Book: Люблю только тебя



Люблю только тебя

Пола Сангер

Люблю только тебя


Scan , OCR & SpellCheck : Larisa _ F

Сангер П. С18 Люблю только тебя: Романы/Пер. с англ. Т.А. Источниковой, В.А. Дегтевой. — М.: Издательский Дом «Панорама», 2004. — 384 с.

(Серия «Панорама романов о любви»)

Оригинал: Sanger Paula , 1972

ISBN 5-7024-1495-0

Переводчик: Источникова Т.А., Дегтева В.А.


Аннотация


Любовь всегда тайна. Тайна двоих. И она не разгадана до сих пор.

Герои представленных здесь романов принадлежат к разным социальным слоям, имеют во многом противоположные убеждения и несравнимые финансовые возможности. Им придется пройти через ссоры и разлуки, через множество злоключений и испытаний, претерпеть несправедливые наветы и тягостные недоразумения, прежде чем они поймут, в чем состоят истинные ценности жизни, найдут себя и обретут долгожданное счастье.


Пола Сангер

Люблю только тебя


Пролог


Мэтью рассеянно смотрел на фотографии киноактрис, вырезанные из глянцевых журналов и развешанные на стене его соседом по комнате, и думал о том, как бы тот стал над ним смеяться, узнав о его нелепой влюбленности. Вернувшись с рождественских каникул, проведенных в доме отца, он едва ли не каждую ночь видел во сне ту, о которой еще недавно думал с легкой жалостью как об одинокой, не очень счастливой девочке, окруженной постоянной заботой взрослых, но напрочь лишенной общения со сверстниками.

Он вырос в огромном поместье в Северной Дакоте, где его отец работал садовником и жил в собственном небольшом коттедже. Они переехали туда после смерти матери, когда Мэтью исполнилось девять лет. Поместье принадлежало Марку Олби, владельцу сети небольших ресторанчиков, разбросанных по всей стране. Ресторанчики назывались «Малышка Кэрри» — в честь дочери Марка. В детстве Мэтью никогда не видел вблизи эту хорошенькую, но слишком серьезную девочку. Она не играла с детьми прислуги и, кажется, вообще ни во что не играла, а с самого рождения жила взрослой жизнью наследницы капиталов Олби. Она была на несколько лет младше Мэтью, и он вспоминал о ней только в те редкие моменты, когда она попадала в поле его зрения.

Но этой зимой, когда он приехал из колледжа на Рождество к отцу, он внезапно увидел ее совсем другими глазами. Высокая стройная девушка с нежным матовым цветом лица и черными локонами, кутаясь в белую меховую шубку, вышла из дверей особняка и спустилась по лестнице к машине. На ее волосах мерцали снежинки, и она была похожа на сказочную принцессу, живущую в ледяном замке... И была для него столь же недосягаемой. Что общего у нее может быть с Мэтью Фрименом, сыном садовника? Ему оставалось только мечтать, как он закончит колледж, разбогатеет и женится на ней... Он понимал, что с таким же успехом может мечтать о звезде Голливуда или дочери арабского шейха, но ничего не мог с собой поделать.

Иногда он думал, что известие о ее свадьбе с таким же миллионером, как ее отец, явилось бы для него облегчением. По крайней мере, помогло бы выбросить из головы пустые иллюзии и вернуться в реальную жизнь... Прекрасные принцессы существуют только в сказках. И только в сказках выходят замуж за садовников и дровосеков.


1


По-прежнему сжимая в руке расческу, Анри взглянул на Кэролайн и поправил блестящую темную прядь волос, слегка выбившуюся из ее безукоризненной высоко взбитой прически. Затем потянулся к флакону с лаком для волос и начал осторожно наносить его на волосы клиентки, словно художник, накладывающий последние мазки на почти готовую картину.

Кэролайн нетерпеливо шевельнулась в кресле.

— Вы еще не закончили?

— Немного терпения, мадемуазель. Все должно выглядеть безупречно, когда вы встретитесь со своим женихом. — Анри щелкнул пальцами. — Фату!

Стоявший рядом помощник мэтра мгновенно протянул ему тонкую прозрачную ткань нежного пастельного оттенка. Длинная накидка, почти невесомая, окутала Кэролайн с головы до ног. Ловкие пальцы Анри укрепили изящный венок, удерживающий фату, на ее волосах. Затем стилист склонился к уху Кэролайн и прошептал:

— Мадемуазель волнуется перед свадьбой, не правда ли?

— Мадемуазель волнуется оттого, что все эти приготовления никак не закончатся, — пробормотала Кэролайн.

— Дорогая, — улыбнулся Анри, — все в порядке! Все уже готово! Вот, взгляните! Не сомневайтесь, я буду ждать вас на верху лестницы, чтобы убедиться, что каждый волосок в вашей прическе на своем месте.

В таком случае, подумала Кэролайн, она спустится вниз, к переносному алтарю, установленному в бальном зале, не раньше чем через час после того, как выйдет из своей комнаты.

Помощник Анри начал собирать инструменты, а горничная Кэролайн внимательно осмотрела ее подвенечное платье и фату, проверяя, не осталось ли случайного пятнышка от макияжа.

— Все в порядке, Рейчел, — устало сказала Кэролайн. — Пожалуйста, спуститесь на кухню и принесите мне чашку чая.

— Хорошо, мисс, — откликнулась та. — Хотя, если честно, я боюсь, как бы вы случайно не плеснули чаем на это чудесное платье.

Кэролайн невольно стиснула пальцы, вонзив ногти в ладони, чтобы подавить раздражение.

— Принесите мне чаю — это все, о чем я прошу. — И, постаравшись смягчить голос, добавила: — Извините, Рейчел, после всей этой суматохи я хочу немного побыть одна.

— Конечно, мисс. — Рейчел направилась к двери и слегка придержала ее, пропуская Анри и его помощника, нагруженных парикмахерским скарбом.

— Ничего страшного, — шепнул помощник Анри горничной, когда они все вместе выходили из комнаты. — Все невесты так себя ведут перед свадьбой, вы уж мне поверьте. Ждут не дождутся той минуты, когда наконец наденут обручальное кольцо. А остальное, что происходит вокруг, для них только препятствия на пути к заветной цели.

Все чувства Кэролайн были обострены до предела, и, хотя парикмахер говорил тихо, она все же услышала его.

«Ждут не дождутся!» — с горечью подумала она. Меньше всего эти слова соответствуют действительности. По крайней мере, в случае с ней это именно так. После нескольких часов бесконечных прикидок разных вариантов причесок, нанесения парадного макияжа она чувствовала себя какой-то механической куклой, манекеном. Даже манекен — и тот бы устал от подобного обращения!

Наконец-то ее оставили в покое! Кэролайн встала, машинально повернулась, осмотрела платье и фату, но даже не взглянула в зеркало. Портнихи и парикмахеры, разумеется, не дадут ей спуститься вниз, чтобы там, опираясь на руку отца, торжественно встретить Найджела, пока не убедятся, что каждая складочка на ее платье и каждый волосок на голове в полном порядке. Саму же Кэролайн это не особенно заботило. Она просто хотела, чтобы торжественная брачная церемония, о подготовке которой написали уже все газеты, побыстрее закончилась.

Не то чтобы она чувствовала какие-то сомнения — Кэролайн сделала свой выбор, исходя из рациональных соображений. Она тщательно взвесила все «за» и «против» и пришла к выводу, что Найджел Хьюбер подходящий муж для нее. С тех пор не случилось ничего, что заставило бы ее изменить свое мнение. Все говорит в его пользу. Отец Кэролайн доволен им — Найджел уже играет довольно значительную роль в ресторанном бизнесе Марка Олби. Он к тому же хорошо воспитан и недурен собой. У них с Кэролайн имеются общие знакомые. Они ни разу не поссорились, и она не могла припомнить, чтобы Найджел хоть раз повысил голос в разговоре с ней. Немаловажно и то, что он располагает собственными весьма значительными средствами, так что его никак нельзя заподозрить в браке по расчету.

Нет, Кэролайн абсолютно уверена в нем. Ее просто утомили бесконечные приготовления к брачной церемонии, вот и все.

Она сознавала, что пройти через все дурацкие формальности официального бракосочетания достойно, без жалоб и нытья по пустякам — это минимум того, что она может сделать для своего отца, ведь он так старался, готовя ее свадьбу! Если он хочет, чтобы его дочь была самой красивой невестой на свете, а ее свадьба торжественным событием, которое запомнится ей, жениху и гостям (а их было приглашено несколько сотен) на всю жизнь, — что ж, так тому и быть.

Кэролайн вздохнула. Совсем не похоже на нее — быть такой циничной. Должно быть, это результат бесконечных обсуждений, уточнений, поправок при составлении брачного контракта, визитов к знакомым уже в качестве официально объявленных жениха и невесты, домашних приемов... Но скоро все это закончится.

Она открыла высокую стеклянную дверь, ведущую на балкон, и выглянула наружу. Ее комната выходила в сад за домом, так что отсюда не будет видно гостей, подъезжающих с парадного входа. Но Кэролайн все равно отошла в самый дальний угол балкона, чтобы никто не мог увидеть ее — даже кто-то из гостей, случайно забредших в сад.

Во всяком случае, здесь можно подышать свежим воздухом и немного прийти в себя. Наконец-то ее хоть ненадолго оставили одну. На улице было тепло, даже жарко — необычная погода для Северной Дакоты в это время года. Кэролайн содрогнулась, представив, что ей предстоит провести в свадебном наряде целый день — да еще и танцевать в нем!

Тут она услышала, как открылась дверь соседнего с ней балкона. Послышались негромкие мужские голоса. О Боже, с раздражением подумала она, даже здесь, в своей комнате, я не могу остаться одна!

— Как раз вовремя, — произнес один из невидимых собеседников. — Еще месяц — и Хьюберу крышка.

Другой мужчина ответил что-то неразборчивое: должно быть, он стоял дальше от Кэролайн.

— Да, — сказал первый. — Он занял у меня денег, чтобы взять напрокат смокинг, потому что у него не осталось ни гроша. Удача от него отвернулась. Он надеялся, что последняя поездка в Вегас — ну, ты помнишь, когда он сказал, что поедет в Санта-Фе подыскивать новых клиентов для старины Марка, — позволит ему отыграться и поправить дела. Но вместо этого он еще задолжал казино. А ты знаешь, как эти ребята относятся к несостоятельным должникам. Если бы эта свадьба состоялась месяцем позже, то мисс Ледышка получила бы в мужья парня с перебитыми ногами. —

Боже мой, этого не может быть! — подумала потрясенная Кэролайн. Они говорят о ком-то другом!

Но нет, она отчетливо расслышала имя, к тому же по небрежному тону незнакомца, в котором проскальзывали циничные нотки, она почувствовала, что тот говорит правду — или по крайней мере сам верит в то, что говорит. Но ведь он может ошибаться, и на самом деле все совсем не так... Кэролайн ухватилась за эту надежду, как утопающий за соломинку. Должно быть, этот человек неверно истолковал какие-то слова или поступки Найджела.

Но дурное предчувствие, зародившееся в ее душе, не исчезало, напротив, становилось все сильнее. Кэролайн бесшумными шагами вернулась в свою комнату и звонком вызвала горничную. Те несколько минут, что прошли в ожидании, показались ей бесконечными.

Неужели, думала она, Найджел, казавшийся таким спокойным и рассудительным, на самом деле азартный игрок, оставшийся без гроша и вынужденный тайком уехать в Лас-Вегас в надежде отыграться и расплатиться с кредиторами? Неужели ему и правда пришлось одалживать у приятеля смокинг для свадебной церемонии? Она всегда видела Найджела в отлично сшитых костюмах, и ей бы никогда не пришло в голову, что у него нет собственного смокинга. Неужели он настолько отчаялся, что разыграл влюбленного и сделал мне предложение, надеясь поправить свои дела с помощью денег моего отца?

Рейчел тихонько постучала в дверь спальни и вошла. Вид у нее был слегка растерянный. Первым побуждением Кэролайн было послать горничную за Найджелом и передать, чтобы тот немедленно пришел к ней для серьезного разговора. Но она все же сдержалась, понимая, что эта новость тут же разнесется по всему дому, вызвав многочисленные пересуды. Если она отправит Рейчел к жениху с таким поручением, то и дворецкий, и садовник, и даже мальчишка-газетчик тут же поймут, что произошло что-то из ряда вон выходящее.

— Рейчел, где сейчас мой отец? — спросила Кэролайн, стараясь говорить непринужденным тоном.

— Внизу, встречает гостей, — ответила горничная. — Они уже начали съезжаться.

— Ты не могла бы попросить его, чтобы он зашел ко мне? — чуть поколебавшись, все же произнесла Кэролайн.

— Но, — удивилась Рейчел, — вы же сами хотели, мисс, чтобы к вам никто не заходил, пока...

— Я передумала, — быстро ответила Кэролайн, с трудом сохраняя самообладание. — Хочу, чтобы он взглянул на меня перед тем, как я спущусь. Считайте это очередным капризом новобрачной.

Не произнеся больше ни слова, Рейчел кивнула и вышла.

Кэролайн принялась в волнении расхаживать по комнате, то и дело машинально поправляя прическу или нервно откидывая назад фату, при этом кончики ее пальцев постоянно задевали одну из длинного ряда обтянутых белым шелком пуговиц, на которые застегивалось платье сзади. Ровно пятьдесят пуговиц идеально прямой линией спускались вдоль позвоночника, что свидетельствовало о профессиональном искусстве портного и, как подозревала Кэролайн, сильно увеличивало стоимость платья... Вся ирония заключалась в том, что она ни за что не смогла бы снять его без посторонней помощи.

Кэролайн тряхнула головой и постаралась сосредоточиться на предстоящем разговоре с отцом. Неожиданно она подумала: а хватит ли у нее смелости настаивать на отмене свадьбы, если он не согласится?

Тут снова послышался стук в дверь, и на пороге появился Марк Олби.

— С тобой все в порядке? — тут же спросил он.

— Папа... — начала Кэролайн и остановилась, не зная, с чего начать. Ну почему она не подумала об этом раньше?

— Ты прекрасно выглядишь, Кэрри. Совсем как твоя мать в день нашей свадьбы. — Голос отца слегка дрогнул. — Рейчел сказала, что ты, кажется, неуютно себя чувствуешь здесь в одиночестве. Ну, если компания твоего старого отца тебя развлечет, я полностью к твоим услугам!

— Папа, я хотела поговорить с тобой, — пробормотала Кэролайн. — Я... у меня появились кое-какие сомнения...

— Насчет свадьбы, ты хочешь сказать? — перебил ее отец и улыбнулся. — Ну, радость моя, уже немного поздновато, тебе не кажется?

— Нет, по поводу Найджела. Папа, дело в том, что...

— Найджел отличный парень, — заявил Марк Олби. — Я не мог и мечтать о лучшем зяте.

Кэролайн сцепила пальцы и глубоко вздохнула.

— Значит, ты никогда не замечал в нем ничего подозрительного?

Ей показалось или в глазах отца действительно на мгновение промелькнула неуверенность?

— Нет, никогда, — твердо ответил он. — Кэрри, я все понимаю, ты нервничаешь, и поэтому тебе все время кажется, что что-то не так. С твоей матерью происходило то же самое. Она даже послала за мной буквально за десять минут до начала свадьбы и сказала, что хочет ее отменить. Разумеется, она этого не сделала. И что же? Мы двадцать пять лет прожили в любви и согласии и жили бы еще долго, если бы не... — Его голос сорвался, как бывало всякий раз, когда он говорил о смерти жены.

Кэролайн подождала, пока он успокоится. Кажется, сегодня отец разволновался сильнее, чем обычно, да и немудрено — в такой-то день... Но ей все равно придется рассказать ему обо всем.

— Мне очень жаль, папа, — тихо, но решительно произнесла она, — но мои нервы тут ни при чем. Все гораздо серьезнее.

— Не глупи, малышка, — ответил отец, справившись с эмоциями, и Кэролайн услышала в его голосе жесткие нотки, что случалось крайне редко. — Все невесты перед свадьбой немного не в себе. Если бы каждый раз приходилось мириться с их капризами, боюсь, свадьбы вообще прекратились бы. Давай сделаем так: я сейчас незаметно приведу Найджела и вы поговорите. А потом, когда все уладится, ты поймешь, что я был прав.

— Нет! — воскликнула Кэролайн раньше, чем успела совладать с собой, и в голосе ее против воли прозвучали панические нотки. Затем, спохватившись, она добавила уже спокойнее: — Пожалуйста, не приводи его сюда.

— Ты что, боишься его? — удивленно спросил отец.

Да, боюсь! — уже собиралась ответить Кэролайн, но вновь сдержалась.

— Конечно нет, — ровным тоном сказала она. — Я просто не хочу, чтобы он видел меня до того, как я выйду к алтарю.

Господи, какую чушь я несу! — подумала она. Вместо того чтобы воспользоваться случаем и сказать, что я вообще не хочу этой свадьбы, я пытаюсь изобрести какие-то дурацкие отговорки!

По глазам отца тоже было видно, что он считает ее слова абсолютной ерундой. Он ничего не сказал, лишь слегка покачал головой и вышел из комнаты.

Как раз в эту минуту внизу раздался звонок. Марк Олби, ускорив шаги, спустился по лестнице и распахнул дверь. Обведя глазами группу новоприбывших, он отыскал своего будущего зятя и, обменявшись положенными любезностями с остальными гостями, отвел его в сторону. До Кэролайн доносились обрывки их разговора, и она поняла, что еще несколько минут — и они будут здесь. Спокойный и уверенный голос Найджела заставил ее засомневаться в правдивости слов, услышанных ею совсем недавно.



Но все же... Как она скажет об этом отцу? Сможет ли разбить его непоколебимую уверенность в том человеке, которому он решил доверить ее на всю оставшуюся жизнь? Нет, она не осмелится сейчас оказаться лицом к лицу с ними обоими. Есть только один выход из создавшейся ситуации...

Кэролайн распахнула шкаф с одеждой, вытащила джинсы и первую попавшуюся блузку и отправилась в ванную. Вцепившись обеими руками в ткань платья на спине, она с силой рванула ее в разные стороны, и пуговицы дождем рассыпались по полу. Затем сняв платье и фату, она небрежно бросила их на край ванны и быстро натянула джинсы и блузку. Вместо белых свадебных туфелек она надела обычные туфли на почти плоской подошве и уже собиралась незаметно выскользнуть из комнаты, как вдруг вспомнила, что у нее нет при себе ни цента. Чутко прислушиваясь к шуму, доносившемуся снизу, она на цыпочках подошла к высокому зеркалу. На подзеркальном столике лежал бархатный футляр с драгоценностями, которые ей предстояло надеть к подвенечному платью. Кэролайн взяла обручальное кольцо, лежавшее сверху, разыскала кошелек с кредиткой и небольшим количеством наличных денег, положила все это в изящную вечернюю сумочку, заказанную к платью, и, повесив ее на плечо, выскользнула из комнаты.

Рядом находилась гостиная, через которую можно было пройти на боковую лестницу и спуститься в угловой холл в торце дома. Кэролайн благополучно проделала этот путь, не столкнувшись ни с кем, и через кухню выскользнула на улицу. Кухня была пуста: должно быть, все слуги хлопочут вокруг праздничного стола, с нетерпением ожидая начала свадебной церемонии. Долго же им придется ждать... Она с минуту помедлила возле двери, затем шмыгнула под густую крону ближайшего дерева. Таких в саду было множество, и Кэролайн незаметно перебегала от одного к другому. У нее не было никакого четкого плана, все, о чем она думала сейчас, укладывалось всего в два слова: прочь отсюда! Неважно куда, неважно как.

Отойдя от дома на достаточное расстояние, она перевела дыхание и немного успокоилась. Сердце билось уже не так сильно и часто. Теперь оставалось последнее, но самое трудное препятствие — ворота. Дом с прилегающим к нему садом окружала высокая каменная ограда, и о том, чтобы перелезть через нее, нечего было и думать. Ворота, конечно, были распахнуты, но выйти через них незамеченной удалось бы лишь в шапке-невидимке — столько вокруг было людей и машин. Тем более что очень скоро отсутствие невесты наверняка обнаружится (если этого уже не произошло) и тогда выбраться отсюда станет еще сложнее — охране наверняка будут даны соответствующие распоряжения.

Вновь охваченная паникой, Кэролайн обошла живую изгородь, окружавшую коттедж садовника, и внезапно споткнулась о чьи-то ноги, высовывающиеся из-под старого автомобиля. Послышался сдавленный вопль, и наружу показался хозяин автомобиля.

— Какого черта... — начал он.

Кэролайн осмотрела его покрытые пылью джинсы и вылинявшую футболку, когда-то синюю, и перевела взгляд на лицо. Этот показавшийся ей незнакомым парень был загорелым, кареглазым, с твердыми чертами лица и растрепанными черными волосами. Взгляд его явно не светился дружелюбием.

— Могли бы смотреть под ноги, — недовольно сказал он.

— Простите, — ответила Кэролайн, — я... задумалась.

— Значит, вы из тех людей, которые не могут идти и думать одновременно? — Его голос на сей раз звучал насмешливо. Он сел, потянулся и внимательно посмотрел на нее. Неожиданно в его взгляде мелькнуло удивление.

— Если не ошибаюсь, вы сегодня выходите замуж?

— Нет, — ответила Кэролайн, — вы меня с кем-то спутали.

— Да? Тогда почему у вас на голове венок из флердоранжа?

Кэролайн машинально коснулась волос, и ее пальцы наткнулись на свадебный венок, который она забыла снять. Она так резко сорвала его, что почти полностью разрушила высокую прическу, на сооружение которой Анри потратил столько времени.

— Малышка Кэрри Олби собственной персоной! — ухмыльнулся незнакомец.

Кэролайн вспыхнула.

— Я никому не позволяю так себя называть с шестилетнего возраста! — резко сказала она. — И не собираюсь делать для вас исключение! Называйте меня «мисс Олби». Или, если хотите, «мисс Кэролайн».

— Да, и к тому же, разумеется, мне нельзя сидеть в вашем присутствии, — саркастически сказал парень и поднялся на ноги. Он оказался высоким, выше, чем ей вначале показалось, и довольно мускулистым.

— А сами вы кто? — спросила она, уже сожалея о своей резкости.

— Мэтью Фримен, сын вашего садовника, мисс Олби. — Последние слова были подчеркнуты явной иронией. — Это я на тот случай, если вы не знаете его фамилии.

— Я знаю его фамилию, — сухо ответила Кэролайн и, не удержавшись, добавила: — Теперь я понимаю, почему вы сразу обратили внимание на мой венок из флердоранжа.

— Да, и отец мог бы мною гордиться, — в тон ей ответил Мэтью. — Он, разумеется, был бы счастлив увидеть вас у себя в гостях, мисс Олби, но его сейчас нет дома. Он, как и все, пошел полюбоваться на свадебную церемонию — что возвращает нас к началу нашего разговора, — а вас-то почему там нет?

Это не ваше дело! — уже собиралась ответить Кэролайн, но вместо этого спросила:

— А вы почему не пошли с отцом?

— Меня не приглашали. Я просто заехал с ним повидаться. — Мэтью вытер тряпкой испачканные машинным маслом руки. — Так что же случилось... мисс Кэролайн?— Слова обращения прозвучали почти издевательски.

— Я не выхожу замуж, — сухо ответила она.

— Это я уже понял, — отозвался Мэтью. — И что вы теперь собираетесь делать?

— Убежать, — поколебавшись, все же сказала Кэролайн.

— Понятно. Но если вы ищете свою Машину, то забрели куда-то не туда. Насколько я знаю, гараж совсем в другом месте.

Она закусила губу, борясь сама с собой. В конце концов, это ее единственный шанс. Наверняка ее уже разыскивают повсюду.

— Послушайте, Мэтью, — нерешительно начала Кэролайн. — Вы, конечно, понимаете, что я...

— Будьте любезны, обращайтесь ко мне «мистер Фримен», — перебил он, откровенно передразнивая ее тон.

— Хорошо, мистер Фримен, — сухо продолжила она. — Скажите, вы выросли здесь, не так ли?

Мэтью кивнул.

— Тогда вы наверняка знаете какую-нибудь лазейку, через которую можно отсюда выбраться.

Он поднял одну бровь.

— Вы меня совсем не знаете, но почему-то уверены, что в детстве я был отнюдь не паинькой и по ночам возвращался домой через лазейку в стене.

Кэролайн невольно улыбнулась.

— А разве нет?

— Ну конечно да, — ответил он, тоже ухмыляясь в ответ.

— А где была лазейка?

— Так я вам и сказал!

Она слегка прикоснулась к его плечу и прошептала почти умоляющим тоном:

— Послушайте, я в безвыходном положении. Мне ни в коем случае нельзя оставаться здесь. Я должна исчезнуть как можно скорее. Вы мне поможете?

Глаза Мэтью сузились.

— А что мне за это будет? Я имею в виду... кроме тех грома и молний, что обрушит на меня ваш папаша, когда узнает, что я помог вам удрать?

— А что вы хотите? — спросила Кэролайн.

— Пожалуй, я бы хотел... — Тут Мэтью замялся и пожал плечами. — Ладно, забудьте, малышка Кэрри. Лучше уж я промолчу. С вами опасно связываться.

— Я же вам запретила... — Но Кэролайн вовремя спохватилась и добавила: — Вы можете просить у меня все, что захотите, если выполните мою просьбу.

— Ладно, так уж и быть, вам не придется проходить сквозь стену. — Мэтью скрылся в маленьком сарайчике, где хранился садовый инвентарь, и через некоторое время вышел, держа в руке большой заржавленный ключ. — Это от калитки вон в том углу, — показал он рукой. — Ею, наверное, уж лет двадцать никто не пользовался.

Кэролайн схватила ключ и в порыве благодарности еще раз произнесла:

— Я сдержу слово, вы и правда можете просить у меня все, что угодно.

— Я как следует подумаю и дам вам знать, — пообещал Мэтью. — Пойдемте, я провожу вас. Так будет быстрее. — И он торопливо направился в густые заросли деревьев.

Эта часть сада была совсем запущенной и больше напоминала джунгли. Кэролайн едва поспевала за ним. Она поминутно спотыкалась о скрытые травой корни и осторожно раздвигала ветки кустов, стараясь, чтобы какая-нибудь из них не хлестнула ее по лицу. Наконец они вышли к калитке.

— И куда же вы теперь направляетесь? — спросил Мэтью.

— Это уж моя забота, — ответила Кэролайн.

— Иначе говоря, вы и сами не знаете.

— Я надеюсь, — сказала она, оставив без внимания его замечание, — что вы найдете моего отца и расскажете ему обо всем.

— Ну разумеется, я так и сделаю! Отправлюсь прямиком к нему и скажу: «Марк, старина, я знаю, каким образом вашей дочери удалось сбежать, а знаю я об этом потому, что сам помог ей перелезть через садовую ограду». Могу себе представить, что я услышу в ответ!

— А как насчет ключа? — полюбопытствовала Кэролайн. — Вы не собираетесь говорить ему, что у вас есть ключ от потайной калитки?

— Зачем же? Вполне возможно, что этот ключ мне еще пригодится. — Тут Мэтью резко остановился и сказал: — Ну вот и пришли.

Кэролайн с недоумением вглядывалась в кирпичную стену с облупившейся кое-где краской, увитую густыми побегами растений, но не могла разглядеть ничего похожего на калитку.

— Здесь? — недоверчиво спросила она.

Мэтью сунул ключ в какую-то трещину, оказавшуюся замочной скважиной, и Кэролайн наконец разглядела узкую деревянную калитку, выкрашенную в тот же цвет, что и стена. Ключ со скрежетом повернулся, и в открывшемся проеме она увидела высокие сосновые стволы и едва заметную тропинку, петлявшую между ними.

— И... как же мне добраться до ближайшего шоссе? — нерешительно спросила она.

— Да, в герлскаутах вы наверняка были среди отстающих, — хмыкнул Мэтью. — Шоссе примерно в сотне ярдов отсюда. Но вам следует поторопиться, а то вы рискуете проголосовать прямо перед машиной кого-то из собственных гостей.

Кэролайн пристально взглянула на него.

— Послушайте, Мэтью... то есть мистер Фримен... вы не могли бы пойти со мной? — И, видя, что его молчание затягивается, она добавила: — Вы ведь даже не сможете получить вознаграждение, которое я вам пообещала за помощь, если не будете знать, где меня найти.

— Ну, если уж я и соберусь отправиться с вами, — возразил он, — то совсем не по этой причине. Просто я люблю приключения, а это обещает быть забавным.

Она улыбнулась, не скрывая своей радости.

— Тогда запирайте калитку — и вперед!

Мэтью покачал головой.

— Все не так просто. Сегодня утром, когда я приехал, я отметился в списке у охранников при въезде. Поэтому мне придется уехать тем же путем. Иначе могут догадаться, что мы сбежали вместе.

— Я об этом не подумала, — призналась Кэролайн.

— Как и о многом другом, я уверен, — насмешливо отозвался Мэтью. — Мне, например, совсем не улыбается мысль оказаться в розыске ФБР, если вдруг кому-то взбредет в голову, что я вас похитил, чтобы получить выкуп.

— Почему вы думаете, что у кого-то может появиться такая мысль?

— Кто-нибудь видел, как вы уходили? — вместо ответа спросил он.

— Нет.

— А вы кому-нибудь говорили, что собираетесь сбежать?

— Н-нет, — нерешительно произнесла Кэролайн.

— Тогда у кого-то вполне может возникнуть предположение, что вас отсюда увезли против вашей воли. Ладно, у нас нет времени на разговоры, — решительно сказал Мэтью, почти выталкивая ее за калитку. — Идите по тропинке между соснами и скоро выйдете к небольшой придорожной площадке для пикников. Я схожу за машиной, снова отмечусь у охранников при выезде и приеду за вами.

— Мэтью, — тихо сказала Кэролайн, когда он уже повернулся, чтобы уйти, — спасибо вам.

— Не благодарите меня раньше, чем мы уедем отсюда достаточно далеко, — ответил он и захлопнул за собой калитку.


Кэролайн торопливыми шагами шла вдоль тропинки. Она старалась не думать о том, что случится, если ее все-таки отыщут. Небольшой сосновый лесок понемногу редел. Наконец она вышла на полянку, о которой говорил Мэтью, — с деревянными столами для пикников и маленькой автомобильной стоянкой чуть поодаль. Она с облегчением заметила, что старенький автомобиль Мэтью, должно быть, выпущенный во времена молодости его отца, уже здесь, а сам он сидит за одним из столов, разложив на нем карту. Вместо грязной футболки на нем был довольно приличный с виду темно-серый пуловер. Кэролайн ускорила шаги и почти бегом приблизилась к нему.

— А, вот и вы, — невозмутимо произнес он. — А мне уж показалось, что вы передумали. Пора ехать. Хотите сандвич?

— Нет, спасибо? А вода у вас есть?

— В машине.

Кэролайн уселась на переднее сиденье, и Мэтью протянул ей бутылку минеральной воды. Она с наслаждением сделала несколько больших глотков.

Он завел двигатель, но пока не трогал переключателя скоростей.

— Куда мы поедем? — спросила Кэролайн.

— Это зависит от того, куда вы хотите попасть. На всякий случай напомню, что севернее — только Канада. До границы всего ничего.

— У меня с собой паспорт...

Мэтью изумленно уставился на нее.

— Вы не взяли с собой ни денег, ни вещей, но умудрились прихватить паспорт?

— Дело в том, — объяснила она, — что сразу после свадьбы Найджел собирался увезти меня на Гавайи, поэтому паспорт заранее лежал у меня в сумке. — И она показала крошечную сумочку в тон безнадежно погибшего свадебного платья. Интересно, промелькнуло у нее в голове, на какие деньги Найджел хотел устроить такое грандиозное свадебное путешествие? Или он думал, что все будет за мой счет?

Мэтью хмыкнул.

— Я все же считаю, что лучше ехать на юг. Три часа езды до Джеймстауна, а оттуда можно уехать на поезде куда угодно. По дороге вы мне подробнее расскажете, что случилось и какие у вас планы на будущее.

Разумеется, как только сама буду о них знать, невесело подумала Кэролайн.

— Три часа? — сказала она. — Мне казалось, что туда можно добраться гораздо быстрее.

— Это если ехать по главному шоссе, — отозвался Мэтью. — Но, поскольку именно там вас будут искать в первую очередь, придется ехать окольными путями.

— Ах да, — пробормотала Кэролайн, — я и забыла.

Он искоса взглянул на нее.

— Вам еще о многом предстоит подумать, малышка Кэрри.

— Что ж, мне действительно повезло, что я вас встретила, — призналась она, на этот раз пропустив его последние слова мимо ушей. — Хотя бы уже потому, что искать будут одинокую женщину, а не пару. Отлично.

— Для вас, может быть, и да, — хмыкнул Мэтью, — но не для меня. Так почему вы решили удрать? Только не говорите, что вы все спланировали заранее и долго готовились к побегу.

— Нет, — усмехнулась Кэролайн, — все произошло совершенно неожиданно даже для меня самой. Только сегодня утром, случайно оказавшись свидетелем чужого разговора, я узнала, что Найджел, мой будущий муж, промотал все свои деньги в Лас-Вегасе и решил жениться на мне исключительно из материальных соображений. — Несмотря на все ее старания говорить безразличным тоном, голос предательски дрогнул. Неужели происшедшее настолько сильно ее задело? Ведь, если быть честной с самой собой, она не любила Найджела.

— То есть решил жениться на деньгах вашего отца? — уточнил Мэтью.

— На моих, — уточнила Кэролайн. — Когда папа основал сеть ресторанчиков «Малышка Кэрри» по всей стране, он постоянно отчислял мне тридцать процентов прибыли.

— А когда он начал это делать, сколько вам было лет?

— Года три или четыре.

Мэтью слегка присвистнул.

— Да, с тех пор, должно быть, набежало порядочно.

— Найджел хотел как можно скорее добраться до этих денег, чтобы выплатить долги казино. Судя по всему, это немалая сумма.

— Что ж, вы приняли правильное решение, — сказал Мэтью после некоторого молчания.

— Я рада, что вы меня одобряете, — с легкой иронией отозвалась Кэролайн.

— Я имею в виду, что решили не выходить за него замуж. Что же касается бегства... по-моему, это не самый разумный вариант. Почему вы просто не рассказали обо всем отцу?

— Я попыталась с ним поговорить, — тихо ответила она, — но он и слушать не стал. Он всецело доверяет Найджелу. Да и я до сегодняшнего дня считала его порядочным человеком. — Внезапно Кэролайн ощутила сильную усталость. Должно быть, сказывается нервное напряжение, испытываемое ею последние несколько часов. Двигатель тихо урчал, сиденье было мягким, и ее начало клонить в сон. — Я никогда не питала иллюзий, что Найджел любит меня, — пробормотала она, обращаясь скорее к себе, чем к своему спутнику. — Но это не было серьезным препятствием для брака — я и сама его не особенно любила. Но я думала, что он по крайней мере уважает меня. Хорошо ко мне относится... Но когда я поняла, что и на этот раз все дело в деньгах...

— И на этот раз? — переспросил Мэтью.

Кэролайн печально кивнула.



— Всю свою жизнь я чувствовала, что людей больше интересуют мои деньги, чем я сама. Но никогда еще это не заходило так далеко, как сейчас. До сих пор никому не удавалось притворяться так искусно, как это делал Найджел. Намерения его предшественников были более прямолинейны, поэтому не стоило большого труда их разоблачить. Но этот человек был сама любезность, сама предупредительность. Изучил все мои привычки, бросался выполнять любое мое желание... И при этом думал только о моем банковском счете!

— Да, такое часто случается, — отозвался Мэтью.

Она вздохнула.

— Одна из причин, по которой я собиралась выйти за Найджела, — желание избавиться от других охотников за приданым. Я думала, что, если деньги достанутся ему, я смогу наконец общаться с людьми без всякого предубеждения.

— Зато теперь вы избавились от всех разом, — усмехнулся Мэтью. — Вряд ли вам когда-нибудь представилась бы другая такая возможность.

— Да, — тихо сказала Кэролайн, — такое действительно случается только раз в жизни. — И вдруг, неожиданно для себя самой, повернулась к нему и спросила: — А вы бы согласились жениться на мне, Мэтью Фримен?


2


Руки Мэтью, сжимавшие руль, непроизвольно дрогнули, и машину едва не вынесло на встречную полосу.

— В чем дело? — саркастически спросила Кэролайн. — Я вас настолько шокировала?

— Нет, — ответил он, не поворачивая головы, так что она не могла увидеть выражения его лица. — Просто вы совсем недавно радовались, что вам удалось избавиться от охотников за приданым, и вдруг задаете такой вопрос первому встречному, причем явно не самому богатому человеку в Америке.

Она пожала плечами.

— Я же ведь не делаю вам брачного предложения. Просто хотела узнать, что вы думаете на этот счет.

— Ах что я думаю на этот счет? — Ей показалось, что он почувствовал себя слегка задетым. — Я думаю, что вы можете успокоиться: теперь любой мужчина, который начнет за вами ухаживать, уже не будет думать о ваших деньгах. Он же не будет знать, что вы дочь миллионера и сами весьма состоятельны.

— Как я могу быть в этом уверена? — уже серьезно спросила Кэролайн. — Я же не буду знать наверняка, что человек, начавший за мной ухаживать, каким-то образом не выяснил, кто я.

В ее словах был резон, и Мэтью вынужден был с этим согласиться. Существует множество способов выяснить подобные вещи.

— Тогда назовитесь чужим именем, — предложил он. — Устройтесь, например, официанткой в один из ресторанчиков «Малышка Кэрри», и тогда никому и в голову не придет, что ваше настоящее имя красуется на вывеске.

— Устроиться официанткой в один из отцовских ресторанов? — переспросила Кэролайн, не веря своим ушам.

— А что? Уж там-то никому не придет в голову вас искать. Хотя, конечно, вы привыкли к роскоши и через недельку-другую сами себя разоблачите, накупив фирменных шмоток или, чего доброго, последнюю модель «порше».

— Спорим на что угодно, я вполне могу обойтись без всякой роскоши! — запальчиво воскликнула она. — И с чего вдруг вы решили, что мне понадобится «порше»? У меня никогда не было «порше», и я не собираюсь его покупать!

— Значит, вы предпочитаете «ягуар», — невозмутимо ответил Мэтью. — Но мы отвлеклись от основной темы. Какого черта вам пришло в голову задать мне такой дурацкий вопрос? Из-за него, между прочим, мы могли угодить в аварию! Или вы у каждого нового знакомого спрашиваете, не хотел бы он жениться на вас?

— Не говорите глупостей, — резко возразила Кэролайн. — Просто я подумала, что вы... что любой человек не прочь подзаработать.

— Ну допустим. И что же?

— Я подумала, что мы могли бы заключить сделку. Фиктивный брак. Это поможет мне скрыться. Разумеется, я вам заплачу.

Мэтью нахмурился.

— Это что, шутка? Вы удрали с собственной свадьбы, потому что жениха интересовали только ваши деньги, а теперь готовы заплатить мне, чтобы я женился на вас? Полный бред!

— Я предлагаю вам это совершенно серьезно, без всякого подвоха, — сухо ответила Кэролайн. — И я бы вас не обманула. Но если вы мне не верите, забудем об этом.

Он очень хотел бы забыть, но ее слова не выходили у него из головы: этот неожиданный вопрос и фраза, произнесенная раньше: «Одна из причин, по которой я собиралась выйти за Найджела, — это желание избавиться от других охотников за приданым».

Подумав немного, Мэтью решил, что в ее предложении есть своя логика. Разумеется, для него оно не слишком-то лестное, но она в первую очередь думает о том, чтобы понадежнее скрыться.

— Вы предпочитаете выйти замуж за того, кто не скрывает своего намерения разбогатеть за ваш счет, нежели за того, кто ради той же цели притворяется влюбленным? — помолчав, спросил он.

— Да. Во всяком случае, так честнее. Лучше знать наверняка, чем теряться в догадках. — Кэролайн произнесла это без всякого вызова, напротив, с оттенком грусти. — Лучше с самого начала знать, на что идешь, чем потом быть одураченной.

В этот момент Мэтью почувствовал, что ему во что бы то ни стало нужно вывести ее из подавленного состояния. Неважно, что придется для этого сделать. Но вместе с тем он честно признался себе, что его желание продиктовано не простой благотворительностью, а чем-то иным.

— Что вы теперь предпримете? — спросил он.

— Теперь, когда вы мне дали от ворот поворот? — усмехнулась Кэролайн. — Не знаю. Должно быть, попытаюсь найти кого-то еще, кто больше нуждается в деньгах и согласится мне помочь.

Мэтью понял, что женщина, сидящая рядом с ним, находится на грани отчаяния. Только этим можно объяснить ее предложение, сделанное незнакомому человеку. Вырванная из привычной обстановки, совсем одна, она может стать легкой добычей любого проходимца. Более того, она, кажется, готова сделать все, чтобы именно так и случилось.

Он глубоко вздохнул и постарался четко представить себе дальнейшее развитие событий. Прозвище «малышка Кэрри» известно чуть ли не всей стране, а фотография Кэролайн (пусть и сделанная давно, еще в детстве, так что нужно присматриваться, чтобы уловить сходство) — фирменный знак, красующийся на всех вывесках ресторанчиков, носящих ее имя. Вполне вероятно, что кто-то из любителей поживы может ее узнать. Все остальное дело техники.

— А почему вы все же решили остановить свой выбор на Найджеле? — неожиданно даже для себя спросил Мэтью.

Кэролайн долго молчала и, когда он уже вовсю ругал себя за бестактность, ответила, не поворачивая головы:

— Его семья владела несколькими сталелитейными заводами. Затем, когда капитал достаточно возрос, они занялись банковским делом. Его доля в семейном бизнесе по идее должна давать больше прибыли, чем мои тридцать процентов от «Малышки Кэрри».

— А, понятно, — отозвался Мэтью. — То есть вы решили, что уж ему-то нет никакой необходимости жениться из-за денег?

— Да, но я не учла, что ему может понадобиться гораздо больше, чем у него есть — точнее, уже не было к моменту свадьбы. — Кэролайн повернула голову к Мэтью и тихо добавила: — Я все равно вступлю с кем-нибудь в фиктивный брак, чтобы сменить фамилию и понадежнее скрыться. Но, если честно, я предпочла бы, чтобы этим «кем-то» оказались вы.

— Я не думаю, что для меня это комплимент, — сухо отозвался он. — И потом, вы ничего обо мне не знаете.

— Ну и что? Зато я многое узнала о Найджеле. Хотя, наверное, тоже не все. Мне кажется, его карточные долги только часть общей картины.

— Я тоже недавно проиграл в автомате пять долларов. — Он насмешливо поднял бровь.

Кэролайн фыркнула.

— Да, это серьезно! Но, думаю, в остальном у вас не слишком много недостатков. Кроме того, я знаю вашего отца. Я знаю, что вы выросли там же, где и я.

— Если вы думаете, что это нас как-то роднит, то ошибаетесь. Между нами была слишком большая дистанция.

— Да, но все же меньше, чем между мной и каким-то вовсе посторонним человеком.

Мысленно Мэтью вернулся к своим детским годам. В те времена ему нечасто доводилось видеть дочь хозяина — «малышку Кэрри» отделяло от него не столько расстояние между хозяйским домом и коттеджем садовника, сколько сама разница в общественном положении. Другие дети, жившие в поместье Олби, пытались иногда с ней пообщаться, но каких-либо более или менее устойчивых отношений у них так и не сложилось. Что до самого Мэтью, то он никогда даже не пробовал с ней подружиться. Несколько раз они встречались в доме или в саду, но совершенно случайно. Кэролайн, казалось, вовсе его не замечала. Когда ему исполнилось двенадцать, он невольно начал обращать на нее более пристальное внимание и искать возможности лишний раз увидеть ее, эту хрупкую стройную девочку с черными вьющимися волосами и большими синими глазами. Ей, всегда разодетой в пух и прах, наверное, даже мысли не могло прийти о том, чтобы поиграть в индейцев, перелезть через забор или взобраться на дерево. Какой одинокой, должно быть, она всегда себя чувствовала, внезапно подумал Мэтью.

— Ваши родители, по-моему, слишком тряслись над вами, — сказал он. — Старались уберечь от любой опасности. Хотя, конечно, ваш отец богатый человек, и я понимаю, что они боялись похищения. Но они всю жизнь держали вас под стеклянным колпаком как оранжерейное растение.

— Я знаю, — неожиданно для него согласилась Кэролайн. — Но я не могу их за это осуждать. Вы и сами только что сказали, что понимаете их мотивы... Послушайте, Мэтью, — продолжила она уже более мягко, — я знаю, что доставила вам массу лишних хлопот. И, честное слово, не стану вас обвинять, если вы довезете меня до ближайшего города и там мы расстанемся.

— На вашем месте, — проворчал он, словно не слыша ее последних слов, — я бы в первую очередь подумал о том, чтобы отыскать по дороге телефон и позвонить домой. По крайней мере ваш отец будет знать, что с вами все в порядке.

— Я так и сделаю, но позже. Мы еще недостаточно далеко отъехали. Если отец успел вызвать полицию и домашний телефон прослушивается, то мой звонок засекут через несколько минут. Тогда полиции не составит большого труда нас разыскать. Еще несколько лет назад он оснастил телефонную линию системой, позволяющей отслеживать любые звонки, — как раз на тот случай, если меня украдут и похитители позвонят ему, чтобы потребовать выкуп. Я точно не знаю, но, возможно, с тех пор эту систему еще более усовершенствовали.

— Ну хорошо, — перебил ее Мэтью, — однако все равно следует послать ему хотя бы коротенькую записку. Ваш отец уже немолодой человек, и лишние волнения ему совсем ни к чему.

— Я сообщу ему, — с некоторым нетерпением в голосе ответила Кэролайн, — но позже. А сейчас поговорим о деле. Что скажете, если я предложу вам половину моей доли ресторанных доходов, то есть пятнадцать процентов?

— По-моему, вы слишком беззаботно разбрасываетесь своими деньгами, — усмехнулся Мэтью. — Вам бы ничего не стоило уговорить такого человека, как я, согласиться на пять процентов. В самом крайнем случае — на десять.

Кэролайн упрямо вздернула подбородок.

— У меня нет времени на долгие переговоры. Решайте быстрее, согласны вы или нет.

Но он ничего не ответил. Минут десять они ехали в молчании. Потом вдали показался небольшой городок.

— Надеюсь, здесь есть почта, — сказал Мэтью. — Вам бы стоило отправить отцу телеграмму.

— Слишком рискованно, — поколебавшись, ответила она. — Я напишу письмо и отправлю его экспресс-почтой. Оно дойдет не позже завтрашнего утра. Мы совсем недалеко отъехали.

Кэролайн купила конверт и на листке из блокнота, нашедшегося в бардачке машины, набросала несколько строк. Потом, заплатив за срочную доставку, опустила письмо в почтовый ящик.

— Как насчет того, чтобы перекусить и выпить по чашке кофе? — спросила она. — Я с утра ничего не ела. Наверняка здесь отыщется какой-нибудь драгстор.

Недалеко от почты они действительно обнаружили небольшое кафе. Войдя, Кэролайн направилась в самый дальний, наименее освещенный угол и села спиной к остальным посетителям.

— О чем вы написали отцу? — спросил Мэтью, когда они заказали салат, куриные крылышки, яблочный пирог и по чашке черного кофе.

— Написала, что со мной все в порядке, но я не собираюсь выходить замуж за Найджела, потому что он аферист. Я попросила отца заняться доскональной проверкой его банковских счетов. Надеюсь, что если он так и сделает, то узнает правду. Тогда я позвоню ему и мы поговорим спокойно. Что ж, — продолжила Кэролайн, — одно ваше требование я выполнила. Что дальше?

Мэтью отхлебнул кофе.

— Что у вас еще в сумочке, кроме паспорта?

Кэролайн пожала плечами.

— Кредитка. Косметичка. Пожалуй, все.

Наверняка она считает, что все самое необходимое у нее с собой, подумал Мэтью. Но именно то, что в данный момент особенно необходимо, отсутствует.

— А наличные деньги? — спросил он.

— Совсем немного. Как правило, я не ношу их с собой.

Да, конечно, в этом у нее не было необходимости. Рядом всегда был кто-то, кто оплачивал ее счета и выписывал банковские чеки.

— Это плохо, — произнес он вслух, — потому что у меня сейчас с собой тоже не слишком много наличности. Если вы воспользуетесь кредиткой, вас вычислят раньше, чем просохнут чернила на бланке. У меня тоже есть кредитка, но я не могу ею воспользоваться по той же причине.

— Почему? — удивилась Кэролайн. — Никто ведь не знает, что я уехала с вами.

— Думаю, ваш отец не дурак и быстро обо всем догадается. Или уже догадался. Наверняка полиция уже допросила всех, кто приезжал к вам сегодня. А когда выяснится, что время моего отъезда и время вашего исчезновения примерно совпадают и я с тех пор не появлялся... В общем, остальное просто как дважды два. Поэтому мы рискуем, получая по кредиткам серьезные суммы. Так что придется ограничить себя в расходах. — С этими словами Мэтью поставил на стол опустевшую чашку и добавил: — Хорошо бы поблизости оказался какой-нибудь книжный магазинчик.

— Собираетесь его ограбить? — с иронией спросила Кэролайн. — Но там много не возьмешь. Почему бы не выбрать для этой цели местный банк?

— Я подумаю над этим. Но пока меня интересует лишь информация. Нам нужно решить, куда мы едем, а это зависит в первую очередь от того, в каком из ближайших штатов наиболее либеральные законы. Вот туда мы и отправимся.

— Почему?

— Потому, — ответил Мэтью, насмешливо глядя на нее, — что нам лучше пожениться там, где для этого будет меньше всего препятствий.

Кэролайн едва не поперхнулась кофе. Она так резко поставила чашку на стол, что та только чудом не разбилась.

— Вы хотите сказать... — с трудом произнесла она, — что вы...

— Да, я согласен на ваше предложение. Я женюсь на вас. Или вы снова передумали?

Кэролайн не могла понять, что с ней происходит: вместо долгожданного облегчения ее охватила едва ли не паника. Она пыталась убедить себя, что его слова застали ее врасплох — отсюда и такая реакция. Но какой-то ехидный голосок из самой глубины сознания нашептывал ей: «А кто бы отказался от пятнадцати процентов в таком доходном бизнесе, как сеть отцовских ресторанов?»

Но что же здесь удивительного? В конце концов, она сама предложила эту сделку. Все честно. Они просто деловые партнеры. Эмоции здесь совершенно излишни.

— Нет, я не передумала, — ответила она, взяв себя в руки.

— Тогда, начиная с этого момента, мы деловые партнеры, — сказал Мэтью, словно подслушав ее мысли. — Все делим пополам, идет? — И он протянул ей руку.

Она пожала его сухую твердую ладонь и почувствовала, что по ее руке словно пробежал электрический разряд.

Затем они расплатились и вышли. К счастью, местная библиотека была еще открыта.

Мэтью направился к полкам с юридическими справочниками и сводами законов штатов, а Кэролайн принялась рассеянно листать первый попавшийся под руку глянцевый журнал. Но мысли ее были далеко.

Итак, она все-таки выйдет замуж — так скоро, как только позволят обстоятельства. Если учесть, что не далее как сегодня она буквально сбежала из-под венца, такое решение выглядит более чем странно. Кэролайн примерно представляла себе, что скажет отец, когда узнает, что она променяла такого респектабельного жениха, как Найджел, на сына садовника. Хотя если он поверит ее письму и узнает о Найджеле всю подноготную, то, возможно, и согласится с ее решением отказать ему. Но выбрать взамен какого-то Мэтью Фримена — увольте!

Главное все равно не это, упрямо подумала Кэролайн. Главное в том, что на сей раз она делает свой собственный выбор, совершенно сознательный, и все последствия принимает на себя. Это ее первое самостоятельное решение в жизни. С Мэтью им не придется разыгрывать друг перед другом комедию, давать фальшивые взаимные клятвы в любви и верности. В его пользу говорит и то, что он сразу согласился помочь ей — еще до того, как она заговорила о вознаграждении. Что касается ее предложения о фиктивном браке — тут он, конечно, колебался, но кто бы на его месте...

Ее размышления были прерваны появлением Мэтью. Он выглядел озадаченным.

— Все обстоит сложнее, чем я предполагал. Те штаты, где мы смогли бы легко осуществить наш план, находятся довольно далеко отсюда.

— Но мы ведь и собирались уехать как можно дальше.

— Но не настолько далеко. У нас не хватит наличных, чтобы купить билеты на самолет, а воспользоваться кредитками нам тоже пока нельзя. Но в ближайших штатах мы никак не сможем пожениться быстро — их законы предусматривают слишком долгий период, так сказать, испытания чувств на тот случай, если кто-то из потенциальных супругов передумает.

— Ну хорошо, а какой из подходящих штатов самый близкий?

— Пожалуй, Невада.

— Лас-Вегас! — в непритворном ужасе воскликнула Кэролайн.

Мэтью удивленно посмотрел на нее.

— Ну да. А что в этом страшного?

Она закусила губу.

— Вам это может показаться глупым, но у меня предубеждение против этого места. Именно там Найджел проиграл все свои деньги, что и вынудило его сделать мне предложение.

— Необязательно ведь вступать в брак именно там. С таким же успехом это можно будет сделать в любом другом городе штата.

— Ну что ж, если вы считаете, что это самый подходящий вариант...

Когда они вернулись в машину, Мэтью протянул Кэролайн дорожный атлас и попросил:

— Найдите карту Иллинойса.

— Иллинойса? Я, конечно, не специалист в географии, но, по-моему, Иллинойс и Невада находятся в совершенно разных местах. Что вам там нужно?

— Ограбить парочку банков в Чикаго. Вы, кажется, совсем недавно мне это предлагали, — саркастически заметил Мэтью, завел двигатель и выехал на шоссе. — На самом деле все гораздо прозаичнее, — с улыбкой добавил он, увидев выражение лица Кэролайн. — Нам все же нужно обналичить кредитки. Если мы сделаем это по дороге в Неваду, ваш отец поймет, в каком направлении мы едем. Поэтому придется сделать крюк, чтобы сбить с пути тех, кто будет нас разыскивать.

— А вы сами случайно не работали в ФБР?

— Да, и продал русским не одну государственную тайну. — Тон его голоса был притворно серьезен, но глаза весело блестели. — Теперь за мной охотятся ФБР и ЦРУ. Если они меня найдут, то убьют нас обоих. Меня — за государственную измену, а вас — за то, что оказались нежелательной свидетельницей.

Она отложила карту.

— А вы, кажется, вошли во вкус. Вас начинает увлекать эта авантюра.

— Ну да, — признался он. — В конце концов, это и правда забавно. Вот увидите, мы еще будем рассказывать своим детям эту историю.

Кэролайн хмыкнула.

— В чем дело? — спросил Мэтью. — Или вы пока не заглядываете так далеко в будущее?

— Нет, — ответила она, пожимая плечами.

— Что ж, у вас еще есть время об этом подумать, пока не будет слишком поздно менять решение.

Кэролайн снова взяла карту и машинально развернула ее.

Дети, подумала она. Они с Найджелом никогда не говорили на эту тему. Конечно, в такой богатой и респектабельной семье должны были появиться дети, наследники. Неожиданно для себя она подумала, что Мэтью мог бы стать хорошим отцом, и тут же почти в панике отбросила эту мысль.

Ее палец скользнул по карте.

— Если мы свернем вот здесь, — она указала на развилку, — то немного срежем путь.

Но Мэтью, казалось, ее не слушал. Он пристально смотрел в зеркальце заднего вида.

— Черт! — сквозь зубы пробормотал он. — Неужели они так быстро сумели нас вычислить?

Кэролайн обернулась. Прямо за ними ехала патрульная машина полиции. Еще через пару секунд раздался звук сирены и сидящий в машине полицейский включил сигнальные огни, приказывая им съехать к обочине и остановиться.


3


Мэтью порылся в бумажнике и вынул водительское удостоверение.

— Ничего не говорите, Кэролайн, — негромко сказал он. — Слегка отвернитесь, когда он подойдет. Но не слишком, чтобы не вызвать подозрений.

В это время полицейский приблизился к ним, и Мэтью опустил стекло.

— Добрый вечер, сэр, — вежливо сказал тот. — Пожалуйста, ваши права и техпаспорт.

Мэтью протянул требуемые документы, и полицейский внимательно рассмотрел их, переведя взгляд с фотографии на лицо Мэтью и обратно.

— Спасибо, — наконец сказал он. — Я ехал за вами некоторое время. Хочу предупредить, что у вас задние фары работают с перебоями. Вы об этом знали?

О Господи, задние фары! — с огромным облегчением подумала Кэролайн. Столько шума из-за каких-то несчастных фар!

— Я не знал, офицер, — ответил Мэтью. — Разумеется, я их починю в ближайшей мастерской.

— Но штраф вам все равно придется заплатить, — сказал полицейский. — Сейчас выпишу квитанцию. К тому же сделаю соответствующую пометку в вашем техпаспорте. Подождите минутку, я сейчас вернусь. Вам нужно будет расписаться в получении квитанции.

— Нам повезло, — радостно сказала Кэролайн, как только полицейский отошел на безопасное расстояние.

— Возможно, — согласился Мэтью. — Но не будьте слишком оптимистичны. Может быть, ему просто был нужен повод, чтобы нас остановить.

— Зачем?

— Чтобы убедиться, что мы именно те, кого он разыскивает.

— С чего вы взяли?

— У меня действительно иногда барахлят задние фары, но нужно очень внимательно присматриваться, чтобы это заметить. Может быть, он поехал за нами по совсем другой причине, а все это время искал повод, чтобы нас остановить. Фары могли стать просто предлогом. Возможно, сейчас он переговаривается по рации с кем-то из коллег и задержит нас, если получит такое распоряжение.

— Он идет сюда, — сказала Кэролайн, искоса взглянув в зеркальце заднего вида. Опасения Мэтью передались и ей, и сейчас она с трудом сдерживала охватившую ее панику.

Полицейский снова приблизился к ним, держа в руке квитанцию и ручку.

— Распишитесь, пожалуйста, здесь, сэр. — Он указал нужную графу и вручил квитанцию. — Вам, конечно, известно, что по правилам автомобиль не может ехать дальше, если в нем обнаружены неполадки.

— Вы хотите сказать, нам нужно дожидаться, пока кто-то возьмет нас на буксир? — поинтересовался Мэтью.

Кэролайн волновалась все больше и больше. На какое время им придется задержаться? Не исключено, что до завтрашнего дня. И шансы на успешный побег будут уменьшаться с каждым часом.

— Вам повезло, — ответил полицейский. — Примерно в часе езды отсюда можно найти буксирный грузовик.

— Да уж, повезло, — не удержавшись, сквозь зубы пробормотала Кэролайн.

— Вы же понимаете, мэм, правила есть правила, — невозмутимо откликнулся полицейский. — По идее мне бы следовало задержать вас, но поскольку стоянка грузовиков совсем недалеко, то я сделаю для вас исключение. Тем более, оставшись здесь, вы будете мешать движению. Стоянка грузовиков у ближайшей развилки, слева от вас. Там же и станция техобслуживания. Хотя сегодня суббота, кто-то из механиков, возможно, будет на месте. Если он починит ваши фары, дальше можете ехать самостоятельно. Но я проеду за вами, чтобы проследить, все ли в порядке.

— Очень любезно с вашей стороны, офицер, — сказал Мэтью, уже с трудом скрывая раздражение.

Он завел двигатель и тронулся с места. Полицейская машина двинулась следом.

— Да, только эскорта полиции нам и не хватало, — с горькой иронией произнесла Кэролайн. — Остается надеяться, что нам попался просто на редкость дотошный коп и все дело только в этих чертовых фарах.

— Так или иначе, мы все равно засветимся, — заметил Мэтью. — Мне придется отдать механику техпаспорт, чтобы он сделал пометку о ремонте. Разумеется, все данные о машине перепишут. И в ремонтной квитанции мне тоже придется расписываться. Так что если вас уже начали разыскивать, то не позднее завтрашнего утра станет известно, что мы здесь проезжали.

Кэролайн лишь вздохнула.

Когда они доехали до стоянки грузовиков, оказалось, что она находится не у въезда в очередной город, а на каком-то расстоянии от него. По крайней мере в пределах видимости его не было. Зато здесь оказались бензозаправка, мотель и ресторанчик. Увидев вывеску, Кэролайн вздрогнула.

— Это же «Малышка Кэрри», — прошептала она.

— А что вы хотите? — отозвался Мэтью. — В этом штате ваши ресторанчики на каждом углу. — Он остановил машину.

Полицейский, все это время следовавший за ними, вышел из своей машины, но, к счастью, не стал дожидаться дальнейших событий, попрощался и уехал.

— Помигайте фарами, — попросил Мэтью Кэролайн, вылезая наружу. — Хочу убедиться, что коп говорил правду.

Она несколько раз включила и выключила фары.

— Да, действительно загораются через раз, — огорченно сказал он. — Как же так? Я забочусь об этой тачке, как о живом существе, и вот, пожалуйста!

— Должно быть, сегодня утром я оторвала вас от ремонта, — сказала Кэролайн, вспомнив, как споткнулась о его ноги, торчавшие из-под машины.

— Да нет, я просто менял масло, — ответил Мэтью. Затем он направился к гаражу и через некоторое время вернулся с озабоченным видом. — Никого из механиков уже нет, — сообщил он. — Так что нам придется здесь заночевать. Попробуем снять номер в мотеле. Да, положеньице у нас хуже некуда.

— Могло бы быть и хуже, — возразила Кэролайн. — Если бы ваши подозрения оправдались, вы могли бы заночевать и в полицейском участке. Конечно, в случае чего я все сделаю, чтобы найти хорошего адвоката.

— И я целый год ждал бы суда, сидя в кутузке, — фыркнул Мэтью. — Нет уж, скорее я перепилю решетку вашей пилкой для ногтей. Надеюсь, вы не забыли ее захватить, убегая из дому?


Они поужинали в «Малышке Кэрри», где, кажется, никто не обратил на них особого внимания, потом Мэтью позвонил в мотель. Однако выяснилось, что наличных у них не хватит даже на то, чтобы снять на ночь номер.

— Ничего страшного, — сказала Кэролайн, которая после ужина пришла в хорошее настроение, — заночуем в машине.

Мэтью недоверчиво взглянул на нее.

— А вы когда-нибудь пробовали?

— Нет.

— Я так и думал. Когда я звонил в мотель, то все же попросил оставить для нас номер.

— Но ведь мы не сможем заплатить... — начала Кэролайн.

— За ремонт машины мы тоже не сможем заплатить, — перебил ее Мэтью. — Ничего не поделаешь, придется обналичивать кредитку. Все равно станет известно, что мы побывали здесь. Конечно, лучше было бы сделать это в другом штате, но у нас нет выбора. К тому же есть надежда, что нас все-таки разыскивают по отдельности. Сегодня мы получим деньги по моей кредитке, а вашу прибережем до тех пор, пока не окажемся в Иллинойсе.

— Будем надеяться, что мы все же там окажемся.

— Деньги не единственная проблема. Теперь данные о моей машине в информационной базе штата. Если меня разыскивают как свидетеля, то найти меня не составит большого труда. Кто-то из местных может вспомнить, что со мной была женщина, подходящая под ваше описание. Дальше все проще простого. И еще. Завтра воскресенье. Не факт, что кто-то из механиков появится на работе. Значит, придется ждать еще один день. И потом, какой бы пустяковой ни была поломка, ее могут не исправить сразу. Не исключено, что нам придется оставить машину здесь.

— Оставить машину?! — воскликнула Кэролайн, не веря своим ушам. — И как же мы поедем дальше? На автобусе? Или, может, на попутках?

— Идея с автобусом не так уж плоха, — возразил Мэтью. — Но здесь вряд ли окажется нужный нам прямой рейс. Придется покупать другую машину.

Кэролайн показалось, что она ослышалась.

— Покупать другую машину? На какие деньги? Я, конечно, не знаю, сколько у вас на карточке, но у меня на машину явно не наберется.

— Ну, я ведь не имел в виду последнюю модель «порше», — ехидно пояснил Мэтью и, прежде чем она успела разозлиться, примирительно сказал: — Пожалуй, нам стоит как следует выспаться. Комната в мотеле нас уже ждет, поэтому предлагаю отправиться туда.

«Комната нас ждет». Значит, он заказал один номер на двоих? Кэролайн это слегка смутило, но она вспомнила, что совсем недавно собиралась ночевать с ним в машине. Комната все же лучше. И потом, раз уж ты собираешься выйти замуж за этого человека — пусть и формально, — что по сравнению с этим ночь, проведенная под одной крышей? В конце концов, таких ночей наверняка предстоит еще немало. Придется привыкать.

— Да, в самом деле, — ответила она. — Я тоже очень устала.

Это была правда. Кэролайн с трудом поднялась по ступенькам на второй этаж. Мэтью открыл дверь и жестом пригласил ее войти. На мгновение она все же заколебалась.

— Ну, входите же, — насмешливо сказал Мэтью. — Или вы ждете, что я перенесу вас через порог? Нет уж, только после свадьбы!

Она ничего не ответила и вошла. Номер оказался совсем маленьким — там умещались лишь две кровати и тумбочка между ними.

— На какой кровати вы будете спать? — спросила Кэролайн.

— Мне все равно, — ответил Мэтью и, заметив ее колебания, добавил: — Не беспокойтесь, не на той же, что и вы. Я уже говорил, что у вас достаточно времени, чтобы изменить свое решение.

