на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



…всё пришлось делать в условиях конспирации

Примечательно, что очень схожие ощущения относительно работы в России, точнее, той её части, которая включала интервью с Владимиром Высоцким, испытал знаменитый немецкий журналист и режиссёр-документалист Фриц Пляйтген. Его интервью с Владимиром Высоцким (1975, съёмка телекомпании WDR /Westdeutscher Rundfunk/) хорошо известно всем почитателям таланта поэта.

Фриц Пляйтген (Fritz Ferdinand Pleitgen /род. в 1938 г./) был с 1970-го по 1977-й it. корреспондентом WDR в Москве. Когда он интервьюировал Владимира Высоцкого, у него был уже довольно большой журналистский опыт (в WDR он работал с 1963-го года). Москва была отнюдь не первым зарубежным городом в его журналистской карьере. До 1970-го года он работал, в частности, в Брюсселе и в Париже. В свою очередь по завершении работы в Москве был направлен телевидением WDR в Вашингтон. Во время работы в Советском Союзе Фриц Пляйтген прославился во многих кругах, как тонкий дипломат, сумевший поддерживать хорошие связи, как с диссидентами, так и с представителями советской власти. Впрочем, он и сам оказался неплохим руководителем, став в 1995-м году генеральным директором WDR (этот пост Фриц Пляйтген занимал до 2007-го года). Более того, он стал руководителем европейского масштаба, возглавив в 2006-м году EBU (European Broadcasting Union, основанный в 1950-м году Европейский вещательный союз — крупнейшее объединение национальных вещательных организаций в мире. Штаб-квартира EBU находится в Швейцарии, в Женеве). Европейским вещательным союзом Фриц Пляйтген руководил до 2008-го года.

Возможно, именно дипломатический талант Фрица Пляйтгена позволил ему снять интервью с Владимиром Высоцким. Знаменитый журналист признался мне, что задача, которую он поставил перед собой в далёком 1975-м году, оказалась чрезвычайно сложной. Кстати, не менее сложно связаться сейчас с самим Господином Пляйтгеном. Как все знаменитости и высокопоставленные чиновники, он охотно направляет всех, кто ищет с ним связи, к секретарям, весьма, между прочим, многочисленным. Мне долго пришлось ждать ответа Фрица Пляйтгена на адресованное ему письмо, и не только потому, что он находился как раз на съёмках в… России, но ещё и потому, что я упрямо искала связи с ним лично. Менялись мои корреспонденты, которыми становились то David Lewis, то Michelle Roverelli, то Eric Campbell, то другие лица, занимавшие различные посты, как в WDR, так и в EBU. Я пыталась найти с помощью Фрица Пляйтгена весь "сырой" материал, снятый в 1975-м году телекомпанией WDR. Ведь тогда было снято не только интервью с Владимиром Высоцким, но и фрагмент спектакля "Жизнь Галилея". Очень короткий фрагмент. Я искренне верила, что в Германии сохранилось гораздо больше материала, но Фриц Пляйтген заверил меня, что никаких дополнительных кадров нет ни в его личном архиве, ни в архиве WDR.

Высоцкий, которого мы потеряли…

Фриц Пляйтген берёт интервью У Владимира Высоцкого (1975 год)


Это было так сложно организовать в то время, — признался он, — что в сущности всё пришлось делать в условиях конспирации. Этим и объясняется факт отсутствия дополнительных материалов.

Высоцкий, которого мы потеряли…

Уверенность в том, что за ним пристально следили, была также у восхищённого спектаклями Таганки Уолтера Клеменса-младшего (Walter С. Clemens Jr.) профессора-политолога из Бостонского университета (Boston University) в штате Массачусетс (Massachusetts).

Свои свежие впечатления о чудесной игре Таганки (в том числе о спектаклях с Владимиром Высоцким) он описал в статье, опубликованной в 1969-м году в "Boston University Journal" ("Taganka: The Scene for Moscow's Avant-Garde Drama," Boston University Journal, Volume XVH, Number 1, Whiter, 1969, pp. 45–50).

