home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





19


В тишине заснувшего дома мирно отбивали ход настенные часы. Дочки спали в детской, Софья Петровна, высказав все, что она думает о сыскной полиции вообще и ночных возвращениях мужа в частности, легла в постель одна. Даже Глафира угомонилась и дремала на своих полатях на кухне.

В доме не спал только Ванзаров. Он запахнулся в мягкий персидский халат и устроился в уютной гостиной, даже не зажигая настольной лампы. Сидеть за рабочим столом совершенно не хотелось. Уже второй день Родион Георгиевич пребывал в состоянии скаковой лошади — правда, линия финиша, вместо того чтобы приближаться, убегала все дальше.

Мало того, что к трупу Марии Ланге прибавился труп профессора, мало того, что Особый отдел требовал любой ценой найти Уварову, каким-то образом причастную еще и к другим событиям, но и сам сыщик второй день ощущал глубокую растерянность. Логика рассыпалась на кусочки. Уварова, Савская, Серебряков, англичанин, дворник и эта проклятая сома спутались в необъяснимый клубок.

Поначалу все указывало на виновность профессора. Мария лежала возле его дома, а Серебряков солгал, что в ночь, накануне преступления, находился на новогоднем балу. Но через три дня кто-то постарался, чтобы профессор навсегда исчез в невской проруби. Ванзаров теперь уже не сомневался, что в квартире Серебрякова, из которой вынесли даже мусор, нарочно оставили эту домотканку. Неизвестный очень хотел запугать следы. Видимо, этот кто-то был очень близок к профессору. Иначе зачем неизвестная дама в вуали забрала из ателье негатив фотографии — единственную улику, указывающую на других возможных участников дела?

Затем неожиданно открылось и то, что Надежда Уварова являлась агентом Особого отдела полиции и, более того, совершила убийство офицера. Значит, скорее всего, именно Уварова ходила за негативом и была организатором двух преступлений? Правда, как ей удалось их осуществить, — понять невозможно.

Далее выяснилось, что и вторая дама розыску не менее интересна. Назвавшись Еленой Савской, она делает из английского дипломата послушного раба. После общения с ней скоропостижно умирает совершенно посторонний человек — Эдуард Севиер. К счастью, родственники по какой-то причине не заявляют в полицию. За этой жертвой следует вторая — Ричард Эбсворт, сын пивного магната. Следовательно, виновность Надежды Уваровой, как минимум, должна разделять загадочная Елена Савская. Но это еще больше запутывает дело. Ведь следов Савской нет ни в одном убийстве даже косвенно, а несчастные английские подданные, ставшие жертвами, никоим образом не связаны с профессором. При этом Савская почему-то не приходит на запланированное свидание с Брауном. Где сейчас находятся обе дамы — неизвестно. Им с легкостью удалось уйти от филеров Курочкина.

Отправив Брауна, Джуранский доложил Ванзарову результат своих поисков. Он нашел трактир, в котором любил бывать дворник Пережигин. Это заведение Степанова на Четырнадцатой линии. Половые дворника хорошо знают и уверяют, что Степан не был у них с Нового года. Вот в декабре он здорово пил с вологодскими ледорубами, которых арестовала полиция. На предъявленной фотографии Уварову половые не узнали. Значит, кто и где подсыпал снотворное Пережигину в ночь, когда Серебрякова отвели к проруби, тоже неизвестно.

Что же остается?

Как это ни печально признать, но единственной ниточкой, связывающей всех участников этих событий, оказывается сома. Может быть, прав Лебедев и профессору удалось найти нечто, ради чего люди пошли на преступление, а сам он поплатился жизнью?

Что же это за состав? В чем его сила? Почему хитрый Бадмаев сделал вид, что ничего не знает о соме? Что вычитал в древних книгах Александр Владимирович Серебряков?

В глубине квартиры часы отбили четверть первого. Чувствуя себя совершенно разбитым, Родион Георгиевич решил идти спать. Он приподнялся с кресла и в этот момент оглушительно зазвенел телефон. Сыщик стремглав бросился к аппарату через гостиную и дернул с крючка рожок.

— Ванзаров слушает! — прошептал он в воронку амбушюра.

Где-то на том конце проводов щелкнуло.

— Слушай меня внимательно… — произнес глухой, сдавленный голос.

— Кто говорит? — стараясь быть спокойным, спросил Родион Георгиевич.

— Ты больше не прикоснешься к тому, что не имеешь права знать! — с холодной угрозой произнесла трубка.

— Я не понимаю, о чем вы!

— Если не прекратишь поиски уже завтра, неотвратимое возмездие падет на тебя и твою семью!

Ванзаров пытался запомнить голос. Но неизвестный умел хорошо маскироваться. Так говорить мог кто угодно — хоть Бадмаев, хоть дворник Пережигин. Звук, кажется, шел через тряпку.

— Я ничего не понимаю! Кто вы? — сыщик решил потянуть время.

— Берегись. Погибнут твои жена и дети! Ты получил предупреждение.

— Да как вы смее… — начал Ванзаров. Но трубка замолчала.


предыдущая глава | Божественный яд | cледующая глава