Book: Неневеста и договор кровью или Конец света отменяется



Галина Николаевна Курдюмова

Неневеста и договор кровью или Конец света отменяется

СИ

АННОТАЦИЯ

Всё! Баста! Спасать миры за "спасибо" я категорически отказываюсь! А если сильно надо, то составим по всем правилам договор и подпишем кровью. Чьей-нибудь! Подписа-али... А что, забавный мир Аллия, который я подрядилась спасать, уже погиб, и мне, чтобы всё изменить, следует отправиться в прошлое? И не в родном любимом образе, а подселяясь в тела аборигенов? А если я не успею, то погибну вместе с Аллией? И никаких гарантий?! Зачем я в это ввязалась?!

Глава 1. Договор, подписанный кровью

Я - Неневеста Кощеева. Вообще-то зовут меня Викой, но прилипло ко мне это прозвище, как банный лист. Правда, только в других мирах. А мне пришлось уже побывать в двух, Серпулии и Карритуме. В обоих я немножко набедокурила, но оба спасла и оставила в относительной целости и сохранности. Чуть ли не под расписку.

До сих пор понять не могу, почему именно мне пришлось пережить все эти прелести походной жизни в чужих измерениях, населённых всевозможной нечистью и чистью (интересно, есть такое выражение?) Нет-нет, я не жалуюсь. Напротив, столько ярких впечатлений, новых друзей и просто приятных знакомых. Жаль, нельзя им звонить мелким почерком и писать SMS-ки крупным, но всё равно приятно, что где-то есть люди, да и нелюди, у которых о тебе осталась приятная, или хотя бы просто, память.

Но, почему именно я? Я не ведьма, не магичка, не колдунья, не экстрасенс, коих развелось у нас сегодня, как грибов после дождя, не контактёр, не... не... не... Короче, не обладаю никакими сногсшибательными способностями. Нормальная симпатичная девушка, в меру воспитанная, и невоспитанная, так же, в меру.

Есть у меня, правда, два магических кольца. Урбонус - змей, держащий себя за хвост, символ вечного обновления Вселенной, и Снежный Барс, которые попали в мои руки по случаю, во время путешествий по иных мирах. Урбонус точно волшебный. Я нашла его во время первого путешествия, в Нижних Куличках, в Серпулии, и он помог мне во втором путешествии спасти Кощея, а попутно и другой мир, Карритум. А вот Снежный Барс стал моим намного позже и себя ещё никак не проявил. Просто красивый зверь из семейства кошачьих, искусно выполненный из белого серебра, и заинтересованно рассматривающий окружающий мир с моего пальца. Может, он и не волшебный вовсе. Хотя говорят, что это наследие какого-то сверхдревнего и сверхумного народа, неизвестно где проживавшего и давно ушедшего в небытие. Поживем, увидим. В моём мире оба кольца никак себя не проявляют, притворяясь самыми обычными, только эксклюзивными, украшениями. Вот попаду ещё куда-нибудь...

Почему я так уверенна, что попаду? А я в Кощея Бессмертного влюбилась. Да и он в меня, насколько я могу судить, исходя из своих глубоких познаний о психологии мужчин, тоже. Однажды, в экстремальной ситуации он сознался в этом, но после этого столько всего произошло, что нам так и не удалось поговорить об этом серьёзно. Нас разбросало по разным мирам. Я одно время даже думала, что страдаю галлюцинациями, в лучшем случае, или шизофренией, в худшем. Что я психически здорова убедилась только, когда снова попала в другое измерение. Меня Кощей искал, я - его... И опять поговорить не смогли. Некогда было: того спаси, тому личную жизнь устрой, от того сам спасайся, если сможешь... Меня снова выбросило в мой родной мир. И хоть прошло уже немало времени, я верю, что мы с Бессмертным снова встретимся. Или он до меня доберётся, или я до него.

Переплелись наши судьбы, не может такая романтическая история (правда, в нашем случае она больше напоминает авантюрно-приключенческий роман) просто так закончиться. Не по законам жанра. Так что жду, жду, жду...

Как всегда, когда очень-очень чего-то ждёшь, всё равно всё происходит неожиданно. Так и случилось.

Я сидела, поджав ноги, на своём новом мягком уголке, покрытом белым пятнистым мехом. Искусственным! Красиво и мягко, и незачем убивать невинных животных! Лениво нажимая кнопки на пульте, переключала каналы на своём новом плазменном телевизоре. Горячее спасибо доброму Хотею за его дар! Грызла орешки, точнее, пыталась, потому что глаза мои стали вдруг немилосердно слипаться. Нажав непонятную комбинацию кнопок, я на мгновение вырубилась, но меня вернул к действительности глубокий пронизывающий до мозга костей голос:

- ...поэтому я и обращаюсь к тебе. Эй, Неневеста! Неневеста! Ты что, уснула?

Я подскочила. Здесь никто не называет меня этим именем!

Я уставилась на экран телевизора, с которого на меня недоумённо взирал мужчина чуть старше средних лет, с интеллигентной бородкой клинышком, пронзительными серыми глазами, прической а-ля Миладзе, даже похож на него немного, только в просторном белом хитоне. Какая-то новая передача. А я уже подумала... Галёники...

Но это были не слуховые галлюцинации. Мужчина покачал головой, упёрся руками в бока и размеренно произнёс:

- Я с кем сейчас разговаривал?

Я пожала плечами, откуда мне знать, с кем он там общается, и подняла пульт, чтоб переключить на другой канал.

- Стой! Неневеста! - замитинговал мужик. - Нам нужно поговорить!

Оп! У меня рот приоткрылся, и глаза стали как семь копеек одной бляхой.

Мужчина успокоился, и его физиономия вновь приняла благообразное выражение.

- Вот так-то лучше. Начнём с начала. Ты - общеизвестная Неневеста Кощеева, так?

Вот прям такая общеизвестная? Я молчала, переваривая информацию.

- Так? - настойчиво повторил голос.

Я кивнула.

- А я - Смотритель.

Уж лучше бы он этого не говорил. Выдумал бы себе какой-нибудь псевдоним. Дольше жил бы.

- Ах, Смотритель?! Смотритель, значит?! Тот самый, который велел мне спасать Карритум, а когда я всё, что могла, для этого мира сделала, выбросил меня назад в мой мир! Ни "спасибо", ни "до свидания", ни Кощея на блюдечке с голубой каёмочкой! Полгода никто и не вспоминает, а теперь вдруг Неневеста опять понадобилась! А от Неневесты?!

И я замахнулась на него тем, что было у меня в руках, то есть, пультом, но вовремя остановилась. Ему-то хоть бы хны, а плазма моя полетит ни за что, ни про что.

Пока я раздумывала, что ещё доброго я могу сделать для нежданного визитёра, он снова заговорил:

- Как прав был Северный Ветер, когда посоветовал появиться перед тобой на экране телевизора.

- Да уж, а то кости пришлось бы долго собирать по окрестностям!

- Ты так на меня сердита, Неневеста?!

- А нет причины?

- Я, конечно, понимаю... Но и ты должна понять, что перемещение одного материального объекта в другой мир чревато непредвиденным развитием событий, и я не имею права...

- А когда меня перебросили в Карритум с целью его спасения, никто и не вспоминал о проблемах "перемещения материального объекта" или "непредвиденном развитии событий"!

- Речь шла о жизни или смерти целого мира!

- Для меня так же важна моя личная жизнь!

Мы оба замолчали, раздумывая каждый о своём. И всё же, зачем он явился? Ведь не просто "приветик" сказать?

- Какое событие общемирового значения привело сегодня великого и страшного Смотрителя в мою обитель? - с издёвкой спросила я.

- Ты догадалась, Неневеста, - вздохнул мужчина, смешно морща брови. - Событие чрезвычайной важности.

- Я слушаю. Вся полна внимания до кончиков волос.

Смотритель почесал бородку, поплямкал и, наконец-то, родил:

- Я недосмотрел мир! Погибла Аллия! Прекрасная земля, населённая различными видами разумных существ, с необычайно красивой природой, множеством зверей, птиц, насекомых, рыб...

И не надо давить на жалость.

- Это очень прискорбно, - состроила я соответствующую мину, - но, как я поняла, Аллия (название красивое какое!) уже погибла?

Смотритель кивнул:

- Виноват... Виноват... Недосмотрел...

- Мои соболезнования. Сочувствую. Смотритель из вас, однако... Но меня это касается каким боком?

- Я вынужден идти с поклоном... унижаться... просить...

- Чего?!

- Спасти Аллию!

- Я ослышалась или сошла с ума? Аллия уже погибла!

- Есть один единственный шанс всё изменить, и мы должны его использовать!

- Мы?

- Только ты, Неневеста, имеешь этот шанс.

- Но почему я?! Насколько я помню, спасти мир может только тот, кто причастен к его гибели! Что, опять Кощей прославился?!

- Нет, он здесь ни при чем.

- Тогда я повторю вопрос: почему я?!

- Но ты уже дважды спасала миры.

- Да всё это получилось совершенно случайно! Найдите какого-нибудь мага, волшебника, героя, в конце концов! Почему вы считаете, что это могу сделать именно я?!

- Послушай меня внимательно, Неневеста.

- Хорошо, - я умостилась поудобнее и демонстративно захрустела орешками.

Смотритель тоже уселся на голубом экране, задумчиво поглядел мимо меня и начал:

- Ты французский фильм "Невезучие" смотрела?

- Это с Пьером Ришаром в главной роли?

- Точно!

- Смотрела, а то. Смешной фильм.

- И почему именно главного героя послали на поиски пропавшей девушки?

- Да потому что он такой же шибанутый на всю голову, как и она.

- Точно! И его должно было потянуть теми же путями-дорожками, по совершенно необоснованной наукой причине.

- И при чем здесь...

- А при том, что существуют такие люди, которые окружающим кажутся очень даже невезучими. Они живут против всех правил, действуют соответственно какой-то только им понятной логике, переворачивая окружающий мир с ног на голову, попадают в ситуации там, где вообще ничего не может случиться. Даже тех, кто находится рядом с ними, затягивает водоворот сумасшедших событий. Но в чем разница?

- В чем?

- Вот как ты думаешь, сами невезучие ощущают себя таковыми, миллион раз падая на ровном месте, ударяясь обо всё в радиусе достижения и вляпываясь во всевозможные истории?

- Да нет, для них это нормальный образ жизни, зато все остальные им кажутся ненормальными.

- Точно! - в третий раз подтвердил Смотритель. - Зато, несмотря на череду мелких неприятностей, через которые они идут напролом, вокруг них начинает совершенно иным образом структурироваться мир, совершенно невообразимым путём выстраиваются события, да так, что в итоге и сами невезучие, и все вокруг остаются в выигрыше! Нельзя построить новое, не сломав перед этим старое, и так званные невезучие расчищают почву для проявления альтернативного варианта будущего!

- Ну и?

- Ты, Неневеста, не узнаёшь себя?

Я глубоко задумалась. Насчет того, что за всё зацеплюсь, вечно упаду, ударюсь, желательно, головой (зато все успокаивают, что хоть неопасным местом), то в чем-то он прав... А насчет остального, то... дайте вспомнить...

Вспомнить не дали.

- Ты выделяешься даже из этой малочисленной группы.

- Что, самая невезучая, что ли?

- Да я же объяснил, что невезучие, при более глубоком рассмотрении оказываются самыми везучими. Но ты стоишь особняком, так как являешься катализатором более высокого порядка!

- Хм. Катализатором. Спасибо за комплимент.

- Твой дар можно использовать на мировом уровне!

- И вы от меня хотите всего лишь...

- Спасти Аллию!

- По мелочам. Просто спасти погибший мир! Ладно, допустим, вы правы. Допустим. Но по какой такой причине вы считаете, что я соглашусь? А попробуйте сами, ведь это вы виноваты в недосмотре.

- Я уже объяснил, что реальный шанс изменить историю есть только у одного человека. И этот счастливчик - ты.

- Счастливчик? - я хмыкнула.

- Разве ты не будешь счастлива, если сможешь спасти целый мир?!

- Я уже дважды была страшно счастлива.

- Неневеста, послушай...

- Рассказывайте, а я подумаю.

- Как можно думать, когда в твоих руках жизни...

Я угрожающе подняла пульт, и он обезоруживающе поднял руки:

- Рассказываю! Итак, Аллия - один из миров, находящихся под моей опекой.

- Был, - не удержавшись, вставила я.

- Не надо напоминать мне о моих ошибках! Я и так себя казню ежеминутно! Итак, очень давно, в период первой волны развития цивилизации на Аллии два народа дошли до такого уровня развития, что начали вести войны, используя оружие, которое почти уничтожило жизнь...

- Тоже ваш недосмотр?

Смотритель только глянул на меня осуждающе и продолжил:

- В период второй волны мир заселили в равной степени как человеческие, так и нечеловеческие расы. Природные условия сложились в высшей степени благоприятные. Аллия просто блистала изобилием флоры и фауны, форм и вариаций. Изумительный мир... - в глазах его блеснули самые настоящие слёзы. - После первой войны была проведена генеральная чистка и реконструкция окружающей среды. Но, и в этом мой недосмотр, осталась одна очень опасная бомба. Её откопало одно из человеческих племён, и стало поклоняться ей, называя Ядрёной Бабой.

- Ядерная бомба?! - ахнула я.

- Ещё хуже. Это была самая последняя разработка оружия массового уничтожения. Она уничтожает не только материальные объекты, но и духовную составляющую живых существ. Её не успели применить в той войне. Я обнаружил её совсем недавно, и уже собирался вызвать отряд Чистильщиков, как вдруг случилось непоправимое. Да, моя вина, что я не действовал так быстро, как надлежало. Я думал, что сама по себе бомба неопасна, взорвать её можно только нажав кнопку на пульте. И, представь себе, как это не невероятно, кто-то нашел пульт! И Аллия перестала существовать! И, мало того, души погибших тоже были развеяны, словно пыль, никогда более они не будут существовать в потустороннем мире, никогда не воплотятся в мире материальном. Их просто больше нет!

Да, неприятная история.

- И чем я могу помочь?

- Я могу отправить тебя в Аллию, когда она ещё существовала. У тебя будет два месяца, чтобы попробовать переписать историю.

Я почесала голову.

- Я знаю, где находится сама Ядрёная Баба, - продолжил Смотритель. - В небольшом южном королевстве Малумбу. Но её уничтожить ты всё равно не можешь. Главное - перекрыть доступ к пульту. Только где его искать? Он может находиться как рядом с бомбой, так и в совершенно другом месте. Я не знаю!

- И вы надеетесь?..

- Я надеюсь, что твоя так званая "невезучесть" приведёт тебя именно туда, куда надо! Это единственный шанс!

- А почему бы вам не отправить в прошлое отряд Чистильщиков?

Смотритель обреченно вздохнул:

- Я не могу перенести в прошлое Аллии живых существ или материальные объекты.

У меня глаза на лоб полезли:

- А как же вы собираетесь отправить меня?!

- Гм... Кх-кх... Я мог бы оставить твоё тело в надёжном месте, очень надёжном, а отправить на Аллию дух...

- Нет! - категорически поставила я точку.

Ещё чего! Разлучаться со своим телом я не собираюсь!

- Но это совершенно безопасно! - возопил Смотритель, заламывая руки. - Тело будет лежать на острове Боаяне. Ты сама знаешь, что там его никто не тронет! Я лично не отойду ни на минуту! Там оно будет находиться вне времени, тебе ничего не грозит! Ты спокойно войдёшь в него, как только вернёшься!

Почти убедил.

- Но что я смогу сделать без своего тела? Как я спасу мир?!

- Твой дух подселится к одному из реальных жителей Аллии. Ты спокойно сможешь действовать, используя его тело.

- Кого, его?!

- А вот этого я не знаю, кому повезёт, - картинно пожал плечами мужчина на экране.

Час от часу не легче! Как это: находиться в чужом теле, да ещё и потеснить хозяина? А мы не подерёмся?

- Находясь в теле истинного жителя Аллии, тебе будет гораздо легче освоиться и выполнить свою миссию! Возможно, ты поменяешь несколько тел в процессе достижения своей цели...

Ещё лучше! Нет, я на такую авантюру не пойду ни за что. Я ж не сумасшедшая. Ни за что!

- А что я буду с этого иметь?

Сумасшедшая! Зачем я это спрашиваю? Я ведь не собираюсь...

- Могу догадаться, какую цену заломит Неневеста Кощеева, - заговорщически улыбнулся Смотритель. - Я закрою на нарушения глаза и отправлю в твой мир твоего Бессмертного.

Я, кажется, собиралась отказаться?

- Я согласна. Только на этот раз мы составим письменный договор по всем правилам. Я даром пахать не собираюсь!

- Тогда встречаемся на нейтральной территории, на хорошо знакомом тебе острове Боаяне. Ты швыряться ничем больше не будешь?

- Временно объявляю перемирие, а там видно будет.

- Отлично!

Образ на экране померк и исчез, сменившись кадрами одного из современных сериалов.

Мне показалось, что я засыпаю, просто вырубаюсь, только и успела нажать на кнопку, чтоб выключить телик.

* * *

На этот раз я не ощутила никаких трудностей и неприятностей перехода из одного мира в другой. Что значит "легальное перемещение"! Просто закрыла глаза и открыла их уже в другой реальности, на пресловутом острове Боаяне, где однажды нам уже пришлось побывать с Кощеем. Здесь все было, как и прежде. Та же всепоглощающая пустота вокруг. Тот же Алатырь-камень, под которым спрятаны ключи от миров. Около камня стоял сам Смотритель во плоти и держал в руках готовый договор. Оперативно работает с документацией, хоть в этом молодец. Сейчас почитаем, что он там сам наформулировал...

Я молча протянула руку, и белый свиток лёг на мою ладонь. Внимательно, не спеша (всё равно Аллия уже погибла, а в прошлое всегда успеем) дважды перечитала текст. Ага, сейчас начнём править!

- Я хочу, чтоб Кощей был со мной в этом путешествии.

- Хорошо, его дух так же, как и твой, будет находиться в теле одного из представителей местного населения. Это единственный способ.

- А как я его узнаю?

- Он узнает тебя по серебряным кольцам, они будут всегда с тобой в любом мире, и в чьем бы теле ты не оказалась.



- Это хорошо.

Договор менялся на глазах, новые пункты появлялись в нём автоматически.

- Допишите, что обязуетесь отправить нас с Кощеем в то же место, откуда меня взяли, и в то же время. Не хочу исчезать из своего мира надолго.

- Сделано.

- А что это такое? - ткнула я пальцем в документ и прочитала вслух: - "...вышеназванный Кощей Бессмертный будет переправлен в мир Земля ХО4847СР4766, где и будет находиться, если на то будет его воля..."

- Порядковый номер твоего измерения.

- Да я не об этом, что это за приписка "если на то будет его воля"?

- А ты хочешь удерживать Кощея, даже если он будет против?

- Против? Да нет, конечно, только чего это ему быть против?

- Да это просто формальность, мы должны учитывать добрую волю разумных существ, а он, разумеется, будет "за".

- М-да?

Мне не очень эта формулировка понравилась. Но, с другой стороны, не собираюсь я никого силой удерживать. Вроде бы всё по правилам.

- Всё! Подписывайте!

В руках Смотрителя появилась дорогущая ручка.

- Нет! - закричала я. - Только кровью! Я не хочу, чтоб меня обвели вокруг пальца, как прошлый раз! А вдруг у вас исчезающие чернила, и я опять останусь на бобах!

- Я не собираюсь тебя обманывать, - обиженным голосом произнёс Смотритель.

- Но прошлый раз...

- Прошлый раз я ничего даже не обещал, - поправил он меня, но в его руках вместо ручки уже появилось большое гусиное перо. - Кровью, так кровью.

Он, как положено, достал ножичек с костяной ручкой, чикнул себя выше запястья, мокнул перо в выступившую кровь и поставил размашистую подпись.

- Теперь твоя очередь, Неневеста.

Угу. Так это ж больно! И чего ради я должна своё любимое тело портить? А?

Так вот же сколько крови задаром пропадает!

- Сейчас! - воскликнула я, схватила перо, махнула по надрезанной руке Смотрителя, с которой ещё сбегала красная струйка, и влепила свою подпись его кровью рядом.

Он только ахнул:

- Так положено ж своей!

- Кем положено? Да какая разница? А я здесь лежать буду незнамо сколько и кровью истекать? Всё, поезд ушел. Приступаем.

Смотритель кивнул мне в сторону Алатырь-камня, и я улеглась около него, ворочаясь и умащиваясь поудобней. В мужчина стал надо мной и начал делать пассы руками.

- Эй, а что будет, если я не успею ничего сделать до взрыва?

- Если не успеешь, Аллия погибнет.

- А я? Я?!

- Я не смогу тебя вытащить...

Точно, нигде в договоре не указано, что меня с Бессмертным обязуются вытянуть за уши в случае неудачи в самый последний момент! Мамочки! А Ядрёная Баба уничтожит все души навсегда! Не-е-ет!!!

Я хотела вскочить, порвать к чертовой бабушке этот договор, но не успела. Смотритель поспешил закончить ритуал, и моё сознание устремилось по черной трубе навстречу крохотной искорке выхода.

Глава 2. Мисс Шрек

Ба! Открыла я глаза. И тут же открыла их ещё шире от изумления, смешанного с ужасом. А это что такое? Чьи это руки! Это же не мои маленькие изящные ручки?! Что это за уродины с толстыми, как колбаса, пальцами? И почему на этих "колбасах" мои серебряные кольца странно увеличившиеся в размерах? Это ведь не я? Это не могу быть я!!!

Я пошевелила тем, что даже назвать пальцами было страшно. Тёмная, отливающая зеленью кожа, шершавая, грубая, вся складками, обгрызенные под корень, грязные запущенные ногти вместо моих дорогих маникюров с нежными золотистыми цветочками на черном фоне! Ужас! Ужас!!!

И, вообще, я вдруг почувствовала себя какой-то большой, очень большой, чересчур большой. Большая и зелёная... Шрека видели? А его жену? Это я - мисс Шрек!

Внизу кто-то недовольно крякнул. Я опустила глаза и чуть в обморок не упала. Из расстегнутой рубашки свисала почти до пояса грудь. Да, мне, вообще-то, хотелось увеличить размер своей груди, но не до пятидесятого же размера!!!

Дальше ещё хуже! На коленях у меня сидел младенец, тоже из Шреков, и тянулся толстыми губами к этой самой груди. А-а-а-а!!! Заберите это чудовище!

Я схватила одутловатого младенца немладенческих размеров и вытянула руки, держа его подальше от себя с криком:

- Заберите ЭТО!

ЭТО не поняло, почему его лишили ожидаемого завтрака, обеда или ужина, не знаю, чего оно ожидало, и возмущенно заорало, разинув красный беззубый рот, словно бездонную яму. Все складки на его толстом теле задрожали, ручки сжались в приличные кулаки, из зажмуренных глаз брызнули на меня слёзы, словно из нагревшейся на солнце бутылки шипучего напитка, единственная волосинка на лысой голове стала дыбом. В добавок ко всем прелестям жизни ребёнок, а это оказался, к несчастью, мальчик, пописал, обмочив при этом меня всю.

Я твёрдо решила выбросить это болотное чудище, и желательно, так, чтоб больше его никто не нашел. Болотное в буквальном смысле, потому что от натуги он не покраснел, как нормальные дети, а приобрёл мутно зелёный оттенок, да ещё и бурыми пятнами пошел.

- Покорми ребёнка, Рциа!

А это ещё кто? Шрек собственной персоной! Сорок лет спустя! Точней не опишешь. Он подошел медвежьей походкой, взял маленького монстра под мышки и придвинул ко мне. Шустрик громко клацнул к счастью ещё беззубыми челюстями, пытаясь ухватить сосок размером с крупную клубничину сорта Гигантелла. Я успела отодвинуть его от себя на безопасное расстояние.

- Не буду!

- Наш сын хочет есть, Рциа!

Наш сын? С ним? Оу-у-у!!! Я - болотная огрица! А это мой, так называемый, муж, супруг, сожитель, или как там у них называется?

Огр снова придвинул ребёнка ко мне.

Я оттолкнула его:

- Не хочу!!!

Некоторое время мы двигали "нашего сына" туда-сюда, при этом маленькое чудище старательно клацало челюстями, гоняясь за моим многострадальным соском, и каждый раз переходило на более низкий тон рёва.

В конце концов, огр понял, что что-то не так, сунул младенца себе под мышку и начал задумчиво чесать лоб, изображая работу случайно пробегавшей мимо мысли, которую он всё же умудрился поймать за хвост.

Это дало мне возможность оглядеться. Я сидела на широкой кровати в деревянном доме, где вся мебель была добротная, крепкая, деревянная. Вполне было чисто и прилично, я об ограх была худшего мнения. Напротив меня активизировал единственную мысль, почухивая лоб, огромный, даже больше меня, огр, а по углах испуганно взирали на меня штук семь огрят разного пола и возраста. Это что, все мои?!

- Ма, не реви! - попросил меня скромно один из детей, и я поняла, что мои.

- А! - радостно вскрикнул огр, дочухав наконец мысль. - Ты не хочешь кормить нашего сына, потому что ты хочешь делать ещё одного ребёнка.

- Че-го???

Огр сунул младенца одному из старших детей, в одну секунду выставил их всех на улицу, захлопнул дверь, щёлкнул задвижкой и, счастливо улыбаясь, поковылял ко мне.

- С ума сошел???

Огр зажмурился, предвкушая удовольствие, и положил свою толстую лапу на мою левую грудь. И тут же получил хук справа. А учитывая мою сегодняшнюю силу, которую я даже ещё не осознавала, это получилось просто оч-чень красиво. Он врезался в стену и осел, хватая воздух и подыскивая слова для выражения. Вот чем мы, люди, и отличаемся от огров, тем, что нам для подыскивания выражений время не требуется. Так вот, ушибленный слов ещё не нашел, а я уже ласточкой вылетала в окно. Только вот, я прикинула, что пролечу, но свои новые габариты не учла, поэтому вместе с окном вышибла всю стену, крыша глухо ухнула по башке огра. Хорошо, что детей в доме не было, огрят всё же жалко. Но не настолько, чтоб вернуться и вытирать им сопли. Я крутанула стену, застрявшую у меня на талии, словно пачка на балерине, бросила обломки в сторону заваленного дома, из-под которого с криком "Рциа, моё маленькое солнышко, не нервничай!" уже вылезал мой ничего не понявший супруг, и, невзирая на хоровой вопль "Мама, не уходи!", рванула прочь по широкой дороге мимо ошеломлённых соседей.

- Держите Рциа! Она сошла с ума! - донёсся сзади вой.

Несколько крупных огров бросились мне наперерез. Назад, в семью? Щас! А приятно всё же почувствовать в себе такую несокрушимую мощь! Я крутанулась на месте, на ходу выстреливая ногой по коленной чашечке одного (Готовь костылики, дружок!), локтем выбивая ряд зубов, красивой дорожкой вонзающихся один за другим в землю, другому (Может, вырастут следующей весной!), пальцем ломая нос третьему (Кажется, он был некрасиво длинный, можете посчитать за благотворительную косметическую операцию!), грудью пятидесятого размера просто сшибла четвёртого (Если насмерть, будет ему о чем вспоминать на небесах!). Бросила рассеянный взгляд на валяющиеся вокруг туши и побежала дальше, совершенно нечаянно наступив на пришибленного грудью. Квакнул, значит, жив. Был.

Остановилась я только оказавшись далеко за селением. Так, отдышаться и подумать. Я - болотная огрица. Довольно неожиданный вариант. Но далеко не самый худший. Я большая и сильная, меня не так-то просто обидеть. И я даже начинаю немного привыкать к этому, пусть огромному, но вовсе не громоздкому, а очень даже гармоничному, телу. Огрят, конечно, жалко. Остались без матери. Но чего жалеть? Всё равно через два месяца они погибнут. А так есть шанс. Возможно, тело их матери сможет помочь предотвратить трагедию. Правда я, хоть убей, не понимаю, что нужно для этого сделать. Где искать пульт? Пока у меня никакой конкретной цели нет, буду добираться до королевства Малумбу, где молятся Ядрёной Бабе, а там видно будет.

Я огляделась. Да, недаром хвалил Смотритель этот мир. Буйство природы просто поражает воображение. Переплелись деревья, кусты и травы самых разнообразных видов и пород. Отовсюду свешиваются цветущие лианы. Не поймёшь, где настоящие цветы, а где гигантские многокрылые бабочки. Я только наклонилась, чтоб понюхать шикарный сиренево-фиолетовый цветок, как он вспорхнул, осыпав меня пыльцой, и, старательно махая крыльями, перебазировался повыше от любопытных глаз. Помимо растительного мира, природа кишела и фауной. Воздух был переполнен звуками. Все пищало, трещало, шуршало, стрекотало, гудело, подвывало, ухало, фыркало, мычало, чирикало, тявкало, мяукало, скрежетало, вздыхало и просто шумно дышало. Трава и листья шевелились, как живые. Вокруг то и дело кто-то прыгал, полз, пробирался, пролетал, спускался на паутине, поднимался по лианам, скользил, выныривал, выглядывал, прятался, прорывал в земле дырочки, хрумтел листочками, шебуршал веточками, долбил стволы. Не считая множества насекомых, паукообразных, червеобразных, птицеобразных, мелких и крупных зверьков, похожих на земных и совершенно ни на что не похожих, не обращающих на меня совершенно никакого внимания, я заметила даже пролетающих по своим делам маленьких эльфов, пробегающих в густой траве человечков и, когда я ахнула от такого разнообразия и махнула при этом руками, в моей ладони оказался самый настоящий дракончик, только крошечный и со стрекозиными крыльями. Я склонилась над своей нечаянной добычей. Малыш был черным с бирюзовым отливом, а крылышки голубые и очень хрупкие, как я их не помяла? Он смотрел на меня блестящими бирюзовыми бусинками-глазёнками и беззвучно открывал ротик, словно пытался что-то сказать.

А у меня вдруг при разглядывании этого маленького чуда громко заурчало в животе. Странно. Может быть, огры их едят и это естественная реакция на вид привычной пищи?

- Может, съесть тебя? - озвучила я свою мысль.

Дракончик отчаянно замотал головой и начал бить меня по руке длинным шипастым хвостом.

- Почему?

Малыш выразительно потыкал кончиком хвостика в мои серебряные кольца. Что-то мне это напомнило. Итак, я - Неневеста Кощеева, находящаяся в теле оргицы, и не должна поддаваться её инстинктам. А этот дракончик, чего это он в мои кольца тычет своим хвостом? А? Я подняла экзотическое животное на уровень глаз и присмотрелась. Неужели, это...

- Ты, случайно, не Кощей?

Дракончик радостно задёргался и закивал головой. Вот это да! Я ж его чуть не съела! Смотритель и говорил, что мы с Бессмертным можем оказаться в теле любого обитателя Аллии, но такого я не ожидала. Интересно, а в микроб моя душа могла б вселиться? Или не поместилась бы?

Ладно, главное, Кощея я уже обнаружила, точнее, обнаружил он меня. А я его поймала. Обнять бы его, соскучилась неимоверно, но он такой крошечный, а я такая огромная. Задушу ведь.

Я осторожно, двумя пальцами, посадила дракончика на плечо, отложив нежности на потом, поправила на себе одежду, безнадёжно потрогала колтун на голове. Интересно, как я в таком виде Кощею? Нравлюсь? Нет? Пусть на себя посмотрит, лупатое, хвостатое!

Но Бессмертного мой внешний вид, кажется, не очень волнует. Он на меня даже не смотрит, уселся на плече, как петух на насесте и "пёрышки чистит", примяла я его, видите ли. Да с моей силой спасибо надо сказать, что вообще жив остался.

Живот снова напомнил о себе настойчивым урчанием. Согласна, пошли искать еду. И я зашагала лесом всё дальше и дальше.

- Эх, Кощей, Кощей, угораздило ж тебя попасть в тело минидракончика. Это ж надо, какой ты везучий! Теперь ни поговорить с тобой, ни... Ничего! Маленький весь такой, беззащитный. Вместо того, чтоб тебе защищать честь девушки, придётся девушке самой тебя защищать, чтоб никто не покусился. А то такой аппетитненький, пузо вон какое толстое. А бедной девушке хочется есть.

Кощей молниеносным движением длинного языка словил пролетающую букашку, как лягушка, честное слово, и аппетитно захрустел крыльцами. Я сглотнула слюну.

- С этой стороны тебе легче. Питанием сам себя всегда обеспечишь. А я сейчас девушка крупная, мне еды много надо.

И чего это я так из селения болотных огров вылетела, что ни еды с собой ни взяла, ни денег? Головой не думала, а теперь желудок мучается. Вот так всегда.

Живот страдальчески подтвердил правильность моей мысли. Скоро буду рада съесть даже то мясо, которое "само прискакало" - оглянулась я на нагло пропрыгавшую по моей ноге сиреневую лягушку. Я уже начала раздумывать, с чего лучше всего начать дегустацию, но вдруг заметила, что живности стало всё меньше, меньше, а вскоре она и вовсе пропала. Но не от моих мыслей, ведь правда? Даже дракончик до этого методично занимавшийся изничтожением мух и комаров, недоуменно завертел головой, мол, куда еда подевалась. А я не знаю, дорогой! А вот растительность, наоборот, становилась всё гуще, всё запутанней. Я уже с трудом пробираюсь сквозь эти все лианы, кусты царапучие, ветки...

Ух! Я вывалилась из неожиданно закончившихся зарослей на огромнейшую, совершенно круглую поляну, покрытую такой нежной гладкой травой одинаковой высоты, словно раскатали рулон. У нас на Земле сейчас модно стало стелить такие лужайки, правда, дороговато. Ни одна травинка не выбивается из общего строя, ни одного незапланированного цветочка или мотылька. Странно, странно. Слишком всё гладко. Слишком всё спокойно. К чему бы это? Что-то не сильно мне хочется ступать на этот ковёр. Но, с другой стороны, чего мне бояться? Я сейчас такая большая и сильная. А обходить поляну ох как не хочется. Придётся возвращаться и лезть через все заросли напролом, когда здесь так свободно и ничего не мешает...

Я вздохнула, сердцем предчувствуя, что ждёт меня какая-нибудь пакость, и шагнула на мягкую манящую зелень.

Глава 3. Фиолетовое ЭТО

Я наступила на мягкий ковёр травы, расстилающийся передо мной, и ноги мои по щиколотки погрузились внутрь. Кощей на левом плече предупреждающе пискнул. Болото? Но влаги я не чувствую, я не знаю, что там, но никто меня за ноги не хватает, не кусает. Может, здесь и не глубоко? Возвращаться всё равно облом. И я уверенно пошагала дальше.

С каждым шагом мои ноги погружались всё глубже и глубже. Но ничего меня не тревожило, и я продолжала путь. Продолжала даже тогда, когда ушла под землю до пояса, даже тогда, когда трава защекотала мой подбородок.

Я ведь почти на середине поляны, значит, скоро начну выбираться. Прорвёмся! Дракон испуганно задёргался на моём плече, пытаясь взлететь, но обожрался он мух, и тонкие стрекозиные крылышки поднимать такую тушку категорически отказались. Он пару раз безрезультатно подпрыгнул, а затем сделал вид, что пытается меня вытягивать, уцепился коготками за волосы и тужится, тужится.

Я схватила Кощеика в ладони и подняла над головой, потому что плечи мои уже скрылись в траве. Но под ногами где-то там, в глубине, была твёрдая поверхность, и я продолжала идти вперёд. Ещё несколько шагов - и дно пойдёт на подъём! Дракончик в моих руках задёргался и запищал. Но я уверенно шагнула вперёд - и тут же провалилась с головой.

Ба! И что здесь такое? Я дышу, это раз. Я вижу, это два. Над головой, словно подвесной потолок, травяной ковёр. А здесь всё спокойно. Я опустила руки и Кощей, не ожидавший от меня такой подлости, свалился мне прямо на голову, выдрал клок волос, пытаясь удержаться, не удержался и скатился на крутую грудь. Распластавшись на ней и судорожно уцепившись когтями за кофточку, он с трудом приподнял веки и посмотрел на меня таким осуждающим взглядом... Затем вздрогнул, сообразив, куда он попал и стал оглядываться, потом залез на своё место на плече. Так, не мешает и самой оглядеться. Я находилась словно в огромной пещере, сквозь травяной потолок проникал рассеянный зеленоватый свет. То тут, то там стояли огромные лепестки-кровати, в которых спокойно спали и люди, и эльфы, и гномы, и животные, даже парочка огров. Что бы это значило? Я приблизилась к одному из спящих. Это был человек, мужчина, он спал на боку, в позе зародыша, а сзади... Из затылка его выходил мясистый фиолетовый жгут. Такие же жгуты тянулись от каждого спящего. Что-то мне это сильно не нравится. Напомнило всякие фильмы-ужастики о чужих формах жизни, паразитирующих на живых существах. Я попыталась растолкать мужчину, он развернулся, и я с ужасом увидела, что живот у него, словно он беременный, на двенадцатом месяце, и там что-то ворочается, перекатывается...



Надо сматывать удочки!

Но в этом момент я услышала, что кто-то мугыкает сладкую тягучую мелодию, колыбельную.

- М-м-м, м-м-м-м-м, м-м-м...

Глаза начали слипаться, а дракон соскользнул с моего плеча и глухо стукнулся об пол. Тьфу ты, чего это ты падаешь? Я подняла похрапывающую тушку, да он уже спит! Положила на плечо.

- М-м-м, м-м-м-м-м, м-м-м...

Ой, как же спокойно и тепло, какая добрая ласковая колыбельная...

Бах! Хр-р-р! Это снова Бессмертный соскользнул на пол. Я подняла малыша и засунула за пазуху. Пусть побалдеет, будет потом вспоминать, как у меня был пятидесятый размер. Если проснётся. А я? Я тоже хочу спать! Но это совершенно неправильно.

Я заткнула своими толстыми пальцами уши и окунулась в тишину. Вот так-то лучше! Я огляделась. Из угла ко мне приближалась фиолетовая аморфная масса. Она плавно перетекала по полу без рук, без ног, создавая по пути отдельные щупальца, которые тут же и исчезали. Неизменными оставались только два симметричных отростка с круглыми глазами на концах и вытянутые трубочкой очень даже симпатичные мясистые губы, судя по их движениям, именно это существо и пело завораживающую колыбельную. "Утикай!" - скомандовала я сама себе словами из песни Мумми Тролля. Но "утикать" не получилось. Пол, до сих пор бывший твёрдым и надёжным вдруг окутал мои ноги фиолетовой массой, не позволяющей двинуться. Ах, вот ты как! Ладно, тогда и я - так! Я зевнула и присела, прикрыв глаза и наблюдая за существом из-под ресниц. Оно приблизилось, удивленное, что я ещё не в отключке, посильнее вытянуло губы, чтоб побыстрее меня усыпить, и в этот момент я отпустила свои уши и обеими руками ухватила отростки с глазами. Если б его глазам было куда вылазить, они вылезли б на лоб. Существо вздыбилось и завыло. Завыло так, что чуть не полопались барабанные перепонки, а спящие в кроватках-лепестках заворочались, и животы их стали лопаться, показывая фиолетовые глазки и губки. А оседланная мною масса помчалась, не разбирая дороги, по своей пещере, таща меня за собою. Она брыкалась, словно дикий бык, подпрыгивала, перекатывалась, но я только сильнее сжимала отростки, на которых чуть не выскакивали от боли круглые глаза. Намотав несколько кругов и воя на все лады, существо всё же не выдержало и выскочило на поверхность. Только тут я отпустила его, быстро откатившись в сторону. Фиолетовые губы облегченно вздохнули и тут же скрылись с моих глаз, нырнув сквозь травяную крышу в свою обитель.

Я ж говорила, выберусь на ту сторону. В пазухе сонно зашевелился дракончик. Я встала, всматриваясь в зелёную гладь поляны. Сколько ж живых существ тут полегло... А теперь, когда начали вылупляться такие же монстрики, скоро весь лес будет в подобных "подарках судьбы"? Вот в такие моменты и пожалеешь, что ты не маг, не волшебница и не колдунья. Сотворила б сейчас какое-нибудь оружие широкого поражающего действия или заклинание прочла б уничтожающее, чтоб не было больше такой мерзости на этой благодатной земле. Я с сожалением плюнула в ровную, словно подстриженную траву и собралась уходить.

Но что это? Место, куда попал плевок, забулькало, словно кипятка ливанула в негашеную известь. У огров, что, слюна какая-то особенная, что ЭТО так бурно реагирует? Тем не менее, реакция начала захватывать всё большую и большую площадь, вскоре уже вся поляна клокотала, словно кипела.

Ну, что, до свидания, я пошла!

Я рванула, как на спринтерскую дистанцию. И очень даже вовремя. Не слишком далеко я и отбежала, как сзади так рвануло, что слизкими ошметками забросало не только меня, но и окружающие деревья. Зато на месте зелёненькой полянки красовался приличный котлован без всяких признаков жизни. Ничего, со временем ручьи заполнят его, вот такое озеро получится! Можно забивать землю в округе и начинать строить коттеджи. Только для кого? Для огров?

Кощей, жмурясь, выглянул из пазухи. Я и без слов поняла его вопрос:

- А что это сейчас такое было?

- Было, Кощеюшка, было. Нет больше.

Я за шкирку вытащила дракончика из тёплого местечка (нечего привыкать к хорошему), и двинулась дальше. Кощей визгливо отряхивался от фиолетовой массы, в которую попал на моём плече. Мало того, что та никак не хотела отлипать, она к тому же ещё и жутко воняла.

Когда я увидела впереди синюю ленту реки, счастью моему не было предела. Остатки взорвавшегося чудовища счистить было невозможно, поэтому я чувствовала себя до того грязной, что самой на себя смотреть не хотелось. Да ещё этот мерзкий запах! А тут - вода-а-а! Я протопала так быстро, что не заметила даже очередь из людей, гномов, эльфов, стоящую у водопоя. Когда я влетела в реку, хохоча от радости и удовольствия, дракончик таки умудрился взлететь и теперь кружил надо мной, тыча хвостом в очередь, которая зачуяв неземные ароматы фиолетовой массы начала срочно рассасываться. Вскоре на берегу никого не осталось.

Я купалась прямо в одежде. Перед Кощеем раздеваться пока не собираюсь, пусть даже я сейчас и не в своём теле. Впрочем, на себе даже удобнее отчищать одежду, забрызганную фиолетовой гадостью. Я поманила дракончика пальцем, будто хотела что-то сказать, поймала и отмыла ему вымазанные лапы, несмотря на то, что он дико визжал и царапался.

Вырвавшись, Бессмертный сердито зафыркал и, тыча в воду хвостом, стал делать движения, словно пьет воду.

- А, ты хочешь сказать, что следовало напиться, а потом купаться?

Дракончик закивал головой. Я поглядела на воду, в которой плавали фиолетовые ошметки, и повела носом. Да, запах ещё тот.

- Да ничего. Это ведь река, пойдём вверх по течению, там и напьёмся. Зато я теперь чистая и даже волосы вымыла, - удовлетворённо потрепала я свою рыже-зелёную гриву.

Жаль, зеркала нету, посмотреть на себя... Нет, хорошо, что нету.

Кощей тяжело вздохнул и закатил глаза. Я вылезла на берег.

- Хорошо-то как! Только есть хочется. Рыбки б сейчас...

А я и не знала, что мои желания теперь моментально сбываются. Не успела я договорить, как у моих ног всплыла метровая рыбина. Я так обрадовалась. Только почему-то плыла она кверху брюхом. Это что, порода такая, что ли?

Я собралась вытащить рыбу, но Кощей тревожно запищал и замотал головой, летая около моих глаз. Чего это он?

Тут рядом вынырнула ещё одна рыбина, и тоже кверху пузом, затем ещё и ещё. Вскоре вся поверхность прибрежной зоны покрылась дохлой речной живностью. Я растерянно глядела на всё это безобразие.

- А чего это она, а?

Кощей возмущенно запищал и потыкал в мою сторону кончиком хвоста.

Что, это из-за меня, что ли? Вернее, из-за той фиолетовой гадости, которую я смыла в реке?

Я поковыряла смущенно носком берег, затем развернулась и с комментарием "Ну, я тут не при чем!" пошагала берегом вверх по течению.

Глава 4. Трактир "Три поросёнка"

Кощей догнал меня и плюхнулся на плечо. Сел и ножки свесил. Ладно, пользуйся моментом, пока я добрая. Не всегда тебе лафа такая будет. Нет, ты смотри, негодяй, опять своим липким язычком ловит всю пролетающую мимо живность, да ещё и нагло хрумтит под самым ухом. А у меня в желудке всё переворачивается. Нехорошо. Я сердито двинула плечом, и дракончик слетел с него, недоуменно пища.

И тут я увидела дом. Добротный каменный дом с яркой вывеской "Три поросёнка". Ура! Еда! Я ворвалась в вожделенный трактир даже не раздумывая, чем буду расплачиваться. Дверь вылетела, жалобно скрипнув, и грохнулась во дворе. Дом был маловат для размеров огрицы, я почти упиралась головой в потолок. За столиками сидели представители гораздо более мелких народов и при моём появлении они стали незаметно рассасываться.

- Еды! - гаркнула я, стукнув кулаком по столу, из-за чего одним столом в трактире стало меньше.

Ха! Три настоящих поросёнка, вернее, кабанчика в белых накрахмаленных передничках и таких же высоких поварских колпаках испуганно потащили мне блюда с едою. Я не сильно интересовалась ингредиентами, мне нравилось решительно всё. Только заморив первого червячка, я обнаружила дракончика, скромно попивающего через соломинку молоко из крынки. Тут желудок, напоминая о себе, буркнул, и я, стукнув кулаком, вывела из строя второй стол вместе с пустыми блюдами.

- Ещё еды! И питья!

Кабанчики испуганно переглянулись и дружно рванули в погреб за запасами колбас и сыров.

Скоро очередной стол был заставлен разнообразным хавчиком и бутылями с квасом, пивом, элем и неизвестными мне напитками.

Я и в человеческом обличье поесть люблю, а уж о голодной огрице и говорить не приходится. Я опустошила кладовки "Трёх поросят", уложив их месячный оборот в один присест.

Кабанчики испуганно закрывались подносами, не без основания боясь, что я ещё потребую еды. Но меня уже сморил сон.

- Комнату для леди! - скомандовала я, размазывая по лицу соус.

- Но... Но...

- Расплачусь завтра! - рявкнула я, решив, что хозяева хотят напомнить мне об оплате.

- Хо...хорошо! Только вы в комнату не вместитесь! - осмелился наконец-то один.

Я посмотрела на него:

- Ниф?

Он отрицательно затряс пятаком:

- Наф.

- Угу, - кивнула я, - Нуф. Не помещусь, согласна, домик у вас маленький, расширения просит. А я посплю и здесь.

И я завалилась, вытянувшись во всю длину зала. Заснула я со своим сытым и довольным желудком моментально.

Когда я проснулась, было уже не утро. Солнце далеко перевалило за полдень. Ниф, Наф и Нуф дружно колдовали у плиты, проклиная в уме тот день, когда решили на базе своего дома открыть небольшой трактир. За ночь они успели добыть продукты для своей непрошенной гостьи, и когда я гаркнула "Есть!", строем потащили мне дымящиеся и щекочущие мои чуткие ноздри несравненным ароматом блюда.

Дракончик только головой качал, поглядывая, как я насыщаюсь. Сам он задумчиво сидел над миской сметаны, макая в неё хвост и облизывая его языком. Мяса он и по дороге наловил, а теперь его потянуло на молочные продукты. Вид у него был невесёлый. Видимо, жаба давила, что столько вкусностей пропадает без его участия. Ну, не влазит в него больше, не влазит!

Ик! Вот, вроде бы, и я наелась... Как же мне теперь слинять без оплаты? Неудобно вроде...

Прикрываясь подносами, как щитами, подошли кабанчики, увидев, что я уже всё оприходовала.

- А... А... - начал Наф.

- Да заплачу я, - отмахнулась я. - Только я б ещё съела запеченных в духовочке под майонезиком и травами таких вкусненьких ароматненьких всего трёх поросят...

Кабанчики рванули из трактира с такой скоростью, что подносы зазвенели, гонясь за ними. Я так красиво описала, что даже запах жаренной свининки почудился. Точно, не отказалась бы.

- Ну вот, некому теперь и заплатить, - разочарованно протянула я. - Пошли, Кощей!

Бессмертный тяжелым взглядом окинул разруху в трактире и уселся на своё коронное место, то есть, моё плечо. И мы отправились дальше в совершенно неизвестном направлении.

А на сытый желудок идти намного веселее. Всё кажется таким розовым и светлым. А все вокруг - такими добрыми. Шныряющего туда-сюда народа опять стало много, к уже упомянутым племенам добавились сатиры и фейри. Нам даже указали путь в Малумбу, хоть и предупредили, что добираться туда очень даже далеко. Ничего, с такими ногами, как у меня, можно идти и идти.

- Не очень красиво получилось, что мы не заплатили поросятам за еду и ночлег, - начала сокрушаться я по дороге.

Дракончик хмыкнул.

- Нам нужно срочно раздобыть денег, тогда мы сможем честно расплачиваться за предоставляемые нам услуги, да?

Кощей пожал плечиками и кивнул.

- Вопрос только в том, где взять деньги, так?

Бессмертный вздохнул. Он тоже не знает...

- Может быть, у кого-нибудь отобрать?

Дракончик поднял голову и уставился на меня удивлённо.

И правда, чего это я? Похоже, мысли настоящей огрицы начинают пробиваться сквозь мои, так я скоро совсем одичаю или озверею. Нападать на мирных жителей начну.

А с другой стороны, если я возьму у местного населения немного денег, так это ж для их блага! Это ж ради их же спасения! В данной ситуации цель, действительно, оправдывает средства... Короче, если я не достану денег, я не смогу путешествовать и спасти Аллию, тогда через пару месяцев деньги им уже всё равно не понадобятся. А если я достану средства для существования, возможно, мне удастся отменить конец света, все останутся живы и здоровы, но тогда деньги им наверняка понадобятся... Кто будет знать, что я их ограбила с благородной целью? А если я не буду отбирать деньги, а просто буду обедать и не платить, как в трактире "Три поросёнка"? Тогда обо мне всё равно будут думать плохо. Точнее, не обо мне, а об этой милой огромной даме, чьё тело я сейчас использую. Что-то я совсем запуталась. В голове огрицы мысли ворочаются лениво и медленно. Я чисто физически устала их подталкивать. Короче, оставляю вопросы нравственности недодуманными и нерешёнными.

Странный это мир. Как-то перекликается с моим родным. Вот, например, три поросёнка. Слух о них дошел до моего мира в виде детской сказочки, где их пытается съесть злой серый волк. Может, и здесь живёт где-то такой и мечтает отведать поросятинки?

Словно в ответ на мои мысли впереди из зарослей вынырнул крупный, слегка облезлый, волк, прогулочным шагом на задних лапах двинувшийся в направлении поросячьего трактира. На нём были расширенные книзу брюки-колокола, белая рубаха с длинными рукавами, вся в голубой горошек и синяя шляпа с завёрнутыми по-ковбойски кверху полями. Он ворочал в пасти травинку и насвистывал какую-то незатейливую мелодию. Поравнявшись со мной, зверь приветливо кивнул, приподняв шляпу.

Не обманешь меня своим миролюбивым видом, не обманешь! Не позволю я тебе съесть славных гостеприимных кабанчиков, которые так любезно, и почти добровольно, предоставили мне кров и пищу! Я не смогла заплатить им деньгами, так заплачу добрым делом, спасу их жизни от алчного хищника, пусть даже они не узнают об этом и никогда не скажут мне спасибо!

С такими благородными мыслями я ухватила волка за горло. Это был довольно крупный зверь, но не для такой огрицы, как я, для меня он был просто щенком. Я в мгновение ока скрутила его рукавами его же рубахи и связала между собой края широких брюк.

- Ну, что? Собирался слопать бедных несчастных поросяточек, негодник?!

Серый хищник не отвечал, выпучив глаза и слегка приоткрыв пасть.

- Почему не отвечаешь?

Испуганно застрекотав, закружил над самой головой волка мой Кощей-дракончик.

- Чего это ты, а?

Кощей уцепился коготками за завязанные на груди пленённого зверя рукава и, пыхтя, потянул их изо всех своих крошечных сил, правда, совершенно безрезультативно.

Наконец-то я догадалась, что чересчур стянула пленника, и слегка ослабила узел. И очень даже вовремя. Волк шумно вдохнул воздух и закашлялся. Когда он слегка отошёл, то укоризненно покачал головой и хрипло спросил:

- За что?

- За то, что ты хотел съесть трёх поросят!

- Даже не собирался! Я всегда помогал им, это всем известно!

- Всем известно, что ты пытался их съесть и даже разрушил домики из соломы и из дерева, чтоб добраться до них!

- А, о том давнишнем случае?! Да, они раньше были довольно непутёвыми подсвинками, беспутную жизнь вели, просто свинскую, нажирались по-свински, напивались по-свински, всё валялись где-нибудь в грязной луже, хрюкая по-свински. Работать не умели и не хотели. Как они окончили б свою жизнь? Вот и пришлось их припугнуть, что таких бесполезных существ легче съесть, чем терпеть. И представь, уважаемая огрица, они, действительно, поверили, перепугались! С того памятного дня взялись за ум. Я лично взял над ними шефство, помог открыть трактир, научил готовить... Да они меня сейчас "папой" называют! Всегда рады, напоят, накормят...

Я, слушая рассказ, незаметно развязывала рассказчика. Да, лоханулась я, чуть не угробила порядочного волка, а ведь он с самого начала показался мне вполне симпатичным. Всё эти старые сказки! Вечно всё переврут, перевернут с ног на голову.

- Вот сейчас опять шёл в гости, проведать, проконтролировать, пообедать...

- Обедать можешь сегодня не идти, - вздохнула я. - Я там уже отзавтракала...

Серый встал, растирая затекшие конечности, и с досадой сплюнул сквозь зубы.

- Извини, - буркнула я, не хотелось признавать свою ошибку.

- Да ладно, - махнул лапой зверь. - Жив остался, и хорошо.

- Повезло, - подтвердила я.

- Так я пошёл? - вопросительно глянул на меня волк.

- Привет поросятам передавай. Или не надо...

- Лучше не надо, - согласился серый и, опасливо оглядываясь, продолжил путь.

Дракончик снова уселся на моё плечо и потёрся носом о щеку.

- Ну что ж, пошли дальше, мой неразговаривающий, - почесала я ему шейку и уверенно зашагала по дороге.

Нет, точно, надо где-то денег раздобыть, а то неудобно получается...

Ба! А это кто такой?

В мою ногу упёрся лбом гном, он так склонился под тяжестью огромного мешка, который тащил на плечах, что света белого не видел. Конечно, это был не гном, насколько я знаю, гномы - представители стихиалий, духи земли, а этот был вполне материальным и наглым, но, не ведая, как правильно назвать этого представителя малого народца, я окрестила его именно так. А что это у нас тут такое интересное? Я двумя пальцами стащила с него мешок, в котором весело звякнули монеты, наверное, золотые, гном с простыми б не носился. Знаю я это племя.

- Нельзя ж такие тяжести таскать на себе, дружок, - кивнула я малышу заговорнически. - Ты слыхал об Остеохондрозе и Сколиозе? Хочешь, чтоб они к тебе пришли? Знаешь, какие они? Покоя не дадут, не надейся.

Гном часто заморгал, недоверчиво уставившись на меня.

- А вдруг ещё и Деформирующий Артрит заявится? Представляешь? Этот ещё похлестче будет! - продолжила я запугивать представителя маленького, но делового, народца.

Несчастный в ужасе замотал головой.

- Давай-ка, двигай отсюда, пока на своих ногах, а то мало ли чего...

Гном даже не попытался сопротивляться. Синяя курточка мелькнула в кустах и пропала. А я засунула его "огромный мешок" себе в карман. Для огра это не мешок, а кошелёк. Теперь я при деньгах.

И я уверенно потопала дальше, мурлыкая себе под нос что-то весёленькое нежным сочным басом. Жить - хорошо, а хорошо жить - ещё лучше. Я шла и рисовала в голове приятные картинки своего ближайшего будущего: роскошные апартаменты, экзотические блюда в элитных ресторанах, эксклюзивные туры по Аллии, знакомящие меня, чудесную, со всеми достопримечательностями и красотами этого мира... Я невольно остановилась под огромным деревом, издали напомнившем мне цветущие магнолии Крыма. Такие же белые восковые цветы, только размером с тазик для оливье на новогоднем столе. Разве ж это не красотень?!

Знакомый скрежет холодного оружия вернул меня к действительности. Ну как я могла забыть, что гномы такие злопамятные? Нет на них христианства с его техникой безопасности: если тебе врезали по одной щеке - благоразумно подставь другую, пока не переломали руки-ноги. Наполовину высунувшись из густой травы, как расхрабрившиеся суслики, меня окружало с три десятка представителей малого народца. Наверняка, наябедничал сородичам обиженный и оскорблённый, которого я освободила от непосильной ноши. Точно, вот и он сам, прячется за спинами товарищей, слюнтяй. Тридцать перекошенных рож буравили меня с педантичностью экзаменационной комиссии. Интересно, на что они надеются? Ведь они против меня...

Треск сверху заставил меня поднять глаза. По толстой ветви похожего на магнолию дерева прыгал один из гномов, струшивая на меня желтоватую пыльцу. Странный запах врезался в ноздри, проникая в мозг, я начала пронзительно чихать. В глазах померкло, только крупные восковые цветы кружили вокруг, порхая, словно бабочки-махаоны, светлыми кремовыми лепестками. Я ловила их, но каждый раз, разжимая кулак, не обнаруживала на ладони ничего, кроме лёгкой пыльцы. Я ловила их и ловила, а они кружили и кружили... пока я не открыла глаза и обнаружила, что ловить летающие цветы никак не могла, потому что была прикована цепями к стене в грязном подвале, а цветов здесь и в помине нет, да и не было.

Насколько я помню, гномовские цепи порвать невозможно.

Я огляделась. На стенах висели факелы с резными ручками, горящие смутным светлячковым светом. На крюке между факелами была поцеплена грубая клетка, в которой грустно и безнадёжно тряс прутья маленький дракончик, в глазах которого явно читался упрёк: "Где мой безотказный меч-кладенец? Где моё прекрасное накачанное мужское тело?" А прямо передо мной беседовало два гнома, или как они там называются в этом мире.

- Нет, Гульберт, - качал головой один из них, седой и сморщенный, словно сморчок в конце ноября, - убить мы её всегда успеем. Но зачем? Это великолепный экземпляр низшей расы, с довольно низким уровнем интеллекта, зато достаточно сильный и выносливый, чтобы работать в копальнях. А приручаются такие существа очень быстро, как только поймут, что еду смогут получить лишь благодаря полному послушанию и старанию. А она уже голодна!

Словно в подтверждение сказанного мой живот громко и недовольно буркнул.

Гномы подняли на меня головы.

- Она очнулась. Стрейбер, ты вполне уверен, что она безопасна? - настороженно спросил второй собеседник, благоразумно понемногу отступая к выходу. - Она такая большая.

- Чем больше существо, тем ниже его уровень развития. Тем более, что порвать наши цепи было бы невозможно даже гораздо более сильной особи, ты же знаешь, - успокоил его старший гном. - Сейчас и начнём дрессировку. Вот смотри. Смотри и учись.

С этими словами он длинной пикой наколол кусок мяса из стоящей у входа корзины, и протянул в мою сторону, совсем как льву в клетке.

Однажды я уже попадала в плен к маленькому народцу, и тогда мне пришлось выдать себя за дух Белоснежки, явившейся с миссионерской целью. В теле болотной огрицы, как мне кажется, это бы не сработало. Да и не хочется мне вести с ними долгие разъяснительные беседы и читать лекции по этике и мифологии. Не хочется ворочать бедной огрице мозгами и языком, когда у неё такие крепкие бицепсы и трицепсы.

Я напрягла мускулы... Я уже говорила, что гномовские цепи порвать невозможно? И это совершеннейшая правда.

Но кто мешает мне выдрать эти цепи вместе со скалой, к которой они прикованы? Я поднапряглась одной левой, и вывалила кусок каменной плиты с полтонны весом. Гномы шарахнулись к выходу, Стрейбер попал ногой в корзину с мясом, рухнул и завертелся на ней, словно на горячей сковородке, а Гульберт оседлал пику с нанизанным на неё окороком, и вылетел на ней, словно ведьма на метле. Я рванула правой рукой, и второй камень покатился по подземелью. Сзади подозрительно затрещало, и начали сыпаться огромные обломки, растревоженной мною горной породы. Пора и мне сматывать удочки. Разломав клетку двумя пальцами, словно спичечную коробку, я вытрусила дракончика себе за пазуху, чтоб не потерялся, и бросилась вслед за гномами в единственный выход, цепи с валунами загрохотали за мной, но в узкий проход не пролезли. Я застряла! Пришлось поднатужиться и, значительно расширив проход, я выскочила в туннель, налетев на мощную колонну, поддерживающую своды пещеры. Естественно, она не выдержала такого удара и тихо полегла, практически без боя, осыпавшись на пол звенящими осколками. Лишенный опоры потолок быстро покрывался глубокими трещинами. Я что было мочи рванула вслед за исчезающими из поля зрения гномами, то и дело цепляясь валунами за стены и едва успевая уворачиваться от падающих сверху обломков. Ото всюду выскакивали гномы разного пола и возраста, в ужасе бегали туда-сюда, пытаясь найти безопасное место, но, кажется, такого здесь уже не было. Всё грохотало и рушилось, пыль столбом стояла, факелы падали и пыль смешивалась с едким дымом. Ой, кажется, конец света в отдельно взятом государстве местных гномов наступил немного раньше, чем обещалось по графику. Но где-то здесь должен же быть выход? Я тут погибать не собираюсь!

Я выскочила в огромный зал, ещё не затронутый повальным разрушением, и замерла, отхекиваясь. Своды зала поддерживало несколько огромных колонн. Я остановилась, но цепи с валунами вылетели за мной, камни покатились по инерции, и цепи закрутились вокруг двух колонн, обняв их мёртвой хваткой. Я слегка потянула цепь, колонна робко хрустнула.

Передо мной появились знакомые гномы, и рухнули на колени.

- О, величайшая и могущественнейшая! О, светлейшая и разумнейшая! - они уткнулись лбами в каменную кладку пола.

- Ну.

- Оставьте наш город, найсильнейшая и наймудрейшая!

О, как же быстро изменилось у них мнение обо мне, "экземпляре низшей расы", как они отзывались прежде.

Я лениво шевельнула цепью. Гульберт подскочил ко мне, тряся связкой больших ключей:

- Позвольте снять с вас, величайшая и могущественнейшая, эту мерзость...

Я позволила. Колонна ещё раз подозрительно хрустнула и гномы громко сглотнули слюну.

- Не хотели бы вы, светлейшая и разумнейшая, покинуть нашу территорию, - опасливо покосился на меня Стрейбер.

- Не-а, - покачала я головой, и оперлась на потрескивающую колонну.

- Но ведь вы уже всё, что могли, здесь уже раз... раз... рассмотрели, о, величайшая и могущественнейшая, - взвыл Гульберт.

- Не всё, - пожала плечами я.

В зал постепенно набивалось всё больше и больше оставшихся невредимыми гномов. Они опасливо жались к стенам, дети хныкали, все напряженно ждали развязки.

- Да, экскурсия была очень насыщенной и познавательной, - продолжила я, - спасибо за приглашение, вы очень приветливый и приятный народец. Но я ещё не всё осмотрела.

Гномы хором взвыли.

- Что же ещё не разру... раз... осмотрела светлейшая и разумнейшая? - скромно поинтересовался Гульберт.

- А я ещё не видела вашу сокровищницу.

Вой усилился.

- Ах, да, да, мудрейшая. Только наша сокровищница столь малого размера, что вы, прекраснейшая, со своими незабываемыми формами не... не... не вместитесь там.

- Ну да? - я двинула плечом и колонна за мной затрещала громче.

- Но мы можем всё-всё-всё вынести сюда, най... най... наймудрейшая... - поспешно выдохнул Стрейбер.

- Да-да, конечно, - кивнула я, щурясь в неярком светлячковом свете, и выжидательно сложила руки на груди.

Что тут началось! Гномы совершенно добровольно несли к моим ногам золотые и серебряные слитки, монеты разных времён и народов, сверкающие и переливающиеся драгоценные камни...

Я собирала подношения в мешки, которые легко умещались в моей ладони, и привязывала их к поясу, пока не почувствовала, что становится тяжеловато. Ладно, достаточно.

- Хватит, - махнула я рукой, и гномы облегченно вздохнули, похоже, их припасы, действительно, подходят к концу. - Так я пошла? Где тут у нас выход?

Гномы услужливо расступились, кланяясь мне до земли и указывая руками на один из боковых туннелей.

- Ага. Ну, пока-пока, может, ещё когда зайду, - я оттолкнулась от колонны, она зашаталась за моей спиной, гномы завопили, а я ринулась к выходу. Грохот сзади свидетельствовал о том, что для малого народца не всё ещё закончилось, но этого я уже не видела. Пробежав по подземному туннелю пару километров, я, наконец, выскочила на земную поверхность, на солнышко, которое светило так ярко и радостно, что пришлось зажмуриться. Внизу что-то ещё гулко ухало, и земля содрогалась отголосками землетрясения. Точнее, подземлетрясения. Но я здесь не при чём. И вообще, они первые начали. Или я? - попыталась вспомнить.

Ну и пусть я. Зато теперь у меня достаточно средств, чтобы спасать этот прекрасный мир. Душа радостно запела, а в груди что-то зашевелилось. Я выудила из пазухи голубокрылого дракончика. Бедненький, как он пережил эту сумасшедшую гонку? Я посадила Кощеика на ладонь, он тут же плюхнулся на зад и уставился на меня ошарашенным взглядом. Похоже, у него до сих пор звёздочки в голове кружатся. Бедолага.

- Чего ты, Бессмертный? А знаешь, я тоже не по бульвару гуляла, средства нам добывала на проживание, - я выразительно похлопала по приятно звякающим мешочкам на поясе.

Кащей тяжело вздохнул и отвернулся. А я громко зевнула и улеглась на траву. Вот подремлю немножко...

И кто ж это так противно храпит? Я открыла глаза. Храп прекратился. Это что, я была?

Так, и где это наш Кощей? Дракончик порхал на своих стрекозиных крыльях рядышком и укоризненно смотрел на меня.

- Ты меня осуждаешь? - удивилась я.

Дракон кивнул.

- Но ты ведь понимаешь, какое у нас ответственное задание? Без еды и без денег мы не сможем...

Стоп! До меня вдруг дошло, что Кощея, возможно, и не посвятили во все тонкости дела. Он и понятия не имеет, что происходит, куда мы идём и какова наша цель. Так надо ж его просветить!

- Кощей, ты хоть знаешь, куда мы идём?

Дракончик отрицательно помахал головой, печально буравя меня бусинками-глазками.

- Так давай я расскажу!

Я уселась прямо на траву, Бессмертный умостился передо мной на моё же колено, и я приготовилась рассказывать. Даже рот уже открыла... Только в голове почему-то замелькали мысли о покинутых ревущих детях, голодном младенце, побитом муже... Но ведь это не мои мысли!

Что, скажите на милость, происходит? Только я так ничего сказать и не успела. Чужие мысли всё настойчивее заполняли мою голову, лезли из ушей, ковырялись в глазах. Мне стало неуютно и холодно, тело содрогнулось в коротком припадке, сгустились краски, и всё вокруг померкло, словно растворилось в болотной вязкой жиже. Исчезли одним махом звуки и запахи, осаждающие меня до сих пор с остервенением диких псов. Исчезли чувства и ощущения. Исчезло всё, что сопровождало меня в этом странном мире.

Короткий черный туннель - и я понимаю, что покидаю тело болотной огрицы навсегда.

Глава 5. Питонша

Солнечный луч нагло ударил мне прямо в глаз, и я недовольно переместилась снова в тень, в её нежную заботливую прохладу.

Хорошо! Я потянулась и почувствовала, какая я длинная... Открыла всё-таки глаз, обвела себя взглядом вдоль всего тела до самого кончика хвоста... Да, я, и правда, длинная, метров... двенадцать. А может быть, даже все пятнадцать. И очень красивая. Блестящая, черная с жёлтым чешуя, со спинки поярче, а с пузика совсем нежная. Как я себе нравлюсь... А ещё я сытая. Несколько дней назад я проглотила неосторожную косулю и до сих её переваривала. Поэтому уже несколько дней вишу здесь, на этом удобном дереве, в полной истоме, нежась в тепле и уюте. Хорошо!

Мне захотелось почесать своё сытое пузико, и тут я обнаружила, что нечем. Рук нет, ног нет. Ах, да, у меня их и не должно быть, я ж питонша. Вот именно, питонша. Это имя меня возвеличивает, по аналогии со словами "атаманша", "генеральша". Да, я такая. Но как же почухать животик?

Я свесилась через ветку пополам и растерянно поглядела на себя. Хвостом, что ли? Подтянула его, ощутив приятное перекатывание мощных мышц под кожей. А что это у меня такое на хвосте?

На самом кончике блестели два серебряных кольца. Ах, да, я же Не...не...не...неневе...

Нет, я питонша. Мне хорошо. И точка. Я закрыла глаза и задремала.

Проснулась я, когда почувствовала, что не мешало бы уже кого-нибудь съесть. Нет, я ещё и не голодна. Охотиться пока лень. Разве что пробегало б рядом что-нибудь не особо большое и не особо быстрое. Может, открыть пасть? Может, сам кто заскочит? Чтоб не душить его, а то жарко...

Ба! На ловца и зверь бежит. Своим острым слухом я учуяла, что кто-то приближается и сейчас окажется как раз под моим деревом. Сделаем ему приятный сюрприз.

Кусты зашелестели и распахнулись, пропуская моего "гостя". Я тотчас нырнула с ветвей и повисла вниз головой, изображая самую свою обаятельную улыбку, точно напротив его удивлённой физиономии. Передо мной стоял... Конан-варвар собственной персоной. Впрочем, фамилию свою он не называл, но по внешности соответствовал. Шварцнегерские бицепсы и трицепсы, загорелая грубая кожа, тяжелая нижняя челюсть и детские наивные глаза. Длинные волосы стянуты на лбу грязной полоской ткани. Одно слово, варвар. Наверное, он даже симпатичный. По человеческим меркам. А, интересно, он вкусный? И смогу ли я его проглотить? Всё же довольно крупный экземпляр. Я раскрыла пошире пасть, прикидывая про себя: влезет или не влезет. Впрочем, сейчас я сожму его своими кольцами, в пламенных любовных объятиях, медленно выдавлю жизнь из этого тёплого податливого тела, а потом уже буду думать, как съесть.

Пр-р-р! Ну, что это? Так мы не договаривались!

В руках варвара блеснул короткий тяжелый меч.

Вот этого я не люблю! Он, что, ненормальный? Он что, не понимает, что нам это не нужно? Он ведь может поранить мою красивую нежную кожу! Мы вполне обойдёмся моими объятиями...

Я подтащила свой прекрасный, просто замечательный хвост, и выразительно повертела кончиком у виска.

Варвар выпучил глаза, выбросил меч и бросился мне на шею, сжимая горло в своих медвежьих объятиях.

Пардон, это я питонша, это мне положено душить жертву! Я слегка стукнула его кольцами на хвосте, пытаясь напомнить, кто здесь кто.

Варвар отмахнулся, как от надоевшей мухи, и продолжал обнимать меня, шепча на ухо:

- Неневеста! Наконец-то, я нашел тебя! Милая...

Я продолжительно задумалась. Мысли текли медленно, словно им приходилось добираться до кончика хвоста, а потом возвращаться обратно. Сначала я поняла, что есть я ЭТО не буду. Он меня, оказывается, так любит, вон, залобызал всю морду, теперь купаться придётся. Может, в озере и рыбку словлю?.. Ведь нельзя есть того, кто тебя любит?

Стоп. Опять мысли не в то русло. Меня, оказывается, зовут Неневеста, и я - человек! Вот прикольно! И как такое может быть? Я ведь питонша. Я ведь змея, вон какая длинная и красивая. Как я могу быть человеком? И хочется, почему-то, ему верить. Вот, с собой зовёт. Может, сходить? На дереве всегда повисеть успею. Да и не голодная я, почти...

Настоящая человеческая память ко мне вернулась не скоро и, кажется, не полностью. Тягучие мысли думались тяжело. Я бесшумно скользила рядом с варваром, ведя с ним диалог, что помогало мне быстрее обрести себя.

- Если бы ты знала, как я тебя искал!

- Ш-ш-ш...

- Я знал, что меня обязательно притянет к тебе, раньше или позже...

- Ш-ш-ш...

- Только представить даже не мог, что ты в таком... э-э-э... прикольном виде.

- Ш-ш-ш...

- А я ведь мог тебя убить!

- Ш-ш-ш?

- Хорошо, что вовремя увидел кольца на хвосте!

- Ш-ш-ш...

- Я ведь толком ничего понять не могу...

- Ш-ш-ш...

- Сначала является непонятный тип в ночной рубашке...

Смотритель миров в хитоне, дурень!

- Ш-ш-ш...

- Спрашивает, хочу ли я увидеть Неневесту. Естественно, я за горло его хватаю, кричу: "Да-да-да! Где она?! Где моя Неневеста?!" Он почему-то хрипит: "Щ-щас увиш-шь..." В моих руках уже никого нет, я проваливаюсь в темноту, и только вдогонку мне летит подсказка: "Ищи по кольцам!" Представляешь, дорогая?

- Ш-ш-ш...

- Когда я очнулся в теле маленького беззащитного дракончика в чужом мире, я этого типа в ночнушке чуть не убил!

- Ш-ш-ш?

- Точнее, убил бы, если б он был рядом. Но вокруг - никого! Точнее, всех много, но никого знакомого. Даже обещанной Неневесты, то есть, тебя, дорогая, нет. Только какая-то голубая дракончик-самочка подсуетилась... А-а-а! О-о-о! Только не надо хвостом бить! У меня с ней ничего не было! Честное кощеево! Я от неё сбежал! Летел, света белого не видел! И тут меня кто-то хвать! Такой огромный и страшный... А-а-а! Не надо хвостом! Я глядь - а это не дикая болотная огрица жуткого вида и комплекции... О-о-о! А это ты, моя дорогая! Я тебя сразу узнал. По кольцам. То есть, сначала я подумал, что она тебя сожрала и кольца твои присвоила. А-а-а! Ты же мне жуб выбила! Но только ты жаговорила и нажвала меня Косеем, я тебя сражу ужнал! Правда-правда!

- Ш-ш-ш!

- Ты даше огрицей была... м-м-м... довольно привлекательная. В отдельных местах.

- Ш-ш-ш...

- А сейсяс ты вообсе красавица!

- Ш-ш-ш...

- Только шаль, што ты сейсяс не можесь говорить по-селовесески.

- Ш-ш-ш...

- Тс-с-с...

Он чего это, мой язык пытается выучить?

- Тс-с-с... - повторил варвар, прижав указательный палец к губам, и ткнул другой рукой вперёд.

Я всмотрелась в зелёные кусты перед нами. Ну и что там такое?

Мы почти приблизились к озеру, только за кустами слышались негромкие разговоры и хихиканье. Перепугаем всех к чертовой бабушке. Согласна, сначала надо посмотреть. Кощей незаметно высунул голову из кустов.

- Там девсёнки... Купаются... Голые...

Я хвостом затянула его назад и выставила свою улыбчивую морду. Да, действительно, девчонки.

Рядом снова появилась голова Кощея.

Я опять вытащила его, окольцевав за ногу. Вот так и буду держать, чтоб не пялился на женские прелести. Пусть лучше пялится на мой длинный красивый хвост. Я вытащила голову из кустов и попыталась озвучить свои мысли:

- Ш-ш-ш-ш-ш!!!

- А я сто? Я нисего! Я беж всякой жадней мысли. Просто, думаю, раж девсёнки купаются, рядом селение. Можно к ним жайти, попросить поесть...

Варвар с сомнением поглядел на меня, прикидывая, как ко мне отнесутся в селении. А я согласно кивнула головой, и снова уставилась на купающихся девушек, из уголка моей пасти побежала струйка слюны.

- Нет, - сказал Бессмертный, - тебе туда нельжя.

- Ш-ш-ш?

- Тебя могут неправильно понять.

- Ш-ш-ш...

- Ну посему же ждесь жмеи не разговаривают?!

- Ш-ш-ш!

- Прости! Прости. Я ведь тоже не мог говорить, когда был драконсиком. Но посему сражу ты не рассказала мне, что ждесь происходит? Почему мы в этом мире? Почему мы в сюжих телах? Куда идём?

- Ш-ш-ш...

- Впросем, ты спрашивала дорогу в королевство Малумбу. Но жасем?

- Ш-ш-ш...

- Да, дорогая, ты права. Мы продолжим путь в Малумбу, раж тебе туда надо. Потом ражберёмся. Главное, мы вместе, ведь правда?

- Ш-ш-ш...

Ох, и надоел мне этот беззубый варвар. Правда, не на столько, чтоб его съесть, но настолько, чтоб покинуть на время. Пусть отдохнут мои чуткие ушки от его дефектов речи. Хотя и поесть не мешает. Я с многострадальным выражением подняла глаза к небу. Там угрюмо парил крупный кондор. Нет, до него мне не достать. Я перестала обращать внимание на монолог Кощея и снова выглянула на озеро. Честное слово, не собиралась я на девчонок охотиться! Просто у поверхности показалась крупная такая рыба. А я змея водоплавающая и хищная. Сработали природные инстинкты, и я прыгнула в озеро, пролетая мимо купающихся девиц всеми своими двенадцатью... или даже пятнадцатью метрами. И я виновата, что они испугались и заорали?

Бедняга Кощей решил, что я всё-таки собралась перекусить человечиной, и с громким криком ухватил меня за хвост, то ли девчонок пожалел, то ли меня, чтоб потом не мучилась в раскаянии. В итоге он полетел прямо за питоншей в синюю глубину озера, потеряв на берегу свой грубой отделки меч, и остался наедине с хищницей совершенно безоружным. Только почему я вижу это всё со стороны?

Глава 6. Спасайся, кто может!

Почему я не попала в долгожданную голубую прохладу озера? Почему я лечу над ним?

Я скосила глаза и увидела вместо змеиной морды крепкий толстый клюв, повертела головой и рассмотрела по бокам два мощных черно-серых крыла. Я теперь тот кондор, что кружил в высоте, высматривая добычу? Парю, значит, себе над озером. А Кощей где?

Я опустила глаза вниз и неожиданно четко после смутного змеиного зрения, увидела разворачивающуюся в озере трагедию. Настоящую питоншу возмутило, что кто-то нагло вцепился ей в хвост, помешав охоте. Она к такому не привыкла. Что ж, пусть тогда сам послужит обедом. Огромное тело развернулось и метнулось к обреченному, который почти задохнулся, проехав спринтерскую дистанцию под водой, и даже не думал отбиваться, ведь он считает змею Неневестой!!! Девчонки визжали, выскакивая пулями из воды. Спасайся, кто может! Скользкий хвост выскользнул из ослабевших рук, и варвар пошел под воду. Змея приготовилась нырнуть за ускользающей добычей. Пора вмешиваться!

Я камнем упала вниз, долбанула клювом по голове ошалевшую питоншу, сейчас она уже не казалась мне такой прекрасной, как несколько минут назад, когда я обитала в её теле, ухватила когтями уже скрывающегося под водой Кощея, порвав ему не только одежду, но, кажется, и кожу. Попробуй рассчитай с такими когтями! Подхватив свою нелёгкую ношу, я взмыла в облака. Питонша в озере долго ещё возмущалась, по крайней мере, пока выпала из поля моего зрения. Бессмертный в когтях не дёргался, по-моему, просто отключился. Летела я на автомате, то есть, тело самостоятельно делало равномерные взмахи крыльями и рулило хвостом, не привлекая к процессу моё внимание, поэтому я была полностью предоставлена себе и предалась раздумьям.

Итак, я снова сменила тело. Как я вижу, процесс входа, так же как и процесс выхода, совершенно от меня не зависит. Я могу переселиться в любой момент в кого угодно. И хорошо, если повезёт, как в этот раз. Я быстро сориентировалась в теле кондора и Кощея спасла. Но что будет дальше. Как нам таким образом выполнить свою миссию? Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что, да ещё и будешь тем, не знаю кем. Проблематично.

Что ж, используем пока то, что имеем. Я - кондор. К счастью, достаточно большой, чтоб переть тело этого довольно тяжелого варвара. И мозги у меня, хоть и птичьи, но достаточно большие, и работают значительно лучше, чем в голове змеи. Так что, вариант, вообще-то, неплохой...

А куда это мы летим?

Как любой порядочный кондор, я улетела в горы. Даже сама не заметила. Подо мной простилались голые вершины скал. Не в снеговых шапках, но высокие. Я выбрала одну, достаточно плоскую для посадки. К тому же на ней было полуразрушенное большое гнездо, наверное, кондоров, но брошенное.

Варвар в себя не приходил, но дышал. Шок? Или воды наглотался? Если воды, то, пардон, откачивать я не буду. Не моими когтями. Пусть сам отходит, как хочет. И я демонстративно отвернулась, сев на краю скалы в совершенно не кондорской позе: свесив ноги, то бишь, лапы, и подперев голову крылом.

Интересно, почему я всё время попадаю в тела разных видов?

Зато сколько жизненного опыта... Я ж потом всю жизнь вспоминать буду, как была гигантской змеёй или хищной птицей...

Бум! Хорошо, что я птица! А то свалилась бы сейчас со скалы, а так зависла и парю себе, соображаю, что же случилось. А! Это Кощей очнулся и, по доброте душевной, пуляет в меня камнями. Это он, что, думает, его унёс обычный кондор в чисто гастрономических целях? Как же туго соображает. Ведь это ж я, его Неневеста!

Я рванулась к варвару, чтобы показать ему серебряные кольца на моей лапе, но он не понял, что я с добрыми намерениями, отшатнулся, оступился и полетел со скалы головой вниз.

Вот так ещё раз обрадуешься, что хорошо летаешь. Я ринулась за ним, сложив крылья, можно сказать, рискуя жизнью. Сказать можно, на самом-то деле моё птичье тело знает, что такие пируэты для кондора - раз плюнуть. Я картинно поймала орущего варвара около самой земли, опустила его на каменистую почву, демонстративно стала напротив, пока он, шатаясь, поднимался, приняла самую что ни есть не птичью позу: крылья уперев в бока, и задрала ему чуть ли не под нос лапу с серебряными кольцами. Смотри, идиот!

"Идиот" с перекошенной от страха рожей снова заехал в меня камнем. Я, как стояла на одной ноге, протянув к нему другую, так и свалилась на хвост.

Ба! Да это ж не Кощей уже! А я мучаюсь, его спасаю. Всё, теперь спасайся сам, как хочешь.

Я махнула крылом и взмыла ввысь, не обращая внимания на пытающиеся догнать меня камни. И куда теперь? Мне нужно в Малумбу. Или искать Кощея? В чьё тело он мог теперь перенестись? Никого живого в округе не увидела. Буду надеяться, что, кем бы он ни был, его ко мне всё равно рано или поздно притянет. А сейчас буду выполнять свою миссию. А так как других вариантов у меня нет, лечу в Малумбу. Я расслабилась, и птичья интуиция понесла меня сама через высокий перевал на ту сторону гор.

Моя интуиция привела меня, ни много, ни мало, в страну за перевалом, которая поражала великолепием дворцов и убожеством хижин. Люди здесь жили тёмнокожие, занимались преимущественно сельским хозяйством, не считая приморской зоны, где вовсю процветала рыбная промышленность, а также находилась масса базаров непосредственно у причала, где приставали торговые корабли. Природа была по-прежнему пышной, но растительность преобладала южная, представленная огромным количеством разнообразных пальм, лиан, суккулентов. Итак, интуиция привела меня прямо в столицу, которая издали выделялась белой блестящей башней. Подлетев поближе, я сообразила, что вовсе это не башня, а куполообразная верхушка самой настоящей ядерной бомбы огромных размеров, которую здесь обожествляли, молясь и поклоняясь Ядрёной Бабе. Видимо, название выплыло из глубины веков, сохраненное остатками цивилизаций, переживших катастрофу, но претерпело глобальные изменения, и было подстроено под существующий строй и образ жизни. На таком уровне развития человеческие племена любят придумывать себе божков, а уж если и образ готов, то и напрягаться не стоит, молись и радуйся. Бомба была со всех сторон обложена венками из пышных тропических цветов и принесёнными в дары фруктами. Всем хорошо, и пусть и дальше было бы так хорошо, если б я не знала, что ждет эту землю через два, нет, уже не два, а меньше, месяца. Теперь же симпатичная Ядрёная Баба становилась уже моим личным врагом, и я просто обязана была сделать хоть что-нибудь. Один маленький вопросик: что?

Облетев пару раз вокруг Ядреной Бабы и не обращая внимания на беготню и крики человечков внизу, я свернула к пышному дворцу королевскому, как я догадалась, так как главная башня его повторяла форму предмета поклонения, так часто строят по прихоти власть имущих.

Медленно паря вокруг и поглядывая в арочные окна, я заметила в одном темнокожего человека в богатом, расшитом драгоценностями халате и с короной на голове. Он стоял перед мало одетой девушкой, служанкой или наложницей и, судя по всему, склонял её заняться разными интересными делами на стоящей здесь же роскошной кровати с балдахином. Вот чем занимается правящая верхушка в то время, когда гибель мира у ворот!

И он ни о чем даже не догадывается. Вот с королём бы побеседовать. Только как? Я говорю, только на языке не человеческом, а кондорском. Как нам понять друг друга? Да если б даже мы и могли поговорить, как убедить его, заставить поверить? И что вообще с этой Ядрёной Бабой делать?

Ой, не надо было такие сложные размышления соединять с крутым виражом! Со всего размаху я врезалась в окно королевской опочивальни, осыпав осколками с головы до ног и самого короля Малумбы и его неудавшуюся пассию.

А теперь через дыру в окне смотрю, как, шатаясь и подёргиваясь, удаляется в сторону гор ошеломлённый огромный кондор. Интересно, какими судьбами залетела эта дикая птица так далеко от своего дома. И что это за знак судьбы, что врезался он в окно королевской опочивальни, хороший или плохой?

И кто же теперь я, если настоящий кондор стремительно улетает прочь?

Глава 7. Фея-импровизация

Наконец-то нормальное человеческое тело! С ручками, ножками! Счастье-то какое!

Я знаю, что я Фалита, мне шестнадцать лет. Позавчера меня взяли горничной в королевский дворец. Вчера меня увидел сам король Петри. Сегодня он хочет, чтоб я подарила ему свою любовь. Мне не хочется и немного страшно. Он некрасивый и старше меня раза в три. Но, поступая на работу, я знала, что так и будет. Старый король любит молоденьких девушек. Он дарит им дорогие подарки, пока не появится новая игрушка. Тогда старую игрушку Петри выдаёт замуж. Обычно он даёт хорошее приданое, и его бывшие пассии становятся желанными невестами. Многие девушки мечтают попасть во дворец и приглянуться королю. Мне очень повезло, и я должна ответить согласием. Я немного уже поломалась, совсем немного, чтоб не разозлить короля, и уже почти уступила, как вдруг случилось нечто ужасное. Красивое мозаичное окно разлетелось от удара страшной черной птицы. Осколки осыпали весь пол, и даже меня с королём. Теперь мне страшно. Это, наверное, не очень хороший знак, и мне лучше покинуть дворец и поискать другую работу...

- Видишь, малышка Фалита, - обернулся ко мне Петри. - Ты упорствуешь, и наша богиня Ядрёная Баба рассердилась на тебя. Она послала эту горную птицу, чтоб показать своё недовольство. Женщина должна радовать мужчину.

- Но я ещё... ещё...

- А если ты ещё, то должна радовать своего короля. - Кто для всех отец? Кто для всех кормилец? Кто для всех защитник? А ты не хочешь немного порадовать правителя всей нашей прекрасной Малумбу! Ядрёная Баба гневается на тебя, Фалита, и может наказать. Пока она просто предупредила тебя, но если ты будешь упорствовать, то гнев её будет страшен. Ты понимаешь это?

Понимаю. А ещё понимаю, что я сейчас не только маленькая и запуганная Фалита, но ещё и Неневеста Кощеева, которая никогда и никому не позволяла командовать собой, и никогда не делает того, чего сама не хочет. И сейчас не собирается позволять старому королю даже дотрагиваться до себя, несмотря на то, что трясущаяся где-то на задворках душа юной горничной уже на всё готова, лишь бы не гневить больше своего хозяина и, тем более, страшную богиню Ядрёную Бабу, которая стоит в центре города и об ужасной мощи которой рассказывают легенды. Но тело больше не подчиняется девочке, власть над ним захватывает Неневеста, дух которой вылетел при ударе кондора о стекло и с разгону оказался в её теле.

Я поднимаю голову и смотрю на Петри, короля Малумбу. Наверное, уже в моём взгляде он видит нечто такое, что заставляет его отступить на шаг.

- Фалита?

О, великая сила импровизации! Если в театре хорошо выученная роль считается кормящей матерью, то импровизация - это добрая фея, которая может изменить всё одним взмахом волшебной палочки. И последствия будут непредсказуемы. Но обычно, когда действуешь, не задумываясь, результат превосходит все ожидания.

Когда я открывала рот, то ещё не знала, что буду говорить, но дальше всё пошло само собой.

- Я не Фалита, король Малумбу.

- Но... как же... - даже голос горничной изменился настолько, что Петри тут же поверил и не засомневается, что это правда.

- Я - посланник.

- Откуда?

- Я - посланник морского царя Елисея, поэтому ты понимаешь, король, что я не мог явиться к тебе в своём собственном теле, не способном дышать воздухом, и вынужден был использовать тело этой невинной девушки.

Думаю, что после всего этого потерять невинность в королевских покоях Фалите уже не грозит. Кому захочется заниматься любовью с девушкой, в которую в любую минуту может вселиться посланник морского царя или ещё кто? Придётся ей срочно менять жизненные планы.

- И... Чем обязан? - спрашивает, бледнея, Петри. - Чего хочет от меня морской владыка? Мы вроде бы столько лет мирно сосуществуем, и взаимных претензий до сих пор не было.

- У царя Елисея всего одна претензия, но она стоит многих.

- Я слушаю.

- Вы, надеюсь, знаете, что у морского царя прекраснейший дворец, который только может представить воображение?

- Предполагал.

- Так вот, однажды, в результате сильнейшей бури одна из башен была отломана и унесена волнами.

- И чем я могу помочь?

- Совсем недавно совершенно случайно стало известно, что она находится в вашем городе. Это то, что вы называете Ядрёной Бабой.

- Не может быть! - воскликнул король. - Она уже давно стоит на главной площади города, а нашли её под землёй, а не в море и не на берегу!

- А я и не говорю, что это было недавно. Это, действительно, было давно, так давно, что песком занесло, и земля поглотила то, что выбросили некогда волны. Но о её местонахождении мы узнали только теперь, ведь морские жители, попавшие в руки человека, назад в свою колыбель уже не возвращаются, разве не так, ваше величество?

- М-м-м, так... - Петри явно опасался, что сейчас я припишу к делу всех рыб и другие деликатесы, которых съели в его стране за последние десятилетия, а то и столетия.

- Так вот, морской царь Елисей требует возвращения белой башни, как его личной собственности.

- Да, но наш народ много лет молится ей, как могу я забрать у народа его богиню?

- Скажете, что богиня сама велела провести её к морскому царю.

- А если я откажусь? - поинтересовался Петри.

- Мы предусмотрели и этот вариант. Во-первых, в ваши сети больше не будет попадать рыба, вы больше не сможете добыть ни одного морского обитателя, будь то даже простая креветка. Во-вторых, будет организована карательная акция, вследствие которой город будет потоплен, урожай с полей смыт, дома разрушены... Продолжать?

- Достаточно, - король был не глуп и смог прикинуть убытки от потери религиозного символа и убытки от экономических акций и террористических актов со стороны морского царя. - Забирайте.

Ага, а как?

- Вы сами, привязав башню канатами к нескольким кораблям, стянете её в воду. И, мало того, вы оттащите её подальше от берега, на глубину.

- Вы имеете в виду Марининскую впадину, которая считается самой глубокой в Мортанском море?

- Впадину? Да, точно. Именно в самую глубокую впадину. Марианскую.

- Марининскую, - поправил меня Петри.

- Один черт.

- А как вы можете доказать, что всё правда, и вы, действительно, посланник морского царя, а не бред сошедшей с ума служанки? - вдруг заартачился король. - А может, мне это всё только снится? А я поволоку Ядрёную Бабу, наше любимое божество, приносящую в казну такую прибыть, то есть, такую... такое моральное удовлетворение, такой религиозный экстаз, выбрасывать в море?

- Ваша горничная, и правда, скоро придёт в себя, и ничего не вспомнит о произошедшем или будет утверждать, что она ничего не говорила. Но я трижды докажу, что это не бред и не сон, я напомню о себе вот таким знаком, - и я нарисовала на стене пальцем знак Зорро. И помни, король, как только появится третий знак, ждать потоп недолго, - что-то становится мне нехорошо...

- Не надо запугивать! - осмелел немного король.

- Помни, король. Третий знак...

События начали развиваться со всё возрастающей скоростью, я даже не успевала их осмыслить. Но что ж, говорят, всё, что делается интуитивно, не включая размышление, и есть самым верным, самым оптимальным вариантом.

Но размышлять мне, и правда, было некогда.

Сильнейший удар в солнечное сплетение выбил меня из колеи в переносном смысле, и из хрупкого тела девушки - в буквальном. Я задохнулась и вылетела, как бильярдный шарик.

И где это я теперь? И кто я?

Глава 8. Из жизни муравьёв

Ничего знакомого... Хотя...

Думай, Неневеста, думай! Вот сейчас от этого много что зависит. Кто я? Где?

Я окинула взглядом бескрайние просторы вокруг себя. Вроде бы что-то знакомое, но всё такое... невероятно огромное, так, что даже рассмотреть затрудняешься. А эти две исполинские формы с обеих сторон от меня? Или это не "всё такое огромное", а я - такая маленькая?!

Прикинув размер двух колышущихся в необозримом "верху" фигур, а также рассмотрев свои членистые лапки и длинные усики, я вдруг поняла, что теперь я - муравей!

Не, ну это ж надо! За что ж мне такое счастье?! Уж лучше бы я змеёй на пузе ползала! Лучше б с высоты полёта горным кондором... А-а-а! Вы ж на меня наступите сейчас! Мне что, срочным делом начать писать монографию "Как выжить муравью в условиях современного города"? Точнее, несовременного, но достаточно плотно населённого?

Моя душа, наверное, не вместилась в крошечное тело насекомого, и у меня оставалось странное чувство двойственности. С одной стороны, я видела мир глазами муравья, а с другой - воспринимала как бы извне. Но действовать я могла только используя муравьиное тельце! Благодаря этой двойственности восприятия я и смогла услышать продолжение разговора короля с горничной, хотя вначале слова воспринимались с трудом, но с каждым мигом становились всё отчетливей и понятней.

- Хорошо, я велю утопить Ядрёную Бабу в море, - кивнул согласно Петри.

- Чего? Какую это бабу ты топить собираешься? Меня, что ли?

- Н-нет, - испуганно замотал головой король. - Ядрёную...

- Какую ещё?.. Да я тебя сам сейчас отправлю к Ядрёной Бабе на всю оставшуюся жизнь горшки чистить! - неожиданно заорала Фалита грубым мужским голосом, одновременно вертя задом и щупая себя за титьки. - Что за страна? Что за порядки? Женщин топить вздумал!

- Так ведь морской царь...

- Какой, к черту, царь? Тут сиськи выросли!

- ???

- Вот не было печали бабой стать!.. В общем так, - девушка перестала себя разглядывать и посмотрела на тёмнокожего ошалевшего короля, пытающегося побледнеть и стать светлокожим, - король? - стащила она с Петри покосившуюся корону, поглядела на неё, нахлобучила снова королю Малумбы на голову: - Носи! И слушай меня!

- А потоп?

- Потоп я тебе потом организую. Сам. В отдельно взятом дворце. Я тебе не кто-нибудь. Я - Кощей Бессмертный! Моё имя здесь всем знакомо? Не знакомо? Значит, познакомимся! Меня в вашем королевстве запомнят надолго, желательно, навсегда. Забудь всё, что собирался делать, теперь ты будешь выполнять только то, что скажу тебе я!

Так это сам Кощей так нагло выпихнул меня из тела Фалиты?! Вот нахал! Что ж он мне всю малину портит?! Только всё устроила, всё наладила... И я полезла по его ноге вверх.

- Стра... - попытался позвать стражу король, но не успел.

Бывшая горничная, одержимая нынче не иначе, как нечистым, одной рукой схватила его за локоть, а второй придавила ту точку на шее, которая перекрывает движение жизни в организме.

Несчастный король после неудачной попытки побледнеть, стал вполне удачно синеть, беспомощно пытаясь вдохнуть. Когда Бессмертный отпустил его, Петри был рад уже выполнить всё, что тот ни прикажет.

- Сейчас ты велишь искать в королевстве девушку, которая может быть не девушкой, а вообще неизвестно кем.

Король согласно кивал, записывая всё в непонятно откуда взявшемся блокнотике, словно он понимал, о чем говорит его горничная.

- Дальше, объявляй по всей стране, что во дворце ждут Неневесту Кощееву, и вели пропускать всех, кто явится по этому объявлению, пусть даже это будет зверь, птица или... или... неважно.

"Насекомое!" - хотела б подсказать я. Я здесь! Я рядом! А ты собираешься искать меня неизвестно где! В голове моей мелькнули отрывки муравьиных мыслей о коллективной цели, коллективном доме, еде для коллектива, но я эти общественные мысли вытолкнула из головы и полностью взяла контроль над крошечным тельцем. Вверх! Только вверх!

- Кем бы она ни была сейчас, но она где-то недалеко! Я это знаю! Раз я здесь, значит, она рядом!

Как он прав, подумала я, пробираясь у Кощея под коленкой.

- Да что это, блохи, что ли? - раздраженно рявкнула горничная, хлопнув себя по ноге ладонью.

Меня снесло, словно ветром, я с трудом успела уцепиться за край её туники. Хоть жива, и то хорошо. Дальше я полезла по одежде, чтоб не тревожить больше такого чувствительного Кощея. Я до тебя доберусь!..

- Непорядок у тебя, король, блохи грызутся, как собаки!

Неправда, я его не кусала! А теперь укушу, чтоб не наговаривал! Но пока мне ещё ползти и ползти.

- Меня называть "ваша светлость". Комнату предоставить, да не какую-нибудь, а как если б ты принимал соседнего короля с семьёй, - продолжал диктовать Кощей. - И стол чтоб накрыт был по-королевски. Да побыстрее!

- Да, да, конечно, ваша светлость...

А я уже добралась до головы, но теперь мне предстоял самый трудный участок, перебраться который я могла только перелезая с волосинки на волосинку.

- Да что ж это такое, вши, что ли, завелись?! - возмущенно воскликнул Бессмертный, на все лады чухая голову. Естественно, я слетела, попав под его горячую руку, и ссунулась ему прямо на кончик носа, еле остановившись на самом краю.

Фалита свела взгляд на нос, безбожно скосив глаза, ещё так и останется косой, бедненькая. Я встала на задние лапки и замахала передними, на одной из которых красовались серебряные колечки. Увидит ли, поймёт?

Кощей понял.

- Она! - заорал он, не сводя глаз с носа и стараясь не шевелиться.

Правда, меня и так чуть не сбросило звуковой волной от его крика.

- Король! Первые приказы отменяются, никого искать не надо, вот она!

Петра послушно вычеркивал записи из блокнотика, поглядывая с сожалением на сошедшую с ума горничную.

- Коробочку мне маленькую, поскорее, - протянул руку Кащей.

Король знал, что сумасшедшим нельзя отказывать, и тут же вытянул из кармана коробку для табака, высыпал остатки прямо на пол и протянул горничной.

Бессмертный ловко смахнул меня с носа в коробочку и закрыл крышкой. Негодяй! Да какое право он имеет так со мной обращаться?! А если я здесь задохнусь? Я помню, как маленькой сама ловила пчел, накрывала их банкой или стаканом, а они затем бессовестно дохли от недостатка кислорода. А если я табаком отравлюсь? И вообще!..

От табака я начала чихать, но не думаю, что это хоть кому-то было слышно. Я поняла только, что коробочку куда-то понесли, хоть не перевернули вверх тормашками да не бросили в карман.

Задохнуться я не успела, как коробку начали открывать. Всё равно, сейчас сделаю вид, пусть поймёт, как он был не прав, запирая меня в одиночную камеру, провонявшуюся табаком.

Когда крышка слетела, я лежала в центре коробочки на спине, скорбно поджав ножки. Вот так, дорогой, до чего довёл свою Неневесту, теперь мучайся.

Мучился Кощей недолго. Он решил, что легче всего привести меня в чувство, подув свежим воздухом. И дунул, да так, что я вылетела из коробочки ругаясь, на чем свет стоит, жаль, что никто не слышал, да ещё и воздух, которым он на меня подул, был не такой уж свежий, как он думал. Короче, мне сразу стало ясно, что обедала Фалита солёной рыбой с луком, и мне подобной еды теперь очень долго не захочется.

Я поднялась на ножки, муравьиная голова кружилась, и я не сразу поняла, что стою на столе, на голубой скатерти, а возле меня склонилась человеческая голова, видимо, той невезучей Фалиты, которую в порядке очерёдности оккупировали то я, то Кощей.

- Ты ж Неневеста, правда? - произнесли огромные губы, складываясь в пещеры разных конфигураций.

Я отскочила назад. Он же меня своим дыханием с ног сшибёт! Отодвинувшись на безопасное расстояние, покивала всем телом.

- Я рад, что снова нашел тебя!

Ха! Он нашел! Сколько усилий стоило мне, такой маленькой, залезть на него, такого большого и толстокожего, а он теперь все мои заслуги себе приписывает. Это я его нашла!

- Как не повезло, что ты оказалась мурахой!

Так ты ж сам меня вытолкнул из тела Фалиты! Нет, чтоб вселиться самому в короля и решить всё полюбовно!

- Но ты не переживай, Неневеста, мы уже добрались до королевства Малумбу.

Только ты мне теперь всё перепортил!

- Я тебя буду беречь, охранять. Я тебе во всём помогу!

У-у-у!!! Нервов не хватает!

- Теперь всё-всё-всё будет хорошо!

Ой, радуйся, что я сейчас такая добрая, а ведь укусить обещала. Я помню!..

Ба! А рядышком и король сидит, челюсть отвалилась, засмотрелся, как его незваный гость в теле несчастной служанки с муравьём общается, и сахар мимо чашки сыплет, сыплет. Очнулся, сахарницу отставил, чертыхнулся.

О! Я поползла к рассыпанному сахару и полезла через сладкие горы, вырисовывая на столе знак Зорро. А когда закончила, просто свалилась с ног от усталости. Интересно, покормить меня никто не додумается? Или самой ещё и в тарелку лезть?

Король знак заметил, испуганно икнул и ткнул в него пальцем. Только Кощей не сообразил, чего это я по сахару вышиваю, и попытался поднять меня пальцами. Сумасшедший, задавишь! Вот, говорила, укушу, и укусила!

Бессмертный затряс пальцем и начал меня ловить, загоняя в коробочку из под табака солянкой. Да не полезу я больше туда! Я что, враг своему здоровью? Он, что, не знает, что Минздрав предупреждает?

Я со всех своих шести ног начала мотаться по столу, пытаясь избежать нового пленения. Кощей же усилил рвение, подбадривая себя криками: "Я тебя всё равно поймаю, Неневеста! Это ж для твоей безопасности! Осторожно, ты себя покалечишь!" Вскоре Бессмертный совершенно забыл о моей безопасности и со всем жаром отдался погоне. Мужчины, они любят азартные игры и охоту. К нему присоединился король. Загораживая ладонями край стола, он с жаром выкрикивал полезные советы: "Справа заходи! Нет, слева! Блокируй угол! Загоняй под блюдце!" и так далее.

Привлеченный неожиданным шумом паук спустился на длинной паутинке и завис над столом, глазами повторяя траекторию моего бега с препятствиями. За ним второй и третий. По-моему, они делали ставки, кто на меня, а кто - на Кощея. Интересно, что они ставили на кон, мух? Только никто из них не выиграл. В крутом вираже Бессмертный смёл их своим рукавом и зрителей не стало. Пфи. Совсем не интересно без зрителей. Я тоже почти забыла, чего я убегаю, но почувствовала в душе такой кураж, что продолжила эту увлекательную игру, удвоив рвение. И утроив, когда заметила новых зрителей. Это были мухи, обнаружившие, что охотиться за ними пока некому. Они оглушительно жужжали после каждого удачного хода и заразительно хлопали крылышками.

Мы вошли в такой раж, что игра перешла на новый уровень. Мне надоело бегать между столовыми приборами, и я вскарабкалась на бокал, Кощей схватил его, не заметив, что я уже соскользнула вниз, и содержимое красивым фонтаном выхлюпнулось на скатерть, образовав карминное озеро. Высыпанная горка соли превратила его в Красное море. Я спряталась под тарелкой с жареной рыбой, и рыба тот час стала летучей, а тарелка - летающей. А я уже бежала к фруктовому желе, словно по ледовому полю успела я проехать от края до края, пока Кощей не превратил его в ледовое побоище. Я спокойно наблюдала за процессом с крупной индейки, или другой какой птицы, запеченной в сливках, даже успела откусить кусочек, меня ведь не удосужились даже покормить. Увидев меня, Бессмертный рухнул на птицу грудью, перевернув на неё при этом баночку с острым кайенским перцем. Пока они с королём чихали, меня, к счастью, не брало, я уже снимала пробу с неизвестного мне кушанья на огромном блюде. Кощей схватил блюдо, при этом его содержимое выскочило и поэтично опустилось на головы обоих ловцов. Причем, очень красиво свисали с ушей длинные зелёные стебли, наподобие нашей лапши. Я фыркнула и чуть не свалилась в соусницу, но вовремя спохватилась и побежала по ложкам и вилкам. Бессмертный хватал прибор за прибором и отбрасывал за себя, я успевала перебежать дальше, а на стене за его спиной уже образовался натюрморт из застрявших вилок и ножей. Хорошо, что ужин проходил tet-a-tet, а то жертв не оберёшься. Король попытался преградить мне путь, сложив лодочкой ладони, а я побежала по его руке. Кощей решил накрыть меня прямо табакеркой и с разгону опустил её на руку Петри. Судя по завываниям, руку ему сломал, точно. Король вышел из соревнования, потому как травмированный. А я уже добралась до торта. Только кусочек и успела ухватить, пока этот шедевр кулинарии не почил на физиономии Петри.

Вскоре на столе не осталось неперепорченной еды и непобитой посуды. Я забралась в вазу с фруктами и влезла на круглый скользкий плод. Кощей подхватил вазу, в результате чего плод вылетел и покатился по столу. Я покатилась вместе с ним и слетела на пол.

И всё. Сколько там ещё игрался Кащей с несчастным муравьём, я не знаю. Потому что, это больше не была я.

Глава 9. Дайвинг

Тяжко быть муравьём. Никто тебя не слышит, не понимает, потребностей твоих не учитывает. Но муравьём я хоть была там, в гуще событий, рядом с Кощеем. А теперь в полном неведении в синем море, как бишь его называли? Вспомнила, Мортанском. И я - обыкновенный осьминог. Очень крупный, но обыкновенный. И что мне дальше делать?

Королю королевства Малумбу наплела сказок, а Кощей помешал их выполнению. Как я теперь из моря сделаю обещанные знаки Зорро? На волне напишу? Ой, как неприятно, когда у тебя не нормальные конечности, а щупальца. Хотя... Хотя не так уж и плохо. Вода приятно холодит тело, щупальца, слегка шевелясь, уверенно держат у поверхности. Правда, пейзаж однообразный. Бесконечная голубая гладь и играющие на ней солнечные блики. Край берега... Даже отсюда видна белая верхушка Ядрёной Бабы. Может, мне добровольно в сеть пойматься с условием, что доставят в целости и сохранности прямо на королевский стол? Живьем? Но я вспомнила, что воздух теперь - это не моя стихия, да и объясняться по-человечески я опять не умею.

Говорят, осьминоги умные. Правда, умные. Прям чувствую, как мозги шевелятся. Или мозги не там? Какое непривычное тело!

Вдали показался белый корабль, направляющийся к городу. Мало того, его путь проходил в непосредственной от меня близости. Меня инстинктивно потянуло к людям. Когда корабль приблизился, я нежно обхватила корпус щупальцами, присоски крепко вцепились в борта. Да я гораздо больше, чем предполагала вначале!

Люди! Ау! Как они радостно бегают по палубе! Как встречают меня приветственными криками! Как добродушно наставляют на меня... Чего? Гарпуны? Да я вас одной левой!

Я труханула борт так, что гарпуны вместе с гарпунщиками посыпались в воду. Вот не понимаете вы по-доброму... Я к вам со всей душой, а вы... Я обиженно ухватила щупальцем жменю сине-зелёных водорослей и ударила по боковой поверхности корабля. Осталось неприятное грязное пятно. Вот! Это же способ послать на землю приветствие! Я набрала ещё водорослей и размазала по борту, нарисовав огромный, слегка неровный знак Зорро. Думаю, эта новость о нападении на судно гигантского осьминога до короля дойдёт, и про второй знак он узнает. Пусть думает о последствиях, на то и голова. А то устанавливают там свои порядки всякие...

Я собрала щупальцами плавающих, словно вишни в компоте, гарпунщиков, зашвырнула их на корабль, и гордо пошла ко дну. Раз я могу дышать на глубине, следует не терять время, а познакомиться поближе с подводной жизнью. Я давно мечтала заняться дайвингом!

Подводные красоты удовлетворили все мои эстетические потребности и жажду новизны.

Коричневые кальмары носились туда-сюда, они плавали то как рыбы, слегка шевеля телами, то задом наперёд, выталкивая из себя струи воды. Как это у них так классно получается? Я ведь вроде родственница им какая-то? Я подтянулась, собралась в тугой шар... Бах! Из трубки между щупальцами, которая, помнится, называется сифоном, ударила тёмная струя! Вокруг расплылась черная дымовая завеса! Да не собиралась я маскироваться! Опять что-то не так сделала. Попробуем по-другому. Я набрала в себя воду и выбросила её сильной струёй. От толчка щупальца мои сложились, тело вытянулось, и я ракетой помчалась в глубины морской колыбели. Так я и плыла, то раздувая, то сжимая тело. Вокруг мелькали рыбы всех размеров и мастей, во всей своей пестроте и разнообразии. Приблизившись ко дну, я расставила щупальца в стороны и зависла, словно экзотический цветок, рассматривая подводные пейзажи.

Причудливые водоросли разнообразных расцветок и форм то свисали, то торчали, то колыхались, словно на ветру. Мне даже трудно судить, такие они, как у нас, или принадлежат только этому миру. Ведь даже на Земле существует около 20 000 их видов, от микроскопических одноклеточных, до шестидесятиметровых, которые встречаются на побережье Калифорнии. А я знаю всего лишь ламинарию - морскую капусту, да ульву - морской салат. Особо мне понравились красные круглолистные в мелкий белый горошек и желтые шары, обтыканные множеством ножек. Среди водорослей бушевала жизнь. Стайки разноцветных рыбок то показывались, то снова прятались в зарослях. Я узнала только полосатых морских ангелов и долгопёра. Медленно взмахивая крыльями, проплыл скат, и я посторонилась, давая ему дорогу. Вдруг электрический. А когда ко мне устремилась невзрачная рыба с раскрытым круглым ртом, я вдруг догадалась, что не целоваться она собралась. Это минога, или похожая на неё тварь, которая целует так своим ртом-присоской, что уже не оторвёшь, а потом поцелуй плавно перетекает в банкет, она впивается в своего избранника зубами и нежно высасывает из него кровь. Ну её в баню!

Хватит пялиться на окружающие пейзажи, а то так и не заметишь, как станешь чьей-нибудь добычей. Я, конечно, крупный осьминог, но кто его знает, кто и кого здесь ест. Двинувшись дальше, я вскоре заметила край тёмного провала. Марининская впадина? Наверное. Интересно посмотреть поближе. Я начала спускаться в её загадочный полумрак, заметив манящего светлячка впереди. Но когда он оказался лишь приманкой на голове страшной рыбины, в которой я успела рассмотреть только лес острых длинных зубов, не знающих стоматолога, решила срочно делать ноги, точнее, щупальца. Эта плавающая кунсткамера напрочь отбила мне охоту исследовать впадину. Пусть её Ядрёная Баба исследует. Хватило мне впечатлений.

Покинув опасную зону, я поплыла вдоль узкого кораллового рифа, и вскоре моему взору предстал... сказочный коралловый дворец. Получается, я была довольно близка к истине, сочиняя королю Малумбы про морского царя! Да видно, это и не является секретом, иначе Петри не поверил бы так просто в мои сказки.

Стайка (или табун?) морских коньков, пасущихся невдалеке, при моём приближении срочно скрылась. А створчатые резные двери дворца, охраняемые двумя пятнистыми муренами, распахнулись сами собой. Хищницы склонились в поклоне, пропуская меня внутрь. Ба! Да я вхожа к морскому царю?! Угри и тунцы почтительно расплывались в стороны, пока я плыла по дворцу. Я двигалась прямо, ведь царские апартаменты должны находиться в центре, и не ошиблась. Очередные двери пропустили меня в зал с круглыми окнами, весь усыпанный белым и черным жемчугом, образующим замысловатый орнамент. В центре, на огромной позолоченной раковине в виде трона, восседал маленький неказистый человечек с акульим хвостом и плавником на спине. Его скучающий вид навевал такую тоску, что волком выть хотелось. И это морской царь? Мне захотелось развернуться и уйти по-английски, не прощаясь. Правда, я ещё и не поздоровалась!

- Мой дорогой друг! - остановил меня приторно сладкий, словно патока, голос.

- А?

- Скварр, дружище, где ты пропадал? Я здесь со скуки с ума схожу!..

Вот, узнала, как меня зовут. Так я в приятельских отношениях с морским царём? Нужно использовать этот факт в своих эгоистических целях спасения этого мира.

- Мой король!..

- Что за официальный тон, дружище? Ты ведь знаешь, для тебя всегда - Том. Просто Том, - царь кышнул на кружащих вокруг мелких кошачьих акул и громко чмокнул меня прямо между глаз, притянув за щупальца. - Теперь рассказывай: где был, что видел? Может, подыскал мне невесту?

Ах, так он ещё и сексуально озабоченный?

- М-м-м... Том, да. Невесты нет.

- Но почему? Почему, Скварр? Разве я не хорош собой? Разве стать морской царицей не мечта любой порядочной девушки? Разве...

Я с сожалением посматривала на прыгающего вокруг царя. Да-а-а, найти ему невесту не то слово, что проблематично. Тут и горы жемчуга не помогут.

- Скажи, друг, разве ты, будучи русалкой или сиреной, не мечтал бы жить во дворце, иметь в своём распоряжении кучу слуг, иметь в частной собственности горы драгоценностей?

- Ну-у-у, - я неопределённо покачала головой.

- Так почему же, почему, почему, почему они не хотят? - нервно заколотил хвостом царь. - Почему?

- Ну-у-у...

- Тогда расскажи мне сказку! Сказку, сказку, сказку! - вдруг переключился человечек.

С психикой, явно, переклин.

- Сейчас расскажу. Только это не совсем сказка. Точнее, это совсем не сказка. Я расскажу, как я побывал не берегу.

- Ты был на берегу? Скварр, а среди людей ты видел красивых девушек? Ведь там полно красивых девушек, я знаю! Ты нашел мне человеческую невесту! О, дорогой друг, когда же она бросится в пучину вод, чтоб соединиться со мной навсегда?

- Нет, нет, никаких невест нет!

- Зачем ты так, дорогой друг? Я ведь тебе всегда верил! Ты обманываешь меня, на земле полно прекрасных девушек!

- Девушка с земли не может жить под водой! Она умрёт.

- Но ты же знаешь, дорогой друг, что она умрёт только для верхнего мира, здесь она сможет жить, как и другие утопленницы, легко и весело. Только никто из них не соглашается выйти замуж за морского царя...

- События складываются так, что думать сейчас надо не о свадьбе!

- А о чем? Продолжение рода - главнейшая цель настоящего мужчины!

- Чтоб продолжать род, следует обеспечить ему дальнейшее существование. А вся Аллия обречена!

- Мне всё равно, - буркнул царь, надувшись, и отвернулся.

- Всё равно не будет, - ухватила я его присосками и повернула к себе. - В ближайшее время корабли людей затянут в море Ядрёную Бабу...

- Бабу? Бабу! Счастье-то какое! У меня будет невеста!

- У тебя уже есть шизофрения, зачем тебе ещё и невеста?

- Её зовут Шизофрения? Какое красивое имя! Давайте её скорей сюда! Хочу Ядрёную Бабу!

О, зачем я вообще за Бабу заикнулась?

- Том, Баба тебе будет. Но сначала ты должен сделать одно важное дело.

- Нет, Скварр, ты ошибаешься, дело будет потом, после свадьбы...

О, боги, дайте мне сил и терпения!

- Свадьбы не будет, Том.

- Как так? Без свадьбы?

- Свадьбы не будет, пока ты не выслушаешь меня!

Царь послушно затих.

- Сначала человеческие корабли затянут в море одну... башню. Это очень опасная штука, она может сделать большой "бум!", и все погибнут.

- Я выброшу её назад на берег. И всех делов!

- Даже если она сделает "бум!" на берегу, все морские жители всплывут на поверхность кверху пузом!

- Ну и пусть! Пусть! Если у меня не будет жены, пусть все всплывают кверху пузом...

- Нет!!! Ты должен собрать весь морской народ, чтобы направить эту... башню в Марининскую впадину! А потом велеть забросать её до верха камнями! Только после этого сюда спустится твоя невеста.

- Моя Шизофрения?

- Твоя Шизофрения!

- Нет, - заартачился царь, - сначала невеста, затем всё, что ты сейчас говорил...

Я обессилено распластался на полу всеми своими щупальцами. Ну, можно с больным договориться?

Морской царь вдруг подскочил и стал судорожно оглядываться по сторонам. Затем опустил глаза на свой рыбий хвост, ахнул, и, сложив руки, запричитал:

- Этого мне только не хватало! Вода! Хвост! Я теперь кто?!

Да неужели?!

- Кощей! - заорала я что есть мощи. - Ты - царь морской! Сюда скоро спустят бомбу, Ядрёную Бабу! Вели её потихоньку в Марининскую впадину опустить и засыпать песком и камнями! Только предельно осторож...

Я не договорила, чувствуя, что покидаю тело осьминога, оставляя ничего не понимающего Кощея в роли царя морского...

Глава 10. Знак Зорро

Глубины моря исчезли вместе с дворцом и Кощеем, оказавшимся в теле морского, сдвинутого на женитьбе, царя. Теперь морская гладь была внизу, небесная - вверху, а я парила между ними, выискивая что-либо съестное. Белые крылья с черными кончиками резко ударили воздух, когда я, увидев неосторожно приблизившуюся к поверхности рыбёшку, камнем бросилась вниз и вонзила в неё когти, едва замочив лапы. Так хотелось есть, что я тут же перехватила её крепким клювом, только и заметив, как она скользнула через горло внутрь. Зато есть стало хотеться меньше. Повторив приём ещё несколько раз, я почувствовала, что наконец сыта, и могу теперь думать о чем-то другом.

Итак, я - чайка. Чувствую себя превосходно. Лёгкий бриз слегка щекочет пёрышки на спинке. Охота была отличная. Желудок приятно полный. Левую лапку облегают два блестящих кольца.

Я - окольцованная чайка, Неневеста Кощеева. Почему меня вечно угораздит подселиться к какой-нибудь живности? Нет, с одной стороны, интересно. Но, с другой, что я могу сейчас сделать для этого мира, кроме как носиться над водными просторами, знакомясь с другими чайками?

Вообще-то, сейчас я могу собирать информацию. Я - свободная чайка, кто мне мешает полетать над городом, позаглядывать в окна королевского замка? Может, что-нибудь смогу разведать?

Я тут же приступила к осуществлению нового плана. Только далеко лететь и не пришлось. По вымощенной камнями набережной гордо шествовал сам король Мабумбы, довольный, как комп после перезагрузки.

Процессия ещё та. Спереди идут четверо телохранителей, распугивая всех одним своим видом. По бокам - слуги с опахалами. Сзади - ещё четвёрка охранников. Народ издали расступается, организуя правителю красную дорогу.

Рядом с ним семенит богато одетая и украшенная женщина, то ли супруга, то ли новая пассия, я как-то этот вопрос и не прояснила. Но это точно не многострадальная Фалита, одержимая навязчими состояниями в виде меня и Кощея. Естественно, после всего, что было, кто захочет, чтоб рядом находилась одержимая? Интересно, Петри хоть не велел ей голову отсечь, или на кол посадить? Надеюсь, что в стране смертная казнь отменена. Да и можно сообразить, что девушка ни в чем не виновна? Может, он её к экзорцистам отправил, изгонять злых духов? Или просто прогнал из дворца?

Во всяком случае, Петри безумно рад, что всё закончилось, и никто больше ничего от него не требует. Легче всего посчитать, что ничего и не было. И Ядрёная Баба пусть стоит, никого ж не трогает, никому не мешает. Если б я могла как-нибудь изобразить третий знак Зорро, может, он бы и задумался, а так... Радуется жизни. Аж тошно стало.

Я заворачивала над королём уже третий круг, как вдруг взыграли естественные потребности обожравшейся рыбой чайки. Ух, как вовремя! Я заложила неимоверный кульбит и оставила прямо на золоченой сандалии правителя четкий знак Зорро!

Король застыл на мгновение, переваривая информацию. Слуга бросился на колени, чтоб стереть с ноги правителя постыдное пятно, но тот резко развернулся и бросился назад, в направлении дворца с громкими криками:

- Третий знак!!! Ядрёная Баба!!! Потоп на носу!!!

Как я и планировала, дожидаться обещанного потопа никто не стал. Король быстро отдавал приказы. Гонцы на площадях уже зачитывали сообщение, что богиня Ядрёная Баба решила спуститься с просветительно-агитационной целью в пучины морские, тёмнокожие рабочие уже обматывали её сетью крепких морских канатов и расчищали дорогу к набережной, корабли уже подгоняли к берегу. Город вскипел, как вода в чайнике, все бегали, суетились, передавали друг другу сплетни и вымыслы.

Я с удовлетворением наблюдала с высоты полёта, как корабли тащат Ядрёную Бабу прямо в открытое море. Но правильно ли я поступила? Сообразит ли Кощей, что следует делать? А вдруг бомба стукнется об дно и рванёт раньше времени? Правда, Смотритель утверждал, что взорвать её можно только с помощью дистанционного управления, но страшно как-то...

И тут я увидела с высоты, как в воде Ядрёную Бабу окружает бесчисленное множество морских обитателей. Даже огромные акулы не охотились за более мелкой рыбой, а коллективно выполняли работу. Когда на кораблях перерезали удерживающие бывшего идола канаты, Бабу мягко подхватили и направили в пресловутую Марининскую впадину. Она последний раз качнула белой головой и скрылась в невообразимых глубинах навсегда. Когда сопровождавшие её обитатели глубин показались из впадины, начался процесс засыпания раритета песком и камнями. Длинные очереди носильщиков потянулись к впадине со всех сторон. Кто катил валуны по дну, кто волок за собой обломки затонувших кораблей, а кто просто проплывал над впадиной, высыпая изо рта принесённый песок и ил. Как я поняла, процесс будет долгий. Основное уже сделано, Ядрёная Баба заняла место в самой глубокой морской впадине. Кощеик всё сделал правильно. Но скоро он покинет тело царя Тома, и кто знает, что ударит в голову этому шизонутому? Доставать Бабу со дна Марининской впадины, я думаю, уже нереально, а вот работы по её засыпке может прекратить. Он, вроде бы, мне и обещал всё выполнить, но вначале требовал невесту найти. Эх, женить бы его, успокоился б малость. За мудрой женой из него, может, и неплохой правитель получился б. Только где ж ему такую дурочку найти, чтоб согласилась?

В раздумьях летала я вдоль набережной. Даже есть снова захотелось. Я с упоением стала высматривать добычу в прибрежной зоне, как вдруг на самом крайнем причале, где кораблей сейчас не было, увидела знакомую фигуру.

Ба! Фалита! А я всё тревожусь о её судьбе! Девушка медленно шла по причалу, волоча ногу за ногу. Сейчас она была в бедном холщевом платье, с растрёпанными косами, с красными опухшими от слёз глазами. В руках теребила маленький узелок и бубнила что-то себе под нос.

Я подлетела поближе и уселась на перила причала, чтоб послушать, о чем она говорит. Девушка подошла к самому краю и остановилась в нерешительности. Увидев сидевшую на бортике чайку, она начала изливать все свои горести по новой.

- Вот и ты на меня так смотришь, чайка! Ты тоже меня не любишь?

Я отрицательно помотала головой. Фалита заинтересовалась.

- Ты машешь "Нет, люблю!" или "Не люблю!", а? Никто меня не любит. Я так радовалась, что попала во дворец. Моей любви домогался сам король! Он, конечно, старый и противный, но он дал бы мне денег, подарил бы украшения. Я смогла б выйти замуж! Ты ведь меня понимаешь, чаечка?

Я кивнула.

- Но он меня выгнал из дворца! И я даже не могу понять, за что? Я ничего такого не делала! Мне только кажется, что я уснула и видела какой-то непонятный сон, а потом проснулась и сказала: "Я готова на всё, мой повелитель!" А он... а он выгнал меня в шею... Сказал, чтоб через пять минут ноги моей во дворце не было, иначе позовёт стражу и меня отправят в темницу! За что, чаечка?

Я переступила с ноги на ногу и пожала крыльями. Могла бы ей объяснить, но как? Нечеловекоговорящая я.

- Кому я теперь нужна? Надо мной все смеются... Даже родители выгнали из дому. Говорят, мы старались, тебе жизнь устраивали, а ты даже не смогла удержаться на такой пер...перс...перспективной работе... И куда мне теперь деваться?

Фалита разрыдалась во весь голос.

- Кто меня теперь замуж возьмёт? Мне даже жить негде! Есть нечего! Меня и на работу никто теперь не берёт! Все знают, что меня сам король выгнал!.. Только утопиться и осталось.

Фалита прижала к груди узелок и стала на самый край причала.

- А ты как считаешь, чаечка?

Вот дура девка. Я отрицательно замотала головой. Но тут... тут мой взгляд упал в воду и я увидела полные надежды глаза огромного осьминога.

Перо даю на отрывание, если это не Скварр, опять посланный на поиски невесты для помешанного на этом деле морского царя. Он не отрываясь глядел на девушку, явно, мечтая, чтоб она прыгнула или свалилась в воду. Ведь правитель согласен даже на утопленницу.

А ведь и для Фалиты это был бы неплохой вариант. Здесь для неё все двери закрыты, девушка в полном отчаянии, а там её ждут такие радужные перспективы... Шикарный дворец... Муж - настоящий король, долбанутый немного на голову, но... у каждого свои недостатки, и это ещё не самый страшный... Несметные сокровища... Слуги, готовые на всё... Почет, уважение, преклонение... Короче, все мечты девушки по первому разряду. А она, дурочка, стоит и думает. И я отчаянно закивала головой: "Да!Да!Да!"

Фалита испуганно переминалась с ноги на ногу. Никак не могла решиться на последний шаг.

Осьминог в отчаянии покачал головой и тяжело вздохнул. Представляю, король всех уже этой невестой достал. И вот прекрасная кандидатура, просто замечательная. И симпатичная к тому же. А она сейчас может развернуться и уйти.

Она ведь считает, что это конец! Но я-то знаю, что это для неё только начало! Прекрасное начало!

Я подмигнула безнадёжно вздыхающему осьминогу, сделала круг для разгона и врезала изо всех своих птичьих сил Фалите лапой под зад. Хрупкое равновесие нарушилось, девушка, вскрикнув, полетела с причала вниз, прижимая узелочек к груди. Скварр на радостях из воды выскочил, обхватил её всеми своими щупальцами, кроме одного, которым благодарно отсалютовал мне, и быстро скрылся в глубине. Я снова села на перила и довольно потёрла крыло о крыло. Так, судьбу двух несчастных в этом мире я уже устроила.

Здесь мне делать больше нечего. Знать бы, куда лететь дальше.

Я, вообще-то, не уверена, что всё сделала правильно. Бомба, наверное, и на такой глубине взорвётся. Если б опасность миновала, Смотритель уже вытащил бы меня назад, на Буаян. Но я надёюсь, что, во всяком случае, удар будет послабее, и мир не погибнет полностью. Хотя это всё мои надежды. Следует искать пульт управления, но я даже не представляю, где. И где мой Кощей? Не думаю, что до сих пор на морском дне. Насколько я понимаю, его ко мне притягивает. Раз я на суше, и он должен неподалёку объявиться. И я прогулочным лётом стала наматывать круги над городом, пытаясь догадаться, в каком виде может оказаться Бессмертный.

Моё внимание привлекла паника в южных окрестностях. Большой серый слон, груженный товарами, кружится на месте, подпрыгивает и дико вращает хоботом. Погонщик слетает с его спины, как тряпичная кукла. Товары рассыпаются, и взбешенное животное топчет их своими тумбами-ногами.

- Слон взбесился! Бешеный слон! - в ужасе кричат погонщики, разбегаясь в разные стороны.

Бешеный слон - это страшно. Он может натворить много бед. Обычно бешеных слонов стараются убить. А если это Кощей?

Слон вытоптал вокруг себя кусты и деревья, пока, наконец, полностью избавился от корзин на спине. Увидев подкрадывающихся к нему погонщиков с копьями наперевес, он бросился бежать, ломая всё на своём пути. Точно, Кощей!

Я припустила за ним, крича и ругаясь, но он не видел и не слышал меня. Я увеличила скорость и обогнала его. Люди отстали безнадёжно и оставили погоню. Я обогнала слона и полетела перед его головой спиной вперёд, пытаясь достучаться до его замутнённого сознания. Не так-то легко остановить слонячий галоп, зверь снижал скорость, но не так быстро, как мне хотелось бы. Затормозил он только тогда, когда я врезалась хвостом в случайно выросший на моём пути баобаб, и ссунулась по нём на прямо землю. Вот тут он увидел кольца на лапке, радостно растянул в улыбке губы и протрубил "Ту-ту, ту-ту-ту-ту!", в чем я разобрала констатацию факта "Это Неневеста!" "Да, дорогой, это я", - удовлётворённо крякнула я, собирая кружащиеся надо мной звёздочки. Слон взял меня хоботом, тряхнул, чтоб облегчить процесс, затем положил, распластавшуюся, на своё широкое плечо.

Долго шли мы так джунглями, радостные и счастливые хотя бы оттого, что вместе, крупный серый слон с белым пятном чайки на спине. А когда солнце стало играть в прятки с верхушками деревьев, и сумерки окутали окрестности, слон лёг между пальмами, нежно прижимая к себе хоботом хрупкую птицу. Так мы и уснули, довольные, хоть не могли сказать друг другу ни слова.

А утром испуганная чайка с криком взметнулась с серой туши слона, так и не поняв, как она здесь оказалась. Это была уже просто чайка, самая обычная морская чайка. Слон понял это, и из его почти человеческого глаза скатилась маленькая горькая слезинка.

Глава 11. Почти Дюймовочка

Я спала. Впервые в этом мире я спокойно и беззаботно спала. На надёжном плече Кощея, пусть даже он был в образе слона, мне было очень хорошо, пусть даже я была в образе офигевшей чайки. А последние события происходили с такой скоростью, что было от чего офигеть. Меня всё быстрее и быстрее перебрасывало в новые тела, я почти не успевала привыкнуть, адаптироваться. У меня не было времени для размышлений, я постоянно импровизировала. А чего стоит это нервное напряжение, когда не знаешь, в тело кого тебя забросит следующий раз? И кем будет Кощей? И где его искать?

После этих головокружительных приключений на мой хвост, так непривычно было лежать и не дёргаться нервно, никуда не спешить, не плыть, не лететь... Так бы лежала и лежала. Блаженные минуты покоя. Иногда сон выносил меня почти на поверхность, но я упорно не открывала глаза и снова опускалась в его сладко-тягучую глубину. Нет, не буду спешить вставать, посплю ещё...

Когда я проснулась в очередной раз, мне показалось, что я в колыбели. Едва заметное движение... Мягкая, обволакивающая тело, перина... Или это не перина? Какая странная эта... кровать... А этот сильнейший запах, откуда он? Как странно... Со всех сторон моё ложе закрывают тяжелые бархатные занавеси темно-вишневого цвета. Или не бархатные? Или не занавеси? С самого верха падает узенькая полоска слабого света. А занавеси такие упругие, они не отдёргиваются и не выпускают меня. Кто я? Где я?

Я опять одна, я опять не знаю, где Кощей. Как грустно...

И всё же унывать некогда, я должна выяснить, в кого подселилась теперь. Глаза постепенно привыкали к полумраку.

У меня снова есть руки, ноги... У меня снова человеческая форма! Ура! Как я соскучилась по нормальному человеческому телу! Я ощупывала себя, изучая. Лицо, длинные волосы, носик есть маленький, глазки - два, как положено, рот, зубки, не клыки. А всё время кажется, что будет какой-то подвох. А здесь? Фух, какое счастье, не мальчик. Вроде бы всё прилично, как положено... Даже одежда есть, тонкое, почти воздушное, короткое платьице. А это что такое? Это что ещё?

Я завертелась, пытаясь рассмотреть в тусклом свете, что это у меня такое сзади. Плащик, что ли? Я тряхнула плечами. Плащик распахнулся, и в разные стороны взмыли два голубоватых крыла, не как у стрекозы, и не как у бабочки, а как у мотылька. И кто же это я?

Однажды у меня уже были крылья. Но то были настоящие белые перьевые крылья, как у ангела. Они даже спасли мне жизнь. А эти были совершенно другие, тонкие, хрупкие, как мне показалось. Как можно пользоваться такими? А они настоящие? Кто я?

Я попробовала покопаться в голове существа, чьё тело взяла в аренду. Слабые обрывки мыслей метались, словно испуганные мошки. Я попыталась их поймать и прочесть.

Я - цветочный эльф. Точнее, эльфея. Принцесса, дочь эльфийского короля плантации горрандских тюльпанов.

Влипла. Опять маленькая, опять беспомощная. Да ещё и запертая в цветке. Ну какая из меня спасительница мира? Я вовсе даже не приближаюсь к чертовому пульту. Что-то неправильно в расчетах Смотрителя. Я не хочу погибать вместе с Аллией! Выпустите меня!!!

Я металась по внутренностям цветка, словно взбешенная тигрица. Слабые крылышки даже не пытались поднять меня в воздух. Я карабкалась по скользким стенам, скатываясь кулём вниз, обламывала ногти, пытаясь порвать упругие лепестки. В жизни, в прошлой жизни, в моей настоящей жизни мои ногти были такими, что нечаянно взмахнув рукой, я легко ранила попавшихся на пути. Подруга говорила, что с таким оружием можно спокойно гулять по самым бандитским районам города, потому что любой, попытавшийся напасть, останется, в лучшем случае, без обоих глаз, а в худшем - с распоротым животом и вывалившимися кишками. Не знаю, не приходилось. Я никогда не задумывалась, в каких криминогенных районах гуляю, и никогда ко мне не приставали, может, инстинктивно чувствовали потенциальную опасность? А может, и приставали, только я об этом не догадывалась. Потому что уличные знакомства обычно заканчивались обретением новых друзей или просто хороших знакомых.

Я клаустрофобией не страдаю, но в одиночестве долго не могу!

Я так скоро говорить совсем разучусь, то питонша, то гриф, то мураха бессловесная, то офигевшая чайка, то теперь говорить могу, так не с кем. Может, покричать? Может, услышит кто?

И я заорала, стуча кулачками в упрямые стены. К моему величайшему изумлению из горла вырвался не дикий отчаянный крик, а чудные мелодичные звуки:

- О, Кощей, мой избранник сизокрылый!

От тебя злая сеть меня сокрыла.

Обойди в этой жизни все преграды,

Обойди, и возьми меня в награду...

Обана! Что ж это такое? Я что, теперь говорить смогу только стихами, вернее, песнями?

Я попробовала вновь заговорить вслух, только прозой:

- Да, я - Неневеста, но здесь, теперь,

Я теперь эльфея. И где та дверь,

Чтоб назад вернуться в саму себя,

Своего Кощея любя...

Не получается...

А, ладно, и чего я переживаю? Голос-то какой восхитительный, у меня отродясь ничего подобного не наблюдалось. Хоть на "Фабрику звёзд" отправляйся. Да нет, куда там фабрике. Прямо на Евровидение. Вне конкурса, сразу за наградой. Да...

Хотя тяжело вот так вот петь всё время высокопарным слогом. Хорошо ещё, что думаю не стихами, а нормальным человеческим языком.

Измученная, уставшая и голодная упала я на дно упрямого цветка. Что же делать?

Нужно поспать, отдохнуть, затем собраться с мыслями и решить, что же делать дальше...

Проснувшись, я не спешила открывать глаза. В пограничном состоянии между сном и явью можно отыскать ответы на вопросы, которые мучают в реальности. Итак, как выбраться из этой ароматной тюрьмы, я не знаю. Никто не приходит на мой зов, никто не отзывается на мой стук, я не могу справиться с этими упругими лепестками-стенами и выбраться сама. Мне необходим союзник, но извне он не приходит. Что ж, значит, буду искать союзника внутри. Где-то внутри меня находится настоящая эльфийская принцесса, запуганная и несчастная, нужно дать ей побольше свободы. Моё полусонное сознание было мягким и податливым. Я расслабилась ещё сильнее и прислушалась к себе. Темнота и тишина...

Вдруг мне показались глаза в тёмном углу. Я их не видела, я их ощущала. Я ощутила присутствие кого-то светлого и испуганного.

"Иди сюда", - позвала я мысленно.

Существо шевельнулось и чуть осмелело.

"Ты кто?" - услышала я тихий голос в своей голове.

"Я - Неневеста Кощеева. Ты меня не бойся. Я случайно попала в твоё тело. Извини".

"Извиню. Но что же мне делать?"

"Я в твоём теле, как в тюрьме, мне нужно выбираться отсюда".

"Так уходи".

"Я не могу. Попробуй вытолкнуть меня".

Я ощутила лёгкое надавливание, но такие робкие попытки не могли выпихнуть меня из тела эльфийской принцессы.

"У меня не получается", - вздохнул в голове нежный голос.

"Тогда будем выбираться вместе. Как выйти из этого треклятого цветка?"

"Никак".

"То есть?"

"Я, то есть, мы не сможем выйти из горрандского тюльпана ровно месяц, точнее, уже месяц без одного дня".

Слова принцессы ввели меня в лёгкий, точнее, в тяжелый шок. Месяц! Плюс то время, которое я уже провела на Аллии. Что же у меня останется?! Я провалила миссию! Это конец! Нет-нет, я не должна сдаваться до последней минуты. Я ж Неневеста Кащеева!

"А ну-ка, давай, рассказывай всё с самого начала, - предложила я своей сожительнице, - а потом будем думать".

Принцесса начала свой рассказ вслух, и волшебные звуки заполнили своды тюльпана.

- Я не просто эльфея, я - дочь короля.

Для меня все цветами покрыты поля.

И сама я однажды в цветке родилась,

И в тюльпанах горранских наигралась я всласть...

"Это всё прекрасно, - перебила я её мысленно, - но так будет долго и не очень понятно. Давай, лучше, рассказывай про себя".

"Ага, хорошо, - согласилась принцесса. - Меня зовут Аль Уль Дьюмова..."

"Хватит, хватит, - перебила я её, чувствуя, что сейчас начнётся длительное перечисление многочисленных имён эльфийской принцессы. - Я поняла, твоё имя знатное и очень красивое, но, учитывая то, как мы сейчас близки, думаю, имею право называть тебя покороче, например, Дью, Дьюма. Да ты же - настоящая Дьюмовочка, - рассмеялась я, вспомнив известную сказку из моего родного мира, сказку о Дюймовочке. - Знала я одну похожую эльфею с очень похожим именем".

"Пусть будет Дьюмовочка, - согласилась принцесса. - Очень мило. Продолжу рассказ. Мой отец - король эльфов плантации горрандских тюльпанов Поль Хель... ладно, не буду полностью говорить его имя, так как оно ещё длиннее, чем моё. Я - его дочь, его единственная дочь, так как у нас, эльфов, может быть только один ребёнок. И он во мне души не чает".

"Что ж ты такое умудрилась натворить, что папаша тебя засадил в эту темницу?" - не выдержала я.

"Ничего я не натворила. Просто вхожу в пору своего совершеннолетия".

"Это как?"

"Когда мы маленькие, живём в цветах, летать мы не умеем, а в гости друг к другу попадаем, используя наших коныков-кузнечиков. Когда мы взрослеем, юным эльфам подыскивают только появившийся бутончик тюльпана и помещают внутрь. Ровно месяц растёт бутон, пока не раскроется прекрасным цветком. Ровно месяц находится эльф или эльфея в нём, проходя инициацию и превращаясь из ребёнка во взрослого. Только так могут развиться наши крылья. Только в цветке мы обретаем способность летать. Когда тюльпан раскроется, эльф вылетает из него и начинает взрослую жизнь, то есть, выходит замуж или женится".

"Значит, ты не знаешь, как выйти из цветка?"

"Пока он не раскроется сам, никак".

"О! Но что же делать?!"

"Ждать".

"Нет, Дью, ты не понимаешь, ждать я не могу!"

Могу - не могу, а придётся.

"Что же я, мы, будем хавать целый месяц? Нам ведь будут приносить еду? И мы сможем сбежать!"

Я почувствовала в голове смех.

"Никто не сможет проникнуть сюда, пока цветок сам не раскроется. Попасть внутрь можно было только в первые дни зарождения бутона. Теперь лепестки сомкнулись, и мы останемся в нём до конца".

"Вот обрадовала".

"А питаться я, мы, будем пыльцой, как все эльфы".

Так и пришлось мне остаться в теле юной эльфеи. Научилась я есть терпковато-сладковатую пыльцу, образующуюся на развивающихся тычинках тюльпана и пить росу, скапливающуюся на дне. Под руководством Дьюмы тренировала я нежные мотыльковые крылья. С каждым днём они становились всё крепче и длиннее. Я постепенно научилась приподниматься в воздух. Сначала на несколько мгновений, затем всё дольше и всё выше. Принцесса по-детски радовалась этим успехам.

А ещё мы вели с ней длинные беседы, ведь делать целый месяц было совершенно нечего. Я привыкла делить с ней одно тело, она не мешала мне, а я - ей. Короче, образовался у нас некий симбиоз. Она оказалась искренней и приветливой, вскоре принцесса стала для меня настоящей подругой. А, находясь в её теле столь длительное время, я чувствовала её своей частью.

Я рассказала Дьюмовочке о своей тайной миссии, и она горячо поддержала меня, обещав помочь, чем только может. Только вот чем она могла бы помочь, ни я, ни она не знали. В любой момент я могу покинуть её тело, и мы не увидимся больше никогда. Я ждала этого момента, но он всё не наступал. Я не понимала, почему. Ведь последнее время мои переходы из тела в тело всё ускорялись, почему же я вдруг застряла в этом маленьком теле, деля его с эльфийской принцессой? И где Кощей? Он ведь должен быть где-то рядом. Может быть, он и был где-то рядом, только не мог догадаться, что я - пленница горрандского тюльпана. Так или иначе, на целый месяц я оказалась в компании Дью, ведя жизнь настолько непривычно размеренную и спокойную, что после сумасшедших последних дней я с трудом к ней приспосабливалась. Если бы не эльфея, я бы не выдержала одиночества. А так я напоминала обычную пациентку психиатрической лечебницы с ярко выраженным синдромом раздвоения личности, так как вела сама с собой беседы, особенно это было заметно, когда эти беседы я вела вслух, распевая арии. Хорошо, что заметить это было некому.

"Дью, ты говорила, что после выхода из цветка эльфы женятся, а эльфеи выходят замуж. Это обязательно?"

"Естественно, дорогая Неневеста, так было всегда".

"Значит, у тебя уже есть жених?"

"Да, есть, но я его ещё не видела. Это принц маковых эльфов Сльо День Вилли... Короче, Сльо. Он даёт за меня отцу отличную поляну махровых маков. Всё уже договорено. Как только я пройду этап взросления, меня ждёт знакомство с женихом и свадьба".

"Странные порядки. Разве вас не могли познакомить до того?"

"До того я была ребёнком".

"А вдруг жених тебе не понравится? Ты ведь сможешь отказаться?"

"Нет, что ты, Неневеста, это ведь вопрос политический и экономический. Да и принято в нашем мире слушаться родителей безоговорочно. Но я думаю, что он мне понравится".

"С чего это у тебя такая уверенность, Дьюма?"

"Я никому не рассказывала, Неневеста, но во снах ко мне иногда приходит принц и мы... мы проводим с ним время. Он такой красивый! Высокий, на две головы выше наших эльфов, представляешь? Волосы черные, как крылья жука-оленя, челочка вот так вот, - моя, то есть наша, рука черкнула по лицу, показывая, какая у ночного визитёра челка, - глазищи огромные, круглые и чёрные. И он всегда улыбается..."

Короче, из описания Дью передо мной предстал портрет Киркорова во всей красе, каким он появился перед влюбленными зрителями на "Вечернем квартале" при встрече Нового, 2009, года. А когда я напела принцессе его последнюю (на время моего пребывания в родном мире) песенку "Галки", она чуть с ума не сошла от счастья, утверждая, что хоть и не слышала её из уст своего избранника, но она полностью в его стиле.

И мы часто распевали после этого хоть голосом и сольно, но в мыслях хором:

Галки! Птицы, как люди,

Видят солнце на блюде.

Жалко, что я не галка, летали б везде!

Галки - гордые птицы,

К стае им не прибиться,

Жалко, что я не галка, летали б везде!

"А ты уверена, Дью, что принц из сна - это твой жених?"

"А кто же ещё? Правда, во сне он называет себя по-другому: принц Филь..."

"Вот то-то и оно. Филь на Сльо никак не похоже".

"Ты хочешь сказать, дорогая Неневеста, что это только сны, а не реальный эльф?"

"Да нет, Дьюма, это не простые сны, только не думаю, что сказочный принц и твой жених - один и тот же эльф".

"Но я люблю его, Неневеста! И он любит меня, я это знаю. Когда он приходит ко мне во сне... Ах, знала бы ты, как он меня любит..."

И я узнала. Однажды он пришел, когда я соседствовала с юной эльфеей в её теле. О, это был чудесный сон!

Так проходил день за днём. О наступлении дня мы узнавали, когда лепестки тюльпана начинали просвечивать всё больше и больше, окрашивая пространство мягким рубиновым светом. К обеду становилось всё светлее, а к вечеру снова сгущались сумерки, медленно гасло рубиновое свечение и мы засыпали в уютной колыбели цветка. Я уже давно потеряла счет дням и ночам. Тюльпан рос, наша тюрьма расширялась, открывая всё больше пространства для полётов. Я прыгала по упругой сердцевине всё выше и выше, часто махая слабыми тонкими крылышками, и всё дольше задерживалась в воздухе, это был ещё не полёт, но очень близкое к нему состояние.

Это был самый длинный месяц в моей жизни. Никогда ещё не доводилось мне так долго находиться на одном месте и не иметь возможности ничего изменить в своей судьбе. Я заметила, что общение с принцессой делает меня всё мягче и уступчивей. Я уже даже смирилась с мыслью, что не успею найти чертов пульт и спасти Аллию, что это наши последние дни, и даже Кощея не будет рядом, когда придёт конец света. Странная обреченность висела в воздухе и наполняла наши с Дью беседы неземной тоской и значимостью. Мы говорили о вечности, о любви, о красоте, о многовариантности миров...

Она же, напротив, чем дольше сожительствовала со мной в одном теле, тем становилась смелей и раскованней.

Однажды утром меня разбудил взволнованный голос в голове:

"Неневеста, проснись, я сочинила песню о своей любви!"

И из-за этого стоило меня будить? - возмутилась бы я раньше. Но сейчас я стала достаточно терпимой, чтоб спокойно ответить:

"Так спой мне её скорее, милая Дью!"

Эльфея прокашляла наше общее горло и запела красивым нежным сильным голосом, к которому я никак не могла привыкнуть:

Во сне

Встречаюсь с тобою,

Тебе

Все тайны открою,

Что ты -

Единственная моя любовь.

Прости,

Всё кажется важным,

Приди

В реале однажды,

Взлетим -

Пусть солнце венчает меня с тобой.

Какое-то время мы просто молчали, наслаждаясь услышанным.

"Клёво, Дьюма, если бы он мог услышать тебя, то прошёл бы сквозь все расстояния и преграды, только б найти тебя".

"Думаю, что увижу его уже сегодня", - почувствовала я в груди разлившееся тепло.

"Сегодня?"

"Попробуй, - эльфея зачерпнула ладонями из сердцевины цветка немного вязковатой жидкости. - Появился нектар, значит, тюльпан вот-вот раскроет свои объятья".

Я слизнула ароматное сладковатое вещество с ладоней.

"Да-а-а, никогда не пробовала ничего подобного. Вот она - пища богов!"

Внезапно узкая щель над головой начала расширяться, открывая клок лазурного чистого неба, яркий свет восходящего солнца ударил в глаза, привыкшие к полумраку.

"Начинается", - дрожащая от волнения мысль Дьюмовочки заставила меня напрячься.

А вишнёвые своды всё раздвигались, приковывая к себе мой взгляд.

"Летим", - мысленно подтолкнула меня эльфея. Я взмахнула голубоватыми, сразу заискрившимися на солнце крылышками и медленно поднялась вверх, к выходу, к солнцу, к свободе.

Взлетев над своей бывшей темницей, я застыла, порхая в воздухе, пораженная открывшимся передо мной видом. Огромная плантация была сплошь покрыта крупными красивыми горрандскими тюльпанами всёх тонов и расцветок от чисто белого до тёмно-бордового. Причём, росли они не в случайном порядке, и не отдельными грядками, а причудливо перемешиваясь и создавая невообразимые по красоте узоры. Наш тюльпан окружала яркая толпа эльфов и эльфей, зависших в серебрящемся воздухе и встречающих меня, жмурящуюся в лучах восходящего солнца, радостными криками и аплодисментами. Ба, да здесь намечается нехилая тусовка! Вдохнув свежего воздуха, я, кажется, начала понемногу оживать. Только крылья мои вдруг ослабели, словно подломились ноги, и я стала, медленно кружа, спускаться вниз.

Меня тут же подхватили под локти две сияющие эльфеи и потащили по направлению к красивому белому тюльпану.

"Не волнуйся, так всегда бывает, - успокоила меня Дьюма. - Скоро мы придём в себя и сможем свободно порхать над плантацией. А сейчас нам нужно достойно встретиться с родителями".

Я осмотрелась и увидела, что кроме меня в центре белого тюльпана стоят несколько шикарно разодетых эльфов и эльфей. Одна из них, в сверкающей тонкими иголочками короне, сделала шаг навстречу мне:

- О, девочка уставшая моя!

Неужто тебя взрослой вижу я?

Я шагнула к ней, и она мягко прижала меня к блестящему банту на плече, скромно поцеловав в лобик.

- О, матушка! О, королева-мать!

Как рада я вас в этот день встречать! - ответила певуче Дьюмовочка.

Какая-то чересчур спокойная встреча, неестественно, - решила я. Ведь это родители Дью и не видели родную дочь целый месяц. Да люди ж засмеют!

А тут и немолодой эльф, тоже в короне, протянул мне руки:

- О, дочь моя, прошла ты этот путь!

Ты - взрослая, о горестях забудь!

- О, милостивейший король-отец!

Мы с вами повстречались наконец! - таким же высокопарным слогом ответствовала принцесса.

Тут я решила исправить ситуацию и крепко, по-русски, обняла папашу захватом "правая рука снизу, левая - через плечо", а затем "левая рука снизу, правая - через плечо", и громко чмокнула его в одну, а потом и в другую щеку.

Оркестр сверчков вдруг как-то растерянно замолк, а все присутствующие уставились на меня, как на какую-то диковинку.

- А чё такого? Мы ж - одна семья!

И месяц не видала всех их я! - ответствовала я на молчание присутствующих.

"Ты что делаешь? - зашипела в голове Дью. - Есть же определенные правила, нормы, этикет! Слушай, а давай пока не высовывайся со своими привычками, ладно?"

"Да ладно", - так же мысленно ответила я.

"Меня вот что беспокоит, - продолжила принцесса, оглядываясь, - почему я не вижу своего жениха?"

