home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава восьмая

На вид мужчина был не очень опасен, но никогда наперед не угадаешь, как поведет себя человек с пистолетом калибра 7,65 миллиметра, к тому же оснащенным глушителем, поэтому Гирланд старался не делать резких движений.

– Проходите, мистер Гирланд, – сказал незнакомец. – Я ждал встречи с вами.

Гирланд разглядел его: высокого роста, полный, лысеющий. На вид ему было лет шестьдесят. Голубые глаза, крупные черты лица, широкая неподвижная улыбка, сверкающие зубы, безупречный легкий костюм и дорогой французский галстук придавали облику мужчины некую убедительность. Гирланд заметил, что он держал револьвер уверенно, как человек, умеющий обращаться с оружием. Наблюдательный Гирланд принял его за ловкого проходимца, человека небогатого, но одевающегося элегантно с целью получения кредита у лавочников-снобов, чувствительных к внешнему виду клиента.

– Как вы сюда попали? – спросил Гирланд, проходя в просторную спальню.

– Карлота впустила меня, когда ты заказывал великолепный обед.

– Карлота?

Эрика уже сидела на кровати. Она с любопытством наблюдала за Гирландом, который подошел к туалетному столику и сел на стоявший рядом стул.

– Гирланд, – сказал человек, прислонившись к стене, – предупреждаю: не делай глупостей. Я стреляю метко и могу, если что не так, с этого расстояния раздробить тебе коленную чашечку. А тебе ведь это совсем ни к чему.

– О’кей, – сказал Гирланд, поднимая руки в ироничном жесте капитуляции. – Убедил. Так это, оказывается, Карлота? А я-то полагал, что ее зовут Эрика Ольсен.

– Карлота Ольсен… сестра Эрики. Эти две красивые девушки – мои дочери, – сказал мужчина, с улыбкой глядя на Карлоту. – Гирланд, я подслушал вашу беседу. Твои доводы подействовали на меня. Я пришел к выводу, что ты именно тот человек, который нам нужен. Кажется, Карлота придерживается того же мнения. – Он посмотрел на дочь. – Правда, моя дорогая?

– О да, – отозвалась она. – Я думаю, он нам подойдет.

Не спуская глаз с Гирланда, мужчина поднял с пола портативный магнитофон, спрятанный за креслом.

– Я записал твой разговор с моей дочерью. Ты шантажировал ее. А теперь я могу шантажировать тебя. Эта маленькая кассета заинтересует мистера Дори. Вряд ли эта запись понравится ему. У меня сложилось впечатление, что, попади кассета в его руки, он превратит твою жизнь в ад.

Гирланд засмеялся так искренне, что полный человек тоже не удержался от смеха; Карлота же смотрела на мужчин, нахмурившись.

– Хватит дурачиться, – резким тоном произнесла она, – пора поговорить о деле.

Гирланд пропустил ее слова мимо ушей.

– Один ноль в твою пользу, – сказал он полному человеку. – Твоя фамилия Ольсен? Верно?

– Меня зовут Эрик Ольсен.

Гирланд вытащил из кармана пачку сигарет.

– Я теряюсь в догадках. Может, ты мне кое-что растолкуешь?

– Ты согласен, что из-за этой записи у тебя могут быть проблемы?

– Конечно. Но и тебе она ничем не поможет. Чего ты добиваешься?

– Мои дочери и я, – сказал Ольсен, – мы похожи на тебя, Гирланд. Мы авантюристы. Мы искали большую добычу. Мы проявили терпение и сейчас близки к цели. Эрика, она на год старше Карлоты, работала секретаршей и получала маленькую зарплату. Она отправилась со своим шефом по делам в Китай. Там она познакомилась с Фенг Хо Кунгом и приняла его предложение. Это был удар для нас с Карлотой. Мы переживали, что наше трио распалось. Однако Эрика не забыла нас. Через несколько месяцев она решила, что такая жизнь не для нее. Оказалось, что покинуть Китай очень непросто. Но Эрике повезло: она встретила молодого китайца, который согласился ей помочь. Он вывез ее из страны. Карлота тогда находилась в Стокгольме. – Ольсен улыбнулся Гирланду, сверкнув белыми зубами. – Я был в Париже. У меня возникли некоторые недоразумения со шведской полицией, и я счел за благо пожить в Париже. – Он пожал плечами. – Ты знаешь, как это бывает. Карлота получила телеграмму от сестры с просьбой немедленно прилететь в Гонконг. Якобы Карлота не пожалеет об этом путешествии. Она посоветовалась со мной, и я рекомендовал ей отправиться туда. Эрика узнала, что Кунг – гнусный старик; желая как-то компенсировать полученные унижения, она, покидая Кунга, прихватила из коллекции китайца знаменитую жемчужину «Черная Виноградина». – Снова сверкнули белые зубы. – Кунг тотчас узнал о бегстве Эрики; он предупредил своих агентов в Гонконге. Эрика оказалась в ловушке, ей пришлось прятаться. Они с Карлотой придумали план, согласно которому Карлоте предстояло выдавать себя за Эрику, чтобы сбить агентов со следа сестры. Это была смелая затея. Молодой друг Эрики нашел специалиста по татуировке, тот наколол Карлоте хорошо известные инициалы Кунга. Карлота вернулась в Париж. Эрика дала ей китайское средство, которое временно отключает память. Это было необходимо. При допросе Карлота могла не выдержать и подвести нас. Так случилось, что вместо Карлоты погибла медсестра. К счастью для нас, ты догадался сообщить прессе, что умерла Эрика. Теперь охота за ней прекратилась, но есть другие проблемы. Нам нужна твоя помощь, Гирланд. Ты согласишься отправиться в Гонконг и привезти сюда жемчуг?

Гирланд уставился на него:

– А почему бы тебе самому не съездить?

Ольсен улыбнулся:

– Мое положение весьма непростое. Здесь я в безопасности, но на британской территории у меня могут возникнуть осложнения. С моей стороны было бы неразумным уезжать отсюда.

– Давай начистоту. Ты хочешь, чтобы я поехал в Гонконг, забрал жемчуг, доставил его сюда и продал с помощью Жака за три миллиона долларов? Верно?

– Ты также привезешь Эрику. Она не отдаст жемчуг незнакомцу, Гирланд.

– Почему она не вернется самостоятельно? Теперь ведь все улеглось, верно?

– Нет. Она не может раздобыть фальшивый паспорт. Есть информация, что двое полицейских в аэропорту – агенты Кунга. Думаю, ты с твоими связями достанешь поддельный паспорт для Эрики.

– Она похожа на тебя? – спросил Гирланд Карлоту.

– Да, очень.

– Дори вручил мне паспорт и свидетельство о браке, на случай если бы у тебя возникли сомнения, что я твой муж. Оба документа по-прежнему у меня. Эрика может путешествовать по этому паспорту.

Ольсен просиял:

– Видишь, Гирланд, мы не ошиблись в тебе, понадеявшись на твою помощь.

– Но нужны деньги, – сказал Гирланд, подумав. – У тебя есть?

Ольсен покачал головой:

– Деньги редко задерживаются в моих руках, но, сдается мне, твоего друга мистера Жака Ю можно уговорить профинансировать эту поездку.

Гирланд засмеялся:

– Ты действительно ловкач. Да, думаю, если ему пообещать долю от продажи жемчужины, он даст наличные. Я поговорю с ним.

