home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 17

Пока Креол, Ванесса и Хубаксис «веселились» на празднике в замке Кадаф, Мао откровенно скучал. То, что Агнесс в очередной раз уехала куда-то далеко, его, признаться, откровенно радовало – Мао любил жену, но долгое общение с ней вызывало у несчастного мужа изжогу. И не только у него, но и у любого другого. А вот без дочери и ее молодого человека (он по-прежнему невольно думал о Креоле как о женихе Вон) он уже начал скучать.

Конечно, в доме было еще целых три обитателя. Увы, Хуберт был великолепным слугой, как и почти любой домовой, но именно это и делало его потрясающе скучным собеседником, совершенно не умеющим составить компанию. Сэр Джордж, и раньше почти не попадавшийся Мао на глаза, оказался на редкость неразговорчивым субъектом, предпочитающим прятаться где-нибудь в темном углу. То ли это смерть так на него повлияла, то ли он и при жизни был нелюдимом, неизвестно. Оставался Бат-Криллах. Да, он выглядел не слишком приятно, но его-то уж нельзя было назвать ни скучным, ни молчаливым. К сожалению, элвен поспешил воспользоваться отсутствием Ванессы, и теперь появлялся дома только изредка, проверяя, все ли в порядке. Где он шляется, Мао спрашивать не решался, но в газетах о нем пока что ничего не писали, по телевидению тоже не было тревожных сообщений, так что отец Вон пребывал в относительном спокойствии – четверорукий демон умел скрываться от любопытных глаз.

К скуке примешивалась и тревога за дочь. Сколько бы он ни уверял Креола, что Ванесса способна побеспокоиться о себе сама, отцовские чувства – вещь упрямая. Ведь Вон отправилась не на пикник с друзьями, не в соседний город навестить больную бабушку, даже не в экспедицию по джунглям Амазонки! К любому из этих путешествий Мао отнесся бы совершенно спокойно, тем более, что с такой неугомонной женой, как Агнесс Ли, ему и самому приходилось много путешествовать. Но ведь его дочь отправилась в потусторонний мир, в само существование которого он еще два дня назад не верил! В мир, в котором и людей-то нет, одни твари! Конечно, Креол клятвенно заверил его, что тем, кого в этот мир пригласили, там совершенно безопасно, но, в конце концов, это только слова… Как бы вы себя чувствовали, зная, что кто-то из близких вам людей сейчас находится в месте, подобном Лэнгу? Миров хуже этого найдется не так уж и много…

От нечего делать пожилой китаец принялся бродить по дому. Креол вселился в этот особняк не так уж давно, но уже успел основательно пропитать его своим присутствием. Везде обнаруживались следы воскресшего шумерского мага. К примеру, в саду (если, конечно, этот крохотный участок почвы, засаженный черт знает чем, можно назвать садом) Мао обнаружил несколько видов растений, явно неизвестных современной науке. Беззастенчиво эксплуатируя Слугу, Креол построил в дальнем конце сада крошечную оранжерею, размером чуть больше стандартного дачного сарайчика, и засадил ее так густо, что внутрь с трудом мог войти один-единственный человек. Где он раздобыл все эти семена, известно было только самому Креолу. Скорее всего, вновь прибег к помощи демонологии.

В частности, Мао отыскал в оранжерее несомненную мандрагору. Его счастье, что магическое растение было еще совсем молодым, и его воплей оказалось недостаточно, чтобы поджарить мозги не в меру любопытного китайца. Однако уши потом болели еще долго.

Еще Креол успел оградить сад от любопытных глаз соседей. Для этого он использовал два слоя – внутренний, из папоротника, и внешний, из терновника. Оба растения за считанные дни успели вымахать до немалых размеров, полностью закрыв сад от чьего бы то ни было взора. Наверняка и здесь не обошлось без магии.

