home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



20. Всемирный кризис социализма

Однако вряд ли кто из советских вождей мог твердо сказать, что это значит «в полном смысле слова» — быть социалистической страной и, тем более, какая из «братских» стран таковой является. Любой из них мог, как попугай, отрапортовать без запинки, что это значит теоретически, но практическая сторона вопроса путала все схемы. Можно лишь гадать, в какие моменты истории разные вожди должны были сообразить, что созданная ими «модель» не работает. Ленин, надо полагать, понял это к 1921 году, когда стало ясно, что мировой социалистической революции не произойдет. Сталин уж точно в этом убедился в 1941-м, увидев полный крах своей империи под ударами германской армии. Хрущев, возможно, и не задумывался над такими вопросами вплоть до своей отставки, но вынужденное безделье последних лет жизни сильно помогло ему увидеть реальность. Что же до Брежнева, Андропова, Громыко, Черненко, Устинова, Суслова и пр., польский кризис стал для них тем, чем 1941 год был для Сталина.

В самом деле, начало 1980-х обнажило всю гнилость системы. Афганистан с одной стороны, Польша — с другой, растущая враждебность Запада и неудача кампании за разоружение — с третьей, а в центре — все более буксующая экономика, массовое недовольство, техническое отставание, неистребимая коррупция аппарата управления. В сумме это все означало кризис системы. После Польши и на свою страну взглянули другими глазами.

В соответствии с поручением отделы ЦК КПСС проанализировали поступающую в Центральный Комитет информацию о недоразумениях и конфликтах между рабочими и администрацией отдельных предприятий, которые в ряде случаев сопровождались прекращением работы и другими негативными проявлениями.

Считаем необходимым доложить, что количество подобного рода отрицательных проявлений за последнее время несколько увеличилось, что вызывает серьезную озабоченность. Подавляющее большинство из них, как показывает анализ, непосредственно связано с нарушениями установленного порядка пересмотра норм и оплаты труда, неправильным начислением и несвоевременной выплатой заработной платы, особенно премий, плохими условиями труда, невнимательным отношением к жалобам трудящихся.

Симптом был зловещим, хотя забастовки и не стали массовыми. Как правило, речь шла о локальных конфликтах, с участием одного цеха или смены, чаще всего вызванных довольно наглыми нарушениями администрацией трудового законодательства. За весь 1979 год таких случаев насчитали около 300, однако события в Польше явно повлияли на настроение рабочих.

Нельзя не отметить, что за последние недели случаи отказа от работы стали более частыми. Причем в ряде мест случаи отказа от выполнения производственных заданий не ограничивались коллективом одной смены, а распространялись на последующие со значительным числом работающих.

Разумеется, дали нагоняй профсоюзникам, чтобы лучше защищали своих членов. Но разве это могло помочь, если и профсоюзы, и администрация, и местные партийные власти уже давно спаялись в один аппарат, ответственный прежде всего за выполнение плана? К тому же, сами по себе забастовки были лишь кульминацией растущего недовольства, причины которого к конкретному трудовому спору и отношения не имели. Прежде всего — постоянная нехватка самых элементарных продуктов. Вольно полякам бунтовать из-за нехватки мяса советские работяги о мясе и не мечтали, им даже хлеба не хватало.

…из ряда мест поступают письма граждан, в которых подчас в острой форме сообщается о временных перебоях в обеспечении населения хлебом и хлебопродуктами, о сужении ассортимента хлебобулочных изделий, низком их качестве, — докладывал Черненко. А как не бастовать рабочим, если «на их настроении отрицательно сказываются перебои в снабжении хлебом, его, бывает, не завозят по четыре дня. Дети редко видят белый хлеб, булки. Муки в продаже нет», — цитирует он.

Конечно, он винит прежде всего нерадивых местных начальников, а также крестьян, якобы скупающих хлеб на корм личного скота. Но даже Черненко начинает понимать: что-то не так в самой системе, хотя бы уже потому, что это явление повсеместно. К тому же, и начальников меняли, и кое-где стали продавать хлеб по талонам и спискам (чтобы прекратить его скупку на корм скота), а хлеба не прибавилось. Как же так?

