховный жрец-прорицатель, слово родственно русскому чуять), принявший и распространявший его вероучение…

Слышимым – возможен и перевод «слышащим», т.е. внимающим Откровениям Мазды.

28.8

Тебе, о Лучшей, Истина,

согласье наилучшее,

Ахуру умоляю

дать мне и Фрашаоштре,

И всем, кому даруешь,

с Благой навеки Мыслью.


Фрашаоштра – согласно позднейшим преданиям, приближённый Виштаспы и брат его советника Джамаспы, по легендарной традиции, Заратуштра был женат на дочери Фрашаоштры, а Джамаспа женился на дочери пророка Поуручисте (о свадьбе упоминается в последних Гатах: Йасны 51.17; 53.2 и след.).

28.9

И вас, Ахура-Мазда,

не злим мольбами с Истиной,

И с Мыслью наилучшей

стремясь воздать хвалу,

Вам, самым скорослышащим,

за власть и за спасенье.


Заратуштра обещает не гневить Ахура-Мазду и Истину своими мольбами, а воздавать им хвалу с Мыслью Лучшей (видимо, парафраз Благой Мысли, очевидно, в связи с ещё не устоявшейся терминологией), в стремлении обрести власть и спасение (в конце мира).

28.10

Кого признал по Истине,

Благой кто предан Мысли,

О Мазда, заслужившим

исполни все желанья,

Вам воздадим умело

любимыми словами.


Умело – досл.: ‘как колесничий правит своею колесницей’. Не раз в Гатах искусство владения &pound;ечью и языком сравнивается с управлением колесницей (Йасны 30.10; 50.6–7). Ср. в Евангельских апостольских посланиях: «Вот мы влагаем удила в рот коням, чтобы они повиновались нам, и управляем всем телом их… а язык укротить никто из людей не может…» (Послание ап. Иакова 3.3–8).

Любимыми (вами) словами – теми словами, которые вам (всем) желанны и приятны.

28.11

Хранящий ими Истину,

Благую Мысль навеки,

О Мазда, ты, Ахура,

учи меня речами,

И Духом, и устами,

как мир сначала станет.


Духом – Твоим Святым Духом, Духом Ахура-Мазды.

Как мир сначала станет (Как будет лучший мир) – как обновится мир? Речь идёт, возможно, о конце мира, когда Зло будет уничтожено и настанут власть Ахура-Мазды и царство Истины. Эта строка цитируется вместе со строкой из Йасны 30.4 («как будет лучший мир»), подробнее характеризующей конечное обновление бытия мира в обращении Ахура-Мазды к Заратуштре в «Ормазд-йаште»:


Познай же и пойми,

О Заратуштра верный,

Моим умом и знаньем,

«Как будет лучший мир»,

«Что будет в конце мира».

(Йашт 1.26: «Ормазд-йашт»)

Йасна 29

Эта Гата привлекла самое большое внимание, часто цитируется и считается изложением основной мирской цели Заратуштры – поощрения мирного скотоводства и осуждения разбоя и угона скота. Иногда она трактуется как небесная беседа Души Скота (и души Заратуштры) с несколькими божествами – Творцом Скота, Истиной, Ахура-Маздой и Благой Мыслью. Творец Скота, по всей видимости, идентичен Ахура-Мазде. Некоторые комментаторы считают, что главная проблема заключается в том, как уточнить смысл выражения «Душа Скота», точнее «Душа Быка». То ли это мистическое понятие, означающее душу Перво-сотворённого Быка (Коровы), то ли конкретная душа Скота, приносимого в жертву кровожадными приверженцами Лжи и т. п. Эти умозрительные рассуждения теперь убедительно разрешены благодаря проницательному наблюдению М.Н. Боголюбова (ВЯ 2006, № 4). Оказывается, что языковая память литературного текста может быть исключительно консервативной и сохранять живьём самые архаичные представления. Во второй главе знаменитого «Гулистана» персидского классика Саади («О нравах дервишей….?»), в одном из рассказов (№32) повествуется о некоем вельможе (перс, bozorg-i), спасшем из пасти волка какую-то овцу (или барана, перс. gospand-i – этимологически др.-иран. *gava-spanta-, досл.: ‘святой бык, святая корова’[1]). Вечером вельможа вознамерился прирезать барана и приставил к его глотке нож, и тогда:

ravān-egospandazvaybenālid:

zečangāl-e gurg-am dar-robudī

čo didam 'āqebat xod gurg-am tu budī.

Душа барана ему простонала:

Ты похитил меня из когтей волка,

Но вижу, что в конце концов,

ты сам оказался мне (моим) волком.

Выясняется, таким образом, что выражение «душа барана» обозначает просто «барана», способного говорить. Слово «душа» (авест. urvan-, перс, ravān[2]) указывает на способность к речи.

Можно предполагать, что этот поэтический образ Заратуштры «душа быка» был обожествлён в качестве «Души Скота» – божества, покровительствующего всему скоту, кровавые жертвоприношения которому, совершённые с подобающими молитвами, обеспечивают изобилие скота.

В этой Гате решается судьба скота: его следует защитить от угона и разбоя и предать в руки заботливых пастырей, которые будут им распоряжаться для своей пользы.

Реконструируется и иной порядок строф, в соответствии с обменом репликами, происходящим между действующими лицами.

В 11 строфах этой Гаты размер тот же: 7+9 (реже 10).

29.1

Вам плакалась Скота Душа:

кому меня создали, кто творил?

Вот Ярость и насилие,

разбой и мощь меня пленили.

Нет пастыря мне кроме вас –

благое пастырство явите!


Вам – не обязательно обращение к нескольким собеседникам (или, например, к Бессмертным Святым), Заратуштра обращается в Гатах к Ахура-Мазде и в единственном, и во множественном числе (и на «ты», и на «вы»).

Ярость (авест. Аэшма) – воплощение буйства, разбоя, гнева и грабежа, позже стало именем одного из демонов-дэвов (Аэшма-даэва, ср. библейско-иудейское Асмодей), в новоперсидском к др.-иран. *aišma- восходит перс, xešm ‘гнев’.

29.2

Тогда Творец Скота спросил:

Кто, Истина, Глава Скоту?

Кого ему дать властны заботиться о пастбище и корме?

Кого ему желать Владыкой мерзавцев Ярость отогнать?


Творец Скота (точнее Быка, авест. Гэуш-Ташан) – подразумевается ли здесь сам Ахура-Мазда, как Творец (в том числе и Скота), или кто-либо другой (какое-либо другое божество), не вполне ясно (ср.: Йасна 31.9). Он обращается с вопросом к Истине (Аша).

Глава (авест. рату) – глава и судья, существующий, согласно поздним зороастрийским богословским объяснениям, для всех классов живых существ и творений материального мира, самый главный и значимый в своём роде. Так, рату над зороастрийцами – Заратуштра, над мусульманами, очевидно, пророк Мухаммед, над рыбами – рыба Кара (кит?), над домами – самый большой небоскрёб.

Владыка – в тексте Ахура ‘господь, владыка’.

Мерзавцы – приверженцы Лжи и Зла, противопоставляемые праведным последователям Истины.

29.3

Ему безвредного защитника

нет, – Истина сказала, –

Они не ведают, как с низшими

правдивые поступят.

Из сущих тот сильнейший,

кому на зов приду я.


Смысл ответа Истины в этой строфе может заключаться в том, что скот беззащитен, им пользуются те, кто завладеют скотом. Необходимо, однако, обходиться и со скотом в соответствии с Истиной, и тогда Истина сама придёт ему на помощь и вознаградит изобилием скота и силой с полновластием.

29.4

Заклятья помнит Мазда,

что всюду натворили

и смертные и дэвы

и натворят ещё, –

Решительный Ахура,

так будет, как желает.


Продолжение речи Истины, утверждающей, что только всеведающий Мазда, знающий всё, что натворили и ещё натворят в будущем и смертные люди, и злые дэвы, – только он, Ахура, властен устроить всё по своей воле, о чём и следует его молить.

29.5

Вот две, вздевая руки,

души Ахуре молятся –

Я и Скота родящего,

тесня мольбами Мазду:

Да гибели не будет

среди мерзавцев праведным!


Две души – Заратуштры и стельной Коровы, воздевая руки (ср.: Йасна 28.1), послушные совету Истины, обратились к Ахура-Мазде с мольбой избавить праведного скотовода от гибельного сообщества приверженцев Лжи. В этом стихе Душа Скота представлена стельным (букв.: ‘родящим’) животным, хотя грамматический род существительного мужской.

29.6

Изрёк Ахура-Мазда

мудрейшее реченье:

Нет для тебя Владыки

и ни Главы по Истине.

Тебя создал пасущему,

кормящему Творец.


Ахура-Мазда в ответ на обращение душ Заратуштры и Скота утверждает, что для Скота нет ни Владыки-защитника, ни Главы-Судьи (рату) в соответствии с Истиной, а сотворен он для того, кто его пасёт и кормит, и тот и получает право пользоваться им, как пожелает. Скотом должен владеть тот, кто его пасёт и кормит, а не тот, кто захватывает его разбоем и угоном.

29.7

Дал жирное Ахура

Скоту по слову Истины,

И жидкое дал Мазда

голодным в насыщенье.

Кто по Благой по Мысли

добудет это смертным?


Жирное – чаще понимается как мясо, жир, масло, но можно предположить, что это вообще нечто тучное, в том числе и навоз скота, которым удобряют землю (понимание Ж. Дюшэн-Гийемэна), а скот, в свою очередь, даёт людям для пропитания жидкое – своё молоко. Заратуштра, питавшийся, согласно преданиям, лишь козьим молоком, мог счесть такое использование Скота наиболее соответствующим Благой Мысли – благомыслию.

29.8

Здесь мне один лишь ведом

велениям послушный –

Спитама Заратуштра.

По Истине, о Мазда,

Он воспевает нас

красой своих речений.


И далее следуют слова Благой Мысли – благомыслия, нашедшего только Заратуштру, послушного божественным повелениям и одарённого сладостью речи, готового воспевать своих благодателей.

29.9

Скота Душа заныла:

зачем, служитель немощный

и муж, бессильный гласом,

желаю мощновластного!

Кто даст ему когда-нибудь

поддержку рук своих?


Но Душа Скота считает, что у Заратуштры недостаточно сил для достойного восхваления и служения. Душа Скота взывает оказать ему действенную помощь и поддержку руками кого-либо могущественного и всесильного.

29.10

Так даруйте, Ахура,

власть Истины и силу,

по Мысли по Благой,

и мирную Обитель.

Тебя счёл первым, Мазда,

подателем всего.


Тогда сам Заратуштра обращается к Ахура-Мазде с просьбой о даровании ему вместе с Истиной и Благой Мыслью власти и силы установить благоденственное, мирное и спокойное житие, а это властен дать только Ахура-Мазда.

29.11

Где Истина, Благая Мысль

и Власть? Ведь вы меня

достойным для великих,

о Мазда, уз признали.

Устрой же нам, Ахура,

подобным даром помощь!


Гата заканчивается призывом Заратуштры, удостоенного великих уз (т. е. союза) с божествами, прийти к нему на помощь с дарами, достойными такого союза.



Йасна 30

Одна из самых популярных и цитируемых Гат. Полагают, что в ней излагается суть вероучения Заратуштры и доктрины дуализма. Её называют «Гатой Выбора», поскольку речь идёт о выборе между Добром и Злом, Истиной и Ложью. Выбор этот, произошедший при происхождении мира, при возникновении жизни и смерти, осуществляется и божествами, и смертными, духовными и материальными сущностями и завершается при конце мира соответствующими возмездием и вознаграждением – окончательной гибелью злых и бесконечным блаженством и бессмертием для праведных. В зависимость от сознательного выбора Добра или Зла ставится, таким образом, судьба не только отдельных тварей, но и всего Творения.

30.1

Провозглашаю ищущим,

чтобы запомнить знающим:

Хваления Ахуре,

Благой моленья Мысли

И Истине, о мудрые,

в чьих светах радость зрим.


Ищущим – в смысле «стремящимся услышать», т.е. слушателям, внимающим речам проповедника-пророка. В двух первых строках первой и второй строф находят поэтические формулы, восходящие к индоиранскому (арийскому) и индоевропейскому времени. Ср., впрочем, и библейское: «Имеющий уши да услышит!»

В чьих светах – возможно, подразумеваются светы Рая, вряд ли свет небесных светил или огонь жертвенного костра, как иногда полагают (X. Хумбах). За усердные восхваления Ахура-Мазды, Истины и Благой Мысли знающие и мудрые приверженцы будут наслаждаться светами сияющего Рая. Вариант перевода: «…чьими светами исполнятся блага» (строка цитируется в «Символе веры» – Йасна 12.1: Приложение 4).

30.2

Внимайте мне ушами,

взирайте мыслью ясно:

Две веры различенья,

Для каждого – своя

Перед концом великим,

который нам вершится.


В этой строфе, по сути, и содержится главная идея о понимании каждым своих убеждений в ожидании окончательного решения своей судьбы и наступления конца мира.

30.3

Два духа изначала –

как близнецы в явленьи

И мыслию, и словом,

и делом – благ и зол.

И прав лишь благодатный

из двух, а не злодей.


Самый цитируемый и очень по-разному интерпретируемый пассаж Гат. В нём, безусловно, говорится о двух духах-близнецах (о них упоминается и в других местах Йасны, например 9.15: «творение двух духов»), но как они возникли – неясно: то ли в видении (чьём?), то ли в сновидении, то ли в борении, борьбе или отделении и т. д. Избрано нейтральное «в явлении». В последующих теологических построениях зороастрийских богословов эти два близнеца (Святой Дух – Ормазд, Ахура-Мазда и Злой Дух – Ахриман) видятся как два порождения Божества бесконечного Времени – Зурвана (вследствие его сомнений); представления эти положили начало зороастрийской ереси зурванизма.

Мысль, слово, дело – основная триада зороастрийской этики. Собирать благие мысли, благие, добрые слова и добрые дела (и избегать злых мыслей, слов и дел) – составляет смысл земной жизни верующих зороастрийцев. На вороте традиционной ритуальной белой рубашки (перс. sodre), надеваемой на юношей и девушек при вступлении в общину в 15-летнем возрасте, пришит небольшой кармашек, в котором и «копятся» благие мысли, слова и дела. В зависимости от их соотношения со злыми решается посмертная судьба души – райское блаженство или адские мучения.

30.4

Когда эти два духа

сошлись, то изначала

Создали жизнь и смерть,

то бытие, что после, –

Для лживых наихудшее,

а праведному – лучшее.


Смерть – букв.: «не-жизнь». Два духа «сходятся» в борьбе между собой, делят мир на злой и благой, а людей – на праведных (те, кто мудры и благодатны) и злых и лживых (что глупы и ленивы).

Бытие, что после – т.е. то, «что будет в конце мира» («Ормазд-йашт» 1.26, ср.: Йасна 28.11), после и жизни и смерти, в конце мира предназначено для приверженцев Лжи – «существование наихудшее» – метафора Ада, а для праведного (в последней строке) – досл.: ‘лучшая обитель’ (возможен и перевод ‘лучшая мысль’) как обозначение Рая.

30.5

Из двух дух Лживый выбрал

деянье наихудшее,

А Дух Святейший – Истину,

одет крепчайшей твердью,

Как те, что ублажают

Ахуру правдой Мазду.


Описывается выбор Злого Духа, предпочитающего наихудшие деяния, и Святого Духа – Ахура-Мазды, одеянием которого является представляемая в виде защищающего землю крепчайшего (алмазного или кремневого) каменного свода небесная твердь, олицетворяющая Истину и производящая её воплощение – Огонь. Святому Духу подражают и следуют его выбору те смертные, которые усердно и преданно ублажают Ахура-Мазду правдивыми деяниями.

30.6

Неверно различили

и дэвы, что в сомненье

Обманом завлеклись,

мысль злейшую избрав

И к Ярости прибегнув,

чтоб смертных поражать.


Дэвы – демоны, ложные божества – в сомненье, т.е. в нерешительности, советуясь, рассуждая и раздумывая, сомневаясь, были завлечены обманом и, по глупости, избрали Ложь и Зло. Они объединились с Яростью, враждебной мирной жизни, и яростно нападают на людей с целью омрачить их существование и уничтожить их (ср. комментарий к Йасна 45.1).

Злейшая мысль (или Обитель) может быть обозначением Ада, предназначенного для приверженцев Лжи – как дэвов, так и грешников.

30.7

К кому же Власть приходит

с Благою Мыслью, с Истиной,

Дав телу долговечность,

душе же – Здравомыслье.

Из них он станет первым

через металл прошедшим.


Тот, кому на помощь придут божественные помощники и покровители (Бессмертные Святые: Власть, Благая Мысль, Истина и Здравомыслие), обретёт долгую жизнь и сможет в последних испытаниях при конце мира преодолеть поток расплавленного металла, который хлынет на землю, а потом потечёт в Ад и окончательно уничтожит всё злое (в том числе убьёт Злого Духа, сожжёт дэвов, грешников и последние остатки зла в мире), а «для праведных покажется парным молоком» (как об этом повествуется в позднейших богословских текстах).

30.8

И вот, когда возмездие

преступников постигнет,

Власть от Тебя, о Мазда,

придёт с Благою Мыслью

Ложь давшим, о Ахура,

в две Истины руки.


Когда заслужившие наказание будут наказаны, те, кто ревностно боролись с Ложью и предали её «в руки Истины», получат в награду Власть от Ахура-Мазды и Благую Мысль. Оборот о передаче Лжи в обе руки Истины, в смысле об отказе от Лжи в пользу Истины, встречается ещё в Йасна 44.14.

30.9

А мы да будем теми,

кто обновляют мир,

О Мазда и Ахуры,

в сотрудничестве с Истиной

И с собраностью мыслей

уча вероученью.


Обновляют мир (или продвигают вперёд) – приблизят в самом конце земного существования обновление мира. Заратуштра со своими последователями претендует на то, чтобы быть среди тех, кто своими благими мыслями, словами и делами близят торжество Добра над Злом.

Ахуры (Владыки) – призываются Мазда и Ахуры (во множественном числе).

30.10

Тогда же сокрушится

у Лжи преуспеянье,

Быстрейшие впрягутся

до дома Благой Мысли,

И Истины, и Мазды,

достигнув доброй славы.


Быстрейшие впрягутся – образ быстрого скакуна-коня, т.е. языка, запрягаемого в колесницу речения (ср.: Йасна 28.10; 50.6–7) – подразумеваются славословия и восхваления, которые будут воспеты в Благой Обители, т.е. в Раю, в доме Благой Мысли, Мазды и Истины, и, подобно победителям состязаний колесниц, завоюют добрую (50.7: «широкую») славу.

30.11

Когда веленья Мазды

вы, смертные, поймёте:

Блаженство или долгие

мучения для лживых,

А праведным спасенье, –

по воле вам так будет.


Заратуштра подводит итог своей проповеди, призывает усвоить повеления (Ахура-)Мазды и по своей воле избрать блаженство и спасение для праведных или же долгие мучения для лживых.



Йасна 31

Содержание этой Гаты, называемой иногда «Второй Га-той Выбора», связано с предшествующей по порядку. Заратуштра утверждает, что достичь благого воздаяния можно, только признав его в качестве Главы (и Судьи-рату) как обладающего знанием законов Веры и правил Истины, следующего им и отвергшего Ложь. Пусть все выбирают правильно с помощью пророка, и спасён будет тот, кто поверит Заратуштре. Пророк просит помощи в деле обращения своих последователей и в противлении приверженцам Лжи. Первым обещается «высшая» награда, ведомая только Ахура-Мазде, а вторым – неотвратимые и долговечные наказания. Мазда провозглашается истинным Богом, а Заратуштра – его пророком; благословенны те, кто в них уверуют.

Гата включает 22 строфы по три 16-сложные, как правило, строки с цезурой после 7-го слога: 7+9 (реже 8–10).

31.1

Ваши веления помня,

неслышные речи скажем

для тех, кто веленьями Лжи

Истины мир умерщвляют,

но лучшие речи для тех,

которые преданы Мазде.


Ваши веления – повеления Ахура-Мазды, переданные пророку.

Неслышные речи – понимается по-разному: «неслыханные (до сих пор)», «неслышимые (которые не слушают или просто не слышат)». Возможно, имеются в виду речи, не услышанные или не понятые и непонятные лживым, но внятные и приятные праведным.

31.2

Поскольку же для души

путь невидимый лучше,

Приду к вам, словно Глава,

Ахуру познавший Мазду

И обе участи эти,

по Истине чтобы мы жили.


Невидимый – т.е. неочевидный, но правильный, тот путь Истины, который знает и предлагает Заратуштра.

Обе участи – две стороны бытия, благую и злую, добрую и лживую; две участи души – награда и возмездие, Рай и Ад.

31.3

Огнём и Духом с Истиной

сторон двух воздаяние

Ты дал уразумевшим, –

и нам скажи, о Мазда,

Уст языком твоих –

живущих как уверю,


Огнём – испытание раскаленным металлом при конце мира (Йасна 30.7). Предвещается соединение праведных с Духом (Святым Ахура-Мазды) и Истиной, т.е. Рай, и уничтожение лживых в Аду в потоке раскалённого металла.

Уст языком твоих – Заратуштра просит Ахура-Мазду дать ему в Откровении ясные и прямые указания относительно грядущего с целью убеждения всех живущих, уразумения ими двух участей и обращения их от Зла к Истине.

31.4

Чтоб, Истину призвав,

о Мазда и Ахуры,

Судьбы со Здравомыслием,

ища от Лучшей Мысли,

Мне Власть далась бы сильная,

чьим ростом Ложь побьём.


Ахуры (Владыки) – призываются Мазда и Ахуры (во множественном числе).

Судьба – условный перевод понятия, как полагают, введённого самим Заратуштрой в значении «воздаяние, достижение, вознаграждение, награда за благочестие, полученная по заслугам» (авест. аши, этимологически < арти – *ar-ti-). Пророк обращается к Судьбе-Лиш в связи с наградой за добрые мысли, слова и дела. Позднее «благая» становится постоянным эпитетом Аши, выступающей как богиня, дающая благоденствие и счастие, – «богиня благой судьбы» Аши в античное время воспринималась как ипостась греческой Тихе и римской Фортуны. Благой Аши посвящен один из поздних гимнов Авесты (Йашт 17: «Ард-йашт»).

От Лучшей Мысли – Благая Мысль призывается дать Власть желанную, благодаря возрастанию и увеличению которой будет побеждена и уничтожена Ложь.

31.5

Скажи, как различить мне,

по Истине, что лучше,

Познать с Благою Мыслью,

что вправе я провидеть,

О Мазда, о Ахура,

не будет что и будет.



Заратуштра просит у святой триады – Ахура-Мазды, Истины и Благой Мысли – дара прозрения и предвидения. Он хочет знать о том, что случится в будущем с миром, какова судьба людей и мироздания, что может быть и что не может случиться.

31.6

Тому да будет лучшее,

кто правильно промолвит

О Целостности слово,

Бессмертии и Истине.

У Мазды эта Власть

взрастить Благую Мысль.


Заратуштра пророчествует, что «лучшая (участь)» – Рай (?) достаётся тому, кто правильно (праведно и правдиво) призывает на помощь Бессмертных Святых, в том числе Целостность и Бессмертие.

Власть взрастить Благую Мысль принадлежит Ахура-Мазде.

31.7

И кто помыслил первым:

«исполнить блага светам!» –

Умом Творенья Истину

и Мысль держит лучшую, –

Твоим, Ахура, духом

взрастив доныне, Мазда.


Далее излагается развитие мира от начала Творения. В этой строфе видят аналогию библейской картины сотворения мира: Дух Божий творит Свет.

