home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА 8

Портал привел меня в очередной полутемный коридор и, едва я вывалилась наружу, со злорадным хлопком закрылся, наподдав напоследок приличное ускорение воздушной волной.

От удара я, правда, увернулась, но при этом позабыла про длинный подол, поэтому, отскочив в сторону, едва не запуталась в оборках. А когда все-таки выпуталась и наскоро огляделась, то не смогла удержать сердитого возгласа, обнаружив, что часть широченного коридора до самого потолка завалена грудой обломков, которые еще недавно были обычной стеной.

Кто или что обрушило здесь камни, я не знала, но, судя по раздающемуся снаружи шуму, повелитель с братом остались по ту сторону. А поскольку разобрать завал своими силами оказалось нереальным, я развернулась и припустила в другую сторону, надеясь, что где-то поблизости найдется обходной путь.

Как вскоре выяснилось, мысль была правильной, ведь в искусственно созданном лабиринте просто не могли отсутствовать перемычки между коридорами. Одного я только не учла — все они оказались завалены. Более того, пробежав пару сотен шагов, снова уперлась в глухую стену, словно кто-то заранее знал, что я сюда полезу, и предусмотрительно перекрыл все пути к отступлению.

Убедившись, что мы в ловушке, я с мрачным видом взвесила в руке метлу.

— Как думаешь, По, стены тут очень толстые?

Помело воинственно вздыбило прутики.

— Тогда давай попробуем их сломать.

Метла послушно сорвалась с места и, распушившись до предела, уже примерилась, как бы нанести удар, но тут прямо в стене послышался странный шорох, и чей-то испуганный голосок воскликнул:

— Тетенька ведьма, не надо! Эта стена несущая! Если ее обрушить, то схлопнется весь коридор!

Я проворно развернулась на каблуках, ища, кто тут сейчас пищал, и удивленно отпрянула, когда из темноты сверкнули две пары испуганных глаз. Следом из неприметной щели высунулась взъерошенная черная макушка, а на чумазой мальчишечьей физиономии нарисовалась виноватая улыбка.

— Не убивайте нас, тетенька ведьма. Пожалуйста. Мы не демоны.

Я привычно поймала прыгнувшую в руку метлу и грозно нахмурилась.

— «Мы» это кто?

— Я и Аська.

— Ну-ка, вылезайте.

Из щели, шмыгнув носом, на карачках выполз босой и с ног до головы покрытый пылью мальчик лет десяти в драной рубашке и таких же драных штанах. А следом за ним — девочка лет восьми в коротком синем платьице.

На вид — дети как дети. Бледненькие, потому что солнца ни разу не видели. Большеглазые и черноволосые, как все мораны, но при этом с заметно более мягкими чертами лица.

— Вы что тут делаете? — осведомилась я, убедившись, что ребята действительно одни, и на них нет характерных признаков одержимости.

— Прячемся, — шмыгнул носом пацан. — Меня Денькой зовут. А это сестра моя. Аська. Мы полукровные… ну, то есть мама у нас человек. Потому только на нижних уровнях обитаем — сюда сила повелителя почти не доходит.

— Так. И где ваши родители?

— Дома остались, — тихонько прошептала девочка, подняв на меня наполненные слезами глаза. — Мы в шахте играли, на нижнем уровне, хотя мама запрещает нам туда лазать. Когда увидели демона, побежали обратно, чтобы предупредить стражу, но по дороге заплутали. А когда выбрались, оказалось, что в городище уже никого не осталось. А демоны…

Аська тихонько всхлипнула:

— Они теперь повсюду. Мамы больше нет! И папы, наверное, тоже, потому что он первым бросился бы ее защищать…

У меня что-то сжалось в груди.

— Как попасть в это ваше городище?

— Вон там была основная дорога. — Насупившийся мальчик махнул рукой в сторону заваленного коридора.

— А обходные пути есть?

Он кивнул.

— Только вам не пролезть, — предупредил пацан, отталкивая голой пяткой подвернувшийся под ногу камень. — Там местами узко очень, даже мы себе все бока ободрали.

Я улыбнулась и, наклонившись, заглянула в едва видневшуюся в темноте щель, откуда вылезли дети.

