home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 1

Делла Стрит, стройная, длинноногая секретарша Перри Мейсона, ставя букетик фиалок на зеленый необъятный стол в кабинете шефа, со вздохом промолвила:

– Юридическая контора – ужаснейшее место на свете…

– Несомненно, – не поднимая головы от бумаг, отозвался Мейсон. – А нельзя ли узнать, что послужило причиной такого высказывания?

– Некая мисс Дорри Эмблер; если угодно, сэр…

– Я так понимаю, мисс Эмблер – это та, что надоедает вам в приемной, а? – Мейсон потер ладонью свои серые глаза и едва заметно улыбнулся.

– Она, твердит, что должна видеть вас немедленно, вот прямо сейчас…

– Гм. А сколько ей лет?

– Года двадцать три – двадцать четыре, в общем, что-то в этом роде.

– Как выглядит?

– Волосы каштановые, глаза карие, рост – примерно метр шестьдесят, вес – чуть больше пятидесяти килограммов, ну а фигура – восемьдесят шесть, шестьдесят один и снова восемьдесят шесть сантиметров в окружности.

– Ну-с, а теперь, – добродушно прищурился Мейсон, – самое время разобраться в твоем заявлении, что, мол, юридическая контора – ужаснейшее место на свете. С чего бы это ты, а?

– А вот с чего. Вы можете строить догадки сколько угодно, но, клянусь, так и не поймете, чего же хочет эта мисс Эмблер, по крайней мере, когда она заявит вам об этом лично.

– Я все же попытаюсь, – осторожно заметил Мейсон. – Так что ей нужно?

– Она хочет показать вам следы операции, – ответила Делла Стрит, упорно изучая свой жемчужный маникюр.

– Что-что?

– Следы операции…

– Что-то запрещенное врачебным кодексом, а, Делла?

– О нет. Она чувствует какое-то зловещее, пристальное внимание к себе и подозревает, что кто-то намерен поставить ее персону под сомнение, поэтому хочет доказать вам, что она – лицо подлинное, точнее, показать, что не самозванка. А сделать это собралась, демонстрируя шрам на месте удаления аппендицита…

– Это что, какая-то шутка? – озадаченно спросил Мейсон, откладывая в сторону папку с документами. – Или барышня хочет заложить фундамент для будущего вымогательства? Я, разумеется, не собираюсь позволять какой бы то ни было молоденькой женщине являться сюда и…

– Она хочет, чтобы при этом присутствовали свидетели, – отозвалась Делла, безмятежно глядя на шафрановый узор видавшего виды ковра.

Мейсон ухмыльнулся.

– Ну, тогда это как раз по части Пола Дрейка…

Полагаю, ее фигурку он сумеет оценить по достоинству.

– Вот и предоставьте это Полу. – Делла улыбнулась. – Глаз у него острый… Вызвать его?

– Давай-ка сначала поговорим с клиенткой. – Мейсон отогнул залоснившийся рукав пиджака над часами на своем запястье. – Стало любопытно взглянуть на эту загадочную мисс Эмблер…

– Воля ваша. Но прежде чем я приглашу эту особу сюда, вы должны узнать о ней еще одну вещь…

– Делла! – Мейсон нахмурил брови. – Я, знаешь ли, становлюсь очень подозрительным, когда ты поднимаешь суматоху из-за какой-нибудь ерунды. Вечно у тебя какие-то истории…

– Что ж, – сказала Делла Стрит, безупречная секретарша, – дело в том, что у нашей клиентки в сумочке револьвер…

– А ты откуда знаешь? – спросил Мейсон.

– Ну, точно-то я не могу утверждать, – ответила Делла, – просто передаю вам слова Гэрти…

– Герти, – улыбнулся Мейсон, – сидит себе в приемной, на глазок оценивает входящих клиентов, а сверх программы выдает еще и особое мнение о них… У нее, право же, очень богатое воображение.

