Initiatory fragment only
access is limited at the request of the right holder
Купить книгу "Эрна Штерн и два ее брака" Вонсович Бронислава

Book: Эрна Штерн и два ее брака



Аннотация:

Сказка о том, что бывает, если проходишь практику отдельно от своей группы.

Брак первый, случайный

- Все эти звезды я дарю тебе, - сказал мальчик и ударил девочку железным тазиком по голове.

Глава 1

- Да уж не повезло тебе, - переживала подруга, пытаясь запихнуть очередное платье в сумку. Платье было уже явно лишним, но Грета все равно не сдавалась, надеясь найти в сумке еще не освоенные глубины.

Я промолчала. Да и стоило ли пережевывать одно и тоже столько раз? Да, мне не повезло. Да, я умудрилась подхватить лихорадку во время сессии. Да, теперь вся моя группа едет на практику с куратором, а мне придется досдавать последний экзамен уже после их отъезда и ехать в индивидуальном порядке, куда ректорат направит. Ну и что? Не помирать же теперь? В конце концов уж месяц я как-нибудь одна протяну.

- Может, оставить его все-таки здесь, - с сомнением протянула подруга разглядывая платье, которое никак не хотело влезать. - Девочки со второго курса говорили, что все равно по большей части в штанах ходить придется, а платье надевали только в населенных пунктах, чтобы селян не шокировать.

- Я думаю, что тех пяти платьев, что уже влезли, вполне достаточно, чтобы не шокировать селян, - заметила я. - К тому же, твоя сумка уже и так абсолютно неподъемная.

- Ой, да я к ней амулетик привяжу, - махнула рукой Грета. - мне Марк подарил. Он вес вчетверо уменьшает.

- Полезная вещь, - с легкой завистью проговорила я. У меня такого амулета не было, а значит все вещи придется тащить исключительно на своем горбу.

- Ну все, бросаю его тут, все равно у него оборочка отпоролась, - решила подруга, вешая платье опять в шкаф. - А времени пришивать может и не найтись. Ты пойдешь нас провожать?

- Не знаю, - неуверенно сказала я. - Все-таки это очень печально, когда все уезжают, а ты остаешься.

- Пойдем, развеешься, Олафа своим видом порадуешь. - лукаво сказала Грета. - А то он так расстроен, что ты не едешь. Ты когда в лазарете лежала, он меня буквально через час вопросами о твоем самочувствии мучал.

Я покраснела. Олаф мне тоже очень нравился, только вот он стеснялся ко мне подойти, поэтому в наших отношениях до сих пор не было никакой определенности. Пойти что ли действительно проводить группу? Я покосилась на учебники по травничеству, сдавать которое я буду завтра. Наверно, я достаточно уже выучила. Решено, иду провожать.

Подруга привязала свой амулет к сумке и легко двумя пальчиками приподняла ее:

- Гляди-ка, работает, - сказала удовлетворенно. - Ну что, идем?

И мы пошли. Прибыли дилижансы, но в них еще никто не загружался, и лошади меланхолично пережевывали овес из торб. Во дворе уже толпился народ. Бегали кураторы с безумным выражением на лицах и пачками бумаг в руках. Студенты на их фоне казались абсолютно спокойными, они стояли небольшими группками и болтали, смеясь. Мы подошли к одной из них. К нам подбежала леди Кларк, куратор нашей группы, с вопросом:

- Ну что, все уже подошли?

- Нет, - вразнобой понеслись ответы. - Еще нет Расмуссена и Норда.

- Так, мальчики, кто-нибудь быстренько за ними сбегали, а то уже отправляться пора.

Мальчики энтузиазма не выказали, тогда леди Кларк ткнула пальцем сначала в одного, потом в другого:

- Так, ты - за Расмуссеном, ты - за Нордом. И быстро!

Первый радостно ответил:

- Так вот же, Олаф уже идет!

Зато второму с возмущенным выражением на лице все-таки пришлось отправляться за опаздывающим. Подошел Олаф и прошептал мне на ухо:

- Я попрощаться хотел, а вас уже не было.

- А я пошла Грету проводить, - улыбнулась я.

- Да, - грустно сказал он, - теперь до осени не увидимся.

- Лето обычно быстро пролетает, не заметишь, как уже и Открывающий бал начнется.

- Кстати, о бале, пообещай мне первый танец, - вдруг сказал он.

- Договорились.

- Так, мальчики-девочки, Норда уже ведут, быстренько прощаемся и грузимся! - вклинился в нашу идиллию звучный голос леди Кларк. - Времени уже нет, и так совершенно от графика отстали!

Наши дружно загрузились, я помахала им ручкой и пошла к себе.

На следующий день, после сдачи травничества, по которому я получила заслуженное "отлично", я отправилась в ректорат за направлением не практику. Секретарь ректора, инора Даббс, добродушная толстушка, как раз пила чай и радушно меня им угостила.

- Эрна, деточка, сейчас еще один студент должен подойти, вместе поедете.

Я даже духом воспрянула - вдвоем все-таки не так скучно будет! И потом, у меня же нет такого замечательного амулета, как у Греты, а тут, может, и таскать ничего не придется. Так мечтала я ровно до того момента, пока не открылась дверь и не вошел барон Штаден, который и оказался моим напарником. Я мысленно застонала. Главная проблема состояла отнюдь не в том, что он был из благородных, и не в том, что учился у нас только со второго семестра, а в том, что он был законченной сволочью. По отношению к преподавателям он всегда балансировал на той грани изысканного хамства, которое злило в достаточной степени, но не позволяло поднять вопрос об отчислении, тем более, что учился он блестяще, не смотря на многочисленные попытки его завалить. Девицы млели от его черных глаз и черных же волос, которые он небрежно собирал в хвост. Его хищный профиль многим снился по ночам, и он охотно пользовался благосклонностью прекрасной половины нашей академии, но рассчитывать в отношениях с ним на что-то большее, чем кровать в его комнате, не следовало. А парни после нескольких стычек опасались с ним связываться - в активе Штадена было: четыре года службы в действующей армии, четыре курса боевой магии Военной академии и великолепное владение клинком на уровне мастера. Дуэли с ним всегда заканчивались одинаково - его проигравшего противника оттаскивали с серьезными повреждениями в больничное крыло, а на самом бароне не оставалось ни царапины. Сейчас барон, небрежно развалившись на стуле, с презрительным выражением лица выслушивал описание нашего назначения. А ехали мы в маленький городок Борхен, оказывать всяческую помощь тамошней травнице в заготовке лечебных трав, корней и цветов. Закончив инструктаж, инора Даббс выдала нам по экземпляру предписания, которое следовало прочитать и подписать.

Штаден читал, брезгливо скривив рот, и вдруг с возмущением сказал:

- Получается, что если это вдруг помереть соберется, - на этих словах он небрежно махнул рукой в мою сторону, - то я должен буду транспортировать не только ее тушку, но и вещи?

Я быстро пробежала глазами по предписанию. Надо же, в самом деле этот пункт присутствовал. Но ведь считается, что практика абсолютно безопасна? Я вопросительно подняла глаза на инору Даббс, но та не обращала на меня никакого внимания, выговаривая этому хаму:

- Лорд Штаден, вас должно успокоить, что и ваша напарница будет вынуждена оказать вам такую же любезность и позаботиться о вашем теле и вещах. А учитывая ваше поведение в последнее время, этот вариант кажется мне намного более вероятным, чем озвученный вами.

- Инора Даббс, - жалобно сказала я. - Но нам же говорили, что практика абсолютно безопасна, а здесь такое написано?

- Это стандартная форма, - успокаивающе сказала секретарь ректора. - Просто в предписании мы постарались охватить все ситуации, которые могут возникнуть. Лично на моем опыте могу сказать, что еще не было ни единого случая, когда кто-то погибал на практике после первого курса. Вот после четвертого - да, было несколько случаев.

Короче говоря, все мы подписали и оказались в коридоре с направлениями. Я посмотрела на своего "напарника" и спросила:

- Ну, и как мы будем добираться?

- Запомни, Штерн, - презрительно сказал он мне. - Никакого "мы" не существует. Есть ты, и есть я. Как я буду добираться, тебя не касается, а как будешь добираться ты, меня абсолютно не волнует.

После этого он развернулся и неторопливо побрел по коридору, оставив красную как рак меня переживать его слова.

Глава 2

До Борхена мы добрались одновременно, более того, даже в одном дилижансе, старательно всю дорогу делая вид, что друг друге не знаем. Еще в дороге Штаден умудрился сцепиться с попутчиком, студентом-медиком, и без всякой магии кулаком сломал ему нос, сказав при этом, что врачам полезно на себе тренироваться - меньше других мучить будут. Студент освободил место в дилижансе, и больше никто не пробовал на прочность терпение этого гада.

Выйдя на площади и поинтересовавшись у пробегавшего мимо мальчишки, где здесь улица Кленовая, я побрела в указанном направлении, волоча тяжеленную сумку, по другой стороне улицы тащился нога за ногу Штаден, прикидываясь, что он со мной абсолютно незнаком. Дом иноры Клодель, наша конечная цель, по закону подлости был как раз на стороне барона, так что когда я вошла, он уже беседовал с сухонькой старушкой, которая была очень рада, что ей прислали студентов. Неприятным сюрпризом оказалось то, что комната для студентов у нее оказалась только одна, зато с двумя кроватями. Я жалобно посмотрела на напарника:

- Слушай, Штаден, может, снимешь комнату в гостинице?

- Я не так богат, чтобы разбрасываться деньгами, - отрезал он. - Не волнуйся, Штерн, меня твои прелести волнуют в последнюю очередь.

- У меня есть прелестная ширмочка, - вмешалась наша руководительница практики. - Вы можете разгородить комнату и даже не видеть друг друга.

В конце концов, барон все же снизошел до проблем нас, простых смертных, вбил своими благородными ручками два гвоздика под потолком, на которых растянули занавеску, а "прелестная ширмочка" перегородила вход на мою половину со стороны двери. Я с облегчением вздохнула, что не преминул откомментировать Штаден:

- Ну мне тоже не доставляет удовольствия постоянно видеть твою физиономию, Штерн. А уж твои балахоны вообще могут довести до заикания кого-нибудь с менее слабой психикой.

И скажите на милость, чем ему так не нравятся мои платья? Да, я не люблю носить обтягивающее, мне в нем неудобно, но обозвать мою одежду балахонами! Хотя, честно говоря, моя старшая сестра Шарлотта тоже постоянно высмеивала мою манеру одеваться, говоря, что в таком виде могут ходить только хронически беременные тетки, а никак не молоденькие девушки, которым есть что показать. Может, она и права?

Инора Клодель накормила нас ужином, жидкой овсяной кашей на воде. Штаден морщился, болтал в тарелке ложкой, но ел, а в конце трапезы поинтересовался:

- Штерн, а ты хоть готовить умеешь? Давай-ка ты возьмешь в свои руки это дело, чтобы не обременять нашу руководительницу.

