на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Глава 10

Почему именем академика Сахарова названа площадь в Вашингтоне

Классиком мы называем человека, которого можно хвалить не читая.

Гилберт Честертон

Хотите, чтобы вашим именем назвали площадь? Спросите об этом любого человека. Ответ получите разный. Один скажет — «нет», самоуверенный — «да». Умный ответит тоньше: «Если заслужу, то я не против». Римский государственный деятель Катон вообще протестовал против установки ему памятника. Мотивировал римский муж это весьма оригинально: «По мне пусть спрашивают, почему Катону не поставили памятник, чем почему его поставили». А если не памятник, а доску с фамилией на здании и красным шрифтом на карте? Мнений может быть множество. Одно можно сказать с уверенностью: имя на карте родного города — это большая честь для любого гражданина.

А что нужно сделать, чтобы ваше имя украсило собой площадь столицы? Что-то очень важное, что-то очень нужное стране. Выиграть решительную битву, спасти Родину. Вклад в историю обязан быть в таком случае серьезным и очевидным. А что нужно сделать, чтобы вашим именем украсили площадь столицы чужого государства? На этом вопросе люди обычно начинают хитро улыбаться. И напрасно. Чтобы перешагнуть через границы, надо быть величайшим государственным деятелем своей державы. Либо нужно сделать, открыть, изобрести что-то важное для всего человечества. Или для этой чужой страны персонально. Тогда ваше имя в названии улицы чужой столицы никого не удивит.

Возьмем для примера любимый российскими туристами Париж. Есть здесь улица Петра Великого. Чудный скверик, воздвигнутый на месте бывшего бастиона на западной окраине французской столицы, с 1934 года носит имя Льва Толстого. Есть на уличных табличках имена Баланчина, Шагала, Прокофьева. Одним из последних дал свое имя парижской улице скульптор Осип Цадкин, удостоившийся этой чести в 1994 году за то, что его работы украшают французскую столицу.

А что нужно сделать, чтобы вашим именем украсили площадь столицы главного противника вашей страны? Затрудняетесь с ответом? Сложно себе представить? Но на этом вопросы не заканчиваются. А что нужно сделать, чтобы вашим именем украсили площадь столицы главного противника вашей страны ПРИ ВАШЕЙ ЖИЗНИ? Ничего, кроме предательства, на ум не приходит. Хоть убейте. Ставить памятники или называть площади еще при жизни, на мой взгляд, вообще довольно дурная традиция, а уж когда это делает противник, то остается только развести руками в недоумении. Можете вы себе представить рыночную площадь Карфагена, названную в честь римского сенатора? Самого порядочного, кристально честного? Отпустившего всех рабов на волю и раздававшего хлеб голодающим детям? Конечно, нет. Такая идея даже в голову карфагенянам не пришла бы.

Но все же — к чему мы задавали эти вопросы? О ком идет речь? Какому человеку столь неуклюже удружили ретивые сторонники из чужой для него державы?

В августе 1984 года одна из площадей славного города Вашингтона переименовывается в «площадь Сахарова» (Sakharov Plaza). Действие это было явно направленно на внешний эффект. Дело в том, что переименована была именно та площадь, где расположено советское (ныне российское) посольство. Табличка «Sakharov Plaza» была повешена американскими властями не просто на той же площади, а рядом с посольством своего главного противника.[455] Так, чтобы дипломаты из СССР каждый день видели фамилию опального академика Сахарова, чтобы ее видели демонстранты, чтобы не забывали дипломаты других стран. Одновременно с этим в Нью-Йорке появился «сахаровский уголок»: перекресток 67-й улицы и 3-й авеню получает название «угол Сахарова — Боннэр».[456] Справедливости ради заметим, что в Соединенных Штатах сахаровских уголков было не так много, как ленинских на родине пролетарской революции. Но зато академика очень любили западные астрономы: в 1979 году именем Л. Д. Сахарова был назван астероид. Отчего же американцы так полюбили российского ученого? Что он сделал для человечества?

