Book: Учение и ритуал высшей магии



Учение и ритуал высшей магии

Элифас Леви


УЧЕНИЕ И РИТУАЛ ВЫСШЕЙ МАГИИ

ТОМ ПЕРВЫЙ – УЧЕНИЕ

Перевод А.Александрова

Dogme et Rituel de la haute Magie. Paris: Germer-Bailliere, 1856

Санкт-Петербург, 1910

ВВЕДЕНИЕ

Под покровом всех священных и мистических аллегорий древних учений, сквозь мрак и странные испытания всех посвящений, под покровом всех священных писаний, в развалинах Ниневии и Фив, на изъеденных временем камнях древних храмов, на почерневшем лице сфинксов Ассирии и Египта, в чудовищных или чудесных рисунках, переводящих для верующих Индии священные страницы Вед, в странных эмблемах наших старых алхимических книг, в церемониях посвящения, практиковавшихся всеми таинственными обществами, – повсюду мы находим следы доктрины, повсюду торжественной, повсюду старательно скрываемой...

По-видимому, тайная философия была кормилицей или крестной матерью всех религий, тайным рычагом всех интеллектуальных сил, ключом ко всем божественным темнотам и абсолютной царицей общества в те времена, когда единственным ее назначением было воспитание первосвященников и царей.

Она царствовала в Персии с магами, которые однажды погибли, как погибают властители мира, злоупотребляющие своим могуществом; она одарила Индию самыми чудесными преданиями и невероятной роскошью поэзии, прелести и ужаса своих эмблем; она цивилизовала Грецию под звуки лиры Орфея; в смелых вычислениях Пифагора она скрывала принципы всех наук и всего прогресса человеческого духа; басня была полна ее чудес, и сама история, когда бралась судить эту неизвестную силу, сливалась с басней; своими оракулами она потрясала или утверждала империи, заставляя бледнеть тиранов, и посредством любопытства или страха господствовала над всеми умами. Для этой науки, говорила толпа, нет ничего невозможного: она повелевает элементами, знает язык светил и управляет ходом звезд; при звуке ее голоса окровавленная луна падает с неба и мертвецы встают из могил... Госпожа любви и ненависти, эта наука может доставить, по своему желанию, рай или ад людским сердцам; она свободно располагает всеми формами и распределяет, как ей угодно, красоту и безобразие; при помощи палочки Цирцеи она превращает людей в скотов и животных в людей; она располагает даже жизнью и смертью, и может доставить своим адептам богатство, посредством превращения металлов, и бессмертие при помощи своей квинтэссенции и эликсира, составленного из золота и света... Вот чем была магия от Зороастра до Манеса, от Орфея до Аполлония Тианского – до тех пор, когда позитивное христианство, восторжествовав, наконец, над прекрасными мечтами и гигантскими стремлениями александрийской школы, осмелилось публично поразить эту философию своими анафемами и, таким образом, заставило ее стать еще более тайной и таинственной, чем когда бы то ни было прежде.

Впрочем, о посвященных, или адептах, ходили странные и тревожные слухи; эти люди повсюду были окружены фатальным влиянием: они убивали или делали безумными всех тех, кто позволял себе увлечься их сладким красноречием или очарованием их знаний. Женщины, которых они любили, становились Стрижами;* их дети исчезали во время ночных собраний; по секрету, с дрожью в голосе, говорили о кровавых оргиях и омерзительных пиршествах.

* Крылатые женщины, род ночных птиц или вампиров, высасывающих кровь из детей – прим. пер.

В подземельях древних храмов находили кости; по ночам слышались стоны; жатвы гибли, и стада чахли после прохода мага. Иногда появлялись болезни, презиравшие искусство медицины, и, как говорили, всегда это было результатом ядовитых взглядов адептов. Наконец, повсюду раздался крик осуждения магии, самое имя которой стало преступлением; и ненависть толпы формулировалась в приговоре: "в огонь магов", подобно тому, как за несколько веков перед этим кричали: "христиан львам!"

Однако масса составляет заговоры только против действительных могуществ; у нее нет знания истины, но зато она обладает способностью чувствовать силу.

На долю восемнадцатого столетия выпало одновременно издеваться и над христианами, и над магией, и в то же время приходить в восторг от проповедей Жан-Жака и чудес Калиостро.

Однако, в основе магии есть наука, подобно тому, как в основе христианства – любовь; и мы видим в христианских символах, как три мага, руководимые звездой (тройным и знаком микрокосмоса), обожают воплощенное Слово и приносят Ему в дар золото, ладан и смирну: другое таинственное тройное, под эмблемой которого аллегорически скрыты высочайшие секреты каббалы.

Следовательно, христианству не за что было ненавидеть магию; но людское невежество всегда боится неизвестного.

Наука вынуждена была скрываться от страстных нападений слепой любви; она оделась новыми иероглифами, скрывала свои усилия и надежды. Тогда был создан жаргон алхимиков, постоянное разочарование для толпы, жаждущей золота, и живой язык только для истинных учеников Гермеса.

Удивительное дело! Среди священных христианских книг существует два сочинения, понять которые не имеет претензии сама непогрешимая церковь и даже никогда не пытается их объяснить: пророчество Езекииля и Апокалипсис, два каббалистических ключика, без сомнения, сберегаемых на небе для комментариев царей-магов; книги, запечатанные семью печатями для верующих христиан и совершенно ясные для неверного, посвященного в тайные науки.

Существует еще одна книга; но хотя она и популярна, и ее можно найти повсюду, оказывается самой тайной и самой неизвестной изо всех, так как содержит в себе ключ ко всем другим; все ее знают, и она никому не известна; никому не приходит в голову искать ее там, где она находится; и если бы кто-нибудь подозревал ее существование, тысячу раз потерял бы свое время, ища ее там, где ее нет. Эта книга, быть может, гораздо более древняя, чем книги Еноха, никогда не была переведена; она написана первобытными знаками на отдельных страницах, подобно табличкам древних. Один знаменитый ученый открыл, – но никто этого не заметил, – хотя и не секрет ее, но, во всяком случае, древность и исключительное сохранение; другой ученый, обладавший умом скорее мечтательным, чем рассудительным, провел тридцать лет над изучением этой книги, и только подозревал все ее значение. Действительно, это совершенно исключительная монументальная работа, простая и сильная, как архитектура пирамид, а, следовательно, и столь же устойчивая; книга, резюмирующая все науки; книга, бесконечные комбинации которой могут решить все проблемы; книга, которая говорит, заставляя думать; вдохновительница и регулятор всевозможных концепций; быть может, шедевр человеческого духа и, бесспорно, одна из прекраснейших вещей, оставленных нам древностью; всеобъемлющий ключик, имя которого было понято только ученым-иллюминатом Вильгельмом Постелем; единственный (в своем роде) текст, первые буквы которого привели в экстаз религиозный дух Сен-Мартина и вернули разум возвышенному и несчастному Сведенборгу. Об этой книге я буду говорить позже, и точное, и математическое ее объяснение будет завершением и венцом моей добросовестной работы.

Первоначальный союз между христианством и наукой магов, если он будет доказан, будет иметь громадное значение; и я не сомневаюсь, что серьезное изучение магии и каббалы непременно заставит примириться, несмотря на то, что до сих нор примирение это считается невозможным, науку и догму, разум и веру.

Я говорил уже, что церковь, специальным атрибутом которой является склад ключей, совершенно не претендует на понимание апокалипсиса и видений Езекииля. Для христиан, по их собственному мнению, научные и магические ключики Соломона потеряны. Однако, достоверно, что в области разума, управляемого Словом, ничто написанное не потеряно. Только вещи, которые люди перестают понимать, перестают для них существовать, во всяком случае, как слово; они переходят тогда в область загадок и тайны.

Впрочем, антипатия и даже открытая война официальной церкви против всего входящего и область магии, которая представляет собой род личного и эмансипированного священства, – зависит от необходимых причин, на которых основано социальное и иерархическое устройство христианского священства. Церковь не признает магии, ибо она должна ее игнорировать или погибнуть, как мы это позже и докажем; тем не менее, церковь признает, что ее таинственному основателю поклонялись, когда он был еще в колыбели, три мага, т.е. священные посланники от трех частей известного в то время мира и от трех аналогичных миров тайной философии.

В александрийской школе магия и христианство почти подают друг другу руку под покровительством Аммония Сакса и Платона. Учение Гермеса почти целиком находится в сочинениях, приписываемых Дионисию Ареопагиту. Синезий намечает план трактата о снах, трактата, который позже был комментирован Карданом, трактата, состоящего из гимнов, которые годились бы для литургии церкви Сведенборга, если бы только церковь иллюминатов могла иметь литургию. К той же эпохе пламенных абстракций и страстных словопрений нужно отнести философское царствование Юлиана, называемого Отступником, за то, что в юности он, против своей воли, принял христианство. Всему миру известно, что Юлиан был не прав, желая, не во время, быть героем Плутарха, и, если можно так выразиться, был Донкихотом римского рыцарства; но вот, что далеко не все знают – Юлиан был мечтателем и посвященным первой степени, он верил в единство Бога и мировое ученье о Троице; словом, он сожалел только о величественных символах древнего мира и слишком привлекательных его образах. Юлиан не был язычником; это был гностик, набивший себе голову аллегориями греческого политеизма и имевший несчастье находить имя Иисуса Христа менее звучным, чем имя Орфея. В нем император заплатил за вкусы философа и ритора; и после того, как он доставил самому себе зрелище и удовольствие умереть как Эпаминонд, произнося фразы Катона, – он получил от общественного мнения, в то время уже всецело христианского, проклятия в качестве надгробного слова, и прозвище, позорное для последней знаменитости.

Пропустим маленькие дела и таких же людишек падающей Римской Империи и приступим к средним векам... Возьмите эту книгу, прочтите седьмую страницу, затем садитесь на плащ, который я расстелю и полой которого мы закроем себе глаза... Не правда ли, у вас кружится голова, и кажется, что земля бежит под ногами? Крепко держитесь и не смотрите... Головокружение прекратилось. Мы прибыли. Встаньте и откройте глаза; но остерегайтесь сделать крестное знамение или произнести какое-нибудь христианское слово... Местность похожа на пейзаж Сальватора Розы. По-видимому, это пустыня, только что успокоившаяся после бури. На небе нет луны, но разве вы не видите, как пляшут маленькие звездочки в вереске? Разве вы не слышите, как летают вокруг вас гигантские птицы и, пролетая, бормочут странные слова? Приблизимся молча к этому перекрестку в скалах. Слышен хриплый и зловещий звук трубы; повсюду зажигаются черные факелы. Вокруг пустого сиденья толпится шумное собрание; смотрят и ждут. Внезапно все простираются ниц и шепчут: "Вот он! Вот он! Это он!" Вприпрыжку появляется князь с козлиной головой; он всходит на трон, оборачивается и, нагнувшись, подставляет собранию человеческое лицо, к которому, с черной свечой в руках, подходят все для поклонения и поцелуя; затем он выпрямляется с пронзительным свистом и распределяет между своими соучастниками золото, секретные наставления, тайные лекарства и яды. В это время зажигаются костры; ольха и папоротник горят в них вперемежку с человеческими костями и жиром казненных. Друидессы, увенчанные петрушкой и вербеной, золотыми серпами приносят в жертву детей, лишенных крещения, и приготовляют ужасное пиршество. Накрыты столы; мужчины в масках садятся около полуголых женщин и начинается пир вакханалии: ни в чем нет недостатка, кроме соли, символа мудрости и бессмертия. Вино течет рекой и оставляет пятна, похожие на кровь. Начинаются непристойные разговоры и безумные ласки; и, наконец, все собрание опьянело от вина, преступлений, сладострастия, и песен; встают в беспорядке и спешат составлять адские хороводы... Тогда появляются все чудовища легенды, все фантомы кошмара; громадные ящерицы прикладывают ко рту флейту навыворот и дуют, подпирая бока своими лапами; горбатые жуки вмешиваются в танцы; раки играют на кастаньетах; крокодилы устраивают варганы из своих чешуек; приходят слоны и мамонты, одетые купидонами, и танцуя подымают ногу. Затем, потерявшие голову хороводы, разрываются и рассеиваются... Каждый танцор, горланя, увлекает танцовщицу с растрепанными волосами... Лампы и свечи из человеческого жира тухнут, чадя во мраке... Там и сям слышны крики, взрывы смеха, богохульства и хрип... Проснитесь и не делайте крестного знамения; я привез вас домой, и вы у себя на постели. Вы немного устали, даже слегка разбиты этим путешествием и этой ночью; но зато вы видели нечто такое, о чем все говорят, не зная его; вы посвящены в секреты столь же ужасные, как и тайны пещеры Трофания: вы были на шабаше! Теперь вам остается только не сойти с ума и держаться в спасительном страхе перед правосудием, и на почтительном расстоянии от церкви и ее костров.

Не желаете ли увидеть что-нибудь менее фантастичное, более реальное и, поистине, более ужасное? Я позволю вам присутствовать при казни Жака Молэ и его соучастников, или братьев по мученичеству... Но не ошибайтесь и не принимайте виновного за невиновного. Действительно ли обожали Бафомета темплиеры? Совершали ли они обряд унизительного лобзания заднего лица козла Мендеса? Наконец, чем была эта тайная и могущественная ассоциация, грозившая гибелью церкви и государству, и, которую убивают, не выслушав даже ее оправдания? Но не судите легкомысленно: они виновны в великом преступлении: они позволили профанам мельком увидеть святилище древнего посвящения; они еще раз сорвали и разделили между собой, чтобы стать таким образом властителями мира, плоды познания добра и зла. Осудивший их приговор восходит гораздо выше трибунала папы или короля Филиппа Прекрасного. "В тот день, когда ты вкусишь от этого плода, – ты будешь поражен смертью" – сказал сам Господь, как мы это видим из книги "Бытия".

Что же такое происходит в мире, и почему задрожали попы и короли? Какая тайная власть угрожает тиарам и коронам? Вот несколько безумцев, скитающихся по свету, и, как говорят они сами, скрывающих философский камень под лохмотьями своей нищеты. Они могут превращать землю в золото, и у них нет убежища и хлеба! Чело их увенчано ореолом славы и отблеском позора. Один нашел мировое знанье, и не может умереть, чтобы освободиться от мук своего триумфа: это – уроженец Майорки Раймонд Луллий. Другой фантастическими лекарствами излечивает воображаемые болезни и, таким образом, заранее опровергает поговорку, констатирующую недейственность прижигания деревянной ноги; это – дивный Парацельс, вечно пьяный и вечно светлый ум, подобный героям Раблэ. Вот Вильгельм Постель, пишущий наивное послание отцам Трентского собора, потому что он открыл скрытое от начала мира абсолютное учение, и спешит им с ними поделиться. Собор даже не обращает внимания на безумца, не удостаивает осудить его и переходит к рассмотрению важных вопросов о милости действительной и милости достаточной. Мы видим, как умирает в нищете и в изгнании Корнелий Агриппа, менее всего маг, несмотря на то, что толпа упорно считает его величайшим колдуном, за то, что временами он был язвителен и мистифицировал. Какой секрет унесли с собой в могилу все эти люди? Почему ими восхищаются, не зная их? Почему осуждают их, не выслушав? Вы спрашиваете "почему?". А зачем они посвящены в эти страшные, тайные науки, которых боятся церковь и общество? Зачем знают они то, чего не знают другие люди? Зачем скрывают они то, что все так жаждут знать? Зачем облечены они страшной и неизвестной властью? Тайные науки! Магия! Вот слова, объясняющие вам все и могущие заставить вас подумать о еще большем. "De omni re scibili et quibusdam aliis".*

* О всех вещах, могущих быть узнанными, и о некоторых других.

Чем же была магия? В чем заключалось могущество всех этих, столь преследуемых и столь гордых людей? Почему, если они были безумны и слабы, им делали честь, так сильно боясь их? Существует ли магия, существует ли такая тайная наука, которая действительно была бы силой и производила чудеса, могущие конкурировать с чудесами легализированных религий?

На эти основные вопросы я отвечу словом и книгой. Книга будет доказательством слова, а слово, вот оно: "да", могущественная и реальная магия существовала и продолжает существовать в настоящее время; "да", истинно все, что говорили о ней легенды; только в данном случае, в противоположность тому, что бывает обыкновенно, народные преувеличения оказываются значительно ниже истины.



Да, существует страшная тайна, открытие которой уже однажды разрушило мир, как свидетельствуют об этом религиозные предания Египта, символически резюмированные Моисеем в начале книги "Бытия". Эта тайна представляет собой фатальное знание добра и зла, и результат ее, когда ее разглашают, – смерть. Моисей изображает этот секрет под видом древа, растущего в центре земного рая по соседству с древом жизни и даже касающегося его своими корнями; четыре таинственных реки берут начало у подножия этого древа, охраняемого огненным мечом и четырьмя формами библейского сфинкса, херувима Езекииля... Здесь я должен остановиться, и боюсь, что и так уже сказал слишком много.

Да, существует единое, всеобъемлющее вечное учение, сильное, как высший разум, простое, как все великое, понятное, как все универсально и абсолютно истинное; и это учение было отцом всех других. Да, существует наука, одаряющая человека сверхчеловеческими, на вид, прерогативами; вот как они перечислены в одном еврейском манускрипте 16-го века:

Вот привилегии и силы того, кто держит в правой руке своей ключики Соломона, а в левой – цветущую ветвь миндального дерева:

Алеф. Он не умирая видит Бога лицом к лицу и запросто беседует с семью гениями, повелевающими всем небесным воинством.

Бет. Он – выше всех огорчений и опасений.

Гимель. Он царствует со всем небом и заставляет весь ад служить себе.

Далет. Он располагает своими здоровьем и жизнью и может также располагать здоровьем и жизнью других.

Хе. Он не может быть ни застигнут несчастьем, ни удручен невзгодами, ни побежден своими врагами.

Bay. Он знает причину прошлого, настоящего и будущего.

Дзаин. Он обладает секретом воскрешения умерших и ключом к бессмертию.

Таковы семь великих привилегий; за ними следуют:

Гет. Найти философский камень.

Тет. Обладать всеобъемлющей врачебной наукой,

Йод. Знать законы вечного движения и быть в состоянии доказать квадратуру круга.

Каф. Превращать в золото не только металлы, но и саму землю и даже нечистоты земли.

Ламед. Укрощать самых диких животных и уметь произносить слова, приводящие в оцепенение и очаровывающие змей.

Мем. Обладать искусством знаков, дающим всеобъемлющее знание.

Нун. Учено говорить обо всем без предварительной подготовки и изучения.

Вот, наконец, семь меньших сил мага:

Самех. Знать, с первого взгляда, сущность души мужчины и тайны сердца женщин.

Гнаин. Заставлять, когда ему заблагорассудится, природу открывать свои тайны.

Фе. Предвидеть все будущие происшествия, за исключением тех, которые зависят от свободной высшей воли или непостижимой причины.

Тзаде. Давать, и тотчас же, всем самые действительные утешения и самые полезные советы.

Коф. Торжествовать над несчастьями.

Реш. Укрощать любовь и ненависть.

Шин. Обладать секретом богатства, всегда быть его господином и никогда – рабом. Уметь наслаждаться даже бедностью и никогда не впадать ни в уничижение, ни в нищету.

Тау. Добавим к этим трем седмеричным, что маг управляет элементами, укрощает бури, исцеляет прикосновением больных и воскрешает умерших!

Но есть вещи, которые Соломон запечатал своей тройной печатью. Посвященные знают, этого достаточно. Что же касается других, пусть они смеются, пусть не верят, сомневаются, угрожают или боятся, – что за дело до этого науке и нам?

Действительно, таковы результаты тайной философии, и, утверждая, что все эти привилегии реальны, я не боюсь ни обвинения в безумии, ни подозрения в шарлатанстве. Цель всей моей работы по тайной философии доказать это.

Таким образом, философский камень, всеобъемлющая врачебная наука, превращение металлов, квадратура круга и секрет беспрерывного движения – все это – не мистификации науки, не мечты безумия; это – термины, истинное значение которых надо понять, причем все они выражают различное употребление одного и того же секрета, различные признаки одной и той же операции, которую определяют более общим образом, называя ее великим деланием.

В природе существует сила, совершенно иначе могущественная, чем пар; благодаря этой силе, человек, который сможет завладеть и управлять ею, будет в состоянии разрушить и изменить лицо мира. Сила эта была известна древним; она состоит из мирового агента, высший закон которого – равновесие, и управление которым непосредственно зависит от великой тайны трансцендентальной магии. Управляя этим агентом, можно изменить даже порядок времен года, ночью производить дневные явления, в одно мгновение сообщаться между концами земли, видеть, подобно Аполлонию то, что происходит на другом конце света, исцелять или поражать на расстоянии, придавать своему слову успех и повсеместное распространение. Этот агент, едва открывающийся ощупью учениками Месмера, есть именно то, что средневековые адепты называли первой материей великого делания. Гностики сделали из него огненное тело Святого Духа; его же обожали в тайных обрядах Шабаша или Храма, под иероглифическим видом Бафомета или Андрогина, козла Мендеса. Все это будет впоследствии доказано.

Таковы секреты тайной философии; такой является нам магия в истории; посмотрим же на нее теперь в книгах и делах, в посвящениях и обрядах.

Ключ ко всем магическим аллегориям находится в листках, о которых я уже упоминал и которые считаю делом Гермеса.

Вокруг этой книги, которую можно назвать ключом к своду всего знания тайных наук, расположились бесчисленные легенды, являющиеся либо частичным ее переводом, либо беспрестанно возобновляющимся под тысячью различных форм комментарием.

Иногда эти замысловатые басни гармонично группируются и образуют тогда великую эпопею, характеризующую данную эпоху, хотя толпа и не может объяснить ни как, ни почему. Так баснословная история Золотого Руна резюмирует, скрывая их, герметические и магические догматы Орфея; я восхожу только к таинственной греческой поэзии потому, что Египетские и Индусские святилища некоторым образом пугают меня своей роскошью, и я затрудняюсь в выборе среди такой массы сокровищ. Да и пора уже мне приступить к Фиваиде, этому пугающему синтезу всего учения: как настоящего, так прошлого и будущего, к этой, так сказать, бесконечной басне, которая, подобно богу Орфею, касается обоих концов цикла человеческой жизни.

Удивительное дело! Семь Фивских ворот, которые защищают и на которые нападают семь военачальников, поклявшихся над кровью жертв, имеют то же значение, которое имеют в аллегорической книге Святого Иоанна семь печатей священной книги, которую объясняют семь гениев и на которую нападает семиголовое чудовище, после того, как оно было открыто живым и принесенным в жертву агнцем! Таинственное происхождение Эдипа, которого находят висящим в виде окровавленного плода на дереве Цитерона, напоминает нам символы Моисея и рассказы "Бытия". Он сражается со своим отцом и, не зная его, убивает: ужасное пророчество о слепой эмансипации разума без знания; затем он встречается со сфинксом, символом символов, вечной загадкой для толпы и гранитным пьедесталом для науки мудрецов, с молчаливым и пожирающим чудовищем, выражающим своей неизменной формой единый догмат великой мировой тайны. Каким образом четверное переходит в двойное и объясняется тройным? Или, выражаясь более иносказательно и вульгарно, как называется животное, которое утром ходит на четырех ногах, в полдень на двух и вечером на трех? Выражаясь языком философии, каким образом учение об элементарных силах производит дуализм Зороастра и резюмируется в триаде Пифагора и Платона? Каков конечный смысл аллегорий и чисел, последнее слово всех символизмов? Эдип отвечает простым и страшным словом, которое убивает сфинкса и делает отгадавшего царем Фив; отгадка – человек!

...Несчастный, он видел слишком много, но недостаточно ясно; скоро он искупит самоослеплением свое несчастное и неполное ясновидение; затем он исчезнет среди бури, подобно всем цивилизациям, которые отгадают загадку сфинкса, не поняв всего ее значения и тайны. Все символично и трансцендентально в этой гигантской эпопее человеческой судьбы. Два враждующих брата выражают вторую часть великой тайны, превосходно завершенной жертвой Антигоны; затем война, последняя битва, братья-враги, убивающие друг друга: Капаней, убитый молнией, которую сам вызвал, Амфиарай, поглощенный землей, – все это аллегория, приводящая в изумление своей истиной и величием всех, понимающих ее тройное священное значение. Эсхил, комментированный Баланшем, даст только очень слабое представление обо всем этом, несмотря на все величие поэзии Эсхила и красоту книги Баланша.

Тайная книга древнего посвящения была известна Гомеру, который с детальной точностью описывает план ее и главные фигуры на щите Ахилла. Но грациозные фикции Гомера скоро заставили забыть простые и абстрактные истины первоначального откровения. Человек увлекается формой и забывает идею; знаки, умножаясь, теряют свою силу; в эту эпоху магия также портится и, вместе с фессалийскими колдуньями, опускается до самого нечестивого колдовства. Преступление Эдипа принесло свои смертельные плоды, и знание добра и зла возводит зло в нечестивое божество. Люди, устав от света, укрываются в тени телесной субстанции: мечта о пустоте, которую наполняет Бог, скоро кажется им больше самого Бога; ад создан.

Когда, в этом сочинении, я буду пользоваться освященными временем словами: Бог, Небо, ад, – да будет раз и навсегда известно, что я столь же далек от смысла, придаваемого этим словам профанами, как посвящение – от вульгарной мысли. Для меня Бог – Азот мудрецов, действующий и конечный принцип великого дела. Позже я объясню все, неясное в этих терминах.

Вернемся к басне Эдипа. Преступление фиванского царя – не в том, что он разгадал сфинкса, а в том, что он уничтожил бич Фив, не будучи достаточно чистым, чтобы завершить искупление во имя своего народа. В скором времени чума мстит за смерть сфинкса, и царь Фив, вынужденный отречься от престола, приносит себя в жертву страшным теням чудовища, которое теперь более живо и пожирает более чем когда бы то ни было, так как из области формы оно перешло в область идеи. Эдип увидел, что такое человек, и он выкалывает себе глаза, чтобы не видеть, что такое Бог. Он разгласил половину великой магической тайны и, для спасения своего народа, должен унести с собой в изгнание и могилу другую половину страшного секрета.

