home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Немецкая секретная база на Кольском полуострове

Уважаемый читатель, ранее, быть может, вы уже знакомились с информацией о тайной базе «Норд», которую нацисты создали на мурманском берегу с началом Второй мировой войны. Но это были разрозненные, порой совершенно не проверенные данные о базе-«призраке». Почему «призраке»? Да потому что более 70 лет советских людей убеждали, что создать такую базу, да еще и на советской земле, мол, И. Сталин никогда бы не позволил А. Гитлеру. И в подтверждение своего убеждения заявляли, что каких-либо сооружений этой базы за прошедшие послевоенные 60 лет отыскать никому не удалось. Ниже впервые вы познакомитесь с самой подробной историей секретной «Базис Норд», а также — с той информацией, которая, несмотря на все запреты, все же стала известна в послевоенные годы.

Правда, начать придется с рассказа, совершенно далекого от мурманских берегов.

До начала Первой мировой войны в Германии, как и в большинстве стран мира, доминировала доктрина «владения морем» или «морской силы». Ее основатели американский контр-адмирал Альфред Т. Мэхэн и английский вице-адмирал Филип X. Коломб предполагали, что победа в морской войне достигается через господство на море, которое обеспечивает экономическую блокаду противника и уничтожение его войсковых коммуникаций. Однако в соответствии с этой теорией само морское владычество было невозможно без создания мощного надводного флота. И в первую очередь без закованных в броню линкоров и прикрывавших их в бою авианосцев, способных в одном решающем бою пустить флот противника на дно. Разгром кайзеровской Германии в Первой мировой войне заметно «остудил» интерес немцев к традиционным методам ведения морской войны, а также — к арктическим пустыням и морям. Но интерес пропал ненадолго.

Вскоре после Версальского позора военно-морские теоретики Германии Отто Гросс и Вольфганг Вегенер, а также будущий гроссадмирал Эрих Редер, сошлись во мнении, что победу на море (а, следовательно, и собственно в новой мировой войне) рейх способен одержать, даже не имея столь же сильных военных флотов, как у Великобритании или Франции. Ведь, например, если враг — островная Англия, то зачем топить ее линкоры в открытом бою? Можно просто оставить их без топлива

У британцев нет своей нефти, ее везут издалека сотни танкеров. Захвати, потопи, запри в портах океанские нефтевозы — и Королевский флот будет «мертво» стоять у причалов. А торговый флот стран Британского союза, находящийся в различных районах Мирового океана, станет легкой добычей для германских рейдеров. Например, для так называемых «карманных линкоров» («Дойчланд», «Адмирал Шеер», «Адмирал граф Шпее»), специально построенных для операций на морских и океанских коммуникациях стран Британского союза

К «карманным линкорам», а правильнее — броненосцам (panzersschiff. — Авт.), были привлечены крупнейшие промышленные «столпы» нового рейха. Так, «Рейнметалл» поставил 280-мм орудия главного калибра, Крупп — броню «Вотан», Карл Цейс — корабельную оптику, Сименс — системы управления артиллерийским огнем, а Шварцкопф — торпеды. Броненосцы были совершенно новым типом боевого корабля с дизельной установкой и легкой броней.

По своим скоростным данным эти рейдеры практически всегда превосходили имевшиеся у противников рейха линейные корабли (за исключением 3 английских линейных крейсеров, встречи с которыми броненосцы всячески избегали), а по вооружению — все самые быстроходные вражеские корабли специальной постройки (тяжелые и легкие крейсеры, лидеры эсминцев и, естественно, сами эсминцы). Более того, их главная двигательная установка, состоявшая из 8 дизелей, позволяла в короткое время развить максимальную скорость хода (чтобы настигнуть торговое судно, или оторваться от более сильного противника). Да еще и увеличивала более чем в три раза дальность плавания (но сравнению с паровыми «сверстниками»). И Редер, и Вегенер были твердо уверены, что кригсмарине в будущем сможет вести успешную борьбу как на океанских коммуникациях, так и непосредственно у Британских островов. В перспективе все немецкие рейдерские эскадры должны были стать для Третьего рейха «длинными руками» в Мировом океане. И даже его властителями. Этот замысел был весьма интересен, но при его реализации, правда, лишь после начала новой Мировой войны, возникли серьезные проблемы.

И первой стала проблема своевременного пополнения запасов топлива германских рейдеров. Вернее — абсолютная в том невозможность. «Карманные линкоры» и легкие крейсеры нацистов выходили в океан, охотились на суда Британского союза и Франции, но порой и сами становились «дичью», за которой охотились целые эскадры Королевского флота. Несмотря на то что по своим скоростным данным гитлеровские броненосцы превосходили английские и французские линейные корабли, при встрече с целой поисковой группой они были бессильны. В том числе и потому, что не имели возможности своевременно пополнить запасы топлива.

Правда, еще в 1937 году командование кригсмарине приступило к постройке специальных скоростных (до 21 узла. — Авт.) танкеров проекта «Trossschiff» (комбинированный нефтевоз и судно снабжения), которые планировались к использованию в составе рейдерских эскадр. Каждое из таких судов было способно перевозить до 12 тысяч тонн различных грузов. Однако сегодня известно о вводе в состав германского флота лишь одного из таких снабженцев — о танкере «Кернтерн». Почему немецкие судостроители не стали строить всю серию — неизвестно, но Вторая мировая война показала, что топливо с их потенциальных трофеев — английских и французских транспортов — для двигателей гитлеровских рейдеров не подходило. И вновь гроссадмирал Эрих Редер пожалел, что после военной катастрофы в Первой мировой войне Германия потеряла все заграничные базы. А новых не приобрела! Тем более уже в первый военный год ярко проявилась ограниченность системы базирования кораблей кригсмарине на Балтийском и Северном морях.

После начала войны с Англией и Францией у нацистских моряков не только не нашлось топливных баз за пределами границ британской блокады, но практически не осталось и шансов успешно миновать Северный проход (район Северного моря между Шетландскими островами и побережьем Норвегии), и уж тем более узкий пролив Ла-Манш.

Судам и кораблям кригсмарине приходилось долгое время идти вдоль восточных и южных берегов Великобритании, постоянно находясь под угрозой смертельных ударов от английских линейных или легких сил флота и Королевской авиации, а в Ла-Манше — еще и сил французского флота. Поврежденным же в боях на просторах Атлантики германским кораблям и судам приходилось еще и возвращаться в базы для ремонта все тем же Северным проходом. Именно здесь они становились легкой добычей для британских ударных и легких сил. Чтобы уберечь германские корабли после рейдерства в различных районах Мирового океана или суда-блокадопрорыватели, которые везли в германские порты стратегические важные грузы с Дальнего Востока, Африки или из Южной Америки, кригсмарине были нужны заграничные базы. И, хорошо бы, не доступные для вражеских кораблей и авиации. Но, повторюсь, у разгромленной в Первой мировой войне кайзеровской Германии такой возможности не было.

Перед германскими военно-морскими теоретиками встала сложнейшая задача — создать новую доктрину, из которой можно было бы практически полностью исключить классический линейный флот. Разработать ее в условиях, когда кайзеровская академия ВМС в соответствии с требованиями Версальского договора была расформирована, было поручено Архиву рейхсмарине и его начальнику вице-адмиралу фон Мантею. В его распоряжение для обобщения опыта мировой войны поступили несколько молодых, но подающих большие надежды флотских офицеров, и в том числе капитан-цур-зее Эрих Редер. Сотрудники архива и прибывшие офицеры перелопатили горы пыльных приказов, отчетов, распоряжений, корабельных вахтенных журналов и смет в поисках ответов на два вопроса: почему Германия проиграла войну на море и как действовать дальше? И первые поразительные открытия не заставили себя долго ждать: эффективность действий крейсеров и подводных лодок была на порядок выше действий тяжелого линейного флота, А вскоре сразу два офицера, прикомандированные к Архиву, написали собственные труды, посвященные этим итогам Первым стал капитан-цур-зее Отто Гроос, который подготовил монографию «Война на Северном море», а за ним — капитан-цур-зее Эрих Редер, опубликовавший монографию «Крейсерская война в иностранных водах». Так, практически одновременно, оба исследователя стали крупнейшими в Веймарской республике специалистами по вопросам крейсерских операций, их обеспечения и проведения.

На страницах своих работ они отметили, что во время Мировой войны самым уязвимым местом Великобритании оказались ее морские коммуникации. И ее зависимость от импортируемых стратегических материалов и продуктов питания оказалась абсолютной. При этом на грань катастрофы Британские острова поставили не линкоры германского флота открытого моря, а… подводные лодки и крейсеры-рейдеры, которые стали, по образному выражению тогдашнего морского министра Уинстона Черчилля, «тромбами в артериях Британской империи». Более того, стали средством, способным парализовать коммерческое судоходство Великобритании и стран Британского союза. Но для успешных рейдерских операций нацистам был необходим свободный выход в Атлантический океан, которого у Третьего рейха и не было. Конечно, военных моряков гроссадмирала Редера могли бы выручить базы в бывших заморских немецких колониях, находящиеся вне территории Третьего рейха. Но и эти базы Германия потеряла в 1918 году.