– Теперь надо решить вопрос насчет Карлоты, – сказал Ольсен. – Полагаю, французские власти не выпустят ее из страны, пока не убедятся в том, что она не имеет отношения к Кунгу. Карлота должна вернуться в Стокгольм. Там ее ждут неотложные дела. Вы поможете ей уехать, мистер Гирланд?

– Да, конечно.

Гирланд повернулся к Карлоте:

– Тебе придется встретиться с Дори. Он, возможно, задержит тебя на несколько дней для допроса, но, если мы сочиним убедительную версию, к концу недели ты будешь свободна.

– Ну, тогда…

Ольсен отошел от стены:

– Наше свидание, мистер Гирланд, оказалось весьма полезным. Чем скорее вернется Эрика, тем лучше. Что ты предпримешь прежде всего?

– Схожу к Жаку и попрошу денег. Завтра утром мы с Карлотой полетим в Париж. Я поговорю с Дори, оставлю Карлоту у него и помчусь в Гонконг. Где я смогу найти Эрику?

– Карлота даст тебе ее координаты.

Гирланд обворожительно улыбнулся:

– Теперь, когда мы стали партнерами, Ольсен, отдай мне пленку.

Он поднялся, но тут же замер, поскольку Ольсен навел на него дуло револьвера. Сверкнув зубами, Ольсен сказал:

– Извини, Гирланд, но я на всякий случай оставлю пленку у себя. Ты слишком большой авантюрист, чтобы я мог тебе полностью доверять. И хотя тебе будет сложно похитить жемчуг у Эрики, нельзя это исключать; как я знаю, ты способен на многое. А кассета – залог того, что я получу деньги. Если ты попытаешься обмануть меня, я отправлю пленку Дори, а ее копию – журналистам. Никто не сможет разбогатеть с помощью этой жемчужины, кроме семьи Ольсен.

Гирланд усмехнулся:

– Ну что ж… – Он посмотрел на Карлоту, которая наблюдала за ним. – Твой отец заслуживает успеха, верно?

– Пока он его не добился, – сказала Карлота. – Но он еще борется.

– Извини, что не подаю руки, Гирланд, – сказал Ольсен, помахав револьвером. – Жду твоего звонка. Карлота сообщит тебе номер моего телефона.

Он прошел мимо Гирланда с магнитофоном в одной руке и револьвером в другой.

– До встречи, – сказал Гирланд.

Дверь спальни закрылась, затем хлопнула входная дверь; Гирланд посмотрел на Карлоту, насмешливо улыбаясь:

– Славная у вас семейка. С нетерпением жду встречи с Эрикой.

– Она хуже меня, – сказала Карлота. – Более хорошенькая, но без моего обаяния.

– Жаль. – Гирланд взглянул на часы. – Не знаю, застану ли я Жака. Уже поздно, но он мог задержаться в лавке. Похоже, мне суждено потратить жизнь на добывание денег.

Он подошел к двери и уже открыл ее.

– Ты ничего не забыл? – спросила Карлота.

Он повернулся и посмотрел на нее, подняв брови:

– Что именно?

– Мне кажется, мы собирались лучше узнать друг друга.

Гирланд рассмеялся:

– Должно быть, я старею. – Он закрыл дверь. – Ты права, я могу поговорить с Жаком и завтра утром.

Глядя на него своими манящими фиолетово-синими глазами, Карлота медленно расстегнула платье.


Мавис Пол, новая секретарша Дори, темноволосая, прекрасно сложенная и уверенная в себе девушка, поднялась до своей нынешней должности, начав с машбюро. Толковая, хорошенькая и добросовестная Мавис обладала твердым характером. Она сухо посмотрела на вошедшего в офис Гирланда. Этот небрежно одетый мужчина в спортивной рубашке с расстегнутым воротничком и в полинявших джинсах оскорблял ее патриотические чувства. Американцы не должны так одеваться, приезжая в Париж, подумала она, неприязненно уставясь на Гирланда.

– Что вы хотите? – выпалила она.

– Спасибо, не считая легкого похмелья, у меня все хорошо, – сказал Гирланд. Он положил свои крупные загорелые руки на стол и подался вперед, улыбаясь. – Ты, должно быть, тут новенькая. Тебе не бывает одиноко, крошка? Я забочусь обо всех одиноких цыпочках в Париже.

Мавис оцепенела.

– Как…

– …вы смеете так со мной разговаривать, – перебил ее Гирланд. – Извини. Ты такая красивая, а в глазах у тебя одиночество. Как поживает старый хрыч? Он занят?

Мавис обвела комнату беспомощным взглядом, но, поскольку защитить ее от этого улыбающегося человека было некому, ей ничего не оставалось, как признать, что улыбка у него действительно очаровательная.

– Мистер Дори сейчас занят, – выговорила она.

Ее охватил ужас, когда Гирланд, протянув руку через стол, нажал клавишу переговорного устройства, соединенного с кабинетом Дори, и громким, зловещим голосом произнес:

– Русские выбросили десант. Советую немедленно сдаваться.

Она окаменела. Затем из селектора донесся сухой голос Дори:

– Это ты, Гирланд? Заходи.

– Видишь, как просто? – сказал Гирланд, снова нажимая клавишу. Он подался вперед и чмокнул Мавис в щеку. – Давай как-нибудь встретимся, крошка.

Получив пощечину, он не дрогнул, а выпрямился, коснулся рукой щеки и поморщился:

– О! Ты способна свалить с ног Кассиуса Клея. Славный удар, лапуля.

– Убирайтесь отсюда, пока я не запустила в вас пишущей машинкой! – выпалила Мавис.

– Тебе никто не говорил, что, когда ты бываешь в ярости, из твоих глаз сыпятся искры? – спросил Гирланд, отходя от стола. – Они похожи на маленькие блестящие звездочки. Самое эффектное зрелище, какое я когда-либо видел. – Он послал ей воздушный поцелуй. – Пока. Не скучай без меня. Мы еще увидимся.

Гирланд зашел в кабинет Дори.

– Что случилось? Почему ты в Париже? Только не говори мне, что ты ее снова потерял!

– О нет. – Гирланд сел и взял из пачки, лежавшей на столе, дорогую сигарету. – Вовсе нет.

– Что у тебя с лицом? – спросил Дори, глядя на пылающую щеку Гирланда.

– Стал жертвой стихийного бедствия, – с усмешкой пояснил Гирланд. – У меня опасная профессия.

– Ты приставал к моей секретарше? – нахмурившись, спросил Дори.

– Нет… это она приставала ко мне. – Закурив сигарету, Гирланд продолжил: – Дори, случилось худшее. Мы попали впросак.

Дори замер:

– Что это значит?

– То, что я сказал. – Гирланд устроился поудобнее. – К нашему объекту вернулась память, и оказалось, что это не Эрика Ольсен, а Карлота Ольсен, ее сестра. Как тебе это нравится? По ее словам, она послужила приманкой, чтобы помочь скрыться Эрике Ольсен. Карлота говорит, что Кунг надоел Эрике и она сбежала от него. Эрике удалось добраться до Гонконга. Разъяренные агенты Кунга неслись за ней по пятам. Эрике пришлось прятаться. Она уговорила сестру прилететь в Гонконг и сыграть роль Эрики Ольсен. Татуировщик подделал инициалы Кунга на ягодице Карлоты, и она вернулась в Париж, приняв вещество, которое вызывает потерю памяти. Далее ее подсунули французской полиции и ЦРУ. Пока китайцы пытались убить Карлоту, а русские похитить ее, Эрика выбралась из Гонконга и исчезла. Никто не знает, где она сейчас. Такая вот печальная история.

Дори откинулся на спинку кресла и поджал губы:

– Где эта женщина?

– Карлота ждет в коридоре. Я сказал ей, что ты захочешь поговорить с ней. Она готова к сотрудничеству. Она хотела помочь сестре и понятия не имела о том, что тут замешана политика. Она просто дала Эрике время скрыться от Кунга. – Гирланд покачал головой. – Смелый поступок для девушки.

– Я поговорю с ней, – мрачно произнес Дори.

– Я ее приглашу. – Гирланд поднялся на ноги. – Я, пожалуй, могу быть свободен, да? Сожалею, что твои надежды не оправдались. Я сделал все, что ты хотел… – Он улыбнулся Дори. – Позволь напомнить, ты должен мне десять тысяч франков… верно?

– Нет! – выпалил Дори. – Я дал тебе двадцать тысяч франков. Это ты должен мне десять тысяч, и я их получу!

Гирланд посмотрел на Дори с печалью в глазах:

– Ты не представляешь, сколько я заплатил за квартиру в Монте-Карло. А стоимость билетов? Карлота немного нервничала, и я решил лететь первым классом. Я представлю отчет. Ты сам убедишься, что это ты должен мне, а не я тебе. Поболтай пока с Карлотой. – Гирланд широко улыбнулся. – Она тебе понравится… славная девушка.

– Верни мне паспорт, Гирланд.

Марк недоумевающе уставился на Дори:

– Какой паспорт?

– Поддельный.

– Ах, конечно. – Гирланд хлопнул себя ладонью по лбу. – Я стал таким забывчивым. Оставил его в правом верхнем ящике стола у тебя на вилле. Извини… я должен был привезти его… совсем вылетело из головы.

– Ничего. Я попрошу Диалло выслать его мне. – Дори пристально посмотрел на Гирланда. – Мне кажется, ты что-то затеваешь. Что именно?

– Хочу устроить себе каникулы. Я скопил немного денег и заслужил небольшой отдых.

Дори не так-то просто было обмануть.

– Послушай, Гирланд, если я узнаю, что ты меня провел, я сочту делом чести расквитаться с тобой; поверь, я сумею отплатить тебе.

Гирланд обиженно посмотрел на Дори:

– Это не очень-то по-дружески. Я не виноват, Дори, в том, что тебя надули… При чем тут я?

– Помни мои слова. Вряд ли я еще найму тебя. Обращаясь к тебе, я всякий раз терплю крах, а ты остаешься в выигрыше.

– Чистая случайность, – сказал Гирланд, шагнув к двери. – Я еще тебе пригожусь, дорогой Дори. Если я могу иметь дело с тобой, то и тебе хватит терпения иметь дело со мной. До свидания.

Гирланд вышел из кабинета.

Мавис Пол печатала на машинке, тарахтевшей, как скорострельный пулемет. Когда Гирланд остановился у ее стола, она не подняла глаз и не прекратила работать. Гирланд посмотрел на маленькую табличку с именем и фамилией секретарши, стоящую на столе. Взял листок бумаги и карандаш и записал ее имя.

– Красивое имя… красивая девушка, – пробормотал он.

Гирланд сунул листок в карман рубашки и вышел в коридор, где его ждала Карлота.

– Заходи, – сказал он. – Дори будет долго говорить, почву я подготовил. Я отчаливаю. Скоро увидимся.

Они улыбнулись друг другу, и Гирланд направился к своему «Фиату-600».


На следующее утро Гирланд приехал в аэропорт Орли, чтобы улететь девятичасовым рейсом через Рим в Гонконг. Он захватил с собой легкий чемодан; на Гирланде был поношенный, слегка помятый летний голубой костюм. Он отдал чемодан пожилому носильщику и проследовал за ним к регистрационной стойке «Эйр Франс». Носильщик получил чаевые, администратор сообщил Гирланду, что он летит рейсом номер 632 и что в Риме возможна небольшая задержка.

Носильщик Жан Редун, услышав слова администратора, тотчас поспешил к ближайшей телефонной будке. Он узнал Гирланда по фотографии: советское посольство интересовалось этим человеком. Редун связался с Ковским.

После этого разговора Ковский нахмурился. Попавшего в опалу Маликова отправили в Рим следить за английским агентом, который собирался бежать в СССР.

«Почему Гирланд летит в Гонконг? – спросил себя Ковский. – Женщина мертва. В этом сомнений нет. Тогда почему Гонконг?»

Ковский колебался всего несколько секунд. Он взял трубку и позвонил в Рим.


…Гирланд обожал комфорт за чужой счет. Он решил лететь первым классом. Ему не без труда удалось получить аванс от Жака Ю. Тот не мог уразуметь, чем плох туристический класс, но в конце концов Гирланд настоял на своем.

Гирланд путешествовал в свое удовольствие. Салон первого класса в самолете был полупустым, и стюардесса, хорошенькая девушка с живой улыбкой и кокетливыми глазами, не ставила Гирланду в упрек его поношенный костюм. Что, если это эксцентричный миллионер, подумала она, отметив его пленительную улыбку. Она постоянно угощала его икрой, шампанским и легкой закуской.

В Риме Гирланд вышел из самолета и проглотил две двойные порции шотландского виски в баре аэропорта. Купив последний детектив Хэдли Чейза в мягкой обложке, он вернулся на борт лайнера.

За три минуты до отлета задыхающийся Маликов вбежал по трапу в салон туристического класса. Застегнув ремень безопасности, он похвалил себя за быструю езду и поздравил с удачей – в самолете оказались свободные места.

Ковский очень нервничал. Маликов ни в коем случае не должен был потерять Гирланда: наверняка Эрика Ольсен перед смертью сообщила ему что-то важное. В этом Ковский был уверен. Советские спецслужбы хотели получить эту информацию. Маликову был дан приказ раздобыть ее любой ценой. КГБ поднял на ноги своих агентов в Гонконге. Они поступали в распоряжение Маликова, который получил шанс реабилитироваться за свой прокол с Эрикой Ольсен.

Маликов, слушая тираду шефа, усмехался про себя, однако проявил необычайную прыть и с трехминутным запасом успел попасть на самолет.

Пока он и Гирланд неслись сквозь пространство в Гонконг, Етсен составлял в китайском посольстве шифрограмму для Пекина. Етсен был доволен собой. Правда, он лишился трех способных агентов, но это были восполнимые потери. Самое главное – он выполнил инструкции. Женщина убита.

В его послании также фигурировал словесный портрет Гирланда. «Этот человек, – писал он, – представляет опасность и должен быть включен в нашу картотеку. Фотографии и описание методов его работы высылаю с диппочтой».

Шифровка достигла Пекина за восемнадцать часов до прибытия Гирланда в Гонконг. Китайские агенты, работающие во всех аэропортах Азии, уже располагали его словесным портретом. И хотя китайцы не ждали там Гирланда, они работали тщательно и старались предусмотреть все.

Гирланд, сам того не ведая, угодил в осиное гнездо. Мало того что он летел на одном самолете с Маликовым, так еще таможенник аэропорта Кай Так имел его словесный портрет.

Поглощая превосходного цыпленка и запивая его весьма неплохим бордо, Гирланд пребывал в безмятежном расположении духа. Он приближался к сокровищу, зарытому там, где радуга касается земли.


Гирланд хорошо ориентировался в Гонконге.

«Это мой четвертый приезд сюда», – подумал он, выходя из здания аэропорта на тротуар, залитый слепящим солнечным светом. Однажды он встретил здесь богатую наследницу из Штатов, совершавшую кругосветное путешествие. Она пожелала, чтобы он стал ее телохранителем. Поскольку тело наследницы было прекрасным, Гирланд согласился его охранять. Они провели в Гонконге четыре восхитительных, насыщенных сексом недели. Позже он по заданию ЦРУ принимал участие в операции по разрыву опиумного кольца, центр которого находился в Гонконге. Гирланд и резидент ЦРУ Харри Кертис провели несколько дней на борту полицейского катера. Гирланд познакомился с множеством островов Южно-Китайского моря.

Меньше всего на свете Гирланд хотел столкнуться сейчас с Кертисом. Зная, что резидент ЦРУ имел привычку встречать самолеты из Европы, Гирланд высматривал в толпе плотную фигуру Кертиса. Он был так поглощен поисками американца, что не заметил Маликова, шедшего за ним следом.

Китайский таможенник изучил паспорт Гирланда и пристально посмотрел на владельца. Вернув паспорт, он отдал честь и пропустил Гирланда через вертушку. Когда Гирланд направился к веренице такси, таможенник указал на него пальцем толстому китайцу в поношенном костюме; тайный агент проследовал за Гирландом.

Все это не ускользнуло от цепкого взгляда Маликова, который заметил сигнал таможенника и толстого китайца, направившегося за Гирландом. Маликов осмотрелся.

Бранский, советский резидент, невысокий, коренастый человек с редеющими волосами песочного цвета и веснушками на лице, вынырнул из толпы и пожал руку Маликова. Бранский доложил:

– Все в порядке. О нем позаботятся. Я поручил следить за ним трем агентам. Едем в отель. Как только они установят, куда он отправился, нам немедленно сообщат.

Маликов кивнул, и мужчины зашагали к ожидавшей их машине.

Гирланд велел таксисту отвезти его к парому. Он расслабился. Машина везла его по набережной, заполненной многочисленными кули, которые несли на бамбуковых шестах неподъемные грузы, а также рикшами, грузовиками, большими американскими автомобилями с раскормленными богатыми китайцами за рулем. Порой попадались прелестные юные китаянки, разрезы их платьев-чеонгсамов поднимались на четыре дюйма выше колен; скрестив ноги и сложив руки на бедрах, девушки сидели в повозках, которые тянули рикши.

Гирланд любил Гонконг. В этом городе, подумал он, жизнь бьет ключом, здесь с человеком может произойти все что угодно.

Возле парома он расплатился с таксистом. Пройдя через турникет, он поднялся на борт судна.

Два агента Маликова и толстый китаец тоже поднялись на палубу корабля.

Через десять минут Гирланд сошел на берег и поехал в маленькую гостиницу возле набережной Ванчая, где он уже когда-то останавливался.

Гирланд успел заметить слежку: у него был сильно развит инстинкт самосохранения. Он разглядел агентов Маликова на перекрестке, однако не обратил внимания на полного китайца.

Расплачиваясь с таксистом, Гирланд увидел проехавший по набережной автомобиль: в нем сидели двое крепких мужчин, которые смотрели куда-то в сторону. Гирланд усмехнулся. «Надо быть начеку», – сказал он себе. В ту же минуту неподалеку от него оказался китаец, который покупал пачку сигарет у уличного торговца.

Гирланд поднялся по ступенькам гостиничного подъезда. Пожилой китаец с жидкой бородкой встретил его радушной улыбкой. Ван Си уже много лет был хозяином этого отеля; он обладал превосходной памятью на лица.

Поздоровавшись, Гирланд прошел в маленькую чистую комнату с видом на набережную. Он принял душ, надел спортивную рубашку и джинсы, затем спустился к Ван Си.

Владелец отеля был платным агентом ЦРУ, Гирланд доверял ему. Он предупредил Ван Си, что прибыл по важному делу.

– Никто не должен заходить в мою комнату, когда меня там нет, – добавил Гирланд.

Ван Си неоднократно принимал у себя американских агентов: он знал, за что ему платят.

– Хорошо, – сказал он. – Никто к вам не зайдет.

– Мне нужно позвонить.

Ван Си указал на кабину.

Карлота дала Гирланду телефонный номер, по которому ему следовало позвонить по прибытии в Гонконг. Это, как пояснила она, был номер расположенной в горах виллы, где скрывалась Эрика. Гирланд покрутил диск аппарата и стал ждать.

Через несколько секунд в трубке прозвучал мужской голос:

– Кто говорит?

– Друг, прилетевший из Парижа, – произнес Гирланд условную фразу, которую ему сообщила Карлота.

Его собеседник от неожиданности сделал резкий вдох:

– Надеюсь, путешествие было приятным.

Это был ответ на пароль; Марк успокоился.

– Я в отеле «Лотос», это на набережной Ванчая. Мне приехать к вам или ждать вас у себя?

– Лучше приехать сюда, – сказал мужчина. – Ситуация сложная. Сейчас лучше ни о чем не говорить. Я пришлю за вами женщину, которая отведет вас ко мне. Она будет в красном чеонгсаме, с бриллиантом в левом ухе.

– Звучит вдохновляюще, – сказал Гирланд.

В трубке раздались гудки.

Гирланд снова обратился к Ван Си:

– Ко мне придет девушка. За гостиницей наблюдают. Мы должны покинуть отель незаметно.

Ван Си захихикал:

– Нет проблем. Каждые полчаса сюда приходят девушки. Нижние комнаты снимают для любовных свиданий. Тут есть лестница, которая ведет на крышу. Вы подниметесь по ней, пройдете по двум крышам и спуститесь по пожарной лестнице в переулок, который выходит к набережной.

Гирланд вернулся к себе и стал ждать. Он мечтал о кондиционере. Раскаленный воздух с улицы превращал комнату в духовку.

Через час с небольшим в дверь постучали.

Гирланд встал с кровати и открыл дверь. Стройная молодая китаянка в алом чеонгсаме, с бриллиантом, поблескивающем в левом ухе, улыбнулась Марку:

– Вы меня ждали?

Гирланду нравились китайские девушки. Он спал в Гонконге со многими из них. Отличаясь изощренностью в любви, они относились к этому занятию весьма серьезно. Девушка была не просто хорошенькой, она обладала потрясающей фигуркой.

– Кто ты? – спросил он, отступая назад, чтобы девушка могла войти в комнату.

– Меня зовут Тянь Той. Я работаю на набережной. Зарабатываю на хлеб любовью.

– Да? – Гирланд засмеялся: – Мы еще вернемся к этой теме. А сейчас идем.

Они поднялись на крышу отеля, миновали две другие крыши и спустились в переулок по пожарной лестнице.