Давайте сначала разберемся, что он сделал для своей родины. Если мы проанализируем долгий трудовой путь академика Сахарова, то с удивлением убедимся, что единственным его изобретением, единственным его детищем стало термоядерное оружие. Водородная бомба. К тому же сотворенная именно против США. Академик Сахаров — безусловный умница, светлая голова. Элита русской науки. В 1942 году закончил с отличием университет. Поскольку шла война, Андрей Сахаров отказался остаться в аспирантуре и был направлен на ульяновский патронный завод, где в том же году сделал свое первое изобретение — прибор для контроля закалки бронебойных сердечников.[457] Тут же на заводе Сахаров нашел свою первую жену, Клавдию. Но семейное счастье не отвлекало Сахарова от главного увлечения — его стихией была физика, В 1943–1944 годах он написал ряд работ и направил их в Физический институт им. Лебедева, руководителю теоретического отдела Игорю Евгеньевичу Тамму. Тот работы оценил. «С 1945 года (в двадцать четыре года! — И. С.) я — аспирант Физического института им. Лебедева… в 1948 году — включен в научно-исследовательскую группу по разработке термоядерного оружия… Последующие 20 лет — непрерывная работа в условиях сверхсекретности и сверхнапряжения сначала в Москве, затем в специальном научно-исследовательском секретном центре», — пишет о себе Сахаров.[458]

Разработкой атомной бомбы Сахаров не занимался. Работа на этом важнейшем для страны участке была поручена Сталиным человеку, которому он доверял самые ответственные поручения. А именно — Лаврентию Павловичу Берии.[459] Берия свое дело знал, и бомба у СССР появилась. Это было самое важное. В тот момент США реально рассматривали вариант ядерного удара по СССР. Для уничтожения экономического потенциала нашей страны нужно было определенное количество атомных зарядов. США их в нужном количестве не имели, и СССР получил жизненно важное время для создания собственной бомбы. Она была сделана, и ядерная война оказалась предотвращена. Испытание русской атомной бомбы состоялось 29 августа 1949 года на полигоне № 2 (в 170 километрах западнее Семипалатинска).[460]

США имели больше зарядов, но в 1950 году Сталину удалось отвлечь и связать Вашингтон, впутав его в Корейскую войну.[461] США стало совсем не до нас, а американские генералы начали всерьез поговаривать о нанесении ядерного удара уже не по СССР, а по Китаю, руками которого Сталин и привязал США к Корее.[462] Провоевав почти три года, США остались на той же самой линии, где начались их столкновения с китайцами.[463] Американская армия очень часто терпела поражения от скверно вооруженных и плохо управляемых солдат Мао Дзэдуна. Командир 1-й дивизии морской пехоты генерал О. П. Смит впоследствии говорил журналистам о боях своих солдат в окружении: «Мы не отступаем, мы просто атакуем в другом направлении».[464]

В это время, пока китайцы своими неисчислимыми людскими ресурсами ставили в сложное положение американских генералов, молодой Андрей Сахаров с пониманием важности своей работы помогал родине заполучить водородную бомбу. Речь и правда была о выживании — шла гонка на скорость. Получат Штаты водородную бомбу раньше — могут ее применить. Сомневающимся в этом посоветуем просто съездить в Японию и посмотреть на Хиросиму и Нагасаки, которые в августе 1945 года были превращены в облако огня и пепла. С того времени прошло всего пять лет. Кто мог дать гарантии «гуманности» Соединенных Штатов, уже дважды применивших атомное оружие — против японских городов?[465]

Успешное испытание первой советской водородной бомбы состоялось 12 августа 1953 года. Именно за свой вклад в эту разработку Андрей Дмитриевич Сахаров был удостоен благодарной родиной целым каскадом наград: ему присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Аенина и золотой медали «Серп и Молот». В том же 1953 году (в тридцать два года!) он становится академиком Академии наук СССР. Его научная деятельность на благо родины продолжается. Продолжаются и награды. 20 июня 1956 года Андрей Дмитриевич был удостоен второй золотой медали «Серп и Молот», а 7 марта 1962 года — третьей.

Трижды герой Советского Союза. Секретный физик России. Но не за это же благодарные граждане США украсили стены домов своей столицы табличками с его фамилией? Не за разработку страшного оружия вручили академику Сахарову Нобелевскую премию мира в 1975 году? Не за его сугубо научные и малопонятные непосвященным труды по физике плазмы, управляемому термоядерному синтезу, магнитной гидродинамике, астрофизике и гравитации появилась в американской столице площадь Сахарова?

Конечно, нет. Все это он получил, когда стал… гуманистом.