В это время папаша очнулся от шока и, прокашлявшись, продолжил торжественную церемонию возвращения дочери:

- Аль Уль Дьюмова Вью Линь Фью...

- О, папенька! Давайте просто - Дью, - нетерпеливо перебила его принцесса, отвыкшая от длительного перечисления всех своих имён.

В тюльпане опять повисла мёртвая тишина.

- Что ж, хорошо, ты, может, и права,

Все имена - слова, слова, слова... - продолжил, наконец, король эльфов, -

Но главное сейчас - твоя рука.

Позволь-ка мне представить жениха.

И он указал на тощего даже по эльфийским меркам эльфа в красном наряде с серебряными перевязями, серебряным обручем на голове и в туфлях с серебряными пряжками. Кроме одежды он ничем больше из группы придворных не выделялся. Внешность была больше чем серенькая, кожа больного пепельного оттенка, жидкие светлые волосики и большие затуманенные глаза. Я видела такие у нас, на Земле.

- Вот он, великий, славный принц Сльо День

Виллион Первый Сленьор Дерьо Сень

Ольюн Сильдовер Ань Луань. А впрочем,

Он - принц махровых маков. Так короче, - представил будущего тестя папаша.

"Это не он! - в ужасе шепнула мне Дью. - Это не мой принц Филь!"

Глава 12. Пить меньше надо!

"Это не он! - в ужасе зашептала в моей голове Дью. - Не он! Не он! Не он! Это не мой принц Филь!"

Сльо скользнул отсуствующим взглядом по принцессе, то есть, по мне, склонился в поклоне и снова углубился куда-то очень глубоко в себя. Ой, сдаётся мне, что кроме махровых маков в его владениях встречается и небезызвестный мак опиумный.

Король взял его за руку, а другой рукой потянулся к дочери:

- Я в этот праздник, в этот славный день

Соединить желаю вас теперь...

Принцесса тут взяла тело под свой полный контроль и выдернула свою ладонь из руки не ожидавшего подвоха отца:

- О, нет! Я вам, отец, отвечу так:

Мне не по вкусу будет этот брак!

Жених удивлённо попытался сконцентрироваться на ускользающей невесте, а гости недоумённо зашушукались за спинами королевской четы.

Король в гневе пошёл пятнами, но постарался не показывать своего раздражения на людях, то есть, на эльфах, и поспешил замять ситуацию:

- Пусть отдохнёт. Придёт в себя, небось.

Дью сложно испытание далось.

Принцесса крутанулась на пятке и взмыла, не придерживаясь никакого этикета, в воздух, завернув вираж в направлении нашего тюльпана. Две эльфеи пытались проводить её, но Дьюмова шикнула на них и демонстративно улеглась на дне цветка.

Она дала волю своим мыслям, да так, что мне пришлось лишь с удивлением наблюдать за экспрессией ранее такой спокойной и уравновешенной принцессы.

"Ну ты представляешь, Неневеста! Какая непруха! Какое западло! Вместо моего сказочного принца они подсовывают мне вот это мачо!" - ввернула она позаимствованные из разговоров со мной словечки.

"Чмо, а не мачо", - поправила я расстроенную подругу.

"Вот-вот! Я и говорю! А где же мой дорогой любимый Филь? В каких заветных краях искать мне его?"

"Ты собираешься ослушаться своего отца?" - скромно поинтересовалась я.

"Я!.. Я!.. Я просто не собираюсь выходить замуж вот за это недоразумение!"

"Но ты сама говорила, Дью, что юные эльфы обязаны слушаться родителей!"

"А не пополам ли мне, сейчас, в двух шагах от конца света? - забодала меня своей железной логикой принцесса. - Дайте уж дожить оставшиеся дни так, как я сама этого хочу!"

Я даже не нашла, что ответить на этот взрыв эмоций.

"А ты что, Неневеста, предлагаешь мне провести последние дни жизни в объятиях этого мачо?" - удивлённо спросила эльфея.

"Чмо, - снова поправила я её. - Нет, я тебе такой судьбы не желаю, тем более, что знаю я таких... И что же ты собираешься делать?"

"Бежать! Я, конечно, никогда не вылетала за пределы плантации, но ты ведь где только не бывала, ты поможешь мне".

Естественно, где Маша не бывала, но разница в том, что раньше я путешествовала в своём собственном горячо любимом теле или, хотя бы в теле существа другого, но достаточно сильного и ловкого, чтобы обеспечить себе безопасность. Но теперь мне предлагают опасное предприятие в облике крошечной хрупкой эльфийской принцессы, едва вступившей в пору взросления. Но, с другой стороны, какая разница, если осталось всего несколько дней?

Как я вижу, ощущение близкой и неизбежной смерти людей и эльфов раскрепощает полностью.

"И как ты намереваешься осуществить побег, Дью?" - поинтересовалась я.

"А вот этот вопрос надо обдумать".

Только обдумать нам не дали. Сначала заявилась мамаша Дьюмовочки, терзающаяся нестабильным психическим состоянием доченьки. Её бесконечную поучительную арию невозможно было не то что повторить, но и просто прослушать.

Не успела она улететь, как её место занял король-отец. Его тенор долго звучал, отбиваясь эхом от стенок-лепестков, принцесса даже начала зевать, но, под моим чутким руководством только кивала, не влазя в его монолог, иначе, превратившись в диалог, он грозил бы затянуться ещё в несколько раз дольше.

Когда царственный папа тоже покинул помещение, принцесса только успела вздохнуть облегченно, как в наш тюльпан ввалился сам жених. Он фамильярно обхватил меня за плечи, приблизившись максимально, и запел, словно в опере:

- О, дайте, дайте мне награду

За то, что месяц ждал я вас.

Мне больше ничего не надо,

Уже кружится голова.

Моя прекрасная принцесса,

Позвольте вас облобызать,

И нет другого интереса,

Как вам любовь свою отдать!

И он потянулся губами, чтоб "облобызать" свою избранницу.

- Уйдите, принц махровых маков,

Ведь вы герой, увы, не мой.

Я не хочу такого брака,

Где не присутствует любовь, - вежливо ответила Дью и отвернулась.

Не понравился такой расклад приезжему принцу.

- Ты просто недотрога!

А ну-ка, подойди!

А я совсем немного

Прижмусь к твоей груди.

- Отстаньте, пошлый циник!

А ну-ка, прочь пошел! - оттолкнула его принцесса. Я даже не вмешивалась, она и сама неплохо справляется.

А горе-принц уже протягивал коробочку, не иначе, как с маковой наркотой:

- Принцесса, оцените!

И будет хорошо!

Дьюма попыталась дать нахалу пощечину, но он ухватил наше с ней тело за руки и прижал к стене-лепестку, мокрыми противными губами шаря по щеке в поисках рта. Вмешаться я так и не успела. Эльфея вдруг прозой гаркнула:

- Да пошел ты, урод! - и врезала ему коленкой в пах.

Принц взвыл тонким голосом и пулей покинул наш цветок.

"Молодчинка, Дью! Моя школа!"

Но ответить эльфея не успела, как показались новые посетители. Навестить её решили подружки, которые тоже только-только прошли инициацию и научились летать. Так как разговаривали они, как все эльфы, песнями и все сразу, то в этой какофонии разобрать вообще ничего не было возможно.

С трудом выпроводив болтливых подружек, Дью была вынуждена принять ещё пару дядюшек и штук пять тётушек, которые просто обязаны проведать свою любимую племянницу, вылетевшую во взрослую жизнь.

"У тебя ещё много родственников, Дьюми?" - не выдержала пытки я.

"Достаточно, чтобы скрасить последние дни нашей жизни", - подтвердила эльфея.

Я тихо взвыла.

"У вас есть письменность?" - наконец возникла в моей голове спасительная идея.

"Есть, конечно".

"Тогда бери и пиши!"

Эльфея сломала высокую тычинку с черной верхушкой, вылетела за цветок и написала на лепестке: "Принцесса отдыхает. Не мешать!"

Только после этого мы облегченно вздохнули, упав на дно тюльпана ничком. Отдыхать приходилось только на животе, чтоб не помять нежные крылья.

"Знаешь, Дью, сегодня я уже не в состоянии организовывать побег", - устало сообщила я подруге.

"Завтра, Неневеста, всё завтра..."

Вечерело. Мы с эльфеей отключились мгновенно и до самого утра.

А с первыми лучами солнца начали собираться в дорогу.

"Выбраться через верх мы не сможем, нас там сразу засекут, - констатировала факт принцесса. - Что же делать?"

"Если нельзя через верх, будем выбираться через низ".

"Это как? Мы спустимся туда?! - выглянула ельфея в щель между лепестками. - Но каким образом? Стебель тюльпана такой гладкий..."

"А вот таким!" - я макнула ладошки в сладкий нектар и, проскользнув между лепестками, полезла по стеблю, как по столбу, обхватив коленями и держась за него липкими руками. Нектар надёжно удерживал контакт между ладошками и гладким стеблем, мне даже с трудом удавалось их отрывать. Вскоре я уже спрыгнула на землю.

"Вот и всё, а ты боялась! Это было не так и сложно, - я вымыла руки в утренней росе, скопившейся на упавшем листке. - Только идти пешком через этот лес..." - покачала я головой, разглядывая уходящие к небу стебли тюльпанов, похожие на стволы дивных деревьев.

"А пешком и не придётся, я могу призвать коныка-кузнечика", - эльфея засвистела тоненько и вскоре откуда-то сверху словно свалился и застыл перед нами, как лист перед травой, крупный бурый экземпляр, действительно, головой слегка напоминающий лошадь.

Дьюмовочка чмокнула губами, и кузнечик приблизился, подставляя спину своим неожиданным наездницам. Знакомым движением она вскочила на длинноногое насекомое и пришпорила его. Конык взлетел в затяжном прыжке, выпустив воздушные крылышки и ловко лавируя между стеблями тюльпанов. У меня дух захватило, у самой меня никогда не получилось бы удержаться на этом прыгуне. Зато принцесса отлично им управляла, и я предоставила ей полную свободу.

"А у тебя очень хорошо получается, - одобрила я Дью. - А что ты ещё умеешь, как эльфея?"

"Почти ничего, - вздохнула моя подруга. - С коныками мы учимся общаться с детства. Могу светлячков вызвать. Могу невидимой казаться. Не для эльфов, конечно, но для других живых существ. Только для этого нужно находиться в хорошей форме. Чем больше устаёт эльф, тем трудней ему поддерживать невидимость. А с повреждёнными крылышками это вообще не возможно. Так что береги крылья".

Я и плюнуть не успела, как мы уже оставили позади тюльпановый лес. Впереди был лес самый настоящий, отделённый от горрандской плантации небольшим (по человеческой мерке) лугом. Конык бойко скакал вперёд.

"Мы куда? - спросила я эльфею. - Искать твоего принца?"

"А где его искать? Да и времени до конца света осталось мало. Может, лучше поищем этот твой пульт?" - отозвалась Дью.

"А где его искать? - ответила я её же словами. - Тогда просто скачем вперёд, куда глаза глядят".

Дух захватывало от высоты и скорости, мне стало так весело, словно я мчусь скоростной трассой на байке, и я заорала:

- Йо-хо-хо! И бутылка рома!

"А у меня есть бутылка!" - живо подключилась к моему настроению эльфея и выудила невесть откуда пузатый пузырёк. И когда она успела его прихватить?

"Это что?"

"Подкисший нектар! До замужества его пить не разрешают, я сама ещё не пробовала!"

И мы попробовали. Напиток был сладкий, но хмельной запах сразу ударил в нос. Наверное, слабоалкоголка. Бутылочка быстро закончилась и под торжествующее "Йо-хо-хо!" полетела в траву. А за рулём пить нельзя-а! Мы столкнулись на лету с кем-то, пролетающим по траектории, перпендикулярной нашей, и я скатилась со спины своего скакуна прямо на землю. Попыталась подняться. Ноги не слушались, голова кружилась. Ого! Кажется, это была не слабоалкоголка. Усилием воли сфокусировав зрение, я с удивлением разглядела огромное чудище, смачно пожирающее нашего доброго коныка. Остатки лапок быстро исчезали в его пасти.

"Что со мной? - простонала эльфея. - Почему мне так?.."

"Это всё твой нектар".

"А это кто?"

"Это? А это обыкновенный ёжик, - объяснила я, вглядываясь в чудище, дожевывающее наше транспортное средство. - Очень милый и безопасный зверёк. С точки зрения человека".

"А с точки зрения эльфов?"

"С точки зрения эльфов это большой всеядный зверь".

В подтверждение моих слов ёж облизнулся и хрюкнул, глядя в нашу сторону. А потом рванул со всей скоростью за закуской.

"Летим!" - крикнула я, взмывая ввысь. Ёж разочарованно посмотрел нам вслед, а я, пошатываясь на лету, двинулась в сторону леса. Что ж так крыльями махать туго, а?

"Неневеста, справа!" - вывел меня из концентрации на причинах слабой координации движений внутренний голос Дьюмовочки. И очень вовремя. Справа на нас пикировала желтогрудая длинноклювая иволга, или её местный аналог. Насекомоядная! Я ничего больше не придумала, как камнем рухнуть в траву и забиться под сухой листочек. Хорошо, что с эльфеей можно было разговаривать мысленно и не привлекать внимание всяких летающих.

"Дью! Ты почему нас не сделала невидимыми?"

"Не получается, - всхлипнула принцесса. - Не пойму, почему не получается".

"Пить меньше надо", - догадалась я и осторожно выглянула из-под листочка.

Иволга угрюмо заложила вираж и начала набирать высоту. Зато сзади послышалось сопение приближающегося ежа, да он же нас просто вынюхивает! Побег для маленькой беззащитной цветочной эльфеи оказался весьма и весьма экстремальным времяпрепровождением. Сопение ежа становилось всё громче и отчетливей.

"Надо до леса добраться, там будет легче спрятаться", - я вылетела, если можно так выразиться, прихрамывая, оказывается, при падении повредила крыло. Сразу же сзади вырисовались две птахи.

"Да что ж это такое?! Эльфов так любят разные хищники, что я удивляюсь, как до сих пор вас всех прямо с тюльпанов не посклёвывали!"

"На плантации нас никто не тронет. И вообще, когда эльфов много, они создают своей аурой общее защитное поле, тогда никто и близко не подойдёт, ни зверь, ни человек".

"Но пока что к нам подходят, точнее, подлетают... Ой!.."

Я прибавила скорость и успела в последний момент забиться под кору ближайшего дерева. Клюв птахи щелкнул около самой расщелины. Пролетели. Теперь можно и отдышаться. Птахи покружили и двинулись дальше в поисках хавчика.

"Расслабься, подруга! Здесь безопасно!"

Только расслабиться не удалось. На корявый ствол с шумом опустился кто-то большой и обдал сквозняком от удара мощных крыльев. Куски коры, сбитые когтистыми лапами, посыпались вниз. Я одним глазком выглянула из своего убежища. Мама! Дятел! За что?! Больше я и подумать ничего не успела. Острый клюв с силой вонзился почти рядом со мной. Спасите!!! Не дожидаясь следующего удара, я вывалилась из-под коры, ещё успев увидеть, как опускается сверху огромное долото. Даже крылья расправить не успела. Зато заметила, как развернулись улетающие птахи и рванули назад, ко вновь появившейся добыче. А внизу, под деревом, с надеждой смотрел, задрав голову, добрый всеядный ёжик.

По-мо-ги-те!!!

Глава 13. Брачный контракт

Дятел удивлённо смотрел на меня, стремительно падающую вниз, птахи приближались, ёжик внизу удовлетворённо крякнул, кажется, он всё-таки будет первым.

По-мо-ги-те!!!

Вдруг меня накрыл словно огромный невидимый зонт. Я хлопнулась на землю, помяв и второе крыло, но ёж продолжал смотреть вверх, словно и не видел меня. Птахи разочарованно улетали. Дятел уже занялся своим деревом, выдалбливая из-под коры не успевшую ретироваться живность.

"Эльфы", - шепнула в голове эльфея, и я вдруг увидела с десяток изящных всадников на кузнечиках, с острыми пиками в руках.

Честное слово, я даже обрадовалась, что нас так вовремя отыскали, и с удовольствием отдалась в надёжные руки папиных воинов, быстро переправивших меня во всё тот же горрандский тюльпан. К счастью, разборок не последовало, и меня с моей второй половинкой оставили в покое, только эльфы на кузнечиках так и кружили над цветком, охраняя наследную принцессу.

"Ну, что, погуляли?" - мысленно обратилась я к подруге.

"Сбежали, называется, - отозвалась она. - Что же теперь делать? Я за это мачо не пойду!"

"Не мачо, а чмо", - упрямо поправила я её.

"Неневеста, помоги мне! Придумай хоть что-нибудь!"

"Завтра, Дью, завтра, утро вечера мудренее".

"Сколько там до конца света осталось?" - помолчав немного, спросила принцесса.

"По моим приблизительным подсчетам, около недели, - непонимающе ответила я. - А что?"

"Мне б до конца света продержаться. Отложить свадьбу нужно. Придумай что-нибудь, Неневеста!"

Утро встретило нас тяжёлым похмельем и, как следствие, отвратительным настроением. Да, не пьют божественный нектар бутылками. Пусть даже и на двоих сообразили, но тело-то у нас одно. Дьюма страдала ещё больше, для неё ведь похмелье вообще было впервые. Рассольчику б...

Нам не дали не только рассольчику, но и возможности прийти в себя тоже. Эльф-посланник передал приказ короля прибыть немедленно в белый горрандский тюльпан. В сопровождении отряда вооруженных эльфов я опустилась внутрь королевского цветка. Здесь уже ждали мои теперешние папаша и мамаша, куча придворных и принц махровых маков, как же без принца? А я, сдуру, понадеялась, что он после вчерашнего вернулся к своим макам. Сльо был разодет ещё богаче, чем намедни, надут, как индюк перед Рождеством и почти смертельно обижен. Но, как я догадалась, отступать не собирался. Наверное, из принципа.

Я демонстративно отряхнула новое платье, предоставленное мне для приёма, и уставилась на королевскую чету. Первая разговор не начну. А впрочем, почему я? Чьи родители? Вот пусть Дью и разговаривает.

Папаша прокашлялся и запел:

- Дочь непокорная моя,

Теперь построже буду я.

Сегодня же я дочь свою

Женою принцу отдаю.

- Не пойду я за это чмо! - вдруг громко и совершенно не в рифму сказала принцесса. И, надо же, правильно сказала.

Все ахнули. Принц взвился, как юла.

- Карету мне, карету! - закричал он, и над белым тюльпаном тут же возникла самая настоящая золоченная изящная карета, запряженная шестёркой мохнатых трутней и управляемая возницей. А неплохой в их маковом королевстве транспорт!

Мой жених влетел в свою карету, хлопнув дверцей, возница хлестнул трутней плетью, и всё исчезло с поля зрения. Я опустила глаза. Гневный взгляд отца не обещал мне ничего хорошего. Я невинно поморгала длинными эльфийскими ресницами. Но ничего хорошего, и нехорошего тоже, король мне сказать не успел. Карета вернулась, и маковый принц спустился туда же, откуда так поспешно ретировался. Он упёрся руками в бока и противным фальцетом заговорил. Обана, он тоже больше не поёт?

- Раз горрандская принцесса отказывается от чести быть моей женой, я объявляю войну! А вы знаете, сколько у меня боевых шмелей и что это значит для вас!

- Ты мне не грози, молокосос! - также прозой ответил король. - Но мои боевые кузнечики тоже не подарок, когда начинают отгрызать в пылу боя головы противнику!

- А у меня...

Вот только войны между эльфами в последние дни перед концом света мне и не хватало. Нет, нужно это остановить!

- Я согласна, - произнесла я с ледяным спокойствием.

"Ты что, с ума сошла?! - запаниковала в моей голове подруга. - Я не буду...".

- Я согласна, - повторила я, и меня, наконец-то, услышали.

Все уставились на меня, а у макового принца даже челюсть отвисла.

- Только составим сначала брачный контракт. Объявим сегодня помолвку, а свадьбу сыграем чуть попозже, как делают сейчас в развитых эмансипированных королевствах.

- А-а-а... Э-э-э... В принципе, я тоже не против, - кивнул Сльо.

А дальше мы засели за стол переговоров, где подробно расписали, где будет проживать Дью, какие права иметь, что останется за ней в случае развода, пришлось и это нововведение им объяснить. Но, главное, я выторговала неделю от помолвки до свадьбы и предсвадебное путешествие по Аллии в карете, запряженной шестёркой лохматых трутней.

Мы решили не откладывать всё хорошее в длинный ящик, только мне пришлось пару дней провести в цветке, чтоб восстановились мои крылышки, а затем мы отправились в это самое свадебное путешествие, несмотря на яростные протесты эльфеи, не желавшей уединяться с ненавистным принцем. Но я в брачном контракте четко оговорила, что до свадьбы Сльо не будет приставать ко мне с неприличными предложениями, поэтому вела себя спокойно и уверенно. Порой бывают у меня периоды, когда начинаю действовать, словно по расписанному заранее сценарию, не задумываясь над тем, правильно ли я поступаю. Просто по другому быть не может. И я спокойно вела беседы со своим потенциальным мужем, путешествуя бок о бок с ним в карете, и постепенно понимая, что он тоже человек, тьфу ты, эльф.

- Сльо, - с того пресловутого момента я научилась говорить нормальным языком, как, кстати, и мой жених, - природа здесь просто замечательна, - сказала я, когда мы облетели маковое поле, мою будущую страну. - Бесподобно! Никогда не видела столько маков одновременно. Поле словно огнём горит. Красота неописуемая!

- А я говорил, - довольно улыбался принц. - Ты полюбишь эту землю, её нельзя не любить.

- Сльо, а человеческие племена где-нибудь недалеко проживают?

- Есть за лесом королевство, населённое людьми.

- Его называют Малумбу?

- Малумбу? Вовсе нет, где ты такое название услышала?

- Есть такое королевство.

- Не знаю. Если есть, то слишком далеко.

- А в этом человеческом королевстве, которое за лесом, какого цвета люди живут?

- В каком смысле? Естественно, такие как и мы, светлокожие. А какие ещё бывают?

Далеко ж меня занесло от Малумбы. К чему бы это?

- Сльо, а давай слетаем в человеческое королевство! Я так хочу поглядеть, как живут люди!

- Но это может быть опасно!

- С нами будет отряд эльфов, они прикроют нас невидимостью. Никакой опасности. А тебе самому разве не интересно посмотреть на людей? Ты обещал мне путешествие по Аллии, а, не побывав в человеческом королевстве, я не смогу считать тур полным.

Поломавшись, принц согласился и на эту авантюру.

Мы летали над человеческим городом уже больше часа. Наскоро промчавшись над окружающими столицу селениями и небольшими городками, я настояла на экскурсе в самое сердце Дилонии, в Амварию, поэтично раскинувшуюся у подножия скалистой гряды и рассыпавшую под её прикрытием череду шикарных дворцов, словно горсть алмазов. Богатые районы почти соприкасались с бедными грязными кварталами, похожими на наросты гриба-паразита на белом стволе берёзы, казалось, они пухнут, стремясь к разрастанию, но сверкающие дворцы не дают свободы. В свою очередь, россыпь изобилия тоже жаждет захватить соседние территории, но её не пускают окружающие рассадники нищеты. Всех объединял открытый рынок в центре, куда съезжались и местные селяне, и ремесленники, и заезжие купцы со своими экзотическими товарами, вызывающими неприкрытый интерес как у среднего сословия, так и у разжиревших богачей, и у едва прикрытых рванью нищих. Амвария - город контрастов. Населяло его человеческое племя, правда, на улицах можно было встретить и представителей других народов, близких к человеку, но, при ближайшем рассмотрении, с совершенно чуждым генетическим аппаратом. Но это всё не особо интересовало меня. Все мои взоры приковывал королевский дворец, выделяющийся среди других, как алмаз в перстне выделяется из окружающих его цитринов. Он казался чересчур богатым, вплоть до неприличия. Каждая черепица была украшена хрустальной полусферой, что создавало в солнечных лучах таинственное переплетение бликов. Львы у входа были вырезаны из цельных кусков малахита, а глаза у них сияли чистыми сапфирами.

- Сльо, - я невинно заморгала, когда мы в десятый раз облетели дворец, - я хочу побывать внутри.

- Где?

- Во дворце! Я хочу посмотреть, как живут человеческие короли!

- Дьо, дорогая, я и так иду на всё уступки и выполняю все прихоти, которые изобилуют в твоей прелестной головке. Но это - слишком.

- Да это вовсе не опасно! Нас же никто не может увидеть!

Действительно, хоть процессия была довольно длинная - шесть воинов на боевых шмелях впереди, затем карета, запряженная шестёркой трутней, замыкающими снова летели шестеро эльфов на шмелях - мы были невидимы для окружающих, аура надёжно защищала нас от досужих взглядов.

- Нет, Дью, - покачал головой принц. - И вообще, не кажется ли тебе, что пора возвращаться домой? Наше путешествие и так затянулось, свадьба на носу!

- О, Сльо! - я нежно приложилась головкой к его плечу. - Это - последняя моя прихоть! Мы пролетим сквозь распахнутые окна по дворцу и сразу же отправимся на плантацию. - Правда, милый...

- Ладно, - сдался маковый принц. - Домой - и за свадебку!

Наша процессия крутанулась под окном и влетела прямо в зал, украшенный изнутри ещё шикарнее, чем снаружи. Я не знала, куда и смотреть. То в одно окно высунулась чуть ли не по пояс, то чуть не задавила сидящего рядом Сльо, выглядывая с его стороны.

- Тихо, ты, вывалишься!

В зале за длинным столом обедала королевская чета: лысый король с парадным венцом набекрень, вытирая руками жирный рот обрабатывал баранью ногу, его некрасивая и немолодая супруга углубилась в раскопки на тарелке салата, пухлый принц лет шести от роду ковырялся в куске укрытого кружевами крема торта, выискивая изюмины. Ох, как давно я не ела торт! Интересно, он бисквитный или песочный?

- Ах, какая прелесть! - выкрикнули мы с принцессой одним голосом и так же дружно навалились на дверцу, чтоб получше разглядеть это произведение кулинарного искусства.

Дверца не выдержала двойного натиска и распахнулась, а наше общее тело вывалилось из кареты прямо в кремовую верхушку торта, уныло почивающего на тарелке принца. Процессия, состоящая из кареты и эльфийских воинов на боевых шмелях, исчезла в окне, а я, лишившись защиты коллективной ауры, вдруг стала видимой.

Человеческий принц ахнул, трезубая вилка замерла в его руке. Пухлые губы вытянулись трубочкой, а глаза из щелочек превратились в два пятака. Похожий на поросёнка мальчик быстро глянул на папеньку и маменьку, но те ничего не заметили, зажал меня в грязный липкий кулак и выскочил из-за стола.

- Принц Каруан! Куда вы?! - оторвалась от салата королева. - Ни "благодарю вас", ни "позвольте вас покинуть"... - обернулась растерянно к супругу.

- Ах, эти современные дети, - сокрушенно покачал головой король, разбрызгивая с бороды жир, и снова впился зубами в ножку.

Каруан выскочил из трапезной и помчал лестницей на второй этаж. Забежав в свою комнату, он плюхнулся на стул и бросил меня, полузадушенную, перед собой на столик.

"Боже, на кого же я похожа?!" - подумала я, огребая с себя куски торта и отправляя их в рот. Это, действительно, оказался бисквит.

"Что ты делаешь?!" - услышала в голове тихо паникующую эльфею. - Эльфы не едят ничего, кроме пыльцы цветов и нектара!"

"Какая тебе разница? Всё равно до конца света осталось несколько часов, ты не успеешь испортить ни желудок, ни фигуру", - фыркнула я.

"А что ты сделала с моими крыльями?!" - ужаснулась принцесса, оглядываясь.

"Не я, а мы сделали!" - я и сама в ужасе. Сейчас весь этот крем засохнет, и я превращусь в сладкую статую!

- Фея!.. - восторженно прошептал пухлый мальчик, наблюдающий за мной, вцепившись в край стола грязными ручонками.

- Не фея, а эльфея! - рявкнула я, безрезультатно пытаясь стереть с себя остатки торта.

- Я и говорю: фея! Теперь ты будешь исполнять мои желания!

- Что?! Купи себе губозакаточную машинку!

- Чего? - не понял недоросль.

- Губу, говорю, зря раскатал. Не буду я желания исполнять!

- Как, не будешь? Ты ж фея! Тебе положено!

- Кем положено? Мне прежде всего положено быть чистой и красивой! Принеси-ка воды, чтоб я вымылась.

- А тогда ты выполнишь мои желания? - начал торговаться юный наследник королевства.

- Тогда - выполню! - я просто чувствовала, как покрываюсь кремовой коркой.

Каруан сполз со стула и скоро вернулся с кувшином и блюдечком. Не отрывая глаз наблюдал он, как я бултыхаюсь в импровизированной "ванне".

- Воду смени, придур... то есть, принц.

Я аккуратно обмылась прямо в платье, с помощью мальчишки меняя несколько раз воду, тщательно вымыла волосы и застирала одежду. Но когда я начала стирать крылышки, Дью, буквально, запаниковала:

"Неневеста!!! Ты что, с ума сошла?! Крылья нельзя... было... мочить! О!.. Что ты сделала? - меня изнутри залихорадило. - Всё. Хана крыльям..."

"А им и так в торте была хана, - спокойно ответила я, выжимая постиранное. - Да и какая разница? Всё равно..."

"... осталось несколько часов", - обреченно продолжила Дью.

- Ну что, ты уже помылась? - толкнул меня мизинцем в пузико Каруан. - Давай, желания исполняй!

- И чего вам надобно, мой повелитель? - картинно развела я руки.

- Значит, так, давай гору мороженного.

- Зачем тебе? Торта мало было?

- Не, торта хватит. А мороженого мне не дают, у меня горло болит.

- Ясно. Согласна. Если ты съешь гору мороженого, горло у тебя вмиг болеть перестанет. Но вот насчет ожирения... Я б не советовала. Лопнешь.

- Не лопну. Давай мороженое.

- Давай следующее желание.

- А первое?

- Хочу заслушать весь список.

- Чего?

- Следующее желание! Может тебе фейерверк устроить?

- Чего?

- Иллюминацию.

- Не...

"Дьюми, давай светлячков!"

В закрытое окошко один за другим начали ударяться маленькие светящиеся жучки. Скоро всё окно сияло неоновыми огоньками.

- Не... Не хочу!

"Дью, убирай!"

Светлячки исчезли.

- Третье желание, принц?

- А второе?

- Второе были фейерверки.

- А первое?

- Третье, Каруан, плохо у тебя с математикой. Последнее!

- Почему последнее?

- Потому, что положено не больше трёх желаний, а два я уже выполнила.

Малыш задумался.

- Принц, время не ждёт, - постучала я по запястью, где обычно должны быть часы.

Толстячок понятливо кивнул, хватанул побольше воздуха и выпалил:

- Хочу дворцовый переворот и чтоб я стал королём!

- И всё? - подозрительно переспросила я. - Юный Павлик Морозов ничего больше не хочет?

Принц оглянулся в поисках вышеназванного пионера-героя, сдавшего с потрохами собственных родителей, никого не увидел и твёрдо кивнул:

- Всё. Выполняй.

Вот такие, значит, захватнические замашки у этого свинтуса недорезанного. Ладно.

Я отбросила назад влажные волосы, сделала умное лицо и начала совершать руками таинственные пассы. Малый смотрел, приоткрыв рот.

- Всё, готово, - устало тряхнула я кистями.

- Чего готово? - не понял Каруан. - Где переворот?

- Будет. Через десять лет. Фирма гарантирует.

Глаза принца полезли на лоб, и в них заблестели слёзы:

- Зачем через десять лет? Мне сейчас надо!

- Дорогой мой, - заговорщически поманила я его пальцем, - тебе сколько лет?

- Восемь... будет скоро.

- Так вот, если переворот произойдёт прям сейчас, то тебе от этого ничего хорошего не обломится. До совершеннолетия тебя королём по-любому не поставят. Значит, назначат регента, дядьку какого-нибудь чужого или дальнего родственника. Он тебя подальше от столицы отошлёт, в лучшем случае, в мужской монастырь или в военную школу, а в худшем - обеспечит стаканчик ядику или случайную стрелу в спинку. Так что живи пока спокойно, люби родителей, которые тебя кормят, поят и защищают, а потом, когда достигнешь совершеннолетия, твоё желание исполнится. Если сам захочешь.

Может, я и жестока, но права. А родителям стоило бы сейчас приглядеться к этому маленькому монстру, пока не поздно стало.

Каруан какое-то время молча глядел на меня, моргая и пытаясь понять, что же он получил от феи, затем схватил своими липкими от торта пальцами, чуть не переломав при этом все кости, сунул в карман и выскочил из комнаты с криком:

- А ничего ты и не выполнила, лживая фея!

Глава 14. Лживая фея

- Лживая фея... Лживая фея... - бормотал Каруан, убегая из дворца. Я тряслась в его кармане, деля место с кучей жизненно необходимых каждому мальчишке вещей, таких, как камушки, ракушки, сухой кусок мармелада и дохлый жук, которые, перекатываясь и подпрыгивая, всячески пытались меня травмировать.

Я не могла выбраться на свободу, но добралась до дырочки в кармане и уцепилась около неё руками за крепкую ткань, чтоб не задохнуться от царствующих здесь запахов и хоть что-нибудь видеть в окружающем мире.

Принц покинул королевский двор и выскочил в сад. Но и здесь не остановился, а побежал дальше, ломая цветы на клумбах, что болью отдавало в моём сердце цветочного эльфа, и топча лежащие под деревьями плоды. Он добрался до самого забора, отделяющего сад от города, отыскал держащуюся только на верхнем гвозде доску, и выглянул в лаз, которым, видимо, пользовался неоднократно.

Дорогой проходил оборванный мальчишка, взъерошенные рыжие волосы торчали, словно иглы у дикобраза, босые ноги по колено в грязи, на локтях ссадины, в глазах - взрослость, несмотря на его восемь-девять лет.

- Эй, Грош! - окликнул его Каруан.

Оборванец остановился и досадливо сплюнул, увидев круглую физиономию, выглядывающую из дыры в заборе.

- Привет, прынц.

- Куда ты, Грош?

- По личным делам, прынц. Некогда мне, - лениво покатал камушек босой ногой мальчишка.

- Постой, - попытался пролезть в дыру Каруан.

- Чего ещё? - нетерпеливо почесал затылок Грош.

- А у тебя что-нибудь интересное есть?

- Есть. Опять меняться будем?

- Ага, - обрадовался толстячек.

- И что у тебя сегодня вкусненькое?

- Грош, вкусненького нет. Зато есть что-то ещё лучше!

Оборванец разочарованно хмыкнул и собрался уходить:

- Отвали, принц.

- Стой! У меня есть фея! Самая всамделишная!

- Врёшь!

- Смотри! - и Каруан полез в карман, пальцами сжав моё хрупкое тело. Крыло хрустнуло и Дьюма в моей голове страдальчески застонала.

- Смотри! Всамделишная!

- Ты, ненормальный, что делаешь? Все крылья переломал! - заорала я.

Грош приоткрыл рот, рассматривая меня, недомытую и обтрёпанную, и вовсе непохожую на фею.

- Где взял?

- Сам поймал, - гордо ответил принц.

- Врёшь! А чего она такая?

- А ты какой был бы, если б тебя в кармане таскали, а? - отозвалась я. Думаю, мне гораздо лучше оказаться в руках этого оборванца, легче будет сбежать.

- Так ты правда фея? - уточнил мальчишка.

- Правда-правда.

- И желания можешь исполнить?

- Исполняет, - опередил меня принц и выставил три пальца: - Три!

- Твои исполнила? - подозрительно переспросил Грош.

- А то, - хитро ответил Каруан. - Все три. Того и меняю, что мне она больше не нужна. Так что, берёшь?

- Беру.

- А что взамен дашь?

Грош покопался в своих бездонных карманах и выудил на свет божий дохлую летучую мышь, уже начинающую пованивать.

- Пойдёт?

Толстячок взвизгнул от восторга и тут же вручил нищему меня в обмен на столь ценный предмет. Голова его скрылась за забором, и оттуда уже донеслось:

- Пока, Грош!

- Пока, прынц, - негромко откликнулся оборванец, разглядывая только что приобретённую собственность, и тут же засунул меня в свой карман (хорошо, хоть не тот, где обитала дохлая мышь), несмотря на протестующие крики и нецензурные выражения.

Снова увидела белый свет я только тогда, когда Грош выудил меня из своего кармана, ещё более насыщенного мальчишечьими драгоценностями, чем карман королевского наследника. Мы находились в пещерах, точнее, в катакомбах, так как стены явно искусственного происхождения, и только через щели в потолке проникали солнечные лучи. Оборванец опустил меня на камень, благоразумно придерживая пальцами.

- Да отпусти, куда я денусь... с подводной лодки.

- Улетишь, - мудро ответил Грош.

- Такими-то крыльями? Теперь я понимаю, почему другие народы не спешат заводить дружбу с человеком.

"Эльфы с оборванными крыльями погибают, - трагическим голосом произнесла в моей голове Дьюмовочка. - Прощайте..."

"Погоди помирать, - мысленно ответила я. - Ты ведь сейчас наполовину человек, в тебе ведь я живу! А людям крылья без надобности".

"Ладно, - согласилась эльфея, - поживу пока. До конца света дотяну как-нибудь".

- Эй, ты, фея! Исполнишь три желания - отпущу в лес, так и быть.

- Слушаю и повинуюсь, заказывай.

- Значит, так, - закатил мальчишка глаза. Неужели тоже мороженое заказывать будет? - Во-первых, хочу, чтоб у меня был дом. Во-вторых, чтоб каждый день была вкусная еда. В-третьих, хочу быть хоть кому-нибудь нужным.

Я смотрела на него растерянно, парень неглупый и основательно подготовился. И я его понимаю, было б чудесно, если бы какая-нибудь настоящая фея выполнила эти желания. Но я-то не умею!

"Что мы можем для него сделать, Дью?" - спросила я подругу.

"Спеть хором", - хмыкнула она в ответ.

- Фея, выполняй! - нетерпеливо подтолкнул меня мальчишка. И что я должна ему соврать?

- Грош, я наврала, я всего лишь цветочная эльфея и не умею выполнять желания...

- Врёшь! - крикнул разочарованно мальчик. - Не хочешь!

- Не умею, - повторила я.

- Вот так всегда... Всегда... Наобещают и бросят... - Грош схватил меня и потащил в угол, где зияла в полу дыра.

Мальчишка спрыгнул внутрь, и мы оказались в небольшой тёмной комнате, только в углу вспыхивал и гас красный огонёк.

- Не хочешь - ну, и не надо. У меня свой дом есть... Тоже хороший дом, - бормотал Грош, - сейчас сама увидишь.

Клацнул выключатель, и комнату залил яркий искусственный свет.

- Хороший дом, светлый, я его вчера нашел, - мальчик бросил меня на пульт с кучей рычажков и кнопочек, перед которым на стене зависло с два десятка мёртвых экранов, и начал играть, вертя ручки и нажимая кнопки.

Мамочки! Да неужели? Неужели это и есть то таинственное место, где находится кнопка, которая взорвёт Ядрёную Бабу? И я сейчас присутствую при... Прав был Смотритель! Меня, действительно, притянуло туда, куда надо! Но что я, израненная эльфея, могу сделать, чтобы не допустить трагедии?!

С трудом поднявшись, я огляделась. Этот пульт мёртвый, я это вижу и чувствую. Живая здесь одна единственная кнопка в углу, под стеклянным колпаком, которая мигает предупреждающим красным светом. Это она! Это наверняка она!

- Хороший дом, - сам себе говорил мальчишка. - Здесь меня никто не найдёт, здесь сухо и тепло. Только есть нечего. Почему здесь нечего есть?

Тонкие руки пробежались по шкафчикам и ящичкам. Высыпались со стуком лазерные диски. Грош попробовал один на зуб и выбросил.

- Да я уже искал вчера. Нечего здесь пожрать, - с укоризной поглядел на меня. - Разве только вот тут... - он приблизился к мигающей кнопке, погладил прозрачный колпак. - Наверняка, тут жратва. Потому и запрятали. Только как открыть?

- Стой, Грош! - заорала я. - Это не то, что ты думаешь! Это не еда!

Оборванец угрюмо глянул на меня и снова принялся за обследование колпака. Наконец, тот скрипнул и слегка повернулся.

- Грош! Послушай хоть раз в жизни! От тебя сейчас зависит существование всей Аллии! Если ты тронешь эту кнопку!..

- Что будет? - нехотя спросил мальчишка, откладывая в сторону стеклянный колпак.

- Все умрут! Все!

- Ну и что? - серьёзно спросил мальчик.

- И ты тоже умрёшь, Грош!!!

- Ну и что?

Глава 15. Последняя попытка

- Ну и что? - переспросил стоящий перед кнопкой грязный мальчишка. - Ну и что? Всё равно я никому не нужен. Всё равно у меня никого нет. Всё равно у меня ничего нет. Всё равно у меня нет Завтра.

И рука его коснулась красной кнопки.

- Стой! Я дам тебе то, что захочешь!

- Я уже называл тебе свои желания. Ты их не исполнила.

- Я не могу так, сразу!.. Твои желания обязательно исполнятся... потом.

- Но есть я хочу сейчас, - и глаза ребёнка были чистые и серьёзные, слишком серьёзные.

- Ты не имеешь права решать за весь мир!

- А почему этот мир решает за меня?

- Грош, подумай, в твоих руках жизни всех! И людей, и эльфов, и других народов, и животных, и растений... Неужели тебе не жаль их?

- А кто пожалел меня? Хоть когда-нибудь? Хоть раз?

В руках нищего мальчишки лежал сейчас весь мир. И он ставил на одну чашу весов существование мира, а на другую всё то, что он так от этого мира и не получил.

Я здесь, я рядом, и я не могу остановить несчастного, потерявшего веру ребёнка?..

- Кто пожалел меня? - повторил он.

- А мама?

- У меня нет мамы, - сказал Грош.

- Но ты ведь был маленький, у тебя, как и у каждого малыша, была мама, и она любила и жалела тебя...

- Я не помню, - упрямо мотнул он головой. - А значит - этого не было.

- А хочешь, я найду тебе маму? Это я смогу! Правда, Грош!

Его рука дрогнула.

- Верь мне, я найду тебе маму, и она будет любить и жалеть тебя.

- Хорошо, - сдался мальчик. - Тогда пошли прямо сейчас?..

Я вздохнула и опустилась на пульт. Нервное напряжение давало знать.

Грош зажал меня в ладонь, добивая несчастные крылышки, и выбрался из комнатки наружу. Спустившись с гор, мы оказались в городе.

- Идём на рынок, - сказала я. - Будем искать там.

Первый раз я видела рынок сверху, пролетая в изящной карете, запряженной шестёркой рыжих трутней под надёжной охраной. Тогда он показался весёлым и красочным, как праздничный пряник. Сейчас же он виделся мне совершенно с другой стороны, со стороны нищего бездомного мальчишки, который месил босыми ногами грязь, которого в лучшем случае просто не замечали, а в худшем - толкали, пинали и посылали грубым матом.

- Куда идти, фея? - спросил он, уворачиваясь от пытавшейся развернуться в этой толпе телеги.

Знала бы я, куда... Наобещать было значительно легче, чем выполнить обещанное.

- Иди вперёд, я скажу, когда мы встретим твою маму.

Мальчик недоверчиво хлюпнул носом, стащил с лотка и быстро бросил в рот какой-то сухофрукт, и потопал, подгоняемый толпой, в самую гущу.

- Не дави меня сильно, - попросила я, - а то скоро кишки все выдавишь.

- Сбежишь ведь, - хмыкнул Грош, но слегка ослабил хватку и поднял кулачек так, чтобы мне было получше видно.

"Как ты думаешь, Неневеста, это было оно, то, о чём ты рассказывала? Мы отменили конец света? - слабо обозвалась в голове Дьюма.

"Оно. Только конец света мы не отменили, а только отложили. Если мы не найдём сейчас мальчишке маму, в чем я глубоко сомневаюсь, то ничто не помешает ему вернуться и доделать своё черное дело".

"Мне жаль его, - вздохнула эльфея. - И себя тоже. Даже если мир продолжит существование, я всё равно погибну. С такими крыльями эльфы не живут..."

Мне тоже до боли стало жаль маленькую принцессу, тело которой я довела до такого кошмарного состояния. Но сейчас я должна думать о существовании всей Аллии. О Дью я подумаю потом, если будет возможность.

Я углубилась в созерцание прелестей рыночной жизни. Постепенно из ремесленных рядов мы вышли в овощные. Торговки громко расхваливали свой товар, суя проходящим горожанкам почти под нос пучки яркой зелени, с которой летели капли воды, коей они опрыскивали свой товар для поддержания свежести. Я выбрала одну, пышную и румяную, средних лет, приветливо улыбающуюся проходящим, голос у неё был мягкий и ровный, очень приятная женщина. Крестьянка, среди её товара были и крынки со свежим молоком, и густые жирные сливки, и горка рассыпчатого творога, и домашние ароматные колбасы, и сочные аппетитные фрукты. Грошу будет хорошо в селе, на природе, поправится, посвежеет.

- Не проходите мимо, люди добрые, - зазывала она, - всё своё, самое лучшее, самое полезное, без всякой магии...

- Вот! - зашептала я. - Подходи к ней и попроси стать твоей мамой.

Грош застенчиво приблизился, прижимая меня к груди, и довольно приятным голосочком завёл:

- Тётенька! А станьте моей мамочкой, пожалуйста! Я вам хорошим сыном бу...

Договорить ему не дали. Лицо торговки исказилось презрительной испуганной гримасой, и она заголосила:

- Воры! Воры! Держите воров! Вот я тебя!.. - и так приложила беднягу палкой колбасы, что тот бросился бежать, пробираясь между сгрудившимися покупателями и оттаптывая им ноги. Хорошо, хоть погони не последовало.

Отдышавшись, Грош обнаружил, что он покинул территорию рынка и шагает по аллее, обсаженной невысокими деревьями с почти круглой кроной.

- Что ж это, фея?!.

- Ну, прости, прости. Ошиблась. Я ведь не бог. И не психолог, мне показалось, что она могла бы стать неплохой матерью.

- Я так и знал, что это глупая затея. Такой, как я, никому не нужен...

- Погоди, не надо так пессимистично. Если обожглись на воде, это не значит, что больше в жизни не будем пить чай или кофе. Смотри, вон идёт приличная горожанка, у неё в руках две корзины с продуктами. Наверняка, у неё есть дети, а женщины с детьми очень добрые и сочувствующие. А одним больше, одним меньше... Она не сможет оставить на улице такого прелестного мальчика.

- Я больше ни к кому подходить не буду, - надулся Грош.

- Первый блин всегда комом. Я и не надеялась, что всё получится с первого раза. Считай, что это была проба пера. Давай, иди. И не ошарашивай её сразу. Сначала предложи помочь донести корзины до дома, поговори по дороге, а потом всё получится само собой.

Мальчик вздохнул и побежал догонять приятную горожанку. Он забежал наперёд, остановился перед ней и предложил:

- А давайте я вам помогу корзины донести?..

Женщина остановилась, прижала корзины к груди и закричала:

- Стража! Сюда!

- Да я ж ничего плохого не хочу! Я вам помочь собирался!

- Пошел вон, грязный оборванец! Не хватало ещё, чтоб всякие бродяги дотрагивались до моих корзин! Вон!

- А ведь вы могли быть моей мамой... - проговорил Грош, отступая.

- Ещё чего?! Хватит своих пять ртов дома! Чтоб я ещё была матерью какого-то нищего?!.. Стража!

Стражи близко не было или не спешила она бежать на зов каждого горожанина, но здесь нам делать было больше нечего.

- Ты видишь, фея, какой это мир? Зачем ему существовать? Здесь нет ни доброты, ни сострадания. Здесь нет места маленькому нищему...

- Не отчаивайся, Грош! Попробуем ещё.

Мальчик медленно покачал головой.

- Нет.

- Я понимаю твои чувства... Но... второй блин тоже комом, такое бывает...

- Я бы съел и комоватые блины, - улыбнулся грустно Грош. - Но мне не предлагают и таких. Я устал.

- Ещё раз...

- У меня теперь есть хороший способ покончить со всеми неприятностями сразу: нажать на мигающую кнопку. И именно ты, фея, рассказала мне о нём.

Так я ещё и виновата?

- Если бы не я, ты уже уничтожил бы мир по незнанию.

- А теперь я уничтожу его по знанию, - мальчишка развернулся и решительно зашагал прочь из города.

- Стой! Так нельзя! Последняя попытка, Грош! Смотри, вон на лавочке сидит одинокая грустная женщина! У неё, наверняка, нет детей! Она будет счастлива обзавестись ребёнком, поверь мне!

Мальчик нерешительно остановился.

- Последняя попытка... Пожалуйста...

Грош потоптался на месте и медленно двинулся по направлению к печальной немолодой женщине, склонившей голову на руку. У неё, явно, какие-то неприятности. Это наш последний шанс.

Мальчик подошёл тихо, как котёнок. Нерешительно тронул женщину за плечо:

- Мама...

Сидящая медленно поднимала голову. Из-под растрёпанных волос показались пьяные затуманенные глаза:

- А пошёл ты!.. - и она выдала такой полный комплект местного мата, что этих знаний вполне хватило бы на последующие несколько десятков лет.

Только Грош не дослушал их, крупные слёзы покатились по его грязным щекам, и он в отчаянии побежал, сломя голову, прочь, невольно сжимая кулаки.

"Ну, вот и всё", - промелькнула мысль, и я даже не успела понять, моя или эльфеи. Неужели, в самом деле, всё?

- Врунья! Фея - врунья! Всё - неправда! - слышала я отчаянный голос мальчишки.

Последующий удар едва полностью не вышиб из меня дух, и не только мой, но, заодно, и принцесын. Грош на полном ходу врезался в живот какого-то дядьки, тот ухватил его за шиворот и приподнял над землёй, вглядываясь в зареванное искаженное страданием лицо.

- Ты что, совсем сдурел, малец?! - воскликнул он.

- Дяденька, - простонал Грош, крутясь и стараясь вырваться из крепкой и цепкой руки, - дяденька, купите фею... Недорого продам...

Глава 16. А всё-таки я настоящая фея!

- Купите фею! Всамделишную... - дрыгая ногами, продолжал ныть мальчишка.

- Ну, и где твоя фея? - насмешливым голосом спросил дядька. - В лесу за городом?

- Вот, - Грош раскрыл ладонь, показывая полузадушенную меня с грязными изломанными крыльями.

Дядька приблизился, пораженно рассматривая товар, а у меня не было сил даже встать.

- Настоящая фея! Только почему она такая потрёпанная? Эх, ты, - врезал он мальчишке подзатыльник. - Кто ж так с феями обращается? Ты ж её почти угробил!

- Только желания она не исполняет, - честно доложил Грош. - Мои не исполнила, ни одного...

- Да в таком состоянии - ничего удивительного. Она едва жива. Кто знает, удастся ли её спасти... А фея мне никак не помешала бы. У меня тоже, хоть я и взрослый, а желания есть, да такие, что, боюсь, никто, кроме настоящей феи, их не исполнит. Ничего, я её у тебя куплю, - сказал дядька, опуская мальчика на землю, но придерживая за плечо, чтоб не удрал.

- А что дашь?

- Не обижу, - дядька порылся в кармане и выудил настоящую золотую монету. - Держи, оно того стоит.

Грош недоверчиво взял монету, попробовал на зуб, остался доволен:

- А ты, дядька, нормальный дядька! Я и в руках никогда не держал такую. Хорошая монета. Только ты мне лучше дай мелкими. А то золотую у меня сразу же заберут, да ещё и в темницу бросят за воровство. Кто ж поверит, что моя?

- Да ты, малец, не дурак. Хорошо, идём ко мне, я здесь недалеко на постоялом дворе "Три лопуха" остановился, неси сам свою фею, донесёшь живой, я тебе ещё добавлю. Только не зажимай больше в кулак! Она же такая маленькая и хрупкая. Держи между ладонями, вот так.

И они пошагали по направлению к трактиру. В щелочку между пальцами я разглядывала своего нового хозяина. Мужчина возраста более, чем среднего, роста среднего, да и сам какой-то средний, без особых примет, такой, как большинство жителей столицы, представитель среднего сословия. Только небольшие усы смешно топорщились при разговоре, и во взгляде читалось что-то едва уловимое, отличающее его от остальных. Несмотря на внешность и обычную неброскую одежду, мне показалось, что это житель вовсе не Дилонии. Хотя, может, просто показалось.

- Как хоть зовут тебя, малец? - спросил дядька, коротая дорогу.

- Грош.

- А меня зовут Шон Гудкерри. Можешь звать просто дядей Шоном.

- Хорошо.

- И что же ты попросил у феи, если не секрет?

- Секрет.

- Что ж, если секрет, не говори.

- Наверное, я попросил слишком много... Дом, вкусную еду каждый день и быть кому-нибудь нужным.

- Да, это очень много, и очень мало, с другой стороны. Хочешь есть?

- Угу, - мальчик поднял на дядьку полные надежды глаза.

Шон Гудкерри подошел к лоточнику и вернулся с десятком пирожков.

- Составишь компанию?

Упрашивать долго не пришлось, и дядька с мальчишкой отдали пирожкам должное, даже не подумав о бедной голодающей эльфее.

- А ты добрый, дядька, - удовлетворённо прочавкал Грош. - Я б тебе ещё что-нибудь продал, если б у меня было, что.

- Значит, у тебя никого нет? - уточнил Шон.

- Никого.

- А где же ты живёшь?

- Сначала я жил под мостом, потом на рынке, в одном закутке между прилавками, а сейчас, когда стало холодать, ухожу ночевать в пещеры за городом.

- Ты знаешь о катакомбах? - заинтересованно переспросил дядька.

- Да, я в них излазал всё, что можно. Там есть длинные подземные хода, есть большие комнаты, но, чаще всего, разрушенные, есть железные двери...

- А что-нибудь интересное ты в катакомбах встречал?

- Интересное?

- Что-нибудь необычное, такое, что не увидишь на улицах обычного города? - дядька протянул мальчику ещё один пирожок.

- Да, - радостно сказал Грош, - я вчера комнатку нашел, там куча всяких интересностей, свет - как днём, а самое главное - там есть одна плямпочка, она как звёздочка, мигает, и фея сказала, что она может убить всю Аллию...

Мальчик замолчал, раздумывая, правильно ли сделал, что выдал незнакомцу свою тайну.

- Интересно-интересно, - прошептал Шон Гудкерри. - А посмотреть можно на эту твою комнатку?

Грош надулся и не ответил.

- А я мог бы у тебя её купить... Тебе ведь не помешает ещё с десяток золотых монет? Я могу заплатить и мелкими деньгами, если хочешь.

Грош помотал головой отрицательно.

- Я дам тебе двадцать монет, подумай.

- А не обманешь?

- Здесь десять золотых, остальные получишь на постоялом дворе.

Шон достал из кармана мешочек и позвенел золотом. Мальчик заглянул в него и удовлетворённо кивнул:

- Я согласен. Только золото сразу давай.

Мешочек перекочевал из ладони мужчины мальчику за пазуху.

- Только сразу веди меня в катакомбы, - с таким же тоном произнёс Шон.

- Пошли, - повеселевшим голосом сказал Грош, и мы снова отправились в горы.

Неповеселевшей оставалась одна только я, измученная, голодная и затасканная в буквальном смысле. А ведь маленькой я сама ловила мотыльков, разных жучков, кузнечиков и, удовлетворяя свои детские исследовательские потребности, проводила над ними разные ненаучные эксперименты. Я же не знала, чем может окончиться для насекомого общение с человеком! Простите меня, всё живые твари, попавшие когда-либо под мою горячую ручку! Я больше не буду! Наверняка.

За горькими размышлениями я не заметила, как мы снова оказались в катакомбах. Чем чреват подобный поворот событий, я даже не представляла. Шон - мужчина взрослый и неглупый, может быть, мне удастся вразумительно объяснить ему опасность, которую несёт Аллии красная кнопка. Интересно, зачем он вообще пошёл на эту авантюру? Зачем ему покупать у мальчика кусок развалин? Из-за простого человеческого интереса? Или за этим стоит что-то большее?

Додумать мысль мне, естественно, не дали. Продавец недвижимости и её покупатель нырнули в узкий лаз, раздался характерный щелчок и помещение залил электрический свет. Шон, приоткрыв рот, оглядывал комнату с черными экранами. Затем недоверчиво покачал головой, словно не веря даже своим собственным глазам. Взгляд его скользнул по мёртвому пульту и перенёсся в сторону одиноко мигающей кнопки.

- Да пусти же меня! - вырывалась я из ладоней мальчика, но он, казалось, не слышал.

- Если тронуть эту сияющую звезду, исчезнет всё, что есть в мире. Навсегда. Это она так сказала, - кивнул Грош на меня, наконец-то разжимая ладони и усаживая на пульт. - Как ты думаешь, правда, дядь Шон?

- Правда, - подтвердила я, и мужчина бросил на меня ещё более изумлённый взгляд, видимо, не надеялся, что я до сих пор жива, да ещё и разговариваю. - Этот "подарок" остался от давно уничтоживших друг друга древних народов, память о которых у вас должна была остаться только в легендах. И мальчик сегодня чуть было не угробил всю Аллию. Эту комнату следует забросать камнями так, чтоб никто больше сюда не добрался. Шон, ты ведь понимаешь, как всё серьёзно?

- Я понимаю!.. Ещё как понимаю!.. Я понимаю, что волшебная фея выполняет желания ещё до того, как её хозяин выскажет их вслух! Я искал это место шесть лет! Уже решил, что легенды врут! И вдруг - такой сюрприз, такой подарок судьбы!

У меня от его откровений глаза на лоб полезли. Так он искал это место?!.. А вдруг это маньяк, камикадзе, самоубийца, который, не задумываясь, нажмёт сейчас на кнопку, чтоб уходить на тот свет не одному, а в компании с целым миром? Только того света не будет! Это будет полный... абзац для всех!

- Шон, ты искал эту комнату, чтобы скрыть её от человеческих глаз и не допустить гибели мира, я ведь правильно поняла тебя, Шон? - срывающимся от волнения голосом спросила я.

- Да, я скрою её, скрою так, чтобы ни одна живая душа в Дилонии не добралась до этого места. Ведь это мой большой выигрыш, это мой бесценный клад, это моё счастливое обеспеченное будущее! Ах, как я обрадую сегодня моего короля! Меня ждёт целое состояние за верную службу его величеству Друону Третьему! Весь мир будет у его ног, и у моих, как его верного и преданного слуги, его помощника, его придворного мага, его друга, короче, человека, который положит к его ногам этот самый мир! О, приносящая счастье фея, ты будешь жить в золотой клетке в прекрасном дворце, которым скоро одарит меня мой великодушный и щедрейший господин. Мы будем обитать в столице Вельдона, в самом красивом городе...

Вот так, я отдала кнопку, тысячелетия лелеющую в своих объятиях смерть для целого мира, в руки одержимого мага, гнусного шпиона, для которого нет ничего святого, и в руки страдающего манией величия короля, стремящегося силой покорить мир. Он будет шантажировать другие королевства, и никто не может сказать сейчас, как всё это закончится. За кнопку, дарующую власть, будут вестись войны, пока она не превратится по глупости или неосторожности, обдуманно или нечаянно в кнопку, дарующую смерть... Но разве от меня что-либо зависело?

- Шон, опасно отдавать жизни всех в руки даже самого справедливого короля! Когда-нибудь кто-нибудь воспользуется нею, и погибнут все, и нападавшие, и защищающиеся, и виноватые, и невинные. Все, Шон, понимаешь? И ты тоже! Не будет ни дворца, ни золотой клетки! И даже души погибших растают во мгле и никогда больше не возродятся ни в одном из миров!

Маг-шпион отмахнулся от меня, как от надоедливой мухи, он уже жил в своих мечтах новой жизнью, полной удовольствий и благ, мои предостережения ничего для него не значили.

- Молодец, малец, - поворошил он спутанные волосы мальчишки. - Отыскать то, что лучшие маги королевства не могли найти долгие годы!

Ребёнок заулыбался.

- Идём, ты получишь хорошую награду. Я заплачу даже больше, чем обещал.

Они выбрались из тайной комнаты и тщательно забросали проход камнями.

- Никто не должен обнаружить это место до моего возвращения, а вернусь я, возможно, и не скоро. Ну что ж, теперь на постоялый двор, нас ждут "Три лопуха" и новая шикарная жизнь, - Шон подмигнул мальчику, и они поспешили в город.

Когда Грош положил меня на стол в комнате, занимаемой на постоялом дворе шпионом вражеского государства, я была едва жива. Дьюмовочку в своей голове я уже давно не слышала, повезёт, если она только в обмороке. Жаль её, хорошая девчонка. Но если мне сейчас не дадут поесть пусть даже не эльфийской, пусть даже человеческой, или огрской, еды, то и я вскоре отправлюсь вслед за маленькой принцессой. Они что, считают, что эльфов кормить не надо?

Не успела я высказать свои мысли по этому поводу, как меня нагло накрыли литровой бутылью с широким горлом. Мамочки, я ж здесь задохнусь! Я начала биться о прозрачные стенки и кричать что было мочи (а что было мочи у доходящего эльфа?), но, похоже, меня никто не слышал.

- Чтоб не улетела, - объяснил Шон мальчику, - кивнув на открытую форточку.

Он ещё полагает, что в таком полузадушенном состоянии, да ещё и с обтрёпанными изломанными крыльями, я могла бы летать? Наивный идиот! Только мне от констатации этого факта ничуть не легче.

- Сядь, - кивнул шпион мальчику, - я закажу еду. Ты ведь не против?

Мальчишка радостно уселся на краешек стоявшего у стола табурета, доверчиво улыбаясь.

Когда принесли тарелку с дымящейся похлёбкой и жаркое с овощами, шпион закрыл за слугой дверь на ключ, наверное, чтоб не убежал Грош, как я решила по аналогии с собой.

Пока мальчик отдавал должное горячей здоровой пище, маг выудил из закромов хрустальный шар и стал через него докладывать своему королю о долгожданной находке. Я не видела в шаре лицо монарха, но слышала, как он велит шпиону немедленно возвращаться в Вельдон. Радости, естественно, полные штаны. Ах, владычество над миром наклёвывается! Противно слушать!

- А что делать с мальчишкой? Он слишком много знает? - негромко спросил маг своего повелителя.

- Я должен тебя учить, Шон? Если много знает, убери его и всех проблем-то.

- Ваше Величество, малец не глуп, очень даже не глуп, у него хорошая хватка. Возможно...

- На твоё усмотрение, Шон. Я тебе доверяю, знаешь сам. Главное для нас сейчас - завладеть тайной комнатой! Сейчас же начинаю собирать войска.

- Захватить Дилонию будет не сложно. Она погрязла в роскоши и совершенно не готова к войне. А как только в руках вашего величества окажется тайная комната, весь мир ляжет к вашим ногам, - поклонился шару маг.

Я, почувствовав страшную слабость во всех конечностях, опустилась на стол, легла, раскинув руки-ноги и не шевелясь, нужно беречь кислород. Король отключился. Маг довольно потёр руки.

- А ведь знаешь, Грош, твоя маленькая фея, действительно, исполняет желания. Моё, самое сокровенное, исполнила сразу же. Но и твои начинают сбываться.

- Как это? - недоверчиво поднял голову мальчик.

- Ты - смелый и умный малый. Ты достоен лучшего будущего, чем жизнь грязного нищего в Дилонии. Я возьму тебя с собой, в Вельдон, в школу, где готовят секретных агентов его величества Друана Третьего, таких, как я. Ты будешь жить вместе с другими мальчиками в старинном замке - и твоя мечта о сухом тёплом доме сбудется! Каждый день, утром, в обед и вечером будешь получать вкусную пищу - вот и вторая мечта! И ты будешь нужен, будешь нужен Вельдону, ибо будешь служить его народу. У тебя появятся друзья. У тебя будут мудрые учителя и наставники. А когда станешь взрослым и принесёшь стране пользу, тебя наградит сам король, как нынче меня, и у тебя будет свой дом, свои слуги, свои драгоценности... Разве не мечтает о такой судьбе каждый мальчик?

Рот и глаза Гроша по мере продолжения пламенной речи Шона открывались всё больше и больше. Когда секретный агент, а проще - шпион, замолчал, мальчик сглотнул слюну и проговорил:

- Да, дяденька Шон, я так рад! Фея, и правда, самая всамделишняя и исполняет желания по-настоящему. Только, - он, наконец-то обратил внимание на пропадающую в банке меня, - только, кажется, она сдохла!

Как про какую-то муху, - недовольно подумала я, но продолжала валяться недвижимо, создавая видимость, что полностью задохнулась, хотя запасы воздуха у меня ещё и были, но не безграничные же, не ждать ведь, пока в самом деле подопрёт.

- Ах, бедняжка! - воскликнул Шон Гудкерри, отбрасывая бутыль. - Она мне ещё нужна живой! У меня ведь осталось целых два желания! Подай-ка воды, - ткнул он пальцем на стоящий на буфете кувшин.

Грош метнулся выполнять приказание. В это время звякнул, как я догадалась, хрустальный шар, видимо, вызывая шпиона на разговор с начальством. Маг неохотно повернулся на звук.

Или сейчас - или никогда. Говорят, эльфы с обтрёпанными крыльями не летают? Это если им не грозит попасть в золотую клетку навсегда или просто помереть от голода. Я вскочила и, неловко махая огрызками своих некогда прекрасных голубых крылышек, вырулила в открытую форточку.

Естественно, Шон с Грошем, выскочили меня искать. Но их притормозила сначала запертая на ключ дверь, которую, чем больше торопишься, тем сложнее открыть, по опыту знаю. Затем нужно было спуститься со второго этажа, где размещались комнаты для постояльцев, пробежать по длинному залу, оббежать дом, так как окна находились с другой стороны. Короче, моему побегу способствовал целый ряд удачно сложившихся обстоятельств, и только благодаря этому я, со своей скоростью, успела скрыться в зелени деревьев. Быстрей, быстрей и подальше отсюда!

Лететь было ой как тяжело. Я дёргалась, как самолёт, попадающий в воздушные ямы, поэтому, едва углубившись в гущу листьев, упала на веточку, растянувшись на ней в блаженстве. Свобода!

"Мы живы?" - спросил в голове слабый голос.

"Живы, живы! Ещё как живы!" - радостно обозвалась я.

"Удивляюсь, как ты смогла взлететь с такими крыльями. Ни одному эльфу это бы не удалось..."

"Но я не эльф, я человек!"

"Разве люди летают? - не поняла эльфея. - Поесть бы..."

Сама знаю, что нужно поесть. Вот только сил подняться, оторваться от медленно колышущейся на лёгком ветру ветки, нет. Я совсем немного полежу, совсем капельку, а потом будем выбираться... И я отключилась в мгновение ока, даже несмотря на открытые глаза, коими эльфея взирала, выйдя из обморока, на окружающий мир. Но поспать мне, естественно, не удалось.

- Опасность! - закричала вдруг вслух Дьюмова. Хорошо, что мы хоть с ней вдвоём не задремали. Я попыталась сориентироваться, где ж она, эта опасность, с какой стороны и в каком облике.

- Я не могу взлететь, Неневеста! - я почувствовала, как судорожно сжимаются наши с принцессой многострадальные крылья.

И тут я увидела опасность. К нам приближалась огромная, по меркам эльфов, черно-желтая оса, жужжа и радуясь, что попалась такая лёгкая добыча. Может быть, не все могут адекватно оценить ситуацию? Мол, ну и что ж там такого? Какая-то несчастная оса? Что она может сделать?

К счастью, я знала, что оса является одним из самых опасных хищников в мире насекомых. И знания это были не книжные, вернее, не только книжные. Однажды я лично наблюдала битву осы и паука, который был намного её больше и сильнее. Я отдыхала на даче и вдруг заметила, что к пауку, случайно попавшему в пустую ванну, приблизилась оса. "Сумасшедшая, - подумала я, - сейчас он её оплетёт своими крепкими сетями, - я часто видела, как это делают пауки с мухами, - и хана котёнку". И осталась наблюдать, думаю, придётся осу выручать, потому что я всегда за обиженных и оскорблённых. Увы, защищать полосатую хищницу мне не пришлось. Сначала меня удивило, что паук не нападает, а наоборот, пытается убежать по скользким бокам ванны. Это не представлялось возможным. Оса наседала. Он вступал в короткую схватку, и снова пытался скрыться. Всё произошло так быстро, что я не успела вмешаться. Оса ужалила членистоногое, парализовав его, затем быстро, по одной, отгрызла ему ножки, чтоб не мешали, обхватила своим лапами круглое тело больше её размером, несколько раз уронила, затем таки уловчилась и полетела со своей добычей на дерево. Я стояла в шоке. Спасать, оказывается, нужно было паука, только, когда я это сообразила, для него было уже поздно. Вот так бывает в реальной жизни. Да что там говорить, небольшой рой может до смерти закусать не только человека, но и любое другое, даже довольно крупное, животное. Поэтому, лучше с ними не связываться. Это хорошо ещё, что против человека они маленькие. Страшно представить, что было бы, будь осы, например, даже размером с мышь.

Но сейчас я не была человеком. Я была цветочным эльфом, к тому же, измученным до высшей степени, и оса представляла для меня не просто реальную, а настоящую смертельную угрозу. Я не хочу погибать в её цепких лапах и хищных челюстях! Именно чувство самосохранения позволило мне подскочить, использовав веточку, как подкидную доску, и полететь. Оса невозмутимо повернула за мной. Здоровая и сильная, она уверенно догоняла меня, слабую и беззащитную.

И тут я как бы отключилась. Тело моё само двигалось, подчиняясь командам подсознания, соединившего в своей памяти опыт мягкого подъёма на белых ангельских крыльях, умение кондора ловить потоки восходящего воздуха и парить, почти не шевелясь, но, в то же время, почти не сбавляя скорость, способность морской чайки камнем броситься вниз, и так же молниеносно набрать высоту. И я лавировала, уклонялась, играла с осой в смертельную игру, отдавая этому полёту последние силы. Мы уже вылетели за город и мчались лесом, огибая стволы встречающихся на трассе деревьев. Хищница вошла в раж и не собиралась отказываться от такой интересной добычи. Вдруг я почувствовала, что не могу больше лететь, не могу - и всё. Воспользовавшись заминкой, оса вцепилась в мои крылья, мощные челюсти сомкнулись, словно гигантские щипцы, чтобы больше не выпустить попавшуюся добычу. Я рванулась из последних сил и разорвала остатки крыльев на лоскутки, вырываясь из мёртвой хватки охотницы. Кувырком полетела вниз, лишившись поддержки. Изумлённая хищница замерла на миг, сжимая обрывки крыльев в челюстях, и камнем бросилась за мной.

Глава 17. Живы будем - не помрём

Кувырком падала я вниз, катастрофически быстро приближаясь к земле. Сверху меня догоняла хищная полосатая оса.

Внезапно внизу я увидела скрывающийся под кронами деревьев крошечный домик, рассматривать его у меня не было времени, но открытое окно не заметить я не могла. Нечеловеческим и, точно, неэльфовским усилием, перевернулась я в воздухе и спланировала, а правильнее было бы сказать, шлёпнулась на подоконник. Следом за мной в комнату залетела, разгневанно жужжа, оса. Увидев меня, беспомощную, с торжествующим криком бросилась ко мне, но тут резиновая ляпалка на деревянной ручке окончила её бесплодную погоню, а заодно и существование.

Я только и увидела склонившееся надо мной лицо пожилой женщины, как почувствовала, что Дью снова грохнулась в обморок. Да я и сама воспринимала всё в тумане, а голос спасительницы звучал, словно пробиваясь через несколько слоёв ваты.

- Эльф! Цветочный эльф, точнее, эльфея! Как же ты попала сюда, малышка? А эти грязные тряпки были когда-то твоими крыльями? Как же так можно?.. Ах, несчастная, их уже не восстановишь даже в цветке.

С этими словами добрая женщина взяла меня двумя пальцами и чикнула ножничками, подрезая рваные огрызки, я уже даже не чувствовала боли и не сознавала этого ужаса для эльфа - остаться без крыльев.

- Вот и всё. А теперь я положу тебя в этот цветок, ведь вы, эльфы, в цветах оживаете, правда? - она опустила меня в середину полураскрытого бутона какого-то комнатного растения, впрочем, мне было всё равно, попав в родную стихию, я вдруг почувствовала умиротворение, словно в колыбели, несмотря на то, что состояние было самое что ни есть паршивое. Я тот час свернулась калачиком, подложив ладони под щеку и начала проваливаться в глубокий целительный сон даже без сновидений. Последние слова, которые я услышала, были:

- Как удачно, что ко мне залетела маленькая эльфея. Теперь я смогу угодить Матилье из Нижней Деревни. У неё детей никогда не будет, а она всё ходит ко мне и просит помочь. Вот девочка чуть окрепнет, отдам её Матилье, пусть выхаживает да тешится на старости лет...

Проснулась я, услышав чей-то разговор.

"Опять поспать не дали," - потянулась я.

"Мы проспали больше недели", - обозвалась в голове принцесса.

"Откуда ты знаешь?"

"Эльфы чувствуют время, даже когда спят".

"Ты в порядке?"

"Я жива. И я без крыльев. Ни один эльф или эльфея не поверили б, что это возможно".

"Сейчас ты наполовину человек".

"А что будет, когда ты покинешь моё тело?"

Я давно предупреждала Дью, что могу исчезнуть в любой момент. Хотя и сама уже перестала об этом думать. Я так давно застряла в этом маленьком тельце, что уже стала ощущать его, как своё, родное. И к эльфийской принцессе привыкла, как к сиамской сестре. Интересно, почему я не перемещаюсь в тело другого обитателя Аллии? Может, потому, что мы не пытаемся подавить друг друга, что прижились мы вместе, притёрлись друг к другу в некоем симбиозе. А может, просто нельзя было по-другому, не могла бы я в другом теле попасть в затерянный центр управления, и только так мне удалось на время отложить конец света. Удалось, потому что время взрыва уже, наверняка, минуло. Отложить, потому что опасность остаётся и очень серьёзная. Иначе Смотритель уже вернул бы меня в мой мир.

Наверное, теперь я покину тело Дьюмовочки. Не пропадёт ли она без меня? Так хотелось бы защитить её, устроить судьбу.

"А где мы? - спросила эльфея. - Что это за цветок?"

"Комнатный цветок, скорее всего - декоративная роза, - ответила я, разглядывая нежные, слегка сжатые лепестки яркого красного цвета".

"Кем бы он ни был, он спас нас, дал нам силу, наполнил энергией. Ты ведь знаешь, эльфы восстанавливаются только в цветах. Жаль, что крылья уже не отрастут, даже если бы я вернулась в горрандский тюльпан".

Принцесса вроде бы замолчала, но я улавливала обрывки её мыслей: "Как жить дальше?"

"Придётся быть предельно осторожной, Дью. Возможно, удастся добраться до плантации горрандских тюльпанов, родители примут своего ребёнка, даже если он потеряет крылья".

"Ты хоть представляешь, где это?"

"А ты?"

"Я чувствую направление. Но расстояние такое, что даже с крыльями я не надеялась бы вернуться. Разве ты забыла нашу попытку побега? Далеко мы смогли убежать? А без крыльев? Неневеста, это вообще не реально".

Я вздохнула. И Кощея до сих пор ни слуху, ни духу. Уж не съел ли его кто-нибудь, если он попал в тело кого-то маленького и беззащитного? Да нет, Кощея в любом виде непросто должно быть обидеть. Почему тогда он не появляется? Я совсем загрустила.

Вдруг звучавшие как бы на втором плане голоса стали громче, и я услышала:

- Смотри, Матилья, вот она...

Над цветком склонились две огромные человеческие головы. Одну я сразу узнала, это была та женщина, которая прибила мерзкую осу, пытавшуюся меня сожрать, я поёжилась от воспоминаний. Вторая была мне незнакома, немолодая уже, с простым открытым лицом и с отпечатком страданий в виде сеточки морщин, но сейчас серые глаза её сияли восторгом.

- Живая девочка!.. Только маленькая какая!..

- А какой должна быть цветочная эльфея? Видно, немало пришлось ей пережить, сама видишь, в каком она состоянии. Тебе придётся хорошо за ней ухаживать.

- О, да! Да! Я буду очень хорошо ухаживать за моей доченькой! А она вырастет?

Хозяйка домика глянула на гостью, дивуясь её бестолковости, и ответила:

- Вырастет, если будешь беречь её и заботиться.