После колоссального мифа об Эдипе мы находим грациозную поэму Психеи, которую, конечно, выдумал не Апулей. Здесь великая магическая тайна вновь появляется под видом таинственного супружества бога и слабой смертной, обнаженной и покинутой на скале. Здесь Апулей комментирует и объясняет аллегории Моисея; но разве Элоимы Израиля и боги Апулея не одинаково вышли из святилищ Мемфиса и Фив? Психея, сестра Евы, или, вернее, это одухотворенная Ева. Обе хотят знать и теряют невинность, чтобы заслужить славу испытания. Обе удостаиваются нисхождения в ад: одна, чтобы принести оттуда древний ящик Пандоры, другая, чтобы найти там и раздавить голову древнего змея, символа времени и зла. Обе совершают преступление, которое должны искупить Прометей древних времен и Люцифер христианской легенды, – один, освобожденный Геркулесом, другой, покоренный Спасителем.

Итак, великий магический секрет – это лампа и кинжал Психеи, яблоко Евы, священный огонь, похищенный Прометеем, горящий скипетр Люцифера, но это также и святой крест Искупителя. Знать его настолько, чтобы злоупотреблять им, или обнародовать его, значит заслужить всевозможные муки; но знать его так, как должно, чтобы пользоваться им и скрывать его, значит быть властелином мира.

Все заключено и одном слове: слово это состоит из четырех букв: это – еврейская Тетраграмма, Азот алхимиков, Тот цыган и Таро каббалистов. Это слово, выраженное столь различными способами, для профанов обозначает Бога, для философов человека и дает адептам последнее слово человеческих знаний и ключ к божественной власти; но пользоваться им умеет только тот, кто понимает необходимость никогда его не разглашать. Если бы Эдип, вместо того, чтобы убивать сфинкса, укротил его и запряг в свою колесницу, он был бы царем без кровосмешения, без несчастий и изгнания. Если бы Психея, покорностью и ласками, заставила Амура открыться, она бы его никогда не потеряла. Любовь – один из мифологических образов великих секрета и агента, потому что она одновременно выражает действие и страсть, пустоту и полноту, стрелу и рану. Посвященные должны понять меня, а ради профанов не должно слишком много говорить об этом. После чудесного золотого осла Апулея мы не находим более магических эпопей. Наука, побежденная в Александрии фанатизмом убийц Гипатии, стала христианской, или вернее, скрывается под христианскими покровами вместе с Аммонием, Синезием и анонимным автором сочинений Дионисия Ареопагита. В это время нужно было поступать так, чтобы чудеса прощались под видом суеверий, а наука – вследствие ее непонятности. Воскресили иероглифическое письмо, изобрели пантакли и знаки, резюмировавшие целую науку в одном знаке, целую серию стремлений и откровений в одном слове. Какова же была цель стремившихся к знанию? Они искали секрет великого дела или философский камень, или вечный двигатель, или квадратуру круга; все эти формулы часто спасали их от преследования и ненависти, заставляя считать их безумными, и в то же время все они выражали одну из сторон великого магического секрета, как мы это позже покажем. Это отсутствие эпопей продолжается вплоть до нашего романа "Розы"; но символ розы, выражающий также таинственное и магическое значение поэмы Данте, взят из каббалы, и нам пора уже приступить к этому необъятному и скрытому источнику всемирной философии.

Библия со всеми ее аллегориями, только очень неполно и скрытым образом выражает религиозное учение Евреев. Книга, о которой я уже говорил, и священные знаки которой объясню позже, – книга, которую Вильгельм Постель называет "Бытием Еноха", конечно, существовала гораздо раньше Моисея и пророков, ученье которых в основе тождественное с учением древних Египтян, также имело свой экзотеризм и свои покровы. Когда Моисей говорил с народом, рассказывает аллегорически священная книга, он покрывал свое лицо и снимал это покрывало только тогда, когда говорил с Богом: такова причина воображаемых нелепостей библии, над которыми так усердно упражнялось сатирическое вдохновенье Вольтера. Книги писались только для того, чтобы припомнить преданье, и писались они символами, совершенно непонятными для профанов. Впрочем, "Пятикнижье" и поэзия пророков были только самыми элементарными книгами либо вероученья, либо морали, либо литургии; истинная тайная и традиционная философия была записана гораздо позже под еще менее прозрачными покровами. Так родилась вторая, неизвестная или, вернее, непонятая христианами библия; по их словам, собрание чудовищных нелепостей (в данном случае верующие, соединяясь в общем невежестве, говорят то же, что и неверующие); памятник, говорю я, содержащий в себе самое возвышенное, что только смог создать или вообразить философский и религиозный гений; сокровище, окруженное шипами; алмаз, скрытый, в грубом и мрачном камне... Надеюсь, читатели уже догадались, что я говорю о Талмуде.

Странная судьба евреев! Козлы отпущения, мученики и спасители мира! Живучая семья, храбрая и жестокая раса, которую не могли уничтожить никакие преследования, так как она еще не выполнила своей миссии. Разве не говорят наши апостольские предания, что после упадка веры у язычников спасение еще раз должно прийти из дома Иакова, – и тогда распятый Иудей, которого обожали христиане, вложит власть над миром в руки Бога, своего отца?

Проникая в святилище Каббалы, поражаешься изумлением при виде учения столь логического, столь простого и в то же время столь абсолютного. Необходимое согласие идей и знаков; освящение самых основных реальностей первичными признаками; троичность слов, букв и чисел; философия простая, как азбука, глубокая и бесконечная, как само Слово; теоремы, полнее и светлее теорем Пифагора; теология, которую можно резюмировать, считая по пальцам; бесконечность, которая может уместиться на ладони ребенка; десять цифр и 22 буквы, треугольник, квадрат и круг – вот все элементы каббалы. Это элементарные принципы Слова писанного, отражения того Слова сказанного, которое создало мир.

Все действительно догматические религии произошли из каббалы и в нее же возвращаются; все научное и грандиозное в религиозных мечтах иллюминатов, Якоба Бёме, Сведенборга, Сен-Мартина и т.д. – занято у каббалы; все масонские ассоциации обязаны ей своими секретами и символами. Только каббала освещает союз между всемирным разумом и божественным Словом; она устанавливает, уравновешивая две на вид противоположные силы, вечные весы бытия; только она примиряет разум с верой, власть со свободой, науку с тайной: она обладает ключами настоящего, прошлого и будущего.



Чтобы быть посвященным в каббалу, недостаточно прочесть и продумать сочинения Рейхлина, Галатина, Кирхера или Пико Мирандолы; нужно также изучить и понять еврейских писателей из собрания Пистория, в особенности "Сефер Ециру", затем "Философию любви" Леона Еврея; нужно также приступить к великой книге "Зогар", внимательно прочесть в коллекции 1684 года, озаглавленной "Cabbala denudata", трактаты о каббалистической пневматике и "круговороте душ"; затем смело вступить в светоносный мрак всего догматического и аллегорического Талмуда. Тогда можно будет понять Вильгельма Постеля и потихоньку признаться, что, за исключением своих слишком преждевременных и слишком благородных мечтаний об эмансипации женщины, этот знаменитый ученый-иллюминат, быть может, вовсе уж не так безумен, как утверждают лица, его не читавшие.

Я быстро набросал историю тайной философии, указал ее источники и в нескольких словах проанализировал основные книги. Эта работа относится только к науке; но магия, или, вернее, магическая сила, состоит из двух вещей: знания и силы. Без силы наука – ничто или, вернее, опасность. Давать знание только силе – таков высший закон посвящений. Поэтому-то и сказал великий открыватель: "царство Божие терпит насилие, и сильные похищают его". Врата истины закрыты, подобно святилищу девы; чтобы войти, нужно быть мужчиной. Все чудеса обещаны вере; но что такое вера, как не смелость воли, которая не колеблется во мраке и идет к свету через все испытания, преодолевая все препятствия.

Я не буду повторять здесь историю древних посвящений; чем опасней и страшней они были, тем более в них было действительности; поэтому мир имел в то время людей которые управляли им и просвещали его. Жреческое и царственное искусства состояли главным образом в испытании храбрости, скромности и воли. Это был новициат, подобный новициату этих, столь непопулярных в наше время под названием Иезуитов, священников, которые и теперь управляли бы миром, если бы у них была действительно мудрая и сметливая голова.

Проведя жизнь в поисках абсолюта в религии, науке и справедливости, вращавшись в кругу Фауста, я пришел, наконец, к первому догмату и первой книге человечества. На этом я останавливаюсь, здесь нашел я секрет человеческого всемогущества и безграничного прогресса, ключ ко всем символизмам, первый и последний изо всех догматов; и я понял, что значит это, столь часто повторяемое в Евангелии, слово – "Царство Божие".

Дать человеческой деятельности точку опоры – значит решить задачу Архимеда, осуществив его знаменитый рычаг. Это и сделали великие посвятители, потрясшие основы мира, а сделать это они могли только посредством великого и не могущего быть сообщенным секрета. Впрочем, чтобы гарантировать свою новую юность, символический феникс никогда не являлся вновь, не сжегши предварительно торжественно свои останки и доказательства прежней жизни. Так Моисей заставил умереть в пустыне всех, знавших Египет и его тайны; так святой Павел сжигает в Эфесе все книги, трактовавшие о тайных науках; так само, наконец, французская революция, дочь великого Иоаннитского Востока и пепла Темплиеров, грабит церкви и богохульствует над аллегориями Божественного культа. Но все новые вероучения и все возрождения осуждают магию и обрекают ее тайны огню или забвению; а это происходит потому, что всякий новорожденный культ или философия – Веньямин человечества, который может жить, только умертвив свою мать; поэтому же символическая змея вечно вращается, пожирая свой собственный хвост; поэтому же всякая полнота, чтобы существовать, нуждается в пустоте, величина – в пространстве, всякое утверждение – в отрицании; все это – вечное осуществление аллегории феникса.

Раньше меня прошли по тому же пути два знаменитых ученых, но только шли они, так сказать, ночью и без света. Я говорю о Вольнее и Дюппи, особенно о Дюппи, необъятная эрудиция которого произвела только отрицательное дело. В происхождении всех культов он видел только астрономию, приняв таким образом символический цикл за догмат и календарь за легенду. Ему не хватило только одного, – знания истинной магии, содержащей в себе секреты каббалы. Дюппи прошел по древним святилищам так само, как прошел пророк Езекииль по долине, покрытой костями, и понял только смерть, так как не знал слова, собирающего силу четырех небесных ветров, слова, которое может сделать всю эту массу костей живым народом, приказав древним символам: "восстаньте, оденьтесь в новую форму и идите!"

Наступило время попытаться сделать то, чего никто до меня не мог или не посмел сделать. Подобно Юлиану, я хочу перестроить храм; этим, надеюсь, я не обличу мудрость, которую обожаю, и которую сам Юлиан был бы достоин обожать, если бы злобные и фанатичные отцы церкви того времени позволили ему понять ее. Для меня храм имеет две колонны, на одной из которых христианство написало свое имя. – Я не хочу нападать на христианство, наоборот, я хочу объяснить его и выполнить. Разум и воля попеременно владели миром; религия и философия еще и в наше время продолжают бороться и, в конце концов, должны сговориться. Временной целью христианства было установить, посредством повиновения и веры, сверхъестественное или религиозное равенство между людьми и остановить движение разума, посредством веры, чтобы дать точку опоры добродетели, которая уничтожила научную аристократию или, скорее, заменила эту, уже уничтоженную аристократию. Наоборот, философия старалась вернуть людей, посредством свободы и разума, к естественному неравенству и, основав царство индустрии, заменить добродетель уменьем. Ни одно из этих двух действий не было полным и достаточным, ни одно не привело людей к совершенству и счастью. Теперь мечтают, почти не смея на это надеяться, о союзе между этими двумя силами, которые долго считались противоположными; мы имеем полное основание желать этого, ибо две великие силы человеческой души не более противоположны друг другу чем пол мужчины – полу женщины; без сомнения, они несходны, но их на вид противоположные расположения зависят от их способности встретиться и соединиться.

– Итак, дело идет только об универсальном решении всех проблем? – Без сомнения, так как надо объяснить философский камень, беспрерывное движение, секрет великого делания и всеобъемлющую врачебную науку. Меня обвинят в безумии, подобно великому Парацельсу, или в шарлатанстве, подобно великому и несчастному Агриппе. Хотя костер Урбана Грандье и потух, но остается глухая опала молчания или клеветы. Я не бравирую ими, но я им покоряюсь. Сам я не стремился опубликовать эту работу, и верю, что, если наступило время высказать слово, – оно будет сказано мною или другими; итак, я останусь спокоен и буду ждать.

Мое сочинение состоит из двух частей: в первой я устанавливаю каббалистическое и магическое учение во всей его полноте, вторая посвящена культу, т.е. церемониальной магии. Первая – то, что древние мудрецы называли "ключиком" (la clavicule): вторая – то, что крестьяне и теперь называют "волшебной книгой" (le grimoire). Число и содержание глав, которые соответствуют друг другу в обеих частях, не имеют ничего произвольного и всецело указаны в великом всемирном ключике, полное и удовлетворительное объяснение которого я даю в первый раз. Теперь пусть идет эта работа, куда ей угодно, и станет тем, чего захочет Провиденье; она закончена, и я считаю ее прочной, потому что она сильна, как все разумное и добросовестное.

Элифас Леви

1. Алеф. А.

ВСТУПАЮЩИЙ

Disciplina

Энсоф

Кетер

Когда известный философ принял за основу нового откровения человеческой мудрости рассуждение "я думаю, следовательно, я существую", – он сам, того не зная, следуя христианскому откровению, несколько изменил древнее понятие о Всевышнем. У Моисея Бытие бытий говорит: "Я есмь тот, кто есмь". У Декарта человек говорит: "я – тот, кто думает", и, так как думать значит внутренне говорить, то человек Декарта, подобно Богу святого евангелиста, Иоанна может сказать: "Я – тот, в котором и посредством которого проявляется слово". В принципе было слово (Un principio erat verbum).

Что такое принцип? Это основа речи (слова – de ba parole), это – смысл существования, слова (du verbe). Сущность слова заключается в принципе; принцип – это то, что есть (существует); разум – это принцип, который говорит.

Что такое интеллектуальный свет? Это слово (la parole). Что такое откровение? Это слово (la parole). Бытие – принцип, слово – средство, и полнота или развитие и совершенство бытия – цель: говорить, значит творить.

Но сказать: "я думаю, следовательно, я существую" значит заключать от следствия к принципу, и недавние возражения, возбужденные великим писателем,* достаточно доказали философское несовершенство этого метода. "Я есмь, следовательно, нечто существует" кажется мне более первоначальной и более простой основой экспериментальной философии.

* Ламменэ.

Я существую, следовательно, есть бытие (Lesuis done e'etre existe).

Ego sum gui sum – вот первое откровение Бога в человеке, и человека в мире; такова же и первая аксиома тайной философии.

Учение и ритуал высшей магии


БЫТИЕ ЕСТЬ БЫТИЕ

Следовательно, эта философия имеет своей основой то, что существует, и ничего гипотетического или случайного.

Меркурий Трисмегист начинает свой удивительный символ, известный под названием "изумрудной таблицы", следующим тройным утверждением: "оно истинно, оно достоверно без ошибки, оно вполне истинно". Истина, подтвержденная опытом, в физике; достоверность, освобожденная от малейшей примеси ошибки, в философии; абсолютная истина, указанная аналогией, в области религии или бесконечного – таковы первые условия истинной науки, и только одна магия может даровать их своим адептам.

– Но, прежде всего, кто – ты, держащий в руках эту книгу и собирающийся прочесть ее?..

На фронтоне храма, посвященного в древности Богу света, была надпись: "познай себя".

Этот же совет склонен дать и я каждому человеку, желающему приблизиться к знанию.

Магия, которую древние называли "sanctum regnum", святым царством или царством Бога, создана исключительно для царей и первосвященников. – Священники ли вы, цари ли вы? – Священство магии – не вульгарное священство, и царству ее нечего оспаривать у князей мира сего. Цари науки – жрецы истины и царство их скрыто от толпы, как и их жертвы, и их молитвы. Цари науки – это люди, познавшие истину, и истина сделала их свободными, согласно точному обещанию самого могущественного из посвятителей.

Человек, раб своих страстей или предрассудков этого мира, не может стать посвященным: он никогда не достигнет этого, прежде чем не реформирует себя; такой человек не может быть адептом, потому что слово "адепт" обозначает того, кто достиг своими волей и делами.

Человек, любящий свои идеи и боящийся их потерять, пугающийся новых истин и не расположенный скорее сомневаться во всем, чем допустить что-нибудь случайно, – должен закрыть эту книгу, так как она бесполезна и опасна для него; он плохо поймет ее и будет смущен ею, но он будет смущен еще больше, если, как следует, поймет ее.

Если что-нибудь в мире дороже для вас разума, истины и справедливости; если воля ваша непостоянна и колеблется, либо в сторону добра, либо – зла; если логика вас пугает; если голая истина заставляет вас краснеть; если вас оскорбляют, затрагивая, укоренившиеся предрассудки, – сразу осудите эту книгу, и, не читая ее, поступите так, как если бы она вовсе не существовала; но не кричите об ее опасности; секреты, которые она содержит, будут поняты немногими, и тот, кто поймет, – не станет разглашать их. Показать свет ночным птицам значит скрыть его от них, так как он ослепляет их, и становится для них темнее мрака. Итак, я буду говорить понятно, я скажу все, и твердо уверен, что только одни посвященные или лица, достойные стать ими, прочтут все и кое-что поймут.

Есть истинная и есть ложная наука, магия божественная и магия адская, т.е. лживая и мрачная: мне предстоит открыть одну, разоблачить другую; мы должны отличать магиста от колдуна и адепта от шарлатана.

Магист располагает силой, которую знает; колдун старается злоупотреблять тем, чего не знает.

Дьявол, если только позволительно употреблять в научной книге это опозоренное и пошлое слово, покоряется магисту, а колдун отдастся Дьяволу.

Магист – верховный первосвященник природы, колдун только ее оскверняет.

Колдун по отношению к магисту – то же, что суеверный и фанатик – относительно действительно религиозного человека.

Прежде чем идти дальше, определим точно магию.

Магия, – доставшаяся нам от магов, традиционная наука о секретах природы.

Благодаря этой науке адепт облечен относительным всемогуществом и может поступать сверхчеловечески, т.е. таким образом, который выше обыкновенного людского понимания.

Так, многие знаменитые адепты, как Меркурий Трисмегист, Озирис, Орфей, Аполлоний Тианский и другие, назвать имена которых было бы опасно или неудобно, обожествлялись или призывались после смерти как боги. Так другие, смотря по приливу и отливу общественного мнения, которое по прихоти создает удачу, стали сообщниками ада или подозрительными авантюристами; таковы – император Юлиан, Апулей, волшебник Мерлин и архиколдун, как называли его в свое время, знаменитый и несчастный Корнелий Агриппа.

Чтобы достигнуть "sanctum regnum", т.е. науки и могущества магов, – необходимы четыре вещи: ум, просвещенный изучением, ни перед чем не останавливающаяся смелость, ничем непреодолимая воля и скромность, которую ничто не в состоянии испортить или опьянить.

Знать, сметь, хотеть, молчать – вот четыре слова мага, начертанные на четырех символических формах сфинкса. Эти четыре глагола могут комбинироваться четырьмя способами и четырежды взаимно объясняются.*

* См. игру Таро.

На первой странице книги Гермеса адепт изображен в огромной шляпе, которая нахлобучиваясь, может закрыть всю голову. Одна рука его поднята к небу, которому он, по-видимому, приказывает посредством своей палочки, другая – сложена на груди:* перед ним главные символы или инструменты науки, а остальные он скрывает в сумке фокусника. Его тело и руки образуют букву "алеф", первую букву алфавита, который Евреи заимствовали от Египтян; но нам придется еще позже вернуться к этому символу.

* По-видимому, здесь вкралась досадная опечатка! Другая рука, на всех изображениях Таро, лежит на столе, а по всем описаниям, – в том числе и самого Элифаса Леви, – опущена... Напр., Папюс в своем "Цыганском Таро" говорит: "...из которых одна опущена к земле, другая поднята к небу"... – прим. пер.

Поистине, маг – то, что еврейские каббалисты называют "микропрозопом", т.е. творцом малого мира. Подобно тому, как первое магическое знание есть знание самого себя, так и первое изо всех дел науки, заключающее в себе все другие, и в то же время – принцип великого делания, – создание самого себя; это слово требует объяснения.

Так как верховный разум – единственный неизменный и, следовательно, вечный принцип, так как перемена есть то, что мы называем смертью, – то и ум, сильно прирастающий и, до некоторой степени, отождествляющийся с этим принципом, тем самым делается неизменным и, следовательно, бессмертным. Понятно, что для того, чтобы неизменно прилепиться к разуму, необходимо быть независимым от всех сил, которые посредством фатального и необходимого движения производят перемены жизни и смерти. Уметь страдать, воздерживаться и умирать – таковы, следовательно, первые секреты, ставящие нас выше страдания, чувственных похотей и страха небытия. Человек, ищущий и находящий славную смерть, верит в бессмертие, и все человечество верит в него с ним и для него, так как оно воздвигает ему алтари или статуи в знак бессмертной жизни.

Человек становится царем животных, только укрощая или приручая их; иначе он будет их жертвой или рабом. Животные – изображение наших страстей; это – инстинктивные силы природы. Мир – поле битвы, которое свобода оспаривает у силы инерции, противопоставляя ей деятельную силу. Физические законы – жернова, в которых ты будешь зерном, если не сумеешь стать мельником.

Ты призван быть царем воздуха, воды, земли и огня; но, чтобы царствовать над этими четырьмя символическими животными, надо победить и поработить их.

Тот, кто стремится стать мудрецом и узнать великую загадку природы, – должен сделаться наследником сфинкса и ограбить его: он должен иметь его человеческую голову, чтобы владеть словом, – орлиные крылья, чтобы завоевывать высоты, – бока быка, чтобы обрабатывать глубины, и львиные когти, чтобы расчищать себе место направо и налево, вперед и назад.

– Итак, желающий быть посвященным, учен ли ты, как Фауст? Бесстрастен ты – как Иов? Нет, не правда ли? Но ты можешь сделаться таким, если хочешь. Победил ли ты вихри смутных мыслей? Не колеблешься ли ты, отрешился ли ты совершенно от капризов? Принимаешь удовольствие, когда хочешь его, и хочешь ли его, когда должен? Не правда ли, нет? Во всяком случае, не всегда так бывает? – Но оно может быть так, если ты этого хочешь.

У сфинкса не только – голова человека, у него также – женские груди; можешь ли ты противиться женским прелестям? – Нет, не правда ли? – И теперь отвечая, ты смеешься, и, желая прославить в себе жизненную и материальную силу, хвастаешься своей моральной слабостью. Пусть будет так, я позволяю тебе воздать эту почесть ослу Стерна или Апулея; я не спорю, что осел имеет свои достоинства: он был посвящен Приапу, подобно тому, как козел – богу Мендеса. Но предоставим ему оставаться тем, что он есть, и постараемся узнать – твой ли он господин или ты можешь стать его господином. Только тот, действительно, может обладать удовольствием любви, кто победил любовь к наслаждению. Быть в состоянии пользоваться и воздержаться, значит мочь дважды. Женщина порабощает тебя твоими желаниями; будь господином своих желаний, и ты поработишь женщину.

Величайшее оскорбление, которое можно нанести человеку, – назвать его трусом. Но что такое – трус?

Трус это тот, кто не заботится о своем моральном достоинстве и слепо повинуется инстинктам природы.

Действительно, в присутствии опасности естественно испугаться и попытаться убежать; почему же это считается позорным? Потому, что закон чести ставит долг выше наших стремлений или страха. Что такое честь с этой точки зрения? – Универсальное предчувствие бессмертия и уважение к средствам, могущим к нему привести. Последняя победа, которую человек может одержать над смертью, это восторжествовать над жаждой жизни, но не вследствие отчаяния, а благодаря более высокой надежде, состоящей в вере во все прекрасное и честное, по мнению всего мира.

Научиться побеждать себя – значит научиться жить, и строгости стоицизма не были тщеславным чванством, но свободой.

Уступать силам природы – значит следовать за током коллективной жизни, т.е. быть рабом второпричин.

Сопротивляться природе и покорить ее значит создать себе личную и вечную жизнь, освободиться от превратностей жизни и смерти. Человек, который готов скорее умереть, чем отречься от истины и справедливости, поистине жив, ибо он бессмертен в своей душе.

Целью всех древних посвящении было найти или образовать таких людей.

Пифагор заставлял своих учеников упражняться в молчании и всевозможных воздержаниях, в Египте вступающих испытывали четырьмя элементами; и мы знаем, каким чудовищным жестокостям подвергают себя факиры и брамины, желающие достигнуть царства свободной воли и божественной независимости.

Всевозможные умерщвления плоти аскетизма заимствованы у посвящений в древние мистерии, а они прекратились потому, что способные быть посвященными не находили себе посвятителей, и руководители совести со временем стали столь же невежественны, как и толпа; тогда слепым было предоставлено следовать за слепыми, и никто больше не хотел подвергаться испытаниям, которые приводили только к сомнению и отчаянию... Путь к свету был потерян.

Чтобы что-нибудь сделать, – необходимо знать, что хочешь сделать, или, по крайней мере, верить кому-нибудь, знающему это. Но разве могу я рисковать жизнью и наобум следовать за тем, кто сам не знает, куда он идет?

Не следует дерзко вступать на путь высоких знаний; но, если начал идти, необходимо дойти или погибнуть: сомневаться – значит стать безумным, остановиться – упасть, отступить – броситься в пропасть.

Итак, начавший читать эту книгу, если ты ее понимаешь и хочешь прочесть до конца, она сделает тебя монархом или безумцем. Делай с этим томом все, что пожелаешь, ты не сможешь ни презирать, ни забыть его. Если ты чист, эта книга будет для тебя светом; если ты силен, – она будет твоим оружием; если ты свят, – твоей религией; если ты мудр, – она урегулирует твою мудрость.

Но если ты зол, – эта книга будет для тебя подобна адскому факелу; она изроет твою грудь, разрывая ее подобно кинжалу; она останется в твоей памяти, как угрызение совести; она наполнит химерами твое воображение, и посредством безумья приведет тебя к отчаянию. Ты захочешь смеяться над нею и сможешь только скрежетать зубами, ибо книга эта для тебя будет подобна тому подпилку в басне, сгрызть который пыталась змея, и который испортил ей все зубы.

Начну теперь серию посвящений.

Я сказал, что откровение – слово (le verbe). Действительно, слово или речь (la parole) – покров бытия и отличительный признак жизни. Всякая форма – покров слова, потому что идея, мать слова, – единственный смысл существования форм. Всякая фигура – знак; каждый знак принадлежит и возвращается к слову. Вот почему древние мудрецы, устами Трисмегиста, следующим образом формулировали свой единственный догмат:

То, что находится вверху, есть как бы то, что находится внизу, и то, что находится внизу, есть как бы то, что находится вверху (т.е. подобно тому, что находится вверху).

["Сe qui est au-dessus est comme се qui est au-dessous, et ce qui est au-dessous est comme ce qui est au-dessus"; "...quod est inferius est sicut quod est superius; et quod est superius est sicut quod est inferius..."]

Другими словами, форма пропорциональна идее, тень – мера тела, вычисленная по отношению к световому лучу; ножны столь же глубоки, как длинна шпага; отрицание пропорционально противоположному утверждению; произведение равно разрушению [...] в движении, сохраняющем жизнь, и нет в бесконечном пространстве такой точки, которая не могла бы стать центром круга, окружность которого увеличивается и бесконечно отступает в пространство.

Следовательно, каждая индивидуальность может быть бесконечно усовершенствована, так как мораль аналогична физическому устройству, и мы не можем представить себе такой точки, которая не могла бы расшириться, увеличиться и бросить лучи в философски бесконечный круг.

То, что можно сказать о всей душе, то же должно сказать и о каждой отдельной ее способности.

Ум и воля человека – инструменты неисчислимого значения и силы. Но ум и воля имеют своим помощником и инструментом способность, слишком мало известную, способность, всемогущество которой принадлежит исключительно области магии; я говорю о воображении, которое каббалисты называют "прозрачным" (diaphane) или "просвечивающим" (translucide).

Действительно, воображение подобно глазу души; в нем именно рисуются и сохраняются формы; посредством его мы видим отражения невидимого мира; оно – зеркало видений и аппарат магической жизни; посредством его мы исцеляем болезни, влияем на времена года, удаляем смерть от живых и воскрешаем умерших, ибо оно экзальтирует волю и даст ей власть над мировым агентом.

Воображение обусловливает форму ребенка по чреве матери и устанавливает судьбу людей; оно дает крылья заразе и направляет оружие на войне. – "Находитесь ли вы в опасности во время битвы? Считайте, что вас нельзя ранить подобно Ахиллу, и так оно и будет", – говорит Парацельс. Страх притягивает пули, и храбрость заставляет ядра изменять свой путь. Известно, что ампутированные часто жалуются на боль в членах, которых уже нет. Парацельс оперировал над живой кровью, леча результат кровопускания; он исцелял на расстоянии головные боли, оперируя над срезанными волосами; он значительно опередил, благодаря науке воображаемого единства и солидарности целого и частей, все теории или, скорее, все опыты наших самых знаменитых магнетизеров. Поэтому его лечения были чудесны, и он заслужил того, что к его имени Филиппа Теофраста Бомбаста было добавлено прозвище Ореола Парацельса, с прибавкой эпитета "божественный"!

Воображение – инструмент "приспособления слова".

Воображение, добавленное к разуму, – гений.

Разум, как и гений, един во множестве своих дел.

Есть принцип, есть истина, есть разум, есть абсолютная и всеобъемлющая философия.

Все существующее находится в единстве, рассматриваемом как принцип, и возвращается к единству, как к цели.

Одно заключается в одном, т.е. все – во всем.

Единство – принцип чисел, оно также принцип движения, а, следовательно, и жизни.

Все человеческое тело резюмируется в единстве одного только органа, и орган этот мозг.

Все религии резюмируются в единстве единого учения, утверждения бытия и его тождества самому себе, а это составляет его математическое значение.

В магии – один только догмат, и вот он: видимое – проявление невидимого, или, другими словами, в вещах ощутимых и видимых совершенное слово (le verbe parfait) точно пропорционально вещам, неощутимым нашими чувствами и невидимым для наших глаз. Маг подымает одну руку к небу, другую – опускает к земле и говорит: "Вверху бесконечность! Внизу – тоже бесконечность. Бесконечность равна бесконечности". – Это истинно как в вещах видимых, так и невидимых.

Первая буква азбуки святого языка – Алеф – изображает человека, подымающего одну руку к небу и опускающего другую к земле.

Это – выражение деятельного принципа всякой вещи, это – творение на небе, соответствующее всемогуществу слова на земле. Эта буква, сама по себе, – пантакль, т.е. знак, выражающий всеобъемлющее знание.

Буква Алеф может заменить священные знаки макрокосма и микрокосма, она объясняет масонский треугольник и блистательную пятиконечную звезду, ибо слово едино, и откровение также едино. Бог, дав человеку разум, дал ему также и слово (la parole); и откровение, многочисленное в своих формах, но единое в своем принципе, всецело заключается в универсальном слове (le verbe), истолкователе абсолютного разума.

Это-то и обозначает столь плохо понятное слово "католицизм", которое на современном священном языке значит "непогрешимость". Универсальное в разуме – абсолют, а абсолют непогрешим. Если абсолютный разум непреодолимо заставляет все общество поверить слову ребенка, – значит ребенок этот признан непогрешимым и Богом, и всем человечеством.

Вера – не что иное, как разумная уверенность в этом единстве разума и универсальности слова.

Верить значит соглашаться с тем, чего мы пока еще не знаем, но относительно чего разум уверяет нас, что мы уже знаем это или, по крайней мере, узнаем со временем.

Бессмысленны, значит, самозванные философы, говорящие: "я не поверю тому, чего я не знаю".

– Бедные люди! Разве вам нужно было бы верить, если бы вы знали?

– Но могу ли я верить на авось и без доказательств?

– Конечно, нет! Слепая и необоснованная вера – суеверие и безумие. Нужно верить в причины, признать, существование которых заставляет нас разум, на основании известных и рассмотренных наукой следствий.

Наука! Великое слово и великая проблема!

Что такое наука?

На этот вопрос я отвечу во второй главе этой книги.

2. Бет. Б.

КОЛОННЫ ХРАМА

Гохма

Domus

Gnosis

Знание (la science) – абсолютное и полное обладание истиной.

Поэтому мудрецы всех веков боялись этого абсолютного и страшного слова; они боялись присвоить себе первую привилегию Божества, приписав себе знание, и удовлетворялись, вместо глагола "знать", словом, выражающим познание (la connaissance), и вместо слова "знание", избрали "гнозис" (la gnose), слово, выражающее собой только идею интуитивного познания.

Действительно, что знает человек? – Ничего, и однако ему не позволено чего-нибудь не знать.

Он ничего не знает и призван все узнать.

По знание предполагает двойное. Бытию познающему необходим объект познаваемый.

Двойное – генератор общества и закона: оно также число гностицизма. Двойное – единство, умножающееся само на себя, чтобы творить, – поэтому-то священные символы заставляют Еву произойти из груди Адама.

Адам – человеческая тетраграмма, резюмирующаяся в таинственном йоде, образе каббалистического фаллоса. Добавьте к этому йоду тройное имя Евы, и вы составите имя Еговы, божественную тетраграмму, каббалистическое и магическое слово, по преимуществу, слово, которое первосвященник в храме произносил "Йод, и, вау, и".

Так единство, совершенное в плодородии тройного, образует вместе с ним четверное, ключ ко всем числам, ко всем движениям и всем формам.

Квадрат, вращаясь вокруг себя самого, производит равный себе круг, а квадратура круга и есть круговое движение четырех равных углов, вращающихся вокруг одной и той же точки.

То, что находится вверху, говорит Гермес, равняется тому, что находится внизу; вот, двойное служит мерой единству, и отношение равенства между верхом и низом образует вместе с ним тройное.

Творческий принцип – идеальный фаллос, и принцип созданный – формальный ктеис.

Вставление вертикального фаллоса в горизонтальный ктеис образует ставрос гностиков или философский крест масонов. Так скрещение двоих производит четыре, которые двигаясь производят круг со всеми его градусами.

Алеф – мужчина, Бет – женщина, 1 – принцип, 2 – слово, а – деятельное, б – пассивное, единство – Богаз, двойное – Жакин.

В триграммах Фоги единая линия – ян, двойная – инь.

Богаз и Жакин – имена двух символических колонн, находившихся перед главной дверью каббалистического храма Соломона. Эти две колонны объясняют в каббале все тайны антагонизма как естественного, так и политического или религиозного; они же объясняют производительную борьбу между мужчиной и женщиной, ибо, по закону природы, женщина должна сопротивляться мужчине, а он должен прельстить или подчинить ее.

Деятельный принцип ищет принцип пассивный, полнота влюблена в пустоту: змеиная глотка притягивает свой хвост, и вращаясь она сама от себя убегает и сама себя преследует.

Женщина – творенье мужчины, и мировое творенье – жена первого принципа,

Когда бытие-принцип стало творцом, оно воздвигло йод, или фаллос, и, чтобы найти ему место в полноте несотворенного света, он должен был вырыть ктеис или яму тени, равную размеру, определенному его творческим желанием и присвоенному им идеальному йоду лучезарного света.

Таков таинственный язык талмудических каббалистов, и, вследствие невежества и злобы толпы, я не в состоянии объяснить его или упростить.

Итак, что такое творенье? – Это дом Слова-творца. Что такое ктеис? – Это дом фаллоса.

Какова природа деятельного принципа? Проливать. Какова природа принципа пассивного? – Собирать и оплодотворять.

Что такое мужчина? – Посвятитель – тот, кто сокрушает, пашет и сеет.

Что такое женщина? – Образовательница, та, кто примиряет, орошает и собирает жатву. Мужчина воюет, женщина доставляет мир; мужчина разрушает, чтобы творить, женщина создает, чтобы сохранять; мужчина – возмущение, женщина – примирение; мужчина отец Каина, женщина – мать Авеля.

Что такое мудрость? – Примирение и соединение обоих принципов; кротость Авеля, управляющая энергией Каина; мужчина, следующий нежным внушениям женщины; распутство, побежденное законным браком; революционная энергия, смягченная и укрощенная кротостью порядка и мира; гордость, подчинившаяся любви; наука, признающая вдохновенье веры.

Тогда человеческое знание становится мудрым, потому что оно скромно и подчиняется непогрешимости мирового разума – непогрешимости, которой учит любовь или всемирное милосердие. Тогда оно (знание) может принять имя гностицизма, потому что тогда оно, по крайней мере, знает, что еще не может похвастаться совершенным знанием.

Единство может проявиться только посредством двойного; само единство и его идея уже составляют два.

Единство макрокосма открывается двумя противоположными вершинами двух треугольников:

Учение и ритуал высшей магии

Единство человека дополняется правой и левой сторонами.

Примитивный человек – андрогин. Все органы человека расположены по два за исключением носа, языка, пупа и каббалистического йода.

Божество, единое и своей сущности, для самого существования своего нуждается в двух основных свойствах: необходимости и свободе.

Законы высшего разума необходимо требуют от Бога разумной и мудрой свободы.

Чтобы сделать свет видимым, – Бог только предположил мрак.

Чтобы проявить истину – Он сделал возможным сомнение.

Мрак – контраст света, и возможность ошибки необходима для временного проявления истины.

Если бы щит Сатаны не останавливал копья Михаила, – сила ангела потерялась в пустоте или должна бы была проявить себя бесконечным разрушением, направленным сверху вниз.

И если бы нога Михаила не препятствовала восхождению Сатаны, – он сверг бы с престола Бога или, скорее, сам потерялся в неизмеримых глубинах высоты.

Следовательно, Сатана нужен Михаилу, как пьедестал для статуи, и Михаил нужен Сатане, как тормоз для локомотива.

В аналогичной и мировой динамике опереться можно только на то, что сопротивляется. Поэтому вселенная уравновешивается двумя, поддерживающими ее в равновесии, силами, силой притягивающей и силой отталкивающей. Обе эти силы существуют в физике, философии и религии: в физике они производят равновесие, в философии – критику и в религии – прогрессивное откровение.

Древние изображали эту тайну борьбой Эроса с Антэросом, Иакова с ангелом, а также золотой горой, которую поддерживают в равновесии, обвязав ее символической индусской змеей, с одной стороны боги, с другой – демоны.

Эта же тайна изображается кадуцеем Германубиса, двумя херувимами ковчега, двумя сфинксами колесницы Озириса и столькими же серафимами, белым и черным.

Ее научная реальность доказывается явлениями полярности и универсальным законом симпатий и антипатий.

Неразумные ученики Зороастра обожествили двойное, не отнеся его к единству, и таким образом разделили колонны храма и хотели разорвать Бога на части. Двойное в Боге существует только при посредстве тройного. Если вы постигаете абсолют как два, – необходимо тотчас же понять его как три, чтобы отыскать объединяющий принцип.

Поэтому-то материальные элементы, аналогичные элементам божественным, постигаются как четыре, объясняются как два и, в конце концов, существуют как три.

Откровение – двойное; всякое слово двойственно и предполагает два.

Мораль, являющаяся результатом откровения, основана на антагонизме, следствии двойного. Дух и форма взаимно притягиваются и отталкиваются, подобно идее и знаку, истине и вымыслу. Высший разум, сообщаясь конечным умом, делает необходимым догмат, а догмат, переходя из области идей в область форм, участвует в обоих мирах и необходимо иметь два значения, последовательно или одновременно говорящие духу или телу.

Также есть две силы и в моральной области: одна покушающаяся, и другая обуздывающая или искупающая; эти две силы в мифах книги "Бытия" изображены типичными личностями Каина и Авеля.

Авель угнетает Каина своим моральным превосходством; Каин, чтобы освободиться, делает бессмертным своего брата, убив его, и становится жертвой собственного злодеяния. Каин не мог оставить в живых Авеля, и кровь Авеля не позволяет спать Капну.

В Евангелии тип Каина заменен блудным сыном, которому отец все прощает, так как он вернулся, много выстрадав.

В Боге находятся милосердие и справедливость: он справедлив с праведными и милосерд к грешникам.

В душе мира, мировом агенте, существует ток любви и ток гнева.

Окружающий и всепроникающий флюид; луч, отделившийся от солнечной славы и сгущенный тяжестью атмосферы и центральным притяжением; тело Святого Духа – все это мы называем мировым агентом, а древние изображали его под видом змеи, кусающей свой хвост; этот электромагнитный эфир, этот жизненный и светоносный теплород изображается на древних памятниках поясом Изиды, который завязывается узлом любви вокруг обоих полюсов, и змеей, кусающей свои хвост, эмблемой благоразумия и Сатурна.

Движение и жизнь заключаются в крайнем напряжении двух сил.

Да будет угодно Богу, говорил учитель, чтобы вы были или совершенно холодны или совершенно горячи!

Действительно, великий преступник более жив, чем человек трусливый и тепловатый, и его возврат к добродетели соответствует энергии его заблуждений.

Женщина, которая должна раздавить голову змея, это ум, всегда одерживающий верх над током слепых сил. Это, как говорят каббалисты, морская дева, влажные ноги которой лижет своими огненными языками, засыпающими от наслаждения, адский дракон.

Таковы священные тайны двойного. Но есть одна последняя тайна, которая никогда не должна открываться; причина этого, по мнению Гермеса Трисмегиста, заключается в неразумии толпы, которая придала бы нуждам науки все имморальное значение слепой фатальности. Нужно сдерживать толпу, говорит он дальше, боязнью неизвестного; и Христос говорил также: "не мечите бисера перед свиньями, да не попрут его ногами и обратившись не растерзают вас". Древо познания добра и зла, плоды которого приносят смерть – образ этого иератического секрета двойного. Действительно, этот секрет, если его обнародовать, может быть только плохо понят, и обыкновенно от него заключают к нечестивому отрицанию свободной воли, т.е. морального принципа жизни. Следовательно, откровение этого секрета необходимо приводит к смерти; однако это еще не великая тайна магии; но секрет двойного ведет к тайне четверного, или, скорее, он из нее исходит и решается тройным, содержащим в себе разгадку сфинкса в том виде, как она должна была быть найдена, чтобы спасти жизнь, искупить невольное преступление и обеспечить Эдипу царство.

В священной книге Гермеса,* называемой также книгой Тота, двойное также изображается либо великой жрицей с рогами Изиды, с покрытой головой и открытой книгой, которую она полускрывает под своим плащом, или женщиной-властительницей, греческой богиней Юноной, подымающей одну руку к небу и опускающей другую к земле, как если бы она формулировала этим жестом единое и дуалистическое ученье, служащее основой магии, ученье, которым начинаются чудесные символы изумрудных скрижалей Гермеса.

* См. игру "Таро".

В "Апокалипсисе" святого Иоанна речь идет о двух свидетелях или мучениках, которых пророческое предание называет Ильей и Енохом: Илья, человек веры, усердия и чуда, Енох – тот же, кого Египтяне называли Гермесом, а Финикияне почитали под именем Кадма, отца Каббалы, автора священного алфавита и всемирного ключа посвящений в слово; он, говорят святые аллегории, не умер подобно всем остальным людям, но взят на небо и вернется в конце времен. Почти то же самое рассказывали и о самом святом Иоанне, который разыскал и объяснил в своем "Апокалипсисе" символы слова Еноха. Это, ожидаемое в конце веков невежества воскресенье святого Иоанна и Еноха, будет также возобновлением их доктрины, благодаря пониманию каббалистических ключей, открывающих храм единства и мировой философии, слишком долго тайной и сберегавшейся только для избранных, которых убивал мир.

Но я сказал, что воспроизведение единства двойным необходимо приводить к понятию и учению о тройном, и, наконец, приступаю к этому великому числу, полноте и совершенному слову единства.

3. Гимель. В.


ТРЕУГОЛЬНИК СОЛОМОНА


Plenitudo vocis

Бина

Physis

Совершенное слово – тройное, потому что оно предполагает принцип разумный, принцип говорящий и принцип, о котором говорят.

Абсолют, открывающий себя словом, придает этому слову смысл, равный ему самому, и создает Третьего самого себя в понимании этого слова.

Так солнце проявляется светом и доказывает это проявление или делает его действительным своей теплотой.

Тройное начертано в пространстве в бесконечной высоте, высшей точкой, которая посредством двух прямых и расходящихся линий соединяется с востоком и западом.

Но с этим видимым треугольником разум сравнивает другой невидимый, который, как он утверждает, равен первому; этот треугольник вершиной имеет глубину, а его опрокинутое основание параллельно горизонтальной линии, идущей от востока к западу. Соединение двух этих треугольников образует шестиугольную звезду, священный знак печати Соломона, блестящую звезду макрокосма. Идея бесконечного и абсолюта выражена этим знаком, великим пантаклем, т.е. самым простым и в то же время самым полным сокращением знания всех вещей.

Сама грамматика приписывает слову (глаголу – au verbe) три лица. Первое говорит, второе – то, кому говорят, и третье – то, о чем говорят. Бесконечный принцип, создавая, говорит себе о самом себе.

Таково объяснение тройного и происхождение учения о Троице. Магическое учение также одно в трех и три в одном.

То, что находится вверху, подобно или равно тому, что находится внизу.

Таким образом, две вещи, похожие друг на друга, и слово, выражающее их сходство, составляют три.

Тройное – универсальное учение.

В магии – принцип, осуществление, приспособление; в алхимии – азот, смешение и превращение; в теологии – Бог, воплощение, искупление; в человеческой душе – мысль, любовь и действие; в семье – отец, мать и ребенок. Тройное – цель и высшее выражение любви: двое ищут друг друга, чтобы стать тремя.

Есть три, соответствующих друг другу в иерархической аналогии, мира: мир естественный, или физический, мир духовный, или метафизический, и мир духовный, или религиозный.

Из этого принципа происходит иерархия духов, разделенных на три разряда, и эти разряды подразделяются дальше опять-таки по три. Все эти откровения – логические выводы из первых математических понятий о бытии и числе.

Единство, чтобы стать деятельным, должно размножиться. Неделимый, неподвижный и неплодотворный принцип был бы мертвым и непонятным единством.

Если бы Бог был только одно, он никогда не был бы ни творцом, ни отцом. Если бы Он был два, – в бесконечном был бы антагонизм или разделение, а это равнялось бы разделению или смерти всего возможного; следовательно, Он – три, чтобы создавать из самого себя и по своему подобию бесконечное множество существ и чисел.

Таким образом, Он действительно един в себе и троичен в нашей концепции, а это заставляет нас также смотреть на него, как на тройного в себе и единого в наших уме и любви.

Это тайна для верующего и логическая необходимость для посвященного в абсолютные и реальные науки.

Слово, проявленное жизнью, – осуществление или воплощение.

Жизнь Слова, выполняющего свое циклическое движение, – приспособление или искупление. Этот тройной догмат был известен во всех святилищах, просвещенных преданием мудрецов. Желаете ли знать, какая религия истинна? Ищите ту, которая наиболее осуществляет в божественном порядке, которая очеловечивает Бога и обожествляет человека, сохраняет в целости тройное вероучение, воплощает Слово, заставляя самых невежественных видеть и осязать Бога, – наконец, та, доктрина которая наиболее всем подходит и может ко всему приспособиться: религия иерархическая и циклическая, религия, имеющая аллегории и образы для детей, высокую философию и возвышенные надежды для взрослых и нежные утешения для стариков.

Первые мудрецы, искавшие причину причин, видели в мире добро и зло; они наблюдали мрак и свет; они сравнивали зиму с весной, старость с юностью, жизнь со смертью, и они сказали: Первопричина благодетельна и строга; она оживляет и разрушает.

– Значит, существуют два противоположных принципа, добрый и злой? – воскликнули ученики Манеса.

– Нет, два принципа мирового равновесия не противоположны, хотя они и кажутся такими, ибо единая мудрость противополагает их друг другу.

Добро – справа, зло – слева, но высшая доброта выше их обоих, и она заставляет зло служить для торжества добра и добро – для исправления зла.

Принцип гармонии – в единстве, и это придает в магии столько силы нечетным числам.

Но самое совершенное из нечетных чисел – три, ибо оно – трилогия единства.

В триграммах Фоги высшее тройное состоит из трех янов, или мужских фигур, потому что в идее Бога, рассматриваемого как принцип плодородия в трех мирах, нельзя допустить пассивного.

Поэтому также и христианская троица совершенно не допускает олицетворения матери, которое уже выражено в олицетворении сына. На том же основании олицетворение Святого Духа в виде женщины противоречит законам священной и ортодоксальной символики.

Женщина исходит из мужчины, как природа – из Бога; Христос сам возносится на небо и берет с собой Деву-мать; говорят "восшествие Спасителя" и "успение Божьей Матери".

Бог, рассматриваемый как Отец, имеет дочерью природу.

Как Сын, Он имеет мать – Деву и супругу – церковь.

Как Святой Дух, Он возрождает и оплодотворяет человечество.

Так само, в триграммах Фоги трем высшим "янам" соответствуют три низших "инь", ибо триграммы Фоги – пантакль, подобный двум треугольникам Соломона, но только с тройным толкованием шести углов блестящей звезды.

Учение божественно только постольку, поскольку оно действительно человечно, т.е. несколько оно резюмирует наивысший человеческий разум; так, мы называем Учителя Человеком-Богом, хотя сам Он назвал себя Сыном человеческим.

Откровение – выражение верования, допущенного и формулированного мировым разумом в человеческом слове.

Потому-то и говорят, что в Человеке-Боге божество человечно, и человеческая природа божественна.

Все это я говорю философски, а не теологически, и это нисколько не затрагивает учения церкви, которая осуждает и всегда должна осуждать магию.

Парацельс и Агриппа не воздвигали алтаря против алтаря, и подчинялись господствующей религии своего времени. Избранникам науки – дела науки, верующим – дела веры!

Император Юлиан в своем гимне царю Солнцу дает теорию тройного, почти тождественную с теорией иллюмината Сведенборга.

Солнце божеского мира – бесконечный духовный и несотворенный свет; этот свет ословляется,* если можно так выразиться, в мире философском и становится центром душ и истины; затем он воплощается и делается видимым светом в солнце третьего мира, центральном солнце всех наших солнц, и неподвижные звезды – вечно живые его искры.

* Становится словом (se verbalise).

Каббалисты сравнивают дух с веществом, которое остается флюидом в божественной среде и под влиянием существенного света, но внешность его затвердевает подобно воску, выставленному на воздух, в более холодных областях рассуждения или видимых форм. Эти корки или окаменевшие оболочки (я скорее сказал бы "омясневшие", если бы существовало такое слово) служат причиной заблуждений или зла, которое зависит от тяжести и твердости душевных оболочек. В книгах "Зогар" и "О круговороте душ" злые духи, или дурные демоны, называются не иначе, как корками, "cortices".

Корки мира духов прозрачны, корки материального мира темны; тела – только временные корки, и души должны от них освободиться; все, подчиняющееся в этой жизни телу, создаст себе внутреннее тело или флюидическую корку, которая после смерти делается их темницей и пыткой вплоть до того момента, когда им удастся расплавить ее в жару божественного света, в который подняться мешает им их тяжесть; они достигают этого только ценой бесконечных усилий и помощью праведных, протягивающих им руку, и все это время они пожираются внутренней деятельностью духа, плененного как бы в пламенном горне. Те, кто достигает костра искупления, сами сжигают себя, подобно Геркулесу на горе Эте, и, таким образом, освобождаются от своих мучений; но большинству не хватает храбрости перед этим последним испытанием, которое кажется им второю смертью, более ужасной, чем первая, и таким образом, они остаются в аду, который вечен и по закону и на деле, но куда души никогда не ввергаются и не удерживаются против собственной воли.

Три мира сообщаются между собой посредством тридцати двух путей света, ступеней святой лестницы; каждая истинная мысль соответствует Божьей милости на небе и полезному делу на земле; каждая милость Бога порождает истину и производит один или много актов, и, наоборот, каждый акт возбуждает в небесах истину или Ложь, милость или наказание. Когда человек произносит тетраграмму, говорят каббалисты, все девять небес сотрясаются, и все духи восклицают: "кто это тревожит царство небесное?" Тогда земля открывает первому небу грехи безумца, который еще произносит имя вечного, и обвиняющее его слово передается из круга в круг, от звезды к звезде и от иерархии к иерархии.

Всякое слово имеет три смысла, каждое действие – тройное значение, и каждая форма – тронную идею, так как абсолют из мира в мир сообщается со своими формами. Каждое решение человеческой воли изменяет природу, интересует философию и записывается на небе. Следовательно, существуют две фатальности: одна, проистекающая из воли несотворенного в согласии с его мудростью, другая, происходящая от волей сотворенных и согласованная с необходимостью вторых причин в их соотношении с первой причиной.

Следовательно, нет ничего и безразличного в жизни, и наши, на вид самые простые решения, часто возбуждают неисчислимую серию благ или зол, в особенности, в сношениях нашего "прозрачного" с великим магическим агентом, как это я объясню в другом месте.

Тройное, будучи основным принципом всякой каббалы, или священного предания наших отцов, должно было сделаться основным догматом христианства, кажущийся дуализм которого оно объясняет посредничеством гармоничного и всемогущего единства. Христос не записал своего учения и открыл секрет его только возлюбленному ученику своему, единственному и, вдобавок, великому каббалисту среди апостолов. Поэтому "Апокалипсис" – книга знания (de la gnose), или секретная доктрина первых христиан, доктрина, ключ к которой указан тайным стихом "Молитвы Господней", стихом, которого Вульгата не переводит, а в греческом обряде (сохранителей преданий святого Иоанна) произносить стих этот позволено одним только священникам. Этот, вполне каббалистический, стих находится в греческом тексте Евангелия от Матфея и во многих еврейских экземплярах:

Яко твое есть царство и сила и слава во веки веков, аминь.

Вот он на обоих священных языках:

Учение и ритуал высшей магии

Учение и ритуал высшей магии

Священное слово "Малькут", употребленное вместо – "Кетер", соответствующего ему в Каббале, и весы "Гебуры" и, "Гезеда", повторяясь в кругах или небесах, называемых гностиками "эонами", дают в этом тайном стихе ключ к своду всего христианского храма.

Протестанты перевели этот стих и сохранили его в своем Новом Завете, не отыскав его высокого и чудесного значения, которое открыло бы им все тайны "Апокалипсиса"; но в церкви существует предание, что откровение этих тайн отлагается до последних времен.

"Малькут", опирающийся на "Гебуру" и "Гезед", это – храм Соломона с колоннами "Жакин" и "Богаз". Это – адамическое учение, с одной стороны опирающееся на покорность Авеля, с другой – на работу и угрызение совести Каина, это – мировое равновесие бытия, основанное на необходимости и свободе, на устойчивости и движении; это наглядное доказательство мирового рычага, который тщетно искал Архимед. Ученый, употребивший весь свой талант на то, чтобы сделать свои сочинения непонятными, умерший, не желая быть понятным... этот ученый решил это высшее уравнение, отысканное им в каббале; он больше всего боялся, чтобы кто-нибудь не узнал происхождения его открытий, если он выразится яснее. Я слышал, как один из его учеников и поклонников возмущался, быть может, вполне искренне, услышав, что его учителя назвали каббалистом; однако, я должен сказать, к славе этого ученого, что его исследования значительно сократили мою работу о тайных науках и, что особенно важно, ключ к высокой каббале, указанный в выше цитированном мною тайном стихе, был применен ученым образом к абсолютной реформе всех наук в сочинениях Гёне Вронского.

Следовательно, тайная сила Евангелий заключается в трех словах, и эти три слова основали три вероучения и столько же иерархий. Вся наука покоится на трех принципах, как силлогизм – на трех терминах.

Есть также три различных класса или три природных и естественных степени среди людей, которые все призваны восходить от низшего к высшему. Эти серии или степени прогресса духов Евреи называют: "Азиа", "Иезира" и "Бриа". Гностики, бывшие христианскими каббалистами, называли их "Гиле" (Hyle), "Психе" (Psyche) и "Гнозис"; высший круг назывался у евреев "Азилутом" и у гностиков – "Плеромой".

В тетраграмме тройное, взятое с начала слова, изображает божественную копуляцию; взятое же с конца, оно выражает женское и материнство. Ева носит имя, состоящее из трех букв, но первоначальный Адам, изображается одной только буквой, "Йодом", так что "Егова" должно бы произноситься "Иева". Это приводит нас к великой и высшей тайне магии, изображаемой четверным.

4. Далет. Г.

ТЕТРАГРАММА

Гебура. Гезед.

Porta liborum.

Elementa.

В природе существуют две силы, производящие равновесие, и три составляют один закон. Вот – тройное, резюмирующееся в единстве, и, добавив идею единства к идее тройного, мы приходим к четверному, первому квадратному и совершенному числу, источнику всех числовых комбинаций и принципу всех форм.

Утверждение, отрицание, спор и решение таковы – четыре философских операции человеческого духа. Прение примиряет отрицание с утверждением, делая их необходимыми друг другу. Также и философское тройное, происходя из антагоничного двойного, дополняется четверным, квадратным основанием всякой истины. В Боге, согласно священному учению, – три лица, и эти три лица – один и тот же Бог. Три и один дают идею четырех, потому что единство необходимо для объяснения трех. Почти во всех языках имя Божие состоит из четырех букв, а в еврейском языке эти четыре буквы составляют только три, ибо одна из них дважды повторяется: та, которая изображает Слово и Его творение.

Два утверждения делают возможными или необходимыми два соответствующих отрицания. Бытие обозначено, ничто не обозначено. Утверждение, как Слово, производит утверждение как осуществление или воплощение Слова, и каждое из этих утверждений соответствует отрицанию противоположного ему утверждения. Так, по словам каббалистов, имя демона, или зла составляется из перевороченных букв имени самого Бога, или добра.

Это зло – потерянное отражение или несовершенный мираж света во мраке. Но все существующее, как в добре, так и во зле, как в свете, так и во мраке, существует и проявляется посредством четверного.

Утверждение единства предполагает число четыре, если только это утверждение не вращается в единстве, как в ложном умствовании (in circulo vifioso). Поэтому тройное, как я уже замечал, объясняется двойным и решается четверным, квадратным единством четных чисел и четыреугольным основанием куба, единицы построения, крепости и меры.

Каббалистическая тетраграмма "Йодива" изображает Бога в человечестве и человечество в Боге.

По отношению к нам четыре астрономических страны света – "да" и "нет" света, восток и запад, и "да" и "нет" тепла, юг и север.

Находящееся в видимой природе открывает, как мы уже это знаем, из единого учения каббалы, то, что находится в области природы невидимой, или второпричины вполне пропорциональны и аналогичны проявлениям первой причины,

Поэтому эта первая причина всегда проявлялась крестом; крестом, этим единством, составленным из двух, которые делят друг друга, чтобы образовать четыре; крестом ключом к тайнам Индии и Египта; "Тау" патриархов, божественным знаком Озириса; "Стауросом" гностиков, ключом к своду храма, символом тайного масонства; крестом, этой центральной точкой соединения прямых углов двух бесконечных треугольников; крестом, который во французском языке, по-видимому, служит первым корнем и основным существительным глаголов верить и расти, соединяя таким образом идеи знания, религии и прогресса.

Великий магический агент проявляет себя четырьмя родами явлений, и ощупью исследовался непосвященными науками под названием тепла, света, электричества и магнетизма. Его называли также тетраграммой, "Инри", азотом, эфиром, одом, магнетическим флюидом, душой земли, змеем, люцифером и т.д.

Великий магический агент – четвертая эманация жизни-принципа, солнце – ее третья форма (см. посвященных Александрийской школы и учение Гермеса Трисмегиста).

Глаз мира (как называли его древние) – мираж отражения Бога, и душа земли, постоянный взгляд солнца, который зачинает и сохраняет посредством пропитывания земля. Луна способствует этому пропитыванию земли, отталкивая к ней ночью солнечный образ, так что Гермес был прав, говоря о великом агенте: "солнце – отец его, луна его мать"; затем он добавляет: "ветер носил его во чреве своем", потому что атмосфера – приемник и как бы горнило солнечных лучей, посредством которых и образуется этот живой образ солнца, проникающий, оживляющий и оплодотворяющий всю землю и своими истечениями и постоянными токами, аналогичными токам самого солнца, производящий все, рождающееся на ее поверхности.

Этот солнечный агент поддерживается двумя противоположными силами: силой притяжения и силой отталкивания, а это заставляет Гермеса сказать, что он постоянно восходит и снова опускается.

Сила притяжения всегда фиксируется в центре тела, и сила отталкивания – в их окружности или на их поверхности.

Этой двойной силой все создано и существует.

Его движение – последовательные и бесконечные или, скорее, одновременные и постоянные сворачивание и разворачивание спиралями противоположных и никогда не встречающихся движений.

Таково же движение солнца, которое одновременно протягивает и отталкивает все светила своей системы.

Знать движение этого земного солнца настолько, чтобы быть в состоянии пользоваться его токами и управлять ими – значит осуществить великое делание, т.е. стать господином мира.

Вооружившись подобной силой, вы можете заставить обожать себя, толпа будет считать вас Богом.

Некоторые люди обладали секретом этого управления, и он может быть еще и сейчас найден. Это – великая магическая тайна; она вытекает из не могущей быть сообщенной аксиомы и инструмента, высшего и единственного атанора герметиков самой высокой степени. Несообщаемая аксиома каббалистически заключается в четырех буквах тетраграммы, расположенных следующим образом в буквах слов "азот" и "инри", каббалистически написанных, и в монограмме Христа в том виде, как она вышита на хоругви (labarum), и которую каббалист Постель переводит словом "Рота", из которого адепты сделали свое таро или тарот, чтобы указать на круг и дать понять, что слово это переворочено.

Учение и ритуал высшей магии

Вся магическая наука заключается в знании этого секрета. Знать и сметь им воспользоваться значит приобрести человеческое всемогущество; но открыть его профану значит потерять его; открыть его даже своему ученику значит отказаться от него в пользу этого ученика, который с этого момента имеет право располагать жизнью и смертью своего посвятителя (я говорю с магической точки зрения) и, вероятно, убьет его, чтобы не умереть самому. (Это не имеет ничего общего с поступками, квалифицируемыми как убийство уголовным уложением, так как практическая философия, служащая основой и точкой отправления для наших законов, не допускает существования явлений порчи* и тайных влияний).

* Les faits denvoutemeuts... Порчи, колдовства... Собственно говоря, envouter значит накрыть колпаком, захватить в сеть, окутать сетью...

Здесь я вступаю в область странных откровений и ожидаю недоверие и пожимание плечами неверующего фанатизма, ибо вольтерьянская религия также имеет своих фанатиков, да не прогневаются за это великие тени, которые должны теперь самым жалким образом сердиться в склепах Пантеона в то время, как католицизм, вечно сильный своими методами и обонянием, служит обедню над их головами.

Совершенное слово, которое равно выражаемой им мысли, всегда содержит в возможности или предполагает четверное: идею и три ее необходимых и соотносительных формы, затем также образ изображаемой вещи с тремя терминами определяющего ее суждения. Когда я говорю: "бытие существует", я этим самым утверждаю, что ничто не существует.

Высота, ширина, которую высота геометрически разделяет надвое, и глубина, отделенная от высоты пересечением широты: вот естественное четверное, составленное двумя перекрещивающимися линиями. Есть также в природе четыре движения, производимые двумя силами, которые поддерживают друг друга своим стремлением в противоположном направлении. Закон же, управляющий телами, аналогичен и пропорционален закону, управляющему духами; а закон, управляющий духами, – само проявление секрета Бога, т.е. тайны творения.

Представьте себе часы с двумя параллельными пружинами, с такой системой зубчатых колес, которая заставляет их работать в противоположном направлении, так как одна пружина ослабляясь, затягивает другую; таким образом, часы будут сами собой заводиться, и вы найдете непрерывное движение. Это зубчатое сцепление должно иметь два конца и быть чрезвычайно точно. Но, быть может, оно не находимо? – Я этого не думаю. Но человек, открывший его, сможет понять по аналогии все секреты природы: "прогресс прямо пропорционален сопротивлению".

Абсолютное движение жизни – также постоянный результат двух противоположных, но никогда взаимно не уничтожающих стремлений. Когда кажется, что одно из них уступает другому, это значит, что пружина заводится, и вы можете ожидать реакции, предвидеть момент, который и определит ее характер вполне возможно, так как в эпоху наибольшего усердия Христианства, было известно и предсказано царство "Антихриста".

Но антихрист приготовит и вызовет новое пришествие и окончательное торжество Человека-Бога. А это опять-таки строгое и каббалистическое следствие, содержащееся в первых евангельских посылках.

Христианское пророчество содержит четверное откровение: 1) падение старого мира и торжество Евангелия во время первого пришествия, 2) великое отступничество и пришествие антихриста, 3) падение антихриста и возвращение к христианским идеям и 4) окончательное торжество Евангелия или второе пришествие, обозначаемое названием страшного суда. Это четверное пророчество содержит два утверждения и два отрицания: идею двух падений или мировых смертей и двух возрождений; ибо для каждой идеи, являющейся на социальном горизонте, можно, не боясь ошибиться, определить восток и запад, зенит и надир. Философский крест – ключ к пророчеству, и можно открыть все двери науки пантаклем Езекииля, в центре которого находится звезда, образованная пересечением двух крестов.

Разве человеческая жизнь не состоит также из этих трех фраз или последовательных трансформаций: рождения, жизни, смерти, бессмертия? И заметьте, что бессмертие души, необходимое как дополнение четверного, каббалистически доказывается аналогией, единственным догматом истинно мировой религии, так как она (аналогия) – ключ к знанию и ненарушимый закон природы.

Действительно, смерть также не может быть абсолютным концом, как и рождение – не реальное начало. Рождение доказывает предсуществование человеческого существа, так как из ничего ничто не происходит, и смерть доказывает бессмертие, так как бытие также само не может перестать существовать, как ничто не может перестать не существовать. Бытие и ничто – две абсолютно непримиримые идеи, с той только разницей, что идея ничего (идея чисто отрицательная) вытекает из самой идеи бытия, причем ничто не может быть даже понятно, как абсолютное его отрицание; между тем как идея бытия никогда не может быть даже сопоставлена с идеей ничего. Сказать, что мир произошел из ничего (neant), значит произнести чудовищную нелепость. Все существующее происходит из того, что было, следовательно, все сущее непременно когда-нибудь существовало.

Последовательность форм производится переменами движения; явления жизни, не уничтожаясь, заменяют друг друга. Все изменяется, но ничто не гибнет. Солнце не умерло, когда исчезает за горизонтом; даже самые непостоянные формы бессмертны и вечно существуют в неизменяемости причины их существования, комбинации света с составными силами молекул первой субстанции; поэтому-то (формы) сохраняются в астральном флюиде и могут быть вызваны и воспроизведены по воле мудреца, как мы это и увидим, когда будем говорить о втором зрении, вызывании воспоминаний в некромантии и других магических операциях.

Мы вернемся к великому магическому агенту в четвертой главе "Ритуала", где я закончу указывать признаки великого агента и способы завладеть этой страшной силой.

Скажу еще здесь несколько слов о четырех магических элементах и элементарных духах.

Магические элементы: в алхимии – соль, ртуть, сера и азот, в каббале – "макропрозоп", "микропрозоп" и две материи; в иероглифах – человек, орел, лев и бык; в древней физике – воздух, вода, земля и огонь.

Известно, что в магической науке вода – не обыкновенная вода, что огонь – не просто огонь и т.д. Эти выражения скрывают более возвышенное значение. Современная наука разложила четыре элемента древних и нашла в них много воображаемых простых тел. Проста только первоначальная субстанция, и, собственно говоря, существует только один материальный элемент, и этот элемент в своих формах всегда проявляется четверным. Итак, мы сохраним научное различение элементарных видимостей, принятое древними, и будем признавать воздух, огонь, землю и воду за четыре положительных и видимых элемента магии.

Тонкое и плотное, быстрый и медленный растворители, или инструменты тепла и холода, образуют в тайной физике два положительных и столько же отрицательных принципов четверного, и должны изображаться следующим образом.

Учение и ритуал высшей магии

Воздух и вода изображают также принцип мужской, огонь и вода относятся к принципу женскому, так как философский крест пантаклей, как я уже говорил, – первоначальный и элементарный иероглиф лингама гимнософистов.

Этим четырем элементарным формам соответствуют следующие четыре философские идеи:

Дух

Материя

Движение

Покой

Действительно, вся наука заключается в понимании этих четырех вещей, которые алхимия сводила к трем:

Абсолюту,

Твердому (постоянному),

Летучему,

а каббала относится к идее самого Бога, абсолютного разума, необходимости и свободы, тройного понятия, выраженного в книгах евреев.

В десятой главе этой книги под именами Кетера, Хохмы и Бины для мира божественного, Тиферета, Гезеда и Гебуры для мира морального и, наконец, Йезода, Года и Нетцы в мире физическом, который вместе с миром моральным содержится в идее царства, или Малькута, – я объясню эту теогонию столь же рациональную, как и возвышенную.

Так как сотворенные духи призваны к эмансипации посредством испытания, то с самого своего рождения они помещены между этими четырьмя силами, двумя положительными и двумя отрицательными, и поставлены в необходимость утверждать или отрицать добро, выбирать между жизнью и смертью. Найти неподвижную точку, т.е. моральный центр креста – такова первая проблема, которую они должны решить; их первой победой должно быть завоевание собственной свободы.

Поэтому они начинают с того, что одни увлекаются к северу, другие – к югу, одни направо, другие влево, и, пока они не будут свободны, – они не могут ни пользоваться разумом, ни воплотиться иначе как в животных формах. Эти не эмансипированные духи, рабы четырех элементов, – то, что каббалисты называют элементарными демонами, они населяют элементы, соответствующие роду их рабства. Следовательно, действительно существуют сильфы, ундины, гномы и саламандры, одни блуждающие и старающиеся воплотиться, другие уже воплотившиеся и живущие на земле. Это – порочные и несовершенные люди.

Мы вернемся к этому предмету в пятнадцатой главе, трактующей о чарах и демонах.

Это также предание тайной физики, предание, заставлявшее древних допускать существование четырех возрастов мира; только толпе не говорили, что эти четыре возраста должны быть последовательны, подобно четырем временам года и подобно им возобновляться. Так золотой век прошел, и еще вернется. Но это относится к духу пророчества, и я буду о нем говорить в девятой главе, трактующей о посвященном и видящем.

Добавим теперь единство к четверному, и мы получим вместе и порознь идеи божественных синтеза и анализа, бога посвященных и бога профанов. Здесь ученье популяризуется и становится менее абстрактным, появляется великий иерофант.

5. Хе. Д.

ПЕНТАГРАММА

Гебура

Ессе

Учение и ритуал высшей магии

До сих пор я излагал наиболее сухую и абстрактную часть магического учения; теперь начинаются чары, теперь я могу возвестить чудеса и открыть самые скрытые вещи. Пентаграмма изображает господство духа над элементами; этим знаком покоряют демонов воздуха, духов огня, спектры воды и фантомов земли,

Вооружившись этим знаком, и, как следует, приспособив его, вы можете видеть бесконечное при посредстве этой способности, которая – как бы глаз вашей души, и вы заставите служить себе легионы ангелов и колонны демонов.

Сначала установим принципы.

Нет мира невидимого, есть только различные степени совершенства органов.

Тело – грубое изображение и как бы тленная оболочка (кора – le corce) души.

Душа сама, без посредства телесных органов, посредством своих чувствительности и "прозрачного", может воспринимать все, существующее во вселенной как духовное, так и телесное.

Духовное и телесное – только слова, выражающие различные степени тонкости или плотности субстанции.

То, что называют воображением, – присущая нашей душе способность ассимилировать образы и отражения, находящиеся в живом свете, великом магнетическом агенте.

Эти образы и отражения – откровения, когда наука приходит к нам на помощь и открывает их тело или свет. Гениальный человек отличается от мечтателя и безумца только тем, что его творения аналогичны истине, между тем как создания мечтателей и безумцев – потерянные отражения и заблудившиеся образы.

Так, для мудреца воображать значит видеть, так само, как для магиста говорить значит творить.

Итак, можно реально и действительно видеть демонов, души и т.д... посредством воображения; но воображение адепта прозрачно, в то время, как воображение толпы темно, свет истины проходит через первое, как через блестящее окно, и преломляется во втором, как в стеклянной массе, наполненной окалиной и посторонними телами.

3аблуждениям толпы и сумасбродствам безумия наиболее способствуют отражения развращенных воображений друг в друге.

Но видящий достоверно знает, что воображаемые им вещи истинны, и опыт всегда подтверждает его видения.

В "Ритуале" я объясняю, какими средствами приобретается это ясновидение.

Посредством этого света статические духовидцы приходят в сношение со всеми мирами, как это столь часто случалось с Эммануилом Сведенборгом, который, однако, не был совершенным ясновидящим, так как он не различал отражений от лучей и часто смешивал мечты с самыми удивительными сновидениями.

Я говорю "сновидения", потому что сновидение – результат естественного и периодического экстаза, называемого сном. Находиться в экстазе значит спать; магнетический сомнамбулизм – воспроизведение экстаза и управление им.

Ошибки во время сомнамбулизма причиняются отражениями "прозрачного" бодрствующих лиц и, в особенности, магнетизера.

Сновидение – видение, произведенное преломлением луча истины; мечта – галлюцинация, вызванная отражением.

Искушение святого Антония со всеми его кошмарами и чудовищами представляет собой смешение отражений с прямыми лучами. Пока душа борется – она разумна; когда же она поддается этому роду захватывающего опьянения, – она безумна.

Различить прямой луч и отделить его от отражения, таково дело посвященного.

Теперь я объявляю во всеуслышание, что дело это всегда выполнялось некоторыми людьми, избранниками мира, что откровение посредством интуиции, таким образом, непрерывно, и, что нет непроходимой преграды, разделяющей души, так как в природе нет ни резких перерывов, ни крутых стен, могущих разлучить духов. Все – переходы и оттенки, и, если мы предположим, если и не бесконечную, то, во всяком случае, неограниченную способность совершенствования человеческих способностей, – мы увидим, что каждый человек может достигнуть видения всего, а следовательно, и всезнания, по крайней мере, в кругу, который он может безгранично расширить.

В природе нет пустоты, все населено.

В природе нет реальной смерти, все живо.

– Видите вы эту звезду? – сказал Наполеон кардиналу Фешу.

– Нет, государь.

– Ну, что же! Я вижу ее.

И несомненно, он ее видел.

Великих людей обвиняют в суеверии: они видели то, чего не видит толпа.

Гениальные люди отличаются от простых видящих присущей им способностью заставлять других людей "чувствовать" то, что они сами видят, и "верить" себе посредством энтузиазма и симпатии.

Это – "медиумы" божественного Слова. Скажем теперь, как происходит видение (la vision).

Все формы соответствуют идеям, и нет такой идеи, у которой не было бы своей собственной и особой формы.

Первобытный свет, носитель всех идей, мать всех форм, и передает их от эманации к эманации только уменьшенными или испорченными, соответственно плотности сред.

Вторичные формы – отражения, возвращающиеся к очагу истекшего света.

Так как формы объектов – видоизменение света, то они остаются в свете, куда отсылает их отражение. Поэтому астральный свет, или земной флюид, который мы называем великим магическим агентом, насыщен образами или всевозможными отражениями, которые наша душа может вызвать и подчинить своему "прозрачному", как говорят каббалисты.

Эти образы всегда для нас присутствуют, только во время бодрствования они стерты более сильными отпечатками действительности или озабоченностью нашей мысли, делающей наше воображение невнимательным к подвижной панораме астрального света. Когда мы спим, это зрелище само собой представляется нам, и таким образом происходят грёзы (les reves): мечты несвязные и смутные, если какая-нибудь господствующая воля не остается деятельной во время сна и, даже без ведома нашего ума, не направляет грёзы, которые превращаются тогда в сновидения.

Животный магнетизм – искусственный сон, производимый соединением, добровольным или вынужденным, двух душ, из которых одна бодрствует в то время, как другая спит, т.е. одна управляет другой в выборе отражений, чтобы изменять мечты в сновидения и узнавать истину посредством образов.

Таким образом, сомнамбулы в действительности не отправляются в места, куда посылает их магнетизер: они вызывают их изображения в астральном свете, и могут видеть только то, что существуют в этом свете.

Астральный свет прямо действует на нервы, которые служат его проводниками в животной экономии и приносят его мозгу; поэтому в состоянии сомнамбулизма можно видеть нервами, даже не нуждаясь в лучезарном свете, так как астральный флюид – скрытый свет, подобно тому как физика признает существование скрытого теплорода.

Магнетизм вдвоем – без сомнения чудесное открытие; но магнетизм одного человека, который по желанию становится ясновидящим и сам собой управляет, – совершенство магического искусства; и нет надобности искать секрет этого великого делания: он был известен и практиковался весьма многими посвященными, в особенности знаменитым Аполлонием Тианским, оставившим его теорию, как мы это и увидим в "Ритуале".

Секрет магнетического ясновидения и управления явлениями магнетизма зависит от двух вещей: гармонии умов и совершенного единения волей в возможном и установленном наукой управлении; это относится к магнетизму, производимому между многими. Одиночный магнетизм требует приготовлений, о которых я говорил в первой главе, когда перечислял и показывал всю трудность качеств, необходимых, чтобы быть истинным адептом.

В следующих главах я буду все более и более выяснять этот важный и основной пункт.

Эта власть воли над астральным светом, физической душой четырех элементов, изображается в магии пентаграммой, изображение которой я поместил в заголовке этой главы.

Поэтому элементарные духи подчиняются этому знаку, если его разумно употребляют и, поместив его в кругу или на столе вызываний, можно сделать их покорными; в магии это называется пленить духов.

Объясним в немногих словах это чудо. Все сотворенные духи сообщаются между собой посредством знаков и соглашаются с известным числом истин, выраженных известными определенными формами.

Совершенство форм возрастает соответственно освобождению духов, и те из них, которые не отягощены цепями материи, распознают по первой интуиции выражение ли реальной силы или безрассудной воли – этот знак.

Следовательно, ум мудреца придает значение его пантаклю так же, как его наука дает вес его воле, и духи тотчас понимают эту силу.

Пентаграммой также можно заставить духов появиться в сновидении, либо во время бодрственного состояния, либо во время сна, причем "они сами приводят к нашему "прозрачному" свое отражение, существующее и астральном свете, если они жили, или отражение, аналогичное их духовному слову, если они не жили на земле". Это объясняет все видения и в особенности показывает, почему умершие всегда являются живым такими, какими они были на земле, или такими, каковы они теперь в могиле, но никогда по являются в том виде, в каком они находятся в существовании, ускользающем от перцепций нашего теперешнего организма.

Беременные женщины более других находятся под влиянием астрального света, способствующего образованию их ребенка и беспрестанно представляющего им воспоминания о формах, которыми он полон. Поэтому же вполне добродетельные женщины двусмысленным сходством обманывают злобу наблюдателей: часто они придают плоду своего брака образ, поразивший их в сновидении, и таким же образом одни и те же физиономии повторяются из века в век.

Следовательно, каббалистическое употребление пентаграммы может определить фигуру еще не родившихся детей; и посвященная женщина могла бы дать своему сыну черты Персея или Ахилла, также как Людовика XV или Наполеона. Способ этого я указываю в "Ритуале".

Пентаграмма – то, что называют в каббале знаком микрокосма, знаком, могущество которого восхваляет Гете в прекрасном монологе Фауста:

– О! Как задрожали при этом виде от восторга мои чувства! Я чувствую, как юная, святая жажда жизни кипит в моих нервах и венах. Но Богом ли был тот, кто начертил этот знак, успокаивающий мятежное волнение моей души, наполняющий радостью мое бедное сердце и, в таинственном стремлении, открывающий вокруг меня силы природы? Не стал ли Богом и я? Все для меня так ясно: я вижу, как в этих простых чертах деятельная природа открывается моей душе. Теперь только понимаю я истину слов мудреца: "мир духов не закрыт!". Твои чувства ослабели, твое сердце мертво! Восстань! Окуни, о адепт науки, твою грудь, еще окутанную земным покровом, в сиянии рождающегося дня!

(Фауст, 1-я часть, 1-я сцена)

24 июля 1854 года автор этой книги, Элифас Леви, произвел в Лондоне опыт вызывания пентаграммой, приготовившись к этому всеми, указанными в "Ритуале", церемониями. Успех этого опыта, причину и детали которого я привожу и тринадцатой главе "Учения", а церемонии – в 18-й же главе "Ритуала", устанавливают новый патологический факт, который без труда признают люди истинной науки. Трижды повторенный опыт дал поистине необычайные, но положительные и без малейшей примеси галлюцинации, результаты. Я приглашаю неверующих произвести добросовестный и толковый опыт прежде чем пожимать плечами и улыбаться.

Изображение пентаграммы, усовершенствованное согласно указаниям науки и послужившее автору для этого опыта, находится в начале этой главы; в таком полном виде его нет ни в ключиках Соломона, ни в магических календарях Тихо-Браге и Дюшанто.

Замечу только, что употребление пентаграммы крайне опасно для операторов, не обладающих полным и совершенным ее пониманием. Направление концов звезды не произвольно и может совершенно изменить характер всей операции, как я объясню это в "Ритуале".

Парацельс, этот новатор в магии, превзошедший всех других посвященных им одним достигнутыми успехами осуществления, утверждает, что все каббалистические знаки пантаклей, которым повинуются духи, сводятся к двум, синтезу всех остальных, – знаку макрокосма, или печати Соломона, изображение которой я уже приводил и теперь воспроизвожу здесь,

Учение и ритуал высшей магии

и знаку микрокосма, еще более могущественному, чем первый, т.е. пентаграмме, детальное описание которой он дает в своей тайной философии.

Если меня спросят, каким образом знак может иметь такую власть над духами, я спрошу, в свою очередь, почему христианский мир повергался ниц перед знаком креста. Знак сам по себе ничто и имеет силу только благодаря учению, которого он является сокращением и Словом.

Знак же, который резюмирует, выражая их, все тайные силы природы; знак, всегда являвший элементарным и другим духам силу, значительно превосходящую их природу, – естественно поражает их почтением и страхом и заставляет их повиноваться властью науки и воли над невежеством и слабостью.

Пентаграммой также измеряют точные пропорции великого и единственного атанора, нужного для изготовления философского камня и выполнения великого делания. Самый совершенный аламбик, могущий выработать квинтэссенцию, сходен с этой фигурой, и сама квинтэссенция изображается знаком пентаграммы.

6. Вау. Е.

МАГИЧЕСКОЕ РАВНОВЕСИЕ

Тиферет

Uncus

Высший ум необходимо разумен. Бог в философии может быть только гипотезой, но эта гипотеза внушена здравым смыслом человеческому разуму. Олицетворить абсолютный разум значит установить божественный идеал.

Необходимость, свобода и разум, вот великий и высший треугольник каббалистов, называющих, – в своем первом божеском тройном, разум Кетером, необходимость Гохмой и свободу Виной.

Фатальность, воля и сила, таково магическое тройное, в делах человеческих соответствующее божьему треугольнику.

Фатальность – неизбежное сцепление следствий и причин в данном порядке.

Воля – способность, управляющая разумными силами для примирения свободы лиц с необходимостью вещей.

Сила – мудрое употребление воли, заставляющей саму фатальность служить исполнению желаний мудреца.

Когда Моисей ударяет в скалу, он не создает источника воды; он открывает ее народу, потому что тайная наука открыла ее ему самому посредством волшебной палочки.

Так само обстоит дело и со всеми чудесами магии: существует закон, толпа его не знает, посвященный им пользуется.

Тайные законы часто диаметрально противоположны общераспространенным понятиям. Так, например, толпа верит в симпатию подобных и войну противоположных; верен противоположный закон.

Некогда говорили: "природа боится пустоты"; следовало бы сказать: "природа влюблена в пустоту", если бы только пустота в физике не была самым нелепым из вымыслов.

Толпа обыкновенно во всех вещах принимает тень за реальность; она поворачивается спиной к свету и любуется собой во тьме, которую сама же и отбрасывает.

Силы природы к услугам того, кто умеет им сопротивляться. Если вы достаточно господин самого себя, чтобы никогда не быть пьяным – вы располагаете ужасной и фатальной силой опьянения. Если вы хотите опьянить других, внушите им желание пить, но не пейте сами.

Тот располагает любовью других, кто господин своей. Желаете обладать – не отдавайтесь.

Мир намагничен светом солнца и мы намагничены астральным светом мира. То, что происходит в теле планеты, повторяется в нас. В нас, как и во всей природе, существует три аналогичным и иерархических мира.

Человек – микрокосм, или малый мир, и, по догмату аналогий, все совершающееся в большом мире, воспроизводится в малом. Следовательно, в нас есть три центра флюидического притяжения и отталкивания: мозг, сердце, или надбрюшье, и половой орган. Каждый из этих органов един и двойственен, т.е. мы находим в нем идею тройного: каждый из этих органов притягивает с одной стороны и отталкивает с другой; посредством этих аппаратов мы приходим в сношение с мировым флюидом, который передается в нас нервной системой; эти же три центра служат местом тройной магнитной операции, как я объясню это в другом месте.

Когда маг достиг ясновиденья, либо при посредстве пифонессы, или сомнамбулы, либо собственными усилиями, он сообщает магнитные вибрации всей массе астрального света, токи которого он угадывает посредством магической, т.е. усовершенствованной волшебной палочки – и управляет ими. Посредством этих вибраций он влияет на нервную систему лиц, подчиненных его действию, ускоряет или останавливает жизненные токи, успокаивает или мучит, исцеляет или делает больным, наконец, убивает или воскрешает... Но здесь я останавливаюсь перед улыбкой неверия. Предоставим ему легкий триумф отрицать то, чего оно не знает.

Я покажу дальше, что смерти всегда предшествует летаргический сон, что она происходит только постепенно; что воскрешение возможно в некоторых случаях, что летаргия – реальная, но только еще незаконченная смерть, и что многие умершие кончают умирать после своего погребения. Но в этой главе речь идет не об этом. Итак, я говорю, что ясновидящая воля может действовать на массу астрального света и при содействии других волей, которые она поглощает и увлекает, производить великие и непреодолимые токи. Скажу еще, что астральный свет конденсируется или разряжается, смотря по тому, более или менее собираются токи в известных центрах. Когда не хватает энергии, достаточной для питания жизни, происходят болезни внезапного разложения, приводящие в отчаяние медицину. Например, холера не имеет другой причины, и колонны микроскопических животных, наблюдаемых или предполагаемых некоторыми учеными, могут быть скорее ее следствием, чем причиной. Следовательно, нужно было бы лечить холеру вдуванием (insufflation), если бы только при подобном лечении оператор не рисковал сделать с пациентом обмен, слишком страшный для первого.

Всякое разумное усилие воли – выбрасывание человеческого флюида или света, и здесь важно различать свет человеческий от света астрального и животный магнетизм от магнетизма всемирного.

Пользуясь словом "флюид", я употребляю общепринятое выражение, и пытаюсь заставить понять себя этим способом; но я далек от того, чтобы считать скрытый свет флюидом. Наоборот, все заставляет меня, при объяснении этого явления, предпочитать систему колебаний. Как бы там ни было, этот свет, будучи инструментом жизни, естественно фиксируется во всех живых центрах; он пристает к ядру планет так же, как к сердцу человека (а под сердцем, в магии, мы подразумеваем солнечное сплетение), отождествляется с собственной жизнью оживляемого им существа, и благодаря этой способности симпатической ассимиляции, распределяется без беспорядка; таким образом, он земной в своих сношениях с земным шаром и исключительно человеческий в своих сношениях с людьми.

Поэтому, электричество, теплород, свет и намагничивание, производимые обыкновенными физическими средствами, не только не производят, но, наоборот, стремятся нейтрализовать действие животного магнетизма. Астральный свет, подчиненный слепому механизму и происходящий из центров обладающих аутотелией, – свет мертвый и оперирует, математически точно следуя данным импульсам или фатальным законам; наоборот, свет человеческий – фатален только у невежды, наугад производящего опыты: у ясновидящего же он подчинен уму, покорен воображению и зависит от волн.

Этот свет, беспрестанно выбрасываемый нашей волей, образует то, что Сведенборг называет "личной атмосферой". Тело поглощает то, что его окружает и беспрестанно излучает, выбрасывая свои миазмы и невидимые молекулы; также дело обстоит и с духом, так что это явление, называемое некоторыми мистиками "выдыханием", действительно имеет приписываемое ему влияние, как в физике, так и в морали. Действительно, можно заразиться, дыша одним воздухом с больными и находясь в кругу притяжения и излияния злых.

Когда магнетическая атмосфера двух лиц настолько уравновешена, что притяжение одного вдыхает расширение другого, происходит влечение, называемое симпатией; тогда воображение, вызывая все лучи, или все отражения, аналогичные тому, что оно испытывает, создаст себе поэму желаний, увлекающих волю; и, если лица – противоположного пола, в них, или, гораздо чаще, в более слабом происходит полное опьянение астральным светом, называемое собственно страстью или любовью.

Любовь – один из великих инструментов магической силы; но она формально запрещена магисту, по крайней мере, как опьянение или страсть. Горе Самсону каббалы, если он позволит Далиле усыпить себя. Геркулес науки, меняющий свой царский скипетр на прялку Омералы, скоро почувствует месть Деяниры, и, чтобы избежать пожирающих объятий туники Несса, ему останется только костер на горе Эте. Половая любовь – всегда иллюзия, так как она результат воображаемого миража. Астральный свет – универсальный соблазнитель, изображаемый змием "Бытия". Этот тонкий агент, вечно деятельный, всегда плодоносный, вечно цветущий соблазнительными мечтами и нежными образами; эта сила, сама по себе слепая и подчиненная всем волям, как для добра, так и для зла; этот "circulus", вечно оживающий необузданной жизнью, приносящей помешательство безрассудным; этот телесный дух, это огненное тело, этот неосязаемый и вездесущий эфир; этот необъятный соблазн природы... Как его вполне определить, как квалифицировать его действие? До некоторой степени, сам по себе индифферентный, он применяется как к добру, так и ко злу; он несет свет и распространяет мрак; его одинаково можно назвать и Люцифером и Люцифугом; это – змий, но это также – ореол; это огонь, но он так же хорошо может применяться для адских мук, как и для приношения фимиама. Чтобы овладеть им, нужно, подобно предопределенной жене, поставить ногу ему на голову.

В элементарном мире каббалистической жене соответствует вода, а змию – огонь. Чтобы покорить змия, т.е. господствовать над кругом астрального света, необходимо поместиться вне его токов, т.е. изолировать себя. Поэтому-то Аполлоний Тианский совершенно закутывался в плащ из тонкой шерсти, ставил на него ноги и закрывал им голову; затем он округлял в виде полукруга свой позвоночник и закрывал глаза, предварительно выполнив некоторые обряды; по всей вероятности, это были магнетические пассы и таинственные слова, целью которых было фиксировать воображение и вызвать действие воли.

Шерстяной плащ в большом употреблении в магии; это обычный экипаж колдунов, отправляющихся на шабаш, а это доказывает, что колдуны, в действительности, не отправлялись на шабаш, но шабаш сам приходил к колдунам, изолированным в своих плащах, и приносил их "просвечивающему" аналогичные их магическим предубеждениям образы, смешанные с отражениями всех, совершенных до них в мире, актов того же рода.

Этот поток всемирной жизни изображается в религиозных догматах очистительным адским огнем. Это – инструмент посвящения, это чудовище, которое надо укротить, это враг, которого надо победить, это он посылает нашим вызываниям и заклинаниям гётии* так много лярв и фантомов; в нем же сохраняются все формы, фантастическое и случайное собрание которых населяет наши кошмары столь омерзительными чудовищами.

* Черной магии.

Позволить течению этой извивающейся реки увлечь себя значит впасть в бездны безумия, более ужасные, чем пучины смерти; прогнать тени этого хаоса и заставить его придавать нашим мыслям совершенные формы, значит быть гениальным человеком, значит творить, – восторжествовать над адом!

Астральный свет управляет инстинктами животных и воюет с умом человека, которого он стремится развратить роскошью своих отражений и ложью своих образов; фатальное и необходимое действие, которым управляют и делают его еще более гибельным элементарные духи и грешные души, беспокойная воля которых ищет симпатии в наших слабостях и искушает нас не для того, чтобы погубить, но найти себе друзей.

Книга совестей, которая по христианскому учению будет показана в последний день, – не что иное, как астральный свет, в котором сохраняются отпечатки всех слов, т.е. всех действий и форм. Наши поступки настолько изменяют наше "магнетическое выдыхание", что ясновидящий, в первый раз встретясь с данным лицом, может сказать, невинно оно или виновно и каковы его добродетели или пороки. Эта способность, принадлежащая прорицанию, христианскими мистиками первобытной церкви называлась "различением духов".

Лица, отказывающиеся от власти разума и любящие вводить в заблуждение свою волю, преследуя отражения астрального света, подвержены альтернативам неистовства и печали, благодаря которым были вымышлены все чудеса одержания (posession) демоном; правда, посредством этих отражений, нечистые духи могут действовать на подобные души, сделать их своими послушными инструментами и даже мучить их организм, в котором они поселяются посредством "одержания" (obsession) или "эмбрионата". Эти каббалистические слова объяснены в еврейской книге "О круговороте душ", краткий анализ которой находится в тринадцатой главе.

Следовательно, крайне опасно забавляться тайнами магии; в особенности чрезвычайно безрассудно практиковать ее обряды из любопытства, для опыта и как бы искушая высшие силы. Любопытные, берущиеся за вызывания или тайный магнетизм, не будучи адептами, походят на детей, играющих с огнем возле бочонка с гремучим порохом: рано или поздно они станут жертвами какого-нибудь ужасного взрыва.

Чтобы изолировать себя от астрального света, недостаточно окружить себя шерстяной тканью; кроме того, главным образом, необходимо предписать абсолютное спокойствие духу и сердцу, выйти из области страстей и обеспечить себя настойчивыми и добровольными актами непреклонной воли. Нужно также часто повторять акты этой воли, ибо, как мы это увидим в введении к "Ритуалу", воля укрепляется только актами, так же как и религии владычествуют и долговременны только благодаря своим церемониям и обрядам.

Существуют опьяняющие вещества, которые, повышая нервную чувствительность, увеличивают силу представлений, а, следовательно, и астральных соблазнов; теми же средствами, но следуя противоположному направлению, можно устрашать и смущать духов. Эти вещества, сами по себе магнетичные и вдобавок, намагнетизированные практиками, представляют собой то, что называют любовными и очарованными напитками. Но я не буду касаться этого опасного применения магии, которую сам Агриппа называет магией-отравительницей. Правда, нет более костров для колдунов, но существуют и теперь, и даже более, чем когда бы то ни было, наказания для злодеев. Итак, ограничимся, при случае констатированием реальности этой силы,

Чтобы располагать астральным светом, нужно также понять его двойную вибрацию и знать равновесие сил, называемое магическим равновесием и изображаемое в каббале шестерным.

Это равновесие, рассматриваемое в своей первой причине, – воля Бога; в человеке это свобода, в материи – математическое равновесие. Равновесие производит устойчивость и прочность.

Свобода родит бессмертие человека, и воля Бога приводит в действие законы вечного разума. Равновесие в идеях – мудрость, в силах – могущество. Равновесие строго; соблюдайте закон – оно существует; нарушьте закон, хотя бы слегка, – нет больше равновесия.

Поэтому нет ничего ни бесполезного, ни потерянного. Всякое слово и каждое движение – за или против равновесия, – за или против истины, ибо равновесие изображает истину, состоящую из примиренных или, по крайней мере, уравновешенных "за" и "против".

В введении к "Ритуалу" я указываю, как должно производиться равновесие и почему оно необходимо для успеха всех операций.

Всемогущество – самая абсолютная свобода: но абсолютная свобода не может существовать без совершенного равновесия. Следовательно, магическое равновесие – одно из первых условий успеха операций науки, и нужно к нему стремиться даже в тайной химии, учась комбинировать противоположности, не нейтрализуя их.

Магическим равновесием объясняется великая и древняя тайна существования и относительно необходимости зла.

Эта относительная необходимость дает в чернен магии силу демонам, или нечистым духам, которых практикуемые на земле добродетели приводят в бешенство и в то же время на вид, даже придают им силы.

В эпоху, когда святые и ангелы открыто творят чудеса, – творят, в свою очередь, чудеса также и колдуны, и демоны.

Соперничество часто создает успех, опереться можно только на то, что сопротивляется.

7. Заин. Ж.

СВЕРКАЮЩИЙ МЕЧ

Нетца

Gladius

Семерное – священное число во всех теогониях и символах, так как оно состоит из тройного и четверного.

Число семь представляет магическую силу во всем ее могуществе; это – дух, которому помогают все элементарные силы, это – душа, которой служит природа; это – "sanctum regnum", о котором говорится в ключиках Соломона и которое изображается в Таро венценосным воином, с треугольником на кирасе, стоящим на кубе, запряженном двумя сфинксами, белым и черным, которые тянут в противоположные стороны и, оборачивая головы, смотрят друг на друга.

Этот воин вооружен сверкающим мечом, а в другой руке держит скипетр с треугольником и шаром наверху.

Куб – философский камень, сфинксы – две силы великого агента, соответствующие Жакину и Богазу, двум колоннам храма; кираса – знание божественных вещей, делающее мудреца неуязвимым для человеческих нападений; скипетр – магический жезл: блестящий меч – знак победы над пороками, которых – семь, так же как и добродетелей; идеи этих добродетелей и пороков древние изображали символами семи известных в то время планет.

Так, вера, это стремление к бесконечному, это благородное доверие к самому себе, поддерживаемое верой во все добродетели, вера, которая у слабых натур может выродиться в гордость, – изображалась Солнцем; надежда, враг скупости – Луной; любовь к ближнему, противоположность сластолюбия – Венерой, блестящей утренней и вечерней звездой; сила, превосходящая гнев, – Марсом; благоразумие, противоположность лени, – Меркурием; умеренность, противоположность чревоугодия, – Сатурном, которому дают съесть камень вместо детей; и, наконец, справедливость, противоположная зависти, – Юпитером, победителем Титанов. Таковы символы, заимствованные астрологией у греческого культа. В еврейской каббале Солнце изображает ангела света; луна – ангела стремлений и мечтаний; Марс – ангела истребителя; Венера – ангела любви; Меркурий – ангела цивилизатора, Юпитер – могущества, Сатурн – уединения. Их называют также Михаилом, Гавриилом, Самаилом, Анаэлем, Рафаэлем, Захариэлем и Орифислем.

Эти силы, властительницы душ, делили между собой человеческую жизнь, и астрологи измеряли эти периоды временем обращения соответствующих планет.

Но не надо смешивать каббалистическую астрологию с астрологией рассудочной. Я объясню это различие. Детство посвящено Солнцу, юношество – Луне, молодость – Марсу и Венере, возмужалость – Меркурию, зрелый возраст – Юпитеру и старость – Сатурну. А все человечество подчиняется законам, аналогичным законам индивидуальной жизни. На этом-то и основывает Тритем свой пророческий ключик о семи духах, о котором я скажу в свое время, ключик, посредством которого можно, следуя аналогичным пропорциям последовательных происшествий, с уверенностью предсказывать великие события будущего и заранее, от периода к периоду, точно определять судьбы народов и мира.

Святой Иоанн, хранитель тайного учения Христа, записал это учение в Апокалипсисе, каббалистической книге, которую он изображает замкнутой семью печатями. Мы находим там семь гениев древних мифологии, с чашами и шпагами Таро. Скрытое под этими эмблемами учение – чистая каббала, уже потерянная фарисеями во время пришествия Спасителя: картины, следующие одна за другой в этой чудесной пророческой эпопее, представляют собой пантакли; ключи к ним – тройное, четверное, семерное и двенадцатерное. Иероглифические ее фигуры аналогичны фигурам книги Гермеса или Бытия Еноха.

Помещенный Моисеем у дверей рая херувим, или символический бык со сверкающим мечом в руке, – сфинкс с телом быка и человеческой головой, это – древний ассирийский сфинкс, иероглифическим анализом которого были сражение и победа Митры. Этот вооруженный сфинкс представляет собой таинственный закон, бодрствующий у врат посвящения, чтобы удалять профанов. Вольтер, не имевший ни малейшего представления обо всем этом, издевался над быком, держащим меч. Что сказал бы он, если бы ему пришлось посетить развалины Мемериса и Фив, и что ответило бы ему на его пошленькие сарказмы, так понравившееся Франции, спящее в гробницах Псаметиха и Рамзеса эхо прошлых веков?

Херувим Моисея изображает также великую магическую тайну, все элементы которой выражает семерное, не давая, однако, последнего слова. Это "verbum inennarabile" мудрецов александрийской школы, слово, которое еврейские каббалисты пишут

Учение и ритуал высшей магии
и переводят словом
Учение и ритуал высшей магии
, выражая таким образом троичность второго принципа, дуализм средств и единство как первого принципа, так и цели, также как и союз тройного с четверным в слове, состоящем из четырех букв, которые посредством тройного и двойного повторения образуют семь; слово это произносится "Арарита".

Сила четверного абсолютна в магии, так как число во всем имеет решающее значение, поэтому-то все религии и считают его священным. У евреев седьмой год был юбилейным; седьмой день посвящен покою и молитве; имеется семь таинств и т.д.

– Семь цветов спектра и семь музыкальных нот соответствуют семи планетам древних, т.е. семи струнам человеческой лиры.

Духовное небо никогда не изменилось, и астрология претерпела менее перемен, чем астрономия. В действительности, семь планет – только иероглифические символы клавиатуры наших ощущений. Делать талисманы Солнца, Луны или Сатурна, значит магнетически соединять свою волю со знаками, соответствующими главным силам души; посвятить что-нибудь Венере или Меркурию, значит, магнетизировать эту вещь с желанием получить либо удовольствие, либо знание, либо выгоду. Нашими помощниками в этом являются металлы, животные, растения и аналогичные ароматы. Вот семь магических животных: из птиц, соответствующих миру божественному – лебедь, сова, ястреб, голубь, аист, орел и удод; из рыб, соответствующих миру духовному или научному – тюлень, lollurus, lucins, let himallus, le mugil, дельфин и сепия, или каракатица; из четвероногих, соответствующих миру естественному, – лев, кошка, волк, козел, обезьяна, олень и крот. Кровь, жир, печень и желчь этих животных служат для колдовства; мозг их смешивается с ароматами соответствующих планет, и древними признано на практике, что они, действительно, обладают магнетическими свойствами, соответствующими семи планетным влияниям.