Высоцкий, которого мы потеряли…

Когда я спросила профессора Уолтера Клеменса про подробности его визита в Россию, он очень удивился, что я нашла его статью. И тут же сравнил особенности, связанные с его пребыванием в Москве, с тем, что ему пришлось испытать в моей стране, в Кракове, откуда он.

Весьма интересно, иго игра Владимира Высоцкого и необычные таганские постановки оказали сильнейшее впечатление также на не понимавшего ни слова по-русски друга Уолтера Клеменса — младшего — профессора Джерома Визнера, ректора знаменитого MIT (Massachusetts Institute of Technology, Массачусетский технологический институт). Джером Визнер (Jerome Bert Wiesner /1915-1994/) — ректор института, директор мощной Лаборатории электроники MIT (RLE — Research Laboratory of Electronics at MIT) — был советником президентов Эйзенхауэра, Кеннеди и Джонсона в области науки, а также советником Белого дома по вопросам ядерного оружия. Именно Джером Визнер передал президенту Джону Кеннеди аналитическую записку о возможности сотрудничества с СССР в космосе. Он был человеком твёрдо ступающим по земле, весьма далёким от искусства. Но игра Владимира Высоцкого и спектакль Театра на Таганке "Десять дней, которые потрясли мир" произвела на него невероятное впечатление.

Вот что рассказал мне об их совместном посещении Таганки профессор Уолтер Клеменс:

— Марлена, я искренне удивлён, что Вам удалось найти мою статью… У меня самого остался лишь один экземпляр журнала. Как говорится, последний и единственный. Кстати, обратите внимание на то, что в том же номере Ваш соотечественник написал статью о Наполеоне. К сожалению, его больше нет. Как самого журнала, так и его редактора. Похоже, и театр прекратил свою жизнь… (мы общались с профессором Клеменсом как раз в период скандала, разразившегося вокруг Театра на Таганке во время его пребывания в Чехии, в результате которого Юрий Петрович Любимов заявил о своём уходе из театра — прим. авт.).

Я испытан просто фантастические вибрации на спектаклях театра, в котором выступал Владимир Высоцкий. Я присутствовал на них несколько раз. Один раз со мной пошёл туда Джером Визнер, ректор Массачусетского технологического института. Он не понимал русского языка, но уловил электроэнергию этого места. КГБ сопровождала нас после спектакля в гостиницу Националь. Это очень напоминало то, что происходило в Вашей стране. Как я недавно сказал моему другу, профессору Краковского университета Чеславу Мэсьяшу (Czeslaw Mesjasz — профессор Экономического университета в Кракове /Uniwersytet Ekonomiczny w Krakowie/ — прим. авт.), полицейские в его родном городе заставили меня уехать из Польши в конце августа 1968 года, и запретили мне туда возвращаться. Лишь тридцать лет спустя я увидел Гданьск с палубы туристической лодки. Я был очень впечатлён. Похоже, Ваш музей это именно часть нового динамизма, нового поворота в истории. Я очень надеюсь, что мне доведётся его увидеть.

Профессор Клеменс крупнейший авторитет в области политических наук, он собрал огромную библиотеку, включающую уникальные (подчас секретные) материалы. Многие из них касаются России. В свое время профессор, испытывающий большую симпатию к моей стране, предложил мне безвозмездно тысячу книг и различных документов, в числе которых оказались не только американские дипломатические документы, документы из администрации Джорджа Буша, многие тома по истории международных отношений, книги по международному праву, но и советские дипломатические документы. 250 килограммов уникальных бумаг, свидетельств, протоколов, фотографий…

Если бы обладатели всех собраний, все государственные и частные архивы, столь охотно делились своими материалами, многие из бесследно пропавших записей Владимира Высоцкого были бы найдены и спасены.

