home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





18 часов 15 минут


– Что-то ты непрезентабельно выглядишь, – заметил Йел, когда Кальдак переступил порог дома Бесс в Новом Орлеане. – Как дела?

– Хуже не придумаешь.

– Мои соболезнования, Кальдак. Черт возьми! Все, разумеется, соболезнуют, только это не оживит Эда…

Кальдак бросил взгляд на дверь спальни.

– Где Бесс? У себя?

Йел покачал головой.

– Увы, нет. Когда я пришел, она уже закрылась в лаборатории.

– Да? Неужели она целый день работала?

– Думаю, что нет, – серьезно сказал Йел. – До меня здесь побывал Рамсей.

Кальдак вздрогнул.

– Что он ей наговорил?

– Что бы ни наговорил, она расстроилась.

Кальдак сразу же вспомнил, как Бесс говорила, что в лаборатории она чувствует себя защищенной. Значит, после разговора с Рамсеем ей потребовалась защита.

Впрочем, этого следовало ожидать. Конечно же, Рамсей не упустил своего шанса. Воистину беда не приходит одна.

– Мне уйти? – негромко спросил Йел.

– Оставайся. Я пойду к ней.

Кальдак вышел в коридор и остановился у двери лаборатории. Что бы ни случилось, он должен посмотреть ей в глаза.

Он осторожно постучал в дверь.

– Бесс, впусти меня. Нам надо поговорить.

Дверь немедленно распахнулась, и на пороге возникла Бесс. Глаза ее метали молнии. Не говоря ни слова, она размахнулась и изо всех сил ударила Кальдака по щеке.

– Да уж, поговорить нам не мешает! Ты подонок, Кальдак.

– Бесс, выслушай меня. Я не хотел…

– Хотел, черт возьми! Подонок! – Теперь по щекам Бесс текли слезы. – Ты все это сделал сознательно. Если бы не ты, ничего бы не случилось. Эмили была бы жива. – Она еще раз хлестнула его по щеке. – Неужели ты не мог не трогать нас?

– Прости, – сказал Кальдак. – Я не желал тебе зла. Я был уверен, что ты не пострадаешь.

– Как ты мог быть в этом уверен? Ты послал меня в Тенахо и допустил, чтобы Эмили поехала со мной. Это ты виноват в ее смерти, а я… Господи, какая же я была идиотка!

Окончание фразы утонуло в рыданиях.

– Ты должна была поехать в эту командировку одна. Никто не предполагал, что с тобой будет Эмили.

– Но мою к-командировку устроил ты! Рамсей объяснил мне, что ты вышел на редактора журнала и заставил его отправить меня в Тенахо. Ты захотел, чтобы я оказалась там в нужный момент.

Левая щека Кальдака непроизвольно дернулась.

– Это верно.

– Зачем я тебе понадобилась? И почему именно я?

– Разве Рамсей тебе не сказал?

– Он говорил только о том, как ловко ты обвел меня вокруг пальца. Доказывал, что тебе нельзя доверять. Что ж, ему это удалось. Я окончательно убедилась в том, что доверять нельзя никому. – Бесс подошла к Кальдаку вплотную и тихо, но твердо потребовала:

– Объясни мне, Кальдак, для чего тебе понадобилось меня убивать.

– Я не собирался тебя убивать. Я знал, что у тебя есть все шансы выжить в Тенахо.

– Ты не мог знать про иммунитет! Ведь… – Бесс внезапно умолкла и изумленно взглянула на Кальдака. – Нет, ты знал. Боже, как ты мог узнать?

– Данзар, – спокойно ответил Кальдак.

Это простое слово ошеломило Бесс. Она не могла произнести ни слова. Тогда Кальдак заговорил вновь:

– В Данзаре ты получила совсем небольшую дозу антракса-мутанта, более слабого, чем тот, который Эстебан использовал в Тенахо. – Кальдак вздохнул и добавил:

– Однако его силы хватило на то, чтобы уничтожить все население Данзара.

– Как? Ты хочешь сказать, что в Данзаре Эстебан тоже провел эксперимент?

– Да. Данзар стал его первым полигоном. Он передал штамм антракса партизанам, и те отправили его в Данзар с партией продуктов.

Бесс недоверчиво тряхнула головой.

– Не правда. Там была резня. Я видела трупы своими глазами.

– Так было задумано. Когда люди умерли, явились партизаны и инсценировали кровавую бойню.

– Там действительно была бойня!

Кальдак только мрачно покачал головой, и это почему-то убедило Бесс лучше всяких слов.

– И ты все знал? – ахнула она, наконец поверив, что Кальдак говорит ей правду. – Ты знал про детей?

– Нет. В то время я работал с Хабином, а Эстебан в Данзаре действовал один, без помощи арабов. Но впоследствии мне все стало известно.

– И ты ничего не предпринял?

– Что я должен ответить? – Кальдак метнул на Бесс свирепый взгляд. – Ну да, я ничего не предпринял. Как и после Накоа. У меня не было улик. Правда, после данзарских событий мы решили, что у нас имеется шанс остановить цепь массовых убийств. Нам тогда было ясно, что единственно действенный способ борьбы с Эстебаном – создать мощное противоядие. Когда ты лежала в больнице в Сараево, я предложил произвести анализ твоей крови, и оказалось, что твой организм вырабатывает антитела, уничтожающие антракс. Во всяком случае, ту его разновидность, которую Эстебан использовал в Данзаре.

– Так ты побывал в Сараево? В больнице?

– Я считал необходимым лично убедиться в том, что ошибки нет.

– И ты был там все время?

– Да.

– Но наш водитель тоже выжил.

– Мы проверили и его кровь. Антител не обнаружено. Наверное, ты получила свою дозу, когда ходила по всему приюту. Ты была нашей единственной надеждой.

– Если вы знали, что у меня иммунитет, то почему не почесались раньше? Почему не стали сразу же брать у меня кровь? Вы могли хотя бы попытаться спасти Тенахо!

– Я выяснил, что Эстебан счел данзарский эксперимент неудачным и велел своим микробиологам продолжать работу над мутациями. Нам не было известно, какие свойства приобретет антракс после Данзара, следовательно, мы не могли заранее приступить к созданию лекарства.

– И поэтому ты заманил меня в Тенахо?

– Мне опять-таки требовались убедительные доказательства того, что ты обладаешь иммунитетом.

– А если бы выяснилось, что не обладаю? Моей жизни, разумеется, не жалко?

– Жалко, Бесс. Но жалость не могла меня остановить.

– О, это я теперь знаю: ведь ты убил Эмили.

– Предполагалось, что ты поедешь одна. Появление твоей сестры стало для нас полной неожиданностью.

– И ты ее убил!

– Хорошо, я ее убил. Беру вину на себя.

– Ты убил ее, а потом солгал мне и уложил меня в постель. И я тебе позволила! Боже, я тебе позволила все…

– Я не «уложил тебя в постель». Я любил тебя. Бесс, поверь…

Он тронул ее за плечо, но она брезгливо отстранилась.

– Не прикасайся ко мне! Теперь мне ясно, почему все это время ты был так заботлив. Ты знал, что виноват. Господи, как же мне хочется перерезать тебе глотку!

– Желающих много, становись в очередь, – невесело усмехнулся Кальдак.

– Убирайся из моего дома, мразь!

– Де Сальмо только этого и дожидается, – напомнил Кальдак.

– Плевать!

– А мне не плевать. – Он помолчал. – Теперь ты позволишь Рамсею увезти тебя?

– Никуда он меня не увезет! Я не верю ему, как и тебе. Вон отсюда! Мне противно тебя видеть!

Голос ее дрожал от гнева.

– Бесс, именно это и нужно Де Сальмо. И Эстебану.

– Вон!

Бесс захлопнула дверь лаборатории, и Кальдак устало прислонился к стене. Что ж, этого следовало ожидать. Он всегда понимал, что рано или поздно Бесс обо всем узнает. Но он не представлял себе, насколько тяжелым окажется объяснение.

– Ну что, взрыв? – спросил Йел, когда Кальдак вошел в гостиную. – Рамсей открыл твои карты?

– Она все знает, – вздохнул Кальдак. – И выгоняет меня. – Он достал из шкафа свой чемодан и раскрыл его. – А это означает, что тебе придется побыть здесь. Ее ни в коем случае нельзя оставлять одну.

Йел положил руку ему на плечо.

– Кальдак, я не обещал тебе, что смогу остаться в Орлеане надолго.

Кальдак отбросил его руку и принялся укладывать вещи.

– Ты хочешь, чтобы ее убили?

– Но Рамсей может…

– Ничего он не может! Рамсей организовал охрану Эда Каца – и в результате Эд Кац мертв. Или ты полагаешь, что Бесс повезет больше?

– А ты чем займешься?

– Разве у меня есть варианты? – Кальдак закрыл чемодан и затянул ремни. – Я займусь Морриси. Рамсей в конце концов все-таки нашел его. Свяжись с Рамреем и скажи ему, что я вылетел в Шайенн.

«Этого можно было не говорить, – подумал Кальдак. – Рамсей отлично понимает, что Бесс теперь не подпустит к себе Кальдака на пушечный выстрел».

Ему внезапно захотелось свернуть мерзавцу шею. Какого черта ему понадобилось портить все дело?!

– Надеюсь, что хоть что-нибудь получится, – сказал он вслух. – Так ты останешься? Йел, береги ее. Она нам нужна. Она для нас… бесценна.