- Я буду!.. - снова закивала головой Матилья.

- Я продам её тебе вместе с цветком, - продолжила хозяйка. - Запомни, она всегда должна жить в цветке, иначе погибнет. Если этот цветок завянет, подберёшь ей другой, и так постоянно.

Матилья кивала, как кукла на веревочках.

- Есть она будет пыльцу и нектар из цветов, но, думаю, не откажется и от кусочка сахара или капельки мёда. Не мешало бы сменить ей платье, оно слишком грязно и изорвано, но я даже не представляю, из чего можно было бы сшить новый наряд.

- Я придумаю, я что-нибудь придумаю, - посетительнице невтерпёж было забрать покупку домой.

- Хорошо, бери девочку, - кивнула хозяйка.

Матилья выпрямилась, вытащила из-за пазухи деньги и передала их продавщице эльфов. Та пересчитала, довольно крякнула и подала цветочный горшок покупательнице со словами:

- Береги девочку.

- Буду, буду беречь, спасибо тебе, Тунея.

- Набрось сверху плащ, а то простудишь малышку, - донёсся предупредительный возглас.

Матилья прикрыла цветок тёмной тканью, и я ничего уже не видела вплоть до того момента, пока она не сняла плащ, поставив горшок на столик у окошка в маленькой чистой комнатке с вышитыми простынями и накидками для мебели. Вполне прилично для... допотопного сельского домика.

С этого момента, Матилья от меня, практически, не отходила. Она щебетала, как с младенцем, постоянно вытаскивала меня из цветка, сделала мне колыбель из половинки ореховой скарлупки, вымостив его пухом, всё вокруг было забросано кусочками не только сахара, но и всякой разнообразной еды, что создавало такую какофонию запахов, что уже не только дегустировать не хотелось, а вообще хотелось сбежать куда подальше от такой заботы. А вот на то, что цветок начинает вянуть, она внимания даже не обращала. Новое платье умудрилась соорудить мне из шелухи, покрывающей похожие на тыквенные семечки, оно было почти прозрачным и из-за этого, чрезвычайно сексуальным, словно я готовилась к эротическому шоу. Но выбора у меня не было, пришлось подвязать наряд паутиной, в моих руках она не рвалась и даже не путалась, и носить. Но как же мне надоели эти телячьи нежности!

Матилья вновь склонилась ко мне с улыбкой, которая должна была быть умильной, но показалась мне оскалом монстра:

- О, мой маленький цветочек, моя крошечная доченька, моя Урлинья! Когда же ты вырастешь? Открой ротик и съешь кусочек этой восхитительной...

Мне в лицо ткнулась ложка с манной кашей, вследствие чего я вся оказалась в вязкой сладкой жиже. Моё терпение лопнуло, и я взорвалась:

- Прекратите! Немедленно прекратите это безобразие! Приберите всю еду, пока я не задохнулась от ядовитых испарений! И перестаньте называть меня этим дурацким именем! Я вам никакая не Урлинья! Я...(чуть было не назвалась Неневестой Кощеевой) Я - Дьюмовочка!

- Дюймовочка... - прошептала пораженная Матилья. И я даже не стала её исправлять. Бесполезно, всё равно маленькая эльфийская принцесса войдёт в историю как Дюймовочка. А что в историю она войдёт, это я уже поняла. Всё-таки странная связь между Аллией и моим родным миром прослеживается, не первый раз замечаю, только пока дойдёт история до ушей землян, переврут не раз. Так что неизвестно ещё, что ждёт бедняжку дальше.

- Дюймовочка, доченька! Ты научилась разговаривать? Как же быстро ты развиваешься!

Да уж. Но мой наезд возымел действие, и Матилья живенько прибралась на столе. Я удовлетворенно смотрела на результат, а она подхватила меня двумя пальцами и умостила в ореховую скорлупку, прикрыв сверху белым лепестком.

- Отпусти меня! - заорала я. - Как насчет неприкосновенности?..

Но купившая меня мамаша уже укачивала своё непослушное дитя:

- Дети всегда капризничают. Не хочешь есть, значит, будешь спать. Сейчас мамочка споёт тебе колыбельную, и ты увидишь сладкие цветочные сны! - и она затянула такую, блин, колыбельную, что любому ребёнку легче было бы пелёнками удавиться, чем мучить свой слух и душить чувство прекрасного.

Так как она крепко зажала меня в скорлупке, продолжая укачивать, не оставалось ничего иного, как притвориться спящей, молясь, чтоб эта экзекуция поскорее закончилась. Нет, если бы какая-нибудь настоящая фея предложила мне вернуться в детство и начать жизнь с начала, я не согласилась бы ни за какие коврижки. Ни в младенческий возраст, когда не можешь ни поесть, что хочешь, ни попить, что можешь, ни встать, ни взять, да ещё и каждый мучает тебя, как хочет, то таская, словно куклу, то укачивая до потери сознания, то пытая своими идиотскими песенками, которые никто больше слушать не хочет. Ни в дошкольный возраст, когда за тебя всё решают, когда никто не хочет терять на тебя время, потому что всем теперь некогда, а тянутся дни и часы так невообразимо долго, что кажется, будто они резиновые. Ни, тем более, в школу, когда всем от тебя становится что-то надо, для всех ты не такой, как им хочется, каждый старается приобщиться к процессу воспитания, который заключается исключительно в поучениях, нотациях и лекциях на тему нравственности, а тебе хочется хотя бы капельку свободы и стать побыстрее взрослым, чтоб перестали тебе все указывать и доказывать, упрекать, увещевать и ставить пример, которому ты всё равно не собираешься соответствовать, так как страстно мечтаешь стать самим собой. Вот.

А Матилья всё пела и пела, пока сон не сморил её, и она уснула прямо головой на столе, выпустив, наконец-то, ореховую скорлупу из своих цепких рук. Я с наслаждением закрыла глаза. В голове ещё всё вертелось и крутилось, словно я сошла с корабля после девятибалльного шторма. Но я так и не успела полностью прийти в себя, как услышала разговор новых действующих лиц.

- А вот и она, - плюхнулось на подоконник грузное тело. - Сладенькая, вкусненькая...

Зелёные пальцы с коготками откинули с меня лепесток-покрывало, и я узрела ротатую довольную морду с выпученными глазами. Тонкий длинный, словно змея, язык выскользнул из пасти и помчался ко мне со всей скоростью. Я с трудом успела сообразить, что это самая, что ни есть, обычная лягушка, даже не сильно большая, если на то пошло, но для меня, хрупкого цветочного эльфа, смертельно опасная. Я только и успела, что перевернуться вместе с ореховой скорлупой, сжавшись в ужасе и лихорадочно думая, как спасать свои дюймы от этой неприятной неожиданности.

- Маменька, она такая забавная, - раздалось молодое кваканье, и я припомнила, что, кроме напавшей на меня лягушки, за ней вырисовывался ещё чей-то тёмный силуэт. Вот тебе и сказочка. Как теперь выбираться? Я что-то выхода не вижу. Хотя, если до Земли эта история дошла, пусть и в извращённом виде, то Дьюмовочка должна спастись, иначе кто бы мог рассказать обо всём, кроме неё самой?

Скорлупка двинулась и слетела с меня, сдёрнутая зелёной лапой. И оружия никакого в руках...

- Еда... - и шустрый язычок вновь метнулся ко мне с совершенно четкими намерениями.

Но в мгновение ока его перехватила лапа молодого лягуна:

- Ма, не надо. Мне она нравится. Поедим комаров и мух, а её оставим.

- Зачем она тебе, - прошептала мамаша, словно змея, неудобно всё же говорить с высунутым языком. - Гляди, квакая она квусная.

- Квакая квусная? Зато квакая она квасивая. Я б на ней женился, если б она была побольше. Может, её подкормить?

- Съесть её, съесть квак нибудь...

- Не, ма. Я уже взрослый. Я сам решу, - с этими словами лягун снова упаковал меня в скорлупу и, прижав к сердцу, соскочил с подоконника.

Так я оказалась в пруду на круглом листке кувшинки. Красивое, однако, местечко. Желтые чашечки цветов сияли в солнечных лучах, как звёздочки на вечернем небе. Над водой порхали мотыльки и стрекозы, весело носясь друг за другом. Я сама не против потусоваться с ними. Но, увидев, как пучеглазые мама с сыном на лету словили несколько оказавшихся в опасной близости стрекоз, тот час отказалась от этой мечты. Лягун с умилением смотрел на меня, оглядывающуюся на все стороны.

- Проснулась? Как тебя зовут?

- Дьюмовочка. Я есть хочу.

- Дюймовочка... - мечтательно потянул зелёненький "жених". - А я тебе нравлюсь?

- Естественно, - похлопала я по приблизившейся морде. - Только я есть хочу, слышишь?

- Квага. Тебе поймать комара?

- Я комарами не питаюсь. Мне б цветочек какой-нибудь, пыльцы пожевать или нектарчика.

Мамаша-лягушка угрюмо зависла в воде, выставив наружу только глаза да ноздри.

- Я принесу, - растянул в улыбке рот лягун. - Кувшинку хочешь?

- Нет, принеси мне полевой цветок.

- Хорошо, - ему явно не хотелось уплывать. - А ты не сбежишь?

- Куда я денусь без крыльев? Да и нравишься ты мне, - я игриво улыбнулась.

Мать лягуна выпрыгнула на соседний лист:

- Давай, неси ромашку какую-нибудь, а я пока посторожу.

Нет, только не это! Но, кажется, сыночек и сам догадался, что чревоугодливую мамашу саму нельзя оставлять без присмотра, подтолкнул её с листа в прохладную глубину пруда, сам нырнул за ней и поплыл, подгоняя недовольную родительницу, поминутно оглядываясь и помахивая мне лапой.

Я отвечала ему тем же, пока мой "жених" не скрылся из виду, тогда устало опустилась на лист и обратилась к Дью.

"Теперь плакать будем".

"За кем? За вот этим вот зелёным чмо?" - наконец-то твёрдо усвоила слово принцесса.

"Мы должны плакать, чтобы рыбки испугались, что пруд станет солёным, и помогли нам сбежать, позвав рака, который перекусит стебель этого листа, на котором мы сейчас с тобой прохлаждаемся, потому что как-то сегодня и не жарко".

"Ты, что, головой ударилась, что ли? Моей головой? Ты соображаешь, сколько слёз надо пролить, чтоб это стало хоть капельку заметным? Думаю, эльфам с трёх плантаций придётся рыдать навзрыд в течении месяца, как минимум. Как могло такое прийти тебе в голову?"

"Но... а как же?.." - растерянно прошептала я, похоже, не следует верить сказкам полностью, а то вот оплошалась.

"Можно просто попросить рыбок, думаю, они не откажут в такой мелочи".

"И каким таким образом мы будем объясняться с рыбой?"

"А каким таким образом ты общалась только что с лягушками?"

"Да, именно этим я и хотела поинтересоваться. Почему я запросто общаюсь с земноводными? Почему кабанчики из "Трёх поросят" говорили понятным мне языком? Почему не было проблем с волком? А когда я сама была питоншей, то могла только шипеть? Кондором или чайкой тоже не владела человеческим языком! Да и Кощей, когда был мини-дракончиком, разговорами меня не баловал. А?" - решила я, наконец-то, расставить точки над "і".

"Всё просто, - согласилась просветить меня принцесса, - высшие человеческие и нечеловеческие расы нашего мира общаются на одном, так и называемом, общем языке. Многие мыслящие животные также изучают его, так как в жизни очень удобно понимать окружающих. Если уж поросята решили открыть трактир, то свободное владение общим языком просто необходимо. Наверняка, выучили они его под чутким руководством пресловутого волка, ведь волки, вообще, считаются существами очень даже здравомыслящими. Понятно? А вот мы, эльфы, способны договориться с любыми представителями живого мира Аллии".

"Что-то несильно ты договаривалась, когда нас пытались слопать добрый ёжик или дятел долбонутый?" - не смогла не съязвить я.

"С любыми представителями, которые не смотрят на нас с чисто гастрономической целью. Голос пустого желудка заглушает голос рассудка, и это прискорбная истина".

"По-моему, голос рассудка заглушает не только пустой желудок, но и сексуальная неудовлетворённость. Чего это на нас все жениться хотят?"

"После инициации эльфы становятся чрезвычайно привлекательными для противоположного пола, почему их и женят или выдают замуж побыстрее. Вот поэтому все и хотят на нас жениться".

"Или нас слопать, - добавила я. - Так, тебе и карты в руки. Общайся с подводным миром".

"Давай карты".

"Отменяются. Общайся так".

В итоге Дьюмовочка уболтала пару проплывающих краснопёрок передать собирающемуся на зимовку раку просьбу чикнуть, проползая мимо, стебель нашего листка.

"А чего это рак на зимовку собирается? Неужели скоро зима?" - спросила я принцессу, когда мы уже плыли, увлекаемые почти незаметным течением, из пруда, оказывается, вытекала узкая петляющая между деревьями речушка, которая нам очень даже пригодилась.

"Во всяком случае, приближается осень, сама чувствуешь, начинает холодать", - ответствовала Дью.

"А как же эльфы? Ведь зимой не будет цветов?"

"Как раз нас это и не касается. Плантация, где поселились эльфы, покрыта, словно колпаком, защитным куполом, образованным их коллективной аурой. Он скрывает цветы не только от чужих взглядов, но и от холодов. У нас всегда будет лето".

"А как насчет путешествующих эльфов, которые... хм... проводят новогодние праздники где-то за границей?"

"Не слышала, чтобы кто-то когда-нибудь возвращался на плантацию после зимы, даже в мифах и легендах нет таких фактов, - вздохнула эльфея. - Эльфу не выжить на морозе. Мы погибнем".

"Зато у нас такие свидетельства есть, так что, не боись, прорвёмся. Вот от лягушек уже удочки смотали... - наш лист, как раз, уткнулся носом в илистый берег. - Как же нам теперь выбраться?"

К счастью, почти над головой склонились листья остролиста, которые я и использовала вместо канатки. Только не рассчитала, видимо, свой малый вес и расстояние до сухой земли. Уже приземляясь в ил, я почувствовала, как кто-то подхватывает меня под мышки и несёт по направлению к берегу. Вот и жук вырисовывался. Всё по плану, всё по сценарию...

Я бухнулась в траву, придавленная чьим-то грузным хохочущим телом. Грубые мужские руки облапили меня, в лицо пахнул запах немытой мужской особи. Это никак не жук! Ну, Андерсен, ну, погоди!!!

Глава 18. Ну, Андерсен, погоди!

Ну, Андерсен, я от тебя такой подлости не ожидала! Либо что-то пошло не по сценарию, либо история Дюймовочки дошла до тебя в сильно урезанном виде, либо принцесса сама, рассказывая о своих приключениях, умолчала некоторые факты своей биографии. Да только мне сейчас не легче от этого. Кто это такой, скажите на милость? Меня зажимало крылатое существо, уродливая смесь насекомого и человека. Тело покрыто серыми чешуйками, лысая голова имеет костяной нарост, тянущийся от макушки к затылку, глаза сетчатые, как у пчелы, из безгубого рта выглядывали два клыка, растущие вместо передних зубов, нос плоский и тянущийся к ушам, точнее, к тому месту, где они должны быть, но, почему-то не наблюдаются. Может, они на ногах, как у кузнечика? Я посмотрела вниз. Задние лапы, действительно, принадлежали прыгающему насекомому, такие они были мощные и когтистые, и сгибались коленками назад. Руки, напротив, больше походили на человеческие, мускулистые шестипалые громадины.

"Кто это, Дью?"

"Цветочный гоблин, - я почувствовала парализующий ужас в ответе эльфеи. - Мы погибли..."

"Мы погибли уже не один раз. Мы погибли без крыльев, мы погибли из-за приближающейся зимы. Так что успокойся и возьми себя в руки!"

"Сама бери, - зло огрызнулась принцесса. - Ты хоть представляешь, в чьи руки мы угодили?"

"А ты возьми и объясни внятно мне, бестолковой. Я о таких экземплярах ещё не слышала!"

Гоблин тем временем снова подхватил меня, прижав к тёплому чешуйчастому телу, и поскакал, как кузнечик, выбрасывая в стороны серые кожистые крылья из-под тяжелых, панцирных.

"Цветочные гоблины, - начала принцесса, используя внезапно появившееся свободное время, - проживают в цветах, как и эльфы, только не в симбиозе, а используя и уничтожая их. Они питаются не пыльцой и нектаром, а, впиваясь острыми зубами, высасывают сок самого растения, пока оно не пропадёт".

"Мясом не питаются?" - уточнила я.

"Нет. Но жизнь ведут разбойничью, так что в их лапы лучше не попадаться. А что они творят с эльфеями!.."

"Что?" - заинтересовалась я.

"Неневеста! Я - девственница! Спаси меня! - заголосила в моей, то есть, в нашей голове принцесса.

"А ты хотела пройти Крым и Рим, и железные горы - и при этом ничего не потерять? Так только в кино бывает", - постаралась успокоить эльфею я.

"Я не хотела пройти Крым и Рим! Это ты втянула меня!"

"Мы должны были спасать мир!"

На какое-то время в голове воцарилась тишина, затем раздалась извиняющаяся мысль:

"Прости, Неневеста, - ну, вот, осознала, наконец, умница. - Только спаси меня, пожалуйста. Ты ведь столько о своих путешествиях рассказывала, ты ведь всё можешь..."

Рассказывала, да, могу за себя постоять, но не в хрупком тельце цветочного эльфа! Но как объяснить это принцессе, за которую чувствую ответственность, и какую мне просто по-сестрински жаль. Всё равно нужно как-то выкручиваться, я ведь с ней в одном теле. Сделаю, что смогу.

Впереди показалась поляна с изуродованными, почерневшими местами, цветами. Мне, как эльфу, больно было даже смотреть на них, страдания бедных растений ощущались чисто физически. К счастью, гоблин поскакал к стоящему особняком махровому кривому цветку и бросил меня на дно. Два гоблина, увлеченных жеванием розовых лепестков, оторвались от своего занятия и уставились на меня с изумлением.

- Глядите, братаны, какая птичка мне сегодня поймалась! - удовлетворённо крякнул доставивший меня гоблин.

- Не может быть, - подошел второй, не отрывая от меня глаз. Он был чуть постарше и покрупнее моего. - Ркуй, ты отхватил цветочную эльфею?

Я поднялась и обтрусилась. Глаза у всех трёх гоблинов стали квадратными, а в уголках безгубых ртов заблестела слюна, смотрели они даже не на моё полупрозрачное секси-платье, а сквозь него. Ну и напрасно, я ведь могу и разозлиться. Сейчас буду бить, возможно, ногами. Где у них болевые точки?

Подсознание дало сознанию подзатыльник и дельный совет: посчитай, сколько их, и взвесь свои шансы. Ладно, не хватит силы, будем брать хитростью. Я подошла к гоблину, который меня принёс, и нежно прижалась к его шершавой груди.

- Мой милый Ркуй, представь меня своим друзьям.

Гоблин свёл глаза к точке на лбу и беззвучно открывал и закрывал рот, пытаясь собрать мысли. Его братаны уставились теперь на него, ожидая объяснений. Я решила по-женски брать всё в свои руки.

- Мой герой спас меня! - чмокнула я своего "героя" в щечку, удлиняя время его раздумий, чтоб не вмешивался в мой рассказ. - Я - Дью. Да, я, действительно, цветочная эльфея. Но всю жизнь мечтала сбежать к гоблинам, вести свободную жизнь, полюбить настоящего мужчину! Мне это удалось, но я потеряла крылья и чуть не утонула в вязком иле, как вдруг появился этот красавчик, мужчина моей мечты, и спас меня от гибели. Я сразу полюбила его и согласна стать его женой!

- Гм... Хм... Кх... - переваривал сказанное Ркуй, вдруг узнавший о себе столько нового и интересного.

- А как же насчет того, что всё - на троих? Я тоже хочу цветочную эльфею! - приблизился второй.

- Мы договаривались всё делить поровну! - подскочил третий, худой и мелкий.

- Милый, объясни им, что я только твоя и больше ничья! - прижалась я к Ркую, доверчиво заглядывая в осоловевшие глаза.

Гоблин где-то там, в глубинах черепа, сообразил наконец, что можно получить всё и одному. Зачем же тогда делиться? Он топнул когтистой лапой и ударил себя кулаком в грудь:

- Моя!!!

Я тихонько перебазировалась за спину своего "героя". Если я не ошибаюсь, сейчас начнётся резня. Но я ошиблась. Один из гоблинов, тот что помельче, оказался поумнее и что-то зашептал большему. Я поняла, что советует он не проливать кровь братана, а овладеть смешной эльфеей можно и чуть попозже, когда Ркуй потеряет бдительность, и тогда всем будет хорошо. Ладненько, и мы подождём.

- Дорогой, мне бы переодеться, а то платье моё испорчено, да и холодно уже, - я была согласна на любую гоблинскую одежонку.

- Угу, - кивнул мой избранник и зарылся по пояс в гущу полувялых лепестков.

- Ба! - воскликнула я, разглядывая ворох вытянутого тряпья.

Среди награбленного добра нашлось немало и эльфийской одежды. Даже про гоблинов забыла, а они сгрудились вокруг кучи, расширенными глазами наблюдая, как я перемериваю наряды, никого не замечая. А я что, виновата, что у вас примерочной нет?

- Ребя, а зеркала у вас тоже нет? Вот жалость!

В конце концов, я выбрала красивое вишнёвое платье с затянутым лифом и широкой юбкой до пола. Ткань тяжелая, похожа на бархат, так всё равно мне не летать, зато более-менее тёплое. А чтоб ещё теплее стало, отыскала накидку из растительного пуха. Также я подобрала мягкие сапожечки до колен и не удержалась от ожерелья из шоколадного цвета топазов, по-моему, их называют раухтопазами. Нет, можно, естественно, было б одеться и поскромнее, но не хочется отчего-то. Да и путешествовать было бы гораздо удобней в мужской одежде, но я хочу именно это шикарное платье и точка! А я всегда делаю то, что хочу!

- Спасибо, милый, - замурлыкала я. - А как насчет покушать? Я заголодалась уже тут с вами. И от бутылочки нектара не откажусь.

Гоблины переглянулись.

- Эй, Друй, не поленись оторвать даме пару тычинок. А ты, Цуй, доставай бутыль самогона, - раскомандовался Ркуй.

Вид в новом платье у меня был самый что ни есть презентабельный, даже статус дамы тотчас присвоили, а напоминание о выпивке оказалось очень даже кстати, и братаны с удовольствием стали доставать свои запасы. Бутылка живо пошла по кругу, но я, памятуя эльфийский нектар, отпробовать гоблинского самогона не рискнула, старательно делая вид, что пью наравне со всеми, и что меня уже прилично развезло. Только вот что буду я делать с упившимися братанами? И я с удвоенным рвением спешила довести их до состояния нестояния, провозглашая тост за тостом и не позволяя собутыльникам плотно закусить лепестками.

- Т-так. За Цуя мы уже пили?

- Пили! - кивнул головой Друй, напихая полный рот цветочных лепестков.

- Хор-рошо. А за Друя тоже пили?

Хоровое:

- Ага.

- Оч-чень хорошо. А за моего любимого Ркуя?

- Дважды, - с оттенком лёгкой зависти ответил Цуй.

- Дважды, потому что первый раз мы пили за него, как за братана, а второй раз - как моего жениха, вот.

- Понятно.

- А за прекрасную даму пили?

- За какую прекрасную даму? - начали оглядываться гоблины.

- Да за меня, олухи!

- Трижды.

- Ладно. Тогда выпьем за знакомство!

- С этого и начинали.

- Тогда за всех гоблинов оптом!

- Давай, твоя очередь, - Цуй протянул мне бутыль и уставился выжидательно. Пришлось хлебнуть гоблинского самогона.

Ай! Уй! Ой! Чтоб их!.. Мать их!.. И бабушку тоже!.. На пару минут я ушла от темы, пытаясь загрызть горящий внутри огонь пыльцой вместе с тычинками.

- Ркуй, твой тост! - постаралась я переложить груз тамады на своего нового жениха.

- Темы исчерпаны, - лаконично ответил тот, задумчиво почесывая подбородок.

Это у вас исчерпаны, а не у меня, недалёкие вы мои.

- Тогда за любовь!

- А ч-что это такое? - поинтересовался Цуй.

- Пьём, потом объясню.

Бутылка пошла по новому кругу и неожиданно закончилась после того, как я незаметно слила остатки мимо рта прямо на цветок, который от этого возлияния прям сжался весь, всеми своими эмоциями выражая немой вопрос: "За что?"

- Ребя! Ну, так не годится, - разочарованно потрясла я пустой бутылкой перед носами собутыльников. - А что, бухла больше нет?

Друй загадочно улыбнулся, вылезая из-за цветочного пестика, служащего нам столом, порылся в лепестках и выудил на свет божий ещё одну бутыль, встреченную восторженным общим "Ура!"

- За запасливых гоблинов! - торжественно провозгласила я новый тост, и выпивка снова пошла по кругу.

- За дружбу!

- За брак!

- За хорошую погоду!

- За удачу! Милый, мы ведь пойдём ещё сегодня "на дело"?

- За увеличение доходов!

- За увеличение расходов в связи с увеличением доходов!

- За гоблина, первого выгнавшего самогон!

- За первый понедельник на неделе! - не знаю, есть ли у них деление на дни недели, но гоблинам уже было всё равно, за что пить.

Пару раз мне под чуткими взглядами собутыльников пришлось таки пригубить адское питьё. Остальные разы я просто сливала свою долю в цветок. Вскоре он вошел во вкус и даже перестал протестовать, зато его стало весело качать со стороны в сторону. Или это меня уже начало качать? Или всех нас?

- Я вспомнил, что такое "любовь"? - крикнул Ркуй и полез целоваться.

Я вывернулась, ухватила женишка и большего из братанов за руки, и потащила из-за стола:

- Снач-чала танцы! Танцуют все!

Нам нисколько не мешало отсутствие музыки. Через минуту все уже дружно выплясывали то кружком, положив соседям руки на плечи и старательно выбрасывая то одну ногу, то вторую, надеясь попасть в задаваемый мной ритм. То, ухватив друг друга за талию, весело прыгали, имитируя русский (или не русский) народный танец летку-еньку. Я напевала то "Льются песни, льются вина...", то "Виски в стакане, люди в нирване...", вследствие чего воодушевлённый Рцуй тоже вытянул заначку в виде пузатого пузыря эльфийского перебродившего нектара, и мы принялись бодро разбавлять им гоблинский самогон.

Закончили мы тролльским ромом, после чего все вырубились в живописных позах прямо на дне сонно покачивающегося цветка, все эмоции которого выражались теперь в двух словах: "Эх, хорошо!"

"Погоди, посмотришь, как завтра будет!" - злорадно подумала я, приятно, что не одна будешь мучиться похмельем. А ведь надо бы использовать сложившуюся ситуацию наиболее разумно, и делать ноги из этого злачного места, где мы так классно гульнули с гоблинскими парнями, которые стали казаться мне гораздо симпатичней, чем вначале.

Я, конечно, пила меньше всех, сливая лишки повеселевшему цветку, но и того, что я отхватила, мне хватило. Голова кругом шла, в уголке сознания отчетливо слышался храп, и я догадалась - Дьюма готова.

Пошатываясь и стараясь не наступить на валяющихся под ногами братанов с улыбающимися рожами, я попыталась вылезти из цветка на свежий воздух. Может, полегчает чуток.

Прохлада несколько привела меня в чувство, настолько, чтоб я, выглянув вниз, сообразила, что без крыльев сбежать вряд ли получится. Слезть по стволу качающегося цветка тоже мне сейчас не под силу будет. Я постаралась задуматься, вопреки попыткам гоблинского самогона уложить меня проспаться. Конечно, и это бы не помешало, но мне нельзя здесь оставаться!

Словно в ответ на мой безмолвный запрос, тёмная тень вдруг налетела на меня и подняла в воздух. Добрый тролльский ром не позволил мне даже испугаться.

"И кто это у нас там такой?" - подумала я, пытаясь вывернуться, чтоб рассмотреть похитителя. Наконец-то это непростое действо мне удалось:

- Ба! Жук! Заждались! - и так дыхнула на держащее меня в цепких лапках насекомое, что оно, не привыкшее к смеси гоблинского самогона с эльфийским нектаром и тролльским ромом, сковырнулось с намеченного курса и вместе со своей драгоценной ношей, то есть, мной, рухнуло вниз.

Глава 19. Почти по сценарию

Часто в земных рассказах фигурируют такого типа высказывания: "Они попали в аварию, хорошо, что пьяные были, отделались несколькими царапинами", "Он выпал с шестого этажа, хорошо, что пьяный был, встал и пошел за добавкой". По какому-то негласному закону пьяного Бог бережет (сочувствует, что ли?), пьяного пуля не берёт и пьяному море по колено.

Мы с жуком, вдохнувшим перегару, попали под этот неписаный закон, поэтому, как мы сверзлись с высоты, я совершенно не помню. Оказавшись на твёрдой земле, подсознательное желание проспаться одержало верх над всеми остальными, и я задрыхла прямо в траве, в обнимку с жестким холодным жуком. Закон сохранения пьяных ещё действовал, поэтому нас никто не склевал, никто на нас не наступил, и, вообще, никто не потревожил.

Открыв глаза, я постаралась сообразить, кто я, где я, я что это такое рядом валяется? ЭТО, когда я его растолкала ногами, оказалось настоящим жуком, как по сценарию, и скромно представилось:

- Меня Ж-ж-жека зовут.

Вполне человеческое имя.

- А меня Дьюмовочка.

Я могла, конечно, уйти и не разбудивши Жеку, но, если следовать инструкциям постоянно поминаемого "незлым тихим словом" Андерсена, то именно он должен отнести меня на поле, где я попаду в мышиную нору. А у меня другого выхода нет, как только пользоваться его инструкциями, одна я точно пропаду.

Жека был обычным жуком, восторженно взирающим на меня своими бусинками-глазками.

- Дюймовочка, ты мне нравишься... Ж-ж-жутко нравишься...

Извращенный какой-то вкус у этого насекомого. Он, что, не видит, какие мы разные?

- Если я тебе нравлюсь, отнеси меня на пшеничное поле, ты ведь с окрестностями знаком, надеюсь.

- У меня есть вариант получше, - мечтательно ответил жук, проигнорировав мою скромную просьбу. - Я готов на тебе ж-ж-жениться!

- Межвидовые браки не приветствуются, дружок!

Но замечания сквозь панцирь доходят, видно, с трудом, потому что Жека легко подхватил меня и понёс по направлению к лесу, по дороге вводя в курс дела:

- Сегодня на поваленном молнией дереве, которое за тремя соснами, бал. Ж-ж-жуки собираются в последний раз перед тем, как залечь под кору в зимнюю спячку. На этом балу мож-ж-жно выбрать себе ж-ж-жену, если ты ещё не ж-ж-женат. А я холостой, так что выберу тебя, ты такая ж-ж-желанная...

На трухлявом стволе, действительно, жуков собралось видимо-невидимо. Жека гордо вёл меня мимо гостей, представляя своим знакомым:

- Дюймовочка, моя будущая ж-ж-жена. Дюймовочка.

Жуки-мужчины заинтересованно осматривали меня с ног до головы. Жуки-женщины, видимо рассчитывающие на холостого Жеку, бросали презрительные взгляды и отпускали нелестные комментарии типа:

- Ж-ж-жуть. Ж-ж-жалкое зрелище. Уж-ж-жас!

А я на них и не обижаюсь. И сама понимаю, что под габариты их женского идеала никак не подхожу, да и не собираюсь я отбивать у вас Жеку, пусть только побыстрее на поле меня отнесёт.

Организм настойчиво требовал опохмелиться, и я обратила внимание, что жуки то и дело прикладываются к лужицам, образовавшимся прямо в выемках ствола.

- Что это, Жека?

- Это смесь сока дерева и росы, дорогая. Хочешь?

Я не отказалась и тут же отведала перебродившего сока, который отлично снимал симптомы вынужденного похмелья. Вынужденного - успокаивала я себя, попойка была необходима, чтоб сбежать от гоблинов.

Мне сразу полегчало, и внутри зашевелилась эльфийская принцесса.

"Ну, мы и гульнули вчера, Неневеста!.. А куда мы теперь вляпались? Это кто? Нас что, опять "женят"?

"Женят", Дью, на жуке. И ты чуть было не проспала это знаменательное событие".

"Да ты ведь опять выкрутишься, Неневеста", - спокойно констатировала факт эльфея.

"А разве ты не хочешь замуж за жука? Они как раз собираются залечь на зимовку под кору", - решила приколоться я.

"Пфи, - фыркнула принцесса. - Были женихи и покруче".

- Дорогуша, - повернулся ко мне, занятой внутренним разговором, Жека. - Мне нуж-ж-жно оставить тебя на несколько минут, поговорить с друзьями. Ты не будешь скучать?

- Да иди, кто ж тебя держит за рога?

Жук моей шутки не оценил, у него, и правда, были маленькие выступы на голове, напоминающие рожки. Он прижал меня на мгновение к своей твёрдой груди и полетел на поиски друзей.

Я оглянулась. Познакомиться надо с кем-нибудь, поболтать о том, о сём. Да вот собеседницы сами спешат ко мне, - обрадовалась я, увидев приближающихся со всех сторон жучих.

- А ну пошла вон отсюда! - закричала одна. - Нечего женихов чуж-ж-жих отбивать!

Остальные загалдели, полностью поддерживая её.

- Больно надо, - пожала я плечами. - Он вовсе не в моём вкусе, ваш Жека.

- Так что ж-ж-ж ты липнешь к нему?

- А что ж-ж-ж он к тебе ж-ж-женихается?

- Окруж-ж-жай её!

И жучихи начали оттеснять меня к ветви, торчащей вверх, мне ничего не оставалось делать, как отступать всё дальше и дальше, взбираясь на эту ветвь, которая по мере моего продвижения становилась всё тоньше и тоньше, прогибаясь всё сильнее под весом преследовательниц.

- Осторож-ж-жно, убьёшься, бескрылая! - хохотнула самая крупная жучиха. - А мы что ж-ж-ж смож-ж-жем поделать?

Отходить мне было уже некуда. А нахалки начали раскачивать ветку, крепко вцепившись в неё своими лапками, чтоб струсить меня на землю. А до земли высоко...

Я попыталась присесть, чтоб ухватиться за веточку руками, оступилась, начала падать, успела таки поймать конец, прогибающийся под массой насевших сверху жучих. Прыгать надо было, когда ветка неслась к земле, но я упустила момент и она вновь взмыла ввысь, выбрасывая меня, как торпеду.

"Ну вот, лечу", - успела подумать я, прежде чем шмякнуться. Какой раз приходится падать с тех пор, как лишилась крыльев. Как же мне благополучно приземлиться в этот раз?

- Ж-ж-ж, - послышалось над ухом, и цепкие лапки словили меня в полёте.

- Жека! Ты?

- Безж-ж-жалостные! Я всё видел! Они не дадут тебе ж-ж-жизни! Я не смогу больше оставить тебя одну! Ж-ж-жаль, но они не ж-ж-желают видеть тебя моей ж-ж-женой!

- Я это уж-ж-же поняла, - заразилась я жужжанием. - Теперь ты отнесёшь меня на пшеничное поле?

- Я отнесу тебя в самое безопасное место в этом лесу, о, ж-ж-желанная!

- Не хочу в безопасное место! Хочу на поле!

- В безопасное место!

- На поле-е-е!

Ну, и кто-то меня послушался? Как бы не так! Вскоре мы уже кружили над приземистым деревом с яркими красными ягодами.

- Ну, и куда это мы?.. - смирившись со своим временно подневольным положением, спросила я Жеку.

- Ты смож-ж-жешь здесь спокойно провести зиму...

- Конкретней!

- Тебя никто не обидит...

- Ещё конкретней!

- Я смогу прилетать к тебе, покуда не начнутся морозы...

- Жека, не тяни, что это за место, которое ты никак не можешь выговорить?

Обреченно вздохнув, жук выпалил:

- Это бордель, о, ж-ж-желанная! Но ты не долж-ж-жна стесняться! Я договорюсь с мамашей Ягодкой, и ты будешь встречаться только со мной...

- Не хочу в бордель! - закричала я вслух, пытаясь достать жука ногой.

"Не хочу в бордель!" - завопила в моей голове Дьюмовочка.

А Жека молча нырнул в крону дерева и внёс меня в гламурное уютное гнёздышко, вольготно разместившееся в дупле.

Почувствовав под ногами пол, я поспешила оценить ситуацию, в которой оказалась. Дупло освещалось светлячками, живописно рассевшимися по потолку, словно плафоны неонового света. На мягком ковре изо мха вольготно расположились в сладострастных позах жучихи, лениво чистящие свои лапки, пара эльфей, тройка гоблиниц, несколько особей неизвестной мне породы, с зеленой кожей, двумя парами круглых, как пузыри, грудей, вывалившихся наполовину из замысловатой одежды, с лицами, похожими на мордочки маленьких лягушечек и длинными хвостами белых волос, затянутыми на макушках блестящими тряпочками. Такой же породы, только более объёмной в интересных местах, была и мамаша Ягодка, радостно расставив все свои четыре руки, поспешившая навстречу гостям.

"Кого я ещё не знаю в этом весёлом мире?" - спросила я мысленно эльфею.

"О-о-о! - застонала она. - Это ягодные тролли, такие же паразиты, как и гоблины, только живущие в ягодных кустах и деревьях. Опаснейшие существа, ради личной выгоды готовые на всё. Никогда не встречала, но слышала о них немало нелестного".

"Понятно, опять влипли".

- Приятного дня, мамаша Ягодка! - первым начал разговор жук.

- Здравствуй, Жека! - обняла его троллица. - Ты сегодня не один?

- Мне девушку нужно пристроить на зиму, - нерешительно затоптался на месте жук.

- Посмотрим, посмотрим, кто же это? - придирчиво обошла вокруг сутенёрша. - Да никак цветочная эльфея? Нет, у неё ведь нет крыльев!

- Эльфея это, мамаша Ягодка. Только пострадала она, видите ли, не повезло ей в ж-ж-жизни.

- Странно, до сих пор я была уверенна, что без крыльев эльфы не живут... А она хорошенькая! Как тебя зовут, милашка?

- Дьюмовочка, - буркнула я, перебирая в голове варианты побега.

- Очень красивое имя, можешь под ним и оставаться.

- Так, значит, вы позволите моей протеж-ж-же пож-ж-жить у вас, мамаша Ягодка? - обрадовался Жека.

- А кому мамаша Ягодка отказывала? Пусть живёт, девочка хорошая, спокойная, проблем с ней не будет.

- Никаких проблем, - подтвердил жук, - только я вас убедительно прошу, чтобы Дюймовочка встречалась исключительно со мной. А я в долгу не останусь, вы ведь знаете!

- Знаю, знаю, - шлёпнула его по спине сутенёрша. - Останешься сейчас?

- Да мне нужно ещё на бал вернуться, некоторые дела устроить, я попозж-ж-же, к вечеру прилечу, чтоб провести с моей ж-ж-желанной волшебную ночь.

- О, она будет ждать тебя, Жека!

- Благодарю вас, мамаша Ягодка! Так я пойду. Придержите своих цепных пауков...

Опа! Я незаметно двинулась следом и выяснила, что вход охраняется сворой огромных пауков-крестовиков, пропускающих в дупло всех, а выпускающих только по приказу самой хозяйки заведения. Интересно, как я выбираться буду?

"Дью, ты с этими цепными псами договоришься?"

"О чём ты? Они ж дрессированные! Они только хозяйку слушать будут".

Как оптимистично!

"Значит, нам из этого притона не выйти?"

"Никак", - подтвердила принцесса.

"А придется. Ты хоть представляешь, куда мы в этот раз угодили?"

"Представляю, - хмуро обозвалась эльфея. - С девственностью придется распрощаться и, если когда-нибудь дерево свалится и нам удастся отсюда выбраться, то рассказывать об этом я никому не стану".

"Мыслишь правильно, лучше рассчитывать на худшее, может тогда всё пойдёт по другому пути. А пока следует позаботиться о себе".

- Мамаша Ягодка! Надеюсь, меня здесь покормят? - напомнила я о себе вернувшейся троллице.

- Конечно, милашка! Ты не пожалеешь, что попала именно в моё достойное заведение. Сейчас можешь поесть и выспаться, к вечеру ты должна выглядеть просто отлично.

К чести заведения, у мамаши Ягодки нашлась пыльца разных цветов, и я, наевшись, пошла отсыпаться в отведённом мне ответвлении дупла, здесь тоже всё было покрыто мягким зелёным мхом, и светлячок на потолке освещал маленькое уютное помещение.

Проснулась я, потому что сутенёрша нагло тянула меня за ногу, видимо, исчерпав все остальные способы побудки.

- Чего там?!

- Вставай, лентяйка! Если ты думаешь, что будешь только есть да спать, то очень ошибаешься! Придётся и поработать! Клиент ждёт!

- Что, пришел Жека?

- Жека? Жека - это твое развлечение. А сейчас тебя ждёт настоящий клиент! Должна же ты оплачивать жильё, еду и крышу.

- Но Жека заплатит...

- Знаю я твоего жука, да, он заплатит, заплатит за встречи с тобой, как все остальные. Да не бойся ты, раз Жеку сумела соблазнить, то и сейчас справишься. Это гость знатный и богатый. А красивый какой! Куда там твоему Жеке. Иди, не пожалеешь.

Подталкиваемая троллицей, я вырулила в общий зал. В центре стоял на задних лапках настоящий жук-олень с ветвистыми рогами, а остальными четырьмя зажимал одалисок, жмущихся к нему, словно голодные кошки.

- А вот и наша прелестная новенькая! - обратила на меня внимание гостя сутенёрша. - У неё необычное имя: Дюймовочка. И она будет рада скрасить ваш вечер, уважаемый Соптол Рен.

Скрашу, сейчас так скрашу. Мало не покажется. Эх, напрасно вы, Ягодка, клюёте на симпатичных эльфей с улицы. Как бы жалеть не пришлось.

Соптол Рен стряхнул с себя девиц и обернулся ко мне.

- Она мила. Ты не обманула, Ягодка, я заплачу даже больше, чем ты просила... - с этими словами он обхватил меня твёрдыми, как у робота, лапами, покрытыми хитиновым покровом, и я поняла, что не могу даже шевельнуться, не то, чтобы вырваться из этих объятий.

"Уж лучше бы я вышла замуж за принца махровых маков!" - в отчаянии выкрикнула в моей голове эльфея.

- Её салон третий справа, - подсказала троллица, довольно потирая руки.

Жук легко, как пёрышко, потащил меня в указанном направлении. Дью впала в прострацию. Мои мысли метались в голове, имитируя броуновское движение молекул. Слабое эльфийское тело против этого броненосца "Потёмкин" как медуза против экскаватора. Мои доводы для него всё равно, что доказательство теоремы Пифагора для садовой улитки. О магических способностях могу только мечтать в полнолуние. Что я могу сделать, чтобы остановить этого кибера с зачатками разума? Что я умею? Что умеет эльфея?

- Дьюмовочка, светлячки! - заорала я в последний момент, не придумав ничего более действенного.

Видно, в прострацию эльфийская принцесса ушла не полностью, потому что, подчинившись её неслышимому повелению, звёздочки на потолке мигом погасли. А теперь представьте себе, что опустили рубильник в супермаркете перед Рождеством. Каждая из одалисок посчитала делом чести отгрести что-либо у своей соседки, а то и у самой хозяйки заведения. Бывшие пассии бросились отбивать богатенького клиента у новенькой "пигалицы". Соптол Рен ретиво отбивался от наседающих девиц, ничего не понимая, но не выпуская меня из рук. Всё это можно предположить, проанализировав дикие крики, писк, ругательства, смешавшиеся в темноте.

Новая команда - и светлячки снова включили свои фонарики, только при этом начали падать с потолка, словно звёздочки с неба, и все на несчастного жука. В шоке Соптол отпустил меня, срывая с себя невинные создания, слепо исполняющие чужую волю. Я упала на четвереньки, оглядела в полумраке устроенный нами бедлам, и побежала ко входу, наступив по дороге каблучком на ногу мамаше Ягодке. Та взвыла и бросилась в догонку, догадавшись, где источник проблем. Я подскочила к вылету из дупла и... шесть паучьих физиономий, пощелкивая челюстями, мило уставились на меня, облепив со всех сторон дыру. Упс...

Ягодка схватила неожиданно остановившуюся меня четырьмя руками и потащила назад с криком:

- Мразь! Я научу тебя слушаться! Или скормлю паукам!

А вот оскорблений не потерплю. И я врезала сутенёрше одновременно локтём в дыхало и пяткой по коленке. Всего на секунду отстал кидок головой назад, попавший в цель, как я поняла по хрусту хрящей Ягодкина носа. А он был слишком большим. Пусть считает это бесплатной акцией от "Фабрики красоты". Теперь-то гоблинша отпустила меня, скосив выпученные глазищи на истекающий кровью нос. Вот и глазки тебе подправили. Совершенно бесплатно.

- Всё! Мразь! Доигралась! - выдохнула Ягодка, покрываясь бурыми пятнами и оправдывая своё сладкое имячко. - Пожалеешь сейчас, что родилась на этот свет, когда мои цепные пауки будут рвать твоё тело! ФАС!

Глава 20. Будь счастлива, принцесса!

Когда гоблинша заорала "Фас", мне на миг, действительно, стало страшно. Пауки, словно ждали сигнала, бросились вперёд, повергая в панику всех, находящихся в помещении. Но... сутенёрша не рассчитала, что они, и правда, были цепные! Цепи натянулись, звякнули, и не пустили охранников внутрь. Правда, выйти отсюда тоже не представлялось возможным.

- Взять её! - скомандовала мамаша Ягодка своим "девочкам", и кольцо "ночных мотыльков" начало сжиматься.

И тут в дупло влетел Жека! Я обрадовалась ему, как родному.

- Что здесь происходит?! - в изумлении воскликнул он, оглядываясь.

- Ты ещё спрашиваешь?!! - завопила сутенёрша. - Это всё твоя... (и я узнала о себе много лестного и интересного). Ты мне всё оплатишь!!!

- Жека! - это уже я. - Меня хотели отдать чужому жуку!!! Спаси меня! Забери меня отсюда!

Несмотря на вопли мамаши Ягодки, он среагировал только на упоминание о "чужом жуке", а рогатый олень как раз сбивал с себя последних светляков.

- Это ты, мерзавец, хотел забрать мою ж-ж-желанную?! Я вызываю тебя на дуэль! - подскочил Жека к сопернику, несмотря на то, что тот был в два раза крупнее его и в три раза больше в объёме. Вот глупец!

Но, ко всеобщему удивлению, Соптол Рен в драку не полез.

- А пошел ты... - указал он Жеке такой изощрённый адрес из своего, жуковского, запаса, что я пожалела об отсутствии огрызка карандаша и блокнотика. - забирай свою буйно помешанную! А я в этот бордель больше ни лапой, ни крылом! - И бурча: - Дома - жена, а я таком виде... - рванул к выходу.

Ну, нет, так не пойдёт! Куда ж ты без меня, буйно помешанной?! И я ухватилась за заднюю лапу пролетающего мимо, похожего на бронированный вертолёт, жука-оленя. Он даже не заметил моего малого веса. Сторожевые пауки шарахнулись от его звенящих крыльев, и мы выскочили из дупла, как НЛО из ангара. Шесть мощных челюстей щелкнули почти у моих ног, но цепи отдёрнули церберов, так и не успевших перекусить молодой эльфеей. Пусть их теперь мамаша Ягодка клиентами кормит.

Захотелось обернуться и подразниться, только... только... у меня и так руки соскальзывают. Отчего ж он такой скользкий?

- Эй, ты, как там тебя, Септефрил? - Нет, это, кажется, лекарство такое. - Жук! Держи меня! Падаю!

Соптол Рен соизволил заметить прилипшее к нему нечто.

- Буйно помешанная! Отпусти меня!

- Не-е-ет!

- Я женат! Я не могу взять тебя с собой!

- И не надо! Ты меня до пшеничного поля донеси - и я никому ничего не скажу!

- Ладно, - Соптол Рен подхватил меня, почти сползающую с его ноги, за одежду и круто развернулся к полю.

Минут через пятнадцать я уже стояла, замёрзшая и одинокая, посреди пшеничного поля. Нет, не одинокая.

"Дью! Ты там где?"

"Здесь, - отозвалось в голове. - Кажется, Крым и Рим мы уже прошли. Что там ещё осталось, Неневеста?"

"Думаю, уже немного. Держись, эльфийская принцесса!" - и мы пошагали, кружа между скошенной стерни, и не зная, куда теперь направить стопы.

К тому же начался дождь. Крупные холоднючие капли для крошечного эльфа сродни катастрофе. Бархатное платье сразу же облепило тело, и сковывало движения. Я продрогла до мозга костей. А когда дождь усилился, я, практически, не успевала сделать вдох. Он меня доконает! Да где же эта мышиная нора?

- А-а-а!

Нора нашлась сама собой, а я, поскользнувшись, посунулась по мокрой земле вниз. Только не говорите мне, что это не та нора, что здесь живёт не та мышь, которая должна выхаживать Дюймовочку, что она ушла в гости на соседнее поле! Я этого не выдержу-у-у!

И я таки не выдержала переохлаждения, громко чихнула, и грохнулась в обморок.

Проснулась я, услышав отчетливое бормотание:

- Почему вечно мне достаются всякие неприятности? Только собиралась отдохнуть зиму. Дети не пищат, женихи уже обходят десятой дорогой. Живи и радуйся, так нет. Вечно к моему дому что-нибудь приплывёт... И почему я такая добрая? Надо было выбросить её из своей уютной норки, а то перепачкала здесь всё, вымочила. А я её тащи, раздевай, ложи в тёплое гнёздышко, в котором раньше росли мои родные малыши...

Действительно, оглядевшись, я обнаружила себя в куче пуха, голышом, а моё вишнёвое платье мирно висело на выбившемся из земли корешке.

- А потом она проснётся и захочет есть. И я, со своей добротой, буду кормить её всю зиму зерном, которое не покладая лап, всё лето таскала в свои закрома, надеясь на спокойную старость... Почему я её не выбросила?..

Вижу, мне здесь рады. Я нагрелась, мне хорошо, пора знакомиться.

- Эй, а платье моё высохло? - выглянула я из гнезда.

Мышь подскочила от неожиданности и уставилась на меня:

- Ах, маленькая негодяйка! Что ж ты пугаешь старую больную мышь?

- Извините, бабушка, - мне с ней ещё жить.

- Какая я тебе бабушка? - вспылила хозяйка норы. - Я ещё очень даже ничего.

- Даже очень, - подтвердила я.

- Держи, надевай своё платье, - бросила она мне одежду. - И сапожки вон, в углу, стоят. Всё тебе тётушка Шуша вычистила, высушила. А не выгрела б тебя в пуху - воспаление лёгких обеспечено! Помни мою доброту!

- Угу, - буркнула я, одеваясь в сухое. - Спасибо, тёть Шуша. А поесть?

- Ах ты ж, наглая девчонка! Так я и знала, что будешь теперь объедать бедную больную мышь...

- Я не думала, что спася от воспаления лёгких, вы решите уморить меня голодом. Да и ем я не много.

- Все пользуются добротой тётушки Шуши. Все пользуются. И ты в том числе, - прокомментировала мышь, но пшеничное зёрнышко принесла. И как я его есть буду?

Я попыталась укусить его и с одной стороны, и с другой. Безрезультатно. Посмотрев скептически на мои потуги, хозяйка быстро нагрызла мне с ползерна.

- Жуй.

"Я такого не ем", - услышала я в голове голос эльфеи.

"Вспомни, сколько всякого ты не ела, и не пила тоже. Так что придётся и к этому привыкать, если жить хочешь", - и я захрумтела, представляя, что в моих руках пачечка настоящих чипсов.

- Ладно, живи пока, - умильно смахнув слезу, сказала старая мышь. - Много ты не съешь. А потом я тебя куда-нибудь пристрою.

Тётушка Шуша с превеликим удовольствием выпытывала историю моих похождений. Я рассказывала её в урезанном варианте и с массой поправок, понимая, что разойдётся она по свету типа устного бестселлера. Главное для меня сейчас - достойно, и как только можно побыстрее, завершить эпопею скитаний Дьюмовы в найлучшем для неё варианте. Короче, пристроить девчонку надо.

Побыстрее не получалось. Мыши понравилось иметь под боком собеседницу, и я уже целых три (!) дня развлекала старушку, скрашивая ей сырые мрачные вечера. Сама уйти в лабиринты нор, проложенных под землёй различными тварями - чистое самоубийство. А отыскать место, где лежит без сознания ласточка, мой единственный шанс вырваться отсюда, я смогу только на пути к кроту. Пришлось самой напомнить, раз тетушка Шуша забыла, что обещала меня пристроить.

Задавшись целью ускорить процесс, я в одном из тягучих вечерних разговоров вставила:

- Мне б замуж удачно выйти...

Шуша загорелась идеей сразу же:

- Конечно, Дюймовочка, это одним махом решит все твои проблемы! Тебе нужен достойный уважаемый муж, тогда перестанут приставать все, кому не лень, с непристойными предложениями. Только где ж его взять?

Проведя в размышлениях добрых десять минут, которые я мужественно молчала, стараясь не помешать, мышь пришла к выводу:

- А ты знаешь, Дюймовочка, вовсе и не обязательно, чтоб будущий муж был молод и красив. Значительно важнее, чтоб был он знатен и богат. И, представь себе, есть у меня подходящая кандидатура. Недалеко проживает один мой хороший знакомый - крот. Запасов у него... тьма тьмущая! Вот бы тебя сосватать!

Я аж подпрыгнула от радости, что дело, наконец-то, начинает сдвигаться с мёртвой точки, а то здесь скоро плесенью покроюсь от бездействия. Объяснив мой восторг её предложением, Шуша тоже обрадовалась и, по моей просьбе, повела меня на "смотрины".

Вот теперь уже, выбравшись в лабиринты вместе с надёжным проводником, я постаралась запомнить дорогу на все сто. О каждом ответвлении я спрашивала, куда он ведёт. Мышь удивляло моё чрезмерное любопытство, но она терпеливо объясняла:

- Туда не ходи, там живёт моя соседка, тоже полёвка, но такая, что схарчит и имени не спросит. Здесь осторожно: там, дальше, зимуют гадюки, они, естественно, уже спят, но мало ли... Направо будет выход наружу, но там сейчас делать нечего: холодина, дожди... (Именно этот поворот и заинтересовал меня, раз выход, там может быть и ласточка! Нужно будет проверить потом). В подземку сама вообще не ходи, а то встретится кто-нибудь голодный и гуляющий переходами...А вот где-то здесь должны начинаться владения крота, о котором я говорила. Эй, Кьёпий Есеньич, вы здесь, дорогуша?"

Вскоре предо мной показался обладатель столь экзотичного имени. Наверное, он был маленьким, по человеческим меркам. Для меня он казался целой меховой горой. Интересно, как старуха-мышь представляет себе подобный брак?

Шуша познакомила меня со своим другом, но он на меня никакого внимания не обратил, пока она не раскрыла перед ним карты, мол, лучшей жены и искать нечего, настоящая эльфийская принцесса.

Крот слепо облапил меня, крошечную (пришлось потерпеть), и смущенно склонился к Шуше, надеясь, что я не услышу.

- Со всем моим уважением к вам, дорогая Шуша, но что я буду делать с такой женой?

- Мало ли в мире мужей, которые со своими жёнами ничего не делают? - логично заметила мышь. - Зато вы будете единственным кротом, у которого жена - эльфея. К тому же, оформив брак, вы получите полное право на её титул и станете именоваться принцем! Разве оно не стоит некоторых неудобств?

Кьёпий Есеньич заинтересовался предложением:

- Возможно, возможно... Но я должен подумать.

- Да думайте, дорогуша, кто ж вам не даёт. Только недолго, а то, как станет известно, кого пригрела добрая тетушка Шуша, от женихов отбоя не будет, принцесса может и другому отдать предпочтение. Я вас первого с ней познакомила только потому, что считаю другом и питаю к вам глубокое уважение.

Крот понимающе кивнул.

- К тому же она чрезвычайно мало ест, - многозначительно добавила мышь.

Мы оставили Кьёпия Есеньича в глубоких раздумьях, а сами вернулись домой. Я дождаться не могла, пока старуха-полёвка уснёт. Наконец она захрапела, а я отправилась обследовать ответвление лабиринта, где должен быть выход. К счастью, никто голодный и гуляющий ночью по подземке не встретился, и я благополучно нырнула в примеченный мною ход. Шла я небыстро, так как прихватила с собой и зерна, и воды, чтоб отхаживать несчастную ласточку... Надеюсь, хоть в этом Андерсен не соврал, и я найду её!

Андерсен не соврал. В основном. Почти у самого выхода я наткнулась на дрыхнущего кверху лапами воробья, грязного и взъерошенного. Дух вокруг него стоял такой, что хоть святых выноси. Сомнений не было, он был пьян, попросту пьян! А, так как средств для приведения его в чувство, у меня не было, оставалось только ждать, пока проспится. Интересно, где он умудрился так набраться? Я оборвала низ платья и поставила бедняге на голову мокрый компресс, больше помочь ничем не могу.

"Ты уверена, что эта жалкая птица нам поможет?" - спросила Дью с сомнением.

"Уверена, нам остаётся дождаться, когда он придёт в себя и упросить унести нас отсюда..."

"Куда?"

"А я знаю, куда? Надеюсь, что об этом знал Андерсен".

"Кто такой этот Ан...Андросон?"

"Один чувак с моей далёкой родины. Писал сказки о вашем мире. И твою историю поведал, правда, не с такой точностью, как мне хотелось бы...".

"Неневеста, как он мог рассказать мою историю, если она ещё не закончена?"

"Видишь ли, я думаю, наши миры как-то связаны, но имеют различную скорость, а может быть, даже и направление течения времени. Вот и возникают такого рода парадоксы. Поэтому давай опять положимся на полуправдивую историю земного сказочника, и будем надеяться, что развязка близка".

"Хорошо, - вздохнула принцесса, - раз ты так считаешь. Мы можем немного отдохнуть, пока эта птаха очнётся? А то здесь дышать нечем. Да и дует от входа".

"Нет, отходить от воробья не стоит, а то проспится и улетит, нас и не заметит. Но рядышком подремать, думаю, можно".

Мы привалились к тёплому боку летучего пьянчужки. Спал он беспокойно, то робко попискивая, то громко крича во сне. Наверное, заснуть не удастся. Мы некоторое время с эльфеей честно пытались хотя бы задремать, но воробей никак не мог угомониться, да и осенняя прохлада пронизывала до костей.

"Знаешь, Неневеста, ко мне давно уже не приходил во снах мой прекрасный принц, мой Филь..."

"При таком образе жизни, Дью, я снов и вовсе не помню. Так что ничего удивительного".

"Но я соскучилась. Так хочется его увидеть..."

Тут я вспомнила о методике осознанных сновидений. У нас сейчас многие увлекаются... У меня, правда, до сих пор не получалось вызвать сон по собственному желанию, но, может, у эльфеи выйдет?

"Дью, если принц не может сейчас пробиться в твой сон, попробуй проникнуть в его сновидение!"

"Я?!"

"А что? Думай перед тем, как уснуть, о том, кого хочешь увидеть. Если твоё желание настоящее, ты придёшь к нему во сне!"

"Моё желание самое что ни есть настоящее!" - уверила меня принцесса и замолчала, ушла с головой в медитацию.

Я немного поскучала, незаметно для себя пригрелась под тёплым пуховым боком и тоже уснула.

Хорошо, что спала я, прижавшись к воробью, а то и не заметила б, когда он очнулся. Проснувшись, он приподнялся и сел в несвойственной птицам позе, на хвост, удивлённо осматриваясь. А я, лишившись подушки, стукнулась об пол головой и тоже подхватилась.

- Да-а-а, перебрал малость, - задумчиво произнёс воробей, стягивая с головы тряпочку. - А это ещё что такое?

- Тебе полегче, дружочек? Я лечила тебя всю ночь, - поспешила заговорить я, пока не приняли за букашку и не склевали.

Воробей уставился на меня с ужасом и хрипло прочирикал:

- Всё, завязывать надо... Уже эльфы мерещатся... Допился!

- Я настоящая! - помахала я перед его клювом руками. - Я тебе помогла, теперь ты меня вынеси отсюда!

Птаха протёрла глаза крыльями, повертела головой, но видение не исчезло, и из её горла вырвался отчаянный вздох:

- Плохо мне!..

- На, пей, - я подала бедняге остатки воды. Предложила и зерна, но он только скривился, глядя на еду.

- И как же ты до такой жизни докатился? - потрепала я его по крылу.

- Там, в селе, бадью с брагой нашел. И дырочка такая, что пролезть можно. Несколько раз уже пасся, но вчера, видно, перегнул палку. Помню, как свалился на землю и покатился в какую-то нору. И всё, как отрезало.

- Сопьёшься, - покачала я головой.

- Не буду больше, - простонал воробей. - Клянусь бадьёй браги, что больше не буду!

- С тобой всё ясно. Лететь можешь? На свежем воздухе полегчает, небось.

Воробей попробовал подняться и снова сел на хвост:

- Не-е-е, я ещё минутку полежу, - откинулся назад и захрапел.

Я вздохнула. Хоть бы не проснулась тётушка Шуша и не отыскала меня. Но ничего не поделаешь, придётся ждать. Я снова спряталась от холода под тёплый воробьиный бок.

"Неневеста, - окликнула меня Дью. - А ведь твой совет помог! Я была во сне у моего принца!"

"Знаю, - отозвалась я. - Мы ведь видим одни и те же сны".

"Да, и из твоих снов я узнала немало о твоём мире".

"Да-а?"

"А ещё я сочинила песню", - неожиданно сказала эльфея.

"А вот этого я не знала. Споёшь?"

"Конечно. Я вслух спою, хорошо?"

"Дью, я полна внимания! Я разговариваю с тобой мысленно только потому, что окружающие могут неправильно понять, решат, что совсем поехала, если уже сама с собой говорю. А так я с удовольствием послушаю твоё пение".

И эльфийская принцесса запела так проникновенно, так волнующе, хоть на "Песню года" отправляй:

Я приду во сне к тебе

И останусь до рассвета.

И, смеясь, замедлит бег

Беспокойная планета.

Я во сне к тебе приду,

Плеч твоих коснусь рукою.

До сих пор ты был в аду,

Я дорогу в рай открою.

Сходя от нежности с ума,

Тебе отдамся я сама.

И только утром ты поймёшь,

Что это сон, что это ложь...

Сброшу платья шелк с плечей

И нельзя все позабуду.

Ты когда-то был ничей,

А теперь твоей я буду.

Ты с моих востребуй губ

Все кредиты, все надежды.

Я долги вернуть смогу,

Бросив в ночь свои одежды.

Сходя от нежности с ума,

Тебе отдамся я сама.

И только утром ты поймёшь,

Что это сон, что это ложь...

Ночь из глаз твоих сотрёт

Все вчерашние печали,

И растопит пламя лёд,

Как когда-то мы мечтали.

Я ловлю твои слова,

Чтоб, как бусы, нанизать их.

Пусть кружится голова -

Я усну в твоих объятьях.

Сходя от нежности с ума,

Тебе отдамся я сама.

И только утром ты поймёшь,

Что не всегда сон - это ложь...

Воробей зашевелился и медленно поднялся:

- А что это сейчас было?

- Вот уж не думала, что эльфийское пение так исцеляет! - засмеялась принцесса, а мысленно мне сказала: "Неневеста, давай сама беседуй с нашим летательным средством, если оно уже протрезвело. Я-то не знаю, как там по Андерсену".

- Ладно, отвезу я тебя к твоему принцу, - лукаво сощурилось "летательное средство". - А то что ж вы только во сне встречаетесь. Куда везти-то?

Я нерешительно пожала плечами.

- Так куда тебе надо?

А куда мне надо?

- Ты лети, куда хочешь, а я посмотрю, где мне выходить, - ответила я, немного подумав. Я-то считала, что это будет ласточка, и унести она меня должна в тёплые страны, а теперь я не знаю...

Воробей, а за ним и я, выбрались на свежий воздух, который тут же забрался под платье, вызвав озноб. Да, погодка самая что ни есть нелётная. Но если я упущу этот шанс, возможно, до весны больше не смогу выйти на поверхность земли. Ой, а если меня замуж за крота отдадут? И я уверенно залезла присевшему воробью на спину.

- Ты там держись получше, - посоветовал по деловому наш "самолёт". - В перья заройся, теплее будет.

Я последовала совету и зарылась между птичьими перьями. Но, когда воробышек взмыл, поняла, что это вряд ли поможет. Ледяной ветер чуть не сбил меня ещё на взлёте. С трудом удержавшись, я приникла к птице, даже не поднимая головы. Куда там было рассматривать окрестности.

Воробей летел вперёд и вперёд, и я даже не знала, куда может он меня занести. Может в село, где осталась ещё недопитая бадья с брагой?

Вдруг Дью в моей голове закричала:

"Эльфийская поляна! Я чувствую, мы приближаемся! Останови птицу!"

Ага, а как её остановить? Я попыталась кричать, но ветер свистел в ушах, срывая и унося все звуки. Воробей не мог меня услышать. Не мог он и увидеть цветочную поляну, надёжно защищенную коллективной аурой эльфов от чужих взглядов. Я пыталась стучать по нёму кулачками и дёргать за бурые перья, но птица не замечала моих слабых потуг. Ах, как же мне надоело быть маленькой!

"Неневеста! Пролетаем! Скорее!" - запаниковала эльфея.

Я попыталась перебраться на голову воробью, чтобы таки добиться его внимания...

Никогда не перебирайтесь на голову летящей птицы! Меня сдуло вместе с двумя пёрышками, которые я зажимала в кулачках. Воробей потери перьев и седока не заметил, и спокойно полетел дальше.

А я? В который раз я снова падала без надежды на спасение.

Платье, моё вишнёвое бархатное платье слегка замедлило падение, поднявшись вверх, и я закружила подобно осеннему листку, сорванному сорванцом-ветром. Внизу раскинулся эльфийский цветочный город, для меня он был видим и был... прекрасен. Никогда не видела такого изобилия экзотических цветов! Я даже забыла, что падаю, восхищенно разглядывая раскрывшееся передо мной великолепие.

Вдруг из цветка орхидеи вылетел кто-то в сверкающей одежде и бросился наперерез. Я узнала принца из сна Дьюмовочки, сказочного прекрасного принца. Он, и правда, был очень хорош! Черные кудри мелькнули около моего лица, сверкнула золотая корона, а крепкие руки подхватили хрупкое тело эльфеи, маленькой цветочной принцессы, и крепко прижали к груди. Несколько долгих секунд полёта, и губы принца приблизились невыносимо близко и прильнули к моим.

От счастья за эльфийскую принцессу с левого глаза у меня покатилась крупная слеза, и я слизнула соленую каплю с губы. А они замечательно смотрятся вместе...

Только тут я поняла, что смотрю на эльфийскую пару со стороны, а прекрасную поляну и вовсе не вижу, только пустошь раскинулась перед лесом, а Дью с принцем вдруг растворились в воздухе, окунувшись в защищаемую эльфами зону...

Будь счастлива, маленькая принцесса, будь, наконец, счастлива...

Глава 21. Кощей

Да-а, меня эта Неневеста с ума сведёт. Опять куда-то вляпалась. И по-серьёзному. Сколько раз я её спасаю... Почему-то, вечно её тянет не туда, куда надо. Всё вокруг неё становится с ног на голову.

Интересно, что я в ней нашел? Нет, конечно, девочка она видная. Но характер... Когда я искал невесту, она сразу отрезала, сказала, что она не невеста. Так это имячко к ней и прилипло, Неневеста Кощеева. Я её решение уважил, и в любви своей сознался только думая, что теряю её навсегда. А потом она сказала, что, вообще-то, и не против стать невестой. Только серьёзно мы поговорить так и не смогли, исчезла она в неизвестном направлении, а точнее, вернулась в свой загадочный мир.

Интересно, там все такие, сумасшедшие? Или она в единственном экземпляре? Как вспомню, сколько всего она натворила в Серпулии!.. Чуть конец света не устроила. Долго расхлёбывать пришлось эту кашу. Правда, когда мы встретились во второй раз, уже в Карритуме, Неневеста мне здорово помогла. Мир, после её посещения, с трудом, но выжил. Шучу. Приложила она свою ручку к его спасению.

Правда, я так толком и не понял, как она на Карритум попала, почему решила его спасать? Ведь не из-за меня, это точно. Что ей до меня? У неё уже куча новых друзей: и люди, и волшебные животные, и, даже, боги! Ко мне относится, как к доброму старому другу, и только. О любви - ни словечка! И я молчу, не набиваюсь. Насильно мил не будешь. Молча опекаю, оберегаю. Только опять Неневеста исчезла, словно испарилась.

А я её искал. Ну, чтоб незаметно опекать дальше. Ведь как чувствовал, что она опять вляпается. И вляпалась. Я это сразу понял, как появился передо мною странный тип и начал вешать лапшу, мол, Неневеста востребовала моё присутствие. Ничего толком не объяснил, забросил меня в этот странный мир, да ещё и лишил тела. Где оно теперь, моё родное? Под какими дождями мокнет? Удастся ли мне хоть когда-нибудь вернуться в него? Или я уже умер? Тьфу ты, забыл, я ж бессмертный. Значит, есть шанс.

А как же Неневеста? Она ведь тоже потеряла своё тело! Я, когда оказался здесь в теле миниатюрного дракончика, а её увидел в виде огромной огрицы, начал здорово сомневаться в здравости своего рассудка. Думал, сон. Но сон неприлично затянулся. Трудно представить, что это была Неневеста, но эти сверхкрупные телеса мной, крошечным, чуть не закусили, а когда, к счастью, признали во мне Кощея, чуть не задушили в объятиях. А эта громадина змея? Как я инфаркт не получил, когда Неневеста покинула её тело, а настоящая питонша меня чуть не слопала? Но я тогда хоть был в приличном виде, в образе молодого и сильного мужчины. А потом какой позор начался? То в зверьё угодить повезёт, то в истеричного морского царя с рыбьим хвостом, а если и в человека, так в женщину! Как вспомню эти... это... И полное отсутствие этого... Жуть. В кошмарном сне не привидится.

И, главное, никак не могу понять, что Неневеста тут делает. Для чего мы шли в королевство Малумбу? Зачем топили какой-то местный объект преклонения в самой глубокой впадине? Куда делась эта офигевшая чайка?

Пути Неневесты неисповедимы. Но до сих пор мне казалось, что меня притягивает к ней. Переселяясь из тела в тело, я неизменно оказывался рядом. Почему же я теперь, уже не меньше месяца, брожу в лесу вокруг пустой поляны то ёжиком, то ужиком, то паучком, то червячком? Почему я не нахожу её?

Совершенно непонятно.

Ах, Неневеста, Неневеста... Как я должен тебя охранять, если я тебя в упор не вижу. Может, ты сейчас - микроб? Была ведь как-то самым настоящим муравьём. Я уже ничему не удивлюсь. Только для чего всё это?

Вдруг всё закружилось, завертелось в знакомом вихре перехода, в природе явно почувствовалось напряжение, словно на мгновение сколлапсировали пространство и время. Странное состояние. Я вдруг почувствовал себя разложенным на отдельные атомы, а затем обнаружил в теле человека. Наконец-то! Или не человека? Я стоял, прижимая к себе девушку в золотистом обтягивающем трико, с затянутыми сзади в хвост фиолетовыми волосами, закрученными ракушками ушей с длинными мочками и с нежно-лиловым цветом довольно приятного лица. Ну, и кто мы такие?

Осмотрев себя, я обнаружил точно такую же одежду, и соответствующий цвет рук. Значит, мы одного роду-племени...

А может, это Неневеста?! Я выпустил девушку из объятий, и поднял к глазам её ладони. Нет, колец на ней не было. Никаких. Может, потеряла?

- У нас получилось, Дук! - воскликнула она, оглядываясь.

Так, значит, меня зовут Дук. И я тоже огляделся. Ультрасовременно оборудованная лаборатория впечатлила даже видавшего виды меня. Надо разобраться, куда это меня занесло. На Аллию вроде б непохоже. И я ослабил контроль над мужчиной, в которого попал. Посижу пока незаметно, послушаю.

Дук озадаченно потёр ладонями виски.

- Что-то у меня с головой, Эстер...

- Это нормально, такой переход не мог пройти незаметно. Меня тоже подташнивает, и это, я надеюсь, не беременность.

- Ты уверена, что мы попали туда, куда нужно?

- Туда, это и так ясно, разве ты не узнаёшь эту убогость, в которой мы провели лучшие годы своей жизни? А вот в то ли время, сразу сказать не могу. И незачем нам здесь торчать, решая такие глобальные вопросы, идём и проверим.

Эстер потащила меня вдоль по коридору. Нам встречались лаборанты, мужчины и женщины в розовых халатах, в основном такие же лиловокожие и фиолетововолосые, хотя попалась и парочка представителей других человекообразных рас, они уступали дорогу и удивлённо посматривали на нас, склоняя головы в молчаливом поклоне. Моя спутница поймала одного из лаборантов за грудки:

- Какое сегодня число, Пойли?

- Т-т-тринадцатое споконя, госпожа.

- А год? Это ведь год Солнечной Рыси?

- Д-да, госпожа Эстер...

- Вот! - девушка оттолкнула лаборанта, испуганно заскочившего в ближайшие двери. - Видишь, Дук, всё у нас получилось! Слава умнейшему из умнейших, профессору Штейну! Теперь ищем себя в прошлом. Я знаю, где искать.

- Смотри только, чтобы мы, те, которые в прошлом, не чересчур обрадовались, а то свалятся наши двойники с двойным инфарктом, - предупредительно посоветовал Дук.

- И останемся мы одни!

- Осторожней! Если мы в прошлом выйдем из игры, то и в будущем можем просто исчезнуть!

- Но ведь сейчас мы не в будущем, дорогой! Мы - в прошлом, и просто заменим нас, старых, на нас, новых!

- Кто его знает, с этими парадоксами времени. Может, и так, как ты говоришь, а может, и иначе. Поэтому лучше не рисковать... Да что ж это с головой, портал твою налево?

Естер засмеялась и потащила меня за руку дальше. Пробегая мимо зеркальной стены, я постарался рассмотреть своё отражение. Фиолетовые волосы торчат ёжиком вверх. Роста среднего, телосложения в меру упитанного, лицо умное, но доверчивое. Вполне прилично, особенно после всяких ёжиков-ужиков.

Двери, двери, двери... Наконец мы ворвались в комнату, где над пультом склонились две фигуры, мужская и женская, тоже в розовых халатах. Мы, явно, отвлекли их от важного занятия, так как оторвались они от своей работы, метая глазами молнии:

- Кто посмел... - начала женщина и заткнулась.

- Портал твою налево... - изумлённо прошептал мужчина.

Они были точными копиями Эстер и тела, в котором сейчас скромно находился я. Сказать, что они были удивлены, значит, не сказать ничего. Ошеломлены! Поражены! Округлившиеся донельзя глаза, казалось, были готовы впитать неожиданных визитёров.

- Как это понимать? Кто вы? - первой вышла из оцепенения женщина, делая шаг вперёд. - Я вызову охрану!

- Можно подумать, ты сама себя не узнала, дорогая! Неужели я так сильно изменилась за два года. Да-да-да. Ты не ослышалась. Я - это ты в недалёком будущем.

- Не может быть... - прошептала та.

- А ты, Дук, всё такой же, - подошла Эстер к мужчине, нежно поднимая пальчиком отвисшую челюсть. - Знакомься, - указала на меня. - Это Дук, то есть, ты. И не думайте, что мы явились поглазеть на ваши шокированные физиономии. Нас привело в прошлое дело огромной важности. Так что без лишнего базара приступим к его решению. И, чтобы впредь не путаться, тебя я буду называть Дук-один, а твоего двойника из будущего - Дук-два. Соответственно, я буду Эстер-два, а ты, дорогуша, Эстер-один.

Женщина в халатике сглотнула слюну и понимающе кивнула. Мужчина заморгал часто-часто и обиженно произнёс:

- Ничего не понимаю, портал его налево.

- Потом поймёшь, - хором остановили его жалобы обе Эстер.

- Неужели я такой? - с сомнением покачал головой Дук-два, всматриваясь в свою копию. - Да нет, я совсем не похож на этого кретина, портал его налево.

Обе Эстер натянуто засмеялись.

