Book: Интервью с Дугласом Коуплендом




Интервью с  Дугласом Коуплендом

Романист Дуглас Коупленд - автор эпохальных бестселлеров "Generation X" и "Microserfs", и более поздних, "All Families Are Psychotic", "Hey Nostradamus!" и "Eleanor Rigby". Его последний роман, JPod, опубликован Bloomsbury в июне 2006 года. Здесь он рассказывает нам о том, что его вдохновило на новую книгу, историю Generation X и о происхождении "антиДуга"…


Я недавно слышал, кто-то признался, что Generation X это книга, которая полностью описала жизнь, которой она и ее друзья живут. Что вы думаете относительно улавливания Zeitgeist как в данном случае, и было ли это умышленно?


Это тотальный случай, и я не пытаюсь быть скромным. Люди говорят мне, что похоже я выпустил правильную книгу в правильное время, но им стоит помнить, что то, что выглядит как подходящее время на дату выхода книги обычно похоже на поиск проблематики два с половиной года ранее, когда книга была задумана и начата. В 1990 году Generation X вышла в дюйме от того чтобы быть убитой издателем. Когда книга вышла в США (она никогда не публиковалась в Канаде) она не имела настоящего успеха. Generation X, не смотря на то как это выглядит со стороны, стала намного более успешна вопреки массированным попыткам уничтожить ее во всех отношениях на протяжениии всего ее существования.

Итак, возвращаясь к основному вопросу, была ли целью книги умышленная актуальность? Срань господня! Как бы ни так! По моему опыту книги которые становятся лучшими являются как раз теми, которые издатели заранее ненавидят больше всего. Microserfs была начата в 1993-м, когда ты еще мог зайти в кампус Microsoft и постучать в окно Билла Гейтса - я знаю это, потомучто проделывал - а Microsoft был всего лишь географически изолированной компанией технарей-ботанов с антропологически уродской племенной культурой. Никто в Нью-Уорке понятия не имел, что такое Microsoft, и кто такой Билл Гейтс. Книга вышла летом 1995-го, на той же неделе, на которой была запущена Windows 95 и это было похоже на треннировку во время военной апперации. Но это была счастливая случайность. Ты не можешь планировать такие вещи. Цинично задуманная книга никогда не сработает. Я думаю, следует быть правдивым во всем.


В ваших романах вы используете 8 363 простых числа в промежутке между 10000 и 100000 так же как 972 слова, состоящих из трех букв, записанных каракулями, и число пи…, однозначные числа… Вы предполагаете, что читатели будут тратить время на то, чтобы просмотреть их?


Я предполагаю, что они будут смотреть на цифры и слова как на полотна Уорхола, просто наслаждатся их многообразием и множеством. Я люблю изобилие. Слова не должны быть просто словами, а изображения просто изображениями. Я люблю копирование. Люблю массовую культуру. Наслаждаюсь ей. Мир - это охуительно выдающееся место для жизни. А если более молодые читатели посмотрят на эти слова и изображения, я надеюсь, они пойдут в библиотеку, в секцию искусства и возьмут кучу книг, начнут приключение длинной в целую жизнь. Возвращаясь в 1995 год к Microserfs, я сделал две растяжки на которых не было ничего кроме слов “деньги” и “машина”, и один озлобленный обозреватель сказал, что это всего лишь “малодушная автобиография”, и попытки заполнить пустые места, но я думал, что это просто симпатичный трибьют на Урохола, заставляющий людей видеть слова и думать об Энди и о свежем, новом способе видения и обажания культуры, в которой мы живем.


Насколько повествователь Jpod, Ethan Jarlewski, вы?


Из всех рассказчиков во всех моих книгах, Ethan менее всего похож на меня. Он веселый парень и очень, очень остроумный, но это не я. Мне хочется верить, что пятнадцать лет создания персонажей позволяют мне делать не совсем Дуговское и убедительное одновременно.


В Jpod вы вписываете себя в роман или по крайней мере персонажа, которого зовут Дуглас Коупленд, которой писатель. Это честное изображение себя?


И да и нет. АнтиДуг - это мой ответ Google и поисковым системам и архивам, которые никогда не исчезнут. В будущем каждый будет обладать собой реальным и своей тенью, которая существует исключительно в интернете. Возьмем, к примеру это интервью. Оно будет заархивировано и будет сопровождать меня всю оставшуюся жизнь и после. Иногда журналисты говорят: “Вот так так, вы дали много интервью”, но правда в том, что я не давал … они их просто складывают одно к одному и складывают и складывают.


Как JPod названия ваших книг часто довольно двусмысленны и полны культурных отсылок. Вы затрачиваете много время думая над ними?


Напротив. Названия приходят ко мне как вспышка, и как только это присходит, я понимаю вот то, что нужно. В таком случае не возникает ни капли сомнения. Обычно это происходит где-то на одной трети работы над книгой. Не спрашивайте меня почему.


