на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement





Портрет Самюэля Ф.Б. Морзе, художника, профессора, изобретателя телеграфа. 1845 год. Дагеротип. Полагают, что Морзе был первым американцем, который изучал дагеротипный процесс


Луи Дагер и Жозеф Ньепс. Их жизнь и открытия в связи с историей развития фотографии

Дагеротипия. – Ее техника и добытые при помощи этого способа результаты. – Существенные недостатки, лишившие ее будущности

Дагеротипия в настоящее время уже всецело принадлежит истории светописи. И если мы решили отвести ей в этом очерке довольно много места, описав ее технику, то делаем это по той причине, что самые недостатки дагеротипии послужили исходным пунктом последовавших улучшений, приведших наконец фотографию к ее теперешней высокой степени совершенства. Дагер, задавшись мыслью удержать световые изображения, даваемые камерою-обскурою, пользовался ею в том первоначальном ее виде, в каком этот аппарат был известен со времен Порты. Никому не приходило в голову заняться оптическим усовершенствованием камеры-обскуры, так как никто не мог предвидеть будущего огромного значения прибора, казавшегося пригодным лишь для забавы. Только будучи на полдороге к своему открытию, Дагер вместе с Шарлем Шевалье стал думать об улучшении камеры-обскуры, не сделав, однако, в этом отношении ничего существенного. Вопрос о том, почему Дагер из светочувствительных веществ остановился на йоде, быть может, объясняется тем, что элемент этот, открытый Куртуа в 1812 году, был в начале двадцатых годов веществом еще новым, интересовавшим химиков и врачей, возлагавших на него весьма большие надежды. В то время Гей-Люссак уже определил место йода в ряду родственных ему галоидов – хлора и брома, а также изучил его соединения с различными металлами.

Дагеровский способ, давая в камере-обскуре прямо позитивный снимок, в этом отношении резко отличается от других способов светописи: он основан на действии химических реактивов, находящихся в состоянии пара, и если в настоящее время можно объяснить весь этот процесс благодаря успехам, достигнутым фотографической химией, тем не менее нельзя не удивляться терпению и чрезвычайному остроумию, обнаруженным его первым изобретателем.

Переходим к технике дагеротипии в том ее виде, в каком она практиковалась в 40-х и 50-х годах, еще при жизни Дагера.

Медные, гальваническим путем высеребренные пластинки, употреблявшиеся для дагеротипа в первые годы после его открытия, дали повод к основанию новых фабрик, исключительно занимавшихся изготовлением этих пластинок: в настоящее время их уже нельзя найти в магазинах фотографических принадлежностей, а разве только на заводах, изготовляющих накладное серебро.

Дагеровские пластинки имели полмиллиметра (1/50 дюйма) толщины; самый большой формат их равнялся 7x10 дюймам и назывался целою пластинкою; чаще же употреблялись полупластинки. Эти названия удержались и до нашего времени для обозначения размеров стекол и других светочувствительных экранов камеры-обскуры.

Чистка пластинок. Для этой очень важной подготовительной операции брали тампон из чесаной ваты, настолько большой, чтобы охватывающие его пальцы не прикасались к пластинке, которая посыпалась самым мелким трепелом, так как сколько-нибудь крупные песчинки могли произвести царапину и сделать пластинку негодною к употреблению. Ватный тампон смачивался спиртом, и им по доске растирался трепел по всей поверхности пластинки.

Когда трепел на пластинке высохнет, его стирают другим чистым ватным тампоном и затем на пластинку дышат: облачко пара должно иметь совершенно правильную круглую форму, в противном случае полировку необходимо возобновить. Успех дагеротипа во многом зависит от этой первой операции: надо, чтобы пары йода и брома, придающие пластинке светочувствительность, распределялись как можно равномернее по ее поверхности.

После этой первой чистки пластинку окончательно отполировывают до зеркальности крокусом при помощи прикрепленной к рукоятке замшевой подушечки; излишек крокуса после полировки сметается барсучьей кистью.

Придание пластинкам светочувствительности (сенсибилизация). Это делают, подвергая пластинку последовательно действию паров йода и брома.

Для сенсибилизации употребляются две фарфоровые ванночки, закрытые сверху стеклом; на дно одной из ванночек кладутся пластинки йода, в другую – довольно толстый слой так называемой бромистой извести.

Когда ванны приготовлены, пластинку подвергают сначала действию йода; при этом, смотря по количеству йода и температуре, серебряный слой пластинки более или менее быстро начинает окрашиваться сначала в светло-желтый, потом в темно-желтый, розовый, фиолетовый, голубой и зеленый и наконец яркий желтый цвет. Доведя окрашивание до этого последнего цвета, пластинку кладут на вторую ванну и подвергают ее действию паров брома до бледно-фиолетового окрашивания. Теперь чувствительная пластинка готова к экспозиции.

Выставление пластинки в камере-обскуре (экспозиция). Время позирования или так называемой экспозиции в дагеротипе весьма неодинаково, но во всяком случае почти в пятьдесят раз дольше, чем в фотографии на коллодионе и броможелатинных пластинках.

Точное определение времени экспозиции требует большого навыка и хорошего ознакомления с качествами оптического прибора, в котором производится съемка дагеротипа.

Проявление изображения. Изображение на пластинке вызывается действием на ее чувствительную поверхность слабых паров ртути, нагреваемой от 50 до 70 °C. Для этой операции употреблялся ящик особого устройства. Когда изображение достаточно проявилось, его вынимают из шкафчика. В дагеротипии нет возможности управлять проявлением, как в некоторых других способах: приходится брать изображение как оно есть, не имея возможности сделать в нем изменения.

Закрепление изображения (фиксация). Когда проявление при помощи ртути сделано, изображение уже способно переносить без изменения не слишком сильный свет; но необходимо его окончательно закрепить, растворяя насевший на пластинку излишек йодистого и бромистого серебра. Дагер вначале употреблял раствор поваренной соли; но позднее, по совету Гершеля, стали пользоваться 10-процентным раствором серноватистокислого натрия. После двух-трехминутного погружения в закрепляющий раствор пластинка вынимается и ополаскивается перегнанной водой. Но несмотря на это закрепление, изображение на полученном дагеротипе так слабо, что при сколько-нибудь сильном трении оно легко исчезает.

Золочение дагеротипов. Для лучшего укрепления изображения, а также для придания ему лучшей окраски Физо предложил употреблять золочение. Приготовив по особому рецепту золотой раствор, его равномерно наливают на пластинку и подогревают спиртовой лампой до легкого кипения, после чего пластинку быстро опускают в холодную воду и затем высушивают также на спиртовой лампе. После этой операции изображение принимает более красивый вид и становится настолько прочнее, что легкое трение его уже не портит.

Дагеротип, получаемый на посеребренной пластинке, отличается главным образом от других способов фотографии тем, что он представляет собой именно позитивное изображение, а не дает предварительного негатива.

Дагеротипия как метод обнаружила весьма много существенных и важных несовершенств, почему вся описанная здесь сложная техника была оставлена и уже в конце сороковых годов этот род светописи был заменен другими способами, причем самое название светописи изменилось на «фотографию».

Действительно, недостатков в дагеротипии было немало. Самым главным из них был тот, что дагеротип мог давать только одно изображение – на той пластинке, которая употреблялась для съемки, и хотя некоторые экземпляры получались чрезвычайно отчетливыми и красивыми, они не давали возможности получения с них копий. Другим важным неудобством дагеротипии являлась дороговизна необходимых для нее материалов, делавшая этот способ достоянием меньшинства. Само хранение дагеротипных снимков было очень затруднительным: несмотря на закрепление изображений позолотою по вышеописанному способу Физо, дагеротипы довольно скоро стирались, если не были помещаемы под стекло, да и тогда должны были храниться в футлярах. Только при таком тщательном хранении можно было сберечь дагеротип в течение нескольких лет. Если же он помещался в рамке, на стене, как мы теперь это без всякого опасения делаем с фотографическими портретами, то посеребренная доска покрывалась через некоторое время темными пятнами, часто уничтожавшими изображение и превращавшими дорого оплаченный портрет в почти ничего не стоившую медную дощечку. Такие черные пятна происходили от действия на серебряный слой пластинки сернистых газов, которые бывают в более или менее значительной степени примешаны и к самому чистому воздуху. Если теперь рассматривать снятые в 40-х и 50-х годах дагеротипы, попадающиеся, впрочем, все реже и реже, то мы почти всегда найдем пластинку, усеянную различной величины и густоты черными пятнами, так что изображение едва можно различить.

Перечисленные нами весьма крупные недостатки дагеротипии и среди них в особенности невозможность получения с дагеротипа копий обрекли ее на полное забвение уже в шестидесятых годах, и в самом названии светописи не осталось напоминания об имени ее изобретателя Дагера.

Тем не менее, как уже сказано, самые недостатки дагеровского способа сослужили немаловажную службу делу дальнейшего преуспевания светописи. До Дагера камера-обскура весьма мало обращала на себя внимание оптиков, смотревших на нее лишь как на предмет развлечения и очень неходкий товар. Отсутствие отчетливости и правильности в полученных при помощи дагеротипии изображениях указало на несовершенство существовавших приборов и явилось толчком к стремлению улучшить производство сферических стекол. Благодаря усилиям сначала французских, а позднее английских оптиков, объективы камер-обскур ныне доведены почти до полного совершенства, отразившегося и на других оптических приборах, каковы, например, различные зрительные трубы, микроскопы и т. п.

Открытие же так называемых ускоряющих средств, стимулированное слишком длительной паузой при позировании, и главным образом применение брома создало теперешнюю смесь бромистого серебра с желатином, дающую возможность невероятно быстрого получения изображений.


С.У. Хартскорн. Эдгар Аллан По. 1848. Дагеротип. Писатель, который страстно увлекался дагеротипами, позировал для этого портрета за год до своей смерти. В 1840 году он писал: «По правде говоря, дагеро | Луи Дагер и Жозеф Ньепс. Их жизнь и открытия в связи с историей развития фотографии | Эдвард Энтони. Мартин ван Бурен. Ок. 1848. Можно предположить, что этот дагеротип является одним из тех, который Энтони сделал для своей национальной галереи дагеротипов, погибшей при пожаре 1852 года