Она вдруг почувствовала неодолимое желание расплакаться. Усталость и тревоги этого нескончаемого дня сделали свое дело. Кэролайн поспешно отвернулась и направилась в ванную, чтобы Мэтью не успел заметить ее состояния. Умывшись холодной водой, она почувствовала, что немного успокоилась.

— Там есть только мыло и шампунь, — сообщила она, выходя. — Даже зубных щеток нет. Не говоря уже о халатах.

— Помнится, вы говорили, что сможете обходиться без всякой роскоши, — напомнил Мэтью.

— С каких это пор зубная щетка стала роскошью? — ядовито осведомилась Кэролайн.

— А что вы ожидали от обычного мотеля? Думали, вас тут ждут вазы с цветами, зеркала в полный рост и комплект белоснежных хлопковых полотенец с купальным халатом в придачу? Это же не «Хилтон».

— Я не жалуюсь. Просто без зубной щетки вряд ли смогу обойтись.

— Я схожу куплю вам зубную щетку, пока вы будете принимать душ. Еще что-нибудь нужно?

— Да, но, боюсь, вы всего не запомните.

— Так составьте список, и мы приобретем все это завтра, — отозвался Мэтью и вышел.

Вода из душа лилась то ледяная, то обжигающе горячая, и Кэролайн пришлось довольно долго поворачивать краны, чтобы душ получился обычным, а не контрастным. Вымывшись, она завернулась в полотенце и вылезла из ванны. В чем же она будет спать? Как ей не пришло в голову, убегая из дому, захватить с собой хотя бы самые необходимые вещи? Из одежды нет ничего, кроме того, что на ней, Кэролайн решила выстирать хотя бы трусики и лифчик — две маленькие просвечивающие кружевные тряпицы высохнут к утру.

Она едва успела закончить стирку, как появился Мэтью.

— Я купил вам зубную щетку и футболку, — сообщил он. — Надеюсь, она заменит вам ночную рубашку. Их здесь не продают.

Кэролайн почувствовала прилив благодарности и еще до того, как успела понять смысл своих слов, неожиданно воскликнула:

— О, как я вас люблю!

— Что? — изумленно переспросил Мэтью.

Она покраснела.

— Я хотела сказать, что... вы очень любезны. Спасибо.

Винно-красная футболка с эмблемой местного городка Нью-Данхилл оказалась ей велика на два размера, но в качестве ночной рубашки это было как раз то, что нужно. Кэролайн взяла футболку и ушла в ванную, чтобы надеть ее. Когда она вернулась, Мэтью сидел на полу, расстелив на одной из кроватей дорожную карту.

— Вам идет этот цвет, — заметил он, отрываясь от карты. — Я так и думал.

— К тому же она такая длинная, что я смогу носить ее и вместо платья. Просто универсальная вещь! Еще и сувенир к тому же. — Она присела на краешек кровати и склонилась над картой. — И куда мы теперь направимся?

— Желательно доехать до Миннесоты — вот хотя бы до Крукстона — раньше, чем придется обналичивать вашу кредитку.

— Почему?

— Потому что так мы уклонимся от того направления, в котором скорее всего будут нас искать.

— Хорошо, а потом?

— Дальше поедем через Висконсин — в Милуоки, потом в Чикаго. Так мы еще больше отклонимся на восток, а потом сменим направление и двинемся на юго-запад. Узнав, что мы побывали в Иллинойсе, полиция будет разыскивать нас там, а мы тем временем спокойно доберемся до Невады. Если, разумеется, не произойдет ничего непредвиденного, — добавил Мэтью.

Кэролайн стала пристально разглядывать карту, прикидывая в уме расстояния.

— Если нам придется ждать, пока починят машину, то мы доберемся до Крукстона не раньше чем через пару дней.

— Да, примерно так, — подтвердил "Мэтью.

— Ну, это не слишком долго.

— Главная проблема не в этом. Стоит только вашему отцу догадаться, что мы уехали вместе, найти нас будет совсем несложно.

— Но пока этого не произошло, — философски заметила Кэролайн и зевнула, — лучше всего нам лечь спать. Утро вечера мудренее.


Наутро, когда механик приехал в гараж, Мэтью уже ждал его. Тот оказался добродушным пожилым толстяком, который согласился заняться ремонтом фар в первую очередь и отослал клиента «прогуляться на часок» таким тоном, словно он говорил с кем-то из своих внучат.

Мэтью остановился у бензозаправки, чтобы купить воскресную газету, при этом раздумывая, вернуться ли в мотель или зайти перекусить в ресторан. Второй вариант показался ему более подходящим. Когда он уходил, Кэролайн еще спала, а с тех пор прошло не более получаса. Нужно дать ей отдохнуть. Он вспомнил, как она выглядела: свернулась клубочком под старой застиранной простыней, а одна рука слегка свешивалась с кровати, словно делая приглашающий жест. Почему-то эта картина все время стояла у него перед глазами.

Ему было даже страшновато возвращаться в номер. В конце концов, он живой человек, а она так очаровательна со своим еще полудетским во сне выражением лица, черными локонами, рассыпавшимися по подушке, одетая в одну футболку... И даже если к его возвращению она уже оденется полностью, он знал, что будет все время вспоминать те полупрозрачные трусики и лифчик, которые сегодня утром висели на сушилке для полотенец. Слишком большое искушение — послать все джентльменские принципы к чертям и...

Нет, сейчас лучше пойти в ресторан. Хотя в номер все равно придется возвращаться, но, может быть, тогда его мысли примут другое направление.

Мэтью ненадолго задержался возле телефона, чтобы сделать важный звонок, который нельзя было откладывать.


Войдя в ванную, Кэролайн обнаружила на раковине бритву Мэтью. Судя по всему, он сегодня пользовался ею, но после этого тщательно ее ополоснул. Что ж, еще один плюс. Вежливый, обаятельный, немного циничный и даже иногда подозрительный, но не неряха. Она взяла бритву и вместе со своими немногочисленными вещами — зубной щеткой, пастой и футболкой — уложила в красную пластиковую сумку, также приобретенную Мэтью накануне вечером.

Да, ей еще никогда не случалось тратить так мало времени, собираясь куда-нибудь поехать. Кэролайн вспомнила о несостоявшемся свадебном путешествии на Гавайи, к которому готовилась несколько дней. А ведь сейчас у меня тоже что-то вроде свадебного путешествия. Эта мысль заставила ее улыбнуться. Что ж, в последнее время все в ее жизни оказывается шиворот-навыворот. Так почему бы не устроить свадебную поездку еще до свадьбы? А как насчет медового месяца? — осведомился ехидный внутренний голосок, и она покраснела, даже несмотря на то что была одна. Но ей все же было интересно, как отреагировал бы Мэтью, заговори она с ним на эту тему. Просто посмеялся бы над ней или пришел бы в замешательство?

Подумав об этом, Кэролайн вышла из мотеля и посмотрела по сторонам, решая, зайти ли ей сначала в гараж или сразу направиться в ресторан. И вдруг она заметила Мэтью, который стоял в телефонной кабинке спиной к ней и разговаривал по телефону, держа трубку вплотную к уху, словно боясь, что его услышит кто-то посторонний. Кэролайн не ожидала увидеть его прямо сейчас, предполагая, что он, скорее всего, в гараже. На какое-то время она буквально застыла на месте, но затем решительными шагами направилась к кабинке.

Словно почувствовав ее приближение, Мэтью повесил трубку и повернулся, когда их разделяло всего несколько шагов.

— Привет! — невозмутимо сказал он. — Сначала позавтракаем или зайдем в магазин, чтобы купить необходимые вещи?

Действительно ли он так спокоен, как кажется? Кэролайн заметила в выражении его лица какую-то перемену. Что это? Сожаление? Или опасение, что она могла услышать конец разговора?

— Ни то ни другое, — твердо ответила она. — Я хочу знать, кому вы звонили.

— Другу.

— О, в самом деле? Может быть, женщине, которой вы назначили свидание вчера вечером?

Мэтью улыбнулся одними уголками губ.

— Полегче, Кэрри! Иначе я могу подумать, что вы ревнуете.

Ей захотелось его ударить. Да как он смеет обвинять ее в ревности! Она сама ведь никуда не звонила тайком от него. Ей бы это даже в голову не пришло. Они заключили договор и обещали друг другу, что будут вести честную игру. И вот теперь — пожалуйста, тайные звонки!

— Если хотите знать, — пожал плечами Мэтью, — это и в самом деле мой приятель, его зовут Стив, он менеджер в той же компании, где я работаю. Я оставил ему сообщение на автоответчике, что не смогу завтра быть на работе.

Кэролайн слегка успокоилась.

— Да, я и в самом деле забыла, что вы работаете, — извиняющимся тоном сказала она.

— Вот именно, — подтвердил он. — И я не могу просто так взять и исчезнуть, никого не предупредив.

— Между прочим, все последние месяцы у меня тоже не было ни одной свободной минуты, — заявила Кэролайн и тут же разозлилась на себя: получалось, что она оправдывается. Но ей действительно приходилось работать в отцовском бизнесе, и отнюдь не на самой высокой должности.

— Ну да, вы готовились к свадьбе, — отозвался Мэтью уже обычным насмешливым тоном. — Вы предусмотрели все, кроме одного — внезапного бегства. Вот если бы вы дали мне знать хотя бы за неделю до того, как решитесь на такой шаг, я, может, и договорился бы об отпуске.

Кэролайн поджала губы.

— Извините, что не предупредила, — сухо сказала она.

— Все в порядке, малышка Кэрри. — И он слегка провел кончиком пальца по ее щеке.

— Не называйте меня так! — вспылила Кэролайн. — Тем более что ресторан прямо напротив нас! — Затем уже более примирительным тоном спросила: — Вы думаете, вам удастся все уладить на работе?

— Я постараюсь дозвониться до Стива и поговорить с ним лично, — ответил Мэтью. — Да не волнуйтесь вы так.

— А что, если... — она запнулась, — из-за меня вы потеряете работу?

— Ну, думаю, обещанное вами вознаграждение с лихвой компенсирует эту потерю, — беззаботно сказал он. Затем неожиданно спросил: — Вы ведь подумали, что я звоню вашему отцу, не так ли?

Кэролайн кивнула.

— Но зачем бы мне это делать?

— Не знаю... Может быть, вам надоело со мной возиться, но вы не решаетесь сказать мне об этом прямо, — произнесла она, не глядя на него.

— И я решил позвонить вашему отцу, чтобы он примчался сюда и устроил вам скандал, а я оказался бы в его глазах героем? Что ж, неплохая идея. Я приберегу ее на случай, если действительно устану от вас. А пока... подойдите-ка ближе.

Кэролайн не собиралась повиноваться, но рука Мэтью внезапно протянулась к ней, и он, обхватив ее за плечи, с силой притянул к себе.

Теперь их тела соприкасались вплотную, и она почти автоматически, как будто делала это уже сотни раз, запрокинула голову, словно давая его губам возможность встретиться со своими. Губы Мэтью были теплыми и слегка жестковатыми. Вначале они лишь слегка коснулись ее губ, затем прижались сильнее, настойчивее, словно ждали ответа. У Кэролайн закружилась голова, и она, уже не отдавая себе отчета в том, что делает, принялась с той же страстностью отвечать на его поцелуи.

Когда он наконец слегка отстранился от нее, она почти задыхалась и все вокруг плыло как в тумане. Но это уже не имело значения. Она не могла произнести ни слова и вместо этого обхватила рукой затылок Мэтью, наклоняя его голову к своему лицу. Однако на этот раз он отступил на шаг.

— Если так будет продолжаться, то идея о похищении уже не покажется шуткой, — негромко произнес он. — Поэтому не лучше ли нам пойти позавтракать?

В этот момент Кэролайн услышала перешептывания и смешки у них за спиной, где столпились водители грузовиков, ожидая своей очереди на бензозаправке. Это отрезвило ее. Она взяла Мэтью под руку, и они направились в ресторан.

Вчера Кэролайн слишком переволновалась и очень устала, чтобы замечать мелкие подробности окружающей обстановки. Накануне вечером они заходили сюда поужинать, и она бездумно выбрала столик прямо под фотографией кудрявой темноволосой девчушки — непременным атрибутом каждого ресторанчика «Малышки Кэрри». Когда она это обнаружила, было уже поздно пересаживаться. Конечно, вряд ли кто-то заметил ее сходство с висевшим над ней изображением. А даже если и заметил — мало ли бывает подобных совпадений. Но все же стоит проявлять осторожность.

В это утро она, напротив, принялась изучать мелкие детали в интерьере ресторанчика — скатерти, салфетки, картинки на стенах и гирлянды воздушных шариков под потолком. Показалось ли ей или полированный верх перегородок, разделявших столики, действительно был покрыт пылью?

— Готов спорить, вы смотрите, все ли здесь соответствует стандартам заведения, — прошептал Мэтью.

— А что, так заметно?

— Ну разве что мне, потому что я знаю, кто вы. Остальные могут подумать, что вы просто очень внимательная и дотошная посетительница.

— Спасибо, — усмехнулась Кэролайн. — «Внимательная и дотошная» — примерно так и было написано в моей служебной характеристике.

— Вы инспектировали рестораны? — поинтересовался Мэтью.

— Ну, не слишком часто. На самом деле я была лишь небольшим винтиком в механизме отцовской корпорации. — Она придвинула к себе меню и перевернула его, поскольку обложку украшала все та же фотография — она сама в шестилетнем возрасте. — Думаю, я возьму пирожок и кофе. И дайте мне посмотреть газету.

— Только не удивляйтесь, если снова окажетесь нос к носу с собственной фотографией, — сказал Мэтью, передавая ей газету.

— Надеюсь, что нет.

— Все же согласитесь, что невеста, удравшая со свадьбы чуть ли не за пять минут до начала церемонии, вполне достойна стать газетной сенсацией.

Они сделали заказ, и Кэролайн принялась осторожно перелистывать газетные страницы. Наконец она откинулась на спинку стула со вздохом облегчения.

— Ничего.

— Просто прошло не так уж много времени, и газетчики не успели раззвонить на всю округу такую новость, — констатировал Мэтью. Затем устремил на нее долгий изучающий взгляд и неожиданно перешел на «ты»: — Тебе нужно постричься покороче.

— А тебе — изменить форму носа, — сердито отозвалась Кэролайн.

— Возможно, ты уже не будешь выглядеть так эффектно, зато будешь гораздо меньше похожа на ресторанный логотип, — добавил он, никак не реагируя на ее слова.

— А я-то уж подумала, что ты собрался стать моим стилистом, — насмешливо сказала она.

— Ну как хочешь, — заявил Мэтью. — Дай мне спортивную страницу.

— Между прочим, у нас еще много дел, — напомнила ему Кэролайн, допивая кофе. — Нужно купить необходимые вещи, а потом зайти в ремонтную мастерскую. Может, все уже готово.

— Ты говорила, что обойдешься минимумом вещей, — проворчал он, не отрываясь от спортивной колонки. — Даже сказала, что будешь носить вчерашнюю футболку как платье.

— Думаю, не стоит появляться на людях в футболке с названием этого городка, — сухо заметила она. — Если у кого-то возникнут подозрения, это даст лишний шанс полиции проследить наш путь.

— В магазине при мотеле выбор небольшой. Если хочешь, поищем какой-нибудь секонд-хенд.

— Ну что ж, я не против. Я сама правда никогда не была в таких магазинах, но одна девушка у нас на работе рассказывала, как однажды купила там костюм от Армани за полцены, почти совсем новый.

— Сомневаюсь, что здесь продаются костюмы от Армани, — скептически пробормотал Мэтью. — Даже и за полцены.

— Ну что-нибудь найдем, — беззаботно отозвалась Кэролайн. — К тому же мне нужен лак для ногтей, а также жидкость для снятия лака. Не мешало бы сделать маникюр — последний раз я его делала накануне свадьбы.

В этот момент официант принес счет.

— Теперь я понимаю, почему твой отец миллионер, — хмыкнул Мэтью. — Пирожок стоит столько, словно он начинен не джемом, а расплавленным золотом. Перед отъездом наберем еды в какой-нибудь закусочной.

— И устроим пикник на обочине шоссе? — ядовито спросила Кэролайн.

— Это сэкономит нам время и деньги. Дорога неблизкая, и то и другое не помешает. — Он взглянул в окно, и что-то, судя по всему, привлекло его внимание.

— На что ты смотришь? Надеюсь, это не полицейская машина?

— Машина, но не полицейская. Не купить ли нам ее для конспирации? Удачный случай! Вряд ли здесь большой выбор подержанных машин, так что эта просто подарок судьбы.

— А с чего ты взял, что она продается? — спросила Кэролайн, которая не могла увидеть машину, не вставая со своего места.

— На ней табличка: «продается». Взгляни-ка.

— А ты уверен, что нам хватит на нее денег? — в нерешительности спросила она, все еще оставаясь на месте.

— Вполне, — успокоил ее Мэтью. — Сама увидишь.

Кэролайн поднялась и выглянула в окно.

— Что?! — в ужасе воскликнула она. — Вот так развалюха!

— Я так и думал, что ты это скажешь. Да и тем, кто будет тебя разыскивать, вряд ли придет в голову, что дочь Марка Олби может ехать в такой, как ты сама выразилась, развалюхе.

Она почти в отчаянии смотрела на маленький грузовичок с прицепом, сто лет назад выкрашенный в голубой цвет, а теперь с пятнами ржавчины там и тут, с покореженным радиатором и треснувшим зеркальцем. На нем действительно была табличка «продается». Да, подумала Кэролайн, владелец этой машины наверняка будет рад поскорее сбыть ее с рук. Но покупать ее сущее безумие!

— Да уж, большей экономии не придумаешь, — саркастически заметила она. — Я внесу эту машину в список покупок. Возможно даже, она окажется не самой дорогой из них. Хорошие солнцезащитные очки — и те стоят больше.


4


Запах в кабине грузовичка был удушающе затхлым, и, хотя Кэролайн купила специальный освежитель воздуха с запахом сосны и повесила его над лобовым стеклом, это не принесло заметного улучшения. У дверцы возле пассажирского сиденья с внутренней стороны не было ручки, так что открыть ее изнутри можно было, лишь опустив стекло и взявшись за ручку снаружи. Слушая недовольное ворчание Кэролайн, Мэтью надеялся, что она не сразу заметит наклейки на бампере, потому что тогда поток упреков хлынет с новой силой. Это были образчики местного юмора вроде: «Если любишь свою тачку, делай это в гараже».

Разумеется, бензобак был почти пуст. Бензина едва хватило, чтобы доехать до заправочной станции.

— Это уж как всегда, — философски заметил Мэтью. — Купишь подержанную машину — и сюрпризы будут сыпаться как из мешка.

— Подержанную машину! — возмущенно фыркнула Кэролайн. — Ты это так называешь! Нам еще повезло, что у этой развалины хоть все колеса на месте!

Размеры кабины не позволяли даже вытянуть ноги, тем более что на полу стояли сумки с покупками и канистра с водой для охлаждения аккумулятора. Заливая бензин, Мэтью краем глаза наблюдал, как его спутница безуспешно пытается поудобнее разместиться на сиденье. Наконец, разозлившись, она закинула ноги на край приборной доски.

— Это все же лучше, чем сидеть с сумками на коленях, — раздраженно сказала она, перехватив его взгляд.

— Могла бы и не набирать столько сумок. Если хочешь, могу положить их в кузов.

— Чтобы они выпали по дороге или кто-нибудь их стащил?

— Он окажет тебе неоценимую услугу, — фыркнул Мэтью. — Во всяком случае тебе не придется выделывать акробатические номера, чтобы их не задеть.

— Тем хуже для тебя, — ядовито ответила Кэролайн. — Все вещи я покупала на твои деньги. Тебе их не жалко?

— Это наши общие деньги, и единственное, о чем я жалею, что ты тратишь их на всякую дребедень.

— Я тебе уже сказала, что расплачусь с тобой, как только мы пересечем границу штата.

— Дело не в этом. Твои деньги придется точно так же экономить, как и мои, а не покупать гипсовые безделушки и прочую дрянь.

— Это не дрянь, — упрямо заявила Кэролайн.

— Ты хочешь сказать, что гипсовый макет этого городишки произведение искусства?

— Это сувенир. Скорее всего, мы сюда больше не вернемся. Мне хотелось купить что-нибудь на память.

— Нам придется вернуться рано или поздно, потому что я оставлю здесь свою машину, — напомнил ей Мэтью. — Да, кстати, надо будет договориться с механиком, чтобы загнал ее в какой-нибудь свободный гараж. За это тоже придется заплатить.

— На сей раз по кредитке.

— Это уже неважно. Так даже лучше: когда произойдет трансакция, то будет считаться, что я все еще здесь. На самом деле я расплачусь и мы сразу же уедем. А ты получишь деньги по своей кредитке уже в другом штате. Поэтому, возможно, полиция не станет связывать твое исчезновение с моим. Если нас будут искать, то по отдельности.

Когда они подъехали к мастерской, Кэролайн осталась в машине, а Мэтью отправился на поиски механика. Оказалось, что тот давно устранил все неполадки. Он ужасно удивился, услышав просьбу загнать машину в гараж.

— Слушай, приятель, ты и правда хочешь оставить эту тачку здесь? Она не слишком хороша, но по сравнению с той, которая у тебя сейчас, это просто президентский лимузин! С чего тебе в голову взбрело покупать такую развалину? Ей место на свалке!

— Дело в том, — понизив голос, заговорщически сказал Мэтью, — что у нас с подружкой проблема. Небольшие разногласия с ее папашей. Ну, сам понимаешь...

— Ясно. — Механик взглянул в сторону Кэролайн через открытую дверь мастерской и ухмыльнулся. — Удрали и собираетесь тайком пожениться, а по дороге заметаете следы?

— Вот именно, — с такой же ухмылкой ответил Мэтью.

— Ладно, будем считать, что я вас не видел. Если кто-то станет меня расспрашивать, буду нем как могила!

— Спасибо, — сказал Мэтью, пожимая механику руку. — И позаботьтесь о моей машине, ладно? Я заберу ее как только смогу.

— Когда все уладится? Нет проблем. Поставлю ее в один из свободных гаражей за мастерской. Они почти все пустые, и туда редко кто-то заглядывает. Счастливого пути! — И механик, широко улыбнувшись, помахал им рукой.

— Ну вот, теперь мы полностью готовы к отъезду, — сказал Мэтью, забираясь в кабину.

— Говори за себя, — сердито отозвалась Кэролайн. — Не думаю, что я буду готова для испытательных поездок на этом драндулете, даже если пройду специальную тренировку. О чем ты так долго разговаривал с механиком?

— О тебе. Он сказал, что надо быть идиотом, чтобы не остаться с тобой в мотеле подольше.

— А он не сказал, что надо быть полным идиотом, чтобы купить вот эту рухлядь? — И Кэролайн пнула дверцу машины.

— Ничего подобного, — возразил Мэтью. — Двигатель в хорошем состоянии. Вот увидишь, мы доедем до Невады и вернемся обратно без всяких проблем.

— Ну, ехать обратно на этой колымаге нам, надеюсь, уже не придется. Когда мы поженимся, то все автоматически будет улажено. Даже если отец найдет нас, ему ничего не останется, как смириться с тем, что произошло. И тогда я уж точно отправлюсь домой на самолете первым классом.

— Что ж, посмотрим. Путь нам предстоит неблизкий, и, возможно, со временем ты даже полюбишь этот грузовичок и не захочешь с ним расставаться.

Кэролайн хотела ответить, что это случится не раньше, чем свиньи начнут летать, но передумала. Она лишь перебросила через плечо пристежной ремень и откинулась на жесткую спинку сиденья, стараясь расположиться поудобнее.


Когда они подъезжали к границе с Миннесотой, небо начало темнеть и вскоре полил сильный дождь. Двигатель грузовичка тарахтел так, что раскаты грома были едва слышны. Общая скорость движения из-за дождя снизилась, и они не слишком отставали от других машин. Шоссе свернуло вбок, и струи дождя начали пробиваться сквозь довольно широкий зазор между боковым стеклом рядом с пассажирским сиденьем и верхом кабины. Кэролайн невольно вскрикнула, когда ее обрызгали ледяные капли, и Мэтью слегка притормозил.

— Что случилось?

— Сверху течет вода! — раздраженно воскликнула она. — Я скоро вымокну до нитки!

— Только-то? Ты так закричала, что я подумал, будто ты напоролась на какой-нибудь гвоздь. Надо чем-нибудь заткнуть щель над стеклом.

— Черт, надо было купить рулон бумажных полотенец, — пробормотала Кэролайн. — Я совсем забыла.

— Ну да, зато приобрела такую полезную вещь, как гипсовый макет того Богом забытого городка, — еще раз язвительно напомнил Мэтью.

— Не твое дело. Ты тоже мог бы поучаствовать в сборах. Что, у нас совсем нет ничего подходящего, чтобы заткнуть эту чертову щель?

— В любом случае я не смогу заниматься поисками сейчас. Потерпи немного. Попробуй пока отодвинуться от окна подальше, так тебе будет удобнее.

— Удобнее по сравнению с чем? Может быть, с кроватью в моей спальне?

— А тебя никто и не заставлял убегать из дому. И кровать в своей спальне ты могла бы уже две ночи разделять с законным супругом. Но почему-то этого не захотела. Впрочем, еще и сейчас не поздно все исправить. Тебе достаточно лишь позвонить отцу.

— Ты прекрасно знаешь, что я не стану этого делать. Но заработать воспаление легких мне тоже не хочется. Кто знает, сколько нам придется ехать под дождем. А на такой скорости мы вообще доберемся до Невады не раньше Рождества. — Но Кэролайн все же отодвинулась как можно дальше от окна, а поскольку в кабине грузовичка было очень тесно, она оказалась почти вплотную прижатой к Мэтью. Когда она ощутила тепло его тела, ей расхотелось жаловаться на неудобства, доставляемые поездкой.

— Между прочим, в медленном движении тоже есть свои преимущества, — заметил он. — Наверняка твой отец думает, что ты уже далеко отсюда. Поэтому вряд ли тебя будут искать на таком небольшом расстоянии от дома. — Он искоса взглянул на нее и неожиданно мягко спросил: — А ты уверена, что не жалеешь о случившемся, малышка Кэрри?

— Нет, с какой стати? А ты?

— Нисколько. Если уж я взялся за какое-то дело, то довожу его до конца. Но я подумал, что ты могла соскучиться по твоему... как его там?

— Найджелу? Вот уж нет!

— Во всяком случае я бы тебя понял и не стал осуждать, если бы это было так. В конце концов, ты ведь собиралась замуж за этого человека и делала выбор не с завязанными глазами. Даже если потом выяснились какие-то не слишком приятные вещи, чувства ведь не могут взять и исчезнуть вот так, сразу.

Кэролайн еще больше удивилась: Мэтью говорит о таких вещах, о которых в первую очередь следовало бы подумать ей самой, но почему-то она о них совершенно забыла. Она постаралась честно ответить себе, испытывает ли и впрямь какие-то сожаления, но поняла: ни малейших. По крайней мере относительно Найджела. Она чувствовала себя виноватой перед отцом, оказавшимся, мягко говоря, не в самом лучшем положении перед толпой приглашенных гостей. Но воспоминания о Найджеле вызывали у нее лишь гнев и досаду на себя за то, что она чуть не попалась в его искусно расставленные сети. И уж конечно она совершенно не жалела о том, что этого не произошло.

Должно быть, я не способна на глубокие чувства, внезапно подумала Кэролайн. В этом отношении я, пожалуй, ничем не лучше Найджела. В самом деле, еще не зная о его корыстных мотивах, я все равно собиралась за него замуж не по любви, а по холодному расчету. Отцу нужен был деловой компаньон, а ей самой — человек, который будет заботиться о ней, оберегать от любых проблем. А Найджелу нужны были деньги... В общем, все руководствовались мотивами, весьма далекими от любви.

— Да нет, я ни о чем таком не думаю, — наконец произнесла она. — Просто немного не в духе. Не обращай на меня внимания.

— Это непростая задача для любого мужчины, который окажется рядом с тобой.

На сей раз в голосе Мэтью не было привычных шутливых ноток, и Кэролайн, повернув голову, пристально посмотрела на него. Но дождь по-прежнему лил как из ведра, и Мэтью не отрывал взгляд от дороги, так что прочесть что-то в его глазах было невозможно.

— Считай, что я тоже немного не в духе, — сказал он, не поворачивая головы. — Поэтому не будем обращать внимания друг на друга.

— Договорились.

Неожиданно он взял ее руку и положил себе на колено, а сверху накрыл своей рукой.

Кэролайн ощутила тепло его тела, а вместе с ним ей передались силы и спокойствие. Это было настолько приятное ощущение, что, когда через пару минут Мэтью убрал руку и снова положил ее на руль, Кэролайн почувствовала себя едва ли не брошенной на произвол судьбы. Но в следующее мгновение она осознала, что по-прежнему сидит, почти вплотную прижавшись к нему, и ее рука все еще у него на колене. Она вспомнила, что с Найджелом никогда не позволяла себе таких интимных жестов. Она осторожно убрала руку и принялась крутить настройку радиоприемника.

— Что, хочешь послушать прогноз погоды? — равнодушно спросил Мэтью, и его тон немного покоробил Кэролайн.

— Какой в этом смысл, если мы и так уже вымокли в этой развалюхе? — раздраженно спросила она. — К тому же без всяких прогнозов ясно, что дождь еще долго не кончится. Хочу найти какую-нибудь музыку.

— Видишь вдали огни? Это Крукстон, — через несколько минут нарушил молчание Мэтью. — Еще немного — и мы будем в Миннесоте.

— Отлично. Надеюсь, мы быстро найдем там банк. Возможно, даже при въезде. Тогда я получу деньги и мы сразу свернем на окружную дорогу, не проезжая через город.

— По-моему, нам лучше проехать через город. Тогда ни у кого не возникнет подозрений, что мы скрываемся.

— До сих пор ты проявлял больше осторожности.

— Но теперь в этом уже нет необходимости. Или ты боишься, что если мы углубимся в город, то у тебя могут возникнуть новые соблазны потратить деньги? — На сей раз в голосе Мэтью звучала неприкрытая ирония.

— О Боже, ты никогда не простишь мне тот несчастный сувенир! В конце концов, я...

— Ладно, ладно, успокойся. — И он слегка погладил ее по волосам. — Все в порядке, малышка Кэрри.

И вновь Кэролайн ощутила, как от этого прикосновения к ней возвращается спокойствие.

— В крайнем случае, — невозмутимо продолжил Мэтью, — если ты и впрямь потратишь все деньги, едва успев снять их со счета, я оставлю тебя здесь работать официанткой в какой-нибудь забегаловке, пока ты не заработаешь такую же сумму.


Кэролайн благополучно получила деньги в одном из банков в предместье Крукстона, после чего по настоянию Мэтью они въехали в город, где зашли в первый попавшийся секонд-хенд.

— Что ж, это, конечно, не Армани, — заметила Кэролайн, когда через полчаса они вышли оттуда с большими бумажными сумками, — но все же, по-моему, мы купили несколько вполне приличных вещей. Особенно мне нравится тот бежевый кашемировый свитерок. Не понимаю, как он завалялся среди хлама... Да и брюки для тебя тоже ничего.

— Мне оставалось только положиться на твой вкус.

— И куда мы теперь? — спросила она, с трудом забравшись в кабину грузовичка. — В Висконсин?

Мэтью слегка побарабанил пальцами по ветровому стеклу.

— При такой погоде мы вряд ли сможем передвигаться с большой скоростью. Я предлагаю заночевать здесь. Или, если ты все еще боишься, что нас найдут, можем остановиться в каком-нибудь мотеле на дороге к Висконсину.

— Опять в мотеле, — поморщилась Кэролайн. — У нас достаточно денег, чтобы остановиться в приличной гостинице.

— Да, но там ты не сможешь расплатиться наличными. В дорогих гостиницах, даже если и берут наличные, все равно проверяют кредитную карточку. А это лишний след. Если не ошибаюсь, ты совсем недавно призывала меня к осторожности.

— По крайней мере нам повезло, что отец вообще не заблокировал мой счет. Честно говоря, я этого опасалась. Тогда бы мы оказались практически в безвыходном положении.

— Если бы он это сделал, он вообще не смог бы отслеживать твои передвижения. А сейчас, держу пари, ему уже позвонили из банка и сообщили, что ты недавно сняла деньги со счета в городе Крукстоне, штат Миннесота. Если же ты решишь снять на ночь номер в дорогой гостинице и так или иначе засветишь свою кредитку, это тоже сразу станет ему известно и у полиции будет по крайней мере восемь часов, чтобы приехать сюда и задержать нас. Давай не будем рисковать понапрасну.

— Всегда-то ты прав, — с легким неудовольствием заметила Кэролайн. — Ладно, так уж и быть, поищем что-нибудь подешевле. Поехали.

— А кстати, ты ведь наверняка умеешь управлять машиной?

— Машиной, да. — Она подчеркнула первое слово. — Но если ты хочешь попросить, чтобы я сменила тебя за рулем вот этого... транспортного средства, то нет уж, спасибо.