В садике имелась всего одна дорожка – от задней двери особняка до оранжереи. Все остальное пространство густо покрывали всевозможные растения. Там, где не было растений, росли грибы. Да какие! Преобладали мухоморы, но местами их теснили какие-то совершенно неизвестные породы, не похожие ни на один из тех сортов, что можно отыскать в учебнике ботаники. Среди мелкой растительности Мао опознал незабудку, дикий тимьян, первоцвет и еще кое-что, но большая часть трав и цветочков так и остались для него загадкой.

И еще здесь был мох. Самых разных цветов и оттенков, хотя преобладал угольно-черный. Он покрывал стены, дорожку и вообще все доступное пространство. К тому же местами мох явственно шевелился. Мао искренне хотелось верить, что это всего лишь насекомые.

Но все эти диковинные растения меркли рядом с монстром, растущим в самом центре импровизированного газона. Гигантский цветок с самой настоящей пастью и чем-то вроде щупальцев вместо листьев. Хищное растение шевелилось, хотя стояло полное безветрие, из пасти у него пахло чем-то очень противным, а листья-щупальца двигались сами собой, тщательно очищая стебель от грязи и насекомых. На глазах у Мао растительный монстр клацнул пастью, сожрав какую-то неосторожную мошку. С человеком он вряд ли смог бы справиться – росточку ему пока еще не хватало, но Мао все же не стал подходить ближе. Он от души понадеялся, что соседи со стороны сада не окажутся настолько любопытными, чтобы продираться сквозь колючий терновник – объяснить подобный гербарий было бы довольно сложно.

Что еще удивило китайца – температурный режим. На дворе стоял ноябрь, а в это время года даже в Южной Калифорнии цветов обычно не выращивают. Тем не менее, в саду царило самое настоящее лето – было тепло, все цвело и зеленело, и растения явно чувствовали себя превосходно. Мао все сильнее проникался уважением к магическому могуществу Креола.

Оно только возросло, когда он забрел в колдовскую лабораторию. Мао уже заходил сюда, когда они с Ванессой и Хубаксисом лечили неожиданно захворавшего мага, но тогда ему было как-то не до того, чтобы рассматривать ландшафты. Зато теперь времени имелось предостаточно, и уж Мао воспользовался им как следует. Однако он ни к чему не прикасался, памятуя случай с мандрагорой. Здесь могли отыскаться и более каверзные предметы.

Значительную часть полок и полочек занимали склянки, флакончики, пузырьки, бутылочки, коробочки, шкатулки, ковчежцы и прочие емкости для хранения жидких или сыпучих тел. На всех имелись надписи, но Мао не смог прочитать ни единой – в отличие от своей дочери, шумерскому языку его не обучили. Еще здесь стояли холодильники. Три штуки, один больше другого. Если бы то, что скрывалось в них, увидел какой-нибудь блюститель закона (кроме снисходительной к своему личному волшебнику Ванессы, конечно), Креол неминуемо огреб бы гору всевозможных неприятностей.

В самом маленьком холодильнике хранились различные органы людей и животных. Вырезанные сердца, печень, почки и прочий ливер. Отрезанные пальцы рук и ног, глаза и уши, носы и языки. В среднем холодильнике Мао нашел те же самые куски, но уже покрупнее. Целые руки и ноги, отрубленные головы и прочая дрянь. Ну а в самом большом человеческие тела лежали уже целиком. Три штуки – два мужских и одно женское. Похоже, Креол успел основательно прошерстить окрестные кладбища…

– Надеюсь, он не собирается создавать Франкенштейна… – ошарашенно пробормотал Мао, запирая двери лаборатории на ключ. В этом помещении он желал видеть непрошеных гостей еще меньше, чем в саду.

По дороге к подвалу Мао встретил троих котят – Черныша, Дымка и Алису. Они весело гнались за чем-то невидимым.

– Сэр, обед будет ровно в час дня, – чопорно сообщило что-то невидимое.

До подвала у Креола руки пока не дошли. Зато они дошли у Ванессы. Во время Большого Ремонта Старого Дома Катценъяммера она стащила в подвал все, что в ее личном словаре именовалось понятием «хлам». Сюда входила старая мебель, полусгнившие ковры, древние безделушки, найденные кое-где по комнатам, и прочая дребедень. Нет нужды говорить, что она не сама трудила нежные женские ручки, а впрягла в эту работу Слугу и Бат-Криллаха. Первый не возражал, а второй возражал вполголоса и только когда Ванессы не было поблизости.

