на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Операция "Дуб" — звездный час Отто Скорцени

Моему другу Отто Скорцени, спасшему мне жизнь.

Мы будем совместно бороться за общее дело — дело объединенной и свободной Европы!

Бенито Муссолини

После разгрома в Северной Африке новая неудача постигла страны Оси 10 июля 1943 года. В тот день началась высадка союзников на Сицилии, которая привела к необратимым последствиям. 24 июля в Риме собрался большой фашистский совет, который потребовал отставки Бенито Муссолини и передачи руководства армией королю Италии. Позже Муссолини был арестован и помещен под арест в неизвестном месте. Новое правительство Италии возглавил маршал Пьетро Бадальо. Гитлер быстро осознал, что новая власть в Италии скоро сменит сторону и перейдет в лагерь союзников. 3 сентября 1943 года Италия подписала перемирие с союзниками, а 8 сентября официально объявила о выходе из войны. Следующим шагом следовало ожидать объявление войны Германии, не исключалась и передача союзникам плененного Бенито Муссолини в качестве жеста доброй воли новой итальянской власти.

26 июля 1943 года гауптштурмфюрер СС Скорцени был срочно вызван в ставку Гитлера "Волчье логово". Первой мыслью "человека со шрамами" было, что его вызвали для внушения за часто откладываемые операции. Но сев в присланный специально за ним самолет и воспользовавшись находящимся в самолете баром, Скорцени успокоился и понял, что все не так уж и плохо. Выпив еще рюмку коньяка, он забылся сном.

Прибыв в "Волчье логово", диверсант был поражен тем, как тщательно охраняется ставка Гитлера. Пройдя все пикеты, Скорцени наконец оказался в чайном домике фюрера. Наступил вечер. Адъютант Гитлера Отто Гюнше ввел его в комнату и представил пяти присутствующим офицерам — подполковнику и манору сухопутной армии, двум подполковникам люфтваффе и штурмбаннфюреру СС. После этого Гюнше провел офицеров в комнату, где они выстроились в шеренгу в соответствии со званиями и стали ожидать Гитлера. Впервые Скорцени выпал случай увидеть его так близко, мысленно "человек со шрамами" давал себе установку не выглядеть подобострастным. Вошел Гитлер, Гюнше начал представлять ему присутствующих. Гитлер подходил к каждому офицеру, жал руку, после чего каждый в 5–6 предложениях рассказывал о себе. Скорцени был самым младшим по чину среди присутствующих, а потому и представлялся последним. После представления офицеров Гитлер отошел на несколько шагов, окинул присутствующих взглядом и спросил:

— Кто из вас, господа, знает Италию?

Наступила пауза, Скорцени, собравшись, ответил:

— Я дважды доезжал на мотоцикле до Неаполя, мой фюрер.

Спустя несколько минут Гитлер снова спросил:

— Что вы, господа, думаете об Италии?

Офицеры поочередно дали ответ. Все ответы сводились к тому, что Италия является союзником Германии. Настала очередь Скорцени:

— Мой фюрер, я австриец!

Гитлер внимательно посмотрел на великана со шрамами и задумался, после чего сказал:

— Я хочу побеседовать с гауптштурмфюрером Скорцени. Остальные господа офицеры свободны.

Присутствующие офицеры отдали римское приветствие и удалились. Скорцени и Гитлер остались наедине. Гитлер начал рассказывать "человеку со шрамами" о том, для чего офицеров вызвали в его ставку.

— Вчера предали Муссолини, и король приказал арестовать его, — начал говорить Гитлер. — Дуче является не только моим союзником, но также и другом. Он для меня воплощение последнего великого Римлянина, и я не могу оставить этого великого человека в беде. Он был слишком легкомысленным; я уверен, что новое итальянское правительство поменяет фронт и передаст Муссолини англосаксам. Они сначала предали, а затем продали его. Я должен упредить это.

Необходимо узнать, где содержится дуче, и освободить, но… Вот чего я жду от вас, Скорцени. Я выбрал вас, так как убежден, что вам удастся это сделать. Вы должны выполнить эту операцию, потому что в настоящий момент она является самой важной для ведения войны. Конечно, все детали должны быть сохранены в полнейшей тайне — в противном случае нас ожидает неудача. О вашей миссии знают только пять человек. Вы будете переведены в люфтваффе, в распоряжение генерала Штудента, который сразу ознакомит вас с некоторыми деталями операции. Я не хочу, чтобы Италия стала ловушкой для моих солдат. Необходимо предотвратить возможность совершения фальшивыми друзьями их гнусного дела. Я лично поручаю вам миссию по обнаружению места заключения Муссолини и освобождению его оттуда, целого и невредимого. Конечно, вы отберете себе людей. Необходимо действовать быстро, очень быстро. Вы понимаете, что речь идет о жизни дуче?

— Так точно, мой фюрер! — произнес Скорцени.

— Кроме того, очень важно, — продолжил Гитлер, — чтобы ни наши армейские части, ни наше посольство в Риме не узнали о вашей миссии. Вы должны понять меня правильно. И одни, и вторые ошибочно оценивают ситуацию в Италии. Я опасаюсь, что они могли бы действовать наперекор моим намерениям. Поэтому все должно быть в абсолютной тайне. Я вам чрезвычайно доверяю, Скорцени. С этого момента вы отвечаете передо мной! Мы еще увидимся. От всего сердца желаю вам успеха!

Закончив монолог, Гитлер пронзил Скорцени взглядом, пожал руку и отпустил. Выйдя от Гитлера, Скорцени собрался перекусить в столовой, но за ним явился Отто Гюнше и пригласил на встречу к генералу Курту Штуденту Скорцени начал рассказывать Штуденту о полученных от Гитлера инструкциях и поручениях, когда в комнату вошел рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Он сразу же вмешался в разговор и затеял скучную и утомительную лекцию об итальянской внешней политике и о том, как глубоко в Италии проникла измена. Войдя в раж, Гиммлер стал указывать, с кем и как из итальянских политиков следует поступить после захвата. Скорцени, впервые видевший Гиммлера так близко, растерялся от объема полученной информации (добавим, и совершенно для него бесполезной) и достал блокнот с целью делать заметки. Гиммлер взорвался:

— Вы что, сошли с ума?! Все, о чем я говорю, является совершенно секретным!

Скорцени был ошарашен такой реакцией Гиммлера. Он попросил разрешения выйти к телефону, чтобы связаться с Фриденталем. Нам, к сожалению, не известно, о чем говорили Штудент с Гиммлером пока Скорцени вызывал Фриденталь. В ожидании ответа Скорцени закурил в коридоре. В этот момент из комнаты вышел Гиммлер. Рейхсфюрер СС был сторонником здорового образа жизни и не выносил курения. Увидев Скорцени с сигаретой, Гиммлер возопил:

— Это невероятно! У вас не хватает силы воли, чтобы удержаться от курения здесь? Все время эти вонючие окурки! Я вижу, что вы являетесь не тем человеком, который нам необходим для выполнения трудного задания!

Скорцени промолчал, а рейхсфюрер удалился быстрыми шагами. Гюнше, ставший очевидцем того, как Гиммлер наорал на Скорцени, успокоил последнего, сказав, что в таком состоянии дискутировать с Гиммлером бесполезно. Штудент снова вызвал Скорцени и сообщил, что на следующий день в 8.00 они вылетают в Рим для подготовки операции. Выйдя от Штудента, Скорцени дозвонился до Фриденталя и потребовал к телефону своего адъютанта оберштурмфюрера СС Карла Радля. Услышав в трубке голос Радля, он начал диктовать свои приказы: отобрать во Фридентале 30 лучших солдат, унтеров и офицеров, переодеть их в форму парашютистов люфтваффе и предоставить им соответствующие документы; к 6.00 прибыть с отобранными людьми на аэродром в Стаакен и ожидать команду на вылет.

Утром 27 июля 1943 года Штудент и Скорцени вылетели в Рим. После прибытия в Вечный город они нанесли визит верховному командующему на юге генерал-фельдмаршалу Альберту Кессельрингу. Здесь "человек со шрамами" столкнулся с тем, что Кессельринг полностью доверял своим итальянским союзникам и отказывался даже думать об их возможной измене. Это обстоятельство существенно осложнило задание Скорцени — ему предстояло действовать втайне от генерал-фельдмаршала. Между тем уже в мае 1943 года немцы начали готовить операцию "Аларих" — оккупацию Италии, Позже название операции было сменено на "Ось". 27 июля Кессельринг полупил приказ начать подготовку к проведению операции, в ходе которой планировалось захватить новое руководство Италии и жизненно важные объекты в стране. Генерал Штудент должен был арестовать короля Виктора-Эммануила. 29 июля в Италию прибыли отобранные Радлем во Фридентале люди — 50 солдат и офицеров. Людям Скорцени было поручено арестовать 10 представителей новой власти. Самой сложной целью был сын короля Виктора-Эммануила и наследник престола принц Умберто Пьемонтский. Огромный дворец принца (около 2000 помещений) находился в самом центре Рима. Скорцени и его люди могли только предполагать, где именно находятся комнаты принца.

Пока новое итальянское правительство готовилось к выходу из войны, немцы лихорадочно искали место, в котором прятали Муссолини. В распоряжение Скорцени были переданы 10 офицеров из VI управления для скорейшего выявления этого места. В Берлине по требованию Гиммлера над установлением места содержания Муссолини бились арестованные экстрасенсы. Так где же прятали Муссолини? Первую неделю своего заключения дуче провел на острове Понца. Местное население оказалось лояльным свергнутому диктатору, и заговорщикам пришлось перевести Муссолини ночью 7 августа на уже упоминаемый остров Маддалена. 15 августа Скорцени получил от кригсмарине информацию о том, что дуче содержится на острове Маддалена После консультаций с генералом Штудентом Скорцени решил послать для разведки на остров своего офицера, унтерштурмфюрера СС Варгера, — он единственный владел итальянским языком. Варгер в образе моряка-выпивохи должен был посетить остров и в беседах с завсегдатаями забегаловок узнать дополнительную информацию по острову. В этой великолепной задумке был один затруднительный момент — унтерштурмфюрер СС Варгер вообще не употреблял спиртного… Скорцени и Радль в считаные дни приобщили Варгера к алкоголю и стали готовить его к отправке на остров. 18 августа Варгер и Скорцени вылетели из Рима на аэродром Виено-Фиорита в Сардинии. По прибытии Скорцени передал Варгера доверенному лицу из ВМФ, а затем вернулся на Виено-Фиорита. На аэродроме Скорцени добился разрешения на разведывательный полет над островом. На обратном пути самолет был перехвачен английскими истребителями, после чего потерпел крушение. Виной аварии, по мнению Скорцени, был итальянский бензин низкого качества. При крушении "человек со шрамами" повредил плечо и сломал три ребра. За эти травмы Скорцени 18 августа 1943 года был награжден черным знаком за ранение.

Оправившись от травм, Скорцени с Радлем и представителями люфтваффе и кригсмарине начали подготовку операции на Маддалене. Накануне унтерштурмфюрер Варгер своими глазами видел дуче на острове. Оказалось, Муссолини держат взаперти на вилле "Вебер". 23 августа Скорцени отправился на остров. В разгар подготовки к операции из ОКВ пришла телеграмма — "Согласно информации абвера. Муссолини содержится в заключении на небольшом островке вблизи Эльбы. Гауптштурмфюрер Скорцени должен немедленно подготовить воздушно-десантную операцию. О готовности сообщить в ОКБ, которое определит дату акции". Получение телеграммы совпало с подготовкой к совещанию в ставке Гитлера. Скорцени упросил Штудента взять его в качестве сопровождающего в "Волчье логово". В ставке Гитлера Скорцени было предоставлено слово, и он сумел доказать, что Муссолини находится на острове Маддалена. Гитлер пообещал отменить операцию на Эльбе и попросил Скорцени рассказать о своем плане.

Скорцени перевел дух и начал рассказ — накануне операции в порт Маддалены войдут немецкие катера, якобы для визита вежливости, катера остаются ночевать в порту. Наутро к острову подходят тральщики из порта Полау, на чьих палубах размещены люди из Фриденталя и рога гренадер из штурмовой бригады СС "Рейхсфюрер СС". Высадка происходит под прикрытием катеров, при этом десант должен делать видимость, что идут маневры. Численность итальянских солдат на острове превышала 500 человек, поэтому немцам была необходима и удача.

План понравился Гитлеру и присутствующим. Гитлер отвел Скорцени в сторону и негромко сказал, что если Скорцени потерпит неудачу или на острове не окажется Муссолини, то О КВ будет вынуждено заявить, что "человек со шрамами" действовал на свой страх и риск. Скорцени ответил, что понимает это.

— Вам повезет, Скорцени, — закончил Гитлер. — Я уверен в этом!

В приподнятом настроении Скорцени вернулся в Италию. 27 августа офицеры РСХА Капплер, Гребл и Прибке организовали бегство дочери Муссолини Эдды и его внуков в Германию, а на 28 августа была назначена спецоперация по освобождению дуче, о чем было доложено в О КВ. Однако вечером 27 августа выяснилось, что рано утром Муссолини был вывезен на гидроплане Красного Креста с острова Маддалена. После войны Скорцени обвинил в утечке информации адмирала Канариса. Предательство Канариса и других офицеров абвера вообще было одной из любимых тем "человека со шрамами". Легко объяснять свои ошибки и провалы злым умыслом конкурентов!