«Исполнить блага светам» – т.е. наполнить благой мир светами (авест., досл.: ‘светами наполнятся [пусть] блаженства’, трактуется как мантра, положившая начало Творению. В «светах» может подразумеваться как вообще «свет» или «светы Рая», так и «светы» священных огней. «Пусть наполнятся» или «смешаются, соединятся» светы-огни с первозданным свободным пространством (благ, блаженства), и возникнет Творение (благое). Истина творится Духом Ахура-Мазды, и на нём же до сих пор она и Благая Мысль держатся и возрастают.

31.8

Тебя помыслил первым,

о Мазда, и последним,

Благой отец ты Мысли –

таким постиг воочию,

Творцом по правде Истины,

в делах – Владыку мира.



Пророк познаёт Мазду «отцом» Благой Мысли, действительным Творцом Истины и Владыкой (Ахурой) в деяниях бытия и умом («помыслил»), и воочию (букв.: «глазами»), – «первым и последним» (ср. апокалиптическое: «Азъ есмь алфа и wмега, начатокъ и конецъ…», Откр. 1.8), Творцом и Владыкой этой жизни.

31.9

Твоё и Здравомыслие,

Творец Скота премудрый, –

Твой духом, о Ахура,

ему дал путь, о Мазда,

Пойти ли ему к пастырю,

к тому ли, кто не пастырь.


Твоим (творением) было Здравомыслие, но вторая часть строки толкуется двояко: либо Творец Скота – тоже было твоё (Ахзура-Мазды) творение, либо ты (Ахура-Мазда) – Творец Скота, т.е. Творец Скота и Ахура-Мазда – одно и то же (ср.: Йасна 29.2). Во всяком случае, путь для Скота даёт сам Ахура-Мазда – пойти ли Скоту к пастырю, который о нём заботится, пасёт его и кормит, или же к непастырю, который добывает Скот разбоем и угоном.

31.10

И вот из двух он выбрал

как пастыря пасущего,

Так праведный Ахура

Благую Мысль питает,

He-пастырь же, о Мазда,

не может получить.


Подобно человеку, Скоту также предстоит сделать выбор между не-пастырем и пастырем, и он избирает заботливого («кормящего, пасущего») пастыря, который руководствуется Благой Мыслью. Не наделяется Скотом не-пастырь, жестокий притеснитель и угнетатель Скота. Эта строфа о «Выборе Скота» предшествует двум следующим, в которых говорится о воле человеческого выбора.

31.11

Когда впервые, Мазда,

ты создал Мир и Веру,

И помыслом и разумом

ты плотскую дал жизнь,

Деянья и речения,

В чём верующий волен.


Человек, наделённый плотской жизнью, волен в своих помыслах, реченьях и деяньях с тех пор, как Мазда создал жизнь (мир) и Веру. Последним словом переводится авест. даэна – ‘вера, религия’, в Гатах – благочестивые убеждения человека, его собственная совесть; позднее олицетворяется и воплощается как прекрасная девушка, встречающая душу праведника на том свете. Можно сомневаться в том, происходит ли арабское дин ‘вера’ из иранского (или связано с каким-либо семитским корнем? – в любом случае, влияние и взаимовлияние двух слов в зороастризме и исламе очевидно), но то, что райские гурии в Коране навеяны Мухаммеду именно этими зороастрийскими эсхатологическими представлениями, а не ниспосланы аллахом, весьма вероятно.

31.12

Так речь пускай ведёт

неверно или правильно,

Незнающий иль знающий,

но сердцем и по мысли

Нисходит Здравомыслье,

испрошенное духом.


В своём свободном выборе человек, разумеется, может ошибаться, в том числе и по незнанию, но в правильном решении, испрошенном в согласии с сердцем, мыслью и духом, поможет Здравомыслие.

31.13

Что спрошено открыто,

о Мазда, и что тайно,

И малый же проступок,

как самый наказуемый,

Смотря глазами ясно

по Истине всё видишь.


Совершенное открыто и в сговоре или тайно – от глаз Мазды нельзя скрыть ни один, даже самый мелкий и тайный, проступок – возмездие неотвратимо, за малое прегрешение может последовать величайшее наказание. Мазда, ясно смотря глазами, видит по Истине всё.

31.14

О том спрошу, Ахура,

приходит и придёт как

Награда, что даётся

от праведных даяньям,

И тем, что от лжецов,

о Мазда, как свершатся?


От того, что было ранее и происходит в настоящее время, Заратуштра обращается к будущему и спрашивает у Ахура-Мазды, какую награду получат за свои даяния (дары, приношения) праведные, а какую – лживые при конечном расчёте (в конце мира).

31.15

Спрошу, какая кара,

кто лживым Власть вверяет,

Злодеям, о Ахура,

что жизни не находят

Без пастырю вреда,

скоту и людям праведным?


Заратуштра спрашивает о наказании злым и лживым правителям, которые не мыслят себе жизни, чтобы не вредить скоту и праведным людям, не живут иначе как несправедливостью. Неясно, имеется ли в виду некое конкретное лицо. Наказание ждёт и тех, кто делает зло, и тех, кто им помогает и способствует.

31.16

Спрошу о том, когда Он

Власть дома, благоданный,

Селенья и страны

по Истине устроит

Твоей, Мазда Ахура,

деяньями какими?


Он – речь, видимо, идёт о Спасителе-Саошйанте, который установит справедливость во всех трёх (ниже четырёх) иерархических разделах тогдашнего общества: в доме, селении (обители) и стране. Заратуштра вопрошает о времени и признаках (деяниях) его явления (Приложение 2).

31.17

Кто убеждает больше –

правдивый или лжец?

Всеведущий нам скажет,

не-ведущий – обманет,

Будь нам, Ахура Мазда,

Благой наставник Мысли.


Пророка одолевают сомнения, кто же, наконец, окажется правым – праведный или лживый, кто победит в конечном счёте? Это может определить только всеведущий Ахура-Мазда, потому что не-ведающий (Злой Дух – Анхра-Маинйу) нас обманывает. Ахура-Мазда наставит нас на правильный путь Благой Мыслью.

31.18

Никто из вас пусть лживых

ученью не внимает,

Они и дом и род свой,

Селенье и страну

Погибели предали –

их порази оружьем.


А речам и учениям лживых не внимайте! Они предали злополучию и погубили свои дом, род (поселение, ср.: 31.16), селение (обитель, область) и страну – так порази их (досл.: ‘проучи их ударом, оружием’). Можно полагать (как Хр. Бартоломэ), что подразумеваются конкретные личности (некий лжепророк и князь).

31.19

Услышал Истину знавший,

Мироцелитель, Ахура,

Речи прямо сказавший

и языком овладевший,

Огнём горящим, о Мазда,

Благую из двух отделивший.


Мироцелитель – Избавитель мира, очевидно, Заратуштра (пророк говорит о себе в третьем лице), послушный учению Истины и овладевший искусством языка и речений, правдиво возвестивший о благой участи праведных, отделяемой из двух участей (доброй и дурной) горящим огнём (потоком раскалённого металла во время конца мира).

Красный (горящий) огонь, упоминаемый в последней строке, является и воплощением Истины, и самым действенным средством её определения и отделения (при практиковавшихся ордалиях – испытаниях огнём: претендовавший на верность клятве должен был пройти сквозь горящий костёр).

31.20

И к праведным сиянье

небесное нисходит;

Но к долговечной тьме,

дурной еде и стонам, –

Лжецов по их деяньям

вас Вера приведёт.


Праведным приверженцам Заратуштры предназначена благая участь – сияние (Рая, этимологически букв.: «дневное, небесное»), противопоставляемое тьме, уготованной лжецам (по позднейшим описаниям зороастрийского Ада, в нём такая тьма, что её можно потрогать пальцами), наряду с дурной пищей и стенаниями.

Вера (авест. даэна) – из этой строки особенно ясно, что это олицетворение и воплощение дел и поступков (и проступков) человека, его совесть (ср.: Йасна 31.11).

31.21

И Мазда даст Ахура

Бессмертие и Целость

По изобилью с Истиной,

соединенье с Властью,

Благой богатство Мысли

делами с духом другу.


Напротив, праведников ожидают блага, дарованные Ахура-Маздой, по его щедрости и изобилию. Эти награды получает тот, кто ему верен, кто его (Ахура-Мазды) преданный и делами и духом друг.

31.22

Разумному же ясно

и знающему мысли,

Благою Властью Истину

хранит он в слове, в деле.

Тебе, Ахура Мазда,

желанным станет гостем.


Благоразумному ясно, что Истине принадлежит Власть, а потому он придерживается Благой Мысли и хранит её в словах и делах, достигнет блаженства и станет желаннейшим гостем (и другом?) Ахура-Мазды в его Райской Обители.


Йасна 32

Эта Гата также связана с двумя предшествующими «Гатами Выбора», но в ней речь идёт о «выборе» самого Ахура-Мазды. Её содержанием является осуждение и осмеяние Лжи, лживых божеств – дэвов и приверженцев Лжи и Обмана.

Гата сложена тем же размером, что и предыдущие.

32.1

Того же все желают,

с общиной вместе племя,

Мне подражая, дэвы

Ахуру просят Мазду:

Твоей семьёю будем,

враждебных нам сдержи!


Как и все люди в общине (селении?) и в более обширном объединении людей – племени, вы, о дэвы, подражая мне (Заратуштре), просите Ахура-Мазду о благосклонности и восклицаете: «Мы будем твоим преданным народом, отвергни (удержись от единения) враждебных!» В этой строфе усматривают издёвку Заратуштры над дэвами, в уста которых вкладываются слова об отвержении праведных.

32.2

И им Ахура Мазда

в единстве с Благой Мыслью

И Властию промолвил

и с солнечною Истиной:

Святое Здравомыслье

мы выбираем нам.


Но Ахура-Мазда вместе с Благой Мыслью, по присущей ему Власти и в хорошей дружбе с солнечной (лучезарной, сияющей) Истиной, промолвил, что избирает благое Святое Здравомыслие праведных. «Пусть оно будет нашим!» – восклицает он.

32.3

Вот вы, о дэвы, все –

отродие Злой Мысли,

А чтящие вас – все

от лжи и заблужденья,

Злодейства ваши знают

даже в седьмой земле.


Ахура-Мазда отвергает дэвов, являющихся порождением Злой Мысли (и Анхра-Маинйу). Поклоняющиеся дэвам – приверженцы Лжи, чьи злодеяния давно известны повсеместно: досл.: ‘в земле седьмой’, что понимается и как во всех семи частях земли (этот свет, мир делится на семь климатов, зон или земель), и как в седьмой, населённой ариями части земли – авест. Хванирата, букв.: «[страна] с поющими, звучащими колесницами», скрип колёс арийских колесниц воспринимался как «пение».

32.4

Ведь вы их применяете,

чтобы не множились злым делом,

Вас любящие смертные,

Благой лишаясь Мысли,

От Мазды, от Ахуры

теряя ум и Истину.


Вы, дэвы, прибегаете к злодеяниям, чтобы смертные, тоже совершая злодейства, множились, почитали и поклонялись вам, уклоняясь от Благой Мысли, сбиваясь с пути и лишая себя разума Ахура-Мазды и Истины.

32.5

Вы смертного уводите

от счастья и Бессмертия,

Так вам же Мысль Злая,

о дэвы, и Злой Дух,

Злодейство и злословье

готовят лживых гибель.


Как дэвы лишают смертных благоденствия и Бессмертия, так и приверженцев Лжи Злая Мысль и Злой Дух (противоположные и противостоящие Благой Мысли и Святому Духу) приведут к проклятию и будущей гибели.

32.6

Вреда наносит много,

кто славен злодеяньями.

Всё помнящий Ахура

по Лучшей знает Мысли,

В твоей, о Мазда, власти

дать Истины ученье.


Несмотря на множество вреда, причиняемого пресловутыми злодеями, всеведущий и всё помнящий Ахура-Мазда вместе с Лучшей Мыслью имеет власть дать и защитить учение Истины.

32.7

Никто таких проступков

не совершит из знающих,

На жизнь посягающих,

за что металлом огненным,

Ахура, испытуешь

ты, Мазда, наизнающий.


Ахура-Мазда знает об этих злодеяниях и подвергает их соответствующему наказанию, а те, кто рассчитывают на награду, воздерживаются от подобных преступлений. Окончательное же испытание и решение будет достигаться огнём и расплавленным металлом при конце мироздания, что предрекается и в апостольском послании: «Каждого дело обнаружится: ибо день покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть» (1 Кор. 3.13).

32.8

Проступками такими

сын Вивахванта Йима

Ославлен тем, что смертным

поклялся: Скот – нам бог.

От этого, о Мазда,

тобою я избавлен.


Царь золотого века ариев Йима, сын Вивахванта, миф о котором излагается во втором фрагарде Видевдата (Приложение 1), совершил некий проступок и повинен в каком-то грехе, толкуемом по-разному. То ли поклонялся Скоту (Быку) (традиционное понимание), то ли приносил в жертву скот и предлагал людям или заставлял их есть мясо Быка (Ж. Дюшен-Гийемэн), то ли себя провозгласил Быком-Богом (М. Н. Боголюбов). Авестийское Йима, индоиранское yama- – этимологически значит буквально ‘близнец, пара, двойня’, так что может подразумеваться и распространённый сюжет о братоубийстве одним из близнецов другого (Авель и Каин, Ромул и Рем). В иранском мифе (Видевдат 2.3) Йима, в ответ на просьбу Ахура-Мазды, отказывается распространять Веру, но соглашается быть хранителем земного мира, приумножителем материальных благ. Он, таким образом, противопоставляется этим вероучителю Заратуштре. Пророк, может быть, намекает на это отличие. В позднейших источниках грехопадение Йимы (Джамшида в иранском эпосе) трактуется как Ложь (хвастовство и похвальба).

32.9

Словами Зло-учитель

крушит живущих разум,

Лишает обладания

нас Мыслию Благой –

Вам с Истиной, о Мазда,

речами духа плачусь.


Зло- (или лже-)-учитель – может иметься в виду Злой Дух (Анхра-Маинйу), разрушающий благоденствие разумной жизни и отвергающий оберегаемое Благой Мыслью добро. Заратуштра жалуется на это Ахура-Мазде и Истине речениями своего духа (досл.: ‘этими речами духа моего, о Мазда, и Истине, и вам я плачусь’).

32.10

Тот слово сокрушает,

кто злейшее предскажет

Скоту и Солнцу явно,

лгуну предаст правдивого

И пастбища кто травит,

оружьем угрожая.


В первых строках, как полагают, могут осуждаться обожествляющие Быка и Солнце – поклонники Митры. Митра – божество индоиранского пантеона, первоначально почитавшегося ариями в качестве бога договора, надзиравшего за верностью соглашений между племенами (например, относительно пастбищ и водопоев). Позднее он стал почитаться как солнечное божество, сопровождающее Солнце в его небесном полёте. У некоторых иранских народов поклонение Митре полностью ассоциировалось с культом Солнца, и слова михр, мира (восходящие к древнеиранскому имени Митра) стали значить просто ‘солнце’. Поклонение Митре распространилось далеко за пределы иранского мира, послужив основой таинственных культов религии римских легионеров – митраизма, разнесённого ими по всей Западной Европе и соперничавшего с ранним христианством. Ритуальное убийство быка входило в обряды митраизма и, видимо, пережило арийские обычаи в корриде.

Лгуну предаст правдивого – возможно и понимание: правдивого представит лживым, несправедливо обвинит праведного во лжи, в принадлежности к сторонникам противников Истины.

В последней строке осуждаются те, кто портят (травят, опустошают) пастбища и размахивают оружием, угрожая праведному (пастырю), поднимают против него оружие.

32.11

Те жизнь сокрушают,

к величию стремясь,

Владельцев и владелиц

наследия лишают

И праведных от Лучшей

уводят, Мазда, Мысли.


Заратуштра продолжает осуждение тех, кто, стремясь к власти, завладевает чужим имуществом. Они враждебны мирной жизни и пастушеству, не только отбирают законное добро, но и склоняют приверженцев Добра к своей неправедной жизни, отвращают их от Благой Мысли.

32.12

Словами отвращают

от добрых дел людей.

Тех порицает Мазда,

кто губит скот для Урвахш,

И к грабежу влекущих

Лжи властью карапанов.


Ахура-Мазда порицает тех, кто отвращает смертных от добрых (букв.: ‘лучших’) дел. Тем зло Мазда предрекает, кто уничтожает жизнь скота ради Урвахш (букв.: ‘крича, говоря Урвахш’). Выражение объясняется по-разному («издавая громкие вопли» – в экстазе принося скот в жертву; произнося неверную, не ту, что следует молитву, при заклании скота и т. п.). Урвахш отождествляется также с именем божества [Лившиц 1979].

Грабёж – такое понимание предложено М.Н. Боголюбовым (см.: [Боголюбов 2006б]). Слово grəhma- переводится так же, как имя собственное некоего противника Заратуштры – Грэхма, отвратившегося от Истины и примкнувшего к врагам вероучения – карапанам. Карапаны – вероятно, жрецы враждебных Ахура-Мазде старых племенных культов, этимологически может значить букв.: ‘бормотатели, причитатели’ – о молящихся на непонятном (или невнятном?) языке служителях чужих культов.

32.13

Грабёж по Власти следует

в Обитель Мысли Злейшей,

И бытия губители,

О Мазда, клеветавшие,

Что твой пророк хранит их

от постиженья Истины.


Заратуштра обращается к Мазде: благодаря этой Власти (власти Ахура-Мазды) вершащий грабёж последует в Ад (Обитель Злой Мысли), подобно тем клеветникам («губителям бытия»), что опорочили, оговорили твоего пророка, который якобы удерживает их («хранит от видения») от постижения Истины (в легендарной биографии Заратуштры есть эпизод о клеветниках, из-за козней которых при дворе Виштаспы пророка заточили в темницу).

32.14

И грабежом пленили,

направили свой разум

Те кавии и силы

надолго в помощь Лживому,

Сказав: «Быка убить!

а снадобье сжечь».


В начале, может быть, содержится напоминание о заточении Заратуштры на девять дней в темницу (согласно легендарной биографии пророка).

Кавии – кави – титул князей, вождей племён и правителей стран (или областей) – как дружественного Заратуштре Кави-Виштаспы, так и тех, кто враждебны вероучению пророка (кавии-тираны).

Лживый – возможно, имеется в виду Злой Дух (Анхра-Маинйу).

В последних строках может содержаться намёк на какие-то чуждые ритуалы жертвоприношений. Словом снадобье переводится эпитет авест. дур-аоша, букв.: ‘удаляющая смерть’, сопровождающий обычно название ритуального напитка хаома, получаемого из растения эфедра и смешиваемого при питье с молоком. Поджигали, как сообщает Геродот (о скифах), другое одурманивающее средство – коноплю (Cannabis sp.). А в горах Центральной Азии (Памир, Восточный Гиндукуш) в качестве благовония (в том числе и у язычников Кафиристана) использовался вечнозелёный древовидный можжевельник (арча – Juniperus sp.). В памирских языках названия арчи закономерно восходят к древнеиранскому *hampŗsā-, ср. авестийское hapərəsī – растение, которое «люди, почитающие дэвов», приносят к священному огню («Бахрам-йашт» 14.55).

32.15

Поэтому погибнут

и кавии с карапанами,

Что не давали жизни

по властной воле людям,

Они достичь избегнут

Обители Мысли Благой.


Карапаны и кавии-тираны, творившие зло и препятствовавшие мирной жизни людей, приверженцев Истины, будут наказаны, они не достигнут Райской Обители, а попадут в Ад, где им уготована конечная гибель (при конце мира).

32.16

Равно и то от Лучшей,

что верным предстоит.

О Мазда, мне враждою

грозящих отврати,

Проступков против Лживого

пошли, Ахура, силы.


Ни кавии, ни карапаны не попадут в Обитель Лучшей Истины (или Мысли), т.е. в Рай.

В заключение Заратуштра просит Ахура-Мазду отвратить от него вражду злых врагов и дать сил противиться козням Лживого (Злого Духа – Ахримана).



Йасна 33

В этой Гате говорится о приверженцах Лжи и праведных с разных точек зрения – о положении сейчас, поступках в прошлом и воздаянии в будущем. Поощряется делать зло лживым и творить добро праведным.

Силою молитвы Заратуштра обещает отвратить воздействие злых сил, вредящих людям и скоту, и обеспечить приближение власти Истины, а также укрепление долговечности Целости и Бессмертия, присущих Ахура-Мазде. Для этого пророку необходимы помощь и поддержка. Заратуштра обращается к Ахура-Мазде и с просьбами, касающимися его, обещая принести в дар свои жизненные силы, деяния, речения и помышления.

14 строф этой Гаты сложены тем же размером, что и предыдущие.

33.1

И так, как вершатся законы

бытия начального мира,

Глава делами прямейшими

лживому даст и праведному,

И тому, у кого равномерно

и то, что неверно, и то, что правильно.



Согласно законам бытия, Глава – Ахура-Мазда воздаёт по заслугам и лживым и праведным, равно как и тем, у кого доброе уравновешивается (букв.: ‘смешивается’) с дурным. Эта строфа толкуется и как обещание некоего подобия «Чистилища» (это понятие зороастрийской теологии известно) для тех душ при посмертном суде, у которых добрые дела уравновешиваются дурными, и как относящееся к тем, кому это вообще по каким-либо причинам (например по незнанию) безразлично.

33.2

Вот кто злое Лживому

словом или же мыслью,

Руками ли совершает,

чинит же благое другу, –

Тот исполняет волю…

Ахуры радости Мазды.


Заратуштра возвещает, что те, кто доставляют злым, приверженцам Лжи, – зло (мыслью, словом и делом), а праведным творят добро, – те ублаготворяют Ахура-Мазду, потому что такова его воля (грамматические связи в последней строке неясны).

33.3

Кто праведному лучший

в родне ль, в селении

Иль в племени, о Ахура,

о Скоте усердно заботясь, –

Тот на пастбище Истины будет

и Мысли Благой.


Кто делает добро праведному в своем роде, селении (общине) и племени, кто усердно заботится о Скоте, тот будет опекаем Истиной и Благой Мыслью (образно досл.: ‘будет на пастбище Истины и Благой Мысли’).

33.4

От тебя, о Мазда, непокорность

и зломыслие я отмолю,

И родичей противление,

и общины ближайшую Ложь,

И ненавистников племени,

и злейшего скоту и пастьбе.



Заратуштра своей молитвой берётся отвратить (букв.: ‘от-молить’) от Ахура-Мазды воздействие злых сил, злодеяния и вред от родичей и врагов общины и племени, наносящих ущерб скоту и пастбищам.

Злейшего – может подразумеваться Злой Дух (Анхра-Маинйу).

33.5

Зову все-величайшего

я Сраошу на помощь,

Достигнуть долго-жительства

во Власти Благой Мысли,

Где обитает в Истины

путях прямых Ахура.

33.5 Заратуштра призывает на помощь Сраошу (авест. sraosa – божество покровителя молитвы, имя которого означает (и этимологически связано) букв.: ‘слух’ (‘слушание, послушание’). Целью молитвы является достижение долгой жизни во Власти Благой Мысли и с Истиной, на прямых путях которой обитает Ахура-Мазда.

33.6

Как Истины служитель

который от Лучшего Духа,

И Мысли, которой вершатся

о пастырстве заботы,

С тобой прошу, Ахура,

свиданья и беседы.


Как заботящийся о пастушеской жизни служитель Истины, Заратуштра просит Ахура-Мазду о встрече для получения наставлений и советов, букв.: ‘со-вопрошения’ (беседы). Значительная часть священного канона зороастрийцев и богословской литературы строится в форме вопросов (Заратуштры) и ответов (Ахура-Мазды).

33.7

Ко мне придите, лучшие,

сами, о Мазда, воочию,

С Благою Мыслью, Истиной,

чтобы я был услышан,

И среди нас да будут

дары молений явлены.



Пророк призывает прийти к нему «лучших», то есть самого Ахура-Мазду и двух других Бессмертных Святых – Благую Мысль и Истину, для того чтобы быть услышанным своими приверженцами и всем молящимся были бы дарованы сияющие дары.

