home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Четверг, 18 июня

Дорога была по-прежнему пуста. Гарриет повернула к Уилверкомбу и зашагала в хорошем размеренном темпе. Хотелось побежать, но она знала, что только выбьется из сил и ничего не выгадает. Пройдя около мили, она обрадовалась, встретив попутчицу — девица лет семнадцати вела двух коров. Гарриет окликнула ее и спросила, как добраться до ближайшего дома.

Девица уставилась на нее. Гарриет повторила вопрос.

Ответ прозвучал на юго-западном диалекте, столь неразборчивом, что понять не удалось почти ничего, но в конце концов Гарриет разобрала, что ближе всего идти до Уилла Коффина, к Бреннертону, а для этого нужно свернуть направо на извилистую проселочную дорогу.

— Сколько идти до Бреннертона?

Девица полагала, что идти порядком, но отказалась выразить эту величину в ярдах или милях.

— Ну что ж, пойду туда, — сказала Гарриет. — А вы, если встретите кого-нибудь по пути, не скажете ли им, что на пляже примерно в миле отсюда лежит мертвый человек и чтобы сообщили в полицию?

Девица тупо смотрела на нее.

Гарриет повторила, добавив:

— Вы все поняли?

— Да, мисс, — произнесла она таким тоном, что было ясно: она не поняла ничего.

Поспешив свернуть на проселок, Гарриет заметила, что девица все еще стоит и смотрит ей вслед.

Дом Уилла Коффина оказался маленькой фермой. Гарриет добиралась туда двадцать минут, а дойдя, не обнаружила ни души. Она постучала в дверь — никто не ответил; затем, толкнув, открыла ее и крикнула, опять безрезультатно. Она зашла за дом и там снова покричала. Тогда из сарая появилась женщина в переднике и встала, вперив в нее взгляд.

— Здесь есть мужчины? — спросила Гарриет.

Женщина ответила, что все они там, на семиакровом поле, сгребают сено.

Гарриет объяснила, что на берегу лежит мертвый человек и что надо сообщить в полицию.

— Ужас-то какой, — ответила женщина. — Небось это Джо Смит? Утром вышел на лодке, а скалы там страх какие. Мы их Жерновами зовем.

— Нет, это не рыбак, похож на горожанина. И он не утонул. Он себе горло перерезал.

— Горло перерезал? — с интересом повторила женщина. — Как есть ужас.

— Я хочу сообщить в полицию, пока тело не накрыло приливом, — сказала Гарриет.

— В полицию? — Женщина задумалась. — Да, — сказала она наконец, — в полицию надо б доложить.

Гарриет поинтересовалась, нельзя ли попросить кого-нибудь из мужчин передать сообщение. Женщина покачала головой. Они ж сено сгребают, а погода того гляди испортится. Нет, вряд ли без кого-то можно обойтись.

— Вы, случайно, не подключены к телефонной линии?

Они-то нет, но мистер Кери с Красной фермы, тот подключен. Будучи допрошена с пристрастием, женщина призналась, что попасть на Красную ферму можно вернувшись на дорогу и свернув на следующей развилке, а уж оттуда до нее миля или две.

Может ли Гарриет одолжить машину? К сожалению, машины у них нет. Вернее, есть, но дочка уехала на ней в Хитбери на рынок и вернется поздно.

— Тогда пойду пешком, — устало сказала Гарриет. — Если вам попадется кто-то, кто может передать сообщение, скажите ему, пожалуйста, что на берегу вблизи Жерновов лежит мертвец и что об этом нужно сообщить в полицию.

— Я им скажу, не сомневайтесь, — живо ответила женщина. — Вот ужас-то какой, да? Полиции следовает сказать. Вид у вас усталый, может, чаю выпьете, мисс?

Гарриет отказалась от чая, объяснив, что ей надо торопиться. Пройдя через ворота, она услышала, что фермерша ее окликнула, и с надеждой повернулась к ней.

— Это вы его нашли, мисс?

— Да, я.

— Он мертвый лежал?

— Да.

— И горло перерезано?

— Да.

— Ай-ай-ай. Ужас, как есть ужас.

Вернувшись на главную дорогу, Гарриет заколебалась. Эта вылазка отняла у нее порядочно времени. Что лучше — вновь свернуть в поисках Красной фермы или держаться главной дороги, где больше шансов кого-нибудь встретить? Так ничего и не решив, она дошла до поворота. Невдалеке пожилой мужчина окучивал в поле репу. Гарриет окликнула его:

— Это дорога на Красную ферму?

Он продолжал работать, не обращая на нее внимания.