Опять начался поиск свергнутого диктатора. В ходе одной из поездок в Вигно дель Валле Скорцени увидел известный ему по Маддалене гидроплан, выполнявший перевозку думе. Путем опросов удалось установить, чго снятый с гидроплана Муссолини был погружен в медицинскую машину и увезен в неизвестном направлении. Началась проработка возможных мест пребывания дуче. Изначально рассматривались три версии больница, Перуджи и Трезименское озеро. Позже основной версией стал горный массив Гран-Сассо. Версия подтвердилась, когда была перехвачена радиограмма инспектора карабинеров генерала Гуэли, в ней указывалось, что подготовка обеспечения безопасности Грап-Сассо завершена. Предполагалось, что Муссолини был заключен в отеле "Камио Императоре" на высоте 2212 метров. Единственный путь, ведший к отелю, — канатная дорога.

Для уточнения всех деталей операции было необходимо провести аэросъемку. 8 сентября 1943 года самолет с соответствующей фототехникой прибыл из Франции в Рим. Правда, оказалось, что фотокамеры неисправны, а времени на ремонт уже нет. Тогда Скорцени и Радль, высунувшись из посадочного люка башенки Хе-111, поочередно производили съемку тяжелой камерой. Съемка производилась с высоты 5000 м и на скорости 370 км/ч. Съемка дала весьма скромные результаты — немцы получили лишь общее впечатление об очертаниях горы. Позже Скорцени отмечал, что если бы съемка удалась полностью, то Штудент не разрешил бы проведение операции в местности с таким рельефом — склон Граи-Сассо имел такой наклон, что его можно было использовать в качестве трамплина, кроме того, по всей длине склона находились глыбы и камни с острыми краями.

3 сентября итальянское правительство подписало тайное перемирие с союзниками. Титулованные итальянцы готовились оставить Рим 9 сентября, еще до официального объявления о перемирии. Однако произошла утечка, и уже 8 сентября 1943 года в эфире "Радио-Алжир" прозвучало сообщение о заключенном перемирии. Опасаясь ареста, итальянские заговорщики укрылись в здании МВД, а позже покинули город. 9 сентября немцы выбросили парашютный десант над штабом итальянской армии, но бывшие союзники уже упорхнули. Люди из Фриденталя тоже приняли участие в разоружении итальянских частей в Ариции (помимо разоружения немцы отняли у итальянцев несколько грузовиков).

Учитывая произошедшие события, Скорцени стал торопиться с подготовкой операции по освобождению Муссолини. Вечером 8 сентября он и Радль написали свой план на чистовую. Недоброжелатели "человека со шрамами" считали его способности в деле разработки различных операций весьма скромными. Более того, авторство всех планов иногда приписывалось Карлу Радлю, которого один из врагов диверсанта № 1 даже называл нянькой Скорцени. Но давайте вернемся к плану операции. Единственной дорогой, ведущей к отелю была канатная. Посадка происходила в Асерджи, оба конечных пункта были оборудованы телефонной связью, таким образом, использовать канатную дорогу было рискованно, так как немцы были убеждены, что в случае опасности освобождения тюремщики Муссолини убьют своего подопечного. Восхождение горных стрелков по склону тоже могло быть быстро обнаружено итальянцами и потому тоже было неприемлемым. Использование парашютного десанта исключалось по погодным условиям. Таким образом, единственная возможность попасть на Гран-Сассо заключалась в использовании планеров. Представители ВВС — генерал Штудент и офицеры его штаба — предупредили Скорцени обо всей сложности использования планеров и скептически отнеслись к исходу операции. Скорцени предполагал использовать планеры ДФС-230, в каждый планер помещалось 9 десантников и пилот. Однако использование планеров на такой высоте существенно осложняло посадку, офицеры люфтваффе предполагали до 80 % технических потерь. К операции готовилось 12 планеров, всего 108 десантников.

Им предстояло отбить дуче у 100 итальянцев (43 карабинера, остальные — чины полиции). В довершение всех сомнений генерал Штудент заявил Скорцени, что посадка под острым углом — самоубийство. Формально он запрещал такую посадку.

Люди Скорцени в это время размещались палаточным лагерем в парке католической школы при одном из монастырей городка Фраскати. Соседями диверсантов были чипы 7-го парашютно-десантного полка 2-й парашютно-десантной дивизии. Утром 11 сентября к Скорцени, находившемуся в штабе Штудента, примчался мотоциклист из лагеря. Мотоциклист сообщил, что в лагерь диверсантов пришел капитан из 7-го парашютно-десантного полка и от имени командира I батальона майора Отто Харальда Морса потребовал "быстрой и безотлагательной передачи всех транспортных средств, которые сорок наших негодяев присвоили себе 9 и 10 сентября". Скорцени незамедлительно выехал в свой лагерь, где застал посланника Морса. "Человек со шрамами" наотрез отказался передавать парашютистам технику и сказал, что они смогут забрать ее только с помощью силы. Парламентер отбыл, а Скорцени проинформировал об инциденте Штудента, который направил одного из своих офицеров к Морсу. Инцидент удалось замять, но каково же было изумление Скорцени, когда спустя несколько часов он узнал, что Морс будет его соратником по операции "Дуб"! Штудент приказал Скорцени отправиться к Морсу и ввести его в курс готовящейся операции. Вопреки опасениям "человека со шрамами" он быстро достиг понимания с Морсом.

Финальный план операции "Дуб" был такой.

Майор Морс и I батальон 7-го парашютно-десантного полка наступали в долине по дороге на Асерджи. Батальон должен был захватить развилки дорог Л’Акуила — Баццано, Пескомаджоре — Паганица и станцию канатной дороги, находящуюся выше Асерджи, кроме того, батальону требовалось обеспечить удержание долины в случае наступления итальянцев со стороны Л’Акуилы.

Гауптштурмфюрер СС Скорцени возглавлял десантный отряд для действий на Гран-Сассо. В состав отряда входило 12 десантных планеров ДФС-230, которые буксировались к месту высадки 12 самолетами Хе, а также один разведывательный самолет. На каждый планер готовились посадить 9 десантников. По планерам планировалось разместить людей следующим образом:

1-й и 2-й планеры — 18 десантников-добровольцев из батальона Морса, они должны были установить после приземления 4 пулемета и обеспечить огневое прикрытие;

3-й планер — Скорцени, итальянский генерал полиции Фернандо Солети[16], унтерштурмфюреры СС Варгер и Швердт и 5 диверсантов из Фриденталя. Планировалось этой группой занять отель и освободить Муссолини;

4-й планер — Радль, унтерштурмфюрерр Менцель и 7 диверсантов из Фриденталя. Эта группа должна была нанести удар по отелю и поддерживать группу Скорцени;

5-й планер — 9 десантников-добровольцев из батальона Морса под командованием лейтенанта фон Берлепша должны были усилить группы 3-го и 4-го планеров;

6-й планер — 9 десантников-добровольцев из батальона Морса должны были захватить верхнюю станцию канатной дороги и туннель, соединяющий станцию с отелем;

7-10-й планеры — десантники-добровольцы из батальона Морса имели задание окружить отель и подавить возможное сопротивление;

11 — 12-й планеры — доставляли группы тяжелого вооружения[17], которые должны были поддерживать огнем людей Скорцени.

"Человек со шрамами" детально изучил десантную операцию люфтваффе по захвату бельгийского форта Эбен-Эмель[18].

Скорцени. Загадки «человека со шрамами»

Бенито Муссолини с освободителями


Опираясь на историю этой операции, Скорцени предполагал, что между приземлением первых десантников и первыми выстрелами противника пройдет 3 минуты. За это время Скорцени планировал добраться до Муссолини. Прибытие планеров на Гран-Сассо планировалось с 14.00. Ответственным за открытие огня на вершине назначался Скорцени, в случае непредвиденных обстоятельств это право переходило к лейтенанту фон Берлеишу.

Вечером 11 сентября маховик операции был запущен в действие. Скорцени построил своих людей и объявил им о проведении операции по личному приказу Гитлера. Затем он кратко сообщил о возможных рисках и попросил выйти из строя добровольцев, готовых рискнуть. Все сделали шаг вперед, тогда они с Радлем отобрали 15 человек: сам Радль, оберштурмфюрер СС Ульрих Менцель, унтерштурмфюрер СС Отто Швердт, унтерштурмфюрер СС Роберт Варгер. унтерштурмфюрер СС Андреас Фридрих, гауптшарфюрер СС Манне, обершарфюрер СС Вальтер Глазнер, обершар-фюрер СС Пауль Спитт, унтершарфюрер СС Ганс Хольцер. унтершарфюрер СС Бернхард Кизлевиц. унтершарфю-pep СС Роберт Нейцель, роттенфюрер СС Герберт Химмель, роттенфюрер СС Альберт Бенц, стрелки СС Гфоллер и Макс Фоллер. Остальные диверсанты во главе с унтерштурмфюрером СС Брамфельдом были переданы в подчинение Морсу. Отряд Морса (около 260 человек) выдвинулся в район операции в 3 часа утра 12 сентября, так как изначально планировалось начать операцию в 6 утра. Отряд передвигался на трофейных мотоциклах и 15 грузовиках "фиат".

В 5 утра люди Скорцени прибыли на аэродром, но выяснилось, что транспортные самолеты задерживаются на 4–5 часов. Вслед за этой накладкой пришла информация о том, что радио Туниса заявило, что итальянские военные корабли, отплывшие из Ла Специи, достигли побережья Туниса. По сообщению радиостанции, на одном из кораблей находился и Муссолини "с этого времени военнопленный на африканской территории". "Человек со шрамами" совладал с нахлынувшими эмоциями и, проанализировав известные ему факты, решил, что информация, переданная радиостанцией, — неверная.