Талисманы семи духов приготовляются либо из драгоценных камней: карбункула, горного хрусталя, алмаза, изумруда, агата, яхонта и оникса; либо из металлов: золота, серебра, железа, меди, затвердевшей ртути, олова и свинца. Вот каббалистические знаки семи духов: для Солнца – змея с львиной головой; для Луны – земной шар, пересеченный двумя полумесяцами; для Марса – дракон, кусающий рукоятку шпаги; для Венеры – Лингам; для Меркурия – герметический кадуцей или киноцефал; для Юпитера блестящая пентаграмма в орлиных когтях или клюве; для Сатурна – хромой старик, или змея, обвившаяся вокруг солнечного камня. Все эти знаки находятся на выгравированных древними камнях, в особенности на талисманах эпохи гностиков, известных под именем "Абраксас".

В коллекции талисманов Парацельса Юпитер изображен священником в духовной одежде, а в Таро – великим иерофантом с украшенной тремя диадемами тиарой на голове, держащим в руке трехъярусный крест, образующий магический треугольник и одновременно изображающий собой и скипетр, и ключ к трем мирам.

Соединив все, сказанное мной об единстве тройного и четверного, – вы получите все, что я мог бы сказать о семерном, этом великом и полном магическом единстве, состоящем из четырех и трех.*

* Поскольку дело касается растений и цветов семерного, употребляемых для магнетических опытов, см. ученую превосходную работу М. Рагона о тайном масонстве – Э.Л.

8. Шет. З.

ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ

Hod

Vivens

Причины открываются следствиями, и следствия пропорциональны причинам. Слово Божье, единственное слово, тетраграмма, утвердило себя четверным творением. Человеческое плодородие доказывает плодородие божеское; Йод имени Бога – вечная мужественность первого принципа. Человек понял, что он создан по образу Бога, после того как понял Бога, бесконечно увеличив составленную человеком о самом себе идею.

Постигая Бога, как бесконечного человека, человек сказал самому себе: "я – ограниченный Бог".

Магия отличается от мистицизма тем, что судит априори, только установив предварительно апостериори самую основу своих суждений, т.е. тогда, когда, посредством универсального закона аналогии, поймет причину на основании следствий, содержащихся в силе этой причины, поэтому в оккультных науках все реально, и теории устанавливаются только на основании опыта.

Реальности образуют пропорции идеала, и в области идей маг считает вероятным только то, что уже доказано путем осуществления; говоря другими словами, то, что верно в причине, осуществляется в следствии; то же, что не осуществляется, – не существует. Осуществление речи (слова – parole) – слово (verbe), в собственном смысле. Мысль осуществляется, становясь словом (parole); она осуществляется знаками, звуками и фигурами знаков; это – первая степень осуществления; затем она запечатлевается в астральном свете; посредством знаков письма или речи она влияет на других людей, отражаясь в них; она преломляется, проходя через "прозрачное" других людей, и принимает в нем новые формы и пропорции, затем выражается в действиях и изменяет общество и весь мир. Люди, рождающиеся и мире, измененном идеей, приносят с собой отпечаток этой идеи, и, таким образом, слово становится плотью. Сохранившийся в астральном свете отпечаток неповиновения Адама мог быть уничтожен только более сильным отпечатком повиновения Спасителя, и, таким образом, в естественном и магическом смысле, можно объяснить первородный грех и искупление.

Астральный свет, или душа мира, бывший сначала инструментом всемогущества Адама, сделался потом орудием его муки, после того как был испорчен и взбаламучен его грехом, примешавшим нечистое отражение к примитивным образам, которые в то время для его еще девственного воображения были книгой универсального знания.

Астральный свет, изображаемый в древних символах змеей, кусающей свой хвост, попеременно представляет собой злость и благоразумие, время и вечность, искусителя и Искупителя. Этот свет, проводник жизни, может быть помощником как добра, так и зла, и может быть принят как за огненный образ Сатаны, так и за тело Святого Духа. Это – универсальное оружие ангелов, и с одинаковым успехом питает как пламя ада, так и молнию Святого Михаила. Астральный свет можно сравнить с лошадью, аналогичной по своей природе тому, что приписывают хамелеону, который всегда отражает воинские доспехи своего всадника.

Астральный свет – это осуществление или форма света интеллектуального, который в свою очередь, является осуществлением божественного света.

Великий посвятитель христианства, понимая, что астральный свет отягощен нечистыми отражениями римского разврата, хотел отделить своих учеников от окружающей их среды и обратить их внимание исключительно на внутренний свет, чтобы, посредством общей веры, они могли сообщаться между собой при помощи новых магнетических проводов, названных Им благодатью, и победить таким образом выступившие из берегов токи универсального магнетизма, который Он называл дьяволом и сатаной, чтобы выразить его гниение. Противопоставить один ток другому, значит возобновить силу флюидической жизни; поэтому люди, приносившие откровение, только угадывали, благодаря верности своих вычислений, удобный для моральных реакций час.

Закон реализации, осуществления производит то, что мы называем магнетическим "выдыханием", которым пропитываются предметы и места, а это сообщает им влияние, соответствующее нашим преобладающим желаниям, в особенности тем, которые подтверждены и осуществлены делами. Действительно, мировой агент, или скрытый астральный свет, всегда стремится к равновесию; он наполняет пустоту и вдыхает полноту, – а это делает порок заразительным, подобно некоторым физическим болезням, – и сильно помогает прозелитизму добродетели; поэтому-то мучительно сожительство с антипатичными нам людьми; поэтому же останки либо святых, либо великих преступников могут производить чудесные действия – обращения или внезапного развращения; поэтому же половая любовь часто вызывается дуновением или прикосновением и не только прикосновением к самому человеку, но и к предметам, которых он касался, т.е. намагнетизировал, сам того не зная.

Душа вдыхает и выдыхает точно так же, как и тело. Она вдыхает то, что считает счастьем, и выдыхает идеи, являющиеся результатом ее интимных ощущений. Больные души имеют дурное дыхание и портят свою моральную атмосферу, т.е. примешивают к проникающему их астральному свету нечистые отражения и устанавливают в нем тлетворные токи. Часто, находясь в обществе, мы изумляемся, как могли явиться у нас такие дурные мысли, которые мы считали совершенно невозможными, и не знаем, что этим мы обязаны какому-нибудь болезнетворному соседству. Этот секрет чрезвычайно важен, так как ведет к обнаружению совести, одной из самых несомненных и страшных сил магического искусства.

Магнетическое "выдыхание" производит вокруг души сияние, в центре которого она находится, и окружается отражением своих дел, которые создают ей небо или ад. Нет и не может быть скрытых действий; все то, чего мы действительно желаем, т.е. все то, что мы подтверждаем делами, остается записанным в астральном свете, где сохраняются наши отражения; эти отражения, посредством "прозрачного", постоянно влияют на нашу мысль, и, таким образом, мы становимся и остаемся детьми своих дел.

Астральный свет, в момент зачатия превратившийся в свет человеческий, – первая оболочка души; комбинируясь с самыми тонкими флюидами, он образует эфирное тело, или звездный фантом, о котором говорит Парацельс в своей философии интуиции (Philosophia sadax). Это звездное тело, выделяясь во время смерти, притягивает к себе и долгое время сохраняет, вследствие симпатии подобных, отражения прошедшей жизни; если сильно симпатичная воля притягивает его особым током, – оно легко является, ибо нет ничего естественнее чудес. Так происходят явления. Но я разовью это полнее в специальной главе о Некромантии.

Это флюидическое тело, подобно массе астрального света, подчиненно, двум противоположным движениям, – притягательному слева и отталкивающему справа или наоборот, смотря по тому, к какому полу принадлежит данное лицо, – производит в нас борьбу различных влечений и способствует мучениям совести; часто на него влияют отражения других духов, и тогда происходят либо искушения, либо неожиданные милости; так объясняется традиционное учение о двух ангелах, которые помогают нам и искушают нас. Две силы астрального света могут быть изображены в виде весов, на которых взвешиваются наши добрые намерения во имя торжества справедливости, и эмансипация нашей свободы

Астральное тело не всегда одного и того же пола с телом физическим, т.е. пропорции двух сил изменяясь часто противоречат видимой организации; вследствие этого происходят заблуждения людских страстей, и это может объяснить, никоим образом их не оправдывая, любовные особенности Анакреона или Сафо.

Искусный магнетизер должен рассматривать все эти оттенки, и в "Ритуале" я даю способы их распознавать.

Есть два рода осууществления: истинное и фантастическое; первое – исключительный секрет магистов, второе принадлежит обольстителям и колдунам.

Мифология – фантастическое осуществление религиозного учения, суеверия – колдовство ложного благочестия; но даже мифология и суеверие производят гораздо больше действия на человеческую волю, чем чисто спекулятивная и лишенная всякой практики философия; поэтому-то святой Павел противополагает победы безумия Креста косности человеческой мудрости. Религия осуществляет философию, приспособляя ее к слабостям толпы; в этом заключается для каббалистов секретный смысл и тайное объяснение догматов воплощения и искупления.

Мысли, не выраженные словами, потеряны для человечества; слова, не подтвержденные делами, – слова праздные, а от праздного слова недалеко до лжи.

Мысль, выраженная словами и подтвержденная делами, составляет доброе дело или преступление; следовательно, нет слова, за которое мы не были бы ответственны; в особенности, нет безразличных поступков. Проклятия и благословения всегда производят свое действие, и всякий поступок, каков бы он ни был, внушенный любовью или ненавистью, производит следствия, аналогичные его мотиву, значению и направлению. Император, изображение которого изуродовали, а он, взявшись рукой за лицо, сказал: "я не чувствую себя раненным", – сделал ложную оценку, и тем самым уменьшил заслугу своего милосердия. Разве благородный человек может хладнокровно видеть оскорбления, наносимые своему портрету? А если подобные оскорбления, наносимые без нашего ведома, благодаря фатальному влиянию, падают на нас, если искусство колдовства реально, – а адепту не позволительно в этом сомневаться, – то во сколько раз более неразумными и даже безрассудными сочтем мы слова этого доброго императора!

Есть лица, которых никогда не оскорбляют безнаказанно, и, если оскорбление, нанесенное им, смертельно, то нанесший его с того времени начинает умирать. Есть лица, даже встреча с которыми не проходит даром, и взгляд их изменяет направление всей вашей жизни. Василиск, убивающий взглядом, не басня; это – магическая аллегория. Вообще, вредно для здоровья иметь врагов, и нельзя безнаказанно презирать кем бы то ни было высказанное осуждение. Прежде чем воспротивиться каким-нибудь силам или току, нужно хорошо удостовериться, обладаете ли вы достаточной силой или несет ли вас противоположный ток; иначе вы будете раздавлены или поражены громом, и много внезапных смертей не имеют другой причины. Страшная смерть Надава и Авии, Оссии, Анания и Сафиры была произведена электрическими токами оскорбленных ими верований; муки луденских урсулинок, лувиерских монахинь и одержимых судорогами Янсенистов имели ту же причину и объясняются теми же естественными оккультными законами. Если бы Урбан Грандье не был казнен – случилось бы одно из двух: или одержимые монахини умерли в ужасных конвульсиях или явления дьявольского неистовства, постепенно усиливаясь, приобрели бы такую силу, что Грандье, несмотря на все свое знание и ум, сам начал бы галлюцинировать и оклеветал себя, подобно несчастному Гофриди, или внезапно умер со всеми ужасными признаками отравления или божьей мести.

В восемнадцатом столетии несчастный поэт Жильберт сделался жертвой смелости, так как осмелился презирать общественное мнение и даже философский фанатизм своей эпохи. Виновный в оскорблении философии он умер бешенным безумцем, осаждаемый самыми невероятными ужасами, как будто сам Бог наказал его за то, что он не вовремя защищал Его дело; в действительности же он пал жертвой неизвестного ему закона природы – он воспротивился электрическому току и пал, пораженный громом.

Если бы Марат не был убит Шарлотой Корде, он непременно был бы убит реакцией общественного мнения; прокаженным его сделало омерзение честных людей, и он должен был пасть под этой тяжестью.

Осуждение, вызванное Варфоломеевской ночью, – единственная причина ужасной болезни и смерти Карла IX; и если бы Генриха IV не поддерживала громадная популярность, которой он был обязан симпатической силе своей астральной жизни, Генрих IV, говорю я, не пережил бы своего обращения, и погиб бы под презрением протестантов, смешанным с недоверием и злобой католиков.

Непопулярность может быть доказательством честности и храбрости, но всегда она доказывает отсутствие благоразумия или политики; раны, наносимые общественному мнению, смертельны для государственных людей. Можно было бы напомнить о преждевременной и насильственной смерти многих знаменитых людей, которых не следует называть здесь.

Бесчестие, по мнению общества, может быть величайшей несправедливостью, но тем не менее, оно всегда бывает причиной неудач и часто – смертным приговором.

Зато несправедливость, нанесенная одному человеку, может и должна, если ее своевременно не загладят, вызвать гибель целого народа или общества; это то, что называют криком крови, ибо в основе всякой несправедливости лежит зародыш человекоубийства.

В силу этих страшных законов солидарности, христианство так настойчиво рекомендует прощение оскорблений и примирение. Тот, кто умирает не простив, бросается в вечность вооруженный кинжалом и обрекает себя ужасам вечного убийства.

В народе существует предание и непреодолимая вера в действительность отцовских или материнских благословений и проклятий. Действительно, чем теснее связи, соединяющие двух лиц, тем ужасней следствия ненависти. В мифологии очаг Алтея, сжигающего кровь Мелеагра, – символ этой страшной силы. Пусть же остерегаются родители: не зажигают ада в собственной крови и не обрекают своих несчастью, не сжигая в то же время самого себя, и не становясь несчастными. Прощение никогда не может быть преступлением; проклятие – всегда дурной поступок и большая опасность.

9. Тет. И.

ПОСВЯЩЕНИЕ

Iesod

Bonum

Посвященный обладает лампой Трисмегиста, плащом Аполлония и посохом патриархов.

Лампа Трисмегиста – разум, просвещенный знанием; плащ Аполлония – совершенное самообладание, изолирующее мудреца от инстинктивных токов; посох патриархов – помощь тайных и вечных сил природы.

Лампа Трисмегиста освещает настоящее, прошедшее и будущее, открывает совесть мужчин, освещает изгибы сердца женщин. Лампа горит тройным пламенем, плащ трижды складывается, и посох делится на три части.

Число девять – число божественных отражений: оно выражает божественную идею во всем ее абстрактном могуществе, но оно выражает также и роскошь верования, а, следовательно, и суеверие, и идолопоклонство.

Поэтому-то Гермес и сделал его числом посвящения: посвященный царствует над суеверием и посредством суеверия; он спокойно идет во мраке, уверенно опираясь на свой посох, закутавшись в свой плащ и освещая путь своей лампой.

Разум дан всем людям, но не все умеют им пользоваться; это – наука, которой надо научиться; свобода предоставлена всем, но все не могут быть свободны: это – право, которое надо завоевать; сила – для всех, но не все умеют на нее опереться: это – могущество, которым надо завладеть.

Без усилия мы ничего не можем достигнуть. Назначение человека – обогащаться тем, что он зарабатывает, а затем подобно Богу, пользоваться славой и удовольствием давать.

Магическое искусство некогда называлось искусством первосвященническим и царским, так как посвящение давало мудрецу власть над душами и способность управлять волями. Прорицание – также одна из привилегий посвященного, а прорицание – только знание следствий, содержащихся в причинах, и наука, примененная к фактам универсального учения об аналогии.

Людские поступки не только записываются в астральном свете: они оставляют также следы на лице, изменяют наружность, походку и акцент голоса.

Следовательно, каждый человек носит с собой историю своей жизни, и посвященный может прочесть ее. Будущее же всегда следствие прошедшего, и неожиданные обстоятельства почти ничего не меняют в разумно ожидаемых результатах.

Следовательно, каждому человеку можно предсказать его судьбу. По одному движению можно судить обо всей жизни; одна неловкость предсказывает целую серию несчастий. Цезарь был убит потому, что стыдился своей лысины; Наполеон умер на острове святой Елены, так как ему нравились стихотворения Оссеана; Людовик-Филипп должен был покинуть трон именно так, как он его покинул, потому что у него был зонтик... Все это парадоксы для толпы, не схватывающей тайных отношений между вещами; но для посвященного, все понимающего и ничему не удивляющемуся, это – причины.

Посвящение предохраняет от ложного света мистицизма; оно придаст человеческому разуму его относительное значение и соответственную непогрешимость, соединяя его цепью аналогий с верховным разумом.

Поэтому, у посвященного нет ни сомнительных надежд, ни бессмысленного страха, так как нет и неразумных верований. Он знает, что он может, и ему ничего не стоит осмелиться; поэтому, для него сметь значит мочь.

Итак, вот новое толкование атрибутов посвященного: его лампа представляет знание; окутывающий его плащ – скромность, посох – эмблема его силы и смелости; он знает, смеет и молчит.

Он знает тайны будущего, смеет в настоящем и молчит о прошлом. Он знает слабости человеческого сердца, умеет пользоваться ними для своего дела и молчит о своих проектах.

Он знает смысл всех символизмов и культов, смеет практиковать их или воздерживаться от этого без ханжества и нечестия, и молчит о едином догмате высшего посвящения.

Ему известны существование и свойства великого магического агента, он смеет творить дела и произносить слова, подчиняющие его человеческой воле, и молчит о тайнах великого делания.

Часто вы можете увидеть его печальным, но никогда вы не увидите его унылым или пришедшим в отчаяние; часто – бедным, никогда – униженным или жалким, – преследуемым, но не устрашенным и побежденным. Он помнит о вдовстве и убийстве Орфея, об изгнании и пустыннической смерти Моисея, о мученичестве пророков и пытках Аполлония, о кресте Спасителя; он знает, в каком беспомощном состоянии умер Агриппа, самая память которого была оклеветана, в каких трудах изнемог великий Парацельс, все, что должен был выстрадать Раймонд Луллий, чтобы добиться, наконец, кровавой смерти. Он вспоминает о Сведенборге, который вынужден был притворяться безумным, чтобы ему прощали его знание, о Сан-Мартине, скрывавшемся всю свою жизнь, о Калиостро, умершем покинутым в темницах инквизиции, о Казотте, умершем на плахе. Преемник стольких жертв, он, все-таки, смеет, но тем более понимает необходимость молчать.

Будем же подражать его примеру, будем настойчиво учиться, а когда будем знать, осмелимся и будем молчать.

10. Йод. I.

КАББАЛА

Мальхут

Principium

Phallus

Все религии сохранили воспоминание об изначальной книге, написанной в образах мудрецами первых веков; ее упрощенные и позже введенные во всеобщее употребление символы доставили писанию буквы, слову его отличительные признаки и оккультной философии – ее таинственные знаки и пантакли.

Эта книга, приписываемая евреями Еноху, седьмому учителю мира после Адама, египтянами – Гермесу Трисмегисту, греками – Кадму, основателю святого города, была символическим сокращением древнего предания, позже названного Каббалой – еврейским словом, эквивалентным преданию.

Все это предание основано на единственном догмате магии: видимое – для нас пропорциональная мера невидимого. Древние, заметив, что и физике равновесие является универсальным законом и результатом кажущейся противоположности двух сил, от равновесия физического заключили к равновесию метафизическому, и провозгласили, что в Боге, т.е. живой и деятельной первопричине, необходимо признать два необходимых друг другу свойства: устойчивость и движение, необходимость и свободу, рациональный порядок и свободу воли, справедливость и любовь, а, следовательно, также строгость и милосердие; два эти атрибута еврейские каббалисты до некоторой степени олицетворяют под названием Гебуры (Geburah) и Хезеда (Chesed).

Над Гебурой и Хезедом расположена верховная корона – уравновешивающая сила, принцип мира или уравновешенного царства; корона эта обозначена именем Малькут в тайном и каббалистическом стихе молитвы Господней, о котором я уже говорил.

Но Гебура и Хезед, поддерживаемые в равновесии вверху короной и внизу царством, – два принципа, которые можно рассматривать либо абстрактно, либо в их осуществлении. Абстрактные или идеализированные они получают высшее название: "Хохма" (Chochmah), мудрость, и "Бина" (Binah), разум. Осуществленные, они называются устойчивостью и прогрессом, т.е. вечностью и победой: "Год" (Hod) и "Нетца" (Netzah).

Такова, по учению каббалы, основа всех религий и наук, первая и неизменная идея всего существующего – тройной треугольник и круг, идея тройного, объясненная помноженным само на себя равновесием, в области идеала и осуществление этой идеи в формах. Древние соединяли главные понятия этой простой и грандиозной теологии с понятием о числах и следующим образом определяли все числа исходной десятерицы:

"Кетер" (Keter). – Корона – уравновешивающая сила.

"Хохма" (Chochmah). – Мудрость, уравновешенная в своем неизменном устройстве инициативой разума.

"Бина" (Binah). – Деятельный разум, уравновешенный мудростью.

"Хезед" (Chesed). – Милосердие, – вторая концепция мудрости, – всегда благосклонное, так как оно сильно.

"Гебура" (Geburah). – Строгость, неизбежное существование которой обусловливается мудростью и добротой. Терпеть зло значит препятствовать добру.

"Тиферет" (Tiphereth). – Красота – лучезарная концепция равновесия в формах, переход от короны к царству, принцип, посредник между творцом и твореньем. (Какое поразительно прекрасное понятие о поэзии и ее первосвященстве находим мы здесь!)

"Нетца" (Netsah). – Победа, т.е. вечное торжество разума и справедливости.

"Год" (Hod). – Вечность побед духа над материей, деятельного над пассивным, жизни над смертью.

"Иезод" (Iesod). – Основание, т.е. основа всех верований и истин, – то, что мы называем в философии "Абсолютом".

"Мальхут" (Malchut) или "Малькут" (Malkout). – Царство – вселенная; все творение – дело и зеркало Бога; доказательство существования высшего разума; точное следствие, заставляющее нас взойти к первым возможным посылкам; загадка, отгадка которой – Бог, т.е. высший и абсолютный разум.

Эти десять основных понятий, связанных с первыми десятью буквами изначального алфавита, одновременно обозначая и начала и числа, представляют собой то, что учителя каббалы называют десятью Сефиротами.

Изображенная таким образом священная тетраграмма указывает число, источник и отношение имен Бога. К имени Иотхава (Iotchavah), изображенному этими двадцатью четырьмя знаками, увенчанными тройным венчиком света, нужно относить 24 небесных трона и столько же коронованных старцев "Апокалипсиса". В каббале оккультное начало называется старцем, и этот принцип, размножаясь и как бы отражаясь в второпричинах, создаст свои образы, т.е. столько же старцев, сколько существует различных концепций его единой сущности. Эти менее совершенные образы, удаляясь от своего источника, бросают во мрак последнее отражение и отблеск, изображающие ужасного и обезображенного старца; а это и есть то, что называют дьяволом. Поэтому один посвященный осмелился сказать: "Дьявол – Бог, по понятиям злых людей", а другой, употребляя еще более странные, но не менее энергичные выражения, добавил: "Дьявол образован из обрывков Бога". Я мог бы резюмировать и объяснить все эти, кажущиеся столь новыми, утверждения, заметив, что в самом символизме демон – ангел, сверженный с неба за то, что хотел присвоить себе власть Бога. Таков аллегорический язык пророков и четьи-минеи. Говоря же философски, дьявол – человеческое представление о божестве, пораженном и свергнутом с неба прогрессом науки и разума. У первобытных восточных народов Молох, Адрамелек и Ваал были обезображенными варварскими атрибутами олицетворения единого Бога. Бог янсенистов, создающий большинство человечества для ада и любующийся вечными муками тех, кого он не пожелал спасти, – понятие еще более варварское, чем концепция Молоха; поэтому по мнению умных и просвещенных христиан, Бог янсенистов, – настоящий Сатана, низвергнутый с неба.

Каббалисты, умножая божественные имена, связывали их либо с единством тетраграммы, либо с образом тройного, либо с сефиротической лестницей декады; вот как изображают они лестницу божественных имен и чисел:

Учение и ритуал высшей магии

Этот треугольник можно следующим образом изобразить латинскими буквами.

I

I А

S D I

I E H V

E L O I M

S A B A O Т

A R A R I T A

E L V E D A A T

E L I M G I B O R

Е L I М S A B A О Т

Совокупность всех этих божеских имен, образовавшихся из тетраграммы, но вне ее – одна из основ еврейского ритуала и тайная сила, призываемая раввинами-каббалистами под именем Семгамфора.

Здесь я буду говорить о Таро с каббалистической точки зрения. Я указал уже на оккультный источник этого названия. Эта иероглифическая книга состоит из каббалистической азбуки и колеса или круга, состоящего из четырех декат, обозначаемых четырьмя символическими и типичными фигурами, причем каждая из них состоит из четырех прогрессивных символов, изображающих человечество: мужчины, женщины, юноши и ребенка; господина, госпожи, воина и слуги. Двадцать две фигуры алфавита изображают 13 догматов и 9 верований, дозволенных еврейской религией, – религией сильной и основанной на высочайшем разуме.

Вот религиозный и каббалистический ключ Таро, выраженный техническими стихами, на манер древних законодателей:

Алеф. Все возвещает деятельную, разумную причину.

Бет. Число служит доказательством живого единства.

Гимель. Ничто не может ограничить того, кто все содержит.

Далет. Единый, выше всякого принципа, он повсюду присутствует.

Хе. Только его можно обожать, так как он единый господин.

Вау. Свое истинное учение он открывает чистым сердцам.

Заин. Но для дел веры необходима одна голова.

Шет. Поэтому у нас один алтарь и один закон.

Тет. И вечный никогда не изменит их основы.

Йод. Он регулирует каждую фазу небес н нашей жизни.

Каф. Богатый милосердием и сильный, если надо наказать.