«На страницах газет публикуются рапорты об успешном выполнении республиками и областями социалистических обязательств последнего года заданий десятой пятилетки по продаже зерна государству, а в нашем рабочем городе вот уже второй день невозможно купить буханку хлеба. К двум-трем часам дня полки магазинов пусты. По этому поводу ходят нездоровые слухи», цитирует он другого жалобщика.

И правда, загадочно: планы перевыполняются да еще десятки миллионов тонн зерна закупаются в Канаде, в США — а хлеба нет. Одной нерадивостью проблему не объяснишь, тем более что хлеб — лишь один из примеров.

Следует отметить, что наряду с сигналами о перебоях в торговле хлебом и некоторыми другими продуктами массового спроса из отдельных республик и областей поступают жалобы на случаи перебоев в торговле солью и столовым уксусом.

История с солью была еще более мистическая, чем исчезновение хлеба. Соли в России — целые озера, да и выращивать ее не нужно, добывается она просто экскаваторами, грузится прямо в вагоны. Что же, казалось бы, проще? Таинственным исчезновением соли ЦК занимался отдельно, но загадку так до конца и не решил.

Среди поступающих в Центральный Комитет партии писем трудящихся по вопросам обеспечения населения продовольственными товарами, все чаще встречаются полученные из некоторых районов страны жалобы на трудности в приобретении поваренной соли, ограниченный ее ассортимент и низкое качество, — доложил отдел писем ЦК. — В письме т…, поступившем из г…, говорится: «в последнее время в нашем городе постоянно „лихорадит“ торговлю. Притом речь идет о предметах повседневного спроса. Недавно в продаже не стало поваренной соли. Все это вызывает всевозможные неверные суждения».

«В нашей области добывается соль, пишет т… из… Чем же тогда объяснить, что у нас длительное время наблюдаются перебои в торговле этим продуктом? Дошло до того, что воспитанники детского дома ходят по дворам, выпрашивая щепотку соли. Разумеется, эти недостатки сказываются на результатах нашего труда, на настроении».

Любопытно, что об этих явлениях ЦК узнавал не от своего аппарата, не от контрольных органов, и даже не от всеведущего КГБ, а из жалоб рядовых граждан. Разъяренный ЦК проводил расследования, виновных чиновников привлекали «к строгой партийной ответственности», а то и сажали, но лучше не становилось. Местное начальство лишь стало более жестко следить, чтобы жалобы не доходили до Москвы, а особо злостных жалобщиков прятали по дурдомам, сажали, сживали со света. Что же до партийно-хозяйственного аппарата, то он на всех уровнях докладывал только о перевыполнении планов, и сколько ни боролись в ЦК с приписками, а искоренить их не могли. Ввели даже специальную статью в уголовный кодекс с наказанием до трех лет тюрьмы, все без толку. В итоге, вожди просто не имели понятия, что производит страна, в каком количестве, какого качества…

К началу 80-х коррупция аппарата управления стала достигать зловещих размеров, хотя еще со времен Хрущева за нее полагались самые крутые меры наказания, вплоть до расстрела. Лишь время от времени вскрывались самые фантастические дела: целые отрасли хозяйства оказывались пронизаны коррупцией, а размеры хищений достигали сотен миллионов рублей. С другой стороны, возникала целая теневая индустрия: система подпольных предприятий и производств, никак не связанных с государственным хозяйством. Неистребимая частная инициатива всегда оказывалась оперативней неуклюжей государственной машины. Но узнавалось об этом не часто: как правило, местные партийные власти оказывались в доле с махинаторами, и даже КГБ становилось не под силу найти концы. Целые регионы, а иногда и республики управлялись этой новой «мафией», точно удельные княжества (наиболее известный пример тому нашумевшее впоследствии «узбекское дело»). Но часто ниточка тянулась в Москву, в окружение Брежнева, и дело прикрывалось. Вообще же бороться с коррупцией вождям становилось со временем все труднее и труднее: ведь их единственный инструмент власти — партийно-управленческий аппарат — был одновременно и главным источником коррупции. Получался порочный круг. Впоследствии этот процесс способствовал распаду СССР гораздо больше, чем этнические конфликты: раздробление СССР было вызвано в первую очередь раздроблением партийно-управленческого аппарата, а местный «национализм» лишь использовался региональными властями. Не случайно в 1992 году почти все отколовшиеся «независимые» республики оказались под властью местной партийной номенклатуры.