- Тогда к делу, - предложила первая. - Раз оно не терпит отлагательств. Полагаю, случилось нечто чрезвычайной важности, раз я рискнула нырнуть в прошлое. Я - женщина серьёзная.

- А я так уже не очень, - улыбнулась в ответ вторая. - Сейчас всё расскажу...

- Только давайте сначала перейдём в кафетерий, - наконец-то высказал мысль, и не просто, а дельную мысль, Дук-один. - Там хоть сядем, а то меня от пережитого стресса ноги не держат, да и подлечить нервы рюмочкой коньяка не помешает.

Дук-два радостно поддержал его:

- Не помешает, никак не помешает. А то я после этого перехода, как чумной. В голове словно в компе, который собирается зависнуть.

- Так нажми Reset - и всех делов! - по-доброму пошутила Эстер-два и похлопала его по макушке.

- Если б так просто, - пробурчал Дук-два. - А если это новый вирус? Я явно ощущаю в голове чьё-то недоброе присутствие.

Интересно, почему это недоброе? Я, Кощей, вообще, оч-чень добрый. Сижу себе тихонечко и даже не вмешиваюсь. Во-первых, просто интересно. Во-вторых, раз меня занесло незнамо куда, то где-то здесь должна быть и Неневеста Кощеева. Если пока я ни на ком серебряных колец не наблюдаю, буду ждать. Что я, в конце концов, теряю? Во всяком случае, первое нормальное тело в этом мире, не считая варвара. Надоело уже познавать мир с точек зрения жучков-червячков. Так что отдохну пока, не напоминая о себе, а дальше видно будет.

- А если вирус, тогда отойди на безопасное расстояние и не кашляй, - ответила Эстер-два, сделав утрировано испуганные глаза с фиолетовыми радужками.

Так, препираясь и подшучивая друг над другом, группа, вызывая полный шок у всех встречных, явилась в кафетерий, размещающийся на этом же этаже, но в флигеле.

- Да, кстати, каким образом вы научились переноситься в прошлое? - спросил первый Дук, заказав коньяк.

- А это изобретение нашего славного доктора Штейна, - ответил Дук из будущего, наполняя рюмки. - А кого ж ещё? Повезло нам с ним, ох и повезло! Это надо ж, чтоб такая светлая голова пропадала в безвестности, невостребованная и никому не нужная, в полной нищете, как мы обнаружили ученого в его родном мире?

- Представьте, - вставила Эстер-два, - он до сих пор не понял, что находится не на Земле! Он считает, что это секретная лаборатория в Тибете. Не замечает даже наш цвет кожи и волос. Удивительная рассеянность, граничащая с гениальностью. Такого изобретателя ещё поискать по мирам.

- Куда ему что-то замечать? Он безмерно рад, что ему дали возможность работать! - поддержал её Дук-один.

Первая Эстер поправила причёску одним взмахом руки и постаралась вернуть разговор в нужное русло:

- И всё же, что произошло?

- Произошло ужасное! - начала рассказ её двойник из будущего. - Но давайте по порядку. Вы знаете, что, открыв мир - близнец Аллии, её альтернативный вариант, только необитаемый, мы решили использовать его в своих целях. Этот научный центр мы создали в горных районах параллельного мира, взяв в обороты великий ум профессора Штейна, и смогли собирать энергетический потенциал людей и других существ Аллии, который выделяется в процессе их гибели или естественной смерти. Этой энергии вполне хватало для жизни и работы нашего центра, так?

- Так, - кивнула согласно пара из прошлого.

- А теперь представьте себе, сколько энергии можно было бы собрать в запасниках, если бы погиб целый мир?

- О, это были бы колоссальные масштабы! - воскликнула первая Эстер.

- Так вот, - торжественно провозгласила её двойник из будущего. - Именно сегодня погибла Аллия, безвозвратно и полностью, и весь энергетический потенциал перешёл на её двойник и осел в наших запасниках!

Хоровое:

- Не может быть!

- Может. Представьте себе, как мы развернулись за два года! - Эстер махнула рукой в сторону окон, указывая на горы, подёрнутые дымкой. - Энергия - это деньги, энергия - это свобода, энергия - это неисчерпаемые возможности! На месте этих гор вырос целый город. Научные исследования продвинулись так далеко вперёд, что ещё немного - и мы бы уже смогли захватывать населённые планеты! Открыть портал в любой мир нашей системы уже не представляет никакой проблемы. Арсеналы почти заполнены новым оружием, созданы сотни пушек-аннигиляторов, намного совершеннее той, первой, которой вы сейчас так гордитесь. Наши мечты начали воплощаться в жизнь. И вдруг...

- Вдруг?..

- Вдруг всё изменилось. В одно мгновение пропали все запасы энергии. Мы могли бы подумать, что кто-то выкачал их, перегнал в свои запасники. Но нет. Исчезло всё, что было построено с использованием потенциала, освободившегося при гибели Аллии, словно ничего и не было. И там, в будущем, стоит теперь только этот жалкий научный центр!

- Ну, не такой уж он и жалкий, - встал на защиту своего детища Дук-один.

- Ты не видел того, что мы создали! Это настоящая сказка! Была, - вставил своё слово Дук-два.

- Да, всё изменилось, - продолжила Эстер, - но мы-то помнили, что всё должно было быть по-другому. Единственное предположение, которое возникло, это, что кто-то проник в прошлое, вмешался в естественный ход событий, Аллия в результате не погибла и мы не получили этот подарок, этот приз, этот океан бесплатной энергии. Это было ужасно! И мы с Дуком решили всё вернуть на круги своя. Ведь нечестно так! Раз уж этот мир должен был погибнуть, то пусть гибнет! Нельзя так изменять историю!

- Потому что нам это невыгодно, - закончил за неё мысль партнёр.

- Вот-вот. У нас были такие возможности - и вдруг потерять всё разом? Мы с трудом наскребли остатки энергии для переброса в прошлое. Это был рискованный эксперимент, до сих пор все опыты проводились только с неодушевлёнными предметами и животными. Но мы доверились профессору Штейну, и он перебросил нас сюда, чтобы мы выяснили причину, и смогли всё изменить. Естественно, его мы в подробности дела не вводили, он витает в своём мире, для него главное - наука. Наше путешествие он воспринял всего лишь как очередной эксперимент. Но, главное, мы здесь. Мы убедились, что, действительно, гибели Аллии сегодня не произошло, и, используя записи "сыщиков", просмотрим все события, и поймём, кто виноват в изменении прошлого этого мира.

- Да, дело серьёзное, - задумчиво произнесла Эстер-один. - Честно говоря, трудно поверить во всё это. И если бы я услышала рассказ из чужих, а не из своих собственных уст, честное слово, не поверила б ни за что.

- Мы выяснили, - продолжила гостья из будущего, - прокручивая записи, что гибель мира произошла вследствие того, что некий мальчишка отыскал пульт управления, сохранившийся со времён Последней Великой войны, и нажал на кнопку, вызвав взрыв сногсшибательной по силе мощности, который полностью уничтожил Аллию. К счастью, он не затронул парралельный мир, в котором мы сейчас обитаем, Аллию-2. Теперь нам нужно просмотреть записи и выяснить, кто или что помешало этому событию.

- Так вперёд, - встал первым Дук-один.

- Сотрудникам не говорите, что мы из будущего, - шепнула, поднимаясь из-за столика Эстер-два. - Скажете, результат эксперимента по клонированию. Никому не нужно пока ничего знать.

Компания отправилась в лабораторию, где всю стену занимали большие экраны. Поколдовав немного над кнопками, первый Дук запустил картинку, открывающую взору огромное помещение, носящее следы запустения и смерти. У одной из стен растянулся пульт, но, судя по всему, он был мёртвым. Экраны над ним тоже не работали. Зато электрический свет освещал картину, доказывая, что не всё ещё погибло в этом царстве прошлого. Да в углу угрюмо мигала красная кнопка под колпаком. Изображение шевельнулось, и в помещение спрыгнул мальчик, грязный и оборванный. Бросил на пульт что-то маленькое и непонятное, а сам начал рыться в ящиках, вытаскивать содержимое шкафов.

- Стоп! - крикнула Эстер. - Прокрутите ещё раз. И увеличьте изображение! Этого раньше не было!

И снова на экране мальчик бросает нечто на пульт, картинка приближается, и нашему взору предстаёт маленький эльф с помятыми крыльями, это девочка, хорошенькая, только очень измученная, и на её крошечных пальчиках поблёскивают два очень хорошо знакомых мне колечка! Неневеста Кощеева! Так вот где ты! Теперь понятно, почему я оказался именно здесь. Наконец-то представилась возможность выяснить, что делает в этом мире моя Неневеста, что делаю тут я, и вообще, в чём смысл происходящего.

С этого момента я полностью превратился во внимание.

А мальчик на экране приблизился к красной кнопке и медленно стал откручивать прозрачный колпак. Эльфея что-то говорила ему, протягивая руки, но он продолжал своё дело. Наконец, колпак снят и отложен в сторону. Палец мальца коснулся мигающей кнопки. Эльфея снова заговорила.

- Ещё раз. И увеличьте звук! - скомандовала Эстер-два.

Палец мальца коснулся мигающей кнопки.

- Стой! Я дам тебе то, что захочешь! - воскликнула эльфея.

- Я уже называл тебе свои желания. Ты их не исполнила.

- Я не могу так, сразу!.. Твои желания обязательно исполнятся... потом.

- Но есть я хочу сейчас.

- Ты не имеешь права решать за весь мир!

- А почему этот мир решает за меня?

- Грош, подумай, в твоих руках жизни всех! И людей, и эльфов, и других народов, и животных, и растений... Неужели тебе не жаль их?

- А кто пожалел меня? Хоть когда-нибудь? Хоть раз? Кто пожалел меня? - повторил он.

- А мама?

- У меня нет мамы, - сказал мальчик.

- Но ты ведь был маленький, у тебя, как и у каждого малыша, была мама, и она любила и жалела тебя...

- Я не помню, - упрямо мотнул он головой. - А значит - этого не было.

- А хочешь, я найду тебе маму? Это я смогу! Правда, Грош!

Его рука дрогнула.

- Верь мне, я найду тебе маму, и она будет любить и жалеть тебя.

- Хорошо, - сдался мальчик. - Тогда пошли прямо сейчас?..

Он схватил хрупкую эльфею в кулак (у меня даже сердце сжалось от боли за неё), и выбрался из помещения. Свет автоматически погас.

- Вот! Это то, что мы искали! - закричала возбуждённо Эстер из будущего. - Откуда взялась эта эльфея?

- А давайте с помощью "сыщиков" проследим по её ауре, откуда она взялась, раз раньше её не было. Это даст нам возможность разобраться, кто стоит за всем этим, - предложил Дук-один.

Снова замелькали кадры, как при перемотке фильма назад, останавливаясь в самых интересных местах. Наша четвёрка с удивлением наблюдала, как передаёт эльфею нищему мальчишке упитанный принц через дырку в заборе, как падает малышка прямо в торт на королевский стол (разве можно не угадать здесь Неневесту, даже если бы не было на ней опознавательных колец?), как мчится кортеж из кареты, запряженной шестёркой трутней, в сопровождении вооруженного отряда (эльфийская защита не может скрыть изображение от автоматических "сыщиков"), как с трудом спасается эльфея в лесу от ежа и птиц, как долго не может выбраться из пленившего её тюльпана (а я всё не мог понять, почему даже следов Неневесты не обнаруживается). И вдруг картинка изменилась полностью, и перед нашим взором предстала морская чайка, раскинувшаяся на спине спящего слона.

- Что бы это значило? - спросила Эстер-один, и ребята начали дружно настраивать изображение. Но ничего не изменилось.

- Кажется, я понимаю, - поднял голову Дук-два. - Конец света остановил кто-то чужой, не из этого мира. А так как Аллия - закрытый мир, заповедник, то попасть в него можно было только использовав тела местных жителей.

- Ты хочешь сказать, что это существо, кем бы оно ни было, оставило своё тело в другом мире, а дух его подселялся в разных обитателей Аллии? - уточнила Эстер-два.

Кадры замелькали снова, сменяя изображение чайки на изображения осьминога, муравья, служанки короля Малумбы (блин, так это я её вытолкнул из тела?!), кондора, врезающегося в мозаичное стекло дворца, гигантской питонши, бесшумно скользящей рядом с варваром, мощной огрицы с дракончиком на плече. Последний сюжет был из дома огрицы, когда орущий младенец пытался дорваться до её груди. Не совру, если скажу, что вся четвёрка зрителей ухохатывалась, глядя на это зрелище. Никогда не скажу Неневесте, что я все её приключения видел, она мне этого просто не простит, я её знаю. Пусть это останется моим маленьким секретом. Короче, рядом с ней срабатывает такой принцип: будешь больше молчать, будешь дольше жить.

Дальше экран категорически отказывался показывать.

- Значит, с этого момента это существо оказалось на Аллии, - сделала вывод Эстер-один. - Но кто стоит за всем этим, и кому принадлежит дух, переносящийся из тела в тело, мы так и не выяснили.

- И не выясним, так как "сыщики" находятся только на Аллии, - добавил разочарованно Дук-два.

Я постарался затаиться ещё сильнее, чтобы своими мыслями не выдать Неневесту. Чем больше информации я получу, тем легче будет мне защищать её в дальнейшем.

- Тогда давайте проследим за будущими событиями, - высказала здравую мысль Эстер из будущего. - Кнопка осталась, и если её не нажал мальчишка в этот раз, то он может сделать это завтра или послезавтра. К тому же, её может обнаружить и кто-нибудь другой.

- Но этот Вредитель (давайте назовём неизвестного именно так), будет и дальше препятствовать и мешать осуществлению неизбежного, - пожала плечами первая Эстер.

- И это неизбежное, в конце концов, может перестать быть неизбежным, - закончила за неё её двойник.

- Цель Вредителя - воспрепятствовать гибели этого мира. Следовательно, нам нужно всего лишь уничтожить его, а дальше всё пойдёт само собой, - предложил Дук-один.

- Всего лишь. Только как мы сможем это сделать?

- В закрытый мир невозможно перенестись никаким способом, - констатировал факт Дук из будущего.

- Кроме того, каким попал туда сам Вредитель, - многозначительно намекнула Эстер-два.

- Оставить своё тело здесь, а самому отправиться на Аллию? Нереально!

- Реально, если у Вредителя получилось.

- Но у нас нет таких технологий!

- Пока нет. Но мы поставим цель перед нашим небезызвестным профессором Штейном, и он решит задачку, в этом нет сомнений. А мы пока будем копить энергию, собирая потенциал умерших или погибших существ Аллии, как и прежде.

- И ещё будем следить за передвижениями Вредителя с помощью "сыщиков".

- А когда в наших руках будет технология, позволяющая отправиться в закрытый мир, один из нас просто перенесётся в тело любого из обитателей Аллии и сам нажмёт кнопку. А что? Я что-то не то сказала? Чего это вы на меня уставились? - тревожно начала переводить взгляд с одного на другого первая Эстер.

- Скажи ей, - многозначительно посмотрел на подругу Дук из будущего.

- От взрыва погибнут не только тела, но и души всех живых существ Аллии. Итак, кто согласен нажать на кнопку? Как видишь, очередь желающих не выстраивается почему-то.

- Вообще-то, у нас сейчас пара Эстер, и пара Дуков, если один и погибнет, то ничего не случится, - продолжала упорствовать лиловокожая.

- Ты пойдёшь? - наклонилась к ней её двойник из будущего. - И я нет. Хоть мы и одна личность, но чувствую я себя сейчас совершенно с тобой не связанной. Представь себе, что за два года я достаточно изменилась.

- Естественно, этот вариант не подходит, - поддержал подругу Второй Дук. - Мы будем наблюдать за Вредителем, а когда кто-то сможет перенестись на Аллию, уничтожим его. А дальше всё пойдёт своим чередом. Если никто мешать не будет, рано или поздно кто-нибудь эту кнопку найдёт и чисто из любопытства нажмёт. А пока мы займёмся увеличением числа запасников, а то часть энергетического потенциала просто-напросто не вместилась и пропала. Так что будет у нас чем заняться.

Дальше последовала череда дней, сменяющихся работами в лабораториях, организационными вопросами и наблюдениями за маленькой эльфеей, что для меня было особенно "близким к сердцу".

Я узнал, что и Дук, и Эстер, и большинство работающих здесь - торритяне, народ, населяющий воинственную и давно ставшую тесной для своих обитателей Торриту, группы выходцев с которой то и дело пытались устроиться где-нибудь в других мирах. Амбициозные и не знающие сострадания, они нередко занимались террором или пиратством.

Я познакомился, точнее, Дук и так хорошо его знал, с чудаковатым профессором с Земли, родины Неневесты.

Но чаще всего я просиживал перед голубыми экранами, рассказывающими чуть ли не о каждом шаге, так называемого, Вредителя.

Я видел, как моя Неневеста попала в руки шпиона, и чуть не погибла, накрытая банкой, как её едва не сожрала хищная оса, как она потеряла крылья. Рвался к ней, пытаясь помочь. Но, видимо, с самого начала, когда я затаился в теле Дука, чтоб побольше узнать о своей девушке, ушел слишком глубоко, так, что не мог теперь вырваться из плена. Дук частенько жаловался на головные боли, когда я пытался либо покинуть его тело, либо взять над ним контроль, но ни то, ни другое, не получалось.

Я наблюдал, как почти из рук доброй женщины Неневесту похитили жабы, как попала она в руки цветочных гоблинов, как чуть не погубили её злобные жучихи, как вырвалась она из борделя троллицы, как чуть не стала женой крота, и ничего, ровным счетом ничего не мог сделать. Зато узнал о ней столько интересного, чего, путешествуя столько времени вместе, даже не подозревал. Например, в жизни не видел Неневесту в таком виде, в каком увидел на гулянке с гоблинами. И понимаю умом, что надо было ей так поступать, чтобы иметь возможность сбежать, а всё равно в голове не укладывается, что это всё - она.

Да, я только убедился в правильности решения никогда не рассказывать ей о том, что я что-то видел. И, странно, но после всего увиденного, почувствовал, что стала она для меня ещё дороже, чем раньше. Сам себя понять не могу, да и не пытаюсь. А мысль о том, что кто-то хочет её погубить, вызывала во мне такую ненависть, что ничего не понимающий Дук то и дело ходил на психокорректору, где и я, и он подвергались довольно болезненной процедуре, запихивающей меня ещё глубже в сущность торритянина, и мешающей даже думать.

Мне оставалось только наблюдать, наблюдать, наблюдать...

Один из последних кадров чуть не свел меня с ума. Это когда Неневеста оказалась в объятиях прекрасного эльфийского принца в золотой короне. Спасибо ему, конечно, спас маленькую эльфею, но зачем же так зажимать? А когда он целоваться полез, я вообще взбесился! Что за нравы?! Несколько секунд знакомы - и уже!..

Но тут пара эльфов исчезла с экрана и высветила большую бурую медведицу, с катящейся из глаза слезой. Фух, значит, это не её уже целовал чужой принц! Или, всё-таки и ей досталось? А плачет она отчего? Что покинула нежное тельце эльфеи и перенеслась в дикого лесного зверя? Что малышка, в теле которой она провела столько времени, не погибла? Или, что не успела нацеловаться с принцем? Вот и придётся на всю оставшуюся жизнь оставаться в неведении, ведь не спрошу я её, о чем она думала.

Медведица медленно обернулась и пошла, покачивая бёдрами, в лес. А там, в самой гуще, отыскала она берлогу, уже прикрытую желтым ковром осенних листьев, забралась в неё, и размеренное сопение дало знать, что она уснула. Как и положено медведице, до весны.

Торритяне повозмущались слегка, что даром столько времени вели наблюдения, никаких более шагов, чтобы вернуться к красной кнопке, Вредитель не предпринял. Может, они и ошиблись, что он намеренно помешал этому миру погибнуть, может, всё произошло случайно? Но зачем тогда Вредитель проник на Аллию? В конце концов, они решили оставить одного "сыщика" около берлоги, ждать, когда проснётся медведица. В конце концов, им даже на руку, что до весны можно не беспокоиться. Всё равно Штейн ещё только работает над теорией переброса в закрытый мир, до практического решения далековато. А может, это и не понадобится. "Сыщики" регулярно доставляли вести, показывающие, что король Вельдона Друан Третий серьёзно готовится к нападению на Дилонию с целью захвата кнопки, призванной дать ему власть над миром. Так или иначе, кто-нибудь на эту кнопку нажмёт и будет всё, как и должно было быть.

Так что время ждало, время терпело.

А я, перестав наблюдать за Неневестой, потерял всякий интерес к жизни, а уж к Дуку в особенности. Уж лучше быть мошкой около неё, чем находиться в теле её врага. Не успел я додумать такую ценную мысль, как почувствовал, что покидаю ставшее ненавистным тело навсегда.

Глава 22. Путешествие продолжается

Золотоносную осень сменила старуха-зима. Щедра она на нынче на снегопады. Бури мечутся, ревя ненасытным зверем. Ветры ломают вековые деревья. Холодно в лесу. Одиноко.

Спит беспокойным сном в берлоге молодая медведица. Несколько раз набросила уже зима на её обитель белую шубу. Согревают землю пушистые наряды, согревают бурую красавицу, мирно посапывающую и постанывающую. Дивятся ветры: что снится лесному зверю, что не дает покоя?

Всю долгую зиму ходит-бродит вокруг надежно спрятанной под снеговыми покровами берлоги то серый вечно голодный волк, то бурый одинокий лось, то роет настил длинными клыками кабан. Вытоптан круг вокруг берлоги. Только занесёт всё очередным снегопадом, как снова какой-то зверь топчется рядом. Чем привлекает лесное зверьё обычная медвежья берлога?

Странно всё...

Но не вечна зима, даже самая длинная и суровая. Неумолимое тепло подкрадывается незаметно и тёмными пятнами покрывается ещё вчера такой девственный в своей ослепительной белизне снег. Неловкие попытки зимы вернуть власть тают, как снежинки под неожиданно тёплыми лучами весеннего солнца. Ещё недавно, яркое и холодное, было оно в свите зимы, и вот уже качает свои права, выступая открыто и весело, размазывая остатки снега по мокрым холмам, дотрагиваясь до каждого зверька, пережившего зиму, ласковыми нежными руками.

Слизали весенние лучи и шубы, укрывающие берлогу на опушке, и следы зверей, совершающих вокруг круги почета. Зашевелилась во сне медведица, почувствовав пробуждение природы...

Та-а-ак. Наконец-то я выспалась. В жизни ещё так не высыпалась хорошо. Правда, сны преследовали с настойчивостью своры гончих, мчащихся по следу дикого кабана. Они казались такими реальными, гораздо реальней, чем жизнь, но теперь тают так быстро, как дым костра в вечернем небе. И я уже не могу вспомнить, ловлю ускользающие картины, а они растворяются в моих руках, оставляя ощущение своей важности, недоступное и непонятное...

Может, я не доспала? Может, добавить? Я повернулась на другой бок и попыталась вернуться в страну Морфея. Живот протестующе забурчал, и я поняла, что голодна, так голодна, словно не ела несколько месяцев.

Понимание пришло не сразу. Начав осознавать происходящее, я умостилась на спину, подложила под голову согнутые лапы, поджала колени и долго смотрела в потолок берлоги. Я - медведица. И, судя по всему, я проспала конец осени, всю зиму и начало весны, как и полагается любой порядочной представительнице этого вида. И, честно говоря, мне это понравилось.

Думаем дальше. Кощей так и не появился. Давно уже нет его на моём горизонте, и это начинает меня беспокоить.

Дальше... Конца мира не наступило. Уже хорошо. Но меня не отзывают, на остров Буаян не приглашают. Забыли? Не верю. Смотритель не дурак, должен понимать, что я ему ещё пригожусь, а наживать врага в моём лице никому не посоветую.

Значит, опасность ещё не исчезла. Всё может произойти завтра, через неделю, через месяц. Возможно, Аллия снова погибнет в недалёком будущем, поэтому Смотритель не может меня забрать. Значит, нужно добираться до Дилонии, до катакомб, скрывающих смертельную кнопку, и уничтожить её. Как? В голову пока ничего не приходит, на месте разбираться будем.

Та-а-ак, ещё одну зиму не обещают? Правда, вставать нужно? И не хочется, разленилась я что-то. А теперь вообще, наверное, буду на зиму в спячку залегать, а?

Разбросав ветки, закрывающие вход в берлогу, я вырулила на яркое весеннее солнышко. Зажмуриться даже пришлось с непривычки, яркотень какая! Постояв немного, приоткрыла слегка левый глаз, глядя из-под ресниц на почти незамеченный мною осенью пейзаж, окружающий мой уютный зимний дом. Солнце заиграло, бросило горсть зайчиков, и я снова зажмурилась. Затем так же осторожно приоткрыла правый.

Та-ак. Что это значит? Прямо передо мной свежевспаханной бороздой на ещё влажном грунте вырисовывались буквы: Неневеста. Я рядом сидел крупный красивый медведь с придушенным зайцем в зубах. Кощей? Он наклонился и молча положил зверька к моим ногам.

Только сейчас я полностью почувствовала, как голодна. Попробуйте не поесть несколько месяцев и дорисуйте картину сами. Бока мои ввалились. Шкура висела такими складками, словно чехол с рояля надели на синтезатор. Желудок предательски забурчал, а с клыков прямо на землю покатилась слюна. Я плюнула на всё и позволила медведице насладиться принесённым даром. Есть все хотят, а только что проснувшиеся медведи - особенно.

Наскоро перекусив свежатинкой и смачно облизываясь, я начала качаться по едва пробивающейся молодой травке. Хор-р-рошо!

Медведь скромно подошел и ткнул меня носом.

- Ну, здравствуй, это я.

- Рада, рада.

Медвежья речь не вмещала всех вертящихся в голове мыслей, она была проста и, даже, можно сказать, примитивна. Но мы общались, общались на одном языке, и это было так приятно...

- Извини, что втянула тебя в эту переделку...

- Ничего. Я постараюсь быть рядом, и помочь.

- Хорошо, когда ты большой и сильный!

- Да, но знай, на тебя идёт охота.

- Кто?

- Люди.

- За всем зверьём в лесу идёт охота.

- Нет, это другое. Охота за тобой.

Кощей не смог объяснить толком, кого я должна опасаться, и с какой это стати. Я здесь с благородной целью: мир спасаю. Если кого и обидела нечаянно, так цель оправдывает средства, пусть прощают. Кстати, я тоже толком не смогла объяснить Бессмертному смысл нашего нахождения здесь. Слов медвежьего языка катастрофически не хватало.

- Куда мы теперь? - спросил медведь.

- В Дилонию. Поверь на слово, оч-чень нужно, позарез, - я провела когтистой лапой на уровне горла.

Да-а, маникюры у меня, однако...

Интересно, а откуда Кощей узнал, что я в этой берлоге зимую? Ведь он, явно ждал моего пробуждения?

- Ты знал, что я сплю здесь? - ткнула я лапой в сторону своего жилья.

- Знал.

- Откуда?

- Люди. Охотники показали. Которые за тобой охотятся.

- Странно-странно. Ладно, пусть себе охотятся. А мы пойдём своим путем.

- Они следят, - смешно покачал головой мишка. - Пойдут следом.

Я невольно оглянулась. Ну, и где эти горе-охотники? Может, сменим расклад? Я тоже хочу поохотиться!

Никого не увидев, я встала и забросала ветками вход в берлогу, ещё пригодится, добротный дом.

- Ну, что? Пошли? Пусть себе охотятся. Может, они ушли уже на другую охоту.

Кощей ударил себя лапами в грудь:

- Буду следить. Иди осторожно.

Мы неспеша двинулись, куда глаза глядят. Все равно, я не знаю, где нахожусь, и в какую сторону надо идти. Вот выйдем к человеческому жилью, узнаем дорогу... Я по-медвежьи расхохоталась, представив, как дикий зверина будет расспрашивать дорогу у первого встречного. А, ладно. Не век в этом теле вековать. Всё идет как надо. По крайней мере, всё идёт, будем надеяться, как надо.

Дорогой Кощей расхрабрился и начал приставать! Он выразительно тёрся лохматым боком и сопел мне в ухо. Ты смотри, как человеком был, так такой стиписнительный был, аж на нервы действовало, а теперь комплексы побоку, весна взыграла. А нетушки! Побегай теперь, понервничай. Я на такие авантюры не пойду! Я рыкнула, ещё раз рыкнула, а потом такую заехала настырному ухажеру оплеуху, что он долго после этого шел сзади, фыркая и дуясь.

А лес хорошей дорогой не радовал. Зима, видимо, выдалась неспокойная, бурелом такой, что не пройти, не пролезть. Вернее, всё возможно, но скорость не наберёшь. Может, в другую сторону следовало пойти? Да какая, в принципе, разница? Со всех боков поломанные ветви, крупные и мелкие, преграждали путь. Селение, что ли, далеко? Почему люди за зиму не вывезли дрова на топку?

В раздумьях я поднялась на огромный поваленный ствол, пытаясь рассмотреть, что там, впереди... Непонятный свист - и Кощей бросается на меня, сбивая с ног, вместе катимся мы со ствола, больно падая на землю.

- Ты, что, взбесился?! - рычу в ярости. Шкуру сучками попортил!

А он тычет лапой в вонзившуюся в землю стрелу и подталкивает меня вперёд.

- Охотник!

Понимаю, бросаюсь грудью на ворох тонких веток передо мной. Рядом тяжело прыгает медведь, с треском ломая сухой хворост. Ещё одна стрела со свистом пролетает мимо. Но охотнику нас уже не догнать. Мы мчимся, не разбирая дороги, перескакивая, словно в беге с препятствиями, через стволы деревьев. Кто-нибудь будет засекать результат? Я ведь могу больше такой подвиг не повторить, а в Книгу Гиннеса хочется! Эх! Прыжок. Ух! Ещё прыжок. Хорошо, что я не слишком много поела, лечу, как на крыльях. Кощею тяжелее, он и сам крупнее. А всё-таки красив, как я погляжу...

Мы пробежали приличное расстояние и уткнулись в реку. Вот славно-то! На тот берег переправимся (как я помню, медведи отлично плавают), заодно и покупаемся (Ой, опять купальник забыла!)

Я с разгону нырнула в приятную прохладу реки. Ух, хорошо! А вынырнула с рыбиной в зубах. Вкуснотища!

А вот и Кощеева голова показалась на поверхности. И тоже с рыбой. Ой, а его-то добыча побольше будет! Я поднырнула под медвежью тушу и толкнула его, надеясь, что он выпустит рыбку. Не тут-то было! Мы пошли кругом, кувыркаясь и фыркая, поднимая фонтаны брызг и окатывая друг друга с ног до головы. В итоге, выбрались на берег мокрые и замёрзшие, несмотря на тёплые шубы (некупательный пока сезон), и без рыбы.

Мне хотелось понежиться на прибрежном песочке, ловя брюхом солнечные лучи, но Кощей торопил:

- Уходим. Мы и так задержались. Охотники могут догнать.

Пришлось продолжить путь. Мы шли до самого вечера, а на ночь спрятались в самом большом буреломе. Медведь всё посматривал по сторонам, выискивая врага. Но никто нас не потревожил, а утром мы продолжили свой путь. Хорошо было просто так, не спеша, путешествовать этим красивым миром. Природа здесь была более похожа на среднюю полосу России, и только изредка встречались растения неизвестных видов. Да и живности здесь было гораздо меньше, чем я видела, когда в виде огрицы появилась в этом мире. И представители других человекообразных рас не встречаются. А может, просто все прятались при виде двух грозных медведей? Я снова незаметно стала рассматривать своего спутника. Где был он, пока я спала в берлоге? Может, напрасно затянула я его в этот мир? Но теперь мы рядом, мы вместе и никто не сможет нас больше разлучить!

Скатившись с очередного бугра, я вдруг обнаружила, что права истина: хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих намерениях.

Думаю, Бога я рассмешила, оставив Кощея с дикой медведицей в лесу. А я? Вот она я. Стою во дворе с топором в руках и идиотской улыбкой. И кто я теперь? Добротный, но старый тулуп, короткий ёршик волос, грубые мужские руки с мозолями и трещинками. Неестественно смотрятся на толстых волосатых пальцах тонкие серебряные колечки. Урбонус издевательски улыбается, а Снежный Барс задумчиво осматривает окрестности. Деревянный домик с крошечными окошками, покосившимся крыльцом и сизым дымком, сливающимся с низкими облаками. Сарайчик с поленницей, почти полной нарубанных дров. Чисто символическая ограда вокруг двора. Куча дров передо мной.

Покопаться в чужих воспоминаниях... Я - лесник, Нитар, сорок пять лет. У меня жена Юта и двое ребятишек, Мина и Спех. Я рубаю дрова про запас, весна будет затяжная, топить ещё долго придётся...

Я больше не рубаю дрова. Топор со свистом врезался в пень. Я - Неневеста, и я иду в ближайшее селение или город, к людям.

Я захожу в дом, резко распахивая двери, тёплый воздух паром вырывается на улицу. Жена, невысокая миловидная блондинка, удивлённо поднимает голову:

- А я как раз звать тебя собиралась. Похлёбка поспела... Что-то случилось?

Я вдруг ощущаю странную нежность к этой чужой женщине. Хочется сбросить тулуп, прислониться спиной к печке, почувствовать, как на колени забираются ребятишки, и смотреть, как суетится Юта, накрывая на стол.

Я тряхнула головой, сбросив наваждение. Нет, нужно сматываться, пока меня не поглотили чувства Нитара.

- Я ухожу, - бросила коротко, ровно.

Юта так и села, прижав руки к груди и не находя, что сказать. На лавке у печи захныкали дети.

Я отрезала половину круглой, ещё тёплой, буханки хлеба, на крючке у двери нашла корзинку.

- Поешь хоть... - прошептала женщина.

Горшок на печи источал такие ароматы!.. Негодник! А на столе конкурировала с ним тушка большой птицы. Наверное, глухарь. Всю жизнь мечтала попробовать глухаря. "Представляю, какой он вкусный. Я добыл его вчера на охоте. А моя жена приготовила его с такой любовью, что пальчики оближешь..." Тьфу ты! Приступ нежности едва не захлестнул меня с головой. Так я забуду, кто я, да и останусь, чего доброго, лесничествовать...

Я решительно, обжигая пальцы, отломала половину тушки. Где же взять какой-нибудь пластиковый кулёчек? Пришлось завернуть птицу в обнаруженную на столе тряпку и присоединить к хлебу.

- Где деньги, Юта? - не ведаешь ты, несчастная, что причастна сейчас к делу спасения мира, да и не узнаешь никогда.

- Да ты ведь сам знаешь, Нитар...

- Достань деньги, Юта.

- Папка, не уходи! - бросилась ко мне девчушка лет пяти, схватила за штанину, подняла вверх личико с мокрыми глазами.

- Пап, не надо, - Спех серьёзно смотрит, сжав кулачки, он чуть старше сестрички и чувствует себя настоящим мужчиной, поэтому старается не плакать.

Юта достает кошель, протягивает мне дрожащими руками.

- Да вернусь я, вернусь! - кричу, вытряхивая из кошеля монеты, одна, вторая... Десять.

- Так папка в город, наверное, собрался! - вскрикивает, ожив, Юта. - Сегодня ж базарный день! А мы сразу и не поняли. Что ж ты вчера не сказал? Я б раньше поесть сварила.

- Пап, возьми меня на базар! - подскакивает Спех. Дети враз меняются в лице, слёзы высыхают, словно их и не было.

- И меня возьми! Ну, папочка!.. - теребит меня за штанину малышка.

Я отсчитываю половину монет, остальные пять возвращаю Юте:

- Возьми, пригодятся.

- Нитар, ты муки купи, а то кончается... Соли надо... Что ж ещё! Сразу не соображу. Да, детям сластей каких-нибудь не забудь.

Уй! Достанется бедняге Нитару, когда он вернётся домой с пустыми руками. Да ещё неизвестно, когда вернётся.

Рывком стягиваю шапку с вешалки, отцепляю от себя малышей и выскакиваю из дому.

- Папка, купи пряников! - несётся вслед звонкий детский голосок.

- И свистульку!..

Жена выскакивает за мной раздетая, кутаясь только в большой платок. Ждёт поцелуя на прощание. Делаю вид, что не замечаю.

- Ты там осторожно, Нитар! На базаре всякое бывает.

- Хорошо, Юта. И ты тоже... Детей береги.

- Возвращайся поскорее...

- Я вернусь, - бросаю прощальное и спешу покинуть двор, где меня любят и будут ждать. Странное чувство.

- Юта! - оборачиваюсь, не дойдя до ворот. - В какой стороне город?

Вопрос, конечно... Но что делать? Женщина смотрит на меня тревожно расширенными глазами:

- Там, - указывает прямо.

Опять через бурелом придётся переться? Не, мне это нравится. Здесь что, дороги отсутствуют вообще? Или в частности?

- А к дороге ближе всего стежкой, которая влево сворачивает, - догоняет меня дополнение Юты.

А сразу сказать нельзя было? Вот люди непонятливые.

Интересно, где ж Кощей? Неужели до сих пор медведем гуляет?

Со столбика на воротах срывается белая грязная курица с подмороженным гребешком, самоотверженно бросается мне на грудь и падает, расшибшись, под ноги.

Поднимаю бедолагу, смотрю в её жалобные ошарашенные глаза, и догадка пронзает мозги.

- Ты - Кощей?

Курица облегченно кивает и роняет голову. Я усаживаю её в корзину, продуктам придётся подвинуться.

Краем глаза наблюдаю за Ютой. Она смотрит удивлённо, но ничего не говорит. Воспитанная жена, хорошая.

Прикрываю впавшую в прострацию курицу уголком тряпочки, в которую замотана жареная птица. Надеюсь, её это не слишком шокирует? Или слишком? Ну вот, можно и в путь.

Дорожка мягко петляла между деревьями, ловко огибая бурелом. Чистый прохладный воздух освежал лёгкие, вызывая неясное чувство щекотки где-то глубоко внутри, желание подпрыгнуть повыше или разуться и пробежаться по очередной поляне, глотнуть берёзового сока, восторженно касаясь первых клейких почек. Короче, ощущалась весна, со всеми своими подковырками и замашками.

Я пыталась втолковать курице, какую такую важнецкую миссию выполняем мы на Аллии. Не знаю, доходили ли высшие философии до маленького птичьего мозга, но положительных реакций не заметно. Нехорошие какие-то симптомы - пригляделась я - глаза мутные и сошлись на клюве, крылья повисли, гребешок побелел. Чего это ей так поплохело? Укачалась что-ли?

Я вопросительно потеребила ей бородку.

- Ко-о-о... - в двух звуках читалась вся гамма чувств несчастного существа, кончая отчаянным "Лучше добейте!"

Я и не знала, что Кощей так плохо переносит качку. Или это курица плохо её переносит? Я прижала корзину к груди, постаравшись максимально скрасить вынужденное путешествие.

Вдруг птица подняла голову и стала напряжённо вглядываться в окружающий пейзаж. Что-то её встревожило. Да и сама я почувствовала неясную опасность, словно сгустились тучи над лесом. Невольно я подняла глаза вверх и вздрогнула. Это не тучи!!! Нечто огромное скользило по кронам деревьев, легко, словно лавирующая между водорослями медуза. Оно казалось сгустившимся мороком, его мягкие щупальца обнимали верхушки леса, от него исходили волны, током пронзающие не физическое тело, а саму душу, которая вдруг затрепетала, словно подстреленная птица, и захотелось бежать, бежать, бежать незнамо куда, только подальше от этого мрака.

Нет, я бежать не буду. Я...

Порождение тьмы дёрнулось и выбросило в мою сторону пару черных щупальцев. И я побежала. Перескакивая через сломанные стволы, проваливаясь в колдобинах, цепляясь за... за всё, что попадало под ноги. А курице каково?

Чудовище рванулось вслед за мной, теперь оно не казалось мягким и аморфным, его тело приобрело стремительность, его конечности стали упругими и цепкими. Лес трещал от его прикосновений, ломаясь от тяжести, стеная и плача, воздух холодел и замирал, островки солнечного света мелькали в хитросплетении постоянно движущихся щупальцев. Тьма накрыла меня, придавила со всех сторон, готовясь сжать в своих смертельных объятиях...

Глава 23. Грыковский базар

Тьма окружала меня, чёрные щупальца тянулись со всех сторон, словно я была самым желанным для них объектом, их единственной любовью, только я, почему-то, не разделяла этого желания встретиться.

И тут я увидела Перуново дерево. Может быть, в этом мире называется всё по-другому, наверняка, по-другому, но у нас именно так обозначают деревья, в которые попала молния. Дуб это был когда-то или что-то другое, но остался только полуразрушенный ствол, обхватить который могли бы не меньше, чем шестеро взрослых мужчин, и внутри он был... полый! Я поняла это, впечатавшись лицом в шершавую обожженную кору. У меня не оставалось другого выбора, как подскочить, перевалиться через край, не обращая внимания на ломающиеся и впивающиеся в бока щепки, и нырнуть в непонятную глубину.

А дерево-то оказалось входом в подземелье! Я поняла это, поднимаясь после падения, и потирая ушибленные бока. Поглядела вверх... и тут же отскочила в сторону. Охотящееся за мной порождение мрака не захотело отпускать просто так свою жертву, и молниеносным движением змеи щупальце ворвалось в дыру, скрываемую обожженным деревом.

Я побежала, пригибаясь, так как потолки низко нависали над влажным полом, а черная извивающаяся конечность заскользила за мной, словно ощущая запах добычи. Быстрее! Ещё быстрее!!! Свет померк, и я пробиралась вперёд наощупь, ощущая за спиной приближающееся щупальце. И вдруг движение за мной прекратилось, я поняла это, перестав ощущать давление на мозг, вызывающее состояние, близкое к панике.

К счастью, чудовище не смогло пролезть в лаз полностью, оно протискивалось всё медленней и медленней, пока не застряло окончательно. Я ощутила его страх, его отчаяние, услышала, как бьётся оно о стены, словно в агонии. Надеюсь, оно окончит здесь свои дни!

Но что делать мне? Единственный выход закрыт надёжно телом летучего монстра. Хотя, почему я думаю, что это единственный? Передо мной ветвятся и множатся подземные коридоры, какие-то из них вполне могут вывести на поверхность земли. Во всяком случае, я очень на это надеюсь. Только как узнать правильное направление? Что-то я в лабиринтах не сильна... А если я не найду выхода? И буду вечно бродить здесь, в этих потёмках, под многотонной тяжестью земли... Только почему "вечно"? Я ж не привидение какое-то. Еды у меня на один несчастный раз, а потом... Сколько там люди без пищи выдерживают? Месяц? Месяц я ползу на дрожащих руках, ногтями разгребаю землю в поисках забравшегося на такую глубину случайного червяка... Нет. У меня ведь воды вообще нет. А сколько там без воды живут? Неделю? Всего одну неделю? Целую неделю, облизывая потрескавшиеся губы... В полной темноте?! Не-е-ет!!!

Корзинка выпала из моих слабеющих рук, когда я представила эту картину, курица вылетела. Я услышала, как она кокочет, отряхиваясь.

- Кощеик, где ты? Ау! Я тебя не вижу! И я не хочу потерять тебя здесь!

Курица кудахтала где-то впереди, и мне ничего не оставалось делать, как идти за ней, подзывая её, и постоянно разговаривая. Через корзинку я перецепилась, и чуть не заорала носом в землю, зато нашла её, а у меня там еды на целый раз! Счастье-то какое! Я шла, держась за стенку, на голос впереди, гадая, это ещё Бессмертный или уже простая курица? Если Бессмертный, хорошо. Значит, я не одна, рядом близкий мне человек, пусть даже в таком, э-э-э, позорном виде. Только, если это Кощей, почему он не остановится, не подождёт меня?

А если он уже покинул это неудобное тельце, и это уже простая курица? Тоже хорошо. Тогда у меня будет ещё один обед. Если я научусь есть сырое мясо. Только, если это просто курица, почему тогда она кокочет и кокочет, словно зовёт меня за собою?

Ба! За своими размышлениями я и не заметила, что впереди забрезжил свет. Ура! Курица свом шестым птичьим чувством таки вывела меня к поверхности! Я выбралась из-под нависающего над рекой склона, с восхищением рассматривая прекрасный открывшийся передо мной вид. Ничто не напоминало о тёмной туче, зависшей над лесом. Солнечные лучи веселым веером разлетались среди просыпающихся деревьев. Набухшие почки давали лёгкую, едва заметную тень. Кустики зелени, пробивающиеся то там, то тут, радовали глаз свежестью и яркостью красок. Прозрачные, едва голубоватые, воды речушки медленно проплывали между невысоких берегов. Идиллия, и всё тут. Да, обманчивы бывают красоты. Так и кажется теперь, что в любой момент растянется над лесом сгустившаяся тьма...

Курица тоже осматривала окрестности, вместо того, чтоб полакомиться молодой травкой, и я склонилась к мнению, что, всё-таки, это Кощей.

- Ну, как ты? В порядке? - спросила я.

Курица вздохнула и поджала одну, затем вторую лапу.

- Устал?

Кивок в ответ.

- Так давай понесу, - я снова засунула Бессмертного в корзинку. Ой, а поесть? После пережитых приключений всегда возникает зверский аппетит, интересно, это тоже закон такой?

Я вытащила курицу и уселась прямо на пригорке, чтоб видно было окрестности. Еда кончилась на удивление быстро, только хлеба немного осталось. Я покрошила часть птице, а остальное припрятала, пригодится ещё... Кощея потчевать. Да-а, как крупному мужчине, мне пищи теперь требуется намного больше, чем раньше.

Потом мы продолжили путь. Насколько я помню, до встречи с чудищем, шла в сторону восходящего солнца. Сейчас оно немного сдвинулось, но восток определить можно. Это там. Следовательно, придётся перебираться через речку. Если бы я продолжала идти стежкой, наверняка, упёрлась бы где-нибудь в мостик, но теперь не представляю, куда направиться дальше. Хоть бы камень какой стоял, типа: "Налево пойдёшь - пьян будешь, направо пойдёшь - бит будешь, прямо пойдёшь - женат будешь, так что поворачивай давай на 180 градусов и чеши домой!" Нет, не было объявлений, указателей, и даже справочного бюро с платной справкой.

Я подошла к берегу и задумалась, почёсывая подбородок. Мамочки! Что это такое! Щетина растёт! Ужас, ужас, ужас! Не хочу быть мужчиной!!!

Хоть бы мне побыстрее из этого тела выбраться. Хоть рыбкой, хоть птичкой, всё лучше было бы. Непослушное оно какое-то, тяжелое, делает то, что оно хочет, не слишком меня спрашивая. А ещё эта ужасная щетина!

Но на моё "не хочу", природа не отреагировала. Живность вся разбежалась, словно не желала предоставлять мне свои тела в виде квартиры для переселения. Что делать? Нужно идти дальше.

Я так и не придумала, в какой стороне должен быть мост, память Нитара забастовала и не давала подсказок. А сама я выбрать направление, как Буриданов осёл, который умер от жажды и голода, потому что не мог сделать выбор из двух одинаковых копен сена и бочонков воды, не могла. Поэтому решила идти вброд, благо речушка в этом месте оказалась мелкой. Илистое дно с редкими камушками щекотало ноги, а холодная вода вызывала судороги икр, но я дошла, и, к моему величайшему удивлению, на меня никто не попытался напасть, меня никуда не снесло, и я не рухнула в предательски проваливающиеся пески. Даже не верится, что такое бывает!

КАЩЕЙ. Когда нас достали стрелы в лесу, я ещё мог подумать, что это случайность. Забрёл в чащу ненароком охотник, обнаглел настолько, чтоб напасть на пару взрослых медведей. Ладно, поверим. Или сделаем вид, что поверим. Но когда на Неневесту обрушилось это бродящее по вершинам деревьев непонятное чудовище с щупальцами, мои сомнения переросли в уверенность. Очень нехорошую уверенность. Это - торритяне. Они не оставили в покое мою Неневесту! Охота начата, и моя цель - защитить от опасностей девушку, за которую я ощущаю ответственность, да и, заодно, помочь ей спасти Аллию. Только как?! По чьей странной причуде я оказываюсь в телах таких существ, что становлюсь совершенно бессильным и беспомощным? Кто виноват? Как помочь тебе, Неневеста?

С ориентированием у меня оказалось очень даже ничего, минут через пятнадцать я таки вышла на дорогу, по которой тянулась цепочка крестьян, кто с товаром, будущие продавцы, а кто с пустыми сумками, потенциальные покупатели. Что я "из лесу вышел", никого особо не волновало, поэтому, пристроившись за мелким мужичком с осликом на поводу, я попыталась завести беседу, чтоб выяснить, куда меня занесло, и слишком ли я далеко от Дилонии. Правда, открыто спрашивать "А где я нахожусь?" было бы странным, а мой спутник оказался довольно хитрым и недоверчивым типом.

- Не подскажете ли вы, любезный, эта ли дорога ведет к базару, расположенному в... э-э-э. Запамятовал название, как же этот город?..

- Ой, как заумно... - отозвался мужичок. - Грыковский базар. Как можно забыть? Грыковский тракт, по которому мы идём. Только разве ж в таком виде на люди ходят?

Я глянула на себя. Действительно, после бега по лесам, ползания по подземельям, одежда Нитара, и без того неброская, выглядела просто отвратительно. Плюс ещё мокрые халоши после перехода через реку.

- Так... вот... разбойники напали... - попыталась оправдаться я.

- Дык чё ж непонятного? Разбойники напали, в грязи выкатали, курицу подарили.

- Я...

- Пошто врёшь стреляному воробью, а? - укоризненно посмотрел на меня мужичек. - Пьяный заснул под забором, а с утра у жены курицу из загородки свистнул и рванул на базар, чтоб на опохмел выторговать.

Вот такой, значит, у меня нынче имидж. Ничего не поделаешь, придётся подыграть, чтоб не вызывать подозрения.

- Догадливый ты. Тоже продавать осла собрался?

- Угу. Хороший осёл, да деньги нужны. Пока война не докатилась, сматываться надо из Дилонии.

- Война?

- Что, совсем самогон память отшиб? Палёный, видать, пьёшь. Столицу осадили войска вельдонские, к горам рвутся. Бают люди, в горах спрятан какой-то важнецкий артехвакт. И наши его ищут, найти не могут. А враги знают, где искать, потому и рвутся, - поспешил поделиться новостью крестьянин.

- Ну да?

- А то. Кто найдет, миром владеть будет. Только нам всё равно, кто, только б война сюда не докатилась. Пока у нас спокойно, а там кто знает.

- А далеко отсюда до места осады?

- До Амварии, что ли? Далеко. Так сам ты откуда?

- М-м-м... С головой что-то. Названия не вспоминаются.

- Что-то ты мне подозрительный. Уж не шпион ли вельдонский? - прищурился мужик.

- И что б тут вельдонский шпион делал? У вас здесь, что, есть важные стратегические объекты? Или ему чрезвычайно важно узнать цену на прошлогоднюю пшеницу?

- Вообще-то так, - согласился хозяин ослика. - Только всё мне сдаётся, что ты врёшь.

Тут наш разговор перебила надрывно застонавшая курица. Я склонилась над корзинкой и увидела закатившиеся глаза и приоткрытый клюв. Чего это с ней?

В это время впереди раздался шум, отвлекший меня от насущных куриных проблем. Мужичок, который шел передо мной, не мог удержать взбесившегося ослика. Тот рвался с повода, лягался, и оглушительное "Иа!" катилось по тракту.

Я перевела глаза на корзину. Надувшаяся было курица вдруг обмякла и громко закудахтала.

- Кощей? - вытащила я птицу.

В корзине осталось белое крупное яйцо. Прибыль. А это уже не Кощей, это точно. Интересно, где теперь его искать?

И тут до меня дошло! Осёл! Ни с того, ни с сего мирно бредущая скотина вдруг начала бастовать, загородив всю дорогу. Уже пробка образовалась, как на улицах Москвы утром. Все кричат, ругаются. Бедняга мужичек покраснел весь, пытаясь удержать своё хозяйство. Лупит его... Лупит моего Кощея? Я подскочила и выхватила хлыст из его рук.

- Ты ш-ш-што?! - зашипел злобно тот.

- Не бей животное! Взбесилось оно!

- А ты ш-ш-што лезешь?

- Помочь хочу! Ветеринар я, тьфу ты, лекарь для зверей. В общем, слово заговорное знаю.

- Ну, пробуй, - кивнул мужик, - раз ты умный такой...

Я подошла к ослику, положила на его голову руку, зашептала на ухо, тот сразу же затих, прижался ко мне, щекоча длинными ушами.

- Вот спасибочки! - широко раскрыл руки его хозяин, пытаясь меня обнять.

- Болен твой осёл, - отстранилась я. - Жаль мне тебя, давай куплю его.

- Я десять монет собирался выручить за этого красавца, - затянул свою песню торговец. - Дашь десять монет - бери!

А у меня-то всего пять! И Кощея нужно выкупать любыми путями.

- Да тебе за него и одной монеты никто не даст. Разве что на бойню сдашь (Осёл при этих словах аж подпрыгнул). Да ещё и тебя платить заставят за всё, что он умудрится переломать по дороге. Две монеты дам, не больше.

- Меньше, чем за девять, не уступлю, - упёрся хозяин, ничем не отличаясь характером от осла.

- Ну и ладно, играйся тогда сам с ним, хотел помочь человеку, а он только о наживе думает, - и я отошла от длинноухого.

Кощей громко клацнул зубами на приблизившегося мужика и развернулся задом, чтоб лягнуть.

- Ах, ты, выродок дракона! - вскричал, потирая ушибленную ногу, хозяин осла. - Ехиднино отродье! Химерин ублюдок!

А я и не знала, сколь богатая родословная у этого скромного ослика!

Много интересного в словарь мата добавила и скопившаяся сзади очередь.

- Бери это исчадие тьмы за восемь монет, и не говорите мне, что был он в моей жизни! - "подобрел" мужичок.

- Да нужен он мне? Что я с ним делать буду? Веди его теперь сам на базар, попробуй, что получится, - я равнодушно пожала плечами.

Народ начинал кипеть, и я чувствовала, что хозяина осла сейчас побьют. Тем более, что к нам уже начали пробираться отдельные личности с убойными данными.

Ослик закружился на месте и завыл дурным голосом, даже не знала, что ослы так умеют.

- Семь! Семь монет! И забери это чудовище!

- Три, он и этого не стоит.

- Да что ж я, даром его кормил, поил? Убирал за ним, холил и лелеял? Шесть! Это уже почти даром!

- Помни мою доброту. Четыре дам за совершенно бесполезное животное.

- Да за четыре я его лучше в лес отпущу!

- Да пожалуйста!

Громилы приближались, в руках у некоторых появились дубинки. Хозяин осла понял, что дело пахнет керосином, и нужно побыстрее передать животное новому хозяину, пусть нового и бьют.

- Всё! За пять! Последнее слово!

- Ладно. - Можно было бы ещё поторговаться, но время не терпит. - Беру.

И я протянула мужику всё своё состояние. Жа-алко! Нет, для Кощея мне ничего не жалко. Не должно быть.

Я положила на голову ослика руку, он сразу же успокоился и пошёл рядом со мной, что-то негромко рассказывая на своём, ослином.

Пробка понемногу рассосалась, и вскоре вдали показался городок. Примечательно, что базар был не в центре, как обычно, а вынесен за крепостную стену. И был он очень большой для такого маленького городка, как Грык. Позже я узнала, что за лесами начинается соседняя страна, поэтому грыковский базар стал как бы перевалочным пунктом, местом обмена достопримечательностями, откуда товары расходились по другим странам. Поэтому было здесь шумно и весело, а если и не всем весело, то прикольно всем.

Глаза разбегались от пестроты и разнообразия одежды, посуды, оружия, предметов обихода и предметов роскоши. Торговцы и торговки громко кричали, расхваливая товар и подзывая покупателей. У меня даже уши заложило с непривычки. А в глазах замелькало и зарябило. Нас с осликом толкали, обзывали, сбивали с ног и выдавливали внутренности.

Попав в продуктовые ряды, я вдруг поняла, что уже хочется... Совесть моя услужливо напомнила, что я совсем недавно слопала половину глухаря и не подавилась даже. Да я и не говорю, что прям сейчас хочется. Но скоро захочется есть. А у меня и денег больше нету.

Парнишка лет четырнадцати носил между рядами огромную птицу, напоминающую наших попугаев, необычайно пёструю и красивую. За одну мелкую монетку он предлагал её погладить, а за монетку чуть побольше, покормить самостоятельно купленными продуктами. Только фотоаппарата не хватало, чтоб фотографировать желающих увековечить себя с экзотикой.

Я засмотрелась на красивую пташку, и не услышала, как сзади подкралась

опасность.

- Вот эта грязная образина? - спросил недоверчиво незнакомый мужской голос.

- Он это, он! - с готовностью подтвердил другой, подозрительно знакомый.

Да, пора этот имидж менять, а то щетина уже так ощетинилась, что обзывают все предпоследними словами, последние, думаю, ещё найдутся. Я медленно обернулась, чтоб посмотреть, кто это заинтересовался моей скромной особой.

Два стражника в латах дружно подходили ко мне с обеих сторон:

- Это ты - Нитар, заклинатель взбесившихся зверей?

Я даже ответить ничего не успела, как из-за спины большего воина выглянул мой недавний спутник, у которого я откупила длинноухого.

- Он! Точно вам говорю! Осла моего, взбесившегося, вмиг успокоил, смотрите, рядом с ним стоит, как миленький, а у меня прыгал, как верблюд, которому мазнули перцем под хвостом!

Вид у мужичка был страшно довольный, мол, "мавр сделал своё дело". Аж подпрыгивает от нетерпения. Видно, не может до сих пор переварить, что пришлось продать скотину по дешевке.

- Успокойся, получил свою монету за опознание, и вали отседова, пока сам цел, - грозно глянул на него старший.

Мужичок сразу же скорчил серьёзную мину, покивал головой, и скрылся в толпе. А стражник снова обернулся ко мне:

- Ты не ответил.

- Ну, я. А что?

- Наш бургомистр приглашает вас на встречу в свои владения.

Интересно, интересно. Чего это надобно власть имущим от моей дважды скромной персоны? Может, раскидать этих молодцов в разные стороны, а самому сбежать? Я, вроде бы, мужчина в полном расцвете сил, на здоровье не жалуюсь. А потом по всей Дилонии будут развешаны рекламные листки о сбежавшем преступнике с ослом. А мне ещё до столицы добираться... Или сходить, узнать, в чем там дело? Может, ничего плохого это мне не сулит? А может, покормят, раз приглашают?

Заранее обрадовавшись, пошагала я в сопровождении охраны к выходу из базара, таща за собой осла. Голова привычно вертелась со стороны в сторону, рассматривая выложенные на прилавках товары. Шопинга, шопинга требуется... Нервы подлечить. Ой, какая штучка прикольная! А это что за?.. Погодите, там ведь!.. Дайте хоть посмотре-еть!

Моя охрана не останавливалась и вежливо подталкивала меня ножнами, когда я пыталась рассмотреть поближе приглянувшуюся безделушку. Так пёстрый и шумный базар остался позади, а меня подвели к экипажу, запряженному черной скромной лошадкой. Ишь, какие удобства, что значит - ехать в гости к бургомистру! Об удобствах я забыла, как только мы тронулись в путь. О рессорах здесь и понятия не имели, экипаж подпрыгивал и трясся, подбрасывая меня на каждой выемке и на каждом ухабе. Ой! Копчик теперь лечить придётся! Даже Кощею завидую, бежит себе, горя не зная, привязанный к экипажу, свежим воздухом дышит, красотами любуется.

Дождаться не могла, когда до места доберёмся. Города не увидела, не до того было, вздохнула только, выбравшись из этой камеры пыток на колёсах, перед домом бургомистра, двухэтажным зданием строгой постройки, без всяких светских выкрутасов и даже без традиционных двустворчатых ворот. Только низкий бордюр отделял двор от дороги, и ограждал лежащую между дорогой и входом, выложенную плиткой розового и коричневого цвета, площадь. Сейчас посмотрим, как там внутри...

Но пускать грязного лесника в жилище первого лица в городке не собирались. Бургомистр сам вышел мне навстречу в сопровождении нескольких домочадцев и слуг. Это был кругленький мужчина маленького роста, но с длинными рыжими усами, залихватски закрученными под Мюнхаузена. Вид у него был строгий, лохматые брови сдвинуты к переносице, торжественности добавляла алая перевязь поверх камзола, на которой блистали четыре ордена, ярко выделяющиеся на выпяченной груди.

Стражники склонились в поклоне перед появившимся начальством, толкнув и меня так, что я едва не растянулась прямо перед его светлыми очами.

- Ваша светлость, господин бургомистр, разрешите обратиться! - начал старший воин.

Начальник согласно кивнул.

- Это и есть тот человек, о котором докладывали.

- Как зовут тебя? - обратился ко мне бургомистр.

- Нитар, ваша светлость, - буду играть пока роль послушного гражданина.

- И ты можешь укрощать диких зверей и лечить бешенство?

- Да нет, конечно!

- Может, он осла взбесившегося исцелил одним прикосновением, все видели, - вмешался один из стражников.

- Вот ты-то мне и нужен, - бургомистр доверительно склонился ко мне, пытаясь положить руку на плечо, но не достал, и остановился на талии. - Есть у меня зоопарк. Мой, личный. Довольно приличный. Сам увидишь. Недавно привезли мне молодую самку гарраки, чрезвычайно редкое животное. Только пропадает она, ведёт себя, словно взбесилась. Неделю уже в рот ничего не берёт, всё ломает, рвёт на части, к клетке никого не подпускает.

- А вы не думали, что она на свободу хочет? Взрослый дикий зверь к клетке может и не привыкнуть никогда, сдохнет.

- Пусть лучше сдохнет! - яростно взмахнул кулаком бургомистр. - Я за неё такие деньги выложил... О свободе здесь речь не идёт. Но ты можешь помочь ей, ведь знаешь слово заветное? Успокой гарраки, заставь её есть, пока с голоду ноги не протянула. Я щедро заплачу.

- Не знаю я слова заветного!

- А не знаешь, я тоже заплачу! - откинулся от меня бургомистр, сверкая гневно глазами (да ему самому впору бешенство заговаривать!). - Заплачу ударами кнута, десятью, нет, пятидесятью! Подходит плата?

Какой ты добрый, дяденька!

Глава 24. Визит к бургомистру

Какой ты добрый, дяденька!

Ладно, надо пойти, посмотреть, что за животное. Жаль его всё же.

- Я попробую, - спокойно говорю, словно никто мне и не угрожал. - Но обещать ничего не буду. А что эта, как её, гарраки, ест?

- Да чего я только ей не предлагал!

- Я имею в виду, чем она питается в природных условиях?

- Егерь, доставивший самку, говорил, что она всеядна. Ей давали и сырое мясо, и приготовленные на кухне блюда, и фрукты, и овощи, она от всего отказывается. Мне даже под заказ привезли из жарких стран, где всегда лето, всякие диковинки. Не хочет!

Бургомистр вместе со всей своей "свитой" отвёл меня на черный двор, где и размещался его зоопарк. Зверьё здесь всё было экзотическое. Не было обычных, привычных видов, ни медведя, ни волка. Я с любопытством проходила мимо вольеров с огромными животными, похожими на лисиц с шестью ногами на стройных копытцах и с боковыми рожками, начинающимися у висков и плавно сходящими на нет к хребту. Мимо маленьких дымчатых многоножек, лениво свесивших с ветвей дерева свои щупальца (это что, детки той твари, которая доставала меня в лесу?) Мимо змеи с коронообразным наростом на голове и двумя руками, которыми она нежно обнимала лежащую в вольере корягу. Всего зоопарка мне, естественно, посмотреть не дали. Что по пути увидала, то и моё. Но и этого вполне хватило, чтоб составить общее представление. Картину украсили раздающиеся отовсюду звуки, издаваемые представителями редких видов зверей и птиц, перекрываемые чьим-то непрекращающимся отчаянным визгом. Вскоре я смогла лицезреть обладательницу редкого контральто. В просторном вольере бесновалось непонятное существо, заросшее сбившейся бурой шерстью. Приблизившись, я смогла рассмотреть его получше. Более всего оно напоминало человекообразную обезьяну, а то и йети или алмасту, как называют у нас в некоторых областях снежного человека. Самка была худющая и измученная, а огромные круглые глаза полны обреченного отчаяния. Вокруг столпилась целая толпа зевак: обслуживающий персонал, слуги, праздно шатающиеся гости бургомистра. Гарраки яростно бросалась на сетку, вызывая ответный визг людей. При приближении нашей процессии толпа расступилась, пропуская нас к вольеру.

- Вишь, что творит? - с грустью спросил бургомистр. - Жаль животное. Покормите её! - крикнул он слуге.

Тот насадил на кончик копья кусок сырого мяса и протянул между прутьями. Молниеносное движение, треск - и обломок уже летит обратно. Толпа еле успела распрыгаться в разные стороны, чтоб не попасть под раздачу, наконечник копья только свистнул и пролетел через дорожку в вольер напротив, впившись в гиппопотамообразного зверя с пятью глазами на длинных ножках, как его потом представили, хелебоуна, хорошо ещё, что попал в филейную часть! Вою было!.. Хоть святых выноси. Благо, что зверь был неповоротливый, а то разнёс бы всю эту кунсткамеру к чертовой бабушке. А так ему быстренько сделали анестезию огромной кувалдой и вытянули обломок копья, залив рану спиртом. Весело...

- Попробуй фрукты, - обратился бургомистр к слуге, когда операция по спасению хелебоуна закончилась.

Несчастный, дрожа, подхватил пикой розовый плод размером со среднеазиатскую дыню и протянул гарраки. Самка вырвала из его рук палку, с хрустом разломав на мелкие куски. Фрукт полетел назад, угодив прямо на голову бургомистру. Словно половинка скорлупы яйца, повис на лысине кусок плода, а остальное плавно растекалось по лицу, висело на усах и капало за шиворот. Обломки пики полетели в благодарных зрителей, устроив перед вольером маленький бедлам.

- Всё. Сил моих больше нет! - вскричал бургомистр. - Или говори своё заветное слово, или я её в упор... сейчас... на месте!..

Слуги подхватили разнервничавшегося хозяина под локти, сняли с него экзотический фрукт и полотенечком вытерли усы.

Бедная гарраки!

- Ладно. Оставьте все эти вкусности, приведите моего осла и не мешайте, что бы я ни делал!

- Слушайтесь его! - рявкнул бургомистр, отходя подальше.

Слуга поставил передо мной большую корзину с экзотическими фруктами. Здесь были и бананы, и манго, и апельсины, и хурма, и много такого, чего я раньше не видела никогда. Аж глаза разбегаются!

Я села бочком к вольеру, не обращая внимания на самку, прыгающую с одной стороны на другую, достала самый симпатичный банан, медленно очистила его от кожуры и смачно откусила кусок. М-м-м... Вкуснотища!

Бургомистр открыл было рот, чтоб высказаться по поводу моих неадекватных действий, но я так глянула на него, что он отказался от своих намерений, решив, видно, что успеет сыскать с меня и за испорченные дорогущие продукты, и за моральный ущерб. А я продолжила пир. Один за другим доставала я самые лакомые кусочки и отправляла их в свой желудок, чавкая и плямкая, облизывая сладкий сок, текущий по рукам и по губам. И приговаривая:

- Ух, какой же ты вкусненький!.. М-м-м... А ты кто такой? Щас я до тебя доберусь! Самый сладкий, наверное, да? Сейчас попробуем... М-да-а... Объедятинка...

Краем глаза я заметила, что гарраки, в конце концов, обратила на меня внимание. Сначала она трясла сетку, поглядывая в мою сторону, затем подошла поближе и притиснулась головой к прутьям, заинтересованно уставившись на спокойно поглощающего предназначенную ей пищу мужчину. Кажется, её начинала давить жаба.

Ещё интересней стало, когда привели моего ослика.

- Кощеик! - обняла я животное. - Я за тобой уже соскучилась! А ты небось голодный совсем. Давай, я тебе покормлю.

Короткое "Иа!", и я уже запихаю ему в рот спелую, чуть терпковатую, хурму, зелёные палочки с запахом лимона, похожий на абрикос плод, размером с дыню, с продолговатой съедобной косточкой, словно слепленной из мармелада...

- Ешь, мой хороший, ешь. Вкуснятина какая!.. Вот это попробуй. А это я сама съем! - я смачно раскусила брызнувший соком лиловый шарик. - О-о-о! Никогда не пробовала ничего подобного!

У гарраки из уголка рта покатилась струйка слюны. Деликатесы продолжали плавно исчезать в наших желудках.

- А это что за прелесть? - я выудила из корзины золотистый продолговатый фрукт. Ослик потянулся губой к новинке, он явно вошёл во вкус. - Нет! Стой, Кощей! Это моё!

Я успела только укусить невероятно вкусный плод, как длинный язык осла узаконил оставшуюся часть.

- Отдай! Кощей! Негодник! - вырывать остатки из зубастой пасти было поздно.

Я тяжело вздохнула. Гарраки жалобно застонала. Кощей выразительно икнул.

- Обожрался? Я так и знала! Будешь теперь, как пьяный ёжик в тумане. А я себе всё равно такую штучку найду, - и я залезла чуть ли не по пояс в корзину, заметно опустевшую после нашего нашествия. - Вот! Нашла!

Я вынырнула с чувством собственного достоинства, высоко задрав над головой плод преткновения, чтоб не достал подпрыгивающий осёл. Хорошо, что я мужчина, и такой высокий!

- Не достанешь! Не достанешь! - закричала я Кощею, ведя себя не как серьёзный лесник выше среднего возраста, а как сбежавшая с уроков девчонка.

Со стороны вольера раздались повизгивания, я обернулась и увидела жаждущие глаза и протянутую волосатую ладонь. Ага! Можно объявлять голодовку, когда тебе еду суют со всех сторон, и не так просто выдержать, когда перед тобой нагло обедают твоими харчами, смачно причмокивают, да ещё и дерутся за самые лакомые кусочки.

- Ты тоже хочешь? - переспросила я зверюгу, делая удивлённые глаза.

Гарраки с готовностью кивнула и смачно облизнулась в подтверждение.

- Ладно, возьми кусочек, - я отломила ей половину золотистого фрукта, и положила в протянутую ладонь.

Самка запихнула сочную мякоть в рот, и даже глаза зажмурила от удовольствия. Я спокойно доедала оставшуюся часть, а гарраки уже снова просительно вытянула лохматую лапу.

- Ещё хочешь? Хорошо, возьми тогда это, - я протянула ей самый настоящий банан.

Минуту спустя я уже едва успевала наделять экзотическими плодами то своего ослика, то гарраки, успевая бросить самые привлекательные кусочки себе в рот.

Толпа вокруг тихо ахала, боясь спугнуть начавшую есть самку.

- Чудо...Чудо... - слышалось разных сторон.

- Молодец, Нитар! - донеслось со стороны бургомистра. - Укротил гарраки! Без всяких заветных слов укротил!

- Так положена мне награда? - довольно решила уточнить я.

- Обязательно. Только теперь придётся тебе оставаться при моём зоопарке, раз эта красавица ест только из твоих рук.

- Че-го???

- Не боись. Многие хотели бы работать у меня. Жить будешь в служебном флигеле, если есть семья, можешь тоже перевезти сюда, еда у меня сытная, жалование приличное.

- Но у меня другие дела!

Бургомистр нахмурился:

- О твоих делах речь не идёт, если ты нужен здесь!

Ну, вот. Почему каждый считает, что может распоряжаться мной, если я... Если я... Если я сама не могу сейчас собой распоряжаться? Я, конечно, понимаю, дорогой, что вам нужен ещё один слуга для кормёжки животных, но, увы...

Я оглядела любопытствующую толпу и поманила пальцем одну молоденькую служанку, довольно приятную внешне, и робко держащуюся в тени остальных:

- Иди сюда.

Девушка оглянулась, надеясь, что это не к ней обращаются, затем вышла, подталкиваемая окружающими, и нервно жамкая фартух.

- Держи, - я протянула служанке солнечный шарик апельсина. Маленькое солнышко упало в протянутые ладони. - А теперь дай гарраки.

Девушка задрожала, глядя на недавно бесновавшееся животное, и замотала отрицательно головой.

- Не бойся её, она хорошая, - подтолкнула я служанку. - Только не надо никаких пик, корми её из рук. Тебе бы понравилось, если б тебя заперли в клетку, да ещё и еду подавали на копье? Ощути её боль. Почувствуй к ней нежность.

Девушка вытянула руку с фруктом и медленно двинулась вперёд, не сводя глаз с гарраки. Самка осторожно сняла апельсин с её ладони и принялась чистить, выбрасывая за сетку кожуру. Служанка расхрабрилась и даже почесала гарраки за ушком. Той это дело понравилось, и она начала вертеть головой, подставляя то одно, то другое ухо.

- Вот у вас и есть теперь, кому заниматься гарраки, господин бургомистр. А мне, извините, пора в дорогу.

- Ступай, - согласно кивнул хозяин зоопарка. - Ты сделал своё дело. Дайте ему двадцать монет и отвезите туда, откуда привезли.

- А зоопарк посмотреть можно? - доверчиво заморгала я.

- Три монеты - и смотри в своё удовольствие! - отрезал бургомистр и отвернулся. Вот если б я была сейчас симпатичной девчонкой, он бы не посмел мне отказать в такой мелочи, а рослому заросшему мужику из ближайшего леса - от ворот поворот. А вот и не буду я платить! Больно надо. Не люблю жлобов.

На этом мой визит к бургомистру был окончен, больше я его не интересовал. Даже к столу не пригласили, - обиделась я. Или он и так считает, что мы с Кощеем много дорогих продуктов уколбасили? Вообще-то, много. Я сейчас даже ничего больше съесть и не смогла б. Так что хорошо, что не пригласили, а то как обидно было б сидеть за забитым вкусностями столом и ничего не подюжить.

Меня в той же тарантайке отвезли назад, к базару. Меня этот вариант вполне устраивал, базарный день ещё не кончился, деньжат у меня прибавилось, а скупиться перед дальнейшей дорогой не мешает. А потом придётся (О, ужас!) посетить брадобрея! Хоть мне такая экзекуция и в страшном сне не привиделась. Но от этой колючей щетины я уже вся покололась! Как же мне надоело находиться в этом мужском теле! Кажется, не выдержу больше ни минуты, из шкуры вылезу и сбегу! Как есть сбегу!

Но пришлось прятать свои нехотелки куда подальше, потому что никаких изменений пока не предвиделось. Мешочек с двадцатью серебряными монетами приятно оттягивал карман, и я решила забить все неприятные ощущения, связанные с нахождением в мужском теле, активным шопингом.

Привычно таща вертящего головой Кощея за собой, я устремилась к рядам, которые заинтересовали меня в самом начале. Так как кушать ещё не хочется, можно поглазеть на местные сувениры, которых, как часто бывает, нигде больше не увидишь. Проталкиваясь сквозь толпу, я вдруг заметила бедно одетую девчонку лет четырнадцати, с черными спутанными волосами до плеч, сосредоточенно сведёнными к переносице короткими бровями, живыми янтарными глазами, бросающими из-под этих самых бровей быстрые внимательные взгляды во все стороны, курносым конопатым носиком и небольшим ртом с крепко сжатыми губами. Она привлекла моё внимание своим сосредоточенно-ответственным видом. Не успела я подумать, что на здешнем рынке можно встретить весьма занимательные личности, как девчушка словно случайно запустила руку в карман плаща явно богатого прощелыги, пьяными глазами рассматривающего что-то на ближайшем прилавке. Опаньки! Но я вмешиваться не буду, пусть всё идёт своим чередом, тем более, что меня это никаким боком не касается.

Я демонстративно отвернулась, но вдруг снова увидела тонкую смуглую руку, вытаскивающую из яркого вишнёвого плаща несколько монет, зажатых в кулаке. Мою руку! Мамочки! Да я снова перенеслась!

Глава 25. Криминальный талант

Это моя рука вытягивала из чужого кармана монеты! Это я - та девчонка, за которой только что наблюдала из тела сурьёзного лесника Нитара!

Кулачок разжался, и монеты со стуком вернулись на своё законное место. А я поспешила затеряться в толпе. Попутно попыталась поковыряться в воспоминаниях девочки. Но она сразу же закрылась, почувствовав чужое присутствие, словно моллюск в своей раковине. Ну и ладно. Оно мне надо, знать, как тебя зовут, и откуда ты? Всё равно теперь придётся тебе идти моей дорогой. Гораздо важнее сейчас выяснить, где мой Кощей. Я гляделась и увидела Нитара, недоумённо оглядывающегося по сторонам. Да, бедняге трудно понять, как он попал со своего двора да на шумный базар. Вот так и рождаются легенды.