– Согласна, – сказала Делла, поправляя свои прекрасные ореховые волосы, – но дело в том, что мисс Эмблер положила в приемной свою сумочку на пластиковое кресло, и когда она наклонилась за каким-то журналом, то задела сумочку локтем, а пластик этот скользкий, словно кусок мыла… Сумочка упала, и ка-ак ударится о пол, стук был такой, как от тяжелого металлического предмета. Герти говорит, что при этом мисс Эмблер вздрогнула, засуетилась, стала оглядываться, проверяя, не слышал ли кто…

– А что, Герти не выдала себя? – заинтересованно перебил секретаршу Мейсон.

– Герти – особый экземпляр, – отмахнулась Делла, – вы же знаете. У меня такое ощущение, что глаза у нее располагаются по всему телу, но при этом она сохраняет самую бесстрастную физиономию, и вам ни за что не узнать, что же она видит..: Ну и вдобавок, воображение у Герти такое, что она может взять пуговицу и к ней привязать собственно пиджак, а уж потом опишет вам и фасон пиджака, и что там в его карманах… А содержимое этих карманов всегда связано с некой романтической драмой – это особая милая черта Герти.

– А как в этом случае? – увлеченно продолжал спрашивать Мейсон, небрежно вертя в своих крупных пальцах карандаш.

– О, этот случай! – рассказывала Делла. – По версии Герти, Дорри Эмблер – невинная молодая девушка, приехавшая в большой город. Ее обманул большой отвратительный зверь-волчище, а потом, заботясь о своем спокойствии, попросту бросил девушку на произвол судьбы.

Ну а Дорри надумала с помощью револьвера рассчитаться с ним за вероломство… Соблазнителю теперь придется выбирать из двух зол наименьшее: либо он женится на ней, либо получит пулю в лоб в Форрест-Лоуне…

Мейсон покачал головой.

– Герти следовало бы разобраться с этой историей детальнее!

– О, но ведь она и разобралась. Герти уже вылепила для этой love history мужчину и снабдила его всем набором чувств, весьма типичных для самой Герти…

Итак, по версии нашего многоглазого Аргуса в юбке, мужчина в этом деле, которым вы, кажется, заинтересовались, – сын весьма состоятельного промышленника. Его папаша подыскал для своего драгоценного отпрыска богатую да, видно, не слишком милую невесту…

А молодой человек на самом-то деле влюблен в Дорри Эмблер, но он не осмеливается ослушаться отца, который, разумеется, прибегнул к старинной классической угрозе: лишить ослушника состояния… Сам-то юноша, к сожалению, бесхарактерный, этакий тип папенькиного сынка.

– А как насчет самой Дорри? – поинтересовался Мейсон.

– О, Дорри, согласно версии нашей Герти, весьма решительная молодая особа, умеет мыслить самостоятельно и не намерена позволять папаше распоряжаться ее жизнью и разрушать ее счастье… Вы, шеф, конечно, знаете этот тип женщин, от которых веет чудесный свежий воздух, словно они вошли в комнату с мороза…

– Делла, вряд ли невинная девушка такого типа даст себя обольстить юноше, у которого нет характера, нет воли…

– А вот об этом вы уж спросите, пожалуйста, у Герти, – рассмеялась Делла. – Для себя она уже сочинила мелодраматическую историю, и вряд ли удастся ее изменить. Уж если Герти что-то западет в голову, то это навсегда… Вы можете, сэр, вложить ей в ухо динамит, запалить шнур и снести взрывом часть головы, но идея, овладевшая Герти, останется в неприкосновенности…

– Ну что ж… – Мейсон побарабанил пальцами по столу, рассеянно глядя, как танцуют пылинки в солнечном снопе, падающем из окна. – Ну что ж, из всего этого я заключаю, Делла, что нам придется повидаться с Дорри Эмблер… Хотя бы для того чтобы выяснить, как романтический ум Герти возвел малую кучку земли до размеров горы.

– Шеф, не надо недооценивать Дорри, – предостерегла Делла, – это волевая и весьма решительная особа. Она только с виду скромна и застенчива, но очень хорошо знает, чего ей хочется, да и родилась, как вы понимаете, не вчера…

Мейсон кивнул.

– Давай приглашай ее, Делла.

Делла легко скользнула в дверь приемной и спустя мгновение вошла в кабинет с Дорри Эмблер.