33.8

Внимайте моим желаньям,

что с Благою следуют Мыслью,

Моления, вам подобающие,

и восхваления с Истиной

Даны вам, о Мазда, Бессмертием

и Целостью – долговечность.



Заратуштра опять обращается к Ахура-Мазде вместе с двумя его ближайшими сподвижниками Благой Мыслью и Истиной и просит о даровании долговечности Бессмертием и Целостностью.

33.9

Тебе этот Дух, о Мазда,

что возрастает с Истиной,

Счастьем вместе с блаженством

и с Лучшей приносится Мыслью,

К тому продвиженью содружества,

которому следуют души.



В оригинале как будто упоминаются два соратника (или соперника?) Истины, в которых можно видеть Здравомыслие (Благомыслие) и Власть. Обращается пророк к Духу Святейшему Мазды, приносящему счастье и благость (блаженство, благословение, авест. maya-, перевод условен).

33.10

Всех благодатно живущих,

которые были и суть,

И тех же, которые будут,

довольством твоим надели,

О Мазда, с Мыслью Благою,

Истиной с Властью по воле.



Ахура-Мазда призывается наделить по своей воле (по своему желанию) всевозможными благами всех приверженцев Истины, которые были, есть и будут. Речь идет, разумеется, о последнем воздаянии, о вознаграждении праведных душ, которые, по зороастрийским представлениям, существуют и до рождения.

33.11

О сильнейший Ахура,

Мазда и Здравомыслие,

С Истиной, движущей мир,

Мыслью Благой и Властью

Внимайте мне и помилуйте

при любом воздаянии.



Заратуштра призывает Ахура-Мазду и других Бессмертных Святых внять его мольбам и помиловать при любом решении о посмертной участи души.

33.12

Ко мне снизойди, о Ахура,

даруй мощь Здравомыслия

И Святейшего Духа, о Мазда,

силы благой воздаяние,

Истины преодоление,

Мысли Благой возмещение.


Снизойди – досл.: ‘взойди, восходи’, видимо, просто в значении ‘поспеши’. Спеши даровать силы Здравомыслия и Святейшего Духа, а также победу и превосходство благодаря обладанию Истиной для ублаготворения и радости Благой Мысли.

33.13

Для помощи дально-зоркой

мне окажи поддержку,

Во Власти твоей, о Ахура,

с Судьбой и Благою Мыслью,

И со Святым Здравомыслием

с Истиной, с Верой учи.



Дальнозоркой – букв.: ‘широко-глазой’, очевидно, имеется в виду помощь, приходящая издалека и оказываемая все-видящим (‘широко-глазым’) Владыкой Ахура(-Маздой).

Судьба (авест. aši- < *arti-) – воздаяние, вознаграждение.

Вера – даэна (авест. daēna-) – вера, совесть…

33.14

Тогда Заратуштра даром

все своей жизни силы

И тела предполагает

Мазде с Благою Мыслью

Деяния с Истиной дать,

в слова и слушанья власть.



Даром – в смысле «в виде дара, как дар, жертву». Заратуштра готов пожертвовать жизнью (букв.: ‘жизненной силой’) своего тела (то есть собственно «своей жизнью»), отдать свои добрые (совершённые по Истине) деяния ради слушания слова и послушания, во власть божества послушания (иногда переводят «божества дисциплины»?) Сраоши («Слуха»).



Йасна 34

В этой Гате Заратуштра молится Ахура-Мазде и обращается к священному огню, воплощению Истины, а также к Целостности и Бессмертию, символизирующим Воды и Растения. Молитва обращена одновременно и к Творцу – Ахура-Мазде, и к верующим последователям. Пророк просит сделать Огонь помощником сторонников Истины, но вредоносным для враждебных сил.

В этой Гате Заратуштра причисляет себя к числу «убогих» (авест. drigu-, ср. выше комментарий к Йасна 27.13), то есть признаёт свою зависимость от высших добрых сил и умоляет о помощи и защите. В заключение он просит указать ему «лучшие слова и дела» для достижения конечной цели – обновления существования мира и получения мзды (авест. mižda-) – вознаграждения праведным и возмездия лживым.

В Гате 15 строф по 3 строки, разделённые цезурой. Каждая строка содержит, как правило, 15–16 слогов: в первой части – 7–8, во второй – 8-9 (7+8; 7+9; 7+8 и т. д.).

34.1

Тем деянием, и словом,

и молением Бессмертье

С Истиной тебе даётся,

Власть и Целостность, о Мазда,

Пусть из них тебе, Ахура,

Нам же полностию дастся.


Молитвой – словами и деяниями верующих: Бессмертие, Истина, Власть и Целостность, с одной стороны, придаются Ахура-Мазде, а с другой стороны, ими наделяются сами молящиеся. Такое двойное адресное направление молитвы (нам и Богу) естественно для молитв верующих, ср. в православной Молитве Честному Кресту: «…и даровавшего нам и тебе Крест Свой Честный на прогнание всякого супостата…»

34.2

Вот дано тебе по Мысли

от Благого Духа всё,

Святого деяньями мужа,

чьей душе сопутствует Истина,

Во всеобщей и вас достойной

хвале, о Мазда, песнопений.


Деяньями мужа, сопутствуемого Истиной, Ахура-Мазде и Бессмертным Святым с песнопениями хвалы даётся от Святого Духа всё, что им подобает и достойно их.

34.3

Тебе приносим жертву

с мольбою Истине, Ахура,

И Власти живого всего,

Что Благою воспитано Мыслью,

Ради спасенья, о Мазда,

даренья всех доброданны.


Благодатные и добро-данные приношения и моления всего мира посвящаются Ахура-Мазде и другим Бессмертным Святым ради спасения всего благого и достижения ими их благой Власти.

34.4

Мы твой Огонь, Ахура,

желаем сильный Истиной,

Быстрейший и могучий,

помощником сторонникам

Быть, Мазда, а враждебным, –

несущим явный вред.


Полагают, что моление это может происходить перед священным огнём (очага, алтаря). Заратуштра именует Огонь «твоим» (обращаясь к Ахура-Мазде), «мощным», как воплощение Истины, и «быстрейшим» и призывает его (досл.) «руками» (может быть, «языками пламени»? или просто «действительно», «по-настоящему») нанести явный (букв.: ‘видимый’) вред и ущерб враждебным силам.

34.5

Ваша власть и господство

мне за деянья, о Мазда,

С Истиной, с Мыслью Благою

хранить убогого вашего,

Вас выше всех объявившего –

дэвов, зверья и людей.


Заратуштра опять называет себя убогим (авест. drigu-), зависимым от высших покровителей и защитников (ср. выше).

Провозгласившим вас выше демонов-дэвов, вредоносных тварей и злых людей.

В последней строке этой строфы упоминаются храфстра (авест. xrafstra-) – зловредные существа и враждебные силы, дэвы и враги, хищники и вредные животные и насекомые. Победить эти порождения Злого Духа (Ахримана) можно с помощью молитв.

34.6

И если такой ты по правде

С Истиной, с Мыслью Благою

Знак мне подай, о Мазда,

всего бытия измененьем,

Чтобы, молясь вам, с хвалою

Радостно подошёл бы.


Заратуштра считает, что если Ахура-Мазда действительно обладает такой властью, то он в силах «подать знак» (дать знамение?) тем, что «изменит» мир (человеческое существование). Тогда пророк обещает молиться и восхвалять его с радостью (букв.: ‘возрадовавшись’).

34.7

Где твои верные, Мазда,

познавшие Мысль Благую,

Ученье усвоив…

бедствия скорбь отвращая…

Никого другого не знаю,

с Истиной нас защитите.


Ученье … бедствия – неясный пассаж, перевод условен.

Объявляется, что пророк не знает никого другого и просит по Истине «нас защитите».

34.8

Наших деяний боятся,

в которых многим опасность

Сильным даже от слабого,

Твоих повелений достигшего,

Те же, что мыслят не-Истину, –

далёко от Мысли Благою.


Утверждается, что слабый, но достигший повелений Ахура-Мазды и Истины, осилит сильного, который мыслит не по Истине и далёк от Благой Мысли.

34.9

И Здравомыслие Святое,

тобою, о Мазда, хранимое,

Эти злодеи забросили,

Благой не ведая Мысли,

От них отстранится Истина,

словно зверьё от нас.


Продолжается порицание тех, кто уклоняется от Истины, особенно «зло-деятелей», оставивших Здравомыслие (возможен и перевод «захвативших», а если понимать «Здравомыслие» как ассоциирующееся с Землёй, то речь может идти о захвате земель или, наоборот, о том, что земли «забросили, оставили»). И пусть от этих злодеев Истина отстранится, как от нас лютые дикие звери, хищники и вредоносные твари – «зверьё» (авест. храфстра).

34.10

Деяния Мысли Благой

познает благоразумный,

И со Святым Здравомысльем

Творца и соратников Истины,

А также всех тех, о Ахура,

что, Мазда, во власти твоей.


Благоразумный познает (досл.: ‘скажет схватив’) деяниями (действительно) Благую Мысль, Творца – Ахура-Мазду и других Бессмертных Святых – всех, находящихся под его властью и защитой.

34.11

Тогда Тебе оба в кормление –

Целостность и Бессмертие будут,

Благою Мыслью и Властью

Взрастёт Здравомыслие с Истиной,

И долговечностью с мощью,

о Мазда, врагов устрашишь.


Целостность и Бессмертие, ассоциирующиеся с Водами и Растениями, предназначаются в кормление (питание) Ахура-Мазде, который с прочими Бессмертными Святыми, обретя мощь и долговечность, устрашит враждебные силы (предположительный перевод (досл.): ‘заставит врагов дрожать’).

34.12

Какие твои повеления?

Хвалы какого моления?

Дай нам услышать

Судьбу, что даётся правдивым,

Учи нас путям по Истине,

легким Мысли Благой.


Заратуштра спрашивает у Ахура-Мазды уточнении его велений и изъяснения его воли, просит указать, каких молений и хвалы он желает. Пророк просит огласить Судьбу (авест. Аши ‘воздаяние’, вознаграждение, ожидающее ирам дивых и праведных) и научить путям Истины, которые легки для прохождения с Благой Мыслью.

34.13

Тем дорогам, Ахура,

что мне промолвишь по Мысли

Благой и Спасителей Вере,

прекрасных, возросших с Истиной,

С обещанной благодатной

мздою, что даришь ты, Мазда.


Ахура-Мазду молят показать те дороги, которыми придут Спасители (Саошйанты, авест. saošyant-) по Вере и Благой Мысли. Эти прекрасные (букв.: ‘добро-сотворённые’) Спасители, возрастающие с Истиной, приходят вместе с вознаграждением («мздою» – возмездием или наградой), обещанным праведным.

34.14

То же, о Мазда, желанное,

плотской данное жизни

Благой деяньями Мысли,

Скота же в селенье тучного,

Вашим ученьем, Ахура,

множащего преуспеянье.


Благодаря благому учению и знанию – счастье и изобилие, желанное для благополучной жизни, множится тучным скотом и процветанием сельских общин (селений),

34.15

Скажи мне тогда, о Мазда,

слова и деяния лучшие,

Чтобы с Благою Мыслью,

с благодарением Истине,

Вашей властью, Ахура,

вновь дай истинный мир.


Заратуштра просит Ахура-Мазду сказать ему те лучшие слова и назвать лучшие деяния, благодаря произнесению и совершению которых можно будет приблизить обновление и создание истинного (лучшего) бытия, то есть Последнего Суда и окончательного решения судеб мироздания: уничтожение Лжи и Зла, воскрешение праведных и установление вечной жизни (досл.: «впредь-вновь по воле истинным создай мир»), т.е. наступление «Конца света», авест. Фрашо-кэрэти, примерно можно понять как «Чудо-делание».

[в текст и в перевод не включаются «Йасна семи глав» – 35-42].



Йасна 43

Заратуштра обращается к Ахура-Мазде и беседует с ним, задавая вопросы и по-своему формулируя предполагаемые ответы. В этой Гате пророк напоминает о первой встрече с Ахура-Маздой, на которую его проводил Воху-Мана (Благая Мысль), а также вспоминает о тяготах и лишениях, перенесённых в первое время после обращения и служения.

В Гате 16 строф, каждая строфа состоит из 5 строк, разделённых цезурой. Эта и последующие три Гаты (Йасна 43 – 46) сложены одиннадцатисложником по пять строк в строфе. Каждая строка разделена цезурой, как правило, после 4-го слога: 4+7; 4+7 и т. д. Отмечается, что авестийские одиннадцатисложники соответствуют аналогичным размерам Ригведы, по количеству слогов они могут являться предшественниками 11-сложных размеров классического персидского аруза, в частности, эпического размера мутакариб в национальном иранском эпосе «Шахнаме» Фирдоуси, а также вариантов силлабических размеров излюбленного жанра персидской народной лирики – рубаи.

43.1

По воле тому,

кто по воле всему,

Мазда властен

даровать Ахура:

Долговечность

и силу прошу я,

Истины мне

дай для держания

Даром даяния

жизнь Здравомыслия.


Заратуштра просит даровать ему долговечность и силу, необходимую для служения, которые может даровать ему, если будет его воля, только сам Ахура-Мазда.

43.2

И вот ему

из всех наилучшее

Для счастья

мужу счастие дастся.

Ты, проникая

Святейшим Духом,

Что с Истиной,

с Благою Мыслию

Вседневно дай

всю радость жизни.


Прошения к Ахура-Мазде адресуются на благо всем людям для того, чтобы на протяжении всей жизни дать им радость и счастье. Ахура-Мазда с присущим ему Святейшим Духом в согласии с Истиной и Благой Мыслью может дать это лучшее счастье (досл.: ‘из всех лучшее в счастье, блаженстве’).

43.3

Пусть муж благой

достигнет лучшего,

Путям прямым

к спасенью учит

Для плотского

и мысли бытия,

Ведущим к тем,

где ты живёшь, Ахура,

Святой и верный,

благородный Мазда.


Эта строфа может трактоваться как обращенная к Заратуштре. Подразумеваются пути к спасению в материальном (плотском, «костном») и духовном («мысленном», небесном) мирах, в этой и той жизни – на том свете, в Раю, где обитает благородный (букв.: «хорошего племени, рода») Ахура-Мазда с благими божествами.

43.4

Тебя я мыслю

святым и сильным, Мазда,

Когда руками

твоими награды дашь

Для тех, кто Лжи

последует и праведным,

Огнём твоим

от Истины могучей,

Что мне с Благой

всегда приходит Мыслью.


Заратуштра считает Ахура-Мазду святым (авест. spənta-) и властным решить судьбу («дать руками награду-аши) и лживого и праведного. Иранское спэнта, безусловно, родственное русскому святой, связано этимологически с основой sau-, передающей значения ‘полезный’, ‘угодный’ (ср. русское угодник в смысле ‘святой’: «святые угодники Божии…» и проч.).

43.5

Святым тебя,

Ахура, мыслю, Мазда,

Когда тебя

познал в начале мира,

Когда дал мзду

деяньям и реченьям:

За злые – зло,

за добрые – благое,

Твоим умом

последую в творении.


Заратуштра признает «святость» и всеобъемлющую власть Ахура-Мазды от начала творения до конца мира, когда будет воздана мзда (авест. mižda) – злая за зло, благая за благое, – и обещает руководствоваться в жизни разумом Ахура-Мазды и следовать его веленьям.

43.6

И со Святым

Твоим пришёл Ты Духом,

О Мазда, с Властью

и с той Мыслию Благой,

Деяньями

мир Истины умножишь,

Чей приговор

глашает Здравомыслье

Ума того,

никто что не обманет.


Здравомыслие провозглашает волю и решения Ахура-Мазды в соответствии с Истиной, Властью и Благой Мыслью, а Твоего разума, восклицает пророк, никто и ничто не в силах обмануть или ввести в заблуждение.

43.7

Святым тебя,

Ахура, мыслю, Мазда,

Когда меня

Благой достиг Ты Мыслью

И вопросил:

Ты кто? От чьих ты будешь?

Какого дня

узнал ты откровенья

О житии

и о самом себе?


Заратуштра вспоминает первую встречу с Ахура-Маздой, на которую его привёл Воху-Мана (Благая Мысль), повторяет вопросы, заданные ему Ахура-Маздой, о том, кто он и чей (по принадлежности к Добру или Злу?). «Откровенья» – перевод примерный, точнее, возможно, что-то вроде «вопрошенья постиженья».

43.8

Я отвечал:

Во-первых, Заратуштра!

Я – истинно

враждебен всем мерзавцам,

Но праведным

поддержкой стану мощной,

Когда потом

достигну полновластья, –

Пока ж тебя,

о Мазда, прославляю.


Заратуштра называет себя и отвечает, что он действительно враг всех лживых (приверженцев Лжи, мерзавцев), но станет помощником праведных и, достигая власти и осуществления своей воли, будет прославлять (досл.: ‘плести хвалу’) Мазде.

43.9

Святым тебя,

Ахура, мыслю, Мазда, Когда меня

Благой достиг Ты Мыслью.

И на вопрос:

Кому служить ты хочешь?

Ответил так:

Огонь Твой почитаю

По Истине,

покуда мыслить буду.


На вопрос Ахура-Мазды, кому собирается поклоняться Заратуштра, пророк отвечает, что будет почитать Огонь и молиться ему, как воплощению Истины, до тех пор, пока сможет мыслить.

43.10

Ты покажи

мне Истину, чтобы воззвал –

И вместе с ней

пришёл бы к Здравомыслью,

И нас спроси,

о чём Тебя просили б,

Чтобы и Ты

таким же стал могучим,

Если Тебе

возможно стать могучим.


Перечисляются просьбы Заратуштры к Ахура-Мазде, направленные в том числе и на то, чтобы научить нас молиться, и чтобы, если это еще возможно, Он (Ахура-Мазда) стал по нашим молитвам еще более могучим.

43.11

Святым тебя,

Ахура, мыслю, Мазда,

Когда меня

Благой достиг Ты Мыслью.

Ваши речи

впервые научили,

Что муки мне

достанутся от смертных,

Пока они

в слова мои поверят.


Заратуштра вспоминает перенесённые тяготы и страдания первых лет обращения, о которых предупреждал его в самом начале Ахура-Мазда, но которые, в предвидении грядущей участи, не разуверили пророка в том, что ему предуготовано Лучшее, как и было обещано.

43.12

Когда Ты мне

об Истине промолвил,

И то, что я

не выполнить не смею:

Встать и идти

до тех пор, как придёт мне

Со Сраошей

великая награда –

Две участи:

спасение иль гибель.


Не осмелясь ослушаться повелений, которых нельзя не исполнить, пророк предвидит награду за послушание, назначаемую ему Сраошей (‘Послушанием’): согласно позднейшим богословским толкованиям, именно Сраоша (постоянным определением его является эпитет ašya-«Ашевский», т.е. «принадлежащий Аши-Судьбе») путём взвешивания (вместе с Митрой и Рашну) на весах мыслей, слов и деяний умерших (на одну чашу кладутся благие, на другую – злые) вершит суд над душами на мосту Чинват и отправляет одних во мрак и холод преисподней, других – в лучезарные Райские Обители Дома Хвалы.

43.13

Святым тебя,

Ахура, мыслю, Мазда,

Когда меня

Благой достиг Ты Мыслью,

Чтобы узнать

моих желаний цели:

Твой долгий век,

который Ты даруешь,

И житие,

что прорицать Ты властен.


Заратуштра провидит будущее владычество Ахура-Мазды, являющееся и его желанием, долговечность и жизнь, которая им предсказывается.

43.14

Что другу муж,

знающий благое, даст,

Дай, Мазда, мне –

поддержку и признанье,

Что властен ты

по Истине доставить:

Встать и идти,

гнать гнателей Ученья,

Со всеми, кто

Твои реченья помнят.


Пророк просит у Мазды помощи и признания права выступить («встать и идти»), вместе со своими приверженцами, против гонителей и врагов Истины и Учения, ругающих и поносящих Веру. Действенным оружием в этом станут молитвы (изречения, мантры – авест. mąθra-), которым учит Мазда.

43.15

Святым тебя,

Ахура, мыслю, Мазда,

Когда меня

Благой достиг Ты Мыслью

И научил,

что думающий молча

Получше тех,

что угождают лживым, –

Так праведных

всех злыми сотворяют.


Молчаливо лелеющий благую мысль лучше тех, кто угождают и потворствуют лживым. Их следует считать не праведными, а лживыми, они заслуживают вражды.

43.16

Ахура, вот

этот Заратуштра Дух

Выбрал, Мазда,

который Твой Святейший,

И Истину,

что воплотится в силе,

Как солнца вид,

со Властью – Здравомыслье,

Деяньям даст

Благая Мысль даянье.


Заратуштра говорит о себе в третьем лице, утверждая, что он сделал свой выбор в пользу Святейшего Духа Ахура-Мазды и Истины, лучезарной и подобной Солнцу, вместе с Властью, Здравомыслием и Благой Мыслью, заслуженно вознаграждающими (счастьем – Аши) за добрые деяния.



Йасна 44

Эта Гата почти полностью (за исключением последней строфы) состоит из вопросов Заратуштры к Ахура-Мазде (в других Гатах сходные по форме вопросы встречаются эпизодически: 51.5; 31.14–16.).

Параллели этим вопросительным формулам, равно как и содержанию вопросов, находят в древнеиндийской Ригведе (1.164,35), а также в скандинавской «Старшей Эдде»: песнь «Речи Алвиса». Вопросы о мироздании («Алвис, скажи мне – про всё, что есть в мире…») задаются богом Тором карлику Алвису (что значит ‘Всемудрый’), чтобы задержать его до восхода Солнца и таким способом превратить в камень. Песнь считается довольно поздней и подражательной («Речам Вафтруднира», имеющей множество фольклорных параллелей: состязание в мудрости, загадывание загадок, в чём побеждённый должен расплатиться жизнью). Сквозь вычурность формы многих строк этой Гаты и неясность отдельных выражений просвечивают её неоспоримые поэтические достоинства, явные даже в переводе.

В Гате 16 строф, каждая строфа состоит из 5 строк, разделённых цезурой. Каждая строка содержит, как правило, 11 слогов: в первой части – 4, во второй – 7 (4+7; 4+7 и т. д.).

44.1

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как молитвой

Такому молиться, как Ты,

Другу, Мазда,

скажет такому, как я?

С Истиной нам

как создать единенье,

Чтобы пришла

к нам с Благою Мыслию?


Заратуштра призывает Ахура-Мазду помочь ему, как друг помогает своему другу, и научить молитвам, которые приведут к соединению с Истиной и Благой Мыслью (и достижению блаженства).

44.2

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как бытие

лучшее будет сперва?

Стремящийся

как же будет спасённым?

Кто с Истиной

Святой со всеми вместе

Хранитель Дух-

-мироцелитель, Мазда?


Пророк интересуется грядущими судьбами мира, кто получит вознаграждение при конце бытия? Как произойдет спасение (перевод условный)? Ясно, что большинство следующих вопросов – чисто риторические, так как ответ на них один: это – Ты, о Ахура Мазда. Ты и Хранитель, и Мироцелитель (обновитель мироздания?).

44.3

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто при родах

отец Истины первый?

Кто и Солнцу

и звёздам создал пути?

Кем же Месяц

растёт – убывает, Тобой?

Это, Мазда,

желаю знать и другое!


Ты – Отец Истины (мирового порядка – Аша) от рождения мира, Ты направляешь пути Солнца и звёзд, благодаря Тебе убывает и возрастает Месяц – всё это и многое другое желает узнать Заратуштра непосредственно от Ахура-Мазды, хотя ответы лично ему известны заранее, но пророк внушает их своим слушателям, облекая в поэтическую форму для заучивания и лучшего запоминания…

44.4

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто же держит

землю внизу и небо

От паденья?

Кто воды и растенья?

Кто облакам

и ветру впряг пары быстрых?

