home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



15

Мейсон ходил из угла в угол своего кабинета.

— Черт побери, Пол, с этим делом что-то не так, — обратился он к сыщику, сидевшему в кресле для клиентов. — Кто-то снял со счета в банке десять тысяч долларов. Ровную сумму — десять тысяч. Они предназначались шантажисту. Снять такую сумму и не оставить следов просто невозможно.

— Но деньги раздобыли и следов не осталось, — возразил Пол Дрейк. — Я исследовал все возможности.

— Я сижу на верхушке вулкана. Десять тысяч долларов лежат в моем сейфе, — продолжал Мейсон. — Вероятно, эти деньги являются доказательством. С ними нужно что-то делать. Я не собираюсь предавать клиента, но я также не хочу, чтобы меня обвинили в сокрытии улик. Я думаю связаться с полицией и сообщить им, что я нашел эти деньги. Если полиция выяснит, что десять тысяч долларов находятся у меня до того, как я поставлю власти об этом в известность, я окажусь в крайне неприятном положении. Я иду по тонкому льду, оставляя деньги у себя.

— Тогда почему ты до сих пор не позвонил в полицию?

— Я не намерен предавать клиента, Пол. Я обязан выяснить, откуда появилась эти деньги перед тем, как что-то предпринимать. Твои ребята раскопали, чем занималась Вера Мартель в последнюю неделю перед смертью?

Дрейк кивнул.

— Я уже потратил кучу денег на расследование, — сказал он. — Практически никто ничего не знает. Она работала по нескольким делам. Отсутствовала у себя в конторе два дня, но это было за десять дней до смерти.

— Куда она ездила? — заинтересовался Мейсон.

— Понятия не имею, — признался Дрейк. — Мы не смогли выяснить.

— Выясните, — приказал Мейсон. — У нее в сумочке нашли кредитку на приобретение авиабилетов и пару кредиток на бензин. Дай задания своим людям. Где использовались кредитки на бензин? Куда она летала? Прямо сейчас принимайся за дело.

— Она уезжала за десять дней до тринадцатого, — запротестовал Дрейк.

— Черт побери, плевать мне, когда это было, — взорвался Мейсон. — В деле чего-то не хватает, и я хочу до этого докопаться раньше полиции. Представь, в каком я окажусь положении, если полиция…

Зазвонил телефон.

Делла Стрит сняла трубку.

— Звонит Мьюриель, шеф, — сообщила секретарша. — Она плачет и очень расстроена.

— Не вешай трубку у себя на столе, Делла, — велел Мейсон.

Мьюриель оказалась настолько расстроена, что ее было сложно понять. Она постоянно всхлипывала.

— Мистер Мейсон, я… я вас предала. Я — предательница.

— Постарайтесь выразить все, как можно более четко и сжато, — попросил Мейсон. — У нас мало времени. Что вы сделали?

— Полиция… применила ко мне то, что называется «третьей степенью»[2]. Они отвезли меня в окружную прокуратуру и чуть ли не пытали. Они угрожали мне и… и я им все рассказала.

— О деньгах? — уточнил Мейсон.

— О деньгах, — подтвердила девушка.

— Что вы о них рассказали?

— Все.

— Что еще?

— Я открыла им все, что мне известно.

— Об исчезновении вашего отца?

— Да.

— О том, как вы звонили мне?

— Все, мистер Мейсон… Я не понимаю, почему я это сделала… Они давили на меня. Это было, словно удары молотка по голове — бум, бум, бум. Постоянные, не прекращающиеся…

— Когда это произошло?

— Сразу после того, как закончилось слушание в суде. Меня забрали и отвезли в окружную прокуратуру.

— Почему вы не отказались ехать с ними?

— Мне не представилось возможности. С одной стороны ко мне подошла женщина-полицейский, с другой — мужчина. Они сказали: «Пройдите сюда, пожалуйста. С вами хочет поговорить окружной прокурор». И так я оказалась у них… Они точно знали, какие методы использовать, а я им все выболтала.

— Вы сейчас находитесь под стражей или вас отпустили? — уточнил Мейсон.

— Отпустили, но вручили повестку о явке в суд. Мне завтра придется давать показания, мистер Мейсон. Я ДОЛЖНА ВЫСТУПИТЬ СВИДЕТЕЛЬНИЦЕЙ ПРОТИВ ПАПЫ! О, мистер Мейсон, все ужасно! Я не представляю, что делать!

— Не отчаивайтесь, — попытался успокоить ее Мейсон. — Пусть у вас не появляются идеи прыгнуть с моста в реку или принять горсть снотворного. Да, вам вручили повестку. Да, вам придется давать показания. Вы это сделаете. Прекратите беспокоиться. Примите пару таблеток аспирина и расслабьтесь.

— Но я так вас подвела!

— Все в порядке. Я разберусь с этим делом, — ответил Мейсон. Он повесил трубку и повернулся к Полу Дрейку: — Так, кота выпустили из мешка. Наверное, теперь в любую минуту можно ждать…

Мейсон замолчал, увидев открывающуюся дверь в кабинет. Из приемной появился Трэгг в сопровождении человека в штатском.

— Добрый вечер, — поздоровался лейтенант. — Я попал на совещание?

— Было бы очень мило с вашей стороны, мистер Трэгг, если бы вы не врывались без предупреждения, — заметил Мейсон.

Трэгг улыбнулся и покачал головой.

— Я уже тысячу раз говорил вам, Мейсон, что это не нравится налогоплательщикам.

— А что за срочное дело привело вас ко мне на этот раз? — поинтересовался адвокат.

Трэгг опять расплылся в улыбке.

— Окружной прокурор хочет, чтобы вы выступили свидетелем, Мейсон.

— Я — свидетелем? — удивился адвокат.

— Все правильно. Повестка дуцес тэкум[3], Мейсон. Вы обязаны явиться завтра во Дворец правосудия к десяти часам утра и прихватить с собой десять тысяч долларов наличными, а также все другие деньги и предметы, забранные вами из мастерской Картера Джилмана по адресу Вауксман авеню, шестьдесят два тридцать один, тринадцатого числа текущего месяца или в последующие дни. Я уже предупреждал вас, Перри, чтобы вы не вмешивались во что не следует. Если бы вы просто открыли рот и сообщили полиции, что нашли на полу в мастерской десять тысяч долларов, это значительно бы все упростило. Но нет, вы всегда все знаете лучше всех. Мне очень жаль, но теперь вам придется выступить свидетелем со стороны обвинения и, боюсь, Гамильтону Бергеру не особо понравится, что вы скрыли улики. — Лейтенант Трэгг повернулся к мужчине в штатском и сделал жест рукой в сторону адвоката: — Это Перри Мейсон, — сказал Трэгг. — Я его идентифицирую.

Мужчина сделал шаг вперед и объявил:

— Вам вручается повестка дуцес тэкум, мистер Мейсон. Вот оригинал. Вот ваш экземпляр. Вы должны быть в суде завтра в десять утра и принести с собой то, что перечислено в документе.

— Это все, — поклонился Трэгг. — Проявляйте осторожность, Мейсон, когда станете проводить перекрестный допрос самого себя — не стоит быть слишком суровым. Кстати, вы теперь — главный свидетель Гамильтона Бергера. Даже не могу вам описать, с каким нетерпением он ожидает завтрашнего утра.

Мейсон взял повестку в руки. Лейтенант Трэгг направился к двери, открыл ее, пропустил вперед себя мужчину в штатском, повернулся, и внезапно прекратил улыбаться.

— Если бы я сказал вам, Перри, что мне очень жаль, то я оказывал бы содействие противнику — и симпатизировал бы ему. За подобное я могу получить дисциплинарное взыскание или выговор. Поэтому я не говорю вам, что мне жаль. Я не стану говорить вам, что мне очень жаль.

— Спасибо, лейтенант, — поблагодарил Мейсон.

— Не за что, — буркнул Трэгг себе под нос и закрыл дверь.

— Итак, ты любишь ходить по тонкому льду, — мрачно заметил Пол Дрейк. — И вот теперь ты попал в ловушку. Как ты намерен выбираться? Ты на самом деле скрываешь улики?

— Совсем необязательно. Откуда я могу знать, что это улики? Мне об этом никто не сообщал. Мне требуется доказать, что права на эти деньги принадлежат моему клиенту, Картеру Джилману, а, следовательно, и я имею полное право держать их у себя. Я заставил Картера Джилмана подписать документ о передаче мне всех прав, титула собственности и долей, если таковые имеются, в содержимом мастерской. Я потребовал эту бумагу, как часть гонорара. Содержимое мастерской включает все, что в ней находилось тринадцатого числа.

— Значит, тебе придется доказать, что деньги принадлежали ему, — решил Дрейк. — Он…

Зазвонил телефон.

Делла Стрит сняла трубку.

— Да?… Да… Тебя, Пол.

— Алло! — сказал сыщик. — Да… Что?!. Боже праведный!

Услышав тон, каким Пол Дрейк разговаривал по телефону, Делла Стрит сразу же поняла, что что-то не так и пододвинула стул детективу. Дрейк рухнул на него, словно у него подкосились ноги.

— Ты уверен?.. Минутку… Не может быть. О, Господи!.. Да, это все решает… Хорошо. Да, кстати, у Веры Мартель в сумочке нашли кредитную карточку на приобретение авиабилетов, а также две кредитки на бензин. Выясни, когда и где они использовались в последний раз. Немедленно принимайся за дело. Отчет нужен как можно скорее… Я пока сижу в конторе у мистера Мейсона. Перезвони мне сюда. — Дрейк повернулся к адвокату: — Мне страшно неприятно сообщать тебе эту новость, Перри…

— Что случилось, Пол?

— Деньги, — сказал Дрейк. — Мои оперативники сейчас находятся в Лас-Вегасе и проверяют, чем занималась Вера Мартель в последние десять дней жизни. Они только что выяснили, что третьего числа она ходила в свой банк и сняла со счета десять тысяч долларов наличными.

Мейсон застыл на месте. Его лицо стало суровым, как гранит.

— Они не в состоянии доказать, что это те же деньги, — заметил адвокат.

— Ты не прав, Перри, черт побери. У банкира возник вопрос, зачем они ей и почему в стодолларовых купюрах. Он подумал, что, скорее всего, она платит выкуп за кого-то, кого похитили. Банкир не хотел, чтобы у Веры Мартель возникли подозрения, а поэтому не решился слишком долго тянуть время. Однако, он сказал, что ему нужно сходить к сейфам внизу, чтобы набрать необходимое количество стодолларовых банкнот. Он отсутствовал не больше минуты, но за это время записал номера шести купюр, которые потом передал ей.

— Полиции об этом известно? — уточнил Мейсон.

— Пока нет, но, несомненно, они докопаются до этого. Газеты, естественно, расскажут о том, что Гамильтон Бергер вызвал тебя, как свидетеля со стороны обвинения, и что в деле фигурируют какие-то десять тысяч долларов наличными. Банкир прочитает статьи, обратится в правоохранительные органы и передаст им номера купюр. Тогда тебе конец.

Мейсон снова принялся ходить из угла в угол.

Через несколько минут опять зазвонил телефон.

Делла Стрит сняла трубку и кивнула Полу Дрейку.

— Тебя, — сказала она.

— Как я хочу услышать что-нибудь хорошее, — вздохнул сыщик. — А то сегодня, по-моему, мы получаем только плохие новости. — Дрейк взял трубку у Деллы Стрит. — Алло!… Да… Это Пол… Спасибо. — Попрощавшись со звонившим, детектив повернулся к Перри Мейсону. — Черт побери! — воскликнул Дрейк. — Насколько все черно!

— Что теперь? — поинтересовался Мейсон.

— Хартли Эллиотт, — сообщил детектив. — Они его здорово обработали, Перри. Его не поместили в отдельную камеру и не отнеслись к нему, как к джентльмену. Никаких особых условий. Бросили его в огромную камеру с пьяницами, в грязь и смрад. После того, как на него несколько раз блеванули, он решил, что тюрьмы с него достаточно. Он попросил передать окружному прокурору, что хочет на свободу, готов завтра занять место дачи показаний и отвечать на вопросы.

— Они не имели права поступать подобным образом с человеком, осужденным только за неуважение к Суду, — заметил Мейсон.

— Но поступили, и это сработало. Окружной прокурор велел доставить его к себе, и в настоящий момент Хартли Эллиотт дает письменные показания под присягой.