Тяжеловесное лицо Мейсона не выражало ровным счетом ничего сверх привычного доброжелательного заинтересованного внимания к очередной посетительнице юридической конторы.

– Как мило с вашей стороны, мистер Мейсон, что вы смогли принять меня, – скороговоркой выпалила Дорри Эмблер.

Перри Мейсон, удобнее расположившись в своем широченном кожаном кресле, закурил сигарету и сквозь тонкое, расплывающееся темно-голубое колечко дыма посмотрел на клиентку.

– Вас волнует идентификация собственной личности, если я верно понял со слов секретарши?

– Да.

– А почему возник этот вопрос и почему вы так обеспокоены этим установлением?

– Потому что я подозреваю, может быть, сделана попытка выдать меня за кого-то другого…

– Ну, в такой ситуации, – Мейсон быстро глянул на Деллу Стрит, – самый эффективный способ – это снятие отпечатков пальцев.

– О, ну это уж совсем ни к чему!

– Отчего же?

– Да потому что так поступают, по-моему, только с преступниками.

Мейсон покачал головой.

– Можно ведь просто снять отпечатки ваших пальцев и отправить в ФБР, чтобы их поместили в общегражданскую картотеку. Вообще-то каждый гражданин обязан пройти такую процедуру, это абсолютный способ установления личности…

– А сколько времени все займет?

– Снять отпечатки и отослать их? Да недолго…

– Боюсь, мне на это не отпущено времени, мистер Мейсон. Я хочу, чтобы вы… ну, я хочу, чтобы именно вы помогли установить мою личность. Чтобы вы осмотрели меня и чтобы вы… – она опустила глаза, – увидели шрам после операции.

Мейсон обменялся с Деллой Стрит ироническим взглядом.

– Может, вы расскажете мне, мисс Эмблер, что, собственно, имеете в виду?

– Ну, – замялась она, – вы же сможете узнать меня, если увидите снова, ведь так?

– Думаю, да, – сказал Мейсон, потушив сигарету.

– А ваша секретарша, мисс Стрит?

– Да, – подтвердила Делла Стрит, – я вас узнаю, если увижу.

– Но ведь люди, – сказала мисс Эмблер, – хотят иметь абсолютные доказательства в ситуациях подобного рода и… Ну, когда встает вопрос об установлении личности, они смотрят на шрамы и… в общем, у меня есть шрам.

– И вы хотите продемонстрировать его нам?

– Да.

– Моя секретарша говорила, вы хотели бы иметь при этом еще какого-то свидетеля.

– Да, ведь, насколько я понимаю, адвокат потом не может свидетельствовать в пользу своего клиента?

– Естественно, – кивнул Мейсон.

– Тогда, может, подыскать кого-нибудь, кто мог бы стать свидетелем?

– Есть такой Пол Дрейк, – сказал Мейсон, снова метнув взгляд на Деллу Стрит. – Он глава Детективного агентства Дрейка. Контора у него на этом этаже, и он выполняет значительную часть моей работы.

– Я бы предпочла женщину, – робко сказала она. – Это ведь дело довольно интимное…

– Разумеется, – откинулся в кресле Мейсон, – вы можете отправиться в соседнюю комнату, и Делла Стрит вас осмотрит.

– Нет, нет, – поспешно сказала девушка, – мне хотелось бы, чтобы меня посмотрели именно вы, лично вы…

Мейсон снова взглянул на Деллу Стрит и сказал:

– Я отправлю записку Полу Дрейку. Поглядим, не сможет ли он прийти через несколько минут.

Адвокат подвинул к себе блокнот и написал:

«Пол, Делла расскажет тебе, в чем тут дело, но я хочу, чтобы как минимум один из твоих детективов последил за этой молодой дамой, когда она покинет мою контору. Сидите у нее на хвосте, пока я не скомандую отбой.

Делла, найди предлог заглянуть в ее сумочку, нет ли там и в самом деле револьвера».

Вырвав листок из блокнота, Мейсон вручил его Делле Стрит и сказал:

– Делла, отнеси это, пожалуйста, вниз Полу Дрейку, хорошо?