– По-видимому, бесценна во всех смыслах. – Йел улыбнулся. – Хорошо, я о ней позабочусь.

* * *

Господи, как больно! Мучительно больно…

Бесс сидела прямо на полу в углу лаборатории, уткнув подбородок в колени.

Как она могла довериться Кальдаку?! Он же не скрывал, что его не интересует никто, кроме Эстебана. Кальдак даже говорил ей, что ему не следует доверять.

А она не послушалась. И позволила ему использовать ее так же, как и всех остальных. Он отправил ее в Тенахо, и из-за этого погибла Эмили.

Бесс казалось, что душа ее превратилась в сплошную кровавую рану. Да, ей хватило ума не лгать себе, будто Кальдак действительно что-то для нее значит. Так что же она, как раненый зверь, забилась в темный угол и воет от боли?

Это просто первый шок, он скоро пройдет. Она еще чуть-чуть посидит и придет в себя. Все будет хорошо.

Только еще чуть-чуть.

* * *

Марко Де Сальмо ликовал. Кальдак уехал, и ему представилась прекрасная возможность. Охранники на улице – не проблема, с ними расправиться легко. Эстебан остался доволен проявленной в Атланте расторопностью. А здесь ему мешал только Кальдак, которого теперь нет.

У Марко развязаны руки. Вероятно, ненадолго, но можно надеяться, что времени хватит.

* * *

Целых два часа Йел бессмысленно пялился в экран телевизора. Передавали баскетбол.

Наконец Бесс вошла в комнату, и Йел мгновенно выключил телевизор.

– Поужинать не желаете? – спросил он. – Уже десятый час. Вы весь день ничего не ели. Бесс покачала головой.

– Я слишком устала. Пойду спать.

– Ничего удивительного… Бесс подняла голову.

– Так вы все знали?

– Почти все. А остальное мне рассказал Рамсей, когда я появился в Орлеане.

Бесс вздохнула.

– Все знали… Все, кроме меня. От меня скрывали. Это низость, Йел. Я этого никогда не прощу.

– Это сейчас вы так думаете, – мягко возразил Йел и, увидев, что Бесс готова взорваться, предостерегающе поднял руку. – Нет, я не пытаюсь вас убедить, что Кальдак действовал безупречно…

– Да уж, лучше не пытайтесь.

– Я только хочу сказать, что у каждого из нас свои задачи. Вам сейчас видится все в черном цвете, но уверяю вас, Кальдак не такой уж дурной человек. Ваша жизнь ему небезразлична.

– И потому он отправил меня в Тенахо?

Йел махнул рукой.

– Ладно, не будем об этом. Я понимаю, сейчас не время для подобных разговоров. – Он встал. – Пойду попрошу одного из наших агентов съездить ко мне на квартиру и привезти кое-какие вещи. А я пока подежурю за него. Скоро вернусь.

– Зачем вам ночевать здесь? Уверяю вас, со мной ничего не случится.

– Я пообещал Кальдаку, что не оставлю вас. К тому же дома мне слишком одиноко. Так не хватает жены и ребенка… – Он посмотрел ей в глаза. – А завтра вы потащите меня по улицам?

– Обязательно.

– Может быть, я смогу отговорить вас?

– Никоим образом.

– Значит, мои опасения сбываются, – вздохнул Йел.

Внезапно Бесс вспомнила, что сегодня еще не сдавала кровь.

– Йел, вы возьмете у меня кровь? Кальдак говорил, что очередная порция должна поступать в Атланту каждое утро.

– Простите, Бесс, я плохой медик – еще кольну куда-нибудь не туда… – Он помолчал. – Да и едва ли им сейчас это нужно. Наверняка у них там работа застопорилась из-за смерти Каца.

– Но без свежих образцов эксперименты вообще невозможны. Чем скорее у них будет материал, тем лучше.

Йел кивнул.

– Наверное, вы правы. Ладно, я позвоню Рамсею, и он пришлет человека, который умеет держать в руках шприц.

– Спасибо.

– Вам спасибо. Это вы оказываете нам огромную любезность.

– Это не любезность, – горячо возразила Бесс. – Эстебан убил Эда Каца, чтобы выиграть время, но черта с два он получит дополнительную отсрочку по моей вине! Пусть Рамсей поторопится. Образец должен быть в Центре самое позднее к полудню. – Слушаюсь, мэм.

Йел прищелкнул каблуками, отдавая честь.

– Простите, Йел, можно воспользоваться вашим мобильным телефоном? Я хотела бы узнать, как там Джози, а домашний телефон наверняка прослушивается.

– Конечно, пожалуйста, – Йел протянул ей аппарат. – Мне приятно хоть чем-нибудь компенсировать выпитую у вас кровь.

* * *

Итак, надо принять душ, позвонить в больницу, а потом постараться заснуть.