— Но если ты сядешь на водительское место, на тебя будет попадать меньше брызг, — невинным тоном заметил Мэтью.

— Зато они будут попадать на тебя, — язвительно ответила Кэролайн, — и меня замучают угрызения совести, если я буду ехать с комфортом, а ты промокнешь насквозь и, чего доброго, заболеешь.

— Мы ведь договорились делить все расходы и обязанности пополам.

— Лучше я компенсирую твою долю как-нибудь иначе. Не заставляй меня совершать самоубийство.

— Но, если я буду вести машину один, нам придется чаще останавливаться и дорога до Невады займет гораздо больше времени.

— То есть, вместо того чтобы приехать туда к Рождеству, мы приедем только ко дню Валентина? Ну и ладно. Кстати, там в феврале гораздо теплее, чем в Северной Дакоте.

— Какие глубокие знания родной страны! — съязвил Мэтью. А я-то думал, что ты каждую зиму отправляешься на Карибы, вместо того чтобы мерзнуть дома...

— Была там пару раз, — пожала плечами Кэролайн, — и каждый раз не больше недели. Если ты думаешь, что отец делал мне поблажки, когда речь шла о работе, то сильно ошибаешься. — Она слегка потянулась и зевнула. — Между прочим, на свадебное путешествие мне тоже полагалась всего неделя, а потом я должна была снова вернуться на работу.

Не отвечая, Мэтью завел мотор, и они снова тронулись в путь. Дождь не прекращался, и они ехали медленно, так как дорогу можно было различать с большим трудом. Наконец у обочины шоссе показался мотель. Мэтью остановил машину и направился к нему. Вскоре он вернулся с удрученным видом.

— Свободных номеров нет, — сказал он. — Видимо, из-за плохой погоды большой наплыв народу. К тому же в Дулуте проходит аукцион антиквариата, и это еще увеличило поток проезжающих. Но служащая позвонила в другой мотель, и там для нас заказали номер. К сожалению, он в пятидесяти милях отсюда.

— Хорошо, что тебе попалась женщина-служащая, — не удержавшись, прокомментировала Кэролайн. — Ты наверняка сумел обаять ее, если она проявила о тебе такую заботу.

— Вовсе я не пытался ее обаять!

— Да, конечно, тебе даже не пришлось ради этого стараться. Она и так будет видеть тебя во сне несколько ночей подряд!

Они с трудом нашли мотель, который был расположен не у самого шоссе, а на довольно большом расстоянии от него. Когда они наконец вошли в свой номер, Кэролайн едва удержалась от нового потока жалоб: мало того что комнатка оказалась еще меньше той, в которой они останавливались накануне, но и обои в ней были грязноватыми и потертыми, ночной столик в нескольких местах прожжен сигаретами, а в довершение всего здесь стояла только одна кровать.

— Да, немудрено, что этот номер остался пустым даже при таком большом наплыве проезжающих.

— Если хочешь, я буду спать на полу, — сказал Мэтью, словно угадав, что именно в номере ей больше всего не нравится.

Кэролайн слегка поморщилась.

— Не говори ерунды. Мы оба спокойно здесь поместимся.

— О, дорогая, — с преувеличенной благодарностью отозвался Мэтью, — как это любезно с твоей стороны!

— Ты целый день был за рулем, и тебе нужен отдых. И когда я говорю «отдых», я именно это и подразумеваю, что бы ты там ни думал.

— Я просплю как убитый часов двенадцать подряд, самое меньшее. Можешь не беспокоиться.

— Я и не беспокоюсь. К тому же до Невады мы еще не скоро доедем.

— Да, конечно, мы подождем до свадьбы, прежде чем перейти к более активным действиям. — Мэтью усмехнулся. — Ладно, с этим вопросом разобрались. Как насчет пиццы? Я заметил пиццерию, когда мы сюда подъезжали.

— Ты наш кассир, так что тебе и решать, сможем мы себе это позволить или нет.

— К тому же я еще и шофер и после такого долгого пути заслуживаю не только хорошего сна, но и еды. С деньгами, насколько я понимаю, пока проблем нет.

— Если ты не хочешь, чтобы они исчезли, не говори так громко, — многозначительно заметила Кэролайн. — Такое ощущение, что стены здесь бумажные. Если по воле случая среди наших соседей окажутся грабители...

Мэтью насмешливо улыбнулся.

— Я так понимаю, от добрачной связи тебя удерживает не столько добропорядочность, сколько боязнь быть услышанной. Ну что ж, если так, это меня хоть немного утешает. — Он подошел к телефону и, сняв трубку, спросил: — Какую пиццу тебе заказать? С грибами, оливками, зеленым перцем?

— Все равно, лишь бы не с анчоусами.

— Наверное, Найджел всегда заказывал пиццу с анчоусами, — предположил Мэтью, сделав заказ.

— А ты откуда знаешь? — удивилась Кэролайн.

— Догадался.

— Терпеть не могу пиццу с анчоусами, — призналась она. — Этот запах меня постоянно раздражал.

— И тем не менее ты собиралась выйти замуж за этого парня?

— Ты и в самом деле полагаешь, что я должна была учитывать его кулинарные пристрастия?

— А кстати, как долго ты с ним встречалась? — неожиданно спросил Мэтью.

— Года два или около того. Почему ты спрашиваешь?

— И все эти два года мирилась с тем, что он ест пиццу с анчоусами?

— Мы же не все время ходили в пиццерии. — Кэролайн уже начал утомлять этот разговор. — Найджел вообще-то предпочитает французскую кухню.

— Понятно, — хмыкнул Мэтью. — Но должен тебя предупредить, что я никогда не ем в ресторанах, названия которых не могу произнести.

— Хорошо, я это запомню.

Кэролайн принялась распаковывать вещи и туалетные принадлежности. Ей показалось странным, что она ставит в стакан на стеклянной полочке в ванной две зубные щетки вместо одной. Но так будет еще долго, напомнила она себе. Если у нее вообще получится осуществить свой замысел. Если она и в самом деле выйдет замуж за Мэтью Фримена...

Однако у нее по-прежнему не было сомнений в правильности своего решения. Отец, наверное, уже получил ее письмо. Интересно, какова будет реакция Найджела, когда отец расскажет ему, что там написано?

— Послушай, Мэтью... — нерешительно начала Кэролайн.

— Да? — отозвался он, не отрываясь от экрана старенького телевизора, где шло какое-то шоу.

— Допустим, у тебя есть женщина, на которой ты собираешься жениться...

— Конечно, есть, — перебил он ее. — Ты.

— Да, но я имею в виду совсем другое. Если бы у тебя с кем-то были по-настоящему близкие отношения и та женщина...

— Кэрри, это один из тех гипотетических вопросов, которые женщины так любят задавать? Если да, лучше оставим этот разговор.

— Нет.

Мэтью пожал плечами.

— Ну хорошо, и что дальше?

— Если бы женщина, на которой ты собирался жениться, вдруг сбежала со свадьбы, ты все равно бы хотел жениться на ней?

— Ну и вопрос! — фыркнул он. — Не знаю. Думаю, это зависело бы от того, по какой причине она это сделала.

— Ага, понятно. Именно так я и думала — тебе нужно было бы узнать причину. До тех пор пока бы ты ее не узнал, ты был бы настроен скорее отрицательно.

— Ну да. Но к чему все эти расспросы?

— Я подумала вот о чем. Когда мы окажемся на безопасном расстоянии отсюда, я попробую поговорить с отцом по телефону и выяснить, каковы намерения Найджела. Если окажется, что он по-прежнему готов жениться на мне и простить меня за побег, не спрашивая ни о чем, значит, то, что я о нем услышала, действительно правда. То есть он действительно хотел жениться на мне только из-за денег.

— Поменьше забивай себе голову пустопорожними размышлениями, — посоветовал ей Мэтью, снова повернувшись к телевизору.

В это время послышался стук в дверь и на пороге показался разносчик пиццы. Взяв у него коробку, Кэролайн поставила ее на кровать, затем, скрестив ноги по-турецки, примостилась сбоку. Мэтью присоединился к ней, усевшись таким же манером на противоположном краю кровати.

— Позвонить отцу тебе действительно стоит, заметил он, беря кусок пиццы. — Может быть, он еще не заявлял в полицию. Но наверняка заявит, если от тебя не будет никаких известий.

— Я отправила ему письмо, — напомнила Кэролайн.

— Ну мало ли что может случиться. Вдруг его не доставят вовремя, или оно вообще не попадет в руки твоего отца. Ты не подумала о том, что Найджел может каким-то образом его перехватить.

— Возможно, ты прав. — Она чувствовала себя такой усталой, что с трудом могла есть.

Мэтью тем временем разделался со своей порцией в мгновение ока.

— Пока ты доешь, я успею сходить в душ.

— Хорошо.

После того как Мэтью скрылся за дверью ванной, она села возле окна и принялась бездумно смотреть на сбегающие по стеклу струи дождя. Затем, когда он вернулся в комнату, она в свою очередь отправилась в душ и пробыла там довольно долго — вначале стояла под приятно расслабляющей теплой водой, а потом ей понадобилось довольно много времени, чтобы расчесать волосы, нанести крем на лицо и тело и заново накрасить ногти. Когда она вышла из ванной, Мэтью уже крепко спал. Простыня на его груди равномерно вздымалась и опускалась в ритм глубокого спокойного дыхания.

Кэролайн постаралась убедить себя, что это к лучшему, но в глубине души ощутила легкую досаду.

Она осторожно скользнула под простыню и с наслаждением вытянулась — после целого дня, проведенного в тесной кабинке грузовика, это было особенно приятно. Но, оказавшись лицом к Мэтью, она поняла, что не может сомкнуть глаз. Тусклый свет фонарей, льющийся с улицы, позволял ей лишь смутно различать черты его лица, но и это доставляло ей смутное беспокойство. Кэролайн перевернулась на другой бок, но и так не смогла расслабиться: матрас был продавлен в середине и она постоянно соскальзывала к центру, оказываясь почти вплотную прижатой к Мэтью. Но в конце концов усталость взяла верх и она заснула глубоким сном.


Кэролайн проснулась от того, что чья-то рука осторожно коснулась ее спины — в детстве мать всегда так делала, когда хотела ее разбудить. Сонно потянувшись, она приоткрыла глаза и оказалась буквально нос к носу с Мэтью. В следующий миг она поняла, что во сне они оба скатились в центр кровати и сейчас лежат почти вплотную друг к другу.

— Привет, — негромко сказал Мэтью. — Я вот лежу и думаю кое о чем. Я помню, что обещал не соблазнять тебя, но что делать, если ты сама вздумаешь соблазнить меня? И я решил, что не буду возражать, если так получится.

Не говоря ни слова, Кэролайн вытянула руки и, упершись ему в грудь, оттолкнула его.

— Не слишком-то это любезно с твоей стороны, — заметил он, похоже ничуть не обескураженный ее поведением. — Ну что поделаешь. — И Мэтью, легко поднявшись с кровати, подошел к окну и выглянул наружу.

Кэролайн все еще чувствовала на коже тепло его руки и представляла себе его губы, представляла, как он обнимает ее, прижимает к себе, как они занимаются любовью... Почему же она не позволила ему это сделать? Почему оттолкнула его? И почему сейчас так об этом жалеет?


Пока Мэтью возился во дворе с грузовиком, Кэролайн собрала их общий, не слишком обременительный багаж, привела комнату в порядок, затем вышла на улицу. Она услышала, как он беззаботно насвистывает, наблюдая за ее приближением.

Подойдя к пассажирской дверце, она попыталась ее открыть, но тщетно. Верхняя часть стекла была заклеена широким слоем скотча, и изнутри, очевидно, дверцу тоже что-то удерживало.

— В чем дело? — раздраженно спросила Кэролайн.

— Я сделал все, чтобы на тебя не попало ни капли дождя, — невозмутимо ответил Мэтью.

— Но на небе ни облачка!

— Мало ли что может случиться в дороге? Лучше позаботиться обо всем заранее.

— Просто тебе лень обходить машину и открывать мою дверцу каждый раз, когда мы останавливаемся.

— Дело в том, что сегодня утром мне пришлось призвать на помощь все мои джентльменские установки. Ни на что другое их уже не хватит. — Он продолжал в упор смотреть на нее, пока она не покраснела, и это, похоже, доставило ему удовольствие.

Кэролайн обошла машину и положила сумки под сиденье.

— Кстати, где у тебя скотч, которым ты заклеил стекло?

— В ящике с инструментами. Зачем тебе?

Не отвечая, она достала катушку скотча и ножницы. Мэтью ушел расплачиваться за номер, а когда вернулся, то увидел, что надпись «Если любишь свою тачку, делай это в гараже» скрылась под темно-серым слоем клейкой пленки.

— Хоть нашу машину и трудно спутать с какой-то другой, — заметила Кэролайн, — все же лишние приметы нам ни к чему. Особенно такого рода.

Улыбнувшись, Мэтью притянул ее к себе и поцеловал в лоб.

— Тебе бы работать в полиции нравов, а не в ресторанном бизнесе!

Она отстранилась, но уже не так резко, как утром, и, забравшись в кабину грузовичка через водительскую дверь, уселась на свое место.

— Пора ехать. Надеюсь, никаких проблем с двигателем?

— Все в порядке. Через несколько часов будем уже в Мэдисоне.

— Пожалуй, там я сниму с кредитки все, что осталось, — сказала Кэролайн.

Когда они добрались до Мэдисона, она зашла в первый попавшийся банк и протянула служащей кредитку.

— Мне нужно еще какое-нибудь удостоверение личности с фотографией, — сказала та.

Кэролайн протянула в окошко свои водительские права. Но служащая помедлила и слегка нахмурилась, прежде чем взглянула на них. Затем перевела взгляд с Кэролайн на Мэтью и встала.

— Кажется, у меня небольшая техническая проблема. Подождите минутку, я сейчас вернусь. — И она ушла за стеклянную перегородку вместе с кредиткой и водительскими правами.


5


Кэролайн была слишком потрясена, чтобы что-то предпринять. Мэтью, делая вид, что внимательно читает какой-то рекламный проспект, чуть наклонился к ней и прошептал:

— Иди к двери, только медленно. Ни в коем случае не подавай виду, что торопишься.

— Но у нее моя кредитка и водительские права, — прошептала в ответ Кэролайн. — Может быть, это в самом деле недоразумение. Нужно дождаться, пока она вернется. — Но когда она увидела выражение лица Мэтью, ее охватила самая настоящая паника. — Хорошо, как скажешь.

В сопровождении Мэтью Кэролайн медленно дошла до двери, стараясь сохранять беззаботное выражение лица, словно у нее больше не было никаких дел в банке, но сердце ее бешено колотилось. К счастью, грузовичок стоял совсем рядом. Распахнув водительскую дверь, Кэролайн быстро скользнула на пассажирское сиденье.

— Ты правда думаешь, что нас могут преследовать? Тогда лучше поторопиться. — Она скептически взглянула на спидометр. — Хотя от этого драндулета многого ждать не приходится...

— Сейчас мы поедем как обычно, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— На этом грузовике мы и так привлекаем к себе всеобщее внимание.

— Может быть, но по крайней мере ни в чем плохом нас никто еще не заподозрил. Нам нужно отъехать совсем немного — и из банка нас уже никто не увидит. А дальше мы просто отправимся своей дорогой.

— Оставив мою кредитку и права, — скептически констатировала Кэролайн.

— Да, права — это серьезно, — спокойно согласился Мэтью. — А вот кредитка не имеет значения.

— Отец решит, что я ее потеряла или ее у меня украли...

— Может быть. Но это по крайней мере необязательно приведет к тому, что наше местонахождение будет обнаружено. Как знать — вдруг служащая просто перестраховывалась.

— Не думаю. Когда она взглянула на кредитку, можно было подумать, что она увидела змею.

— Может, ей раньше не приходилось выдавать по кредиткам такие большие суммы и она отправилась к своему боссу, чтобы спросить у него совета, — предположил Мэтью.

— Во всяком случае, я впервые почувствовала, что со мной обращаются, как с преступницей, — вздохнула Кэролайн. — Самое ужасное, что отец думает обо мне то же самое.

— Но он не заблокировал твой счет...

— Возможно, он понял, что это не заставит меня вернуться домой. Надеюсь, он не отнесся к моему письму, как к бредовому вымыслу.

— Может быть, и нет, — согласился Мэтью. — Возможно, он просто хотел, чтобы ему сообщили, как только тебя где-то увидят. Служащая банка могла действительно уйти за деньгами, но тем временем дала знать охране или кому-то еще, чтобы Марка Олби известили о твоем появлении. В любом случае он не хочет, чтобы тебя задерживали или лишали денег.

— Ты так говоришь, словно защищаешь его.

— Нет, просто пытаюсь поставить себя на его место. Таким образом можно попытаться угадать, что он предпримет дальше.

— Очевидно, пришлет сюда полицейских. Теперь, когда он знает, где я...

— Он знает, где ты была, а не где ты сейчас, — поправил ее Мэтью. — И чем дальше мы отъезжаем отсюда, тем сложнее проследить наш дальнейший путь.

— Сегодня утром ты говорил то же самое. Ты уверял меня, что теперь, находясь в другом штате, мы в полной безопасности.

Он ничего не ответил. Молчание затянулось, и внезапно Кэролайн почувствовала себя виноватой. В конце концов, она не возражала против его планов, следовательно, часть ответственности лежит и на ней.

— Прости меня, — тихо сказала она. — Ты не виноват, что так получилось.

— Ты волнуешься, не так ли?

— Да, — призналась она. — А ты разве нет?

— Я думаю, что, хотя все прошло не так гладко, как было задумано, в одном мы преуспели — теперь твой отец думает, что ты направляешься на восток. А мы можем сменить направление и двинуться прямиком в Неваду.

— Да, но ему стало известно и то, что мы уехали вместе, — напомнила Кэролайн.

— Ну что ж, это должно было случиться рано или поздно, — философски заметил Мэтью. — Теперь мы можем не теряться в догадках, а планировать дальнейший сценарий с учетом ситуации.

— Мы всего лишь два беглеца, — ее голос прозвучал печально, — тогда как у моего отца есть деньги и связи и он точно знает, кого ищет.

— Но все же он не всемогущ. Если ты не убедишь себя в этом, то, пожалуй, заработаешь манию преследования.

— Я постараюсь, — со вздохом ответила Кэролайн. — Черт, как обидно, что пришлось оставить кредитку! Лишние деньги нам бы не помешали.

— Кто бы спорил, — пожал плечами Мэтью. — Денег действительно в обрез. Нам хватит на еду и бензин, чтобы добраться до Невады, но что касается роскоши вроде мотелей...

— Если ты считаешь вчерашний мотель роскошью, я уж лучше буду спать в грузовике, — фыркнула Кэролайн. — У меня до сих пор спина болит из-за того продавленного матраса. Удивляюсь, как ты еще можешь сидеть за рулем, после того как спал в этой яме!

— Зато пробуждение было очень приятным, — искоса взглянув на нее, шутливо заметил Мэтью.

Она очень надеялась, что не покраснела при этих словах.

— И не надо беспокоиться о деньгах, — беззаботно продолжил он. — В самом крайнем случае мы продадим бесценный сувенир — гипсовый макет славного городка Нью-Данхилла.

— О Господи! — в сердцах воскликнула Кэролайн.

— Успокойся, малышка Кэрри, я просто хотел поднять тебе настроение. — С этими словами Мэтью приобнял ее и прижал к себе. — Все будет в порядке. Мы уже проделали немалый путь, и без особых осложнений. Дальше будет проще, вот увидишь. — И он погладил ее по волосам. Затем его голос неожиданно стал серьезным. — Послушай, Кэрри, если у тебя появились какие-то сомнения, лучше сразу скажи мне об этом. Я сделаю все, о чем ты попросишь. Если ты хочешь вернуться домой, мы сейчас же разворачиваемся и едем обратно.

Домой, подумала Кэролайн, почти завороженная самим звучанием этого слова. Но что ждет ее дома? Гнев отца? Притворное смирение и «прощение» Найджела? А если отец все же поверит ей, то вместо несостоявшегося жениха объявится множество других претендентов — охотников за ее деньгами, притворяющихся влюбленными.

Она положила голову на плечо Мэтью, испытывая вызываемое им ощущение надежности. Нет, этот человек не предаст ее. Пусть для него тоже в конечном счете все сводится к деньгам, но он честно выполнит обещание, которое ей дал. Он уже доказал, что на него можно положиться. В конце концов, он рисковал гораздо больше, чем она, ввязываясь в эту авантюру.

С самого начала она сказала ему, что такому лжецу, каким оказался Найджел, предпочтет мужчину, который честно признается, что ему нужны только деньги. Но Мэтью не похож на любителя легкой наживы. Он не проявляет никакого интереса к ее деньгам, хотя сразу мог потребовать от нее платы за то, что помог ей уехать. Потом, когда она сделала ему предложение о фиктивном браке в обмен на значительную сумму денег, Мэтью не вцепился в эту возможность мертвой хваткой. Он тщательно все обдумал, перед тем как согласиться. И за то время, что они провели вместе, она поняла, что он сильно отличается от других мужчин, встречавшихся ей прежде.

Кэролайн расслабленно вздохнула, продолжая прижиматься щекой к его плечу. В это мгновение Мэтью склонился к ней и поцеловал в губы. Она вздрогнула от неожиданности, но не отстранилась и, почти не сознавая, что делает, стала с горячностью отвечать на его поцелуи.

— Увези меня в Неваду, — прерывисто дыша, пробормотала она.

— Прямо сейчас? — так же шепотом спросил он, и его губы скользнули по ее шее вниз, к вырезу блузки.

— Там у нас еще будет время... — прошептала Кэролайн и замолчала.

Мэтью отстранился от нее и сосредоточился на дороге.


Когда они в очередной раз остановились на бензозаправочной станции, Мэтью купил несколько дорожных карт и принялся вычерчивать на них более подробный маршрут. Последний раз он был в этих краях несколько лет назад, и с тех пор многое изменилось: где-то исчезли развилки, ответвления от магистральных шоссе, в других местах, наоборот, появились новые. Кэролайн изредка заглядывала ему через плечо, наблюдая за появляющимися на картах карандашными линиями.

— Помнится, кто-то говорил, что мы должны экономить каждый цент, — ехидно сказала она. — Зачем тогда понадобилось разоряться на покупку новых карт?

— Нам потребуется еще больше, — невозмутимо ответил Мэтью. — Это только первые несколько штатов, которые нам предстоит пересечь. Карты других штатов, более отдаленных, здесь даже не продаются.

— Так сколько же нам понадобится времени, чтобы добраться до Невады?

— Больше, чем я думал вначале. Часов тридцать пути, не считая остановок на ночлег.

— Тридцать часов в этом грузовике! — простонала Кэролайн. — Я заработаю хронический радикулит, если буду все это время сидеть скрючившись!

— Ничего не поделаешь. Не забывай, что я при этом еще и веду машину.

— Называть эту развалину машиной смех один.

— Это ты напрасно, — возразил Мэтью. — У этого грузовичка хватит сил и на более долгое путешествие, чем наше.

— Но ведь даже если все получится, я не смогу вернуться домой на самолете, потому что у меня теперь нет кредитки! — продолжала жаловаться Кэролайн. — Может быть, мне стоит позвонить в компанию, которая мне ее выдала, и сказать, что я ее потеряла? Тогда мне пришлют новую.

— Лучше не надо. О междугородном телефонном звонке станет известно твоему отцу и полиции. Кстати, на твоем месте я позвонил бы домой. Возможно, это решило бы многие проблемы. Необязательно посвящать отца во все подробности нашего предприятия, но хотя бы скажи, что с тобой все в порядке и тебя не нужно разыскивать — через некоторое время ты вернешься сама.

— Наверняка ему уже сообщили, что меня видели в Мэдисоне. Думаю, он поймет, что со мной все в порядке. Я позвоню ему, но попозже. — Она вздохнула и снова повторила: — Тридцать часов! Не думала, что это так далеко.

— А ты с родителями когда-нибудь путешествовала по стране? — полюбопытствовал Мэтью, но тут же подумал, что это дурацкий вопрос. Трудно представить себе Марка Олби за рулем трейлера, катящего через всю страну. Люди его ранга обычно путешествуют в первом классе роскошных самолетов и останавливаются в дорогих отелях.

— Нет, — ответила Кэролайн, — обычно мы летали отдыхать во Флориду или на Гавайи. Но мне кажется, что за тридцать часов можно проехать всю Европу на поезде.

— Хорошая идея, — хмыкнул Мэтью. — Может быть, мы ею когда-нибудь воспользуемся. Но нынешняя наша поездка носит не развлекательный, а чисто деловой характер. Надеюсь, ты еще не забыла, ради чего мы ее совершаем?

— Нет.

— Если бы мы все время ехали по магистральным шоссе, то, возможно, добрались бы и быстрее. Но, мне кажется, безопаснее ехать по боковым дорогам, по крайней мере пока не пересечем Иллинойс.

Они зашли в придорожный магазинчик и купили в дорогу минеральной воды и продуктов. Когда Мэтью расплачивался, он обратил внимание, что продавщица как-то слишком пристально смотрит на его спутницу — словно та ей кого-то напоминает.

— Нам нужно торопиться, дорогая. К вечеру мы должны уже быть в Чикаго, — сказал он, обращаясь к Кэролайн. И, забрав сдачу, нагруженный сумками, он быстро направился к машине.

Она почти бегом поспешила за ним, а когда они вышли из магазина, удивленно спросила:

— Куда ты так заторопился? И зачем сказал про Чикаго?

— А ты не заметила, как на тебя смотрела продавщица?

— Нет, а как она смотрела?

— Как будто ты ей кого-то напомнила. Поэтому я решил не искушать судьбу. — Мэтью погрузил сумки в кабину. — Кажется, ты сегодня покупала газету? Не мешало бы ее пролистать.

Он помог Кэролайн сесть и забрался следом, затем завел двигатель, и грузовичок тронулся с места. Она развернула газету. Мэтью тоже иногда искоса посматривал на шелестящие страницы. Предчувствие его не обмануло. Почти во всю полосу была напечатана яркая цветная фотография Кэролайн, очевидно из самых последних.

— Я же говорил, что тебе надо было хотя бы постричься, — с упреком сказал он.

— Можно подумать, у меня было на это время. — В ее голосе звучала тревога. — И что нам теперь делать?

— Пока ничего. Будем придерживаться прежнего плана. Может быть, продавщица и не узнала тебя. На фотографии ты одета как фотомодель, поэтому тебя трудно представить в джинсах и свитере из секонд-хенда. А может, она и не видела этой фотографии и мне просто показалось, что она тебя как-то особенно разглядывает.

— Ты хочешь сказать, что она могла принять меня за нищую бродяжку, разъезжающую автостопом? — холодно спросила Кэролайн. — Спасибо за комплимент.

— Да нет же, успокойся. Если у нее и мелькнула мысль, что ты похожа на девушку с фотографии, то она быстро забыла об этом, занявшись другими покупателями. К тому же я при ней не называл тебя по имени.

— Или же она могла позвонить в редакцию газеты и поинтересоваться размером вознаграждения, обещанного моим отцом за любую информацию обо мне.

— Твой отец предложил вознаграждение?! — воскликнул Мэтью. — Черт! Это уже хуже. Хотя можно было догадаться, что он так и сделает. Но, думаю, это еще не причина, чтобы мы шарахались от всех, кто слишком пристально посмотрит на тебя. Особенно если это мужчина, — улыбнувшись, добавил он, чтобы разрядить обстановку.

— Я напомню тебе об этих словах, когда нас арестуют на ближайшей бензозаправке, — мрачно проговорила Кэролайн.

Мэтью промолчал, но, когда они действительно доехали до следующей бензозаправки, остановился возле самого отдаленного автомата и велел Кэролайн оставаться в машине.

— Что, я даже не могу выйти немного размяться? — запротестовала она.

— Не раньше чем я раздобуду тебе какую-нибудь маскировку.

— Например, черные очки и накладные усы?

Мэтью ухмыльнулся, затем, зайдя в магазинчик, расположенный тут же, начал прикидывать, что может избавить Кэролайн от сходства с газетной фотографией. Через несколько минут он вернулся и протянул ей небольшой пакет.

— Пожалуй, это сгодится.

У Кэролайн вытянулось лицо, когда она извлекла из пакета бейсболку с логотипом сети ресторанов «Малышка Кэрри» и футляр, в котором лежали очки с простыми стеклами в толстой оправе.

— Волосы уберете под эту кепчонку, — сказал Мэтью. — Если не ошибаюсь, персонал в ресторанах так делает, чтобы волосы случайно не попали в еду.

— Допустим. — Она поморщилась. — Но неужели ты не мог купить мне солнечные очки вместо этих?

— Солнечные очки привычная вещь, а в такую погоду их носят все. Простые очки, на мой взгляд, больше меняют внешность, — пояснил Мэтью и завел двигатель. — Эти стекла совсем слабые, всего лишь помогают при чтении.

— Да, но у меня нормальное зрение, и если я их надену, то заработаю себе головную боль, — ворчливо сказала Кэролайн. — Постой, мы что, уже уезжаем? Я хочу хоть немного пройтись!

— Сначала мы подальше отъедем отсюда, а потом найдем какое-нибудь безлюдное место. Здесь кто-нибудь может заметить, как ты нацепляешь на себя весь этот маскарад, и задумается.

Она сквозь зубы пробормотала проклятье, но грузовичок уже катил по шоссе. Несколько миль спустя впереди показалось что-то вроде придорожного парка.

— Ну здесь-то наконец я смогу размять ноги?! — воскликнула Кэролайн. — Тебе самому, кстати, это не помешает, раз уж ты все время за рулем. И я при всем желании не могу тебе помочь, потому что мои права остались в банке вместе с кредиткой.

— Если бы я не видел сам, как все получилось, то подумал бы, что ты оставила их там нарочно, — проворчал Мэтью.

— Устроим пикник, — предложила она, не обращая внимания на его последние слова. — По-моему, среди наших покупок были клеенчатые салфетки.

Они расположились на траве в тени раскидистого дерева, и Кэролайн приготовила сандвичи и разлила по пластиковым стаканчикам кока-колу.

— Здесь так хорошо, — заметила она. — Такой умиротворяющий пейзаж... Я жалею, что у меня нет с собой фотоаппарата.

Мэтью откусил внушительный кусок от сандвича с ветчиной и сыром и ехидно сказал:

— Ну что ж, если полиция нас арестует, думаю, нам не откажут в такой малости, как пара снимков на фоне этого восхитительного пейзажа. У них-то наверняка найдется фотоаппарат.

— У них может оказаться даже видеокамера, — в тон ему ответила она, затем с наслаждением вытянула ноги и сделала пару глотков колы. — Послушай, Мэтью, а если бы ты не связался со мной, что бы ты сейчас делал?

— Выполнял бы свою обычную работу. — Он пожал плечами.

— А что у тебя за работа?

— Я занимаюсь электронным оборудованием.

— В смысле соединяешь вместе всякие железяки? — уточнила Кэролайн. — Но это, наверное, жутко скучно?

— Может быть, — пожал плечами Мэтью. — Но это лучше, чем работать на конвейере по производству пластиковой посуды для ресторанов «Малышка Кэрри», чем я раньше и занимался. — Он доел сандвич, запил его колой и растянулся на траве, закинув руки за голову. — У меня была персональная рекомендация твоего отца, благодаря чему я и получил ту работу.

— А у тебя не будет проблем с твоим боссом... как бишь его... со Стивом, из-за того что ты неделю не появишься на работе?

— Посмотрим. В любом случае я бы не хотел сейчас думать еще и об этом.

— Тебе стоило бы снова ему позвонить, — предложила Кэролайн.

— Хорошо, — пробормотал он.

Мэтью прикрыл глаза и незаметно для себя почти задремал. Ее голос доносился до него словно откуда-то издалека.

— А чем ты объяснишь, что тебя так долго не было?

— Скажу, что ездил с приятелями на рыбалку, — сонным голосом ответил он, поворачиваясь на бок и окончательно засыпая.


Казалось бы, какое мне дело, что он скажет своему боссу, подумала Кэролайн. С теми доходами, которые он получит от меня после свадьбы, он сможет вообще не работать и рыбачить хоть круглый год! Скорее бы добраться до Невады и покончить со всем этим!

Ты действительно этого хочешь? — вдруг задала она себе вопрос, глядя на спящего Мэтью. И честно ответила себе, что ей, пожалуй, нравится ее неожиданное приключение... и этот мужчина, волею судьбы оказавшийся с ней рядом.

Кэролайн убрала клеенчатые салфетки, нож и недопитую бутылку колы в дорожную сумку и некоторое время полежала на траве, наслаждаясь тишиной и покоем. Затем, чувствуя, что тоже начинает засыпать, снова села и тряхнула головой. Ей жалко было будить Мэтью, но ничего не поделаешь... Она осторожно тронула его за плечо.

— Мэтью, у нас впереди еще долгий путь.

Он сел, протер глаза и, потянувшись, поднялся на ноги.