- Я тебе что, повариха? - возмутилась я.

- По манере одеваться очень похожа, - парировал он. - Ну хочешь, я тебе буду доплачивать за готовку, может хоть нормальное платье себе купишь.

- Меня и это устраивает! А работать я на тебя не собираюсь!

- Да? Может, мне выдрать гвозди из стены, а то я тоже на тебя работать не собирался?

- Эрна, Кэрст, не ругайтесь, - вмешалась наша хозяйка. - С завтрашнего утра будет готовить моя соседка, академия выделила на это деньги.

Надо же, у их высокомерия даже имя есть - Кэрст! Такое же гадкое, как и его обладатель.

На следующее же утро, очень рано, направились мы болотистую низинку, заросшую аиром.

- Конечно, сейчас не очень подходящее время для заготовки корневищ, - радостно щебетала инора Клодель, - но ко мне так редко присылают студентов мужского пола. А корни в это время только чуть послабее, чем ранней весной.

Наша руководительница довольно быстро семенила по пересеченной местности, я даже с трудом за ней успевала. Вот когда начинаешь понимать всю важность спортивных занятий и ежедневных тренировок! Штаден молча тащил лопату и несколько мешков. Если его и не радовала перспектива копки по колено в болоте, то он это довольно успешно скрывал.

- А это такое полезное растение, - продолжала инора Клодель. - И где оно только не используется! В обычной врачебной практике во многих случаях, в алхимии для разнообразных зелий прозрения, защитных, любовных.

- О, Штерн, - тихо заметил Штаден, - слышала, "для любовных". Может, тебе лишний мешочек накопать? А то как-то у тебя в этом плане не очень.

- А у тебя, видно, богатый опыт использования, - язвительно поинтересовалась я. - То-то у тебя половина женского населения нашего общежития в постели перебывала. Я-то думала - личное обаяние, а оно вон как, оказывается.

- Ну, положим, мне любовные зелья без надобности, - недовольно заметил он. - Я, можно сказать, заботу о ближнем проявляю.

- Да? - заинтересованно протянула я. - Тогда, может, лишний не один, а два мешка накопаешь? Все равно тебе тащить, а инора Клодель будет просто счастлива.

Он хмыкнул, но дальше приставать ко мне уже не стал. Тем более, что мы уже пришли к месту, выбранному нашей руководительницей. Штаден выкапывал корни покрупнее, я их отмывала и аккуратно складывала в тень дерева, чтобы от лишней воды избавились, но не начали неправильно высыхать.

После прореживания местного аирного сообщества, инора Клодель разразилась лекцией о полыни, до места произрастания которой нужно было еще добраться. Вот нет, чтобы сначала за полынью сходить, подумала я, ведь она же намного легче в плане перетаскивания. А так теперь туда с этим аиром тащиться придется. Хотя Штаден благородно взял на себя оба мешка с ингредиентами столь ценимого им зелья.

- Полынь, дорогие мои, - не замечая ничего вокруг, говорила наша руководительница, - у нас произрастает аж девяти различных видов. И отнюдь не все они имеют одинаковую ценность для алхимиков. Хотя для того же зелья предвидения можно взять экземпляр любого из этих девяти видов, но результат будет напрямую зависеть...

Лучше бы она легенду какую-нибудь рассказала, а то говорит практически по учебнику. Я же травничество только недавно сдала, уж нужную полынь и без ее лекции определить смогу.

До места произрастания нужной травы мы добрались довольно быстро. Я срезала очередной полынный стебель, когда рядом с ногой что-то прошуршало, вверх поднялась змеиная голова и зашипела. С громким визгом я отлетела метра на два и только потом заметила, что это морок - змея просвечивала насквозь. У меня даже сомнений не было в том, кто является причиной аномальной активности данного пресмыкающегося, я вскипела от злости, повернулась к Штадену и начала хлестать его полынью, которую продолжала сжимать в руке.

- Что, Штерн, испугалась? - уклоняясь, поинтересовался он и захохотал, наворачивая круги вокруг нашей руководительницы. Пару раз мне все-таки удалось стукнуть его стеблем, но, в основном, ему удавалось увернуться.

- А в нашем крае считается, что если девушка парня отхлещет полынью в первую неделю лета, то он любить будет ее до конца жизни, - невозмутимо сказала инора Клодель.

Я испуганно отшвырнула от себя измочаленную ветку.

- Поздно, - счищая с себя травяные ошметки, заявил Штаден. - Отхлестала, теперь я твой навеки.

- Правда, в это верят только в отдаленных деревнях, - продолжила руководительница практики.

- Тогда, Штерн, тебе не повезло.

- Штаден, прекращай развлекаться за мой счет, - зло сказала я.

- Согласись, что за счет иноры Клодель развлекаться менее интересно, - ответил он мне. - А ты так забавно злишься.

- Будь так добр, найди другой источник развлечения, - рассердилась я. - До сих пор тебе и без меня достаточно весело жилось.

Штаден насмешливо посмотрел на меня, но не ответил.

- Мне кажется, - сказала инора Клодель, - что мы уже вполне можем возвращаться назад.

Мы тащились, нагруженные мешками с корнями и тюками с травой, как вьючные лошади, по центральной улице Борхена. А навстречу нам две девицы. Одна такая темненькая шатеночка со вздернутым носиком, а вторая рыженькая с россыпью веснушек на белоснежной коже. На кого из них Штаден стойку сделал, я так и не поняла. Но напоминал он при этом любимого охотничьего сеттера моего дядюшки, разве что задранного вверх хвоста не хватало. Девицы косили на него глазами и хихикали. Надо признать, что даже после дня на природе этот тип умудрялся выглядеть достаточно привлекательно - ни разводов пота на одежде, ни траурной каймы под ногтями. Вот как он этого добивается? Я, например, под ногти вдавила мыло, и все равно оно уже выкрошилось, и ногти придется отдраивать щеточкой. И загар ему идет, вздохнула я про себя. А у меня все открытые части тела приобрели уже красный цвет, от которого пообещала спасти меня своими примочками инора Клодель.

- Штерн, а давай ты донесешь мои травки до дома? - заинтересованно оглядываясь вслед уходившим девушкам, выдал он.

- Ага, и повезешь ты мое хладное тело назад в академию.

- Почему вдруг?

- Да ты посмотри на свой груз и на меня! - вознегодовала я. - Он же меня сразу раздавит!

- Ну, не преувеличивай.

- Ничего, - буркнула я недовольно, - отнесешь и догонишь. Они вон как медленно идут.

- Кэрст, - вмешалась наша наставница, - вам бы не следовало за этими девушками ухаживать. Одна из них дочь бургомистра, а вторая невеста его сына. К тому же, после обеда мы займемся сортировкой принесенной травы.



- Ну, с этим и Штерн справится. Она мне, можно сказать, глубокую моральную травму нанесла.

- Чем это? - не выдержала я.

- Жестокими побоями, - ответил он, подпустив в голос трагизма. - Вон, у меня даже кровь на руке осталась.

- Это у тебя комар раздавленный!

- Вот! Даже бедное животное не пожалела!

И потекли дни нашей практики. С утра мы обычно шли в леса-поля на заготовку различного растительного сырья, к обеду возвращались, сортировали и раскладывали, что на сушку, что на вытяжку. В процессе инора Клодель рассказывала о свойствах того или иного сырья, с чем его можно смешивать, а с чем категорически нельзя. Надо признать, что Штаден вел себя по отношению к ней довольно уважительно, ко мне без необходимости не обращался, правда, когда обращался, хамил обязательно. Вечером, как правило, барон уходил по своим важным баронским делам, иногда эти дела и сами к нам забегали, глупо хихикая. Я запмсалась в местную библиотеку и таскала оттуда романы. В общем, целых три недели, наше существование было относительно спокойным, пока однажды вечером, когда мы вдвоем с хозяйкой пили чай, прибежал соседский мальчишка с известием, что Штаден арестован за дуэль с сыном бургомистра. Я даже испытала чувство злорадства - по мне, тюрьма - это самое место для таких, как этот барон недоделанный, но наша руководительница очень обеспокоилась. По ее словам ссора с бургомистром для моего однокурсника может закончится крайне печально.

- Ой, да посидит он пару недель, в Гаэрре его регулярно за дуэли сажали, - не поверила я. - Он в тюрьмах за время учебы больше времени, чем в нашем общежитии, провел.

- Видишь ли, Эрна, - возразила инора Клодель, - официально дуэли запрещены. В столице много аристократов, поэтому там на такие вещи смотрят более снисходительно. А у нашего бургомистра к благородным свои счеты - его первая жена сбежала с проезжим графом. Да и сына своего он очень любит. Как бы на несколько лет его не упекли.

Проблемы Штадена меня волновали крайне мало, поэтому я только пожала плечами и пошла спать, и кошмары меня не мучили. Честно говоря, я вообще выспалась впервые за время нахождения в Борхене - тканевая занавеска совершенно не задерживала баронский храп, и я просыпалась по несколько раз за ночь - мне все казалось, что на меня покушается стая голодных хищников.

Так что утром я в прекрасном настроении вместе с инорой Клодель отправились в суд, полюбоваться на наказание этой хамоватой скотины. А там бургомистр, ссылаясь на уложение о дуэлях, потребовал смертной казни для нарушителя. Такого я даже не ожидала, все-таки его сын тоже был участником дуэли. Но присяжные дружно поддержали своего главу и утвердили смертную казнь через повешение. Наша руководительница схватилась за сердце и возмущенно проговорила:

- Да что же вы такое творите? Это настоящий произвол, а не суд! Да он же молодой совсем, у него ни жены, ни детей, а вы его к смерти приговорили! Да Богиня такого не попустит!

Тут я с ней была абсолютно не согласна. По мне, такие, как этот Штаден, вообще не должны размножаться, и чем раньше прервут их существование, тем лучше для окружающих.

- Все по закону, инора Клодель, - недовольно сказал бургомистр. - Ни единого права его мы не нарушили и не нарушим.

- Да академия после этого к нам вообще студентов присылать не будет!

- Да зачем они городу нужны-то? От них проблемы одни и никакого доходу казне!

И не откладывая в долгий ящик, повели нашего барона прямо на казнь, чтобы казенные харчи не переводил, как сказал бургомистр. Штаден был абсолютно спокоен, как будто это не его вешать собирались. Перед виселицей, подождав пока соберется народ, бургомистр зачитал решение о казни и, покосившись на инору Клодель, добавил:

- Поскольку мы все законы соблюдаем, то ежели найдется девица, желающая взять его себе в мужья, то от казни он избавляется, но должен немедленно покинуть город без права на возвращение. Есть желающие?

Я с интересом осмотрелась - интересно, найдется кто-нибудь, все-таки барон, хотя и безденежный. Но, видно, разгневать бургомистра боялись больше, чем хотели приобрести баронский титул. Так что бургомистр выдержал положенные протоколом десять минут и махнул рукой начинать. Штадена потащили к петле. Наша руководительница опять схватилась за сердце. И тут вдруг я поняла, что если сейчас же я хоть что-то не предприниму, то мне действительно придется транспортировать хладный труп однокурсника и его вещи в академию. Эта перспектива настолько меня напугала, что я заорала нечеловеческим голосом:

- Стойте! Я согласна выйти за него замуж!

В конце концов, магам разводы разрешены, если оба согласны и у них нет совместных детей, так что, как только отсюда выберемся, просто в ближайшем городе расторгнем брак и все, успокаивала я себя, пока священник готовился к проведению ритуала. Детей мы за это время завести не успеем, а баронессой побыть даже забавно будет, вот интересно, после развода титул сохраняется или нет? Кэрст, видно, тоже решил, что лучше полдня побыть моим мужем, чем развлекать местную публику, болтаясь на виселице, так что с его стороны никаких обычных едких реплик не было. Священник торопливо забормотал положенные слова, терпеливо дождался наших ответов на заданные вопросы, а затем обратился к Богине с просьбой благословить наш союз. На мой взгляд, это было уже лишним - к чему благословлять то, что долго все равно не просуществует? Но у Богини, по-видимому, было свое отличное от моего мнение, потому что она вдруг взяла и откликнулась! Яркий луч прорезал тучи над головами, сияние окружило нас со Штаденом и растворилось, оставив на запястье неуничтожаемый след.

- Богиня благословила брак, - потрясенно выдохнул святой отец. - Истинный брак! Я такого за всю свою жизнь всего несколько раз видел.

Истинный брак! Это значит, что развод мы получить не сможем! Я в ужасе смотрела на тоненький ободок брачной татуировки, окружившей мое запястье. Подняв глаза, я встретила ненавидящий взгляд и фразу: "Лучше бы меня повесили". И в кои-то веки я была с ним абсолютно согласна.

Стража препроводила нас по месту проживания, терпеливо дожидаясь, пока мы соберем свои вещи, инора Клодель с причитаниями подписала наши направления, пообещав собранные нами травки лично отправить в академию. А затем нас вывели из города и оставили за воротами.

- Если и есть у нас шанс расторгнуть брак, - мрачно сказал мой новоиспеченный муж, - так только в Гаэрре.

Глава 3

В Гаэрре мы прямо с дилижанса направились в главный храм Богини, где и обратились к первому же священнику.

- Дурное дело вы затеяли, - недовольно сказал он нам. - Уж кому, как не богине, знать кто с кем достоин быть.

- Но я его видеть не могу, - возразила я. - Я просто хотела его от казни спасти, зная, что магам разводы разрешены.

- Да и я от нашего брака не в восторге, - поддержал меня Штаден.

Святой отец покачал головой, но все-таки воззвал к Богине. Но та, видимо, настолько утомилась, устраивая нашу личную жизнь, что спала беспробудным сном, и наши татуировки так при нас и остались.

- И что нам теперь делать? - растерянно спросила я.

- Попытаться стать счастливыми вместе, - пафосно сказал священник.

Штадена аж перекосило:

- Счастливыми? Вы сами-то в это верите? А другие варианты есть?

- Ну, - задумчиво ответили ему, - вы можете попробовать прийти через год. Но поверьте, если уж Богиня решила, что вам суждено быть вместе, грех этим пренебрегать.

Перспектива не вдохновила нас обоих. В расстроенных чувствах мы покидали храм. Выйдя, я остановилась и задумалась, что же теперь делать. Штаден повернулся ко мне и презрительно поднял бровь.

- Бог мой, - мрачно процедил он. - Я надеялся поправить свои дела выгодным браком. А оказался пожизненно прикован к толстой деревенской дуре!

От возмущения у меня даже все слова пропали. Я, можно сказать, его от смерти спасла, а он то и дело меня оскорбляет, хотя уж спасибо-то мог сказать. Гордо вскинув голову, я повернулась и пошла вниз по улице, волоча за собой сумку. Через несколько мгновений он меня догнал:

- Погоди, нам надо договориться о том, что будем делать дальше.

И вот он, мой звездный час:

- Запомни, Штаден. Никакого "мы" не существует. Есть ты, и есть я. Что буду делать я, тебя не касается, а что будешь делать ты, меня абсолютно не волнует.

- Дура, я же не тащу тебя в ближайшей гостинице провести нашу первую брачную ночь, а просто предлагаю никому не рассказывать, и в следующем году опять попытаться получить развод.

Я согласно качнула головой - вариантов то все равно нет. И мы разошлись в разные стороны в надежде больше никогда друг друга не видеть.

В ближайшей лавке я приобрела красивый серебряный браслетик, плотно закрывающий татуировку, а потом подумала и купила еще несколько, нельзя же все время один носить, тут даже не только Грета заинтересуется. А потом ближайшим дилижансом отправилась домой - как-никак у меня оставалось еще целых полтора месяца каникул, которые я хотела провести в кругу своей семьи. И, кстати, я отнюдь не из деревни, да наш Корнин вообще второй после Гаэрры!

Дома мне больше всего обрадовалась сестра. Шарлотта только год назад вышла замуж, детей у них пока не было, а муж ее, как купец пока начинающий, был в постоянных разъездах, так что у родителей она зачастую проводила больше времени, чем в собственном доме.

- О, какой красивый браслетик, - заметила она. - Но он ведь совершенно не подходит к твоей одежде, как ты не видишь? Или ты решила свой гардероб поменять? Давно пора!

- Лотта, представляешь, - вдруг вспомнила я. - меня толстой назвали.

- И ничего удивительного, ты к своей одежде безобразно относишься, я давно говорю. Кто может разглядеть твою тонкую талию за такой занавеской, сама подумай? А парень-то хоть ничего, стоит переживаний?

- Какой парень? - не поняла я.

- Который тебя толстой назвал. Ведь если бы он тебя не интересовал, то ты пропустила бы его замечание мимо ушей, как ты обычно делаешь, и не переживала бы.

- Да я не переживаю, просто вспомнила, - по детской привычке я начала грызть ноготь.

- Ну что ты опять как маленькая девочка, - возмутилась сестра. - Все, завтра начинаем тебе платья шить, нормальные, а не это не понять, что.

- Мне еще бальное нужно, - вспомнила я. - У нас же в первый день занятий бал будет.

- Да? - сестра оценивающе на меня посмотрела. - Нужно еще что-нибудь с прической сделать. Коса, конечно, это практично, но очень обыденно. А знаешь, что? Научу-ка я тебя своей любимой прическе - там когда одну шпильку вытаскиваешь, то потом при любом резком движении вылетают все оставшиеся, и волосы буквально волной льются. С твоей шевелюрой это будет изумительно смотреться.

Я вспомнила Олафа, представила эту картину с ним, чуть порозовела и сказала сестре:

- Договорились, учи.

- И платья шьем по фигуре, - хищно сказала Лотта, оглядывая меня, - чтобы ни один мужик больше не усомнился в наличии у тебя талии.

Я поморщилась, мнение Штадена меня не особо волновало, но, с другой стороны, вдруг Олаф тоже думает, что я толстая? Я, конечно, нравлюсь ему как есть, но все равно это было бы неприятно. Поэтому я и сказала:

- Шьем.

Знала бы я, на что подписываюсь! После того, как были сшиты первые два новых платья, Шарлотта потихоньку вынесла и выбросила все мои старые. А под все новые предполагался корсет. Я взвыла:

- Лотта, а как я на занятия ходить буду?

- Как все нормальные девушки, - пожала плечами сестра. - У вас же вся академия так ходит, и ничего, никто не умер.

- На лекции ладно, но на практике - это же не повернуться нормально! Верни мою одежду, немедленно!

- Ничего, привыкнешь, - невозмутимо заметила сестра. - Ты хоть наконец на человека стала походить, а не на пугало огородное. Потом, все твое старье уже давно на помойке. И кстати, как ты танцевать собираешься, давай-ка мы учителя наймем, а то у тебя на балу проблема будет.

Нет, ну можно подумать, я не на Открывающий бал собираюсь, а на королевский, в надежде поразить воображение принца и выйти за него замуж! Хотя, несколько уроков танцев мне совсем не повредят, наверно, да и к новой одежде привыкну.

Так и не удалось отдохнуть мне на каникулах. Шарлотта таскала меня то на танцы, то к портному, то к сапожнику, то учила меня делать всякие прически. Ее бы энергию, да в мирное русло. Нужно намекнуть ее мужу, что парочка детей сделала бы ее жизнь счастливой и наполненной глубоким смыслом. Хотя... Я посмотрела на сестру, кипящую энергией, парочки будет маловато, так, только для затравки. Но честно говоря, мое изображение в зеркале - белокурая девушка с высокой грудью и тонкой талией - мне очень даже нравилось, а танцевала я так, что даже заслужила одобрение сестры. Только вот браслетов пришлось еще прикупить - не для всех нарядов нашлись подходящие.

Глава 4

Как назло, первым кого я встретила по приезду в академию, оказался Штаден, Он окинул меня взглядом с ног до головы, выразительно подняв бровь:

- Штерн? Глазам своим не верю. Тебя в вашей деревне пугало ограбило, а ты отбиться не смогла? Бедная, какой у тебя, наверно, был шок!

- Штаден, держался бы ты от меня подальше, а то мое терпение не безгранично, - не выдержала я, обходя его по широкой дуге. Он гадко хмыкнул и пошел по своим делам. А я направилась в свою комнату, к Грете. Подруга уже день как приехала, и ее многочисленные наряды украшали все поверхности нашей комнаты.

- Эрна! Ну наконец-то! Как практика?

- Да как она может быть в компании Штадена? - не выдержала я. - Лучше про свою расскажи.

- Ты со Штаденом ездила? - завистливо простонала подруга. - О, как бы я хотела быть на твоем месте! Про него такое рассказывают! Он к тебе приставал, наверно?

- Я не в его вкусе, - мрачно сообщила я. - Он меня назвал толстой деревенской дурой.

- Да? - с сомнением посмотрела Грета. - Тебя это так расстроило?

- Меня? Расстроило? Да мне вообще его мнение не интересно! Грета, он мне так надоел за практику, что меня уже от одного его имени трясет. Давай о чем-нибудь другом поговорим.

- Кстати, - оживилась подруга, - Олаф заходил, про тебя спрашивал. Думаю, как он тебя в этом платье увидит, так вообще голову потеряет. Красивое, кстати, и тебе идет.

- Может, сходить к нему? - неуверенно спросила я.

- Еще чего! Сам прибежит!

Грета оказалась права. Не прошло и получаса, как опять заглянул Олаф. Я радостно ему улыбнулась:

- Привет.

- Привет. Я зашел напомнить, что завтра первый танец мой, - смущенно сказал он.

- Думаешь, я могла забыть?

- Ну за лето много чего могло случиться, ты могла и передумать.

- Я тебя успокою, - ворчливо сказала Грета. - Она не забыла и не передумала. И вообще, до завтра еще целый день, пригласил бы девушку прогуляться.

- Грета! - шокировано сказала я.

- Что Грета? Да вы так все время учебы кругами друг вокруг друга ходить будете, а дальше одного танца и не продвинетесь. Вот скажи мне, Олаф, ты хочешь ее поцеловать?

Парень весь залился краской, но ответил:

- Конечно.

- Вот! Идите, дети мои, и без поцелуя не возвращайтесь!

Я возмущенно посмотрела на подругу, но та не испытывала не малейших угрызений совести. Тогда я все-таки взяла Олафа за руку, и мы пошли гулять. По Гаэрре можно было гулять бесконечно, и мы так славно провели день вдвоем. А когда Олаф проводил меня до комнаты, он все-таки набрался смелости и меня поцеловал. И это было так здорово!

- Вот видишь, если бы не я, он бы не только тебя не поцеловал, но даже погулять бы не пригласил, - резюмировала на следующий день Грета. - Он хороший парень, только уж больно неторопливый, его постоянно тормошить надо. И если ты не возьмешь это дело в свои руки, то найдется другая, более смелая и уведет твоего парня.

- Но ведь если уведет, то значит он меня не любит? - парировала я.

- Вовсе нет, он может просто посчитать, что ты его не любишь. Ты ведь тоже только краснеешь и стесняешься, а прямо ни в жизнь не скажешь.

- Ну мне не кажется, что вешаться на шею - это хорошая идея, - возразила я.

- Не вешаться на шею, а проявлять разумную инициативу!

Я махнула рукой, все равно Грету не переспоришь, и отправилась мыть голову. Любимая шарлоттина прическа требовала тщательной подготовки, ведь предполагалось, что волосы упадут красивой блестящей волной, а не свалятся тусклой жирной паклей! А мои волосы промыть и высушить задача не из легких, я все порывалась их остричь, но сестра, а потом Грета постоянно меня отговаривали. "Остричь всегда можно, а попробуй такую красоту опять отрастить" - главный аргумент. А кто ее видит, эту красоту, если она все равно постоянно в косу заплетена?

Я сидела, расчесывала свою шевелюру и страдала. Шевелюра подсыхала, но медленно, закручиваясь в произвольные локоны. Грета куда-то убежала, так что этот процесс никто не комментировал. Мои волосы просохли, и я стала их укладывать, тщательно закалывая в необходимых местах и контролируя в зеркале точность выполнения. Когда мне осталась буквально последняя шпилька, в дверь постучали, резкий поворот головы - и все сооружение рассыпалось, разметав шпильки по комнате. Я возмущенно возопила и пошла открывать. За дверью стоял Штаден. Вот одни проблемы от него! Увидев меня в таком виде, он восхищенно присвистнул:



- Оказывается, ты не так безнадежна, Штерн.

- Чего тебе надо, Штаден? - нелюбезно поинтересовалась я.

- Штерн, поскольку формально ты моя жена, то я не хотел бы наблюдать за твоими романами.

- Не хочешь - не наблюдай, - я захлопнула дверь перед его носом. Будет он мне еще указывать!

- Я тебя предупредил, - крикнул он через дверь и ушел.

Вот ведь гад, теперь все из-за него переделывай, вздохнула я, садясь за укладку волос заново. И каков наглец, однако! Он что серьезно считает, что имеет право мне что-то диктовать? Тоже мне муж нашелся!

Второй раз мне все-таки удалось довести прическу до победного конца. Воткнув последнюю шпильку, я покрутила головой, убеждаясь, что моя работа не развалится от резких движений. Тут как раз пришла Грета и оценила мои старания:

- Здорово получилось!

- Это любимая прическа с секретом моей сестры, в свое время она произвела на будущего ее мужа такое впечатление!

- А секрет-то какой? - заинтересовалась подруга.

Я объяснила, что нужно незаметно вытащить одну шпильку, тогда от резкого движения прическа разваливается, показав волосы во все великолепии. Только от демонстрации наотрез отказалась - третью укладку за сегодня я уже не выдержу. Грета задумалась, не сделать ли ей такую, но потом пришла к выводу, что раз все равно у нее волос меньше и эффекта такого не будет, то и делать незачем.

- Для Олафа стараешься, - подколола она.

- Конечно, - обезоруживающе ответила я ей. В самом деле, ведь не для Штадена же мне стараться!

- А давай я тебя еще подкрашу, - азартно предложила она, - Чтобы у твоего Олафа даже дыханье перехватило!

- От ужаса? - уточнила я. - А то помню, как ты Марка чуть до сердечного приступа не довела!

- Это я просто под зомби гримировалась! - возмутилась Грета. - Неужели ты думаешь, что я такую свинью подруге подложу? Я тебя осторожненько, в нужных местах подкрашу. Ну в конце концов, не понравится - смоешь.

Через полчаса, удовлетворенно оглядывая дело рук своих, подруга сказала:

- Ну вот, сама смотри! Королева, и только! Да такую красоту этому тюфяку даже показывать жалко, не оценит.

Но она оказалась неправа - Олаф весь вечер не сводил с меня восхищенных глаз, и танцевать с ним было одно удовольствие. Когда уже совсем стемнело на улице, я вспомнила о своей стратегической прическе, но не на всеобщее обозрение же ее выставлять? И мы как-то незаметно для обоих оказались в пустой аудитории. Я потихоньку вытащила нужную шпильку. Олаф потянулся к мои губам, я с энтузиазмом ответила. Короче говоря, мы вовсю целовались, когда вдруг дверь открылась и на пороге возник Штаден с девицей с первого курса.

- Покинули помещение, - скучным голосом сказал он.

- Чего это ради? - возмутилась я. - Мы сюда первые пришли. Вам надо, вы и ищите пустую аудиторию.

- В самом деле, - поддержал меня Олаф. - Шли бы вы отсюда.

Штаден плавным движение придвинулся к нам и заехал моему другу в подбородок. От удара Олаф отлетел метра на два и упал на пол.

- Ты совсем уже обалдел? - негодующе сказала я барону.

- Так, Штерн, нам надо поговорить, - сказал он и дернул меня к себе за руку. От резкого движения мои волосы ожидаемо рассыпались, полностью закрыв спину. Только вот Олаф, на реакцию которого я рассчитывала, сидел на полу, потряхивая головой и потирая челюсть, и совсем на меня не смотрел, а на мнение Штадена мне было наплевать, да он и не обратил на данный факт никакого внимания, таща меня по коридору. Его девица испуганно проблеяла:

- Кэрст, а как же я?

- Жди меня здесь, я скоро вернусь, - не оборачиваясь, ответил он.

Штаден волок меня в мужское общежитие, я пыталась упираться, но бесполезно, встречные оборачивались, но вмешаться так никто и не рискнул. Да у нас не академия, а сборище трусов! Наконец, он втащил меня в свою комнату и начал:

- Короче, Штерн, пока мы женаты, изволь вести себя прилично.

- Я, значит, буду "вести себя прилично", а ты окучивать всех окрестных девиц? Да это дискриминация! - возмутилась я.

- Ну, я же мужчина, у меня есть определенные потребности.

- У меня тоже есть определенные потребности!

- У тебя? Не смеши меня, Штерн, какие потребности? Обжиматься с этим придурком по темным аудиториям?

- Не только!

- Да я все твои потребности с запасом могу удовлетворить, - заявил он и впился грубым поцелуем в мои губы. Я отчаянно замолотила кулаками по его груди, пытаясь вырваться, и, наконец, он меня выпустил.

- Ты ... ты... ты скотина! - заорала я и попыталась дать ему по физиономии.

- Что, не понравилось? - ухмыльнулся он, перехватывая мою руку. - Так вот, Штерн, если ты будешь продолжать в том же духе, так я и до взыскания супружеского долга дойти могу. А сейчас сидишь здесь тихо до утра, если смоешься, пострадает твой мальчик. Обещаю. А утром можешь быть свободна.

В комнату ворвался ректор.

- Что вы себе позволяете, лорд Штаден? Да как вы посмели принуждать девушку? Это уже переходит всяческие границы!

- Я? Принуждать? Что вы, лорд ректор, она здесь абсолютно добровольно, - нагло улыбаясь, ответил мой похититель. - Не так ли, Штерн?

- Так, - ответила я, глядя на него с ненавистью.

- В самом деле? - недоверчиво сказал лорд Гракх. - А мне говорили совершенно противоположное. Да и девушка счастливой не выглядит.

- И кто же эти нехорошие люди, нагло возводящие поклеп на честного человека? - вкрадчиво спросил барон, полностью игнорируя высказывание о моем несчастном виде.

- Не думаю, что это имеет большое значение, - попытался уйти от вопроса ректор. - И вообще, мне пора, дел много, знаете ли.

Ректор практически сбежал. Штаден последовал за ним в надежде все же выяснить, кто на него нажаловался. А я осталась одна. Осмотрелась. Уходить мне нельзя, а вот по поводу порчи имущества мне ничего не говорили. В комнате царил просто-таки отвратительный порядок. Все книги стояли ровными рядами на полке над кроватью, вещи лежали ровными стопками в шкафу. На миг я даже испытала нехорошее чувство зависти - такого идеального состояния наша с Гретой комната не имела с момента заселения. Но потом заметила сиротливо выглядывающий из под кровати носок. Вот! Чего-чего, а носков у нас под кроватями точно не валяется!

На столе лежал отчет по практике, выполненный каллиграфическим почерком, я решила, что ему явно не хватает иллюстраций. Рисовала я, конечно, не очень, но, надеюсь, барон оценит мое стремление помочь. Цветочки, зайчики, скелетики. Изобразив на последней странице виселицу с болтающимся в ней телом, я для наглядности подписала "штаден" и задумалась, чем же еще скрасить жизнь одинокого молодого человека со слишком большим количеством свободного времени. Все-таки переписывание отчета займет его ненадолго. С сожалением отказавшись от полного уничтожения баронского гардероба, вспомнив, как он говорил, что денег у него нет, я всего лишь распустила по швам несколько его рубашек, а в штаны запустила простенькое заклинание-путанку, мы им еще в начале первого курса развлекались, вроде и нет ничего, а штаны надеть невозможно. А потом, как-то незаметно для себя я уснула и спала с чистой совестью до утра. Когда проснулась, хозяина комнаты все еще не было, но так как я была укрыта одеялом, похоже, что все-таки он заглядывал. Заботливый у меня муж, однако! Но не наблюдательный... Вспомнив, что я вчера сотворила в его комнате, я поторопилась ее покинуть - вряд ли он меня придушит при посторонних, а вот наедине...

Глава 5

- И чего он к тебе прикопался? - недоумевала Грета.

- Потому что придурок, я же тебе говорила.

- Да странно это как-то. Я бы поняла, если бы он на тебя какие-то виды имел. А то парня твоего избил, тебя в свою комнату засунул, а сам до утра куролесил.

В дверь постучали. Вошла Элиза Фогель, наша одногруппница и по совместительству самая большая сплетница нашего общежития.

- Эрна, тебе барон Штаден записку просил передать, - блестя глазками, возбужденно сказала она. - Он там внизу с преподавателем фехтования беседует, сказал, что подождет ответа. Ой, а что это у вас там с ним вчера было?

Я развернула листок, не обращая внимания на вопросы, которые сыпались из нее, как из рога изобилия. Если бы на занятиях она была бы настолько любознательной, то звание лучшей ученицы всех времен было бы ей гарантировано.

- Передай, что я подумаю, - мрачно сказала я.

- А что, что там написано? - жадно поинтересовалась Лиза.

- О, ничего особенного, - спокойно ответила я. - Он просит прощения за вчерашнее. Пишет, что настолько влюблен, что только один вид постороннего мужчины рядом со мной приводит его в такую ярость, что он полностью теряет над собой контроль.

Когда Фогель, потеряв дар речи, ушла с округлившимися глазами, Грета тут же напала на меня с вопросом:

- Что, правда?

Я молча протянула ей записку, в которой было написано: "Твой придурок вызвал меня на дуэль. Спасать будешь или пусть помирает?"

- Что будешь делать? - деловито поинтересовалась подруга.

- Для начала, спрошу Олафа, как его угораздило такую глупость сделать. Штаден же его прибьет и не заметит. Как ты думаешь, удастся их уговорить помириться?

Но Олаф наотрез отказался идти на мировую, более того, он даже сказал, что не будет со мной разговаривать, если я попытаюсь вмешаться. А со Штаденом мне поговорить не удалось до самой дуэли. Перед началом он подошел ко мне и спросил:

- Ну, что надумала?

- Что ты хочешь, Штаден? - спросила я, косясь на Олафа. Тот напряженно смотрел в нашу сторону.

- Проводишь ночь в моей комнате.

- Ты совсем совесть потерял? - аж дернулась от возмущения я.

- Нет, это ты потеряла. Чинишь мою одежду и переписываешь отчет, - он гаденько поднял левую бровь. - А ты о чем подумала? Хотя ход твоих мыслей интересен, только вот я блондинок не люблю.

Я опять посмотрела на Олафа, тот демонстративно отвернулся. Вот ведь упертый, еще действительно разговаривать не будет. Может, ему действительно в больничном корпусе полезно полежать? Ведь не убьет же его Штаден, в самом деле.

- Нет, - ответила я.

- Дорогая, я же его убью. Неужели тебе совсем не жалко парня?

- Если ты его убьешь, тебя выгонят из академии, - напомнила я. - А это для тебя крайне нежелательно.

- Если ты так внимательно читаешь правила, то могла бы заметить, что там сказано про отчисление в случае гибели при использовании магии. Чтобы добить твоего мальчика, мне магия не нужна, я достаточно хорошо фехтую. А поскольку вызвал меня он, то моим условием будет поединок на шпагах, без применения магии, - насмешливо сказал он. - Итак, сейчас только от тебя зависит, проткну я его до смерти, или только до больничного корпуса. Твое слово?

- Ну и сволочь же ты, Штаден! - не выдержала я.

- Дорогая, я же тебя предупреждал, так что во всем случившемся можешь винить исключительно себя. Последний раз спрашиваю - да или нет?

- Да, - еле слышно сказала я. - А может, я твои рубашки у себя починю, а не буду сидеть в твоей комнате?

- Я тебе больше не доверяю, Штерн, - насмешливо бросил этот гад. - А мои рубашки слишком дороги мне, чтобы я оставлял их без присмотра.

Когда он, размахивая шпагой, пошел к Олафу, Грета, на протяжении всего нашего разговора молчавшая, вдруг выдала:

- Эрна, да он же действительно в тебя влюблен по уши!

- Такое только тебе в голову прийти может! - негодующе сказала я. - Ты только, пожалуйста, не делись ни с кем своими гениальными выводами.

Дуэль закончилась, не успев начаться. Штаден только махнул клинком, как шпага Олафа отлетела в сторону, а тот зажал дырку на руке, из которой потекла кровь. Никто даже не успел заметить, как это случилось. Я с вскриком бросилась к парню, но он меня отстранил, отвернувшись. Так что в больничное крыло его отвели без меня.

Я пришла в нашу комнату, села и расплакалась. Вот что за гад этот Штаден! Ну почему я не поехала на практику со всеми? И вообще, лучше бы его тогда повесили... Грета пыталась меня успокоить, а потом к ней пришел Марк, и они успокаивали меня уже вдвоем. И надо сказать, что это у них получилось.

- Да простит тебя Олаф, не бойся, - утверждала Грета. - Куда он денется, он же любит тебя. Просто ты его в такую ситуацию поставила, непростую для его гордости.

- А что это Штаден до тебя докопался? - поинтересовался Марк.

- Мы практику вместе проходили, ты же знаешь - неопределенно ответила я, - а вчера я ему отчет изрисовала и несколько рубашек по швам распустила.

- Да уж, - хмыкнул Марк, - страсти у вас на высоте. За мной так тоже девочка ухаживала, когда мне десять лет было. Она еще колючки чертополоха в ботинки засовывала. Можешь взять на вооружение.

- Ты что думаешь, что он мне нравится?! - возмутилась я. - Да я вообще бы предпочла его не видеть! А чертополох у тебя с той поры не остался?

- Мы с Гретой можем сходить набрать, - захохотал парень. И тут в двери постучал Штаден.

- Время видела? - поинтересовался он. - Пойдем.

А куда деваться же? Обещала. И мы направились к нему в комнату, где он выдал мне испорченный отчет и стопку чистой бумаги, и я начала переписывать.

- Эту страницу переделываешь, - сказал он, просмотрев мою работу.

- Почему это? - возмутилась я.

- Неаккуратно написала, и строчки вон вверх задрались.

- Не буду я переписывать еще раз. У тебя и в таком виде примут, содержание-то сохранилось без изменения, - не согласилась я.

- Не будешь? - уточнил он.

- Нет, - твердо сказала я.

- Ну что ж, - он провел рукой над своим отчетом, что-то прошептал, и все посторонние рисунки и надписи исчезли. Вот гад!

- И зачем я переписывала? - хмуро поинтересовалась я.

- В воспитательных целях, чтобы в следующий раз дурные мысли в голову не лезли. Держи рубашки.

- А ты их магией починить не можешь? - подозрительно поинтересовалась я.

- Даже если бы мог, не стал, - усмехнулся он. - Ведь куда приятней, когда любимая жена ремонтирует твою одежду.

- Вот и завел бы любимую жену, - предложила я.

- Да вот проблема, Штерн, - многоженство у нас запрещено. Так что пока роль любимой придется исполнять тебе.

- А тебе ведь блондинки не нравятся, - подколола я его.

- Ну если тебя это так расстраивает, можешь перекраситься, - заявил мне барон. - Только я бы тебе не советовал.

- Почему это? - поинтересовалась я.

- Ты шей, Штерн, не отвлекайся. А потому, что мне без разницы, блондинка ты, брюнетка или рыжая, ты мне в любом виде не нравишься.

- Вот и не смотрел бы вообще, - пробурчала я, вшивая рукав на его законное место. Все-таки хорошо, что я не порезала рубашки на ленточки, как первоначально хотела, а то что бы я теперь делала? Магией-то я еще восстанавливать не могу!

- Все, - сказала я, сделав последний стежок, - Я пошла.

- Куда это? - поинтересовался парень.

- К себе, - ответила я. - Восстановительно-ремонтные работы я закончила, по уговору могу идти.

- По уговору, - ехидно заявил барон, - ты здесь до утра сидишь.

- Штаден, - возмутилась я, - имей совесть! Ведь что обо мне будут говорить, ты подумал?

- А что обо мне будут говорить, если ты будешь шляться с кем ни попадя, и выплывет правда о нашем браке, ты подумала? - спросил он. - Короче, ложись вон на вторую кровать и молчи.

- Сам бы попробовал в корсете поспать, - пробурчала я.

- В чем проблема? - поднял бровь барон. - Не хочешь спать в одежде, раздевайся.

- При тебе? - возмутилась я. - А ты не обнаглел вконец?

- Дорогая, чего ты возмущаешься? - расхохотался он. - Мы ведь с тобой не чужие люди, ты же моя жена.

Да, попытка найти совесть там, где ее никогда не было, позорно провалилась. С тяжелым вздохом я легла прямо в одежде поверх покрывала. Штаден насмешливо хмыкнул, но комментировать не стал.

- Штаден, а почему у тебя соседа нет? - поинтересовалась я.

- А потому, Штерн, что у ваши мальчики от меня очень быстро сбегают. Боятся. Да вообще в вашей Магической академии штаны достоин разве что только твой Олаф носить, пожалуй, а остальные не мужики, а тряпки.

- А почему, в "вашей", ты же тоже здесь учишься? - удивилась я.

- А я здесь временно, пока мой папаша в чувство не придет, а то без денег жизнь не очень весела, а местным студентам хотя бы стипендию платят, в отличие от наших.

- А если твой отец так и не надумает тебя спонсировать?

- Так, Штерн, - раздраженно сказал он, - лицом к стенке, зубы сомкнула и ни звука больше.

Когда утром я проснулась, Штадена ожидаемо не было, зато на столе стоял великолепный металлический кувшин с водой, который я аккуратно и поставила сверху на дверь, когда ее прикрывала. Даже если этот гад и не обольется, то, может, хотя бы шишку набьет. И я отправилась на занятия в отличном настроении, которое, впрочем, недолго продержалось. Общих пар у меня с "мужем" не было, так что узнать о результате кувшинной диверсии я не смогла. А вот девицы наши косились на меня и перешептывались. Новость о том, как я спасла Олафа, гуляла по всей нашей академии под номером первым, и это меня совершенно не радовало. После занятий Грета решительно взяла меня за руку и потащила в нашу комнату.

- Нельзя ему все спускать! - возмущенно сказала она.

- И что ты предлагаешь? Он здесь любого моментально в больничное крыло отправит.

- Вот! - подняла палец подруга. - Ключевое слово "здесь". У нас же есть Военная академия!

- Ну уж нет! - твердо сказала я.

Глава 6

- Улыбайся, - ткнула меня локтем в бок Грета. - Мужчины любят дур, а серьезное выражение лица сразу наводит мысль о том, что в голове что-то есть. Как бы еще выяснить, что их нашивочки значат? А то нам нужен курс пятый-шестой, не ниже... Молодой человек, можно у вас поинтересоваться, что значат вот эти замечательный полоски и крестики? В самом деле? Ой, как интересно! Значит, у вас второй курс, у пятого крестик с загогулинкой, а у шестого два крестика? Нет, спасибо, в кафе мы не пойдем. Всего доброго!