Сам же по себе национализм, «этнические конфликты» все это было делом обыденным; искоренить их в советской империи не удавалось ни пропагандой «дружбы народов», ни репрессиями. К 80-м годам, с ослаблением контроля центра над местным аппаратом, ситуация стала заметно обостряться.

Поступающие в КГБ СССР материалы свидетельствуют о том, что в последнее время среди отдельных категорий коренного населения Карачаево-Черкесской автономной области усилились негативные процессы националистической направленности, увеличилось количество совершаемых на их основе общеуголовных преступлений, — докладывал Андропов в декабре 1980 года — На характер этих процессов, наряду с другими причинами, оказывают влияние враждебные элементы из числа лиц старшего поколения, принимавшие ранее участие в вооруженной борьбе с советским строем. Идеализируя прошлое, отжившие традиции и обычаи своего народа, они всячески подогревают среди окружения чувство «обиды» на советскую власть за якобы чинимые «гонения на карачаевцев», спекулируют в этих целях фактом их выселения в годы Великой Отечественной войны в республики Средней Азии.

На обстановке среди коренного населения автономной области отрицательно сказывают-ся сохранившиеся здесь устойчивые родовые и религиозные пережитки. Самозваные муллы (их установлено более 100 человек) стремятся к укреплению позиций ислама. (…)

Бытующие среди молодежи подобные настроения зачастую переходят в открытую неприязнь к русским, на этой основе допускаются дерзкие хулиганские выходки, изнасилования и групповые драки, подчас грозящие вылиться в массовые беспорядки. Так, только в 1979 году правоохранительными органами области зафиксировано 33 случая изнасилования женщин русской и других неместных национальностей; за 9 месяцев с.г. совершено 22 аналогичных преступления, 36 избиений. Эти действия довольно часто сопровождаются циничными заявлениями и выкриками: «…Так будет со всеми русскими!», «Бей русских!», «Вон с нашей земли!» и т. п.

На обстановку в области негативно влияют и часто встречающиеся круговая порука, местничество. Известны многочисленные факты, когда отдельные руководители-карачаевцы всяческими способами стремятся избавиться от работников другой национальности и укомплектовать кадры родственниками или иными близкими им людьми. Такое положение порождает часто встречающиеся злоупотребления служебным положением и другие негативные социальные явления, что создает представление о безнаказанности.

Натурально, ЦК распорядился «улучшить организационно-партийную и воспитательную работу среди населения». А что еще они могли сделать?

Удивительная это была система: им было легче оккупировать соседнюю страну, подавить всенародный бунт у соседей или, наоборот, вызвать революцию на другой стороне земного шара, чем обеспечить собственное население солью. По их тайному приказу миллионы западных дурачков шли громить свои правительства, но собственный аппарат управления они уже не контролировали. А уж регулировать экономику своей страны они не научились и за 70 лет. Все, что они умели, — это приказать, распорядиться «усилить», «повысить», «расширить», единодушно проголосовав «за». Ну, еще можно было повысить цены, а если эти «целесообразные мероприятия» к нужным результатам не приводили, то отыскивались виновные и «строго наказывались».

Секретариат ЦК КПСС информирует, что принято решение повысить с 1 июля 1979 г. розничные цены (в среднем):

на изделия из золота — на 50 процентов;

на изделия из серебра — на 95 процентов;

на изделия из натурального меха — на 50 процентов;

на ковры и ковровые изделия — на 50 процентов;

на легковые автомобили — на 18 процентов;

на импортную гарнитурную мебель — на 30 процентов.

Одновременно советам министров союзных республик, Министерству торговли СССР, министерствам и ведомствам, имеющим предприятия общественного питания, поручено увеличить в среднем на 100 процентов размер наценок в ресторанах, кафе и других аналогичных предприятиях в вечернее время, а также повысить цены на пиво, продаваемое в ресторанах, кафе и других предприятиях общественного питания, в среднем на 45 процентов.

ЦК КПСС и Совет Министров СССР пошли на эти вынужденные меры в связи с трудностями в сбалансировании роста денежных доходов населения с объемом производства товаров народного потребления и услуг, а также необходимостью упорядочения торговли дефицитными товарами и усиления борьбы со спекуляцией и взяточничеством.

Как известно, несмотря на ранее произведенное повышение цен на изделия из золота и серебра, ковры, меховые изделия, автомобили, импортную мебель, спрос на них не удовлетворяется. Торговля этими товарами осуществляется с большими очередями, часто с нарушением правил торговли. Перекупщики и спекулянты используют сложившуюся обстановку для обогащения, развращают работников торговли взятками. В своих письмах в ЦК КПСС и Совет Министров СССР трудящиеся резко критикуют эти явления и просят навести порядок. Наиболее эффективным средством решения вопроса является увеличение производства и продажи дефицитных товаров. В этом направлении прилагаются значительные усилия. Например, производство ковров с 1970 г. выросло с 30 до 67 млн. кв. метров или в 2,2 раза. Продажа населению автомобилей за этот период увеличилась в 9,5 раза. Однако выпуск ряда изделий еще не успевает за ростом спроса, а по некоторым товарам рыночные фонды нельзя увеличить в необходимых размерах из-за недостатка валютных средств (импортные товары) или природных ресурсов (натуральные меха, изделия из драгоценных металлов).

Поэтому в качестве нежелательной, но необходимой меры для упорядочения торговли приходится использовать повышение цен. При этом, чтобы в меньшей мере затрагивать жизненные интересы трудящихся, цены повышаются только на товары не первой необходимости. Кроме того, предусмотрено сохранить старые цены на золотые диски для зубных протезов и увеличить для компенсации удорожания дотацию на обручальные кольца (до 70 рублей на человека) лицам, впервые вступающим в брак. При повышении цен на изделия из натурального меха сохраняются без изменения розничные цены на меховые изделия для детей, на изделия из кроличьего меха и овчины (за исключением меховых пальто).

Следует также иметь в виду, что Минлеспром СССР и Госкомцен СССР сейчас перерабатывают прейскурант на мебель отечественного производства с учетом новых оптовых цен на лесоматериалы. Перемещение лесозаготовок в восточные районы страны привело к значительному росту издержек. В результате этого лесозаготовительная промышленность стала убыточной. Новые оптовые цены создадут этой отрасли нормальные условия для хозрасчетной деятельности. В связи с повышением оптовых цен на лес произойдет относительно небольшое (в среднем до 10 процентов) увеличение розничных цен на мебель.

Сообщение Госкомцен СССР об изменении цен будет опубликовано в печати 1 июля 1979 года. Партийным комитетам следует своевременно проинформировать партийный актив, установить контроль за осуществлением мероприятий по пересмотру цен и организовать необходимую разъяснительную работу среди населения. При возникновении, как это имело место в прошлом, различных домыслов и слухов о массовом повышении розничных цен — решительно пресекать их. Необходимо твердо ориентировать актив и разъяснять населению, что другого повышения цен, кроме объявленного в сообщении Госкомцен, не будет.

В связи с предстоящим изменением розничных цен ЦК КПСС считает необходимым еще раз подчеркнуть чрезвычайную важность всемерного развертывания производства товаров народного потребления, обеспечения безусловного выполнения утвержденных планов их выпуска и повышения качества, своевременного ввода новых мощностей, расширения сферы бытовых услуг, улучшения организации торговли.

Эти вопросы должны находиться постоянно в центре внимания всех партийных организаций и партийных комитетов, так как обеспечение платежеспособного спроса населения — одна из важнейших экономических и социально-политических задач.

Не знаю, как насчет «всемерного развертывания», но весь заблаговременно предупрежденный таким образом «партийный актив» бросился срочно скупать золото, меховые изделия, ковры и прочие дефицитные товары. Свой платежеспособный спрос они обеспечили тотчас же. Да разве могло быть иначе?

А уж потом, после объявления, пошла вполне предсказуемая спекуляция золотыми дисками для зубных протезов и переделка детских шубок во взрослые изделия. Забота ЦК о стариках, детях и молодоженах даже трогательна, но неужто они не понимали, какую безграничную возможность для злоупотреблений властью открывает их забота? Какую благодатную почву создает для черного рынка?

И это только один, сравнительно небольшой пример того, насколько несовместимо партийное государство с экономикой.


19.  Где взять 30 тысяч тонн мяса? | Московский процесс (Часть 2) | 21.  Банкротство