Она с тоской взглянула на грузовичок. Все ее тело протестовало против того, чтобы снова оказаться в тесной душной кабине.

— Всего тридцать часов, — сказала Кэролайн вслух, словно занимаясь аутотренингом. — Пятнадцать туда, пятнадцать обратно...

— Нет, — поправил ее Мэтью, — тридцать часов только в один конец.

— Как, выходит, туда и обратно — шестьдесят?! — в ужасе воскликнула Кэролайн. — О Боже, лучше всего было бы заснуть и не просыпаться до самой Невады! Но это-то как раз и невозможно!

Однако, глядя на мелькающий за окном пейзаж, она понемногу успокоилась. Некоторое время они ехали вдоль Миссисипи, и зрелище огромной широкой реки подействовало на нее умиротворяюще. Затем шоссе свернуло в сторону, и по бокам его замелькали маленькие городки и поселки, словно сошедшие с открыток прошлого столетия. Кэролайн отвлекалась от этого зрелища только тогда, когда нужно было сверять их названия с теми, что обозначены на карте, где Мэтью вычертил маршрут.

— Мне кажется, мы отъехали достаточно, чтобы можно было вернуться на магистральное шоссе, — заметила она.

— Кстати, где мы сейчас? — спросил Мэтью, сбрасывая скорость и глядя на карту.

— Точно не знаю, но, похоже, все еще в Айове.

— Тогда следующим городом должен быть Мейсон-сити. Все здешние городишки — настоящий фермерский рай.

Его слова подтвердились едва ли не в прямом смысле, когда грузовичок въехал на главную площадь Мейсон-сити. Разноцветные рекламные щиты объявляли о фермерской ярмарке. Городская площадь была буквально завалена пирамидами фруктов и овощей, вокруг которых толпились покупатели. Играла музыка, с деревьев свисали гирлянды цветов и воздушных шаров. Все это походило на декорацию к старому фильму о патриархальной фермерской жизни в американской глубинке.

— Очень мило, — хмыкнул Мэтью. — Но как мы проедем через все это великолепие? Напрямую явно не получится, придется объезжать.

Они развернулись и выехали на перекресток. Пока горел красный свет, оба одновременно рассматривали карту, а когда зажегся зеленый, Мэтью машинально нажал на газ, не посмотрев по сторонам. Внезапно из-за поворота на большой скорости вырулил автомобиль и, не успев затормозить перед светофором, врезался в левый передний край кабины грузовика.


6


Мэтью резко ударил по тормозам, и грузовичок вынесло на тротуар, при этом он задел решетчатую ограду сквера. Когда все уже произошло, Мэтью понял, что не в силах не только выйти и разобраться с водителем врезавшегося в них автомобиля, но и просто пошевелиться. На Кэролайн он боялся даже взглянуть. Когда он повернулся к ней, то не заметил ни крови, ни ушибов, ни порезов. Но, судя по всему, она была без сознания.

— Кэролайн! — хрипло произнес он. — Ты слышишь меня? Кэрри!

Она не отвечала.

— Кэрри! — Он был на грани отчаяния. — Скажи что-нибудь! Ты ранена?!

Словно ожив, она едва заметно качнула головой и тихо проговорила:

— Нет, со мной все в порядке. Успокойся, Мэтью. Я не собираюсь умирать и тем самым лишать тебя обещанных доходов. Пятнадцать процентов от «Малышки Кэрри» никуда от тебя не денутся.

Это прозвучало издевательски, но все равно Мэтью испытал огромное облегчение.

— Ты напрасно подумала, что это меня больше всего волновало, — сухо ответил он. — Я просто не знал, как буду объясняться с твоим отцом, если с тобой что-то случится.

— А кстати, что произошло? — спросила Кэролайн. — В нас кто-то врезался?

Мэтью взглянул на разбитое ветровое стекло и увидел громоздкий автомобиль с изрядно помятым капотом.

— Какой-то старый «кадиллак».

— Да, похоже на то. Нужна была здоровенная машина, чтобы протаранить этот наш танк.

— Еще хорошо, что здесь не оказалось других машин. Иначе бы мы так легко не отделались. Надо посмотреть, что с водителем.

— Интересно, как ты собираешься это сделать? — хмыкнула Кэролайн. — Моя дверь не открывается, а твою заблокировал этот «кадиллак». Так что мы здесь как в мышеловке.

Не отвечая, Мэтью попробовал опустить боковое стекло и, когда ему это удалось, выбрался через окно кабины наружу.

Для такого маленького городка, как Мейсон-сити, столкновение машин стало настоящим событием, и вокруг начала собираться толпа, состоявшая в основном из фермеров, приехавших на ярмарку. Дюжий мужик открыл дверцу «кадиллака» и попытался вытащить водителя наружу. Оказалось, что за рулем сидела женщина, и сейчас она находилась без сознания. Другой обошел вокруг грузовичка, затем, достав карманный нож, разрезал широкую полосу скотча, заклеивавшую окно рядом с пассажирским сиденьем, и, с усилием распахнув дверцу, протянул Кэролайн руку и помог ей выйти.

— Простите, что мы вас так встретили, мэм, — сказал он. — Здесь тихое местечко, и обычно с приезжими ничего плохого не случается.

— Так, значит, этот «кадиллак» должен был нас встретить и отвезти на торжественный банкет? — попыталась пошутить Кэролайн.

В воздухе висел запах жженой резины. К нему примешивался какой-то другой запах, и, обойдя кабину, Мэтью понял в чем дело: из-под грузовика натекла зеленая лужа антифриза. Ну да, естественно, радиатор разбит. И как теперь ехать дальше?

Мужчина, который помог Кэрри выбраться, поглубже надвинул шляпу на голову и слегка похлопал Мэтью по плечу.

— Со свалки скоро пришлют буксирный грузовик, — сказал он. — Не переживай, парень, ты еще легко отделался.

— Со свалки? — переспросил Мэтью.

— Ну да, мы позвонили владельцу. Жаль, конечно, но твоя машина свое уже отъездила.

— Спасибо, — машинально пробормотал Мэтью.

— Уверен, что среди подержанных автомобилей найдется что-нибудь подходящее для вас, — попытался его утешить собеседник и, протянув руку, представился: — Тэдди Бернс к вашим услугам. Я мэр Мейсон-сити.

— Мэтью Фримен, — представился Мэтью, пожимая протянутую руку.

— А это миссис Фримен? — полуутвердительно произнес Тэдди, указывая на Кэролайн, которая присоединилась к толпе, окружившей «кадиллак». — Вам повезло с женой — любая другая на ее месте целый час билась бы в истерике. Да еще такой долгий путь... Судя по номерам, вы из Северной Дакоты?

— Да, — рассеянно ответил Мэтью, глядя на «кадиллак». Женщина по-прежнему полулежала на водительском сиденье, откинув голову назад. — А «скорую» вы вызвали?

— Вызвали, не беспокойтесь. Эта женщина живучая как кошка. — В голосе Тэдди промелькнуло неодобрение.

Мэтью удивленно взглянул на него.

— Вы знаете ее?

— Еще бы не знать! — фыркнул тот. — Она всегда гоняет как сумасшедшая!

— Надеюсь, с ней все в порядке, — осторожно сказал Мэтью.

— Если и нет, это ее собственная вина. — Тэдди пожал плечами. — Рано или поздно это должно было случиться. Раньше она постоянно попадала в мелкие аварии. Она бы не успокоилась, пока не случилось бы чего-то посерьезнее. Не волнуйтесь — многие видели, как было дело. Это ее вина.

— Я сам не понял, как все произошло, — признался Мэтью.

— Она конечно же скажет, что солнце било ей в глаза, — продолжал Тэдди. — Такое действительно могло быть, но она, прекрасно зная, что здесь перекресток и светофор, даже не сбросила скорости. А вот и коп. Думаю, он во всем разберется.

Так, только копа нам и не хватает, подумал Мэтью. Дело даже не в том, кто виновник аварии. В любом случае обоим участникам столкновения потребуется предъявить водительские права. Разумеется, полиция будет допрашивать его и Кэролайн, выяснит, кто они, откуда приехали, и тогда... Черт, угораздило же эту ненормальную в них врезаться! Мэтью уже не испытывал к ней почти никакого сочувствия.

— Не волнуйся, сынок, это не твоя вина, — еще раз повторил мэр. — Все подтвердят, что ты не нарушал правил. Конечно, машина у тебя была... — он замялся, — не в лучшем состоянии, но все же причина аварии не в этом.

Тут к ним подошел полицейский, попросил у Мэтью права, затем задал ему несколько вопросов и записал ответы. К тому времени, как он закончил, женщина из «кадиллака» наконец пришла в себя. У нее оказалась ссадина на лбу, и она, прижимая к поврежденному месту носовой платок, спросила, не найдется ли у кого-нибудь пластыря.

Чтобы избежать встречи с ней, Мэтью выскользнул из толпы и присоединился к Кэролайн возле разноцветной многоступенчатой груды овощей, которую та, казалось, пристально рассматривает.

— Какой роскошный салат они здесь выращивают! — сказала Кэролайн и, заметив недоумевающий взгляд Мэтью, спросила: — В чем дело? Я просто сказала, что думаю по поводу местной продукции. Не надо смотреть на меня как на сумасшедшую.

— Я рад, что тебе нравится, — с иронией ответил Мэтью. — К тебе уже вернулся интерес к жизни. Отлично. Между прочим, ты забыла свою кепку и очки.

Она махнула рукой.

— Слишком поздно. Меня уже и так все разглядели.

Она права, подумал Мэтью. Если хоть один из местных жителей ее узнает или по крайней мере что-то заподозрит и поделится своими соображениями с кем-то еще, то для них обоих игра окончена: слухи в таких маленьких городишках распространяются мгновенно.

— Они вызвали буксирный грузовик, — сообщил он. — Скоро должен приехать.

— Сильные повреждения?

Он замялся.

— Ну, что мы сегодня никуда не поедем — это уже точно. Мэр предложил отвезти тебя в мотель. Кажется, здесь всего один мотель на весь город.

— А ты что собираешься делать?

— Поеду в мастерскую и выясню, сколько времени займет ремонт.

— У тебя царапина на лбу, — заметила Кэролайн.

— Это не страшно. По-моему, я поцарапался уже после аварии, когда выбирался из кабины.

— Нужно заклеить пластырем. Кажется, у меня в сумке он есть. Я купила кое-какие лекарства и заодно прихватила его. Я сейчас.

— Не беспокойся... А вот и буксир. Забери наши вещи из кабины и поезжай в мотель.

Кэролайн отправилась к машине, в то время как буксирный грузовик оттаскивал разбитый «кадиллак». Вскоре она вернулась с пластиковыми сумками в руках и, найдя пластырь, все же заклеила ссадину на лбу Мэтью, предварительно промыв ее минеральной водой.

— Я поехала в мотель, — сказала она. — Ты скоро ко мне присоединишься?

— Как только смогу, — ответил Мэтью.

Он не мог не признать, что восхищается ею. Несмотря на двое суток, проведенных в пути, у нее сохранился все тот же нежный цвет лица, ее синие глаза не потеряли яркости и живого выражения. Черные вьющиеся волосы блестели, хотя и были покрыты дорожной пылью. Мэтью оглядел ее выцветшую футболку и застиранные джинсы, приобретенные в секонд-хенде, и вздохнул. Если бы не такой неожиданный поворот, который произошел в ее жизни в день свадьбы, она бы сейчас сидела на террасе роскошного отеля где-нибудь на Бермудах или Гавайях, одетая по последней моде, и пила бы экзотический коктейль со льдом. Вместо этого — захолустный городишко, пыльная дорога, разбитая машина... Почти ни гроша в кармане и один-единственный попутчик — он, Мэтью Фримен.

Нет, безнадежно подумал он, все это не для нее. И когда она достигнет своей цели, то попытается как можно скорее забыть эти неприятные эпизоды своей жизни. И его самого тоже.


Мотель находился всего в нескольких кварталах отсюда, и по дороге Тэдди Бернс успел лишь немного рассказать о Мейсон-сити.

— Конечно, это всего лишь точка на карте, — подытожил он, — но при более близком знакомстве выглядит очень симпатично.

Когда они доехали до мотеля, Кэролайн вспомнила, что они с Мэтью проезжали мимо него меньше часа назад. Тогда она и не подумала, что придется сюда вернуться так скоро... Вот уж действительно человек предполагает...

Затормозив, Тэдди не сразу вышел из машины, а несколько секунд продолжал сидеть, нерешительно постукивая пальцами по приборной доске. Наконец он осторожно произнес:

— Если вы... э-э... находитесь в стесненных обстоятельствах, то у нас в городе есть общий фонд для нуждающихся. Я и сам могу дать вам немного денег.

Это предложение тронуло Кэролайн до глубины души, и она невольно отвернулась, чтобы скрыть подступившие к глазам слезы.

Мэр истолковал ее движение по-своему и поспешно добавил:

— Не считайте это милостыней. В конце концов, вы попали в аварию, отъехав далеко от дома. Любой на вашем месте оказался бы в сложном положении. Непредвиденные расходы — это всегда неприятно.

— Спасибо, мистер Бернс, — пробормотала она. — Я думаю, мы задержимся здесь на пару дней, пока не придем в себя и не починим машину.

— Если вам что-то понадобится, обязательно дайте мне знать. А сейчас я отведу Вас в мотель и представлю Лоре и Дику.

На рецепции никого не было, и Тэдди нажал кнопку вызова, вмонтированную в стойку. Через пару минут в комнату медленно, опираясь на палку, вошла пожилая, но моложавая женщина с лицом почти без морщин и большими серыми глазами.

— Привет, Тэдди! — сказала она. — Мне уже позвонили Норма и Джейн из придорожного магазинчика и рассказали, что произошло. — Затем она обратилась к Кэролайн: — Мне очень жаль, что так получилось, дорогая. Мы с мужем сделаем все, чтобы разместить вас поудобнее. Правда, я сейчас не слишком хорошо себя чувствую из-за обострения артрита, но постараюсь выполнить любую вашу просьбу.

— Я уверена, что нам у вас будет хорошо, — поспешно заверила ее Кэролайн. — Спасибо, миссис?..

— Просто Лора, моя дорогая, — отмахнулась та. — Сейчас мы пойдем на кухню и я угощу вас кофе. А ты можешь ехать, Тэдди, все в порядке, — обратилась она к мэру. — Спасибо, что привез девушку сюда. — Она направилась к двери и на ходу спросила у Кэролайн: — Кстати, как вас зовут, дорогая?

Несколько секунд Кэролайн лихорадочно думала, не стоит ли ей назваться вымышленным именем, но в конце концов решила, что если у хозяйки появятся какие-то подозрения, то чужое имя их только подтвердит. Поэтому она сказала правду.

— Очаровательное имя, — откликнулась Лора. — Я, правда, думала, что ваша фамилия Фримен — так мне сказали девушки из магазина, — но...

— Это фамилия... моего жениха, — поколебавшись, ответила Кэролайн.

— О, в самом деле? — приподняла брови Лора.

Ну вот, обреченно подумала Кэролайн, теперь меня обвинят в аморальном поведении — если не в лицо, то заглазно. Здесь, в самом сердце «одноэтажной Америки», все еще сохраняются старые представления о нравственности, и путешествовать через всю страну с мужчиной, с которым не состоишь в браке, с точки зрения местных жителей, суровое нарушение правил приличия.

Но, в конце концов, через пару дней их здесь уже не будет. Только бы за эти дни не произошло ничего непредвиденного!


Мэтью приехал примерно через полтора часа после нее. Уже стемнело, и вечерний воздух стал прохладным. Кэролайн почувствовала облегчение, когда наконец разглядела в сумерках знакомую фигуру на дорожке, ведущей к их домику. В руках у Мэтью был какой-то сверток, и, когда он вошел и положил его на стол, она с удивлением увидела, что это завернутый в бумагу гипсовый макет Нью-Данхилла, который она забыла под сиденьем грузовика. Но зачем было тащить его через весь город, не проще было бы оставить его в ремонтной мастерской? Внезапно Кэролайн догадалась о причине, и у нее упало сердце.

— Грузовик не смогли починить, — тихо произнесла она еще до того, как Мэтью успел что-то сказать. — Поэтому ты и забрал оттуда все. Да?

— Ну, в хорошей мастерской его, возможно, и починили бы, но на это потребовались бы время и деньги, — неохотно ответил Мэтью. — Но сейчас в этом нет смысла. Проще купить другую машину.

— Не самое практичное решение, учитывая наш бюджет. — Кэролайн старалась говорить равнодушным тоном, но голос ее дрогнул.

Мэтью кивнул.

— Да, если даже мы получим деньги по страховке той женщины — в конце концов, это из-за нее произошла авария, — еще неизвестно, когда это произойдет и какова будет сумма.

— И... что теперь? — упавшим голосом спросила Кэролайн.

— В любом случае нам здесь придется задержаться на пару дней, а там подумаем, — стараясь казаться спокойным, ответил Мэтью, но она видела, что он тоже находится в довольно-таки угнетенном состоянии.

— Ты не передумал насчет нашего плана? — поинтересовалась Кэролайн, чувствуя головокружение, словно стояла у края пропасти.

— Ты имеешь в виду поездку в Неваду? Нет, но неизвестно, когда мы там окажемся. А тем временем полиция...

— Нет, — перебила она, — я имею в виду женитьбу.

— Не беспокойся, — устало проговорил Мэтью, — я по-прежнему готов жениться на тебе сразу, как представится такая возможность.

Очень мило с его стороны, с горечью подумала Кэролайн. Если бы еще он был готов жениться именно на ней, а не на пятнадцати процентах дохода от ресторанного бизнеса... Но она сама так решила, и ей некого винить, кроме себя.

— Тогда как насчет того, чтобы сделать это через три дня?

— Через три дня? — недоверчиво переспросил Мэтью. — Каким образом?

— Именно столько времени в этом городе требуется, чтобы получить свидетельство о браке. Никаких лишних бумаг, никаких анализов крови и всего прочего. Подаешь заявление, ждешь три дня — и готово. И раз уж мы все равно не сможем доехать до Невады, нам проще будет после этого сразу вернуться домой.

— Откуда ты знаешь?

— Мне рассказала хозяйка мотеля.

— А из-за чего вдруг возник разговор на эту тему? Она что-то заподозрила?

Кэролайн подумала, что не стоит посвящать его в подробности — рассказывать о ее собственной панике, деликатных расспросах Лоры, успокаивающих прикосновениях и спокойном голосе этой женщины, предложившей простое решение проблемы.

— Ты, наверное, уже заметил, что здешние люди постоянно вмешиваются в чужие дела. Но это не от бесцеремонности — они и вправду хотят помочь. Именно поэтому Лора, хозяйка мотеля, стала расспрашивать меня о случившемся, и мало-помалу я рассказала почти все.

— Да, этого следовало ожидать. Парень из автомастерской тоже сгорал от любопытства, желая услышать обо всем в деталях. А потом предложил мне поработать здесь какое-то время, пока у нас не будет достаточно денег, чтобы ехать дальше. — Мэтью слегка потер переносицу. — Честно говоря, я не думал, что дело примет такой оборот... но, с другой стороны, что ни делается — все к лучшему. Давай в самом деле поженимся здесь.

Кэролайн перевела дыхание и расслабленно откинулась на спинку кресла.

— Думаю, стоит пойти в супермаркет и купить что-нибудь к праздничному ужину в честь такого события, — предложил он.

Она улыбнулась.

— С чего это ты так расщедрился?

— Теперь нам не понадобятся деньги на бензин до Невады, поэтому мы можем позволить себе некоторые вольности.

Они вышли из коттеджа, и Кэролайн с удовольствием вдыхала свежий воздух, наслаждаясь этой поздней прогулкой и близостью Мэтью. Домики, мимо которых они проходили, были окружены густыми зарослями диких роз и шиповника. Стояла тишина, лишь изредка прерываемая шорохом шин по асфальту или звуками музыки из переносных магнитофонов, которые несли возвращавшиеся домой подростки.

— Жаль, что наш грузовичок преждевременно закончит свои дни на свалке, — неожиданно сказала Кэролайн. — Я уже начала к нему немного привыкать.

— И я тоже, — откликнулся Мэтью, — хотя он и сжирал кварту бензина за две сотни миль.

— А раньше ты этого не говорил.

— Не хотел увеличивать твое предубеждение. — Он улыбнулся. — Знаешь, Кэрри, ты просто молодец! Из всех знакомых мне женщин нет, пожалуй, ни одной, которая решилась бы на такую авантюру.

Что ж, подумала Кэролайн, учитывая, со сколькими женщинами он знаком, это, пожалуй, большой комплимент. Тогда почему же она не испытывает никакой радости?


К тому времени, когда они вернулись из супермаркета, мотель был почти полностью погружен в темноту за исключением двух-трех светящихся окон. На парковке виднелось всего несколько машин.

— Интересно, почему горит надпись «мест нет»? — удивился Мэтью. — Судя по всему, с постояльцами не слишком хорошо. Из двадцати домиков мотеля явно занято меньше половины.

— Лора мне говорила, что они не берут много постояльцев — примерно треть от общего количества мест, — объяснила Кэролайн. — К тому же сейчас она не хочет, чтобы нас беспокоили любопытные.

— Очень мило с ее стороны. Но мне кажется, ее собственного любопытства хватит на всех отсутствующих.

В домике была крошечная кухонька с двухконфорочной плитой, и Кэролайн пришлось повозиться, сооружая ужин — свиную вырезку с жареной картошкой и овощной салат.

— В таких условиях трудно создать кулинарный шедевр, — пожаловалась она, расставляя тарелки на столе, пока Мэтью открывал бутылку вина. — Но я сделала все, что в моих силах.

— По крайней мере, — философски заметил он, — у меня в запасе три дня, чтобы проверить, как ты готовишь, прежде чем я сделаю непоправимый шаг. — Он разлил вино в бокалы из простого стекла и поднял свой. — За удачу!

Буквально после нескольких глотков вина Кэролайн почувствовала, что ее клонит в сон. Обильный ужин после целого дня без еды довершил дело. Когда Мэтью отправился в душ, у нее хватило сил лишь на то, чтобы поставить тарелки и бокалы в раковину и добрести до кровати. Она разделась и провалилась в сон.

Вернувшись из душа, Мэтью обнаружил, что она спит. Неяркая лампа на тумбочке рядом с ней продолжала гореть, освещая ее лицо. Глаза закрыты, дыхание ровное. Но спит ли она на самом деле? Есть только один способ это проверить. Он лег под простыню рядом с ней и осторожно провел кончиками пальцев вдоль ее спины, ощущая тепло ее тела. Если она спит, то не отстранится от его прикосновений.

Кэролайн продолжала ровно дышать. Значит, после всех треволнений дня она действительно крепко заснула. Поборов искушение, он убрал руку. Затем встал, оделся и вышел на улицу.

В их номере был телефон, но Мэтью решил не рисковать и направился к таксофону, висевшему на стене хозяйского дома, где располагалась и рецепция. Он набрал номер и после долгих гудков наконец услышал ответ.

— Привет, Стив, — сказал он. — Не разбудил?

— Эй, приятель, ты откуда?

— Я все в том же часовом поясе, — хмыкнул Мэтью. — Точнее не могу сказать.

— Тогда мог бы позвонить и пораньше.

— Извини. Как дела на работе? Ты не слишком загружен?

— Какая разница? Ты ведь не за этим звонишь, верно?

— Нет, не за этим.

— Понятно. Она блондинка или брюнетка?

— Ни то, ни другое. Господи, Стив, почему ты всегда думаешь, что в любом деле замешана женщина?

— Потому что, как правило, так всегда и бывает.

— Ладно тебе. Обо мне никто не спрашивал? Я имею в виду, кроме обычных клиентов?

— Куча народу, — насмешливо сообщил Стив, — и я сказал им, что тебя положили в закрытую клинику в Калифорнии — лечиться от наркомании.

— А если серьезно?

— Напрасно ты считаешь себя пупом земли. Прошло всего-то несколько дней, и я не думаю, что твое отсутствие вообще кто-то заметил. Только, сделай одолжение, не исчезай на несколько месяцев.

— Ладно. Но если обо мне будут спрашивать... незнакомые люди, то...

— Я буду нем как могила, — пообещал Стив.

— Даже если это будет мой отец, просто скажи ему, что я на некоторое время уехал по делам.

— При всем желании я не смогу сказать ему больше.

— Ладно. Я позвоню еще через пару дней.

Мэтью нажал на рычаг, но не повесил трубку. Постояв некоторое время в нерешительности, он вынул из кармана сложенный газетный лист и снова набрал номер. Он оттягивал предстоящий разговор сколько мог, но сейчас понял, что дальше этого делать уже нельзя...


На следующее утро Кэролайн проснулась рано, чувствуя себя полностью отдохнувшей. Она приподнялась на локте и взглянула на Мэтью. Он спал, зарывшись лицом в подушку. Кэролайн бесшумно соскользнула с кровати, оделась и отправилась на кухню. Пока на плите закипал кофе, она сделала несколько бутербродов и, взяв один из них, боком сёла на подоконник, рассеянно глядя на улицу. Через несколько минут на пороге появился Мэтью.

— Рано в кровать, рано вставать? Хорошее правило. — С этими словами он налил себе кофе, взял бутерброд и уселся за стол.

— Что нового сказал тебе Стив? — неожиданно спросила Кэролайн. — Это ведь ему ты ходил вчера звонить?

— Да, — спокойно ответил Мэтью. — Все в порядке. Я смогу отсутствовать еще какое-то время.

— А почему ты не позвонил из номера?

— Не хотел тебя будить. Но, выходит, все же разбудил. Да, в самом деле, когда я уходил, лампа горела, а когда вернулся — уже нет.

Он знал, о чем она сейчас думает, и чувствовал себя чертовски неуютно.

— Пойду побреюсь, — сказал он, вставая. — Раз уж сегодня мы подаем заявление на брак, надо выглядеть пристойно.

Здание суда было, по всей видимости, одним из самых старых в городе, но настолько тщательно отремонтировано, что напоминало игрушечный домик. Его украшали витые колонны, статуи под старину и барельефы на стенах и потолке.

Клерк, молодой человек приятной наружности, к которому они обратились, разумеется, уже знал о вчерашнем происшествии.

— Очень сожалею, что так получилось, — сказал он. — Мы все чувствуем себя немного неловко. Надеюсь, если вы поженитесь здесь, хорошие воспоминания о нашем городе перевесят плохие. Буду рад вам помочь. — Он достал из ящика стола несколько бланков и предложил им их заполнить.

Что ж, достаточно просто, подумала Кэролайн, быстро пробежав глазами бланк заявления.

— Потом мы заверим ваши подписи у нотариуса, — продолжал клерк, — вы заплатите комиссионные за оформление документов, и через три дня все будет готово.

Мэтью быстро заполнил бланк и отправился платить комиссионные.

— Да, совсем забыл, — вдруг добавил клерк, — еще мне понадобятся водительские права каждого из вас.

— Что? — переспросила Кэролайн, чувствуя, как у нее внутри все похолодело.

В этот момент вернулся Мэтью.

— Водительские права, — повторил клерк.

О Господи, это невозможно! — в отчаянии подумала Кэролайн. Ну почему именно сейчас?! Она отложила ручку и неожиданно для самой себя разрыдалась.


7


Мэтью беспомощно смотрел на нее, понимая, что никакие утешения сейчас не помогут. По правде говоря, он и сам был на грани отчаяния. Очередное крушение надежд буквально на следующий день после предыдущего — это уж слишком! Он осторожно обнял ее за плечи, и Кэролайн уткнулась ему в шею, все еще всхлипывая.

— Ну успокойся, Кэрри, — пробормотал он. — Что-нибудь придумаем.

Клерк, удивленный и растерянный из-за такой реакции на совершенно невинное требование, смотрел на них, не говоря ни слова. Наконец он кашлянул и смущенно произнес:

— Простая формальность... особенно здесь, где все друг друга знают... Но мне нужно быть уверенным, что вы действительно те, кем себя называете. Иначе я могу потерять работу. Разве у вас нет водительских прав?

Неожиданно Мэтью вспомнил одну деталь из их разговора в самый первый день. Если только эта вещь найдется...

— Подождите минутку, — сказал он и мягко, но настойчиво отстранил от себя Кэролайн. — Послушай, Кэрри, давай еще раз проверим твою сумочку. Вытряхни оттуда все содержимое. По-моему, ты давно этого не делала.

Она машинально раскрыла маленькую сумочку, которую захватила с собой, убегая из дому. Первым делом достала носовой платок и осторожно вытерла глаза и щеки. Затем принялась выкладывать на конторку остальное: зеркальце, помаду, расческу, связку ключей, пилку для ногтей, ручку, мелочь... В очередной раз опустив руку в сумочку, Кэролайн неожиданно вытащила белый конверт.

— А это еще что?

— Ты, кажется, и сама не помнишь, что все время таскаешь с собой, — хмыкнул Мэтью. Затем взял сумку и, перевернув ее, вытряхнул на стол все, что там еще оставалось.

— Как вообще женщины ухитряются что-то найти в этих сумочках? — проворчал он.

Кэролайн раскрыла конверт, достала тонкий листочек голубой бумаги. Развернув его, она пробормотала:

— Ну, это уже абсолютно бесполезно. — И со вздохом убрала обратно.

— Черт, должен же он где-то быть, — в недоумении сказал Мэтью, глядя на груду высыпанных мелочей.

— Ты о чем?

Не отвечая, он провел рукой по подкладке сумочки и нащупал боковой внутренний кармашек, застегнутый на молнию. Нетерпеливо расстегнул его и наконец, кажется, нашел то, что искал.

— Вот, — сказал он, кладя на стол тоненькую книжечку. — Твой паспорт, Кэрри. Ты про него совсем забыла.

— О Господи, в самом деле! — изумленно воскликнула Кэролайн и просияла. — Надеюсь, он заменит водительские права? — спросила она, обращаясь к клерку.

— Ну конечно, — облегченно вздохнул тот, довольный, что неприятная заминка осталась позади. — Мне просто нужен любой документ, удостоверяющий личность. Водительские права — наиболее распространенный вид удостоверения, они есть у всех, кто путешествует, поэтому я и сказал о них. Но паспорт, разумеется, тоже подойдет.

Взяв паспорт, клерк несколько раз перевел взгляд с фотографии на лицо Кэролайн и обратно.

— Здесь вы не так похожи на себя, как на фотографии в газете, — заметил он.

Мэтью показалось, что он ослышался. Но, судя по тому, что лицо Кэролайн застыло, клерк действительно произнес эти слова.

— В какой газете? — онемевшими губами спросил Мэтью.

— «Мейсонский вестник». Она выходит всего дважды в неделю. У нас, как правило, особо громких событий не происходит, поэтому вчерашняя авария была расписана во всех подробностях. Разумеется, ваши фотографии тоже напечатаны. — Клерк взял паспорт, переписал номер и пролистал несколько страничек, пестрящих разноцветными штампами. — Вы действительно побывали во всех этих странах? — неожиданно спросил он.

— Да, — ответила Кэролайн, — хотя сейчас мне кажется, что это было тысячу лет назад.

— И после этого приезжаете в Мейсон-сити на дряхлом пикапе? — Молодой человек не смог скрыть своего искреннего удивления, но тут же, спохватившись, добавил: — О, простите, это не мое дело.

— Считайте, что это просто приключение, — пытаясь выдавить улыбку, сказала Кэролайн.

— Давайте ваши бланки. — Было видно, что он с трудом удержался от дальнейших вопросов.

Она протянула ему бумаги и принялась укладывать разбросанные мелочи обратно в сумочку. Мэтью заметил, что в графе «Фамилия после свадьбы» Кэролайн написала «Фримен» — твердым и разборчивым почерком, словно обдумала это уже давно. Интересно, не возникнет ли у нее ощущения действительной перемены в жизни после того, как они получат свидетельство о браке? «Считайте, что это просто приключение», — только что сказала она клерку. Или для нее так оно и есть?


Вернувшись в мотель, Кэролайн села в глубокое кресло и обхватила руками колени.

— И что теперь? — спросила она. — Что мы будем делать еще три дня?

Произнеся эти слова, она вдруг спохватилась, что они прозвучали довольно двусмысленно. Обращенные к мужчине, с которым ей еще три дня предстоит делить комнату и постель, они звучали едва ли не как приглашение заняться любовью. Но Мэтью, кажется, не обратил на это внимания.

— К сожалению, до получения свидетельства о браке развлекаться нам вряд ли придется, — сказал он. — Наши финансы уже фактически на нуле. Мы сможем прожить на них самое большее неделю.

Это было глупо, но Кэролайн почувствовала себя разочарованной — не из-за денег, конечно, а оттого, что Мэтью не заговорил о чем-то другом. Но какая разница? Через три дня ее план наконец-то осуществится и они расстанутся. Это ведь было ясно с самого начала. Почему же сейчас ей стало не по себе от этой мысли?

— Жаль, что мы не можем использовать чек, который я нашла сегодня в сумке, — посетовала она. Должно быть, отец собирался сделать мне сюрприз к свадьбе.