«Его работы подсказывают, как следует поступать, чтобы выжить и жить и чтобы жизнь была достойной, свободной и справедливой… Андрей Дмитриевич глубоко и точно осмысливал ситуацию в своей стране и в мире — и находил пути для разрешения самых трагических, казавшихся неразрешимыми проблем. И адресовывал свои труды правительствам, народам и каждому из нас».[466]

Давайте почитаем труды Сахарова. Тогда то, что он «адресовывал каждому из нас», станет нам знакомо. И причины любви Соединенных Штатов Америки к советскому физику-ядерщику станут точно так же понятны и просты. Но начнем все же с Нобелевской премии мира. Осенью 1975 года ее получила его жена, лечившаяся за границей, — самого лауреата власти Союза за рубеж не отправили. Причиной стало его резко изменившееся поведение. Физик-ядерщик вдруг решил бороться за мир во всем мире. В последнем предложении — вся суть сахаровских идей. Он против войны. Он за мир. Но разве кто-то в СССР в 1975 году с ним бы не согласился? «Главное — чтобы не было войны» — так советские люди говорили очень часто. Пусть колбасы нет, но ведь и войны тоже нет вот уже тридцать лет. Заплатив 27 млн жизней за победу над Гитлером, наш народ совершенно не хотел воевать. Но ведь премию мира не давали каждому советскому человеку?

«За бесстрашную поддержку фундаментальных принципов мира между людьми и мужественную борьбу со злоупотреблением властью и любыми формами подавления человеческого достоинства» — напишет Нобелевский комитет, поясняя свой выбор в пользу нашего академика. Так за что дали Сахарову премию мира? Как он поддерживал «фундаментальные принципы мира между людьми»? Как он вел свою «мужественную борьбу со злоупотреблением властью и любыми формами подавления человеческого достоинства»? Слово самому Андрею Дмитриевичу: «С конца 50-х годов все более отчетливым образом вырисовывалось коллективное могущество военно-промышленного комплекса… Мое положение давало мне возможность знать и видеть многое, заставляло чувствовать свою ответственность, и в то же время я мог смотреть на всю эту извращенную систему со стороны. Все это толкало меня… на общие размышления о проблемах мира и человечества, в особенности о проблемах термоядерной войны и ее последствий».[467]

«К началу 1968 года я был внутренне близок к осознанию необходимости для себя выступить с открытым обсуждением основных проблем современности…я сделал свой решающий шаг, выступив со статьей «Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе».[468]

«Выступая в защиту ставших жертвой беззакония и жестокости… я пытался отразить всю меру своей боли, озабоченности, возмущения и настойчивого желания помочь страдающим».[469]

А произошло вот что — один из светлейших умов Советского Союза начал испытывать угрызения совести: «Участие в подготовке и осуществлении термоядерных испытаний сопровождалось все более острым осознанием порожденных этим моральных проблем».[470] Ученый испугался за судьбу планеты. Такие как он «головастики» запросто могут ее убить своими открытиями. Значит он, именно он, должен попытаться ее спасти. Последовали его выступления за прекращение или ограничение испытаний. В 1961 году возник конфликт с Хрущевым.[471] Наверху к чудачествам выдающегося ученого относились с пониманием, тем более что Советский Союз и сам выступал с мирными инициативами, следуя несомненному желанию своих граждан жить в мире. В 1963 году заключен Московский договор о запрещении испытаний в трех сферах, инициатором которого стал и Сахаров.[472] В 1968 году он пишет свою первую работу «Размышления о прогрессе, мирном существовании и интеллектуальной свободе». Самиздат разносит ее по стране. Хотя ничего «крамольного» в ней не найти. На многих страницах академик выдвигает лишь два тезиса.

1. Разобщенность человечества грозит ему гибелью. Когда я был советским школьником, на стенах кабинетов НВП (начальной военной подготовки) висели жуткие плакаты, будничным языком рассказывающие, куда надо упасть и чем прикрыться, если перед носом произойдет ядерный взрыв. Мы, дети, боялись ядерной войны. Не все время, конечно, но иногда. Разве Сахаров не прав? Прав. То, что он пишет дальше, тоже звучит правильно. И очень злободневно: «Цивилизации грозит: всеобщая термоядерная война; катастрофический голод для большей части человечества; оглупление в дурмане «массовой культуры» и в тисках бюрократизированного догматизма; распространение массовых мифов, бросающих целые народы и континенты во власть жестоких и коварных демагогов; гибель и вырождение от непредвидимых результатов быстрых изменений условий существования на планете».[473]

Прошло время, и если забыть про год написания, то слова Сахарова если кому и звучат упреком, то… Соединенным Штатам Америки. Если сомневаетесь, то прочитайте следующее предложение: «Перед лицом опасности любое действие, увеличивающее разобщенность человечества, любая проповедь несовместимости мировых идеологий и наций — безумие, преступление».[474] Кто у нас последние годы после крушения СССР ведет в мире войны, кто насаждает всем свою цивилизацию и идеологию? США. По Сахарову — это безумие. И преступление. Многие миллионы людей с этим согласятся. Наверное, даже миллиарды. Но критики со стороны правозащитников в адрес этой страны не дождаться и не услышать.