Хозяйку маленького девичьего тела я подавила, но её инстинкты оказались настолько сильными, что я то и делала, что одёргивала свои руки, всё время норовящие что-нибудь стащить с прилавка или нырнуть в так призывно открытый карман. Почему-то тянулись они преимущественно к мужчинам. Хотя, это понятно. Женщины деньги где хранят? Правильно, там, между двумя своими полусферами, куда полезть может только молодой симпатичный Дон Жуан "с добрыми намерениями", а мне туда никак нельзя. Вот и приходится довольствоваться... Я снова левой отдёрнула правую руку, решившую погреться в соседском кармане. Стоп. Обхватила левую правой, а правую - левой. Воровать я не буду. А вот использовать вдруг появившийся криминальный талант, чтоб вернуть своё, честно заработанное, очень даже стоит. У Нитара в кармане мешочек с двумя десятками серебряных монет. Это моя плата, полученная от бургомистра, кровные, так сказать, потом и кровью заработанные... Добровольно он их какой-то девчонке не вернёт, значит, придётся изъять.

Это оказалось очень даже легко. А какое чисто физическое удовлетворение получило моё тело, ощутив тяжесть денег в руке! Правда, пораскинув своими мозгами, я добросовестно отсчитала пять монет и опустила в карман Нитара. Взял он из дома пять серебряников? Взял. Возвращаю под расчет. Корзинка с курицей тоже цела. Хлеб с глухарем пошли в его организм, так что я ничего не должна. Всё честно. А вот ослика придётся изъять. Не твоё, дяденька! Я с удовлетворением посмотрела на его недоумённую заросшую физиономию. Какое же счастье, что всё это "добро" уже не моё! Ура!

Теперь следует подумать, как освободить Кощея. Нитар его даже не замечает, он до сих пор стоит на одном месте и пытается сообразить, что же такое происходит в окружающем мире. Может, у него после моего присутствия амнезия приключилась? А дома жена ждёт, терзается сомнениями, озадачивается странным поведением дражайшего супруга. В лучшем случае решит, что завелась у него в городе любовница. В худшем, что плачет по нём психушка (интересно, если ли здесь такие заведения?)

Ладно, пора действовать. Пока мне его ступор как раз на руку.

С куражом в груди я ловко свистнула с ближайшего прилавка красивый кинжал с чуть выгнутым лезвием и украшенной филигранью рукоятью.

Склонилась к задумчиво застывшему рядом с Нитаром ослу (а что, амнезия - это заразно?), и шепнула на ухо:

- Кощеик, сейчас я тебя спасу! Ничего не бойся, ни о чём не беспокойся!

Незаметным движением перерезала повод, бессознательно сжимаемый лесником, и повела ослика, словно всю жизнь с ним ходила, под самым носом Нитара. Да сколько ж он так стоять будет?

- Дяденька, - обернулась я к нему, - шли бы вы домой, жена муки ждёт, пироги печь будет. Бусики ей купи (для компенсации). Да малым сладенького не забудь!

Лесник недоумённо уставился на меня, но я, не ожидая ответа, уже скрылась с осликом на поводке в шумной, ни на кого внимания не обращающей, толпе.

- Ну что, Кощей, надеюсь, ты не голоден? Сколько вкусностей я тебе сегодня скормила. И совершенно бесплатно!

Ослик фыркнул.

- И чего ты недоволен? Нет, я, конечно, понимаю, а чем быть довольным, когда у тебя четыре копыта, хвост с метёлкой и такое неблагообразное выражение морды лица?

Фырканье в ответ.

- Да и что можешь ты сказать мне, кроме неблагозвучного и совершенно непереводимого на человеческий "иа!", ведь правда?

Я потянула серого за ухо.

- Ты, Кощей, главное, не переживай. Не везёт тебе последнее время с телами. Значит, невезучий ты. Правда, я тоже не раз была нечеловекоговорящая. Я не виновата, что тебя в осла угораздило вселиться, и что этот представитель данного вида не выучил общий язык. А на нечеловекоговорящих воду возят.

Осёл издал громкое "Иа!"

- Вот-вот, воду возят. А я на тебе вообще ничего даже не вожу. Хотя могла бы и сама сверху сесть, как на обычного осла. Цени мою доброту!

- Иа!

- Ох, и надоело мне твоё иакание! Лучше уж молчи. Не привлекай ко мне лишнего внимания. Раз не можешь ничем помочь и ничего посоветовать, иди себе молча. Потом поговорим. Когда перейдёшь в какое-нибудь более подходящее тело. Я вот нашла себе довольно приличное. Лучше б, конечно, немного постарше, но сойдёт и подростковое. Вспомню, как сама малолеткой была. Прикольно так. Энергия внутри бурлит, как вулкан. Так, а куда мы, собственно, идём?

Я остановилась и призадумалась.

Куда бы мне теперь податься? Визит к брадобрею, к моему огромнейшему счастью, отменяется. У меня теперь нежная девичья кожа, правда, немного обветренная, но зато никакой растительности. Маленькие ловкие руки.

И эти маленькие ловкие руки уже нырнули, не спрашивая моего мнения, во внутренний карман белого, расшитого золотыми нитками, плаща...

Вот не мешала бы я девчонке, ничего бы и не случилось. А так внутренняя борьба "брать - не брать" затормозила процесс выуживания приятно холодящего ладони шелкового кошелька, и мужская крепкая рука, словно стальным обручем, обхватила моё запястье.

- Куда полезла, дрянь?!

Глава 26. Купец Бессмертный

Стальными тисками сжали мои запястья две сильные мужские руки. Тонкие пальчики с блестящими серебряными колечками невольно разжались, выпустив шелковый кошель.

- Больно, мамочки!

Сейчас я буду кусаться, лягаться, орать "Пожар!" и вырвусь на свободу! Не могу я так бездарно попасться!

Увы! Одной рукой мужчина перехватил меня поперёк живота, прижав к телу обе руки, а другой зажал рот, да так и понёс с базара. Куда там кричать или кусаться? Я дёргалась, как червячок перед посадкой на крючок, но видела только расквашенную землю, башмаки, сапоги, плащи, накидки, колёса, корзины, мешки... Даже разглядеть не успела того, кто меня так быстро обездвижил и обезопасил. Только белый, расшитый золотом, плащ, немного измазанный (какой идиот в такой одежде гуляет по многолюдному базару?), да бежевые сапожки на небольшом каблучке, со слегка загнутыми кверху носами и отворотами с фигурным краем. Да ещё светлая ухоженная рука, противно зажимающая мне рот, а по пути ещё и нос почти полностью. Да я ж так задохнусь скоро! И я завертелась и засовалась с удвоенным рвением.

- Если будешь молчать, я тебя отпущу, - раздался шепот над ухом.

Уже неплохое предложение. Кажется, сразу меня убивать не собираются. Разве что, когда выведут с базара.

- Так что, будешь молчать?

Я кивнула.

Рука отпустила мой рот, и в следующее мгновение я взлетела на спину размеренно човгающему рядом ослику. Тот не ожидал такой радости (давно его ничем не нагружали, разбаловали совсем), подпрыгнул, едва не скинув меня под ноги толпе, и оглушительно заревел.

- Я не буду на Кощее ехать! - запротестовала я, пытаясь скатиться со своего лепшего друга в звериной шкуре.

- Сиди, дурочка! - удержала меня сильная рука, и я, наконец-то, смогла рассмотреть похитителя.

Это был приятный молодой мужчина, светло-русый, безусый, с мелкими чертами лица и лукавинкой в серых глазах. На нём был бежевый кафтан с золочеными пуговицами, в тон сапожкам, и белая невысокая шапка с отворотами, в тон плащу. Щегольски одет, я скажу. И довольно обаятелен. Интересно, он собирается отвезти меня в местную тюрьму за попытку ограбления? В голове замелькали обрывки текстов из уголовного кодекса. А ограбления никакого и не было, так, мелкое воровство, да и то неудавшееся. Сколько ж в Диллонии за такое дают?

Или, может, он меня с совершенно другими целями похитил. Может, у него бзик насчет малолеток? Я имею в виду, любит заниматься их растлением и развращением? Только он весь такой... чистый, белый и пушистый, а я такая вся... слегка измазанная походной жизнью. Не думаю, что он будет искать девочек для своей спальни на улице. Особенно тех, которые только что пытались его ограбить.

Какие ещё варианты? Может, я ему нужна в личных целях? Наказать шумного соседа, почистив его квартирку? Стащить у счастливого обладателя какую-нибудь дорогую вещичку, только что приобретённую на аукционе, на которую у умыкнувшего меня типа средств не хватило? Вернуть похищенные документы? Да мало ли...

Может, сбежать? И оставить Кощея в чужих руках! Нет, на такое я не способна. Я склонилась к серому уху и зашептала:

- Кощеюшка, всё будет хорошо! Ты потерпи немного, притворись ослом, а потом мы вместе сбежим.

Видимо, мой конвоир обладал отличным слухом, потому что громко рассмеялся:

- Ты так и будешь с ослами общаться?

Я надулась:

- Это мой осёл! Как хочу, так с ним и общаюсь.

- А я-то думал, что тебе было бы приятнее поговорить с настоящим Кощеем.

Че-го? А мой длинноухий, что, уже не настоящий? И откуда этот тип знает?.. Я настороженно подняла голову, разглядывая конвоира.

- Неневеста, это я, Кощей Бессмертный! - шепнул тип в белом плаще, склоняясь к моему уху и сжимая украшенную Урбонусом и Снежным Барсом руку.

- Ну да?..

- Что, поверить в то, что я, наконец-то, молодой красивый мужчина, труднее, чем в то, что я снова должен оказаться в теле какого-нибудь членистоногого или парнокопытного? Или тебе больше нравятся лохматые зверушки?

- Кощей! Мы снова в человеческом обличье, и можем теперь говорить друг с другом! - расплылась я в улыбке. - А я всё перед этим ослом распинаюсь, - я в сердцах ударила ни в чем не повинное животное ногами под брюхо, и длинноухий, решив, раз пришпорили, значит, начинаются бега, рванул вперёд с такой скоростью, что разбросал народ в разные стороны, а Кощея протянул метров двадцать между прилавками, ломая и круша всё на своём пути.

БУМ! Я на крутом повороте врезалась в столб, поддерживающий деревянный навес, слетела со своего оказавшегося неверховым, животного, и покатилась под прилавок. И очень даже кстати. За взбесившимся ослом уже мчалась разгневанная толпа, и если б они его поймали с седоком, то седоку досталось бы не меньше, чем ослу. Крайне невезучая скотина попалась.

К счастью, никто не заметил, что запутавшийся в ткани, накрывающей стойки, нарушитель спокойствия потерял всадника, всё помчались дальше, одни крича от ярости и подсчитывая в уме убытки, другие - улюлюкая и радуясь бесплатному зрелищу. А я лениво перевернулась на спину, подсчитывая количество синяков и шишек, полученных благодаря... благодаря самой себе. А кому же ещё?

Сильные руки вытащили меня из-под прилавка. Белый плащ стал защитной маскировочной расцветки, красивой шапочки вообще не было, светлые волосы растрепались и смешались с грязью, а грозно сдвинутые брови не обещали ничего хорошего в ближайшее столетие.

- Ко-ощей! Я не хотела-а!

- Ты всегда "не хотела"! А результаты твоего "нехотения" - у меня на лице!

- Но-о...

- И заметь, так постоянно! Неневеста, ты не находишь, что ты - какое-то ходячее происшествие?

- А ты мне гораздо больше нравился, когда был нечеловекоговорящим!

- И был вынужден терпеть все твои выкрутасы и даже не иметь права голоса!

- Да я!..

- Потом, - оборвал меня на полуслове Кощей, давай-ка сматываться, пока догоняющие не вернулись искать хозяйку осла. А то такой иск предъявят, что даже мне, купцу, с ними не рассчитаться.

- Так ты, Кощей, купец?

- Купец из Ртона, где-то недалеко есть такой городок, там моя резиденция. То есть, поместье, где проживает Урритон. Успешный, неженатый и очень даже симпатичный. Был. Пока ты меня в грязи не вываляла.

- Это не я... Это осёл...

Мы пошли в сторону, противоположную той, куда побежало невезучее животное. Кощей крепко держал меня за руку, чтоб не сбежала или ещё чего не учудила. Почему он не понимает, что я ненарочно?

- Вот на кого я теперь похож? Ладно, ты, уличная девчонка, с тебя и спрос такой, но что я должен делать в таком позорном виде? - после длительного времяпрепровождения в обличье бессловесных тварей, рот у него не закрывался, что было нетипично для серьёзного молчаливого Бессмертного.

- Если ты такой успешный купец, то у тебя должно быть достаточно средств для устранения такой маленькой неприятности.

- Я, разумеется, купец, но где мои товары, где мои люди, где я остановился в этом городе, без малейшего понятия. Думал, похожу базаром, может, кто меня признает. Но теперь меня признать ближайшим родственником могут только черти болотные. Да, придётся тратить деньги на новую одежду, а они лишними бы не были. Путешествовать нам, насколько я понимаю, и путешествовать. Да, кстати, я бы предпочел побыстрее с базара убраться. Здесь слишком много людей, лошадей, разной живности. Я не хотел бы снова перенестись в какое-нибудь непотребное тело и очнуться чьей-нибудь лошадью, индюшкой для вечернего жаркого, или голубем, роющемся в грязной луже. Да и тебя потерять не хочу.

- Как мило... - только и вставила я, запыхавшись от быстрого бега.

Нашу странную парочку сопровождали удивлённые взгляды прохожих. Да, видик ещё тот, согласна.

- О, стыдоба какая! - прикрыл ладонью глаза Кощей. - На нас все смотрят!

Интересно, когда это он стал таким чувствительным. Ну и пусть смотрят. Я вытерла рукой под носом, но, наверное, размазала грязь ещё больше, потому что Бессмертный, глядя на меня, расхохотался.

- Это что, новый вид боевой косметики?

- Что, так страшно? На себя посмотри...

- Спасибо, дорогая.

- Ой, смотри, вода!

Мы умылись около питьевого фонтанчика в центре базара, разогнав своим видом всех желающих попить, затем двинулись дальше. Не скажу, что наш вид стал намного лучше. Судя по красноречивым взглядам Бессмертного, он был такого же мнения.

Остановился Кощей в платяных рядах. Придирчиво стал щупать сукно и рассматривать вышивку на кафтанах, несмотря на кривящихся продавцов, которые не знали, чего хорошего ждать от такого чумазого покупателя.

- Эй, Кощей, ты что-нибудь поскромнее покупай, чтоб не сильно выделяться, - посоветовала я.

- Ага, - буркнул в ответ Бессмертный, ковыряясь в груде плащей.

И что бы вы думали? Кафтан выбрал яркого изумрудного цвета с жемчужной окантовкой, плащ - салатный с ёлочками из стекляруса по низу, сапоги (а сапоги, кстати, можно было просто вымыть, и не тратиться на новые) - кожаные, со шнуровкой, да ещё и шапку под цвет плаща, с пером в одном месте. Я имею ввиду, сзади, за отворотом. И вывалил за всё это добро три золотых! Та-ак! Видно, этот Урритон, тело которого приватизировал Бессмертный, ещё тот щеголь. А с привычками тела бороться, практически, невозможно. Это я знаю по собственному опыту. Потому как моя правая рука, только что небрежно теребящая шитую золотой нитью перевязь, уже потянула её в карман.

Но Кощей бдел, он мягко вытащил мою руку назад и тряхнул над прилавком, полурыком-полушепотом сообщив с милой улыбкой, обнажившей мелкие непорченые зубы:

- А это мы купим следующий раз-з-з!

Да ладно. Стоило делать такую мину. И я отошла от прилавка. Всё равно не в накладе осталась: левая рука радостно ощупывала три золотые монеты, которые заплатил торговцу этот расточитель. Это ведь не воровство? Деньги купца Урритона, на данный момент, значит, Кощеевы. Я просто своё вернула. Точнее, Кощеево - себе. А разве это не одно и то же? Да и не стоило это тряпьё столько денег. А если и стоило, то не стоило покупать всё такое дорогое, поскромнее быть следует. Ах, Кощей, Кощей!

Успокоив себя философскими убеждениями, я почувствовала некое умиротворение и обратила, наконец, внимание на приодевшегося спутника.

Ба! Он как девица крутится, вертится, пытается себя рассмотреть в маленькое медное зеркало, любезно предоставленное торговцем. Заметив мой удивлённый взгляд, Бессмертный несколько смутился, одёрнул зачем-то одеяние и сказал:

- Ну что, я готов. Уходим?

- А я? - у меня дыхание перехватило от возмущения. Он, что, кроме себя теперь никого больше не замечает?!

- А что ты? - удивился Кащей.

- А меня приодеть не надо?! Ты как считаешь?!

- А ты думаешь, что в новом платье долго будешь чистой, зная твою удачу? Давай экономить.

Вначале я собиралась высказать всё, что думаю о нем, его родителях, предках в десятом колене и их взаимоотношениях, что заняло бы несколько десятков страниц печатного текста и приятно развлекло бы нас до вечера, но потом нашла более веский довод:

- А тебе, такому сногсшибательному, не стыдно будет рядом со мной, такой... - я приподняла полы измазанного платья.

Бессмертный задумчиво потеребил подбородок, разглядывая мой внешний вид:

- Да, пожалуй. Ты права. Я куплю тебе что-нибудь скромненькое, но со вкусом. Подожди меня здесь, - и вернулся к прилавкам.

- Что? Даже без примерки?

Ладно, посмотрим, посмотрим, каков вкус у этого щеголя.

Я вызывающе сложила руки на груди, намереваясь ждать, как "приказано". Но не выдержала и побежала за ним. Увы, Бессмертный уже скупился. Я застала только обмен одного серебряника (!) на коричневый свёрток. Та-а-ак...

Кощей обернулся и с самой разлюбезной улыбкой протянул мне покупку. Я развернула и ахнула: самое простое!.. самое скучное!.. самое некрасивое платье, которое можно было отыскать на этом чертовом базаре! Да чего ж я чертей обижаю? На их рынке я бывала, и осталась более чем довольна. Да и сами они очень даже приятные ребята. И подарков мне надарили суперских, жаль только, что не смогла я их в свой мир перетащить. А это вот что такое?

Я подняла глаза на Бессмертного. Он стоял, постукивая новым сапожком, и явно ожидал, что я сейчас от благодарности в ножки ему брошусь. Да ты, парень, жмот!

Я демонстративно, двумя пальцами, подняла платье и бросила на прилавок, процедив удивлённому торговцу:

- Заберите эту мерзость!.. Деньги возвращать не надо!.. (Всё равно серебряник уже перекочевал в мой карман, так что можно было сделать широкий жест).

Бессмертный глаза округлил, словно увидел стиральную машинку, выпекающую пирожки с капустой:

- Ты ш-ш-што?!..

- А ты ш-ш-што?! - в тон ему ответила я. - Издеваешься, да?

- Так я ж чтоб скромно было и незаметно! Нечего тебе выделяться в этой толпе!

- И кем же ты, блистательный купец, собираешься выставить меня в таком одеянии перед своими знакомыми? Служанкой, которую таскаешь за собой, не спуская глаз? Или постельной девчонкой-малолеткой?

- Насчет постельной малолетки - неплохо было бы! - хихикнул Кощей.

- Извращенец!

- Ну, прости, прости, Неневеста! Сам не пойму, что на меня находит.

- То-то же.

- А ты какую легенду предлагаешь?

- Легенду? А, вот, например: я - сбежавшая из дому твоя юная кузина. Ты меня нашел совершенно случайно, и теперь под конвоем доставляешь родителям. Тогда будет всё ясно и понятно. И не будут возникать у окружающих нездоровые предположения, учитывая мой пол и возраст.

- И тогда тебе нужно?..

- Что-нибудь светленькое, игривое. По талии - в обтяжечку, юбочка -воздушная, на ручку - браслетик, на шейку - кулончик скромненький, можно рубин в обрамлении турмалинов, на ножки - сапожечки красные на каблучке...

- Всё? - хмуро спросил Бессмертный.

- И накидочку с капюшончиком, а то холодно становится. Зуб на зуб уже не попадает, - с готовностью добавила я. - И чтобы на накидочке были вышитые золотом дракончики.

- Вышивка золотом не будет гармонировать с твоими кольцами, - каким-то странно обреченным голосом протянул купец.

Я посмотрела оценивающе на свою руку, где удобно расположились Урбонус и Снежный Барс. Красавцы! Нет, кольца снимать я не буду.

- Тогда вышивка - серебром.

- В дорогу - в самый раз, - покачал головой мой спутник.

- Да ничего, сойдёт.

- Угу, - Кощей повернулся к торговцу и скомандовал: - А ну-ка подайте нам примерить вон тот костюмчик.

Толстяк плюхнул передо мной указанную вещь.

- Но это совсем не то, что я хотела!

Это был серый костюм, состоящий из короткого плаща с черной вышивкой по низу, кафтана с густым рядом пуговиц, и зауженных бриджей. Костюм для мальчика!

- Я не хочу! Мне надоело быть мужчиной! Я - женщина!

Торговец с интересом разглядывал четырнадцатилетнюю митингующую "женщину".

- Чем ты недовольна? Всё почти так, как ты просила, - пожал недоумённо плечами Кощей. - Только теперь ты - мой сбежавший из дому юный кузен, которого я нашел совершенно случайно и доставляю родителям.

- Но-о-о...

- Поверь, так будет гораздо безопаснее. К тому же, мы сможем сэкономить на отеле, не нужно будет заказывать две отдельные комнаты, и я смогу постоянно за тобой приглядывать.

А это становится уже интересным. Мы будем спать в одной комнате? Неужели Кощей дозрел до того, чтоб перевести наши отношения на новый уровень? Ведь должен он уже понять, что я - единственная его женщина, а он - единственный, с данного момента, мужчина в моей жизни?

Торговец подобрал мне черные сапожки, не особо красивые, но практичные и такую же шапочку. А волосы у девочки, к которой я подселилась, и так до плеч. Их даже прятать не надо. Некоторые мужчины здесь, как я заметила, и длиннее носят. А вот привести их в порядок мне бы не мешало, - начала я пятернёй расчесывать спутанные пряди.

Увидев мои мучения, торговец протянул большой деревянный гребень, сопроводив его приятно ласкающим слух словом "Бонус!".

Кощей взял гребень из моих рук, и минут пять пришлось мне стоять и терпеть экзекуцию, сопровождающуюся моими короткими, но ёмкими возгласами:

- Ё!.. Садист!.. Чтоб тебя гарраки!.. А-уй! Я ж живая! Фашист!

Кощей на мои замечания не реагировал.

- Ну, что? Похожа я на мальчика? - уныло спросила я, потирая саднящую после экзекуции голову.

- Если ещё вымоешь получше свой нос, то, возможно, и сойдёшь...

- Ах, ты!.. - запустить в наглеца было нечем. - Это веснушки!

- А... Ну да, весна ж, - кивнул Бессмертный. - Теперь уходим.

Он отдал торговцу за мой новый прикид три серебряника, которые тут же перекочевали в мой карман. (Деньги из семьи уходить не должны!) И мы отправились к выходу с базара. Всё равно уже вечерело, покупатели постепенно рассасывались, продавцы начали складывать товары, да ещё и дождик заморосил для полного счастья. Вот уж везёт, так везёт.

За оградой базара рассаживались по экипажам счастливые покупатели, грузились телеги, все спешили вернуться в город, пока мелкий дождик не превратился в ливень.

Мы немного потолкались в толпе. Ни своих людей, ни своих товаров, точнее, людей и товаров Урритона, Кощей найти не смог. Его тоже никто не опознал. Свободных экипажей не наблюдалось. Нам бы сейчас в какой-нибудь отель, или, на худой случай, постоялый двор, чтоб не намокнуть полностью и согреться. А до города ехать не меньше двадцати минут. Сколько же мы будем идти пешком, а?

- А чего бы ты сейчас хотела, Неневеста? - задал риторический вопрос Кощей.

- Я?.. Вообще-то мне было бы интересно посмотреть зверинец бургомистра. Сводишь меня? - выдала я.

- Тьфу ты, сумасшедшая, - сплюнул в сердцах Бессмертный. - Не поведу ни за что. Делать нам больше нечего.

- А знаешь, мне жаль зверей, которые томятся в этих вольерах...

- И ты просто мечтаешь их выпустить! Я так сразу и понял.

- Разве это не благородное желание? Не люблю, когда над животными издеваются. Каждый имеет право на свободу!

- А теперь представь, что ты выпустила всю эту разномастную массу экзотических животных, из которых не меньше половины хищников, и они разбрелись по несчастному, ничего не подозревающему, городу. Эти разодранные глотки... Похищенные младенцы... Обескровленные трупы... Представила?

- Ладно, ты прав. Город жалко.

- Вот и хорошая девочка. Точнее, мальчик.

Я фыркнула.

- Лучше направь свою неуёмную фантазию на то, как нам добраться с найменьшими потерями до сухого уютного местечка.

- Вот если бы ты купил мне красивое платьице, как я просила, то я давно б уже остановила любую из отъезжающих тачек. Да мужики б ещё и передрались между собой за право помочь прекрасной незнакомке!

- Неневеста, тебе тринадцать лет, - напомнил Кащей.

- Четырнадцать, - я сникла.

- Да? Я б не сказал.

- Спасибо за комплимент!

- А разве это плохо - молодо выглядеть? - скорчил удивлённую мину Бессмертный. - Я думал, любая женщина мечтает выглядеть младше, чем она есть... Ой-ой-ой! Ты знаешь, со стороны не очень красиво выглядит, когда пацанёнок бьёт взрослого дядю! А-ай! Пользуешься тем, что я бить тебя не буду! О-о-о! - он едва увернулся, когда я попыталась попасть коленкой по самому уязвимому месту. - Если ты будешь так себя вести, люди могут о нас очень нехорошо подумать! Тогда надо было покупать голубые плащи...

- Слушай, давай узнаем, может, где-то рядом есть постоялый двор? Эй! - окликнула я проходящую мимо старуху. - Подскажите, как добраться до ближайшего постоялого двора.

- Только в городе, - коротко бросила старуха.

- А так, чтоб прямо здесь, рядышком? На базар ведь куча купцов приезжает, неужели здесь негде остановиться?

- До темна все вернутся в Грык. За городом оставаться опасно. Люди пропадать стали. Говорят, завелись в окрестностях аштары.

- А это что ещё за зверь? - удивилась я. - Ничего подобного никогда не слыхала.

- Не зверь это, а нечисть с крыльями. Вроде как люди, только низ - звериный, и жрут плоть живую... Чур меня, не против ночи поминать их, - и старуха, создав в воздухе какой-то охранный знак, покинула нас в недоумении.

Короче, всё, что я поняла из несвязного объяснения, это то, что нужно добираться до города.

Я немного успокоилась и отправилась в путь пешком, чего здесь ловить? Всё равно мокнем. Кощей догнал меня и замурлыкал какую-то незнакомую песенку, не зная, как продолжить разговор, чтобы он не перерос в потасовку. А я тоже задумалась над тем, что я сделаю с этим наглецом, когда мы останемся в номере одни, и не надо будет принимать во внимание, кто и что может подумать.

И вдруг прямо около нас притормозила карета. Красивая такая, белая, с золочеными ручками, только снизу забрызганная соответственно погоде. Пара белых лошадей нетерпеливо постукивала копытами, возница едва удерживал их.

Из окошка выглянула симпатичная накрученная сверх всякой меры блондинка лет... двадцати с хвостиком из ещё двадцати, и нетерпеливо махнула рукой:

- Да залезайте же, господа! Сколько вас можно ждать?

Упрашивать долго нас не надо было. Даже если б в карете ехали гарраки, я не променяла бы их сомнительное общество на уличную сырость. Люди добрые подвезти хотят? Вот и отлично! Нам бы только до города добраться, там проще будет.

Я плюхнулась на свободное сидение рядом с Кощеем и увидела, что напротив нас сидит не одна, а две женщины. Вторая была гораздо моложе, думаю, лет шестнадцати-семнадцати, не больше. Такая же накрученная блондинка, как и старшая, тоже довольно симпатичная. Наверняка, её дочь. Одеты барышни были роскошно. Даже меня удивило, что в таких белых платьях попёрло их на базар. Но они, в отличии от кареты, даже не измазались. Белые шляпки и натуральные меховые накидки дополняли наряды. Яркая косметика была несколько вызывающей, но им шла. Короче, приличные тётки, как на меня, несовершеннолетнего подростка.

- Здравствуйте, дамочки! Моё вам почтение! - раскланялся Кащей, сияя глазами. - Как любезно с вашей стороны подвезти бедных промокших путешественников!

- Здрассьте, - кивнула я, снимая шапку.

- Ой, да вы уже совсем промокли! - воскликнула младшая.

- Не так, чтоб совсем, - оглядела я плащ. - Но мы вам здесь подмочим... репутацию.

Женщины переглянулись и рассмеялись.

- Да ничего, плащи можете снять, а под ними, думаю, вы ещё сухие.

Мы послушались совета, и без плащей даже стало теплее.

- Меня зовут Хелена, - с придыханием представилась старшая. - А это моя дочь - Нонель.

Так я и думала, что это мама с дочкой.

- Очень приятно, - поспешил ответить Бессмертный. - Я - Урритон, купец из Ртона, а это мой кузен, - он выжидательно уставился на меня, намекая, что я сама должна представиться.

- Не...не...

- Ой, какое смешное имя - Нене! - воскликнула меньшенькая. - Немного на моё похоже! Наверное, это какой-то знак... - и томно прикрыла глаза.

- Так вы здесь по делам? - продолжила допрос Хелена.

- Мы в Грыке проездом. Направляемся в Ртон, - объяснил Кощей. - Решили побывать на вашем знаменитом базаре. А теперь бы нам добраться до ближайшего постоялого двора.

- Путешественники! Как интересно! - Нонель явно строила мне глазки. Прикольно!

Я склонилась и шепнула Бессмертному на ухо:

- Учти, младшая - моя!

- С ума сошла? - так же шепотом ответил Кощей. - Ты поменяла только костюм, а не пол!

Ой, точно. Мне так часто приходится в этом мире менять облик, что я скоро забуду, кем была первоначально. И я состроила серьёзную неприступную мину.

- А вам и не нужно искать постоялый двор, - улыбнулась Хелена, и я заметила, как она коснулась лодыжкой ноги Бессмертного. - Тем более, что в базарный день найти свободные комнаты, практически, невозможно. А у нас есть полностью пустующая башня. Обычно там останавливаются гости, но сейчас никого нет. Вы можете переночевать там просто так.

- О, мы так благодарны! Мы заплатим...

- Да не нужно нам никакой платы! Мы не бедные, и если делаем добро людям, то просто, потому что жаль, чтобы такие приличные господа ночевали на улице.

- О!.. - Кощей поцеловал протянутую ему руку.

Он что, не понимает, чем всё это пахнет?

- Спасибо за доброту душевную, но лучше мы поищем себе пристанище в городе. Не хотим вас стеснять, - попыталась увильнуть от приглашения я.

- Да как же вы нас стесните? Переночуете без проблем, а завтра продолжите путь. А то уже начинает сереть, скоро ночь опустится на город.

- Конечно, мы с радостью примем ваше предложение, - неожиданно поддержал Хелену Бессмертный. - Ночь и дождь - ненадёжные спутники для путешественников.

Так вот он какой!

- Что ты себе думаешь?! - снова зашептала я ему на ухо.

- Да ничего не будет, - успокоил меня Кощей. - Порядочные люди...

Неужели он до такой степени наивный? Ни за что не поверю! Бабник!

Хозяйки кареты (кстати, довольно удобной, в ней не трясло так, как в том экипаже, где я отбила себе копчик, да и мягкие упругие подушки скрашивали неудобства дороги), наверняка, думали, что мы шепотом обсуждаем их выставленные из глубоких декольте прелести, потому что во всю хихикали и строили глазки.

А за окном поразительно быстро темнело. Наступающему вечеру активно помогали сгустившиеся тучи, да и дождь, кажется, усилился. И правда, так не хочется идти в ночь на поиски ночлега. А вдруг мы, действительно, ничего не сможем найти, на улице тогда ночевать, что ли? А, ладно, что мы, от двух сексуально озабоченных баб не отобьёмся? К тому же, ещё не факт, что они приставать будут. Дома ведь муж и отец должен быть. Просто со скуки прикалываются дамочки, вот и всё. И мы спокойно поехали дальше.

Но когда карета завернула в единственный знакомый мне двор во всём Грыке, меня снова пробил холодный пот.

- Так это ведь дом бургомистра!

- Да, это мой папочка, - мурлыкнула Нонель.

- Но сегодня его дома нет, не бойтесь, - многозначительно добавила Хелена.

Да мне бояться, вроде б, и нечего. Просто, довольно неожиданно, что нашими случайными благодетельницами оказались супруга и дочь моего единственного знакомого в этом городе, самого бургомистра. Естественно, никто из слуг не мог бы догадаться, что недавний исцелитель гарраки с осликом вернулся в виде мальчишки-подростка со спутником.

Согласно приказу хозяйки, нас провели в башню, стоящую отдельно от других построек в западной части парка. Была она не особо большой. Спиральной лестницей поднялись мы на самый верх, где нас уже ждала одна на двоих просторная комната с двумя широкими, застеленными красными простынями кроватями. Задуматься над странным выбором цветовой гаммы я не успела, увидев деревянную посудину за ширмочкой. Купаться! Молчаливые слуги наполнили горячей водой бадью, и одна из служанок осталась с явным намерением потереть мне спинку. Щас!

Я культурно проводила девушку за дверь и едва успела поймать Кощея, собравшегося стать первым в борьбе "за чистоту". Он уже был в одних белых подштанниках, когда я вытащила его на середину комнаты и стукнула перед его носом ширмой.

- Тебя что, не учили, что женщин следует всегда пропускать вперёд?

- Так эта традиция пришла из древности, впереди мог ждать дикий зверь, обвал камней или зыбучие пески. Поэтому вперед пускали женщину. А какая здесь может быть опасность? - с ехидством прищурился Бессмертный.

- Чистая и горячая вода! Для тебя это - потенциальная опасность смыть все полезные микробы!

- Тогда давай мыться вместе, - скорчив миролюбивую мину, предложил Кощей. - Ты ведь, как не как, мой кузен.

- Разве что позволю гонять воду для создания эффекта джакузи!

- Я согласен гонять воду, - покорно опустил голову мой спутник.

- Гонять - можно, за ширму заходить - нельзя!

- А заглядывать?

- А в глаз?

Я разделась, посматривая в сторону ширмы, не желает ли Бессмертный получить в глаз, и с разгону запрыгнула в импровизированную ванну, расхлюпав половину воды по всей комнате.

- Эй! Ты что делаешь?!

- Ку-па-юсь!

- А я?

- После дождичка в четверг!

- Помру немытым, - пробурчал Кощей себе под нос. Но я даже не среагировала, расслабившись и получая удовольствие.

Минут через пятнадцать он снова обозвался:

- Неневеста! Вода остынет, я в холодной купаться не собираюсь!

Ой, испугал как.

- Тык будешь грязным спать ложиться, теплее будет. Буль!

Далее со стороны Бессмертного слышались только вздохи и охи. А мне-то что? В купании - каждый за себя!

Вылезла я только тогда, когда услышала звон посуды и демонстративное чавкание. Принесли еду! И этот предатель решил съесть всё единолично! Не позволю!

Я даже на одевание времени тратить не стала, вылезла из бадьи и, двигая перед собой ширму и оставляя за собой лужи, подъехала к столу.

- Нет, вымыться не дали, так хоть бы поесть спокойно удалось! - разочарованно протянул Кощей.

- Ага! Мне вон тот кусочек в рот положи! - ткнула я пальцем в жаркое. - И этот!

Набив полный рот, я, наконец, вытерлась и оделась.

- Может, всё же сходишь, помоешься? - задала невинный вопрос.

Бессмертный так глянул на меня, что я заткнулась и молча продолжила ковыряние в блюде с салатом, меня интересовали в нём исключительно кусочки ананаса, потому как с майонезом можно есть всё, что только пропадает в холодильнике, а без майонеза (здесь его ещё не придумали) - не тот эффект. Закончив трапезу, я удовлетворённо откинулась на подушки, поглаживая радующийся жизни животик. А Кощей поплёлся мыться в холодной воде, даже не высказав, кто виноват и что следовало бы с виноватым сделать. Скучно! Я швырнула вслед ему надкушенное яблоко, которое взяла чисто из жадности, вмещать его было уже некуда. Да кто ж знал, что это представитель древнего сорта под названием "яблоко раздора"? Этот самый представитель сшиб ширму в самый неподходящий момент: Кощей только что снял с себя остатки одежды и поднял ногу, залазя в бадью. Рёв разъярённого зверя дал знать, что просто так мне этого не спустят. И я рванула в сторону двери. Бессмертный, прикрывшись схваченным на ходу полотенцем, бросился в погоню. Слетая по ступенькам вниз, я умудрялась ещё и оглядываться на раскрасневшуюся мужскую фигуру, которая была очень даже ничего. И иногда успевала бросать комментарии:

- А что у тебя не так, что ты так стесняешься? А мне даже понравилось!

Догоняющий меня Кощей только рычал в ответ.

И, действительно, чего он так нервничает? Это даже не его тело!

Я уже добегала до входных дверей, как они распахнулись и в проёме на фоне вечернего неба появились две фигуры в тёмных плащах до полу. Хелена и Нонель!

Кощей вскрикнул и бросился в обратном направлении, мелькая белым полотенцем. Ой, умора! Надо будет его в моём мире на стриптиз поводить, а то закомплексованный чересчур. Во всяком случае, я поняла, что убивать меня он будет потом, и расхохоталась.

Посетительницы тоже расхохотались, причем разошлись до поросячьего визга. А я впервые серьёзно задумалась, что теперь делать? Будь я в теле, например, лесника Нитара, возможно, и рискнула б на эксперимент чисто из любопытства. Я говорю, возможно. Потому что никогда не знаю наверняка, как поступила бы в той или иной ситуации. А теперь что делать? Я - девочка, мне четырнадцать лет. Придётся сейчас покраснеть (Правда, я не умею... Да ладно, всё равно плохо видно.) и сознаться добрым самаритянкам, что я - малолетняя любовница сбежавшего наверх типа. И пусть от нас отстанут.

Я только открыла рот, как сзади раздался голос Кощея, который уже успел одеться и вернуться:

- Извините, дорогие дамы, за эту неловкую сцену. Но, поверьте, этот негодный мальчишка своими шуточками меня достал.

Я захлопнула рот. И что мне с этим кретином делать?

А недомытый Дон Жуан уже вёл посетительниц под ручки наверх. И-ди-от! Или назло мне делает. Точно, я поняла, это - месть! Ну, ладно, если я разойдусь - мало не покажется! И я, сжав зубы, поспешила за хихикающей тройкой вверх, обдумывая далекоидущие планы ответного удара.

Завалившись в нашу комнату, Кощей хотел зажечь закреплённые на стенах факелы, так как сумерки уверенно ложились на город, заползая в арочные окна, но Хелена остановила его нежным:

- Не стоит, Урритон... - и закрыла на засов дверь.

Не снимая плащей, поздние визитёрши умостились на кроватях, стоящих с двух сторон от столика, на котором остались и напитки, и фрукты. Старшая приложилась к плёчу Бессмертного, а младшая усадила меня рядом с собой, не сводя игриво сияющих глаз. А, может, я спать пойду? Я ведь ещё маленька-ая... маленький!.. Тёмное вино заиграло в бокалах.

- За знакомство! - воскликнула Хелен, забираясь на колени Кощею.

Они уже на брудершафт пьют. Ой, как быстро! О, времена, о нравы! Неужели Бессмертный думает, что я позволю ему целоваться с этой мымрой?

- Нене! Не будь букой! - надула губки Нонель, поворачивая к себе мою голову. - Давай и мы выпьем!

И она потянулась ко мне всем телом, тяжело дыша. Краем глаза я увидела, что её маман уже опрокинула Кощея на постель. Я поднатужилась... и перевернула стол. Зазвенела падающая посуда, запахли разлившиеся вина. Соблазнительницы вскочили, и их черные плащи распахнулись в разные стороны, словно крылья, обнажив совершенно голые грудастые фигуры, заросшие от пояса и ниже густой лохматой шерстью. Глаза загорелись зелёным светом, волосы зашевелились, поднимаясь, то ли улыбки, то ли оскалы, обнажили длинные, словно заточенные, клыки...

Аштары!

Глава 27. Аштары

Аштары, вернее, аштарки, уже не скрывали ни своего облика, ни своих намерений. Вот повезло ж бургомистру: иметь такую семейку! Интересно, он

знает? Или сам такой? Да нет, не похож, серенький такой мужичонка. А эти бестии приспособились, как хозяина дома нет, так гостей и приглашают на ужин. На харчах экономят.

Кощей лапнул себя в поисках оружия. Увы. Ни меча-кладенца, ни даже обычного меча имидж купца не предусматривал. И чем защищаться будем? Может, фигу скрутить?

Аштарки, продолжая улыбаться на все зубы, учитывая кутние, пошли в наступление: Хелена - на Бессмертного, Нонель - на меня. Чтоб никому не было обидно. Моя рука нащупала длинный кинжал с украшенной филигранью рукояткой, который стащила на базаре, чтоб срезать повод и увести осла, и бросила его Кощею:

- Лови!

Он здесь мужчина, вот пусть и отдувается. А сама нырнула под кровать. Вынырнула с другой стороны, увидела, как Бессмертный отбивается от алчущей свеженького мяса самки, и бросилась наутёк от настигающей меня Нонель. Я-то думала, он вмиг управится с нападающими, и мы оставим поле боя, как герои. Но не тут-то было. Если удары и достигали цели, то раны затягивались на глазах, не пролив и капли крови (может, они бескровные?), и не причиняли аштарке никаких неудобств. Она только с большим остервенением бросалась на не желающую лечь и расслабиться жертву. Лучше б я себе кинжал оставила, а то осталась безоружной.

Я метнулась за ширму, перевернула на догоняющую меня Нонель бадью с уже холодной водой, вызвав фейерверк брызг и бешеный визг мокрой аштарки. Ой, надо делать ноги! Мне пришлось закатиться под другую кровать. Выскочив с противоположной стороны, я с трудом открыла тяжелый металлический засов. Нонель бросилась ко мне, поскользнулась на разлитой мыльной воде и проехалась по комнате, вылетев с криком в открытую дверь. Я с интересом прослушала, как она тарахтит по ступенькам до самого низа, затем вспомнила, что надо бы помочь Кощею. И очень даже вовремя я обернулась, как раз увидела отлетающий в дальний угол кинжал и в противоположный - Бессмертного. Я в горячке подняла над собой столик, который без посуды стал вполне подъёмного вида, и опустила на голову аштарки. БУМ!

Ни фига! Аштарка только почесала когтистой лапой голову и, ласково улыбаясь на все свои (сколько их у неё?), клыки, двинулась на меня. Я, не сводя глаз с так преобразившейся Хелен, отступала к двери. Кощей, мотая головой и хватаясь за стены руками, пытался подняться и броситься защищать меня. Где-то там, внизу, звенели ступени под несущейся назад красоткой Нонель. Секунды вдруг показались размазанными, словно масло по бутерброду. Не думай о секундах свысока! И вдруг мир снова приобрёл свою стремительность. Хелен бросилась на меня. Я присела. В проём двери со всей скоростью влетела Нонель, сбила мать, и покатился по полу непонятный клубок из крыльев, когтей, копыт. Я ухватила Кощея за руку и потащила вниз по ступеням, прочь, прочь из этой проклятой башни, где "доброжелательные" аштарки привечали доверчивых путников.

К сожалению, снаружи башня не запиралась даже на щеколду, поэтому было ясно, что далеко нам не уйти. Бежать к дому бургомистра, в самое логово? Глупо. К соседям? Далеко. К флигелю для слуг? Ага, так нам слуги и помогут, и так видно было, какие они безмолвные и запуганные. Небось знают, что в башне происходит неладное. И я побежала, таща Бессмертного за руку, в зоопарк. Может, удастся затеряться?

А так как знала я здесь всего одну дорожку, то оказалась скоро около вольера с гарраки. Яркая молния разрезала небо на две половинки, и тут жезагрохотал невероятной силы гром. Все обитатели зверинца взвыли на разные голоса. А на фоне на мгновение озарившего пространства разряда я увидела два летящих черных силуэта. Аштары! Не успели мы спрятаться. И куда теперь деваться?

И тут я услышала нечеловеческий голос, но человеческие слова:

- Суда! Ко мнэ!

Гарраки?

Да, лохматое человекообразное существо призывно махало нам протянутой сквозь прутья лапой. А какой у меня выбор? Я подскочила к вольеру. Дверца, естественно, была закрыта, а на ней красовалось странное приспособление: металлический круг с выемкой посередине. И как это открывается?

- Палэц! - указала гарраки на круг. - Прыложы чэловэчэскый палэц!

Я ткнула пальцем в дырочку в центре - и дверца распахнулась.

- Залэзайтэ! Скорэйэ!

Речь самки была глухой и гортанной, она произносила твёрдо все мягкие звуки, но разобрать было можно.

Гарраки захлопнула дверь за нами и выставила угрожающе когтистые лапы, плюс ощерила зубы. Аштарки резко затормозили перед вольером и уселись, словно два памятника уродству, раздумывая, что делать дальше. Лезть под горячую руку огромной самки им не хотелось, но и добычу оставлять было жалко.

Во всяком случае, немного можно расслабиться. Интересно, почему этот дикий полузверь-получеловек решил нам помочь?

- Грэйа! - ткнула гарраки себя в грудь, представляясь. - А ты сэгодна йэла бананы и йэго кормыла! - указала она на Кощея.

Но как же?.. Я тогда была в теле крепкого лесника, а Бессмертный, вообще, ослом длинноухим. Как она могла догадаться?!

- Как ты узнала нас? - спросила я. - Мы были в других обликах!

- Грэйа выдыт свэт вокруг сущэств, Грэйэ нэ важно, на кого вы похожы. Внутры вы добрыйэ. Ты жэ хотэла, чтоб Грэйа нэ умэрла с голоду, правда?

- Правда-правда.

- Выдыш, Грэйа всо знайэт.

- А ты? Ты хотела на волю?

- Ты тожэ понымайэш других сущэств.

- Я бы отпустила тебя, я бы всех обитателей зоопарка выпустила, но они могут натворить в городе много бед.

- Нэт, - покачала головой гарраки, поглядывая то и дело на хмуро следящих за нами аштарок. - Грэйа говорыла со всэмы. Всэ ждут подходащэго момента дла побэга. Всэ уйдут в лэса и ныкого нэ тронут в городэ.

Я с сомнением покачала головой.

- Всэ думайут толко о свободэ. Нэ сомнэвайса, чужэстранка. Помогы всэм.

А мы поможэм вам прогнат аштаров.

Я ещё раздумывала. Сполохи молний то и дело озаряли внезапно притихший зоопарк. Внезапно раздался переливчатый свист, на таких высоких частотах, что почти не воспринимался органами слуха, а пронзал своими вибрациями всё тело.

- Что это? - невольно вскрикнула я, настолько казался он зловещим и пугающим. Кощей прижал меня к своей груди, не говоря ни слова.

- Аштары. Оны зовут на помощ другых самок. Скоро здес будэт вса стайа.

- Почему только самок? - растерянно спросила я.

- У аштаров самцов нэ бываэт. Самкы днйом прынымайут чэловэчэскый облык ы паруйутса с вашымы мужчынамы. А ночйю снова становатса такымы ы ыщут свэжэйэ мйасо.

Да, растягивать удовольствие дальше некуда. Нужно принимать решение.

- Мы с Кощеем готовы помочь.

- Тогда Грэйа пэрэдаст осталным, что врэмя прышло, - и она завыла и заголосила на разные голоса в таком диапазоне, что у меня невольно волосы дыбом встали, я закрыла уши ладонями и прижалась, крепко зажмурясь, к груди Кощея, но, несмотря на то, что он обнял меня, стремясь защитить, неистовые звуки пронизали меня до мозга костей.

В ответ на призыв гарраки весь зоопарк залаял, засвистел, завизжал, зарычал и огласил просторы такой какофонией, что словами передать невозможно. Даже аштарки встревожено приподнялись со своих мест и стали оглядываться по сторонам.

Так же резко всё стихло.

- Всэ готовы, - сообщила Грейа. - А вы?

- Готовы, - кивнул Бессмертный, вытирая пот со лба, и ему выдержать такие звуки было не просто.

- Замкы всэ открывайутса одынаково: к цэнтру дыска нужно прыложыт палэц, толко чэловэчэскый. Поэтому вы открывайэтэ клэткы, аГрэйа будэт защыщат вас.

- Хорошо.

- Толко... - гарраки замялась. - Хэлэбоуна нэ выпускайтэ. Он на Грэйу сэрдыт за обломок копйа, который впылса йэму в зад.

Я прыснула. Злопамятный, оказывается, этот хелебоун. А с виду такое спокойное существо.

И тут гарраки отворила дверь и выскочила сама. Аштарки встрепенулись: добыча так близка, но эта гора мяса перед ними... Не очень хочется связываться. Гора двинулась прямо на них, ощерившись и сжимая кулаки. Аштарки взлетели и бросились на неё с обеих сторон. Битва началась.

Мы с Кщеем, пользуясь тем, что на нас сейчас никто внимания не обращает, выскользнули из вольера. Я только глянула на хелебоуна, проводившего нас тоскливым обреченным взглядом, и рванула к следующей клетке, где ожидало нас бог знает какое чудовище. При свете очередной молнии я разглядела странное фиолетовое существо всё в голубых пятнах. Оно было немного похоже на верблюда, и немного на жирафа, только на голове ветвились шикарные рога, а словно завитый шелковистый хвост спускался до земли. Я поспешно нажала на замок.

- Кощей! Нам нужно разделиться!

- Ни за что!

- Но иначе мы не успеем выпустить всех животных!

- Сколько успеем. Я тебя одну не оставлю!

- Если прилетят остальные аштары, нас самим будет выгодней, чтоб больше союзников оказалось на свободе! Беги по другой стороне, ты всё равно будешь рядом, но клеток открыть мы сможем вдвое больше!

Бессмертный колебался.

- Так надо! Поверь мне!

А умею я, когда нужно, уговаривать! Теперь мы вдвоём бегали по парку, почти молниеносным движением открывая клетки и даже не обращая внимания на выбирающихся из них узников. Дальше! Дальше! Быстрее! Быстрее!

Несколько раз видела я аштарок, пытающихся прорваться к добыче, то есть, к нам. Но каждый раз на пути их вставали новые и новые твари, получившие в дар свободу. Их становилось всё больше, но они не уходили по одному, а собирались все вместе, только так можно было защититься от нападающих.

Наконец-то мы оббежали всё дорожки парка и выпустили, кажется, всех пленников бургомистра.

- Уходым! - махнула могучей лапой Грейа, и бывшие обитатели зоопарка начали разворачиваться, словно несомые ураганом, и один за другим исчезать в темноте.

Значит, точно, освободили всех... Кроме одного. Мне так живо представился хелебоун, неповоротливое гиппопотамообразное существо. Пустой парк - и он, одинокий и брошенный. Каково ему, а?

Да не могу я так! Он ведь рядом. Одна минуточка - и я открою ему заветную дверцу! И я стартовала в обратную сторону.

Хелебоун стоял, как человек, сжав кулачками прутья вольера и прижав к решетке свою большую голову, его пять глаз на выростах с такой болью смотрели в сторону убегающих животных, что я ни на секунду не пожалела, что вернулась.

Вот и диск-замок... Касание указательного пальца... Приоткрывающаяся дверца... Недоумение и безумная радость в рыжих глазах...

Острые когти царапают плечи и сдёргивают меня с земли. Я поднимаю голову и вижу, что, распахнув широкие крылья, меня, такую маленькую и беспомощную, несёт Хелена, хохоча и тряся голой грудью, а сбоку мелькает тень её дочери, Нонель.

Вдогонку за мной летит отчаянный вопль Кощея:

- Неневеста!!!

Глава 28. Спасение утопающих - дело рук...

Почему? Почему всё происходит не так, как хотелось? Почему она всегда делает всё наоборот? Почему она не слушает добрых советов? Почему она... такая?

И пора б уже привыкнуть к этим выходкам, ведь знаю её давным-давно. Надо было понять, что она не изменилась и не изменится. Можно было догадаться, что она вернётся спасать этого хелебоуна. Не предвидел, не понял, не успел... Сам виноват!

Но она! Маленькая и ранимая, в лапах этих кровожадных чудовищ, этих нежитей, пожирающих живую плоть! Их звериные когти рвут её нежную кожу, их хищные зубы впиваются... Да я с ума сойду, рисуя эти жуткие картины! Нужно взять себя в руки, иначе я не смогу ей помочь. Если ещё не поздно... Она одна, так нуждающаяся в защите, в твёрдой мужской руке, в широком мужском плече, одна среди стаи голодных аштаров, чьи глаза залиты жаждой крови и ненавистью ко всему живому... О-о-о!

Я сделал всё, что мог. Я сделал всё, что мог бы сделать. Я не ждал ни секунды, когда крылатое чудовище унесло мою Неневесту. Я поднял народ,

я сказал, что аштары унесли жену и дочь бургомистра, иначе никто не позволил бы мне взять из конюшен лошадей, я собрал отряд, я достал оружие. Гарраки ведёт меня только ей понятной тропой за город, туда, где собираются ночами на свои пиры аштары. У неё прекрасный нюх, она идёт уверенно и быстро, наши лошади едва догоняют её. Я сделал всё, что мог. Но я не могу остановить время. Цокот копыт, мелькающие деревья, одинокая луна в разрывах облаков. Хорошо, что прошла гроза. Большая красная луна бросает на мир причудливые длинные тени, но позволяет двигаться гораздо быстрее, чем в полной темноте, иногда прерываемой вспышками молний, после которых ночь становится ещё неистовей. Луна сверкает среди обрывков облаков, и нудный дождь моросит, словно нет больше в мире никаких проблем...

Мы спешим изо всех сил, лошади выдыхаются, хрипят, но мы гоним их, то и дело подхлёстывая ударами плетей. Меня несёт вперёд моя боль, а остальных - сообщение о том, что за нами следуют все, сбежавшие из зоопарка бургомистра, звери, которых ведёт хелебоун.

Мы спешим изо всех сил, я вырываюсь вперёд, не жалея покрывшуюся пеной пегую лошадь. Но понимаю, что всё могло быть кончено уже давно... Прошло столько времени, что... Нет, я не хочу думать об этом! Я понимаю, что нет ни единого шанса, что Неневеста до сих пор жива. Ни единого. Но стегаю и стегаю выбившуюся из сил лошадь, равняясь на черную спину гарраки. А она умничка... Даже не ожидал... Ведь могла уйти, обретя свободу, и не помогать мне в поисках моей... А без неё я не нашел бы даже места, где... Гр-р-р!!! Я убью их всех, методически и беспощадно, по одной, чего бы мне это ни стоило! Я убью всех!..

Ну зачем она вернулась за этим хелебоуном?! Зачем, вообще, пришла спасать этот мир?! Разве этот мир стоит её жизни?! Почему она не может жить, как все?! Уж лучше бы она сидела дома, в своём родном мире, и я никогда б её больше не встретил, но она была бы жива! Далеко от меня, ни весточки, ни знака... Но в безопасности! Да лучше бы мы никогда не встречались с ней! Никогда! И она не знала бы, что существуют другие миры, и не лезла бы со своёй помощью! Вышла б замуж, воспитывала детей, пекла пироги по воскресеньям. Пусть вела бы спокойную, скучную жизнь, но была б жива! И не ведала б, что живёт где-то Бессмертный Кощей, и была б просто счастлива... Неневеста!!!

Мои мысли оборвались, как чересчур натянутая тетива. Гарраки замерла и, махнув лапой, велела остановиться мне и молчать. Я спешился и оглянулся. Остальные отстали. Я приблизился к Грейе, боясь увидеть то, что уже увидела она...

Огромный черный купол возвышается впереди, и я не могу понять, что это такое. Он кажется живым, он дышит и трепещет на ветру... Что это или кто? Гарраки снова даёт мне знак молчать, и мы медленно приближаемся к непонятному образованию, стараясь не спугнуть едва шевелящееся нечто. За нашими спинами спешиваются остальные члены отряда, и я знаками велю им двигаться бесшумно, но быть готовым ко всему. Грейа недаром привела нас сюда. Воспалённый мозг рисует самые ужасные картины, и я не могу с ним бороться. Ближе... Ещё ближе... И вдруг я понимаю, что этот купол создан распахнутыми крыльями десятков аштар, сгрудившихся вокруг непонятного центра. Пытаюсь вытянуть меч из ножен и с боевым криком ворваться в их круг, круша всё вокруг, но гарраки зажимает мне рот своей лохматой сильной рукой.

Да, она права. Чем ближе я смогу подойти, тем разрушительней будет первый удар. Внезапность должна сыграть на моей стороне. Да. Я отомщу... И месть моя будет страшна. И вздрогнет Аллия от разливающейся по ней крови. И проклят будет тот мир, который забрал у меня...

И вдруг я слышу голос. Моё отчаяние открыло дверь в мир духов? Ведь это голос Неневесты! Слуховые галлюцинации... Так бывает... Я отомщу, дорогая!.. Я отомщу...

Но голос становится всё громче, всё отчётливей. Спокойный и уверенный, словно она читает лекцию... Что это значит, чёрт побери?

Гарраки скромно приседает в тени, предоставляя мне полную свободу действий. Подоспевшие всадники тоже заворожено замирают, взирая на зловещий купол.

Я медленно, очень медленно, держа наготове меч, приближаюсь к аштарам. Удивительно, они меня даже не слышат, они всецело заняты созерцанием чего-то, что находится внутри созданного ими купола. Я уже вижу, как стекают по черным кожаным крыльям капли дождя. И голос невидимого лектора становится всё громче, отчетливей. Я начинаю разбирать слова...

- Как я уже говорила, при убиении живого существа, выделяются энзимы страха, которые накапливаются в тканях организма поедаемого и, следовательно, переходят в организм поедающего. Именно они вызывают жесточайшую депрессию, охватившую большинство из вас, временами прерывающуюся приступами немотивированной агрессии. Именно они отрицательно влияют на ваш внешний вид, вызывая гиперволосатость нижней части тела, что полностью лишает вас женской привлекательности и сексуальности. Даже то время, когда вы можете приобрести человеческий вид, как вы сами заметили, постоянно укорачивается, и скоро вы не сможете находить себе половых партнёров среди мужских особей человеческого рода, ибо не сможете достаточно долго удерживать свои тела в приличном виде. Ваш род обречен на вымирание!

Послышались одинокие всхлипывания.

- Но что же делать?! - отчаянно выкрикнул молодой голос аштарки.

- Переходить на вегетарианскую пищу. Это однозначно! Растение, в отличии от животных, людей и других разумных видов, отдаёт свои плоды добровольно и испытывает при этом радость. Да-да! Мало того, растения сознательно создают плоды на своём теле, и делают их такими питательными и вкусными, чтоб привлечь других особей и вынудить их есть! Спросите, зачем им это нужно? Мы поедаем плоды, а семена и косточки выбрасываем, что, в то же время, способствует распространению растительных видов по земле. Растения создают плоды ради высшей цели: размножения! Естественно, они радуются, когда их срывают и поедают. Следовательно, они излучают чрезвычайно положительную, живую энергию, способствующую развитию и, даже, омоложению! Перейдя на растительную пищу, вы получите такой прилив сил, что поймёте раз и навсегда, что ранее шли ошибочным путём. Жизнь ваша изменится, соответственно, будет изменяться и внешний вид. С новым образом жизни вы будете всё больше и больше очеловечиваться. И, возможно, со временем полностью сольётесь с расой людей.

Охи-вздохи.

Во даёт Неневеста! Запудрить мозги аштарам! Это ж надо! И кого я собирался спасать? Чьи косточки собирать, а? А шпарит как? Как по нотам. Откуда такие высшие материи? А сама никогда не отказывалась ни от шашлычка с дымком, ни от добавки жаркого. Всегда удивлялся, куда в неё это всё влазит.

- Но трудно будет сразу отказаться от мяса!.. - так жалобно простонала одна из аштарок, что в порыве доброты душевной захотелось тот час её покормить. Или добить, чтоб не мучилась.

- Трудно, - согласилась Неневеста. - Но любая женщина пойдёт на любые жертвы ради красоты и привлекательности. Разве не так?

- Так! Так! - раздались одобряющие голоса.

- Во всяком случае, в переходной период, можно отказаться от живого мяса, а перейти на обычные мясные блюда, подвергшиеся предварительно тепловой обработке, из баранины или свинины. Естественно, это не совсем то, что хотелось бы, но вполне приемлемый временный вариант. Многие люди тоже не в силах пока полностью перейти на вегетарианскую пищу и специально выращивают домашних животных для еды. Это в определённой мере уменьшает вред, ведь человек как бы заранее платит им, обеспечивая спокойную защищённую сытую жизнь. Да и убиение домашних животных происходит в найболее милосердном варианте. Поэтому пока, временно, переходим на бифштексы, отбивные, зразы, гуляши, антрекоты... Нет, котов есть категорически запрещаю! А теперь в кабак, дорогие мои! В кабак! Отметим начало новой счастливой жизни! Вперёд!

Купол раскрылся, и толпа аштарок едва не снесла с лица земли нашу освободительную команду.

- А вот и мальчики! - воскликнула несомая на руках благодарных слушателей Неневеста. - Вот что значат благие намерения! Вы только решили изменить образ жизни, а мужской пол уже как мухи на мёд налетают.

Что-то непохоже, что они пышут страстью, - подумал я, глядя на побледневших "мальчиков", с ужасом взирающих на аштарок.

А монстрихи тем временем в робких лучах просыпающегося солнца преобретали обольстительные женские формы, и проскальзывали мимо нас, стыдливо кутаясь в крылья, словно в плащи, и бросая невинно-похотливые взгляды.

- Опа... - только и сказал я, провожая глазами обольстительниц.

Ребята так и стояли с отвисшими челюстями, не зная, чего делать. Та-а-ак... Кто здесь командир? Я?

- Кругом! По коням! Галопом марш... в кабак!

А потом в ближайшем кабаке была такая оргия, что легенды об этом долго будут ходить в округе. Неневесту я еле вытянул с пирушки, она вырывалась, доказывала, что выпила ещё не со всеми "подружками" и вообще.

Но когда я всё-таки стащил её со стола, где она собиралась показать нам "Молен Руж", и посадил на лошадь, она сразу же обмякла и стала жаться к моему плечу, посапывая, как ребёнок. Да она и есть самый настоящий ребёнок. Особенно в этом теле девочки-подростка. Словно воробышек...

"Воробышек" чертыхнулся спросонья и врезал мне локтем под рёбра. Пришлось прижать посильнее к своей груди, нахлобучить на голову шляпу и пришпорить коня.

Вскоре я отыскал постоялый двор, где, учитывая, что сегодня базарный день, нам предложили только сеновал. Благо, никто не усомнился, что полудохлая фигурка у меня под мышкой, это мой малолетний кузен, упившийся на вечеринке. Я вымостил гнёздышко в сене и лёг, кутая в плащ малышку, доверчиво умостившую головку на моём плече.

Спи спокойно, Неневеста. Небо даровало нам эти минуты покоя, и никто не знает, что ждёт нас завтра, точнее, уже сегодня, ведь солнце уже запустило новый день в этот странный мир.

- Просыпайся, Неневеста! - пощекотал сухой травинкой нос спокойно посапывающей на моём плече девчушки.

- Какого?!. Хр-р-р!!! Апчхи! Какого хр... Апчхи! Кто?! Где?! Куда?! Ты???

И маленькое хрупкое существо, отбросив плащ, в который я его так заботливо кутал, бросилось колотить меня кулачками по груди. Та-а-ак... И как с этим бороться? Не силой же?

- Негодяй! Чтоб тебя черти ни свет ни заря строили! Чтоб тебя!..

Я закрыл поток ругательств поцелуем. Неневеста сначала обмякла в моих руках, а потом резко оттолкнула, уставившись с укором:

- Извращенец! Я же твой кузен!

- Только на словах! - парировал я.

- Тогда это совращение несовершеннолетней! Мне четырнадцать лет!

- Не тебе, а телу, в которое ты подселилась!

- Вот именно! Да оно ещё, наверняка, нецелованное было!

Тьфу ты! Даже стыдно стало. Если, конечно, с этой стороны посмотреть...

А девчонка вдруг разрыдалась, вытирая сопли о полы моего нового плаща:

- И вооще... Первый поцелуй... достался... чужому телу... Ты изменил мне, Кощей!

Час от часу не легче.

Я тряхнул осторожно малышку за плечи и попытался перевести акценты:

- Так, Неневеста, скажи мне, пожалуйста, с чего это ты с самого утра словно белены объелась?

- Да вот с того самого, - потянула носом девчонка. - Солнышко только встаёт... Да я глаза лишь закрыла, а ты уже будишь! Совести на тебе нет!

Я невольно оглядел свой костюм. Действительно, совести на нём нет, только чьи-то сопли.

- Кхм, - кашлянул я. - Только дело в том, что закрыла ты глаза вчера утром, а открыла тоже утром, только сутки спустя!

- Да? Хм... - Неневеста стала активно одёргивать на себе одежду. - Ну... тогда, не сердись, лады? Сам понимаешь: переходной возраст, нервы ни к черту... Так я целые сутки спала?

- Да. Причем вначале нам предоставили апартаменты на сеновале. И только вчера к вечеру, когда народ, съехавшийся на базарные дни (вчера, кстати, был второй из них - воскресенье), начал разъезжаться, нас перевели в комнату на втором этаже.

- И ты нёс меня на второй этаж, а я даже ничего не почувствовала? - поразилась Неневеста.

- В здоровом теле - здоровый сон, - успокоил я её.

- То-то я смотрю, что похмелья почти не чувствуется... - задумчиво протянула малышка, вороша волосы, в которых застряли соломинки.

- Что ж ты девочку спаиваешь? - не удержался я, чтоб не упрекнуть. - Ей тринадцать лет всего.

- Четырнадцать, - машинально исправила Неневеста. - Да сколько я там выпила...

- Ей хватило, чтоб сутки проваляться в отрубях.

- М-да... Интересно, она будет обо всём помнить, когда я покину её тело?

- Ты когда-нибудь объяснишь мне, как оказалась в этом мире, да ещё и не в своём обличье, а арендуя тела местных жителей, да к тому же и меня затянула в эту авантюру? - прищурился я выжидательно.

Неневеста посмотрела на меня пару мгновений, а затем согнулась в три погибели, обхватив руками живот:

- Ой! Хватает как! Я ж сутки не ела! Что ж ты смотришь, изверг? Любуешься? Я ж с голоду загинаюсь уже!..

Опять ушла от ответа и, заодно, от ответственности. Я вздохнул, подхватил её под мышку и поволок вниз, в обеденный зал. Попробуй её не покормить. Вот тогда уж конец света обеспечен, точно.

Естественно, запихиваясь одновременно сладкими булочками, солёными помидорами и пережаренным мясом, (которое, как я понял из лекции для аштаров, ой как вредно должно быть для любого организма, кроме Неневестиного, очевидно), обильно приправляя всё горчицей и джемом, разговаривать она просто не могла. Я же, перекусив холодной свиной (я надеюсь) ножкой и напоминающими картофель отварными клубнями, наблюдал за ней, подперев щеку рукой и потягивая местное пиво. Моя спутница разогналась тоже разбавить несовместимые кушанья пивом, но я строго пресёк её поползновения напоминанием о недопустимости растления несовершеннолетних и заказал для неё ягодный морс.

- А му миня мкуснее, - промурчала Неневеста с набитым ртом, разливая напиток "по усам".

Ох, и трудно с нею. С нею всегда трудно, но в этом подростковом возрасте, накладывающем на её поведение неизгладимый отпечаток, просто невозможно.

- Мну, мсё! Не влазит больше, - с сожалением констатировала факт девчонка, пытаясь засунуть остатки мяса в карманы только купленного, но уже изрядно затяганного плаща.

- Куда?! - резко остановил я её руку, тряхнув для верности.

Из кармана со стуком упал тёмный предмет. Я поднял его и с удивлением узнал фигурку аштара, сидящую на каменном уступе, поджав одну ногу и подпирая ладонями голову. Грустный взгляд был устремлён в неведомую даль, а крылья сложены за спиной. Хм.

- Это что, Неневеста?

-Это? Ой, я и забыла... Аштары подарили...

- А они об этом знают?

Неневеста пожала плечами и вздохнула.

- Так я и думал. У этой девочки криминальные склонности, а ты ей потакаешь, - задумчиво произнёс я, пряча статуэтку в свой карман.

- Криминальный талант, - поправила меня Неневеста. - Но я даже и не заметила.

- Хм!

- Правда-правда. Ты мне не веришь, Кощей? Руки действуют, словно сами по себе. Я не успеваю всё контролировать.

- И всё же, будь поосторожней, Неневеста. Я не хочу, чтоб ты загремела в тюрягу, по крайней мере, пока не выполнила здесь свою миссию.

Девочка кивнула.

- Так ты мне расскажешь об этой миссии, дорогая?

- Да, конечно. А... а почему ты говорил, что за мной идёт охота?

Вот бесовка! Выпытает всё, а сама рассказывать не спешит. Всё, нужно быть стойким и не поддаваться на провокации.

- Так как в этом мире мы оказались благодаря твоим совершенно непонятным для меня действиям, то тебе и рассказывать первой.

- Гм. Ладно. В общем так... В общем, нам нельзя терять времени! В дорогу, Кощей, в дорогу! Я всё расскажу по пути!

Опять двадцать пять! Ну что с ней поделаешь?

Я расплатился с хозяином за ночлег и харчи, взял ещё с собой кое-что и откупил у него неказистую лошадку для моего кузена, отрывая от сердца остатки наличных. Да, в человеческом облике без денег не обойдёшься, и нам нужно побыстрее добраться до моего имения, чтоб пополнить запасы для дальнейшего путешествия. А ещё оберегать Неневесту от торритян. Последнее время их не слышно, думаю, потеряли след в таком людном городе, но в любой момент "сыщики" могут выследить нас и возобновить атаку.

К счастью, хозяин постоялого двора поведал мне, что Ртон находится неподалёку, в нескольких часах пути от Грыка, и указал направление. Так что к вечеру я уже буду "дома".

А теперь, ты, Неневеста, от меня никуда не денешься! - подумал я, выезжая за пределы города. Времени у нас предостаточно, придётся тебе рассказать всё с самого начала.

- Итак...

- Чего?

- Неневеста, не притворяйся невинной девочкой! Ты обещала рассказать всё по пути.

- Но я хочу...

- Ты только что ела.

- А может...

- Не может.

- А если...

- Не если.

- Мне плохо...

- Сейчас будет хорошо, симулянтка!

- А, ладно. Но обещай, что не будешь на меня сердиться!

Ну и ребёнок.

- Обещаешь?

- Обещаю. Рассказывай.

- В общем... С чего ж начать?

- С начала.

- Да, ты прав. Короче, я пришла сюда спасать Аллию!

- Всё?

- Всё.

- А чуть подробней?

Неневеста вздохнула:

- Если подробней, то однажды ко мне явился Смотритель Миров...

- Кто-кто? Сам Смотритель Миров?

- Ну, да. Смотритель моего родного мира, Земли, и нескольких параллельных.

- Угу, - кивнул я, озадаченно вспоминая небритого мужика в хитоне.

- Так вот, он и предложил мне сделку: я спасаю погибший мир, а он...

Неневеста замолчала.

- И что же потребовала великая спасительница миров у Смотрителя за эту скромную услугу? - иронично улыбнулся я.

- Тебя.

Я поперхнулся и надолго закашлялся.

- По спине постучать или сам помрёшь? - спокойно поинтересовалась моя непредсказуемая спутница.

- По... По... Постараюсь... - прохрипел я.

- На тот прискорбный момент Аллия уже числилась в погибших, поэтому спасти её можно было только отправившись в прошлое, а отправиться в прошлое можно было только вселяясь в тела аборигенов. Тебя я велела тоже переправить в этот мир, чтоб был всегда под рукой. То есть, на глазах. Правда, оказалось не всё так просто, как хотелось бы. Конец света я смогла только отложить. В горах около Амварии, столицы Дилонии, в разрушенных подземельях есть кнопка, оставшаяся со времён древнейших цивилизаций, уничтоженных войной. Сейчас она стала камнем преткновения двух держав: Дилонии и Вельдона. Из-за неё, то есть, из-за власти над миром, и началась война. И если кто-нибудь эту кнопку нажмёт ненароком, то Аллия снова перестанет существовать.

- А мы?

- И мы. Смотритель не сможет вытащить нас отсюда, если мир погибнет.

- Весело.

- Нет, Кощей, ещё веселей, чем ты думаешь. Этот конец света окончательный.

- То есть?

- То есть не останется даже душ, которые могли бы воплотиться попозже в других телах. Не останется ничего.

- Разве так бывает?

- Мы попали, Кощей. Поэтому у нас только один выход: сделать так, чтоб до этой кнопки не добрался никто и никогда.

- Есть идеи? - спросил я.

- Никаких, - помотала отрицательно головой Неневеста. - Придём на место, там будем и идеи искать, лады?

- Согласен.

- А теперь ты расскажи, о каких "охотниках" говорил?

И я рассказал всё, что узнал, попав в тело одного из торритян. Точнее, почти всё. О том, что наблюдал приключения маленькой эльфеи в подробностях, умолчал.

- Да-а, по верхушке айсберга не всегда поймёшь, что скрывается под водой, - задумчиво произнесла Неневеста. - Над этим стоит подумать.

И она углубилась в размышления, в которые меня посвящать и не подумала, лишь время от времени уточняя детали, касающиеся альтернативной Аллии.

- Значит, они называют меня Вредителем? - спросила она, буравя меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

- Да.

- Отлично, значит, будем вредить, - вынесла вердикт и пришпорила непривыкшего к дальним переходам коня.

Ко Ртону мы приблизились ближе к вечеру и с удивлением обнаружили, что единственный въезд в город лежит через храм. Это было довольно неожиданно, но, по здравому рассуждению, очень даже выгодно. Всех въезжающих, равно как и выезжающих, благословлял местный священнослужитель, за что храм получал довольно приличную мзду, причем платили её совершенно добровольно, и чисто за благословение (другого-то пути всё равно не было!) А главный священнослужитель был в то же время и главой всего города, причем не гнушался самолично благословлять путешественников, чтоб ни одна монета не пропала в карманах нечестных подчинённых.

Когда мы въехали под своды храма, нависающие над дорогой, священнослужитель, средних лет мужчина в богатой одежде, расшитой жемчугом и серебряными нитями, приветствовал нас, подняв золотой скипетр, изукрашенный драгоценными камнями и с огромным чистым бриллиантом на макушке. Даже у меня мурашки по коже побежали, когда таким раритетом нас благословили, припечатав ко лбу, да так, что шишка выскочила, хорошо хоть, что на мне всё быстро заживает, я надеюсь. А Неневесте долго придётся походить с таким украшением. Совершив должное и получив за это положенный золотой (последний!), священнослужитель (я, по правде, так и не понял, какая здесь религия) засунул скипетр за пояс и распростёр объятья:

- Урритон, дорогой! Живой! А ведь тебя здесь уже похоронили и оплакали! Люди твои с базара вернулись в трауре, сказали, что напали на вас бандиты, тебя похитили. Нашли они только обрывки одежды (а мы, и правда, грязные наряды выбросили в мусор), и решили, что ты погиб в неравной схватке. Родители твои места не находят, терзаются! Поспеши скорее в свой дом родной, успокой родню и своих людей!

- Так и сделаю, - постарался я побыстрее отвязаться от своего "знакомого".

- А это что с тобой за отрок? - уставился священнослужитель на Неневесту.

- Этого мальчика тоже бандиты поймали и в плену держали, - быстро сориентировался я и поддержал легенду. - Нам удалось вместе бежать, а теперь я должен помочь ему добраться домой, в Амварию.

- Благородно! Как благородно! Узнаю купца Урритона, доброго, смелого и справедливого! Рад, очень рад, что удалось вам спастись! Передавайте мои поздравления батюшке и матушке!..

- Обязательно передам. А теперь позвольте нам поспешить к отчему дому, поведать, что жив и здоров.

Я поспешил распроститься со священнослужителем и выехать в город.

- И куда теперь? - поинтересовалась Неневеста.

