home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Пайпер

С лаборанткой Джанни Вайсбах мы не виделись с тех пор, как она ушла из моей клиники и четыре года назад уехала работать в Чикаго. Раньше она была блондинкой, теперь же перекрасилась в стильный каштановый. У уголков губ образовались тонкие складки. Интересно, а я ей показалась такой же, как раньше, или предательство состарило меня до неузнаваемости?

У Джанин была аллергия на орехи, и однажды у них разразилась война с медсестрой, заварившей фундуковый кофе. Джанин покрылась сыпью от одного запаха, ползущего по приемной, а медсестра клялась, что не понимает, как протертые орехи могут влиять на аллергиков. Джанин спросила, сдала ли она вообще экзамены на медсестринскую лицензию. Этот скандал, в общем-то, был самым крупным происшествием в моей клинике… до того как началось всё это, разумеется.

— Откуда вы знаете истицу по данному делу? — спросила адвокат Шарлотты.

Джанин наклонилась ближе к микрофону. Я вдруг вспомнила, что она любила петь караоке в местном ночном клубе и называла себя «патологически одинокая». Теперь же на пальце у нее сверкало обручальное кольцо.

Люди меняются. Даже те, которых ты вроде бы знал, как самого себя.

— Она была пациенткой в клинике, где я работала, — ответила Джанин. — В гинекологической клинике Пайпер Рис.

— Вы работаете на ответчицу?

— Работала раньше. В течение трех лет. Но теперь я работаю в Северо-западной мемориальной больнице.

Адвокат смотрела в стену, словно даже не слушала ее ответы.

— Мисс Гейтс, — поторопил ее судья.

— Да, простите, — встрепенулась она. — Вы работаете на ответчицу?

— Вы только что задали мне этот вопрос.

— Да. Расскажите, при каких обстоятельствах вы познакомились с Шарлоттой О’Киф.

— Она пришла к нам на УЗИ на восемнадцатой неделе беременности.

— Одна?

— Нет, с мужем.

— Ответчица при этом присутствовала?

Джанин впервые посмотрела мне в глаза.

— Сначала нет. Все происходило так: я делала УЗИ, а потом обсуждала увиденное с нею. Она расшифровывала результаты и общалась с пациенткой.

— Что же произошло на УЗИ Шарлотты О’Киф, мисс Вайсбах?

— Пайпер сказала, чтобы я внимательно искала признаки синдрома Дауна. Четверной экран показал чуть повышенный риск. Мне очень хотелось поскорее освоить новый аппарат — его только привезли, настоящее произведение искусства! Я уложила миссис О’Киф на стол, смазала ей живот гелем и подвигала передатчиком, чтобы сделать несколько четких снимков эмбриона.

— И что вы увидели?

— Бедра были коротковаты, что иногда знаменует синдром Дауна, но больше ничего не вызывало подозрений.

— Это всё?

— Нет. Некоторые снимки были невероятно четкими. Особенно снимки мозга.

— Вы сообщили об этом ответчице?

— Да. Она сказала, что длина бедра в пределах нормы, так что дело, скорее всего, в низком росте матери.

— А что насчет четкости снимков? На этот счет ответчица что-либо сказала?

— Нет, — ответила Джанин. — На этот счет она не сказала ничего.

В тот вечер, когда я отвезла Шарлотту домой после УЗИ — того, что делала на двадцать седьмой неделе, того, на котором мы рассмотрели сломанные кости, — я перестала быть ее подругой и стала ее врачом. Сидя за столом у нее в кухне, я использовала медицинскую терминологию, что само по себе успокаивало: пока я вываливала на Шарлотту и Шона заведомо непонятную информацию, боль в их глазах притуплялась. Я рассказала им о враче, которого уже попросила о консультации.

В какой-то момент на кухню заскочила Амелия. Шарлотта тут же утерла слезы.

— Привет, солнышко, — сказала она.

— Я пришла пожелать ребеночку спокойной ночи, — сказала Амелия и, подбежав к Шарлотте, обхватила ее живот.

Шарлотта чуть слышно всхлипнула.

— Осторожнее, — только и сказала она.

И я поняла, о чем она думает: что от чрезмерной любви у тебя сломается какая-нибудь кость.

— Но я хочу, чтобы он скорее родился, — сказала Амелия. — Надоело ждать.

Шарлотта встала.

— Думаю, мне тоже стоит прилечь.

Она взяла Амелию за руку, и они вместе ушли.

Шон присел на освободившийся стул.

— Это ведь из-за меня, да? — На лице его читалась тревога. — Это из-за меня у нас будет такой ребенок.

— Нет…

— Шарлотта родила одного абсолютно здорового. Всё ясно.

— Это, скорее всего, спонтанная мутация. От тебя ничего не зависело. — И от меня тоже. Но я, как и Шон, все равно чувствовала себя виноватой. — Будь к ней внимательнее, сейчас ей нельзя впадать в отчаяние. Не позволяй ей искать информацию в Интернете, пока не сходите к врачу. Не говори, что переживаешь.

— Я не могу ей врать.

— Если любишь — соврешь.

И вот теперь, столько лет спустя, я не понимала, почему сама не могу простить Шарлотту, которая лишь последовала моему совету.

Гай Букер мне не нравился, но, с другой стороны, когда выбираешь себе адвоката на случай врачебной халатности, тебе и не нужны ребята, которых ты пригласила бы на рождественский ужин. Он делал так, что свидетели на трибуне извивались, словно насекомые, пришпиленные булавкой пытливого коллекционера.

— Мисс Вайсбах, — сказал Букер, вставая для перекрестного допроса, — вы когда-нибудь видели эмбрионов с такими же укороченными тазобедренными суставами?

— Конечно.

— А что было дальше, вам известно?

Адвокат Шарлотты привстала.

— Протестую, Ваша честь. Свидетельница — всего лишь лаборантка, а не квалифицированный врач.

— Она сталкивается с этим ежедневно, — возразил Букер. — Она окончила курсы по расшифровке сонограмм.

— Принято.

— Ну, — оскорбленно фыркнула Джанин, — между прочим, расшифровывать результаты УЗИ не так-то просто. Пускай я всего лишь лаборантка, но именно я отмечаю проблемные зоны. — Она кивнула в мою сторону. — Моей начальницей была Пайпер Рис. Я просто выполняла свои обязанности.

Она больше ничего не сказала, но я все равно услышала продолжение: «В отличие от тебя».


Марин | Хрупкая душа | Шарлотта