Казалось, что Мейсон не слышал слов детектива. Он развернулся и снова принялся ходить из угла в угол.

Делла Стрит с беспокойством следила за ним.

Дрейк, которому было страшно неловко, потому что он сообщил плохие новости, обратился к адвокату:

— От меня здесь толку мало. Пожалуй, пойду, пока кто-то еще не позвонил с плохими известиями.

Скорее всего, Мейсон опять не услышал произнесенных слов. Он весь углубился в себя.

— Ну, пока, — попрощался Дрейк. — Увидимся позднее.

Детектив вышел из конторы.

Мейсон продолжал ходить взад и вперед по кабинету, слегка наклонив голову вперед.

Делла Стрит, отлично изучившая привычки и настроения своего шефа, тихо сидела за столом и внимательно наблюдала за ним.

Через двадцать минут адвокат внезапно остановился, направился к своему вертящемуся стулу, опустился на него, и стал постукивать по столу кончиками пальцев.

— Ты в состоянии спасти ситуацию? — обратилась к нему Делла Стрит.

— Я продолжу борьбу.

— Насколько серьезно то, что ты не сообщил о найденных десяти тысячах долларов?

— Не знаю. Прецедентов нет. Я предполагал, что эти деньги принадлежали моему клиенту — или Джилману, или его жене, что они предназначались для выплаты шантажисту, а, следовательно, мой клиент мог передать мне право на них.

— А разве они не считались бы уликами, если бы предназначались для шантажиста? — удивилась Делла Стрит.

— Возможно, однако, мне никто не сообщал, для чего они предназначались. Все от них отказывались. Никто не признавался, что снял деньги со счета в банке. Теперь причина очевидна. Снимала Вера Мартель.

— Но для чего предназначались эти десять тысяч долларов? Почему Вера Мартель оставила их там?

— Вот это-то я и пытаюсь выяснить. Открылся новый аспект дела. Шантажист приходит заплатить деньги шантажируемому. Черт знает что такое!

Снова зазвонил телефон.

Делла Стрит сняла трубку и сообщила:

— Пол Дрейк.

— Да, Пол? — обратился к нему Мейсон. — Что на этот раз?

— Объяснений дать не могу, но мы проверили кредитную карточку Веры Мартель на приобретение авиабилетов. Они летала в Реддинг четвертого числа текущего месяца. Отсутствовала два дня.

— У тебя есть надежный человек в Реддинге? — поинтересовался Мейсон.

— Да, отличный парень. Бывший полицейский. Он…

— Прекрасно, — перебил Мейсон. — Свяжись с ним. В таком маленьком городке, как Реддинг, Вера Мартель, несомненно выделялась. Она сошла с самолета. Машины у нее с собой не было. Или ее кто-то встречал, или она отправилась в гостиницу или мотель. Выясни все и перезвони мне. Скажи своему человеку, что у него есть два часа. Нам просто необходима эта информация. Мы с Деллой сейчас сходим поужинать. Ты оставайся на работе. Прикажи парню из Реддинга не терять ни минуты.

Мейсон повесил трубку и задумчиво посмотрел на Деллу Стрит.

— Какого черта Вера Мартель летала в Реддинг четвертого числа и оставалась там два дня?

— Часть загадки, — ответила секретарша. — Ты считаешь, что ее разрешение нужно искать, проверяя передвижения Веры Мартель?

— А где еще? Нам больше некуда обратиться…

— И? — подбодрила Делла Стрит, когда адвокат внезапно замолчал.

— И мы в практически безнадежном положении.

— Но поужинать ты в состоянии?

Мейсон натужно улыбнулся:

— Не уверен, но попробую. Нужны силы, потому что завтра нас ждет серьезная схватка. Наверное, сегодня вечером Гамильтон Бергер наслаждается ужином за нас двоих.

Мейсон с секретаршей закрыли адвокатскую контору. Делла Стрит взяла руку Мейсона и сжала ее, таким образом пытаясь его поддержать и показывая свою преданность и симпатию.

Мейсон похлопал ее по плечу.

— Все в порядке, Делла. Я сам впутался в эту историю и сам должен выбираться.

— Но как все несправедливо! — воскликнула Делла Стрит.

— Если что-то складывается плохо, то все остальное начинает идти наперекосяк. Пошли ужинать.

Они заглянули в свой любимый бар и сели за столик в углу, где было наиболее тусклое освещение, выпили по коктейлю, а потом направились в ресторан и заказали ужин.

Мейсон ел медленно, методично и молча. Делла Стрит практически сразу же поняла, что кусок не лезет ей в горло, и отодвинула от себя тарелку.

Они оба молчали. Делла Стрит крутила в руках стакан с водой, пока Мейсон заканчивал ужин.

Как только адвокат дожевал последний кусок, Делла Стрит встала из-за стола и пошла к телефонной будке.

Она набрала номер «Детективного агентства Дрейка». На другом конце провода послышался несколько удивленный голос сыщика:

— Вроде бы, удача к нам повернулась, однако, я никак не могу разобраться, какой стороной. Позови, пожалуйста, к телефону Перри.

— Минутку.

Делла Стрит побежала к столику, за которым сидел адвокат.

— Пол Дрейк на проводе, — сообщила она. — Говорит, что есть новости, но не в состоянии разобраться, плохие или хорошие.

Мейсон кивнул, отодвинул стул, молча направился к телефонной будке, плотно закрыл за собой дверь и сказал:

— Да, Пол? Что нового?

— Десять минут назад позвонил мой парень из Реддинга с отчетом. Он ждет у телефона дальнейших указаний.

— Отлично. Что он выяснил?

— Вера Мартель прилетела компанией «Пасифик Эйрлайнз». Ее встречала Морин Монро. Морин ждала ее в аэропорту на дорогой машине. Вера села к ней и они отправились в дом Монро.

— Кто такая Морин Монро? — поинтересовался Мейсон.

— Из сливок общества Реддинга. Ее отцу принадлежит несколько тысяч акров леса и несколько лесопилок. Она считается самой симпатичной девушкой в Реддинге.

— Понятно. Чем занималась Вера?

— Как я уже сказал, отправилась в дом Монро. Провела там пару часов, затем Морин отвезла ее в гостиницу. Вера Мартель сняла номер, а потом первым самолетом вернулась на юг.

— Куда именно?

— В Лос-Анджелес.

— А дальше? Она встречалась с кем-либо из известных нам лиц?

— Пока я не выяснил про ее дела в Лос-Анджелесе, однако, по кредитке мы узнали, что на следующий день она вылетела в Лас-Вегас.

— Твой парень может сказать, что точно произошло в Реддинге?

— Нет. Морин Монро сейчас находится или в Сан-Франциско, или в Лос-Анджелесе. Ее отец где-то в Орегоне.

Мейсон подумал с минуту, а потом попросил сыщика:

— Дай мне, пожалуйста, номер телефона, по которому твой парень в Реддинге ждет звонка. Как его зовут?

— Алан Ханкок. Я велел ему сидеть у аппарата. Я могу сам связаться с ним и приказать позвонить в будку, где ты сейчас находишься. Это значительно проще, чем тебе звонить по междугородному.

— Ладно. Попроси его позвонить в ресторан.

Мейсон вернулся к столику.

— Ну что? — спросила Делла Стрит.

Мейсон пересказал ей суть разговора с Полом Дрейком.

— Но, шеф… Боже, все это происходило задолго до убийства. Более того, как ее поездка может вообще быть связана с убийством?

— Мы не знаем ответов, Делла. Не исключено, что связь есть.

— Да, ты прав…

— Когда складываешь картинку из маленьких кусочков, приходится учитывать последовательность. Последовательность событий также важна, как и сами события.

— Я не понимаю, — призналась Делла Стрит. — Какая последовательность?

К их столику подошел официант.

— Вам звонят по междугородному, мистер Мейсон. Мистер Ханкок из Реддинга утверждает, что вы ждете его звонка. Вы будете с ним разговаривать?

— Принесите, пожалуйста, аппарат сюда, — попросил Мейсон.

Официант подключил аппарат к гнезду под столиком и подал трубку адвокату.

— Алло! Перри Мейсон слушает… Да, я жду звонка… Соедините меня с ним, пожалуйста.