— Ты хочешь сказать, что он тайком положил чек в твою сумочку? — спросил Мэтью. — Этот чек и был в конверте?

— Да. Но беда в том, что он выписан совместно на меня и Найджела. В одиночку я не смогу им воспользоваться. — Кэролайн вздохнула. — С таким же успехом я могу его просто выбросить.

Мэтью, казалось, ее не слышал.

— Мне кажется, тебе стоит позвонить отцу, Кэрри, — неожиданно сказал он.

— И что ему сказать? Пригласить на свадьбу? Нет, я не хочу лишних осложнений. Осталось подождать всего три дня. Будь уверен, первое, что я сделаю после получения свидетельства о браке, — это позвоню отцу. Но не раньше.

— Ты не хочешь раньше времени расстраивать его известием о том, что выходишь замуж за сына садовника?

Кэролайн даже не пыталась скрыть своего изумления.

— О чем ты говоришь?! Дело совсем не в этом! Отец будет, мягко говоря, не в восторге от самого факта, что я вышла замуж. Неважно за кого. Скорее всего, он решит, что я сделала это очертя голову, не подумав хорошенько, а ты просто был первым, кто мне встретился после побега.

— А разве это не так?

— Ну конечно нет! Просто отец сейчас вряд ли признает справедливость наших доводов.

— Твоих доводов, — поправил ее Мэтью. — Если честно, я на его месте тоже не мог бы тебя понять. Выйти замуж за одного из охотников за приданым, чтобы избавиться от других таких же... Странная логика.

— Вот я и боюсь услышать от него то же самое. И хотя твои мотивы более понятны, от этого он не проникнется к тебе большей симпатией. — Боясь, что это прозвучало слишком резко, Кэролайн слегка улыбнулась.

— Да, не думаю, что он обрадуется, узнав, что я стал совладельцем в его бизнесе, — в тон ей ответил Мэтью.

— Поэтому сейчас звонить ему слишком рискованно. Если отец узнает, что у него еще есть шанс расстроить нашу свадьбу, он сделает все, чтобы этого добиться. А поскольку мы в эти три дня даже не сможем уехать отсюда, ему будет еще проще нас найти. Так что...

В этот момент в дверь постучали и на пороге появилась Лора с бельевой тележкой и пылесосом.

— Вы не могли бы на некоторое время выйти? — извиняющимся тоном спросила она. — Мне понадобится примерно полчаса, чтобы убраться. К сожалению, я не могу двигаться так же быстро, как раньше.

Кэролайн ощутила жалость к этой женщине, которая так ей помогла. Она быстро подошла к Лоре и сама вкатила тележку в комнату.

— Не беспокойтесь, — сказала она, — я сама уберу нашу комнату, а заодно и остальные номера. Только дайте мне ключи и объясните, что надо делать.

Лора вначале запротестовала, но после того, как Мэтью заявил, что Кэрри будет выполнять обязанности горничной, чтобы заработать денег на дорогу, она сдалась. Когда за ней закрылась дверь, он, уловив недовольный взгляд Кэролайн, сказал:

— Разумеется, я пошутил.

— Да, но Лора наверняка подумала, что ты говорил серьезно. Разумеется, если она попытается заплатить мне, я откажусь. А ты, кажется, считаешь, что если дома у меня была горничная, то я не знаю, как обращаться с пылесосом?

— Никогда бы не подумал, — заверил ее Мэтью. — Я даже готов поспорить, что тебя научили застилать постель.

— Между прочим, — сухо произнесла Кэролайн, — ни дома, ни на работе мне никогда не делали поблажек. Отец всегда говорил, что чем больше умеешь делать, тем лучше, ибо неизвестно, чем придется заниматься в жизни.

— Но все же он вряд ли готовил тебя для карьеры горничной. — Мэтью насмешливо посмотрел ей в глаза. — Хотя, если он разозлится на тебя из-за скороспелого замужества...

— Если он и разозлится, то только из-за того, что я не посоветовалась с ним. А вовсе не из-за того, что ты сын садовника.

— Какая разница? Результат ведь будет тот же самый — он не захочет тебя знать и лишит наследства. — Мэтью явно поддразнивал ее. — И что ты тогда будешь делать, малышка Кэрри?

— Ничего, как-нибудь переживу. — Она начала сердиться. — А если ты думаешь, что я выхожу замуж назло отцу или кому-то еще, это неправда. На самом деле, что касается тебя... — Кэролайн осеклась. Последнее время она не переставала думать о своем отношении к Мэтью, но никак не могла понять, что особенного в нем находит. С самого начала он показался ей человеком, на которого можно положиться. Она не слишком задумывалась о других чертах его характера, да и не так уж давно его знает, чтобы сделать какие-то выводы на этот счет. Но его удивительное обаяние все сильнее действует на нее. Кэролайн понимала, что невольно поддается ему и это может стать опасным — она может оказаться в большей зависимости от него, чем ей хотелось бы.

Спасаясь от этих мыслей, она включила пылесос и приступила к уборке. Затем попросила Мэтью помочь ей вывезти тележку с бельем в коридор, и они занялись уборкой других номеров, список которых оставила им Лора. Закончив работу в очередном номере, Кэролайн вышла на улицу слегка передохнуть и чуть не споткнулась о черную кошку с белой грудкой, дремавшую на ступеньках. Та, словно только и ожидала ее появления, тут же вскочила и требовательно замяукала. Кэролайн отнесла кошку в их номер и налила ей молока в блюдце. Мэтью в это время лежал на кровати, закинув руки за голову. Вылакав молоко, кошка с довольным видом вспрыгнула на кровать, устроилась у него на груди и заурчала.

— Вот так всегда и бывает, — с притворной обидой в голосе сказала Кэролайн. — Я ее накормила, но она не дала мне даже себя погладить и вместо этого отправилась к тебе. Я понимаю, что женщины должны испытывать к тебе симпатию, но не думала, что на кошек это тоже распространяется.

Мэтью улыбнулся, затем осторожно взял кошку на руки и протянул Кэролайн.

— Держи. Если тебе хочется с ней повозиться — ради Бога.

— Ну уж нет. Не раньше чем ты ее немного приручишь.

— По-твоему, у меня большой опыт приручения? — хмыкнул Мэтью. Он осторожно опустил кошку на пол, и та принялась умываться.

— Вот видишь, не так уж я привлекателен для нее, если она пытается отмыться от моих прикосновений.

Внезапно в мозгу Кэролайн промелькнуло смутное воспоминание.

— Скажи, а у тебя никогда не было кота похожей масти?

Мэтью удивленно взглянул на нее.

— Да, в самом деле... Он был здоровенный, черный с белым кольцом вокруг шеи, похожим на ошейник. Неужели ты его помнишь?

— Ты однажды разрешил мне поиграть с ним. — Кэролайн улыбнулась. — Удивительно, что я вдруг вспомнила об этом. Мне тогда было лет пять или шесть.

— Шесть, — тихо сказал Мэтью. — У тебя тогда только что выпал первый молочный зуб. Это было для тебя целым событием.

Кэролайн растерянно моргнула.

— Ты тоже это помнишь?

— Да. Я запомнил ту встречу с тобой, потому что это было необычно. Ты никогда не играла с другими детьми, которые жили в поместье. Впрочем, вокруг тебя все время были гувернантки и кто-то из охраны, так что мы не смогли бы с тобой поиграть, даже если бы и захотели.

— А вы не очень-то и хотели? — грустно спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Я не имею в виду тебя лично — я говорю обо всех детях. Никто из них меня не любил. Я не жалуюсь, просто констатирую факт.

— Тебя просто никто толком не знал, чтобы любить или не любить, — возразил Мэтью. — Поэтому мы держались на расстоянии. И потом, для нас, детей прислуги, ты была существом из другого мира — маленькая принцесса, всегда нарядно одетая, аккуратно причесанная... Было трудно представить, что ты носишься вместе с нами по саду, играя в индейцев. Не сердись, но нам действительно казалось, что с тобой будет не очень-то весело играть. И еще мы тебя немного побаивались.

— Побаивались? — нахмурившись, переспросила Кэролайн. — И ты тоже?

— Я — нет. Как-никак, я был на шесть лет старше тебя. Кстати, еще и поэтому мне было бы неинтересно с тобой играть.

— Но ты дал мне поиграть со своим котом.

— Просто захотелось тебя утешить. Когда ты увидела его, у тебя был такой грустный взгляд... как у всякого ребенка, которому запрещают держать домашних животных.

— Значит, ты меня пожалел...

— Ну да. Тебе же ничего не разрешали — бегать, валяться на траве, запускать змея. Должно быть, горничные боялись, что их накажут, если ты ненароком ушибешься или испачкаешь платье.

— А тебя не наказали из-за того, что я играла с котом?

— Нет. Скорее всего, решили, что кот бродячий, и просто стали внимательнее следить за тобой, чтобы в будущем ничего подобного не повторялось. А ты, наверное, поняла, что лучше обо мне не говорить, за что я тебе благодарен. — Мэтью шутливо поклонился.

Кэролайн отвернулась и ничего не ответила.


Они вдвоем взялись за прерванную работу, и, когда все было закончено, Кэролайн поняла, почему Лора предпочитает не брать много постояльцев. Она хотя и не страдала артритом, но чувствовала, как болит спина и ноет затылок. Но в то же время она испытывала чувство законной гордости за хорошо выполненную утомительную работу.

— Я чувствую себя гораздо более удовлетворенной, в отличие от бумажной работы в «Малышке Кэрри». Кстати, я сейчас вспомнила еще об одной вещи. Это касается моих денежных обязательств. Ты, должно быть, хочешь иметь письменное подтверждение, что получишь свою долю?

Мэтью с недоуменным видом взглянул на нее.

— Ты хочешь сказать, что собираешься оплатить половину стоимости разбитого грузовика, ремонта предыдущей машины и расходов на бензин?

— Не говори глупостей, — устало сказала Кэролайн. — Ты же понимаешь, что я говорю о пятнадцати процентах дохода от ресторанов. Я пообещала их тебе, но только на словах. Разумеется, ты не обязан верить мне на слово. Если желаешь, чтобы я подтвердила это в письменном виде, то я готова это сделать.

Он задумчиво посмотрел на нее и потер переносицу.

— Ты, кажется, хочешь, чтобы твоего отца хватил удар?

— Я совершеннолетняя и вправе распоряжаться своей долей доходов по своему усмотрению.

— Но его наверняка не обрадует, что семейный бизнес лишится немалой части доходов. Нет, я думаю, не нужно никаких письменных обязательств. Тем более что, пока мы официально не поженимся, нам рискованно обращаться к нотариусу. А если обязательство официально не заверено, то это всего лишь клочок бумаги.

— Да, наверное, — с сомнением в голосе сказала Кэролайн. — Это мне как-то не пришло в голову.

Тут в дверь снова постучали. Это была Лора.

— Простите, — сказала она, — хотела узнать, как у вас дела. Надеюсь, вы не слишком устали? Мне, право, неудобно, что вы занялись моей работой...

— Ничего страшного, все в порядке, — быстро заверила ее Кэролайн. — Мы уже закончили. Даже не представляю, как вы справляетесь со всем этим одна.

— Стараюсь об этом не задумываться, — улыбнулась Лора. — Но я вам невероятно признательна за сегодняшний отдых. Я хотела спросить, не поужинаете ли вы со мной и Диком? А после мы могли бы сыграть партию в скрэббл.

— Надеюсь, вы не слишком много времени потратили на готовку? — спросила Кэролайн.

— Нет-нет. Одна моя знакомая принесла нам на ужин целую кастрюлю тушеного мяса с овощами. Она сказала, что решила избавить меня от лишних хлопот, поскольку я неважно себя чувствую, но мне показалось, что она умирала от любопытства, так ей хотелось разузнать что-то о вас. — Лора опять улыбнулась. — Поэтому мы с Диком решили, что вы имеете даже больше прав на угощение, чем мы. Приходите через полчасика. Я пока отнесу это в стирку. — Она взяла плетеную корзину для белья, куда Кэролайн сложила грязные простыни и полотенца, и направилась к двери.

— Мне все же кажется, — сказала Кэролайн после некоторого молчания, — что я должна написать свое обязательство. Пусть даже это не имеет юридической силы без подписи нотариуса, но так по крайней мере будет честнее.

— Как хочешь, — пожал плечами Мэтью. — Для большего эффекта можешь огласить свое обещание сразу после того, как нас официально поженят. Представляю, как вытянется лицо у клерка, который две минуты назад говорил о супружеском долге «в горе и радости, бедности и богатстве...». Он поймет, что половину этих слов произносил совершенно напрасно.

— Клерки таких вещей не говорят, — усмехнулась Кэролайн. — Только священники. Надеюсь, ты не собираешься венчаться в церкви?

— Возможно, это был бы не самый большой мой грех, но все же довольно весомый, — хмыкнул Мэтью и легонько поцеловал будущую жену в кончик носа.


Тушеное мясо оказалось восхитительным на вкус, так же как и яблочный пирог, приготовленный Лорой на десерт. Кэролайн совершенно искренне призналась, что за последние несколько недель не ела ничего подобного. Затем они вчетвером, двое на двое, играли в скрэббл. Лора и Дик одержали блистательную победу.

— Я и не предполагал, что у тебя такой небольшой словарный запас, Кэрри, — насмешливо сказал Мэтью.

— Ты, между прочим, тоже не блистал воображением, — в тон ему ответила Кэролайн, разливая кофе.

Затем разговор зашел о предстоящей свадьбе, и Лора спросила у невесты, что та собирается надеть.

Кэролайн не ожидала подобного вопроса и слегка смутилась.

— У меня с собой очень мало вещей, — нерешительно сказала она. — Выбирать особо не из чего, так что, думаю, надену джинсы и блузку.

Лора сокрушенно покачала головой.

— У нас, к сожалению, недавно закрылся большой магазин одежды. Он был слишком большой для нашего городка. А в остальных продаются самые обычные вещи. Если нужно купить что-то праздничное, приходится ехать в Де-Мойн.

Даже если бы здесь и был роскошный магазин одежды, печально подумала Кэролайн, денег на изысканное платье все равно не хватило бы.

— Для меня не так важно, во что я буду одета, — сказала она скорее себе, чем Лоре. — Это слишком важное событие в моей жизни, так что я просто не могу думать о чем-то еще.

— Что ж, тебя можно понять, — откликнулась Лора.

Но Кэролайн понимала, что, как бы она ни старалась себя утешить, ей вовсе небезразлично, как она будет выглядеть в этот день. Она с грустью вспоминала роскошное свадебное платье, которое так безжалостно разорвала, убегая из дому. Дело даже не в самом том платье — разумеется, она больше ни разу не надела бы его, — а вообще в свадебном наряде как таковом, в связанных с ним воспоминаниях о самом, быть может, счастливом дне в ее жизни...

Самом счастливом?.. Кэролайн тряхнула головой, не в силах поверить в эту мысленную оговорку. Самом несчастливом — вот что, должно быть, она на самом деле имела в виду. В прошлую субботу она испытала одно из самых сильных разочарований в своей жизни. Сначала узнать о предательстве человека, который уверял, что любит ее, потом столкнуться с непониманием отца... Паническое бегство, встреча с Мэтью... Но ведь встреча с ним вовсе не была несчастливым событием...

Тут она оторвалась от размышлений — Лора спросила, не хочет ли она еще кофе. Кэролайн отказалась, помогла Лоре убрать посуду со стола и отнести ее на кухню. Когда они вернулись, Дик говорил Мэтью, что хотел покрасить портик над офисным корпусом мотеля, но врач сказал, что ему опасно подниматься по приставной лестнице.

— Дик, перестань сейчас же! — возмущенно воскликнула Лора. — Мэтью с Кэрри и без того сделали для нас слишком много, а теперь ты еще намекаешь, чтобы твой гость красил крышу!

— Я не намекаю, Лора, — невозмутимо ответил Дик, — я просто об этом попросил.

— Все в порядке, — успокоил ее Мэтью. — Конечно, я покрашу портик. Никаких проблем.

Кэролайн подумала, что его голос звучит совершенно естественно. Хотя половина мужчин на его месте отказались бы, а те, которые все-таки согласились бы, сделали бы это неохотно и со скрытым раздражением из-за того, что ими так манипулируют. Но только не Мэтью.

Да, она действительно не ошиблась, думая, что день их встречи, пожалуй, самый счастливый в ее жизни, несмотря на все удары судьбы, которые она тогда испытала. Просто она осознала это немного позже, когда начала смотреть на него не как на случайного человека, который по удачному стечению обстоятельств смог ей помочь, а как на мужчину, резко отличающегося от всех, встреченных ею раньше. И... когда поняла, что влюблена в него.


8


Эта мысль до того потрясла Кэролайн, что она едва не вскрикнула от неожиданности — словно кто-то другой произнес это вслух. Влюбляться — вот уж чего она никогда не собиралась делать! И сейчас ее взволновало не то, что ее выбор пал на Мэтью, а само возникновение этого чувства.

Уже очень давно она поняла, что для женщины с ее положением влюбиться — значит совершить непростительную ошибку. Чрезмерная забота, которую проявляли о ней окружающие, начиная с самого детства, сделала ее слишком уязвимой. Она боялась, что человек, которого она полюбит, вполне может использовать ее чувства в корыстных целях, подчинить ее себе, манипулировать ею.

Когда ей стали известны истинные планы Найджела, она испытала чувство оскорбленной гордости, а не ревность или отчаяние влюбленной женщины, узнавшей, что ее обманули. Она собиралась выйти за него замуж по расчету, и никакие эмоции не ослепляли ее, не лишали здравомыслия, не мешали ей ясно видеть все недостатки будущего мужа — они просто мало ее волновали. Когда его замысел раскрылся, ее действия были быстрыми, спокойными и хладнокровными. Вот если бы она любила Найджела... Страшно даже представить себе, что произошло бы в этом случае. Разумеется, она поверила бы любым его объяснениям и обещаниям, простила бы его, возможно даже сама попросила бы у него прощения за нелепые подозрения. И вышла бы за него замуж. А потом...

Кэролайн вздрогнула при одной мысли о последствиях. Нет, она просто не может позволить себе руководствоваться эмоциями, а не рассудком. Попасть в водоворот необузданных страстей и опрометчивых поступков, который называется любовью...

Когда она делала Мэтью предложение о фиктивном браке, то руководствовалась исключительно здравым смыслом. Ей было ясно, что он порядочный человек и на него можно положиться, и потому она приняла вполне разумное в сложившейся ситуации решение.

Перемена в ее чувствах произошла позже, незаметно для нее самой. Брак, вначале казавшийся лишь простой формальностью, теперь вызывал у нее совсем другие чувства. Но, может, это лишь кратковременное увлечение, иллюзия, которую она сама себе выдумала, чтобы немного унять оскорбленное самолюбие после истории с Найджелом? Нельзя же в самом деле без памяти влюбиться в человека, встреченного всего несколько дней назад! Возможно, иллюзию любви вызвали и внешние обстоятельства: ее внезапное бегство, поездка с Мэтью через несколько штатов, напоминающая историю из какого-то фильма... Ощущение необычности, почти нереальности происходящего могло сделать ее более впечатлительной, и она придумала себе романтическую любовь — непременную составную часть подобных историй. Когда она вернется в привычный мир, все снова станет на свои места.

Разумеется, их денежное соглашение останется в силе. Кстати, еще и поэтому не стоит поддаваться чувствам. Любовь и деловое партнерство — плохие попутчики.

Кэролайн удовлетворенно вздохнула, разобравшись со своими мыслями, и тут перехватила взгляд Мэтью, устремленный на нее.

— Если только у тебя нет каких-то планов, о которых ты мне еще не говорила.

Спохватившись, она поняла, что пропустила часть общего разговора.

— Ты о чем?

— Я собираюсь покрасить портик, — терпеливо повторил Мэтью. — Если тебе завтра от меня ничего не нужно...

Кэролайн отрицательно покачала головой.

Он как-то странно взглянул на нее, затем повернулся к Дику.

— Значит, завтра. Если только не будет дождя. — С этими словами Мэтью поднялся и добавил: — Я вижу, у Кэрри усталый вид, поэтому нам, пожалуй, пора идти. Спасибо за ужин.

Почти автоматически Кэролайн поблагодарила Лору и Дика и пожелала им спокойной ночи. Они проводили ее сочувствующими взглядами. В сопровождении Мэтью она вышла на улицу и по усыпанной гравием дорожке направилась к домику — своему временному убежищу.

— О чем ты задумалась? — спросил он. — Совсем недавно у тебя был полностью отрешенный вид.

На одно безумное мгновение Кэролайн захотелось рассказать ему о своих чувствах, и она лишь с большим трудом сдержалась. Интересно, как бы он отреагировал? Скорее всего, пришел бы в недоумение. Или того хуже — испугался бы этих неожиданных излияний и просто уехал бы от греха подальше. Нет-нет, они отличные компаньоны и спустя некоторое время могут стать хорошими друзьями. Но не более того. Мэтью вряд ли захотел бы взять в жены такую избалованную и придирчивую особу. Да и она сама не могла представить себя в роли его жены.

— Я просто устала, — сказала Кэролайн. — Нужно поскорее лечь спать. Завтра я думаю снова помочь Лоре с уборкой.

— Мы можем сделать это вместе, как сегодня, — предложил Мэтью. — Покраска портика не займет много времени.

На ступеньках домика их дожидалась все та же черная кошка. Увидев их, она вскочила, выгнула спину дугой и недовольно замяукала.

— По-моему, она спрашивает, где мы так долго пропадали, — улыбнувшись, сказала Кэролайн.

Мэтью открыл дверь, и кошка быстро проскользнула внутрь.

— Впервые за все наше путешествие мы проводим две ночи подряд на одном и том же месте, — заметила Кэролайн, входя в домик.

— Кстати, я тоже сейчас об этом подумал, — отозвался Мэтью. — Создается даже ощущение дома. Особенно в присутствии вот этого создания. — Он погладил кошку, которая терлась о его ноги, и добавил: — Иди спать, Кэрри. Я покормлю ее сам.

Кэролайн быстро приняла душ, почистила зубы и улеглась в постель, погасив верхний свет и оставив лишь слабый ночник. Мэтью все еще оставался на кухне.

Ей по-прежнему не давали покоя мысли о нем. Она уже не была уверена, что ей следует молчать о своих чувствах. Но, заговорив о них, она рисковала разрушить весь свой предшествующий замысел, который уже близок к осуществлению.

Мэтью осторожно вошел в комнату, и она тотчас же закрыла глаза, притворившись спящей. Он разделся, лег в постель и погасил ночник. Вскоре Кэролайн услышала, как его дыхание стало более медленным и глубоким, и, открыв глаза, стала всматриваться в его лицо, словно пытаясь разглядеть в нем что-то, не замеченное прежде.

В полумраке комнаты лицо Мэтью казалось портретом, написанным художником-кубистом, — сочетание резких линий и контрастных теней придавало ему что-то нереальное. Но реакция у Кэролайн была иной, чем у человека, рассматривающего произведение искусства. Она почувствовала внезапный прилив нежности к мужчине, безмятежно спавшему рядом с ней.

Она никогда не испытывала ничего подобного по отношению к кому-либо и сейчас удивлялась, откуда в ней появилось желание оберегать и защищать этого человека, заботиться о нем, тем более что он в этом явно не нуждался.

Вглядываясь в его лицо, Кэролайн словно желала убедиться, что рядом с ней он, ее уже ставший привычным спутник и деловой партнер, но вместо этого видела мужчину, который неожиданно стал средоточием всей ее жизни.

Через некоторое время она отстранилась от него, будто боясь, что при таком близком расстоянии ее чувства каким-то непостижимым образом станут ему известны, и, не в силах заснуть, прислушалась к своим новым ощущениям.

Да, она влюблена в Мэтью Фримена, и, сколько ни убеждай себя, что это чистое безумие, от которого надо немедленно избавиться, все напрасно. Как же глубоко всего за каких-нибудь несколько дней успело укорениться в ней пугающее ее чувство! Теперь уж и не припомнишь, в какой момент оно зародилось. Если бы она сумела тогда уловить этот миг, можно было бы попытаться хоть как-то справиться с собой. Но теперь поздно. Она уже не способна сопротивляться любви, нахлынувшей на нее как морской вал, — можно лишь позволить ей захлестнуть себя и унести в бурный водоворот.

Вспоминая прошедший день, Кэролайн подумала: неудивительно, что я так нервничала, когда говорила ему о возможном бракосочетании здесь, в Мейсон-сити. Да, в самом деле она боялась, что Мэтью, устав от всех перипетий, связанных с их побегом, просто-напросто откажется жениться на ней, несмотря на все выгоды, которые принес бы ему такой шаг. Она боялась, что обещанное ею вознаграждение окажется не таким важным для него, как он сам — для нее.

Однако сейчас Кэролайн уже могла честно признаться, по крайней мере самой себе, что спасительный фиктивный брак ее уже не интересует, и тревожилась она уже совсем не из-за того, что он не состоится. Несмотря на все аргументы, которые она себе приводила, этот брак уже не был ее основной целью. Ей нужен Мэтью Фримен, и только он. И она готова пойти на любые уловки — даже на самообман, — чтобы добиться своего.

А ведь он просто согласился оказать ей услугу — точно так же, как сегодня согласился помочь пожилым хозяевам мотеля с домашними делами...

«Выйти замуж за одного охотника за приданым, чтобы избавиться от других таких же»... Да, Мэтью совершенно прав — ее доводы лишены всякого смысла. Все эти мысленные хитросплетения не годятся даже на то, чтобы убедить ее саму в искренности своих намерений! Но сейчас она честно призналась себе в своих чувствах. Она любит Мэтью и хочет остаться с ним навсегда. Это объясняет все и напрочь отметает разумные возражения, которые еще теплятся в ее сознании.

Но ведь он по-прежнему убежден, что ее намерения продиктованы взбалмошностью или в лучшем случае безвыходностью ее положения, и ничем иным.

Что же теперь делать?

В этот момент Мэтью не просыпаясь повернулся на бок, и его рука обхватила плечи Кэролайн. Она резко вздрогнула от неожиданности, но затем, расслабившись, вытянулась рядом с ним и придвинулась ближе, ощущая вместе с теплом, исходящим от его тела, умиротворение и безопасность.

Уже засыпая, она подумала, что ответ на все вопросы придет сам собой — ей просто нужно поступать в соответствии с тем, что она считает правильным, и не обманывать ни себя, ни его. Тогда рано или поздно все будет хорошо.


Когда Кэролайн проснулась, Мэтью уже не было. Сквозь открытое окно падали лучи солнца, и она подумала, что он встал пораньше, чтобы покрасить крышу портика, пока не начало припекать слишком сильно. Это даже к лучшему — ей бы не хотелось при пробуждении оказаться лицом к лицу с ним после всех ночных размышлений и после того, как они заснули в объятиях друг друга. У нее есть немного времени, чтобы еще раз подумать обо всем на свежую голову.

Что действительно стоило бы сделать, решила Кэролайн, так это сказать Мэтью, что она не может выйти за него замуж. Но если он потребует объяснений — а он имеет на это полное право, — то вряд ли она сумеет толком оправдаться. Разумеется, она не станет называть истинную причину, это сделает ее слишком уязвимой. Она сможет защититься от последствий собственного безумия только в том случае, если Мэтью никогда не узнает о ее чувствах.

Конечно, Кэролайн не считала, что он мог бы воспользоваться ее слабостью в своих целях и манипулировать ею, как наверняка это сделал бы Найджел или кто-то другой в подобных обстоятельствах. Но это только осложняет дело. Именно потому, что она не сомневается в честности Мэтью, признание в любви становится для нее невозможным. Если он не может искренне ответить на ее чувства, то не станет притворяться, а прямо скажет об этом. После чего ее жизнь потеряет всякий смысл.

Конечно, она может придумать другие более или менее правдоподобные причины, но тогда у него возникнет закономерный вопрос: почему она молчала о них раньше и вдруг заговорила уже после того, как они подали заявление?

Если Кэролайн и была в чем-то твердо уверена, так это в том, что Мэтью не потерпит никаких уверток или неубедительных отговорок. Его сможет убедить лишь действительно веская причина, неуязвимая для любых подозрений. Я должна срочно что-то придумать, сказала себе Кэролайн. У него не должно возникнуть сомнений в том, что она отказывается от замужества из-за чего-то действительно важного. После всех испытаний и препятствий, возникавших на их пути, должно было произойти что-то очень серьезное, что заставило ее отказаться от своего первоначального намерения. Но что бы это могло быть?

Она в отчаянии тряхнула головой и встала с постели. Может быть, физическая работа отвлечет ее от бесплодных размышлений и тогда решение придет само собой? Она оделась, привела себя в порядок и отправилась в офис мотеля, чтобы взять у Лоры все необходимое для уборки комнат. Еще издалека она увидела Мэтью, который, стоя на высокой приставной лестнице, красил крышу портика над входом. Наблюдая за его ловкими, уверенными движениями, Кэролайн почувствовала, как ее снова охватывает теплая волна нежности. Все доводы разума вновь обратились в прах — ее физическое состояние как нельзя лучше подтвердило истинность ее чувств. Она ощутила одновременно тяжесть и легкость во всем теле, голова у нее закружилась, во рту пересохло от охватившего ее физического желания.

Дура! — мысленно выругала она себя. Не смей даже думать об этом! Но ощущение не проходило. Остротомительное пульсирующее тепло, зарождаясь где-то в глубине ее естества, нарастая, обжигающими волнами распространялось по всему телу.

В конце концов, попыталась успокоить себя Кэролайн, в этом нет ничего необычного. Она нормальная, здоровая молодая женщина, и постоянное присутствие рядом с ней привлекательного мужчины не может оставить ее полностью равнодушной. Но она тут же напомнила себе, что Мэтью далеко не первый встреченный ею привлекательный мужчина, однако ни к одному из них она не испытывала подобных чувств.

Как она могла не заметить, что с ней происходит, еще в первые дни их путешествия? Тогда, у телефонной будки, он целовал ее и все ее тело словно таяло и растворялось в сладкой истоме... Но чего, собственно, она так боялась и боится? О, разумеется, не того, что практический любовный опыт ее разочарует. Она опасалась, что если позволит Мэтью заняться с ней любовью, то не сможет скрыть того, что любит его. Ее сдержанность лишь обратная сторона отречения от самого этого чувства. И все то время, пока она ощущала желание заняться с ним любовью, она продолжала верить в иллюзию, которую старательно поддерживала в себе: она выходит за него замуж лишь по необходимости, продиктованной обстоятельствами.

Сейчас Кэролайн уже с трудом могла поверить в то, что была до такой степени наивной...

Мэтью обернулся, словно почувствовав ее взгляд, и, отложив кисть, спустился по приставной лестнице на землю.

— Доброе утро, — сказал он. — Хорошо спала?

Кэролайн кивнула, невольно размышляя, почему он об этом спросил. Неужели она каким-то образом выдала себя во сне? Может быть, разговаривала?

— Да, вполне. А что? Я тебя чем-то потревожила во сне?

— Нет, ничем. Между прочим, Лора наблюдает за нами из окна. Мне кажется, мы должны дать ей хоть какое-то доказательство своей безмерной любви друг к другу.

Хорошо, что Кэролайн стояла спиной к окну, ибо на ее лице отразилось замешательство и едва ли не страх, когда Мэтью, приблизившись, привлек ее к себе и поцеловал. Его губы были слегка жестковатыми, и это еще сильнее возбуждало ее. Ее лицо разгорячилось, мысли в голове спутались, словно она выпила бокал вина. Почти забывшись, она отвечала на поцелуи Мэтью, гладила его волосы и плечи. И все же какая-то часть ее сознания не позволяла хотя бы в рамках ситуации поддаться нахлынувшим чувствам. И не только из-за Лоры, но и потому, что трудно было отрешиться от горькой мысли: со стороны Мэтью это лишь спектакль, разыгрываемый им для отвода глаз.

— Лора, должно быть, просто счастлива, — заговорщически прошептал он.

Эти слова заставили Кэролайн окончательно сбросить окутавший ее дурман.

— Да, наверное, — согласилась она. — Надеюсь, в награду мы получим холодный лимонад. Я умираю от жажды.

Она отстранилась от Мэтью, и он не сделал ни малейшей попытки ее удержать.

— Может быть, ты будешь так любезна, что принесешь мне стаканчик, пока я переставлю лестницу? — попросил он.

«Любезна». Вот единственное, чего он от нее хочет. И, если рассуждать здраво, именно таковой ей и следует оставаться — быть любезной, но не более того.

Но позднее, принеся ему лимонад и отправившись заниматься уборкой, Кэролайн решила, что ни о какой любезности не может быть и речи. Она любит этого человека и сделает так, чтобы он остался с ней. Чего бы ей это ни стоило!


Мэтью переставил лестницу и снова взобрался наверх, чтобы докрасить остаток крыши. Но мысли его были далеки от работы.