- Спрашивать, где я живу, как-то неудобно, - ответствовал я, косясь на бросающих на меня полные изумления взгляды прохожих. - Меня здесь, как я понимаю, знает каждая собака.

- Тогда давай разделимся, и я сама поспрашиваю дорогу, а ты будешь следовать за мной, наблюдая издалека.

Совет был довольно логичный, и я позволил Неневесте отъехать подальше от меня. Но не успела девушка и дорогу спросить, как из храма выскочило четверо молодцов в черных балахонах, догнали её, ухватили лошадь за узду, и, ни слова не говоря, потащили её, вопящую и упирающуюся назад, в храм.

Да что ж это? За что?!

Я развернулся и пришпорил коня вслед за ними. Догнал уже тогда, когда дюжие молодчики поставили лягающуюся и перечисляющую все известные и только что придуманные ругательства девочку пред "ясны очи" главного священнослужителя.

- Обыщите его! - рявкнул начальник на подчинённых.

Неневеста взвизгнула, и один из четвёрки запрыгал на одной ноге, поджав другую, ушибленную, а второй схватился за нос, который хоть и был большой, но гораздо менее крепкий, чем её лоб.

- Да это девчонка! - крикнул третий, тряся укушенным пальцем.

- Обыскивайте!

Четвёртый и наименее травмированный третий ухватили малышку за руки-ноги и начали трясти. На пол вывалилось несколько монет (а притворялась бедной родственницей, точнее, родственником!) и скипетр, точно такой, каким благословлял нас священнослужитель. Да это он и есть! - догадался, наконец, я. Опять злую шутку сыграла пагубная страсть уличной девчонки. Выручать надо!

Главный священнослужитель трясясь, словно припадочный, и поминутно то бледнея, то краснея, схватил протянутый коленопреклонённым слугой скипетр и прижал его к сердцу, причитая:

- Ты вернулся! Ты вернулся! Слава богам! - Затем резко обернулся и скомандовал: - На костёр воровку!

- За что? - совершенно искренне всхлипнула девчонка.

Священнослужитель только хмыкнул и собрался уходить, не удостоив её ответа.

Ой, кажется, пора вмешиваться!

- Ваша светлость! - бросился я ему наперерез. - Произошло страшное недоразумение! Она не виновата.

- Хм.

- Это подстава! Вы ведь меня знаете. Я ручаюсь...

- А ты, обманщик и раб похоти, вообще, молчи! Урритон, да, я знаю тебя и твою многоуважаемую семью... И я даже представить себе не мог, что ты в храм приведёшь любовницу. Да к тому же малолетку и воровку!

- Я? Да я не... Я сам не знал! Да всё можно объяснить! Она ж была в плену у бандитов, вот и выдавала себя за парня, чтоб сохранить невинность!

- Ладно-ладно, будешь теперь выкручиваться. Да не в том даже дело... Ты сам знаешь, у нас раньше было две священных вещи в храме, скипетр и держава. Они обеспечивали городу процветание, защиту и уважение. И вот, в течении одного месяца похищают державу, и тут же - покушение на скипетр. Это уже не шутки и не случайность. Скажу по секрету... Это - спланированная акция! И недаром она совпала с началом войны. Кто-то хочет уничтожить меня, ослабить Дилонию. Да-да-да! Это пахнет политикой, и не советую я тебе в неё вмешиваться.

- Но ведь можно всё замять, - подмигнул я. - Ведь никто пока ничего не знает, а я хорошо отблагодарю. Вы ведь знаете, что у меня есть средства...

Священнослужитель задумался. Алчность и долг боролись в его душе. Наконец, они помирились, а в глазах засиял безумный огонёк.

- Я не дам ход делу. Но при едином условии. Вы вернёте мне державу!

- Да, но...

- Я знаю похитителя! Я дам точные координаты! Я даже отпущу с тобой девушку! Верните мне державу, и никто, я клянусь, никто не узнает об этом инциденте!

В принципе, что мы теряем? Даже если не найдём мы храмовую святыню, кто мешает нам уйти по-английски, не прощаясь, и двинуться своим путём? Всё равно Неневесте здесь делать нечего, а когда настоящий купец вернётся домой, то сам пусть и разбирается. Что уже с ним священнослужитель сможет сделать?

И я сказал:

- Согласен.

Говорят, тысячу раз подумай, прежде, чем сказать "да". Возможно, был какой-нибудь другой выход, может, взятку следовало предложить побольше... Но, поздно, дорогие, поздно.

- Я даю вам ровно сутки, - провожал нас главный священнослужитель лично за город. К сожалению, если вы не вернётесь вовремя, рубаха, надетая на твою подружку самовоспламенится. (?????) Снять не пытайся, наложены такие заклятия, что уничтожишь и её, и себя.

Я с сомнением посмотрел на серое рубище на Неневесте, которая ехала на гнедой лошадке впереди, под присмотром всё тех же четырёх дубин, один из которых прихрамывал, а у другого на носу красовалась внушительная повязка. И взгляды они бросали на пленницу вовсе не полные любви.

- Поедете этой тропой. Она приведёт вас к замку на вершине холма. Там проживает некий граф Конрой, похититель державы.

- А почему вы так уверены, что это именно он? - поинтересовался я.

- Потому, что я сам видел! Он пришел в город, как обычный человек, а когда я собрался, как полагается, благословить его, вырвал из моих рук державу, обернулся волком, и, сжав святыню в зубах, умчался прочь. А ведь все знают, что на холме поселился оборотень!

Глава 29. Оборотень

- Все знают, что на холме поселился оборотень!

Вот спасибочки, дорогой, значит вы посылаете нас прямой дорогой оборотню в зубы? Как не оценить доброту великих мира сего? Оборотень! А я Кощей Бессмертный, только где-то глубоко внутри. А снаружи - довольно хилый купчишка, хоть Неневеста и говорит, что симпатичный, но против меня, настоящего...

- Так значит, граф превращается в волка? - вслух спросил я.

- Граф превращается в кого угодно! Так что будьте осторожны, если, конечно, моё предостережение имеет хоть какое-нибудь значение. Он хитёр, как лиса, быстр, как гриннок, зорок, как сокол, и мудр, как рукон. Не слишком мне верится, что попытка может увенчаться успехом, но что я теряю? Вдруг вам повезёт?

Да-а, с нашим везением...

- Ну, что ж, Урритон, в путь, - обнял меня по-отечески священнослужитель, как ещё слезу не пустил? - Да будет на то воля богов, свидимся...

Он кликнул слуг, и они с превеликим удовольствием вернулись, а я поспешил догнать Неневесту.

- Кощей, дорогой, и как тебе удалось с ними договориться? - мурлыкнула она, расплываясь в улыбке.

- Гм, просто я пообещал главному священнослужителю одну маленькую услугу.

- Да? Интересно, что?

- Вернуть похищенную державу.

- Державу?! Ого!

- Неневеста, держава, это такой предмет шарообразной формы, украшенный филигранью и драгоценными камнями, символ власти, святыня.

- Я не брала!

- Да ты здесь ни причём. Державу похитил граф из замка на холме.

- Граф-клептоман?

- Да нет, скорей всего, здесь политическая подоплёка.

- А-а-а... И теперь все хотят, чтоб я стащила у него эту святыню?

- А это идея! Действительно, именно сейчас твои таланты, вернее, таланты этой девочки, могут нам пригодиться!

- Кощей, нам-то в другую сторону.

- Почему?

- Неинтересно мне это. Да и планы у нас несколько другие. Мир спасать нужно, а не ублажать всяких там...

- Но я обещал, Неневеста!

- А я - нет!

- Давай хоть попробуем! - очень не хотелось говорить девушке о нависшей над ней опасности, как можно спокойно жить, если узнаешь такое...

- Значит, мы попросимся переночевать, словно бедные путешественники, а сами обчистим сокровищницу гостеприимного хозяина?

- Если он пустит нас переночевать, то постараемся так и сделать, а потом улизнуть незаметно, не вступая в бой.

- Ты боишься? - с удивлением посмотрела на меня Неневеста.

- Я не боюсь. Если б я был в своём теле... Но, разумно считаю, что ни тело бедняги купца, ни предоставленное мне оружие не в состоянии будут выступить против такого противника.

- Какого такого противника? - вбуравился в меня подозрительный взгляд из-под нахмуренных бровей.

- Ах, извини, забыл сказать, что граф - самый что ни есть настоящий злой оборотень, способный обращаться в любое существо.

- Так что ж ты раньше не сказал? Тогда обязательно зайдём в гости! Меня всегда интересовали оборотни!

Фух. Кто б подумал, что именно это её привлечет? Зато теперь можно не говорить ей об опасности. Я с интересом посмотрел на серое рубище, подпоясанное стальным обручем, такие же обручи стягивали ткань рукавов на запястьях.

- Хорошо, уболтал, заскочим на минутку к оборотню. Только помоги мне снять вот это, а то у меня не получается, - протянула мне ладони Неневеста.

Пр-р-р!

- Стой, Неневеста! Нельзя!

- Что нельзя?

- Нельзя снимать с себя эту одежду!

- Но она такая противная! И колется! Да не парься, Кощей, у меня под низом есть рубашка, так что я не буду соблазнять тебя своей обнаженной натурой!

- В четырнадцать лет там смотреть ещё не на что, - парировал я. - Нет, у других, может, и есть на что, но это не тот случай.

- Наглец, - Неневеста начала теребить браслеты.

- Не в том дело. Просто тебе не следует снимать эту одежду. Ты... можешь простудиться!

- А ты дашь мне свой плащ!

- Неневеста, прости, я не хотел говорить...

- ???

Как я ни старался, а пришлось выложить всё о подлости главного священнослужителя и необходимости возвратиться не позже, чем через одни сутки.

Неневесту сообщение повергло в глубокую прострацию и стёрло с её лица издевательское выражение.

Так мало-помалу приближались мы к замку на холме, скрывающемуся в зарослях романтическому строению с мостиком через ручей и десятком маленьких, словно игрушечных, башенок. Никогда б не подумал, что в таком милом архитектурном шедевре может жить злобное и жестокое существо. Странно, что оборотень поселился так близко к городу. Или, может, логично? Всегда свежая пища рядом... Правда, не видно было в городе, что все ходят жутко запуганные. Очень даже спокойные и довольные горожане. А, наверное, специально город обгородили и оставили один единственный вход, чтобы защититься от внезапного нападения...

Последнюю фразу я, видимо, сказал вслух, потому что Неневеста отозвалась удивлённо:

- Наивно считать, что от оборотня может защитить какая-то ограда, особенно, если учитывать, что он превращается в кого угодно. Птицей пролетит, змеёй проползёт.

- Но в городе, вроде бы, спокойно.

- Кощей! Это всего лишь значит, что оборотень не доставляет городу никаких хлопот. Единственные хлопоты он доставил главному священнослужителю, похитив реликвию. И всё. Почему все считают, что, если оборотень, то обязательно должен жрать людей? Никакой уважающий себя представитель этого рода такими делами заниматься не будет.

- Твою б уверенность да Богу в уши, - сам себе пробормотал я.

- Да я б и сама с удовольствием научилась превращаться в других животных! Нужно расспросить, как это делается. Это ж интересно! Мне уже довелось побывать в теле питонши и птиц, да, ещё муравья и медведицы. Но тогда всё зависело не от меня. Раз - и очутился в чужом теле. А вот если бы самой почувствовать, как вырастают во рту острые клыки... вытягивается хвост... руки превращаются в когтистые лапы... - мечтательно проговорила Неневеста.

- Что за садомазохизм?!

- Ты думаешь, это неприятно? - уставились на меня круглые удивлённые глаза.

- Проверять желания нет.

- А у меня - есть!

- Всё, Неневеста, расслабься. Мы подъезжаем. Представимся путниками, как раз темнеет, попросимся на ночлег. Если он примет гостей, будь приветлива и думай, что говоришь. Он ни о чем не должен догадаться. Если нас не пустят, тогда будем рассматривать другие варианты.

Поднимаясь вверх по холму, мы приблизились к игрушечному замку почти вплотную. Он даже не был огорожен! А, впрочем, чего бояться такому существу? Во дворе словно поработал ландшафтный дизайнер. Красиво разбросанные камни, альпийские горки, декоративные вечнозелёные кусты... И среди всего этого великолепия сидят, лежат или прогуливаются несколько крупных серых псов.

- Оборотни! - схватился я за меч, любезно предоставленный главным священнослужителем.

- Да нет, обычные собачки, - спешилась Неневеста и поцмокала, подзывая псов.

Звери не спеша обступили нас, разглядывая с интересом и дружелюбно помахивая хвостами. Прям сейчас есть не будут. Не голодные, значит. Я неловко вертел в руке меч, не зная, то ли прятать уже, то ли не спешить.

Неневеста каждого погладила, каждому ласковое слово сказала. Хоть самому в очередь становись.

Двери замка отворились и показался приятной наружности молодой человек со французской щупловатой фигурой и благородной осанкой.

- Не бойтесь! - крикнул он. - Они не укусят!

Предупреждение было не совсем своевременное. Тут бы Неневеста никого не покусала.

- Разрешите представиться, - склонился в замысловатом поклоне молодой человек. - Граф Конрой из рода Ртонуров, к вашим услугам.

Неневеста зарделась. Точнее, зарделась девочка, тело которой она узурпировала, так как саму Неневесту я в жизни не видел краснеющей.

- Разрешите, - предложил он девушке руку, затем обернулся ко мне: - Юная особа совершенно устала, прошу вас оказать честь моему скромному жилищу и остаться переночевать. Отдельные комнаты и ужин я гарантирую.

- Но откуда?.. Как вы догадались, дорогой граф, что это девушка?

- Разве можно ошибиться, видя столь прелестное нежное лицо? Даже под этим странным нарядом я вижу благородную женскую фигуру. Вы представитесь или хотите сохранить инкогнито?

- Я - Неневеста Кощеева, - поспешила раскрыть карты моя дальновидная спутница. - А это - сам Кощей.

- Очень польщен. Очень рад. Значит, сам Кощей со своей Неневестой... Давно не останавливались у меня столь интересные гости. Точнее, первый раз с того времени, как я вернулся в родовое гнездо.

- Вы слышали о нас? - удивилась Неневеста.

- Нет, - покачал головой хозяин замка. - Но надеюсь услышать вашу историю из первых уст во время ужина. Идёмте же скорее. Глитон! Отведите лошадей в конюшню!

Словно ниоткуда возник слуга, двухметровый детина, за ним вынырнула пара хищных птиц, то ли орлов, то ли беркутов, я не разобрал. Они пронеслись над нашими головами, обдав ветром, поднятым мощными крыльями, и скрылись за деревьями.

- Прикольно тут у вас, - проследила Неневеста взглядом за исчезающими пернатыми хищниками.

- Возможно, - неопределённо ответил граф.

Слуга повёл наших лошадей куда-то за замок, а девушку под ручку - в здание.

Что-то напрягает меня такая дружелюбность, боюсь, это ловушка для беспечных путников, а ночью здесь начнётся суд божий. Хотя, с другой стороны, неужели так часто заходят сюда на огонёк путешественники? Ведь до города с полчаса езды, а сам замок - в стороне от главных дорог. Посмотрим. Пока всё идёт по плану. Нас оставляют на ночлег. Просто нужно не терять бдительность.

Внутри замок оказался таким же светлым и радостным. Ничто не говорило о тёмной сущности проживающего здесь существа. Да и сам улыбчивый граф на оборотня походил, как лебедь на леопарда. Он лично показал нам комнаты, убранные в классическом стиле. В моей спальне господствовала фиолетовая гамма, Неневестина была оформлена в желто-золотистых тонах. После этого мы отправились в трапезный зал, где уже было накрыто на троих. Ароматы, заполнившие простор комнаты, напомнили, что поесть уж никак не мешает.

Неневеста, не соблюдая этикета, набросилась на мясные рулеты и колбасы, словно не она так яростно пропагандировала вегетарианство. Я же с сомнением уставился на предложенную нам еду.

- Ешь, - шепнула мне на ухо девушка. - Мы ж в гостях у оборотня, а не у людоеда.

Конрой с улыбкой наблюдал за ней. Наполнив бокалы играющей в лучах свечей янтарной жидкостью, он протянул один гостье:

- Давайте выпьем за знакомство!

- Ей нельзя, она ещё маленькая! - попытался я остановить руку Неневесты.

- Это натуральное слабое вино из мёда и лесных ягод. Скорее лекарство, чем алкоголь. Оно поможет юной красавице отдохнуть после дороги и набраться новых сил.

Я вино едва пригубил, опасаясь, что в него может быть подсыпано снотворное или яд. Хотя по запаху ничего не чувствуется. Правда, в этом теле я могу и не распознавать яды.

- Пей, Кощей, - снова склонилась ко мне Неневеста, - ему можно доверять.

Ага, доверять оборотню! Чтоб она ещё посоветовала? И я продолжил копаться в блюде, делая вид, что ем, и обдумывая наши дальнейшие действия. Можно было и не обдумывать, всё равно всё наперекосяк пошло благодаря нашей умнице.

- А вы правда оборотень, и можете превращаться в любых живых существ? - брякнула она, перечеркнув все мои планы одним махом.

- Нет, - спокойно ответил Конрой, потягивая янтарное вино.

- А-а-а... Жаль.

- Почему? - удивился красавчик-граф.

- Очень хотелось бы научиться перекидываться когда захочешь и в кого захочешь. Вот, думала, у вас курсы пройти.

- А разве я похож на оборотня?

- Внешне - нет, но вот глаза... - Неневеста склонилась, неприлично разглядывая хозяина замка. - Глаза, точно, оборотня.

Конрой рассмеялся.

- Вы тоже считаете меня оборотнем? - обернулся он ко мне.

- Мне говорили, что вы превращаетесь и в волка, и в сокола, и в... других существ, неизвестных мне. Но лично я считаю, что это досужие домыслы.

- Случайно проходящие мимо моего замка люди встречают иногда свободно гуляющих собак, видят кружащих над башнями соколов, орлов, беркутов, что и рождает пресловутые легенды. У нас народ склонен к фантазиям. Попробуйте-ка вот этот салатик... Но, как вы имели возможность убедиться, мои звери и птицы очень миролюбивы и не причиняют никому вреда, мне даже нет необходимости держать их под замком. Возможно, кто-то встречал и других животных, проживающих у меня. Я ведь предоставляю им полную свободу. У меня живут и леопард, и пещерный дракон, и гриннок, и даже пророчествующий рукон.

- Ой, как интересно! - воскликнула Неневеста. - А посмотреть можно?

- Кстати, про вас в говоре говорят, что вы мудры, как рукон. Очень хотелось бы узнать, что это за существо, - поддержал я её любопытство.

Граф улыбнулся, безоружно разводя руки в стороны:

- Как я могу отказать таким гостям? - после ужина попробуем поискать моих животных, надеюсь, они не отправились на дальние прогулки.

- А почему вы... Ой, а давайте на ты, лады? А то я язык сломаю об этот этикет! Почему ты живёшь не в городе и, насколько я понимаю, не общаешься с его жителями? - аппетитно облизываясь, проговорила Неневеста.

- Это не я не общаюсь с городом, - вздохнул Конрой. - Это город не общается со мной. Довольно грустная история...

- Расскажи...

- Видите ли, испокон веков Ртоном правила графская династия Ртонуров. Об этом свидетельствует даже наша фамилия. Правила наша семья мудро и справедливо. Город даже не был обнесён оградой, ибо мы прекрасно общаемся с различными животными, и дикие звери охраняли Ртон получше войска. А служение Солнцу обеспечивало хорошие урожаи и благоприятную погоду. Залогом власти были три священных предмета, передающиеся по наследству в нашей семье. Скипетр, украшенный магическим Алмазом Силы, обеспечивал власть и беспрекословное повиновение. Ибо только наличие крепкой централизованной власти способно обеспечить порядок и безопасность. Держава даровала благоденствие, изобилие и процветание, этот шар символизировал покровительствующее нам Солнце. Статуя аштара, светлого существа, служащего Солнцу, обеспечивала связь со всеми животными и волшебными существами в округе.

Неневеста вздрогнула, но промолчала.

- Мне было семь лет, когда отец отправил меня учиться в столицу, в закрытого типа университет, который я не имел права покидать до его окончания. Связь мы поддерживали только через переписку. Соколы носили письма домой родителям и от них - в столицу. Однажды пришло письмо, которое потрясло меня и поставило резкую черту между прошлым и будущим. Отец сообщал, что похищена статуя аштара. За этим событием всё пошло наперекосяк. Аштары словно взбесились. Ранее добрые и нежные, они вдруг стали злобными и неуправляемыми. Начали нападать на других живых существ и поедать их! Отец не мог ничего сделать. Это было ужасно. В конце концов, они покинули окрестности Ртона. В бесплодных поисках отец потерял свою жену, мою мать... Она сорвалась с утёса, - голос Конроя стал хриплым и взгляд затуманился, но он быстро взял себя в руки. - Отцу пришлось вернуться в замок, и тут его ждал новый удар. Воспользовавшись тем, что звери после исчезновения статуи аштара перестали воспринимать приказы и разбрелись, на замок было организовано нападение. Исчезли оставшиеся две реликвии: скипетр и держава. Вскоре стало ясно, кто стал организатором переворота. Никчемный алчный человечишка, служивший ранее в замке. Да, священные реликвии дали ему власть и силу, он объявил себя главным священнослужителем, носителем света и добра. А нашу семью предал анафеме, объявив оборотнями, тёмными силами, противостоящими свету. С тех пор прошло десять лет. Только год назад окончилось моё обучение, и я вернулся на родную землю. Отец не дожил до этого часа, его сломили произошедшие события. Я же решил вернуть всё на круги своя. Сначала восстановил замок. Приручил некоторых животных, они прекрасно понимают меня, любят и слушаются. Но без статуи аштара я не могу общаться с животными на расстоянии. Я намерен вернуть утраченные реликвии и даже предпринял попытку. Мне удалось возвратить солнечную державу, и Солнце снова обернулось ко мне лицом. Теперь на очереди скипетр. Жаль, я без малейшего понятия, где искать статуэтку аштара... Вот вы и знаете теперь мою историю. Я вижу, вы уже поели, идёмте, познакомитесь с некоторыми из моих друзей-животных.

Граф провёл нас в парк, окружающий замок. Было уже темно, поэтому всё тот же двухметровый слуга нёс факел, бросающий на окружающие предметы яркие блики и спутывающий за ними длинные тени.

Сопровождать нас сразу же выскочили серые псы, кажущиеся ночью совершенно черными.

- Это совершенно новая, выведенная отцом, порода. Они несколько одичали, оставшись без присмотра, но, когда я вернулся в замок после обучения, признали меня и теперь не покидают. С ними вы уже познакомились, - улыбнулся Конрой, глядя, как Неневеста треплет лохматые загривки. - У меня много прирученных птиц, но ночью они спят, не будем их тревожить. Вы сможете посмотреть их завтра. А вот это моя ласковая киса, Гертруда, - пятнистый леопард вынырнул словно из неоткуда и принялся тереться у ног хозяина, мурлыча, словно большая кошка.

- Ой, какая прелесть! - и Неневеста оказалась занята надолго, теребя и гладя хищного зверя, словно месячного котёнка.

- Не отвлекать, - покачал я головой, многозначительно кивая на девушку. - Опасно для жизни. Нашей.

Граф только рассмеялся, казалось, ему доставляет огромное удовольствие наблюдать за гостьей.

- А знаешь, Кощей, - сложив руки на груди, задумчиво проговорил Конрой. - Я б с удовольствием предложил Неневесте остаться хозяйкой в этом замке, если б не знал, что ты любишь её...

Что? Да я даже от себя это скрываю! Не то, что от Неневесты! Она такая непредсказуемая! Может послать куда подальше. Но что, в таком случае, значат её слова, что в оплату за спасение Аллии она потребовала... меня? Я не могу её понять.

- Да и она любит тебя, - тихо продолжил граф. - Жаль.

- Да с чего ты взял, что всё обстоит именно так? - не выдержал я.

- А мне не нужно это знать, я ведь чувствую, так же, как чувствую этого леопарда или летящего в небе сокола.

- Ей четырнадцать лет!

Конрой с укоризной поглядел на меня:

- Я вижу суть. Да, это тело четырнадцатилетней девочки. Но только тело.

К счастью, нашего разговора Неневеста не слышала, занятая всецело Гертрудой, которая уже перевернулась на спину и играла, легко махая лапой со втянутыми когтями. Если бы она знала, о чем мы сейчас говорили, я даже не берусь предсказать, какова была бы её реакция.

- Кощей, мы ведь заведём такую кису, когда будем в моём мире? - подняла голову Неневеста.

Ну вот, как можно догадаться, что выдаст она в следующий момент? Даже подумать не мог, что она планирует отправиться в её мир вместе.

Пока я думал над ответом, она поцеловала усатую морду Гертруды, помахала ей рукой и обратилась с вопросом к довольно наблюдавшим за ней графом.

- Ну что, мы идём дальше?

Конрой протянул ей руку, и мы прошли вымощенной камнями дорожкой к конюшням.

- Ноки, - позвал граф и свиснул.

Из глубины конюшни донёсся топот, и под лунный свет грациозно выскочило странное существо, ростом чуть больше пони, но с длинными тонкими ногами, оканчивающимися не копытами, а мягкими когтистыми лапами, светлая челка падала на крутой лоб, прикрывая один глаз, а сама грива тянулась вдоль всего хребта до самого кончика ящероподобного хвоста, который, подчиняясь сильным мышцам, вертелся туда-сюда, словно руль.

- Это Ноки, гриннок , - Конрой протянул коньку угощение.

- Дай мне, - почти выхватила сладость из его рук Неневеста и склонилась, нашептывая что-то зверю на ушко.

- Гриннок - самое быстрое существо на Аллии. Только оседлать его может лишь единственный человек, его хозя...

Он не договорил. Словно ураган пронёсся мимо, подняв пыль и обдав ветром наши лица, и не стало ни чудо-конька, ни Неневесты.

Я выдернул из ножен меч, оглядываясь в поисках врага.

- Невероятно, - прошептал граф, ложа ладонь на рукоять моего меча. - Она оседлала его! Она была б идеальной хозяйкой... Не бойся, минут через пять они вернутся, сделают круг вокруг города - и вернутся, - обратился он ко мне.

Хотелось бы верить... Но, действительно, не прошло и пяти минут, как порыв внезапного ветра сигнализировал о приближающемся гринноке. Ещё полмгновения - и Ноки стоял на том же месте, и даже не заметно было по нём, что он так быстро преодолел такое расстояние. Конрой подхватил Неневесту за талию и снял с конька, тот повернулся и ткнулся носом в её щёку.

Неневеста прижалась к шелковистой шее:

- Спасибо, Ноки, за чудесную прогулку! А теперь иди отдыхать!

Гриннок фыркнул, кивнул головой и скрылся в конюшне.

- Поразительно! - воскликнул граф. - Он понимает и слушается тебя!

Да, действительно, она, как нельзя лучше подходит этому графу. Наверное, когда мы спасём Аллию, правильно будет рассказать ей о его чувствах, и пусть она сама решает, хочет ли вернуться к нему... А потом я засунул свою правильность куда подальше и вынул свой эгоизм куда поближе. Ничего я ей не скажу!

- Кого ещё ты покажешь нам, Конрой? - обозвалась Неневеста.

- Идёмте в замок, я покажу вам рукона, он прохлаждается в одной из комнат.

Мы двинулись мимо вечнозелёных кустов и альпийских горок к замку. В одном месте граф остановился, задумчиво глядя на пустой постамент посреди крошечного круглого пруда.

- Здесь стояла когда-то статуя аштара...

- У меня тоже есть статуэтка аштара! - воскликнула Неневеста, выуживая на свет луны маленькую фигурку, которую, как мне помнится, я у неё забирал. - Смотри, Конрой, вот! Только она маленькая, а здесь стояла большая...

Глаза графа загорелись, он принял фигурку аштара из крошечных рук Неневесты и поставил её на постамент, она вдруг стала нечеткой, словно невидимый художник смазал краски, затем начала быстро расти, и вот уже аштарка в натуральную величину сидит на камне, задумчиво глядя вдаль.

У нас с Неневестой даже рты приоткрылись от удивления.

- Это она! Она!!! Я уже чувствую животных, находящихся за мили отсюда! Скоро вернутся домой аштары!

В неконтролируемом порыве он хотел обнять Неневесту, но его остановил мой взгляд.

- Ты уверена, что поступила правильно? - обернулся я к девчушке.

- Да, Кощей. Я знаю, что делаю. Я чувствую, что делаю правильно. И мало этого... Я сделаю больше.

- Идёмте, рукон предскажет вам будущее, - потянул её за руку Конрой.

- Хорошо. Но сначала... - и Неневеста достала из-под рубища сверкающий скипетр.

- Но откуда?! - хором воскликнули мы с графом.

- Ведь его забирал главный священнослужитель! Неневеста, как он снова оказался у тебя?

- Забирал, - согласилась она. - Но, когда он провожал нас к тропе, ведущей к замку, снова как-то получилось, что он оказался у меня...

Девочка протянула скипетр Конрою. - Бери, это твоё!

Граф с благоговением принял реликвию, ещё не веря своему счастью.

- Ты отдаёшь себе отчет, Неневеста! - воскликнул я, тоже ещё не веря, что она сделала это. - Ты помнишь, от чего зависит сейчас твоя жизнь?!

Девчонка упрямо надула губки и хмуро глянула на меня.

- Не ругайся!

- А ну-ка, давайте всё по порядку. Если раньше я не настаивал на вашей откровенности, то теперь настаиваю, - взял меня и Неневесту под локти красавец-граф. - Идёмте в замок.

Спустя полчаса он уже знал о нас практически всё. Выражение его лица по мере рассказа всё время менялось, отражая самые разнообразные чувства.

- Вот и всё, - закончила Неневеста.

- Значит, так. Обретя сокровища рода, я, по идее, должен обрести и силу. Столетиями Ртонуры служили Солнцу, надеюсь, оно не откажется послужить теперь мне. Думаю, я смогу снять заклинания, проведя ритуал на восходе. Ночью пороюсь в семейной библиотеке, там заклинаний - уйма. Но, знай, Неневеста, если ничего не получится, я верну скипетр и отдам тебе державу, чтоб вы отвезли их главному священнослужителю. Вы вышли из города перед заходом солнца?

- Да, незадолго, - подтвердил я.

- Значит, к этому времени ты будешь в храме, Неневеста. Ничего не бойся. Это на самый крайний случай, надеюсь, ты станешь свободна от этого рубища уже завтра утром. А сейчас проведаем всё же рукона, я хотел бы знать, что он напророчит вам.

Мы последовали за графом в одну из комнат, без мебели, но полностью застелённую ковром, на котором дремал, свернувшись клубком, рукон. Услышав шаги, существо проснулось и развернулось во всю свою двухметровую длину. Верхней своей частью оно скорее всего напоминало жабу, наверное, большим безгубым ртом и выпуклыми глазами, только кожа была светлого песочного цвета, а голову покрывали вполне человеческие волосы, неожиданно черные, висящие ровными сосульками и касающиеся плеч. Опирался рукон на две почти человеческие руки, только с перепонками между пальцами. Зато ног у него не было. Нижняя часть представляла собой змеиный хвост, только очень толстый.

- Ты спал? Прости, рукон, что разбудил. Я привёл гостей, - обратился к этому странному существу Конрой. - Ты ведь ответишь на их вопросы?

Рукон закатил глаза, вздохнул, как старик, и согласно кивнул головой.

- Каждый может задать ему только один вопрос, поэтому подумайте, что бы вы хотели знать в первую очередь, а пока начну я, - и граф обернулся к прорицателю: - Я спасу Неневесту?

- И да, и нет, - нечеловеческий голос вырвался из приоткрывшейся пасти, мы едва разобрали слова.

- Вот радуют меня всегда твои неопределённые ответы, - с сожалением отвернулся Конрой. - Ответь хоть гостям поточнее, пожалуйста!

Тут к рукону приблизилась Неневеста:

- Я спасу Аллию?

- .Спася Аллию - погубишь Аллию.

- Ничего не поняла, - расстроено глянула на графа девочка. - Он всегда так отвечает?

- Всегда, - ответил сокрушенно качая головой Конрой. - Потом становится ясно, что рукон был во всём прав, но сразу понять, о чём он говорит, бывает сложно. Просто запомни его ответ.

- Ладно, - кивнула Неневеста и отошла. - Спасибо.

- Остался последний вопрос. Думай, о чём спросить, Кощей, - посоветовал граф.

Действительно, на любой вопрос есть любой ответ, нужно только правильно спрашивать.

- Вернётся ли Неневеста в свой мир?

- Кого она носит, тот её трижды вынесет.

И рукон снова свернулся клубком, прикрыв голову кончиком хвоста, показывая, что аудиенция окончилась.

Вообще всё понятно стало. Я ж не дешифратор - разгадывать такие иносказания. Оракул чертов! От его пророчеств только кошки на душе заскребли. Ничего конкретного.

Мы тихо покинули комнату, прикрыв за собой дверь.

- Кажется мне, вопросов после его ответов возникло ещё больше, чем раньше, - сказал я, поддерживая Неневесту, зацепившуюся за угол.

- Как бы там ни было, сейчас вы идёте отдыхать. День был трудный. Неневеста уже с ног валится, на ходу засыпает. Завтра будет день, и всё будет хорошо. Позвольте мне провести вас к вашим комнатам.

Конрой сердечно попрощался с нами около наших спален, всё так же мило улыбаясь, но видно было, что он взволнован и пытается это скрыть. Да, лучше б мы к этому горе-предсказателю и не ходили. Спокойней бы на голову было.

Когда граф скрылся за углом коридора, я нырнул в спальню Неневесты, уже забравшейся в кровать, застеленную пышной периной.

- Кощей, я - несовершеннолетняя! - швырнула она в меня подушкой.

- Да не трону я эту девочку, успокойся, - подал я ей подушку. - Когда это ты такая пуганная стала? Но и одну я тебя не оставлю.

- Ты до сих пор не доверяешь оборотню? - спросила Неневеста, умащивая подушку на место.

- Он доказал, что не оборотень, но это ещё не значит, что мы здесь в полной безопасности. Кто может подтвердить, что он говорил нам правду? Да, он весьма убедителен, но вдруг это всё всего лишь маска? А ты так доверчиво раскрыла перед ним все карты, отдала ему и статуэтку аштара, и скипетр, который неизвестно когда успела спереть вторично...

Странное сопение заставило меня прервать монолог и посмотреть на свою собеседницу. Она мирно уткнулась в подушку и до фени были ей мои излияния. Вот так всегда.

Я умостился на жестком полу у входа. Постоянно страдаю из-за этой негодницы. И не ел на ужине, и не высплюсь теперь нормально, только б обеспечить её безопасность. И кто-нибудь думает, дождусь хоть слово благодарности? Фигушки. Ладно, всё пустяки. Главное - спасти её. Сейчас над Неневестой висит такая опасность, а она, кажется, и не понимает толком этого. Любой ценой до завтрашнего вечера с неё нужно снять заклятые браслеты и обруч. Любой ценой...

Солнце ещё не встало, а граф уже разбудил нас. Зевая и потирая отдавленные бока, я вышел за ним и Неневестой во двор. Там, около прудика со статуей аштара, уже были начерчены на земле таинственные знаки, горели по периметру свечи разных цветов, пахли благовония. Конрой поставил Неневесту в центр нарисованных символов, мне велел отойти подальше, взял в руки державу и скипетр. Склонив голову, он шептал про себя неслышимые слова, выжидая время. Затем вдруг вскинулся, поднял высоко священные предметы и громко начал читать заклинания на неизвестном наречии. Слова певуче заплетались, перепутывались, сливались и разбрызгивались в разные стороны, словно искры бенгальского огня. Огни свечей трепетали и вздрагивали. Тени метались между символами, меняя очертания. А Неневеста громко зевала, как всегда, не выспавшись.

Первые лучи солнца ударились в разбросанные вокруг камни, на которых стояли свечи, погасшие в тот же момент. Солнечные зайчики заплясали на скипетре и державе, сплетая странный чарующий узор. Засветилось вдруг всё вокруг в переплетении лучей, отбивающихся от маленьких зеркал, закрепленных на камнях. Граф торжественно коснулся священными предметами браслетов, удерживающих смертоносное рубище, но ничего, ровным счетом ничего не случилось. Солнце продолжало подниматься, нарушая волшебное сплетение линий, а ожидаемое волшебство не произошло...

Ожидаемое волшебство не свершилось. Граф устало стёр пот с лица.

- Наверное, ритуал нужно было проводить в полдень. Да, точно, в полдень. Мы повторим, и всё получится. Ты мне веришь, Неневеста? Всё равно всё будет хорошо!

Он пригласил нас в трапезный зал, а после завтрака, прошедшего в натянутой обстановке, вместе с Неневестой уединился в библиотеке, пытаясь выяснить, что он сделал не так, почему не удалось его волшебство. Я же то наведывался в библиотеку, то выходил подышать свежим воздухом. Мне не читалось, и не сиделось на месте. По мере того, как солнце всё выше поднималось над горизонтом, моё волнение усиливалось. А каково Неневесте? Я снова возвращался в библиотеку, чтоб поддержать и успокоить девчушку, но заставал её такой увлеченной каким-нибудь бесценным фолиантом, что вновь уходил, чтоб не мешать. Как она может читать в такой момент? Хотя, наверное, так ей легче скрыть свои чувства.

Так незаметно подкрался полдень, и граф снова поставил Неневесту в центр созданного им магического круга из камней и нарисованных символов. И снова лились из его уст непонятные слова, и снова сплетались солнечные лучи, творя таинственный узор, и снова...

И снова ничего не получилось.

Пора признать, что Конрой то ли не может, то ли не хочет спасти Неневесту. А времени осталось не так уж и много. Пора брать всё в свои руки...

Глава 30. Цена мгновения.

Я стояла в центре круга в окружении неизвестных символов и камней, напомнивших мне Стоунхендж. Хитросплетение лучей падало на камни с закреплёнными на них зеркальцами, отражалось, перемежалось, создавая шедевр светоисскуства. Голос Конроя гремел, сотрясая воздух, финальный аккорд прозвучал особенно пафосно. Скипетр и держава ударили меня по рукам. Я подняла ладони к лицу, спеша узреть волшебство. Но браслеты всё так же держали рубаху, не позволяя снять её.

Солнце соскользнуло с вершины неба, а лицо графа отразило глубочайшее недоумение и разочарование.

- Ничего не понимаю... Ничего не понимаю... - забормотал он. - По всем расчетам, всё должно было получиться! Неневеста, не отчаивайся! У нас ещё есть время! До города полчаса верхом. Я сейчас... Я в библиотеку... Я должен понять, в чём ошибся!

И граф снова порулил в библиотеку. Кощей подошел ко мне, вывел из круга и прижал к своей груди:

- Не бойся, маленькая. Всё будет хорошо.

- Угу, - кивнула я.

- Знаешь, что, давай-ка, дуй в замок за реликвиями, у тебя это отлично получается. А я - к конюшням, за лошадьми.

Я подняла на него глаза, в которых защемили непрошенные слёзы, и прошептала:

- У нас ещё есть время.

- Неневеста, не дури! Потом может не оказаться такого благоприятного момента.

- Мы должны верить оборотню. Он не желает нам зла!

- Может быть. Может быть, зла он и не желает, но и помочь не может, ты уже дважды убедилась в этом, Неневеста!

Но как объяснить Кощею, что я знаю, что поступаю правильно, пусть даже вопреки всей логике мира? Я чувствую это на каком-то ином уровне, так, как чувствовала Гертруду, как чувствовала гриннока. Я, вообще, последнее время стала чересчур чувствительная. Наверное, это из-за фигурки аштарки, которая помогает налаживать контакты с представителями различных животных и разумных видов. А сейчас, когда статуя заняла своё законное место на постаменте в парке около замка, её влияние ещё более усилилось. Я на животном, интуитивном уровне знаю, что Конрой делает всё, чтобы помочь мне. И даже если у него ничего не получится, я не буду обворовывать его и убегать. А ещё я чувствую, что он влюбился в меня. Он очень классный, и если бы не Кощей, я бы задумалась, не остаться ли с ним. Но, этот вариант отпадает безоговорочно, потому что я пойду другим путём. И это мой выбор.

- Неневеста! Поспеши!

- Я никуда не пойду.

- Ты хочешь, чтобы я убил милого графа и забрал реликвии? Мне придётся это сделать, ведь воровать я не умею. Ты хочешь этого?

- Этим ты меня не спасёшь, я не вернусь в город.

- Тогда я сам отнесу скипетр и державу главному священнослужителю. И он снимет заклятие!

- Ты понимаешь, что это - неправильно?

- Понимаю. Но я сделаю всё ради твоего спасения.

В глазах Кощея зажегся фанатический блеск, и я поняла, что сейчас он, действительно, готов на всё.

- Очнись! - дёрнула я изо всех сил его за рукава. - Поверь мне! Доверься мне хоть один раз в жизни!

- Когда на кону стоит твоя жизнь? Посмотри вверх.

Невольно я подняла глаза к небу. Солнце катилось вниз. Неожиданно быстро и неумолимо. Почему время так субъективно? Иногда каждая минута раскатывается почти до бесконечности. Когда чего-то ждёшь, когда хочешь, чтоб это побыстрее наступило, ожидание превращается в пытку. А сейчас, когда мечтаешь растянуть часы, оставшиеся до... До чего? Когда страстно желаешь, чтобы время замедлило свой ход, оно, словно назло, спешит промелькнуть побыстрее.

- Ну же, Неневеста!

Я сжала зубы и решительно помотала головой.

И тут из замка выскочил взлохмаченный граф.

- Я всё понял! - закричал он с порога. - Я всё делал правильно!

- Ну что, послушаем твоего "спасителя", что он на этот раз придумает, - прошипел сквозь зубы Кощей. - И пусть молится, если что-то пойдёт не так...

Конрой подбежал к нам, взял меня за руку:

- Я всё делал правильно, Неневеста! И понять не мог, почему у меня не получается. Но теперь я нашёл ответ! Оказывается, сила вернётся ко мне в течении трёх суток!

- Но у нас нет трёх суток! - рявкнул взбешенный Кощей.

- Правильно, поэтому мы тотчас отправляемся в дорогу! Я отдам этому негодяю реликвии моего рода, пусть только он снимет с неё эту рубаху! Я всё равно верну их, рано или поздно. Но сейчас главное - жизнь Неневесты!

Прошло с полчаса, и во дворе уже стояли запряженные кони. Два из них, предназначенные для нас с Неневестой, были нагружены седельными сумками, полными денег и продовольствия.

- Вы в городе лучше не задерживайтесь, - напутствовал нас граф. - Как только священнослужитель снимет заклятие, уезжайте подальше, доверять ему не рекомендую. Лучше всего было бы его больше не видеть, но, раз нет другого выхода, пусть будет так. Только будьте предельно осторожны. Кощей, не оставляй Неневесту ни на секунду одну! Заставь негодяя выполнить обещание, пусть даже тебе придётся сделать это силой!

- Мне можешь нотации не читать, - хмуро огрызнулся Кощей. - Кто больше меня печется о её безопасности?

- Я провожу вас до города, - словно и не слышал грубости Конрой, подсаживая меня в седло и вскакивая на своего коня. - Поехали.

Серые псы крутились вокруг нас и явно собирались сопровождать.

Драгоценные реликвии граф спрятал за пазуху, и поскакал вниз по холму, поминутно оглядываясь на меня.

- Как ты? Ты хорошо себя чувствуешь, Неневеста? Что-то ты бледненькая...

- Да всё в порядке, Конрой! Всё нормально!

Мы быстро преодолевали пространство между замком на холме и въездом в Ртон, поглядывая на катящееся к закату солнце. Несмотря на то, что двигается оно, кажется, быстрее обычного, мы вполне во время укладываемся. До города рукой подать. И если нам не помешают какие-то непредвиденные обстоятельства...

Не поминай лихо, пока тихо! Черная тень неведомого огромного существа, которое я даже разглядеть не успела, пронеслась над нами. Лошади шарахнулись в панике в разные стороны. Я кубарем скатилась со своей гнедой, стрелой скрывшейся в подлеске, больно ушибившись мягким местом, которое только по идее должно было быть мягким, а у меня оказалось очень даже костлявым.

Не успела я сообразить, как меня уже с двух сторон поднимали две крепкие мужские руки, Кощея и Конроя. Ой, сколько ж джентльменов вокруг! Приятно-то как! Я встала, отряхиваясь. Только где моя лошадка, а?

Увы, в пределах видимости не было не только моей, но и никакой другой лошади. Они всё умчались, испугавшись таинственного существа. Но пешком... пешком мы не успеем! Мамочки!

Серые псы вылазили из кустов, скуля со стыда.

Я в растерянности поглядела на своих спутников.

- Что это было! - спросил Кощей.

- Без понятия, - покачал головой Конрой. - Но это существо, точно, не из нашего края. Ничего подобного никогда даже не встречал. Жаль, что мы уже далеко были от статуи аштара, иначе меня бы предупредили о его приближении.

- Думаю, это снова охотники.

- Кто?

- Торритяне. Они вышли на наш след.

- Кощей, даже не в том дело, кто виноват! Главное, у нас слишком мало времени, чтоб добраться до города без лошадей!

Бессмертный тихонько выругался.

- Попробую поискать их.

Мужчины разбрелись по зарослям, зовя коней. Кощей тащил меня за руку, не отпуская. Я шла непрерывно поглядывая на солнце. Казалось, что оно начало падать всё быстрее и быстрее. Ч-чёрт!

Кощей и Конрой снова сошлись на тропе.

- Лошадей не вернуть, - констатировал факт граф. - Они слишком напуганы, и слишком далеко убежали.

- Что же делать? - стукнул кулаком по ноге Бессмертный. - Мы должны что-то придумать!

- Остаётся один единственный шанс... Благодари всех богов, Кощей, что Неневесте удаётся найти общий язык с любым представителем животного мира.

И он засвистел. Громко, протяжно. Свист раздвоился, размножился, словно тысячи эхо отозвались и понесли его дальше...

Кощей прижал меня к себе и всё время гладил по голове, словно ушибившегося ребёнка.

А солнце всё падало, и падало, неумолимо приближаясь к темнеющему на горизонте городу. Слишком быстро.

И вот словно порыв урагана пронёсся, срывая листья с деревьев, и перед нашими глазами остановился гриннок, самый быстрый на Аллии зверь.

- Ноки! - потянулась я к нему.

Граф подхватил меня за талию и посадил на чудо-конька:

- Держись!

Затем выудил из-за пазухи скипетр и державу, и вручил их мне:

- Смотри, не потеряй. Ни о чём не беспокойся. Гриннок доставит тебя вовремя. Отдай всё священнослужителю, но только тогда, когда он снимет с тебя рубаху.

Я кивнула.

- Я не отпущу её одну! - запротестовал Кощей. - Это опасно!

- Опасно?! - воскликнул возмущенно граф. - Опасно промедление хоть на минуту!

- А двоих гриннок может понести? - не сдавался Бессмертный.

- В принципе - да, он хоть и маленький, но выносливый. Но сейчас это может замедлить его движение, и солнце дойдёт до опасной черты! Вперёд, Неневеста! Вперёд!

Ага! А как я должна держаться за гриннока, с его-то бешеной скоростью, если у меня обе руки заняты? Это всё равно, что ехать на байке, не руля! Я оглянулась, ожидая совета. Но разве от этих мужчин совета дождёшься? Граф, спеша помочь, врезал Ноки ладонью по заднице, тот сразу ж включил пятую скорость, а я, естественно, не удержалась (нечем было!) и, поддавшись ускорению, взлетела в воздух.

Глава 31. Бравый солдат доблестной армии

Гриннок умчался со своей космической скоростью и даже не заметил, что потерял седока. А если и заметил, то попробуй теперь ему быстро затормозить и вернуться.

Я, подброшенная внезапным ускорением, взлетела вверх и успела подумать, что опять падать придётся на уже отшибленное место. В верхней точке полёта успела заметить, как солнце коснулось далёкой городской стены, и тонкий луч вылетел из места соприкосновения. В этот момент скипетр в моей руке со звоном встретился с державой в другой, и солнечный луч вонзился в место из соприкосновения. И тут сила земного притяжения потянула меня, как обычно, вниз. Я громко шлёпнулась на предыдущий синяк, скипетр и держава вывалились из моих рук, и легкими хлопьями осыпались с запястий браслеты и обруч с талии.

Я даже пикнуть не успела, как мои спутники стащили с меня серое рубище, отбрасывая его далеко в сторону. Оно вспыхнуло, словно пук соломы и в мгновение ока оставило после себя только горстку пепла.

А меня начали активно душить Кощей и Конрой, оба разом. Ай, они что, решили, что я должна погибнуть хоть каким-нибудь образом? Как мужчины с их немереной силой не понимают, что их дружественные объятия могут закончится для кого-то плачевно?

- От-пус-ти-те! - прохрипела я, пытаясь вырваться, впрочем, совершенно безрезультатно.

- Неневеста! Неневесточка! - причитали мои джентльмены, упорно додушивая несчастную спасённую.

Выпустили меня только, когда я выразительно закатила глаза и высунула язык.

- Кощей, а мы её не придушили ненароком на радостях? - поднял испуганные глаза граф.

- Да ну... Как же? - он нежно (это по его понятиям) похлопал меня по щекам. - Неневеста, очнись! Кажется, у неё посттравматический шок.

Вот так, придушили, побили. Что дальше? Уже чисто спортивный интерес возник, сколько ещё способов убиения меня, любимой, придумают мои драгоценные друзья. Но их фантазия, кажется, иссякла.

- Точно, не могли мы её придушить. Просто перепугалась она слишком, - поставил диагноз Конрой. - Любой бы на её месте потерял сознание.

- К тому же ещё и ушиблась, - добавил в историю болезни Кощей. - Видел, как летела?

- Нужно срочно ей помочь!

- Очень срочно!

- Но как? Если бы мы были в замке...

- Необходимо сделать искусственное дыхание! - предложил более практичный Бессмертный.

- Точно! И побыстрее!

- Я сейчас сделаю!

- Нет, я!

- Почему это ты?

- Мы в университете учили способы первой помощи пострадавшему человеку!

- Я тоже не первый день родился!

- У меня знания современней!

- То-то ты даже не сообразил, что ей следует сделать искусственное дыхание!

- Сейчас сделаю!

- Никогда!

- Но ведь это из-за меня она попала в такое опасное положение! Значит, именно я должен её спасать!

- Я не позволю чужому мужчине прикасаться к моей Неневесте!

- Вот именно, Неневесте! Что ж ты её до сих пор невестой не назовёшь?

- Это моё дело! Наше с Неневестой дело! А ты не вмешивайся!

- Это ты не мешай! Ты думаешь прежде всего о себе, а не о ней! Из-за тебя она могла сегодня погибнуть! Ведь это ты задерживал её, когда шли последние минуты!

- Нет, это из-за тебя она могла погибнуть! Ты проводил свои бессмысленные эксперименты, затягивая этим драгоценное время!

- А ты специально незаметно подбиваешь к ней клинья! Думаешь, она поцепится на первого встречного-поперечного? Ошибаешься, мальчик!

- А ты думаешь, раз намного старше, то больше нравишься женщинам? Ошибаешься! Староват ты уже для неё!

- Я не старею! Я - бессмертный!

- Да знаю я! Сколько тебе веков? Или тысячелетий? Может, Неневесте стоит подыскать кого-нибудь помоложе? Она, кстати, оборотнями интересовалась!

- Слушай, я тебя сейчас как оберну, назад не обернёшься! Не приставай к моей девушке!

- А ты у неё сначала спроси, твоя она или и не подозревает об этом!

- Во всяком случае, не твоя, это точно!

- А я бы и не против!

- А я бы тебя...

И Кощей с Конроем сцепились, как два мальчишки, и покатились по траве, мутузя друг друга. Я благоразумно встала, подняла оброненные мной державу и скипетр, которые так никто и не удосужился вытащить из дорожной пыли, и отошла к только что вернувшемуся гринноку. Он удивлённо взирал на своего хозяина, не зная, что предпринять. Я погладила его по шелковистой гриве:

- Видишь, Ноки, как они оба пекутся обо мне? Если бы мне и в самом деле было плохо, я б уже двести раз коньки откинула, дожидаясь помощи. А они всё решают, кто же будет делать мне искусственное дыхание.

Конёк недоумевающе покосил на меня своим синим глазом.

У меня возникло острое желание сесть на гриннока и ускакать подальше от этих "спасателей", пусть себе выясняют отношения. Но, оставь их здесь одних, без присмотра, точно глотки друг другу поперегрызают.

- Эй! - окликнула я дерущихся.

Ноль по фазе. Заняты они, видите ли, девушка, не до вас им.

- Ребята! Давайте жить дружно!

Первым меня услышал Конрой, и начал вырываться их цепких объятий Кощея.

- Ага! Испугался! - возликовал Бессмертный. - Так кто достоин делать искусственное дыхание Неневесте?!

Тут, наконец, он увидел меня, смутился и выпустил графа.

Оба встали, отряхиваясь, и смущенно поглядывая в мою сторону.

- Тебе стало лучше, дорогая? - сладким голоском спросил меня Кощей.

- А сколько нужно времени человеку, чтоб задохнуться, если ему не будет вовремя оказана скорая медицинская помощь? - поинтересовалась я.

- Прости, дорогая...

- Прости? Вы только что могли меня потерять только из-за своей неуравновешенности и глупости!

- Я, действительно, повёл себя, как мальчишка, - пряча взгляд, сказал граф. - Никогда даже не предполагал, что способен на такое безрассудство. Приношу свои извинения.

- Да уж... - протянула я.

А Кощей только бросал на него выразительные взгляды.

- Ты простила меня? Поверь, мне очень важно твоё прощение.

- Простила, - вздохнула я и протянула ему скипетр и державу.

- Я благодарен тебе, Неневеста, за возвращенные мне реликвии моего рода. Я восстановлю свою силу и верну себе власть. Я буду хорошим правителем, клянусь. Это была моя первая и последняя глупость, больше ничего подобного не повторится. Ты веришь мне?

- Верю!

- И знай, я не забуду тебя, никогда не забуду. Иди, спасай Аллию, Неневеста. И будь счастлива!

Он хотел, наверное, обнять меня на прощание, но глянул на хмурого Кощея и передумал.

- Я оставлю вам Ноки, он донесёт вас, куда нужно, а потом сам вернётся домой.

- Спасибо, Конрой.

- Бессмертный, без обид? - обернулся граф к Кощею.

Тот протянул руку. Хлопнув бывшего соперника по ладони, Конрой дал державу в зубы одной из своих собак, а сам пригнулся, обернулся на изящного темно-серого волка, зажал в зубах скипетр и скрылся в сопровождении псов в тени деревьев.

Мы переглянулись с Кощеем.

- Говорила я, что он оборотень! А ты не верил!

- Ну и что, что оборотень? - вдруг сказал Бессмертный. - Зато нормальный пацан.

И мы рассмеялись.

Вдруг Кощей снова посерьёзнел. Нахмурив брови, посмотрел он на быстро чернеющее небо.

- Ты чего?

- Да я всё думаю, было ли появление этого "цыпленка", напугавшего наших лошадей, случайным, или это снова выследили тебя торритяне?

- Так мы этого, всё равно, не узнаем, - пожала плечами я.

- Поэтому не будем ожидать нового нападения, нам лучше всего сейчас оказаться где-нибудь подальше от этого места.

- И для этого у нас есть гриннок!

- Только он кажется мне таким маленьким и хрупким, что я даже не представляю, как он сможет нести нас двоих.

- А мы у него сейчас спросим... Ноки, ты сможешь нас поднять?

Зверь фыркнул, словно возмущаясь человеческой недоверчивостью, и кивнул утвердительно.

- Подсади меня, Кощей, - попросила я, а то сам и не додумается.

- Погоди минутку.

- Что? - не успела я ничего понять, как Бессмертный прижал меня к себе и зашептал на ухо:

- Маленькая моя, какое счастье, что всё окончилось хорошо, что ты рядом, что ты - в безопасности... Ой, какая же ты холодная! Да ты ж замёрзла совсем!

Он укутал меня плащом, посадил на гриннока и умостился сзади.

- У меня ноги по земле тянуться будут, - с сомнением поглядел вниз.

- А ты их подогни, не ленись, а то потеряешь на крутом повороте и будут они бегать по Аллии сами по себе, разыскивая хозяина.

- Ладно, не язви, - Кощей снова посмотрел на небо.

Мало того, что наступала ночь, но ещё и собиралась гроза. Весна нынче хорошей погодой не сильно балует. Пузатыми черными мешками грудились тучи, готовые сорваться в любую минуту проливным дождём. Где-то вдали глухо рокотал гром. Да и похолодало не на шутку.

- Да, в такую погоду ездить на больших скоростях не слишком рекомендуется, - вздохнул Бессмертный.

- И фары у нас не работают, - добавила я. - Но, так как другого выхода всё равно нет, то будем играть в экстрим. Адреналинчику давно пора подкачать.

- Тебе мало адреналина? - хмыкнул мой скептический спутник.

- Кощей, не тяни резину.

- Может, переночуем в городе? Там у меня дом, продукты возьмём, деньги.

- Ты что, хочешь, чтоб нас главный священнослужитель ещё раз благословил? - удивилась я.

- А мы перелезем через крепостную стену...

- Нет! - решительно поставила я точку над "і". В этот город ты меня уже никакими коврижками не заманишь. Хватило мне его прелестей, - и я шепнула на ушко Ноки, что пора б уже и в путь-дорожку.

Ехать с Кощеем на гринноке было не так весело, как самой. Скорость не та. И тесно. Всё же транспорт этот одноместный. Да и начинающийся дождь не прибавлял настроения. Поэтому, когда Ноки остановился около почти незаметной с дороги пещеры, мы очень даже обрадовались. Переночуем здесь, а завтра продолжим путь.

Пещера оказалась довольно вместительная, так что в ней свободно устроились не только мы с Бессмертным, но и наш быстроногий друг. Единственной неприятностью была мокрая одежда и невозможность зажечь костёр. Придётся простуживаться.

Ноки улёгся у самого входа, а мы с Кощеем прижались друг к другу около стеночки, пытаясь согреться. Из-за холода заснуть не удавалось, поэтому не оставалось ничего другого, как вести в полной темноте, иногда нарушаемой светом молний, разговоры. Когда не видишь собеседника, кажется, что разговариваешь сам с собой, а когда он отвечает, можно подумать, что отвечает твой внутренний голос.

- Кощей, я всё думаю о пророчествах рукона, - сказала я, немного помолчав. - Насчет вопроса Конроя он ведь оказался прав на все сто! Он сказал, что граф меня и спасёт, и нет. С одной стороны, меня он спас, ведь отдал мне скипетр и державу, а с другой - спасла себя я сама и то совершенно случайно. Ведь так?

- Ничего в мире не происходит случайно, - ответил голос из темноты.

- Значит, всё должно было произойти именно так, как произошло? Или я могла погибнуть?

- Ты нужна этому миру, Неневеста, и он бережет тебя.

- Хорошо бы, - вздохнула я. - Но тогда и остальные пророчества должны сбыться. И меня очень смущает, предсказание рукона, что спася Аллию, я её погублю. Как это понимать? Почему так? Мне что теперь, не спасать её? Но тогда она наверняка погибнет. В противном случае, если б опасность миновала, Смотритель уже вытащил бы нас отсюда. Что мне делать, Кощей?

- Ты должна делать то, ради чего пришла в этот мир, и не сомневаться. Возможно, мы просто не всё понимаем. Поймём когда-нибудь.

- Когда я погублю Аллию...

- Не думаю, что всё так плохо. Если ты в итоге вернёшься в свой мир, значит, выполнишь свою миссию здесь.

- Ты уверен, что я вернусь?

- На мой вопрос рукон ответил, что вынесет тебя тот, кого ты носишь сейчас.

- Самый непонятный ответ. Ну какой смысл в таких предсказаниях, Кощей? Кого я ношу? Я вообще меняю тела, как перчатки. Вот только в теле этой девочки задержалась.

- Когда-нибудь и это станет ясно. Главное, что ты спасёшься, что бы здесь не произошло.

- А ты?

- А про меня никто рукона не спрашивал!

- Прости, Кощеюшка!

- Да я шучу, малышка. Я всегда буду рядом и во всём помогу тебе.

- Угу, - прижалась я к нему ещё сильней и всхлипнула: - Я домой хочу...

Что-то в этом девчоночьем теле я совсем нетипично сентиментальной становлюсь.

- Всё однажды кончается, малышка. И, кажется, мне, что развязка близка, как никогда.

- Прости, что затянула тебя сюда, Кощей.

- Ну что ты? А что бы ты без меня здесь делала, а?

- Не знаю... - сон, наконец-то, сморил меня, и я уснула в объятиях Бессмертного, вовсю пользуясь временной передышкой в этом каскаде приключений на одно место.

Казалось, я только что прижималась всем телом к мокрому Кащею, пытаясь согреться, и вот уже стою на солнечном побережье океана. И чувствуется во всем бесконечность. Бесконечность водных просторов, лениво перекатывающих по линии прибоя ракушки и камушки. Бесконечность сверкающего в солнечных лучах прозрачного неба. Бесконечность пространства, включающего в себя и тёплый песочный пляж, и островки зелени вдалеке, и верхушки гор почти на горизонте. И бесконечность времени, здесь оно, вроде бы, и не движется, а просто замерло, застыло, отдыхает от своего беспрерывного бега, тоже ведь отпуск ему нужен... Даже не представляла, что такое, в принципе, возможно. А ещё мне, которой всегда то слишком жарко, то чересчур холодно, было сейчас нор-маль-но!

Разве это нормально, когда тебе нормально? - поиграла я словами. Даже мысль странная залезла в голову и зудит себе: я хоть жива? Что это за место такое странное?

Ещё более странным оказалось, что на побережье я не одна. А сначала мне показалось, что никого больше нет. Как я могла сразу не заметить? Почти у самой кромки воды невдалеке загорали на песочке два живых существа. Огромный змей свернулся кольцами, образуя спираль. А рядом лежал настоящий снежный барс, крупный красивый кот, изящно вытянувший лапы и слегка помахивающий кончиком хвоста.

- Она пришла, - прошипел змей.

- Наконец-то, - мяукнул в ответ барс.

И меня удивило, до чего знакомыми были их черты, словно я знала их уже много лет. Странно-странно...

- Подходи, не стесняйся, - повернул голову в мою сторону огромный кот, белый, словно только выпавший снег, лишь с редкими черными пятнами, благородно оттеняющими его царственную шкуру.

- Давно ждём-с, - продолжил мысль змей.

- Да уж, сколько знакомы, а свидеться в реале вот только пришлось, - лизнул барс свою лапу.

Давно знакомы? В реале?

- Это - реальность? - обвела я рукой окружающее пространство.

- Наша реальность, - уточнил змей. - А ваши миры - иллюзорность, и Аллия, и даже твоя Земля.

- Земля - иллюзия?

- Для нас, - уточнил барс. - А для вас - реальность.

- Хотя иногда приходится и нам заглядывать в вашу иллюзию, чтоб подправить. Недавно так меня работать припахала, что я вспотел, - хитро прищурился, глядя на меня, змей. - Правда, иллюзию спасли, за что премногие жители Карритума благодарны Неневесте и её скромному другу.

И только тут до меня дошло, кого довелось встретить на берегу океана! Урбонус и Снежный Барс! Мои волшебные кольца! Так вот вы какие?!

- Наконец, догадалась, - заулыбались животные, или кем их теперь считать?

- Догадалась?! Да как я подумать могла, что вы такие... живые? Что у вас есть свой мир?

- Мррр, мррр, - согласно ворчал кот.

- А я как к вам попала?

- Это сон. Ты бы не смогла перенестись в наш реал в своём теле. Поэтому для тебя всё, что ты видишь сейчас - сон, - охотно объяснил змей.

- Но это - реальность, - потянулся барс. - Сон там, у вас.

- Так всё сразу понятно стало, - разочарованно протянула я. - А что я здесь делаю?

- Спроси у себя, - предложил Урбонус. - Раз ты оказалась в реале, значит, это тебе нужно.

- Что-то подтолкнуло тебя, какое-то сильное чувство или желание? Думай сама. Чего бы ты хотела сейчас больше всего? Какой ждёшь помощи? - потёрся лбом о мою ногу Снежный Барс.

- Я... Мне... - я задумчиво почесала его за ухом. - Сейчас я должна спасти Аллию.

- Должна - спасай! - согласился змей.

- Но пророчествующий рукон сказал, что я, в таком случае, её и погублю!

- Нужно - погубишь, - согласился Урбонус.

- Но я так не хочу! Что мне делать?

- Делай хоть что-нибудь! - посоветовал Снежный Барс. - Главное - делай.

Всё, что ты будешь делать - правильно. И не сомневайся! Будущее покажет.

- А вы знаете будущее?

- Будущего не существует. Пока. Для этой конкретной иллюзии, - мурлыкнул белый красавец.

- Вот, значит, как?

- Равно, как и прошлого, - успокоил меня змей. - Поэтому делай всё, что считаешь нужным.

- Это всё, что вы можете мне сказать?

- Это всё, что мы хотим тебе сказать, - Урбонус снова свернулся в спираль. - Тебе пора.

- Но мы всегда будем рядом, - добавил ласково Снежный Барс. - Мы всегда с тобой.

- И мы всегда на этом берегу. Так что заходи, когда сможешь, Неневеста Кощеева. Будем рады, - улыбнулся во весь рот змей.

И снова стало холодно. Таинственное побережье, растаяло, как... как обычный сон, превратившись в клочья тумана, а я попыталась понять, что же это такое было. Серебряные кольца тускло поблёскивали в слабом свете восходящего утра. Уже утро? Значит, я сама не заметила, как задремала, и всё мне просто-напросто приснилось. Или не просто? Может быть, я и правда, побывала в ИХ реальности? Ой, как же всё непросто в наших мирах...

Та-ак, Кощей ещё спит, так что и мне просыпаться рано. Тем более, если я до сих пор не отдыхала, а бродила по потусторонним мирам. Или поэтусторонним? Всё, хоть полчасика ещё, хоть двадцать минуточек... Я зевнула и провалилась теперь уже в настоящий сон, только безо всяких там сновидений.

Утро порадовало хорошей погодой. Солнце вставало умытое ночным дождём, яркое и радостное. Воздух был свеж и прозрачен. О вчерашней грозе напоминали только оконца луж, да срывающиеся с деревьев брызги.

Нас разбудил Ноки, нежно потягивая зубами за одежду, и показывая всем своим видом, что пора нам, пора.

- Как спалось, Кощей? - поёжилась я от утренней прохлады.

Всё-таки за ночь я согрелась в объятиях мужчины, и теперь жутко неприятно было очутиться одной на ветру, пусть даже и закутавшись в плащ.

- Нормально, а что?

- Ничего не снилось?

- Не помню я...

- А я вот ночью встречалась с Урбонусом и Снежным Барсом! - протянула я Кощею руку с колечками.

- Да ты и днём с ними не расстаёшься.

- Ты не понял, Кощей, я попала во сне на пустынный берег океана, и там были змей и белый барс, мои, живые! Я с ними разговаривала!

- Обычный сон, - прокомментировал Бессмертный, лениво разминая затёкшие за ночь конечности. - Во сне можно и со столбом разговаривать.

- А если я, действительно, виделась с их воплощением в другом мире? Вдруг они, и правда, живые, настоящие? Ведь Урбонус уже помог мне однажды спасти целый мир!

- Да, как предмет силы. Как символ. Как артефакт. А не живой змей.

- А вот и живой! - я обиделась за своих друзей и нежно погладила серебряные кольца. - И Снежный Барс - живой! Мягкий и пушистый! Добрый и понимающий! Не то, что ты!

- Ну, чего ты сердишься, маленькая?

- И я - не маленькая! Понял!

- Понял, маленькая.

- Не смей так больше меня называть!

- Хорошо, маленькая!

Довёл. Я бросилась колотить Кощея кулаками, а он, смеясь, прикрывал руками самые ценные места.

Гриннок недовольно фыркнул, напоминая, что время не ждёт, и пришлось прервать нашу маленькую баталию. Зато немного согрелась.

Оставшийся без ужина, равно, как и без завтрака, желудок, возмущенно бурчал, напоминая о себе. Да помню я, дружок, только где ж среди леса ранней весной добыть пропитание? Придётся потерпеть, хоть это и противоречит моему заботливому о собственном желудке характеру.

Мы снова погрузились на гриннока, и деревья замелькали, словно ехали мы на скором поезде "Москва - Петербург". Так же промелькнули неясными тенями несколько деревень и пара городков, встретившихся на нашем пути. Как я прикинула, расстояние, которое мы бы на обычных лошадях преодолели за пару дней, Ноки покрыл за полчаса.

Он остановился на холме, вопросительно оглядываясь: ехать ли дальше? Перед нами открывался шикарный вид на столицу. Хоть карту рисуй. Дилония, ограждённая высокой крепостной стеной, представляла собой надёжный оплот. В бойницах по всему периметру виднелись боевые луки, поэтому враг расположился вокруг на расстоянии, чуть превышающем полёт среднестатистической стрелы. Крепостная стена, сложенная из массивных валунов почти в стиле современных еврозаборов новых русских, надёжно закрывала город с трёх сторон. С четвёртой же к столице спускались скалистые хребты, где и находилось треклятое подземелье с кнопкой. Гряда была расположена так, что ни с какого бока подступиться к подземелью было невозможно. Скалы просто неприступны. Следовательно, захватить кнопку осаждающие могли только проникнув в город. А город на готовящийся к сдаче не похож. Следовательно, пока можно не спешить и не переживать. Только почему же мне так на душе неспокойно?

Я ещё раз внимательно оглядела осаждающую столицу армию. Здесь тоже особого предбоевого ажиотажа не чувствовалось. Лезть под стрелы никому не хотелось, а осада могла длиться ещё очень и очень долго, если у осаждённых достаточно запасов еды и воды. Поэтому город просто обложили надёжным полукольцом, доходящим до неприступных скал, и изредка постреливали, чтоб напомнить, что они ещё здесь. А так солдаты пока убивали только время, дефилируя от палатки к палатке, готовили обеды на кострах, покуривали трубки, собираясь кучками, стругали стрелы. Одна из палаток так выделялась размерами и богатым убранством, что я предположила, что в военных действиях принял участие сам король Вельдона Друан Третий. И не удивлюсь. Надо ж находиться поближе к возможности захватить власть над всей Аллией, а то вдруг кому-нибудь другому захочется отхватить сладкого пирога. Рядом находилась палатка попроще, но всё же тоже выделяющаяся среди простых, солдатских. Невезение даю на отсечение, если там не обосновался мой старый знакомый, колдун-шпион Шон Гудкерри. Куда ж без него?

За пределами вражеского лагеря были установлены сторожевые посты. Разумно, если бы сейчас другие города собрались да врезали с тылов, несладко пришлось бы развязавшей войну стороне. Только я, попутешествовав по Дилонии, поняла, что здесь каждый думает лишь о себе, надеясь, что до них война не достанет. Так что, спите спокойно, доблестные захватчики, никто вас не тронет. Не тот случай.

Я приглядела небольшую рощицу внизу холма и попросила гриннока незаметно доставить нас туда. Там мы и распрощались с самым быстрым на Аллии зверем, нежным и ласковым Ноки.

- Возвращайся к графу, дружок, - прошептала я ему на ушко. - Кажется мне, что ты ему скоро понадобишься. Да передавай оборотню пламенный привет от Неневесты.

И вот мы остались с Кощеем одни и очень близко от нашей цели. Хотя я до сих пор не представляю, что могу сделать, чтоб спасти Аллию. Приходится во всём полагаться на волю случая и на фею-импровизацию, которая до сих пор всегда меня выручала.

- Кощей, я в разведку. А ты жди меня здесь, лады?

- Неневеста! Всё наоборот! Это я - в разведку, а ты меня жди. Поняла?

- Угу. А теперь представь, как ты, такой большой и заметный пробираешься мимо сторожевых постов? Да и смысл? Ты ж спереть ничего не сумеешь. А из разведки возвращаться с пустыми руками... Нам нужна солдатская форма, сможем слиться с толпой, тогда и пойдём вместе, народу здесь много, никто всех в лицо знать не может.

- Гм... Ладно, только учитывая криминальный талант этой девочки, я отпускаю тебя одну. Но, Неневеста, вдруг что - кричи! Я сразу же примчусь тебе на помощь!

- Перебьёшь шутя всю армию и захватишь самолично осаждённый город.

- Опять язвишь? Я ведь о тебе беспокоюсь.

- А вот этого как раз и не надо. Всё будет в шоколаде. Я маленькая, между постами проберусь, никто и не заметит.

Кощей залёг между деревьями, а я лёгкими перебежками начала прорыв в стан врага.

Вернулась я вскоре, Бессмертный за меня даже испугаться не успел. Только вместо обещанного обмундирования принесла хавчика, так как на голодный желудок я миры спасать даже не собираюсь. Я ещё с холма присмотрела, где стоят обозы, поэтому и выбрала рощицу к ним поближе. Ползком, почти на пузе, пробралась я к стоянке, забралась под телеги и занялась ревизией. Нашла и запасы нового обмундирования, но пока их не трогала, сначала - кухня. Еды здесь - завались, только что бы я делала, например, с мешком муки или гречки? По запаху я обнаружила по-настоящему съестное и добросовестно прихватизировала бо-ольшой шмат копченой грудинки. Поковырявшись ещё в мешках, запаслась сухофруктами и сухарями.

- Вот я и отец семейства, добытчик, - вывалила я перед Кощеем принесённый провиант, радостно ожидая одобрения.

- И вот в это мы будем одеваться? - поинтересовался Бессмертный.

- Нет, если ты не разбираешься, то этим мы будем питаться! Или ты предлагаешь идти на дело, не набив предварительно животы? А потом ходить туда-сюда по вражескому стану, сканудя: "Сами мы не местные..."?

- Всё-всё-всё! - оборонительно выставил вперёд руки мой спутник. - Не препятствую. Даже, чем смогу, помогу!

- Ага, как есть, так помощников не счесть, а как еду добывать...

- Ты мне что, от стола поворот делаешь? - удивился Кощей.

- Да нет, это я так, ворчу по привычке. Характер мерзкий. Улавливаешь?

Так, обмениваясь любезностями, мы уложили всё, что я принесла. Не нести ж обратно! Точнее, нести будем, но в животах, а это легче. Кажется, легче... Я с трудом поднялась на ноги.

- Ты теперь себе форму на два размера больше бери, а то не вместишься, - прикольнулся Кощей.

- Молчи лучше, а то я тебе сапоги на два размера меньше возьму!

- Я больше не буду! - примирительно поднял руки Бессмертный. - Ну, давай, валяй по одежду, а я пока полежу на травке, чтоб жирок после такого сытного завтрака завязался.

Меня это жутко возмутило, и я собралась было улечься рядышком. Но что-то тянуло меня, не давая расслабиться, и я, плюнув с досады, пошла в разведку номер два. Путь был мне уже знаком, поэтому я быстро добралась до свёртков новенькой солдатской формы в обозе. Выбрав себе по размеру, приоделась тут же. Вот, и не надо мне на два номера больше. Одежда, конечно, не ахти какая. В смысле, не слишком меня красит. Зато удобная, практичная и тёплая. И, главное, такая, как у всех. Будем, как близнецы-братья. Только вот эти дурацкие кожаные шлемы! Хоть бы зеркало какое... На кого я похожа? А, ладно, всё равно не в своём теле. Я сейчас просто сильно вымазанная девочка, а должна быть похожа на мальчика. За сына полка сойду? Я немного измяла и потёрла глиной новую форму, чтоб не сильно подозрительно выглядеть. Затем подобрала одежду для Кощея и, уже не скрываясь, двинулась по направлению к рощице. А чего мне стесняться? Я теперь бравый солдат доблестной армии Друана Третьего. Впрочем, отойти далеко за посты я не успела.

- Ку-уда?! - догнал меня грозный оклик.

Глава 32. Вперёд, на баррикады!

- Ку-уда?! - догнал меня грозный оклик постового.

- В кусты, - не оборачиваясь, бросила лениво я.

Что, перед каждым отчитываться, что ли? Не спеша, дотянула я ноги до берёзовой рощицы, где Кощей, не признав меня в солдатской форме, чуть не огрел сухим суком. Он уже размахнулся со всей дури, но вдруг увидел мою улыбающуюся физиономию и... опустил сук себе на ногу, громко вспомнив всех его предков до седьмого колена.

- Неневеста! Ты? Предупреждать хоть надо! Я ж тебя чуть не порешил! - зашептал он, прыгая на одной ноге.

