home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



17

Полицейский участок был забит до отказа самыми разнообразными типами. Здесь можно было встретить как уличную проститутку, так и респектабельного горожанина. Полицейские, видимо, попривыкнув к новому положению дел, особенного рвения не выказывали. Задержанные часами просиживали в «аквариуме», прежде чем кто-нибудь из детективов удостаивал их своим вниманием.

Появление Бронсона не произвело никакого фурора.

— Заполните вот это. — Дежурный полисмен сунул Аллигатору бланк задержания. — Укажите деньги, ценные вещи, колющие и режущие предметы.

Аллигатор вернул бланк чистым — кроме стареньких часов «Ролекс» да пары сотен баксов у него ничего с собой не было.

Полицейский исподлобья посмотрел на задержанного:

— Вы меня плохо слышите, сэр, — процедил коп сквозь зубы. — Я вам сказал: заполнить бланк!

— Простите, — Бронсон несколько опешил от подобной реакции блюстителя закона, — но…

Склонность к задушевным беседам явно была утеряна копом, когда он в детстве выпал из коляски:

— Ты че, не понял, мистер? Я сказал: пиши.

Аллигатор решил не связываться с неврастеником и зарегистрировал часы и деньги.

— Так-то лучше, мистер. — Плоскостопый выглядел весьма удовлетворенным. — Здесь вам не Манхэттен!

— А что же? — искренне удивился Аллигатор.

— Пятый полицейский депорт! — отчеканил коп.

Когда Бронсона везли в участок, он казался себе чуть ли не первым злодеем человечества. Наручники, крепко сковывающие запястья, здоровенные полисмены справа и слева на заднем сиденье, а также душераздирающий визг сирены наводили Бронсона на мысль о том, что займутся им сразу по прибытии и с пристрастием.

Каково же было изумление Аллигатора, когда вместо того, чтобы допросить, его посадили в железную клетку, называемую в простонародье «отстойником» или «аквариумом». Как объяснил полицейский-ключник: «До выяснения обстоятельств дела».

«Вот те на! — Бронсон аж присел от неожиданности. — Оказывается, они еще собираются что-то выяснять».

В отстойнике собралось великое множество задержанных.

— А вот и новенький! — Огромных размеров негр, расчистив дорогу увесистыми пинками, подошел к Бронсону. — Добро пожаловать в ад.

Вокруг клетки сновали полицейские, кипела ежедневная рутинная работа. Несколько детективов старательно шелестели бумагами. То и дело патрульный наряд притаскивал какого-нибудь беднягу с безумными глазами.

Зверинец же жил своей жизнью. Очевидно, некоторые из подозреваемых томились здесь уже несколько суток.

Бронсону начинало казаться, что небритые озлобленные физиономии сливаются в одну кровожадную харю. Ситуация усугублялась тем, что Аллигатор слышал их мысли и ощущал их чувства. Обрывки чужих воспоминаний, проклятия, страх, вожделение, злоба — переплелись в извилинах Бронсона.

— Замолчите! — Бронсон стиснул голову руками. — Умоляю, хватит!

Вопль Аллигатора потонул во всеобщем гомоне. Кому какое дело до этого идиота, раскачивающегося в углу из стороны в сторону. Однако негра, видимо, касалось все, что происходит у него под боком.

— Повтори, не понял, — пододвинулся афро-американец к Аллигатору. — Ты кого на… послал?

От качка исходила такая ненависть, что Гарри невольно отпрянул.

— Будешь мне ботинки языком полировать, сволочь! — развоевался негр.

Решив доказать свое превосходство делом, гамадрил попытался схватить Гарри за грудки. Лучше бы он этого не делал. Аллигатор перехватил кисть негра и, сделав шаг назад, провел прием в стиле айкидзюцу, так называемый никке. Со стороны можно было подумать, что детина вдруг обрел божественную благодать, отчего в молельном экстазе бухнулся на колени. Однако дело заключалось вовсе не в откровении свыше, а в изуверской боли, пронзившей руку черномазого выродка.

— Ну, ты труп! — рычал он, стучась лбом о бетонную плиту. — Убью гада.

Бронсон жизнь ценил, поэтому вместо того, чтобы отпустить сокамерника (на что тот, видимо, рассчитывал) перешел на удержание нижнего уровня с точечным контролем. Вопли мгновенно стихли — тело негра обмякло и расслабилось.

Дверь клетки лязгнула, и на пороге появились два полицейских, закованных в защитные костюмы. Проложив путь в человеческой протоплазме при помощи щитов и дубинок, они подошли к отдыхающему на теле недруга Бронсону. Недолго думая, копы воспользовались электрошоком, после чего выволокли бесчувственного Аллигатора за ноги. Очарованный зрелищем, зверинец умолк.

— Ща ему ливер-то отобьют, — прохрипел пришедший в сознание негр. — А я с ним потом поквитаюсь!

Комната для допросов уже была занята, и Аллигатора бросили около стола детектива Боба Дагера.

— Это что? — Детектив вопросительно посмотрел на внутренний наряд. Другого места не нашлось?!

Старший сержант Спенсер вытянулся в струнку и отрапортовал:

— Подозреваемый Гарри Бронсон, задержан по обвинению в убийстве полицейского, сэр.

— А почему без сознания?

