home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Слезы Отца Мира 

Отец Ярви шагал впереди, и стук его эльфийского посоха, убившего Светлого Иллинга, эхом отдавался по проходу. Он шел так проворно, что Коллу приходилось бежать за ним, чтобы не отставать. Накидка Скифр хлопала по эльфийскому оружию, которое она держала сбоку. Позвякивало обмундирование идущих следом Ральфа и его воинов. Позади, спотыкаясь, шла Мать Эдвин, гребень ее рыжих волос превратился в бесформенную копну. Она пыталась одной рукой немного ослабить веревку на натертой шее.

Стены коридора были увешаны погнутым ржавым оружием. Оружием армий, побежденных Верховными Королями за последние несколько сотен лет. Но сегодня Верховному Королю не одержать победы. Через узкие окна Колл слышал, как грабят Скекенхаус. Чуял запах пожара. Чуял страх, который распространялся, как чума.

Он опустил голову, стараясь не представлять, что там происходит. Стараясь не представлять, что может случиться здесь, когда Отец Ярви наконец встретится лицом к лицу с Праматерью Вексен.

– Что, если она сбежала? – бросила Скифр.

– Она здесь, – сказал Ярви. – Праматерь Вексен не из тех, кто сбегает.

В конце коридора были высокие двери из темного дерева, украшенные сценами из жизни Байла Строителя. Как он завоевал Тровенланд. Как завоевал Ютмарк. Как карабкался по холму из мертвых врагов, чтобы завоевать все Расшатанное море. В другой день Колл восхитился бы искусством резчика, да и самими завоеваниями. Но сейчас никто не был в настроении любоваться резьбой.

Путь преграждала дюжина стражников – мужчины в кольчугах с хмурыми лицами и поднятыми копьями.

– Отойдите, – сказал Отец Ярви, пока Ральф и его воины распределялись по всей ширине коридора. – Говорите, Мать Эдвин.

– Умоляю, дайте им пройти! – Эдвин говорила так, будто слова ранили ее сильнее, чем веревка, но все равно говорила. – Город пал. Кровь, пролитая сейчас, прольется впустую!

Колл надеялся, что они послушают. Но с надеждами всегда так.

– Не могу. – Капитан охраны был славным воином, его обитый серебром щит был украшен орлом Первой из Министров. – Праматерь Вексен приказала запечатать эти двери, а я поклялся.

– Клятвы, – пробормотал Колл. – От них одни проблемы.

Оттолкнув его вбок, Скифр прошла мимо и подняла к плечу свою эльфийскую реликвию.

– Нарушь свою клятву или встречай Смерть, – сказала она.

– Пожалуйста! – Мать Эдвин попыталась выскочить перед Скифр, но воин, который держал ее веревку, утащил ее назад.

Капитан поднял щит и гордо смотрел поверх кромки.

– Я не боюсь тебя, ведьма! Я...

Оружие Скифр один раз рявкнуло, оглушительно громко в узком помещении. Половину щита капитана унесло, его рука отлетела в потоке огня и стукнулась о человека рядом. Сам он ударился в дверь, отскочил и рухнул лицом вниз. Одна нога немного подергалась, и наконец он замер. Из-под тлеющего трупа текла кровь, кровь забрызгала прекрасную резьбу на двери. Упал небольшой кусочек металла, отскочил от пола и со звоном укатился в угол.

– Кто-то еще хочет быть верным Праматери Вексен? – спросил Ярви.

Словно сговорившись, охранники побросали оружие. 

– Милосердный боже, – прошептала Мать Эдвин.

Ральф аккуратно перешагнул через их мертвого предводителя, сжал железные ручки и потянул их без видимого эффекта.

– Заперто, – прорычал он.

Скифр снова подняла эльфийскую реликвию.

– У меня есть ключ.

Ральф бросился на пол. Колл зажал уши руками, оружие выплюнуло огонь, вырывая куски прекрасной резьбы в месте стыка двух дверей, во все стороны полетели жалящие облака щепок. Прежде чем смолкло эхо, Скифр шагнула вперед, подняла ногу и ударом сапога распахнула поломанные двери.

Даже тому, кто видел чудеса Строкома, Палата Шепота кружила голову. Эльфийский камень и эльфийское стекло вздымались на огромную высоту. На уровне пяти человеческих ростов нависал круглый балкон, и выше еще один, а выше еще один. Все было залито безумным мерцавшим ослепительным светом – в центре огромного круглого зала горел огромный костер. Погребальный костер из книг, бумаг, свитков – высокий, как курган короля. От жара рычащих языков пламени на лбу Колла выступил пот.

Рядом высились статуи шестерых Высоких Богов, пламя отражалось в их гранатовых глазах. Еще выше поднималась новая статуя Единого Бога – ни мужчина, ни женщина – смотревшая на разруху с вежливым безразличием. На фоне пламени виднелись более мелкие фигурки – сестры Министерства в серых робах. Некоторые из них в ужасе смотрели на двери, другие все еще лихорадочно кормили огонь – полусожженные бумаги взлетали высоко в отдающее эхом пространство и спускались вниз, словно осенние листья.

– Остановить их! – пронзительно зазвенел голос Ярви поверх рева огня. – В кандалы их! Заковать! Позже решим, кого отпустить, а кого обвинить!

Воины Ральфа уже вбегали в двери, их кольчуги, клинки и жадные глаза сияли отблесками огня. Мимо протащили пинающуюся девушку с бритой головой и с кровью на оскаленных зубах. Ученица, как и Колл, которая делала лишь то, что ей приказывали. Он потер старые отметины от невольничьего ошейника.

Могло показаться странным, что человек, сам перенесший рабство, может так легко отправлять в рабство других, но Колл так не думал. В конце концов, мы все учим других тому, чему когда-то учили нас.

– Где Праматерь Вексен? – прорычала Скифр, брызгая слюной с обожженных губ.

– Наверху! – завизжала министр, съежившись от страха. – На втором балконе! – Верности в Скекенхаусе не осталось, лишь огонь и хаос.

Они пошли через просторный зал к узкому проходу, и пепел кружился вокруг них, словной черный снег. По винтовой лестнице наверх, выше и выше, их дыхание отражалось эхом, а их тени плясали в темноте. Мимо одной двери, в другую и в ослепительный свет.

Перед перилами из эльфийского металла стояла старуха в одеянии, волочившемся по полу. Ее седые волосы были коротко острижены, рядом валялась огромная груда книг, с корешками, инкрустированными золотом и драгоценными камнями. Она схватила охапку и швырнула за перила: годы работы, десятилетия уроков, века познаний канули в пламя. Но так бывает, когда Мать Война расправляет свои крылья. В один радостный миг она разрывает в клочья то, что ее хнычущий муж ткал веками.

– Праматерь Вексен! – крикнул Ярви.

Она замерла, сгорбившись, а потом медленно повернулась.

Женщина, которая правила всем Расшатанным морем, которая избирала судьбу бесчисленным тысячам, которая запугивала воинов и использовала королей как марионеток – она была совсем не такой, как ожидал Колл. Не хохочущей злодейкой. Не ужасным злом. У нее было по-матерински доброе лицо, круглое и морщинистое. Она казалась мудрой. Дружелюбной. Никаких знаков, кричащих о ее положении. Лишь прекрасная цепочка на шее, на которой висели исписанные бумажки. Предписания, приговоры, долговые расписки и приказы. 

Она улыбнулась. Не как отчаянная жертва, наконец загнанная в угол. Скорее как наставник, чей своенравный ученик все-таки ответил на призывы.

– Отец Ярви. – У нее был глубокий, спокойный и ровный голос. – Добро пожаловать в Скекенхаус.

– Сжигаете книги? – Ярви очень медленно пошел в сторону своей старой госпожи. – Я думал, что министр должен хранить знания.

Праматерь Вексен тихо цокнула языком. Разочарование сведущего учителя поспешной глупостью ученика.

– И ты еще будешь читать мне нотации о том, что должен делать министр. – Она сбросила с балкона последнюю стопку книг. – Ты не получишь пользы от собранной мною мудрости.

– Мне она не нужна. – Он поднял свой эльфийский посох. – У меня есть это.

– У эльфов оно тоже было, и посмотри, что с ними стало.

– На их примере я научился. Не говоря уже о вашем.

– Боюсь, ты ничему не научился.

– Забудь об обучении, – прорычала Скифр. – Ты прольешь свою кровь за кровь моих детей и за кровь детей моих детей. – Она подняла свое эльфийское оружие. – Я жалею лишь об одном: что ты не сможешь истекать кровью достаточно долго.

Глядя в лицо Смерти, Праматерь Вексен даже не вздрогнула.

– Ведьма, ты заблуждаешься, думая, что кровь твоих детей на моих руках. Я слышала, что тебя видели в Кальиве, порадовалась, что ты исчезла с Расшатанного моря, и была уверена, что ты никогда не вернешься.

– Ты соткана из лжи, министр, – прорычала Скифр, на ее сморщенном лбу блестел пот. – Ты послала за мной своих воров и убийц!

Праматерь Вексен грустно вздохнула.

– Сказала воровка и убийца, которая лижет ноги принцу лжецов. – Она посмотрела в глаза Коллу, Скифр и наконец Ярви. – Я знала, что ты змей, с тех самых пор, как ты поцеловал мою щеку после испытания. Надо было сокрушить тебя тогда, но я предпочла милосердие.

– Милосердие? – Ярви разразился хохотом. – Вы надеялись, что я буду кусать не вас, а ради вас.

– Возможно. – Праматерь Вексен с отвращением посмотрела на эльфийское оружие в руках Скифр. – Но я никогда не думала, что ты прибегнешь к этому. Нарушить главнейшие законы Министерства? Рискнуть миром ради своих амбиций? 

– Вы ведь знаете поговорку. Пусть Отец Мир льет слезы над методами. Мать Война улыбается, глядя на результат.

– Я знаю эту поговорку. Но она пристала убийцам, а не министрам. Ты – яд.

– Не будем притворяться, что лишь один из нас стоит в тени. – Глаза Отца Ярви заблестели отраженным огнем, когда он двинулся вперед. – Если я – яд, то это вы смешали меня своими интригами. Яд, который вы сварили, когда приказали убить моего отца и брата. Яд, который вы никогда не предполагали отведать сами.

Плечи Праматери Вексен поникли.

– Я тоже о многом жалею. В конце концов, только сожаления и оставляет власть. Но заносчивость Лаитлин рано или поздно затащила бы нас в объятия Матери Войны. Я пыталась вести нас мимо скал. Я пыталась выбирать меньшее зло и большее благо. Но тебе нужен хаос.

Первая из Министров сорвала бумажку с цепочки на шее и бросила в Ярви, так что та закружилась между ними. 

– Проклинаю тебя, предатель. – Она подняла руку, и на ее ладони Колл увидел татуировку кругов в кругах из мелких букв. – Проклинаю тебя именем Единого Бога и всех остальных. – Ее голос звенел, эхом отражаясь в громадном пространстве Палаты Шепота. – Все, кого ты любишь, предадут тебя! Всё, что ты создал – сгниет! Всё, что ты построил – падёт!

Отец Ярви лишь пожал плечами.

– Грош цена проклятиям потерпевших поражение. Если бы вы побывали на запретной земле Строкома, вы бы поняли. Всё падёт.

Внезапно он шагнул вперед и толкнул Праматерь Вексен своей иссохшей рукой.

Ее глаза округлились от потрясения. Наверное, какими бы мудрыми мы ни были, как бы широко не раскрывалась Последняя Дверь, переход всегда случается неожиданно.

Она бессмысленно пискнула, переваливаясь через перила. До них донеслось эхо грохота, и затем долгий визг ужаса.

Колл осторожно прошел вперед и, сглотнув, посмотрел вниз с балкона. Там все еще горел огонь, вверх поднимался дым, и мерцающий жар, словно тяжкое бремя, давил на лицо. Всемогущая Первая из Министров лежала, сокрушенная, с краю костра, и ее искореженное тело казалось совсем маленьким с такой высоты. Всё падёт. Мать Эдвин медленно опустилась на колени подле нее, прижав ладонь ко рту в фиолетовых пятнах.

– Итак, я сдержал свою клятву. – Отец Ярви хмуро посмотрел на свою иссохшую руку, словно не в силах поверить в то, что она натворила.

– Да. – Скифр со стуком бросила эльфийское оружие на балкон. – Мы оба получили свое возмездие. Как ощущения?

– Я ожидал большего.

– Месть – это способ вцепиться в то, что мы потеряли. – Скифр прислонилась к стене, скользнула вниз и уселась, скрестив ноги. – Вбить клин в Последнюю Дверь, чтобы через щель глянуть на отражение лиц мертвых. Мы тянемся к ним всем своим существом, нарушаем все правила, но когда добиваемся своего, оказывается, что там ничего нет. Только печаль.

– Надо найти новую цель. – Отец Ярви положил иссохшую руку на перила и наклонился вниз. – Мать Эдвин!

Министр с рыжими волосами медленно встала, глядя на них снизу вверх, на ее щеках в свете огня блестели слезы.

– Отправьте орлов министрам Ютмарка и Нижеземья, – крикнул Ярви. – Отправьте орлов министрам Инглефольда и Островов. Отправьте орлов всем министрам, которые преклоняли колени перед Праматерью Вексен.

Мать Эдвин удивленно посмотрела на труп своей госпожи, а потом наверх. Вытерла слезы тыльной стороной ладони и, как показалось Коллу, вполне приспособилась к новой реальности. Какой выбор она сделала? Какой выбор сделал каждый из них?

– С каким посланием? – спросила она, сухо и коротко поклонившись.

– Скажите им, пусть теперь склонят колени перед Праотцом Ярви.


Последняя капля  | Полвойны | Убийца