на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Фрагмент книги


В этой книге м-р Ходсон обсуждает высказывания м-ра Кришнамурти. Иногда он соглашается с ними, когда же он возражает, то делает это аргументировано. Книга будет приветствоваться всеми изучающими теософию: наконец-то, их единомышленник даёт ответ на уже давно продолжающееся осуждение м-ром Кришнамурти Древней Мудрости, Теософского Общества, его основателей (духовных и официальных), его видных деятелей и его участников по всему миру.

Лоренс В. Барт


В первой главе этой книги я начал анализировать учение Кришнамурти, искренне признавая, что, очевидно, как и многие другие, я оказался неспособным принять то учение. Я даже зашёл так далеко, что предположил, что экстраординарное смятение мысли, которое оно повсюду вызывает, возможно, является продуктом большого зла.

Я считаю, что большинство его слушателей и сторонников являются (или являлись) членами Теософского Общества. Это люди, владеющие, по крайней мере, некоторыми зачатками философского мышления. Надо полагать, они знают, что такое освобождение, единая жизнь, жизненная сила, самосознание. Я предполагаю, что знание и использование этих терминов помогает им в понимании цели их путешествия по этому миру.

Кришнамурти думает иначе. Он постоянно утверждает, что основы, процесс обучения, усилие понять смысл и цель жизни, которые внушает теософия, – всё это является реальной помехой для достижения истинного понимания.

Я часто задавался вопросом, что его слова могут означать для его слушателей, не имеющих основных понятий и концепций, упомянутых выше. Они испытывают большее или меньшее замешательство, чем слушатели-теософы? Возможно ли, чтобы девственное состояние их ментальности давало им какие-либо преимущества?

Это тот пункт, в котором просвещённость имеет особую ценность. Поскольку в этом нельзя отказать тому, у кого были определённые события, глубоко изменившие его к лучшему, его жизненный опыт не позволяет ему принять утверждения, которые положительно отрицают и этот опыт, и его источник.

Давайте, например, рассмотрим вопрос о непосредственном опыте бессмертия души, или, выражаясь более теософично, причинного сознания. Когда это приходит, или в результате размышления, или как внезапное прозрение, проблема жизни после смерти решается немедленно и окончательно. Эго распознаётся как бессмертное и неразрушимое. Оно также распознаётся, как полностью отличное от тела.

Опровержение существования такого центра сознания и такого опыта не может произвести никакого впечатления на тех, кто знает об этом и прошёл через это. Они никогда не воспримут учителя, который отрицает или возможность, или ценность такого фундаментального опыта.

Или возьмите тему помощи, получаемой в результате присоединения к какой-то организации, церкви, например. Я, лично, школьником прошёл через опыт конфирмации, который в то время глубоко повлиял на меня и всё ещё является для меня живой силой. Всё, что было самым высоким и лучшим во мне, было тогда усилено, всё нежелательное было ослаблено. Хотя я мог быть далёким от того, чтобы полностью соответствовать опыту, это имело самую большую ценность для меня, особенно в больших испытаниях и искушениях. Этот опыт возобновляется для меня каждый раз, когда я получаю святое причастие. Я встаю из-за стола Господа духовно обновлённым, приподнятым, с прояснённым умом и необычайно оживлённый.

Поэтому я люблю христианскую церковь и её таинства. Я глубоко благодарен церкви за этот, и подобный ему, опыт, который она помогла мне получить. Считая [неуместное] вмешательство духовенства злом, я никогда не смогу согласиться с огульным осуждением религий, церквей и священников, которое допускает Кришнамурти. Я знаю многих благородных и выдающихся представителей духовенства, и я знаю, как ценят их те, кто общается с ними. Я также знаю, что очень многие люди испытали подъём, духовную переориентацию и исправление посредством участия в службах и таинствах христианской церкви.

Такие люди обманули бы нечто возвышенное в себе, стали бы предателями духовного принципа, если бы согласились с опровержениями и нападками религиозного иконоборца. Это непорядочно – просить их или надеяться на то, что они так поступят. Особенно несправедливо осуждать и даже предъявлять им обвинение, как эксплуататорам, и классифицировать их и весь класс духовенства как самых злых людей в мире. Однако именно это делает Кришнамурти всё время.