— Ничего. У меня волшебная метла есть. Она поможет.

По, не дожидаясь приказа, изогнулась в рукояти и, оттеснив удивленно раскрывшего рот мальчишку, ловко влезла в узкий до безобразия ход. Какое-то время там пошуршала, поскреблась, а затем под угрожающий шорох осыпающихся камней радостно помахала помелом.

— Залезайте, — усмехнулась я, когда По окончательно исчезла внутри. — Денька, ты первый. Будешь держать метлу за хвост и указывать ей, куда поворачивать. Ась, а ты за ним. Мы найдем вашу маму.

— Она наверняка одержима, — печально покачала головой девочка. — Ее уже не спасти.

— Кто тебе сказал? — удивилась я. А потом погладила тревожно вскинувшего голову мальчика по пыльным вихрам и ободряюще улыбнулась. — Белые ведьмы — хорошие целители, причем мы лечим не только тела, но и души. Времени с момента нападения прошло немного, так что шансы еще есть. Если, конечно, мы не опоздаем.

— У нас одержимых не лечат, — прошептал Денька, глаза которого зажглись сумасшедшей надеждой. — Папа всегда говорил: лучше смерть, чем перерождение, поэтому тех, кого зацепил демон, сперва сажают в яму, а потом убивают.

— Обычно демону надо два дня, чтобы поглотить душу полностью, — вздрогнула девочка, ухватив меня за руку. — Если человек или моран оказываются слабее, они умирают. Если нет, то демон уходит, а человек приходит в себя. Но это бывает редко. Очень редко…

Сжав повлажневшую ладошку девочки, я подтолкнула Деньку вперед. А затем и Аську пропустила, после чего уже сама забралась в узкий до безобразия лаз. Платье, естественно, мешало, но оборвать подол я все-таки не решилась. Мало ли кого, окромя демонов, по пути встретим? Не смущать же народ кружевным бельем!

К счастью, лаз довольно быстро закончился, приведя нас в такой же широкий и заваленный с двух сторон коридор. Из него мы попали в следующий коридор. Потом в еще один. И еще… где и услышали донесшийся откуда-то издалека шум обвала. А затем и гулкий удар, с которым кто-то обрушил еще один коридор.

— Повелитель запечатывает выходы из городища, чтобы демоны не прорвались дальше, — пояснил Денька, когда я остановилась и настороженно прислушалась. — Обычным путем туда теперь не пройти, поэтому мы обходим его по кругу.

— Откуда ты знаешь, что повелитель здесь?

— Он всегда так делает во время нападения. А еще у меня заболело вот тут, — Денька с невеселой улыбкой приложил руку к левой половине груди. — И тут…

Его рука мимолетно коснулась лба.

— Папа говорил: именно так чувствуют приближение владыки те, в ком нет хотя бы части его силы. Конечно, необработанный камень и вода дают от нее неплохую защиту, поэтому для таких, как мы, жилье всегда создается вручную. Но если повелитель пробудет здесь хотя бы час, мы умрем.

— Твой папа тоже просил ему помочь отказаться от магии? Ради вас? — замерла я.

Денька кивнул. А Аська, откатив в сторону приличный по размерам булыжник, указала рукой на прячущуюся за ним дыру.

— Пробраться в городище можно через нижний этаж. Это выход в заброшенную шахту. Отсюда надо спуститься на два яруса, затем пройти по старому водостоку, взобраться по лестнице до железного люка, и окажешься как раз возле нашего дома.

Я спохватилась и придержала рвущегося вперед пацана.

— Э нет! Дальше мы с метлой сами. Нам сила повелителя не страшна, а вот вам стоило бы поостеречься.

— В городище жило больше тысячи людей и моранов, — покачал головой мальчишка. — Теперь там бродит столько же одержимых.

Я ободряюще улыбнулась.

— Ничего. Все демоны наверняка помчались сражаться с вашим повелителем, а одиночки нам с метлой не страшны.

— Нашу маму зовут Марире, — тихо сказала девочка, послушно отступив от дыры, куда тут же нырнула умница По и сразу принялась за дело. — Она красивая. И тоже рыженькая, как вы. Найдите ее, пожалуйста. Спасите ее душу.