Кто, о Мазда,

Мысли Благой Создатель?


Небеса мыслятся каменными (авест. asan-, asman- ‘камень; небо’), кристаллическими. Творец Ахура-Мазда поддерживает землю и небо от падения, он создал и хранит воды и растения.

Он впряг две пары быстрых коней (то есть две упряжки по два скакуна – в двойственном числе) ветру и облакам. Упряжка из двух коней, очевидно, более древняя, чем из четырёх (восходя, возможно, к запряжке пары волов), ср. в четырёхконной упряжке богини Ардви-Суры-Анахиты в «Ардвисур-йаште»:

5.13: Везут её четыре

Одной породы, белых

Высоких жеребца…

5.120: И четырёх ей создал

Ахура жеребцов,

Те кони – Дождь, и Ветер,

И Облако, и Град…


44.5

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто искусный

и день создал, и темень?

Кто искусный

сон дал и пробужденье?

Кто тот, зарю

с полуднем дал и ночью

Напоминал

разумным о занятьях?


«Искусный» (авест. hv-āpa-), букв.: ‘добротворец’ – определение, которое может относиться и к божествам, и к людям. Подразумевается, что день (свет) и тьма предназначены, соответственно, для бодрствования и сна, но вообще-то в течение дня есть определённое время для дел и занятий, и, может быть, имеются в виду три времени для пятикратной (заимствованной исламом) зороастрийской молитвы: на рассвете, в полдень и на закате. Объединяя две: пред- и послевосходную, до- и послезакатную молитвы в одну, зороастрийцы молятся, таким образом, три раза в день: на восходе, около полудня и на закате (так поступают, впрочем, и мусульмане-шииты, многое усвоившие от зороастрийцев).

44.6

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Если речи,

что говорю, правдивы:

Как Истину

укрепит Здравомыслье?

Тебе ли Власть

Благой чинится Мыслью?

Кому творил

Ты в радость Скот плодящий?


Заратуштра вопрошает о том, действительно ли благими деяниями Здравомыслия укрепляется Истина? Благой ли Мыслью устраивается Власть? Перевод пословный и созвучный (в том числе и этимологически): авест. činas, букв.: ‘чинится, сообщается’, т.е. основывается на Благой Мысли (ср. Йасна 33.2: ‘чинит’, в смысле «делает, совершает, творит»).

Плодоносный, обильно родящий скот создан, естественно, для счастья и благоденствия праведных и приверженцев Добра и Истины.

44.7

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто сотворил

со Властью Здравомыслье?

Кто сделал, сын

отцу чтоб зарождался?

Я этими

вопросами, о Мазда,

Познаю Дух

Святой Создателя всего.


Пассаж о зарождении сына вызывает разное понимание, поскольку текст неясен. Одни переводят как «кто делает сына послушным отцу (уважающим отца)?» или «кто делает сына превосходящим отца?» и т. д. Поскольку вопросы задаются об основах мироздания, то кажется более приемлемым толкование М. Н. Боголюбова (см.: [Боголюбов 2006б]), которому и следует предлагаемый перевод. Благодаря решению этих основополагающих вопросов, Заратуштра хочет познать Творца мира с присущим ему Святым Духом.

44.8

Тебя спрошу,

прямо скажи, Ахура!

Как помнить,

Мазда, мне Твои слова,

И те, что от

Благой речений Мысли,

И те, что от

Истины поведал верно:

Как мне душа

в грядущем возликует?


Пророк предвидит в будущем для своей души радость и блаженство как следствие единения с Истиной и Благой Мыслью в соответствии с указаниями Ахура-Мазды.

44.9

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как мне это

право Веры утвердить,

Что доброго

под Властью сохраняют,

И, верно, тем

обещают, о Мазда,

Кто с Истиной

в Благой Обители Мысли.


Заратуштра просит научить его сохранить приверженцев, принявших Веру, которым обещано пребывание в Раю (Обители Благой Мысли).

44.10

Тебя спрошу,

прямо скажи, Ахура!

Этой Верой,

что из сущих лучшая,

Которая мне

жизнь с Истиной множит,

От Здравомыслья

правит речами, делами, –

Хотим владеть

Твоим Ученьем, о Мазда.


Утверждая, что он обладает лучшей Верой из всех существующих, пророк считает, что вместе с Истиной она умножает жизнь (то есть, видимо, скот, стадо), и, обещая говорить и поступать по Здравомыслию, он хочет полностью усвоить Учение и принадлежать Ахура-Мазде.

44.11

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как же к тем

придёт Здравомыслие,

Кому, о Мазда,

Твоя говорится Вера?

Я к Тебе так

первым стал призванным,

На всех других

духом взгляну враждебным.


В этой строфе Заратуштра объявляет о своём исключительном праве на проповедь Веры, поскольку он был первым среди призванных. Всех прочих, претендующих на это, следует отвергнуть.

44.12

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто праведный,

с кем говорю, или лживый:

Кто из двоих –

тот ли злой или этот?

Тот ли лжив,

кто пользы Твоей против?

Не тот ли зол,

кто злое не замышляет?


И, как следствие предыдущего утверждения, пророк просит помочь ему отличать истинных приверженцев от ложных. Как отличить праведного от лживого из тех, к кому он обращается? Кто против Ахура-Мазды, тот на стороне Зла и Лжи, но сам Заратуштра не замышляет зла, а потому он не лжив.

44.13

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как же мы Ложь

прочь от себя прогоним

Ко всем тем, кто,

непослушанья полны,

Не следуют

содружеству Истины,

Не клонятся

к Мысли Благой совету.


Каким же способом искоренить Ложь и непослушание лживых приверженцев Зла, которые избегают Истины и прислушиваются к советам Благой Мысли?

44.14

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как Истине

Ложь в две руки отдам,

Чтобы стереть

речами Твоих учений;

И мощным же

поразить ударом лживых,

Им причинив

вред и ущерб, о Мазда.


Нужно предать эту Ложь в руки Истины («в обе руки», т.е. окончательно и полностью, ср.: Йасна 30.8), уничтожить (букв.: ‘стереть, изгладить, вымести, вычистить’) их силой твоих изречений (мантр), поразить их мощными ударами, нанеся им сокрушительный ущерб и вред. «Поразить ударом» – перевод условный.

44.15

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Если меня

Истиной защитить властен,

Когда вместе

эти два войска сойдутся,

То по своим

веленьям, что установишь,

Кому из двух

даруешь, о Мазда, победу?


Когда же сойдутся на бой, словно два войска, силы Добра и Зла, то кому даст победу Ахура-Мазда? Ответ на этот риторический вопрос очевиден: тому, кого он властен защитить Истиной, – тех, кто следует его веленьям.

44.16

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто защитит

Твоим Ученьем сущих

В моём дому?

Целителя дай миру,

Чтоб Сраоша

ему с Благою Мыслью

Пришёл бы, как

Ты ни пожелаешь, Мазда!


Заратуштра просит Ахура-Мазду защитить своих соплеменников (приверженцев) и послать Спасителя («Миро-целителя», ср.: Йасна44.2), которому сопутствуют Сраоша и Благая Мысль, как того желает Ахура-Мазда.

44.17

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как, о Мазда,

……достичь Вас,

Связи Вашей,

чтобы мой голос сильным стал,

Для союза

Целости с Бессмертием,

По тем речам,

что с Истиной связуют.


Для успешного единения с Истиной пророк просит даровать ему силу голоса – красноречие, чтобы убеждать своих последователей.

44.18. Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Как с Истиной

я выиграю награду:

Тех лошадей

десяток, коня с верблюдом,

Что доставят,

о Мазда, мне Целость и

Бессмертие,

как двух Тобою данных.


В заключительных строфах, как полагают, речь может идти о каких-то призах или наградах, полагающихся то ли за сочинение, то ли за исполнение Гат (Дюшен-Гийемэн); то ли это иносказательное обозначение покровителей пророка («…кави Виштаспы и его придворных» [bisler 1975]).

Ясно, что упоминается конкретное вознаграждение («мзда» – авест. mižda-): десять кобыл и один жеребец (разумеется, не «десять кобыл с их жеребцами», как иногда переводят), а также верблюд. Может ли это приобретение быть связано с достижением Целост(ност)и и Бессмертия (здоровья, долголетия и достатка)?

44.19

Тебя спрошу:

прямо скажи, Ахура!

Кто награду

заслужившему не даст,

Как правдиво

обещавший муж даёт,

Какое ему

наказанье будет сперва,

Знаю сам то,

что будет ему в конце.


Если же справедливо заслужившему награду обещанное не будет дано, то какое полагается наказание нарушившему обещание в этой жизни («сперва»)? То, что ему положено возмездие и наказание в конце жизни (и мира), и так известно.

44.20

Как, о Мазда,

добровластны ли дэвы?

Это спрошу

о тех, которые лгут

И скот дают

карапанам и Ярости,

Кавии тоже….

Не желают

Истиной пастбища множить.


Последняя строфа как раз и касается тех лживых божеств и правителей (кави), которые не выполняют обещаний, лгут, жертвуют скот неправедным карапанам, промышляют разбоем и угоном скота, не желают подлинного процветания и умножения скота и пастбищ в согласии с Истиной. В последних строках несколько неясных пассажей («воют на ветер»?).



Йасна 45

Подобно Йасна 30 (1-4), в этой Гате говорится о происхождении мироздания и судьбах мира, о явлении Спасителя, о посмертной участи душ праведных и лживых. Обращенная не только к тем, кто «из близи», но и к тем, кто пришёл «издалека» (45.1), она считается кратким изложением Откровения Заратуштры.

В этой Гате 11 строф того же размера (4+7).

45.1

Вот возглашу:

ныне ушами внимайте,

Те, что вблизи,

и пришедшие издали,

И это всё

поясней запомните, –

Чтобы опять

обманщик мир не сгубил

Выбором злым,

лжи языка оборотом.


К «слушанию ушами» (ср.: Йасна 30.1) приглашаются и близкие и дальние. Есть мнение, что проповедь Заратуштры предназначалась для всего человечества, но в силу ряда причин зороастризм оказался в конце концов этнически ограниченной религией (только ираноариев, хотя следы зороастризма находят и в дохристианской Армении, и у некоторых народностей Кавказа, и в Малой Азии).

Кто имеется в виду под «Обманщиком» (точнее, «Лже-, дурно-учительный», авест. duš-sasti-), который опять (букв.: ‘во второй раз’) уничтожает (букв.: ‘умерщвляет’) мир, не вполне ясно: Злой Дух (Ахриман), ложные божества – демоны-дэвы (ср.: Йасна 30.6), Йима, некий соперник и противник Заратуштры? Возможно и понимание – чтобы «Лжеучитель» не погубил «второй мир» (т. е. второе бытие, второе существование, посмертную жизнь души…), чтобы не вверг душу дурным выбором и лживыми речами в ад на вечные муки.

45.2

Вот возглашу

сущих двух духов первых,

Тот, святее,

так промолвил бы злому:

Ни помыслы

наши, ни речи, ни ум,

Ни выборы,

ни слова, ни деянья,

Ни веры,

ни души – ничто – не согласны.


Излагается положение о полной противоположности во всём двух Духов изначала мира: Святой Дух объявляет Злому, что ни мысли, ни слова, ни дела у них не имеют ничего общего, ни веры (авест. daēna-), ни души (авест. urvan-) не согласуются друг с другом.

45.3

Вот возглашу

сущего этого первое,

Мне что молвил

всеведущий Мазда Ахура:

Те же из вас,

кто не свершит по реченью, –

Как его вам

я измыслю и молвлю, –

Те же в конце

всего сущего взвоют!


Ссылаясь на авторитет всезнающего Ахура-Мазды, пророк предрекает тем, кто не будут поступать в соответствии с его повелениями в изложении Заратуштры, адские мучения в конце существования, их ждёт «вой» («увы!», авест. avōi-) или (по Евангельскому выражению) «плач и скрежет зубов» (Мф. 13.50).

45.4

Вот возглашу

бытия этого лучшее.

По Истине,

Мазда, знаю, кто это дал:

Отец Благой

и все-действенной Мысли,

А его дочь –

Здравомыслие доброе.

Не обмануть

всё-чуящего Ахуру.


А для праведных предназначено «Лучшее бытие» (авест. vahista- ahu-, откуда и перс, behešt – ‘рай’), т.е. Рай с его райским блаженством – создание всесильного и всезнающего Ахура-Мазды, Отца Благой Мысли – мысли «вседейственной» (авест. varəzayanta-); не очень удачными кажутся наличные английские переводы: active, effective, abundant, refreshing… и т. п. Как обычно, очень точен (в том числе и в этимологическом аспекте) был Хр. Бартоломэ: немецкое wirk-sam родственно авест. varəz-, ср. немецкое werken ‘работать’. На английский можно было бы перевести выражение «working Good Mind» – досл.: ‘работающий Благой Помысел’.

Доброе, точнее, «благо-деятельное» Здравомыслие – дочь Ахура-Мазды (авест. Ārmaiti- женского рода) и, следовательно, сестра Благой Мысли.

45.5

Вот возглашу,

что молвил мне Святейший:

Слово слуху

для смертных наилучшее,

Если дадут

слушанье и чаянье,

То достигнут

Целости – Бессмертия

Духа Блага,

делами – Мазда Ахура.


Заратуштра внушает своим слушателям, что полученные им от Ахура-Мазды Откровения – лучшие для смертных, и если люди будут их слушаться и желать, досл.: ‘дадут им (по)слушание (авест. sraoša-) и чаяние (авест. čaya-)’, – то достигнут Целостности и Бессмертия, происходящих от Благого Духа, который по своим деяниям принадлежит Ахура-Мазде.

45.6

Вот возглашу

средь всех Величайшего,

Восхвалю

Истиной благодатного,

С Духом Святым

слушай, Мазда Ахура,

Кого в славе

с Благой прошу Мыслью,

Своим умом

учит меня пусть лучшим.


Далее следует прославление Ахура-Мазды и прошение к нему: пусть учит лучшим мыслям, словам и делам,

45.7

Что к спасенью

стремятся с готовностью, –

Те, что живы,

бывшие и будущие,

В Бессмертии

праведных души сильны,

В постоянстве,

а лживых мужей гнетут

Той Властию –

Мазда Творец Ахура.


Ведущим к спасению: души всех праведных людей – и живых и умерших – сильны тем, что всегда стремятся к спасению. Лживые же будут повергнуты и угнетаемы, они заслужат наказаний, которые властен дать Творец Ахура-Мазда.

45.8

К нам хвалами,

молитвой обращаю,

Ныне же вот

глазами прозреваю

Благого Духа,

деяньями и словами,

По Истине

знаю – Мазду Ахуру,

Ему славу

в Пенья Доме слагаем.


Заслужившие своими молитвами, хвалами, словами и делами лучшую участь будут славословить Ахура-Мазду в Доме Хвалы (Доме Пений, Песнопения) – так обозначается Рай – Обитель праведных, благих божеств и Ахура-Мазды.

45.9

Того с Благой

Мыслию ублажаю,

Кто нам волен

пользу делать и вред.

Мазда Властью

нам совершит Ахура,

Скот и людей

преумножая для нас,

Вместе с Благой

Мыслью и с Истиной.


По этим молитвам, вольный творить нам и пользу и вред, дарует нам преумножение скота (мелкого) и людей вместе с Истиной и Благой Мыслью.

45.10

Моленьем нам

дарю Здравомыслие,

Что в дыханье

Мазда слышит Ахура,

Ему с Истиной

Благая служит Мысль,

Во Власти ему –

Целость и Бессмертие,

И даровать

мощь и постоянство.


Ахура-Мазда, слышащий наши молитвы и воздыхания, властен даровать молящимся и следующим заповедям силу и долголетие.

45.11

Против дэвов

и против смертных,

Замысливших

противное замыслить,

И от других,

кто правильно мыслят,

Спаситель, дома

хозяин по Вере Святой,

Друг, брат или

отец – Ахура-Мазда.


Ахура-Мазда же способен защитить нас от ложных божеств и от лживых людей, задумавших злое, как Спаситель по святой Вере, подобно другу, брату и отцу.

Строфа не вполне согласуется с предыдущими. В ней говорится, что Ахура-Мазда выступает против дэвов и врагов Веры, он покровительствует, подобно другу, брату и отцу, тем, у кого в доме хозяин – Спаситель и Святая Вера (святая совесть – даэна).



Йасна 46

Эту Гату называют иногда «Поэмой Бегства», «Молитвой изгнания» и т. п., поскольку в первой её половине Заратуштра жалуется на то, что он отвергнут соплеменниками и не знает, куда бежать. Однако во второй половине Пророк славословит своих сторонников и покровителей. Эту Гату считают потому сложенной из двух разных отрывков, что, впрочем, совершенно необязательно. Ни одно из поэтических творений Заратуштры не является последовательным изложением каких-то событий, и об их хронологическом порядке существуют разные мнения.

В Гате 19 строф по пять строк размером &frac34;+7.

46.1

Куда бежать?

Идти в какую землю?

От родичей,

племени прогоняют.

Селение

меня не принимает,

Ни лживые

правители страны.

Как, Мазда,

ублажу Тебя, Ахура?


Пророк сетует на то, что изгнан из семьи и рода-племени, его не признаёт ни община-селение, ни страна, правители которой – приверженцы Лжи. В буквальном понимании: меня «от своих и арйа-мыслых (т. е. соплеменников) гонит, не признаёт меня поселение, которому следую (принадлежу?), ни страны, которой правители лживые…». Вряд ли

следует видеть или искать здесь стройную иерархию тогдашнего общества: воины, жрецы и т. д. Надуманным кажется также понимание первой строки: «куда идти пасти скот», «где найти пастбище» [Humbach 1994].

Будучи изгнанным и преследуемым, Заратуштра не в силах должным образом ублаготворять Ахура-Мазду.

46.2

Я понял то,

что я бессилен, Мазда:

Скота, людей

так у меня немного.

Я жалуюсь,

взгляни сюда, Ахура,

Поддержку дай,

как друг, дающий другу –

Узреть Благой

от Мысли Истины успех.


Причиной этого бессилия, как узнал Пророк, является дословно «мало-скотство» и «мало-людство». Он обращается к Ахура-Мазде с просьбой о помощи – такой, как друг оказывает другу («другом», xalīl-ullā, Бога-аллаха в исламе числится Ибрахим-Авраам). И тогда будет можно увидеть обилие Благой Мысли и богатство Истины.

46.3

О Мазда, как

те небесные быки

Для жизни нас

и Истины подвигнут?

Веленьями

Спасителей рассудка?

Обилием

Благой придёт ли Мысли?

Скажи, Ахура,

мне, избравшему Тебя!


Под «быками небес» (понимают и как «быки дней (зорь)»), «небесными быками» видят всемогущих благих божеств, соратников Ахура-Мазды, грядущих Спасителей, могущественных покровителей или благотворителей и т. д. Некоторые исследователи находят Гаты «невообразимо абстрактными», другие, наоборот, – примитивными. Парадоксальность Гат заключается в том, что приземлённые образы сочетаются в них с самыми возвышенными: умелое управление колесницей приравнивается к красноречию, дурная пища и вой – к адским мукам, тучность скота и жирность молока – к богатствам духовным (обилию Благой Мысли, Доброй Вере-совести и т. д.), причём восприятие этих связей затемняется лаконичностью и неясностью многих пассажей. И сочинение, и восприятие этих строк, видимо, предполагает совсем иной строй мышления, чем у современного человека, – отсюда следует их непереводимость в принципе (но приближение к пониманию содержания всё же не исключается).

Веления Спасителей, т.е. наставления и слова Саошйантов приводят к «жиру, тучности» (т. е. изобилию) Благой Мысли. А от обилия Благой Мысли и приходит жизнь по Истине и спасение. Последняя строка дословно: «…мне Тебя для поучения выбираю (себя), о Ахура!» Можно понимать и в том смысле, что «выбираюсь Тобою», т.е. «выбираюсь Тобою для поучения» – назначаюсь на проповедь вероучения.

46.4

Но сдержит Лжец

тех Истину влекущих

Быков приход

в страну или в Обитель,

Злодействами

своими же расстроен.

От Власти кто

его лишит и жизни,

Тот, Мазда, путь

даст Доброй Вере первым!


Лжец (Злой Дух – Ахриман), пытаясь сдержать приход тех, кто влечёт с собой Истину, прибегнет к зломыслию и злодействам, которыми сам же будет недоволен. Литающий его власти и убивающий открывает дорогу для Веры. Отвергающие зло принимают Веру Добра и Истины.

Заратуштра призывает противодействовать приверженцам Зла и Лжи путём принятия Добра и Истины и следования им.

46.5

Если властный

к нему пришедшего,

Кого-либо

из дружелюбных, или

Справедливых,

или лживых принимает,

Пусть праведный

семье своей промолвит,

Чтоб кровь его,

о Мазда, не пролить, Ахура.


Строфа, видимо, содержит запрет, в соответствии с традиционными для кочевников обычаями гостеприимства, убивать пришельцев, тем более, если они принимают обращение в Веру. Речь может идти также о заложниках и ищущих убежища и покровительства в иноплеменниках. Укрыватель и покровитель приверженцев Лжи, если они обращаются к Истине, не подлежит наказанию. Он должен только объявить об этом открыто «своим» (домашним и соплеменникам).

46.6

Но тот муж, кто

пришедший приходит

И ото Лжи

в Обитель Истины вступит,

Ведь тот лживый,

кто лживому лучший,

Но праведный,

кому праведный приятен,

Как Веру ты

сперва создал, Ахура.


Речь идёт о принятии лживым доброй веры, и тогда он становится приятен праведному, а лживый приятен только лживому.

Такова Вера с самого начала, как создал Ахура.

46.7

Кого ты мне,

о Мазда, защитником дал,

Когда лживый

вред нанести намерен,

Кроме Огня

и Мысли Твоей Благой? –

Деяньями их

поишь, Ахура, Истину, –

Произнеси

мне ученье для Веры.


Заратуштра спрашивает Ахура-Мазду, кто сможет защитить его от вреда и ущерба, наносимого приверженцами Лжи, кроме и Огня и Благой Мысли, которые вскармливаются деяниями Истины, и просит дать ему наставление в Вере.

46.8

Если же мне

жизни ущерб причинят, –

То не мне пусть

действия их навредят.

Им же в ответ

они вернутся враждой,

Чтобы от них

прочь благополучье ушло –

Им злополучье

будет, о Мазда, с враждой!


Пусть причиняемый врагами вред, просит пророк Ахура-Мазду, не навредит его жизни – живности и имуществу. Пусть их вредоносные действия обратятся на них самих, так, чтобы от них ушло благоденствие (букв.: ‘добро-житие’), а пришло «дурно-житие» и вражда!

46.9

Кто тот, что меня

верно учил вначале,

Чтобы Тебя

почитали сильнейшим,

В делах святым,

Ахуру праведного;

Что с Истиной

Творец Скота молвил:

Приблизятся

к Тебе с Благою Мыслью.


В этой строфе Заратуштра вспоминает, что пришёл к Ахура-Мазде с помощью Благой Мысли и по велению его Святого Духа (Творца Скота?). Только вместе с ними и с Истиной можно прийти к Ахура-Мазде.

46.10

Муж ли жена,

в мире, Мазда Ахура,

Делать будет

по-твоему лучшее,

Истиной им

Мысли награда Благой,

И с теми, кто

следует Вашей хвале, –

С ними всеми

Мост перейду Чинват.


Те мужчины и женщины, которые будут жить в соответствии с тем, что Ахура-Мазда счёл лучшим для бытия, и будут восхвалять его, со всеми ими мы перейдём мост Чин-ват («Мост-Разделитель», ведущий на тот свет), ведущий в Рай, не упадём с него в Ад – Обитель Лжи.

46.11

Властно впрягли

кави и карапаны

Злые смертных

деянья миру на гибель.

Душой своей

по Вере терзаются,

Когда сами

на мост Чинват приходят:

Навеки все –

Лжи Обители гости!