Возьмите хотя бы вопрос о существовании Учителей Мудрости, о ценности опыта общения с некоторыми из Них и служения Им в качестве канала для Их сверхчеловеческих сил. Человек, для которого это – реальность, пребывает в явном замешательстве, пытаясь понять Кришнамурти, когда тот не только постоянно осуждает всю концепцию ученичества, но и говорит также, что "понимание" невозможно, в том числе и для тех, для кого такая ассоциация – живой факт. Он, кажется, приписывает эгоистичный повод всем заинтересованным в опыте. Он, видимо, считает также, что всякий соглашающийся с идеей Учителей, делает это исключительно из-за того, что ему приказал "руководитель". Он, похоже, полностью отклоняет возможность любого прямого опыта. Сами Учителя и все Их старшие ученики – эксплуататоры, а все другие ученики и кандидаты добровольно подписываются на пагубную систему эксплуатации.

Согласно взглядам Кришнамурти, [наивысшее и] полное Просветление Господа Будды – мистификация. Ничего ценного в Себе или в мире не обнаружил Он под Священным деревом в Бодх-Гайе. Вся история была повсюду распространена Господом Буддой и Его учениками в качестве способа эксплуатации людей. Видимо, для Кришнамурти желательно, чтобы мы считали, что учение Господа Будды – обман. То есть, смысл и цель жизни, прекращение страдания, перевоплощение, карма, закон, благородный восьмеричный Путь, архатство, адептство, буддство и прочая тео-софия есть яд. Сам Господь Будда и любой другой учитель этих доктрин до Него и все, начиная с Его пришествия, являются отравителями. Бодхисаттва Майтрейя, известный на Западе, как Господь Христос, провозглашённый преемником Господа Будды, откровенно увековечивает это зло, существующее, чтобы лишить человечество счастья, мудрости и предназначения.

Кроме того, начиная с утверждения буддизма и после этого, миллионы людей, отмеченные храбростью, силой, интеллектуально и духовно просветлённые, воодушевлённые великими истинами тео-софии, согласно Кришнамурти, были введены в заблуждение. Нет никакой храбрости, силы, интеллектуального и духовного просветления, воодушевления, полученного в результате познания плана жизни, раскрытия божественного в природе и человеке, движения к цели совершенствования через это раскрытие. Всё это – заблуждение, "система недомыслия", сеть иллюзии, в которой человеческий ум безнадёжно запутался в результате эксплуатации теми, кого он расценивал как своих духовных вождей.

Таковы логические заключения, которые вырисовываются из слов Кришнамурти. В мотивах людей, говорит Кришнамурти, страх, желание комфорта и стремление уйти от действительности. В их учителях и лидерах, начиная от Господа Будды, и ниже – жажда власти, духовная амбиция и гордыня.

Тем, кому дорог идеал ученичества, он говорит: "Вы, ищущие удовлетворения, которое вы называете счастьем, истиной, становитесь их инструментами и подвергаетесь эксплуатации этими учителями, вождями и их обществами". Он также предполагает, что ученичество означает зависимость от Учителя, который, возможно, и привёл бы к истине, которая, конечно, никогда не была и не могла быть частью идеала.

Здесь нужно сказать, что любой слушатель, который, в полном сознании не раз стоял в присутствии Учителя, способного понять, научить, просветить и излечить своих собратьев намного эффективнее, чем это было возможно для них до того, как они прибыли к нему – такой человек никогда не сможет согласиться с опровержением реальности таких событий в человеческой жизни. Такие опровержения противоречат живым фактам в рамках собственного конкретного знания слушателя. Он знает, что в результате того факта всё его сердце наиболее полно открывалось в безличной любви к его ближним, в глубочайшем сострадании и нежности ко всем, кто страдает, к детям, к престарелым, больным, угнетённым и бедным. Он знает, что за время связи с Учителем его способности осмысления и самовыражения были значительно увеличены. Его не введут в заблуждение слова о том, что Учитель даровал ему эти способности извне. Он отлично знает, что они были у него врождёнными.