Ламед. Он в будущем обещает царя своему народу.

Мем. Могила – переход к новой жизни.

Конечна только смерть, жизнь же бессмертна.

Таковы чистые, неизменные, священных догматы; дополним теперь чтимые числа,

Нун. Добрый ангел успокаивает и умеряет.

Самех. Злой ангел – дух гордости и гнева.

Аин. Бог повелевает грому и управляет огнем.

Пхе. Ветер и роса повинуются Богу.

Цад. На наши башни он ставит часового – луну.

Коф. Солнце – его источник, в котором все возобновляется.

Реш. Дыхание его заставляет давать ростки даже прах могил.

или 0. Шин. В которые смертные безудержно сходят толпами.

или 21. Тау. Корона его покрыла верх ковчега и над херувимами парит его слава.

Уже при помощи этого чисто догматического объяснения можно понять фигуры каббалистического алфавита Таро. Так, фигура №1, называемая фокусником, изображает деятельный принцип в единстве божеской и человеческой аутотелии; 2-я фигура, обыкновенно называемая папессой, изображает догматическое единство, основанное на числах; это – Каббала или олицетворенное Познание; 3-я изображает божественную духовность в виде крылатой женщины, держащей в одной руке апокалипсического орла, а в другой мир, подвешенный к концу скипетра. Остальные фигуры столь же ясны и так же легко объяснимы.

Займемся теперь четырьмя знаками, т.е. Жезлами, Чашами, Мечами и Кружками, или пантаклями, обычно называемыми Денье. Эти фигуры – иероглифы тетраграммы: Жезл – фаллос египтян или "йод" евреев; Чаша – Ктеис или изначальное "хе"; меч их соединение, или лингам, изображаемый "вау" в древнем еврейском языке до плена: Кружок, или пантакль, – образ мира, конечное "хе" божьего имени.

Возьмем теперь Таро и соединим по четыре все его страницы, составив таким образом Колесо, или "ROTA" Вильгельма Постеля; соединив имеете 4 туза, 4 двойки и т. д., мы получим десять пакетов карт, дающих иероглифическое объяснение треугольника божьих имен, построенного на приведенной мной выше лестнице десятерного. Их можно прочесть следующим образом, относя каждое число к соответствующему Сефироту.

Учение и ритуал высшей магии

Четыре знака имени, содержащего в себе все имена.

1. Кетер.


Четыре туза.


В короне Бога четыре зубца.

2. Хохма (Chochmah).


Четыре двойки.


Мудрость Его разливается и образует четыре реки.

3. Вина.


Четыре тройки.


Он дает четыре доказательства своего ума.

4. Хезед (Chesed).


Четыре четверки.


Существует четыре благодеяния милосердия.

5. Гебура.


Четыре пятерки.


Его строгость четырежды карает четыре злодеяния.

6. Тиферет.


Четыре шестерки.


Четырьмя чистыми лучами открывается его красота.

7. Нетца (Нетза – Netsah).


Четыре семерки.


Четырежды будем праздновать его вечную победу.

8. Год (Hod).


Четыре восьмерки.


Четырежды торжествует он в своей вечности.

9. Иезод.


Четыре девятки.


Четырьмя основаниями поддерживается его трон.

10. Мальхут.


Четыре десятки.


Его единое царство четырежды то же и соответствует зубцами божьего венца.

Из этого столь простого расположения видно каббалистическое значение каждой пластинки, Так, например, пятерка жезлов (треф) обозначает гебуру Йода, т.е. справедливость Творца или гнев человека; семерка чаш (червей) – победу милосердия или торжество женщины; восьмерка мечей (пик) – столкновение или вечное равновесие и т. д... Можно понять также, как поступали древние первосвященники, чтобы заставить говорить этот оракул: брошенные по жребию пластинки каждый раз давали новый каббалистический смысл, строго верный в своей комбинации, которая одна только и была случайной; а так как вера древних ничего не приписывала случаю, то они читали ответы Провидения в оракулах Таро, называвшегося у евреев Терафом или Терафимами; первым заметил это ученый-каббалист Гаффарель, один из магистов, призванных кардиналом Ришелье.

Что же касается фигур, то вот как объясняет их следующее двустишие:

Король, Дама, Кавалер, Слуга.

Супруг, юноша, ребенок, все человечество.

По этим четырем ступеням восходят к единству.

В конце Ритуала я приведу другие детали и точные данные о чудесной книге Таро, и докажу, что эта изначальная книга – ключ ко всем пророчествам и учениям, словом, книга, вдохновлявшая вдохновенные книги, а этого не заметили ни Курт де Гебелин, несмотря на все свое знание, ни Аллиетт, или Эттейлла, несмотря на всю свою удивительную интуицию.

Десять сефиротов и двадцать две карты Таро составляют то, что каббалисты называют 32-мя путями абсолютного знания; отдельные же науки они разделяют на пятьдесят глав, называемых 50-ю вратами (как известно, у восточных народов врата обозначают правление или авторитет). Раввины делят каббалу также на Берешит, или универсальное Бытие, и Меркаву, или колесницу Езекииля; затем из двух различных способов толкования каббалистических алфавитов они образуют две науки, называемые Гематрией и Темурой, и составляют из них искусство знаков; а эта наука, в своей основе, – полное знание символов Таро и сложное и разнообразное их применение к угадыванию всех секретов, как философии, так и природы и даже будущего. Я буду еще говорить об этом в двадцатой главе этой работы.

11. Каф. К.

МАГИЧЕСКАЯ ЦЕПЬ

Manus

Сила

Великий магический агент, названный мною астральным светом, другими называвшийся душой земли, а древними химиками Азотом и Магнезией – эта оккультная сила есть ключ ко всякой власти, секрет всех сил; это – крылатый дракон Медеи, змий райской тайны, универсальное зеркало видений, узел симпатий, источник любви, пророчества и славы. Суметь завладеть этим агентом – значит стать хранителем силы самого Бога; именно в этом и состоит вся реальная, действительная магия, вся истинная тайная сила; и цель всех книг истинного знания – доказать это.

Чтобы завладеть великим магическим агентом, необходимо произвести два действия: сосредоточить и выбросить, укрепить и привести в движение.

Творец всех вещей установил неподвижность, как основу и гарантию движения; так само должен поступать и маг.

Говорят, что энтузиазм заразителен. Почему? – Потому что без твердых верований не может быть энтузиазма. Вера вызывает веру; верить – значит иметь повод хотеть; желать же разумно – значит хотеть, если и не с бесконечной, то, во всяком случае, с неограниченной силой.

Все, совершающееся в интеллектуальном и моральном мире, с тем большим основанием выполняется в мире физическом; и когда Архимед, чтобы перевернуть мир, просил точку опоры, он попросту искал великую магическую тайну.

На одной руке андрогина Генриха Кунрата имеется надпись – "сгущай" (coagula), и на другой – "растворяй" (solve).

Собирать и распространять – два глагола природы; но как собрать, как распространить астральный свет, или душу мира?

Собирают, изолируя себя, и распространяют посредством магической цепи. Изолированы мысли – абсолютная независимость, изолированы сердца – полная свобода и – чувств – совершенное воздержание.

Человек с предрассудками, чего-нибудь боящийся, пристрастный и раб своих страстей – не в состоянии собирать или сгущать, по выражению Кунрата, астральный свет, или душу земли.

Все истинные адепты были независимы, несмотря даже на муки, умеренны и целомудрены до самой смерти; причина этой аномалии заключается в том, что если вы хотите располагать какой-нибудь силой, вы никогда не должны ей подчиняться.

Люди, ищущие в магии средства чудесным образом удовлетворять свои вожделения, наверное воскликнут: "На что же годится сила, которой нельзя пользоваться для доставления себе наслаждений?"

Жалкие люди, если я даже и объясню вам это, вы все равно меня не поймете. Разве жемчуг – ничтожество, потому что он не имеет никакой цены для стада Эпикура? Разве Курций не предпочитал не иметь самому золота, но зато повелевать теми, у кого оно было? Необходимо стать несколько выше обыкновенного человека, если имеешь претензию сделаться почти богом. Впрочем, мне жаль огорчать или обескураживать вас, но я не выдумываю здесь высших наук; я учу им и констатирую строгую их необходимость, устанавливая первые и самые непреклонные их условия.

Пифагор был свободным, воздержанным и умеренным человеком; Аполлоний Тианский и император Юлиан были людьми чрезвычайно строгой жизни; даже сомневались в поле Парацельса, настолько чужд он был любовным слабостям; Раймонд Луллий доводил суровость своей жизни до самого экзальтированного аскетизма; Иероним Кардан, если верить преданию, настолько преувеличил практику поста, что умер с голоду; Агриппа, бедняк, бежавший из города в город, предпочел умереть в нищете, но не подчинился капризам принцессы, оскорблявшей свободу науки... В чем же заключалось счастье, всех этих людей? В понимании великих тайн и сознании своей силы. Этого было вполне достаточно для этих великих душ. Нужно ли поступать так, как поступали они, чтобы знать то, что они знали? Конечно, нет, и эта написанная мною книга, может служить доказательством этого; но для того, чтобы сделать то, что совершили они, – абсолютно необходимо употреблять те же средства, какие они употребляли.

Но что же они, действительно, сделали? Они изумили и покорили мир, и царствовали более действительно, чем сами цари. Магия – инструмент божественной доброты или дьявольской гордости, но, во всяком случае, она – смерть земных радостей и удовольствий смертной жизни.

– Зачем же ее тогда изучать? – скажут люди, ищущие исключительно наслаждений.

– Просто для того, чтобы узнать ее, а затем также, быть может, для того, чтобы научиться остерегаться, как тупоумного неверия, так и детской доверчивости. Разве не величайшее наслаждение для людей, живущих только для удовольствия (мне кажется, большинство их женщины), удовлетворить свое любопытство? Итак, читайте безбоязненно, вы не сделаетесь магистами против вашей воли. К тому же, эти предписания абсолютного отречения необходимы только для установления универсальных токов и изменения лица мира; существуют относительные магические операции, ограниченные известным кругом и не требующие столь героических доблестей. Можно посредством страстей влиять на страсти, вызывать симпатию или антипатию, сокрушать и даже исцелять, не обладая всемогуществом мага, – нужно только быть предупрежденным о том, что вы рискуете подвергнуться реакции, пропорциональной действию, и легко можете стать ее жертвой. Все это будет объяснено в "Ритуале".

Составить магическую цепь, значит установить магнетический ток, который тем сильнее, чем обширнее цепь. Мы увидим в "Ритуале" способ произведения этих токов и различные методы образования цепи. Месмеровская лохань была очень несовершенной магической цепью; многие большие кружки иллюминатов в различных северных странах обладают более могущественными цепями. Общество известных католических священников, знаменитых своим тайным могуществом и непопулярностью, установлено по плану и условиям самых сильных магических цепей; в этом секрет их силы, которую сами они приписывают исключительно милости или воле Бога: вульгарное и легкое решение всех проблем силы влияния и увлечения. Мы рассматриваем в "Ритуале" серию поистине магических церемоний и вызываний, известных под названием "Упражнений святого Игнатия".

Всякий энтузиазм, распространяемый в обществе сношениями и определенной практикой, производит магнетический ток и сохраняется или увеличивается посредством токов. Действие тока увлекает и часто чрезмерно экзальтирует впечатлительные и слабые натуры, нервные организации, темпераменты, предрасположенные к истерии и галлюцинациям. Такие личности быстро становятся сильными проводниками магической силы, и с силой выбрасывают астральный свет по направлению тока; вздумать тогда воспротивиться проявлениям силы – то же, что бороться с судьбой. Когда молодой фарисей Савл, с фанатизмом и упрямством сектанта, вступил в борьбу с овладевавшим в то время миром христианством – он, сам того не знал, отдал себя по власть той силы, против которой хотел бороться; поэтому он был внезапно поражен страшной магнетической молнией.

Обращение молодого израильтянина Альфонса Ратисбона – современный нам факт такого же рода. Я знаю секту энтузиастов, над которой смеются, находясь вдали, и вступают в нее против воли, как только приблизятся, хотя бы и с намерением бороться против нее. Скажу больше, магические круги и магнетические токи устанавливаются сами собой и, следуя фатальным законам, влияют на тех, кто подчиняется их действию. Каждый из нас втягивается в свой круг сношений и подчиняется его влиянию. Жан Жак Руссо, этот законодатель французской революции, человек, которого самая остроумная в мире нация считает воплощением человеческого разума, сделал свой самый худший поступок (покинул детей), потому что был увлечен магнетическим влиянием кружка распутников к магическим током общего стола. Он сам просто и наивно рассказывает об этом в своей "исповеди", и этого факта никто не заметил. Большие кружки часто создают великих людей, и наоборот. Нет непонятых гениев, есть только "эксцентричные" люди, и, по-видимому, слово это изобретено адептом. Гениальный эксцентричный человек – тот, кто стремится образовать свой собственный кружок, борясь против центральной силы притяжения уже установленных цепей и токов. Он будет уничтожен или будет иметь успех. Каково же двойное условие успеха в подобном случае? Центральная точка опоры и настойчивое круговое действие инициативы. Гениальный человек – тот, кто открыл реальный закон и, вследствие этого, обладает непобедимой силой действия и управления. Он может умереть, не закончив своего дела; но то, чего он хотел, исполнится, несмотря на его смерть, и часто именно благодаря ей, ибо смерть для гения – настоящее успенье. Когда я вознесусь, – говорил величайший из посвятителей, – я все увлеку за собой.

Закон, управляющий магнетическими токами, – в то же время – и закон движения астрального света. Это движение всегда двойственно и увеличивается в противоположном направлении. Великое действие всегда подготовляет соответствующую реакцию, и секрет успеха всецело заключается в умении предугадать реакцию; так Шатобриан, вдохновленный отвращением к революционным сатурналиям, почувствовал и сумел подготовить громадный успех своему "Гению христианства". Воспротивиться току, начинающему свой круг – значит, хотеть быть уничтоженным, подобно великому и несчастному императору Юлиану: воспротивиться же току, уже прошедшему весь круг своего действия, – значит, стать во главе противоположного тока. Великий человек – тот, кто приходит во время и умеет во время возобновить. Во времена апостолов Вольтер не нашел бы сочувствия своим речам и, быть может, был бы только гениальным паразитом на пиршествах Тримальциона. В наше время, именно вследствие всеобщего разочарования, эгоистического позитивизма и общественного цинизма самых грубых интересов, – все готово к новой вспышке евангелического энтузиазма и христианского бескорыстия. Успех некоторых книг и мистическое направление умов – далеко не двусмысленные симптомы этого всеобщего настроения. Восстанавливают церкви, строят новые; и чем сильнее чувствуется отсутствие верований, – тем более надеются; весь мир снова ожидает Мессию, и, конечно, он не замедлит прийти. Пусть, например, найдется высокопоставленный человек, – благодаря своему званию или богатству, – папа, король или даже еврей, миллионер; пусть этот человек публично и торжественно пожертвует всеми своими материальными выгодами для спасения человечества, пусть станет он искупителем бедных, распространителем и даже жертвой доктрин самоотречения и милосердия, – все соберутся около него, и в мире произойдет полный моральный переворот. Но прежде всего необходимо высокое положение подобного человека, ибо, в наше время нищеты и шарлатанства, всякое слово, идущее снизу, непременно будет заподозрено во властолюбии и корыстном обмане. Следовательно, если вы не занимаете высокого положения, если у вас ничего нет, – вы никогда не будете апостолом. Если у вас есть вера, и вы хотите поступать, согласно вашей вере, – приобретите сначала нужные для этого средства – влияние высокого положения и очарование богатства. Некогда, благодаря науке, делали золото; теперь же посредством золота нужно пересоздать науку. Сгущали летучее, теперь же нужно улетучить плотное; другими словами, сделали дух материальным, нужно одухотворить материю.

В наше время никто не станет слушать самое возвышенное слово, если оно не имеет гарантии имени, т.е. успеха, представляющего собой известную. материальную ценность. Сколько стоит эта рукопись? – Сколько стоит в книжной торговле подпись автора. Так, например, товарищеская фирма Александр Дюма и Ко в наше время является литературной гарантией; но фирма Дюма имеет цену только для своих обычных произведений – романов. Пусть Дюма напишет великолепную утопию или найдет удивительное решение религиозной проблеме, – его открытия сочтут только забавным капризом романиста, и никто не примет их всерьез, несмотря на европейскую знаменитость Панурга современной литературы. Мы живем в век уже приобретенных положений; каждый оценивается сообразно тому, что представляет он собой в обществе и коммерции. Ограниченная свобода слова приводит к тому, что уже больше не спрашивают: "что он сказал?", но "кто это сказал?" Если это – Ротшильд, или его святейшество Пий IX, или даже его высокопреосвященство Дюпанлу, – это нечто. Если же это – Тартемпион, – даже если бы Тартемпион (а это вполне возможно) был пока еще неизвестным чудом гения науки и здравого смысла, – это ничего не стоит.

Итак, если бы кто-нибудь сказал мне: "если ты обладаешь секретом успеха и силой, могущей изменить мир, – почему же сам ты им не пользуешься?", – я бы ответил: "эта наука пришла слишком поздно для меня самого; чтобы приобрести ее я потерял время и средства, которые, может быть, позволили бы мне самому ею воспользоваться; но я предлагаю ее тем, кто в состоянии ею воспользоваться". Итак, вы, знаменитые люди, богачи, великие мира, неудовлетворенные тем, что имеете, чувствующие более благородное и обширное честолюбие, – хотите ли вы стать отцами нового мира, царями обновленной цивилизации? Бедный и безвестный ученый открыл рычаг Архимеда и, не требуя ничего взамен, предлагает вам его единственно для блага человечества.

Недавно взволновавшие Америку и Европу явления (говорящие столы и флюидические проявления) – начинающие образовываться магнетические токи и просьбы природы, приглашающей нас, ради спасения человечества, восстановить великие симпатические и религиозные цепи. Действительно, приостановка движения астрального света была бы равносильна смерти человеческого рода, и оцепенение этого секретного агента уже проявилось ужасными симптомами разложения и смерти.

Например, холера, болезни картофеля и винограда являются результатом именно этой причины, как это смутно и символически видели в сновидении два салетских пастушка.

Неожиданная вера, с которой был встречен их рассказ, и необъятное стечение паломников, вызванное столь исключительным и смутным рассказом этих двух детей без всякого образования и почти без нравственности, все это – доказательства магнетической реальности факта и флюидического стремления земли самой исцелить своих обитателей.

Суеверия инстинктивны, а все инстинктивное имеет свое основание в самой природе вещей; но скептики всех времен никогда не размышляли, как следует, над этим.

Итак, я приписываю все эти странные явления движения столов универсальному магнетическому агенту, ищущему цепи вдохновений, чтобы образовать новые токи; сам по себе этот агент – слепая сила, но людская воля может управлять им, и общественное мнение влияет на него. Этот универсальный флюид, если угодно считать его флюидом, будучи общей средой всех нервных организмов и проводником всех чувственных вибраций, устанавливает между впечатлительными лицами настоящую физическую солидарность и передает от одних другим впечатления воображения и мысли.

Следовательно, движение какой-нибудь инертной вещи, вызванное волнообразными колебаниями универсального агента, подчиняется преобладающему влиянию и воспроизводит в своих откровениях то всю ясность самых чудесных сновидений, то всю причудливость и ложь самых несвязных и смутных грёз,

Стуки в мебели, шумное движение посуды, сами собой играющие музыкальные инструменты, – все это иллюзии, производимые теми же причинами.

Сан-медардские конвульсионеры – явления того же рода, часто, казалось, нарушавшие законы природы. С одной стороны, преувеличение, производимое очарованием, особенным опьянением, причиняемым приливами астрального света, и колебания, или реальные движения, сообщаемые инертной массе универсальным и тонким агентом движения и жизни, с другой, – вот все, что было в основе этих столь чудесных явлений; в этом легко убедиться, воспроизводя, когда угодно, способами, указанными в "Ритуале", самые удивительные из этих чудес и констатируя легко доказуемое отсутствие обмана, галлюцинации или ошибки.

После опытов с магической цепью, производимых с лицами без доброй воли и несимпатичными, мне часто случалось внезапно пробуждаться ночью, вследствие поистине ужасных впечатлений и прикосновений. Между прочим, однажды ночью я ясно почувствовал давление душившей меня руки; я встал, зажег лампу и спокойно сел за работу, чтобы использовать бессонницу и прогнать призраки сна; тогда книги стали с шумом передвигаться, бумаги колебались и терлись одна о другую, панели трещали, как будто собираясь расколоться, и глухие удары раздавались в потолке. Я с любопытством, но совершенно спокойно наблюдал все эти явления, которые были бы не менее чудесны даже и в том случае, если бы они происходили только в моем воображении, столько было реальности в их виде. Впрочем, как я уже говорил, я нисколько не испугался и в тот момент, когда они происходили, занимался вещами, не имевшими ничего общего с оккультными науками.

Благодаря повторению подобных явлений я пришел к решению испытать опыты вызывания посредством магического церемониала древних и достиг поистине изумительных результатов, о которых и буду свидетельствовать в тринадцатой главе этой работы.

12. Ламед. Л.

ВЕЛИКОЕ ДЕЛАНИЕ

Discite

Crux

Великое делание – прежде всего само создание человека, т.е. полное завоевание своих способностей и будущего; в особенности же это – совершенная эмансипация воли, утверждающей за ним мировое царство Азота и область Магнезии, т.е. полную власть над универсальным магическим агентом.

Этот магический агент, который древние философы-герметисты скрывали под именем nepвой материн, определяет формы могущей изменяться субстанции, и, посредством его действительно, можно достигнуть превращения металлов и всеобъемлющей врачебной науки. Это – не гипотеза, а уже испытанный и строго доказуемый научный факт.

Николай Фламель и Раймонд Луллий, оба бедняки, явно раздавали несметные богатства. Агриппа же достиг только первой части великого делания и умер в нужде, единственно стараясь овладеть самим собой и укрепить свою независимость.

Следовательно, существуют две зависящих одна от другой герметических операции: одна духовная, другая материальная.

Впрочем, вся герметическая наука содержится в учении Гермеса, как говорят, первоначально вырезанном на изумрудной таблице; я объяснил уже первые ее параграфы, теперь же привожу остальные, относящиеся к процессу великого делания:

– Ты отделишь землю от огня, тонкое от плотного, – осторожно, с большим искусством.

Он восходит от земли к небу и снова опускается на землю, и получает силу, как от вещей высших, так и от низших.

Посредством его ты получишь славу всего мира, и всякая неясность уйдет от тебя.

Это – сильное могущество всякой силы, ибо она победит все тонкое и проникнет все плотное.

Так создан был мир.

Отделить тонкое от плотного в первой, чисто внутренней, операции – значит, освободить свою душу ото всех предрассудков и пороков, а это достигается употреблением философской соли, т.е. мудрости, ртути, т.е. личной ловкости и работы, и, наконец, серы, изображающей жизненную энергию и пыл воли. Этим способом превращаются в духовное золото наименее драгоценные предметы и даже нечистоты земли. В этом смысле нужно понимать притчи "собрания философов", Бернарда де Тревизан, Василия Валентина, Марии Египетской и других пророков алхимии. Но в их сочинениях, также как и в великом делании, нужно искусно отделять тонкое от плотного, мистическое от положительного, аллегорию от теории.

Если вы хотите прочесть с удовольствием и понять их, – нужно сначала понять их аллегорически, затем перейти от аллегорий к реальностям посредством соответствий, или аналогий, указанных в единственном догмате: Все, находящееся вверху, подобно находящемуся внизу, и наоборот. Слово "ART", обороченное, или прочтенное по методу священных первобытных писаний, т.е. справа налево, выражает своими тремя начальными буквами различные степени великого дела. Т обозначает тройное, теорию и работу, R реализацию, осуществление, и А – применение. В двенадцатой главе Ритуала я дам нужные для приспособления рецепты великих учителей и, главным образом, тот, который находится в герметической крепости Генриха Кунрата.

Теперь же я предлагаю моим читателям заняться изучением дивного трактата, приписываемого Гермесу Тримегисту и называющегося "Минерва мира" (Minerva mundi). Трактат этот находится только в некоторых изданиях произведений Гермеса и содержит в себе под аллегориями, полными поэзии и глубины, учение о самосоздании существ или о законе творения, являющегося результатом согласия двух сил, называвшихся алхимиками "постоянным" (fixe) и "летучим" (volatil); в абсолюте эти силы называются необходимостью и свободой. В этом сочинении разнообразие форм, распространенных в природе, объясняется различием духов, и уродливости – расхождением усилий. Чтение и размышление над этим сочинением необходимы для каждого адепта, желающего исследовать тайны природы и серьезно взяться за исследование великого дела.

Когда учителя алхимии говорят, что для выполнения дел науки нужно мало времени и денег, в особенности, когда они утверждают, что необходим только один сосуд, когда они говорят о великом и единственном атаноре, которым все могут пользоваться, который у всех под руками..., что люди, сами того не зная, обладают им, – они намекают на философскую и моральную алхимию. Действительно, твердая и решительная воля в короткое время может достигнуть абсолютной независимости, и все мы обладаем химическим инструментом, великим и единственным атанором, который служит для отделения тонкого от грубого и постоянного от летучего. Этот инструмент, совершенный, как мир, и точный, как сама математика, изображается мудрецами символом пентаграммы, или пятиконечной звезды, абсолютного знака человеческого разума. Я последую примеру мудрецов, и не назову его: слишком легко угадать это.

Соответствующая этой главе фигура Таро была плохо понята Куртом де Гебелином и Эттейллой, видевшими в ней только ошибку, сделанную немецким карточником. Эта фигура изображает человека со связанными за спиной руками, с двумя мешками денег, привязанными к подмышкам, и повешенного за ногу на виселице, составленной из двух древесных стволов, – каждый с шестью обрубленными ветвями – и перекладины, дополняющей изображение еврейского Taу; ноги его скрещены, и локти с головой образуют – треугольник. В алхимии треугольник с крестом наверху обозначает окончание и совершенство великого делания, т.е. тождественен по значению с Тау, последней буквой священной азбуки.