- Да, видел бы тебя Марк, - покачала я головой с осуждением. Гретина идея мне совершенно не нравилась. Зря я дала себя уговорить!

- Да ладно, - жизнерадостно откликнулась она. - Я ведь с ним в кафе не пошла, хотя мальчик вполне себе. Да не бойся ты, Марк поймет, я же для тебя стараюсь. Интересно, здесь вообще старшекурсники ходят или одна мелочь?

Старшекурсники, к моему глубочайшему сожалению, тут тоже ходили. Так что буквально минут через пятнадцать сидели мы с подругой в компании трех молодых людей с шестого курса в ближайшем кафе. Подруга вовсю кокетничала, я задумчиво ела клубничное мороженое, рассматривала курсантов и мрачно размышляла на предмет того, кого из них придется отдать на заклание Штадену. Блондинистого молчаливого Краузе я отмела сразу, настолько он был похож на моего Олафа. Невысокий темноволосый Крастен показался мне недостаточно серьезным противником для нашего барона. А вот светловолосый, рыжеватый Ведель, тот, на мой взгляд, сам походил чем-то на Штадена, то же изредка прорывающееся высокомерия, те же немного хищные движения уверенного в себе человека. Если из этой троицы кто и может уделать моего "мужа", решила я, так только он. Грета под столом постоянно пинала меня по ноге, предлагая побыстрее включаться в общение, нога уже начинала побаливать, так что я была вынуждена принять решение и включиться в разговор.

- А нас на практику никогда группой не отправляли, - рассказывал в это время Крастен, - Просто магов обычно распихивают по немагическим группам по два-три человека, чтобы учились взаимодействовать с обычными войсками.

- А в вашей академии разве не только маги учатся? - удивилась я.

- Нет, конечно, - рассмеялся Ведель, - здесь ведь идет подготовка офицерского состава для всей армии, а в ней отнюдь не только маги. Так что у нас есть магическое и немагическое направление обучения.

- А на магическое берут всех желающих с даром? - улыбнулась я ему.

- Отнюдь, у нас набор ограничен, так что бывает до пяти-шести человек на место, - пояснил он мне.

- Надо же, как интересно, - продолжила я улыбаться молодому человеку, который выглядел весьма заинтересованно. - У нас ведь всех берут, я и не знала, что у вас другие требования. А что, армии маги не очень нужны, если у вас такой набор небольшой?

- Добрый день дамы и господа, - вдруг раздался подозрительно знакомый голос за спиной.

- Привет, Кэрст! - дружно произнесли наши новые знакомые, и подозрение превратилось в твердую уверенность. Грета повернулась и со счастливой улыбкой помахала Штадену ручкой.

- Хотел бы я знать, - вкрадчиво произнес он, - что здесь делают наши прекрасные дамы.

- Однокурсницы твои, что ли? - спросил Ведель и, дождавшись ответного кивка, произнес. - Понятно, надеюсь, ты не будешь возражать, если я поухаживаю за этой беленькой? Тебе же все равно блондинки не нравятся.

- Буду, - мрачно сказал барон. - Более того, если ты сделаешь такую глупость, я буду вынужден вызвать тебя на дуэль и убить, на что эта блондиночка, видно, и рассчитывает.

На меня с осуждением посмотрели три пары глаз.

- Неправда, - возмутилась я. - Я рассчитывала на то, что убьют тебя, не надо вводить людей в заблуждение!

Три пары глаз с интересом воззрились на Штадена.

- И вообще, - пошла в нападение Грета, - вот что ты к ней привязался, ты же ей жить нормально не даешь! Ты ей кто - брат или муж, чтобы следить постоянно?

- Уважаю, Штерн, - неожиданно серьезно сказал этот гад. - Умение держать язык за зубами дорого стоит. А ты даже подруге не проболталась.

С этими словами он взял меня за руку и стащил с нее браслет, продемонстрировав мою брачную татуировку окружающим, а затем и свою.

- Надеюсь, всем все понятно?

Теперь осуждающе посмотрела на меня Грета.

- Ну и сволочь ты, Штаден! - не выдержала я. - Ведь договорились же молчать, пока развод не получим! Если бы ты знал, как я жалею, что тебя тогда не повесили! А ты, вместо благодарности за спасение своей жизни, портишь мою!

- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался Ведель. - Можно поподробнее про повесили?

- В Борхене, где мы проходили практику, его приговорили к казни за дуэль и повесили бы, если бы я не согласилась за него замуж выйти, - пояснила я.

- И много человек его на казнь вели? - вкрадчиво поинтересовался Крастен.

- Два стражника, - ответила я, парни переглянулись и заржали как лошади. Я подумала и добавила, - и бургомистр!

- Да, бургомистр - это сила! - согнулся от хохота Ведель.

- И чего вы такого смешного нашли в моих словах? - возмутилась я.

- Милая девушка, чтобы повесить нашего друга, двух стражников и бургомистра совершенно недостаточно. Кэрст уже не первый раз так развлекается, и мне совершенно не понятно, почему он на вас женился.

- Ну, она с таким пылом бросилась на мою защиту, что сказать "я не согласен жениться, лучше вешайте" было даже как-то невежливо с моей стороны, - усмехнулся Штаден. Его друзья опять заржали, ибо смехом это при всем желании назвать нельзя было.

- Значит, тебе ничего не грозило? - уточнила я.

- Абсолютно, - совершенно спокойно ответил этот гад, - со мной мог справиться только достаточно сильный маг, а такого в Борхене не было. Просто мне настолько надоело это тоскливое местечко, что когда меня арестовали за дуэль, я сказал бургомистру, что добью его сыночка, как только тот из лечебницы выйдет. Правда, я думал, что меня просто из города выставят, а тот дальше пошел.

- Значит, это из-за тебя я сейчас в такой идиотской ситуации? - с этими словами я выплеснула уже совершенно растаявшее мороженое прямо в лицо этому гаду и схватив подругу за руку, сказала: - Идем, Грета, что-то мы тут засиделись.

К сожалению, мороженое так и не долетело до пункта назначения, а собралось в гладкий розовый шарик и опустилось назад в креманку. А я обнаружила, что не могу сделать ни шагу и с возмущением уставилась на Штадена.

- Сядь, и давай спокойно поговорим, - предложил он.

- Да не хочу я с тобой разговаривать!

- Штерн, а давай ты семейные сцены при посторонних устраивать не будешь? - вкрадчиво предложил он.

- У нас нет с тобой никакой семьи, Штаден, все окружающие в курсе.

- Кэрст, ты не прав, - внезапно сказал Ведель и, не успела я обрадоваться поддержке, продолжил, - ну какая она теперь Штерн, она теперь Штаден. Леди Штаден.

И эта троица опять захохотала. А я от неожиданности села на стул.

- А ведь точно, - удивленно выдохнула Грета. - Ты же за него замуж вышла. Слушай, это ведь получается, что ты должна об изменении фамилии нашей кураторше сказать.

- Я. Не. Меняла. Фамилию, - четко выговаривая каждое слово, произнесла я. - И меня вполне устраивает собственная. И леди Кларк сообщать ничего не надо, все равно мы разведемся в следующем году.

- Вы так в этом уверены? - поинтересовался Ведель.

- Во всяком случае, попробуем, - твердо ответила я. - И давайте прекратим обсуждение моей фамилии. Хорошо, Штаден, я тебя слушаю.

- Предлагая все же больше никому не сообщать о нашем браке. Я надеюсь, что твоя подруга тоже не из болтливых. Просто твое поведение вынудило меня сейчас все рассказать, чтобы тебе опять в голову не пришла дурная мысль искать кого-нибудь здесь для того, чтобы свести со мной счеты.

- Ну тебя здесь слишком хорошо знают, чтобы связываться, - усмехнулся Крастен.

- Ну, так она же, - небрежный кивок в мою сторону, - не собирается докладывать, с кем придется иметь дело в случае чего.

Все синхронно повернули голову в мою сторону и оценивающе посмотрели, затем Ведель сказал:

- Леди Эрна, все здесь присутствующие могут подтвердить, что ваш муж уделает любого, кто в настоящий момент учится в нашей академии, ну разве что кроме преподавателя по магическим боям, лорда Стоуна, так у того и опыта значительно больше, - а потом повернулся к Штадену и сказал, - Слушай, Кэрст, ты же теперь с отцом помириться можешь, вы ведь разругались из-за того, что он женить тебя хотел.

- В самом деле, - задумчиво сказал тот, - как-то я даже и не подумал об этом.

- Вот, - радостно заявил Крастен, - помиришься и к нам вернешься. А то я удивляюсь, как ты в той академии с тоски не загнулся. Хотя... с такими девочками тосковать не приходится.

- Только ведь, - задумчиво сказал Штаден, - это придется ее с отцом знакомить, да еще и демонстрировать ему нашу пылкую любовь.

Меня аж всю передернуло от возмущения:

- Не буду я ни с кем знакомиться! Еще чего не хватало! Мы вообще-то разводиться собираемся, если вы не забыли.

Глава 7

Итогом нашей вчерашней встречи стало то, что я наотрез отказалась знакомиться со "свекром" и собиралась рассказать правду Олафу. Уж если Штаден все выкладывает своим друзьям, то этого мне он запретить никак не может. Грета ругалась на меня всю дорогу, да и в общежитии продолжала злиться. По ее словам, я должна была сразу же ей все рассказать, ведь мы же подруги. А я ей объясняла, что мне попросту стыдно было за такой идиотский поступок с моей стороны, да и вообще одна только мысль о Штадене настолько меня выводит из себя в последнее время, что лишний раз и говорить о нем не хочется. Подруга подулась, подулась да и простила. Все-таки у Греты золотой характер.

На перерыве между занятиями, я решилась подойти к Олафу. После дуэли со Штаденом он меня полностью игнорировал - не только не обращался, но даже и не смотрел в мою сторону. Все это меня ужасно расстраивало.

- Олаф, нам надо поговорить.

- Я же сказал, что не буду с тобой разговаривать, - он даже не повернулся ко мне.

- Хорошо, не разговаривай, а просто выслушай, - я схватила его за рукав и потянула к окну, подальше от любопытных ушей нашей группы. Парень неохотно за мной последовал и начал заинтересованно изучать улицу, все так же на меня не глядя. - Дай слово, что никому не расскажешь то, что сейчас от меня услышишь.

- Даю слово, - пробурчал он, даже не повернувшись.

- В общем, дело в том, что во время практики я случайно вышла замуж за Штадена.

- Как это можно, случайно выйти замуж? - округлившимися глазами Олаф уставился на меня.

- Ну, я думала, что его повесят, и согласилась, - мрачно сказала я. - а теперь мы развод пока получить не можем, потому что брак Богиня благословила. А Штаден требует, чтобы пока я его жена, я ни с кем не встречалась. Ты не думай, он ко мне вообще не пристает даже.