Вернемся, однако, к покорившей иностранных гостей игре Владимира Высоцкого. Свидетелем изумительной игры В. Высоцкого был также знаменитый японский ученый Синдзи Хориэ (Shinji Horie /род. в 1948 г./ — театровед, до недавних пор профессор государственного университета в Осаке, крупный специалист по русскому театру, ныне директор высшей театральной школы в Осаке). Впервые он попал в Театр на Таганке в 1975 году. На стене кабинета Юрия Любимова есть оставленные им в разные годы надписи. Он видел Владимира Высоцкого в спектаклях "Гамлет" и "Десять дней, которые потрясли мир". О своих впечатлениях рассказал в книге "История Театра на Таганке и современный русский театр" (серия: Sekaishiso seminar, Kyoto, Sekaishisosha Со, 1999). В книге опубликованы также фотографии (в том числе Владимира Высоцкого). Кстати, после смерти поэта судьба свела профессора Синдзи Хориэ с его вдовой. Марина Влади снималась тогда в российско-японском историко-приключенческом фильме "Сны о России" (1992). Наряду с Мариной Влади и рядом японских актеров в фильме сыграли, в частности, Олег Янковский, Евгений Евстигнеев, Юрий Соломин. Профессор Синдзи Хориэ был одним из консультантов фильма. Он до сих пор гордится встречей и совместной фотографией с вдовой знаменитого русского поэта.

Профессор Синдзи Хориэ и сейчас нередко гостит в Театре на Таганке. Он прислал в наш музей фотографию, автор которой запечатлел его рядом с Юрием Любимовым в день, когда создатель Таганки отмечал своё девяностолетие.

Высоцкий, которого мы потеряли…

Профессор Синдзи Хориэ с Юрием Петровичем Любимовым (2007 год)


Игра Владимира Высоцкого покорила также датчанина Тэрка Хакстхаузена (Tork Haxthausen, точнее, Tork Ove Haxthausen /1924-2012/ — известный датский художник, писатель и режиссёр, автор свыше 20 книг и популярных документальных фильмов). В своей книге "Hos De Rode" — "В красном" ("Hos De Rode. Om At Fillin' Sovjelmennesker", Forlaget Klim, 2002, 279 cip.) он вспоминает свои поездки в Советский Союз в период с 1964-го по 1982-й it. Его поездки в СССР были всегда долгосрочными, в России, а также в Узбекистане (показавшемся датскому режиссёру весьма экзотическим), Тэрк Хакстхаузен работал над документальными фильмами. В Москве, в Ташкенте, в Самарканде он посещал театры, фабрики, школы, колхозы. Увиденное в СССР Т. Хакстхаузен описывает в очень добродушной манере, даже о неудобствах он рассказывает с юмором. О ситуации, когда в самолёте было невероятно жарко, пишет, что воздух был настолько густым и горячим, что его надо было отодвинуть, чтобы войти в салон.

Владимира Высоцкого Т. Хакстхаузен увидел на сцене Театра на Таганке в 1967-м году. Уже тогда он считал поэта легендарной личностью. Он очень гордился тем, что в Москве ему довелось попасть в непокорный Театр на Таганке и увидеть на сцене легендарного поэта, певца и актёра (именно тогда датский режиссёр познакомился также с Юрием Любимовым).

Высоцкий, которого мы потеряли…

Купив его книгу с большим опозданием (она была издана в 2002-м году, я же прочитала её только в 2011-м), раздобыв с помощью сотрудников издательства "Клим" из города Орхус (Forlaget Klim, Arhus) номер телефона знаменитого писателя, режиссёра и художника, я позвонила ему, спросив, не запечатлел ли он на киноплёнке Владимира Высоцкого.

— Да, я это сделал, — ответил Т. Хакстхаузен, — но этот материал не был использован ни в одном из моих фильмов. Я очень много снимал в России. У меня огромное количество отснятого материала. Я увидел Владимира Высоцкого в Театре на Таганке в 1967-м году. Это была моя вторая поездка в Россию, в Москву, и я был уже гораздо более опытным, нежели в 1964-м, когда попал туда впервые. Многое уже не удивляло меня… А вот Высоцкий удивил и покорил. Я виде л его в нескольких спектаклях и в каждом из них он произвёл на меня невероятное впечатление.

— В каких спектаклях Вы видели В. Высоцкого?

— Я видел его в роли Галилея. И в роли Маяковского. Одного из Маяковских, там их было несколько, то есть одного Маяковского играли несколько человек (в спектакле Татра на Таганке "Послушайте!" Юрий Любимов решил показать пять ипостасей Владимира Маяковского, его играли пять актёров: Владимир Высоцкий, Борис Хмельницкий, Вениамин Смехов, Валерий Золотухин, Владимир Насонов — прим. авт.), и ещё в спектакле "Десять дней, которые потрясли мир".

