home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 25

Вечером Кит принес миску с супом, и Джулия, кое-как усевшись в постели, принялась за еду.

— Ну как, вкусно? — поинтересовался он, кормя ее с ножечки. — Этот суп завезла Алисия, пока ты спала. Она сказала, что навестит тебя позже, когда Макс вернется домой и возьмет детей на себя. Она очень за тебя переживает. Так же, как и мы все.

— Послушай, ты можешь ехать домой, — виновато проговорила девушка. — Мне уже гораздо лучше, правда.

— Что? Уехать домой и пропустить первый разумный разговор за последние четыре дня? Ну, уж нет! — Он покачал головой. — Боюсь, тебе придется терпеть мое общество до тех пор, пока не начнешь вставать с постели.

Снизу раздался стук в дверь.

— Это, наверное, Алисия, — сказал Кит. — Ты готова с ней встретиться?

— Конечно! Я же сказала: чувствую себя лучше.

— Ладно. — Кит в два размашистых шага преодолел расстояние до двери. — Похоже, у больной началась фаза раздражительности. Я сейчас схожу за твоей сестрой.

Через несколько минут в дверях спальни появилась Алисия. Ее симпатичное лицо было тревожно нахмуренным.

— Слава Богу, Джулия, что с тобой все в порядке! Мы все так за тебя волновались! — Она подошла к кровати, наклонилась и крепко обняла сестру. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — кивнула Джулия, — гораздо лучше.

Алисия села на край кровати и взяла Джулию за руку.

— Я так рада! Ты не на шутку разболелась, бедняжка. Наверное, твоя иммунная система ослабела после... пережитой трагедии.

— Наверное! — Джулия не собиралась тратить драгоценную энергию на споры. — Спасибо, что принесла мне суп.

— О Господи, не за что! Кого надо поблагодарить, так это Кита. Он просто молодец! Поняв, что я не смогу приехать из-за детей, он решил остаться здесь, с тобой. Во всей этой драматической истории я была всего лишь подсобным рабочим.

— Мне так неудобно, что я причинила вам столько хлопот! — вздохнула Джулия. — В последнее время я никому не даю покоя.

— Перестань, Джулия, не надо себя корить... Ты же не виновата, что заболела. Это может случиться с каждым. Мы все тебя любим и заботимся о тебе с удовольствием. Надеюсь, когда полегчает, ты поделишься, что сказала бабушка по поводу дневника.

Джулия кивнула. Сейчас ей казалось, что путешествие во времени, которое она совершила вместе с бабушкой в Саутуолде, перенесясь в Уортон-Парк 1939 года, состоялось целую вечность назад.

— Конечно, расскажу. Это замечательная история!

— Мне не терпится услышать подробности. Что тебе привезти завтра? Может, что-то из еды? — спросила Алисия.

— Я не голодна. — Джулия покачала головой. — Совсем недавно поела твоего супчика. Хотя, возможно, мне стоит перейти на хлеб.

— Я испеку свежий батон, — согласилась Алисия. — Киту тоже не мешает подкрепиться. Ну, до завтра. — Она нагнулась и поцеловала сестру. — Ты выглядишь лучше. Я так рада, что ты поправляешься, милая! Выздоравливай поскорее!

— Постараюсь. — Джулия слабо помахала рукой выходящей из спальни Алисии.

Алисия спустилась на первый этаж и увидела, что Кит разводит огонь в камине.

— Кажется, она пошла на поправку — слава Богу! Спасибо тебе. Ты настоящий друг, Кит, — добавила она с благодарностью.

— Не стоит. Хочешь выпить перед уходом бокал вина? Мне не помешает короткая беседа со здоровым человеком. — Он усмехнулся.

Алисия быстро взглянула на часы.

— Ладно, давай. Мне пора ехать домой, но ничего страшного не случится, если Макс еще немного посидит с детьми.

— Отлично. — Огонь в камине уже разгорелся, и Кит встал. — Сейчас принесу бокалы.

Алисия села в кресло возле камина. Кит принес бутылку, откупорил ее и протянул девушке бокал с вином.

— Ну, — провозгласил он, поднимая свой бокал, — за то, чтобы Джулия поскорее поправилась!

— Точно, — кивнула Алисия. — Бедняжка, в последнее время ей пришлось пережить столько горя!

— Верно. Можно спросить, что же все-таки произошло?

Алисия сделала глоток вина.