Делла Стрит, поддерживая игру с официальной деловой запиской, четко ответила:

– Да, мистер Мейсон, – и скрылась за дверью. А Дорри Эмблер закинула одну свою весьма милую ножку на другую.

– Полагаю, вы находите меня экстравагантной, мистер Мейсон, да?

– Ну, – ответил адвокат, – давайте выразим это так, вы слегка необычны.

– Я… я просто подозреваю, что кто-то пытается выдать меня за… Как вы называете того, кто становится жертвой той или иной провокации?

– Олух царя небесного, – прищурился Мейсон, – или «чайник».

– Ну, поскольку я новичок в этом деле, – сказала она, улыбаясь, – то, вероятно, «чайник». Но я не желаю быть «чайником», мистер Мейсон.

– Уверен, что не желаете, – отозвался Мейсон. – Кроме того, и я не хочу оказаться в дурацком положении… Да, вы ведь оставили у нас данные о себе?

– О, конечно, там, в приемной. Такой молодой женщине в регистратуре.

– Это Герти, – сказал Мейсон.

– Я дала ей все сведения. Я живу в меблированных комнатах Паркхэрста, в девятьсот седьмой комнате.

– Вы замужем, не замужем, разведены?

– Не замужем.

– Что ж, – сказал Мейсон, – тем не менее у вас должен быть кто-то, кто подтвердит при надобности вашу личность, к примеру управляющий этими меблированными комнатами.

Мисс Эмблер кивнула.

– А давно вы там живете?

– О… дайте подумать… ну, наверное, месяцев шесть.

– У вас есть водительские права? – спросил Мейсон.

– Разумеется.

– Вы позволите на них взглянуть?

Она открыла сумочку, держа ее так, что Мейсон не мог заглянуть внутрь, вытащила оттуда кошелек, а из него извлекла водительские права. Изучив имя, место жительства и словесный портрет, Мейсон сказал:

– Они выданы пять месяцев назад.

– Да, верно, это был как раз мой день рождения. – Она улыбнулась. – Теперь вам известен мой возраст, мистер Мейсон.

Адвокат кивнул.

– Это ведь калифорнийские водительские права, там есть отпечаток большого пальца.

– Да, я знаю.

– Стало быть, ваше нежелание снять отпечатки пальцев все же было преодолено и…

– Не поймите меня неверно, – сказала она. – Я вовсе не возражаю, мистер Мейсон, чтобы у меня взяли отпечатки пальцев. Но вот эта идея – взять их и отправить в ФБР… – Она поежилась.

– Мы можем провести абсолютную идентификацию на основании этого отпечатка вашего большого пальца, – как ребенку, терпеливо объяснил Мейсон.

– О, – сказала она, взглянув на свой палец, – а разве вы специалист по отпечаткам пальцев, мистер Мейсон?

– Нет, – ответил он, – но Пол Дрейк – специалист, а я кое-что смыслю в сличении отпечатков.

– Понимаю.

– У вас есть еще какие-нибудь шрамы? – спросил Мейсон. – Были другие операции?

– Нет, только аппендицит, – улыбнулась она. – Это было так недавно, что я все время чувствую шов.

За дверью прозвучал условный стук Пола Дрейка.

Мейсон выбрался из кресла, чтобы впустить его и Деллу Стрит.

– Мисс Эмблер, – сказал Мейсон, – вот это – Пол Дрейк, сыщик.

Высокий, тощий Дрейк, успевший тщательно причесаться, поклонился.

– Добрый день, мистер Дрейк, – с улыбкой сказала мисс Эмблер.

– У нас тут пикантная ситуация, Пол, – предупредил Мейсон. – Эта молодая дама подыскивает свидетеля, который мог бы установить ее личность. Она хочет, чтобы ты хорошенько посмотрел на нее, более того – хочет продемонстрировать шрам от недавней операции аппендицита.

– Понимаю, – невозмутимо ответил Дрейк.