- А я и не думаю, ни о нем, ни о тебе, - Олаф высвободил рукав и, отвернувшись от меня, пошел в сторону группы.

Вот так. Получается, он меня бросил? Я с трудом удерживалась от слез. И так эта Фогель хищно уставилась в мою сторону, хватит с нее и того, что устроил мой друг. Или теперь уже бывший друг?

- Что он тебе такого сказал, что на тебе лица нет? - подошла Грета.

- Сказал, что не думает ни обо мне, ни о Штадене, - тихо ответила я. - Грета, этот сволочной барон разрушил всю мою жизнь! Получается, что он полностью лишил меня личной жизни, а сам постоянно с кем-то трется! Ну, я это так не оставлю!

- И что ты можешь сделать? - удивилась подруга.

- Пока не знаю, но не оставлю точно.

Следующей парой у нас была Общая магия, лекции по ней читаются всему потоку, так что я была вынуждена любоваться тем, как Штаден сидит рядом с очередной пассией, и они мило воркуют. Я косилась на них и думала. Пойти по пути своего мужа и бить всех его девушек у меня просто не получиться. Во-первых, их слишком много. Во-вторых, если дело дойдет до драки и, соответственно, выдирания волос, то я в заведомом проигрыше - у его нынешней девицы более тяжелая весовая категория, а волос столько, сколько она у меня всего за один рывок выдерет. Остаться без скальпа ради сомнительного удовольствия проучить Штадена, я, пожалуй, не готова. Тем более, что ему ничего не стоит заменить одну лысую дуру на другую, но уже с волосами. Так что этот путь отпадает. В магии он меня заметно сильней - вон, в кафе я даже не поняла, как он меня к месту приморозил, и, как убрал заморозку, тоже не заметила. Хотя есть один предмет, который в военной академии преподают намного хуже, чем у нас, - амулеты. Может зачаровать что-нибудь так, чтобы приводит он свою красотку к себе, а ей какая-нибудь святая Ванесса, покровительница брака, является и укоризненно головой качает. У нас амулеты преподавали с начала первого курса, знала я этот предмет очень хорошо, кроме того никто ведь не мешает мне справочник прямо сейчас взять. А если вдруг сама не разберусь, то всегда можно гретиного Марка привлечь, все-таки он уже на четвертом курсе, должен знать.

Так что я еле дождалась перерыва и помчалась в нашу комнату, где и взяла вожделенный справочник. Обложка у него была очень потрепанной и изрисована всякой ерундой, так что я обернула книгу розовой бумагой с цветочками. Та сразу стала выглядеть как нечто легкомысленное, на что и обратил внимание Штаден, когда я возвращалась в аудиторию:

- Что, Штерн, читаем всякую фигню в духе "Он в порыве страсти бросил ее на кровать, но промахнулся"?

Я его просто проигнорировала и даже не обиделась за это высказывание, потому что он подал мне великолепную идею - ведь если кровати начнут от них с девицей убегать по всей комнате, свидание у него точно сорвется. А вот если он еще попытается в порыве страсти ее туда бросить... Значит, решено - сначала святая Инесса, так чтобы ее видела только девица, а если ее это не проймёт, тогда им придется устраивать забег за мебелью! Лектор тихо себе бубнил под нос, я читала захватывающие описания изготовления амулетов. Сразу же выяснилась неприятная деталь - если для иллюзии можно было взять маленький предмет, например, булавку, то для того, чтобы двигать предметы магией, требовалось что-то либо объемное металлическое, либо дорогущий ювелирный самоцвет. На большие денежные траты ради Штадена я была совершенно не готова, а лишний объемный металлический предмет в своей комнате он вряд ли не заметит. И тут мне вспомнился тот замечательный баронский кувшин, надеюсь, он не помялся от контакта с головой этого типа! В идеале, конечно, нужно бы его и зачаровать, вот только это времени требует, а хозяин может пропажу и заметить, так что придется просто такой же купить, хорошо, что кувшин стандартный - такие, вроде бы, даже в лавке рядом с академией продают. Еле досидев до конца лекции, я подскочила и понеслась делать покупку, Грета попыталась меня задержать, а когда я объяснила, что собираюсь делать, захихикала и пошла со мной.

Так что чаровали мы вместе. Иллюзия у нас получилась благодаря Грете вообще замечательной, все-таки, чтобы сделать качественную иллюзию нужны художественные способности, которых у меня нет. Святая укоризненно смотрела, сурово сдвинув брови и качала неодобрительно головой. Если под таким присмотром девица сможет хотя бы целоваться, то у нее должны быть очень крепкими нервы. Иллюзию мы запихали в булавку, магии эта красота требовала всего ничего. И приступили к кувшину. Задача была сдвинуть кровать при попытке на нее хотя бы сесть. Пропыхтев с полчаса, мы добились желаемого - кровати бегали по всей комнате, даже на потолок левитировали при наличии в комнате больше одного человека. Вот на это ушло почти три четверти моего и половина гретиного резерва. Все сливать сегодня никак нельзя - нам еще предстоят практические занятия, но и так на пару дней Штадену должно хватить развлечений. Взяв результаты нашей деятельности, мы направились в его комнату, как неожиданно подруга спросила:

- А как мы в его комнату-то попадем?

Я задумалась. Те два раза, что он меня туда притаскивал, дверь была незаперта, может, и сейчас нам повезет? Так и вышло. Интересно, он что, вообще не боится, что к нему несанкционированные посетители ходить будут? Грета входить не стала, чтобы наши амулеты не сработали, и мебель бегать не начала. Булавку я воткнула в подрубочный шов штор, заменила кувшин на столе, и мы с чувством выполненного долга отправились на занятия. Хорошее настроение не покидало меня до обеда, во время которого к нам с Гретой за столик сел Штаден и вкрадчиво поинтересовался:

- Штерн, а что ты делала в моей комнате?

- Штаден, мне делать больше нечего, как по твоим комнатам ходить, - не моргнув глазом, ответила я. - С чего это ты взял, что я там была?

- Ты же лекции прогуляла?

- Мы с Гретой по лавкам ходили, - отрезала я.

- Да? А сигналки в моей комнате утверждают, что ты была именно там, правда, почему-то без Греты.

Похоже, зря мы рассчитывали, что он не заботится о сохранности своей комнаты, подумалось мне. Так что, теперь нужно выяснять, как эти самые сигналки выявить и обмануть, так как на кувшине я останавливаться не желала.

- Дорогая, я жду ответа, - протянул он.

- Жди, - спокойно согласилась я, тщательно прожевывая овощное рагу. Вот умеют же наши повара иногда так вкусно готовить, что просто не оторваться!

- То есть ответа не будет? - уточнил он.

Я отрицательно покачала головой. Ну, в самом деле, не говорить же ему, что я, как приличная жена, пришла собрать его грязные вещи в стирку? Еще всунет тюк белья и похвалит за энтузиазм. А другого мне ничего в голову не приходило.

После занятий мы с Гретой мирно сидели на скамеечке напротив общежития - интересно же посмотреть на реакцию штаденовской пассии. Я переписывала пропущенные лекции, взятые у Фогель (у нее в нашей группе самый разборчивый почерк), Грета следила за окружающей обстановкой, а то вдруг пропустим начало. Штаден прошел почему-то один, покосился на нас, хмыкнул, но комментировать не стал.

- Чего это он один пришел? - раздосадовано сказала Грета. - Мы зря что ли тут сидим?

- Не нервничай. Может, его подружка еще подойдет, - попыталась я ее успокоить. Но сама я была тоже расстроена не меньше. Столько трудов, а где результат? А вдруг он вообще все уже обнаружил? Хотя мы старательно маскировали амулеты, фонить они не должны, но кто его знает.

- Не подойдет, - вдруг хихикнула подруга, - но результат все равно увидим, ну, или услышим.

В этот момент я тоже увидела штаденовских друзей из военной академии, все трое, весело переговариваясь и посмеиваясь, шагали в сторону мужского общежития, когда вдруг заметили нас. Радостно помахав нам руками, они быстро о чем-то переговорили, после чего Ведель направился в нашу сторону, а двое остальных продолжили идти по прежнему маршруту. Ведель подошел, поздоровался с нами и спросил:

- Скажите, Эрна, вы действительно вчера искали человека, способного вызвать Кэрста на дуэль?

- Это была идея Греты, - ответила я. - Сама бы я точно туда не пошла.

- Мне показалось, или вы выбрали для этой цели меня?

- Нет, не показалось.

- А можно вас спросить о причинах?

- Вы мне показались наиболее сильным. А разве это не так?

- Так, - довольно усмехнулся он. - Эрик и Ролф намного меня слабее, а в дуэли с Кэрстом у меня действительно есть шанс, и неплохой.

Я пожала плечами. В данный момент меня эта тема совершенно не интересовала - все равно эти курсанты драться отказались, а мы с Гретой с замиранием сердца ждали результата нашей диверсии. Я и сейчас в разговоре постоянно косилась на мужское общежитие, но пока там ничего не происходило.

- А скажите, Эрна, - неожиданно произнес Ведель, - если бы вы не были замужем за моим другом, вы согласились бы со мной встречаться?

Я изумленно на него посмотрела. Он внимательно глядел на меня и казался очень напряженным. Ну вот этого мне еще не хватало!

- Нет, - честно сказала я.

- Почему?

- Я люблю другого.

- Штадена? - убито спросил он. Грета за моей спиной подавила возникший смешок.

- Штадена и без меня есть кому любить, - возмущенно сказала я. - Я в клуб его поклонниц записываться не собираюсь.

И в этот момент все и началось. Из открытой форточки послышался хохот, мы с Гретой расстроено переглянулись - похоже, святая Инесса не нашла понимания в огрубевших военных сердцах, девица бы уже наверняка визжать начала.

- А что там происходит? - поинтересовался Ведель, видя, как мы напряженно прислушиваемся к звукам из штаденовского окна.

Мы ему даже и ответить не успели, как до нас донесся грохот и такая выразительная многоступенчатая ругань! Да, святые, они такие - не покаешься, так и огребаешь по полной!

- Сразу видно, что у вас есть курс прикладной лингвистики по армейским ругательствам. Такая длинная тирада и ни одного повторения, - восхищенно сказала Грета. - Кто это у вас такой изобретательный? Нужно будет попросить его повторить под запись.

- Это Крастен, - усмехнулся наш собеседник, - так вы мне объясните, что там происходит?

- Штерн! Сюда! Быстро! - раздался командный голос из окна.

Это он мне? Ну, наглый! Ага, вот прямо сейчас бегу! Хотя, похоже, бежать уже надо, только в другую сторону. Я покосилась на Грету, она поняла меня без слов:

- Ой, с вами было так интересно, Дитер, - буквально пропела она, - но нам еще столько надо к завтрашним занятиям сделать. Правда, Эрна?

- Да, было приятно вас повидать, - церемонно сказала я.

И мы порысили в сторону нашего общежития, переглядываясь и хихикая на ходу. Не добежали мы буквально метра два. Штаден схватил меня за руку и опять потащил к себе.

В комнате творился сущий бардак. Одна кровать висела под потолком, другая жалобно жалась к стенке от Краузе и выглядела по настоящему несчастной. По полу были разбросаны тетради и несколько учебников. Посреди комнаты висел фантом святой и укоризненно смотрел почему-то только на Крастена. Тот хихикал и пытался обойти наше творение вокруг, но оно неизменно поворачивалось к нему лицом. Пришедший за нами Ведель с интересом осматривался.

- Штерн, быстро все убрала, - скомандовал Штаден.

Убрать? Ну, это он явно погорячился. Бытовые заклинания у меня всегда выходили отлично. Заклинание "липучки" - и по полу заклубился маленький смерч, собирая все с пола в один компактный шарик. Я особо не присматривалась, но три носка и один шейный платок туда точно попали, бумагу это заклинание, к сожалению, обходит, так что пара учебников, валяющихся на полу, не пострадали.

- Убрала. Сам выбросишь? - я торжественно вручила мужу шар мусора.

- Да у вас тут очень весело, - расхохотался Крастен. - С такими девочками точно не заскучаешь.

- Грета в восторге от вашего выступления, - вспомнила я. - Может, запишете ей свою речь?

- Я ей лучше лично повторю, - заявил он.

Штаден вертел в руках шар мусора и пытался выдрать из него хотя бы один носок, но заклинание не зря называлось липучкой, все, что попадало в шар, извлечению уже не подлежало, во всяком случае, в целом виде.

- Дорогая, и что это значит? - ледяным тоном поинтересовался он.

- Ты же просил убрать? - удивилась я. - Мне для тебя ничего не жалко - смотри, какой идеально чистый пол теперь в твоей комнате. Осталось только книги с тетрадями собрать, но мне кажется, что ты с этим и сам справишься.

- Значит так, - зло сказал Штаден. - Убираешь свое произведение из центра комнаты и ставишь кровати на место.

- Ну знаешь, - возмутилась я. - Я тебе не грузчик, кровати двигать. Твои друзья их распугали, вот пусть на место и ставят.

- Эрна, - вдруг ласково сказал он, - тебе так понравилось ночевать в моей комнате? Так вот, если все на место не вернешь, обещаю, будешь ночевать сегодня не только в моей комнате, но и в моей кровати.

- Сомневаюсь, что ты в состоянии выполнить это обещание, - ядовито заметила я. - Ты сначала догони кровать, а потом угрожай.

- Легко, - ответил он, притянув магическим захватом ту, что висела под потолком. Бедная мебель буквально дрожала от омерзения, но вырваться не могла. - Я могу и всю ночь ее так продержать, уверяю.

- А сил-то хватит? - не сдавалась я.

- Предлагаешь проверить? - буквально промурлыкал он. - Я только "за".

Я возмущенно на него посмотрела:

- Неужели тебе твоих пассий недостаточно?

- О, да ты ревнуешь?

- Еще чего не хватало!

- Тогда что все это значит? - он показал рукой на творящееся в комнате безобразие.

- Просто, если у меня здесь нет личной жизни, то и у тебя не будет, - нахально сказала я ему.

- Что, сбежал твой Олаф? - ехидно заявил он.

Я пристально на него посмотрела, затем махнула рукой, дезактивировав оба амулета, повернулась и пошла к себе. Вот еще чего не хватало, обсуждать моего Олафа с этим.

- А неплохо она тебя уделала, - заметил за моей спиной Ведель. Только это меня совсем не порадовало. Что ответил Штаден, я уже не слышала.

Когда я пришла в комнату Грета уже вовсю рассказывала Марку о нашей диверсии.

- А вы не слишком над ним издеваетесь? - поинтересовался тот.

- Поверь, он этого заслуживает, - ответила Грета. - Я тебе просто сейчас все рассказать не могу, слово дала.

- Он еще не этого заслуживает, - мрачно сказала я.

- Знаете, девочки, - серьезно сказал Марк, - вы бы лучше над кем другим извращались. В Эрну он, похоже, влюблен и будет ее выкрутасы терпеть до какого-то предела, а вот на тебе, Грета, может и отыграться.

- Знаешь, Марк, - в тон ему продолжила я, - насчет "влюблен" ты очень ошибаешься, но Грету я действительно постараюсь больше не впутывать.

Глава 8

В начале первой же лекции в аудиторию заглянула секретарь ректора инора Даббс:

- Студентка Штерн, к ректору.

Мне осталось только порадоваться, что снимают не с практического занятия, когда под перешептывания группы я направилась к выходу.

В кабинете ректора, кроме него самого, присутствовала еще куратор нашей группы леди Кларк. Выглядела она крайне недовольной.

- Инорита, то, что вы устроили вчера в мужском общежитии, это не в какие рамки не лезет, - экспрессивно начал ректор. - Вы же подписывались при поступлении под правилами проживания! А там черным по белому написано, что использование магических заклинаний выше первого уровня допустимо только в специально оборудованных помещениях академии под наблюдением преподавателя. А ваш артефакт из кувшина тянет, по меньшей мере, на четвертый. Какое безобразие! А если бы гостей лорда Штадена кровати придавили? Какой был бы позор для нашей академии!

- Да эти гости сами маги из Военной академии, шестой курс, - не выдержала я. - Ничего бы с ними не случилось!

- Что-то я не слышу раскаяния в вашем голосе, - раздраженно сказал ректор. - Хотя то, что они были из Военной академии, несколько вас оправдывает. Все-таки противостояние между нашими учебными заведениями имеет давнюю историю. И что, неужели они не смогли отключить ваш амулет?

- По-моему, они это и не пытались сделать, - начала я вспоминать вчерашние события.

- Может, написать докладную записку об уровне их магической подготовки? - задумчиво сказал он, постукивая пальцами по столешнице. - Даже жаль, что обошлось. Какие могли бы быть заголовки! "Учащиеся выпускного курса Военной академии раздавлены взбесившимися кроватями!"

- Лорд Гракх! - шокировано выдохнула леди Кларк.

- Э-э-э.... - протянул он. - О чем это я? Так вот, студентка Штерн, объявляю вам выговор и отработку в библиотеке с сегодняшнего дня на две недели по два часа в день. Если у вас так много свободного времени, то грех его не использовать. При повторном нарушении так легко не отделаетесь, имейте в виду. В виварий отправитесь отрабатывать. И еще, для решения проблем, возникающих между студентами, у нас есть великолепно защищенная комната для магических дуэлей. Вот там можете делать все, что угодно. Всего хорошего.

Леди Кларк от ректора вышла вместе со мной и повела меня к себе в кабинет.

- Эрна, - начала она, - что происходит между тобой и лордом Штаденом?

- Это он на меня ректору нажаловался? - ответила я на вопрос вопросом.

- Вовсе нет. Это дежурный преподаватель засек выброс магии, просто его в тот момент не было на территории академии, за что он уже получил выговор. Так что то, что похулиганила именно ты, донес тоже он. Кстати, если тебе интересно, все присутствующие на тот момент в комнате утверждали, что это именно они развлекались. Но ты так и не ответила на мой вопрос по поводу того, что происходит между тобой и лордом Штаденом.

- Ничего, - с тяжелым вздохом ответила я.

- Он таскает тебя через всю территорию академии, дерется на дуэли с твоим парнем, после чего тому требуется лекарская помощь, ты ночуешь в его комнате и подстраиваешь ему магические пакости, - начала она перечисление. - И после этого, ты утверждаешь, что между вами ничего не происходит?

Я промолчала. В самом деле, ну что тут можно сказать?

- Эрна, - продолжила леди Кларк, - ты всегда была очень выдержанной девушкой. С кем-нибудь другим я бы и не стала вести подобный разговор. Но мне кажется, вступать в какие-либо отношения со Штаденом будет очень большой ошибкой с твоей стороны. Вы с Олафом были такой чудесной парой. Я только успела порадоваться, что вы с ним наконец-то перебороли смущение и стали встречаться, и тут такой выверт с твоей стороны. Эрна, этот барон переступит через тебя и через пять минут забудет о твоем существовании, а Олаф - он совсем не такой, и он тебя любит. Подумай об этом.

Я подумала об этом и разревелась. Меня саму уже настолько измучила эта ситуация, что я решила для себя, что лучше при следующей поездке на практику возьму в ректорате точную инструкцию по доставке тел погибших одногруппников, но замуж ни за кого никогда ни при каких условиях не выйду. Растерявшаяся леди Кларк налила мне стакан воды и начала успокаивать:

- Эрна, девочка моя, ну что ты, в самом деле? Я совершенно не хотела тебя обидеть. Просто мне так нравитесь вы с Олафом, и мне хочется, чтобы у вас все было хорошо.

Так с красными глазами и распухшим носом и пошла я на лекцию. Преподаватель комментировать мой приход не стал и продолжил монотонно вычитывать текст с бумажки, только лишь возмущенно на меня покосившись. Я подсела к Грете и та стала сразу же меня пихать локтем в бок в надежде узнать, что же мне такого наговорил наш ректор. Но ей пришлось подождать до перерыва.

- Он сказал, что следующие две недели я отрабатываю по два часа ежедневно в библиотеке, а при следующем нарушении отправит меня на отработку в виварий, - тихо я пояснила подруге. - И еще, что подобного рода проблемы должны, по его мнению, разрешаться дуэлью.

У Фогель, сидящей рядом, даже уши вытянулись в нашу сторону, так ей хотелось узнать, за что меня вызывали к ректору. Надеюсь, что все же ничего она не услышала, незачем ей дальше распускать обо мне слухи.

- А плакала-то ты чего? - спросила подруга. - Библиотека - это еще вполне терпимо.

- А потом мне выговаривала леди Кларк, - пояснила я. - Она считает, что я влюблена в Штадена.

- Нужно было ей все рассказать, - заявила подруга.

- Наверно, только когда она начала говорить про Олафа, я уже ни о чем рассказывать не могла, - грустно пояснила я. - Да и думать тоже.

При этих словах я невольно посмотрела в сторону парня, он казался погруженным в чтение конспекта и ни на кого не смотрел. Вот за что он так со мной? Я ведь ему все рассказала, как есть. Или он считает, что раз остальные об этом не знают, то над ним будут подшучивать из-за моих отношений со Штаденом?

- И что теперь, - поинтересовалась подруга, - от мести отказываешься?

...

Купить книгу "Эрна Штерн и два ее брака" Вонсович Бронислава


Initiatory fragment only
access is limited at the request of the right holder
Купить книгу "Эрна Штерн и два ее брака" Вонсович Бронислава

home | my bookshelf | | Эрна Штерн и два ее брака |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 15653
Средний рейтинг 4.9 из 5



Оцените эту книгу