Политическому и военному руководству нового рейха пришлось срочно искать союзника, имеющего свободный выход в Атлантику. И таковым в конце 1930-х годов для фашистской Германии стал Советский Союз.

23 августа 1939 года между СССР и рейхом было подписано торгово-кредитное соглашение в Берлине. В этот же день, но только в Москве, был подписан договор о ненападении и секретный протокол. А через месяц, 28 сентября, — договор о дружбе и границе. При этом несложно заметить, что советское политическое руководство, с учетом реалий того времени, «из двух зол выбрало меньшее». Но одновременно оно же просчитало, что Германии, остро нуждающейся в советских поставках стратегического сырья и нефти, придется согласиться если не со всеми советскими условиями, то по меньшей мере — со многими. Однако и Германия, в свою очередь, не упустила своей выгоды.

Советско-германский союз укрепил веру Адольфа Гитлера в возможность реального прорыва морской блокады рейха, запертого в узостях Ла-Манша и Северного прохода, и реального сохранения своего торгового флота. Из более трехсот германских транспортных судов, которые в те дни оказались за пределами рейха, только 41 судно было перехвачено противником или затоплено собственной командой во избежание его пленения. Большинство фашистских судов сумели укрыться в нейтральных портах (в том числе и в советских) и через некоторое время — сумели вернуться к родным берегам. Но главным «плюсом» новых германо-советских отношений могло стать и нечто иное. То, о чем долгие годы не любили упоминать открытые советские издания.

Известно, что еще до Второй мировой войны Великобритания за счет Скандинавских стран покрывала половину своей потребности в марганце и почти на две трети — в железной руде. При этом железную руду она получала с рудников уникального (содержание железа в руде до 70 процентов) шведского месторождения Кируна Но имелись у англичан и не столь известные источники стратегически важного сырья. Компания «Монд-Никел» через свое дочернее предприятие — норвежскую концессию «Петсамонникели» — обеспечивала Туманный Альбион богатыми никелевыми рудами. Только разведанных запасов никеля в районе залива Петсамо (Печенгского залива) имелось более 200 тысяч тонн, а меди — почти 80 тысяч тонн. Одновременно канадские строители подготовили к эксплуатации и новый рудник «Каула» (сегодня здесь вырос город Никель). А вот гитлеровской Германии приходилось везти силикатные никелевые руды издалека: Бразилия, Греция и Голландская Индия. Но и в этом случае это была едва ли треть от потребности немецкой промышленности никелем (даже для мирного времени). Неудивительно, что Норвежское море, а также западная часть нашего Севморпути, и главное, берега Сибири, серьезно заинтересовали А. Гитлера, и особо — в военно-экономическом отношении: для успешного ведения новой мировой войны фашистской промышленности были нужны металл и руды, лесоматериалы и целлюлоза из Швеции, Норвегии и Финляндии. И как стратегический резерв — из России.

Неудивительно, что уже через месяц после начала Второй мировой войны, а именно 10 октября 1939 года, гроссадмирал Э. Редер лично доложил А. Гитлеру свои соображения о необходимости создания где-то в районе Скандинавского полуострова базы кригсмарине, которая бы в перспективе позволила бы, с одной стороны разорвать британскую блокаду, а с другой — создать реальную угрозу Британским островам. Во время своего доклада он показал последние донесения военно-морской разведки, где ясно просматривались намерения Англии высадить войска в нейтральной Норвегии. Скорее всего, все вышеуказанные соглашения, договоры и доклад гроссадмирала Э. Редера и послужили основой в создании проекта, позднее превратившегося в тайную «Базис Норд» на Кольском полуострове.

По замыслу нацистов, эта секретная база должна была связать военно-морские базы кригсмарине с германскими базами на берегах и островах Тихого океана, в странах Латинской Америки или Юго-Восточной Азии, и даже — в Антарктиде. Одновременно она же могла обеспечить надежную укромную стоянку и надлежащий межпоходовый ремонт для кораблей-блокадопрорывателей, судов снабжения рейдеров и нацистских подводных лодок, действовавших в Северной Атлантике или переходящих на Тихий океан. В случае же окончательного закрытия для Третьего рейха выхода в Атлантику секретная база на Кольском полуострове сразу же превращалась в связующее звено между Балтийским, Баренцевым и Норвежским морями и могла бы обеспечить кораблям кригсмарине круглогодичный выход в Мировой океан. Уже начало Второй мировой войны показало, что эти планы вполне реальны.

Предполагая возражения потенциальных «оппонентов» существования такой базы, хотел бы сразу же предупредить, что иногда ее даже называют базой «Полярный». Но это лишь вольный перевод слова «Норд», а совсем не указание на местонахождение тайной базы в Главной базе советского Северного флота.

К 17 сентября 1939 года, не дожидаясь окончательного решения вопроса о создании секретной базы, в Мурманск пришли гитлеровские транспорты «Кордиллере» и «Сан-Луи» с грузами и техникой. Через месяц на рейде Мурманска собралось уже 36 германских судов, среди которых были «X. Леонард», «Нью-Йорк», «Поллине», «Тобинген» и «Иллер». Здесь, у Абрам-мыса, они укрылись от британских крейсеров. С наступлением полярной ночи большинство фашистских судов покинули гостеприимный Мурманск. 6 декабря отсюда ушел и «Бремен».

Только «Кордиллере» не стал покидать Заполярья, а встал на рейде губы Большая Западная Лица;

Выбор места для собственно тайной базы был сделан не сразу: порт Мурманск из-за невозможности скрыть присутствие здесь германских судов пришлось исключить. Вместо него немцам было предложено на правах концессии (военной колонии) создать базу в Териберской губе или в губе Большая Западная Лица. Первой, в октябре 1939 года, немцы осмотрели Териберскую губу и признали ее «…заливом, недостаточно защищенным от непогоды, и не подходящим для передовой базы немецкого флота».

Конечно, Териберская губа не столь хорошо защищена от ветров, как, допустим, Большая Западная Лица, но еще в 1920-е годы именно в этом заливе укрывались английские и норвежские рыбаки от осенних и зимних штормов. Более того, две небольшие губы (Лодейная и Орловка. — Авт.), находящиеся в северной части Териберской, глубоко вдавались в материк и были укрыты практически от всех ветров. Скорее всего, совсем не метеоусловия повлияли на окончательный выбор нацистов. Возможно, не последнюю роль ее отклонения сыграл организованный в Териберке еще в начале 1930-х годов рыболовецкий колхоз «Красная Армия», ставший к осени 1939 года самым крупным на Кольском полуострове рыбколхозом. Здесь работали обрусевшие финны и норвежцы, а также русские рыбаки, имевшие этнические и родственные связи с рыбаками норвежской провинции Финмарк, еще недавно свободно ловившими рыбу у Кольских берегов. И это означало, что любая информация о «Базис Норд» через норвежских рыбаков Финмарка постоянно уходила бы в руки аналитикам оперативного разведывательного центра (ОРЦ) Адмиралтейства Великобритании. Но основной причиной отказа от использования Териберской губы для тайной базы, вероятно, стало то, что лишь за месяц до того командование Северного флота создало на полуострове Териберский один из первых радиопеленгаторных постов СФ. И одновременно назначило этот залив для проведения досмотра и контроля приходящих в Кольский залив иностранных судов. Таким образом, для командования кригсмарине стало ясно, что германские суда в губе Териберская будут постоянно находиться под контролем советской стороны. А это в планы гроссадмирала Редера не входило.

Иначе выглядел залив Большая Западная Лица, укрытый от посторонних глаз сопками материка и полуостровов Средний и Рыбачий. Составляющие его небольшие губы (Нерпичья, Андреева, Большая Лопаткина и Малая Лопаткина) действительно подходили для создания секретной базы, которую никто, в том числе и советская сторона, не смог бы постоянно контролировать. Ведь Большая Западная Лица находилась далеко в стороне от выхода из Кольского залива и баренцевоморских судоходных маршрутов.

Советские береговые посты наблюдения и связи, расположенные вокруг Мотовского залива, но вдали друг от друга (в губе Титовка, на мысе Цып-Наволок и на острове Кильдин), могли видеть лишь его отдельные районы, да и то в ясную погоду. Наблюдать же за входом в губу Большая Западная Лица они не могли. 1 ноября 1939 года представитель кригсмарине еще раз осмотрел территорию и акваторию будущей «Базис Норд» и окончательно подтвердил положительное решение. Сейчас он приезжал сюда совершенно открыто. Ведь еще в сентябре все рыбаки колхоза «Коминтерн», почти 10 лет проживавшие в поселках Большая Западная Лица и Большая Лица, за одну ночь были вывезены отсюда на пароходе в Мурманск, а затем по железной дороге отправлены в Карелию. Нетронутым остался только третий колхозный поселок — Малая Лица (на берегу одноименной губы), практически находящийся на побережье Мотовского залива. Правда, и это прибрежное селение было сохранено в первозданном виде лишь до лета 1940 года, вероятно, для естественной маскировки причалов «Базис Норд».

В компенсацию за предоставление «Базис Норд» немецкая сторона оказала Советскому Союзу военно-техническую помощь. И в первую очередь — продажей корабельной брони для строившихся в Николаеве и Молотовске суперлинкоров типа «Советский Союз». Рассматривалась даже возможность передачи СССР технической документации новейшего линейного корабля «Бисмарк». Другими известными элементами германской военно-технической помощи нашему ВМФ стали:

— поставки нескольких образцов минно-торпедного вооружения, гидроакустической и гидрографической аппаратуры;

— продажа недостроенного тяжелого крейсера «Лютцов». Первоначально речь шла о «Зейдлице» или «Принце Ойгене», находившихся в большой степени готовности, однако «сошлись» на «Лютцове»;

Кроме того, в Советский Союз было поставлено 30 самолетов с запасными моторами (типа Ju-88, Не-100, Do-215, Ме-109 и Ме-110, Ju-207, Bu-131 и Bu-133). Возможно, именно эти типы самолетов предполагались к использованию с аэродрома базы «Базис Норд».

Но зачем такая база была нужна Третьему рейху? Посмотрим на обычную карту мира, и сразу же становится ясно, что от полуострова Рыбачий германские транспорты, танкеры и суда-снабженцы без труда могли выходить как в Гренландское и Норвежское, так и в Карское моря. А затем также тайно от англичан уходить в Северную Атлантику, в Северный Ледовитый океан, а с согласия СССР при помощи советских ледоколов — даже в Тихий океан. И в первый же военный год эти замыслы полностью оправдались.

Осенью 1939 года секретная «Базис Норд» обеспечила крейсерство броненосца «Дойчланд» (принявшего наименование «Лютцов» вскоре после продажи Советскому Союзу недостроенного тяжелого крейсера), а затем рейдерство линейных кораблей «Шарнхорст» и «Гнейзенау» в районе Большой Ньюфаундлендской банки. А весной — летом 1940 года без ее помощи не могли бы обойтись «серые волки» Дёница, которым пришлось заполнить вакуум, образовавшийся в рядах кригсмарине из-за огромных потерь крейсеров и эсминцев в Норвежской операции, германские метеосуда и вспомогательный крейсер «Комет».

Изначально «коминтерновские» причалы в губе Нерпичья действительно отлично маскировали стоянку германских кораблей снабжения и метеосудов кригсмарине. Но, вероятно, сооружений в двух изначально выбранных поселках все же оказалось недостаточно.

Поздней осенью 1939 года на берегу бухты Нерпичья началось строительство причалов, ремонтных мастерских, складов снабжения и новых нефте- и керосинохранилищ, в том числе и на побережье (их зарывали в прибрежный песок). Где-то с середины ноября у западнолицких берегов появились немецкие транспортные суда со строительными грузами. А в декабре 1939 года советским подводным лодкам, выходившим в дозор к полуострову Рыбачий (Д-1, Щ-402, Щ-404, Щ-421 и Щ-422. — Авт.), «…неоднократно приходилось встречаться с немецкими судами-разведчиками, появлявшимся у советских территориальных вод…» Зная, что в те дни мы были друзьями с фашистской Германией и делились с ней даже некоторыми секретами, становится ясно, что эти суда были названы в послевоенной литературе разведчиками лишь в угоду политикам.

В действительности они вряд ли были разведчиками. Ведь любое из них, как судно союзного нам государства, после приема в Териберской губе на борт советского лоцмана могло спокойно войти в Кольский залив, укрыться здесь от английских поисковых групп и получить защиту от них со стороны советских береговых батарей, установленных на мысах Цып-, Сеть-и Выев-Наволок или на острове Кильдин. Например, как это сделали капитаны лайнера «Бремен» и транспортных судов «Кордиллере» и «Сан-Луи», которые в сентябре 1939 года укрыли в Мурманском порту свои суда от английских крейсеров. Не прошло и месяца, как советскую батарею 104-го пушечного артиллерийского полка даже обстреляли практически у входа в Кольский залив 2 «заблудившихся» английских эсминца, которые, как выяснилось позже, искали здесь именно «Бремен». Выходит, гитлеровским «судам-разведчикам» не было необходимости тайно приходить к советскому побережью.

Скорее всего, это были транспорты, идущие в «Базис Норд» или выходящие оттуда. Причем они ходили здесь достаточно интенсивно: если судить по докладам советских командиров-подводников, всего за месяц к полуострову Рыбачий пришло не менее 5 германских судов. Слово «неоднократно» может указывать еще и на то, что их было заметно больше.

Строительству тайной базы нацистов на мурманском берегу помогла и находка, сделанная немцами в верховьях реки Большая Западная Лица. Здесь они нашли 300 кубометров строительного леса, которые были заготовлены два года назад местными жителями, а также закупленные в большом количестве доски. Сегодня, после знакомства с германскими архивными данными, появилась еще одна версия для объяснения тому, откуда у немцев здесь, в совершенно безлесной местности, появился значительный запас строительного леса Дело в том, что до 25 ноября 1939 года в «Базис Норд» заходили подлодки U36 (командир капитан-лейтенант Вильгельм Фрелих) и U38 (командир капитан-лейтенант Хейнрих Либе), которые еще с октября в западной части Баренцева моря охотились за английскими лесовозами, везущими на Британские острова лес с берегов Обской губы. Понятно, что их командиры могли привести сюда свои подводные корабли: либо пополнить запасы пресной воды, либо для отдыха экипажа, измученного осенними штормами. Но с таким же успехом любая из субмарин могла не торпедировать встреченный английский лесовоз, а, захватив его, привести его в Западную Лицу. Тогда именно этот, а совсем не оставленный рыбаками строительный лес, в дальнейшем был использован немцами для строительства сооружений «Базис Норд».

Первоначально строительные работы вели советские военные строители 95-го строительного участка Мурманского отделения ЭПРОН. Не исключено, что на самых тяжелых работах здесь был использован труд заключенных из ближайших к Мурманску спецлагерей НКВД. Здесь же могли работать и немецкие военные строители из так называемой «Организации Тодта» («ОТ»).

Большая часть сооружений секретной базы была построена среди скал и хорошо замаскирована на берегах губы Андреева и Нерпичья. Для абсолютного сохранения секретности работ в южной части залива, прямо на дороге из Мурманска к Титовке, был установлен гитлеровский контрольно-пропускной пункт.

Поэтому не будем удивляться, что большинство очевидцев, побывавших на берегах губы Нерпичья в июле 1941 года (и позже. — Авт.), всегда утверждали, мол, никаких построек «Базис Норд» здесь не существовало. Здесь они видели лишь остатки бревенчатых жилых домов и старых деревянных причалов, некогда принадлежавших рыбакам колхоза «Коминтерн». В свою очередь, эти же заявления и породили и отрицание факта существования тайной фашистской базы в Западной Лице у ветеранов и послевоенных историков. Но стоит обратиться к военным строителям, которые в 1970—1980-е годы создали в губе Нерпичья специальные сооружения для базирования наших тяжелых подводных ракетных крейсеров типа «Тайфун», то практически всегда можно услышать (естественно, неофициально) о найденных подскальных сооружениях необъяснимого происхождения и тем более — предназначения. В том числе с законсервированными немецкими станками и рабочими механизмами, а также — топливохранилищами.

Сейчас о «Базис Норд» достоверно известно совсем немного:

1. По немецким источникам, местоположение базы было обозначено координатами 69 градусов 25 минут северной широты 32 градуса 26 минут восточной долготы.

2. С декабря 1939 года по апрель 1940 года старшим морским начальником в базе был капитан-цур-зее Нишлаг, который ранее командовал неким тыловым подразделением кригсмарине в Стамбуле и назначенный командовать «Базис Норд» во время подготовки Норвежской операции. Вероятно, здесь он получил практику тылового обеспечения подготовки десантной операции, например в Югославию. Но когда Гитлер решил все же начать с Норвегии, то Нишлаг привез этот опыт на Кольский полуостров.

В июле 1940 года старшим морским начальником базы стал командир специального судна снабжения «Фениция» (по другим данным — «Венеция». — Авт.) корветтен-капитан Гаусгофер. Общее руководство «Базис Норд» было возложено на тыл кригсмарине;

3. До мая 1940 года в Большую Западную Лицу часто приходили метеорологические суда кригсмарине («Викинг-5», «Заксенвальд» (650 брт), «Кединген»), суда снабжения («Кордиллере» (12055—16500 брт) и вышеупомянутая «Фениция» (4124 брт), а также танкер «Ян Веллем» (11766 брт… Часть судов из-за неудобства рейда Большой Западной Лицы со временем перешли в губу Териберская и на рейд Иоканьги.

4. До декабря 1939 года в базе находился быстроходный транспорт-банановоз «Иллер» (официально принадлежавший компании «Северо-Германский Ллойд», ранее ходивший по линии Азорские острова — Бремен). Первоначально именно это судно было назначено для перехода на Тихий океан по Севморпути. Но позже он был заменен транспортом «Эмс» («Комет»).

5. По данным сборника «Revue Maritime» (№ 6 за 1966 год), 25 ноября 1939 года в «Базис Норд» заходили фашистские подводные лодки U38 (тип IX) и U36 (тип VIIА). Однако 4 декабря 1939 года U36 была потоплена торпедой английской подводной лодки «Сэмон» юго-западнее Кристиансанда. Через сутки после уничтожения подлодки Фрелиха «Сэмон» обнаружила лайнер «Бремен», идущий в Германию из Мурманска Но сопровождавший лайнер гидросамолет не позволил английскому командиру выйти в торпедную атаку на заманчивую цель. Выходит, что «36-я» находилась в дальнем охранении лайнера, которого продолжали искать англичане.

От базирования же в Западной Лице второй подлодки (U38) командование кригсмарине отказалось по неясным причинам.

6. 2 декабря 1939 года нацистские суда снабжения «Кордиллере» и «Фениция» стояли на якорях непосредственно на рейде Большой Западной Лицы. Капитан-цур-зее Нишлаг для связи с рейхом использовал свое самое быстроходное судно — китобоец «Заксенвальд».

Немного известно о судьбе кораблей и судов, приписанных к «Базис Норд» в 1939 и 1940 годах.

Метеорологическое судно кригсмарине «Кединген» — это бывший паровой рыболовецкий траулер. Оно успешно пережило большую часть Второй мировой войны, а в сентябре 1943 года даже высадило в западном побережье Земли Франца-Иосифа метеорологическую экспедицию кригсмарине под условным названием «Кладоискатель». Но в 1944 году с метеорологической экспедицией «Эдельвейс-1» на борту, в районе Восточной Гренландии оно было перехвачено американским ледоколом «Нортленд» и потоплено.

Судно-снабженец «Ян Веллем» 20 января 1940 года, имея на борту трехмесячный запас продовольствия для тяжелого крейсера «Адмирал Хиппер», находившегося на разведке у архипелага Шпицберген, и четырехмесячный запас продовольствия для действовавших поблизости подводных лодок, вышло из «Базис Норд».

8 апреля «Ян Веллем» прибыл в порт Нарвик, официально — для пополнения запаса топлива При этом норвежские портовые власти были удивлены, что у якобы идущего в Мурманск судна на борту находится большое количество продовольствия. В действительности это было продовольствие, которое было доставлено для германских горных стрелков прямо со складов «Базис Норд».

13 апреля «Ян Веллем» обеспечил топливом (3 тысячи тонн) эскадренные миноносцы капитана-цур-зее Бонте в Уфут-фиорде (район Нарвика) и оказался единственным из всех направленных сюда германских танкеров. Два других танкера, «Каттегат» и «Скагеррак», направленных к Нарвику мимо Британских островов, были перехвачены англичанами. Правда, и «Ян Веллем» далеко не ушел. После передачи топлива он был атакован английскими эсминцами и выбросился на берег у входа в фиорд, где пролежал до 1950-х годов.

Транспорт «Кордиллере» в конце войны был потоплен в Готенхафене, а в 1949 году был поднят водолазами нашего КБФ. О других судах из «Базис Норд» найти какой-либо информации не удалось.

Однако залив Большая Западная Лица не слишком подошел для базирования германских океанских кораблей. После того как «Кордиллере» потеряло здесь один из якорей, судно ушло на рейд губы Териберская и более в Западную Лицу не вернулось.

А 1 мая (по другим данным 15 апреля) 1940 года «Викинг-5» и «Фениция» с неизвестной целью перешли на рейд Иоканьги. Возможно, где-то здесь они заложили продовольственный или топливный склад, которые осенью 1943 года разыскивала небольшая группа немецких десантников, высаженных с подводной лодки, которую случайно заметили местные жители. Вероятно, ни командир подлодки, ни командир десантной группы не предполагали, что некогда в совершенно безлюдном районе еще в первые дни войны была создана Иоканьгская военно-морская база После получения информации об обнаружении гитлеровских десантников советское командование направило для их уничтожения взвод пограничников, которые уничтожили вражескую десантную группу. Но вернемся к осени 1939 года.

Тайну «Базис Норд» бесконечно хранить было невозможно. Тем более что англичане сумели захватить в Атлантике несколько метеосудов, ранее заходивших в Западную Лицу, и, вероятно, кто-либо из их экипажей рассказал о секретном укрытии кригсмарине на Кольском полуострове. Прежде чем рассказать о дальнейшей судьбе «Базис Норд», следует познакомиться с совсем непростыми межгосударственными отношениями, которые обострились в Европе в начале 1940-х годов.

30 ноября 1939 года началась война между СССР и Финляндией, которую Великобритания и Франция решили использовать как предлог для начала боевых действий против Советского Союза. С целью оказания «помощи» финнам в январе 1940 года они практически решили вопрос о высадке на Севере англо-франко-польского десанта. Было решено высадить десантный корпус, численностью в 57,5 тысячи человек. В его состав должны были войти: 2 бригады французских альпийских стрелков и 2 батальона французского Иностранного легиона, 24-я английская гвардейская бригада под командованием бригадира В. Фрейзера и лыжный батальон Шотландской гвардии, а также польская отдельная бригада подгальских стрелков под командованием полковника Зыгмунта Богуш-Шишко. Для достижения внезапности высадки в состав первого корабельного отряда высадки предполагалось включить польские эскадренные миноносцы («Гром», «Молния», «Буря»), внешне схожие с советскими эсминцами типа «Стремительный», только-только пришедшими в Заполярье. Судя по общей численности десанта, в составе корпуса были и другие части, данных о которых пока найти не удалось.

Десантный корпус уже был готов к посадке на транспорты, но с принятием окончательного решения задержалось главное англо-французское командование.

Военные эксперты союзников слишком долго изучали вопрос «Куда высаживать десант: в Мурманск, Петсамо (занятый 1 декабря 1939 года советскими войсками) или же в Нарвик?» Высадка в Петсамо или Мурманск позволяла десантникам совместно с финскими егерями ударить на Кандалакшу, затем перерезать Кировскую железную дорогу и отрезать Кольский полуостров от остальной территории СССР. А далее — «нависнуть» над Ленинградом.

Высадка же в Нарвик (вскоре после принятия решения эта операция получила условное наименование «Р4.» — Авт.) позволяла не только усилить Финляндию в войне с Советским Союзом, как союзником Германии, но еще и захватить перевалочный пункт, через который рейх получал почти две трети железной руды, а также — вольфрам, медь, цинк, никель, молибден, древесину и алюминий. И военным аналитикам было о чем задуматься: «цена вопроса» — не только кто будет обладать рудными запасами Скандинавского полуострова, но еще и чью сторону займут скандинавские страны.

В случае успешности операции «Р4», Великобритания получала возможность полностью блокировать «норвежский» маршрут фашистских рудовозов и лишить немцев возможности контролировать шведские рудники в Елливаре (Гелливаре). Одновременно получала выход прямо к Балтийскому морю и возможность прямого удара по Берлину, избегая при этом войны с СССР. В конце концов, решение о высадке в Нарвик (а одновременно в Ставангер, Берген и Тронхейм) было принято, исчез основной политический повод для высадки в Скандинавии — 12 марта 1940 года Финляндия заключила мирный договор с Советским Союзом. Однако замысел «Р4» остался, так как экономическая составляющая целесообразности высадки в Нарвике значительно превышала все остальные. Но и гитлеровский Генштаб не дремал

Первую, весьма расплывчатую информацию о том, что Великобритания и Франция готовят высадку десанта на Скандинавский полуостров, Адольф Гитлер получил в середине января 1940 года И вряд ли это было для него неожиданностью. Как вы помните, еще 10 октября 1939 года он выслушал мнение имперского МИДа о серьезном внимании англичан к Скандинавскому полуострову после начала Мировой войны. А затем — и предложение гроссадмирала Редера о срочности захвата Норвегии.

В своем предложении Редер опирался на доклады адмиралов Вильгельма Канариса (начальник разведывательного управления вермахта) и Карлса (начальника военно-морского командования восточного района). Уже 5 февраля в германском Генштабе заработал «малый рабочий штаб» по изучению планов вторжения в Норвегию (а заодно и в Данию), который получил условное наименование «Везерюбунг». Скоро его работа даже получила серьезное ускорение: английский эсминец «Коссак» в норвежском Ёссинг-фиорде захватил германское судно снабжения «Альтмарк», которое ранее обеспечивало топливом и продовольствием германский рейдер «Адмирал граф Шпее». После гибели подопечного броненосца германский «снабженец» до января 1940 года скрывался просторах южной Атлантики, а затем, пройдя между Фарерскими островами и Исландией, попытался пройти к берегам рейха. Но здесь его и захватили англичане. Подобная смелость и инициатива британского командира подчеркнула, что в штабах на Британских островах успешно ведется некая работа, направленная на усиление английского влияния на политику нейтральной Норвегии. А вскоре появился новый «ускоритель» для германского захвата Норвегии.