– Я-то объяснил ей, – продолжал Мейсон, – раз у нее есть калифорнийские водительские права с отпечатком большого пальца, – это все, что понадобится. Нам остается только сличить отпечаток ее большого пальца с тем, что на водительских правах…

– Ну что ж, – сказал Дрейк с профессорским видом, – отпечаток большого пальца, конечно, позволяет установить личность, но, с другой стороны, раз уж дама желает, чтобы…

– Да, желаю, – прервала она Дрейка. – Не нравятся мне эти отпечатки пальцев. То есть мне не нравится сама идея брать такие отпечатки. Если вы захотите сличить отпечаток моего большого пальца с отпечатком на водительских правах, то вот вам мой палец. Но снимать отпечатки я не желаю! Мне совсем не улыбается мазать чернилами все пальцы и чувствовать себя преступницей… Может, просто вы сличите этот палец с тем отпечатком и сделаете вывод?

Дрейк с важным видом извлек из кармана небольшую лупу и присел рядом с девушкой. Он осторожно взял ее ладонь в свою, поднес лупу к большому пальцу, а потом посмотрел на отпечаток на правах.

– Я вынужден проводить сличение таким вот образом, а это немного сложновато. Дело упростилось бы, если бы вы…

– Никаких чернил! – нервно сказала она, смеясь.

– Это просто означает, что я провожусь намного дольше, – сказал Дрейк, сосредоточенно разглядывая увеличенные лупой золотящиеся линии.

Делла Стрит подмигнула Перри Мейсону. А Дрейк перемещал лупу туда-сюда: от пальца – к отпечатку на водительских правах… Наконец он поднял глаза на Перри Мейсона и кивнул.

– Отлично, все проверено. Это – Дорри Эмблер, – сказал он и поспешно добавил: – Но, конечно, надо бы проверить и следы от операции аппендицита.

Мисс Эмблер резко встала и направилась в угол комнаты.

– Я отойду подальше от окон, – пробормотала она, ни на кого не глядя.

Девушка сбросила с себя жакет, приподняла блузку, обнажая полоску голой кожи, а потом вдруг смутилась и потянула материю обратно.

– И в самом деле, – сказал Мейсон, – отпечатка большого пальца достаточно.

– Нет, нет, я хочу, чтобы вы… – Она оборвала себя, нервно засмеявшись. – В конце концов, я полагаю, адвокат – это вроде врача, а в том, что меня обследует мой врач, я не вижу ничего особенного. Словом, давайте!

Она расстегнула «молнию» сбоку, сбросила с талии поясок и, подняв блузку вверх, постояла так пару секунд, давая им осмотреть гладкую, бархатистую кожу, красоту которой портила воспаленная красная линия, а потом вдруг тряхнула волосами, натянула юбку и застегнула «молнию».

– Боже мой, – прижимая ладони к пылающим щекам, сказала она, – чувствуешь себя до ужаса раздетой…

– Ну что ж, мы это видели, – откашлявшись, сказал Дрейк, – а через несколько месяцев краснота со шрама сойдет, и вы вряд ли разглядите, что он там…

– Так вы сможете идентифицировать меня? – встревожилась она.

– Ну, – с улыбкой успокоил ее Дрейк, – с этим большим пальцем и шрамом от аппендицита, полагаю, я смогу провести прекрасную идентификацию, если понадобится.

– Это все, чего я хотела, – облегченно выдохнула мисс Эмблер.

Пока девушка, отойдя в дальний угол комнаты, приводила в порядок свою одежду, Делла Стрит быстро открыла ее сумочку, заглянула внутрь, тихо закрыла и, поймав взгляд Мейсона, кивнула ему.

– Все в порядке, Пол, – многозначительно сказал Мейсон. – Полагаю, с этим все ясно. Ты теперь свидетель и можешь в любой момент провести идентификацию.

– Может, делу бы помогло, – сказал Дрейк, – если бы я узнал, что же все-таки происходит.

– Делу бы помогло, – невесело отпарировала Дорри Эмблер, – если бы я сама узнала, что происходит.

Но я знаю только, что либо у меня есть двойник, либо меня готовят как двойника для кого-то другого, а я… я боюсь.

– А как же это вас готовят? – спросил Мейсон.

– Ну, мне дали поносить эту одежду, – сказала она, резко вздергивая юбку вверх, так высоко, что пара стройных ножек обнажилась чуть не до бедер. – Мне дали вот эти чулки, эти туфли, юбку, жакет, блузку, нижнее белье – все и сказали, чтобы я носила. Я выполняю определенные указания.

