home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



17

Комрад майор Болодин

Ленни Минк считал, что не имеет оснований жаловаться на жизнь. Во-первых, в печальном похмелье после дерзкой выходки Левицкого безутешный Глазанов представил его к повышению. Теперь Ленни имел чин майора СВР и командовал собственным небольшим подразделением. Но были и другие причины для радости. В деле Левицкого он явно опережал всех. И хотя Ленни знал, что шансы разыскать старого еврея ничтожно малы – Левицкий просто слишком хитер и смел, слишком он дьявол, скажем так, – зато он догадывался, для чего тот здесь оказался. Для того, чтобы найти своего бойчика.

И захватить золото.

Ленни это было известно совершенно точно. Старый еврей охотился за тем же, за чем и он сам. А чем же еще можно объяснить такую отчаянную отвагу старого дятла?

«Нет, – говорил себе Ленни, – не такой уж ты, старый дьявол, пройдоха. Найдется еврей не глупее тебя и пойдет по тому же следу. Ставка высока. Ты надеешься увидеться со своим бойчиком и услышать от него кое-что интересное? Хочешь, чтоб он показал тебе нужное направление? Для этого требуется только разыскать его».

Ленни было прекрасно известно, что этот бойчик – англичанин.

А зная это, не нужно проявлять чудеса дедукции, простой здравый смысл подсказывает необходимость выявить и взять под наблюдение группы англичан, проживающих сейчас в Барселоне. Поскольку совершенно ясно, что старый дьявол рано или поздно появится среди них и начнет разнюхивать. Таких групп было не так уж много. Прежде всего, корпус аккредитованных в Барселоне журналистов. Кучка этих циников в разутюженных костюмах собирается каждый вечер в кафе «Де Лас-Рамблас». Они потягивают виски и горько сетуют на место пребывания и своих редакторов, обмениваясь саркастическими замечаниями и время от времени заключая пари на исход этой испанской заварушки. Ленни приказал Угарте, своему первому помощнику, ведшему для него все переговоры, занять там ежевечернюю позицию.

– А если я там соскучусь, босс?

– Пересчитаю все кости. Ни одной не оставлю, понял?

Угарте обладал особенностью крайне отвратительно – с подвыванием и взвизгиванием – смеяться. Сейчас он разразился как раз таким смехом, отчасти чтобы скрыть свой страх. Болодин и ему внушал непреодолимый ужас.

– Слушай меня. – Американец наклонился над ним и в шутку прищемил пальцами щеку. – Ты будешь делать то, что я скажу и когда я скажу, понял? И только тогда для тебя все будет о'кей. О'кей?

С ним можно было говорить на английском, поскольку среди достоинств Угарте числилось и некоторое знание языка.

– Si, да, конечно, босс.

Другим доверенным лицом Ленни был человек по имени Франко, которого по понятным причинам так никто не называл, а звали просто Фрэнк. Этот бывший мясник когда-то забил до смерти свою жену. За что в 1934 году он был приговорен к пожизненному заключению, а в августе 1936-го освобожден анархистами, отнюдь не убежденными в необходимости существования тюрем. Его Ленни разместил поблизости от британского консульства.

Оба сотрудника были снабжены от руки сделанными копиями портрета Левицкого, обнаруженного Ленни в газете «Дойче шасцайтунг» за 1901 год. После встречи в камере с Левицким Ленни сам поработал карандашом над этими рисунками, чтобы придать им больше сходства с оригиналом. Изображение вышло вполне достоверное. Ленни был уверен в том, что если все пойдет как надо, то отыскать старика будет только вопросом времени. В нем говорило чутье охотника и терпение опытного громилы.

Сам же он обосновался на Рамбле, наискосок от места наиболее вероятного появления Левицкого – отеля «фалькон», штаб-квартиры врага, над которым реяли ненавистные красные флаги ПОУМ. Англичан там было полно. В основном – идеалистически настроенные юноши, приехавшие участвовать в революции, но которым не хватило смелости отправиться на фронт. Все они собирались именно здесь и нигде больше. Пока Ленни посиживал в своем «форде» 1933 года выпуска и наблюдал за этой толпой, у него создалось вполне отчетливое мнение, что этот отель больше похож на клуб какого-нибудь английского колледжа или еще чего-то в этом роде. Песни, выпивка и разгул шли тут полным ходом, как на веселой пирушке.

День за днем проводил так Ленни, покуривая «Лаки», сигареты, которые покупал на черном рынке, и спокойно выжидая. Предельно собранный, совершенно невозмутимый, со спокойными и невыразительными чертами лица, он мог показаться и довольно красивым, и вполне безобразным. Просто сидел и наблюдал.

На третий день ожидания он впервые увидел ее.

Тоненькая, хорошенькая, оживленная. Наверняка нравится мужчинам, это он сразу понял. Ему самому нравились такого сорта девушки.

«У меня такой никогда не было», – подумал он про себя.

Но постепенно в нем росла ненависть. Разглядывая девушку, он начинал размышлять о том, кто он и чем занимается, и это совсем не радовало его. Но ему нравились ее глаза, чуть сонные, спокойные и такие умные серо-зеленые глаза, нравилась ее манера держаться, строгая и изящная, прямо как у леди, нравилось наблюдать, как внимательно она слушает. Ленни догадался, что она работает в англоязычной газете «Испанская революция», которую тут издавали, и знает всех и вся.

Однажды вечером Глазанов поручил им взять одного парня по имени Карлос. Они наткнулись на него в «Гранд-Ориенте», и когда Ленни увидел, что девушка тоже сидит там, то постарался опустить голову пониже, потому что ему было вроде как стыдно. Он не хотел, чтоб она видела его за работой, и быстренько убрался из кафе.

На следующий день после этого события мальчик принес ему записку от Угарте, в которой тот сообщал, что нашел Левицкого. Этот тип называет себя Вер Стигом, голландским журналистом, и собирается поехать на фронт. Боссу нужно побыстрее им заняться.

Ленни снова взглянул на девушку. Сегодня все эти поумовцы как в воду опущенные из-за своего бедного Карлоса.

«Ладно, – подумал он, – я еще стану когда-нибудь важной шишкой, и ты узнаешь, кто я такой.

В один прекрасный день золото будет моим. Как и ты, сучка».


16 Атака | Испанский гамбит | 18 Вести с фронта