14 марта 1940 года немецкая радиоразведка доложила о перехвате приказания англо-французской десантной группе на проведение окончательной подготовки по плану «Р4». Новый доклад сразу же активизировал подготовку операции «Везерюбунг». Так как исследование этапов этих войсковых операций выходит за рамки данной книги, поэтому ниже будет рассказано лишь о роли, которую сыграла «Базис Норд» в их проведении.

Для высадки горных стрелков в порт Нарвик (недосягаемый для прикрытая фашистских самолетов) гроссадмиралу Редеру пришлось использовать 10 эсминцев: практически половину всех эсминцев кригсмарине, которые были сведены в группу под командованием капитана-цур-зее Фридриха Бонте. А также направить для их прикрытия 1-ю группу линейных кораблей контр-адмирала Лютьенса (линейные корабли «Шарнгорст» и «Гнейзенау»), Обе корабельные группы успешно выполнили все поставленные задачи, но серьезной проблемой для Ф. Бонте стало обеспечение группы топливом на обратную дорогу. Последующие бои Норвежской операции показали, что именно отсутствие достаточного количества корабельного топлива и стало гибельным для группы Бонте. Но если бы немцы не захватили Нарвик, то еще неизвестно, как бы развивалась вся Норвежская операция.

Группа Бонте вошла в Уфут-фиорд скрытно от норвежских наблюдателей. На рейде порта ее дожидался уже известный нам «Ян Веллем», который с помощью сигнального фонаря и радиосигналов указал безопасное направление входа. Скрытность, с которой нацисты пришли на рейд Нарвика, позволила им внезапно атаковать стоящие здесь 2 норвежских броненосца береговой обороны («Норге» и «Эйдсволд») и торпедами почти мгновенно потопить их. Высадка горных стрелков прошла весьма успешно — Нарвик был взят с минимальными потерями. Однако, через двое суток после его захвата германские эсминцы были сначала атакованы 2-й флотилией английских эсминцев командера Бернарда А.В. Уорбэртона-Ли, а затем и большой группой английских эсминцев во главе с английским линкором «Уорспайт». Вся корабельная группа капитана-цур-зее Бонте после ожесточенного сопротивления была уничтожена, а немногие спасшиеся немецкие моряки поступили в распоряжение командиров горнострелковых частей, оборонявших захваченный плацдарм. Однако уже 14 апреля 1940 года газете «Правда» пришлось официально опровергать сообщения английской газеты «Daily Telegraph and Morning post» и литовской «Лиетувас айдос», которые на весь мир объявили, что в Нарвик германские десантные части были доставлены из Мурманска, где они будто бы находились до начала операции. Понятно, что подобной огласки правительству СССР совсем не хотелось, однако она уже попала на страницы мировой прессы. Правда, весной — летом 1940 года «Базис Норд» практически перестала быть тайной для англичан.

Дело в том, что весной 1940 года в залив Большая Западная Лица и в соседний залив Петсамо зачастили танкеры, которые были переданы Германии американской компанией «Вариед танкер компани» и «Эссбергер шиппин компани», а также танкеры компании «Евротанк». Бизнес есть бизнес! А где есть бизнес — там всегда рядом и разведка. Но топливная база за пределами английской блокады была крайне важна кригсмарине.

Тем более что с началом Второй мировой войны армия и флот рейха действительно столкнулись с большими проблемами в обеспечении нефтью. А ведь она тогда по праву называлась «кровью» любого военного флота в мире. Лучше всех о важности решения нефтяной проблемы сказал в то время главнокомандующий кригсмарине гроссадмирал Эрих Редер: «Неподвижный флот ни на что не годен во время мира и в высшей степени бесполезен в дни войны».

Чтобы предотвратить смертельно опасную неподвижность флота, Редер вместе с доктором Фетцером (ответственный за решение вопросов снабжения горючим кригсмарине) заблаговременно, в середине 1930-х годов, начал создавать резерв жидкого топлива для германских кораблей. При этом часть необходимого горючего по-прежнему стремились получить из бурого угля шахт центральной Германии, но, например, уголь из шахт Рура был годен только для мазута И в лучшем случае подходил для изготовления гудрона Поэтому гитлеровским тыловикам приходилось покупать мазут у перерабатывающих предприятий Рура, а затем продавать на гудроновые заводы США. На полученные финансовые средства они покупали за границей дизельное топливо, которое уже поступало на корабли кригсмарине. Даже во время Второй мировой войны подобная система бартерных поставок продолжала успешно работать.

Еще одним из способов получения жидкого топлива для кригсмарине стало приобретение горючего за границами рейха Здесь главными поставщиками нефти стали вновь Соединенные Штаты Америки, Советский Союз и Румыния. Одним из серьезных поставщиков нефти для Третьего рейха всегда была Мексика Здесь после продолжительной внутренней борьбы с министерством финансов и в сотрудничестве с «Дрезден-банком» была приобретена концессия на нефтяном месторождении Роза-Рика И с началом новой Мировой войны поступления жидкого топлива для кораблей и подлодок кригсмарине из мексиканских источников не прекратились. Правда, нацистским танкерам стало тяжело пробираться к берегам рейха, для безопасности переходов им пришлось использовать Канарские острова как промежуточный опорный пункт. А это дополнительное время ко времени перехода После создания странами антифашистской коалиции системы специальной проверки судовых грузов в портах погрузки или в специально определенных пунктах контроля каждый новый военный месяц увеличивал потери гитлеровского танкерного флота Очень скоро гроссадмиралу Редеру и контр-адмиралу Дёницу пришлось задуматься над новыми решениями топливной проблемы кригсмарине. Вот тут-то и понадобилась топливная база на Кольском полуострове, то есть «Базис Норд».

После гибели броненосца «Адмирал граф Шпее» и не слишком удачных походов других тяжелых рейдеров в 1939 году германским подводникам была отведена особая роль. И если подводные «серые волки» не тратили время на переходы с назначенной позиции в свои базы, а получали топливо и продовольствие на месте, например, от «снабженцев», пришедших из базы «Норд» (или любой другой базы, созданной за пределами рейха), то воспитанники «папаши Дёница» экономили не менее недели боевой работы. Эта же экономия позволяла им дольше оставаться в оперативной зоне, и в среднем добавлять к дальности плавания своих кораблей более 400 миль, которые в ином случае пришлось бы потратить на переходы через Северное море и вокруг северной части Британских островов. И результаты не заставили себя долго ждать.

В сентябре 1939 года все гитлеровские субмарины в море потопили 30 союзных транспортов. В октябре того же года уже 46, а в феврале следующего—51. Рост успешности в какой-то мере, можно отнести и на счет «Базис Норд». Ведь с помощью танкеров и судов снабжения, пришедших из тайной базы на Кольском полуострове, «серые волки» избегали лишних встреч с британскими корабельными поисковыми группами и дозорами и могли дольше действовать на коммуникациях Великобритании и стран Британского союза Схожий пик успешности действий фашистских субмарин еще раз наступит в июне и в августе 1940 года (58 и 56 транспортов соответственно). Интересно, что советские и иностранные военные историки всегда связывали эти пики успешности с захватом баз Норвегии и Франции, которые, мол, увеличили радиус действия «серых волков». Бесспорно, это так, но почему же они так скромно молчали о значении «Базис Норд»? А что, танкеры, выходящие с залива Большая Западная Лица, не увеличивали дальность плавания «серых волков»?

Кроме гитлеровских субмарин в Мировом океане, в том числе опираясь и на тайные базы, действовали еще и вспомогательные крейсеры кригсмарине, которых по праву называли «незаметными кораблями». Ниже об одном из заходивших в секретную базу на Кольском полуострове — крейсере «Комет» — еще будет рассказано.

Эти рейдеры ничем не отличались от обычных торговых судов: выходя в плавание, они маскировались под торговые суда нейтральных стран. Иногда, даже под суда противника, встреча с ними чаще всею заканчивалась исчезновением английского судна или судна Британского союза, который даже не успевал передать в эфир сигнал о встрече с врагом Дальше — больше.

При планировании в 1940 году материально-технического обеспечения действий надводных рейдеров кригсмарине с использованием специальных судов снабжения и танкеров одновременно была предусмотрена возможность использования этих же неприметных судов в различных районах Мирового океана как снабженцев для «серых» или «арктических волков». Так, первый успешный опыт был приобретен германскими моряками уже 17 июля 1940 года, когда подводная лодка UA получила от немецкого вспомогательного крейсера «Пингвин» 11 торпед, 70 тонн дизельного топлива и четырехмесячный запас продовольствия. Успехи гитлеровских океанских рейдеров и подводных лодок были столь очевидны, что Уинстон Черчилль, тогда Первый Морской Лорд, твердо считал, что уже зимой 1940 года они превратились в главную опасность для Британских островов.