– На одежде есть какие-нибудь отметки, может от химчистки? – живо спросил Мейсон.

– Я не смотрела.

– А посмотреть было бы недурно, – сказал Мейсон, – но это, возможно, придется сделать под специальным освещением.

– Я… я предприму кое-что сама, мистер Мейсон, – сказала она, – и попозже вернусь.

– А что именно вы намерены предпринять? – спросил Мейсон.

Она покачала головой.

– Вы этого не одобрили бы и поэтому не позволили бы мне делать это, но я намерена вытащить все на свет! – Она внезапно схватила сумочку, посмотрела на часы и повернулась к Мейсону. – Пусть ваша секретарша получит причитающееся с меня.

– Выпиши счет на десять долларов, Делла, – сказал Мейсон, – и выдай мисс Эмблер квитанцию.

– Сюда, пожалуйста, – сказала Делла и вывела девушку из конторы.

Мейсон и Дрейк переглянулись.

– Ты нашел человека для этой работы? – спросил Мейсон.

– Да, Джерри Нельсона, – ответил Дрейк. – Он один из лучших детективов, и как раз был в моей конторе, когда вошла Делла с твоей запиской. У меня есть и второй человек, вон в машине, там, у края тротуара… – Дрейк восхищенно покрутил головой. – Да, старина, это редкое блюдо!

Мейсон кивнул.

– А что, по-твоему, донимает ее? – спросил Дрейк.

– Не знаю, но мы это выясним. Возможно, кто-то готовит ее как двойника для бракоразводного процесса. Дай мне знать, как только у твоих ребят что-то появится.

– Она как раз сейчас отправилась домой, – элегически сказал Дрейк.

Мейсон покачал головой.

– У меня на этот счет другие соображения, Пол. Думаю, она собирается отправиться куда-то с весьма определенным планом действий, а в ее сумочке лежит пистолет.

– Какого же черта ей нужно? – воскликнул Дрейк.

– Да, да, – кивнул Мейсон. – Герти определила это, когда наша девушка была еще в приемной, а Делла это подтвердила, украдкой заглянув в сумочку, пока ты изучал женскую анатомию.

– Что ж, – сказал Дрейк, – в следующий раз, когда у тебя будет клиентка, которой захочется сделать стриптиз, непременно пригласи меня…

В комнату вошла Делла Стрит.

– Она ушла? – спросил Мейсон, и Делла кивнула. – А что насчет револьвера?

– У меня было мало времени, просто мельком взглянула, но в нем нет ни одной нули.

– Ты хочешь сказать, что он пуст? – спросил Мейсон.

– Нет. Гильзы в револьвере есть, я разглядела одну в барабане. Но в ней был просто пистон из синей бумаги.

– Холостые патроны! – воскликнул Мейсон.

– Да, скорее всего так, – сказала Делла Стрит. – Это маленький револьвер, по виду похож на двадцать второй калибр.

Дрейк негромко свистнул.

– Она дала тебе десять долларов, а ты ей – квитанцию? – спросил Деллу Мейсон.

– Да, за оказанные услуги, – ответила Делла Стрит. – А потом она пожелала всучить мне сто долларов как аванс на будущее. Я сказал ей, что не уполномочена принимать их, ей следует разговаривать с вами, и в итоге она махнула рукой, это, мол, не важно, пусть все будет как будет, и побежала прочь, заявив, что у нее расписание и она торопится на встречу.

– Что ж, – задумчиво сказал Мейсон, – будем надеяться, в ее расписании не значится никакого убийства…

– За ней уже следят, – сказал Пол Дрейк, – от моих ребят она никуда не денется. Они узнают, куда она пойдет и что будет делать.

– Разумеется, – все так же задумчиво сказал Мейсон, – она не сможет совершить убийство холостыми патронами, но боюсь, отчет, который ты получишь от Джерри Нельсона и его помощника, окажется не совсем обычным. Дай знать, как только будут вести от твоих людей, Пол.


Эрл Стенли Гарднер «Дело сумасбродной красотки» | Дело сумасбродной красотки | Глава 2