Кавии и карапаны, лживые вожди и жрецы, своею властью заставляют («впрягают») людей смертных в злые деяния на погибель мира.

Их души ожидают мучения, их терзают муки в возмездие их вер (их собственной совести – даэна-веры), с моста Чинват они навеки попадают в Ад – Обитель Лжи.

46.12

Как поднялась

Истина среди родичей,

Семьи Тура

Фрийана сильнейших,

Здравомысльем

мир продвигая вперёд,

То их всех

Благой предай Мысли

И поддержку

объяви, Мазда Ахура.


Приняв истинное учение, Тур (возможно, сак или скиф) из рода Фрийана (букв.: ‘Милого, Любимого, Приятного’) способствует процветанию мира и получает поддержку Ахура-Мазды.

46.13

Кто Спитаму

Заратуштру доблестно

среди смертных

ублажил, тот достоин,

Чтобы ему

мир даровал Ахура,

Ему живность

Благой умножит Мыслью,

Его с Истиной

добрым признаем другом.


Заратуштра обращается к слушателям с обещанием всех благ и помощи Ахура-Мазды тому, кто ублаготворяет, усердно и с готовностью служит пророку, следует его поучениям. Такого человека следует признать хорошим другом.

46.14

Заратуштра,

кто тебе праведный друг

Для большого…

Прославиться кто волен?

Вот он, кави

Виштаспа, будет участник.

Теми Тебе,

Мазда, словами, Ахура,

Их призову

Благой реченьями Мысли.


Кого же следует признать таким хорошим другом в первую очередь? – задаёт риторический вопрос Заратуштра и сам на него отвечает: разумеется, это царственный покровитель пророка вождь (кави) Виштаспа.

К нему обращусь с восхвалениями Ахура-Мазды и Благой Мысли.

46.15

Хаэчатаспы,

вам скажу, Спитамиды!

Как верного

отличить от неверного?

Теми себе

приобретёте Истину,

Что с первыми

законами ахуровскими…

(Одной строки нет…)


Обращение к потомкам Хаэчатаспы (предположительно – дед Заратуштры) и другим членам рода Спитама с призывом следовать законам Ахура-Мазды и обрести Истину.

Одной строки в этой строфе не хватает, поэтому конец призыва не совсем ясен. Полагают, что эта строфа свидетельствует о том, что члены семьи и рода пророка, первоначально отвергавшие его миссию, признали и приняли вероучение.

46.16

Фрашаоштра

Хвогва, ты с верными иди, С теми, кому

угодить оба желаем, Туда, куда

с Истиной Здравомыслье, Туда, Благой

Мыслью где Власть владеет, Туда, Мазда

где обитает Ахура,

46.17

Туда, где вам

провозглашу стихами

И не стихом,

о Джамаспа Хвогва,

Восхваленьем,

с послушаньем и охотой,

Как верного

от не-верного отличит, –

Своим умом

с Истиной Мазда Ахура.

46.16–17. Аналогичное обращение и призыв к двум представителям дружественного рода Хвогва – Фрашаоштре и Джамаспе, служившим Виштаспе.

46.18

Кто мне честен,

тому же всё лучшее,

Чем владею,

Благой обещаю Мысли,

Тому же вред,

кто нам вред причинит.

Мазда, вашу

с Истиной волю ублажая, –

Это моего

Разума и Мысли выбор.

46.19

По Истине

кто, правда, совершит

Мне, Заратуштре,

то, что всех чудеснее по воле,

Тому в награду

и обретенье после-бытия,

Вместе со всем…

две стельные коровы, –

Всё то, чему

Ты, Мазда, меня учишь.


Обещание всех благ последователям и вреда врагам в этой жизни, а также обретение блаженства в последующем бытии тому, кто действительно живёт по Истине. Спорным представляется понимание обещанных стельных (букв.: ‘плодящих, родящих’) коров как метафорическое обозначение неких духовных достижений. Последователи Заратуштры получат награду в «после-бытии».



Йасна 47

Эта краткая Гата посвящается Святому Духу, который упоминается во всех шести строфах (во второй строфе – «Святейший), состоящих из 4 строк, сложенных одиннадцатисложником с цезурой после 4-го слога: 4+7; 4+7 и т. д. Помимо Ахура-Мазды и Святого Духа, упоминаются также остальные шесть божественных сущностей, которые позднее формируют шесть Святых Бессмертных (Амеша-Спэнта).

47.1

С Духом Святым

и Лучшею Мыслию,

По Истине

с делами и словами,

Тому дадут

Бессмертие и Целость,

Мазда Властью,

Здравомыслием Ахура.


В первой строфе упоминаются все шесть Амеша-Спэнта. За дела и слова, совершённые в соответствии с Лучшей Мыслью и Истиной, Бессмертие и Целостность даруются Святым Духом, а также Властью Мазды, который является Ахурой (Господом) Здравомыслием.

47.2

Этого Духа

Святейшего лучшее

Языка речью,

с Благой вместе Мыслью,

Здравомыслья

руками дела вершит

Лишь Ученье:

«Он – отец Истины Мазда!»


Определение «Святейший» замещает здесь «Святой» в применении к Духу, который вместе с Благой Мыслью направляет речь языка и деяния рук к лучшему, к Здравомыслию и одному-единственному Учению, провозглашающему Мазду отцом Истины.

47.3

Этого Духа

Ты – Отец Святой,

Ты ему Скот,

радость дарящий, творил.

На пастбища

покой даст Здравомыслье,

Когда оно

с Благой, о Мазда, Мыслью.


Но одновременно Мазда и отец Святого Духа, которому посвящен Скот (букв.: ‘бык, корова’), дающий благоденствие и радость (ср. 44.6: «…в радость Скот плодящий»). Обеспечить мир и покой на пастбищах призвано Здравомыслие с Благой Мыслью.

47.4

Этого Духа

отвратится лживый

Святого, но

не праведный, о Мазда;

Бедный же муж

праведному приятен,

Богатый же

много зол к лживому.


Только праведные обращаются к Святому Духу, а приверженцы Лжи, напротив, отвращаются от него. Смысл двух последних строк заключается, очевидно, в том, что и бедные (букв.: ‘малые’), и богатые (букв.: ‘обильные’) праведные люди должны быть дружелюбны к праведным и враждебны к лживым. Поскольку существительные здесь в единственном числе, то адресатом доброго отношения и служения может быть и сам Ахура-Мазда, а отвержения и вражды – Злой Дух.

47.5

Этим Святым

Духом, о Мазда Ахура,

Праведному

обещал всё лучшее,

Но Твоего

участия лживый лишён

Из-за его

от Злой Мысли деяний.


Приверженцы Лжи лишены ублажения и благодати Святого Духа по своим делам, т.е. зло-деяниям, которые они совершают по своему зло-мыслию. Праведному же от Святого Духа предназначается всё лучшее.

47.6

Этим Святым

Духом, о Мазда Ахура,

Огнём Благим

дал двух участей долю,

Здравомысльем,

держащимся с Истиной, –

Так, что много

ищущих обратится.


Две участи, две посмертные участи души – райское блаженство праведным и адские муки лживым – Ахура-Мазда даёт Святым Духом и испытанием Благим Огнём. С помощью Здравомыслия сторонники Истины, стремящиеся к спасению, уверуют в Ахура-Мазду и обратятся к вероучению Заратуштры.



Йасна 48

Эта Гата посвящена изменению мира в результате торжества Истины и поражения сил Зла и Лжи и обновления мира. Значительная часть её содержит призывы к различению зла и добра, а завершается пророчеством о пришествии Спасителей. Явление Спасителя описывается в «Замйад-йаште» (Приложение 2). Но и до конца мира, благодаря усилиям верующих, можно противостоять лживым-неверующим, побеждать Зло.

12 строф сложены одиннадцатисложником по 4 строки с цезурой после 4-го (реже 5-го) слога: 4+7; 4+7 и т. д.

48.1

Если же так

Истиной Ложь победится,

Благодаря

словам провозглашения

Бессмертия

дэвами и смертными,

Тогда Твоё,

Ахура, спасенье возвеличат.


Провозглашая следование Истине, и дэвы и люди увеличивают хвалу Ахура-Мазде, утверждая наступление обещанного им спасения и победы Истины над Ложью. Возможно, что под дэвами в этой Гате, которую относят к самым ранним по сочинению, подразумеваются просто божества, а не злые демоны, которыми они становятся в последующей проповеди. Лживым божествам, дэвам, молятся приверженцы Лжи в более поздних частях Авесты (например, Йашт 14: «Бахрам-йашт» 54–56).

48.2

Скажи мне Ты,

всеведущий Ахура,

Прежде, чем то

возмездие постигнет,

Как праведный,

Мазда, победит лживого

И бытия

благие найдёт основы.


Заратуштра спрашивает Ахура-Мазду о том, сможет ли праведный победить лживого и установить благое устройство мира до того, как наступит конец мира, когда осуществится окончательное возмездие.

48.3

Вот принявшему –

лучшие поучения,

Что Ахура

научит по Истине, –

Святой знает

даже скрытые речи,

Твои, Мазда,

Благой разумом Мысли.


Святой Ахура-Мазда ведает всё, даже сокровенные, скрытые слова, и он открывает их тому, кто последует его наставлениям, примет учение Истины и Благой Мысли.

48.4

Кто даёт Мысль,

Мазда, лучшую – худшую,

Тот и Веру –

делами и словами,

И усладам

воли выбора следует

Твоим умом –

до конца, здесь и ныне.


Что же касается колеблющихся^ имеющих и благие, и дурные помыслы, то их слова и дела будут такими же – то добрыми, то злыми. Такова же будет и их Вера (даэна – совесть), пока они до конца не последуют выбору Ахура-Мазды, чтобы получить в награду блаженство в конце мира.

48.5

Добровластные

пусть нами правят – не злые,

С Благим Ученьем,

делами Здравомыслья!

Очисть смертным

в рождении лучшее,

Скоту – уход,

нам его в пищу вскорми!


Призыв Заратуштры обращен к власти, которая должна принадлежать добрым (букв.: ‘добро-властным’), а не злым и лживым (букв.: ‘дурно-властным’). Власть же должна руководствоваться Благим Учением и Здравомыслием. В таком случае, людям будет хорошо в этой жизни, и они смогут взращивать скот, предназначенный смертным в пищу, в своё пропитание.

48.6

Скот достаток

даст и долговечность,

Могущество,

Благой Мысли любимцу;

Скоту с Истиной

растенья взрастит Мазда

Пусть Ахура

с бытия рождения.


Следующим Благой Мысли скот даёт благоденствие, силу и постоянство, а для скота пусть Ахура-Мазда выращивает растения с самого начала бытия мира. Растения предназначаются в корм скоту, а скот – в пищу смертным людям. Обязанность людей – вскармливать Благую Мысль с Истиной.

48.7

Да низложат

Ярость и насилие!

Кто к Благой

прилепился Мысли,

По Истине

того друг – муж святой,

А обитель –

в Твоём дому, Ахура.


Пророк призывает уничтожить жестокость и насилие, разбой и угон скота, следовать благомыслию и Истине. Местопребыванием друзей такого святого мужа будет тогда Обитель Ахура-Мазды – райское блаженство.

48.8

В чём, о Мазда,

Благой Власти владенье?

Награда мне

Твоя какая, Ахура?

Какое дашь

признание Ты Мысли

Приверженцам

Благой деяниями?


Риторические вопросы, задаваемые Заратуштрой Ахура-Мазде, лишь подтверждают, что по своей Благой Власти он обещает награду в поощрение последователям Благой Мысли, согласно содеянному ими.

48.9

Когда узнаю,

Ты властен ли, о Мазда,

Над теми, кто

по Истине мне страшен?

Прямо скажи,

Благой слова Мысли,

Пусть Спаситель

знает о своей награде.


Заратуштра продолжает вопрошать Ахура-Мазду, стремясь обеспечить себе защиту от противников и узнать о грядущей участи и вознаграждении Спасителей мира.

48.10

Когда, о Мазда,

усвоят воины заветы

И прекратят

того единства пакость,

Чем злые

карапаны и стран вожди

С ума сбивают…


В этой строфе под «пакостью» (букв., возможно: ‘моча, грязь’) видят осуждение употребления одурманивающих снадобий и обильных жертвоприношений, практиковавшихся жрецами каких-то культов. Подразумевается, может быть, не «союз, единство», а «опьянение». В целом смысл строфы неясен.

48.11

Когда, о Мазда,

с Истиной и Здравомысльем

Властно придёт

житью и травам изобилье?

Кто от лжецов

кровавых даст покой?

Кому Благой

придёт Ученье Мысли?

48.12

И вот придут

Спасители тех стран,

Что знанию

Благой следуют Мысли,

Деяньями

Истины Твоих, о Мазда, слов,

Данных Тобой

Ярости для подавленья.


Продолжение риторических вопросов, ответ на которые содержится в следующей строфе: изобилие пастбищ и благоденствие скота и смертных, освобождение от насилия и кровопролития и утверждение Благого Учения придёт с пришествием Спасителей, которые следуют Благой Мысли и Истине, они помогут победить все проявления Ярости и довершить обновление мира.



Йасна 49

В первых двух строфах упоминается, будто бы некий «главарь» (букв.: ‘величайший’) Бэндва, видимо, некий вождь или враждебный правитель, присвоивший урожай (этимологически «ячмень», «ячменное»).

Далее пророк осуждает своих вредоносных противников и восхваляет единомышленников, последовавших вероучению. Первых ждёт награда, а вторых ожидает возмездие в виде адских мук.

В 12 строфах по четыре строки размер в основном 4+7; 4+7 и т. д. (единичные строки: 3+7; 3+8).

49.1

Моё жито

главарь похитил Бэндва,

Негодного

пытался ублажить

Я Истиной.

Приди на помощь, Мазда, –

Ему с Благой

дай Мыслию погибель.


Похитившего «ячменное» (или же насытившегося «ячменным», понимают и как «пиво») Бэндву, пророк напрасно вразумлял, призывая принять Истину. Теперь он просит Мазду наслать на него смерть.

49.2

Так Бэндва мне

зловерный замышляет,

От Истины

вероучитель лживый,

Не со Святым

бывает Здравомысльем,

И не с Благой

в совете, Мазда, Мыслью.


Но лживый Бэндва упорствует в своём злонравии и кознях против Заратуштры. Он отвергает как Святое Здравомыслие, так и Благую Мысль, не желает общения с ними.

49.3

Поэтому

дан выбор мне, о Мазда,

От Истины –

спасенье, вред – от Лжи.

Так с Мыслию

Благой ищу единства,

Общенья всех

мерзавцев отрекаясь.


Заратуштра, сделавший выбор в пользу Истины и отвергший Ложь, предрекает блаженство и спасение тем, кто принял Истину, а лживым – ущерб и гибель. Пророк соединяется с Благой Мыслью и отказывается от общения с лживыми:

49.4

Те злобные,

питающие Ярость

Среди не-пастырей

своими языками,

Чьи добрые

дела дурных не больше,

И дэвам их

дана, мерзавцев, вера.


С теми, кто вместо разведения и пастьбы скота предаётся разбою и злоречию, чьи добрые дела не перевешивают злые, чья Вера (даэна) отдана злым силам и принадлежит лживым божествам, кто поклоняется демонам-дэвам.

49.5

Но, Мазда, тот,

кто с жаром же и жиром

Соединил

с Благою Мыслью Веру

И Истину

со Здравомысльем знает, –

Такие все –

в Твоей, Ахура, Власти.


Первую строку понимают и переводят по-разному («с молоком», «с маслом», «изобилием» и др.). Возможно, здесь содержится призыв соединить молитвенный пыл с жертвенным жиром (возливаемым в огонь: в священный огонь полагается класть сухие дрова и благовония от мира растений, а от животных – масло). Взращивающие скот и соединившие в себе Благую Мысль и Веру со Здравомыслием и Истиной, пребывают во Власти (Царстве) Ахура-Мазды.

49.6

Взываю к вам,

о Истина, о Мазда,

Промолвите

в уме такие мысли:

Как различим

и правильно услышим

Ту Веру, что,

Ахура, будет вашей?

49.7

С Благою пусть

услышат Мыслью, Мазда!

И с Истиной

послушай ты, Ахура!

Как племенем,

как родом по законам

Общине нам

снискать благую славу?

49.6–7. Пророк просит Истину и Мазду указать ему способы различения Благой Веры, так, чтобы он смог повести за собой род (семью), племя и всю общину (селение) к благой славе и признанию.

49.8

Фрашаоштре

счастливое единство

Дай с Истиной,

прошу тебя, о Мазда, –

Мне тоже – что

в Благой Твоей во Власти,

Чтоб на века

ближайшими мы стали.

Заратуштра просит дать своему зятю Фрашаоштре и ему единение с Истиной, чтобы им обоим быть самыми близкими («первейшими и лучшими») к Ахура-Мазде.

49.9

Услышите

к спасенью поученье:

Правдивому

союза нет со лживым,

Сопряжена

награда с лучшей Верой

И с Истиной –

возмездье, о Джамаспа.


Упоминается брат Фрашаоштры – Джамаспа, согласно легендарной традиции, советник царя Виштаспы, которому внушается избегать лживых, следовать вероучению Пророка в ожидании награды и воздаяния в соответствии с Истиной.

49.10

И Ты хранишь,

в Твоём Дому, о Мазда,

Благую Мысль

и праведников души,

С молитвами

и пылом, Здравомысльем,

Всевластием

и прочным постоянством.


Дом Ахура-Мазды – это Рай, Дом Хвалы, в котором души праведников пребывают вечно в окружении благих божеств в награду за усердные молитвы и следование Благой Мысли и Здравомыслию.

49.11

Зло-властные,

злодеи, злоречивцы,

Зло-верные,

зло-мыслые мерзавцы –

К дурной еде

придут навстречу души

Их, в Доме Лжи

взаправду став гостями.


Приверженцам же Зла, за их злые мысли, слова и дела, предназначен Ад – Дом Лжи. Там их души будут мучиться, в том числе и плохой (букв.: ‘злой’) пищей.

49.12

А мне Ты как

по Истине дашь помощь,

Зовущему

Тебя с Благою Мыслью,

Молящему

Тебя и в славословьях

Просящему

о лучшем в вашей власти?


Себе же Заратуштра просит самое лучшее из того, что может дать Ахура-Мазда, в вознаграждение за свои молитвы и славословья – Власть Истины и Благой Мысли.



Йасна 50

Эта Гата, возможно, относится к самым первым и ранним по времени сочинения. Её отличают некоторые индоиранские (протоарийские?) мотивы, встречаются выражения, напоминающие ведические (относящиеся к гонкам на колесницах). Заратуштра, признавая своё бессилие, призывает Ахура-Мазду защитить его и оказать ему помощь: даровать как материальные блага (обилие скота и пастбищ), так и духовные – вдохновенный дар пророчества.

11 строф сложены одиннадцатисложником с цезурой после 4-го слога: 4+7 и т. д.

50.1

Моей душе

достанется ли помощь?

Кто мелкий скот,

меня кто защитит?

По Истине

лишь, Мазда, ты, Ахура, –

Явись скорей

с Блаженнейшею Мыслью.


Под душой здесь имеется в виду бессмертная, вечная душа (авест. urvan-), существовавшая всегда – и до и после рождения человека.

Заратуштра взывает к Истине и к (Благой) Мысли, которая в данном случае сопровождается эпитетом Лучшая (авест. vahista-), что может свидетельствовать о не совсем ещё устоявшейся терминологии.

50.2

О Мазда, где

скот изобильный взять,

Чтобы ему

богатство пастбищ было? Средь праведно

живущих много ль тех, Кого принять /…?/

прими же справедливо.


Если в первой строфе упоминался скот мелкий (авест. pasu-), то в данной строфе речь идет о крупном скоте (корове, быке). Далее следует неясный оборот, в котором может фигурировать «солнце» (дословно, возможно: ‘живущие под солнцем’, ‘заслоняющие солнце’?), и просьба принять праведных по справедливости.

50.3

И пусть ему,

о Мазда, достаётся

По Власти Мысль

Благая с обещаньем,

Награды, что

он силою взрастит,

Чтобы скорей

добро отдал мерзавец.


Награда – Аши (авест. aši-, этимологически arti-) ‘воздаяние, достижение, вознаграждение (за благочестие), полученное по заслугам’. Заратуштра часто обращается к этому понятию (им самим введённому?). Позднее слово «Благая» стало постоянным эпитетом богини Аши, дающей благоденствие и счастье и воспринимавшейся в античное время как ипостась греческой Тихэ или римской Фортуны. Благой Аши посвящен один из авестийских гимнов (Йашт 17: «Ард-йашт»).

В последних строках говорится, видимо, о скоте, захваченном разбоем мерзавцами – приверженцами Зла.

50.4

Вам помолюсь,

о Мазда, славословьем

И с Истиной,

с Блаженнейшею Мыслью,

И с Властью той,

с которой встав на путь,

В Дому Хвалы

да буду я услышан.


Следующие строфы посвящены обещанию молиться Ахура-Мазде и прославлять Истину, Благую (здесь еще «лучшую, блаженнейшую») Мысль и Власть, что позволит Пророку быть услышанным в Раю («Дому Хвалы, Восхвалений» – так называется зороастрийский Рай, в котором пребывает Ахура-Мазда в окружении благих божеств и душ усопших праведников).

50.5

О Мазда, пусть

по Истине, Ахура,

Поскольку вы

к Пророку благосклонны,

Мне видимо

появится поддержка

Из ваших рук,

дарующих блаженство.


Заратуштра именует самого себя Пророком – прорицателем (авест. mąθran-), слагающим мантры. За усердные молитвы и славословия Пророк рассчитывает получить помощь в достижении райского блаженства, благоденствия и благополучия непосредственно из рук Ахура-Мазды (букв.: ‘посланную руками’).

50.6

Пророк же свой

возвысит голос, Мазда!

Друг Истины

в молитве – Заратуштра.

Творец ума

язык, как колесницу,

На путь прямой

Благой направит Мыслью.


Под Творцом ума (или «Подателем ума») подразумевается, очевидно, Ахура-Мазда.

Язык, как колесницу, – точнее: «как колесничий [колесницу]…» Имеется в виду: пусть направит молитву с языка так же прямо и стремительно, как колесничий управляет на гонках колесницей, устремляя её к цели (см. комментарий к Йасна 28.10; 30.10).

50.7

Да запрягу

быстрейших скакунов,

Победы чьи –

вам похвала и слава,

По Истине,

о Мазда, с Благой Мыслью

Готовы ли

мне, сильные, на помощь!


В колесницу впрягается несколько лошадей, победа в состязаниях приносит «широкую славу». Скакунами метафорически могут называться молитвословия, которые быстры и сильны благодаря Истине и Благой Мысли.

50.8

Шагами к вам

обилия приближусь,

О Мазда, и

воздетыми руками,

И с Истиной

и с преданной молитвой,

С умением,

от Мысли что Благой.


Шагами… обилия… – подразумеваются обильные жертвы, что находит и ведические подтверждения, но здесь, видимо, это такой же традиционный штамп, как и следующий:

Воздетыми руками – простёртые вверх в молитве руки становятся настолько привычным штампом, что «вздевая руки» молится даже корова в «Михр-йаште», см. комментарий к Йасна 28.1.

Полагают, что Заратуштра ратовал за прекращение излишних жертвоприношений, выступал против «языческих» буйств и излишеств, призывая к духовному служению. Он мог, однако, использовать старые привычные штампы в своих мантрах-изречениях.

50.9

В служении

приду к вам, славословя,

По Истине

с Благой делами Мысли –

Наградой мне

по моему желанью,

Прозрением

да будет обладанье.


Пророк служит Ахура-Мазде и молитвой, и делами, которые совершаются по Благой Мысли, т.е. и мыслью, и словами, и делами. В вознаграждение он достигает прозрения (перевод условный, этимологически ‘хорошо-видение’ или ‘добро-знание’, авест. hu-dānu-, возможен и перевод ‘сообразительность, хорошее понимание’).