В Комитете обороны Великобритании Черчилль стал инициатором создания новой системы национальной противолодочной обороны, и председателем специально созданного военно-морского подкомитета, который тщательно прорабатывал любые вопросы, которые могли бы служить для достижения победы в боях за Атлантику. Его замысел опирался на тот факт, что для обеспечения только одной «серой стаи» требовались 2 корабля снабжения и до 6 танкеров с дизельным топливом Иногда их заменял вспомогательный рейдер, который собственные запасы пополнял из трюмов и цистерн транспортных судов стран Британского союза

С формированием в Мировом океане нескольких «волчьих стай», количество находившихся в море вспомогательных кораблей кригсмарине заметно возрастало. Но эти корабли можно было перехватывать в Северном проходе или в проливе Ла-Манш, чем и занялись многочисленные крейсеры Ее Величества, базирующиеся на Британские острова

А если все эти снабженцы не пойдут вдоль французских и норвежских берегов? Что будет потом? Английские морские разведчики задумались над этим вопросом, когда количество перехваченных британскими крейсерами гитлеровских судов снабжения и танкеров заметно снизилось, в то время как количество успешных «волчьих» атак, наоборот, возросло. А главное — в ранее редко посещаемом Мотовском заливе был выявлен интенсивный радиообмен между некими торговыми судами. И в феврале 1940 года, после захвата английскими крейсерами в Атлантике нескольких фашистских вспомогательных судов и транспортов, в районе Кольского полуострова резко увеличилась частота встреч советских дозорных кораблей с английскими разведывательными кораблями и подводными лодками. А с 20 февраля 1940 года радиоразведка Северного флота стала уже ежедневно докладывать командованию СФ об обнаружении в непосредственной близости от наших территориальных вод в Баренцевом море радиопереговоров норвежских и английских кораблей. Они откровенно активизировались, после того как в марте 1940 года гроссадмирал Э. Редер предложил использовать «Базис Норд» как передовой опорный пункт для высадки горных стрелков на Британские острова. Ведь кроме изучения навигационно-гидрографических условий норвежского побережья для подготовки высадки десантных частей и разведывательно-диверсионных групп англичане начали интенсивную топографическую разведку побережий Финмарк и Кольского полуострова, а также подходов к порту Петсамо. Только после окончания советско-финской войны в Советском Союзе узнают, что она проводилась с целью подготовки высадки англо-французского десанта на Кольский полуостров или на северное побережье Скандинавии.

События на Кольском полуострове с весны 1940 года и до весны 1941 года меньше всего освещались в открытой советской печати. И совершенно напрасно! Ведь очень тесно были связаны с существованием на нашей земле «Базис Норд». А меж тем…

В июне 1940 года после захвата англичанами острова Исландия время «тепличных условий» для фашистских подводников закончилось. Их субмарины уже не могли действовать безнаказанно на океанских коммуникациях в центре Атлантики. В июле все нацистские подлодки потопили лишь 36 транспортов, что стало явным провалом в действиях нацистов. Уж не поэтому ли 19 июля 1940 года на тайную базу в Западной Лице прибыл представитель германского посольства Курт Крепш?

Официально он посетил «Базис Норд» для знакомства с ходом строительства сооружений и объектов. А фактически? Неизвестно!

Более того — кто такой Крепш? Только ли «представитель» германского посольства? Это неясно и сегодня, но ниже о нем еще будет рассказано.

Но лето 1940 года было необычным не только из-за того, что успешность «серых волков» Дёница в Атлантике резко снизилась. Тогда же из районов горы Большой Кариквайвиш и губы Титовка была выведены все советские дивизии, обживавшие эти районы осенью 1939 года и воевавшие здесь в «зимнюю» кампанию против финнов. Вместе с редкими пограничными заставами для прикрытия Титовского укрепрайона был оставлен лишь 95-й стрелковый полк, прибывший сюда перед самым началом боевых действий. Таким образом, все воинские части, которые в период строительства и активной деятельности базы «Норд» могли иметь к ней хоть какое-то отношение, были удалены из района Титовка — Западная Лица Этим же летом прошли самые необъяснимые перемещения среди командования Северного флота. Официально — за упущения во время советско-финской войны. Но почему-то они были проведены не сразу после окончания боевых действий, а по прошествии почти полугода

Сначала был снят с должности и назначен с понижением командующий Северным флотом флагман 2-го ранга (контрадмирал) Валентин Дрозд. Он стал командующим Отрядом легких сил Краснознаменного Балтийского флота На его место 27 июля прибыл контр-адмирал Арсений Головко, до этого командовавший Каспийской и Амурской флотилиями. 9 июля 1940 года был снят с должности начальник штаба СФ капитан 1-го ранга Иван Голубев-Монаткин. Новую должность (с понижением) он получил на Черноморском флоте, где стал начальником организационно-строевого управления ЧФ. Но свои прежние дела и обязанности он сдал лишь 19 августа 1940 года Его преемником стал контрадмирал Степан Кучеров, в период советско-финской войны, в звании капитана 2-го ранга командовавший штабом Балтийской и Палдиской военно-морских баз.

Вступление в должность и нового командующего флотом, и нового начальника штаба флота состоялось лишь после того, как подводная лодка Щ-423 под командованием капитана 3-го ранга Измаила Зайдулина по Севморпути ушла на Дальний Восток. Весь арктический переход прошел успешно, и осенью 1940 года подводники Щ-423 уже испытали свой подводный корабль в тихоокеанских водах. Может быть, поэтому 5 сентября наркома ВМФ отменил свой июльский приказ о наказании И. Голубева-Монаткина. Бывший начальник штаба СФ был переназначен заместителем начальника оперативного управления Главного Морского штаба ВМФ. И все же сложно не заметить, что с Кольского полуострова были удалены первые лица Северного флота, при которых была создана «Базис Норд». И еще!

Практически в одно время с заменой командования Северного флота 27 семей финских рыбаков из колхоза «Коминтерн» (до того оставленных проживать в поселке Малая Лица — Авт.) в соответствии с приказом наркома внутренних дел № 00761 от 23 июня были вывезены в Карело-Финскую республику. Попытка последних «коминтерновцев» сохранить колхоз, и просьба переселить семьи хотя бы в район беломорского побережья Кандалакши была безоговорочно пресечена представителями НКВД Выселение проводилось жестко и быстро: в назначенный день рыбацкие семьи были погружены на пришедший пароход, и отправлены сначала в Мурманск, а затем по железной дороге — в Карелию. Присматривать за малолицким поселком остались только две семьи карелов. Но не прошло и недели, после выселения финнов, как в становище Малая Лица были доставлены семьи русских рыбаков с восточного берега Кольского полуострова, которые сразу же стали обживать оставленные дома Вот только три внешне совершенно не связанных между собой события лета 1940 года. Однако чувство, что они сплетены между собой невидимыми нитями, протянувшимися от «Базис Норд», — не исчезает.

После захвата фашистскими войсками Норвегии, а затем и создания баз подводного флота на побережье Бискайского залива, «Базис Норд» стала постепенно терять свое значение для кригсмарине. Правда, быть может, одной из причин отказа фашистской Германии от дальнейшего использования «Базис Норд» могли стать не только политические «игры», но еще и установление советским Северным флотом контроля над Мотовским заливом. Причем установление этого контроля стало полной неожиданностью для германской стороны.

Еще в конце ноября 1939 года, в преддверии советско-финской войны, в западной части Мотовского залива была развернута 6-я батарея 104-го пушечно-артиллерийского полка (104 ПАП). А месяцем позже — такая же 4-я батарея 104 ПАП, но только в восточной части залива — на мысе Выев-Наволок. Обе артиллерийские батареи имели на вооружении 152-мм тяжелые пушки Шнейдера, которые были способны уничтожить любую цель на подходах к заливу. И пока советско-германская дружба продолжалась, то такая защита вполне устраивала немецкую сторону. Но как только в умах нацистов появился пресловутый план «Барбаросса», аналитики в Берлине иначе взглянули на местоположение и той, и другой батарей, и пришли к однозначному выводу, что советские артиллеристы могут не только защитить вход в тайную базу кригсмарине, но еще и уничтожить любую цель непосредственно в Мотовском заливе. В том числе германские суда Конечно, это никоим образом не могло устроить гроссадмирала Эриха Редера.

В любом случае 5 сентября 1940 года гроссадмирал Эрих Редер поблагодарил руководство ВМФ СССР за использование базы и, вероятно, начал ее официальную «ликвидацию». Хотя, как выяснилось позже, свертывание тайной базы более походило на ее временную «консервацию». Только начало боев в Заполярье указало на то, что советская сторона оказалась чрезвычайно доверчивой.