- Таким хилым суком - вряд ли, - с сомнением посмотрела я на валяющиеся у его ног обломки.

- Все равно, больно.

- До свадьбы заживёт, - успокоила я его, бросая одежду: - Держи! Твой размерчик.

Кощей, кряхтя, переоделся, и я поняла, что размерчик не совсем его. Пуговички на груди едва держались, чтоб не вырваться с мясом при малейшем движении, а рукава и штаны были коротковаты.

- Неневеста! Ну зачем так подло мстить?!

- Да я не хотела... Честно, не хотела. Не умею я на глаз подбирать одежду! Зато сапоги, вот, тютелька в тютельку. Надевай. Вот! И не видно стало, что штаны коротки.

Бессмертный с сомнением оглядывал свой новый прикид.

- Теперь ты в армии! - шепотом запела я. - Ну, что? Пойдём?

- Так и пойдём? Не прячась? А если нас заметят?

- Ну и пусть замечают! Мы теперь солдаты, мы не виноваты!

И мы тем же путём пошли в лагерь.

- Отку-уда? - послышался голос всё того же постового.

- В кусты ходили, - ответила я, пожав плечами.

В лагере было спокойно. Кто убивал время, играя в азартные игры на ещё не завоёванную добычу. Кто травил анекдоты, собрав вокруг себя скучающую компанию, кто просто курил, тоскуя о доме. На нас решительно никто внимания не обращал. Идут себе два недотёпистых солдата, ну и пусть себе идут. А я уверенно шла в сторону, где находился королевский шатёр. И даже не свалила ничего по дороге, и не сбила никого с ног, и даже ничего не свистнула (правда, ничего интересного мне, просто, не встретилось).

А вот и искомое место! У входа четверка охраны, вышколены, грудь вперёд, глаза - по сторонам, оружие - короткие копья - напоготове. Секьюрити. Сзади и по бокам шатра прогуливаются туда-сюда простые солдаты. Не подойти.

Мы стали поодаль, так, чтоб был виден вход, и, в то же время, не привлекать лишнего внимания.

- И каковы дальнейшие планы великой спасительницы миров? - поинтересовался Бессмертный.

- У меня когда-нибудь были планы?

- А пора бы научиться подходить к делу, за которое берёшься, более ответственно.

- Да я серьёзна, как никогда!

- Вообще-то я заметил, совершенно для тебя не типично. Просто не узнаю я свою Неневесту.

- Знаешь, Кощей, мне сейчас не до шуток. Поверь, опасность летает прямо в воздухе. Я это чувствую.

- Что именно?

- Это не на физическом плане. Мир словно дрожит в ожидании гибели, будто огромное животное под прицелом браконьера.

- Странные ассоциации...

- Я думаю, кто-то добирается, или уже добрался до кнопки. Всё может окончиться в любую секунду.

- Возможно, ты и права, - нахмурился Кощей. - Иногда у тебя бывают проблески интуиции.

- Гляди! - я ткнула его под бок локтём. - Только так, чтоб охрана не заметила. Это мой старый знакомый, шпион на службе его величества, Шон Гудкерри, прошу не любить и не жаловать. Это ему продал бездомный мальчик пресловутую кнопку. Правда, пока он здесь, у нас, думаю, ещё есть время.

Шпион зашел в королевский шатёр.

- Может быть, нам попробовать пробраться в осаждённый город? Оттуда ты бы дорогу уже нашла, как я понимаю.

- Тс-с-с... Ах, Кощей, как бы я хотела сейчас услышать, о чем разговаривает Шон с королём! Это, наверняка, связано, с кнопкой. Я б даже комаром стать согласилась, только бы попасть туда...

- А может...

Я не знаю, что там ещё хотел предложить Бессмертный, но впервые в этом мире переселение моей души произошло согласно, пусть не моей воле, но моему желанию. Я вдруг почувствовала страшную слабость, затошнило, закружилась голова, словно с перепоя. Чувство было такое, словно теряю сознание, падаю в пропасть, а вокруг всё мелькает тёмными и светлыми пятнами. Я даже не сразу поняла, что ухожу из тела маленькой воровки, и, пожалуй, навсегда.

Со стороны увидела я девочку, испуганно оглядывающуюся, не понимающую, каким ветром её сюда занесло. Ничего, с такими талантами не пропадёт. Да и Кащей, надеюсь, всё поймет и не бросит малышку, поможет выбраться. Прощальным взором скользнула я по лицу Бессмертного, точнее, по лицу купца, в которого он вселился. Я ведь я уже начала к этому образу привыкать. Но, скорей всего, и его я вижу последний раз. Перенесётся неведомо в кого, ищи тогда... А ведь мне сейчас так нужна его помощь! Ведь безошибочно чувствую, что подступают решающие минуты. Вот бы переселился он, как и я, в комара. Но нет. Я едва увернулась от его руки, какой он отмахнулся от подлетевшей слишком близко меня. Хорошо, хоть не прибил.

Всё. Хватит сентиментальностей. Я стала комаром ради того, чтобы подслушать такой важный для меня, для всей Аллии, разговор. Лететь надо, лететь!

И я, зазвенев на вираже, отправилась наблюдать аудиенцию короля с его колдуном. Проносясь между охранниками, почувствовала радостное возбуждение, мол, вот я проникаю в тщательно охраняемый вами объект, а вы даже не подозреваете об этом! Вот так-то, гуси!

Король Друан Третий сидел на небольшом походном троне, покрытом голубым атласом. Был он неказистым и мелким, даже ножками до ковра не доставал. Если б не золотая корона на голове, ни за что б не поверила, что это и есть правитель.

Старый знакомый, колдун Шон скромно умостился рядом на низенькой скамеечке. Так специально было задумано, чтоб удостоившийся аудиенции казался ростом ниже монарха.

Глаза короля сверкали от возбуждения. Колдун же, напротив, не выглядел очень довольным, думаю, что он вовсе и не рад, что оказался замешан в эту историю. Несмотря на свои грандиозные планы, он не казался ни богаче, ни счастливей, чем раньше. Видимо, королевские милости были отложены до того неопределённого времени, когда король сможет воспользоваться находкой в своих корыстных целях.

Я стала накидывать круги вокруг беседующих, прислушиваясь к их разговору.

- Ваше Величество, давайте сделаем вылазку! Боевой отряд...

- Я не хочу терять своих людей, Шон. Ты сам знаешь, как укреплён город. На "просто так" его не возьмёшь. Тем более, сейчас, когда поползли слухи о возможности захватить весь мир. Да в любой момент они могут сами обнаружить красную кнопку! И всё! Весь наш план пойдёт насмарку. И ты, мой дорогой Шон, в этом случае не то что не получишь ничего обещанного, ты в этом случае проклянёшь тот день, когда совершил сделку с мальчишкой!

- Да я уже...

- Что "уже"? Дружище, да не кисни ты! Вот-вот доставят портал, ты отправишься в подземелья и объявишь всем нашу волю. Слова выучил?

- "От имени величайшего короля Друана Третьего требую сложить оружие и присягнуть ему на верность, в противном же случае вы погибнете все и тотчас..." - забубнил колдун.

- Хватит, хватит, а то у меня уже голова от тебя болит.

- Слушаюсь, Ваше Величество...

- Скучный ты стал, Шон, не интересный.

- Отпустите меня, Ваше Величество. Мне ничего не надо, никаких наград...

- Это хорошо, что тебе ничего не надо. Похвально. Ты должен печься о благе своего повелителя. Поэтому ты пойдёшь и сделаешь это.

- Пусть кто-нибудь другой...

- Только ты знаешь, где спрятан вход в тайный зал. И ты найдёшь его.

- Но...

- Чего тебе бояться? Ты же колдун. И достаточно сильный колдун. Иначе я не держал бы тебя на службе.

- Я вообще уже не думаю, что покорение мира - такая уж хорошая затея.

- А я тебе думать и не предлагаю. Думать я буду, а ты - выполнять!

Тут в шатёр проникла усатая физиономия одного из охранников:

- Разрешите доложить, Ваше Величество!

- Разрешаю, - кивнул монарх.

- По Вашему приказанию доставлен портал. Разрешите пропустить!

- Пропускайте.

В помещение внесли и поставили на пол длинную штуковину, скрытую покрывалом. Колдун сдёрнул ткань, и моему взору предстала тренога почти под потолок, вверху которой был закреплён прозрачный шар, стеклянный или хрустальный, с рельефными очертаниями материков.

Шон с вожделением и страхом смотрел на это странное приспособление.

- Ну вот, всё готово, - подтолкнул его покинувший ради такого случая трон король.

- Я не готов! - взвизгнул колдун. - Ваше Величество, умоляю...

- Мне позвать стражу? - поинтересовался Друан Третий. - Ты разочаровываешь меня...

- Нет-нет... Я... Я уже иду...

Шон Гудкерри вошел в середину треноги и стал под шаром, который тут же заколебался, словно почувствовал гостя.

- Думай о том месте, где находится лаз, - велел король. - И не вздумай бежать.

- Я и не собирался...

- И не вздумай пытаться обмануть меня. Если ты захочешь объявить властелином мира себя...

- Как вы могли подумать, Ваше...

- Если ты вздумаешь объявить властелином мира себя, я разобью этот шар. Не пожалею, хоть он и стоит целое состояние. Ты помнишь, что будет с тобой, если я уничтожу портал? Ты помнишь это?

- Помню, помню, - дрожа, ответил Шон, поглядывая на сооружение над головой.

- А я напомню ещё раз! Ты рассыплешься, превратишься в горстку пыли! Ты сможешь избавиться от его власти только вернувшись сюда и сменив настройки. И ты сделаешь это, колдун.

До сих пор трясшийся колдун решил, что ничего уже не изменишь, придётся выполнять своё предназначение, и трястись перестал. Напротив, он вытянулся по стойке "Смирно!" и в глазах его засветился огонёк куража: или пан, или пропал. В случае победы, король, может, и выполнит свои многочисленные обещания, и удастся тогда пожить по-человечески, на пенсию уйти, в конце концов.

- Думай о подземном ходе, колдун! Думай, дружок! Я в нетерпении...- король потёр ладонь о ладонь, предвкушая скорую победу.

- Берегите портал, Ваше Величество, - попросил Гудкерри, смирившись, - я хочу вернуться...

Шон закатил глаза, а шар над его головой начал колыхаться, двигаться и, наконец, завертелся медленно против часовой стрелки. Пространство под ним подёрнулось дымкой. Ой! А как же я? Он сейчас перенесётся в катакомбы, а я... я останусь здесь комаром! Я ж ничего не смогу тогда сделать! И я метнулась в колышущееся марево, уже на входе ощутив лёгкое дуновение изгибающегося пространства. Аж дух захватило! Еле успела. Так, а куда б приземлиться, а то голова что-то крутится. Может, с голода? И я причерепилась на лысеющий череп колдуна. Едва удержалась, растопырив лапки. И тут сработал комариный инстинкт, с которым я не смогла б бороться, даже если б успела осознать происходящее. Мой длинный нос с разгону впился в белесую кожу под ногами. Я только почувствовала блаженное предвкушение близкой возбуждающей пищи... И тут колдун, ощутив укус, звонко шлёпнул себя по макушке, впечатывая меня в свою тупую лысую голову.

Глава 33. Предсказание сбывается

Взметнувшаяся рука припечатала наглого комара к потной лысеющей голове, а я от такого удара влетела прямо в самого колдуна, от неожиданности распахнув глаза и увидев подпрыгивающего передо мной короля, раскрывающего беззвучно рот.

Вскоре звуки прорезались и я услышала Друона Третьего:

- Глаза закрой, идиот! Сосредоточься! Думай о лазе! А то настройки собьёшь!

Я поспешно захлопнула глаза и попыталась представить знакомое и мне место.

- Громкоговоритель не потеряй! - донёсся до меня голос короля, а затем всё закрутилось, завертелось, и я полностью потеряла контроль над происходящим.

Очнулась я, ударившись головой о каменную стену подземелья. Приехали. Опа, да я здесь не одна! Я вжалась в камень, продвигаясь назад, и тихонько скользнула за поворот, скрываясь от неожиданных свидетелей, и, заодно, примеряя тело колдуна, как новый костюм. Да какой там новый? Скорей, костюм из секонд хенда! Там болит, там трещит... Колдун называется. И всё же, я здесь. И надо постараться выяснить, кто меня опередил. Я осторожно выглянула в коридор.

Да, это то самое место, где однажды забросали камнями проход в тайный зал, где и находится смертельная кнопка из прошлого. И именно сейчас последние камни отбрасывают несколько крепких слуг, над которыми стоит, словно надзиратель, засунув одну руку за отворот сюртука, рыжеволосый мужчина среднего возраста с мерзким выражением превосходства на узком хищном лице.

На стенах подземелья закреплены факелы, благодаря которым прекрасно видно всё, что происходит. Последние камни летят прочь, и открывается тёмный лаз, куда лучше бы и не лазать больше никогда и никому. Слуги поднимаются, опустив головы в ожидании приказа.

Мужчина наклоняется над дырой низко-низко, опускает голову в отверстие, затем вскакивает резко.

- Свободны! Возвращайтесь в город! - и шепчет тихо сам себе: - Мне не нужны свидетели...

Слуги, поклонившись, разворачиваются и уходят, они бесшумно проскальзывают совсем близко от меня, но тень надёжно скрывает тело колдуна, и вскоре я снова могу выглянуть в коридор.

- Я нашёл! - шепчет рыжеволосый мужчина. - Я - НАШЁЛ! Теперь я стану властелином мира!

Размечтался. А усиливающаяся дрожь в моей груди свидетельствует, что приближается не монархия по всей Аллии, а самый обыкновенный, или необыкновенный, конец света. И счет идёт уже не на часы, а на минуты. Как там говорил рукон? Я спасу Аллию, и я Аллию погублю? Так я и не смогла расшифровать его пророчество. Но буду поступать так, как считаю нужным.

Незнакомец в сюртуке, снова склоняется к лазу и прыгает внутрь. В помещении загорается электрический свет. Я оставляю своё укрытие и, повторяя его путь, тоже бросаюсь вниз.

Картина Репина "Приплыли". Рыжеволосый ошеломлённо смотрит на замершего напротив него меня.

- Шон Гудкерри?.. - наконец медленно проговаривает он. - Я должен был догадаться, что ты и здесь не оставишь меня в покое.

- А ты?.. Ты?..

Вот минус в том, что он меня знает, а я о нём - ни малейшего понятия.

- Ты, что, видеть плохо стал после последней нашей встречи, что ли? - натянуто засмеялся рыжий. - Да, это я, Оскар Лей, твой однокашник и друг в далёком прошлом, не так ли, колдун воды?

Вот, хоть о себе что-то узнаю от доброго дяди. Я, следовательно, колдун воды. Интересно, кто же он - мой одноклассник? Сдаётся мне, не погулять вышел.

- Думал и здесь меня обскакать? А вот фигушки! - скрутил он быстро и выразительно кукиш.

- Это такой новый магический приём? - поинтересовалась я. - Секретное оружие? А ты его запатентовал?

- Ты мне мозги не пудрь своими заумными словечками, - огрызнулся Оскар Лей. - Тебе со мной не тягаться. Зачем пришёл? Может, уйдёшь по добру, по здорову? Отпущу тебя по старой дружбе.

- А, может, это ты уйдёшь? - предложила дружелюбно я.

- Напрашиваешься.

- Прошу.

- Уходи, - повторил рыжий. - Ты ведь даже не на себя работаешь! Хочешь завоевать мир для своего коротышки-короля? А чем он тебя отблагодарит потом, ты подумал? Не будет ли слишком дорогой расплата за верность? Я хоть на себя работаю. Вот решил обрести власть над Аллией, потешить себя любимого, побаловать. А ты никогда не умел доставлять себе удовольствие, разве не так?

- Не важно. Оставь кнопку в покое. Она может погубить весь мир, ты понимаешь это, Оскар?

- Я очень хорошо это понимаю. Поэтому ты сейчас уйдёшь, а то ещё подерёмся, ненароком на кнопочку кто-то может нажать...

Мелькнула мысль, может он прав, может, уйти, не мешать? Но червячок в груди шевельнулся сильнее, предупреждая о близкой опасности.

Я сделала шаг вперёд.

- Ты сделал свой выбор! - крикнул рыжий. - Ты - всего лишь колдун воды, а я - колдун огня! Я несравнимо сильнее!

Я сделала ещё один шаг.

Рыжеволосый, состроив рожу, которая должна была то ли запугать, то ли рассмешить, пульнул в меня молнией, сорвавшейся с пальцев. Ого! Я едва успела отскочить в сторону. Но отдохнуть мне не дали. Вторая, третья молнии, скользнули в опасной близости от меня. Вижу, дело принимает нешуточный оборот, и разборки начинаются не по-детски. Я уже и запыхалась совсем, а мой противник стоит и улыбается. Теперь в его руке зреет уже огненный шар, размером с большое яблоко.

- Оскар, давай решим всё мирно!

- Давай, только сначала я тебя шлёпну, - и шар полетел в мою сторону.

Я бросилась на пол, едва увернувшись от него, а он врезался в шкаф за моей спиной, рассыпался тучкой искр и совершил маленький поджег с большими последствиями. Высыпавшиеся из хранилища лазерные диски вспыхивали и загорались, объединяя небольшие языки пламени в одно целое. Пожар!!!

Да мы же здесь подушимся! Что делать-то? Как, что? - мелькнуло в голове. - Я же колдун воды, вот только-только узнал. Значит, должен уметь погасить огонь. Только как? Как это умение в себе открыть, а?

Совсем рядом вонзился в стену второй огненный шар, и затлелась обшивка. Я выбросила руки в сторону очага пожара, и вдруг из ладоней вылетела струя воды. Правда, она иссякла, так и не долетев до нужного места, но я уже поняла принцип создания влаги и бодро затрясла запястьями на быстро лижущий окружающие предметы огонь. Обшивка на стене погасла, зашипев, обрадовав меня, как нельзя больше. Я умею! Я - колдун воды! Но радость моя была преждевременной. Следующий огненный шар зацепил мою одежду, оставив черные прожженные пятна. Я снова стрельнула водой, обливая саму себя и радуясь, что хоть этому научилась. Если б я ещё научилась вертеться, как юла, или скакать, как кенгуру, а то не успеваю уворачиваться от начинающих сыпаться всё быстрее, огненных ударов. Мама!!!

Кольцо соскользнуло с моей руки и покатилось прочь. Я не успела его достать, как Оскар снова швырнул в меня шар.

Я бросилась на пол, откатываясь в сторону, но враг не давал ни секунды передышки, и новый "снаряд" уже летел прямо на меня, а я не успевала даже встать! И вдруг чьи-то мощные челюсти ухватили меня прямо за одежду, и оттащили прочь. Шар ударился в пол, вызвав новый очаг пожара, а я, воспользовавшись секундной отсрочкой, оглянулась на неожиданного помощника.

Снежный Барс! Мой Снежный Барс! Я вскрикнула от восторга, осознав, что события, произошедшие ночью, не были сном, и мой новый друг пришел на помощь в трудную минуту!

Белый, с редкими чёрными подпалинами, кот кивнул головой, подставляя мне спину. Я забралась на него в мгновение ока, и пара выпущенных в мою сторону "снарядов" ударилась в то место, где только что лежала я.

Всё бы хорошо, но очаги пожара разгорались сильнее и сильнее. Я представила себя брансбойтом и начала методически заливать водой расцветающие огненные цветы. У меня даже неплохо получилось всё это. Снежный Барс быстрыми прыжками перемещался вокруг оказавшегося в центре колдуна, а тот пулял вдогонку молниями и энергетическими шарами. Несколько раз он попал в потолок, и груды камней начали сыпаться, поднимая страшный шум и тучи пыли. Я забыла даже о кнопке, единственной целью осталось: спастись, увернуться от огненных ударов и сыпящихся сверху валунов, а заодно - залить всё холодными свежими струями...

Прыжок! Ещё прыжок! Удар! Ещё удар! Шипение воды, попавшей на огонь! Клубы пара, укутавшие всё вокруг!

Колдун, кажется, с ума сошел, пытаясь убрать меня со своей дороги.

- Оскар Лей! Уходи отсюда! Рушится всё к чертовой бабушке!

Ага, сейчас. Так он и уйдёт, оставив всё, к чему так стремился. Как я и предполагала, в ответ донеслись только приглушенные проклятия. А Снежный Барс всё наматывал и наматывал круги по подземному залу. Меня даже стал разбирать кураж.

- Йо-хо-хо! - закричала я, торжествующе, уже не осознавая ни себя, ни происходящего.

И вот очередной огненный шар, промазав, врезался в красную кнопку и сплавил всё в один цельный металлический кожух. Неужели это всё?! И никто теперь не сможет нажать на неё, ни случайно, ни нарочно! И не сможет никто теперь провозгласить себя повелителем мира! И Аллия будет спать спокойно! Я спасла мир, правда?

Оскар Лей тоже понял это и пришел в неописуемый ужас, что сам, собственными руками, уничтожил свою надежду на будущее господство над миром! И теперь он - никто! И ловить ему больше здесь нечего! Но оставалась я, косвенная виновница его несчастий, я, помешавшая его наполеоновским планам, всадница на Снежном Барсе. И колдун перенёс на мою скромную персону все свои чувства, и бросился на меня с новыми силами, с твёрдым намерением уничтожить, не выпустить на поверхность, отомстить.

Только благодаря своему пятнистому другу успевала я увернуться от его огненных подарков и сыпящихся сверху камней. Всё превратилось в мелькание огня, шипение воды, грохот падающих глыб. Всё смешалось, всё перепуталось. Да нас же здесь завалит к чертовой бабушке! Я жить хочу!!!

Снежный Барс в немыслимом пируэте оттолкнулся от пульта и выскочил из каменной ловушки. Я едва успела пригнуться, чтоб пролететь вместе с ним. Не знаю, каким образом, но Оскар Лей умудрился последовать за нами. С криком: "Я достану тебя!!!" высунул он из дыры руку и выпустил столб огня. Взорвавшийся потолок подземелья погрёб под обломками невезучего колдуна, а белый кот огромными прыжками бросился прочь. Подземный ход рушился всё дальше и дальше, осыпаясь за нашими спинами. Снежный Барс едва успевал уворачиваться от каменных многотонных глыб и сворачивать в следующее ответвление. И вот впереди забрезжил свет. Последний рывок - и мы выскакиваем на поверхность, а за нами дрожит и проседает скала, навеки, как я надеюсь, хороня всякое напоминание обо всём, что здесь произошло.

Снежный Барс остановился, тяжело дыша. Бедняга, он был весь в подпалинах, уже не белый, а грязно-серый. Я устало уронила на него свою голову, обнимая за шею и прижимаясь к тёплой густой шерсти.

- Спасибо, друг! Ты спас мне жизнь!

И тут до меня дошло, что волшебное кольцо, которое я постоянно носила на пальце, спасло сегодня меня. Предсказание рукона сбылось! Тот, кого ношу я, вынес меня! Первый раз! Неужели впереди ждут ещё какие-то опасности? Ведь, кажется, всё уже должно быть хорошо?

В голове у меня ещё продолжалось кружение, в глазах мелькали тёмные и светлые пятна, но я уже смогла разглядеть, подняв голову, столицу внизу, королевские войска, почему-то опускающиеся на колени, и склоняющие головы до земли. Я, прищуриваясь и фокусируя зрение, поглядела в ту сторону, куда падали в поклоне солдаты.

Ворота, огромные изумрудные ворота с золотистой мозаикой стояли просто в пространстве, ни с чем не соединены, а из них выходил мужчина в хитоне, смахивающий бородкой на Миладзе. Смотритель. Наконец-то.

За ним один за другим высыпались экипированные в защитные костюмы и шлемы люди с различными приспособлениями или оружием в руках, и рассредоточивались вокруг. Словно кадры из какого-нибудь фантастического фильма. Я догадалась, что это чистильщики. Прекрасно! Теперь они вычистят из этого мира всё, что могло ещё напоминать о прошлой войне. Конец нашим приключениям. Ура!!!

Я спрыгнула со Снежного Барса, и белый кот тут же исчез, снова оказавшись у меня на пальце серебряным колечком. Жаль, я бы хотела, чтоб он пошел со мной в своём настоящем образе. Но что поделаешь? Это житель другого мира, он пришел помочь мне и снова вернулся на своё побережье. Я поцеловала кольцо и двинулась дальше.

Смотритель шёл мне навстречу, широко раскинув руки и улыбаясь:

- Неневеста! Только сейчас Аллия возникла из небытия, и мы смогли открыть ворота! Ты сделала это!!!

Ноги у меня почти подкашивались от пережитого напряжения, но душа радовалась: у меня всё получилось!

Смотритель приблизился и собрался обнять меня, но вдруг я почувствовала знакомое ощущение. Вибрация началась где-то в районе пяток и быстро распространилась по телу, я даже ответить Смотрителю не успела, как душа моя начала выскальзывать из тела колдуна Шона, не спрашивая моего согласия. Куда? Я ведь уже выполнила свою миссию на Аллии!!!

Глава 34. Спасатель малолеток

Я - Кащей Бессмертный, и я не должен вытирать сопли всем жертвам Неневесты!

Когда она покинула тело этой девочки-воровки, я понял в ту же секунду. Только что она показывала мне колдуна, вошедшего в королевский шатёр. Только что говорила, что согласилась бы даже комаром стать, лишь бы подслушать, о чём они говорят. Только что глаза её метали молнии, а движения были резки и уверенны. И вдруг девочка сникла, словно даже стала меньше ростом, глаза заметались туда-сюда, руки задрожали, судорожно сжимая солдатскую форму. Она уже открыла рот, чтоб закричать, и мне пришлось срочно закрыть его ладонью:

- Ш-ш-ш... Маленькая... - я прижал девчонку к себе, и поволок её мимо солдат, уже начинающих поглядывать на нас недоумевающе. - Ты только молчи, я помогу тебе выбраться отсюда.

Неневесты поблизости не видать, иначе я понял бы, в кого она переселилась на этот раз. Может, и правда, в комара? Кто её знает. В общем, пока она отыщется, я хоть выведу девочку из лагеря. Не виновата она, что её тело использовали, хоть и в благородных целях спасения мира.

- Будешь молчать? - склонился я к уху малышки.

Она кивнула, и я отпустил её рот.

- Как зовут хоть тебя?

- Ульрия. А ты кто?

- Я - Кощей Бессмертный. Знаю, это тебе ни о чем не говорит. Это не важно. Просто поверь, что я - друг, и хочу тебя спасти.

- А как я здесь очутилась? Ничего не помню.

- Ты, малышка, поучаствовала в важном для Аллии деле, и должна быть горда этим. И не вздумай здесь что-нибудь украсть, а то попадёшь под трибунал - и я помочь не смогу, - предупредил я, перехватив её красноречивый взгляд, направленный на проходящего мимо командира с золотой цепью на груди.

- А ты откуда знаешь?.. - смутилась Ульрия.

- Да уж пришлось немало узнать о твоих талантах.

- Я догадалась! - радостно вскрикнула девочка. - Меня заколдовали, чтобы я стянула что-нибудь драгоценное?

- Можешь считать так, - согласился я, всё равно я лучше ей не объясню.

- Понятно. А что именно?

- А вот этого ты никогда не узнаешь. Это дело государственной важности.

- А-а-а... - разочарованно протянула она.

- У тебя родня есть?

- Не-а, - покачала головой Ульрия.

- А где же ты живёшь?

- В Раю.

- Где-где? - удивился я.

- Воровской Рай, так называются Грыковские трущобы. Там много... таких.

- Далеко это отсюда. А ты сама хочешь вернуться в этот Рай?

- А какие варианты? - по-деловому спросила маленькая воровка.

- Варианты? Вот были бы деньги, помог бы тебе. Да как назло - ни копейки.

- Странный ты, - хмыкнула девчонка. - Помогать собираешься, а денег нет.

- Так получилось. Ладно, я ещё подумаю, как тебе помочь. Только ты, давай, воровать завязывай, а то плохо кончишь.

- А жить чем, дяденька? На панель я ещё мала.

- Серьёзная ты, малышка... Так, сейчас через посты проходить будем, смотри, нас не выдай. Ты сейчас - молодой солдатик.

Девчонка прыснула. Я нахлобучил на неё посильнее кожаный шлем.

- Куда? - раздался уставший голос охраны.

- В кусты! - ответил я так, как отвечала Неневеста, увлекая за собой маленького солдатика.

- Чего вы там все пообъедались, что всё в кусты да в кусты? - недовольно буркнул постовой. - Хоть бы мне что-нибудь принесли.

- Принесём, так и быть, - ответил я, удаляясь по направлению знакомой рощицы.

Скоро мы скрылись за деревьями, и Ульрия тут же сбросила с себя противный шлем.

- Так, из лагеря мы вышли. Только как ты будешь путешествовать в форме вражеского солдата, я понятия не имею.

- А где моя одежда?

- Забудь. Жаль, Неневеста переоделась где-то в лагере, та одежда тебе бы подошла. Но, ничего не поделаешь, я не знаю, где она. Моя здесь, но тебе она не подойдёт. Хотя... В плащ закутаешься, чтоб форму не видно было, а костюм и сапоги возьми, продашь по дороге, купишь себе что-нибудь попроще. А тогда и солдатскую форму можешь продать. Скажешь, нашла. Будет хоть на пропитание.

Девочка фыркнула, у неё были другие представления о том, как добыть себе еду.

- А я сказал - не воровать! Хочешь жить другой, нормальной, жизнью? В семье?

- Это невозможно, - поджала губы Ульрия. - Меня воровская гильдия не отпустит.

- А ты не возвращайся в Грык!

- И где же мне жить?

- Ну-у-у, допустим, в столицу сейчас нельзя, она в осадном положении. Но в любой другой город - пожалуйста!

- А чем я жить буду?

- Так-так-так... Нужно подумать... Что-то крутится в голове, и никак не могу ухватить мысль за хвост... Да! Это оно!

- Что?

Мне вспомнилось, как я вместе с торритянами наблюдал за похождениями Неневесты в образе крошечной эльфеи, и у меня возникла идея.

- Малышка, ты когда-нибудь слышала о Нижней Деревне?

- Да-а. Только не называй меня малышкой!

- И знаешь, где она находится?

- Знаю. А что?

- Вот везуха! - обрадовался я. - Тогда сейчас ты прямым ходом отправляешься в эту деревню, находишь там одинокую добрую женщину, которую зовут Матильдой, и сообщаешь ей радостную весть, что ты её дочь!

- Что за чушь?

- Это не чушь. У тётки нет детей и она однажды купила у местной колдуньи цветочную эльфею.

- Ну да! - ахнула девочка, никогда, наверное, эльфов не встречавшая.

- Да. Только вскоре малышку похитили и, я тебе точно скажу, она больше никогда не вернётся.

- Она погибла? - в глазах маленькой воровки заблестели слёзы.

- Да нет, просто удачно вышла замуж за эльфа-принца.

Слёзы у девочки тут же высохли, а глаза заблестели:

- И я хочу за принца!

- Подрасти сначала, малышка.

- Вот все так говорят, - со злостью ударила по стволу берёзки Ульрия.

- Займёшь место пропавшей эльфеи, может, тоже повезёт, - поспешил я успокоить девчонку.

- А как?

- Прийдёшь к Матильде и скажешь, что ты - её любимая Дюймовочка, только немного выросла. Сочинишь какую-нибудь душещипательную историю. Думаешь, много нужно, чтоб убедить женщину, что ты её пропавший ребёнок, если она сама страстно мечтает об этом?

- Ну-у-у...

- Да она тебя на руках носить будет, пылинки сдувать. Ты ведь - мечта всей её жизни.

- На руках уже не надо, я не маленькая.

- Да это я образно так выразился. Просто она будет счастлива обрести дочь, а ты - мать. Поняла?

- Попробуем, - серьёзно ответила Ульрия.

Так, можно сказать, девочку устроил. Если, конечно, она выдержит чрезмерную опеку новоявленной мамаши.

- Только не воруй больше. Договор?

- Если всё удастся с семьёй, то попробую пожить, как все честные люди, - заверила меня малышка.

Вдруг земля задрожала, и девочка упала прямо в мои объятия. Глухой подземный гул и ещё несколько толчков убедили меня в том, что это самое настоящее землетрясение. Странно-странно. Хорошо, что мы на открытом пространстве, бояться нечего.

Ещё несколько раз дрожь пробежала по телу планеты. Хотел бы я знать причину.

- Что это? - Ульрия дрожала, вцепившись в меня, как клещ.

- Обыкновенное землетрясение. Что, не слыхала о таком явлении природы?

Она отрицательно помотала головой.

- Это не конец света? А то некоторые говорили...

- Хочется верить, что нет. Смотри, вот уже всё затихает, - постарался я успокоить девочку.

Почва, действительно, перестала уплывать из-под ног, и я немного успокоился. Думаю, если бы это был настоящий конец света, то мы бы уже о нём не разговаривали.

Ульрия тоже понемногу приходила в себя. Бедняжка, совсем запуганная. Надо ей помочь, хоть подальше от вражеского лагеря отвести.

- Ну, что ж, пошли, проведу немного.

Всё равно Неневесты не слышно, да и я что-то ни в кого не переселяюсь. Ой, если я вдруг покину тело купца, он ведь тоже ничего помнить не будет, и Ульрия испугается.

- Слушай, малышка.

- Ну, я же просила!

- Да ладно, ладно. Просто, хочу сообщить, я не тот, кого ты видишь перед собой.

- Как это?

- Я занимаю сейчас тело купца Урритона из Ртона, но в любой момент могу покинуть его, и тогда он не будет ничего помнить точно так же, как и ты, и не поймёт, что с ним случилось, и как он здесь оказался.

- А-а-а...

- Так ты тогда не бросай его. Сама ведь понимаешь, как ему будет трудно. Успокой, объясни, как сможешь. Пусть не думает, что сошел с ума. В общем, возьми на поруки.

- Хорошо, - кивнула девочка.

- И передашь купцу, что главный священнослужитель на него ох как сердит. Пусть скажет ему... Пусть скажет ему... Запомни и передай дословно: "Девчонка погибла, я едва ноги унёс, вернуть державу мы не смогли". Запомнила?

- Ага, память у меня хорошая. Только ты лучше никуда не уходи, - просительно поглядела на меня Ульрия.

- Да если б это от меня зависело, малышка.

- Я не малышка!..

Девочка вдруг застыла с открытым ртом, уставившись куда-то за мою спину, и мне это очень не понравилось. Я медленно развернулся, приготовившись ко всему, что угодно. Но к этому я был не готов.

Медленно проявлялись прямо в пространстве большие изумрудные ворота. Кто бы это ни был, они искали именно меня, я уверен. Но кто? Может быть, торритяне? Во всяком случае, нужно быть готовым к худшему варианту.

- Уходи! - оттолкнул я девочку.

- Куда?!

- Подальше отсюда! Быстрее!

Но Ульрия прижалась ко мне всем своим маленьким тельцем, вцепившись кулачками в одежду, и категорически отказывалась отрываться. В конце концов, я оставил попытки отослать малышку и перевёл взгляд на открывающиеся ворота. Ну и?

Из них вышел мужчина в белом хитоне, и я сразу же узнал того, кто отправил меня на Аллию. Смотритель! Что бы это значило? С добрыми вестями или?.. В руках мужчины я разглядел неизвестное мне оружие, стрела над ним была направлена точно на меня. Значит, так? Я поднял меч, готовясь отразить нападение или уйти от удара. Я просто так не сдамся!

Глава 35. Смотритель

Я знал, я верил, я надеялся. Несмотря на то, что проходило всё больше и больше времени. Несмотря на то, что экран, отражающий Аллию, показывал теперь только абсолютную пустоту. Несмотря ни на что где-то очень глубоко, в тайниках моего подсознания билась мысль: Неневеста не могла просто так погибнуть! Не могла! Не тот это человек. Я сделал на неё все ставки... А сознание в то же время упорно твердило мне, что всё кончено, что надеяться больше не на что.

Иногда я наведывался на Буаян, туда, где недвижимо лежало тело Неневесты. Здесь оно в полной безопасности. Но где её душа?

Если Аллия погибла безвозвратно, и Неневеста вместе с ней, её тело, лишившись подпитки живой души, тоже должно было умереть. Но оно дышало, вздрагивало, ждало свою хозяйку. И это тоже вселяло некоторую надежду. Такой же недвижимый, но живой, лежал рядом любящий её Кощей. Они на всё шли, только бы быть вместе. Горы сворачивали, миры спасали, жизнью рисковали, а я? Шел на поводу старинных правил и предписаний, запрещающих переносы живых тел из мира в мир, не позволял им соединиться, старый... А-а!..

А день шел за днём, месяц за месяцем, постепенно сводя всю мою надежду на нет.

Всё чаще возникала мысль, что всё напрасно. Но я упорно не выключал экран, и он черным провалом зиял среди других экранов, отражающих живые миры, Смотрителем которых я являюсь. Недосмотрел... Целый мир, такой яркий и красочный, такой самобытный и необычный, канул в НИКУДА, сгорел в жерле Апокалипсиса. Да ещё и эту девочку послал в агонизирующее пекло. Какой я после этого Смотритель? Хоть в отставку подавай... Но, если я уйду, кто будет беречь тела Неневесты и Кощея?

И я всё чаще и всё дольше вглядывался в черноту экрана, задумываясь о судьбах тех, кого...

Я даже не поверил, когда пустота вдруг дёрнулась, мигнула, и солнечный свет залил знакомые до боли очертания материков, которые я уже никогда больше не надеялся увидеть. Аллия?!! Да! Это была Аллия, живая, светлая и радостная! Настоящая!!! Я недаром поставил именно на Неневесту! Это был единственный шанс, и он увенчался успехом! Аллия спасена!!!

Всего несколько минут ушло на то, чтобы вызвать отряд чистильщиков и открыть ворота во вновь обретённый мир. Я никогда раньше не появлялся в подотчетных мне мирах так открыто, но сейчас я не могу ждать. Я хочу видеть это своими глазами! Да и Неневеста с Кощеем уже замучились в чужих оболочках, следует поскорее забрать их и вернуть в родные тела...

Ворота распахнулись, сориентированные указателем душ, и я, выходя, почувствовал сотрясения почвы. Что бы это значило?

Вооруженные люди бросают оружие и падают ниц при виде меня. Здесь, что, война? На Аллии?

Из пещеры, почти скрытой от человеческих глаз скалами, выскакивает мужчина на огромном белом, точнее, когда-то бывшим белым, коте. Оба в саже и подпалинах, грязные и мокрые, а скалы рушатся за их спинами, скрывая только что существовавший ход.

Стрелка указателя душ уверенно указывает в сторону странного всадника. Неневеста? Кто из них: мужчина или кот? И почему, собственно, меня это так удивляет? Разве я ждал, что она должна оказаться в теле похожей на неё девушки? Всё логично. И всё же?

Мужчина устало прижимается к шее кота, что-то шепчет ему на ухо. Затем соскакивает, и зверь в мгновение ока исчезает, словно его и не было. Странно всё это. Но стрела упорно показывает в ту сторону, значит, Неневеста в теле этого немолодого мужчины. Надо же, нелегко пришлось ей. А я, отправляя её в путешествие в чужих оболочках, даже и не задумывался, каково это...

Мужчина, уверенно подняв голову, шел ко мне. Неневеста узнала меня. Я тоже приблизился, раскрыв руки для объятий, ведь чувства переполняли меня, словно сосуд под струёй ручья.

- Неневеста! Только сейчас Аллия возникла из небытия, и мы смогли открыть ворота! Ты сделала это!!! - воскликнул я, ликуя.

И вдруг мужчина остановился, пригнулся, в ужасе оглядываясь на окружающих, и закричал:

- Не надо! Не надо меня казнить! Я ни в чем не виноват! Это всё он! Король Друан Третий! Он насильно отправил меня сюда! Я не хотел! И больше я ничего не помню!

Он упал на колени, и стал ползать вокруг, пытаясь достать край моей одежды. Гадкое зрелище.

А особенно неприятно, что Неневеста только что была рядом, я мог забрать её, отправить домой. И не успел. Но ничего страшного. Я направил в пространство указатель душ. Странно... Стрела завертелась в одну сторону, затем в другую... Очень странно... Я проверил настройки, но ничего не изменилось. Стрела не хотела останавливаться, словно Неневесты... вообще нет на Аллии. Ничего не понимаю.

А поищу-ка я Кощея. Думаю, они должны быть где-то рядом, или я совершенно не разбираюсь в вопросах межчеловеческого притяжения.

Я установил новые настройки, и стрела уверенно выбрала направление. Вот и прекрасно. Так, надеюсь, это не слишком далеко? Хотя для меня километраж не имеет никакого значения... Я бросил взгляд на табло, определяющее расстояние, и вернулся в открытый портал. Ещё несколько мгновений - и я увижу Бессмертного.

Далеко путешествовать не пришлось, указатель определил, что Кощей находится почти рядом, за военным лагерем. Ворота открылись, и я вышел перед небольшой рощицей, просвечивающей насквозь ещё не покрытыми листьями стволами. На меня уставились две пары глаз. Мужчина в военной форме и мальчик, замотанный в дорогой, но измазанный плащ. Ну и кто есть кто? Я медленно пошел по направлению к странной парочке, а мужчина так же медленно, но угрожающе, поднял меч. Значит, это не он. А кто же? Ведь не этот ребёнок, судорожно вцепившийся в одежду солдата? Тем не менее, стрела продолжала четко указывать именно на них.

- Кощей? - спросил я, приблизившись.

- Кощей, - подтвердил мужчина.

Слава Богам!

- Нашел, наконец! - обрадовался я. - Кощей, ты чего? Я же Смотритель! Опусти меч!

- Сначала ты, - сурово ответил солдат.

- Что сначала я?

- Сначала ты опусти оружие, а лучше всего положи его на землю и отойди на пару шагов.

- Ах, вот ты о чем?! - Догадался, наконец, я, раскрыл руки, и стрела исчезла, словно её и не было. - Это был просто указатель душ. Я же должен был найти тебя в чужом теле, а как иначе?

- Да? Постараюсь поверить, - Бессмертный нехотя опустил меч.

- Неплохо выглядишь, - выдал я вполне оправданный комплимент. - А с тобой это кто?

- Местная.

Девчонка?

- Пусть уходит.

- Ульрия, иди в Нижнюю Деревню, как я тебе говорил, - Кощей попытался отцепить впившиеся в его солдатскую форму кулачки, но безрезультатно.

Малышка смотрела на происходящее широко распахнутыми глазами, но уходить и не собиралась.

- Ладно, - я махнул безнадёжно рукой, и так уже засветился в этом мире, как мог. - Неневеста где?

- Не знаю, - Кощей сокрушенно покачал головой. - Я видел её последний раз ещё до землетрясения, когда она была в теле этой девочки. Хотя могу предположить, зная Неневесту, что и к этому стихийному бедствию именно она приложила свою ручку.

- И окажешься прав, Кощей. Я встретил её после землетрясения, в теле мужчины. Она выскочила на белом огромном коте из подземелья, завалив всё за своей спиной, отсюда и скромное локальное землетрясение. Аллия появилась из небытия, Неневеста выполнила своё предназначение!

- И где же она?!

- А вот это другой вопрос, - покачал я головой. - Сам понять ничего не могу. Кот исчез сразу же, а Неневеста была уже почти рядом, как вдруг я понял, что её уже в этом теле нет. Мужчина, в котором обитал её дух, вдруг стал оглядываться, с ужасом глядя на окружающих, упал на колени, просил не казнить его, мол, он ни в чём не виноват, послал его король Друан Третий, отправил сюда насильно, а сам он ничего не помнит.

- Так это вельдонский колдун! Понятно, что он ничего не помнит, если в его теле хозяйничала Неневеста! А белый кот - это Снежный Барс. Значит правда, что она встречалась во сне с ним и Урбонусом, и вела беседу. А я и не поверил... Следовательно, барс, которого она постоянно носила на пальце, вынес её... Предсказания рукона медленно, но верно, сбываются...

- Всё это очень интересно, и я с удовольствием послушаю о ваших приключениях, но после. Сейчас необходимо отыскать Неневесту. Где она может быть, Кощей? Ты был с ней в этом мире довольно долго и должен лучше ориентироваться в ситуации.

- Да где угодно! В теле муравья или комара! Нас без конца переносило в совершенно разных существ.

- Нет, Кощей. Это другое. Я знаю точно, что на Аллии её сейчас нет.

- Откуда?

- Да всё этот самый указатель душ, - я снова выудил из пространства определяющий аппарат со стрелой, который Бессмертный принял вначале за оружие. - Смотри, сейчас он настроен на тебя. Я могу поворачивать стрелу в разные стороны, она всё равно указывает, где ты находишься. А теперь я настраиваю аппарат на Неневесту...

Стрела завертелась то в одну, то в другую сторону, не останавливаясь ни на мгновение и не фиксируя ни одно направление.

- Видишь, что делается?

- И что это значит? Мне это начинает не нравиться.

- Мне это нравится ещё меньше. Это значит, что Неневесты в этом мире нет!

- Но этого не может быть! - воскликнул Кощей.

- Тем не менее, это так. Думай, Бессмертный, думай!

- А если она вернулась на остров Буаян, в своё тело?

- Это, принципиально, невозможно.

- Относительно, невозможно, - вставил Кащей.

- На остров нет дорог, и ни один человек, а тем более, дух, попасть на него не может!

- И мы с Неневестой, наверное, не добирались до него своими собственными ногами? - издевательски произнёс мой язвительный собеседник.

- Да, признаю, было дело. Хотя это - нонсенс! До сих пор никто не может понять, как вам это удалось.

- Факт остаётся фактом. Мы были на Буаяне, и, пусть это и невероятно, Неневесту могло притянуть к собственному телу, раз миссию на Аллии она выполнила.

- А тебя почему не притянуло?

- Тяжелый я, - улыбнулся впервые за сегодня Кощей.

- Не думаю, что такое возможно. Но для нас это был бы наилучший вариант.

- Тогда вперёд. Будем надеяться, что она уже ждёт нас, ругаясь на чем свет стоит, что мы задерживаемся.

- Вперёд! - я материализовал ловца душ. - Девочка пусть хоть отойдёт, а то и её прихватит.

- А что это ещё такое? - подозрительно покосился на прибор Бессмертный.

- Ловец душ, он поможет вытащить тебя из этого тела, и перенести на Буаян.

- А-а-а... - недоверчиво протянул Кощей и повернулся к молча наблюдающей за происходящим девочке. - Ульрия, вот и пришёл час, о котором я говорил. Сейчас я исчезну, точнее, покину тело купца, а ты поможешь ему, как мы и договаривались. Хорошо, малышка?

- Я не малышка. Я всё понимаю, - угрюмо выдала девочка. - Прощай, Кощей!

Бессмертный обнял свою спутницу, и она, протирая кулачками глаза, отошла на безопасное расстояние.

- Давай, Смотритель, я готов. - Солдат передо мной вытянулся по струнке, ожидая обещанного переноса.

Сколько же судеб оказалось затронутыми этой безумной авантюрой, вернувшей погибший мир из небытия? Сколько людей, нелюдей и, возможно, даже животных, приняли активное участие в спасении Аллии, даже не подозревая об этом? А для меня, Смотрителя, эти месяцы остались под покровом тайны. Но Неневеста и Кощей всё расскажут мне, я должен знать, как им удалось изменить прошлое и спасти будущее.

Я настроил на волну Бессмертного ловец душ и нажал кнопку.

На недоумевающую физиономию мужчины в солдатской форме мне смотреть уже нечего, вижу, о нём позаботится девочка.

Я повернулся круто, прижимая к груди ловца с попавшей в клетку душой Кощея. Сам никогда на себе не испытывал, но представляю, что ощущения не из приятных. Оказаться замкнутым в металлической коробке ещё хуже, чем в чужом, пусть и непривычном, теле.

Да, немало пришлось пережить спасителям Аллии. Хорошо, что всё заканчивается. Неневеста небось заждалась...

Я шагнул в портал и вышел на острове Буаяне, острове из легенд. Всё так же недвижимо лежит Алатырь-камень, возле которого я оставил в своё время тела Неневесты и Кощея...

Я протёр глаза. Бессмертный лежал всё в той же позе, ожидая возвращения души. Но где же она? Я оглянулся. Всё так же висит в пустоте легендарный остров. И негде здесь спрятаться. И нельзя отсюда уйти... И белый рулончик договора, подписанного кровью, который она не выпускала из рук, валяется рядом с камнем, словно ненужная бумажка. И указатель душ показывает, что нет в этом мире Неневесты, и не было очень давно. А если её нет и не было, то это значит единственное: тело девушки похитили! Но как?! Кто?! Ведь на остров невозможно попасть! Относительно невозможно, - как сказал Кощей.

Я направил на его недвижимое тело ловец душ и открыл заслонку.

Бессмертный несколько долгих секунд был неподвижен, затем пошевелил пальцами. Да, тело так долго пролежало без движения, что теперь трудно будет адаптироваться. Ничего, я сейчас помогу. Я набросил на него энергетическую сеть, быстро впитавшуюся в его ауру. Она поможет ему прийти в себя.

Действительно, вскоре Кощей открыл глаза и сел, всё ещё с трудом сгибая затекшие суставы.

- Неневеста?

Даже не знаю, как ему сказать. Как трудно бывает просто сказать правду... Почему с людьми всегда так непросто?

- Неневесты здесь нет. И не было.

- Что?! А где же её тело? - поднялся Бессмертный, оглядываясь.

- Я, как Смотритель, должен знать всё. Но я вынужден признать, что без малейшего понятия, что здесь произошло...

- Где её тело?! - Кощей ухватил меня за плечи, вытрясывая душу без всякого ловца.

- Погоди! Успокойся! Я не знаю!!! Я навещал остров пять дней назад, и всё было в порядке. Неневеста лежала здесь, рядом с тобой, и ничто меня даже не насторожило...

- Ладно, я успокоился, - наконец взял себя в руки Бессмертный, поднимая с земли свиток. - Что это?

- Договор, подписанный мной и Неневестой.

Кощей быстро пробежал строчки глазами.

- Давай рассуждать логически.

- Давай.

- Неневесты нет в мире Аллии, так? И тело её тоже пропало. Я могу предположить только единственный вариант: это похищение!

- Согласен. Но кто это сделал?! Кому она мешала?! - я что-то никак не могу свести концы с концами.

Кощей сжал кулаки и тревожно заглянул в мои глаза:

- Торритяне...

Глава 36. Где ты, Неневеста?

- Торритяне... - прошептал я, чувствуя, как кровь отливает от лица от страха за судьбу Неневесты.

Ну почему у неё всё не как у людей? Мир спасла - и добро пожаловать домой, на заслуженный отдых. Где теперь её искать?

- Так, Кощей, а теперь давай спокойно и с расстановкой. Откуда ты о них знаешь и что именно? - Глаза Смотрителя вцепились в меня, обещая не отпускать, пока всё не выпытают.

- Во время кажущихся бессмысленными скитаний по Аллии я единожды попал в тело торритянина.

- Торритяне на Аллии?! - забеспокоился Смотритель.

- Не совсем так. Оказывается, у Аллии существует двойник, безжизненная планета. Совершенно пустая. Её и облюбовала группа торритян. Они создали там научный центр, и научились изымать энергетический потенциал с погибших или умерших естественной смертью обитателей настоящей Аллии. За счет этого и жили. А когда мир погиб, энергии получили столько, что смогли за два года круто развернуться, построить целый город, создать огромные арсеналы совершенного оружия...

- За два года после гибели мира? Но ведь...

- Пара торритян вернулась из будущего, когда Неневеста смогла отложить конец света. Они потеряли одним махом всё, что создали за счет обретенной энергии, и хотели помешать изменению истории.

- А Неневеста...

- Стояла у них на пути. Они называли её Вредителем и всё время следили за её перемещениями по Аллии.

- Как? Даже у меня нет таких средств!

- Вероятно, это оказалось возможным благодаря тому, что наблюдения велись из параллельного мира. Или же, это новейшие изобретения гениального ученого с Земли, которого они похитили и использовали в своих целях.

- Хотел бы я такого ученого переманить к себе на службу, - сам к себе прошептал Смотритель.

- Так вот, я считаю, что это единственно возможное объяснение произошедших событий. Неневеста у торритян.

- Да, торритяне знакомы всем своими захватническими замашками. Торрита стала им тесна, и тогда они начали нападать на чужие миры с целью захвата территории.

- Неужели их нельзя остановить?!

- Работа ведётся, но не так-то просто их изловить. Вот сейчас, по твоим словам, они запрятались на незарегистрированном двойнике Аллии.

- Почему бы им просто не селиться в таких необитаемых мирах?

- Видишь ли, гораздо легче захватить обжитый мир, чем создавать всё заново. А эти молодцы придумали ещё лучше: использовать потенциал погибших. А этим они нарушают круговорот энергии во Вселенной! - объяснил Смотритель.

- Хорошо... Тогда поспешим туда.

- Ничего хорошего. Я не знаю координаты двойника Аллии.

- Но...

- Да, разумеется, опять я виноват. Но так иногда случается, что от основного ствола развития отделяются ветви вариантов. И тогда процесс продолжается в двух, трёх, и более, параллельных измерениях. Но чрезвычайно редко двойник оказывается полностью мёртвым. Либо он откололся чрезвычайно давно, ещё до того, как на планете зародилась жизнь, либо зародившаяся жизнь погибла по неизвестной причине.

- Ты хочешь сказать, что мы не сможем определить местонахождение Неневесты?

- Сможем, определённо, данные о появившемся двойнике должны были попасть в информационный центр, и я, наверняка, встречал их раньше. Только из-за абсолютного отсутствия жизни не счел необходимым поставить там камеры и датчики, улавливающие малейшие изменения фона. Теперь придётся покопаться...

- Так, Смотритель, ты давай, копайся, только поживей. Не думаю, что торритяне пригласили Неневесту поиграть в настольные игры. У них на Вредителя зуб, и довольно болючий.

- Тогда добро пожаловать в мой рабочий кабинет, дорогой Кощей! Ворота открывать не нужно, у меня отсюда свободный доступ.

Я сунул договор в карман, Смотритель схватил меня за руку. И глазом моргнуть я не успел, как оказался в "кабинете". Это было огромнейшее помещение, одна стена которого была сплошь увешана плоскими экранами, передающими, как я понял, изображения из самых различных земель. У меня даже дух перехватило. Я переводил взгляд с одного экрана на другой, пока не задержался на картинке, от которой защемило где-то глубоко в груди. Я узнал. Это - мой родной мир, единственный и неповторимый, как молоко матери, как первая радуга над головой ещё учащегося ходить малыша, как старая деревянная коляска, легко покачивающаяся в такт колыбельной. Воспоминания вдруг нахлынули, словно волны штормового моря, цепляясь друг за друга и захлёстывая меня с головой. Я вспомнил всё, начиная со своего счастливого детства, до сегодняшнего дня. Этот мир знал меня, а я не ведал о других до того самого момента, когда в мою жизнь ворвалась смерчем Неневеста... Вика...

- Кощей!.. А, Кощей, заснул, что ли? - Смотритель помахивал перед моими глазами ладонью.

Я потряс головой, пытаясь вынырнуть из бездны воспоминаний и сосредоточиться на том, где я сейчас нахожусь, и что делаю.

- Я нашёл!

- Что?

- Тьфу ты! - выругался Смотритель. - С тобой что?

- Да всё уже в порядке. Просто выход из амнезии шокирует иногда больше, чем вход в неё.

- А-а-а, - понимающе кивнул мой собеседник. - Бывает.

- Угу. У всех бывает, но не у всех проходит.

- И что ты вспомнил?

- Всё. Я вспомнил родину. Свой дом.

- Теперь тебе будет легче. Но всё это - потом. А сейчас мы отправляемся на Аллию-2.

- Ты нашёл путь?! - встрепенулся я.

- А о чем я пытаюсь тебе втолковать битые пять минут?

- Извини. Я готов.

- Сейчас, только настрою ворота...

Ещё несколько несказанно долгих минут ожидания, и ворота перед нами начали медленно приоткрываться. Мы вместе со смотрителем рванулись вперёд, сбиваясь и мешая друг другу, и застыли на входе.

- Пространство сворачивается! - вскрикнул Смотритель. - Назад!

- Но там Неневеста! - ответил я и рванул вперёд.

Глава 37. Предсказание сбывается

Я сразу поняла, что нахожусь в своём теле! В своём милом, родном, почти забытом, но так узнаваемом. Любимое моё, что мне только пришлось пережить! В ком только пришлось побывать! Если б ты знало. Нет, лучше и не знать тебе об этом. Я вернулась! Я, наконец-то, дома, в себе!

Душа моя возрадовалась, и я приоткрыла глаза.

Что-то мне здесь ничего остров Буаян не напоминает. Вот совсем ничего. Я лежу в каком-то "корыте" на металлической поверхности, отдавив себе всё, что только можно было. Ручки-ножки шевелиться не желают, и не удивительно, сколько пришлось им без движения находиться. Всё затекло. Накрыто моё корыто стеклянным колпаком, словно я Спящая Красавица в хрустальном... тьфу ты! Вверху мягким светом светится потолок. А на мне понацеплено невесть сколько датчиков на мягких проводках, и на запястьях, и не щиколотках, и на голове, и на моём драгоценном пузике. Кто посмел до меня дотрагиваться? Может, Смотритель перенёс меня сюда, чтоб на ветру не простыла? Так нельзя было организовать ортопедический матрац и подушечку?

Я начала напрягать и расслаблять мышцы, пытаясь поскорее привести себя в норму. Скоро в затёкшие члены впились тысячи иголочек, сообщая, что процесс пошел. Сгорая от нетерпения, приподнялась я на локтях в своём "корыте" и замерла с открытым ртом.

Никакого Смотрителя и близко не было, а находилась я в какой-то лаборатории, где спиной ко мне около похожего на плазму экрана столпились люди (или нелюди?) в золотистых трико. Их было четверо: два мужчины и две женщины. Никого похожего на них раньше я не встречала. Кожа у незнакомцев была лиловой, а волосы насыщенного фиолетового оттенка. У одной из женщин ровные пряди затянуты в длинный хвост, начинающийся на макушке и заканчивающийся почти у талии. У другой - распущенные волосы чуть покороче. Мужчины были практически неотличимы со своими стрижками ёжиком и одинаковыми фигурами. Куда я попала?

И тут меня осенило! Да это же торритяне, о которых рассказывал Кощей! Эстер-один, Эстер-два, Дук-один и Дук-два. Им на руку был конец света, и они пытались меня, Вредителя, им мешающего, уничтожить! Значит, это они добрались до моего тела, думаю, с целью вытащить меня с Аллии. Но опоздали. Конец света отменяется! И они теперь меня ещё больше за это "полюбят". Так "полюбят", что... Я прикрутила свои мысли, чтоб прислушаться к разговору вперившихся в экран врагов.

- Что произошло?! Дук, что произошло?! - фальцетом вскричала Эстер с длинным хвостом.

- Ну-у... Я думаю...

- Это была она? Да? Этот мужик на белом коте?

- Эстер-два, успокойся! - схватила её за руку близняшка.

- Успокоиться?! Да вы понимаете, что произошло?! Красная кнопка уничтожена!!! Вы знаете, что это значит?! Бомба не взорвётся НИ-КО-ГДА!!!

- Похоже на это, портал его налево, - промямлил один из Дуков.

- Похоже?! И вы говорите об этом так равнодушно?!

- Ну что ты?! - воскликнула Эстер-один. - Мы возмущены до глубины души!

- Да вы хоть понимаете, что мы потеряли?! Мы потеряли всё!!! Да что я тебе объясняю?! Ты же не видела перемен, которые должны были произойти за два года! У нас были неограниченные возможности! Это был наш рай! Нам были доступны такие исследования! Мы создали столько идеального оружия! Мы могли бы захватить контроль над многими мирами! А теперь? И кто виновен во всём этом? Это всё она! Куда она опять подевалась? Я уничтожу её! Я уничтожу её тело, и ей некуда будет возвращаться! Я всё равно найду её и отомщу!

Разъяренная Эстер-два развернулась резко к моему "корыту" и застыла, сверкая фиолетовыми глазами:

- Да она здесь!!! Она вернулась в своё тело!!!

Четвёрка сиреневых бросилась ко мне, я ударом обеих ног отбросила пластиковую крышку и вывалилась из "корыта", вырывая проводки датчиков с корнем.

Но тут мои ослабевшие ноги подвели меня, они подогнулись, не выдержав напряжения, и я повисла на руках схвативших меня торритян. Приехали.

Лицо Эстер-два, искаженное ненавистью, приблизилось ко мне, сумашедшие глаза метались туда-сюда. Нервы лечить надо.

- Зачем?! Зачем ты это сделала?! - прошипела она.

- Я спасла Аллию.

- Ты спасла? - безумный хохот прямо в лицо. - Ты спасла примитивный слаборазвитый мир, полудиких аборигенов, ничего не стоящих и ничего не значащих для Вселенной!

- Я спасла Аллию.

- Здесь! Здесь настоящая Аллия! Здесь была бы планета-сад! Планета-рай! Здесь каждый клочок земли стоил бы миллионы!..

- Я спасла мир.

- Ты заплатишь мне за все несбывшиеся надежды! - взвилась торритянка. - Я уничтожу тебя! Распылю на атомы! Где аннигилятор?!

Глаза туда-сюда, наконец, дошло, что в лаборатории такой штуки быть не должно.

- Держите её, я за аннигилятором! И будет месть моя страшна!

Фиолетовый хвост взметнулся и скрылся за выскочившей в дверной проём Эстер-два.

- Попала ты конкретно, землянка, - зло посмотрел на меня один из Дуков.

- Надо было становиться нам поперёк дороги? - добавил второй.

- Я полностью поддерживаю Эстер, - сжала мои запястья оставшаяся торритянка. - Саму распирает расправиться с этой негодяйкой.

А я во время всего разговора мысленно разрабатывала затёкшие члены, читала где-то, что воображаемые упражнения дают эффект вовсе даже не воображаемый, а натуральный. Можно на тренировки не ходить, всё представлять, а потом брать медали на Олимпийских играх.

Иголочки в мышцах постепенно затихли, и я решила, что уходить надо, пока не вернулась самая сумасшедшая из торритян. Куда уходить, если здесь больше ничего, кроме этого научного центра не существует? А кто его знает, но не ждать же покорно, пока со мной расправятся?

Я расслабилась и повисла на руках схвативших меня торритян полностью, имитируя потерю сознания. Естественно, держать груз в таком положении было неудобно, и похитители затащили меня назад, в "корыто". Разумеется, решили и крышечкой прикрыть. А пока за ней наклонялись, меня, "бессознательную", пришлось на какое-то мгновение отпустить. Вот тут-то бесчувственное тело вскочило, оттолкнув надвигающуюся крышку вместе с торритянами, и выскочило со всех ног в коридор.

Так, теперь куда? Ой, да куда-нибудь, только подальше! И я помчалась вперёд, сбивая с ног встречных сиреневых лаборантов и скользя по гладкому блестящему полу. Топот ног сзади утверждал, что погоня за мной не задержалась.

Поворот. Ещё поворот!

Вдруг я увидела что-то напоминающее лифт. Нажала на зелёную кнопочку на стене, и двери разъехались в разные стороны, открывая небольшую кабинку. Я заскочила внутрь. Двери съехались. Куча кнопочек на внутренней стенке ничего мне не говорила. Я хотела нажать самую нижнюю, но моё тело ещё не могло выполнить столь виртуозное действие, и я ударила по всем сразу. Тут же загудела сирена. По стенам лифта побежали змейки-молнийки, повалил дым. Я закашлялась. Но, к счастью, двери распахнулись, моему взору предстали три перекошенные фиолетовые физиономии.

- Лифт не работает! - крикнула я, подныривая под тянущиеся ко мне руки и проползая под ногами торритян.

Я бросилась дальше по коридору, слыша за спиной дикие крики:

- Телепорт!

- Она сломала телепорт!

- Мы не сможем теперь выбраться отсюда!

Ну вот, ещё одна причина "полюбить меня такой, какая я есть"! Почему мне так везёт? Ведь могла перенестись в какой-нибудь другой мир, а не ломать телепорт. "Например, на Торриту, - подсказало подсознание. - Вот веселуха была б!"

Да мне и тут не скучно.

Сзади кто-то взвыл. Я оглянулась и заметила Эстер-два, присоединившуюся к компании догоняющих. Ой, как мы рады! Я снова свернула за угол и увидела, что коридор ведёт в тупик. Одна единственная дверь была на моём пути, и я, естественно, рванула её на себя.

Моему взору предстала ещё одна лаборатория. Я схватила первый попавшийся штатив и задвинула за ручку двери, забаррикадировав её на какое-то время.

Я огляделась. В лаборатории находился только один человек. И это был именно человек! Маленький мужчина с лысой макушкой и кудрявыми волосами по низу головы не оглядываясь протянул мне колбу:

- Отнесите это, милочка, на экспертизу, пусть проверят антигравитационные свойства...

Я сразу же вспомнила о талантливом ученом с Земли, о котором рассказывал Кощей. Это, наверняка, он. Кто ещё может быть таким рассеянным? Как же его фамилия? А, Штейн, точно!

В дверь ударили. Затем ещё и ещё. Выбить её - раз плюнуть. Что же делать?

Мой взгляд упал на приспособление в центре лаборатории. Это был диск с маленьким креслом и рулём, металлические полосы создавали видимость кабинки, только, по идее, она должна быть застеклена. Тем не менее, это было единственное, что напоминало хоть какой-нибудь транспорт, и я поспешила к нему. Ученый, наконец, увидел меня и ужаснулся:

- Девушка! Что вы делаете?! Это экспериментальный образец!

- Экспериментирую! - отозвалась я, прыгая прямо на образец.

- Это неработающий модуль! Он не летает!

Зато летаю я. В прыжке я зацепила протянутую в мою сторону колбу с жидкостью, которую мне предлагали отнести на экспертизу. Она упала прямо на модуль, разбилась, и неизвестное вещество разлилось по полу аппарата.

- Что вы наделали? - схватился за голову профессор.

Я уселась в кресло. Дверь лаборатории затрещала.

Я безуспешно пыталась обнаружить хоть какие-нибудь кнопочки. Нету ничего, кроме руля! Так, а зачем здесь четыре педали? Я начала экспериментировать, нажимая на них, и вдруг модуль взмыл вверх.

- Он не летает!!! - простонал сзади учёный.

- Уже летает, - ответила я из-под потолка. - И колбу вашу на экспертизу теперь нести не надо! Вещество действует!

Аппарат напомнил мне детские машинки в Луна-парке. Только педалей здесь было четыре. Я быстро разобралась в технике полёта. Посредине - "газ" и "тормоз", как в обычной машине, а по краям - "вверх" и "вниз".

Дверь в лабораторию вылетела с петель, но я в этот момент уже выруливала через окно.

Ух ты! Классно как! С ветерком! Четыре сиреневых тела, высунувшиеся до пояса в проем окошка мало меня волновали. Их ругань несусветная - ещё меньше.

Сзади раздались выстрелы, но я улетала так быстро, что достать меня они не могли.

- Слабо?! Да?! - закричала я, оглядываясь.

- Я тебя уничтожу!!! - донесся до меня голос Эстер-два.

Попробуй, подруга! Сначала достань, а потом поговорим!

Я крутанула руль, сворачивая к ближайшим горным пикам. Мёртвые величественные горы уносились к небу, словно спящие великаны, и ни птички, ни травинки нельзя было найти в этом безжизненном мире. Я снова оглянулась. Серой язвой на фоне первозданной природы казалось здание научного центра торритян. Не нравитесь вы мне, ребята.

И я с наслаждением отдалась движению, вдыхая воздух свободы и не думая о том, что будет дальше.

И вдруг странный звук пронёсся над планетой. Нижняя часть модуля просто исчезла, и остатки его, заваливаясь и дёргаясь, свалились на горный уступ, а я покатилась, едва успев задержаться за ненадёжные камни и не рухнуть в бездну. Что ж это?..

В одном из окон здания научного центра виднелось дуло неизвестного мне оружия. Рядом фиолетовела женская голова с длинным хвостом и мелькали другие лица. Было понятно, что соратники пытаются оттащить сдвинувшуюся на почве мести Эстер-два, только это не сильно им удаётся.

Я подтянулась на руках и взобралась на уступ. Моему взору открылся словно обгрызенный модуль и дыра в скальной породе, уходящая в глубину горы. Ни фига себе! Что ж это за оружие такое, способное одним махом уничтожить столько материи? Вспомнилось сразу, как Кощей говорил о созданных торритятами пушках-аннигиляторах. Так значит это она? Меня, действительно, хотят уничтожить?

Дуло пушки дрогнуло, и новый взрыв потряс пространство. Я едва успела откатиться в сторону, как на том месте, где я только что стояла, образовалась новая дыра, пугающая своей абсолютной пустотой. Да что ж она творит?! Так скоро и горы рухнут!

Пушка вновь дрогнула, готовясь к выстрелу. А я сообразила, что мне некуда бежать! Уступ скалы был невелик, а две образовавшиеся в нём дыры уменьшили его ещё ощутимее! Следующий удар достанет меня!

Я уже видела приближающийся ко мне шар колеблющегося пространства, как вдруг серебряное кольцо соскользнуло с моего пальца, и могучий Снежный Барс нарисовался на краю уступа. Кот обернулся и кивнул мне, мурлыкнув:

- Садись!

Упрашивать меня не надо! Я вскочила на волшебного зверя и он, преодолев немысленное расстояние, перескочил на следующий уступ.

Тяжелое "Уф!!!" - и аннигиляционный снаряд стёр с лица Аллии часть скалы, где я только что стояла.

А далее последовала бешеная гонка. Такая, что мысли вылетают и остаются далеко сзади, не поспевая за своей хозяйкой. Я прижалась к мягкой густой шерсти и сосредоточилась только на том, чтоб не свалиться.

Пушка-аннигилятор всё стреляла и стреляла, а Снежный Барс совершал прыжок за прыжком, показывая чудеса акробатики. Он то взлетал на самую вершину горной гряды, то почти спускался к подножью. Не мог он только остановиться, передохнуть. Интересно, надолго хватит его волшебных сил?

Иногда я умудрялась бросить взгляд на окружающий пейзаж, и видела, как пространство покрывается оспинами дыр. Несколько пробоин оказалось даже в небе, и зловещая пустота глядела сквозь них на обреченную планету.

Обреченную! Я поняла это, как только увидела, что пространство начинает всасываться в образовавшиеся дыры, сначала почти незаметно, затем всё быстрее и всё сильнее. Планета коллапсировала, сворачиваясь. И всё усиливающийся гул сопровождал её агонию.

Кажется, наконец, это дошло и до Эстер-два. Пушка замолчала. Но поздно. Мир сворачивался, втягиваясь в дыры уничтоженного пространства ,и никто уже не в силах был остановить этот процесс.

И тут внизу, около самого здания научного центра, воздух задрожал и материализовались большущие ворота, точно такие, как я видела на первой Аллии, когда спасла её. Смотритель!

Снежный Барс бросился к воротам. Они распахнулись несильно, словно нехотя, и я увидела своих спасителей: Кащея Бессмертного и Смотрителя. Ой, как же вовремя! Хоть раз всё происходит в нужное время! А то я уже чуть было не успела испугаться.

Смотритель поднял в стороны руки, и створки распахнулись, словно приглашая в свои объятия. Лицо его было напряжено и сосредоточено, наверное, ворота не очень хотели раскрываться в сворачивающемся мире.

Кощей бросился со всех ног ко мне. Ой, как приятно, когда о тебе кто-то переживает и заботится!

Снежный Барс исчез, вновь оказавшись колечком на пальце. А я по инерции пробежала ещё несколько метров, затормозив прямо в объятиях Бессмертного.

Он только прижал мою голову к своей груди на мгновение, и даже не сказал, какая я хорошая, что вечно попадаю в передряги.

А я подумала, что предсказания рукона оказались как нельзя более точны. Тот, кого я ношу, мой Снежный Барс вынес меня и второй раз.

- Скорей, - закричал Смотритель.

Створки ворот дрожали под натиском коллапсируещего пространства.

Кощей схватил меня за руку и потянул в направлении спасительного выхода.

И тут я вспомнила о моём земляке, чудаковатом ученом, которого использовали торритяне в своих корыстных целях. Нехорошо как-то оставлять человека с Земли погибать здесь. Он ведь ни в чем не виноват!

Я вырвала руку с криком:

- Там остался профессор! Нужно его забрать! - и рванула в сторону здания научного центра.

- С ума сошла! - Кощей безнадёжно вздохнул и бросился меня догонять.

- Куда?! Назад!!! Мир гибнет! Вы не успеете! - митинговал сам себе Смотритель.

Входные двери были заперты на цифровой замок. Я вцепилась в ручку и повисла на ней, объявив подоспевшему Бессмертному:

- Никуда не уйду! Я не могу оставить землянина здесь погибать!

Кощей глянул из-под нахмуренных бровей и рванул дверь на себя. Молодец, знает уже, что отговаривать меня от сумасбродных идей бесполезно.

Дверь с грохотом отлетела в сторону, оставив искорёженные петли глухо поскрипывать. Я заскочила в помещение и остановилась. Мечущиеся в панике торритяне застыли вдруг в шоке, увидев, что я, ставшая косвенной причиной уничтожения этого мира, явилась снова собственной персоной. Да, хлебом-солью меня здесь, явно, встречать не собираются. И ковровую дорожку тоже не постелят. Торритяне очнулись от шока и двинулись мне навстречу, в руках у некоторых замелькало оружие.

Но я всё равно не отступлю! Только вот не знаю, как?

- Неневеста! Уходим! - крикнул Кощей.

- Нет!

- Посмотри трезво - нам не пройти даже с моей сверхчеловеческой силой и твоим духом авантюризма!

- Нет!

- Мы погибнем!

- Нет!

Первый выстрел - и пуля зажужжала у самого уха.

- Тьфу ты, - сплюнул с досадой Кощей. - Упрямство родилось раньше тебя!

- Тьфу ты! - сплюнул с досадой скатившийся с моей руки и материализовавшийся во всей своей красе Снежный Барс. - Ведь всё равно ж не успокоится.

Моё лицо расплылось в улыбке, а Кощеево приобрело задумчивое выражение: моего друга он видел впервые.

- Забирайтесь на спину, - кивнул зверь.

- Так мы ж вдвоём не вместимся! - ответил Бессмертный. - Давай я сам!

- Я не спрашиваю, поместитесь ли вы вдвоём, а говорю: залезайте. Или ты думаешь, что сможешь лишить Неневесту возможности быть в центре событий?

- Для неё было бы безопаснее...

- Тогда ты плохо знаешь её, если надеешься, что она согласится остаться, - фыркнул с усмешкой Барс.

- Вот, слушай людей, то есть, зверей, разбирающихся в психологии человека, - подтвердила я, забираясь на спину белого кота.

Бессмертный сел за мной, бурча:

- У меня ж ноги по полу тянутся!

И тут Снежный Барс вдруг начал расти, увеличиваясь и в длину, и в высоту, так, что можно было ещё пару таких Кощеев посадить, не теснясь, и огромными прыжками, перескакивая через головы торритян, помчался по коридорам, лестницам, переходам.

Вот честное слово, без него я бы никогда дороги не нашла, а кот то ли знал, куда следует бежать, то ли просто ощущал направление своим интуитивным шестым чувством.

Торритяне смешались, никто уже не пытался в нас стрелять, боясь попасть в своих. Не прошло и пары минут, как мы оказались около знакомой лаборатории. Удар мощной лапы распахнул дверь и перед нашими глазами предстал склонившийся над столом небольшой человечек, как всегда, занятый своими исследованиями, и даже не обращающий внимания на царящий в научном центре бедлам. Я соскочила с Барса и подошла к нему.

- Прикройте дверь, милочка, там шумят, - обратился он ко мне, не отрываясь от работы.

- Уважаемый Штейн, посмотрите в окно! Мир гибнет! Вы должны пойти с нами, чтобы вернуться на Землю.

- А я и так на Земле, милочка. А вам нужно лечиться...

- Это вам нужно лечиться! - я бросила взгляд в окно.

Горной гряды уже не существовало! Небо спустилось почти к крыше здания! Еще пара минут - и будет поздно.

- Профессор, скорее!.. - потянула я его за рукав халата.

- Покиньте помещение! - гневно вырвался из моих рук ученый. - Вы что, не видите: я работаю!

Я беспомощно оглянулась на Кощея. Бессмертный спрыгнул на пол, легко одной рукой подхватил ученого и посадил его на Снежного Барса, сев сзади и удерживая от падения. Я умостилась на спину зверя п