Через мгновение на долгом конце провода послышался мужской голос:

— Мистер Мейсон, это говорит оперативник Пола Дрейка из Реддинга. Меня зовут Алан Ханкок. Мистер Дрейк сказал, что вы хотите со мной поговорить.

— Все правильно, — подтвердил Мейсон. — Что представляет из себя семья Монро? Что вам о них известно?

— Глава семейства — ведущий гражданин Реддинга.

— Сколько ему лет?

— Пятьдесят два или пятьдесят три. Очень богат. Лесопромышленник.

— А жена?

— Умерла несколько лет назад.

— Итак, Вера Мартель приезжала в Реддинг. У нее были какие-то дела с мистером Монро. Он послал свою дочь встречать Веру. У вас есть какие-нибудь идеи по поводу того, с чем мог быть связан ее визит?

— Нет, сэр, никаких. Мне известно, что мистер Монро, определенно ждал эту женщину. Он специально приехал из Дунсмуира, отправился прямо домой, оставался там, пока у них находилась мисс Мартель, а потом его дочь доставила мисс Мартель в гостиницу. Мистер Монро уехал на следующее утро.

— Назовите инициалы мистера Монро, — попросил Мейсон.

— Дж. В. — Джордж Вашингтон.

— Сколько лет дочери?

— Около двадцати.

— Симпатичная?

— Просто красавица.

— С ней когда-нибудь возникали какие-нибудь проблемы?

— Если и да, то это никому не известно. Замечательная девушка. Помолвлена. Собирается замуж.

— Когда должна состояться свадьба?

— В следующем месяце.

— Имя жениха?

— Харви К. Кимберли.

— Вам что-нибудь о нем известно?

— Практически ничего. Знаю только, что живет в Нью-Йорке. Сам из Финикса, Аризона, из очень богатой семьи. Несколько яхт и все в таком роде. Но, вроде бы, неплохой парень. Немного старше ее — ему лет двадцать пять.

— Хорошо. Выясните об этой семье все, что только представляется возможным, — распорядился Мейсон. — Наверняка, о них писали газеты, причем немало.

— Господи, да сведения об этой семье постоянно появляются в местной печати.

— Фотографии жениха и невесты были?

— Разумеется.

— А фотографию Дж. В. Монро раздобудете?

— Да.

— Сколько вам на это потребуется времени?

— Недолго.

— Когда вы сможете к нам вылететь?

— Давайте подумаем. Завтра утром есть самолет…

— Таи не пойдет, — перебил Мейсон. — Соберите все фотографии, какие только удается. Все вырезки из газет. Всю информацию. В два или три ночи арендуйте самолет до Сакраменто. Оттуда первым утренним рейсом прилетите сюда. Если обычного рейса не будет, арендуйте еще один самолет и летите сюда. Мне нужно, чтобы вы к десяти часам оказались во Дворце Правосудия здесь. Дрейк даст вам более подробные указания. Не уезжайте из Реддинга до последней минуты. Постарайтесь потратить это время на сбор информации — чем больше, тем лучше. Мне нужны все сплетни. До встречи завтра в десять.

Адвокат повесил трубку и повернулся к Делле Стрит. Однако, он смотрел на нее невидящими глазами.

Помолчав с минуту, секретарша поменяла положение на стуле и спросила:

— Ну что?

Внезапно Мейсон широко улыбнулся.

— Набери, пожалуйста, номер Пола Дрейка. Имеется некий богатый молодой человек по имени Харви К. Кимберли из Финикса, Аризона. Деньги, яхты, игра в поло и все в таком роде. Предполагается, что, несмотря на богатство, он хороший парень, который пытается соответствовать требуемому от него образу, чтобы пойти по стопам выдающегося отца и управлять семейным делом, оцениваемым в несколько миллионов долларов. Скажи Полу, что мне требуется полная информация о Харви К. Кимберли, причем до десяти утра завтра. Я хочу…

Мейсон внезапно замолчал. Его взгляд показывал полную внутреннюю концентрацию.

Через пару минут Делла Стрит поинтересовалась:

— Что-нибудь еще?

Мейсон покачал головой.

— У меня появилась идея, Делла. Самая сумасшедшая из всех, но таким образом можно объяснить, откуда взялись десять тысяч долларов.


предыдущая глава | Дело о двойняшке | cледующая глава