Солнце не награждает растение силой для производства цветка и семени. Солнечный свет, однако, играет очень важную роль в проявлении той силы. Подобным образом для ученика его Учитель – как духовное солнце. Действительно, переживание вхождения в присутствие адепта такое же, как от приближения к большому свету, центру духовного сияния, силы и блаженства. Такое приближение увеличивает собственный свет и силу ученика. Он испытывает своё собственное внутреннее блаженство, которое часто передается другим, облегчая бремя их жизни и в некоторых случаях, не таких уж и редких, воспроизводя в них интеллектуальное пробуждение, ясность мысли и восприятия, которыми он сам наслаждается.

Те, для кого такие события – часть ткани их существования, не смогут, возможно, принять учение Кришнамурти, подразумевающее отсутствие идей и концепций, которое он требует от своих слушателей в качестве основы понимания. Не имеет никакого смысла, как мне кажется, порицать тех, кто добился в жизни определённого знания, и осуждать это знание, именно как "верования" и "защищающие воспоминания, суждения, предположения". Утверждать, что они – преграды познания, означает поместить тех, кто основал своё собственное знание полностью на непосредственном опыте, за пределы возможности понять учение Кришнамурти.

Если в ответ на это заявление скажут, что не всякому дано знать эти вещи непосредственно, что тот, кто зависит от лидеров, обманывает себя, и что, когда приступают к проверке, вся его умственная схема терпит неудачу, я могу возразить, основываясь на личном опыте. Я уже был членом Теософского Общества в течение двух лет, когда началась мировая война. До некоторой степени я усвоил схему мышления, представленную в теософской литературе. Я знал о смысле и цели жизни, перевоплощении, карме и пребывании во мне всего того, что является существенным для завершения моей жизни, знал, что в серьёзных испытаниях я должен положиться на свою собственную внутреннюю жизнь и собственную силу. Для меня, как и для десятков тысяч моих сокурсников по теософии, поиски вслепую начали замещаться целеустремлённой интеллектуальной жизнью. Это не было только книжным знанием. Медитация принесла свою награду внутренней реализации. Я обнаружил неистощимый источник духовной жизни и подключился к нему.

Всё это должно было пройти серьёзную и длительную проверку. Недели и месяцы жизни под артиллерийским обстрелом, бомбардировка с воздуха ночью и днём; боевые действия и разведка под огнём; череда бессонных ночей – всё это продолжалось с предельным напряжением. Страх, явный физический трепет, стал вездесущим призраком. Друзья погибли на вдребезги разбитой и полностью сожжённой позиции. Другие умерли от тяжёлых ран, некоторые вернулись домой телесно и ментально потрясёнными и разбитыми.

В этой ситуации теософия, подтверждавшая бессмертие и неразрушимость "Я", оставалась единственной непоколебимой верой, вечной скалой, на которой ум мог действительно отдохнуть, и, отдохнув, получить силу и стабильность, которая, по крайней мере, предотвращала капитуляцию перед страхом. Во время относительно спокойных периодов медитация на великих теософских истинах всегда позволяла восстанавливать и направлять ум и волю на центр внутри. Одно место в «Бхагавад Гите» наполняет силой в тяжёлые времена – это великая констатация: "Тот, кто всюду видит Меня и во Мне видит всё, того Я никогда не покину, и он никогда не покинет Меня"[14].

Как можно отрицать такой существенный жизненный опыт? Что можно сказать учителю, который объявляет его суеверием и заблуждением и клеймит, как эксплуататоров, тех, кто подтверждает его?

Это вопросы, с которыми изучающий теософию неизбежно сталкивается, когда он слушает Кришнамурти. И разумные ответы на них или есть, или нет. Если есть, то они должны быть самыми актуальными.

Сидней, 1939 г.


Пер. с англ. С. Зелинского


Из «Семи радиопередач о теософии» | Ясновидение как инструмент исследователя | ПРИМЕЧАНИЯ