В июльские дни 1941 года совершенно неожиданно для себя советское командование выяснило, что в поселке Большая Лица на складах и в магазинах так называемой «рыботорговой кооперации» сохранились немалые запасы продовольствия, овощей, картофеля и подсолнечного масла. Здесь же находилось до 150 грузовиков и единиц автотракторной техники и «…многотонные запасы взрывчатки..*», оставленные военными строителями, строившими аэродром на левом берегу губы Большая Западная Лица. Неужели эти запасы успели создать за август — сентябрь 1940 года немногочисленные переселенцы с Терского берега, даже если они трудились без перерыва круглые сутки? Вряд ли.

А вот то, что здесь остались склады «Базис Норд», необходимые в будущем для обеспечения переходов по Северному морскому пути десятков германских кораблей и судов, — вполне реально. И в боевых порядках горных стрелков, наступающих в июле 1941 года у реки Большая Западная Лица, о них точно кто-то знал. На это прямо указали целенаправленные и хорошо спланированные действия альпийцев из 137-го полка

За 4 дня боев, «проломив» у реки Титовка оборону немногочисленных советских батальонов, прямо по осушке южной части губы Большая Западная Лица, гитлеровцы 2 июля незаметно для обороняющихся здесь красноармейцев проникли на восточный берег губы и захватили небольшой плацдарм. Совсем несложно догадаться, где они обосновались. Конечно… в районе бывшей «колонии» у поселка Большая Лица Лишь после случайного их обнаружения в тылу наших обороняющихся частей выяснилось, что склады и автотехника не были уничтожены. И это непонятно вдвойне! Дело в том, что склады с оружием и боеприпасами, созданные тыловиками советской 14-й армии в поселке Титовка (рядом с государственной границей), были своевременно взорваны или сожжены саперами, несмотря на внезапность нападения противника, скоротечность и ожесточенность оборонительных боев. А здесь — достались врагу совершенно целыми и невредимыми. Почему? Остается предположить следующее.

Информация о существовании тайной базы с самого начала хранилась под строжайшим секретом. Знать о ней мог только командир 14-й дивизии генерал-майор А. Журба, за линией обороны батальонов которого и была создана «Базис Норд». Но он погиб еще 30 июня, когда 95-й полк и пограничники отбивали атаки противника в районе реки Титовка А генерал-майор Н. Никишин, принявший после гибели Журбы истекающую кровью на Западной Лице 14-ю дивизию, не знал о существовании тайной базы в Западной Лице. Ведь ранее он командовал 52-й дивизией, стоявшей гарнизонами вдоль Кировской железной дороги. Однако и горные стрелки не все знали о сооружениях «Базис Норд».

Они заняли круговую оборону только у складов с продовольствием А в подскальные сооружения на берегу губы Нерпичья — не пошли: либо не успели туда проникнуть, либо они слишком обрадовались советским грузовикам, с помощью которых понадеялись быстро достичь Мурманска

Предвидя кривую ухмылку скептиков по отношению к техническим возможностям советских «трехтонок» и радужным надеждам гитлеровцев, стоит отметить, что радость гитлеровцев могла быть вполне серьезной.

По штату горнострелковые части вермахта не имели собственной авто- или мототехники. Для перевозки горных орудий и боеприпасов к ним они имели небольшое количество греческих мулов. А для ведения разведки — самокатные подразделения на велосипедах. Отступившие с Титовского рубежа советские части вряд ли оставили им достаточное количество автотехники. Поэтому не стоит удивляться той радости, когда горные стрелки увидели несколько десятков стоящих в ангаре или в подскальном укрытии автомашин.

Советское командование, понимая опасность ситуации, специально для уничтожения складов у рыбацкого поселка и эвакуации оставленной автомобильной техники 6 июля 1941 года было вынуждено включить в состав морского десанта роту армейских саперов. Им была поставлена задача — проложить дорогу по лощинам к губе Нерпичья и вытащить все грузовики в наш глубокий тыл — к поселку Ура-губа

Советские десантники высадились непосредственно на берег губы Нерпичья, рванулись к Большой Лице и успешно выполнили все поставленные задачи. При этом они уничтожили проникших в наш тыл гитлеровцев, взорвали склад взрывчатки и сумели вытащить к Ура-губе около сотни грузовиков и тракторов. Остальные же — уничтожили. Продовольственные склады жечь не стали. И были правы!

После ухода из поселка советских десантников практически до осени 1941 года батальоны 52-й и 14-й дивизий еще долго добывали здесь дополнительное продовольствие. Так стоит ли повторять слова ветеранов, воевавших у Западной Лицы летом 1941 года, о складах так называемой «рыботорговой кооперации» (на 30 семей поселка Малая Лица, приблизительно 100–150 человек), способных долгое время кормить сразу две стрелковые дивизии (не меньше 12 тысяч человек)?

Еще одной загадкой гитлеровской «Базис Норд» на Кольском полуострове стал таинственный аэродром, который был сооружен поблизости от губы Андреева И странность его заключается не только в том, что один из районов южного побережья соседней с ним губы Нерпичья (между высотами 160,7 и 60,2) и сегодня носит неофициальное наименование «завод гидросамолетов». Эта загадка сегодня весьма интересна, а в свете борьбы с международным терроризмом особо актуальна Поэтому и рассказ о ней, именно в рамках материала о тайной базе нацистов, предложу вам также максимально подробно.

Особый интерес для военных историков и сегодня представляет хорошо различимая взлетно-посадочная полоса (некогда покрытая металлическими плитками. — Авт.) на западном берегу губы Большая Западная Лица, которая выходит прямо к губе Нерпичья. Она была построена в мае — сентябре 1940 года недалеко от старой дороги на Титовку (в районе высоты 186,0). Поблизости, на береговой осушке, были вкопаны в землю цистерны для хранения жидких нефтепродуктов. А в одном из под-скальных сооружений в губе Нерпичья долгое время существовал небольшой источник чистого авиационного керосина, хотя только по прямой (через скалы) до ближайшего керосинохранилища не менее 5 километров.

Перед началом Второй мировой и Великой Отечественной войн, при отсутствии в районах Западной Лицы каких-либо признаков строительства специальных объектов стратегического или хотя бы армейского значения уместно предположить, что хорошо сохранившаяся сегодня взлетная полоса (длиной до 1,5 километра), скорее всего, предназначалась для неких самолетов, которые должны были базироваться где-то поблизости от базы «Норд». Ведь трудно предположить, чтобы такой аэродром строился ради спецпереселенцев и рыбаков колхоза «Коминтерн». Интересно то, что эта взлетно-посадочная полоса была сделана не по советской технологии, на что, пусть и косвенно, указывают ее дренажные конструкции. При строительстве этой ВПП были применены поперечные осушители, дренажные канавы заполнены щебнем, а растительный грунт у поверхности отощен значительным слоем речного песка. Рядом с полосой и сегодня еще сохранились остатки смотрового колодца с бетонной перегородкой, отверстия которой закрыты шиберами.

Необычность сооружения аэродрома заключается еще и в том, что одновременно с ним в соседнем поселке Титовка, где располагались штаб и части усиления 14-й дивизии, закрывавшей этот район советско-финской границы и полуостров Рыбачий, в 1940 году с использованием труда заключенных действительно строился советский военный аэродром. Он располагался менее чем в 10 километрах от государственной границы. И даже был зарезервирован в губе Титовка, пристанью к которой могли швартоваться сразу до 3 гидросамолетов типа ГСТ или МБР-2.

Аэродром в Титовке с предполагаемой взлетной полосой аэродрома базы «Базис Норд» когда-то соединялся 12-километровой грунтовой дорогой. Скорее всего, он должен был маскировать самолеты, взлетающие над акваторией Западной Лицы. Тем более что военное руководство Германии всегда имело свои виды на использование аэродрома «Базис Норд», отличные от мнения советской стороны. Вариантов было несколько.

Эту взлетно-посадочную полосу можно было использовать для гидросамолетов «Бремена» или крейсеров-рейдеров. Но, быть может, и для тридцати закупленных у Германии в марте 1940 года: двух бомбардировщиков Do-215 (экспортный вариант Do-17Z) серии V-3, до 10 скоростных истребителей Не-100, несколько связных самолетов Физелер R-156C «Шторх» (многоцелевые самолеты короткого взлета и посадки), а также 2 бомбардировщика Ju-88A-1. Самым выгодным приобретением среди них стали Do-215 и Fi-156C.

«Дорнье» по своим летным характеристикам находился между новейшими модификациями советских бомбардировщиков ДБ-3 2М-88 и СБ-2 М-103. При этом он мог не только уверенно лететь на любом из двух двигателей, но и выгодно отличался от неустойчивого в полете ДБ-3, а также от недостаточно живучего СБ-2. А «Шторх», которому была необходима взлетная полоса всего-то в 60 метров, был настолько удачным, что по его образцу в этом же году был разработан советский связной самолет ОКА-38, запуску в серийное производство которого помешало лишь начало Великой Отечественной войны.