Вообще, чем больше читаешь Сахарова, тем больше убеждаешься, что все правозащитники, сегодня получающие премию «За свободу мысли» имени Сахарова, никогда его работ не читали.

«Число стран центральной и восточной Европы, ставших членами Евросоюза, свидетельствует о том, что Сахаров боролся не зря», — заявил директор правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов. Знаменитый физик был первым главой основанного в 1989 году «Мемориала».[475]

Сколько ни читал я Сахарова, ничего не нашел у него ни про Евросоюз, ни про то, что очень желательно, чтобы стран центральной и восточной Европы было много и разных. Это не удивительно, ибо проект Евросоюза в том виде, в каком он был осуществлен, не снился политикам в самых смелых снах. Только всеобщая и безоговорочная капитуляция Горбачева по всем статьям — от прекращения поддержки Нельсона Манделы в ЮАР[476] до одностороннего роспуска Варшавского блока — привела к Евросоюзу с единой валютой и на наших границах. «ЕС — это проект конвергенции, поэтому изначально структуры ЕС строились очень похожими на советские, чтобы они друг другу подошли. Для Европы — это тупиковый проект. То, что ЕС рухнет, как и его прототип, — вопрос времени. До 85-го года и Москва, и страны Европы были против и общего рынка, и дальнейшей интеграции Европы».[477] Это слова известного диссидента Владимира Буковского. Того самого «хулигана», которого обменяли на Луиса Корвалана. Пока Буковский сидел, академик Сахаров еще в 1972 году высказывался за его освобождение. СССР, однако, был управляем прагматиками, пока к середине восьмидесятых не стал управляем маразматиками, а затем группой людей, решивших (сознательно!) демонтировать вверенную им страну. Поэтому Буковского, ненавидящего Россию-СССР всеми фибрами души, не просто выпустили, а «выменяли» на арестованного главу чилийской компартии.[478]

Академик Сахаров ничего и никогда не говорил о Евросоюзе или о неизбежности евроинтеграции. Он не мог ничего подобного писать просто потому, что в его время о таком рассказывали только писатели-фантасты. Неужели директор правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов не знает таких элементарных вещей о Сахарове? Неужели все те, кто называет себя соратниками академика и его единомышленниками, никогда не читали его работ? Похоже, так и есть. Иначе, как честные последователи академика Сахарова, они были бы обязаны выступить против развертывания американской ПРО в Европе! Ведь Сахаров был категорически против этого. Чтобы в этом убедиться, достаточно прочитать ту же работу «Размышления о прогрессе, мирном существовании и интеллектуальной свободе»: «По мнению многих, разделяемому автором, дипломатическое оформление этой взаимопонимаемой ситуации (например, в виде договора о моратории строительства ПРО. — Н. С.) было бы полезной демонстрацией желания США и СССР сохранить статус-кво и не расширять гонку вооружений на безумно дорогие противоракетные системы, демонстрацией желания сотрудничать, а не воевать».[479]

Россия свою противоракетную оборону не усиливает, США постоянно заявляют о все новых вариациях ее расширения. Сахаров же писал следующее: «Я убежден, что соглашения, которые имели бы реальное, а не только символическое значение, должны включать:… запрещение развертывания и усовершенствования противоракетной обороны стратегического назначения… Эти требования представляются мне реальными, так как осуществление этих систем оружия находится в начальной стадии. Отказ от осуществления этих систем важен как в силу исключительной их дороговизны (в свое время писалось, что ПРО в четыре раза дороже противостоящей ей по мощности наступательной системы), так и потому, что их осуществление может способствовать стратегической неустойчивости: у каждой из сторон может появиться соблазн нанести первый удар для получения решающего преимущества».[480]

Сахаров — однозначный противник развития противоракетной обороны. По его мнению, наличие ПРО у одной стороны дает ей соблазн нанести по противнику ядерный удар с возможностью отбить ответный. Разве не об этом сегодня говорят руководители России, протестуя против планов США? Почему же мы не слышим гневных голосов «Мемориала» и других правозащитных организаций, которые идут вперед с именем академика на устах? Где ваш гнев, господа идейные последователи и ценители Сахарова?