— В какой из этих ролей он Вам больше всего запомнился?

— Вы знаете, он вообще очень западающий в душу и остающийся в памяти человек. В каждой из ролей он мне запомнился. Но, пожалуй, в первую очередь он мне запомнился как Галилей и как Маяковский. Это были очень разные роли. Он вообще был для меня великим мастером метаморфозы. Он так перевоплощался! Кстати, это видно даже на его фотографиях. Вы заметили? На каждом снимке он выглядит иначе.

— В каком смысле — иначе?

— Просто он везде очень разный. Абсолютно разный. Это невероятно. И в спектаклях он гениально перевоплощался. Ведь Галилей, Маяковский и поэт военного времени — это очень разные роли. Он, конечно, каждого из этих персонажей наделял своми чертами, оставаясь именно самим собою (его личность производила сильнейшее впечатление, независимо от того в какую одежду он переодевался, чей костюм надевал — балахон ли, шинель ли), но вместе с тем он был в каждой из этих ролей очень разным, каждого из этих персонажей наделил очень индивидуальными чертами, своими, но и присущими только данному герою. Я не театровед, возможно, мне это трудно выразить. Но надеюсь, Вы понимаете, что я имею в виду.

— Конечно, я Вас прекрасно понимаю. Более того: я с Вами полностью согласна. Вы сказали про шинель и про спектакль "Десять дней, которые потрясли мир", но одновременно Вы упомянули роль "поэта военного времени". Может быть, Вы имели в виду спектакль "Павшие и живые"?

— Да, именно в этом спектакле я его снимал.

— В спектакле "Павшие и живые"?! Вы ничего не путаете?

— Нет, что Вы. Я, конечно, пожилой человек, но на память не жалуюсь. К тому же, я прекрасно помню весь отснятый материал. "Десять дней, которые потрясли мир" — это совершенно другой спектакль. Я его тоже видел. Но роль поэта Владимир Высоцкий играл в спектакле о поэтах Второй мировой войны. Именно в этом спектакле я его снимал. Он играл там, кстати, даже Гитлера. Вот это было перевоплощение! Так что я ни в коем случае не мог перепутать этот спектакль с ролью революционного матроса.

— Просто то, что Вы говорите настолько удивительно…

— Почему же? Разве на Таганке никто не снимал? Снимали, по-моему, многие. И советское телевидение снимало. И именно в шестидесятые годы. Это я точно знаю.

— Никто не снимал Владимира Высоцкого именно в спектакле "Павшие и живые". Нет никакой видеосъёмки, запечатлевшей В. Высоцкого в роли Михаила Кульчицкого, или в роли Гитлера…

— Да, да, я вспомнил! Совершенно верно, этого поэта звали Кульчицкий! Кстати, Владимир Высоцкий там ещё и Чарли Чаплина играл! И тоже очень здорово! В этом спектакле и в спектакле "Десять дней, которые потрясли мир" он играл нескольких персонажей.

— Вы помните, когда Вы сжимали спектакль "Павшие и живые"? Я имею в виду хотя бы месяц. Дату Вы, наверно, не помните…

— Вы знаете… Я хорошо помню, что была тогда осень. Но какой именно месяц… Гм… Да вот что я вспомнил! Вы же запросто сможете определить дату. Вы занимаетесь этим профессионально. Изучаете жизнь Владимира Высоцкого. Я не помню дату, но вспомнил, что это был не совсем обыкновенный показ спектакля. Это было что-то вроде юбилея. Это был спектакль номер 100.

— Сотый спектакль "Павшие и живые"?

— Да, я снимал именно на сотом спектакле. Так что, исходя из этого, Вы, наверно, без труда сможете определить дату. Это, наверно, ще-то зафиксировано, в каких-то хрониках.

— Сотый спектакль был показан 14-го сентября 1967 года.

— Вот видите, Вам даже искать не нужно. Похоже, это и вправду был сентябрь, потому что я был одет ещё не так тепло, как, скажем, в октябре.

— Гитлера и Чаплина играл именно Владимир Высоцкий, да? Тогда это точно был сотый спектакль. Потому что в том же 1967-м году эти роли играл и Николай Губенко. Но если Вы помните, что их играл тогда В. Высоцкий, это ещё один аргумент в пользу сотого спектакля.

— Играл именно Высоцкий. И это был именно спектакль номер 100. Там такая песня была… Она мне почему-то безумно понравилась. Я её тоже снял. Не знаю, смогу ли я вспомнить название. "О десяти ворчунах"? Вот видите, как только я пытаюсь хоть два слова сказать по-русски, у меня ничего не получается.

— Зонг о десяти ворчунах. "Собрались десять ворчунов, / Есть чудаки везде ведь, / Один сказал, что Геббельс врёт — / И их осталось девять…"

— Да, именно эта песня!

— Именно её Вы сняли?

— Да, и другие сцены из спектакля. Высоцкого в роли Гитлера. И в роли Чарли Чаплина. Стихи. И ещё аплодисменты после спектакля.

— Но весь спектакль Вы не сняли?

— Нет, я не намеревался снимать весь спектакль. Снимал отдельные куски.

— Скажите, пожалуйста, сохранилась ли Ваша съёмка?

— Вы знаете, Марлена, вероятно, она сохранилась. Но для этого мне пришлось бы перекопать весь архив. Увы, для этого у меня совсем нет сил. Вот если бы Вы приехали и сами всё проверили…

— В Копенгаген? К сожалению, это не так просто.

— Нет, не в Копенгаген, а в Сандвиг.

— Сандвиг? Это… это город на острове Борнхольм?

— Да.

— Это недалеко от нас… Я живу в городе Кошалин. На северо-западе Польши, на Балтийском побережье. Почти рядом с нашим городом — город Колобжег. Порт Колобжег. Оттуда регулярно ходит паром на Борнхольм.

— Вот видите, мы с Вами в принципе соседи.

Кстати, Тэрк Хакстхаузен родом из Норвегии. Родился в Осло. Во время Второй мировой войны бежал из оккупированной Норвегии в Швецию. В конечном итоге местом его проживания стала Дания. Впрочем, он её часто надолго покидал. Путешествовал не только в Россию и в Узбекистан, но и в другие страны. В 1970-м году прибыл в Восточную Африку, где провёл шесть лет.

К сожалению, на Борнхольм я в 2011-м году не поплыла. Не попала я туда и в начале следующего 2012-го года. По целому ряду причин. В частности, по причине того, что отдавала себе отчёт в стоимости технической стороны дела. Ведь найди я в частом архиве желанную съёмку, мне пришлось бы скопировать её с 16 мм пленки на цифровой носитель. Тэрк Хакстхаузен считал, что подобную операцию нужно провеет в профессиональной студии, которая одновременно отреставрирует плёнку. Оцифровка и реставрация, вместо одной только оцифровки, была бы не столь пугающей перспективой, если бы речь шла о реставрации одной плёнки. Но ведь Т. Хакстхаузен не имел понятия, в какой из коробок хранится интересующий меня материал. Иными словами, в первую очередь пришлось бы отреставрировать очень большое количество фильмов на 16 мм пленке, разумеется, за счёт нашего музея. Требование, чтобы эту работу выполнил за свой счёт сам режиссёр, было бы по меньшей мере бестактным. Отснятого материала было так много (не только короткометражных фильмов, но и съёмок, не вошедших ни в один из них), что один только просмотр всего, что не было описано и могло скрывать интересующий нас материал, занял бы очень продолжительное время. Времени же, как оказалось, Тэрку Хакстхаузену отпущено было совсем немного. Всего ничего. 22-го марта 2012 года его не стало. И я так и не добралась до Сандвиг (Sandvig). Получив из Дании известие о кончине режиссёра, я предприняла, конечно, попытки разыскать съёмку "Павших и живых" с помощью людей, в руки которых попал архив Т. Хакстхаузена. Но эта задача оказалась ещё сложнее предыдущей. Тем не менее мы, конечно же, продолжаем поиски. И точку в этой истории ставить ни в коем случае не собираемся.


…он чувствовал, что мы его эксплуатируем | Высоцкий, которого мы потеряли… | Спектакль не был снят не по нашей вине…