50.10

Те совершу

и прочие деянья,

Что по Благой

глазам достойны Мысли.

Свет солнца и

небесный бык блестящий –

Вам с Истиной

хвала, Ахура, Мазда.


Небесный бык – видимо, Луна или иное небесное светило, ср. комментарий к Йасна 46.3.

50.11

Хвалителем

да буду вам, о Мазда!

Пока смогу

и с Истиной сумею.

Создавший мир

Благою двинет Мыслью

По воле нам

первейшим воплощенье.


Заратуштра обещает по мере своих сил восхвалять Ахура-Мазду, и тогда Творец мира осуществит, буквально, «самое наи-первейшее, самое впереди всего», т.е. «конечное, окончательное», «самое истинно-совершаемое» – воскрешение, осуществление обновленья мироздания в конце бытия мира: уничтожение Лжи и воцарение Истины.



Йасна 51

Эта Гата обычно относится к числу позднейших, посвящена она в основном Власти Желанной (Милой), ведущей к Спасению. Заратуштра призывает приход Власти, которая доставит праведным счастье. Главным путём к Спасению служит правильная молитва. Упоминаются недруги и друзья Пророка.

В этой Гате 22 строфы, каждая строфа состоит из трёх строк по 14 слогов, разделённых цезурой посередине: 7+7, 7+7 и т. д.

51.1

Власть благую Милую,

счастье приносящую,

Жажду устанавливать

с Истиною Лучшей,

Мазда, я деяньями

ныне нам вершить.


Добрая, благая Власть приносит счастье, букв.: ‘долю’; досл.: ‘долю, наиболее приносящую’. Власть Пророк усердно стремится утвердить деяниями Истины.

51.2

Вы сперва, о Мазда,

о Ахура, с Истиной,

Ты же, Здравомыслие,

укажи мне Власть

Вашу с Благой Мыслью,

для хвалы к Спасенью.


К обладанию такой Властью могут привести Ахура-Мазда с Благой Мыслью, Истиной и Здравомыслием. Тому, кто их восхваляет и молится им, уготовано Спасение – обновление мироздания, воскрешение, воплощение Добра и Истины, уничтожение Лжи и Зла.

51.3

Уши ваши внемлют

тем, кто делом служит:

Ты по Истине Ахура

и Благой словам по Мысли,

Ты, который самый первый,

Мазда – всем наставник.


Пусть Ахура-Мазда внимает молитвам тех, кто усердно служит, ведь он самый первый учитель и предводитель по Истине и в Благой Мысли.

51.4

Где, скажи, конец мученьям

и страданиям прощенье?

Где же Истины достигнут

и Святого Здравомыслья?

Где обитель Мысли лучшей?

Где твои владенья, Мазда?


Ответ на все задаваемые в этой строфе вопросы очевиден: это Рай, Обитель Ахура-Мазды.

51.5

Всё тебя я вопрошаю:

как по Истине обрящет Пастырь

Скот деяньем правым

и с молением – разумный,

Установленным сужденьям

и двум участям подвластный.


Под обретением Скота может пониматься и обретение праведником Благой Мысли. Две участи или доли – это наказание или вознаграждение по совокупности мыслей, слов и дел – добрых или дурных – при посмертном суде над душой усопшего и при Суде в конце мироздания.

51.6

Тем дать лучшее, чем Благо,

кто готов на верный выбор,

Сам Ахура властен Мазда;

а другим, что зла похуже,

Кто Ему не подчинится

при конце последнем мира.


Ахура-Мазда даёт праведным, делающим правильный выбор между Добром и Злом, самое лучшее, то, что, букв.: ‘лучше лучшего’. Приверженцы Зла получат самое худшее, букв.: ‘зла злее’, т.е. наказание в конце жизни и в конце мира, «при последнем повороте бытия», т.е. либо при суде над отдельной душой усопшего, либо в конце всего мироздания, при воскрешении и воцарении Добра и Истины.

51.7

Даруй мне, Скота создатель,

Воды и Растенья давший,

И Бессмертие и Целость,

о, Святейший Духом, Мазда!

Силу и неколебимость

по Благой по Мысли в Слове.


Создатель Скота – Творец Ахура-Мазда.

Водам и Растениям покровительствуют два Бессмертных Святых – Целост(ност)ь и Бессмертие.

Дух Святейший (авест. mainyu-spaništa-) присущ Ахура-Мазде. Святому Духу противоположен Злой Дух – Ахриман, противник Ахура-Мазды. Слово – в данном случае упоминается не Слово-изречение (авест. mąθra-), а Слово-провозглашение (авест. sənha-), т.е., возможно, приговор при суде над душой усопшего.

51.8

И тогда провозглашу я,

Знающему муж промолвит:

И о том, что Зло мерзавцу,

и что праведным желанно, –

Будет счастлив прорицатель

если знающему молвит,


Знающий – эпитет Ахура-Мазды и одновременно обращение к «познавшему», последователю пророка-прорицателя – Заратуштры, который разъясняет своим приверженцам, какая судьба ожидает праведников и грешников.

51.9

Что возмездие двойное,

Мазда, дал огнём ты красным

И расплавленным металлом

в мире в ознаменованье –

Для погибели мерзавца,

праведному ко спасенью.


Возмездие двойное – ср. выше: две участи (51.5).

Расплавленным металлом в конце света будут сожжены приверженцы Лжи и злые демоны-дэвы. Для праведников же поток плавящегося металла, как поясняется в позднейших зороастрийских сочинениях, покажется парным молоком.

51.10

Тот же, кто мне досаждает

злом каким-нибудь, о Мазда,

Он – творенья Лжи отродье

и злодей для всех живущих.

Я же к Истине взываю

и Благому Воздаянью.


Пророк предупреждает о неминуемом наказании для всех, кто замышляет зло и вредит ему, поскольку он сам призывает на помощь Истину и Благое Воздаяние (Благую Аши, ср. выше комментарий к 50.3).

51.11

Кто же друг Спитаме, Мазда?

Заратуштре кто союзник?

Кто и с Истиной в совете,

с кем Святое Здравомыслье?

Кто же Мыслию Благою

признан верным для союза?


Заратуштра просит Ахура-Мазду указать ему друзей и союзников, которые так же, как и он сам, следуют Истине и Благой Мысли, на кого можно положиться и на чью помощь можно рассчитывать.

51.12

То не тот подлец кавийский,

у моста не приютивший

Заратуштру, как зимою

прибыл он туда посланцем:

Он и два его животных,

что замёрзли и продрогли.

Пророк вспоминает о каком-то конкретном случае, когда ему отказал в гостеприимстве враждебный Кави (так именуются как враги вероучения, так и династия царей, принявших веру Заратуштры – Кеяниды «Шахнаме». Авест. kavi- родственно русскому «чуять» и, по-видимому, обозначало вождя-жреца, провидца и поэта).

Мост – возможно и значение ‘проход, переправа, перевал’. Возможно понимание и «зимой», и «земляной». В следующей строфе упоминается уже мост (переправа) на тот свет, где этого лжеца ждёт заслуженное наказание.

Животные – кажется, имеются в виду вьючные животные.

51.13

Так мерзавец ошибётся

в Вере правильной взаправду

И душою содрогнётся

на Мосту Чинват за злое,

Что творил и говорил он,

сбившись с Истины пути.


Вера, Добрая Вера – правильная, зороастрийская религия (авест. daēna-).

Мост Чинват (авест. činvant- ‘разделяющий, разлучающий’ или ‘собирающий, строящий’?) – мост (переправа), по которому проходят на тот свет души усопших. Для душ праведников он широк и просторен и ведёт в Рай, а для грешников становится острым, как лезвие, и души их падают в преисподнюю, во владения Злого Духа и дэвов.

51.14

Не друзья и карапаны:

право пастбищ нарушая,

Подвергают скот мученьям

по делам своим и речи,

Тем речам, что напоследок

приведёт их в Лжи Обитель.


Карапаны – враги учения, возможно, враждебные жрецы (авест. karapan- этимологически, вероятно, что-то вроде букв.: ‘бормотатели’).

Обитель Лжи, или Дом Зла – так называется Ад.

51.15

Заратуштра обещает

всем союзникам награду:

Дом Хвалы, Ахура Мазда

первым будет там вначале,

Вы – по Истине и Мысли по

Благой и ко спасенью.


Сторонников же Заратуштры ждёт Рай –Дом Хвалы, в котором царит Ахура-Мазда в окружении благих божеств и удостоившихся этой награды праведников.

51.16

Так достиг Кави-Виштаспа

с Властью этого союза,

С Мыслию Благой вступая

на путь Истины Ученья:

«Пусть святой Мазда Ахура

нам по воле совершает!»


Кави-Виштаспа – первый царь покровитель Заратуштры и распространитель его Учения.

51.17

Фрашаоштра так любезный

сам себя мне посвящает,

Чтобы ради Доброй Веры

самого себя отдать.

Властен Мазды он Ахуры

Истины достичь владенья.


Фрашаоштра – из рода Хвова, брат Джамаспы – советника царя Виштаспы. Он – один из первых последователей Заратуштры, стал его тестем. Строфа эта, как полагают, может указывать на женитьбу Заратуштры на дочери Фра-шаоштры (свадьбе дочери пророка и Джамаспы посвящена следующая Гата).

51.18

Умудрённый же Джамаспа,

Обрести желая хварно,

Во власть Истины вверяясь

Мыслью завладел Благою.

Так подай мне ты, Ахура,

им свою поддержку, Мазда!


Джамаспа – мудрый советник Виштаспы, принявший Веру.

Хварно – харизма, божественная субстанция, обладание которой даёт счастье и могущество. Завладевший хварно (позднее – фарр) становится царём Ирана. Хварно посвящён один из авестийских гимнов (Йашт 19).

51.19

Ты же, о Мадиоманха

Спитамид! Предался

Вере и Познанью

Бытия, что будет лучшим,

По законам Мазды молвил

жизни нынешней деянья.


Мадиоманха – двоюродный брат Заратуштры из того же рода Спитама – первый и единственный последователь пророка «в своём отечестве».

Лучшее Бытие – подразумевается Рай.

51.20

Вот вы, что единогласны,

все нам даруйте спасенье

С Истиной, Благою Мыслью

со словами Здравомыслья –

Почитающим в молитвах

Мазда дарует поддержку.


Единогласные – призываются Бессмертные Святые: Благая Мысль, Лучшая Истина, Святое Здравомыслие, Желанная Власть, Целост(ност)ь и Бессмертие.

51.21

Здравомыслием свят муж,

словом, делом и Ученьем,

Верой Истину усилит,

и Благою Мыслью властью

Мазда даст ему Ахура Воздаяние Благое.


Воздаяние Благое – Благая Аши (50.3).

51.22

Что по Истине по лучшей

почитать мне – знает Мазда

И Ахура: всех и бывших

их и сущих почитаю

Поименною молитвой,

припадая к ним с любовью.


Эта строфа напоминает одну из самых почитаемых и употребительных молитв, которой завершаются все разделы авестийских гимнов:

Молитвы тем приносим,

Кому признал молиться

Ахура-Мазда благом.



Йасна 53

Есть некоторые сомнения относительно авторства этой Гаты, произнесённой по поводу свадьбы младшей дочери Заратуштры, которую зовут Поуручиста (букв.: ‘Полная разумения’), и, предположительно, мудрого Джамаспы, а также, видимо, еще нескольких пар (ср.: 53.5). Иногда её именуют «Свадебной».

В этой Гате 9 строф, каждая из четырёх строк: первые две по 12 слогов, вторые – по 19, с цезурами, как правило, после первых 7 слогов (7+5;7+5;7+7+5;7+7+5ит. д.).

53.1

Лучшее стремление

Заратуштры то,

Чтоб ему, Спитаме,

удачу б дал

По Истине Ахура

Мазда и вечное

блаженство,

И тем, кто вместе с ним

идёт по Вере Доброй

словами и делами.


Упоминание самого Заратуштры как получающего «блаженство навеки» может свидетельствовать в пользу того, что не пророк сложил эту Гату.

53.2

Вот пусть они последуют

словами и делами,

Служа молитвой Мазде,

готовые к хвале:

Виштаспа-Кави с сыном Спитамы Заратуштры

и Фрашаоштра с ним –

Прямо путями Веры

Спасителя, как

даровал Ахура.


Старшего сына Заратуштры зовут Исат-вастра, досл.: ‘Ищущий пастбищ’.

Спаситель – (авест. saošyant-) грядущие Спасители, сыновья Заратуштры, должны родиться от семени пророка, чудесным образом хранящегося в озере Кансава (озеро Хамун в Систане), когда в нём искупается девушка по имени Виспатаурвари (‘Всепобеждающая’). Явление первого из них Астват-Эрэта (‘Воплотивший Истину’) описывается в гимне «Хварно» (Йашт 19, Приложение 2).

53.3

Он и, Поуручиста, ты,

Хаэчатаспана,

Младшая Спитамы

Заратуштры дочь,

По Благой по Мысли

с Истиною Мазды

заключат союз;

С разумом в согласии

и со Здравомыслием

доброе верши.


Хаэчатаспана – младшая дочь пророка по матери происходит из семьи Хаэчат-аспа (досл.: ‘с изливающимися [семенем?] конями’).

Он – видимо, Джамаспа.

53.4

Окружи ты ревностно

так его заботой,

Как отца и мужа,

всех людей семьи,

Праведная праведных,

и Благой по Мысли

лучезарный плод…/?/

Мазда даст Ахура

ради Доброй Веры

на века на все.


Ты – обращение к Поуручисте, его – Джамаспу. Наставление будущей жене, как надо вести себя с мужем, чтобы получить достойную награду.

53.5

Поученья уводимым

девушкам скажу,

Вы, их уводящие,

помните в уме:

Верой познавайте,

достигая жизни

Мысли по Благой,

Истиной друг друга

вы превосходите

для награды доброй.


Видимо, действительно имеется в виду коллективное бракосочетание. Такие обряды коллективных свадеб до сих пор совершаются во многих странах Востока (Индии, Китае).

Достигая жизни – т.е. инобытия, райского блаженства.

53.6

Так, мужи, поистине,

тоже, вы, о жёны,

Видя Лжи приверженца

преуспевшим, но

…/?/

от него возьмётся

это прочь и

В стонах, с пищею дурной,

счастия лишится,

Лживый, извративший

Истину, и с ними

сгинете и вы.


Предупреждение тем, кто сомневается в неизбежности наказания для лживых, и тем, кто, видя лжецов преуспевшими, будет следовать их образу жизни здесь. Приверженцев лжи, несомненно, ждут адские муки и стенания. Понимание третьей строки затруднительно, видимо, в связи с искажением текста.

53.7

Вам награда будет

этого союза,

Пока страсть вернейшая

в основанье тел,

Там, где дух мерзавца

прочь и вниз гоним

и уничтожаем, –

Но союз покиньте,

и вам стоны будут

напоследок речью.


Во второй строке действительно упоминаются нижние части тела, видимо, зад и бёдра (круп?), но вряд ли следует понимать так физиологически, как перевёл как-то X. Хумбах: The most faithful one will yoke (his) penis at the bottom of the (female) thighs… [Humbach 1999, S. 194].

Конская запряжка может, впрочем, сравниваться с искусством слова (ср.: Йасна 28.10; 30.10; 50.6). Перевод условен, может быть, речь идёт просто об устойчивости тела на земле.

53.8

Будут все злодеи

в заблужденье и,

Преданы погибели,

громко возопят.

Добрым управителям

от убийц спокойствие

дастся поселениям;

Им же величайшие

смертными оковами –

муки поскорей.


В этой строфе предрекаются гибель и наказание для злодеев, которые будут громко вопить от уготованных им мучений. Добрые правители, уничтожая приверженцев Лжи, принесут спокойствие и благоденствие селениям праведников.

53.9

От неверующих – порча,

убывание и тьма,

Жадных Истины рушителей

прокляты тела.

Где ты, праведный Ахура, –

жизнь у них отнять

и вольность?

Это, Мазда, в твоей власти –

тем убогим, что честны,

лучшее отдать.


Прокляты тела – разрушители Истины не подлежат воскрешению. Ахура-Мазда накажет злых нечестивых и наградит добрых благочестивых, в первую очередь бедных убогих (авест. drigu-) – это слово стало источником персидского darvēš ‘дервиш’. Под лучшим имеется в виду Лучшее бытие, т.е. Рай и грядущее воскрешение.



Йасна 54. Заключительная молитва

54.1

Арйаман, приди, желанный,

В помощь людям Заратуштры

И Благой на помощь Мысли,

Заслужить награду Веры,

Истины то воздаянье,

Что назначено Ахурой.


Этой краткою молитвой, обращенной, видимо, к племенному божеству ариев Арйаману (примерно, «арйа-мыслый», т.е. мыслящий о племени, покровитель народа?), завершаются Гаты Заратуштры.

Этим заключительным строкам может следовать и краткая строфа, явно позднего происхождения, составленная из стандарных призывов к божествам и кратких молитв:

54.2

Арйаману желанному молимся,

Могучему, победному, непобедимому,

Величайшему Истины прославлению.

Гатам святым, главо-властным,

Праведным молимся.

«Хвале-поклонению» молимся,

Которые законы бытия первейшие.

«Сущим тем,

кого в молитве

Мазда знал

Ахура лучше, –

Их по Истине мы молим».


Высказывается пожелание: для того, чтобы молитвы были приняты, – молитесь тем, кому велит Ахура-Мазда!

Приложения

В Приложениях приводятся фрагменты из Авесты, на которые есть ссылки в комментариях к переводу Гат.

Приложение 1. Видевдат. Фрагард 2

[Миф о Йиме]

1. Спросил Заратуштра Ахура-Мазду:

«Ахура-Мазда, Дух Святейший, Творец плотского мира, праведный, с кем первым из смертных говорил ты, Ахура-Мазда, кроме меня, Заратуштры? Кого наставлял ты Вере ахуровской, заратуштровской?»

2. И так молвил Ахура-Мазда:

«С Йимой прекрасным, владетелем добрых стад, о праведный Заратуштра. С ним первым из смертных говорил я, Ахура-Мазда, кроме тебя, Заратуштры. Его наставлял в Вере ахуровской, заратуштровской».

3. Так сказал ему, о Заратуштра, я, Ахура-Мазда:

«Стань для меня, о Йима прекрасный, сын Вивахванта, Вере хранителем и носителем».

Но так ответил мне на это Йима прекрасный, о Заратуштра: «Не создан я и не обучен хранить и нести Веру».

4. И тогда ему, о Заратуштра, сказал я, Ахура-Мазда:

«Если ты не станешь для меня, о Йима, хранящим и несущим Веру, то ты мне мир приумножай, ты мне мир взращивай! Ты стань мира защитником, хранителем и наставником!»

5. И так ответил мне на это Йима прекрасный, о Заратуштра:

«Я тебе мир приумножу, я тебе мир взращу, я стану мира защитником, хранителем и наставником. Не будет при моём царстве ни холодного ветра, ни знойного, ни боли, ни смерти».

6. И тогда два орудия дал ему я, Ахура-Мазда: золотой рог и кнут, украшенный золотом[3].

7. Йиме принадлежат два царства[4].

8. И вот царству Йимы триста зим настало. И тогда эта земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находили места крупный и мелкий скот и люди.

9. И тогда оповестил я Йиму:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, наполнилась эта земля мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находят места мелкий и крупный скот и люди».

10. Тогда Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца[5]. Он этой земле дунул[6] в золотой рог и провёл по ней кнутом, говоря:

«Милая Спэнта-Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!»

11. Вот так Йима эту землю раздвинул на одну треть больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось.

12. И вот царству Йимы шестьсот зим настало. И тогда эта земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находили места крупный и мелкий скот и люди.

13. И тогда оповестил я Йиму:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, наполнилась эта земля мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находят места мелкий и крупный скот и люди».

14. Тогда Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца. Он этой земле дунул в золотой рог и провёл по ней кнутом, говоря:

«Милая Спэнта-Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!»

15. Вот так Йима эту землю раздвинул на две трети больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось.

16. И вот царству Йимы девятьсот зим настало. И тогда эта земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находили места крупный и мелкий скот и люди.

17. И тогда оповестил я Йиму:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, наполнилась эта земля мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находят места мелкий и крупный скот и люди».

18. Тогда Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца. Он этой земле дунул в золотой рог и провёл по ней кнутом, говоря:

«Милая Спэнта-Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!»

19. Вот так Йима эту землю раздвинул на две трети больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось.

20. Собрание устроил Творец Ахура-Мазда вместе с небесными божествами на славном Арйанам-Ваэджа у Вахви-Датии. Собрание устроил Йима великолепный, владетель добрых стад, вместе с лучшими смертными на славном Арйанам-Ваэджа у Вахви-Датии.

21. На это собрание пришёл он, Творец Ахура-Мазда, вместе с небесными божествами на славном Арйанам-Ваэджа у Вахви-Датии. На это собрание пришёл он, Йима великолепный, владетель добрых стад, вместе с лучшими смертными на славном Арйанам-Ваэджа у Вахви-Датии.

22. Так сказал Ахура-Мазда Йиме:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, на этот злой плотский мир придут зимы, а от них сильный смертельный холод. На этот плотский злой мир придут зимы, и сначала тучи снега выпадут снегом на высочайших горах на глубину Ардви.

23. Третья же часть, о Йима, скота останется в живых в ужаснейших местах, которые на вершинах гор или в долинах рек в крепких жилищах.

24. Перед зимой будут расти травы этой страны, потом из-за таяния снегов потекут воды, и чудом, о Йима, для плотского мира покажется, если увидят где след овцы.

25. И ты сделай Вар[7] размером в бег[8] на все четыре стороны и принеси туда семя мелкого и крупного скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. Сделай же Вар размером в бег на все четыре стороны для жилья людей и размером в бег на все четыре стороны для помещения скота.

26. Там воду проведи по пути длиною в хатру, там устрой луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, там построй дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ограды.

27. Туда принеси семя всех самцов и самок, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие. Туда принеси семя всех родов скота, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие.

28. Туда принеси семя всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие. Туда принеси семя всех снедей, которые на этой земле вкуснейшие и благовоннейшие. И всех сделай по паре, пока люди пребывают в Варе.

29. Пусть там не будет ни горбатых спереди, ни горбатых сзади, ни увечных, ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни порочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокажённых, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые служат отметинами Анхра-Манйу, наложенными на смертных.

30. В переднем круге [Вара] сделай девять проходов, в среднем – шесть, во внутреннем – три. В проходы переднего принеси семя тысячи мужчин и женщин, среднего – шестисот, внутреннего – трёхсот. Сгони их в Вар золотым рогом и закрепи Вар дверью-окном, освещаемым изнутри[9]».

31. Так подумал Йима:

«Как же я Вар сделаю, о котором сказал мне Ахура-Мазда?» И тогда сказал Ахура-Мазда Йиме:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, топчи землю пятками и мни руками так, как люди лепят намокшую землю».

32. И вот Йима сделал так, как хотел от него Ахура-Мазда: он топтал землю пятками и мял руками так, как люди лепят намокшую землю.

33. И вот Йима сделал Вар размером в бег на все четыре стороны и принёс туда семя мелкого и крупного скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. И Йима сделал Вар размером в бег на все четыре стороны для жилья людей и размером в бег на все четыре стороны для помещения скота.

34. Там провёл он воду по пути длиною в хатру, там он устроил луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, там построил дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ограды.

35. Туда принёс он семя всех самцов и самок, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие. Туда принёс он семя всех родов скота, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие.

36. Туда принёс он семя всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие. Туда принёс он семя всех снедей, которые на этой земле вкуснейшие и благовоннейшие. И всех он сделал по паре, пока люди пребывали в Варе.

37. Не было там ни горбатых спереди, ни горбатых сзади, ни увечных, ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни порочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокажённых, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые служат отметинами Анхра-Манйу, наложенными на смертных.