Тогда же в Советском Союзе обратили внимание на специально модернизируемые для вооружения авианосца «Граф Цеппелин» воздушные машины: самолет-торпедоносец Ju-87D-4, многоцелевые истребители-разведчики Ме-110V-2 и Ме-11 °C-5, бомбардировщик Ме-11 °C-4, а также специально разработанные для данного авианосца самолеты: Ju-87C, Ме-155 и Ar-197. Именно такие летающие машины были нужны нам для вооружения двух проектируемых советских авианосцев типа «Сталин». Итак, для кого была создана ВПП на берегу губы Нерпичья, в какой-то мере ясно. Но зачем нацистам здесь же был нужен завод гидросамолетов? Предлагаю версию.

Среди закупленных СССР в марте 1940 года немецких самолетов оказалось несколько малоизвестных машин, таких как: Ju-207, Bu-131 «Юнгманн» и Bu-133 «Юнгмайстер».

Последние типы самолетов официально назывались учебно-тренировочными машинами. Но, похоже, они были настолько интересны, что через год, в апреле 1941 года новая советская летная комиссия с интересом изучала их модификации «Бестман» и «Корнет». Правда, иной информации о них отыскать не удалось. Поэтому сегодня мы можем лишь предположить, что это могли быть за самолеты. Скорее всего, они легко могли выполнять разведывательные, связные или учебные задачи, в том числе и в исполнении как гидросамолет. Это предположение основывается на следующем.

В 1935 году авиаконструктору Алексею Туполеву было поручено создать современную отечественную летающую лодку. Гидросамолет получил наименование МТБ-2 (АНТ-44) «Чайка» и через два года совершил свой первый полет. Все летные испытания прошли успешно. А 20 мая 1939 года на заседании Главного Военного совета ВМФ был рассмотрен план гидросамолетостроения на 1939–1940 годы, где было признано «…необходимым авиацию РК ВМФ наряду с сухопутными типами самолетов вооружать морскими лодочными гидросамолетами с большой мореходностью и дальностью». Естественно — советскими.

Неожиданно в январе 1940 года все работы с «Чайкой» были прекращены. А ведь в то время СССР располагал только американскими летающими лодками «Глен Мартинами» и РВУ-1 («Каталина»), закупленными в 1938 году комиссией под руководством наркома авиационной промышленности Лазаря Кагановича, да еще двумя десятками летающих лодок Хенкеля, закупленными в начале 1930-х годов. Через полгода, 10 сентября 1940 года, на заседании Главного Военного совета ВМФ был назван тип гидросамолетов, которыми предстояло вооружить советский ВМФ уже в ближайшие годы. Выходит, советское руководство получило реальную возможность сравнить с американскими летающими лодками некие европейские гидросамолеты. Более того — сравнить их с советской «Чайкой». Вот почему именно Ju-207 или «Бюккер», или их модификации могли стать теми образцами передового европейского гидросамолетостроения, которые позволили бы осуществить этот выбор и отказаться от строительства МТБ-2. Может быть, именно их должны были собирать на побережье губы Большая Западная Лица? Пока неясно.

В настоящее время в губе Большая Западная Лица расположена одна из баз Северного флота После проведенного здесь в 1960-е годы строительства ее объектов и сооружений следы от «Базис Норд» были практически полностью уничтожены. Но не все. Вот лишь немногое, что и сегодня мы можем увидеть своими глазами.

Юго-восточнее высоты 160,7 сохранились фундаменты домов поселка Большая Лица. Когда-то здесь располагались склады продовольствия, взрывчатки и стояло более 100 единиц автотракторной техники.

Одно из близлежащих к бывшему поселку озер с 1960-х годов называется «Пороховым» (из-за большого количества неразорвавшихся пороховых и толовых шашек, найденных на его берегу и на мелководье). В Заозерске и сегодня проживают недавние североморцы, которые в детские годы находили здесь пороха в большом количестве.

На ныне действующей дороге Мурманск — Никель хорошо сохранились развалины немецкого контрольно-пропускного пункта. А у моста, в 1970-е годы еще переброшенного через реку Большая Западная Лица, пока еще заметна развилка дорог между поселками Старая Титовка, Новая Титовка и полуостровом Средний (ныне эти дороги не действуют).

Рядом с современным городом Заозерск и в районе устья реки Большая Западная Лица, между немецкими и советскими позициями, хорошо сохранились совершенно «глухие» сооружения, вырубленные в скалах (высоты 222,0, 218,0). Они никак не подходят для организации войсковой обороны. При этом над входом в сооружение у высоты 222,0 далее сохранилась каменная доска с названием, верхнюю строчку которого «Falkenierkeller» можно перевести как «Погреб или подземелье сокольничего». А к некоторым подходят выложенные камнем дороги.

Развалины и фундаменты жилых домов сохранились в районе озера Подгорное и на южном берегу губы Нерпичья (район высот 270,9,186.,0,60,2). Долгое время рядом с небольшим заливом южной оконечности губы Нерпичья (высота 60,2) можно видеть два специальных кольца, к которым могли легко швартоваться малые плавсредства или гидросамолеты. До начала строительных работ, которые были проведены здесь в конце 1970-х годов, рядом со скалой был очень тихий и мелководный заливчик, недалеко от которого долгое время существовал искусственный грот, уходивший внутрь невысокой скалы. Отдельные энтузиасты и сегодня по осушке приходят в район этих колец и могут снаружи рассматривать здешнюю пещеру, в глубине которой до настоящего времени можно различить какие-то станки. Возможность их детального изучения ограничена тем, что до сих пор сохранилось мнение о заминированном подскальном входе в эту пещеру.

Особый интерес представляет некий грот неподалеку от высоты 160,7, вход в который закрыт специальной металлической сеткой. Что находится под ней — неизвестно, но местные поисковики твердо уверены, что этот грот сооружен в военные годы или даже раньше.

В губе Малая Лопатка сохранились остатки свайно-ряжевого причала по всем признакам построенного не позже начала 1940-х годов, а об одном из причалов в губе Лопаткина «заозерчане» проживавшие здесь с 1960-х годов, говорили, что «его построили немцы».

Система озер, одновременно выходящая к губе Андреева и к южному побережью Мотовского залива, а также якорная стоянка в бухте острова Замогильный (район высоты 153,0), когда-то использовались немцами для пополнения запасов пресной воды. Здесь до сих пор размещаются резервуары для хранения пресной воды с надписями на немецком языке.

Очень много вопросов у военных исследователей истории «Базис Норд» всегда вызывала губа Андреева, которая расположена на западном берегу Большой Западной Лицы. Однако начиная с конца 1950-х годов все они оставались без ответа. Более того, излишнее любопытство очень быстро и, главное, твердо пресекалось. Позже здесь были построены хранилища для отработанного ядерного топлива, а губа Андреева стала именоваться «специализированной береговой базой», куда допуск всем, кроме обслуживающего персонала, был категорически запрещен. Сегодня для обслуживающего персонала здесь построена «норвежская деревня» (строительство финансировало Королевство Норвегия), но, как и прежде вход сюда для посторонних ограничен. И весь район находится под контролем Министерства атомной промышленности Российской Федерации. Меж тем еще в 1990-е годы жители довоенного поселка Большая Западная Лица вспоминали, что именно в губе Андреева до начала 1950-х годов что-то строили или искали заключенные одного из лагерей ГУЛАГа. Правда, что они строили — так и осталось тайной. Во всяком случае, об атомных подводных лодках тогда еще даже в Политбюро СССР знали немногие. Итак, первая фашистская база на Кольском полуострове продолжает хранить свои тайны, которые еще долго будут будоражить наши умы, а главное — нести угрозу национальной безопасности России. Например, базам и кораблям нашего Северного флота. Так, однажды из-за «свертывания» тайной базы нацистов на Мурмане уже погиб со всем своим экипажем подводный первенец советского ВМФ — подводная лодка Д-1 («Декабрист»).

До сих пор, по крайней мере, внешне, какой-либо связи между деятельностью «Базис Норд» и исчезнувшей через два месяца советской подлодкой не было и в помине. Но, если бы не катастрофа подводного «Декабриста», к тайной базе фашистов в Западной Лице еще не скоро удалось бы привлечь внимание советских историков. Ведь даже прославленные советские военачальники, чьи дивизии в разные годы стояли насмерть у Западной Лицы, а затем гнали врага к норвежской границе, такие как Маршал Советского Союза Кирилл Мерецков и генерал-майор Г. Вещезерский, долгое время считали (и писали в своих мемуарах — Авт.), что захваченные в июле 1941 года горными стрелками генерал-лейтенанта Дитля продовольственные склады в поселке Большая Лица были лишь складами обычной «рыболовецкой кооперации» или «базы строителей». Что это была за «рыболовецкая кооперация» или «база строителей» — каждый прочитавший данную книгу уже знает. Более того, без нее вряд ли состоялось бы кругосветное плавание германского рейдера «Комет».


Нацисты пробираются в советскую Арктику | Арктические тени Третьего рейха | Океанский «оборотень» идет на восток