Господи, да кого она обманывает? Себя? Да, она в самом деле устала, но уснуть ни за что не сможет. Нервы ее после разговора с Кальдаком натянуты как струны.

А следовательно, не стоит тратить время впустую.

Бесс прошла в лабораторию и забрала все фотографии, сделанные за последние дни. Кальдак не сумел опознать посланного Эстебаном человека. А вдруг ей повезет? Вдруг она сумеет разглядеть на снимках… что-нибудь любопытное?

Двадцать минут спустя Бесс отложила пачку фотографий на ночной столик. Какой смысл вглядываться в незнакомые лица? И без того все плывет перед глазами. Черт возьми, даже некоторые снимки получились нечеткими. Наверное…

Кстати, с чего это снимки вышли такими? Как будто бы ничто ей не мешало, когда она наводила резкость.

Бесс бегло просмотрела снимки еще раз. Смазаны были только четыре кадра, и на каждом из них – клоун. Высокий человек с зелеными волосами и белым лицом. Четырежды он отворачивался от объектива как раз тогда, когда щелкал затвор!

Совпадение? Или он не хотел, чтобы его лицо попало в кадр? Но зачем ему было прятаться?

Бесс опрометью бросилась в лабораторию, схватила увеличительное стекло и принялась рассматривать лицо клоуна.

Через несколько минут раздался звонок в дверь. Бесс побежала открывать.

– Я нашла Де Сальмо! – выпалила она и протянула Йелу фотографии. – По-моему, я знаю, как он выглядит.

Йел поставил чемоданчик на пол и взял снимки.

– Неужели клоун?

– Мы видели его каждый день. Самый первый снимок вышел качественным, а затем он явно отворачивался от нас. Почему? Ведь такие снимки – прекрасная реклама.

– Логично. – Йел улыбнулся. – Стоит сообщить Рамсею.

Он прошел в комнату и набрал номер.

Итак, кое-что уже известно. Если Бесс права, ей теперь не придется шарахаться от каждого прохожего. Хотя… Даже если Де Сальмо арестуют, Эстебан пришлет кого-нибудь другого.

А может быть, он приедет сам. Тогда мышеловка захлопнется.

Йел постучался в спальню Бесс.

– Я поговорил с Рамсеем. Теперь нам остается только ждать новостей. Расскажите мне теперь про Джози. Как она?

Джози! Господи, она даже забыла позвонить в больницу.

Ей повезло. Доктор Кенвуд сам подошел к телефону.

– Мисс Грейди? Вы меня застали случайно, – услышала она усталый голос. – Я уже собрался уходить.

– Как Джози?

– Ей намного лучше. Операция назначена на завтра.

Сердце Бесс заколотилось сильнее.

– Когда?

– В восемь утра. Вы приедете?

Боже, как ей хотелось быть рядом!

– Если не сможете приехать, ничего страшного. Мы обеспечим ей прекрасный уход.

В этом Бесс не сомневалась. Но ведь девочке, наверное, так тоскливо и одиноко среди чужих людей! Да и сама она сойдет с ума от беспокойства.

– Когда будет известно… – Бесс проглотила слюну. – Когда вы сможете сказать, как прошла операция?

– Скорее всего уже к вечеру. Позвоните примерно в это время. Сможете?

– Конечно.

Она может только звонить. И молиться. С того дня, как Джози попала в больницу, Бесс постоянно молилась за нее. Когда же наконец она возьмет свою малышку на руки?

Внезапно Бесс поняла, что не в состоянии больше сидеть здесь и ждать.

– Завтра утром я буду у вас, доктор Кенвуд, – решительно заявила она.

В трубке послышался короткий смешок.

– Хотите присмотреть за мной?

– Естественно! Спасибо вам и до завтра, доктор Кенвуд.

Она отключила связь и тут же почувствовала, что Йел смотрит на нее.

– Как она?

– Лучше. Завтра операция.

– Это я понял. И еще я понял, что вы собираетесь лететь туда.

– Вы правильно поняли. Я здесь просто не выдержу. Во время операции я должна быть рядом с ней.

Йел некоторое время молчал, пристально глядя на нее.

– Что ж, я, пожалуй, пренебрегу своими обязанностями и не стану с вами спорить, – наконецмягко произнес он. – Наверное, на вашем месте я поступил бы так же.

– Я знаю, Рамсей постарается мне помешать. А вы поможете? – спросила Бесс с надеждой.

– Собирайте вещи, – вместо ответа распорядился Йел и добавил, бросив взгляд на свой чемоданчик:

– Я-то всегда готов в дорогу. Пока вы будете собираться, я обдумаю план бегства. Наверное, я все-таки сумасшедший. Как вам кажется?

– Мне кажется, что вы очень хороший человек.

Йел улыбнулся.

– Ну, это само собой разумеется.



6 часов 5 минут | И тогда ты умрешь | 23 часа 45 минут