Сейчас в частично развалившемся кресле-качалке меланхолично восседал унылый призрак сэра Джорджа. Как и всегда, он не одарил Мао даже словечком, лишь окинул его тоскливым взглядом и что-то протяжно простонал. Бывший майор крайне ответственно относился к своей роли привидения, но у него не было страшных тайн, он не знал о спрятанных кладах, он не нуждался в том, чтобы его похоронили как следует, так что и разговаривать ему с людьми было не о чем. Хотя нет – страшная тайна у него все-таки была, но ее и так все знали. Оставалось стонать, но в последнее время он усиленно старался делать это как можно тише – Ванесса в первую же ночь пригрозила ему, что если еще хоть раз проснется от его воплей, то потребует, чтобы Креол избавился от докучливого духа. В том, что шумерский архимаг может сделать это играючи, ни у кого не возникало сомнений. Как, впрочем, и в том, что он сделает это по первому слову уверенной в себе девушки, – кто в этом доме хозяин, понимали даже тараканы на чердаке.

Насмотревшись на подвал, в котором, собственно, и смотреть-то было нечего, Мао вернулся на второй этаж, и принялся бродить по нему, хлопая дверьми. Вначале он забрел в библиотеку. Да-да, в доме Катценъяммера имелась и библиотека – предыдущий владелец строения перевез в него все свои книги, а обратно вывозить уже не стал, решив, что этот корм для термитов не стоит того, чтобы возвращаться в такой жуткий дом. Тогда в нем еще жило хохочущее чудище на чердаке…

Книги располагались в двух шкафах, причем в одном из них лежала литература серьезная – энциклопедии, словари, классика и прочее; а в другом – беллетристика. Преобладала фантастика и детективы. Безусловным чемпионом стал Айзек Азимов, заняв целую полку. Видно было, что предыдущий владелец ценил его произведения по достоинству.

До беллетристики Креол добраться не успел. А вот с серьезной литературой он нашел время повозиться. Многие книги могли похвастаться странными пометками на полях, вырванными страницами, а то и обгоревшими корешками. Когда магу не нравилось содержимое страницы, он просто вырывал ее и сжигал в своей любимой жаровне. Особенно его разгневал учебник по древнейшей истории – создавалось впечатление, будто маг грыз его зубами. Больше всего пострадал раздел о древнем Шумере – от него не осталось и пепла.

– А чему тут удивляться? – пожал плечами Мао, разговаривая сам с собой. – Посмотрим, что о нас напишут в учебниках через пять тысячелетий. Тоже, небось, все переврут…

Из холла раздался стук, а затем приглушенный топот босых ног. Мао спустился посмотреть, что там произошло, и обнаружил Бат-Криллаха. Четверорукий демон только что влетел в дверь, и вид у него при этом был ужасно виноватый. Как у собаки, которая по неосторожности нагадила в хозяйские туфли. Вот у кошек такого не бывает – кот в подобном случае, наоборот, выглядит чрезвычайно довольным.

– Здравствуйте, господин Ли, – вежливо поклонился Бат-Криллах, привстав на задние руки.

– Здравствуй, Бат, – ответил на поклон Мао. – У тебя что-то случилось?

– Вообще-то, да… – неохотно признал элвен. – Меня видели.

– В самом деле? – поднял бровь китаец. – Значит, завтра о тебе опять напишут в газетах?

– Может быть… хотя нет, не думаю. Меня видела наша соседка. Знаете, такая – тощая, похожая на крысу?

– Миссис Форсмит? – припомнил Мао. – И где же она тебя заметила?

– Когда я входил в дом… – стыдливо опустил глаза Бат-Криллах. – Простите, господин Ли, я знаю, что не должен был выходить в город днем…

– Что ж теперь делать? – философски развел руками Мао. – Видела, так видела… В конце концов, кто ей поверит? А вообще, Бат, тебе здорово повезло, что моя милая дочурка сейчас в отъезде. Вот она бы тебя пропесочила как следует…

– Сам знаю, господин Ли… – понурился демон.

Раздался звонок. Мао встал, как вкопанный, усиленно гадая, кто бы это мог быть. Агнесс должна была вернуться из Амстердама не раньше, чем через неделю. Ванесса со своим молодым человеком – через три дня, если только время в Лэнге течет с той же скоростью, что и у нас. Мао был достаточно образованным человеком и знал о возможности подобного парадокса.

– Быстро прячься, – коротко приказал он Бат-Криллаху.

Демон не заставил себя долго ждать, исчезнув быстрее, чем Мао успел сделать первый шаг к двери. Прятаться он умел, как никто другой.

Пожилой китаец распахнул дверь, не спрашивая, кто пришел. Перед отправлением в потусторонний мир Креол уверил его, что оплел дом защитной паутиной, и теперь никто не сможет войти в него, буде он, Мао, этого не захочет.

На пороге стояла та самая «тощая, похожая на крысу» соседка. Маргарет Форсмит. Собственно, этого следовало ожидать. Куда хуже было то, что она привела с собой полицейского. Впрочем, пухлый дядька в форме явно считал, что притащился зря – такой тоскливый был у него вид.

– Миссис Форсмит? – отвесил ей настоящий китайский поклон Мао. – Офицер…

– Доджсон, – басом представился полицейский.

– Чем обязан визиту? – любезно поинтересовался Мао.

– А то вы сами не знаете! – фыркнула Маргарет.

– Простите, даже не догадываюсь… – с виноватым видом развел руками Мао.

– А где хозяева? – попыталась заглянуть внутрь назойливая тетка. – Та девушка и этот чокнутый?

– Вы имеете в виду мою дочь и будущего зятя? – добавил в голос холодности Мао. Как и положено истинному китайцу, он блестяще умел управлять тональностями речи, выражая свои чувства. – Они в Лос-Анджелесе – навещают наших друзей. Будут дня через три. Пока что я присматриваю за домом. У вас есть еще вопросы, миссис Форсмит?

– Извините… э-э-э… – чеша в затылке, начал полицейский.

– Просто Мао, – поспешил представиться Мао.

– Да, Мао. Гха! Как вашего вождя, да? Смешно…

Мао не стал уточнять, что Мао Цзэдун правил в Китае довольно давно, его времена ушли безвозвратно, и сейчас его вождем никто не считает. В принципе, Цзян Цзэнминь тоже не вызывал у него теплых чувств. Как и Джордж Буш, да и вообще большинство политиков.

– Так вот, Мао… – все пытался объяснить цель своего визита офицер Доджсон. Видно было, что эту цель он и сам толком не понимает. – Тут вот эта вот… кхм! Да. Как вас зовут, еще раз?

– Мао, – терпеливо напомнил Мао.

– Он меня спрашивает! – гневно оборвала его Маргарет. – Да сколько ж вам повторять, офицер – Форсмит! Маргарет Форсмит!

– Да. Так вот… кхм… миссис Форсмит утверждает, будто вы прячете у себя… ну… да. Как вы сказали? Да, то есть… Какого-то монстра, что ли… У вас, случайно, нет какой-нибудь обезьяны, или еще кого? Кенгуру какой-нибудь? – с надеждой осведомился полицейский. Ему ужасно хотелось, чтобы недоразумение разрешилось как-нибудь просто и понятно.

– Монстра? – приподнял левую бровь Мао. – Какого именно монстра?

– Это вам лучше знать! – накинулась на него тетка. – Он еще спрашивает, какого! Да что я, по-вашему, слепая?! Сама видела, как он дверь открывал! Страшный такой, как лысая обезьяна, и вся пасть в зубищах! А голова какая – как у пришельца! Может, это и был пришелец? – задумалась она.

– Вот… – попытался улыбнуться офицер Доджсон. Заметив, что Маргарет смотрит в другую сторону, он украдкой покрутил пальцем у виска. – Вы ничего об этом не знаете… м-м-м… Мао?

– К сожалению, – сухо ответил Мао. Он заметил, как мимо него вальяжно шествует Флаффи, и продемонстрировал его незваным гостям. – Может быть, вы вот этого монстра имели в виду, дорогая соседка?

– Да что ж я, по-вашему, совсем дура?! – взвилась тетка.

– Это вам лучше знать! – передразнил ее Мао. – Может быть, вы окно с телевизором перепутали? Не знаю, как у вас, а в нашем доме никаких монстров нет!

– М-м-м… да! Гхм, – сообщил полицейский. – Миссис… э-э-э… неважно, может быть, вы все-таки… ну я не знаю, ошиблись? Нет? Гхм, да. Почудилось что-то, а?…

– Я знаю, что я видела! – гордо отрезала Маргарет. – Офицер, в этом доме уже давно творится что-то странное, я не первый раз замечаю! Ваш долг – немедленно произвести здесь обыск!

– Кхе! – крякнул офицер. – Простите… э-э-э… дьявол, все время забываю, как вас там… а на каком, собственно, основании? Потому что вам, видите ли, привиделся пришелец? Даже если и не привиделся – в наших законах ничего не говорится о том, что пришельцев держать запрещено. Вот если он вас сожрет, или хотя бы покусает – тогда да, приходите, жалуйтесь. Посадим и пришельца, и тех, кто его укрывает. А до тех пор – адью! Привет по-французски, гхм, да!

Мао, уже не ожидавший от этого туповатого толстяка такой относительно связной и толковой речи, одобрительно хмыкнул.

– Я этого так не оставлю! – пригрозила на прощание Маргарет, глядя, как закрывается входная дверь.

– Бат, ты здесь? – негромко спросил Мао, глядя в щелочку, убеждаясь, что настырная соседка не караулит где-нибудь поблизости.

– Здесь, господин Ли, – мяукнул откуда-то поблизости четверорукий демон.

– До возвращения Вон и Креола из дому – ни шагу. Пусть они решает, как с тобой быть. Чует мое сердце, эта… – Мао про себя выругался, – действительно не отстанет. Будет теперь сидеть, следить с биноклем. А то и с фотоаппаратом…

– Еще у людей бывают видеокамеры, – поддакнул Бат-Криллах.

– Да, и видеокамеры тоже… – вздохнул Мао. – Слушай, я у тебя давно хотел спросить – ты не обижаешься, что мы тебя так называем?

– А в чем дело? – не понял Бат-Криллах.

– Ну… «Butt» ведь по-английски – «задница»… – хмыкнул Мао.

– Языков бесчисленное множество… – равнодушно пожал сразу двумя парами плечей элвен. – Любое слово на каком-нибудь языке будет звучать глупо. Называйте как хотите, господин Ли…

Миссис Форсмит действительно не пожелала сдаваться так легко. У нее появилась навязчивая идея, и она неутомимо претворяла ее в жизнь. Мужа она посвящать не стала – к своему благоверному она относилась с презрением, считала его тряпкой, а особенно ее возмущала его вера в сверхъестественное. То, что сейчас она сама охотится за какой-то потусторонней тварью, ее нисколько не смущало. Мадам была из тех, кто замечает в чужих глазах все соринки до единой, а вот бревно в своем не видит в упор.

Зато миссис Форсмит очень быстро посвятила в Великую Тайну Лысого Пришельца своих подруг – миссис Андерсон и мисс Уилсон. Астрологиня моментально сообразила, что к чему, и заявила, что видит во всем этом направляющую длань небес. Она, мол, давно подозревала, что с этим домом и его обитателями не все ладно. Пухлая миссис Андерсон восхищенно глядела в рот своим подругам и во всем с ними соглашалась.

Они громко погоревали, что миссис Ли сейчас в отъезде. С женой Мао они нашли общий язык моментально, и уж она-то наверняка помогла бы им во всех начинаниях. С ее помощью они легко проникли бы внутрь, а уж там нашли бы способ облазить территорию. Но чего нет – того нет. Пришлось им втроем запастись всяческими устройствами для подглядывания и подслушивания и отправиться дежурить вокруг загадочного особняка. Однако перелезть через забор и попытаться найти обходной путь они не стали и пробовать. Во-первых, среди теток не было ни одной акробатки с воровским стажем, а во-вторых, страх перед ужасами дома Катценъяммера прошел еще не до конца.


Мао насмешливо наблюдал с маленького балкончика на втором этаже, как Эдна Андерсон тщетно пытается сфотографировать что-то сквозь щель в заборе, когда до него донесся еще один звонок в дверь. Гадая про себя, кто бы это мог быть, китаец пошел открывать.

– Креол живет здесь? – услышал он вопрос едва ли не раньше, чем открылась дверь.

Мао отступил на шаг и недоуменно оглядел нежданного посетителя. Незнакомый парнишка в темных очках и с ослепительно-белой шевелюрой молча стоял, ожидая ответа.

– Простите, а вы, собственно, кто? – решил сначала узнать он.

Мао очень повезло, что ийр знал свою жертву в лицо. Будь это не так, он влепил бы миллион вольт в первого же, кто откроет дверь. Но он знал, как выглядит Креол, а потому и не стал тратить энергию на того, за кого ему не платили.

– Я Гай, – коротко ответил ийр. – Повторяю вопрос – Креол живет здесь?

– Да, но…

– Он сейчас здесь?

– Нет, вообще-то…

– Где он? – все тем же металлическим голосом продолжал спрашивать Гай.

– Послушайте, а вам какое дело? – возмутился Мао. – Что вам от него надо?

Ийр очутился в крайне затруднительном положении. Лгать он не умел, но если бы он ответил, что ему надо убить Креола, это вызвало бы негативную реакцию аборигена, и его, скорее всего, пришлось бы устранить. Это было нежелательно – абориген еще мог пригодиться в качестве источника информации.

– Мне надо с ним встретиться, – все-таки сообразил Гай. Что интересно – не солгал ни на йоту, ему действительно прежде всего надо было встретиться со своей жертвой. – Где он?

– Не думаю, что вы его отыщете… – почесал в затылке Мао. Ему почему-то показалось, что этот в байку о Лос-Анджелесе не поверит. – Он вернется через несколько дней.

– Через сколько именно?

– Через четыре, – ответил Мао. Вообще-то, оставалось только два с половиной дня, но этот тип не вызывал у него доверия, и он решил вначале сообщить о нем самому Креолу.

– Хорошо, я вернусь сюда через четыре дня, – неохотно согласился Гай. Ему не хотелось задерживаться в этом мире ни одной лишней минуты, но еще больше ему не хотелось продолжать поиски, когда можно просто подождать. Перелет из Бельгии в Соединенные Штаты стал самым неприятным впечатлением молодого ийра за всю его сравнительно короткую жизнь. Он решил войти в состояние стасиса и переждать необходимый срок.

Мао ужасно хотелось побыстрее захлопнуть дверь – гость нравился ему все меньше и меньше, но Гай по-прежнему стоял к нему лицом, словно хотел сказать еще что-то, так что приходилось ждать, пока он примет какое-то решение.

А Гай тем временем пытался решить – убивать ли ему этого человека, или нет? С одной стороны, старик был ненужным свидетелем, и мог сообщить о нем жертве прежде, чем он, Гай, ее настигнет. С другой – если его убить, жертва тем более может заподозрить неладное и скрыться. Или, что еще хуже, напасть первой – ийр не склонен был недооценивать могущество шумерского мага.

Обдумав проблему со всех сторон, Гай молча развернулся и зашагал прочь. Мао закрыл за ним дверь и облегченно вздохнул. Конечно, он понятия не имел, что только что избежал возможности на собственной шкуре испытать непередаваемые ощущения умирающего на электрическом стуле.


Глава 16 | Архимаг | Глава 18