— Оказал сопротивление при выводе из следственного изолятора, — не моргнув глазом, соврал сержант.

— Ну, ну… Свободны, ребята.

Наряд щелкнул каблуками и удалился восвояси.

Гарри приходил в чувство медленно и тяжело. Его тряхнуло током настолько сильно, что, приоткрывая налитые свинцом веки, он испытывал прямо-таки физическое страдание. В сознании возник образ сверкающей галогенной лампы. Свет упал на лицо угрюмого полицейского, склонившегося над заваленным бумагами столом. Бронсон неуверенно приподнялся и сел, опираясь на правую руку.

Внутри болела каждая косточка.

— Это что у вас, разнарядка такая? — ощерился Аллигатор. — Вам бы в психиатрию, там, знаете ли, электрические методы лечения в большом почете!

Полицейский вперил тяжелый взгляд во все еще скособоченного Бронсона.

— Это была вынужденная мера, сэр, — сказал он. — Мне только что доложили о вашем поведении.

Аллигатор потерял дар речи от такой несправедливости. Пару раз глубоко вздохнув, он только и вымолвил:

— Ну, знаете ли…

Полицейский не выказывал ни малейшего желания обсуждать эту тему.

— Желаете закурить? — спросил он, переводя разговор в другое русло.

— Спасибо, обойдусь.

— Как знаете.

Зверинец все еще вел себя тихо. Заключенные стояли вдоль железной решетки и с любопытством наблюдали за Гарри и детективом. Стол Дагера находился в каких-нибудь трех-четырех метрах от отстойника — бесплатное кино, да и только.

— Итак, мистер Бронсон, — Боб Дагер решил взять быка за рога, — вы, конечно, знаете, почему здесь оказались.

— Понятия не имею! — совершенно искренне воскликнул Бронсон.

— Ну, конечно же, стоит взять вашего брата за одно место, как тут же выясняется, что имеешь дело со святым во плоти. Раз уж вы потеряли память, я вам напомню: вы оказались здесь потому, что убили полицейского, только и всего.

Бронсон с удивлением посмотрел на офицера:

— Нет, детектив, это какая-то ошибка. Я никого не убивал.

— Ну, мистер Бронсон, — разочарованно протянул Дагер, — не валяйте дурочку. Вы же умный человек. К чему попусту тратить время? Поверьте, его у вас осталось совсем немного…

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, мистер Бронсон, что если вы и дальше будете со мной препираться, то для вас все закончится более чем плачевно.

— А что, если я покажу вам вот это, — Бронсон отогнул средний палец, и сделаю один звонок?

— Куда вы собираетесь звонить, мистер Бронсон? — побагровел полицейский. — Уж не адвокату ли?

— Именно! Я прекрасно знаю свои права!

— Ну, что ж, дело ваше, мистер, только сперва я вам расскажу кое-что. У того парня, которому вы проломили голову на федеральном шоссе, осталась беременная жена и трое малолетних детей. А теперь можете звонить своему адвокату. Только вот что я вам скажу: никакой адвокат вам уже не поможет, мистер!

— Я не убивал полицейского! — закричал Гарри. — Не убивал. Да, я действительно звонил в службу спасения, но это не я…

— Уже лучше, мистер Бронсон, намного лучше! Теперь остается только вспомнить, как вы этого не делали. Как вы не останавливали полицейскую машину, как не спрашивали дорогу у уставшего офицера, как не убивали его. Может быть, расскажете, чего вы еще не делали? И как можно подробнее, мистер Бронсон, как можно подробнее.

— Послушайте детектив, я действительно…

— Тогда почему, мистер Бронсон, на орудии убийства найдены ваши отпечатки пальцев, можете объяснить?

— Я споткнулся об окровавленную железную трубу и, наверное, поднял ее. — В голосе Гарри Бронсона прозвучало сомнение. В действительности он не помнил, чтобы брал ее в руки, но он так же не помнил, как оказался у полицейской машины…

Детектив, почувствовав неуверенность подозреваемого, усилил нажим:

— Допустим, мистер Бронсон. Я говорю «допустим», потому что не верю ни единому вашему слову. Тогда как вы объясните, что в полицейской машине обнаружена ваша кровь?

— Какая кровь?!

— Видите ли, — в словах детектива прозвучала насмешка, — полицейский имел наглость защищаться. Прежде, чем вы его убили, мистер Бронсон, он, видимо, расквасил вам физиономию. Или об этом вы тоже не знали?

Полицейский достал откуда-то из-под стола внушительной величины зеркало и поднес прямо к лицу Аллигатора. То, что посмотрело на Бронсона, привело его в ужас. Распухший нос, синяк под глазом и бровь, рассеченная надвое, говорили сами за себя.

— Ну что, убедились? — осклабился Боб Дагер. — Будем давать показания или как?

Внезапная ненависть овладела Бронсоном. Он бросился на детектива и принялся душить его, то и дело прикладывая головой к столу. Боб Дагер уже собирался навестить усопших родственников, когда подоспевший внутренний наряд избавил детектива от путешествия на тот свет. Бронсона шарахнули током и по приказу чуть живого Дагера утащили в камеру, сочтя отстойник недостаточно надежным местом для такого выродка.


предыдущая глава | Псиматы | cледующая глава