Ваши произведения вскрывают такие проблемы как глобализация, медиа насыщение, фаст фуд, торговля людьми, генетически модифицированная пища и драг-культура. Можете ли вы охарактеризовать себя как политического автора?


Вчера я разговаривал со своим другом психиатором. Я сказал ему, что после одной длинной ночи я осознал, что не имею понятия каковы мои политические убеждения. Никаких. Либеральные? Консервативные? Анархистские? Никакие. Я знаю как меня воспитывали и как мои родители пытались знакомить меня с различными учениями, теориями, и я до сих пор занимаюсь этим. И я знаю, что я думаю по поводу отдельных проблем. Но подогнать меня под узость доктринальной точки зрения? Пустое. Мой друг полагает, что мой ужас от моей неуправляемости по-настоящему забавен. Он говорит, что большинство людей не имеют ключа к разгадке, но претендуют на то, чтобы его иметь. Он говорит, что мир это беспорядок. Он говорит, что я типичный колеблющийся избиратель, а также одновременно мечта полстеров (Прим. переводчика: лица, занимающиеся опросом общественного мнения) и политиканов. А я не уверен как это должно заставлять меня чувствовать. Мне нравится думать, что я верю в то, что правильлно, в конце концов чуство иронии позволяет мне содержать в голове много противоположностей одновременно. Результат интеренета? Мне необходимо излить себя в большой статье на бумаге по поводу моих вечных конфликтов. Итак - и это очень неожиданный ответ - я отвечу на ваш вопрос "да". Хотя это было бы намного проще просто иметь возможность ответить "нет".


Как вы думаете, вы можете больше сказать через юмор чем через буквально?


Я не думаю, что сюда можно применить производственную (промышленную) метрику. Но несомненно, можно подойти иначе к сложному предмету, вполне блестяще используя юмор. Вот смотрите следующее:

"Кам, что ты делаешь?"

"Я сотрудничаю с китайским правительством обеспечивая рождаемость младенцев мужского пола в таком объеме, в котором это только возможно. Мы берем нежеланных новорожденных девочек, высушиваем их и затем перемалываем в порошок, который мы смешиваем с латексными красками для промышленного производства.


Как вы думаете, для комических произведений сейчас тяжелые времена в мире литературы?


Разве? Я думаю проблема в том, что сейчас немного смешных авторов. (…) А это очень тяжело "смешить" людей на протяжении 80 000 слов. Срань господня! Мы живем в эру по-настоящему сокращенных пределов внимания. Я соревнуюсь с реалити ТВ и с шоу, написанными от 24 до 30 профессионалами поэпизодно. Если у меня есть, что сказать, лучше бы этому быть охуенно важным и лучше бы это было сказано в новой и неожиданной форме.


Многие авторы очень привязаны к их родным городам или иным местам. Чувствуюте ли вы, что Ванкувер удерживает вас?


Я провел свою жизнь противостоя соблазну жить в Нью-Йорке, Лондоне, Торонто, Токио или Лос-Анжелесе.., преимущественно потомучто медиа культуры там будут возможно перевешивать мои собственные понятия о том, как воспринимать повседневную жизнь. И если для моего организма оказалось невозможным выдержать Токийское субтропическое лето (непокорные Шотландские/Ирландские гены и восполение кожи в сплошную прыщевую сыпь между июнем и сентябрем) то я уже никогда не смог вернуться в этот город с 1986 года. Это на самом деле одно из наиболее пленительных мест в мире. Итак, я живу в Ванкувере, потомучто я оттуда родом, и это просто легче жить здесь - а так же потомучто так многое из того, что определяет современный мир кажется что кипит здесь, в Ванкувере: фильмы, ТВ, видео игры, хай-тек, Прошлым летом я посетил Мельбурн, и это просто клон Ванкувера. Я жил там одним днем. Это города клоны.

Я много об этом думал. Когда я закончил школу искусств в 1984 году я думал что буду к 1995 году давно уже мертв от бедности и наркотиков на какой-нибудь свалке недалеко от Мэйн и Хастингс. Тот факт, что история и мир играют друг другом не поправилам стало полным сюрпризом. Приятным сюрпризом, но не тем которого ожидаешь. Арт-школа учит тебя как смотреть на мир, но она не дает тебе особых картинок того, на что твоя жизнь должна быть похожа через десять лет вниз по дороге.


Что вы думаете об интернете? Это хорошая или плохая вещь?


Я люблю его.


Кто ваш любимий персонаж из The Simpsons и почему?


Фаст-фудовый малый с потрескивающим голосом. Это был я с 13 до 30 лет.



Перевод с английского Эжена Какты. 2006г.




home | my bookshelf | | Интервью с Дугласом Коуплендом |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 2
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу