home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Сделки 


– Где она? – пробормотал Отец Ярви, снова глядя на дверь.

Колл не привык видеть, как наставник нервничает, и от этого сам начал нервничать. Как будто он и так уже не нервничал оттого, что здесь будет решаться судьба мира и всё такое.

– Может, одевается, – прошептал он в ответ. – Как мне кажется, она из тех людей, что стали бы тщательно одеваться на такие мероприятия.

Отец Ярви повернулся, сердито на него посмотрел, и Колл понял, что вжимается в свой стул.

– А еще, как мне кажется, она из тех людей, кто посчитал бы, сколько времени понадобится, чтобы одеться на такое мероприятие. – Он наклонился ближе. – Ты так не думаешь?

Колл прокашлялся, снова бросил взгляд на дверь.

– Где она?

А на другой стороне Зала Байла, за плечом Гром-гил-Горма Мать Скаер выглядела все более и более довольной собой. И было похоже, что она и Отец Ярви сидят на гигантских весах – и один не мог упасть, не подняв при этом другого.

– Надвигается война! – крикнула она, и воины Ванстерланда вокруг нее недовольно заворчали. – Светлый Иллинг уж точно не станет ждать юную королеву. Мы должны выбрать курс, или нас занесет в беду.

– Мы все это прекрасно понимаем, Мать Скаер, – проскрежетал король Утил и наклонился к Отцу Ярви. – Где она?

Половинка двойной двери со скрипом открылась, и внутрь скользнула Мать Оуд. Когда все взгляды повернулись к ней, она замерла, а потом засуетилась, как утка, потерявшая утят.

– Ну? – бросил Отец Ярви.

– Королева Скара…

Горм прищурился.

– Да?

– Королева Скара… – Мать Оуд наклонилась к двери, глянула наружу и отступила назад с видимым облегчением. – Здесь.

Двери широко распахнулись, Мать Солнце ворвалась во мрак, и все глупо заморгали, когда по залу промаршировали тровены.

Королева Скара шагала впереди, с высоко поднятой головой и распущенными волосами, похожими на темное облако. Рассвет высек огонь из красного камня на ее браслете, из драгоценных камней на серьге, из блестящей кольчуги – она пришла в полном боевом облачении, сбоку висел кинжал, в руке позолоченный шлем. Позади нее шел Рэйт, склонив светловолосую голову, с мечом, выкованным Рин, в ножнах, вырезанных Коллом, и, стоит отметить, они казались великолепным творением.

Рин превзошла сама себя. Скара определенно выглядела как королева-воин, несмотря на нелепую худобу и все эти волосы, которые в битве стали бы смертельной помехой. Звеня доспехами, она промаршировала между делегациями Ванстерланда и Гетланда, не соизволив взглянуть ни вправо, ни влево, и ее воины топали следом.

Улыбка Матери Скаер испарилась. Словно ее стащил Отец Ярви. Гром-гил-Горм уставился на юную королеву, его покрытое шрамами лицо вытянулось. Король Утил слегка приподнял свои железные брови. Колл никогда не видел его таким изумленным.

Мать Оуд и Синий Дженнер сели по разные стороны от королевы Скары, но она проигнорировала Стул Байла, бросила золотой шлем на стол и оперлась на закованные в железо кулачки. Ее воины встали полумесяцем позади. Рэйт опустился на одно колено, протягивая ей рукоять меча.

Все знали, что Скара никогда не вытащит этот меч. Это было чистейшее представление, почти смехотворное. Почти, но не совсем. Поскольку над ними на стене виднелась нарисованная картина с победоносной Ашенлир, одетой в кольчугу, с незаплетенными волосами и с меченосцем, стоявшим подле нее на колене. Колл посмотрел на королеву из легенды, а потом на нынешнюю королеву и понял, что они невероятно похожи.

Улыбка Отца Ярви стала еще шире.

– О, как мило.

Мать Скаер была впечатлена гораздо меньше.

– Определенно, вам нравится устраивать представления, – насмешливо сказала она.

– Простите меня, – сказала Скара. – Я готовилась к битве! – Быть может, она была маленькой женщиной, но у нее был голос героя. Последнее слово она рявкнула так же неистово, как могла бы рявкнуть Колючка, и даже Мать Скаер вздрогнула.

Колл наклонился к Отцу Ярви.

– Полагаю, она прибыла.


– Мои союзники! – крикнула Скара, и ее голос ясно и уверенно звенел в тишине, словно она была рождена для того, чтобы стоять здесь. – Мои гости. Короли, министры и воины Гетланда и Ванстерланда!

Рэйт рискнул взглянуть на тех, кого всегда считал друзьями. Ломатель Мечей во все глаза смотрел на Скару, но Мать Скаер уставилась прямо на Рэйта, и ее взгляд был самым убийственным из всех, что он когда-либо видел – а он видел немало смертоносных взглядов. Губы Сорьёрна горько изогнулись от ненависти. Но только взгляд Ракки он не мог вынести. Никакой злости, только разочарование. Взгляд человека, которого предал тот, кому он больше всех доверял. Рэйт уставился в пол, у него перехватило дыхание.

– Сегодня мы должны принять великое решение! – говорила Скара. – Станем ли мы использовать запретное оружие против армии Верховного Короля или падем перед ним?

Рэйт почти не слушал. Он думал о прошлой ночи. Он встал перед ней на колени и был готов сделать, что должно. А потом услышал ее смех, и пальцы его предали. Чаша упала, и отравленное вино расплескалось по полу. А Скара отмахнулась, пошутив об умениях королевских виночерпиев. А потом он лежал за ее дверью, всю ночь глядя в темноту, как верный пес, которым он и был.