У Кэролайн явно появились какие-то тайные мысли, это очевидно. Когда он подошел к ней, чтобы обнять, на лице ее явно читалось замешательство, которого раньше не было. Вряд ли, подумал он, причина том, что в это время за ними наблюдали. Она целовала его с такой осторожностью, словно боялась, что он опрокинет ее на землю и займется с ней любовью прямо здесь. Не то чтобы его не привлекала такая идея, но...

«Я тебя чем-то потревожила?» — спросила она. Этот, на первый взгляд невинный, вопрос был достаточно двусмысленным, в нем чувствовался эротический подтекст. Неужели она не понимает, какое впечатление производит на него? Неужели ей никогда не приходило в голову, что он просто теряет голову, лежа с ней в одной постели, а тем более держа ее в объятиях? И не заметила, какого труда ему стоило представить все это невинной игрой, чтобы якобы доставить удовольствие славной кумушке, у которой они поселились?

Возможно, с его стороны было ошибкой согласиться на авантюру с фиктивным браком. Не исключено, что она сама уже раскаивается в своем необдуманном решении. Ему давно стоило бы напрямую спросить ее, по-прежнему ли она уверена, что хочет осуществить свой план. Он просто дурак, что до сих пор этого не сделал. Нужно просто сказать, что он не собирается жениться на ней — даже фиктивно, — если у нее возникли какие-то сомнения. Это будет проявлением здравого смысла, не говоря уже о порядочности. Конечно, ее решение было спонтанным и необдуманным, и он не хочет злоупотреблять им. Чего доброго, потом она обвинит его именно в том, что он воспользовался ее смятением, чтобы получить немалые деньги. И если этого не скажет она, то конечно же скажет ее отец. Так будут считать и все ее знакомые.

Однако Мэтью не мог не признаться себе, что сейчас ему гораздо труднее высказать ей все свои соображения, чем несколько дней назад. И деньги не играют тут никакой роли. Он уже почти забыл о них...


Лора и Дик снова пригласили их на ужин, после чего все четверо расположились на ковре для очередной партии в скрэббл.

— Может быть, это немного поможет тебе отвлечься от мыслей о предстоящем событии, — сказала Лора. — Ты, наверное, все время думаешь о том, что что-то забыла, и тревожишься по пустякам. Так всегда бывает. — И она улыбнулась.

Кэролайн не стала разубеждать Лору, но на самом деле ее совсем не волновали детали предстоящего бракосочетания. Сегодня днем они с Мэтью говорили с нотариусом, и тот сказал, что свидетельство о браке они смогут получить послезавтра, в пятницу, в двенадцать часов дня. О чем еще беспокоиться?

С трудом доиграв партию в скрэббл (в этот вечер им с Мэтью везло больше, но они все равно проиграли), Кэролайн сказала, что ее клонит в сон. Попрощавшись с хозяевами, они в молчании дошли до своего домика, но у порога Мэтью неожиданно остановился.

— Пойду прогуляюсь до супермаркета, — сказал он.

— Зачем? — удивилась Кэролайн. — Неужели ты остался голодным после такого роскошного ужина?

— Нет, просто хочу пройтись.

— А можно мне с тобой? — спросила она еще до того, как мысль об этом промелькнула в ее мозгу.

Мэтью заколебался.

Кэролайн в тот же момент пожалела о своем вопросе. Зачем навязываться, если он явно хочет остаться один? Она уже собиралась сказать, что передумала, когда Мэтью наконец произнес:

— Конечно, я ничего не имею против.

Они пошли дальше по гравиевой дорожке среди подстриженных кустов — он чуть впереди, засунув руки в карманы. Она старалась не думать о том, почему он даже не предложил ей руку, как обычно.

Возле супермаркета Кэролайн увидела газетный автомат.

— Наверняка это та самая местная газета, которая писала об аварии и поместила наши фотографии, — сказала она. — Мне кажется, надо купить хотя бы одну на память.

Мэтью порылся в кармане и достал несколько мелких монет.

— Во всяком случае, такой сувенир интереснее, чем твой гипсовый макет Нью-Данхилла. Да и места занимает не так много.

Не отвечая, Кэролайн скорчила гримаску. Она взяла монетки и бросила их в автомат. Даже легкое прикосновение к ладони Мэтью заставило ее испытать уже знакомое физическое волнение. Это становилось почти смешным, но она ничего не могла с собой поделать.

«Мейсонский вестник», пожалуй, был самой тоненькой газеткой из всех, что когда-либо попадались ей в руки. Сообщение о столкновении машин, фотографии с места происшествия и портреты Кэролайн и Мэтью крупным планом занимали большую часть первой полосы. Своей фотографией Кэролайн осталась не особенно довольна.

— Подумать только, тот клерк сказал, что на этой фотографии я больше похожа на себя, чем на той, что в паспорте!

— Просто неудачный ракурс, — заметил Мэтью, заглянув ей через плечо. — Тебе купить что-нибудь?

— Нет, спасибо, — ответила она и осталась стоять на улице с газетой в руках, в то время как он пошел в находившийся рядом супермаркет.

К ее удивлению, вернулся он не один, а в компании уже знакомого им Тэдди Бернса, мэра Мейсон-сити. Тот пожал Кэролайн руку и тут же спросил:

— Почему вы мне сразу не сказали?

— О чем? — удивилась она.

— Что вы собираетесь пожениться.

— Просто не хотели давать повод для лишних сплетен. Если уж обычное столкновение машин превратилось в целую сенсацию...

— Что поделаешь, — вздохнул Тэдди, — здесь ведь почти ничего не происходит. Кстати, я узнал о ваших намерениях совершенно случайно, и не в результате сплетен. Мне сказал об этом редактор газеты, а сам он узнал в суде, когда заехал расспросить о подробностях аварии.

— О подробностях? — машинально переспросила Кэролайн. Ее вновь охватило беспокойство, но она тут же напомнила себе: только один шанс на десять тысяч, что ее отцу попадется в руки «Мейсонский вестник».

— Редактор даже расстроился, что не узнал об этом раньше — тогда известие о вашей свадьбе появилось бы в том же номере, — добавил Тэдди. — Говорил, что собирается вас навестить, чтобы уточнить какие-то детали, и поместить эту новость в следующем выпуске.

— Нет... — начала было Кэролайн.

Но Мэтью ее перебил:

— Да, конечно.

Тэдди недоуменно перевел взгляд с одного на другую.

— Ладно, я думаю, вы решите этот вопрос, — дипломатично сказал он. — Если я смогу быть вам чем-нибудь полезен, обязательно сообщите.

— Может, он подарит нам на свадьбу новый «кадиллак»? — вполголоса сказала Кэролайн, когда они распрощались с Тэдди и пошли обратно к мотелю. — Или по крайней мере хоть какое-то передвижное средство? Нам ведь даже не на чем возвращаться домой. Мою кредитную карточку пришлось оставить по дороге, а твою, насколько я понимаю, мы почти всю израсходовали.

Мэтью слегка замедлил шаг и, разорвав пакетик с арахисом, бросил в рот пару орешков. Прожевав их, он спросил:

— Ты так спешишь вернуться домой?

— Мне просто не хочется, чтобы наш «медовый месяц» во всех деталях был расписан в «Мейсонском вестнике», — усмехнулась Кэролайн.

— Хорошо, я постараюсь что-нибудь придумать, — ровным тоном заверил он.

— Что у тебя на уме?

— Я скажу тебе, если мой замысел удастся.

— А мне казалось, что мы собирались все делить пополам. Денежные расходы, информацию...

Мэтью удивленно приподнял брови. Затем достал из пакетика еще одно ядрышко арахиса.

— В самом деле?

Кэролайн прикусила губу. Ей не так уж важно было обсуждать детали возвращения домой, но последние слова Мэтью ее насторожили. Неужели он заподозрил, что у нее появились какие-то тайные мысли? Еще не хватает, чтобы он догадался какие.

Когда они дошли до мотеля, Мэтью остановился у входа в их домик и уселся на ступеньки.

— Спокойной ночи, Кэрри, — сказал он. — Я еще немного посижу здесь. Заодно доем орешки.

Кэролайн открыла дверь, и в лицо ей ударила волна горячего застоявшегося воздуха.

— Мы забыли включить кондиционер. Пожалуй, я тоже немного с тобой посижу. — И она села на ступеньку рядом с Мэтью.

Небо было абсолютно чистым, и неяркие огни маленького городка, видневшиеся вдали, не могли затмить звезды. Кэролайн подтянула колени к подбородку и обхватила их руками.

— Когда я была маленькой, мне хотелось знать названия всех созвездий, — задумчиво проговорила она.

— А какие еще у тебя воспоминания о том времени?

— Каждый день был расписан буквально по минутам, — со вздохом произнесла Кэролайн. — Скажи, Мэтью, это, должно быть, здорово — вырасти без присмотра нянюшек и телохранителей? Ты рос в том же поместье, что и я, но ведь у тебя о детстве совсем другие воспоминания, верно?

— Ты имеешь в виду потайную калитку? — с улыбкой спросил он.

— А кстати, когда ты ее обнаружил?

— Мне было лет восемь или девять. Вскоре после того, как мы переехали и стали жить в вашем поместье. В те времена стена не настолько заросла плющом, как сейчас, и я нашел калитку без особого труда.

— А ты всегда жил только с отцом? Хотя, если тебе не хочется говорить на эту тему...

— Да нет, никаких семейных ссор и неурядиц не было. Моя мать умерла за год до того, как мы переехали.

— Прости, — тихо сказала Кэролайн. — Должно быть, тебе нелегко дался этот переезд. Сразу потерять все — мать, прежний дом, друзей...

— В общем все обошлось без особых сложностей. Переезд скорее помог забыть о смерти матери. Появились новые впечатления, новые друзья...

— А твой отец не беспокоился за тебя?

— Ну, он думал, что если со мной будет твориться что-то неладное, то он вмешается. Однако я не давал ему поводов для беспокойства. Просто иногда отпирал калитку и уходил гулять в лес. Отец об этом не знал. — Мэтью скомкал пустой пакетик из-под арахиса и сунул его в карман. Затем, помолчав, мягко спросил: — Кэрри, ты передумала насчет свадьбы, не так ли? — Его голос был немного грустным, словно он уже знает ответ.

Кэролайн невольно вздрогнула. Значит, он почувствовал ее состояние. Что ж, он прав, и теперь ей представился удобный случай сказать об этом. Наверняка Мэтью не будет требовать от нее объяснений.

Но, несмотря на это, Кэролайн не могла произнести ни слова, сама не понимая почему. Ведь она, кажется, уже все обдумала. У нее нет другого выхода, как честно признаться Мэтью в том, что произошло. Она должна сказать, что случилось то, чего она не могла предвидеть, — она влюбилась в человека, встреченного несколько дней назад, и не хочет вступать с ним в фиктивный брак. Она с радостью вышла бы за него замуж по-настоящему, но, разумеется, не вправе требовать от него ответных чувств.

Однако Мэтью, вполне возможно, истолкует ее слова иначе. Он может решить, что она раскаялась в своем намерении отдать ему обещанное вознаграждение. Разумеется, он не скажет этого прямо, но в глубине души наверняка будет презирать ее. После этого конечно же она навсегда потеряет его.

Или лучше промолчать и оставить все как есть? Мэтью получит обещанные деньги, а она сможет остаться с ним еще на какое-то время и тогда, может быть, придумает, как ей действовать дальше.

Что ж, первый вариант честнее, но второй — более разумен. И я знаю, что ты выберешь, усмехнувшись про себя, подумала Кэролайн.

— Нет, — спокойно ответила она, — я не передумала. — Она встала на ноги и слегка потянулась. — Ты идешь?

— Я еще немного посижу.

— Ты не хочешь больше со мной разговаривать? Надеешься, что я уже засну, когда ты придешь? Почему?

— Потому что я не могу больше этого выносить! — неожиданно резко ответил Мэтью. — Постоянно видеть тебя рядом, чувствовать, как во сне ты прижимаешься ко мне, а потом обнимать и целовать тебя на людях, прекрасно зная, что это всего лишь комедия... Послушай, если ты действительно передумала, мне лучше уехать прямо сейчас. Ты сможешь позвонить отцу, и тогда у тебя не будет проблем, как добраться до дому. Что касается меня...

— С чего ты взял, что я передумала? — перебила его Кэролайн.

— Твои слова и твое поведение слишком явно расходятся друг с другом.

— Вот как? В таком случае мне, наверное, стоит изменить поведение. — Она осторожно протянула к нему руку и нежно провела ею по щеке и шее Мэтью.

— Послушай, Кэрри... — Его голос был неузнаваемо хриплым. — Тебе лучше хорошенько подумать об этом.

Улыбнувшись, Кэролайн прижала указательный палец к его губам.

— Я и так уже слишком много думала, Мэтью. Теперь настало время действовать...


9


Медленно расстегивая пуговицы рубашки Мэтью, Кэролайн видела, что ее пальцы слегка дрожат — не от страха, а от головокружительного чувства узнавания. Как будто она ждала этого человека всю жизнь и вот теперь наконец будет принадлежать ему, а он — ей. Вся предшествующая жизнь казалась ей сном в ожидании его прихода. На миг ей стало страшно от мысли о том, что она могла не дождаться его и выйти замуж за другого. Но этого не случилось, и теперь она понимает почему. Волею судьбы она должна была повстречать Мэтью и остаться с ним.

Кэролайн провела ладонью по его груди и прижалась губами к впадинке у основания шеи. Он гладил ее волосы, спину и плечи, затем его руки спустились к ее бедрам, он подхватил ее и отнес на кровать.

Еще вчера они лежали рядом друг с другом, втайне мечтая — теперь она была уверена в этом — об одном и том же и не зная, что эта мечта так скоро осуществится. Наконец-то они могли дать волю так долго сдерживаемым чувствам. Кэролайн испытывала ту же пьянящую легкость, что и сегодня утром, когда Мэтью целовал ее, но уже без примеси каких-либо сомнений. Тогда они оба пытались убедить себя, что это игра, часть задуманного плана, хотя и с трудом совладали с собой, чтобы не заняться любовью там же, на улице... Теперь, словно наверстывая упущенное, они неистово ласкали друг друга. Их тела словно разговаривали на своем собственном немом языке, делая лишними слова.

Мэтью осторожно стянул с нее свитер, расстегнул застежку бюстгальтера и сжал ладонями ее груди, обводя соски кончиком языка. Кэролайн, застонав, обхватила его голову и погрузила пальцы в густые жестковатые волосы. Затем он снял с нее джинсы, потом трусики, и его руки легли на ее бедра. Она почувствовала, как они наливаются тяжестью. Словно поддразнивая ее, он лишь слегка проводил пальцами вдоль нежной полукруглой линии внизу ее живота, по внутренней стороне бедер. Когда он коснулся темного треугольника волос между ними, ей показалось, что ее тело опалила горячая волна. Она услышала, как звякнула пряжка его ремня, и через несколько мгновений он, полностью обнаженный, с силой привлек ее к себе. Тяжесть и запах его тела, ощущение шероховатости кожи заставили Кэролайн испытать невероятное возбуждение. Она инстинктивно раздвинула бедра еще до того, как к ним прикоснулась рука Мэтью. Он отстранился, встал на колени и, слегка приподняв ее бедра, вошел в нее. Всем своим существом она ждала этого вторжения, и сейчас ее тело, повинуясь неведомым ей прежде законам, задвигалось с ритмичностью набегающих на берег морских волн. Постепенно ритм начал убыстряться, и вскоре Кэролайн, не помня себя, закричала от невыносимого наслаждения, которое они с Мэтью разделили одновременно.

Потом она долго лежала в его объятиях, не закрывая глаз — словно для того, чтобы не потерять уверенности, что все случившееся не было сном. Но, даже задремав, она продолжала ощущать близость Мэтью, ведь это развеивало все ее опасения и убеждало в том, что теперь ничто не помешает их будущему счастью.


Солнце было уже высоко, когда Мэтью проснулся. Кэролайн продолжала спать. Когда он осторожно высвободился из ее объятий, она пробормотала во сне что-то протестующее, но так и не открыла глаз. Он слегка улыбнулся, плотнее закутал ее в простыню и, одевшись, вышел на улицу и направился к платному телефону возле стоянки.

Ему понадобилось применить все свое умение убеждать, чтобы секретарша Стива согласилась соединить своего босса с человеком, не пожелавшим представиться. Когда Стив взял трубку и узнал Мэтью, в его голосе послышались раздраженные нотки:

— Где тебя носит, черт побери?! Не слишком порядочно с твоей стороны исчезать на столько времени! Когда ты вернешься?

— Сегодня у нас утро четверга, — напомнил ему Мэтью. — Когда я звонил тебе в понедельник, ты сказал, что меня никто не разыскивал.

— С понедельника до четверга много чего произошло, — хмыкнул Стив. — Неожиданно объявилась уйма народу, которым ты нужен позарез. Причем разыскивают они тебя явно не с самыми дружескими намерениями.

— Кто, например?

— Слишком много людей самых разных категорий. Так что ты разоришься, если я буду перечислять имена.

— Наемные рабочие?

— Только один. Очень беспокоился.

— Ладно, скажи, что я скоро буду. Послушай, Стив, мне очень нужно, чтобы ты для меня кое-что сделал. — Мэтью помедлил, обдумывая, как лучше изложить свою просьбу.

Стив истолковал его молчание по-своему и подозрительно спросил:

— Что-то серьезное? Слушай, ты ни во что не вляпался?

— Нет, — ответил Мэтью, — мне просто нужно уладить одно дело в суде...

— В суде? Что происходит, черт возьми? Надеюсь, тебя не задержали за убийство?

— Нет, просто я попал в аварию и разбил машину. Разбирательство в суде будет завтра. Ничего страшного.

— Неужели нельзя было внести залог и вернуться? — недоверчиво спросил Стив.

— В любом случае я вернусь уже скоро, — пообещал Мэтью. Он переложил трубку из одной руки в другую и, случайно обернувшись, увидел Кэролайн, которая шла к нему с противоположного конца стоянки. — Успокой всех, кто обо мне спрашивал. Я на тебя рассчитываю, старина. — И он повесил трубку.

Мэтью не пошел Кэролайн навстречу. Просто стоял, пристально разглядывая ее — от темных кудрявых волос до длинных стройных ног в обтягивающих джинсах. Ему невольно подумалось, что муж такой женщины не сможет не превратиться в диктатора и собственника, даже если по натуре не таков. Первым делом он потребует, чтобы она носила только длинные юбки и никогда не появлялась на людях в джинсах или тем более в шортах...

— Это твой приятель? — спросила она, подходя. — Кого он должен успокоить? Надеюсь, не моего отца или полицейских, которые нас разыскивают?

— Нет, он ничего не говорил о них, — ответил Мэтью и тут же подумал: очень может быть, но просто не успел. — Кажется, начальство слегка забеспокоилось из-за моего отсутствия.

— Даже если ты потеряешь работу, то ничего страшного. У тебя не будет недостатка в средствах после того, как мы поженимся.

— Если только твой отец не отыщет нас сегодня.

— Надеюсь, что нет. Не забивай себе голову. Нам осталось только пережить предстоящую ночь.

Произнеся эти слова, Кэролайн невольно покраснела, и это доставило удовольствие Мэтью.

— Существует много способов ее пережить, — ответил он, заставив ее покраснеть еще сильнее.


Кэролайн закончила уборку нескольких комнат, откуда сегодня утром уехали постояльцы, и уже собиралась взяться за свою собственную, как вдруг на прикроватном столике зазвонил телефон. Она поставила макет Нью-Данхилла обратно на шкаф, едва не уронив его, и в ужасе уставилась на телефонный аппарат. Нет, не может быть, чтобы их разыскали. Должно быть, кто-то ошибся номером. Разве что это Стив, приятель Мэтью, в нерешительности подумала она, слушая долгие звонки. Если да, то Мэтью напрасно дал ему номер... Может, полиция уже побывала у Стива и прослушивает все его телефонные разговоры...

С замиранием сердца она сняла трубку и облегченно вздохнула, услышав голос Лоры. Почему она сразу об этом не подумала? Разумеется, у хозяйки мотеля есть телефонные номера всех постояльцев.

— Кэролайн, не могли бы вы зайти ко мне на минутку?

— У вас все в порядке, Лора?

— Да, не беспокойтесь. Просто зайдите.

Кэролайн сняла резиновые перчатки и, расстегнув заколку, тряхнула волосами. Ополоснув лицо холодной водой, она отправилась в офис мотеля.

Увидев ее, Лора заговорщически подмигнула.

— Дик вместе с Мэтью ушел в магазин скобяных изделий, — прошептала она, — а я хочу показать тебе кое-что.

— Если это бродячая кошка или заблудившаяся летучая мышь, — улыбнулась Кэролайн, — почему бы Дику и Мэтью не узнать об этом вместе с нами?

Лора улыбнулась.

— Ни то, ни другое. Пойдем.

Она провела гостью в свою квартиру. Пройдя через гостиную, они пересекли узкий коридорчик и оказались в спальне. Кэролайн замерла, не веря своим глазам.

Вся комната была завалена свадебными платьями. Они лежали на кровати, на креслах, висели на дверцах шкафа и даже на оконном карнизе. Они были белые, светло-бежевые, бледно-розовые, с открытыми плечами или воротничком-стойкой, с короткими или длинными рукавами, украшены кружевом или расшиты искусственным жемчугом. Всего их было не меньше двадцати.

— Вы собираетесь открыть салон для новобрачных? — улыбнулась Кэролайн.

— Когда ты сказала, что тебе нечего надеть на свадьбу, я почувствовала, что ты сильно расстроена, — с извиняющейся улыбкой сказала Лора. — Сначала я хотела предложить тебе мое собственное подвенечное платье, но потом подумала: а вдруг оно тебе не понравится? Тогда я попросила двух-трех моих подруг одолжить свои. Но они конечно же не удержались от того, чтобы не рассказать об этом знакомым, ведь последние два дня в нашем городке только о вас и говорят. Те в свою очередь тоже решили тебе помочь, и в результате оказалось, что у тебя довольно богатый выбор. Я надеюсь, ты найдешь себе что-нибудь по вкусу.

Забота Лоры настолько тронула Кэролайн, что она не смогла удержаться от слез.

— Спасибо вам, — прошептала она.

— Просто маленький сюрприз к свадьбе, — ответила Лора, делая вид, что не замечает состояния Кэролайн. — Ну что, может быть, займемся примеркой прямо сейчас? Тогда у нас будет больше времени, чтобы подогнать платье по фигуре.

— А владелица не будет возражать?

Лора улыбнулась.

— Вряд ли кому-то из владелиц снова понадобится свадебное платье. Почти все они мои ровесницы.

Кэролайн стерла кончиком носового платка расплывшуюся в уголках глаз тушь и вместе с Лорой приступила к осмотру платьев. Она подолгу изучала каждое из них, поворачивая так и сяк, прикладывая к себе и глядя в зеркало. Наконец она выбрала платье цвета слоновой кости, отделанное бежевыми кружевами, с пышными рукавами и узкой юбкой. Оказалось, что оно идеально облегает фигуру Кэролайн, подчеркивая изящную линию ее бедер и соблазнительно приоткрывая грудь. Когда она повернулась к Лоре, та смотрела на нее с каким-то странным выражением, где радость была затуманена легкой меланхолией.

— Что-то не так? — осторожно спросила Кэролайн.

— Нет-нет, все в порядке, — улыбнулась Лора, и голос ее дрогнул. — Дело в том, что это мое платье.

— Правда? Значит, все ваши подруги зря беспокоились? Пожалуйста, извинитесь перед ними от моего имени.

— Ничего страшного. Наоборот, они обязаны тебе счастливыми воспоминаниями о своей молодости, как и я. Теперь осталось только найти подходящие туфли. Мои, наверное, велики для тебя. Но мы что-нибудь придумаем.


Из окна своей комнаты Кэролайн увидела Мэтью, возвращавшегося вместе с Диком из скобяной лавки. Она сбежала вниз по лестнице и пошла ему навстречу через стоянку. Завидев ее, он улыбнулся, и Кэролайн почувствовала, что ее сердце тает, как сливочное масло в жаркий день.

— Я принес кое-что для тебя, — объявил он, протягивая ей плотную бумажную сумку с названием магазина.

— Из скобяной лавки? И что же это? Полный набор отверток?

— Это не обычная скобяная лавка, — заметил Мэтью.

Раскрыв пакет, Кэролайн с удивлением обнаружила небольшой фотоаппарат. Простая модель, из недорогих, и, судя по всему, раньше уже кому-то принадлежавшая — на крышке было выгравировано «С днем рождения!». Но, несмотря на это, Кэролайн была тронута до глубины души.

— Значит, фотоаппарата с надписью «С днем свадьбы» там не нашлось? — слегка поддразнивающим тоном спросила она.

— Чего нет, того нет, — в тон ей ответил Мэтью. — Вообще-то это, скорее, магазин подержанных товаров. Там попадаются любопытные вещицы: Что касается фотоаппарата, им можно сделать свадебные снимки, даже если на нем написано «С днем рождения». А если ты не хочешь, можешь вволю фотографировать местные пейзажи или нашу знакомую киску.

— Нет, конечно же я хочу свадебные снимки! — запротестовала Кэролайн. — Теперь остается только найти фотографа. А что касается кошки...

— Да?

— Я думаю, что мы не можем просто бросить ее здесь. К тому же в Мейсон-сити вряд ли есть приют для бездомных животных, это слишком маленький городок...

— Ты предлагаешь взять ее с собой?

— Мне кажется, не так уж это и обременительно. Всего несколько дней пути... Кстати, как ты думаешь, нам удастся взять напрокат машину?

— Это слишком маленький городок, — усмехнувшись, повторил ее слова Мэтью. — Вряд ли здесь есть фирма, сдающая в аренду автомобили. Разве что мы найдем способ превратить тыкву в свадебный экипаж, как Золушка. Чего-чего, а тыкв здесь хватает. А как быть с кошкой, даже не знаю. Может, оставить ее Лоре?

— Лора и так уже слишком много для нас сделала, — возразила Кэролайн, — чтобы нагружать ее заботами о кошке.

— Но эта киска, судя по всему, всегда была бродячей. Вряд ли ей понравится сидеть взаперти в машине.

Кэролайн отвернулась и ничего не ответила.

— Ну не расстраивайся, — сказал Мэтью, — что-нибудь придумаем. У тебя сейчас такой же печальный вид, как тогда, когда я впервые тебя увидел. Я имею в виду, когда тебе было шесть лет.

Она обняла его и уткнулась лицом ему в плечо.

— Я уверена, что ты что-нибудь придумаешь, — прошептала она.

— Только не забывай, что у нашей киски могут быть другие планы, отличные от наших, — предупредил ее Мэтью. — А еще у нее есть когти. — Он погладил Кэролайн по волосам.

В этот момент послышался шум мотора и на стоянку въехал автомобиль, показавшийся ей знакомым. Он остановился, и из него вышла светловолосая молодая женщина, одетая с такой элегантностью, какой трудно было ожидать от жительницы провинциального городка. Кэролайн внимательно посмотрела на женщину и узнала ее — это была та самая водительница «кадиллака», с которой они столкнулись на перекрестке и которая, по неодобрительному отзыву мэра, всегда гоняла как сумасшедшая.

Кэролайн шагнула вперед и протянула женщине руку.

— Очень мило с вашей стороны заехать нас проведать, — сказала она. — Надеюсь, для вас последствия аварии не были особенно тяжелыми?

Женщина немного свысока оглядела Кэролайн, одетую в потертые джинсы и одну из старых рубашек Дика — в этом наряде она сегодня занималась уборкой, — и не заметила протянутой руки.

— Я приехала вовсе не для того, чтобы повидать вас, — холодно сказала она. — Просто мне нужно отдать кое-что Лоре. Так что не думайте, что я собираюсь извиняться.

— Или делать что-то другое, означающее, что вы признаете свою вину в случившемся, — тихо произнесла Кэролайн, убирая руку. — Что ж, ваш адвокат может вами гордиться.

Женщина, казалось, не слышала ее.

— Да, не повезло вам — наняться горничной в мотель ради крыши над головой. Хотя, судя по той машине, на которой вы ехали, подобный образ жизни вам не в новинку. Впрочем, это не мое дело. Я привезла Лоре туфли. Интересно, зачем ей понадобились туфли на высоких каблуках, когда она едва может ходить в шлепанцах? Но, так или иначе, вот они. — И она слегка приподняла фирменный пакет, который держала в руке.

— Я надеюсь, они не ваши, — холодно сказала Кэролайн. Она догадалась, что Лора попросила туфли для нее, но скорее отправилась бы на свадьбу босиком, чем надела туфли этой противной особы.

— Нет, они принадлежат моей матери. У нее их сотни. Вы знаете, у меня такое ощущение, что я где-то вас уже видела. Еще до аварии, я имею в виду. Кажется, ваша фотография мне попалась в какой-то газете.

Кэролайн похолодела. Если эта особа видела ее фотографию раньше, значит, она имеет в виду не фотографию из «Мейсонского вестника», а какую-то другую. Судя по элегантной одежде незнакомки, она регулярно просматривает глянцевые женские журналы. В одном из них ей вполне могла встретиться фотография богатой наследницы Кэролайн Олби. Или, еще хуже, она могла прочитать историю побега означенной особы с собственной свадьбы в разделе светских сплетен какой-нибудь крупной газеты.

Но тут Кэролайн вдруг заметила, что незнакомка обращается вовсе не к ней, а к Мэтью, довольно откровенно его разглядывая, и к тому же взгляд ее теплеет и становится все более дружелюбным.

Кэролайн не знала, стоит ли ей облегченно вздохнуть или разозлиться. Сейчас эта нахалка скажет что-нибудь вроде того, что Мэтью точная копия ее второго мужа, с которым она развелась, и что она пока еще не нашла достойного преемника... С нее станется. Такие, как она, привыкли, что все их замыслы увенчиваются успехом и все прихоти исполняются.

— Да, мне это часто говорят, — спокойно ответил Мэтью. — Наверное, дело в том, что многие знаменитости одеваются довольно небрежно и стригутся не слишком часто. Поскольку ко мне это тоже относится, здесь срабатывает некий стереотип. На самом деле не я похож на них, а они похожи на меня.

Женщина рассмеялась.

— Мне нравятся мужчины, у которых высокое мнение о себе, — заявила она.

— Потому что оно совпадает с вашим мнением о себе? — ядовито спросила Кэролайн. — Если хотите, я передам вашу сумку Лоре. Я все равно иду в офис.

Наглая особа небрежным жестом протянула ей сумку, не отрывая глаз от Мэтью. Она смотрела на него, как ребенок смотрит на груду разноцветного мороженого в жаркий день.

Кэролайн повернулась и направилась в офис. Как обычно, она отнесла в стирку корзины с грязным бельем и поставила тележку на место. Затем постучалась в дверь квартиры Лоры и Дика.

— Привезли туфли, которые вы просили, — сказала она, протягивая Лоре пакет. — По правде говоря, получив их от той женщины, я бы первым делом проверила, нет ли в них отравленных лезвий.

— А я думал, здесь только у нашей кошки есть когти, — послышался позади нее голос Мэтью.

Кэролайн покраснела.

— Я понимаю, что мне не стоило уходить подобным образом, но меня смутила ее фраза «Я вас где-то уже видела». Мне показалось, что она обращается ко мне. Только потом я сообразила, что она смотрит на тебя, причем так, словно готова тут же отправиться с тобой в свободный номер.

— Да, мне тоже так показалось, — невозмутимо констатировал Мэтью. — Более того, она пригласила меня в гости. Но я сказал, что должен помочь тебе по хозяйству.

— Ты не мог найти более веской причины для отказа? — возмущенно спросила Кэролайн. — Вот увидишь, она снова тебя позовет!

— Возможно, — согласился Мэтью, скорчив шутливую гримасу.

Кэролайн бросила в него пакет с туфлями, но он ловко поймал его и поставил на пол.

— Дети, вы слишком расшалились, — с притворной строгостью сказала Лора. — Вам нужно пойти отдохнуть. — Она улыбнулась, провожая их, и снова вернулась к вязанию.


День свадьбы выдался солнечным и теплым. Трудно поверить, с улыбкой подумала Кэролайн, что предыдущая свадьба должна была состояться всего неделю назад! Как все изменилось за эти дни! Можно сказать, что все детали изменились с точностью до наоборот, исключая разве что саму невесту. Хотя последнее, пожалуй, спорно: Кэролайн чувствовала себя совершенно другой женщиной, ничуть не похожей на богатую барышню, которая со скучающими видом сидела перед зеркалом, пока стилист сооружал ей сложную прическу.

Единственное, что немного тревожило ее: вдруг в суде каким-то невероятным образом узнают правду и тогда брак с Мэтью не состоится. Но его самого, кажется, ничто не беспокоило. Пока Кэролайн нервно прихорашивалась перед зеркалом, он отправился в душ и, остановившись на пороге, заметил:

— Между прочим, мы могли бы сэкономить время, если бы приняли душ вместе.

— А если мы еще и не будем раздеваться, то сэкономим его вдвойне, — ехидно заметила Кэролайн.

