home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



6

А ранним утром Афанасьева разбудил Никишин. На мотоцикле его изрядно заляпало грязью, но он был бодр и весел. Ворвавшись в дом, заявил громко:

– Долго спишь, Афанасьев! Пора дела начинать да по инстанциям докладывать!

– За нами задержки не будет.

– Итак, зовут наших крестников – Николай Ширяев да Петр Гилев. Только они двое и выписались в этом месяце из Красногвардейска. Работали в химлесхозе. И биографии у них на обвиниловку похожи…

– Знаю, – проговорил Афанасьев, натягивая на теплую портянку сапог. Притопнул ногой и закончил: – Уехали как раз в тот день, когда Червякову ранили.

– Точно – уехали?

– На сто процентов. И в общежитии говорили, и расчет за день до этого взяли, и на вокзале их видели. Вот фотографии. – Пока Никишин рассматривал их, Афанасьев умылся и, вытираясь посреди комнаты, говорил: – Как искать их теперь? Россия-то большая, а они не меньше чем по пять тысяч с собой увезли. На такие деньги знаешь куда заехать можно?

– Россия большая, это верно, но в ней в каждом районе и милиция есть, вплоть до самой тундры. Понял? – не склонен был разделять сомнения Афанасьева Никишин. – Наше дело – образцово выполнить оперативную задачу. Никакой злодей еще ни разу не дожидался милиции на месте преступления. Он всегда старался скрыться, Мы получили заявление о нападении спустя пять часов после того, как преступники сели на поезд. Поступи это заявление вовремя, и мы задержали бы их на вокзале. Все ясно как день. Теперь решай, кто в чем виноват… Нам сейчас первым делом надо всю документацию оформить как положено, а по том решать, что предпринять дальше.

– Дальше я тоже кое-что понимаю, – остался при своих мыслях Афанасьев и спросил: – Покажи, что привез-то?

Никишин выяснил только то, что Ширяев отсидел в тюрьме около четырех лет за государственную кражу и освободился досрочно.

– А про второго особенного ничего не узнал, кроме того, что не судим, – сказал Никишин.

– Про другого я наслышался, недалеко от первого ушел: еще не жил, а с десяток мест переменил. Везде за прогулы да за пьянку выгоняли.

– Отлично! – похвалил его Никишин. – Надо только характеристики подробные взять с производства.

– Взял уже.

– Совсем хорошо. А куда людей будем вызывать?

– В поселковый Совет, куда больше? У меня кабинета нет.

– Сойдет. Ты бы только ребятишек пошустрее нашел, чтобы повестки растащили.

– Не надо. По телефону вызовем.

…За день Никишин с Афанасьевым успели допросить всех свидетелей, включая Анну Червякову, к которой Афанасьеву пришлось сходить еще раз.

– Нашли бандитов-то, – чтобы хоть как-то успокоить ее, сказал на прощание Афанасьев.

– Неужто? – удивленно и испуганно переспросила она.

– Да. Только неувязка случилась: Прокопий заявил поздно, поэтому они сбежать успели.

– Господи, что делается!.. – слабо проговорила она.

– Ничего, – улыбнулся Ефим. – От ответа еще никто не уходил. Найдем все равно.

Вечером на квартире Афанасьева, подшивая документы в папку, Никишин делился опытом:

– Вроде пустяк: подшить документы, а тоже значение большое. На первое место – протокол осмотра места происшествия и схема. Поглядел в них – и полная картина преступления перед тобой. Потом идут протоколы, допросов свидетелей, если есть – заключения экспертиз. Когда в показаниях получается несоответствие, добавляются еще протоколы очных ставок. Но это чаще с обвиняемыми, а они у нас еще бес знает где…

– И для чего это ты все мне объясняешь? – спросил Афанасьев.

– Так, по пути.

– А я думал, что не уверен во всем этом деле.

– В чем же тут сомневаться?

На следующий день Афанасьев вместе с Никишиным выехал в Зайково.

На этот раз присутствующие на совещании у начальника уже знали обстоятельства дела подробно, и доклад Никишина проходил гладко, без досадных мелких уточнений, мешающих разговору.

– Вы уверены в причастности этих людей к преступлению? – спросил Никишина начальник.

– Кроме них, подозреваемых вообще не обнаружено. Они – единственные. Кроме того, их поведение в тот вечер полностью совпадает с обстоятельствами преступления.

– Что вы предлагаете?

– Искать надо. Сначала по области, а если не найдем – и дальше.

– Вы так же думаете, Афанасьев?

– Да, – негромко ответил Ефим. – Виноваты они или нет, а проверить их надо. Людишки-то такие, что всего от них ждать можно. Характеристики одни чего стоят! Но у меня лично сомнения есть кое-какие.

Никишин повернулся к нему и остановил на нем снисходительный взгляд.

– Скажем, люди спали, дело ночное, – продолжал спокойно Афанасьев, – выстрела не слыхали… А как понимать, что полтора года мы про оружие не знали? Из Красногвардейска за это время они никуда не уезжали, к ним гостей тоже не бывало. С собой который-то привез? Может быть. Вот и не понимаю я, как это за полтора года мы о нем не узнали…

– Держали в секрете, чего тут не понимать, Афанасьев? – не выдержал Никишин.

– Вот того и не понимаю, как мог такой секрет полтора года держаться. Хоть бы жили-то не в общежитии… В общем, надо их найти обязательно.

– Значит, искать будем? – спросил начальник.

– Да. А нельзя ли насчет санкции на арест подумать? А то еще раз убегут, – сказал Никишин.

– Надо ли санкцию? – засомневался начальник.

– Не надо, – поднялся Афанасьев. – Хватит нам и телеграфного уведомления. Если потребуется, я сам куда угодно, хоть самолетом…

– Решено. Так и в область доложим. И начальник закрыл папку, давая понять, что разговор закончен.


предыдущая глава | Восьмой револьвер | cледующая глава