— Прошлым летом муж и сын Джулии погибли в автокатастрофе на юге Франции. Самое страшное, — Алисия поежилась, — что машина съехала с дороги, взорвалась на пригорке, и начался лесной пожар. Их останки не подлежали официальному опознанию, и трагедия не имела завершения. Не было тел, а значит, не было и похорон.

— О Боже, — выдохнул Кит. — Бедная Джулия! Сколько лет было ее сыну?

— Около трех. Его звали Габриэль. Он был... — слова застряли у Алисии в горле, ее глаза наполнились слезами, — настоящим ангелом. — Она выпила еще вина. — Потерять мужа — это ужасно, но вместе с ним потерять и ребенка... Не знаю, как Джулия выдержала. Конечно, она сломалась, но... Никто не знает, как к ней подступиться. Она замкнулась в своем горе. Я чувствую себя такой... ненужной. Не знаю, что говорить и что делать, все попытки ее утешить по большей части оказываются бесплодными. Прости. — Алисия быстро вытерла глаза. — Плакать должна не я. Это трагедия Джулии. Но я очень за нее беспокоюсь и не знаю, как ей помочь.

— Все дело в том, что ты ничем ей не поможешь. — Кит подался вперед и снова наполнил бокал Алисии. — Окружающие хотят что-то сделать, но никто не в состоянии смягчить ее боль. Если ты любишь человека, который страдает, ты стараешься подарить ему свою доброту, но он испытывает чувство вины от того, что его сердце глухо к твоим увещеваниям, и лишь еще больше уходит в себя. — Кит взглянул на огонь и вздохнул. — Оставайся рядом с ней, Алисия, но помни: Джулии поможет только она сама.

— Ты говоришь так, будто тебе знакомы эти чувства.

— Да, знакомы. Просто дай время. Я успел немного понаблюдать за ней и могу сказать, что она справится. Джулия — настоящий боец, Алисия. Я знаю, она переживет эту трагедию.

— Беда в том, — со вздохом произнесла девушка, — что Джулия обожала своего мужа Ксавьера. Я еще никогда не видела женщину, которая так сильно любила бы мужчину. Честно говоря, — призналась она, — он казался мне тщеславным и напыщенным эгоистом. Он тоже был пианистом, но считал себя звездой сцены, и Джулия с радостью потакала всем его прихотям. Но он был далеко не так талантлив, как она. Надеюсь, мое мнение не предвзято.

— Разумеется, нет. Похоже, Джулия была с ним счастлива.

— Да. Я радовалась, что она, в конце концов, нашла человека, перед которым смогла открыть душу. После смерти нашей мамы я боялась, что она никогда не сможет это сделать. Тогда Джулия изменилась, Кит. Сильно изменилась. Она ушла в себя, отгородилась от меня, от папы, от всего мира. У нее осталась одна отдушина — ее любимый рояль. А сейчас она забросила даже его.

— Ты не спрашивала почему?

— Мне кажется, я знаю ответ, — мрачно произнесла Алисия. — Она только отыграла сольный Второй концерт для фортепиано с оркестром Рахманинова в Париже, когда ей позвонили и сообщили про катастрофу. Могу лишь догадываться, но, по-моему, рояль ассоциируется у нее с болью.

— И виной, — вставил Кит. — Ей, наверное, казалось, что она должна была быть с ними в момент их гибели.

— Думаю, ты прав. Я знаю, Джулия не любила расставаться с Габриэлем и уезжать на концерты. Она, как и многие работающие мамы, разрывалась между ребенком и карьерой.

— Почему после этого она вернулась в Норфолк? — спросил Кит.

— На следующий день я прилетела в Париж. Приехав к ней домой, я не знала, что делать. Я не могла бросить ее одну во Франции, но и не могла остаться с ней из-за моих детей. Джулия была слишком расстроена и не могла принять никакого разумного решения, поэтому я забрала ее к себе. Потом она уехала в этот коттедж, хоть я упрашивала ее остаться с нами.

— Она нуждалась в уединении, и я ее понимаю. Люди по-разному реагируют на трагедию. За это их нельзя осуждать, — добавил Кит. — Однажды я потерял близкого мне человека... и, мягко говоря, чувствовал себя неважно. Как сказал Джон Леннон? — Вспоминая, Кит посмотрел на потолок. — Ах да: «Жизнь течет до тех пор, пока ты планируешь будущее». Отличные слова! Никто из нас не в силах управлять своей судьбой, и, как ни больно сознавать, чем быстрее мы научимся принимать каждый день таким, как он есть, тем быстрее наладится наша жизнь.

— Ты очень мудр. Кит, — с восхищением произнесла Алисия. — Лично я до смерти боюсь выпускать события из-под контроля. Ладно, мне пора ехать, чтобы снова взять бразды правления в свои руки. — Она улыбнулась и встала. — Когда мои дети долго сидят с Максом, они становятся неуправляемыми.

Кит тоже поднялся с кресла.

— Спасибо, что рассказала о моей пациентке. Я постараюсь восстановить ее физическое здоровье, а душевное состояние зависит только от нее самой.

— Это верно, — вздохнула Алисия, направляясь к двери. — Спасибо за помощь, Кит.

— Поверь, я делаю это с удовольствием.

Час спустя, выйдя из ванной, Джулия почувствовала, что ее ноги наконец-то перестали быть ватными, и осторожно спустилась по ступенькам на первый этаж. Кит сидел перед пылающим камином и читал книгу. Он задернул шторы, чтобы защитить комнату от вечернего холода, и в гостиной стало гораздо уютнее.

— Привет, — сказала она с лестницы, потому что не хотела его пугать.

Он обернулся и вскочил на ноги.

— Джулия, зачем ты встала с постели? Простудишься!

Кит бросился к ней, собираясь увести обратно в спальню, но девушка покачала головой:

— Как я могу простудиться? Здесь жарко, как в бане! И потом мне надоело торчать наверху, захотелось сменить обстановку.

Она стояла, ожидая одобрения Кита и чувствуя себя непослушным ребенком.

— Ну, хорошо, оставайся, только ненадолго. — Кит взял ее под руку и подвел к дивану. — Ложись сюда, а я сбегаю наверх и принесу тебе одеяло.

— Не надо, Кит, здесь и так тепло! Хватит мне париться под одеялами. — Она со вздохом легла на подушки, которые он подложил ей под голову.

— Хочешь есть или пить? — поинтересовался он. — Давай я чего-нибудь принесу.

— Нет-нет. Сядь, пожалуйста. Со мной все в порядке, — повторила она.

— Ты хочешь сказать: «Перестань суетиться»? — Кит снова уселся в кресло у камина. — Прости.

— Ох, Кит, тебе не за что просить прощения! — сокрушенно проговорила девушка. — Ты такой молодец! Я тебе очень благодарна. Просто мне неловко, вот и все. Это ты прости мне мою ворчливость. — Она взглянула на него с усмешкой. — Я не хотела тебя обидеть.

— Извинения принимаются, — кивнул Кит. — По мне, так лучше ты будешь ворчливой, лишь бы не потела и не металась в бреду. Рад, что тебе стало лучше.

— Мне действительно стало лучше, так что завтра можете ехать домой, доктор Кроуфорд.

— Да, мне и впрямь пора ехать. В Уортон-Парке накопилась куча дел. Но послушай: раз уж ты немного пришла в себя, расскажи, как твоя бабушка восприняла дневник узника Чанги?

— Ладно... — Джулия принялась вспоминать разговор, состоявшийся всего несколько дней назад. Казалось, с тех пор прошла целая вечность. — Не знаю, что тебе известно про Кроуфордов из Уортона...

— В последнее время я узнал про них много интересного. Не забудь, что мой прадед Чарльз был младшим братом лорда Кристофера Кроуфорда, поэтому он вырос в Уортон-Парке. К несчастью, в тысяча девятьсот восемнадцатом году он подорвался в окопе, и его жена Леонора осталась одна с двумя маленькими детьми на руках, один из которых стал моим дедом Хьюго.

— Это было еще до того, как в имение пришла работать Элси, — задумчиво пробормотала Джулия. — Я много слышала про лорда Кристофера...

— Он был моим тезкой, — вставил Кит. — Прости, больше не буду тебя перебивать. Пожалуйста, начинай. — Он откинулся на спинку кресла и приготовился слушать.

Джулия принялась пересказывать историю Элси, стараясь как можно красочнее описать тот мир, в котором когда-то жила ее бабушка. Кит сидел молча. Наконец девушка завершила свое повествование.