— Глухой, наверное, — пробормотала она и окликнула снова. Старик окучивал репу. Гарриет поискала глазами калитку в заборе, но тут старик остановился, чтобы разогнуть спину и поплевать на руки, и его взгляд наконец-то упал на девушку. Та поманила его рукой, и он медленно захромал к забору, опираясь на мотыгу.

— Это дорога на Красную ферму? — указала она на тропинку.

— Нет, — отвечал старик, — нету его дома.

— А телефон у него есть? — спросила Гарриет.

— До ночи не будет, — изрек старец. — Поехал на рынок в Хитбери.

— Телефон, — повторила Гарриет. — У него есть телефон?

— А как же. Где-то она тут, поблизости.

Пока Гарриет раздумывала, может ли в этом графстве местоимение «она» относиться к телефонам, собеседник разбил ее надежды, добавив:

— Нога у ней снова болит.

— Далеко ли ферма? — безнадежно прокричала Гарриет.

— Нечего удивляться, — заметил старик. Он стоял, опершись на мотыгу и обмахивая лицо шляпой. — Я аккурат в субботу вечером ей говорил, что не ее это дело.

Гарриет перегнулась через забор, приблизила губы к самому уху старика и проорала:

— До фермы далеко?!!

— Незачем кричать, — сказал старик. — Я ж не глухой. На Михайлов день восемьдесят два стукнет, а я-то еще слава богу.

— Сколько идти… — начала Гарриет.

— Да я ж говорю, нешто не говорю? Мили полторы по дороге, но коли решили срезать по полю, где бугай…

На дороге внезапно показалась машина. Промчалась мимо на приличной скорости и исчезла вдали.

— Черт! — пробормотала Гарриет. — Я бы ее поймала, если б не теряла времени со старым дурнем.

— В точку, мисс, — согласился этот Папа Вильям[20]: он расслышал последнее слово, но, как это часто случается с глухими, истолковал его неправильно. — Сумасброды, вот как я их зову. Что за радость громыхать с такой скоростью. Помню вот, дружок племянницы моей…

Мелькнувшая машина решила дело. Гораздо лучше держаться дороги. Если плутать по проселкам в надежде отыскать запрятанную ферму и предполагаемый телефон, можно до ужина пробродить. Гарриет вновь пустилась в путь, не дослушав рассказ Папы Вильяма, и прошла по пыльной дороге еще с полмили, никого не встретив.

Странное дело, думала она. За утро она повстречала нескольких человек и немало торговых фургонов. Куда они все подевались? Роберт Темплтон (или, может быть, даже лорд Питер Уимзи, выросший в сельской местности) сразу бы разрешил загадку. В Хитбери был базарный день, а в Уилверкомбе и Лесстон-Хоу — короткий рабочий день. Эти две вещи были, разумеется, взаимосвязаны: укороченный день позволял обитателям морских курортов не пропустить важное событие. Поэтому на береговой дороге больше не было видно торговцев с товаром. И поэтому все, кто направлялся в Хитбери, уже уехали далеко. Оставшиеся аборигены трудились на сенокосе. И правда, Гарриет увидела мужчину и мальчика, управлявших пароконной косилкой. Предложение бросить работу, лошадей и пойти за полицией привело их в ужас. Хозяин был (разумеется) в Хитбери. Уже ни на что не надеясь, Гарриет попросила их сообщить о трупе и потащилась дальше.

Вскоре на дороге показалась фигура, вселившая в нее надежду. Человек в шортах и с рюкзаком за спиной — турист, как она сама! Гарриет окликнула его повелительным тоном:

— Эй, скажите, где я смогу найти машину или телефон? Это страшно важно.

Путник, худосочный рыжеватый мужчина с выпуклым лбом и в толстых очках, глядел на нее, растерянно улыбаясь.

— Боюсь, что не могу сказать. Видите ли, я сам не здешний.

— Тогда не могли бы вы… — начала Гарриет и осеклась. Он-то что мог сделать? Он в том же положении, что и она. Поддавшись глупому викторианскому предрассудку, она ждала, что мужчина проявит кипучую энергию и находчивость, но ведь он просто человек — и ноги, и мозги у него такие же, как у всех.

— Понимаете, там на пляже лежит мертвец, — объяснила она, неопределенно махнув рукой назад.

— Что, правда? — воскликнул молодой человек. — Это уж как-то чересчур, да? Э-э-э… ваш друг?

— Разумеется нет! Я совершенно его не знаю. Но надо сообщить в полицию.

— В полицию? Ах да, конечно, в полицию. Ну, она это, знаете, в Уилверкомбе. Там полицейский участок.

— Знаю. Но тело лежит почти у самой воды, и его смоет приливом, если я не приведу туда кого-нибудь прямо сейчас. На самом деле его, может быть, уже смыло. Господи! Уже почти четыре.

— Приливом? Ах да. Да. Думаю, смоет. Если, — его лицо озарила мысль, — если только вода прибывает. Но ведь она может и это, знаете, убывать, так ведь?

— Может и убывать, но она прибывает, — угрюмо сказала Гарриет. — Прилив начался в два часа. Вы не заметили?

— Ну, нет, по правде сказать, не заметил. Я близорук. И не слишком в этом разбираюсь. Живу, знаете, в Лондоне. Боюсь, ничем не могу тут помочь. Здесь поблизости нет никакой полиции?

Он оглянулся кругом, словно ожидал увидеть где-нибудь неподалеку постового инспектора.

— Вы давно проходили мимо жилья? — спросила Гарриет.

— Жилья? Ах да. Да, кажется, некоторое время назад я видел домики. Да, точно видел. Там наверняка есть люди.

— Значит, пойду туда. А вы, если встретите кого-нибудь, расскажите им, пожалуйста, что на пляже лежит человек с перерезанным горлом.

— Горлом?

— Да. Возле скал, которые тут называют Жерновами.

— Кто перерезал ему горло?

— Откуда мне знать? Наверное, он это сам сделал.

— Да… А, разумеется. Да. Иначе это ведь будет убийство, да?

— Конечно, это может оказаться убийством. Путник нервно вцепился в свой посох.

— Но ведь это невозможно, разве нет?

— Как знать. — Терпение Гарриет иссякло. — На вашем месте я бы поторопилась. А то, знаете, вдруг убийца где-нибудь поблизости?

— Боже праведный! — воскликнул молодой лондонец. — Но это ужасно опасно.

— Еще бы не опасно! Ну, мне пора. Не забудьте, хорошо? Человек с перерезанным горлом лежит возле Жерновов.

— Жерновов. Ах да. Я запомню. Но послушайте…

— Да?

— Может быть, мне лучше пойти с вами? Ну, знаете, для защиты и тому подобного.

Гарриет рассмеялась. Ясное дело, молодой человек просто боится идти мимо Жерновов.

— Как вам угодно, — безразлично бросила она, уже на ходу.

— Я могу показать вам домики.

— Хорошо. Пойдемте. Нельзя терять ни минуты.

Спустя четверть часа они увидели «домики».

По правую руку стояли два низких сооружения с соломенными крышами. Перед ними росла высокая живая изгородь, которая защищала от штормов, но в то же время полностью закрывала вид на море. Напротив них, по другую сторону от дороги, вилась узкая тропа, обнесенная стенами. Она спускалась к морю. Гарриет домики разочаровали. В них обнаружились древняя старуха, две женщины помоложе и несколько маленьких детей, но все мужчины отправились рыбачить. Сегодня они припозднились, но «ввечеру» должны были вернуться. Рассказ Гарриет был выслушан с живым интересом. Жены обещали передать все мужьям. Они также предложили подкрепиться, и на этот раз Гарриет не стала отказываться. Можно было не сомневаться, что прилив уже накрыл тело и полчаса погоды не сделают. Волнения ее утомили. Она с благодарностью выпила чаю.

Затем попутчики вновь зашагали по дороге. Джентльмен из Лондона — он представился Перкинсом — жаловался, что натер ногу. Гарриет не обращала внимания на его нытье. Конечно же скоро что-нибудь подвернется.

Но подвернулся только стремительный седан, обогнавший их через полмили. При виде покрытых пылью путников, которые отчаянно махали ему, явно прося их подвезти, самодовольный водитель безжалостной ногой надавил акселератор и пронесся мимо.

— Бессовестный лихач! — воскликнул мистер Перкинс, потирая больную пятку.

— От седанов с шоферами никогда никакого толку, — сказала Гарриет. — Нам нужен грузовичок или семилетний «форд». О, глядите! Что это там?

«Это» было воротами, которые перегораживали дорогу. Рядом стоял маленький дом.

— Железнодорожный переезд. Неужели повезло! — Приунывшая Гарриет воспряла духом. — Там должен кто-то быть.

Там и правда кто-то был. Даже двое — инвалид и маленькая девочка. Гарриет нетерпеливо спросила их, где можно найти машину или телефон.

— Все это, мисс, вы найдете в деревне, — отвечал инвалид. — Хоть на деревню оно не особенно похоже, но по крайности мистер Хирн, что держит лавку, так вот у него есть телефон. Здесь-то полустанок «Дарли», а до самого Дарли еще минут десять. Там-то вы, мисс, уж точно кого-то найдете. Лиз! Ворота!

Девочка выбежала и открыла ворота маленькому мальчику, который вел в поводу громадную ломовую лошадь.

— Сейчас пойдет поезд? — от нечего делать спросила Гарриет, поскольку ворота снова закрылись.

— Через полчаса, не раньше, мисс. Ворота мы смотрим, чтоб закрыты были всегда. Движение тут не особо, а ворота-то скоту не дают на пути выбраться. За день порядком поездов проходит. Главный путь из Уилверкомба в Хитбери. Экспрессы, конечно, тут не останавливаются, только пригородные, да и они только дважды в день, кроме базарных дней.

— Понятно.

Гарриет сама не знала, с чего это взялась расспрашивать про расписания поездов, но вдруг поняла, что, не отдавая себе в том отчета, с профессиональным интересом прикидывает, каким образом и на чем можно добраться до Жерновов. Поездом, машиной, на лодке — как покойный туда попал?

— А во сколько…

Нет, не важно. Пускай выясняет полиция. Она поблагодарила смотрителя, открыла боковую калитку и пошла дальше. Мистер Перкинс захромал следом.

Дорога по-прежнему шла вдоль берега, но утесы постепенно становились ниже и опустились почти до уровня моря. Спутники увидели купу деревьев, изгородь и тропинку, вьющуюся мимо развалин заброшенного дома к широкой зеленой лужайке. Там, почти на границе песчаного пляжа, стояла палатка, возле которой дымил костер. Миновав поворот, они увидели, как из палатки вылез человек с канистрой для бензина в руке. На нем были старые фланелевые брюки и рубашка цвета хаки с закатанными до локтей рукавами; на лоб низко надвинута мягкая шляпа, а глаза к тому же скрыты темными очками.

Гарриет позвала его и спросила, близко ли деревня.

— Пару минут по дороге, — ответил он лаконично, но вполне вежливо.

— Мне нужно позвонить, — продолжила Гарриет. — Мне сказали, в лавке есть телефон. Это правда?

— А, да. Прямо напротив, на том краю пустыря. Не ошибетесь — тут только одна лавка.

— Спасибо. Да, кстати — нет ли в деревне полицейского?

Мужчина замер и уставился на нее, прикрывая глаза от солнца. Гарриет заметила у него на руке татуировку — красно-синюю змею — и подумала, что он, наверное, моряк.

— Нет, в Дарли полицейского нет. Тут один констебль на две деревни. Иногда сюда заезжает на велосипеде. А что случилось?

— Произошел несчастный случай. Там, на берегу, — сказала Гарриет, — я нашла мертвого человека.

— Господи! Скорей звоните в Уилверкомб.

— Спасибо, так и сделаю. Пойдемте, мистер Перкинс. Ой, он ушел.

Гарриет догнала спутника, раздосадованная его очевидным стремлением отмежеваться от нее и ее покойника.

— Незачем останавливаться и разговаривать с каждым встречным, — проворчал Перкинс. — Не нравится мне его вид, к тому же мы почти на месте. Я тут, знаете, утром был.

— Я только хотела спросить, нет ли здесь полицейского, — спокойно объяснила Гарриет, которой не хотелось спорить с мистером Перкинсом. Ей и так было о чем беспокоиться. Показались дома: небольшие приземистые постройки в окружении веселых палисадников. Дорога внезапно свернула прочь от берега, и Гарриет обрадовалась, увидев телеграфные столбы, еще больше домов и, наконец, пустырь.

На его краю стояла кузница. На траве дети играли в крикет. В центре пустыря возвышался старый вяз, а на противоположном краю была лавка под вывеской, гласившей: «Дж. Хирн. Бакалея».

— Слава богу! — воскликнула Гарриет.

Она пересекла пустырь и почти вбежала в лавку. Интерьер украшали сапоги и сковородки. Кажется, там продавалось все — от лимонных леденцов до вельветовых брюк.

Из-за пирамиды консервных банок вышел, любезно улыбаясь, лысый человек.

— Разрешите воспользоваться вашим телефоном?

— Конечно, мисс, какой номер?

— Мне нужен полицейский участок в Уилверкомбе.

— Полицейский? — Бакалейщик был озадачен. — Придется поискать номер, — неуверенно сказал он. — Зайдите сюда, мисс, — и вы, сэр?

— Спасибо, — отозвался Перкинс. — Но мне, честно говоря… Я хочу сказать… этим вообще-то леди занимается. Я что хотел сказать — если тут где-нибудь есть гостиница, лучше мне… э-э-э… то есть всего хорошего.

Он тихо выскользнул из лавки. Гарриет, тут же забыв о его существовании, вошла вслед за бакалейщиком в заднюю комнату и нетерпеливо наблюдала, как тот, надев очки, сражается с телефонной книгой.


Глава II Свидетельствует дорога | Где будет труп | Глава III Свидетельствует отель