— О, какие у тебя нелепые подозрения! — запротестовал Мэтью. — Мои намерения абсолютно чисты!

Но Кэролайн захлопнула за ним дверь ванной.

Покончив с макияжем, она написала Мэтью записку: «Приходи за мной к Лоре». После чего вышла на улицу.

Лора уже ждала ее с платьем, тщательно отглаженным и аккуратно повешенным на плечики. Она заверила невесту, что платье выглядит так же чудесно, как в день ее собственной свадьбы. Надев его и посмотрев на себя в зеркало, Кэролайн охотно поверила в справедливость ее слов.

Мэтью, кажется, был того же мнения. Глубокий изумленный вздох, которого он не смог сдержать, когда увидел ее, порадовал Кэролайн сильнее, чем любой комплимент.

— Ладно, хватит вам пялиться друг на друга, — добродушно проворчал Дик, — иначе мы опоздаем к нужному времени. Я не собираюсь гнать машину сломя голову.

— Может быть, Мэтью сядет за руль? — предложила Кэролайн.

— Тогда вы точно попадете еще в одну аварию, — хихикнула Лора. — Мэтью будет смотреть только на тебя и ничего не увидит на дороге. Хотя, — добавила она, — его трудно в этом винить.

Но неожиданно выяснилось, что Дик при всем желании не сможет вывести свой автомобиль со стоянки. Дорога перед мотелем была запружена машинами — похоже, здесь собрались все жители городка. Оркестр, состоявший из местных любителей, застыл с инструментами наготове. Толпа хорошеньких старшеклассниц размахивала цветными флажками и воздушными шарами. В центре этого столпотворения стояла запряженная белой лошадью открытая коляска с красными бархатными сиденьями.

— Вот и Золушкина карета, — с улыбкой сказала Кэролайн, обращаясь к Мэтью. — Значит, ты не шутил?

Но Мэтью, судя по всему, был удивлен не меньше, чем она.

— Я здесь совершенно ни при чем, — ответил он.

В этот момент к ним приблизился Тэдди Бернс с мегафоном в руке.

— Нравится? — с гордостью спросил он. — На самом деле это была моя идея.

— Я в этом ни минуты не сомневался, — заверил его Мэтью.

— Заодно небольшая репетиция перед Четвертым июля, — добавил мэр. Он поднес к губам мегафон. — Эй, расступитесь немножко! Дайте малышке пройти!

В этот момент из толпы выбежала хорошенькая девчушка в розовом кружевном платьице и вручила невесте букет цветов. Мэр галантно подал Кэролайн руку и усадил ее в карету. Затем точно так же помог подняться Лоре. Мэтью взобрался следом за ней, и процессия тронулась с места.

— Вообще-то здесь собрались не все, — заметил Тэдди.

— Ну, разумеется, — отозвалась Кэролайн, — у остальных наверняка свои дела... Я удивляюсь, как вообще могло собраться столько народу...

— Остальные ждут у здания суда, — невозмутимо пояснил Тэдди. — Будьте уверены, ради такого зрелища все отложили свои дела.

Кэролайн изумленно покачала головой и улыбнулась. Примерно через полчаса свадебный кортеж добрался до здания суда. Она не могла справиться с сильным сердцебиением и не отважилась прямо посмотреть на Мэтью даже тогда, когда он, сойдя на землю, протянул ей руку и помог выйти из коляски.

Внутри здания суда все тоже выглядело празднично. Здесь уже не чувствовалось запаха пыли и старых бумаг — вместо этого их встретили восхитительные ароматы цветов, смешанные с аппетитными запахами праздничного стола. Вернее, столов было множество — сдвинутые вместе, они располагались по периметру большого зала, украшенного гирляндами цветов и воздушных шаров.

— О Боже! — изумленно выдохнула Кэролайн. — Скажите, Лора, вы об этом знали?

Та лукаво улыбнулась.

— Ну... не во всех подробностях, скажем так.

Клерк, который должен был выдать им свидетельство о браке, так быстро сбежал по широкой лестнице вниз, словно перепрыгивал через три ступеньки.

— Судья только что звонил, — выпалил он. — Его вызвали в соседний округ по срочному делу. Поэтому ему придется задержаться пока еще неизвестно на какое время.

— А я-то боялась, что опоздаем мы, — в отчаянии пробормотала Кэролайн и, с трудом изобразив улыбку, обернулась к мэру. — Даже если все расписано до мелочей, всегда найдется какая-то загвоздка, верно? Скажите, Тэдди, а вы сами не можете подписать свидетельство?

Тот сокрушенно покачал головой.

— В этом штате у мэра нет такого права. Сожалею, но придется подождать.

— Раз уж так, — вмешался Мэтью, — почему бы нам не устроить свадебный банкет до получения свидетельства о браке? В конце концов, это просто формальность.

— Хорошая идея! — одобрил Тэдди. — Эй, музыку! — крикнул он в толпу. — И давайте открывать шампанское!


Мэтью и Кэролайн находились в дальнем конце зала, поэтому едва ли не последними заметили прибытие судьи. Они догадались о его появлении, когда присутствующие внезапно замолчали и повернулись к двери, держа в руках бокалы.

— Приветствую всех! — звонко произнес маленький кругленький человечек, похожий на фермера, на котором судейская мантия смотрелась весьма необычно. Оглядев толпу, он тут же выделил из нее жениха и невесту и, обращаясь к ним, сказал: — Прервемся на минутку, чтобы уладить все формальности. А потом я с удовольствием выпью с вами шампанского.

Мэтью галантно подставил Кэролайн полусогнутую руку, она оперлась на нее, и оба последовали за судьей. Все приглашенные тоже двинулись следом. И жениху и невесте показалось, что путь длится бесконечно долго.

К тому моменту, когда они подошли к кабинету судьи, нервы у Кэролайн были на пределе: может быть, отец действительно был прав, промелькнуло у нее в голове, и в самый последний момент все невесты начинают нервничать? Но, Бог свидетель, если бы у нее оставались какие-то сомнения, она здесь не находилась бы. Просто события последней недели развивались с такой головокружительной быстротой, что могли бы выбить из колеи и более уравновешенную женщину, чем она.

— Пусть все, кроме брачующихся, остановятся и подождут здесь, — сказал судья, повысив голос.

Приглашенные столпились на площадке перед входом. Тут Кэролайн показалось, что она слышит какой-то шум на лестнице. Кто-то быстро поднимался по ступенькам. Затем послышались шаги, приближавшиеся к кабинету судьи.

— В чем дело? — спросила она. У нее внезапно пересохло в горле.

— Я полагаю, прибыл ваш отец, — мягко сказала Лора, стоявшая рядом с ней.

Кэролайн почувствовала, что сейчас упадет в обморок.

— Кто... кто вам об этом сказал? — запинаясь спросила она.

— Об этом знали почти все в городе, — вместо Лоры ответил Тэдди Бернс.

— Но никто не собирался доносить на вас, — поспешила заверить ее Лора, — потому что нам всем это казалось очень романтичным.

— Но, если никто не сообщал моему отцу о том, что я здесь, — произнесла потрясенная Кэролайн, — как же он меня нашел? — И она беспомощно взглянула на Мэтью.

Взгляд его карих глаз был по-прежнему открытым, рука, сжимавшая ее руку, оставалась такой же твердой. Но он не произнес ни слова.

Тут обе створки лестничной двери широко распахнулись и в проеме возник собственной персоной Марк Олби. Как всегда, его окружало множество людей, но Кэролайн, быстро оглядев сопровождающих, с облегчением убедилась, что Найджела среди них нет.

Пробраться через толпу было трудно, и Марк прямо с порога громовым голосом произнес:

— Что ж, кажется, я успел вовремя. Извини, Мэтью, что едва не опоздал, но ты меня не предупредил, как трудно найти машину в ближайшем аэропорту. Да и путь от него неблизкий.


10


Если бы здание суда внезапно обрушилось и рассыпалось в прах, Кэролайн не была бы так потрясена, как при этих словах отца.

— Это ты... — с трудом произнесла она, обращаясь к Мэтью, — это ты сказал ему?..

— Да, — ответил он, не отводя взгляда. — Но события немного вышли из-под контроля. Я не хотел, чтобы все произошло именно так.

— Надеюсь, что не хотел, — сказала Кэролайн внезапно охрипшим голосом. — Ты не мог предвидеть, что нам устроят парад, как на День независимости, и что судья опоздает. А на что ты рассчитывал? Что отец приедет после выдачи свидетельства о браке? И ты убьешь сразу двух зайцев — с одной стороны, ты предупредил его как честный человек, а с другой — уже успел жениться на мне и с этим уже ничего не поделать?

Лицо Мэтью окаменело, словно она ударила его.

Кэролайн понимала, что он смертельно оскорблен, но уже не могла остановиться.

— Ты ведь мог сообщить ему и после, не так ли? Но ты хотел, чтобы он лично присутствовал при твоем триумфе! Как же — сын садовника женится на дочери миллионера!

Мэтью ничего не ответил. Он даже не взглянул на нее.

Ее глубоко задело, что он не сказал ни слова в свою защиту, как будто ему было абсолютно безразлично, что она думает о нем.

— Значит, ты все время лгал мне? — продолжила Кэролайн. — Когда ты звонил якобы своему приятелю Стиву, ты на самом деле разговаривал с моим отцом?

— Ничего подобного, — сухо ответил Мэтью. — Я действительно звонил Стиву, с которым мы вместе работаем. Вот он, перед тобой. — И Мэтью указал на молодого человека рядом с ее отцом.

Лицо его было незнакомо Кэролайн, и он не выглядел так, словно входил в ближайшее окружение Марка Олби. В отличие от прочих сопровождающих, одетых в строгие деловые костюмы, Стив был в вельветовых брюках и спортивной рубашке.

— Если это просто твой товарищ по работе, то почему он сейчас рядом с моим отцом? — резко спросила она.

— Понятия не имею, — спокойно ответил Мэтью. — Во всяком случае, я не просил его приезжать.

— Значит, просил его связаться с отцом, чтобы усыпить мои подозрения?

— Нет, он здесь совершенно ни при чем. Я сам звонил твоему отцу.

Мысли вихрем закружились в голове Кэролайн. Все случившееся казалось ей полной бессмыслицей. Если Мэтью и вправду хотел, чтобы ее отец был унижен, приехав на ее свадьбу с сыном садовника, почему он не подождал хотя бы еще день, чтобы официальная церемония наверняка не оказалась сорванной? И не лучше ли было бы в таком случае не вызывать отца сюда, а самому приехать в поместье Олби уже в качестве законного наследника? Но нет, кажется, он хотел именно того, что и случилось: чтобы отец приехал и не допустил их бракосочетания. Ведь не может быть, чтобы Мэтью, который старался предусмотреть каждую мелочь во время их путешествия, вдруг сделал такую дурацкую оплошность и не рассчитал время появления Марка Олби на свадьбе дочери. Значит, он не хотел жениться на ней? Но тогда почему открыто не сказал ей об этом? Ведь она же не силой тащила его к алтарю... Что вообще было у него на уме все эти дни?

Наконец Марк Олби со своей свитой протиснулся сквозь толпу гостей и подошел к Кэролайн. Она была не в силах сказать ему ни слова, даже поздороваться.

— Здравствуй, малышка, — как ни в чем не бывало произнес он. — Похоже, когда ты рассылала приглашения на свадьбу, я оказался в черном списке. — Отец обнял и поцеловал ее. — Возможно, ты будешь лучшего мнения обо мне, когда узнаешь, что я выгнал Найджела из своего дома и из своего бизнеса. Теперь это для него запретные территории.

— Значит, то, что я услышала, оказалось правдой, — пробормотала Кэролайн. — Он и в самом деле растратчик.

Отец, кажется, удивился, что сообщенная им новость не произвела особого впечатления на Кэролайн.

— Хорошо, что он не успел выкачать из меня слишком много денег, — сказал он. — И этим я обязан тебе, малышка. Ты вовремя меня предупредила. Поэтому мне стоит извиниться, что я не сразу тебе поверил.

— Хорошо, — машинально откликнулась Кэролайн.

— И раз уж ты оказалась права, — продолжал Марк, — больше нет необходимости разыгрывать эту мелодраму.

Хорошее слово, подумала Кэролайн. События последних дней действительно напоминают мелодраму. Богатая наследница, сбежавшая из дома в компании сына садовника, а потом влюбившаяся в него... Однако странно, что такое слово пришло на ум ее отцу, он-то ведь не знает об этой неожиданно вспыхнувшей влюбленности... Или знает?.. Хотя какая теперь разница, устало подумала она.

— Я тебе очень благодарен, Мэтью, что ты позаботился о малышке и не дал ей наделать глупостей, — сказал Марк. — Жаль, что ты не дозвонился мне в понедельник вечером. Из-за этого мне пришлось добираться сюда кружным путем через Висконсин и Иллинойс — тем же маршрутом, что и вы, хотя напрямую я мог добраться до Айовы гораздо быстрее.

В понедельник вечером, повторила про себя Кэролайн. Уже после того, как они решили задержаться в Мейсон-сити, но до того, как собрались подавать заявление о браке. Кэролайн тогда даже не подозревала, насколько просто это сделать здесь, и только на следующий день ей сказала об этом Лора. Значит, в тот вечер Мэтью звонил ее отцу, но не смог поговорить с ним лично. Тогда он стал ждать другого случая и согласился на ее предложение пожениться здесь только для того, чтобы не вызвать у нее подозрений...

— Значит, ты узнал обо всем позже? — спросила она у отца.

— Да, с небольшим опозданием. До того, как Мэтью удалось связаться со мной, полиция выяснила ваш маршрут и я отправился следом. Он снова позвонил мне домой, когда меня там уже не было, но по его просьбе ему сообщили телефон мотеля, где я в тот вечер остановился. Я каждый вечер звонил домой, чтобы узнать новости и оставить свои координаты. Когда Мэтью рассказал мне обо всем, я был страшно рад. Меня беспокоило только то, что я не успею на вашу свадьбу. Но, как видишь, опоздал совсем чуть-чуть.

— Ты так говоришь, словно она действительно состоится, — пожав плечами, произнесла Кэролайн.

Отец с легким беспокойством взглянул на нее.

— О Боже, Кэрри, только не говори, что ты снова передумала! Это может превратиться в дурную привычку!

— Ты ведь сам сказал, что нет необходимости продолжать эту мелодраму, — сухо сказала она.

— Вот именно, — подтвердил Марк Олби. — Я хотел убедиться, что ты выходишь замуж потому, что действительно этого хочешь, а не для того, чтобы досадить мне. Но теперь я вижу, что мои опасения необоснованны.

В этот момент Кэролайн осознала, что по-прежнему стоит почти вплотную к Мэтью, и резко отступила в сторону.

— Ты вряд ли могла бы сделать лучший выбор, — добавил отец, не замечая ее состояния.

— В самом деле? — усмехнулась Кэролайн и обернулась к Мэтью. — Сожалею, что ты не получишь пятнадцати процентов ресторанных доходов, на которые рассчитывал. Но я уверена, что с твоим изворотливым умом ты сможешь заработать столько же, пусть и какими-то другими способами.

— Почему он должен был на них рассчитывать? — удивленно спросил ее отец. — Что для него такая мелочь, как пятнадцать процентов дохода от «Малышки Кэрри»?

— Мелочь? — переспросила Кэролайн, не веря своим ушам.

— Да он может купить нас обоих с потрохами! — рассмеялся Марк. — По моим сведениям, его консалтинговая фирма — извини, Мэтью, если раскрываю тайную информацию, — уже принесла ему пару сотен миллионов дохода.

— Ну, не лично мне, — поправил его Мэтью.

— Все же, поскольку ты владелец фирмы, большая часть доходов твоя. Твой бизнес — вещь перспективная, и я рад, что отдаю дочь в надежные руки. Надеюсь, Кэрри, на сей раз у тебя не возникло подозрений, что этот человек женится на тебе из-за денег?

У Кэролайн закружилась голова. Наверное, это сон... или какая-то дурацкая шутка, которую они все сообща договорились с ней разыграть. Мэтью Фримен — обладатель пары сотен миллионов?! Полный бред!

Тут она услышала, как судья позади нее произнес:

— Я полагаю, все вопросы разрешены, так что прошу вас войти в мой кабинет. — Видя, что Марк тут же развернулся, собираясь следовать за ним, судья уточнил: — Только жених и невеста, пожалуйста.

Кэролайн подумала, что сейчас она гораздо охотнее вошла бы в клетку к голодному льву, чем в кабинет судьи вместе с Мэтью. Но как объяснить это всем присутствующим, которые так много сделали для нее и ожидают, что ее свадьба станет настоящим праздником? Объявить им, что этот брак с самого начала задумывался как фиктивный, а теперь необходимость в нем отпала? Боязнь увидеть на их лицах презрительные усмешки была так велика, что Кэролайн, не говоря ни слова, отправилась следом за судьей.

Его кабинет был совсем маленьким — здесь помещался только широкий письменный стол, шкаф для бумаг и два кресла. К удивлению Кэролайн, судья, впустив их, остановился на пороге и сказал:

— Я даю вам полчаса, чтобы переговорить друг с другом наедине. Надеюсь, если у вас и возникли какие-то недоразумения, они благополучно уладятся. В противном случае здесь есть дверь, которая ведет через соседнюю комнату на боковую лестницу. — И он указал на маленькую дверцу рядом со шкафом. — Если вы спуститесь по ней, вряд ли вас кто-то заметит. — С этими словами судья вышел, закрыв за собой дверь.

— Хорошая идея, — сказала Кэролайн, стараясь говорить спокойным тоном. Кажется, ей это почти удалось. — Я полагаю, нужно выйти через боковую дверь прямо сейчас. На улице полно машин, и мы сможем взять любую... точнее, две. — Она помолчала, затем, не выдержав, добавила: — Совсем ни к чему было устраивать весь этот спектакль. Если ты не собирался жениться на мне, мог бы так и сказать.

— Ты не понимаешь, Кэрри, — начал Мэтью, но она резко прервала его:

— Не называй меня так!

— Я позвонил твоему отцу совсем не потому, что раздумал жениться на тебе.

— Ах вот как! — усмехнулась Кэролайн. — Скажи еще, что по-прежнему этого хочешь!

— Я просто сделал то, что давно стоило сделать тебе самой, — негромко произнес Мэтью. — Объяснить ему причину своего побега, рассказав, что ты узнала о Найджеле, и сообщить, что у тебя все в порядке. Возможно, ты боялась застать его в гневе или в отчаянии. Чтобы этого не произошло, я сам решил предварительно поговорить с ним.

— Я тебе не верю! — резко произнесла Кэролайн. — Ты дурачил меня все это время! Притворялся, разыгрывал комедию, изобретал всякие шпионские уловки! А я-то думала, ты действительно хочешь помочь мне!

— Ну что ж, ты вправе злиться на меня, — тихо сказал он.

— Изображал простого труженика, не говоря ни слова о своем процветающем бизнесе, — запальчиво продолжала она. — Интересно почему? Подозревал меня в корысти? Думал, что я все знаю о тебе и сама хочу выйти замуж за человека богаче меня?

— Да, мне следовало рассказать тебе о своей работе, — признал Мэтью. — Но ты была настолько одержима мыслью об охотниках за твоим приданым...

— ...Что вцепилась бы в тебя мертвой хваткой, только чтобы не упустить такую выгодную партию? Ты этого боялся? Тогда почему же все-таки ты согласился на мое предложение?

— На самом деле я боялся, что ты наделаешь глупостей, если я откажусь. Ты была в таком состоянии, что предвидеть твой следующий шаг было невозможно. Твои рассуждения были совершенно нелогичными — ты собиралась заплатить первому встречному за фиктивный брак, чтобы избавиться от остальных претендентов, готовых жениться на тебе из-за денег. И самое ужасное было то, что эта чушь казалась тебе проявлением здравого смысла. Я согласился на твое предложение потому, что мне это не причинило бы никакого ущерба, а тебя по крайней мере успокоило бы. Я надеялся, что когда ты придешь в себя, то одумаешься и откажешься от своего замысла.

— То есть решил спасти меня от меня самой? — Кэролайн не скрывала иронии.

— Вот именно. Я спросил тебя, что ты будешь делать, если я откажусь. А ты ответила, что найдешь кого-нибудь еще. Помнишь? Я просто не мог этого допустить.

— На самом деле я не собиралась этого делать, — пробормотала она. — Все же я не до такой степени сумасшедшая, как ты думаешь.

— Ну, судя по тому, как быстро ты сделала мне предложение...

— Это другое дело, — перебила его Кэролайн. — Ты для меня не был чужим человеком.

— Ну да, только потому, что мы выросли в одном поместье, ты считала, что мне можно доверять? Что сын садовника не обидит малышку Кэрри?

— Нет! — почти в отчаянии воскликнула она и замолчала, не зная, как объяснить ему свой поступок. Не могла же она сказать, что при встрече с ним в ее душе пробудилось незнакомое прежде чувство и что ей трудно было признаться в этом даже самой себе. И ее безумное на первый взгляд предложение было вызвано только одним — внезапно нахлынувшей влюбленностью.

— Так или иначе, я боялся, что ты наделаешь глупостей, — повторил Мэтью. — В том состоянии, в котором я тебя встретил, ты была способна на что угодно.

— И ты позвонил моему отцу, — закончила Кэролайн. — Но пока он не приехал сюда, ты продолжал играть свою роль как ни в чем не бывало. Заявление о браке, договоренность с судьей... Даже брачная ночь. — И она печально улыбнулась.

— Мне жаль, если ты в этом раскаиваешься, — глухо произнес он после долгого молчания.

Она ничего не ответила, ибо знала, что никогда не сможет забыть ту ночь, которую они провели вместе. Конечно, это воспоминание будет горьким, но по крайней мере она сможет утешаться тем, что человек, которого она любила, хоть ненадолго принадлежал ей.

— Я прошу у тебя прощения за все, — сказал Мэтью и повернулся к двери. — Послать за твоим отцом прямо сейчас или ты хочешь немного побыть одна?

Итак, он уходит, в отчаянии подумала Кэролайн. Какая разница, что будет дальше?

— Ты хочешь сказать, что воспользуешься советом судьи и уйдешь через боковую дверь? — пытаясь говорить равнодушным тоном, спросила она.

Лицо Мэтью стало жестким.

— Разумеется, нет, — ответил он. — Я не собираюсь улизнуть как трус. Кто-то должен выйти к собравшимся и объяснить им, что произошло. Думаю, пусть лучше это буду я, а не ты.

— Почему же? — пожала плечами Кэролайн. — В конце концов, идея была моя.

— Не будем спросить, Кэрри, — устало сказал он. — Я виноват перед тобой. Единственное, что я могу сейчас сделать, — это избавить тебя от того, чтобы появляться на людях.

Мэтью уже собирался выйти, когда она тихо спросила:

— Значит, вот как все это закончится?

Он остановился на пороге.

— О чем ты?

— Ты испытываешь ко мне жалость, — заговорила Кэролайн, не глядя на него, — и поэтому хочешь один пойти к тем людям, что здесь собрались, и все им рассказать. Но ведь ты всегда испытывал ко мне жалость, не так ли? Именно поэтому ты позволил мне в детстве поиграть с котом и с тех пор я всегда оставалась для тебя несчастной малышкой Кэрри, у которой нет друзей и которая может, оставшись без присмотра, наделать глупости. Именно поэтому ты помог мне убежать из дому, а потом делал вид, что поддерживаешь мой план о фиктивном браке. — Голос ее сорвался. — И именно поэтому ты занимался со мной любовью, не так ли? Потому что жалел меня!

Мэтью резко развернулся и вплотную подошел к ней. В его глазах промелькнули искорки гнева, чего Кэролайн никогда не замечала у него раньше. У нее перехватило дыхание, и она невольно отступила на шаг.

— Хорошо, считай, что я этого не говорила.

— Но ты так думаешь, не правда ли?

Не в силах произнести ни слова, она кивнула.

Неожиданно Мэтью протянул к ней ладони и кончиками пальцев мягко провел вдоль ее лица, от висков до подбородка. Затем прижал указательный палец к ее губам, и это прикосновение показалось ей нежным, как поцелуй.

— Да, — тихо проговорил он, — вначале я действительно испытывал к тебе жалость — когда ты внезапно оказалась передо мной, совершенно потерянная, и не знала, как выбраться из усадьбы. Потом ты изложила мне свой безумный план, и я испугался за тебя — ты была в том состоянии, когда человек готов на любые, самые необдуманные поступки. Поэтому я решил не бросать тебя одну. А потом... я почувствовал нечто совсем другое. — Он снова привлек ее к себе и принялся целовать, сначала нежно, а потом все более страстно.

Кэролайн почувствовала, что у нее подгибаются колени. Не удержавшись, она коротко простонала от удовольствия, но Мэтью, истолковав это по-своему, тут же отпустил ее.

— Прости, — тихо сказал он. — Я не собирался этого делать.

— Все в порядке, — ровным голосом ответила она. — Я тебя больше не задерживаю.

— Я тебя не убедил, не так ли?

— Не вполне. Но в любом случае это не имеет значения. Я прекрасно понимаю, что за последнюю неделю ты сотню раз проклинал тот день, когда тебе пришла в голову мысль навестить своего отца в день моей свадьбы.

— За последнюю неделю я много чего проклинал, но только не это. Если бы я не приехал к отцу в тот день, я никогда бы тебя не встретил.

— Вот именно, — сухо сказала Кэролайн, и только после этого до нее дошел смысл его слов. — Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась она.

— Я не считаю эту неделю Потерянным временем. И потом, ты ведь даже не знаешь, зачем я приехал в поместье в тот день.

— Разве не затем, чтобы навестить отца?

— Ну подумай сама: разве я выбрал бы для этого день, когда у отца не было ни минуты свободного времени? Ведь он должен был готовить букеты для свадебной церемонии.

В этом действительно нет никакого смысла, мысленно согласилась Кэролайн.

— Так зачем же ты приехал? Ведь отец наверняка сказал тебе, что будет занят.

— Вот именно, — кивнул Мэтью. — И сказал почему. Когда я услышал о твоей свадьбе, я и решил приехать.

— Но зачем? — искренне удивилась она.

— Попрощаться с детской мечтой, — усмехнулся он. — Я должен был воочию убедиться, что ты действительно замужем.

— Что? — не веря своим ушам, спросила Кэролайн. — При чем здесь детская мечта?..

Мэтью слегка усмехнулся.

— При том, дорогая, что однажды, когда я приехал навестить отца на Рождество, еще во время учебы в колледже, я увидел, как ты выходишь из дома, закутанная в белую шубку, с волосами, рассыпавшимися по воротнику... И тогда я впервые понял, что ты стала взрослой.

— Людям это обычно свойственно, — не удержавшись, вставила Кэролайн.

— Ты была похожа на принцессу из сказки, — продолжал Мэтью, не обращая внимания на ее слова. — Разумеется, я был сражен наповал. После отъезда я постоянно о тебе вспоминал. Я мечтал о том, как разбогатею, вернусь в поместье и женюсь на тебе. Обычные юношеские мечты... Но они не покидали меня все последующие годы. Самое смешное, что я действительно разбогател. Но ты по-прежнему оставалась для меня чем-то недостижимым. И когда мы с тобой так внезапно отправились в путешествие, я первое время даже не мог поверить, что сказочная принцесса из моих грез находится так близко от меня.

Кэролайн потерла виски.

— Ты хочешь сказать, что все эти годы был влюблен в меня? — недоверчиво спросила она.

— Скорее в тот сказочный образ, который я сам придумал, — поправил ее Мэтью. — Я понимал, что моя мечта никогда не станет реальностью, но все равно не мог от нее отказаться.

Она почувствовала острый укол разочарования. Значит, он не любил ее... Да и немудрено — он ведь совсем не знал ее. Он любил образ, созданный его воображением, прекрасную принцессу из сказки.

— В моей жизни было немало женщин, — добавил Мэтью, — но ни одна из них не увлекла меня всерьез. Ни одна не могла сравниться с моей принцессой.

Ну да, он даже не сказал «с тобой». Она сама, реальная Кэролайн, и сказочная принцесса — две совершенно разные женщины.

— Я знал, что продолжать мечтать о тебе бессмысленно, но ничего не мог с собой поделать. Поэтому, когда отец сказал мне, что ты выходишь замуж, я даже обрадовался. По крайней мере теперь все станет на свои места и я выброшу тебя из головы. И я приехал попрощаться с тобой.

— Даже не поздоровавшись, — прошептала Кэролайн.

— Иными словами, перерезать все нити, связывающие меня с прошлым. Я знал, что сделать это будет гораздо сложнее, чем продолжать тешить себя иллюзиями. Но я решил убедиться, что ты замужем за другим человеком и счастлива с ним. Оказаться лицом к лицу с реальностью. И самому вернуться в реальную жизнь.

Кэролайн вздохнула.

— И по иронии судьбы я, убежав от человека, с которым, как ты надеялся, буду счастлива, наткнулась прямо на тебя. И ты как настоящий джентльмен не воспользовался ситуацией, а вместо этого решил уберечь меня от меня самой.

— Я понимаю, что в это трудно поверить, — устало сказал Мэтью.

— Мне следует тебя поблагодарить, и, возможно, тебе тоже стоит поблагодарить меня. После того как ты провел неделю в буквальном смысле бок о бок со мной, ты, я думаю, избавился от своей мечты о прекрасной принцессе.

Он слегка улыбнулся.

— Для этого потребовалось гораздо меньше времени.

— Понятно, — горько вздохнула Кэролайн. — Значит, ты разочаровался во мне еще быстрее?

— Нет, но я понял, что настоящая Кэрри в тысячу раз лучше любой сказочной принцессы, — тихо сказал Мэтью. — И понял, что люблю реальную женщину гораздо сильнее, чем вымышленный образ.

У Кэролайн перехватило дыхание. Неужели он говорит правду? За все то время, что они были вместе, он ни единым словом не дал ей понять, что влюблен в нее... Или дело в том, что...

— И ты испугался своих собственных чувств, — медленно произнесла она. — Именно поэтому ты позвонил моему отцу: чтобы он приехал и спас тебя?

— Да, я действительно испугался, — признался Мэтью. — Я хотел тебя так сильно, что желание затмевало рассудок и я уже не мог трезво оценивать ситуацию. Я не мог здраво судить о том, что будет лучше для тебя. И еще я боялся, что если ты выйдешь за меня замуж только назло Найджелу и отцу, то нам обоим придется за это дорого заплатить. Но я позвонил твоему отцу не для того, чтобы он спас меня. Я уже объяснил почему. И, по-моему, я поступил правильно.

— Если ты думал, что я жалею о той ночи, которую мы провели вместе... — начала Кэролайн.

— Я просто хотел дать тебе еще один шанс изменить решение, если ты передумала выходить за меня, — перебил ее Мэтью. — И появление твоего отца давало тебе такой шанс. — Он помолчал и произнес уже тише: — Больше всего на свете я хотел бы жениться на тебе, Кэрри. Но только в том случае, если ты тоже хочешь этого больше всего на свете. Поэтому сейчас нам не остается ничего другого, как...

— ...Позвать судью и сообщить ему, что мы готовы, — продолжила Кэролайн.

Мэтью застыл на месте.

— Кэрри?.. — нерешительно переспросил он, словно не веря своим ушам.

Но она с улыбкой подошла к нему и поцеловала в губы.

— Только не думай, что это сон. Никаких больше грез о сказочных принцессах! Я — настоящая. И я хочу выйти за тебя замуж больше всего на свете!


Эпилог


Они снова стояли в глубине сада у потайной калитки, почти невидимой за густыми зарослями плюща и дикого винограда, откуда всего две недели назад началось их путешествие.

— Я и представить себе не могла, что ждет меня за этой калиткой, — тихо сказала Кэролайн. — Все как в сказке про Золушку, только наоборот. Принцесса убежала из замка и стала обычной девушкой. И нашла свою любовь.

— Значит, Золушка не хочет провести медовый месяц на Гавайях? — шутливо спросил Мэтью.

— С тобой хоть на край света. Хотя я с не меньшим удовольствием провела бы медовый месяц в мотеле у Лоры и Дика.

— Одно другому не мешает. Мы можем навестить их попозже. На Четвертое июля, например. И уж обязательно — на Рождество.

— Эта разбойница тоже будет не прочь навестить родные места, — заметила Кэролайн, указывая на черную кошку, пытавшуюся вскарабкаться на стену по гибким веткам плюща.

— Если только не удерет туда прямо сейчас, — усмехнулся Мэтью, — и снова будет поджидать нас на ступеньках нашего домика.

— У тебя по-прежнему остался ключ от калитки?

— Да. Но он нам больше не нужен. Я сохраню его как семейную реликвию. Когда наши дети вырастут и найдут эту калитку, играя в саду, мы расскажем им, как много лет назад сбежали через нее, чтобы тайно пожениться. Это не слишком поднимет наш родительский авторитет, но повеселит их даже больше, чем комиксы.

Кэролайн вздохнула и счастливо улыбнулась. Она знала, что так и будет.


Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.



home | my bookshelf | | Люблю только тебя |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу