home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 9

Шел третий час ночи, когда Камилла услышала стук в дверь. Она села в постели, мгновенно проснувшись, полезла под подушку и вытащила смертоносный пистолет «Вальтер». Затем прислушалась; стук повторился, более настойчиво. Не гестапо, рассудила она; те стучат топором, а не костяшками пальцев. Но взяла пистолет с собой, когда зажгла керосино– вую лампу и пошла в длинной белой ночной сорочке к двери. Она чуть не столкнулась с Мышонком; маленький человечек стоял в проходе, испуган– но глядя широко раскрытыми глазами. Она приложила палец к губам, ког– да он хотел было что-то сказать, а затем прошла мимо него к двери. Что за безумная пошла жизнь! – сердито подумала она. Ей с трудом уда– лось двадцать минут назад уложить спать потрясенную горем девицу – дурной бритт позволил убить себя и Адама,– а теперь она наталкивается на этого нацистского психа! Из такого можно выкрутиться только чудом, но Жанна д'Арк давно уже обратилась в прах.

– Кто это? – спросила Камилла, притворяясь, что охрипла спро– сонья. Сердце у нее колотилось, а палец держался на курке.

– Зеленые глаза,– сказал человек с другой стороны.

Ни одна рука в Париже не отпирала дверь так скоро.

Майкл стоял с запавшими глазами, на щеках и подбородке темная щетина. На нем были коричневые парусиновые штаны, на пару размеров меньше, чем требовалось, и белая рубашка, рассчитанная на полного мужчину. На ногах были темно-синие носки, но ботинок не было. Он шаг– нул в помещение, мимо Камиллы, стоявшей с открытым ртом. Мышонок словно бы подавился. Майкл тихо закрыл за собой дверь и запер ее.

– Задание,– сказал он,– выполнено.

– О,– сказал кто-то, задыхаясь от спешки. В проеме двери в спальню стояла Габи, с бледным лицом и красными кругами вокруг глаза. На ней все еще было новое голубое платье, теперь бесформенное и силь– но смятое.

– Ты… умер. Я видела, как ты… принял яд.

– Он не подействовал,– сказал Майкл.

Он прошел мимо них, мышцы его были как у избитого и болели, а голову ломило от тупой боли: все это – последствия превращения. Он подошел в кухне к тазу с водой и ополоснул лицо, потом взял яблоко и стал его грызть. Камилла, Габи и Мышонок, как три тени, проследовали за ним.

– Я получил сведения,– сказал он, когда зубы его сгрызли яблоко до сердцевины; это сыграло роль чистки зубов и удалило остатки запек– шийся крови.– Но их недостаточно.– Он взглянул на Камиллу, его зеле– ные глаза блеснули в свете лампы.– Я обещал Мышонку, что доставлю его в Берлин. У меня тоже есть причины попасть туда. Вы нам поможете?

– Девушка сказала, что видела, как вас окружили нацисты,– сказа– ла ему Камилла.– Если даже цианид не подействовал, от них-то вы как избавились? – Глаза у нее сузились: невозможно, чтобы этот человек сейчас стоял здесь. Невозможно!

Он, не мигая, уставился на нее.

– Я был проворнее, чем они.– Она хотела продолжить расспросы, но не знала, о чем. Куда подевалась та одежда, в которой он ушел отсюда? Она посмотрела на его украденные штаны и рубашку.– Мне пришлось пере– одеться,– сказал он спокойным и внушающим доверие голосом.– Немцы гнались за мной. Я взял одежду, висевшую на веревке.

– Я не…– Она посмотрела на его босые ноги. Он покончил с ябло– ком, бросил огрызок в мусорное ведро и достал другое.– Я не пони– маю! – Габи просто смотрела на него, ее чувства были все еще в смяте– нии. Мышонок сказал:

– Эй! Мы слышали про это по радио! Говорили, что в здание Оперы попала собака и устроила сущий ад! Мы тоже видели ее! Прямо над нашим автомобилем! Разве не так? – подтолкнул он Габи.

– Да. Я видела.

– Сведения, которые я получил этим вечером,– сказал Майкл Камил– ле,– нужно проверить. Для нас крайне важно как можно скорее попасть в Берлин. Вы можете помочь нам в этом?

– Это… слишком сложно. Я не уверена, что могу…

– Можете,– сказал он.– Нам понадобится новая одежда. Удостовере– ния личности, если сможете достать. И следует согласовать с Эхо, что– бы она встретила меня в Берлине.

– Я не имею полномочий, чтобы…

– Я даю вам полномочия. Мы с Мышонком направляемся в Берлин как можно скорее. Согласовывайте с кем угодно. Делайте все, что ни при– дется. Но доставьте нас туда. Поняли?

Он слегка улыбнулся, показывая зубы. От его улыбки ей стало не по себе.– Да,– сказала она.– Поняла.

– Постойте. А как насчет меня? – Габи наконец стряхнула с себя оцепенение. Она ступила вперед и тронула за плечо Майкла, желая удо– стовериться, что это действительно он. Так оно и было; ее рука сжала его за локоть.– Я поеду в Берлин с тобой.

Он посмотрел в ее красивые глаза, и его улыбка смягчилась.

– Нет,– мягко сказал он.– Ты едешь на запад, обратно туда, где у тебя хорошо знакомая работа, которую ты делаешь отлично.

Она хотела было протестовать, но Майкл приложил палец к ее гу– бам.

– Ты сделала для меня все, что могла. Но сама ты к востоку от Парижа не выживешь, а я не могу все время быть тебе охраной.

Он заметил, что под ногтем пальца, прижатого ко рту Габи, запек– лась кровь, и быстро убрал его.

– Единственная причина, почему я беру с собой его, в том, что я заключил с ним сделку.

– Да уж, точно заключил,– пропищал Мышонок.

– И я ее выполню. Но в одиночку я всегда действую лучше. Ты по– нимаешь? – спросил он Габи.

Конечно, она не понимала. Пока. Но со временем она должна по– нять; когда война окончится, и она прозрослеет, станет матерью, а там, где землю когда-то давили гусеницы немецкого танка, у нее будет виноградник, на обязательно поймет. И будет рада тому, что Майкл Га– латин дал ей будущее.

– Когда мы сможем уехать? – Майкл переключился на Камиллу, чей мозг лихорадочно прорабатывал варианты путешествия из Парижа к боль– ному сердцу Рейха.

– Через неделю. Это самое ранее, когда я смогу вывезти вас отсю– да.

– Четыре дня,– сказал он ей и подождал, пока она не кивнула со вздохом.

Домой! – подумал Мышонок, у которого от возбуждения закружилась голова.– Я еду домой!

Это самая распроклятая кутерьма, в какую я когда-либо попадала в своей жизни, подумала Камилла. Габи потонула в противоречиях; ее тя– нуло к чудом избежавшему смерти мужчине, который был перед ней, но она любила свою страну. А у Майкла было две заботы. Одна была о Бер– лине, а другой была фраза, ключ к тайне: «Стальной Кулак».

В спальне, когда свечи догорали, Габи легла на постель из гуси– ного пуха. Майкл склонился над ней и поцеловал в губы. Они на время прильнули друг к другу горячими губами, а потом Майкл предпочел рас– кладушку и лег поразмыслить о дальнейшем.

Ночь продолжалась, рассвет начал окрашивать небо розовыми отбле– сками пламени.


Глава 8 | Час волка | Глава 1