Скорцени, Радль, Солети и диверсанты ждали планеры на аэродроме. Увидев приземлившиеся транспорты ДФС-230 1-й десантной эскадры (она же особая эскадрилья Хейден-рейх), Солети забеспокоился и спросил Радля, для чего предназначаются эти планеры. Радль, понимая, что далее водить генерала за нос не имеет смысла, ответил:

— Мне известно, господин генерал. Вскоре мы полетим на этих планерах и приземлимся в массиве Гран-Сассо, чтобы освободить дуче.

После этих слов Солети устроил скандал, а позже с ним случился приступ и немцам пришлось вызывать врача. На этом приключения диверсантов не закончились — за 15 минут до посадки в планеры на аэродром совершили налет бомбардировщики союзников, однако планеры не пострадали. Стоит упомянуть, что вместо обещанных 12 планеров на аэродроме по ошибке приземлилось только 10. Тем временем на аэродром прибыл генерал Штудент. Он пожелал перед вылетом поговорить с пилотами и офицерами десантной группы.

— Господа, — сказал генерал, — вскоре вы начнете действительно необычную операцию. Вы все были отобраны из числа наших самых лучших пилотов и офицеров, специально обученных для преодоления любых препятствий. Это предприятие запишут в анналы истории военного искусства не только по причине невероятных трудностей, которые ожидают вас, но также и по причине огромного политического значения этой акции. Прежде чем гауптштурмфюрер Скорцени отдаст последние приказы, мне хотелось бы пожелать вам удачи и сказать: я верю, что каждый из вас выполнит свой долг.

Затем к присутствующим обратился сам "человек со шрамами". Он дал своим подчиненным последние инструкции и приказал готовиться к вылету. В 13.05 самолеты начали подниматься в воздух. Операция "Дуб" началась…

От аэродрома до Гран-Сассо было около 126 км. Время приближалось к часу X — 14 часам. В намеченное время люди Морса, убив 2 итальянцев и ранив еще нескольких, захватили нижнюю станцию канатной дороги. Транспортные самолеты задерживались. Наконец в 14.03 на Гран-Сассо начали приземляться немецкие планеры. Ни один из планеров не приземлился в районе предполагаемой высадки из-за усилившегося ветра. Планер Скорцени приземлился в 14.05. Три планера (один со Скорцени) приземлились неподалеку от гостиницы, к которой бросились высадившиеся из них диверсанты. Муссолини, содержавшийся на втором этаже в номере № 201, увидел немцев в окно.

— Не стреляйте! Не стреляйте! — закричал командир итальянской полиции на Гран-Сассо генерал-инспектор Джузеппе Гуэли. Крики Гуэли привлекли внимание охраны — итальянские часовые снаружи вбежали внутрь гостиницы и стали строить баррикады у дверей. В то же время в номер Муссолини поднялись командиры карабинеров — лейтенант Альберт Файола и лейтенант Освальдо Античи. Первый был знаком с маршалом Бадальо, который приказал ему убить Муссолини при попытке освобождения. Файола заставил Муссолини отойти от окна, а также рассказал ему о приказе Бадальо. Дуче стал спорить с Файолой и доказывать ему, что в случае его (Муссолини) убийства он не ручается за жизнь карабинеров. Скорцени тем временем добрался до дверей отеля, которые оказались забаррикадированными. Понимая, что на счету каждая секунда, Скорцени приказал своим подручным унтершарфюреру СС Гансу Хольцеру и роттенфюреру СС Альберту Бену забраться по стене здания и влезть в окно номера Муссолини (Скорцени запомнил окно, в котором видел дуче). Диверсанты вскарабкались по стене, но не смогли влезть в окно. Скорцени и Радль опять навалились на входную дверь, и она дрогнула. Немцы ворвались в отель. Итальянские охранники частично спрятались в занимаемых номерах, частично столпились внизу и стояли в растерянности, не оказывая сопротивления. Скорцени большими прыжками добрался до лестницы и взбежал на второй этаж, сопровождаемый унтерштурмфюрером СС Швердтом.

Все это заняло несколько минут, на протяжении которых немецкие планеры продолжали приземляться на Гран-Сассо. В 14.08 планер № 8, попав в воздушный поток, получил сильные повреждения при посадке. Пилот планера фельдфебель Ронсдорф и несколько парашютистов получили серьезные травмы. Не обошлось без травм и в некоторых других планерах. В 14.10 приземлился отставший от графика планер лейтенанта Берлепша. Последний немецкий планер приземлился на Гран-Сассо в 14.12. Добавим, что несчастные Хольцер и Бенц все еще продолжали висеть на стене отеля, вероятно они имели навыки альпинизма и были соответствующе экипированы.

Но вернемся к герою нашего повествования. Скорцени и Швердт забежали в комнату Муссолини и застали там растерянных итальянских офицеров, обсуждавших с дуче его судьбу. Пока Швердт выводил итальянцев в другое помещение, Скорцени отрапортовал:

— Дуче, меня послал фюрер, чтобы освободить вас!

— Я знал, что мой друг Адольф Гитлер не бросит меня! — ответил Мусссолини.

Затем дуче попросил "человека со шрамами" отвезти его домой в Рим, но Скорценн имел совсем другие инструкции. В 14.17 операция по освобождению Муссолини была завершена, о чем было сообщено майору Морсу по рации. Морс, взяв с собой несколько человек, отправился по канатной дороге на Гран-Сассо. Разведывательный самолет "Хемшель-126" продолжал кружить в облаках над отелем.

Таким образом, дерзкая и хорошо просчитанная операция по освобождению Муссолини увенчалась успехом, хотя немцам еще предстояло выбраться из горного массива. Несомненным успехом можно считать, что операция на Гран-Сассо прошла без единого выстрела и с минимальными потерями (речь идет о травмированных при приземлении). Большой интерес представляет и тот факт, что выдержка Скорцени позволила не спровоцировать конфликт между итальянскими охранниками и немецкими освободителями Муссолини — немцы даже не думали разоружать или изолировать итальянцев. Более того, Скорцени, оставив отдыхать Муссолини (накануне у того была бессонная ночь), спустился на первый этаж в столовую и распорядился откупорить большое количество бутылок вина для угощения итальянских и немецких солдат. На всякий случай "человек со шрамами" перестраховался и у дверей номера 201 выставил караул из унтершарфюреров СС Ганса Хольцера (к этому времени он уже покинул стену отеля) и Роберта Нейцеля.

Шло время, никто из немцев не имел представления о том, попытаются ли верные Бадальо итальянцы отбить Муссолини обратно, а потому следовало торопиться и как можно скорее покинуть Гран-Сассо. Самым безопасным путем эвакуации Муссолини был воздушный путь, но и он таил в себе опасности — на Гран-Сассо не было взлетной полосы. Немцы опять положились на авось и отправили за Муссолини 2 легких разведывательных двухместных самолета "Физелер-156 Шторх". Планировалось, что дуче заберут с нижней станции канатной дороги, но при посадке на подготовленной площадке у станции пилот оберфельдфебель Хундт серьезно повредил шасси своего самолета. Теперь взлет можно было осуществить только после серьезного многочасового ремонта. Пилот второго самолета — капитан Генрих Герлах (личный пилот генерала Штудеита) — решил садиться прямо на Гран-Сассо (для посадки требовалась полоса длиной около 60 м). В 14.50 самолет Герлаха благополучно приземлился на вершине.

К этому времени Муссолини проснулся и при помощи немецких и итальянских солдат собрался в дорогу. По дороге к самолету состоялась импровизированная фотосессия. Военный корреспондент люфтваффе прибыл на место событий с майором Морсом. Позже фото, сделанные им, станут известны на весь мир: ссутулившийся и постаревший Муссолини и улыбающиеся бравые немецкие освободители. По дороге к самолету дуче шепнет Гуэли:

— Я бы предпочел, чтобы меня освободили итальянцы…

Но жестокая правда войны была совсем другой.

У самолета выяснилось, что Скорцени не намерен отправлять Муссолини с Герлахом. Дуче, сам неплохой пилот, с ужасом воспринял эту новость, но в его положении выбирать было не из чего. Гораздо сложнее Скорцени было убедить в необходимости своего присутствия на борту Герлаха. Уговорами и угрозами Скорцени добился своего. Муссолини забрался в самолет, а за ним — Скорцени. Из-за отсутствия взлетной полосы и недостатка места для разбега самолета солдаты взяли его за крылья и начали разгонять. В 15.15 самолет Герлаха поднялся в воздух и, тяжело виляя крыльями, стал набирать высоту. Несмотря на все старания Герлаха, при взлете было повреждено левое шасси. В 16.15 самолет с дуче, несмотря на поломанное шасси, благополучно приземлился на аэродроме в Фраскати. Здесь Муссолини и Скорцени пересели в "Хеншель-111" и вылетели в Вену.

Оставшиеся на Гран-Сассо солдаты люфтваффе и СС собрали вещи Муссолини (в том числе и знаменитые дневники дуче) и к 19.00 по канатной дороге перебрались на нижнюю станцию дороги. Морс, принявший командование, распорядился заночевать у станции, несмотря на явную опасность нападения итальянцев. Утром 13 сентября немцы снялись с лагеря и направились в Фраскати, везя с собой 10 раненых.

