home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


40

Чарли была уже на шестом месяце беременности. Она замечательно себя чувствовала, и ее гардероб пополнился большим количеством дизайнерских нарядов для будущих матерей. Покупка дома в зеленом районе всего в нескольких улицах от родителей состоялась. Чарли была чрезвычайно занята работами по переустройству дома, хотя Мэтт считал это излишним. Она уже взяла отпуск и большую часть времени проводила у родителей, чтобы иметь возможность контролировать ход работ. Мэтт был только рад этому: он получил небольшую передышку и время, чтобы сосредоточиться на работе. Они с Чарли горячо спорили из-за отказа Мэтта присоединиться к инвестиционному бизнесу отца, но он чувствовал, что должен настоять на своем хоть в чем-то. Ему казалось, что с каждым днем он все больше теряет собственное «я», которое создавал с таким трудом.

Мэтт терял самого себя.

Он начал разбирать вещи, готовясь к переезду в новый дом. Вещи Грании все еще оставались в лофте, и он не знал, как поступить с ними. Может, просто упаковать их и отправить на склад, а адрес сообщить родителям Грании, чтобы она была в курсе? Если они до сих пор не потребовались ей, то, скорее всего, вряд ли она за ними приедет. «Кроме того, — с холодком подумал он, — можно не сомневаться, что муж купил ей все, что было нужно».

Ему очень хотелось по-настоящему разозлиться на нее, но он испытывал только любовь и ощущал боль потери.

Мэтт решил пойти куда-нибудь позавтракать. Он сидел в маленьком кафе, пил латте и жевал бублик.

— Мэтт, привет, как дела?

Подняв глаза, Мэтт увидел Роджера — друга Грании, который стоял рядом.

— Хорошо, — кивнул он, стараясь выглядеть беззаботным. — Ты ведь теперь здесь живешь, да. Роджер?

— Да, мне нравится этот район. Как твоя девушка? — поинтересовался он.

— Ты о Чарли?

— Да, о ней.

— Все хорошо. Мы... — Мэтт покраснел, — собираемся пожениться.

— Правда? Поздравляю.

— После того как родится ребенок. — Мэтт решил, что можно и об этом рассказать. Какой смысл лгать?

— Отличные новости! — Роджер улыбнулся. — Честно говоря, я знал, что вы хотите завести ребенка. Встретив Чарли у тебя в лофте тем вечером, я вспомнил, где видел ее раньше. Видишь ли, я работаю в клинике репродукции, и Чарли приходила к нам. Можешь передать ей от меня, что она счастливая женщина. Несмотря на все успехи медицины, только небольшому проценту женщин удается забеременеть, даже если они проходят самый эффективный курс лечения.

Мэтт в замешательстве покачал головой:

— Ты видел Чарли в клинике?

— Да, это совершенно точно была она. Я помогал ей надевать халат. Но я понимаю, что многие пары хотят сохранить это в тайне. Так что желаю вам удачи в будущем!

— Спасибо.

— Увидимся, Мэтт.

— Пока.

Роджер уже уходил из кафе и открывал дверь, когда Мэтт окликнул его:

— Роджер, а ты не помнишь, когда это было?

Он задумался:

— Мне кажется, где-то в середине мая.

— Ты уверен?

— Да, абсолютно. А что... что-то не так? — Он был явно озадачен.

— Нет, просто я... Ладно, это не важно.

Мэтт вернулся домой. Роджер наверняка ошибся. С какой целью Чарли посещала эту клинику в середине мая? Если только...

Зазвонил его мобильный телефон, и Мэтт автоматически ответил.

— Привет, это мама. Как поживает будущий отец?

— Гм...

— Сынок, у тебя все в порядке?

— Мама, даже не знаю, что тебе сказать. Я только что узнал...

— Мэтт, что случилось?..

— Боже, мама... Могу ли я рассказать тебе об этом?

— Мэтт, ты можешь говорить со мной обо всем.

— Хорошо, мама. Но должен сразу предупредить: у меня нет доказательств, что это правда. Я только что встретил одного знакомого интерна, и тот рассказал мне, что Чарли лечилась в клинике, где он работает. Он узнал ее, когда приходил к нам в лофт отдать кое-что. Он говорит, что видел ее в мае, примерно в то время, когда... Черт, мама! Возможно, он ошибся. Но я совсем сбит с толку. Он не сомневается в том, что это была она. Как ты думаешь...

Элейн ответила не сразу. Помолчав, она вздохнула и произнесла:

— Нет, я не просто «думаю». Послушай, Мэтт, я знаю кое-что, о чем до сих пор не говорила тебе. Может, ты приедешь?

— Уже выезжаю.

— У Чарли были проблемы в подростковом возрасте, когда у нее начались... женские дела. — После этих слов на щеках Элейн появился небольшой румянец. — Каждый месяц она страдала от сильной боли. Кстати, именно поэтому она пропускала много занятий, когда училась в старших классах. В итоге мать отвезла ее в загородную клинику к специалисту. Тот диагностировал что-то вроде эндометриоза — это значит, что у нее образовались кисты на яичниках. Чарли сказали, что она вряд ли сможет зачать ребенка естественным путем, если вообще сможет. Я знаю об этом только потому, что ее мать поделилась со мной. Она была очень расстроена, что ее дочь, возможно, никогда не будет иметь детей. Больше никто об этом не знает. Такое не рассказывают всем подряд в загородном клубе, особенно если ты рассчитываешь удачно выдать дочь замуж. Чарли прописали контрацептивы, снимавшие боль. А ее мать больше никогда об этом не упоминала.

— Понятно, — присвистнул Мэтт.

— Дорогой, пожалуйста, пойми: рассказывая тебе это, я раскрываю чужую тайну и, возможно, теряю подругу. Так что, если ты решишь обсудить это с Чарли, не ссылайся на меня, хорошо? — попросила Элейн. — Скорее всего, твой друг-интерн сказал правду. Пусть у меня будут проблемы, если мать Чарли выяснит, откуда ты узнал это, но я не позволю, чтобы моего мальчика водили за нос в таких важных вещах.

В глазах Элейн появилось необычное для нее выражение гнева. Мэтт похлопал ее по руке:

— Не волнуйся, мама, я не скажу ни слова. Но мне нужно подумать, что теперь делать. Если Чарли так поступила... если у нее... Боже, мама, я не понимаю! Это невозможно! Я должен успеть все обдумать, до того как она вернется домой. — Мэтт встал и обнял мать. — Большое спасибо, что ты рассказала мне. Я позвоню тебе на днях.

По дороге в город Мэтт ощущал, что у него в голове царит полный хаос. Он не знал, что думать и как относиться к происшедшему. Чарли решила завести ребенка, а он напился в ту ночь — в лучшем случае это просто несчастливое совпадение. Черт! Он ведь даже не помнит, были они близки или нет. Неужели она как-то подготовилась, чтобы повысить шансы забеременеть? Или Чарли так хотела иметь ребенка, что все инсценировала, а он попал в ловушку?

Можно было гадать бесконечно, и все это ужасно смущало его. Открывая дверь лофта, Мэтт знал, что на его вопросы может ответить только один человек. Но даже в этом случае он не был уверен, услышит он правду или нет.

Чарли вернулась домой тем вечером позже, чем обычно. Она была в восторге от того, что нашла общий язык с дизайнером интерьеров, и они обсудили несколько великолепных идей для оформления нового дома.

Мэтт был практически не в состоянии разговаривать с ней. Ему нужно было хотя бы немного упорядочить мысли, прежде чем приступать к расспросам. Он понимал, что не должен принимать решения в гневе. Чарли начнет защищаться и вряд ли будет с ним честной. Какими бы фактами он ни располагал, Чарли невиновна, пока он не докажет обратное. Мэтту удалось продержаться весь вечер. Он кивал и улыбался в нужные моменты. Когда они легли спать, Чарли потянулась к нему, чтобы поцеловать.

— Спокойной ночи, дорогой. Наше будущее так меня радует! — И она отвернулась, чтобы выключить свет.

В этот момент Мэтт уже не смог сдержаться. Он зажег лампу

— Чарли, нам нужно поговорить.

— Хорошо, дорогой, конечно. — Она села в кровати и взяла его за руку. — Ты переживаешь, что скоро станешь отцом? Не волнуйся, Мэтт, доктор говорит, что вполне нормально испытывать такие чувства. Он сказал...

— Чарли, я должен спросить у тебя кое-что. И мне нужно, чтобы ты ответила честно. — Мэтт пристально посмотрел на нее. — Какими бы ни были возможные последствия, я хочу, чтобы ты сделала это. Ладно?

— Конечно, дорогой. Я бы никогда не стала тебе лгать.

— Хорошо... — Мэтт глубоко вздохнул. — Ты проходила в мае лечение в клинике репродукции, чтобы повысить шансы зачать ребенка?

Мэтт пристально смотрел на ее лицо. Он знал, что в эти первые несколько секунд — пока мозг не найдет выход из сложного положения — ее глаза скажут правду.

— Я... О Боже, дорогой! — Чарли нервно улыбнулась.

И в этот момент Мэтт понял, что она обманула его.

— Боже, Чарли! Я не знаю, почему или с какой целью, но ты ведь лечилась, да? Ты должна ответить честно, я хочу знать все. — Он по-прежнему смотрел на нее в упор.

Несколько секунд она колебалась, а потом расплакалась:

— О, Мэтти... Как ты узнал?

— Я вчера встретил в кафе Роджера. Он поздравил нас с успешным завершением лечения. Но вопрос, как ты это сделала, сейчас неуместен, я...

— Хорошо! Да, я действительно лечилась, но не пыталась обмануть тебя или заманить в ловушку. Я с самого начала была готова воспитывать ребенка одна. Помнишь? — Чарли не сдавалась. — Когда мы обсуждали это, я сказала, что собираюсь оставить ребенка вне зависимости от твоего решения. Это было чудом, Мэтт! Я столько лет считала, что у меня не будет детей! И вдруг я узнала, что беременна! О, Мэтти, сможешь ли ты простить меня? Пожалуйста, я ведь так тебя люблю!

— Чарли, посмотри на меня! — Мэтт взял ее за руки. — То, что ты забеременела после той ночи, было случайным совпадением? Или ты все подстроила?

— О, я понимаю, что плохо поступила, но...

— Я должен спросить тебя... — Он понимал, что не дает ей возможности все объяснить, но существовал один очень важный вопрос, на который он должен был получить ответ. — Этот ребенок мой? — Он снова посмотрел на нее в упор, но она отвела взгляд. — Мы делали это? — не отступал он. — Я говорю о той ночи... Чарли, черт возьми! Мне нужен прямой ответ! Я отец этого ребенка?

Чарли перестала плакать. Она сидела молча, уставившись в стену. Мэтт, встав с кровати, расхаживал по комнате.

— Мне нужно узнать это прямо сейчас. Я говорю серьезно! — Он повернулся и посмотрел на нее. — И я должен быть уверен, что ты не лжешь.

Казалось, жизненные силы оставили Чарли. Она медленно покачала головой:

— Нет, Мэтт, это не твой ребенок.

— Вот черт! — Он был вынужден закричать, чтобы сдержаться и не ударить ее. Потом он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. — Если не я, то кто тогда?

— Я не знаю имени. — Чарли пожала плечами. — Но это не то, о чем ты подумал, Мэтг.

— Черт! А что еще я могу подумать, Чарли? Ты затащила в постель какого-то парня и собиралась выдать его ребенка за моего?

— Нет! Все было совсем не так! — громко, словно от боли, закричала Чарли. — Я не знаю его имени, потому что он был донором спермы, и я видела только данные его ДНК. У меня больше нет никакой информации.

— Что? — Мэтт покачал головой. — Черт возьми, может, я полный невежа, но совершенно не понимаю, о чем ты ведешь речь.

— Хорошо. — Чарли кивнула — было заметно, что она пытается взять себя в руки. — Отцу моего ребенка двадцать восемь лет, он аспирант из Калифорнии. Брюнет с темными глазами, рост метр семьдесят восемь. Он не перенес серьезных заболеваний, и коэффициент его интеллектуального развития выше среднего. Я знаю только его генетический профиль, больше ничего.

— Итак... — Мэтт сел на кровать, начиная, наконец, понимать происходящее. — Ты хочешь сказать, что обратилась в банк спермы и по анонимным профилям ДНК выбрала отца для ребенка? И тебе ввели его сперму?

—Да.

— Ясно.

Они сидели молча некоторое время. Мэтт пытался осознать то, в чем призналась Чарли.

— А в какой момент, черт возьми, ты решила использовать меня? Ты планировала это с самого начала?

— Мэтти! — Чарли выплакала уже все слезы и сильно побледнела. — Ты должен понимать, что я решила сделать это очень давно. Еще до того, как переехала к тебе.

— Тогда давай назовем все своими именами: я просто подвернулся тебе в нужный момент — придурок, которого можно было выдать за папашу? — с горечью в голосе перебил ее Мэтт.

— Нет, Мэтти, я любила тебя и сейчас люблю, — сказала Чарли, заламывая руки. — А в ту ночь, через день после процедуры... Да, можно сказать, что это было совпадение. Ты был пьян и очень нежен со мной. И действительно говорил очень приятные вещи. И я подумала...

— Чарли, неужели я все-таки переспал с тобой в ту ночь? Ведь я совершенно ничего не помню! И как бы я ни напился, раньше со мной ничего подобного не случалось!

— Нет. По крайней мере, не так, как можно было бы зачать ребенка, — призналась Чарли. — Мы целовались и ласкали друг друга, но ты был совершенно не в состоянии...

— ...переспать с тобой?

— Да, «переспать» со мной, — с горечью произнесла она.

— Боже! Но почему ты уверяла меня в обратном? Зачем пыталась вызвать у меня чувство вины? К чему ложь? Черт возьми, Чарли! Это так жестоко!

— Достаточно, Мэтт! — Внезапно глаза Чарли засверкали гневом. — Я виновата, но только в определенной степени. То, что я рассказывала тебе о той ночи, не было абсолютной ложью. Ты был ласков и нежен, целовал и ласкал меня. Говорил, какая я красивая и как ты меня любишь... — Она внезапно поперхнулась, но, помолчав, продолжила: — Даже если ты был не в состоянии переспать со мной, я все равно ждала от тебя звонка или сообщения после той ночи. Я думала, что, возможно, всего лишь возможно, что ты разделяешь мои чувства. Но ты не давал о себе знать. И я чувствовала себя как дешевая проститутка, которой ты попользовался одну ночь.

— Ты права, — изумленно произнес Мэтт. — Я повел себя как придурок. И прошу меня извинить. Но неужели этим можно оправдать твою ложь о ребенке? — Мэтт указал пальцем на ее живот.

— Клянусь, я узнала, что процедура прошла успешно, и я забеременела, только перед твоим возвращением из поездки. А потом мы вместе отправились ужинать. Возможно, всему виной гормоны или шок. Или, возможно, осознание того, что я стану матерью, а для тебя в ту ночь была всего лишь женщиной, которую ты с таким же успехом мог подцепить на улице. И еще что ты никогда не любил меня так, как я тебя. И не полюбишь. Мэтт, своим отношением ты сделал мне очень больно. Думаю, я хотела наказать тебя.

Мэтт слушал ее молча. Теперь, узнав все, он немного успокоился. Чарли продолжила:

— Потом, осознав, что ты всегда будешь любить Гранию, а не меня, я стала планировать собственную жизнь. Я в любом случае собиралась родить ребенка и сказала тебе об этом, когда мы встретились неделю спустя. Я решила пройти через все это сама, как и собиралась с самого начала. А потом ты вдруг предложил быть вместе! И говорил не о себе и о малыше, а о нас двоих. Боже, Мэтт, я была вне себя от счастья! Мои мечты вдруг стали реальностью, все оказалось на своих местах. Все эти годы, что я любила тебя... — Чарли вздохнула. — А потом ты сделал мне предложение, и я действительно поверила, что у нас что-то может получиться. — Внезапно она подвинулась к нему и крепко обняла. — Ничего ведь не изменилось, да, Мэтти? Пожалуйста, я знаю, что солгала, но...

Мэтт высвободился из ее объятий.

— Мне нужно выйти на свежий воздух.

— Мэтти, пожалуйста! — Она смотрела, как он натягивает одежду— Ты ведь не бросишь меня сейчас, правда? Мы всем рассказали, и дом уже куплен, и ребенок...

Мэтт захлопнул за собой дверь и спустился по лестнице на первый этаж. Оказавшись на улице, он побежал по тротуару, оставляя позади одну улицу за другой, пока не оказался в Бэттери-парке. Опершись на перила, он смотрел на огни, мерцавшие над Гудзоном. Вокруг бесцельно расхаживали любители ночных прогулок: пьяницы, любовники и неугомонные мальчишки-тинейджеры. Немного отдышавшись, Мэтт попытался выстроить в один ряд все события, которые привели его к сегодняшнему дню.

Дело было даже не в поступке Чарли, а в ее мотивах. Неужели она с самого начала планировала заманить его в ловушку? Или решение об искусственном оплодотворении никак не было связано с их отношениями? Чарли жила под его крышей, когда проходила лечение. И призналась, что любит его. Можно ли поверить, что все это случайно совпало по времени?

Даже если это так, невозможно оправдать ее безапелляционные заявления, что он — отец ребенка. Чарли солгала намеренно и даже была готова обвинить его в том, чего он никогда не совершал.

Как психолог, Мэтт понимал: любой человек, поступивший неправильно, потом будет изо всех сил стараться оправдаться. И для этого найдет самые убедительные объяснения, в которые верит сам. «И все же, — вздохнув, подумал он, — с какой стороны ни взгляни на поступок Чарли, вряд ли его можно понять». Хуже того: солгав, она была готова хранить это в тайне всю жизнь. И Мэтт мог никогда не узнать, что малыш, которого он, конечно же, полюбил бы как родного, ему не сын.

От этой мысли Мэтту стало плохо. Он некоторое время прогуливался вдоль реки, понимая, что тоже сыграл определенную роль в этой истории. Новость о замужестве Грании причинила ему боль, а то, что он принял решение остаться вместе с Чарли, только обострило ситуацию и некоторым образом привело их к такому финалу.

Тем вечером Чарли действительно сказала, что готова растить ребенка одна. Но именно он отмахнулся от ее слов и предложил быть вместе. Только сейчас Мэтт понял, что никогда не подозревал о том, какие чувства испытывает к нему его прежняя подруга. Встретив Гранию, он был ослеплен любовью к ней и совсем не думал о чувствах Чарли, когда объявлял ей о своем решении расстаться.

Он содрогнулся, осознав, что они натворили вдвоем. Но нет смысла задавать вопросы: «почему?» и «с какой целью?». Нужно было решить, куда двигаться дальше.

Мэтт принялся обдумывать разные варианты.

Можно было оставить все по-прежнему — как заметила Чарли, теперь он знал правду. Он не любит и никогда не любил ее. Изменилось только то, что он узнал: Чарли ждет ребенка не от него.

Он вздохнул, вспомнив, как старался оберегать Гранию в начале ее беременности. Каждый раз, когда он думал о ребенке и о том, что они с ней скоро станут родителями, его сердце сжималось от предвкушения этого события. Всеми фибрами души он хотел защитить Гранию в то время, когда она была наиболее уязвима. Ничего похожего на эти чувства он не питал ни к Чарли, ни к малышу, которого она вынашивала. Мэтт был лишь готов смириться с происходящим. Сможет ли он научиться любить ребенка, которого ему предстоит растить как родного? Мэтт прикусил губу. Или он всегда будет относиться к нему с неприятием? Читая лекции, он постоянно рассказывал студентам о том, насколько серьезно отражаются на детях неправильные поступки отцов. Он знал, к чему это может привести, и был абсолютно уверен, что не хочет попадаться в эту ловушку.

Наконец, когда над Нью-Джерси начало медленно подниматься солнце, Мэтт побрел домой. Он так и не смог принять решение и не представлял, что скажет Чарли. Но, по крайней мере, он успокоился.

Но лофт был пуст, а на столе лежал конверт с его именем.

Мэтт!

Я ухожу. Прости, что солгала тебе, но ты отчасти виновен в сложившейся ситуации. Я решила не усложнять жизнь нам и малышу. Мы все заслуживаем большего.

Увидимся.

Чарли.

Мэтт с облегчением вздохнул. Чарли приняла решение за него. И за это он был ей благодарен.


* * * | Танец судьбы | cледующая глава







Loading...