home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Джулия

Когда я вернулась с утренней пробежки, Иззи сидела в гостиной.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – спросила она.

– Да. – Я расшнуровала кроссовки и сняла с головы повязку. – А что?

– Нормальные люди не бегают в половине пятого утра.

– Мне надо было избавиться от лишней энергии.

Я пошла в кухню, но кофеварка, которую я запрограммировала, чтобы к моему возвращению ореховый капуччино был готов, не сработала. Я проверила, включена ли Ева в сеть, нажала на все кнопочки, но дисплей не загорался.

– Черт, – выругалась я, выдергивая шнур из розетки. – Она еще не такая старая, чтобы ломаться.

Иззи подошла и подергала проводки.

– Срок гарантии еще не закончился?

– Не знаю. Я не обращаю на это внимания. Я думала, что если заплатила за то, что должно готовить мне кофе, то заслуживаю этот чертов кофе. – Я с таким стуком поставила графин в раковину, что он раскололся. Потом присела возле кухонной тумбочки и расплакалась.

Иззи опустилась на корточки рядом со мной.

– Что он сделал?

– То же самое, Из, – всхлипнула я. – Я просто тупая дура. Она обняла меня.

– Облить кипящим маслом? – предложила она. – Отравить? Кастрировать? Выбирай.

Это меня немного развеселило.

– Ты и сама могла бы выбрать.

– Только потому, что ты сделала бы то же самое для меня. Я положила голову на плечо сестры.

– Я думала, что молния не попадает в одно место дважды.

– Конечно, попадает, – ответила мне Иззи. – Но только, если у тебя не хватает ума отойти в сторону.


Первый, кто поздоровался со мной в суде на следующее утро, был не человек, а собака по кличке Судья. Она осторожно показалась из-за угла, прижав уши и явно спасаясь от громкого голоса своего хозяина.

Я попыталась его успокоить, но Судье было нужно не это. Вцепившись зубами в край моего жакета – клянусь, Кемпбелл оплатит счет из химчистки, – он потащил меня туда, откуда неслись голоса.

Я услышала голос Кемпбелла, еще не повернув за угол.

– Я потратил свои силы и время. А теперь вижу, что это было напрасно. И еще я разочаровался в своей клиентке.

– Да, но не вы один разочаровались, – огрызнулась Анна. – Я наняла вас, думая, что у вас есть что-то внутри. – Она пробежала мимо меня, пробормотав себе под нос: – Придурок.

В этот момент я вспомнила свои ощущения, когда проснулась на яхте одна: разочарование, одиночество, злость на себя, за то что позволила себе попасть в подобную ситуацию.

Почему же я не злилась на Кемпбелла?

Судья подпрыгнул и положил передние лапы Кемпбеллу на грудь.

– Опустись, – скомандовал тот, а потом обернулся и увидел меня. – Ты не должна была все это слышать.

– Еще бы.

Он тяжело опустился на один из стульев в комнате переговоров и провел ладонью по лицу.

– Она отказывается давать показания.

– Ради Бога, Кемпбелл. Она не может ничего возразить своей матери в собственном доме, не говоря уже о перекрестном допросе. Чего еще ты ожидал?

Он испытующе посмотрел на меня.

– Что ты скажешь судье Десальво?

– Ты спрашиваешь из-за Анны или просто боишься проиграть процесс?

– Спасибо, мне не нужен психоанализ.

– Ты не хочешь спросить себя, как тринадцатилетней девочке удалось зацепить тебя за живое?

Он поморщился.

– Почему ты просто не пойдешь и не утопишь меня, как собиралась сделать с самого начала?

– Потому что речь идет не о тебе, а об Анне. Хотя я прекрасно понимаю, почему ты так думаешь.

– Что ты хочешь сказать?

– Вы оба трусы. Вы оба постоянно бежите от себя. Я знаю, чего боится Анна. А ты?

– Я не понимаю, о чем ты.

– Нет? А где же твое остроумие? Или очень трудно шутить о том, что так больно ранит? Ты каждый раз отступаешь, когда кто-то становится тебе слишком дорог. Пока Анна оставалась твоей клиенткой, все было нормально. Но как только ты начал переживать за нее, возникли проблемы. А я? Со мной можно один раз переспать, но ни о каких чувствах не может быть и речи. Единственный, с кем ты сохранил отношения, – твой пес, однако и это государственная тайна.

– Ты ничего не понимаешь, Джулия…

– Нет, на самом деле, я единственный человек, который способен показать тебе, какое ты ничтожество. Но тебя это устраивает, ведь так? Если все будут считать тебя ничтожеством, то никто не захочет любить тебя. – Я замолчала и посмотрела на него. – Обидно узнавать, что кто-то видит тебя насквозь. Да, Кемпбелл?

Он встал с каменным лицом.

– Мне нужно идти работать.

– Конечно, – съязвила я. – Только постарайся отделить работу от чувств, а то, не дай Бог, окажется, что у тебя тоже есть сердце.

Я повернулась, чтобы уйти, пока не унизила себя еще больше, и услышала голос Кемпбелла:

– Джулия. Это неправда.

Я закрыла глаза и вопреки здравому смыслу повернулась к нему.

Он поколебался.

– Собака. Я…

Но я так и не услышала его признания, потому что в дверях появился Берн.

– Судья Десальво вышел на тропу войны, – сказал он. – Вы опоздали, а в кафе закончился кофе с молоком.

Я поймала взгляд Кемпбелла, ожидая, что он договорит то, что начал.

– Ты будешь моим следующим свидетелем, – спокойно произнес он, и момент был упущен, прежде чем я поняла, что он вообще был.


Среда | Ангел для сестры | Кемпбелл