38. В переднем круге [Вара] он сделал девять проходов, в среднем – шесть, во внутреннем – три. В проходы переднего он принёс семя тысячи мужчин и женщин, среднего – шестисот, внутреннего – трёхсот. Согнал их в Вар золотым рогом и закрепил Вар дверью-окном, освещаемым изнутри.

39. «О Творец плотского мира, праведный! Что же это за светы были, о праведный Ахура-Мазда, которые там светили в этом Варе, который построил Йима?»

40. Так сказал Ахура-Мазда:

«Самостоятельные и сотворенные светы, как один раз заходящими и восходящими кажутся звёзды, Луна и Солнце.

41. И одним днём казался год. После сорока лет от двух людей два человека рождались, пара – самец и самка, и так же от других родов скота. И эти люди жили прекраснейшей жизнью в том Варе, который построил Йима».

42. «О Творец плотского мира, праведный! Кто там Веру маздайаснийскую разносил в этом Варе, который построил Йима?»

Так сказал Ахура-Мазда:

«Птица Каршипта[10], о Спитама Заратуштра».

43. «О Творец плотского мира, праведный! Кто им Глава и Рату?»

Так сказал Ахура-Мазда:

«Урватат-нара, о Заратуштра, и ты – Заратуштра». «Истина – лучшее благо…»



Приложение 2. Йашт 19. «Замйад-йашт»

(Гимн «Хварно»)

В «Замйад-йаште» только первые несколько строф посвящены божеству земли – Зам. Далее идёт речь о хварно (авест. xvarəna-) – харизме, или божественной сущности, обладание которой даёт счастье и могущество: завладевший хварно (позднее – фарр) становится царём Ирана. В гимне прославляются божества и герои, которым сопутствовало хварно. Завершается гимн описанием грядущего воскресения из мёртвых и поражения сил Зла, когда хварно достанется Спасителю-Саошйанту, родившемуся от семени Заратуштры, чудесным образом хранящегося в озере Кансава, отождествление которого с озером Ха-мун в Систане (пограничном между современньми Афганистаном и Ираном) несомненно.

Мессианские чаяния, упование на пришествие Спасителя составляют важную черту зороастрийских верований, и недаром считается, что три волхва («короля мага» в европейской традиции), пришедшие с дарами (трёхчастными, подобно обычным зороастрийским приношениям огню или воде) поклониться новорожденному младенцу Иисусу Христу в Вифлеем на свет звезды, были зороастрийскими жрецами (магами). Они изображаются (на иконах и в европейской живописи эпохи Возрождения) как старец, мужчина средних лет и юноша, в чём видят реминисценцию последовательно приходящих сыновей Заратуштры (см. рис. «Волхвы», «Маги»).

[Явление Спасителя]

19.89.

[Хварно…] пристало

Спасителю благому

И тем, кто с ним идёт,

В жизнь превращая создание

Без умирания, без увядания

И без нетления,

Вечноживущую, вечнорастущую

И самовластную,

Из мёртвых восстанет

И явится вживе

Бессмертный Спаситель

И мир претворит.

19.90

Бессмертными станут

Избравшие Истину,

И Ложь пропадёт –

Исчезнет туда же,

Откуда пришла

На праведных гибель,

Их рода и жизни

Исчезнет злодейка,

Исчезнет злодей…

19.92

Восстанет Астват-Эрэта[11]

Из озера Кансава,

Гонец Ахура-Мазды,

Сын Виспатаурвари[12],

Размахивая грозно

Оружием победным[13],

Которое Трайтаона

Носил, когда он

Убил Дахаку Змея…

19.93

Которое Франхрасйан

Носил, когда убил он

Зловерного Зайнигу;

Которым Хаосрава

Франхрасйана убил;

Которое Виштаспа

Носил, когда сражался

За Истину с врагами, –

И Ложь этим Оружьем

Из праведного мира

Навек он изведёт.

19.94

Он разума глазами

Окинет все творенья

Без безобразной Лжи,

Весь мир увидит плотский

Глазами благодати,

И сделает бессмертным

Взгляд этот плотский мир.

19.95

За ним, за Астват-Эрэтой,

Придут победоносные,

С благими помышленьями

И с добрыми словами,

И с добрыми делами,

Благие, добронравные,

Лжи не произносившие

Ни разу языком.

Преклонится пред ними

И Ярость кровожадная,

Преодолеет Истина

Ложь злую, беспощадную,

Пришедшую из тьмы.

19.96

Благая Мысль одержит

Победу над Злой Мыслью,

Речь лживая правдивой

Будет побеждена,

А Целость и Бессмертие

Осилят голод с жаждой,

И голод злой, и жажду

Они сразят навек,

А злобный Анхра-Манйу,

Своей лишившись власти,

Бессильный убежит….



Приложение 3. Вайу

Этот текст, входящий в зороастрийскую похоронную службу, воспевает божество Северного ветра, смертельного ледяного ветра, который так реалистично и впечатляюще описал Н. С. Лесков:

Я не знаю, может ли быть страшнее в аду: вокруг мгла была непроницаемая, непроглядная темь – и вся она была как живая: она тряслась и дрожала, как чудовище, – сплошная масса льдистой пыли была его тело, останавливающий жизнь холод – его дыхание. Да, это была смерть в одном из самых грозных своих явлений, и, встретясь с ней лицом к лицу, я ужаснулся.

Н, С. Лесков. На краю света (Глава седьмая)

Знакомство ариев с этим явлением служит одним из аргументов в пользу их северной прародины (даже полярной, по некоторым гипотезам, не отличающимся большой доказательностью). К тому же тут упоминается медведь тёмного (букв.: ‘не-светлого’, авест. axšaena-) цвета, т.е., видимо, тёмно-бурый (а откуда знать про белого, если не бывать за полярным кругом?). Впрочем, жестокие снежные бури с ледяным ветром бывают и в горах, например, на Памире и в Восточном Гиндукуше.

Древнеиранское сложение *vayu-upara-karya-, досл.: ‘Вайу-все-пре-одолевающий, все-побеждающий’, как божество смертельного (северного?) ветра (в отличие от авест. vāta- – просто ‘ветер’), сопровождаемого эпитетом «превосходящий, побеждающий», заимствовано в финноугорские языки в форме коми Войпелъ «бог северного ветра у древних коми» [Семёнов, Стеблин-Каменский 1991]. К аналогичному сочетанию восходит имя согдийского трёхликого божества Vešparkar, изображённого на Пенджикентских фресках [Marshak 2002, р. 110].

Древнеиранское vayu- ‘смертельный (северный?) ветер’ отразилось также в осетинском wceyug ‘великан, злое чудовище’ и, по мнению В.И. Абаева, в имени гоголевского персонажа Вий.

Ниже приводится стихотворный перевод авестийского текста про Вайу.

Можно пройти путём,

Где протекает Дану[14].

Одно лишь нельзя пройти –

Путь беспощадного Вайу.

Можно пройти путём,

Что Змей хранит быкотелый,

Коней и мужей разящий,

Мужей беспощадно разящий.

Одно лишь нельзя пройти –

Путь беспощадного Вайу.

Можно пройти путём,

Хранимым медведем тёмным.

Одно лишь нельзя пройти –

Путь беспощадного Вайу.

Можно пройти путём,

Что стережёт разбойник.

Одно лишь нельзя пройти –

Путь беспощадного Вайу.

Можно пройти путём,

На котором колёсное войско.

Одно лишь нельзя пройти –

Путь беспощадного Вайу.



Приложение 4. Символ веры

«Символы веры» в разных религиях начинаются глаголом в первом лице единственного числа настоящего времени: «Credo…», «Верую…» у христиан, «Ашхаду…»‘Свидетельствую…’ в исламе. В зороастрийском «Символе веры» – fravarānē – глагол тоже в первом лице, но это конъюнктив медиального залога, что можно было бы понять, как «Посчитать бы мне самого себя…» или даже проще, поскольку конъюнктив (сослагательное или предположительное наклонение) в позднее время мог употребляться вместо индикатива (изъявительного наклонения), а составлен текст «Символа веры» уже после Заратуштры: «Считаю себя…», «Исповедую себя…», т.е. «Считаюсь…» Этимологически же эта формула, по замечанию С.Н.Соколова, тождественна русскому «Про-веряюсь…»

Начинается зороастрийский «Символ веры» отречением, проклятием демонов-дэвов – бесов Откровения Заратуштры. Отречение, отказ от общения с дэвами повторяются многократно. При одном из таких отречений упоминается слово rąxš[a]yantā, бывшее неясным (ср. в переводе В. И. Абаева: «Отрекаюсь от всего… рашевского (друджевского?)» Предлагается сопоставить основу *raxn- с персидским rax ‘трещина, щель; горе, скорбь’, raxne ‘брешь, пробоина, дыра’ (ср. также перс, raxne-ĵūy ‘подстрекатель; сеющий смуту’) и другими иранскими словами . Возможен перевод ‘сокрушительный, разрушающий’ (ср. русск. сокрушаться).

Ниже следует полный перевод зороастрийского «Символа веры» (в кавычках приводятся цитаты из Гат).

Йасна 12.1–9

1. Кляну дэвов.

Считаю себя молящимся Мазде, заратуштровским, противодэвовским, учащим Ахуре, славящим Святых Бессмертных, молящимся Святым Бессмертным.

Ахура-Мазде благому, благостному, всё благо признаю праведному, лучезарному, благодатному, «и всё, что лучшее» (47.5), чей Скот, чья Истина, чьи светы, чьими «светами полнятся счастьем» (31.7).

2. Спэнта-Армайти благой верую – моей она да будет. Отказываюсь от воровства скота и разбоя, от разорения и разрушения селений, молящихся Мазде.

3. Тем владельцам[15] предаю вольное передвижение, вольное житие, кто живёт на этой земле со Скотом.

Молитвой Истине воздавая, так провозглашаю: больше не стану я разорять и разрушать селения молящихся Мазде, посягать на тело и жизнь.

4. Отрекаюсь от единения со всякими злыми, злобными, зловредными, пагубными дэвами, самыми лживыми, самыми тлетворными, самыми злополучными из всех существ, от дэвов и дэвовских, от чародеев и чародейных и от всех, кто насилует живущих, мыслями, словами, делами и обличьем отрекаюсь от единения со лживым, сокрушающим.

5. Как раз так, как Ахура Мазда поучал Заратуштру во всех беседах, на всех встречах, когда Мазда и Заратуштра разговаривали между собой.

6. Как раз так, как Заратуштра отрёкся от единения с дэвами во всех беседах, во всех встречах, когда Мазда и Заратуштра разговаривали между собой, – так же и я, молящийся Мазде, заратуштровский, отрекаюсь от единения с дэвами, как отрёкся от них праведный Заратуштра.

7. По вере Вод, по вере Растений, по вере Скота благодатного, по вере Ахура Мазды, создавшего Скот и Мужа праведного, по вере же Заратуштры, по вере Кави Виштаспы, по вере Фрашаоштры и Джамаспы, по вере каждого Спасителя, истинно-действенного, праведного, – по этой Вере и Учению:

Я – молящийся Мазде.

8. Молящимся Мазде, заратуштровским, считаю себя прославлением и исповеданием. Славлюсь благомыслием мысли. Славлюсь благословием слова. Славлюсь благодеянием дела.

9. Славлюсь Верой моления Мазде, умиротворяющей, обезоруживающей, брачно-родственной, праведной, из сущих и будущих величайшей, лучшей и прекраснейшей, ахуровской, заратуштровской. Ахуре Мазде всё благое признаю.

Это есть Веры моления Мазде прославление.



Словарь

(включены также требующие пояснений имена и слова из Приложений)

Амэша-Спэнта – см.: Бессмертные Святые.

Анхра-Манйу (авест. aŋhra-mainyu-) – ‘Злой Дух’ – противник Ахура-Мазды, воплощение Зла и Лжи, позднейший Ахриман.

Арйанам-Ваэджа (авест. airyanam vaēĵo-) – досл. примерно: ‘Ариев пространство’, название мифической родины ариев на реке Вахви-Датии, первой из лучших стран, сотворенных Ахура-Маздой.

Ардви – букв.: ‘влага, влажная’, в сочетании Ардви-Сура-Анахита – «Влага сильная, чистая (незапятнанная)», название реки, отождествляемой, скорее всего, с Амударьёй (Оксом, Джейхуном) в среднем и нижнем течении (ср.: Вахви).

Ахриман – Анхра-Манйу.

Ахура – Господь, господин; родовое наименование одной из групп индоиранских божеств, враждебной даэва.

Ахура Мазда – ‘Господь Мудрость’, имя верховного божества, в Гатах может упоминаться раздельно и дистантно, позднее сливается в одно: Ахура-Мазда, позднейшее Ормазд.

Аша (авест.aša- <arta-, древнеиндийское ŗta-) – истина, правда, справедливость – принцип, правящий миром («миропорядок»).

Аша-Вахишта – см.: Истина Лучшая.

Аши (авест. aši- < *arti-) – богиня судьбы и счастья (Фортуна), которой посвящен семнадцатый йашт («Ард-йашт»).

Аэшма (авест. Аэшма, перс, хэшм ‘гнев’) – см.: Ярость.

Барэсман, барсом – пучок прутьев (травы), который совершающий богослужение держит в руке как олицетворение источника жизни.

Бессмертие, Бессмертность – (авест. Амэрэтат) – один из Бессмертных Святых.

Бессмертные Святые (авест. Амэша-Спэнта) – шесть эманации и помощников Ахура-Мазды, которых он создал первыми из всего творения при помощи своего Святого Духа: Благая Мысль (авест. Воху-Мана); Истина Лучшая (авест. Аша-Вахишта); Власть Желанная (Избранная) (авест. Хшатра-Ваирйа); Святое Здравомыслие (Благочестие) (авест. Спэнта-Армаити); Целост(ност)ь (авест. Хаурватат); Бессмертность, Бессмертие (авест. Амэрэтат).

Благая Мысль, Благой Помысел (авест. vohu- mana-) – один из Бессмертных Святых. Покровительствует Скоту и ассоциируется со Скотом. Благой Мысли Обитель – Рай.

Благомыслие Святое, Здравомыслие (авест. Спэнта-Армайти) – входит в число шести Бессмертных Святых, обожествляет Землю.

Бык – Душа Скота (Быка).

Вайу – божество смертельного северного ветра (Приложение 3).

Вар (авест. вара-) – сооружение, построенное Йимой для укрытия ариев во время непогоды (Приложение 1).

Вахви-Датийа – «Добрая Данная», «Благодатная», название реки на прародине ариев Арйанам-Ваэджа, отождествляемой с верховьями Амударьи (Пянджем).

Вера (авест. даэна, daena- mazdayasna-) – божество правильной, зороастрийской религии; олицетворение в виде прекрасной девушки всех благих мыслей, слов и дел верующего, его совесть.

Вивахвант – букв.: ‘Сверкающий’, отец Йимы, первый человек, выжавший хаому.

Виштаспа – правитель, покровитель Заратуштры, стал первым распространителем его вероучения.

Власть (авест. xšaθra-) Желанная, Избранная (авест. vairya-) – один из Бессмертных Святых, покровительствующий металлу и небу.

Гата (авест. gāθa-) – стихотворные проповеди, сложенные Заратуштрой и входящие в состав литургии в качестве её самой священной части.

Глава (авест. ratu-) – глава и судья, существующий, согласно поздним зороастрийским богословским объяснениям, для всех классов живых существ и творений материального мира, самый главный и значимый в своём роде. Так, рату над зороастрийцами – Заратуштра, над мусульманами, очевидно, пророк Мухаммед, над рыбами – рыба Кара (кит?), над домами – самый большой небоскрёб.

Господь, Владыка, авест. ahu-, ahura – родовое наименование одной из групп индоиранских божеств, враждебных дэвам (авест. daeva-).

Дану – (авест. dānu-, досл.: ‘вода, река’), название большой реки и племени. Слово отложилось в названиях ряда южнорусских рек с элементами «д», «н» (Днепр, Днестр, Дон, Дунай). На рубеже старой и новой эр прилегающие к ним территории были заселены ираноязычными племенами (скифами).

Дахака – ‘Горящий (Горыныч?)’, имя дракона (змея, авест. ажи), трёхглавого, шестиглазого, создания Злого Духа.

Дом Хвалы – Рай, досл.: ‘дом пений’.

Джамаспа – из рода Хвова, брат Фрашаоштры, советник царя Виштаспы, покровителя Заратуштры. Дугдова – мать Заратуштры.

Дух, Дух Святой, Святейший, Святой Дух, Святейший Дух (авест.mainyu- spənta-, spənisšta-) – присущ Ахура-Мазде. Святому Духу противоположен Злой Дух – Ахриман, противник Ахура-Мазды.

Душа Скота – Благая Мысль связана с божеством Душа Скота, букв.: ‘Быка душа’, покровительствует Скоту.

Дэвы (авест. даэва) – демоны, злые божества, отвергнутые Заратуштрой, враждебные ахура.

Здравомыслие, Благомыслие Святое – (авест. Спэнта-Армайти) – входит в число шести Бессмертных Святых, обожествляет Землю.

Зурван – божество, олицетворяющее бесконечное Время (ср. греч. Хронос), зурванизм – ересь.

Истина (Лучшая) (авест. aša- vahišta-) – входит в число шести Бессмертных Святых, воплощает Огонь. Аша-Вахишта – название молитвы, начинающейся этими словами.

Йасна (авест. yasna ‘моление, богослужение’) – основная зороаст-рийская религиозная служба, литургия; одна из книг Авесты, содержащая текст литургии.

Йашт (авест. yašt ‘поклонение’) – гимн отдельному божеству.

Йима – букв.: ‘Близнец’, первый царь ариев времён «золотого века>н царь-пастух, «владетель добрых стад», Джемшид иранского эпоса.

Кави – (авест. kavi-) – титул князей, вождей племён и правителей стран (или областей), как дружественного Заратуштре царя Виштаспы (Кейаниды «Шахнаме»), так и враждебных вероучению пророка (кавии-тираны). Авест. kavi- родственно русскому «чуять», по-видимому, это слово обозначало вождя-жреца, провидца и поэта).

Карапаны – вероятно, жрецы враждебных Ахура-Мазде старых племенных культов; этимологически слово может значить букв.: ‘бормотатели, причитатели’ – о молящихся на непонятном (или невнятном?) языке служителях чужих культов.

Каршипта (авест. karšipta-, букв.: ‘чернокрылая’) – имя птицы, распространявшей Веру. В современных иранских языках к этому слову восходят названия для сороки.

Ложь, Зло (авест. друджа, друг) – противоположность Добру, Благу.

Мазда – ‘Мудрый, Мудрость (?)’, имя верховного божества: Ахура-Мазда.

Мерзавец – приверженец Лжи и Зла (авест. друджвант, ‘друг’). Мерзавцы – приверженцы Лжи и Зла, противопоставляемые праведным последователям Истины.

Митра – божествво индоиранского пантеона, первоначально почитавшегося ариями в качестве бога договора.

Поуручиста – дочь Заратуштры.

Поурушаспа – отец Заратуштры.

Рату ‘Глава’ – глава, судья, существующий для каждого рода существ и предметов – самый большой и важный в своём роде: например, для людей рату – Заратуштра, для рыб – кит, для животных – слон, для пушек – «Царь-пушка».

Святой Дух, Святейший Дух (авест. mainyu- spənta-, spəništa-) – присущ Ахура-Мазде. Святому Духу противоположен Злой Дух – Ахриман, противник Ахура-Мазды.

Спасение – обновление мироздания, воскрешение, воплощение Добра и Истины, уничтожение Лжи и Зла.

Спитама – ‘Беловатый’, родовое имя Заратуштры. Сохраняется в названии одного из осетинских родов – Сидэмон (осет. Sidœmon).

Сраоша ‘Слух, Слушание, Послушание’ – божество молитвы тур. Туры – название племени, изначально, видимо, восточноиранского (скифского, сакского), но позднее отождествленного с тюрками.

Урватат-нараДруг мужей’ – младший сын Заратуштры.

Франхрасйан – вождь туров, злейший враг ариев, Афрасиаб иранского эпоса.

Фрашаоштра – брат Джамаспы, зять Заратуштры.

Фрашо-кэрэти, т.е. наступление «Конца света», авест. Фрашо-кэрэти примерно можно понять как ‘Чудо-делание’.

Хаома – название растения, использовавшегося для приготовления ритуального напитка, авест. haoma-, букв.: ‘выжимаемое’, родственно русскому «сок». Первоначальным источником мог быть мухомор, позднее – растение «хвойник» (Ephedra sp.).

Храфстра (авест. xrafstra-) – общее обозначение вредных и хищных существ (зверей и насекомых).

Хутаоса (букв.: ‘прекрасно-бёдрая’ или ‘хорошо-опустошающая(ся)’, т.е. 'рожающая’?) – имя жены царя Виштаспы.

Целос(тноc)ть (авест. Хаурватат) – имя одного из Святых Бессмертных, покровительствующего всем водам и ассоциировавшегося позже с Водой.

Чинват – (авест. činvat-, букв.: ‘разделитель’) – мост, ведущий на тот свет.

Ярость (авест. Аэшма-даэва, перс, хэшм ‘гнев’) – имя демона (дэва) гнева, грабежа и буйства, заимствованное иудеями: злой дух Асмодей в Ветхом Завете (Книга Товита, гл. 3.8).



Литература

(Избранная библиография и библиографические сокращения)[16]

Абаев В.И. Избранные труды. Владикавказ, 1990; Т. II, 1995.

Абаев В.И. Историко-этимологический словарь осетинского языка: В 4 т. М.; Л., 1958–1989.

Авеста Избранные гимны / Пер. с авестийского и коммент. проф. И.М. Стеблин-Каменского. Душанбе, 1990.

Авеста. Избранные гимны. Из Видевдата / Пер. с авестийского И.М. Стеблин-Каменского. М., 1993.

Авеста в русских переводах (1861–1996)/ Сост., общ. ред., примеч. и справочный раздел И. В. Рака. СПб., 1997; 2-е изд, испр. СПб., 1998.

Ахвледиани Г.С. Из Авесты (Гата-Ясна 48) // Вопросы иранской и общей филологии. Тбилиси, 1977. С. 23–25.

Боголюбов М.Н. Два царства Йимы Прекрасного // Эрмитажные чтения Памяти Б.Б. Пиотровского. К 90-летию со дня рождения: Тез. докл. СПб., 1998. С. 9.

Боголюбов М.Н. Авеста: Y. 27, 13 и Y. 29, 6. Обособленный компонент составного слова: Материалы науч. конф. Восточного факультета, посвященной 275-летию Санкт-Петербургского ун-та. 8–9 апреля 1999 года. СПб., 1999. С. 4–7.

Боголюбов М.Н. Иранские этимологии (К выходу в свет Этимологического словаря иранских языков В.С.Расторгуевой, Д. И. Эдельман…)// ВЯ. 2001. № 5. С. 26–31.

Боголюбов М.Н. Ригведа 1,105. Трита в колодце // ВЯ. 2002. N° 2. С. 86–89.

Боголюбов М.Н. «Дар» Заратуштры // Свободный взгляд на литературу. Проблемы современной филологии: Сб. ст. к 60-летию научной деятельности академика H.И. Балашова. М., 2002. С. 57–63.

Боголюбов М.Н. Радость от Заратуштры (Ясна 32) // Зороастризм и его значение в развитии цивилизации народов Ближнего и Среднего Востока (исследование) / Отв. ред. Аскарали Раджабов. Душанбе, 2003. С. 120–126.

Боголюбов М.Н. Авестийское xvafena в проповеди Заратуштры (Y.30) и Хорезмийское XWNB «отдалять» // ВЯ. 2003а. № 4. С. 12–18.

Боголюбов М.Н. К прочтению зороастрийской молитвы Ашэм-Воху // ВЯ. 2006. № 4. С. 3–6.

Боголюбов М.Н. Заратуштра о Быке и Душе (Ясна 29) // Арийская цивилизация в контексте евроазиатских культур. Душанбе, 2006а. С. 188–197.

Боголюбов М.Н. Ясна 32: grehmā, grehmō. К исторической фонетике Авесты // Индоиранское языкознание и типология языковых ситуаций: Сб. ст. к 75-летию профессора А.Л. Грюнберга (1930–1995). СПб., 20066. С. 102–105.

Боголюбов М.Н. Из исторической грамматики иранских языков // ВЯ. 2007. № 4. С. 3–7.

Бойс Мэри. Зороастрийцы. Верования и обычаи / Пер. с англ. и примеч. И.М. Стеблин-Каменского. М., 1987; 2-е изд. М., 1988; 3-е изд., полностью переработанное. СПб., 1994; 4-е изд. СПб., 2003.

Бонгард-Левин Г.М., Грантовский Э.А. От Скифии до Индии. Древние арии: мифы и история. 2-е изд., испр. и доп. М., 1983.

Готхо. Сурудхои поки Зартушти Спентамон… аз Алиакбар Чаъфари. Тегеран, 1382 (2003).

Грюнберг А.Л., Дьяконов И.М., Стеблин-Каменский И.М. Памяти Георга Моргенстиерне // НАА. 1978. № 5. с. 248–249.

Гуревич Л.Л. Авестийская Вара // Бактрия – Тохаристан на древнем и средневековом Востоке: Тез. докл… М., 1983. С. 31–32.

Гуревич Л.Л. О круглых городах древних иранцев // Зоны и этапы урбанизации…: Тез. докл. Ташкент, 1989. С. 48–49.

Зализняк А.А. Проблемы славяно-иранских языковых отношений древнейшего периода// Вопросы славянского языкознания. Вып. 6. М., 1962. С. 28–45.

Зданович Г.Б. Аркаим: Арии на Урале или несостоявшаяся цивилизация // Аркаим. Исследования, поиски, открытия. Челябинск, 1995. С. 21–42.

Ковалевская В.Б. Конь и всадник. Пути и судьбы. М, 1977.

Крюкова В.Ю. Зороастризм. СПб., 2005.

Кузьмина Е.Е. Откуда пришли индоарии? Материальная культура племен андроновской общности и происхождение индоиранцев. М., 1994.

Лившиц В.А. Авестийское urvāxš.uxti- // Переднеазиатский сборник. III: История и филология стран Древнего Востока. М., 1979. С. 160–167.

Ницше Фридрих. Стихотворения. Философская проза: Пер. с нем. / Сост. и вступ. ст. М. Кореневой. Вступ. ст. и коммент. А. Аствацатурова. СПб., 1993.

Оранский И.М. Введение в иранскую филологию. М., 1960; 2-е изд., доп. Сост. И.М. Стеблин-Каменский. М., 1988.

Пьянков И.В. Зороастр в истории Средней Азии: проблема места и времени. (Опыт историчекой реконструкции) // ВДИ. 1996. № 3. С. 3–23.

Свасьян К.А. Фридрих Ницше: мученик познания // Фридрих Ницше. Так говорил Заратустра; Сумерки идолов, илн Как философствуют молотом / Пер. с нем., вступ. ст. и примеч. К. А. Свасьяна. М., 2006. С. 5–50.

Соколов С.Н. Авестийский язык. М., 1961.

Соколов С.Н. Язык Авесты. Учебное пособие. Л., 1964.

Соловьёв Владимир. Идея сверхчеловека… // Стихотворения. Эстетика. Литературная критика/ Сост., статья, коммент. Н. В. Котрелёва. М., 1990. С. 153–160.

Толстов С.П. По следам древнехорезмийской цивилизации. М.; Л., 1948.

Толстов С.П. По древним дельтам Окса и Яксарта. М., 1962.

Фреймам А.А. Видевдат 2 // Авеста в русских переводах / Сост. И. В. Рак. СПб., 1960. С. 81–85.

Чунакова О.М. Пехлевийский словарь зороастрийских терминов, мифических персонажей и мифологических символов. М., 2004.


Abaev Vasilij. Avestica. – Orientalia J. Duchesne-Guillemin emerito oblata // Acta Iranica. 23. Leiden, 1984. P. 29–33.

Bailey H.W. Opera Minora. Vol. 1, 2. Shiraz, Iran, 1981.

Bartholomae Chr. Altiranisches Wflrterbuch. Strassburg, 1904 (Berlin, 1961).

Bartholomae Chr. Die Gatha's des Awesta. Zarathushtra's Verspredigten. Strassburg, 1905.

Bogoljubov M.N. Daevas in Yasna 32,1. Russian Orientalists to the 36th 1CANAS. Moscow, 2000. P. 31–32.

Bogoljubov M.N. The Meaning of Mazda and Ahura in the Gathas // Iran Zamin. Vol. 1, No 1. North Vancouver. Canada, 2000. P. 30, 103–104.

Bogoljubov M.N. Etymology of Two Words // Name-ye Farhangestan. Vol. 5, No 3 (Ser. No 15). Tehran, 2000. P. 136–144 (Transl. in Persian by L. Asgarl).

Boyce M.A. History of Zoroastrianism. Vol. 1–3. Leiden, Koeln, 1975; 1982; 1991 (Vol. 3 with F. Grenet).

Boyce M. Zoroastrianism. Its Antiquity and Constant Vigour. Mazda Publishers, 1992.

Christensen A. Le premier chapitre du Vendidad et l'histoire primitive des tribusiraniennes. K0benhavn, 1934.

Darmesteter J. Le Zend-Avesta. I–III. Paris, 1892/93 (1960).

Duchesne-Guillemin J. The Western response to Zoroaster. Oxford, 1958.

Duchesne-Guillemin J. The Hymns of Zarathushtra / Translated from the French by Mrs. M. Henning. Boston, 1963.

Duchesne-Guillemin J. Autres miettes // Iranian Studies, presented to Kaj Barr… Copenhagen, 1966. P. 73–74.

Duchesne-Guillemin J. Cor de Yima et trompette d'lsrafTl: de la cosmogonie mazdeenne a l'eschatologie musulmane // Academie des Inscriptions & Belles-Lettres. Comptes rendus des seances de l'annee 1979, juillet–octobre. Paris, 1980. P. 539–549.

Geldner K.F. Avesta. The sacred books of the Parsis. Stuttgart, 1896.

Gershevitch I. The Avestan hymn to Mithra. Cambridge, 1959 (1967).

Gnoli Gh. Zoroaster's Time and Homeland. Naples, 1980.

Grenet Frantz. Zoroastre au Badakhshan // Studia Iranica. T. 31. 2002. Fasc. 2. P. 193–214.

Hartman S.S. Parsism. The religion of Zoroaster. Leiden, 1980 (with 48 plates).

Henning W.B. Zoroaster, Politician or Witch-doctor? L., 1951.

Hinnels J.R. Persian Mythology. Newnes books, 1985. --–~

Hinz W. Neue Wege im Altpersischen. Wiesbaden, 1973. Hintze Almut. On the literary structure of the Older Avesta // BSOAS. 65, 1 (2002). P. 31–51.

Humbach H. About GopatSah, his country and Khwarezmian hypothesis // Papers in Honour of Professor Mary Boyce. Leiden, 1985 (Acta Iranica. 24). P. 327–334.

Humbach H. The Gathas of Zarathushtra and the Other Old Avestan Texts. In collaboration with J. Elfenbein and P. O. Skjaerva. Part I, II. Heidelberg, 1991.

Humbach H., Ichaporia P. The Heritage of Zarathushtra. A new translation of his Gathas. Heidelberg, 1994.

Humbach H., Ichaporia P.R. Zamyad Yasht. Yasht 19 of the Younger Avesta. Text, Translation, Commentary. Wiesbaden, 1998.

Insler S. The Gathas of Zarathushtra. Teheran; Liege, 1975 (Acta Iranica, 8).

Jettmar K. Fortified «Ceremonial centres* of the Indo-Iranians // Этнические проблемы истории Центральной Азии в древности (Ц тысячелетие до н.э.). М., 1981. С. 220–229.

Justi F. Iranisches Namenbuch. Marburg, 1895; Hildesheim, 1963.

Kellens J., Pirart E. Les textes viel-avestiques. Vol.1: Introduction, texte et traduction. 1988; Vol. II: Repertoires grammaticaux et lexique. 1990; Vol. Ш: Commentaire. 1991. Wiesbaden.

Kellens J. Essays on Zarathustra and Zoroastrianism / Translated and edited by P. O. Skjaervdi. Costa Mesa, Calif., 2000.

Lommel H. Die YaSt's des Avesta. Gottingen/Leipzig, 1927.

Lommel H. Die Gathas des Zarathustra. Basel/Stuttgart, 1971.

MacKenzie D.N. Khwarezmian and Avestan // East and West. Vol. 38, Nos. 1–4 (December 1988). P. 81–92.

Marshak Boris. Legends, Tales, and Fables in the Art of Sogdiana. New York, Bibliotheca Persica Press, 2002.

Mayrhofer M. Kurzgefaptes etymologisches Worterbuch des Altindischen. Heidelberg, 1953–1975.

Mayrhofer M. Etymologisches Worterbuch des Altindoarischen. Heidelberg, 1986–2001.

Monna M.C. The Gathas of Zarathustra. A reconstruction of the text. Amsterdam, 1978.

Narten J. Der Yasna Haptarjhaiti. Wiesbaden, 1986.

Proceeding of the First Gatha Colloquium… / Ed. by Farrokh Vajifdar. L., 1998.

Reichelt H. Awestisches Elementarbuch. Heidelberg, 1909 (Berlin, 1967).

Reichelt Hans. Avesta Reader. Texts, notes, glossary and index. Strassburg, 1911 (Berlin, 1968). (Photomech. Nachruck, Berlin, 1968).

Rozenberg F. Le Livre de Zoroastre. St.-Petersbourg, 1904.

Skj&aelig;rvǿ Prods Oktor. Zarathustras Sanger. 'De eldeste iranske skriften. Utvalg, oversettelse og innledende essay av Prods Oktor Skj&aelig;rv. De norske Bokklubbene AS. 2003.

Songs of Zarathushtra. The Gathas translated from the Avesta by Dastur Fram-roze Ardeshir Bode and Piloo Nanavutty. L., 1952.

Wasson R.G. Soma – Divine Mushroom of Immortality. Cambridge, Massachusetts, 1969.

Widengren G. Die Religionen Irans (Die Religionen der Menschheit, Bd. 14). Stuttgart, 1965.

Windfuhr Gemot L. Mozart's Die Zauberfl&ouml;te and Zoroaster // K. R. Cama Oriental Institute. Second International Congress (5th to 8th January 1995). Proceedings, ed. by H. J. M. Desai and H. N. Modi. Bombay 1996. P. 283–300.

Wolff F. Avesta. Die heiligen Biicher der Parsen. Strapburg, 1910 (1960).


Некоторые положения и материалы опубликованы также в ряде прежних работ переводчика:

Флора иранской прародины. Этимологические заметки // «Этимология. 1972. М, 1974. С. 138–140.

Река иранской прародины // Ономастика Средней Азии. М., 1978. С. 72–74.

Памирские языки о мифологии древних иранцев // Этнические проблемы истории Центральной Азии в древности (II тысячелетие до н.э.). М, 1981. С. 238–241 (Резюме на англ. яз., с. 241).

[Культурные растения в памирских языках] Очерки по истории лексики памирских языков. Названия культурных растений. М., 1982. 168 с.

Имена Заратуштры и его родителей // Вопросы иранистики и алановедения (Науч. конф., посвященная 90-летию В. И. Абаева). Владикавказ, 18 – 20 октября 1990 г. Тез. докл. Владикавказ, 1990

Несколько замечаний о персонификации у коми Северного ветра (Войпель)// Семиотика культуры. III Всесоюзная летняя школа-семинар 15–20 сентября 1991г. Тез. докл. Сыктывкар, 1991. С. 69–71 (Совместно с Викт. А. Семеновым).

Зороастрийский «Символ веры» // Филология и история стран Азии и Африки: Тез. науч. конф., посвященной 50-летию воссоздания Восточного факультета СПбГУ. СПб., 1994. С. 28–30.

Арийско-уральские связи мифа о Йиме// Россия и Восток: проблемы взаимодействия: Материалы конференции. Часть V, кн. I. Челябинск, 1995. С. 166–167.

Avestan kəmčiţ paiti čaθrušanąm // East and West. Vol. 45, Nos. 1–4 (December 1995). P. 307–310.

Проповедь Заратуштры // История Востока: В 6 т. I: Восток в древности. М., 1997 (раздел 4 в главе ХХХШ «Коренные перемены в мировоззрении»). С. 587–590.

Арійська версія міфу про потоп // Історія Релиій на Україні: Тези повідомлень VII Міжнародного круглого столу (Львів, 12–14 травня 1997 року). Львів, 1997. С. 181.

Aryo-Uralic contacts and Avestan myth on Yima // Oriental Studies in the 20th century… Abstracts of 35th ICANAS (Budapest, Jul. 7–12, 1997). Moscow, 1997. Vol. 2. P. 354–356.

Проповедь Заратуштры // История Востока: В 6 т. I: Восток в древности. М., 1997 (раздел 4 в главе ХХХШ «Коренные перемены в мировоззрении»). С. 587–590.

Арийские заимствования у коми // Материалы науч. конф. Восточного факультета, посвященной 275-летию Санкт-Петербургского ун-та. 8–9 апреля 1999 года. СПб., 1999. С. 41^\9.

Персидские слова с исходом -dar, -tar // Востоковедение: Филологические исследования. Вып. 21 [Ученые записки ЛГУ, № 432. Серия востоковедческих наук, вып. 37]. СПб., 1999. С. 75–100.

Этимологический словарь ваханского языка. СПб., 1999. 480 с.

Гаты Заратуштры / Вступ., стихотворный пер. с Авест. и коммент. И.М. Стеблин-Каменского // ВДИ 2000. № 2 (233). С. 290–300 (Приложение).

Aryan loanwords in the Komi language // XXXVI International Congress of Asian North African Studies. Book of Abstracts. Montreal, Canada. 2000. P. 161 – 162.

Авеста и зороастризм: древность и современность (религия и оккультизм) // Труды Объединенного научного совета по гуманитарным проблемам и историко-культурному наследию. 2004. СПб., 2005. С. 139–150.

Мифология Древнего Ирана / Пер. с англ. и примеч. М. Дрезден // Мифологии Древнего Мира. М., 1977. С. 337–365; СПб., 2005. С. 300–326.

Из иранской мифологии. Авеста. Из «Бахрам-яшта» (Яшт 14). Пер. с авест. и примеч. // Мифологии Древнего Мира. СПб., 2005. С. 519–524.

Арийско-уральские связи мифа о Йиме // Арийская цивилизация в контексте евроазиатских культур. Душанбе, 2006. С. 100–101.

Список сокращений

ВДИ – Вестник Древней истории. М.

ВЯ – Вопросы языкознания. М.

НАА – Народы Азии и Африки. М.

AS – Assyriological Studies (AS). Chicago, USA

BSOAS – Bulletin of the School of Oriental and African Studies. London.



Иван Михайлович Стеблин-Каменский

доктор филологических наук, профессор, главный научный сотрудник Института лингвистических исследований РАН, академик Российской Академии наук, вице-президент Российского общества востоковедов

Родился 05.11.1945 года в семье выдающегося филолога М.И. Стеблин-Каменского. В 1968 году с отличием окончил Восточный факуль­тет Ленинградского (Санкт-Петербургского) государственного уни­верситета по специальности «иранская филология».

Учился персидскому, осетинскому, хорезмийскому и авестийско­му языкам у доцента С.Н. Соколова (1923-1985), среднеперсидскому, древнеперсидскому и согдийскому у академика М.Н. Боголюбова, таджикскому у профессора А.3. Розенфельд (1910-1990), арабскому у профессора А.Т. Тагирджанова (1908-1983), древнегреческому у профессора А.И. Доватура (1897-1982); слушал лекции по персид­ской литературе у профессора А.Н. Болдырева (1909–1993), по мате­риальной культуре Ирана – у доцента Л.Т. Гюзальяна (1901–1994).

На пятом курсе университета полгода проработал учителем рус­ского языка в сельской школе на Памире в Вахане, собирая материалы по ваханскому языку и этнографии (впоследствии использованы в зна­менитом «Этимологическом словаре ваханского языка»).

С 1964 года ежегодно участвовал в археологических и этнолин­гвистических экспедициях в Таджикистане, на Памире, на Южном Урале, в Синьцзяне.

В 1971 году защитил на Восточном факультете ЛГУ кандидатскую диссертацию на тему «Историческая фонетика ваханского языка».

Проводил этнолингвистические и этноботанические исследования в Ягнобе, Дарвазе, Рушане, на Бартанге, в Рошорве, Шугнане, Гороне, Ишкашиме, на Восточном Памире.

В 1984 году в Институте языкознания АН в Москве защитил док­торскую диссертацию на тему «Земледельческая лексика памирских языков в сравнительно-историческом освещении».

С 1987 года – профессор, а с 1991 года – заведующий Кафедрой иранской филологии Восточного факультета ЛГУ (ныне – СПбГУ).

В 1995–2005 – декан Восточного факультета Санкт-Петербург­ского государственного университета. Читал и читает курсы класси­ческого персидского языка, средне- и древнеперсидского, авестийско­го языков; лекции по курсу «Введение в иранскую филологию»; ведет спецкурсы по памирским языкам и фольклору.

В 1997 году избран членом-корреспондентом Российской Акаде­мии наук по Отделению языка и литературы. С 2003 года – академик РАН. Автор более полутора сотен работ, в т. ч. переводов научной ли­тературы – книг и статей Э. Бикермана, М. Бойс, Н. Симс-Вильямса; стихотворных переводов – Авесты, Омара Хайама, Хафиза.

Член научных обществ и организаций: Русского географического общества (1966); Императорского Православного Палестинского об­щества (1973); Редакционной коллегии серии «Литературные памят­ники» (1989); Международного комитета «Корпус ираноязычных над­писей» (1989); Общества иранистов Европы (1990); Редакционной кол­легии серии «Мифы, эпос, религии Востока» (1993); Петербургского литературного общества (1996).


Гаты Заратуштры

Издательство

«ПЕТЕРБУРГСКОЕ ВОСТОКОВЕДЕНИЕ»

Наши книги всегда в продаже в следующих магазинах:

Розница и мелкий опт:

«Университетская книга»

В Санкт-Петербурге: Санкт-Петербург, ул. Бронницкая, д. 17 (во дворе)

Тел.: (812) 317-89-72; e-mail: ukniga@sp.ru

Розница:

Специализированный магазин книг по восточной тематике «Восточная коллекция»

Отдельный стенд Центра «Петербургское Востоковедение» Возможность заказа книг из Санкт-Петербурга по тематическому пла­ну и по индивидуальным заявкам Москва, Большой Левшинский пер., д. 8/1, стр. 2 (м. «Смоленская», «Кропоткинская», «Парк культуры»)

Тел.: (095) 637-34-38, 637-74-90 e-mail: east_coll@hotbox.ru

Специализированный книжный магазин гуманитарного профиля «Университетский книжный салон»

Отдельный стенд Центра «Петербургское Востоковедение» Возможность индивидуального заказа книг нашего издательства Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 11 (м. «Василеостровская»)

Тел.: (812) 328-95-11; e-mail: 3286213@mail.ru

Примечания

1

Первоначально приносили в жертву крупный скот, но потом, может быть, как следствие экономии или недостатка, стали жертвовать мелкий, и название с коров перешло на овец. Ж. Дюшен-Гийэмен в качестве аналогии приводит пример одного африканского племени, которое вместо быков, обнищав, стало жертвовать огурцы, и называет огурцы «быками» [Duchesne-Guillemin 1966].

2

Авестийское слово не имеет ясной этимологии, но персидское ravan ‘душа’ восходит к тому же др.-иран. *rvan-, что и авестийское, хотя и ассоциируется в иовоперсидском с причастием настоящего времени от глагола raftan (*rap-) ‘уходить’ – ravān, букв.: ‘уходящий’ (это созвучие двух слов обыгрывается в персидской поэзии). Душа закалываемого животного должна уйти вместе с его кровью (в сопровождении соответствующей молитвы) – по исламским и иудейским представлениям нельзя есть мясо животного, убитого не в соответствии с ритуалом, – оно считается поганым.

Арийское и зороастрийское отвращение к крови, ко всякому кровотечению как предвестнику смерти, наследовано исламом и иудаизмом.

3

Для первого орудия предлагались и иные толкования (стрела, кольцо, венок, плуг…), но второе, по всей видимости, использовалось именно для понукания скота – это либо плеть, кнут, либо стрекало, бодило, стимул. По последним толкованиям, учитывающим и этимологические связи, и то, что Йима прежде всего царь-пастух и земледельческие орудия и оружие ему не нужны, наиболее вероятным значением для первого орудия будет «рог» – пастушеский рожок, дудочка, труба.

4

Или «две власти», т.е., возможно, власть на этом и на том свете: в индийской традиции соответствующий Йиме царь Йама (Яма) правит царством мёртвым. Эта строка может являться, впрочем, позднейшим добавлением или пояснением (глоссой).

5

В полдень на пути Солнца – т.е. повернувшись в южную (благую, ахуровскую) сторону, а не в направлении дэвовского севера.

6

Перевод предположительный, по прежним толкованиям, Йима первым орудием дотрагивался до земли.

7

Вар – (авест. var(a)-), глинобитное укрепление, судя по приводимому описанию, состоявшее из трёх стен, устроенных в виде концентрических кругов, во внешнем из которых было девять проходов, в среднем – шесть и во внутреннем – три. Вар этот, таким образом, напоминал по планировке жилища-поселения древних ариев, включавшие круговые концентрические стены (были открыты археологами на севере Афганистана и в Южном Приуралье).

8

Лошадиный бег – дистанция для испытания лошади, соревнований и т. п., равная двум хатра (авест. haθra-)\ авест. хатра – мера длины – тысяча шагов обеими ногами (примерно соответствует старой русской мере – версте).

9

Место не вполне понятное, переводившееся по-разному, но в связи с пониманием первого орудия Йимы как пастушеского рога прежние переводы теряют смысл (точнее, видимо, «Созови их золотым рогом…»). Под «окном-дверью» может подразумеваться световое окно в крыше, характерное для традиционных иранских жилищ.

10

Птица Каршипта, букв.: ‘Чернокрылая’, уверенно отождествляется с сорокой, именно к древнеиранскому *karši-pta(r)- ‘чернокрылая’ восходят слова для сороки во многих иранских языках (шугнанском, ваханском и других памирских, ягнобском и проч.). Имеются сведения о том, что сороки иногда едят мухоморы, служившие, возможно, у древних ариев первоначальным источником для приготовления культового напитка – хаомы.

Урватат-нара – младший сын Заратуштры.

11

Астват-Эрэта – досл.: ‘Воплотивший Истину’, один Саошйан-тов, сын Заратуштры и Виспатаурвари, досл.: ‘Всепобедительница’.

12

Астват-Эрэта – досл.: ‘Воплотивший Истину’, один Саошйан-тов, сын Заратуштры и Виспатаурвари, досл.: ‘Всепобедительница’.

13

Согласно одному из толкований, победным оружием Астват-Эрэты будет дрот – метательное копьё, по величине большее, чем дротик.

14

Дану – название реки, сохранившееся во многих гидронимах Южной России и Северного Причерноморья: Дон, Днепр, Днестр, Дунай, Донец…

15

Дословно, видимо: ‘весомым, авторитетным’ – могут подразумеваться те, кто наверху родоплеменной иерархии (ското-, землевладельцы).

16

Включены некоторые основополагающие работы по Авесте и те, на которые есть отсылки в этом издании.


на главную | моя полка | | Гаты Заратуштры |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 4
Средний рейтинг 4.8 из 5



Оцените эту книгу