Он не спал и думал, на что себя обрек.

– Я королева Тровенланда! – крикнула Скара. – Кровь Байла течет по моим венам! Пусть другие бегут от Верховного Короля, но я больше не побегу никогда. Я поклялась отомстить Светлому Иллингу и собираюсь вырвать отмщение у его трупа. Я буду сопротивляться до последнего вздоха! Я буду сражаться любым оружием! – Она злобно посмотрела на Мать Скаер. – Любым оружием. И я собираюсь сражаться здесь. Я не покину Тровенланд. Я не покину Оплот Байла. 

Рэйт всегда хотел лишь одного – служить королю, сражаться рядом с братом. И все это он бросил и не смог вернуть обратно. Теперь он был сам по себе, как Ракки и сказал. Меченосец девчонки, у которой не хватит силы вытащить меч.

– Что скажете, король Утил? – крикнула она.

– Скажу, что ни один воин не может не склониться перед вашей решимостью, королева Скара. – И Железный Король улыбнулся – Рэйт и не думал, что увидит такое когда-нибудь. – Смерть ждет всех нас. Для меня будет честью встретиться с ней на вашей стороне.

Рэйт увидел, что Скара сглотнула, повернувшись к ванстерам.

– Что скажете, король Горм?


Кольчуга давила своей тяжестью. Тепло от нее поджаривало. Скара заставила себя стоять прямо, гордо, не спуская с лица высокомерного вызова. Она – королева, черт возьми. Она королева, королева, королева…

– Склониться перед решимостью? – насмешливо выкрикнула Мать Скаер. – Да ни один воин не может без отвращения смотреть на то, как вы тут ломаете комедию. Будто вы хоть раз доставали меч, не говоря уже о том, чтобы гневно им размахивать! А теперь вы хотите, чтобы мы отдали жизни за ваше пустое королевство, за вашу пустую гордыню, за…

– Довольно, – тихо сказал Горм. Казалось, он не отводил взгляда своих темных глаз от Скары с тех пор, как она вошла в зал. 

– Но, мой король…

– Сядь, – сказал Ломатель Мечей. Мать Скаер яростно стиснула зубы, но плюхнулась на стул.

– Вы хотите, чтобы я сражался за вашу крепость, – спокойно сказал Горм своим певучим голосом. – Чтобы поставил на кон свою жизнь и жизнь моих воинов вдали от дома. Чтобы встретил бесчисленную армию Верховного Короля ради обещания эльфийской магии от лысой ведьмы и однорукого лжеца. – Он открыто, дружелюбно улыбнулся. – Очень хорошо.

– Мой король… – прошипела Мать Скаер, но он, все еще не отводя глаз от Скары, поднял руку, чтобы она замолчала.

– Я буду за вас сражаться. Каждый мужчина Ванстерланда будет убивать и умирать ради вас. Я буду вашим щитом сегодня, завтра и каждый день моей жизни. Но я хочу кое-чего взамен. 

В зале воцарилась гробовая тишина. Скара сглотнула.

– Назовите вашу цену, великий король. 

– Вы.

Она почувствовала, как щиплет пот под взятой взаймы кольчугой. Почувствовала, как поднимается съеденное, чтобы брызнуть рвотой на стол, но Скара сомневалась, что Мать Кира посчитала бы это пристойным ответом на предложение короля о браке.

– Я давно искал королеву, – сказал Ломатель Мечей. – Женщину, равную мне в хитроумии и отваге. Женщину, которая смогла бы заставить монеты в моей сокровищнице давать приплод. Женщину, которая принесла бы мне много детей, которыми можно гордиться.

Скара обнаружила, что смотрит на Рэйта, и он тоже смотрит на нее, разинув рот, – но ему нечего было предложить, кроме меча, который она еле могла поднять.

Отец Ярви побледнел. Очевидно, такого развития событий он не предвидел.

– Ту, кто отдаст вам Тровенланд, – бросил он.

Цепь Горма из наверший мертвецов негромко звякнула, когда он пожал плечами. 

– Ту, кто сможет присоединить Тровенланд к Ванстерланду, и поможет вести обе страны к славе. Мне нужна ваша рука, ваша кровь и ваш разум, королева Скара, и взамен я предлагаю свои. Думаю, это честный обмен.

– Моя королева… – прошипела Мать Оуд.

– Вы не можете… – сказал Синий Дженнер.

Но Скара жестом успокоила советников.

Это было потрясением, но королева не может позволить потрясению длиться долго. Она больше не ребенок.

С Ломателем Мечей она сможет удержать Оплот Байла. Сможет отомстить за деда. Сможет увидеть труп Светлого Иллинга. С ключом Ванстерланда на шее она получит защиту для своих людей, сможет отстроить заново Йельтофт, сможет выковать будущее Тровенланда.

Ее уже тошнило от упрашиваний, лести, от заигрываний с одним соперником против другого. Она устала от того, что ее титул висел на волоске. Скара вовсе не радовалась мысли делить постель с Гром-гил-Гормом. Но разделить с ним власть – это совсем другое дело.

Он, наверное, в два раза больше нее. Должно быть, он в два раза ее старше. Быть может, он покрыт шрамами, ужасен, безжалостен и настолько далек от того мужа, о котором она мечтала, когда была девочкой, насколько возможно. Но спящий должен проснуться. Она решила, что это пара, которую Мать Кира бы одобрила. Мир полон чудовищ, в конце концов. Возможно, лучшее, на что можно надеяться – это что самое ужасное чудовище на твоей стороне.

Вряд ли у нее был выбор. Она заставила себя улыбнуться.

– Я согласна.


Верность  | Полвойны | Выбор