Агент Маликова, узнав о возможности тайно покинуть гостиницу Ван Си, видел их. Он проторчал на соседней крыше два часа. С помощью портативной рации он известил Маликова о том, что Гирланд и китаянка покидают отель.

Толстый китаец заметил, как Тянь Той зашла в гостиницу. Он знал о вилле, где скрывалась Эрика, и наблюдал за ней уже четыре дня. Он также предупредил по рации своих коллег о том, что Гирланд, возможно, направится на виллу.

Поток машин был плотным; Тянь Той везла Гирланда в «остин-купере» по петляющей горной дороге. Марк постоянно оглядывался назад, проверяя, не следят ли за ними.

– Не волнуйтесь. Женщины там нет, – сказала Тянь Той. – Вы встретитесь с Ханг Яном.

– С ним я говорил по телефону?

– Да.

– Если там ее нет, то где же она?

– Не знаю. – Тянь Той ослепительно улыбнулась.

– Кто ты? Какую роль ты играешь в этом деле?

– Ханг Ян – мой друг. Когда я заболела, он помог мне. Я люблю помогать людям, которые помогают мне.

Наконец автомобиль остановился возле небольшого дома, прилепившегося к скале, откуда открывался красивый вид на Гонконг и далекий Каулун.

– Заходите, – сказала девушка, когда Гирланд вылез из машины. – Когда вы закончите свои дела, мы можем встретиться.

– Где я найду тебя? – спросил Гирланд, наклонившись к окну автомобиля.

– Ван Си знает… спросите у него.

Она помахала рукой, заглянула Гирланду в глаза и, включив заднюю скорость, уехала.

Гирланд уставился на длинную темную дорогу; скоро красные габаритные огни машины исчезли во мраке. Других автомобилей на дороге не было.

Он быстро прошел по тропинке к дому и нажал кнопку звонка. Дверь немедленно открылась.

– Пожалуйста, войдите.

Человек провел Гирланда в тесную душную комнату, освещенную маленькой настольной лампой.

Мужчины посмотрели друг на друга. Глаза Ханг Яна, молодого худощавого китайца, одетого в черный мешковатый пиджак и брюки, лихорадочно блестели; пожимая его руку, Гирланд отметил, что она была сухой и горячей. Гирланд представился.

– Положение сложное, – сказал Ханг Ян. – Они знают, что я здесь. По-моему, они не могут решить, жива она или нет. Иначе меня уже убили бы. У вас есть для нее паспорт? Он ей нужен.

– Да, есть. Где она?

– Я отвезу вас к ней. Она находится на джонке, стоящей на якоре неподалеку от Пак-Кока.

– Как ты оказался здесь? – полюбопытствовал Гирланд.

– Это вилла моего отца. Он сейчас в Америке. Неделю назад я привез сюда Эрику, но здесь она не была в безопасности. Она очень напугана. Джонка принадлежит моему двоюродному брату. Она старая, он ею не пользуется. Эрика решила, что лодка – более надежное убежище. Она там одна. Ей страшно. Мне ее жаль. – Ханг Ян беспомощно развел руками. – Мы любим друг друга. Эрику ищут, и это меня тревожит.

– Я не уверен в том, что за нами нет слежки, – сказал Гирланд. – Когда мы отправимся к ней?

Ханг Ян пожал плечами:

– Они все равно знают, что я здесь. Они рассчитывают на то, что я приведу их к ней. – Китаец подошел к серванту. Открыв его, взял с полки два длинных ножа в кожаных футлярах. – Вы владеете ножом? Это оружие лучше револьвера.

– Да, разумеется, – ответил Гирланд.

Забрав один нож у Ханг Яна, он вытащил его из ножен, осмотрел и одобрительно кивнул. Потом пристегнул ножны к поясному ремню.

– Когда мы едем?

– Отсюда по склону горы к главной дороге идет тропинка, – сказал Ханг Ян. – В гараже друга стоит машина. У абердинской пристани нас ждет моторка.

Мужчины покинули виллу через заднюю дверь; спустя несколько минут Гирланд уже шел по узкой крутой тропинке среди клочьев тумана, поднявшегося снизу и застилавшего глаза.

Он двигался осторожно, следуя за Ханг Яном. Порой он не видел практически ничего; затем пелена немного рассеялась, и внизу замерцали огоньки Гонконга.

Вдруг скатившийся камень ударил Гирланда по ноге; он протянул руку и схватил Ханг Яна за плечо.

– Кто-то идет за нами, – прошептал он. – Иди вперед… я подожду здесь.

Ханг Ян кивнул и продолжил спуск. Гирланд сошел с тропинки и спрятался за кустом; обратившись в слух, он уставился в полутьму.

Вскоре звуки чьих-то крадущихся шагов нарушили тишину. Приглядевшись, он различил маленькую черную фигурку. Гирланд притаился. Мимо него торопливо прошел низкорослый китаец.

Гирланд выбрался на тропинку. Человек находился в десяти ярдах от него. Услышав за спиной шаги Гирланда, китаец повернулся с проворством змеи. Блеснула сталь ножа. Гирланд нырнул под ноги китайцу и крепко схватил его за щиколотки. Оба повалились на землю, вызвав камнепад. Из темноты появился Ханг Ян. Он перехватил руку китайца, сжимавшую нож. Гирланд разжал пальцы и ударил незнакомца кулаком в челюсть. Китаец обмяк. Гирланд не успел остановить Ханг Яна, который всадил нож в тело врага.

– Возможно, он был не один, – проговорил Ханг Ян, тяжело дыша. – Идем!

Он столкнул ногой труп с тропинки и зашагал вперед.

Гирланд последовал за ним.

Без новых приключений они добрались до главной дороги. Ханг Ян перевел Гирланда через нее. Они оказались возле бетонного гаража, стоявшего рядом с типичным китайским домом.

Агент Маликова, чуть не упустив их, заметил выехавший из гаража побитый «фольксваген» с Гирландом и Ханг Яном. Он предупредил по рации Маликова о том, что объект движется в сторону абердинской пристани.

Маликов посмотрел на Бранского и вскочил.

– Идем, – сказал Маликов. – Возможно, он приведет нас прямо к ней.

В это же время Вонг Лоо, толстый китаец, тоже получил сообщение: Гирланд и Ханг Ян приближаются к пристани. Вонг Лоо обрадовался. В районе пристани у него было не менее двадцати надежных людей. Отдав распоряжение, он закурил американскую сигарету. Теперь это дело времени, подумал он, выпуская дым из своих широких ноздрей.

Быстроходная лодка мчалась по восточному проливу острова Ламма. Гирланд обернулся и увидел сотни мерцающих фонариков, зажженных на многочисленных джонках. Интуиция подсказывала ему, что за ним следят. Преследователей не было видно, но ощущение погони не покидало его.

Ханг Ян и Гирланд проплыли мимо джонки, большой коричневый парус которой на мгновение закрыл собой луну. Ночь была душная, море – маслянистым и неспокойным. От портовых кварталов исходило зловоние.

Посмотрев на черную гладь моря, он заметил неподалеку от лодки нечто движущееся. Марк подался вперед, но ничего не увидел. Спустя мгновение Гирланд ясно различил вновь показавшийся плавник акулы, рассекающий водную гладь. Вскоре хищница исчезла. Гирланд вспомнил зловещие треугольники акульих плавников, которые он видел несколько лет назад, патрулируя на полицейском катере пролив, буквально кишевший этими тварями. Он брезгливо поморщился.

Лодка неслась вперед.

Только теперь Гирланд осознал трудность задачи, поставленной перед ним. «Каким образом можно вывезти Эрику из Гонконга в Париж?» – спросил он себя. Когда он собирался ехать в Гонконг, эта проблема казалась простой, но теперь Гирланд понял, что китайцы следят за каждым его шагом. Он вспомнил о Харри Кертисе. Харри ему помог бы, но тогда Дори обо всем узнает, а это чревато новыми неприятностями.

Гирланд подумал о «Черной Виноградине». Сделка сулила ему полмиллиона долларов! Он расслабился, усмехнулся. Ради таких денег он преодолеет любые препятствия. Не нужно строить планы, не выслушав соображения Эрики.

Ханг Ян сказал:

– Мы приближаемся.

Он уменьшил скорость лодки. Гирланд осмотрелся. Напротив Пак-Кока на якоре стояло множество джонок с горящими фонариками.

Через пять минут Ханг Ян подогнал моторку к большой безвесельной джонке, покачивавшейся на воде в полумиле от полуострова Пак-Кок. Он негромко свистнул и пришвартовался, когда на палубе джонки появился человек, одетый во все темное. Гирланд и Ханг Ян перебрались на джонку.

– Все в порядке, – тихо произнес Ханг Ян. – Это друг Карлоты.

Человек в темном направился по ступеням вниз. Гирланду удалось разглядеть высокую женщину в черном одеянии китайской крестьянки – в мешковатой куртке, брюках и широкополой шляпе.

– Эрика Ольсен? – спросил он, уставясь на женщину.

– Да. Спускайтесь. Ханг… подожди наверху.

Гирланд вслед за Эрикой спустился в каюту. Там было ужасно душно и темно. Эрика закрыла дверь, чиркнула спичкой и зажгла маленький масляный светильник.

Сев за стол, она сняла шляпу и тряхнула светлыми волосами.

Гирланд сел напротив Эрики. Они посмотрели друг на друга. Он убедился в сходстве сестер, однако Эрика была красивее. Это бросалось в глаза, несмотря на ее худобу, бледность и явную нервозность.

– Я возьму сигарету? – спросила Эрика. – Мои кончились.

Гирланд придвинул к ней свою пачку. Дрожащими пальцами она взяла сигарету, закурила ее и спросила:

– Удалось достать для меня паспорт?

– Да.

Гирланд протянул ей паспорт. Изучив его, она подняла голову:

– Он подойдет?

– Если нам повезет. – Гирланд тоже закурил. – Есть идеи, как можно выбраться отсюда?

– Если мы попадем в аэропорт, они не посмеют задержать меня там с вами, – сказала Эрика. – Если повезет, меня даже не заметят. У вас есть билет для меня?

– У меня есть два билета без указания даты.

Она изучающе посмотрела на Гирланда:

– Как вы познакомились с Карлотой?

Гирланд вкратце рассказал ей о том, что случилось в Париже. Эрика замерла, услышав о его связи с ЦРУ.

– Только без паники, – с улыбкой сказал Марк. – Я всего лишь внештатный сотрудник. Они не знают, что я сейчас здесь. Я заключил сделку с твоим отцом. Я согласился вывезти тебя отсюда, потому что он обещал мне часть денег, которые мы выручим за жемчужину.

– За жемчужину?

Гирланд кивнул:

– За «Черную Виноградину».

– О боже! – раздраженно воскликнула она. – Неужели вы поверили в эту чепуху?

Гирланд замер; подавшись вперед, он пристально посмотрел на Эрику и произнес:

– Чепуху? Что это значит?

– Почему, по-вашему, я скрываюсь здесь? Потому что украла «Черную Виноградину»?

– Погоди, – сказал Гирланд, стараясь говорить спокойно, хотя его охватили недобрые предчувствия. – Карлота сказала мне, что жемчужина у тебя и поэтому китайцы охотятся за тобой. – Он указал пальцем на Эрику и спросил: – Жемчужина у тебя?

– Конечно нет. – Эрика стряхнула пепел на пол. – Мой дорогой, эту историю я сочинила, чтобы заставить сестру помочь мне. – На ее губах появилась горестная улыбка. – Похоже, плохо вы знаете мою сестру и отца. Эти двое – самые гнусные твари, какие ходят по земле. Их интересуют только деньги. Я значу для них не больше, чем муха, сидящая на стене. Угодив в эту переделку, я пришла в отчаяние. Вы не представляете, что это такое – жить в окружении китайцев и знать, что в любой момент один из них может выйти из толпы и убить тебя. Мне еще повезло, что я сумела попасть сюда. Без помощи Ханг Яна мне не удалось бы это сделать. Затем я обнаружила, что оказалась в западне. У Ханг Яна нет нужных связей. Мне потребовался поддельный паспорт. Достать его для меня могли только два человека – сестра и отец. Но задаром они и палец о палец не ударят. Поэтому я сочинила для них эту историю с «Черной Виноградиной». – Она усмехнулась. – «Черная Виноградина» находится в музее Кунга. Возле стеклянного ящика, где лежит жемчужина, круглосуточно дежурит вооруженная охрана. Украсть жемчужину невозможно. Но я скрыла это от Карлоты. Она заглотила наживку. Я надеялась, что, если она на время прикинется мной и появится в Париже, эти головорезы отвяжутся от меня. Но этого не случилось. Неужели такая женщина, как Карлота, согласилась бы сделать татуировку и рисковать жизнью, если бы я не пообещала ей целое состояние? Другого способа заставить Карлоту помочь у меня не было.

Гирланд откинулся назад. Изучая Эрику, он смял свою сигарету.

– Не исключаю, что сейчас ты просто лжешь, – сказал он почти без надежды. – Возможно, жемчужина у тебя и ты пытаешься лишить меня доли от сделки.

Она посмотрела в его пытливые глаза и покачала головой:

– У меня нет жемчужины… никто не сумел бы ее похитить. Я обманула Карлоту, чтобы с ее помощью выбраться отсюда. Мне жаль, что вы разочарованы, но я все же рассчитываю на ваше содействие. Вы ведь поможете мне, правда?

– Если у тебя нет жемчуга, почему китайцы охотятся за тобой? Почему они хотят тебя убить?

– Потому что мне кое-что известно. Нельзя почти год спать с человеком и ничего не узнать о нем.

– А что тебе о нем известно, Эрика?

Она улыбнулась Гирланду:

– Вывези меня отсюда, и я расскажу. Но не раньше, чем мы окажемся в самолете, летящем из Гонконга.

Гирланд сделал глубокий вдох. Его радужные мечты внезапно превратились в черную тучу. Он был уверен, что станет богатым. Гирланду потребовалось несколько мгновений, чтобы пережить неприятные новости. Примирившись с ситуацией, он пожал плечами. Что ж, она хотя бы располагает какой-то информацией, а это значит, что Дори все-таки был прав, подумал Гирланд. Ох уж этот Дори!

– Ну хорошо, я вывезу тебя, – сказал он. – Ближайший рейс будет завтра в пятнадцать часов. У тебя есть другая одежда?

– Целый чемодан.

– О! Вот как? Мне сказали, что в Гонконге у Карлоты было два чемодана, но в Париже оказался только один. Второй был у тебя?

– Да.

Гирланд на мгновение задумался.

– Поскольку до завтрашнего дня нет рейсов, нам придется ночевать здесь, – сказал он наконец. – Мы можем…

Он не закончил фразу, поскольку Эрика, увидев что-то за его спиной, издала вопль. Потянувшись рукой к ножу, Гирланд обернулся.

– Не двигаться, – сказал Маликов, обводя взглядом каюту; он держал в своей громадной руке револьвер. – Оставайтесь на местах.

Он спустился по ступеням в каюту. Его могучая тень, скользящая по стене, казалась зловещей.

– О господи! – воскликнул Гирланд. – Неужели ты не можешь хоть пять минут не совать нос в мои дела? Я был уверен, что ты в Париже.

Маликов бросил на него злобный взгляд.

– Мне ничего не стоит всадить в тебя пулю, – прорычал он, – так что помалкивай!

Он посмотрел на Эрику Ольсен, прижавшуюся к дальней стене: в ее глазах застыл ужас.

– Не бойтесь меня, мисс Ольсен, – негромко проговорил он. – Считайте меня вашим другом. Я все слышал. Я представляю советское правительство. Нас интересует ваша информация о Кунге. Мы способны обеспечить вам лучшую защиту, нежели американцы. Поверьте, я без труда вывезу вас из Гонконга прямо в Москву. В моем распоряжении мощная моторка и вертолет, он стоит сейчас на одном из островов. В аэропорту нас ждет арендованный самолет. Через час вы будете в безопасном месте.

Гирланд посмотрел на Эрику. Он увидел, что она справилась с испугом и теперь изучала Маликова, вычисляя свои шансы.

– Не верь ни единому его слову, – сказал он. – Только сумасшедший согласится лететь в Москву.

Маликов ударил Гирланда по лицу, и Марк отлетел к стене каюты.

– Я же велел тебе заткнуться! – рявкнул Маликов и снова обратился к Эрике: – Ему нечего вам предложить, мисс Ольсен. Он не в силах вам помочь. Он блефует. Если вы согласитесь полететь с ним регулярным рейсом, вас убьют прежде, чем вы успеете сесть в самолет.

Эрика встала между Маликовым и Гирландом. Она испытующе посмотрела на Маликова, потом перевела взгляд на Гирланда. Она делала свой выбор.

– Чем вы подтвердите, что нас ждет самолет? – спросила она наконец Маликова.

Русский вытащил из брючного кармана кожаный бумажник и бросил его на стол.

– Мы летим в Токио, минуя Китай. Из Токио отправимся в Москву. Если вам нужны доказательства, там есть документы на самолет.

Просмотрев бумаги, Эрика кивнула:

– Хорошо, я лечу с вами. – Она пристально посмотрела на Маликова. – Я рассчитываю на то, что мне хорошо заплатят за информацию.

– Несомненно, крошка, – сказал Гирланд. – Хотя плата будет совсем не такой, какую ты ждешь.

Она не отреагировала на его слова, ее взгляд был прикован к Маликову.

– Мы всегда щедро платим за информацию, – елейным тоном заверил Маликов. – Пожалуйста, поднимитесь на палубу. Мы отплываем немедленно. В лодке нас ждет один из моих людей. Садитесь в нее.

– Одну минуту, – вмешался Гирланд. – Что ты сделал с Ханг Яном? Проломил ему череп?

– Где он? – спросила Эрика. – Он мне помог. Без него я не поеду.

– Он ждет в лодке, – невозмутимо отозвался Маликов. Он указал пальцем на лестницу. – Мы тратим драгоценное время. Пожалуйста, идите.

– У меня есть чемодан.

– Я принесу его. Пожалуйста, идите!

Гирланд сказал:

– Он отправляет тебя наверх, чтобы убить меня без свидетелей.

– Ерунда, – сказал Маликов. – Зачем мне убивать его? Я оставлю его здесь. Поднимайтесь, пожалуйста.

Эрика, отбросив сомнения, взбежала по ступеням на палубу.

Маликов отступил к началу лестницы и замер, поблескивая зелеными глазами.

– Ты мне надоел, Гирланд, – сказал он. – Я предупреждал тебя, что в следующую нашу встречу окончательно разделаюсь с тобой. – Он поднял револьвер. – Когда тебя найдут, мы будем уже в Москве.

Гирланд посмотрел на револьвер и почувствовал, что во рту у него пересохло.

– Не делай того, о чем можешь пожалеть, – сказал он с предательской хрипотцой в голосе. – Ты получил женщину. Ты…

Рев приближающегося с большой скоростью катера заставил Гирланда замолчать. Мужчины смотрели в полутьме друг на друга, прислушиваясь. Затем прозвучал выстрел. Маликов сделал пол-оборота и бросил взгляд на палубу. Гирланд устремился вперед и, ударив Маликова по запястью, выбил револьвер из его руки.

Выругавшись, Маликов повернулся, собираясь расправиться с Гирландом, но тут снова раздались выстрелы. Затем послышалась автоматная очередь, и джонка затрещала под градом пуль.

Маликов нагнулся, чтобы поднять с пола револьвер, но Гирланд отшвырнул оружие ногой в дальний угол каюты. Мужчины уставились друг на друга. Новая очередь тряхнула джонку. Кто-то пронзительно закричал. Потом заревел мотор удаляющейся лодки.

Маликов метнулся на палубу. Гирланд бросился за ним, сжимая в руке длинный нож. Мужчины остановились. Маликов прижал к вискам стиснутые кулаки и грязно выругался.

Эрика Ольсен лежала на палубе. Ее грудь была прошита автоматной очередью. Быстроходный катер исчезал в ночи, направляясь к Гонконгу.

Маликов повернулся, шагнул к Гирланду и, увидев нож, застыл на месте.

– Подходи, товарищ, – тихо сказал Гирланд. – Я с удовольствием перережу тебе глотку.

Маликов обрушил на него поток брани, потом склонился над Эрикой.

– Она мертва, – сказал он, выпрямляясь.

Перегнувшись через борт джонки, Маликов посмотрел на свою лодку. Увидев Бранского, неподвижно склоненного в воду, Маликов понял, что и тот тоже убит.

– Мы должны разделаться с китайцами, Маликов, – сказал Гирланд. – Пока мы воюем друг с другом, они одерживают победы. – Он посмотрел на труп Эрики и поморщился. – Интересно, знала ли она что-нибудь о Кунге? Возможно, она блефовала. Я знаком с ее родственниками… они великие мастера блефа.

Маликов бросил на него испепеляющий взгляд:

– Не попадайся мне впредь. Если мы снова встретимся…

– Можешь пугать китайцев, – раздраженно сказал Гирланд. – Мне надоела твоя болтовня.

Маликов перелез через борт джонки и оказался в моторной лодке. Спихнув тело Бранского в море, он завел движок и, не оглядываясь, умчался в направлении Гонконга.

Гирланд проводил Маликова взглядом, затем перешел к другому борту и убедился в том, что лодка Ханг Яна на месте. Он поискал глазами китайца, но его нигде не было видно. Он бросил взгляд на залитую лунным светом воду и заметил какое-то движение. Длинная черная акула проскользила вдоль борта джонки. Гирланду стало не по себе. Наверное, Маликов, подумал он, ударил Ханг Яна по голове и бросил в море.

Гирланд постоял, размышляя, затем спустился в душную каюту, без труда нашел чемодан Эрики, затем бросил одежду и другие лежавшие в чемодане вещи на пол и тщательно осмотрел их. Гирланд не нашел ничего интересного. Еще надеясь на удачу, он вспорол обшивку чемодана, разобрал его на части, но так и не обнаружил жемчужину.

Эрика могла спрятать ее где-то в каюте, подумал он, но тут же сообразил, что тогда она не согласилась бы покинуть джонку. Теперь оставалось осмотреть только одежду, которая была на женщине.

Он поднялся на палубу и поглядел на тело Эрики. Она лежала в луже крови. Ее залитая лунным светом грудь казалась сплошной раной.

Гирланд ужаснулся. Он не мог заставить себя дотронуться до Эрики.

«Ладно, к черту! – решил он. – Эрика сказала правду. Не нужно обыскивать ее. Вся затея с самого начала была бредовой».

Он перелез в свою лодку, запустил мотор и направился в сторону абердинской пристани. Это была длинная, тягостная поездка в сопровождении акул.

Через час он закрылся в телефонной будке и позвонил в полицию Абердина.

Ему ответил человек, говоривший с шотландским акцентом.

– Совершено убийство, – сказал Гирланд. – На джонке, стоящей на якоре неподалеку от Пак-Кока. Ее легко найти. Она без паруса. Женщина…

– Минуту, – пролаял полицейский. – Кто вы?

– Женщину зовут Эрика Ольсен, – продолжал Гирланд. – Следует уведомить Центральное разведывательное управление. Там ее знают. Женщину убили китайские агенты, исполнявшие приказ Пекина.

– Неужели? – усмехнулся полицейский. – Если вы полагаете, что у меня есть время слушать бред сумасшедшего…

– Заткнитесь и слушайте! – рявкнул Гирланд. – Отправьте кого-нибудь на джонку, если не хотите потерять свою жалкую работу.

Он повесил трубку.

Выйдя из будки, остановил такси и попросил водителя отвезти его в гостиницу «Лотос».

Когда Гирланд расплачивался с шофером, из отеля вышли две болтающие, смеющиеся девушки-китаянки. Они зазывно посмотрели на него, но он их не заметил. Он поднялся к себе, принял душ и растянулся на кровати. Задумался. Его лицо было хмурым. Он винил себя в гибели Эрики. Принятые им меры предосторожности оказались недостаточными. Он сам привел китайцев и Маликова к джонке. Пока Маликов разыгрывал свою сцену, китайцы подплыли к джонке, прикончили его помощника и, заметив на палубе Эрику, убили ее автоматной очередью. Они выполнили свою работу, в то время как Маликов и Гирланд потерпели крах.

Не в силах больше выносить духоту, он надел дешевый летний костюм и спустился вниз. Доехав на такси до пристани, он сел на теплоход, отправлявшийся в Коулун. Потом другое такси доставило Гирланда в отель «Хилтон». Там он попросил гостиничного администратора заказать разговор с Монте-Карло. Придется подождать три часа, ответила девушка. Кивнув, Гирланд прошел в бар. Выпив три сухих мартини, он взбодрился и почувствовал, что голоден. Спустился в гриль-бар, заказал там дыню, сушеный инжир, бифштекс и салат с соусом «Рокфор». Он ел и думал. Перспектива вернуться в Париж к «поляроиду» казалась ему тягостной. У него осталось двадцать тысяч франков и два авиабилета, которые можно сдать. Этих денег хватит, чтобы пожить некоторое время в Гонконге. «Кто знает? – подумал он, повеселев. – Это город великих возможностей: может, я подыщу себе здесь работу по душе».

Выйдя из ресторана, он вернулся в бар. Через час Гирланд стоял в телефонной будке.

Трубку снял Ольсен.

– Ты нашел ее? – услышал Гирланд далекий голос.

– Да, нашел. Плохие вести, Ольсен. – Гирланд произносил слова медленно и четко. Ему не хотелось повторять их. – Она умерла. Китайцы нас опередили.

– «Черная Виноградина» у тебя? – спросил Ольсен.

Гирланд лукаво улыбнулся. Значит, Эрика сказала правду: этого человека интересуют только деньги. Смерть дочери ничего не значит для него.

– Нет. Она не взяла ее у Кунга. Она обманула вас с Карлотой, чтобы вы помогли ей. Она использовала историю с «Черной Виноградиной» в качестве приманки.

Помолчав, Ольсен закричал:

– Ты лжешь! Жемчужина у тебя, ты пытаешься надуть меня.

– Успокойся! Эрика и не прикоснулась к ней. Драгоценность охраняют днем и ночью. Эрика проведала о каких-то секретах Кунга, и китайцы убили ее.

– Неужели ты полагаешь, что я поверю тебе? – взорвался Ольсен. – Ты лжешь! Послушай, жалкий жулик, если ты не отдашь мне жемчужину через три дня, та пленка попадет к Дори, и он узнает, что ты за птица. Ты меня слышишь?

– Нельзя думать только о деньгах, – повысил голос Гирланд. – Ты хоть понял, что твоя дочь мертва?

– Мне нет дела до этой сучки! – завопил Ольсен. – Если через три дня жемчужины не будет у меня, я пошлю пленку Дори.

Ольсен бросил трубку.

Гирланд увидел в маленьком зеркале над телефоном свое отражение. Он скорчил гримасу, покачал головой. Сейчас, подумал он, Ольсен не блефует.

Гирланд пожал плечами и вернулся в бар. Заказал двойную порцию виски со льдом. Посмотрел через большое окно на оживленную набережную.

«Ну и влип же я, – подумал он. – Если пленка попадет в руки Дори, он натравит на меня свою свору. Надо подождать, пока все уляжется… если это вообще возможно».

Он заплатил за спиртное и принялся потягивать его, расслабившись в кресле. Может, имеет смысл сохранить один из билетов? Рано или поздно захочется вернуться в Париж. Номер в гостинице «Лотос» стоил очень дешево. Ему хватит денег на пару месяцев. Гирланд почувствовал, что успокаивается. Он умел не поддаваться унынию в трудные дни. Внезапно Гирланд понял, что уже предвкушает удовольствие от жизни в Гонконге. Ему не хотелось коротать остаток вечера в этом баре наедине со своими мыслями. С бокалом в руке он направился к телефонной будке. Продиктовал телефонистке номер отеля «Лотос». Услышав голос Ван Си, Гирланд сказал:

– Меня интересует девушка, которую зовут Тянь Той. Где я могу найти ее?

– Это мистер Гирланд?

– А кто же еще?

– Да, я ее знаю. Она снимает комнату на Джефф-роуд.

– Это недалеко от вас?

– В сотне ярдов.

– Вы не пошлете кого-нибудь туда? Передайте ей, что я жду ее в «Хилтоне». Вы сделаете это?

– Да, с удовольствием.

– Надеюсь, это я получу удовольствие. Спасибо.

Гирланд вернулся с бокалом в бар. Он считал, что ни один час не должен быть потрачен напрасно. Жизнь и так коротка. Искусство прожить полную жизнь заключается в умении наслаждаться каждой минутой.

Положив ногу на ногу, он стал ждать Тянь Той.


Глава седьмая | Выгодная сделка |







Loading...