Также 12 сентября Скорцени направил на автомобилях 18 диверсантов во главе с унтерштурмфюрером СС Гансом Манделем в Рокка делле Каминате за женой и младшими детьми Муссолини — Анной-Марией и Романо. Операция прошла без единого выстрела. Донну Ракеле и ее детей вывезли на автомобилях на аэродром Римини, откуда они вылетели в Вену.

Благополучно добравшись до Вены, Муссолини и Скорцени остановились в отеле. Дуче стал отдыхать, а вот Скорцени всю ночь отвечал на телефонные звонки и докладывал о деталях операции, говорил он и с Гитлером и Гиммлером, первый благодарил за успех, второй — лебезил. Вечером 12 сентября за успешное проведение операции по спасению Муссолини Скорцени был произведен в следующий воинский чин, оберштурмбаннфюрера СС (502-й егерский батальон СС) и награжден Железным крестом I класса и Рыцарским крестом Железного креста. Утром 13 сентября Отто Скорцени проснулся знаменитым — все немецкие радиостанции и газеты трубили о его успехе: в один миг он стал "самым опасным человеком в Европе". В тот же день Скорцени и Муссолини вылетели в Мюнхен. На аэродроме диктатора и его освободителя встречала жена Муссолини с детьми. Прибывшие были размещены в правительственном дворце Мюнхена. По настоянию Муссолини Скорцени всегда обедал и ужинал в компании диктатора. Отдохнув пару дней от потрясений, 15 сентября они отправились в ставку фюрера.

Гитлер приехал в аэропорт и встречал дорогого гостя и его освободителя у трапа самолета. По прибытии в ставку Скорцени сделал двухчасовой доклад об операции "Дуб". На следующий день с "человеком со шрамами" встречался рейхсмаршал Герман Геринг. Он вручил Скорцени Знак пилота в золоте, но при этом пожурил его за риск при эвакуации Муссолини с Гран-Сассо. В полночь "человек со шрамами" был приглашен на "ночное чаепитие к Гитлеру". В конце чаепития Гитлер сказал ему:

— Запомните, Скорцени, что всякий раз, когда вы будете в ставке, вы приглашены на "чаепитие в полночь". Я буду счастлив видеть вас чаще.

Скорцени поблагодарил Гитлера, но воздержался от участия в чаепитиях, о чем позже сожалел. Вскоре "человек со шрамами" покинул ставку. Однако история с Муссолини получила неожиданное продолжение. Итальянские участники событий, а именно Солети и Гуэли, решили остаться верными Муссолини, но у одного из них был найден дневник Муссолини (пока Скорцени летел с Муссолини в Германию, кто-то изъял дневник из вещей дуче). Скорцени сообщил об этом руководству и Муссолини. Спустя 8 месяцев дневник окольными путями вернулся к дуче.


Скорцени. Загадки «человека со шрамами»

С Адольфом Гитлером после награждения


Многие участники рейда на Гран-Сассо были отмечены немецким командованием: произведены в следующий чин — Скорцени в штурмбаннфюреры СС и Радль в гауптштурмфюреры; Рыцарский крест Железного креста получили — Скорцени, Герлах, лейтенант Элимар Мейер-Венер (пилот планера, на котором Скорцени летел на Гран-Сассо), Немецкий крест в золоте получили — Харальд Морс, капитан Герхард Лангут (офицер разведки штаба Штудента), обер-лейтенант Йоханес Хейденрейх и трое пилотов планеров — фельдфебель Хайнер Лорманн, оберфельдфебель Ганс Нилмейер, унтер-офицер Густав Тилман. Внимательный читатель заметит, что львиную долю наград получили представители военно-воздушных сил Германии, — но вот вся слава досталась людям Скорцени. Позже служащие люфтваффе, участвовавшие в освобождении Муссолини, при каждом случае рассказывали, что Скорцени украл их славу Педелю спустя на Гран-Сассо была отправлена съемочная группа из роты пропаганды, имевшая задачу снять пропагандистский фильм об освобождении Муссолини.

В октябре 1943 года своими наградами удостоил освободителей и Бенито Муссолини. Скорцени получил от дуче спортивный автомобиль "Ланциа-флавия-кабриолет", орден 100 мушкетеров и золотые карманные часы с литерой "М", выложенной из рубинов, и гравировкой на корпусе "12.09.1943". Со слов Скорцени, эти часы у него отняли американские военнослужащие после окончания войны. Все участники высадки на Гран-Сассо также получили от Муссолини памятные подарки — часы с золотыми браслетами с выгравированной литерой "М".


Диверсант | Скорцени. Загадки «человека со шрамами» | Операция "Ульм" и большая ложь о "длинном прыжке"