— Вот это да! — выдохнул он. — Пенелопа — девушка, которая приезжала на танцы в Уортон-Парк, — это моя двоюродная бабушка, сестра моего деда Хьюго, который тоже погиб во время Второй мировой войны. Его жена Кристиана, моя бабушка, в тысяча девятьсот сорок третьем году родила моего отца Чарльза, который стал наследником Уортон-Парка после смерти Гарри Кроуфорда, случившейся перед самым моим рождением. Мы по каким-то причинам не переехали в Уортон-Парк. Мой папа терпеть не мог это поместье, к тому же у него наверняка не было денег на его ремонт. И потом тогда еще была жива тетя Кроуфорд, а она очень ревностно вела здесь хозяйство. Спасибо за рассказ, Джулия. Это всегда интересно — узнать подробности семейного прошлого.

— Да, наверное. Сказать по правде, из того, что мне успела рассказать Элси, я поняла, что вся эта история имеет, куда большее отношение к Кроуфордам и, значит, к тебе, чем к прошлому моей семьи.

— Уверен, дальше появится какая-то связь, — покачал головой Кит, — хоть я не совсем понимаю, каким образом наши два семейства могли пересечься. Есть лишь один общий момент: во время войны Гарри и Билл служили в одном батальоне. Да, — он кивнул, — держу пари, все дело в этом! Возможно, где-то на страницах дневника Билла спрятана какая-то мрачная тайна...

— Может быть, — согласилась девушка. — Но я не хочу ломать над этим голову до тех пор, пока не услышу всю историю целиком. К тому же мне было странно узнать, что моя бабушка прислуживала твоей семье, а мой дедушка все еще работал у них, когда я была маленькой. Как много может измениться за два поколения!

— Хочешь сказать, внучка простого садовника сумела добиться славы и богатства, которые Элси и не снились? — с подковыркой спросил Кит.

— Вот именно. — Джулия покраснела. — Но больше всего меня поражает, что всего семьдесят лет назад Уортон-Парк жил по законам совершенно другой эпохи.

— Как раз это чувство я испытывал, когда оставался там на лето. Оливия, которая не связана со мной кровным родством, но которую в нашей семье всегда называли тетей, не покидала поместье до самой смерти, — заметил Кит. — Уверен, ее постоянное присутствие сильно повлияло на не современный уклад Уортон-Парка.

— О Господи! — воскликнула Джулия. — Я только что поняла...

— Что? — спросил Кит.

— Та жуткая старая дама с холодными голубыми глазами, которая пришла и потребовала, чтобы я прекратила играть на пианино в тот день, когда мы с тобой познакомились, и была Оливией Кроуфорд!

— Да, — кивнул Кит. — Бедняжка, над ней все тайком потешались! Одному Богу известно, что ей пришлось пережить, но, наверное, на ее долю выпали нелегкие испытания, если из милой девушки, которую ты описала, она превратилась в хмурую старую грымзу, которую я знал.

— Подбирай выражения, Кит, — усмехнулась Джулия.

— Я нисколько не преувеличиваю: она и впрямь была старой грымзой! Уезжая к ней на каникулы, я трепетал от страха.

— Вообще-то это, наверное, ужасно — застать мужа целующимся с другим мужчиной, — сочувственно заметила Джулия.

— Но из того, что ты рассказала, я понял, что Оливия и Гарри все-таки справились с проблемами до того, как он ушел на войну.

— Да, похоже.

Кит увидел, как Джулия зевает.

— Ну, все, давай-ка в постель! Не хочу, чтобы ты растратила последние силы. Пойдем, помогу тебе подняться наверх.

Он встал и подошел к девушке. Джулия с радостью оперлась на его руку.

Когда Кит укрыл ее одеялом, она взглянула на него с улыбкой.

— Жаль, что ты бросил медицинский колледж! У тебя не плохо получается выхаживать больных.

— Жизнь уготовила для меня другую стезю. — Он пожал плечами и протянул Джулии таблетку парацетамола и стакан воды. — На, выпей.

— Почему ты так долго жил за границей? — вдруг спросила она, возвращая стакан.

— Это долгая история, — усмехнулся Кит. — Спи!

— Хорошо.

Девушка свернулась калачиком под одеялом. Кит пошел к двери, но задержался на пороге.

— Знаешь, я понимаю.

— Что понимаешь?

— Твое горе. Спокойной ночи, Джулия.

— Спокойной ночи, Кит.


* * * | Цветы любви, цветы надежды | Глава 26







Loading...