Второй тезис самой ранней работы Сахарова тоже правилен и современен.

2. «Человеческому обществу необходима интеллектуальная свобода — свобода получения и распространения информации, свобода непредвзятого и бесстрашного обсуждения, свобода от давления авторитета и предрассудков. Такая тройная свобода мысли — единственная гарантия от заражения народа массовыми мифами, которые в руках коварных лицемеров-демагогов легко превращаются в кровавую диктатуру».[481]

В 1967 году это высказывание — вполне конкретное указание на закрытость информации в СССР. Но если почитать дальше, мысль Сахарова опять заиграет современными красками: «Но свобода мысли в современном обществе находится под тройной угрозой: со стороны рассчитанного опиума "массовой культуры", со стороны трусливой и эгоистической мещанской идеологии, со стороны окостенелого догматизма бюрократической олигархии и ее излюбленного оружия — идеологической цензуры».[482] Сколько лет прошло, нет уж СССР, прошли лихие девяностые, прошли тучные 2000-е. А все актуально. И не только про Россию. В Интернете вы найдете десятки мнений людей из разных стран, которые считают, что свобода мысли в их обществе находится под угрозой. Спросите американца, немца, француза: обеспокоен ли он тем, что массовая культура, мещанская идеология и бюрократы угрожают свободе? Каков будет ответ? Да, обеспокоен. Что из этого следует? Ничего.

«Андрей Дмитриевич был идеалистом», — пишет в предисловии к книге его жена Елена Боннэр. Чистая правда, так и есть. Физик-ядерщик с обостренной совестью. Реакция на это его внезапное «обострение» у руководства СССР была мягкой, потому что первая политическая работа Сахарова была наивной и прожектерской. Ее главный смысл поймет каждый, кто видел мультфильм про кота Леопольда. «Ребята, давайте жить дружно» — вот суть мыслей Сахарова в этой статье. А иначе всему живому на планете наступит «пушной зверек». Как физику, Сахарову это вдвойне ясно: он приводит количественные данные о мегатоннах и количестве зарядов. «Для человечества отойти от края пропасти — это значит преодолеть разобщенность»,[483] — пишет академик. Разве это неправильно? Нет, всё так. Только как преодолеть эту разобщенность?

Сахаров давал вполне конкретный ответ на этот вопрос до последних дней своей жизни: «Конвергенция (сближение) социалистической и капиталистической системы, сопровождающаяся встречными плюралистическими процессами в экономике, социальной сфере, культуре и идеологии, — единственный путь радикального устранения опасности гибели человечества в результате термоядерной или экологической катастроф».[484] Кто сейчас помнит слово «конвергенция»? С кем сегодня сближаются США, оставшиеся единственной сверхдержавой? Ни с кем. Что хотят, то и творят в мировом масштабе. Плюют на международные законы. Разве это «по-сахаровски»? Вместо сближения, той самой конвергенции, произошла сдача нашей страны ее геополитическому сопернику. Такого сценария не мог ожидать ни этот противник, ни гуманисты, ни политики. Поэтому в 1989 году Сахаров пишет вовсе не о неизбежности капиталистического развития России, которое современные либералы позднее назовут неизбежностью «победы свободы». Академик призывает осуществить все это «торжество демократии» при социализме у нас и при капитализме у них. Но кто из либералов читал Сахарова? И речи нет в сахаровских трудах об одной-единственной правильной модели развития человечества.

«Международная политика должна быть всецело пропитана научной методологией и демократическим духом», — писал Андрей Дмитриевич. Красиво. Но какое отношение это имеет к реальной жизни и реальной политике? Когда в истории политики пропитывались «научной методологией и демократическим духом»? Может, именно страшный СССР всем мешал так поступать? Так его уже нет. А политика по-прежнему — сплошная грязь, обман и страшные тайны. У самых демократических стран. США и Британия вторглись в Ирак, якобы зная о наличии у Саддама Хусейна оружия массового поражения. Это что? Это агрессия в чистом виде. Она ничем не отличается от действий Адольфа Гитлера. Фюрер говорил, что поляки напали на Германию, и поэтому он вынужден, защищаясь, отдать приказ перейти польскую границу 1 сентября 1939 года. Защищаясь от Саддама Хусейна — нападают на Ирак. Что самое забавное — ни химического, ни бактериологического, ни тем более ядерного оружия в Ираке так и не было найдено. И что? Где всеобщее осуждение? Где осуждение этого беспредела с сахаровской принципиальностью?