— Я постараюсь, солнышко, — так же тихо пообещала я, прежде чем уйти. — А вы закройте дыру камнем и сидите тихо. Когда демоны уйдут, я за вами вернусь. Обещаю.

Дети, поколебавшись, кивнули. А я, протискиваясь в узкий лаз, все-таки порвала дорогое платье, не рассчитанное на лазанье по подземельям, и заодно от души обругала повелителя Таалу. За его стремительный уход, за оборванный разговор, за то, что он успел обрушить все коридоры, заставив меня ползать в пыли, как обыкновенную крысу.

Но особенно за то, что за все годы, которые верхний мир сотрудничает с нижним, его смертоносное величество почему-то не счел нужным поинтересоваться: а как же мы справляемся со своими демонами? И ни разу не подумал, что, если бы в Белый храм пришло хотя бы одно официальное предложение о встрече, то многих моранов… в том числе и сегодня… можно было бы спасти.


Как я добиралась до городища — это отдельная история, большая часть которой состояла из ворчания, шипения и редкой, но весьма прочувствованной ругани. И хорошо еще, что со мной была По, иначе до цели я доползла бы в лучшем случае к ночи, потому что, как назло, именно сегодня мне почему-то катастрофически не везло.

Для начала вместо двух ярусов в шахте меня угораздило спуститься сразу на четыре, потому что деревянные перекрытия насквозь прогнили и, не выдержав моего веса, просто-напросто развалились. Потом в проклятом водостоке оказалось целых три ответвления, а не два, и каждое из них мне пришлось проверить лично. Затем выяснилось, что ведущая к люку старая лестница сплетена из весьма непрочных веревок и рассыпалась, стоило мне только подойти и проверить ее на прочность.

Но… где наша не пропадала. Выход из подземелья мы все-таки нашли, а до люка По меня самым банальным способом подбросила. Да-да, летать на метле ужасно неприлично, но что поделаешь? Не по стене же карабкаться, как зеленой ящерице?

Надо ли говорить, что к концу опасного путешествия мой красивый наряд превратился в обноски. Роскошное платье осталось без рукавов. На плечах и коленках красовались живописные царапины. Длинная юбка обзавелась соблазнительным разрезом от паха до самой щиколотки. Ну а на голове вновь появилось воронье гнездо, из которого по прибытии я с ворчанием выудила невесть когда успевшего свалиться туда громадного паука, который к тому же едва меня не укусил.

Последнее препятствие в виде ржавого и ужасно тяжелого люка я преодолевала на чистом упрямстве и с пугающей мыслью о том, что полчаса из отпущенного детям времени уже прошли. А когда дурацкая железяка все-таки поддалась и, не выдержав давления, сдвинулась в сторону, я наконец-то перевела дух и осторожно выглянула наружу.

Ребята не обманули — выход из подземелья действительно находился на окраине городища. На самом дне громадной, скудно освещенной пещеры. Как раз недалеко от тянущейся ввысь скалы, в которой, словно ласточкины гнезда, виднелись входы в жилища моранов.

Причем входов оказалось так много, что я на миг даже усомнилась, что здесь проживает всего тысяча разумных. Но потом оглядела скалу повнимательнее и решила, что внутри не особенно много места. Поэтому выточенные в камне помещения наверняка были маленькими. И, вполне вероятно, на одну семью приходилось не одно, а сразу несколько таких «гнезд».

Убедившись, что поблизости нет посторонних, я сдвинула крышку подальше и выпустила наружу По. А когда метла облетела окрестности и подала условный знак, выбралась сама, поминутно оглядываясь и гадая, куда могли подеваться местные жители.

Кстати, насчет выходов из пещеры дети тоже оказались правы — на том месте, где не так давно чернели отверстия выходов, теперь красовалось сразу пять тупиков, до отказа забитых каменными обломками. А на стенах виднелись глубокие трещины, словно тот, кто запечатывал демонов в каменную ловушку, делал это в спешке, совершенно не заботясь о случайных жертвах.

Пройдя вдоль скалы несколько сотен осторожных шагов, но так никого и не встретив, я выглянула за край и сделала еще одно открытие: оказывается, скал тут было несколько, и все они делили пещеру на сектора, имеющие форму треугольников. Основаниями треугольники были обращены к стенам пещеры. А острия сходились в центре, как спицы в колесе, придавая подземному городу строгость линий и весьма своеобразную красоту.

Там же, в центре, на приличной по размерам площади, нашлось и пропавшее население — сгрудившись вокруг высоченного постамента, верхушка которого тонула в непроглядной тьме, жители в едином порыве запрокинули головы и пристально смотрели на гигантское черное облако, медленно закручивающееся над городом в чудовищную спираль.

Признаться, я поначалу даже не поняла, из чего она состоит, и рискнула высунуться подальше, чтобы выяснить, в чем дело. Но тут из облака выстрелил целый сноп искр, опавших на землю крохотными черными песчинками, и лишь тогда до меня начало доходить.

В верхнем мире не бывает такого, чтобы демоны спокойно разгуливали на свободе. Яркий свет для них губителен, а жар костра смертельно опасен. Поэтому твари стремятся спрятаться там, где ни свет, ни огонь до них не дотянутся — в чужом теле. Внутри смертной оболочки, которая, несмотря на всю свою хрупкость, дает им довольно надежное убежище.

Сами по себе демоны — это духи, ведомые лишь одной страстью: голодом. Наши души для них — добыча, ради которой они готовы на все. Откуда они приходят, где живут и как именно рождаются, никто не знает, но летописи утверждают, что подобное притягивает подобное, и демоны — такие же души, как наши, только не нашедшие покоя. Слишком тяжелые, чтобы после смерти мать-богиня забрала их в свет. И слишком грязные, чтобы бог-отец позволил им вернуться во тьму.

Я не знаю, так ли это, но насчет подобия, пожалуй, соглашусь. Невинная душа неуязвима для демонов. А вот злость, презрение, ненависть, страх… охотно открывают им дорогу. Смерть подпитывает их, давая силы на новые преступления. И тогда прекрасный с виду семьянин внезапно превращается в кровожадное чудовище. Очаровательная невеста обагряет руки кровью возлюбленного. Дети обращаются в зверей. Матери кидаются на собственных чад. И в мире воцаряется хаос, вызванный вселившейся не в свое тело душой.

Мы, ведьмы, оберегаем этот мир от разрушения. И хоть одержимого не всегда удается спасти, одно нам известно точно — демоны боятся нашей силы. Ни один из них даже близко не подойдет к дому, который освятила белая жрица. Не преодолеет защиту, которую мы регулярно обновляем в городах и весях. И не посмеет коснуться вещей, в которых есть хоть капелька истинной благодати матери-богини.

Но в подземном мире не бывает солнца. Здесь нет света, и тут не живут любимицы богини. Поэтому демонам не нужно прятаться, и они вольготно себя чувствуют и появляются даже в виде балансирующих на грани воплощения призраков. Уже не обычных духов, но еще не полностью материализовавшихся сущностей — сотен и тысяч озлобленных, источающих ненависть душ, которые сплелись сейчас в одну гигантскую воронку и тщетно пытались прорваться… куда? Или, правильнее сказать, к кому?

В ужасе оглядев столпившихся вокруг постамента моранов, среди которых было немало женщин и детей, я безошибочно распознала в них признаки несомненного угасания. Горящие безумием взгляды, вздувшиеся под кожей, почерневшие вены, неестественные позы… здесь находилась почти тысяча разумных, но демонам все равно не хватило живых вместилищ. Целая тысяча, однако наверху демонов вилось в несколько десятков раз больше! Что их привлекло в невидимом отсюда моране? Его стойкость? Сила? А может… живущая в его теле Смерть?

От последней мысли меня прошиб холодной пот.

Мать-богиня! Если это действительно так, то именно владыка сейчас находится на острие удара. Чтобы заполучить его жизнь, демоны пойдут на все. Что им какая-то тысяча смертных, когда рядом есть сосуд, до краев наполненный силой, способной заменить несколько миллионов обычных жертв? Да они разорвут повелителя на куски, если только сумеют добраться! Неудивительно, что их набежало сюда так много!

А потом я пригляделась и заметила, что внутри воронки тоже идет какое-то движение, а вниз то и дело сыпется мельчайший песок, похожий на самый обычный пепел. Так, словно нижние ряды демонов раз за разом наталкиваются на неодолимую преграду и тут же сгорают, но их место мгновенно занимают новые души, не давая повелителю перевести дух.

Ой-ой-ой! Если их сейчас такое количество, то сколько же тогда было изначально?! Десятки тысяч? Сотни? Больше?!

Шевельнув пальцами, я покрепче сжата послушно ткнувшуюся в руку метлу и наконец приняла решение.

У повелителя сейчас своя задача, у меня своя — пока твари отвлеклись, следовало освободить людей. А заодно поискать, откуда сюда явилось так много демонов. И, если получится, заткнуть эту дыру навсегда.

Создав на ладони сразу несколько световиков, я подбросила их в воздух и, щелкнув пальцами, запустила в полет. Но невысоко, примерно на уровне коленей, чтобы никто не спохватился раньше времени.

Задорно подмигнув, световые шарики мгновенно набрали скорость и, исчезнув в толпе, принялись нарезать в ней круги, словно голодные нарулы.[5] Правда, с каждым таким кругом их сияние стремительно угасало, но свое дело они сделали. И спустя несколько секунд одержимые заволновались. Некоторые с тихим выдохом опустились на колени, кривя рты в мучительных гримасах. Некоторые успели отшатнуться и заозирались, ища источник угрозы. Многие расступились, встав кружком вокруг тех, кто уже упал. Часть даже нерешительно направилась в мою сторону, но большинство не рискнули оставить пост и все так же жадно смотрели вверх. Туда, откуда все обильнее сыпался мелкий пепел, постепенно накрывая город невесомым черным покрывалом.

Когда самые умные из одержимых добрели до моего укрытия и завернули за угол, я ловко крутанула метлу и огрела первого бедолагу по башке.

Короткая вспышка, приглушенный стон, взвившийся из раздувшихся ноздрей черный дымок, и вот уже первый моран безвольным мешком осел на землю.

«Вот он, наш жутко секретный способ изгнания демонов, — усмехнулась я про себя, треснув по лбу второго. — Всего-то и надо, что хорошенько жахнуть по ним зачарованной дубиной. Или посохом. Но за неимением оного сойдет и обычная метла. Верно, По?»

Помело тем временем распушилось еще больше, и последний бедолага с приглушенным стоном рухнул мне под ноги.

— Всего-то делов, — прошептала я, наклоняясь и проверяя жилку на шее нелюдя. — Живой, какое счастье. Эх, если бы и с нежитью получалось управляться так легко…

Шаркающие за углом шаги заставили меня выпрямиться и принять боевую стойку.

— Почуяли, твари? Свежего мясца захотелось? — зашипела я, когда из темноты, щеря зубастые ргы и пуская слюни, выбрались сразу два десятка одержимых моранов. После чего щелкнула пальцами, создавая новую порцию световиков, и, прежде чем занести для удара метлу, отправила их в полет.

— Получите, распишитесь!

Одержимые шарахнулись в стороны, стремясь избежать даже мимолетного касания к божественному свету, а как только заклятие улетело в толпу и погасло, снова придвинулись ближе.

Я подождала, пока они подойдут совсем близко, а потом снова крутанула метлу и принялась щедро раздавать оплеухи. Никто ж не в курсе, что от моей метлы толку больше, чем от боевого посоха. А вреда, наоборот, гораздо меньше, потому что, в отличие от другого оружия, По не вышибает зубы и не ломает конечности, пока ее об этом не просят. А синяки — дело житейское. Через пару недель сами пройдут.

Когда вторая партия одержимых закончилась, я поманила пальцем третью и поощрительно улыбнулась. Но улыбка эта быстро завяла, потому что, несмотря на активно проредивших толпу световиков, желающих меня прибить все равно оставалось немало. И все они, похоже, внезапно решили заглянуть к нам с По на огонек. Все несколько сотен оставшихся на ногах мужчин, женщин и детей, при виде которых я благоразумно попятилась, а затем нырнула в первый попавшийся дом и заняла в дверном проеме оборонительную позицию.

Световики, разумеется, тоже создала и отбросила себе за спину — на случай, если понадобится остановить толпу. Ну и тыл прикрыть, конечно, не помешает — где-то тут наверняка имеется лестница, а я даже не знаю, есть ли там выход на следующий уровень, и не припрется ли оттуда какой-нибудь особо проницательный «гость», которого я упустила из виду.

После этого я на какое-то время выпала из реальности, старательно раздавая всем желающим тычки и затрещины. Гора вяло шевелящихся тел под моими ногами росла с угрожающей быстрой, так что вскоре мне пришлось вскарабкаться сначала на лестницу, а потом и на второй этаж, где, к счастью, никого не оказалось.

Оттуда нас с метлой постепенно вытеснили на третий ярус. Затем — на четвертый, а под конец даже на крышу. Но дальше у одержимых дело не заладилось — на открытом пространстве снова без помех заработали световики. И я порадовалась, когда кинула взгляд вниз и увидела вокруг постамента целые горы слабо дышащих и временно недоступных для демонов тел, в каждом из которых теперь тлела крохотная частика божественной благодати.

Все-таки световики — это сила!

Одарив настойчиво лезущих детей парочкой оплеух, перевела дух и в очередной раз пожалела, что полезное заклинание так быстро истощается. Если бы не это, мне бы вообще в бой вступать не пришлось — обстреляла бы издалека, и порядок. Но мои резервы были, к сожалению, не бесконечны. А второго амулета с благодатью у меня при себе, увы, не имелось.

— Надо беречь силы, — озабоченно пробормотала я, когда желающих меня убить не осталось. Метла согласно наклонила рукоять и, как только я разжала пальцы, тут же взлетела, заняв оборонительную позицию. На случай, если кто-то из кружащих наверху демонов надумает попробовать меня на вкус.

Я же снова обратила взгляд на постамент и вздрогнула, поняв, что ситуация там разительно изменилась.

До этого момента меня искренне удивляло, что владыка, обладая такой силой, не сумел справиться с кучей злобных, настырных, опасных, но все же обыкновенных духов. Смерти ведь все равно, что разрушать, живое или мертвое. Пока она сидит в теле морана, тот ее постоянно сдерживает, поэтому в основном от него страдают живые. И то не всегда. Но при желании можно ведь и отпустить узду, открыть крышку сосуда побольше… что, вероятно, повелитель сейчас и сделал.

Правда, в отличие от меня, он с самого начала помнил, что способен разрушать не только живое, но и мертвое. И прекрасно понимал, что стены пещеры — довольно хрупкие. Ударь по ним посильнее, и обвалившийся потолок погребет под собой не только одержимых, но и самого владыку, и его брата, и нас с По. А демоны, которым падающие камни особого вреда не причинят, получат долгожданную свободу. И один бог знает, куда они потом направятся.

Вероятно, именно поэтому повелитель так долго медлил и осторожно, постепенно, стараясь не задеть стены и потолок, концентрировал свою силу наверху наподобие раскрытой ладони. Сейчас эта ладонь простерлась над всей пещерой, словно гигантская туча, от которой шел вполне ощутимый холод — незаметная на фоне теряющегося во тьме камня, молчаливая. И опасная. Воплощенная Смерть, после удара которой не только от тварей, но и от города ничего не останется.

Нутром ощутив источаемую этой тучей угрозу, я нервно сглотнула и снова посмотрела себе под ноги.

Это что же получается, они именно так воюют с демонами? Приходят, собирают тварей в одну кучу, как жадных до сладкого мух, а потом убивают гигантской мухобойкой?

И какая разница, если под удар попадут свои собственные подданные, созданные с таким трудом дома, утварь, чудом уцелевшие дети… цель оправдывает средства, поэтому и тоннели всегда запечатываются намертво. И потому же после таких зачисток не остается свидетелей — Смерть никого не щадит. Ни чужих, ни своих.

Вот только на этот раз вместе с обреченными нелюдями под ударом оказалась и я. Но повелитель еще был не в курсе, что, в отличие от его подданных, я не планировала сегодня умирать.


ГЛАВА 7 | Любовь не выбирают | ГЛАВА 9







Loading...