Запад действует тоньше. Сахаров приватизирован. Его книги никто не читает. Но его имя англосаксы забирают себе. Как Линкольна. Это их оружие. А что бы сказал Андрей Дмитриевич о вторжении США (под предлогом защиты от террористов) в Афганистан? «Необыкновенно жестокая война, вызывающая ужасные человеческие страдания, идет в Афганистане на протяжении более семи лет. Советская армия должна быть немедленно выведена из Афганистана с тем, чтобы афганский народ сам мог решать свои проблемы»,[485] — так говорил академик Сахаров. Четко и понятно. Но прошло много лет, и в Афганистане стоит армия совсем другого государства. Так слова Сахарова о выводе армии и самостоятельности афганского народа касаются только СССР или вообще любого агрессора? К США они относятся? Сахаров умер, его мнения уже не узнать. Но его соратники живы. Что они говорят об американском вторжении в ту же страну? Например, Сергей Ковалев. Он был рядом с Сахаровым. Сколько не искал, никаких его слов, осуждающих американские вторжения, я не нашел. Зато нашел многое другое:

«Известный российский правозащитник Сергей Ковалев призвал мировое сообщество осудить действия России в Грузии. Под предлогом защиты российских граждан Россия начала агрессию против Грузии».[486] Это сказано 10 августа 2008 года, когда Россия прекратила убийства своих миротворцев и мирных жителей Южной Осетии. Прошел год, и комиссия Евросоюза признала факт грузинской агрессии. Вы слышали, чтобы Сергей Ковалев признал свою ошибку? Чтобы извинился перед своей родиной за плохие слова в ее адрес? Покаялся, что на весь мир сказал неправду и своими словами очернил землю отцов и дедов? Я такого покаяния не слышал. А между прочим, Сергей Ковалев не просто соратник академика, который всегда однозначно выступал против всякого насилия и лжи. Ковалев сегодня получает премию имени Сахарова. Но мнение Сахарова не поддерживает.

«Премия имени А. Д. Сахарова "За свободу мысли", названная в честь советского физика и политического диссидента Андрея Сахарова, присуждается Европейским парламентом ежегодно с 1988 года лицам или организациям, которые внесли важный вклад в дело борьбы за права человека или демократию».[487]

Сумма премии небольшая — 50 тыс. евро. Но ведь важна ее общественная значимость.

«Российские правозащитники Людмила Алексеева, Сергей Ковалев и Олег Орлов награждены премией Сахарова».[488] Однобокость оценок этих людей общеизвестна. Вы можете ее легко предсказать. Они всегда против:

* позиции России;

* против действий СССР-России в прошлом;

* никогда не подвергают критике шаги Запада.

Что же удивительного? Премии, гранты — все это идет «оттуда». Премия имени Сахарова — это один из ручейков большой и полноводной реки. Разве можно говорить об объективности этих людей? Нет. Какие же это правозащитники, если они всегда защищают право только одной стороны? Они полузащитники прав человека. Или защитники полуправ. Давайте и будем так их называть. Это и точнее, и честнее…

Не отстает от коллег и вдова академика. Сразу после событий в Южной Осетии она обеспокоилась проблемой русских миротворцев: «Правозащитница Елена Боннэр, в свою очередь, призвала ООН срочно прекратить миротворческий мандат России… Боннэр призывает НАТО или ООН ввести в зону конфликта свои миротворческие силы».[489]

Не стыдно так легко забывать идеи своего знаменитого супруга? Сам Сахаров до «торжества демократии» путем бомбардировок не дожил. Но еще в первой своей работе написал черным по белому: «Все народы имеют право решать свою судьбу свободным волеизъявлением».[490] Все — это значит и народы Южной Осетии и Абхазии.

Что бы сказал академик, узнав о том, что говорят те, кому вручают премию его имени? Ковалев и Орлов — руководители «Мемориала». С виду — благородная организация. Благородная задача. Полное название — Международное историко-просветительское правозащитное и благотворительное общество «Мемориал».[491] Но не спешите смахивать слезу умиления. Просвещают и творят благо эти граждане очень однобоко. Не успела улечься волна возмущения в России и мире от прощального указа бывшего президента Украины Ющенко о присвоении Степану Бандере звания героя, как поспешили выразить позицию и те, кто получал премию Сахарова: «Общество "Мемориал" призвало МИД Украины и Погранслужбу запретить въезд в страну депутатам Европарламента — авторам резолюции, в которой западные политики призывают Виктора Януковича отменить указ Виктора Ющенко о героизации Степана Бандеры, сотрудничавшего с гитлеровцами. По мнению "Мемориала", заявление Европарламента является "недружественным" и "вмешательством во внутренние дела Украины"».[492] Мнение «мемориальцев» и им подобных всегда можно предсказать: воевал с Россией — значит молодец. Что с того, что бандеровцы фактически проводили этнические чистки, убивая евреев и поляков? Главное, что они боролись с русскими, убивали русских солдат…

Сахаров был ученым, и ученым гениальным. Будь все остальные жители Земли такими же умными, ответственными и порядочными, то общественные идеи академика могли бы стать гениальным изобретением. Ведь Сахаров старался, как кот Леопольд из мультфильма, убедить жить разные страны в дружбе. Мыши его благосклонно слушали и повсюду вешали его портреты. Мыши называли его именем площади в своей мышиной столице. Мыши еще при его жизни учредили премию имени кота Леопольда за вклад в дело мира. Но сами жить мирно они никогда не собирались. Вся эта риторика существовала исключительно ради пропагандистского разложения противника. Такая ситуация продолжается до сих пор.

В XX веке, когда ядерное оружие заполучили две соперничающие державы, борьба между ними стала идти в других сферах. Вооруженные конфликты на периферии, соревнование по освоению космоса и изобретению технологий. И борьба за умы. Как она ведется? Очень просто: в общественное сознание вбрасывается нужная информация. Чтобы ей поверили, нужно, чтобы ее озвучил авторитет. Это человек, к которому люди прислушаются. Который придаст словам вес и убедительность. Ученый-физик, начавший выступать за мир, был одинаково интересен и СССР, и СШЛ. В Советском Союзе не меньше, чем на Западе боролись за все хорошее против всего плохого. Поэтому первые выступления академика не повлекли за собой никакого наказания. Но потом Сахаров стал все сильнее критиковать СССР за несоблюдение прав человека. За реальные вещи. И тем самым стал нужным и важным элементом пропагандистской машины Запада. Шла борьба за разложение противника. Физик-ядерщик, создатель водородной бомбы, для любого человека — безусловный авторитет. Дураком такого человека не назовет никто.

Сахаров стал лауреатом Нобелевской премии вовсе не за новые мысли или некие откровения, помогающие делу мира во всем мире. Его начали раскручивать для нанесения идеологического удара по СССР. Просто «диссидент» — не звучит. «Диссидент-ученый, выходец из советской элиты» — это совсем другой уровень. А вручение Сахарову Нобелевской премии мира сделало его фигуру еще более весомой. Не случайна и временная синхронность действий: 1974 год — переименование площади в столице США, 1975 год — Нобелевская премия.[493] А руководство СССР не нашло ничего лучшего, как придать ему ореол мученика. Фактически руководство страны поддалось на провокацию Запада. Чем больше Сахарова пиарили там, тем меньше давали свободы здесь. В конце концов пожилому академику стало и вправду казаться, что там все хорошее, а здесь все плохое. Здесь его не печатают, не дают выступать, там выпускают и награждают. Его статьи и интервью становя тся все более «антисоветскими». В работе «О стране и мире», вышедшей в Нью-Йорке в 1975 году, Андрей Дмитриевич говорит уже об опасности советского тоталитаризма. Как же за такие речи не дать Нобелевскую премию?

«Сахаров еще предстоит — и своей собственной стране, и миру. Надо только его услышать и понять».[494] Давайте попробуем. Услышать и понять. Это совсем не сложно. При вручении Нобелевской премии каждый лауреат произносит речь. Вместо Сахарова речь читала его супруга Боннэр. Понимал ли сам Сахаров, что его именем будет вестись борьба с его же страной? Думаю, что нет. Читая его выступления, статьи и интервью (а именно из них состоит его основное наследие), ловишь себя на мысли, что он был честным человеком. Порядочным. Но наивным. Что он понимал в такой дурнопахнущей субстанции, как политика? Ничего. «Я не профессиональный политик, и может быть, поэтому меня всегда мучают вопросы целесообразности и конечного результата моих действий»,[495] — написал сам академик.

Не зря он мучился. Именно Нобелевская речь Сахарова является фактическим приговором той разрушающей Россию-СССР силе, которая сделала академика своим символом.

«Два крупнейших социалистических государства фактически стали враждующими тоталитарными империями… При этом одно из этих государств — КНР — находится пока на относительно низком уровне экономического развития, а другое — СССР… достигло в настоящее время огромной военной мощи и относительно высокого (хотя и одностороннего) экономического развития».[496]

Это сказано 1 декабря 1975 года. Вдумайтесь. Тридцать пять лет назад ни у кого в мире не вызывали сомнений два очевидных факта:

1. Китай находится на относительно низком уровне экономического развития.

2. СССР достиг огромной военной мощи и относительно высокого экономического развития.

Вспомните, какую картину мы видим в начале XXI века. Как тридцать пять лет назад отставание Китая от России-СССР было очевидным, так и сегодня очевидна обратная картина. Мы отстали, а Китай вырвался вперед. Это и есть приговор «полузащитникам прав» и «реформаторам». Эту оценку дает им не Уго Чавес или Геннадий Зюганов, а Андрей Дмитриевич Сахаров. Можете поспорить со столь очевидным катастрофическим итогом Перестройки, Демократизации и Гласности? С катастрофой гайдаровских «реформ» и «свободы», чуть не смывших с карты мира Россию? Совсем. Навсегда. Мы поменялись местами с китайцами не потому, что мы ленивы, а они трудолюбивы. А только потому, что в Китае не было Перестройки, Демократизации и Гласности. Потому что местный «Гайдар» работает там заведующим лабораторией в институте, «чубайс» шьет пуховички, командуя предприятием, «Латынина» и «Шендерович» славят комсомольские стройки в партийной печати, а «Новодворская» сидит в психушке.

Китай так далеко шагнул вперед, потому что увидел, какую кашу заварил Горбачев, ужаснулся и твердой рукой не допустил «демократизации» своей страны. Результат налицо. В нашей стране «джинна» выпустили из бутылки. И он отбросил державу на десятилетия назад. В Китае его оставили под замком.

А как же свобода выезда за рубеж? Как же свобода прессы? Свобода перемещения? Товары в магазинах? Разве это плохо? Нет, это все хорошо. Но все это есть и в Китае. И при этом китайцы не распиливали свои новейшие подводные лодки, не сдавали всех союзников, не оплевывали собственную историю.[497] Они чувствуют себя победителями, мы чувствуем себя преданными и обманутыми. Это и есть главный урок тридцати пяти лет, прошедших с момента нобелевской речи академика-идеалиста. Чтобы в магазинах было 100 сортов колбасы, вовсе не обязательно поливать грязью свою страну и разрушать свои вооруженные силы.

«Идеи Сахарова актуальны в России и через двадцать лет после его смерти».[498] Мое мнение таково: эти идеи и вправду очень актуальны. Крайне актуальны. Это наглядная иллюстрация из недавнего прошлого, какой катастрофой может закончиться следование идеям идеалистов, которые ничего не смыслят в политике. И являются, увы, всего лишь пешками в игре геополитических соперников нашей страны. Игре на наше с вами, уважаемые читатели, уничтожение…

Академик Сахаров оставил нам не только работы по физике, понятные узкому кругу специалистов, не только потерявшие актуальность статьи о нарушении прав человека в СССР с длинными списками «узников совести», фамилии которых сегодня уже никто и не помнит.[499] Не только статьи с призывами ко всеобщей дружбе и сближению, в которых легко читается осуждение политики современных США. Он оставил нам документы и посерьезнее. Речь идет о конституции — Сахаров написал ее проект. Слава Богу, что его проект не был принят. Иначе страны нашей не было бы уже давно, а многие из читающих эти строки погибли бы в страшной войне или просто не появились бы на свет…

Что такое конституция? Это, по сути, декларация. Декларация всего хорошего, что государство несет своему гражданину. Это сборник правил, к которым нужны разъяснения — ими являются кодексы всевозможных законов. Потому что фраза «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления»[500] сама по себе малопонятна и может трактоваться как угодно. А в уголовном или административном кодексе за оскорбление этой самой «личности» прописано вполне конкретное наказание.

Вы должны прочитать Конституцию своей страны. Ее должен прочитать каждый гражданин. Точно так же вы должны прочитать проект конституции Сахарова. Наберитесь терпения. Это важно. Желающие прочитают весь проект самостоятельно, мы же разберем наиболее показательные и вопиющие положения.


Анекдот номер три | Национализация рубля — путь к свободе России | КОНСТИТУЦИЯ СОЮЗА СОВЕТСКИХ РЕСПУБЛИК ЕВРОПЫ И АЗИИ [501]