Следовательно, этот повешенный – адепт, связанный своими обязательствами, одухотворенный – с ногами, обращенными к небу; это – также античный Прометей, в бессмертных муках подвергающийся наказанию за свою славную кражу. Вульгарно это – Иуда, предатель, и казнь его – угроза всякому, кто откроет великую тайну. Наконец, для еврейских каббалистов, этот повешенный, соответствующий их двенадцатому догмату, учению об обещанном Мессии – протест против признаваемого христианами Спасителя; и они как бы продолжают говорить ему:

– Как можешь спасти других, ты, не сумевший спасти самого себя?

В Сефер-Тольдос-Иешу (Sepher-Toldos-Ieschu), антихристианской раввинической компиляции, находится странная притча: "Иешу, – рассказывает раввин, автор легенды, – путешествовал с Симоном Баржоной и Иудой Искариотом. Поздно и утомленные пришли они в уединенный дом. Им очень хотелось есть: нашли же они только молодую, очень маленькую и худую гуску. Для трех это было слишком мало; разделить ее значило раздразнить только голод. Решили бросить жребий, но так как им страшно хотелось спать, "заснем, пока нам приготовят ужин, – сказал Иешу, – проснувшись мы расскажем свои сны, и тот, кому приснится наилучший сон, съест маленькую гуску". Так и сделали. Наконец они встали. "Мне снилось, – сказал святой Петр, – что я был наместником Бога". "Мне, – что я был самим Богом", – сказал Иешу. "А мне, – лицемерно возразил Иуда, – снилось, что я, став лунатиком, встал, тихо спустился вниз, снял гуску с вертела и съел". Сошли вниз; но гуска действительно исчезла: Иуда видел сон наяву.*

* Этот анекдот находится не в самом тексте "Сефер-Тольдос-Иешу", а в раввинических комментариях к этому сочинению.

Эта легенда – протест еврейского позитивизма против христианского мистицизма. Действительно, в то время, как верующие предавались прекрасным мечтам, осужденный израильтянин, Иуда христианской цивилизации, работал, продавал, занимался ажиотажем, становился богатым, завладевал реальностями настоящей жизни и был в состоянии одолжать средства существования тем самым культам, которые так долго его осуждали. Древние обожатели ковчега, оставшись верными культу туго набитого сундука, имеют теперь храмом биржу и оттуда управляют христианским миром. Действительно, Иуда может смеяться и радоваться, что он не спал, подобно святому Петру.

В древних, предшествовавших плену, писаниях еврейское Тау имеет вид креста, а это подтверждает мое толкование двенадцатой пластинки каббалистического Таро. Крест, производящий четыре треугольника, – также священный знак двенадцатерного, поэтому египтяне называли его ключом неба. Эттейлла, запутавшись в своих долгих исследованиях, желая примирить аналогические необходимости изображения со своим личным мнением (в этом он подчинился влиянию ученого Курта де Гибелина), вложил в руку своего выпрямленного повешенного, из которого он сделал "Благоразумие", герметический кадуцей, состоящий из двух змей и греческого Тау. Но поняв необходимость Тау, или креста, на двенадцатый странице книги Тота, он должен был бы также понять и многосложный и великолепный символ герметического повешенного, Прометея науки, живого человека, касающегося земли только мыслью, имеющего своим основанием небо, свободного и принесенного в жертву адепта, открывателя, которому угрожает смерть, заговор Иудейства против Христа, который кажется невольным признанием сокровенного божества Распятого, – наконец, знак выполненного дела, законченного цикла, промежуточное Тау, в первый раз резюмирующее, перед последним десятерным, знаки священного алфавита.

13. Мем. М.

НЕКРОМАНТИЯ

Eх ipsis

Mors

Я говорил уже, что в астральном свете сохраняются изображения лиц и вещей. В этом же свете можно вызвать образы тех, кого уже нет больше в нашем мире и посредством его же совершаются столь же оспариваемые, как и реальные таинства некромантии.

Каббалисты, говорившие о мире духов, попросту рассказывали о том, что видели в своих вызываниях.

Элифас Леви Захед,* пишущий эту книгу, вызывал и видел.

* Перевод на французский язык этих еврейских имен обозначает – Альфонс Луи Констан (Alphonce Louis Constant).

Расскажу сначала, что писали учителя о своих видениях или интуициях в том, что они называли "светом славы".

Из еврейской книги о "Круговороте душ" мы узнаем, что души бывают трех родов: дочери Адама, дочери ангелов и дочери греха. По учению той же книги – три рода духов: духи пленные, духи блуждающие и духи свободные. Души посылаются парами. Существуют, однако, души мужчин, родящихся вдовцами, так как жены их удерживаются в плену Лилит и Нагемой, царицами стрижей; эти души должны искупить безумие обета безбрачия. Поэтому, когда человек с детства отказывается от любви женщин, он делает рабой демонов разврата предназначенную ему супругу. Души растут и размножаются на небе также, как тела на земле. Безгрешные души – дочери поцелуев ангелов.

Взойти на небо может только то, что сошло с него. Поэтому после смерти один только божественный дух, оживлявший человека, возвращается на небо и оставляет на земле и в атмосфере два трупа: один земной и элементарный, другой – воздушный и звездный; один уже инертный, другой – еще оживленный мировым движением души мира; судьба его – медленно умереть и быть поглощенным произведшими его астральными силами. Земной труп видим; другой – невидим телесными и живыми глазами и может быть замечен только посредством применения астрального света к "прозрачному", которой сообщает свои впечатления нервной системе и таким образом влияет на орган зрения, позволяя ему видеть формы и читать слова, сохранившиеся и записанные в книге жизненного света.

Если человек жил хорошо, астральный труп испаряется как чистый фимиам, восходя к высшим областям; но если человек был преступник, – его астральный труп, удерживающий его в плену, продолжает стремиться к объектам своих страстей и хочет вернуться к жизни. Он беспокоит сны молодых девушек, купается в парах пролитой крови, кружится вокруг мест, где протекали удовольствия его жизни, стережет зарытые им сокровища, изнуряет себя болезненными усилиями, стараясь создать себе материальные органы и ожить. Но звезды вдыхают и пьют его; он чувствует, как слабеет его разум, как медленно гаснет его память, как уничтожается все его существо... Под видом чудовищ являются его пороки и преследуют его; они нападают на него, пожирают... Таким образом, несчастный последовательно теряет все члены, служившие его беззакониям; затем он умирает во второй раз и навсегда, ибо тогда он теряет свои личность и память. Души, которые должны жить, но еще не совершенно очистились, остаются более или менее долго пленницами астрального трупа или сжигаются одическим светом, стремящимся ассимилировать и уничтожить их. Чтобы освободиться от этого трупа, страждущие души входят иногда в живых и живут там в состоянии, называемом каббалистами "эмбрионатом".

Эти-то воздушные трупы и вызываются посредством некромантии. При вызывании вы приходите в сношение с лярвами, мертвыми или умирающими субстанциями; обыкновенно они могут говорить только посредством шума в наших ушах, производимого нервным потрясением, и рассуждая обыкновенно отражают наши мысли или мечты.

Но, чтобы видеть эти странные формы, нужно привести себя в особенное состояние, граничащее со сном и смертью, т.е. нужно намагнетизировать самого себя и прийти в особенное состояние ясновидящего – сомнамбулизма в бодрственном состоянии. Следовательно, некромантия достигает реальных результатов, и вызывания магии могут произвести истинные видения. Я говорил уже, что в великом магическом агенте, астральном свете, сохраняются все отпечатки вещей, все изображения, образованные, как лучами, так и отражениями; в этом же свете являются нам сновидения; этот же свет опьяняет помешанных и заставляет их уснувший рассудок преследовать самые странные химеры. Чтобы видеть без иллюзий в этом свете, нужно силой воли отстранить отражения и притягивать к себе только лучи. Грезить наяву, – значит, видеть в астральном свете: и оргии шабаша, о которых рассказывало столько колдунов, во время судебных процессов, представлялись им именно таким образом. Часто подготовка и вещества, употреблявшиеся для достижения этого результата, были ужасны, как мы увидим это в Ритуале: но в результате нельзя сомневаться. Они видели, слышали, прикасались к самым омерзительным, фантастическим, невозможным вещам. Я вернусь еще к этому предмету в пятнадцатой главе; теперь же мы занимаемся только вызыванием мертвецов.

Весной 1854-го года я отправился в Лондон, чтобы избавиться от неприятностей и без помехи отдаться науке. У меня были рекомендательные письма к знаменитым людям, интересовавшимся откровениями сверхъестественного мира. Я виделся со многими из них и нашел в них много любезности и столько же безразличия и легкомысленности. Прежде всего от меня, как от шарлатана, требовали чудес. Я был слегка обескуражен, так как, по правде говоря, не имея ничего против того, чтобы посвятить других в тайны церемониальной магии, для себя самого я всегда боялся иллюзий и утомления; к тому же эти церемонии требуют очень дорогого материала и его трудно найти. Итак, я занялся изучением высшей каббалы, и совершенно не думал об английских адептах, когда однажды, вернувшись в свою гостиницу, нашел адресованное на мое имя письмо. В конверте были – половина поперек перерезанной карточки, на которой находился знак печати Соломона, и маленький клочок бумаги, на котором карандашом было написано:

"Завтра, в три часа, около Вестминстерского аббатства вам предъявят другую половину этой карточки". Я отправился на это странное свидание. На назначенном месте стояла карета. Я непринужденно держал в руке свой обрывок карточки; ко мне приблизился слуга и подмигнул, открывая мне дверцу кареты. В карете сидела дама в черном; шляпа ее была покрыта густой вуалью; она жестом пригласила меня сесть возле себя, показывая в то же время другую половину полученной мной карточки. Дверца закрылась, карета покатилась, и, когда дама подняла свой вуаль, я увидел, что имею дело с пожилой особой, с чрезвычайно живыми и странно пристальными глазами под серыми бровями. "Сэр, сказала мне она, с ясно выраженным английским акцентом, – я знаю, что закон секрета строго соблюдается адептами; приятельница г-на Б*** Л***, видевшая вас, знает, что у вас просили опытов, и вы отказались удовлетворить это любопытство. Быть может, у вас нет необходимых предметов; я покажу вам полный магический кабинет; но прежде всего я требую от вас ненарушения секрета. Если вы не дадите мне этого обещания, я прикажу проводить вас домой". Я дал требуемое от меня обещание, и верен ему, не называя ни имени, ни звания, ни местожительства этой дамы, которая, как я узнал позже, была посвященной, хотя и не первой, но все же очень высокой степени. Мы часто и долго разговаривали, и постоянно она настаивала на необходимости практики, чтобы дополнить посвящение. Она показала мне магическую коллекцию одеяний и инструментов; даже одолжила мне несколько редких, не доставшихся мне книг; короче говоря, она побудила меня попробовать произвести у нее опыт полного вызывания, к которому я приготовлялся в течение двадцати одного дня, добросовестно выполняя все обряды, указанные в 13-й главе "Ритуала".

Все было закончено 24-го июля. Нужно было вызвать призрак божественного Аполлония и спросить его о двух секретах: одном, касавшемся лично меня, и другом, интересовавшем эту даму. Сначала она рассчитывала присутствовать при вызывании с благонадежным человеком; но в последний момент эта особа испугалась, и, так как тройное или единство безусловно необходимо при выполнении магических обрядов, – я остался один. Кабинет, приготовленный для вызывания, находился в небольшой башне; в нем были расположены четыре вогнутых зеркала, род алтаря, верхняя часть которого из белого мрамора была окружена цепью из намагниченного железа. На белом мраморе был выгравирован и вызолочен знак пентаграммы в том виде, как она изображена в начале 5-й главы этого сочинения; тот же знак был нарисован различными красками на белой и новой коже ягненка, распростертой перед алтарем. В центре мраморного стола стояла маленькая медная жаровня с углями из ольхи и лаврового дерева; другая жаровня была помещена передо мной на треножнике. Я был одет в белое платье, похожее на одеяние наших католических священников, по более просторное и длинное; на голове у меня был венок из листьев вербены, вплетенных в золотую цепь. В одной руке я держал новую шпагу, в другой – "Ритуал". Я зажег огни и начал, – сначала тихо, затем постепенно повышая голос, – произносить призывания "Ритуала". Дым подымался, пламя сначала заставляло колебаться все освещаемые им предметы, затем потухло. Белый дым медленно подымался над мраморным алтарем; мне казалось, что земля дрожит; шумело в ушах; сердце сильно билось. Я подкинул в жаровни несколько веток и ароматов, и, когда огонь разгорелся, я ясно увидел перед алтарем разлагавшуюся и исчезавшую фигуру человека. Я снова начал произносить вызывания и стал в круг, заранее начерченный мною между алтарем и треножником; мало помалу осветилось стоявшее передо мной, позади алтаря, зеркало, и в нем обрисовалась беловатая форма, постепенно увеличивавшаяся и, казалось, понемногу приближавшаяся.

Закрыв глаза, я трижды призвал Аполлония, – и, когда открыл их, – передо мной стоял человек, совершенно закутанный в нечто вроде савана, который показался мне скорее серым, чем белым; лицо его было худощаво, печально и безбородо, а это совершенно не соответствовало моему представлению об Аполлонии. Я испытал ощущение чрезвычайного холода и, когда открыл рот, чтобы обратиться с вопросом к призраку, – не был в состоянии произнести ни единого звука.

Тогда я положил руку на знак пентаграммы и направил на него острие шпаги, мысленно приказывая ему не пугать меня и повиноваться.

Тогда образ стал менее ясным и внезапно исчез. Я приказал ему вернуться; тогда я почувствовал около себя нечто вроде дуновения, и что-то коснулось моей руки, державшей шпагу; тотчас же онемела вся рука. Мне казалось, что шпага оскорбляет духа, и я воткнул ее в круг около меня. Тотчас же вновь появилась человеческая фигура; но я чувствовал такую слабость во всех членах, так быстро слабел, что вынужден был сделать два шага и сесть. Тотчас же я впал в глубокую дремоту, сопровождавшуюся видениями, о которых, когда я пришел в себя, у меня осталось только смутное воспоминание. В течение многих дней я чувствовал боль в руке, и она оставалась онемевшей. Видение не говорило со мной, но мне казалось, что вопросы, которые я хотел ему задать, сами собой были решены в моем духе. На вопрос дамы мой внутренний голос отвечал: "Умер" (дело шло о человеке, о котором она хотела иметь известие). Что касается меня самого, – и хотел знать, возможны ли прощение и сближение двух лиц, о которых я думал; и тоже внутреннее эхо безжалостно отвечало: "Умерли!"

Я рассказываю это происшествие именно так, как оно произошло. Этот опыт произвел на меня совершенно необъяснимое действие: я уже не был прежним человеком; что то из того мира вошло в меня; я не был ни весел, ни печален; я испытывал странное влечение к смерти, в то же время не испытывая ни малейшего желания прибегнуть к самоубийству. Я старательно анализировал испытываемые мной ощущения: и, несмотря на испытываемое мной нервное отвращение, я дважды повторил, – с короткими промежутками, – тот же опыт. Отчет о происшедших явлениях слишком мало отличался бы от только что рассказанного мною, так что мне нечего добавить к этому, и без того слишком длинному, повествованию. Результатом этих двух последних вызываний было для меня откровение двух каббалистических секретов, которые если бы они были всем известны, могли бы в короткое время изменить основы и законы всего общества.

Должен ли я заключить из этого, что я действительно вызвал, видел и осязал великого Аполлония Тианского? Я не настолько подвержен галлюцинациям, чтобы верить в это, и не настолько мало искренний, чтобы утверждать это. Действие приготовлений, курений, зеркал и пантаклей – настоящее опьянение воображения, и должно сильно действовать на уже и без этого впечатлительную и нервную личность. Я не объясняю, в силу каких физиологических законов я видел и осязал; я только утверждаю, что я действительно видел и осязал, что я видел совершенно ясно, без сновидений, и этого достаточно, чтобы поверить в реальную действительность магических церемоний. Впрочем, я считаю это опасным и вредным: здоровье, как физическое, так и моральное, не выдержит подобных операций, если они станут обычными. Пожилая дама, о которой я говорил, могла служить доказательством этого, так как, хотя она и отрицала это, но я уверен, что она привыкла заниматься некромантией и гётией. Иногда она молола совершенную бессмыслицу, часто сердилась безо всякого повода. Я покинул Лондон, не видевшись больше с ней, и верно выполню свое обещание не говорить никому ничего такого, что могло бы дать повод подозревать, что она занимается подобными вещами, конечно, без ведома своей семьи, которая, как я предполагаю, весьма многочисленна и занимает очень почетное положение в обществе.

Существуют вызывания разума, любви и ненависти, но, опять-таки повторяю, ничто не доказывает, что духи действительно покидают высшие сферы, чтобы разговаривать с нами; и даже противоположное гораздо более вероятно. Мы вызываем воспоминания, оставленные ими в астральном свете, общем резервуаре универсального магнетизма. Некогда в этом свете император Юлиан увидел богов дряхлыми, больными; новое доказательство влияния общественного мнения на отражения того же самого магического агента, который заставляет говорить столы, и на вопросы отвечает стуками в стены. После вызывания, о котором только что рассказал, я старательно перечел жизнь Аполлония, изображаемого историками, как идеал красоты и античного изящества. Тогда я припомнил, что в последние дни своей жизни Аполлоний был обрит и долго томился в темнице. Это обстоятельство, которое я, без сомнения, запомнил, сам того не сознавая, – быть может, и обусловили мало привлекательный вид моего видения, которое я рассматриваю исключительно как самопроизвольное сновидение человека, находящегося в бодрственном состоянии. Таким же образом я видел двух лиц, – называть их нет никакой надобности, – и, как костюмом, так и своим видом, они совершенно отличались от того, что я рассчитывал увидеть. Впрочем, я рекомендую величайшую осторожность лицам, желающим заниматься подобными опытами: в результате получается страшная усталость и часто – потрясения настолько сильные, что могут вызвать болезнь.

Прежде чем закончить эту главу, я должен упомянуть о довольно странном мнении некоторых каббалистов, отличающих смерть видимую от смерти реальной и думающих, что они крайне редко совпадают. По их слонам, большинство погребаемых людей живо, и, наоборот, многие люди, которых мы считаем живыми, уже умерли.

Например, по их мнению, неизлечимое помешательство – неполная смерть, и земное тело совершенно инстинктивно управляется звездным телом. Когда человеческая душа подвергается насилию, перенести которого не может, – она отделяется от тела и оставляет вместо себя душу животную, или звездное тело, а вследствие этого эти человеческие останки, до известной степени, менее живы, чем даже животное. По словам каббалистов, таких мертвецов легко распознать, так как у них совершенно угасло моральное и сердечное чувство: они не добры и не злы – они мертвы. Эти существа, ядовитые грибы человеческого рода, насколько могут, поглощают жизнь животных: поэтому-то их приближение делает душу бесчувственной и сердце холодным.

Если бы эти похожие на мертвецов существа, действительно существовали, – они представляли собой именно то, что некогда рассказывали о вурдалаках и вампирах.

И в самом деле, разве нет людей, находясь около которых мы чувствуем себя менее умными, добрыми, а иногда даже и менее честными?

Разве нет людей, приближение к которым уничтожает веру и энтузиазм, – которые привязывают вас к себе благодаря вашим слабостям, господствуют над вами благодаря вашим дурным наклонностям, и заставляют вас медленно умирать морально в муках, подобных мукам Мезенция?

Это – мертвецы, которых мы принимаем за живых; это – вампиры, которых мы принимаем за друзей!

14. Нун. Н.

ПРЕВРАЩЕНИЯ

Sphera lunae

Sempiternum

Auxilium

Святой Августин серьёзно сомневается, могла ли фессалийская колдунья превратить в осла Апулея. Теологи пространно разглагольствовали о превращении Навуходоносора в дикое животное. Это доказывает только, что красноречивый гиппонский отец был совершенно незнаком с магическими тайнами, и теологи, о которых идет речь, были не слишком сильны в экзегетике. В этой главе нам предстоит исследовать другие, совершенно в другом роде невероятные, но однако неоспоримые чудеса. Я буду говорить о ликантропии, или о ночном превращении людей в волков, столь любимой теме наших деревенских посиделок, рассказах об оборотнях, историях настолько доказанных, что неверующая наука, чтобы объяснить их, вынуждена была прибегнуть к неистовому помешательству и переодеваниям в животных. Но подобные гипотезы слишком ребячьи и ровно ничего не объясняют. Нам придется в другом месте искать объяснения наблюдаемых явлений; пока же мы можем констатировать:

Никто никогда не был убит оборотнем, и, если кто-нибудь умирал, и смерть его приписывалась оборотню, – умирал он от удушья, без пролития крови и без ран;

Когда настигали, преследовали и даже ранили оборотней, – ни один из них никогда не был убит во время преследования;

Когда после охоты на оборотня, приходили к лицам, заподозренным в подобных превращениях, – их находили более или менее сильно раненными, иногда даже умирающими, но всегда они имели свой естественный вид.

Упомяну теперь о явлениях совершенно другого рода.

Редко что-нибудь было так бесспорно удостоверено, как видимое и вполне реальное присутствие святого Альфонса де Лигуори около умиравшего папы, и в то же время многие видели святого у себя дома, на большом расстоянии от Рима, стоящим на молитве и в экстазе.

Не менее строго доказано также и одновременное присутствие во многих местах миссионера Франциска Ксавье.

Быть может, кто-нибудь скажет, что это чудеса; я же отвечу, что чудеса, если они реальны, для науки – простые факты.

Явления дорогих нам лиц, совпадающие с моментом их смерти, – феномены того же рода, и должны быть приписываемы той же причине.

Я говорил уже о звездном теле, посреднике между душой и материальным телом. Это тело часто бодрствует, когда другое спит, и вместе с мыслью переносится на громадные расстояния. Тогда оно, не разрывая, удлиняет симпатическую цепь, соединяющую его с сердцем и мозгом; поэтому-то чрезвычайно опасно будить внезапно лиц, видящих сны. Действительно, слишком сильное потрясение может разорвать цепь я внезапно вызвать смерть.

Форма нашего сидерального тела соответствует обычному состоянию наших мыслей, и постепенно изменяет черты материального тела. Поэтому-то Сведенборг в своих сомнамбулистических интуициях часто видел духов в виде различных животных.

Я утверждаю, что оборотень – сидеральное тело человека, дикие и кровожадные инстинкты которого изображает волк; в то время как тень его блуждает по полям, этот человек спит в своей постели, и ему снится, что он волк.

Оборотень становится видим благодаря чрезмерному, почти сомнамбулическому возбуждению, обусловливаемому испугом видящих его лиц, или присущей простым деревенским людям способности приходить в сношение с астральным светом, общей средой видений и снов. Удары, наносимые оборотню, действительно ранят спящего посредством одического и симпатического прилива астрального света и сообщения тела нематериального с телом материальным. Многим покажется, что они бредят, читая подобные вещи, и они спросят не галлюцинирую ли я; я же, со своей стороны, попрошу только людей науки подумать о явлениях беременности и о влиянии воображения женщин на форму их плода. Одна женщина, присутствовавшая при казни человека, которого колесовали живым, родила ребенка с совершенно изломанными членами. Пусть объяснят мне, каким образом впечатление, произведенное на мать ужасным зрелищем, могло дойти до ребенка и изломать все его члены, и я, в свою очередь, объясню, каким образом удары, нанесенные и полученные во время сна, могут тяжело ранить тело лица, получающего эти удары в воображении, в особенности, если тело этого человека больно и подчинено нервным и магнетическим влияниям,

К области этих же самых явлений и управляющих ими законов надо отнести также колдовство и порчу, о которой я буду еще говорить. Одержание бесом и большинство нервных болезней, повреждающих мозг, – раны, нанесенные нервному аппарату извращенным астральным светом, т.е. светом, поглощенным или выброшенным в анормальном количестве. Все необычайные и неестественные напряжения воли располагают к одержимости и нервным болезням; вынужденное безбрачье, аскетизм, ненависть, честолюбие, отвергнутая любовь, – все это генераторы адских влияний. Парацельс говорит, что женские менструации производят фантомов; с этой точки, зрения, монастыри – рассадники кошмаров, и дьяволов можно сравнить с головами Лернейской гидры, которые бесконечно возрождались и размножались из крови собственных ран.

Отрицают явления столь фатального для Урбана Грандье беснования Луденских Урсулинок; между тем, монахини действительно были одержимы истерией и фанатическим подражанием секретным мыслям своих заклинателей, которые передавались их нервной системе посредством астрального света. Им передавалась ненависть, которую питали заклинатели и многие другие к этому несчастному священнику, и это чисто внутреннее сообщение казалось им чудесным и дьявольским наваждением. Поэтому в этом несчастном деле все были искренни, в том числе и сам Лобардемон, который слепо выполняя заранее предрешенный Ришелье приговор, в то же время воображал, что он выполняет обязанности настоящего судьи, и совершенно не подозревал, что в действительности является слугой Понтия Пилата, так как не мог смотреть на этого кюре, вольнодумца и распутника, как на ученика Христа и мученика.

Беснование лувверских монахинь – простая копия с такого же одержания луденских Урсулинок: дьяволы не изобретательны и заимствуют друг у друга. Процесс Гофриди и Магдалины де Палюд имеет несколько более странный характер. Здесь обвиняют себя сами жертвы. Гофриди признает себя виновным в том, что посредством простого дуновения он лишил многих женщин способности сопротивляться его обольщениям. Молодая, красивая девушка из благородной семьи, на которую он подул, рассказывает с мельчайшими деталями сцены, в которых разврат смешивается с чудовищным и смешным. Таковы обычные галлюцинации ложного мистицизма и плохо выполняемого обета целомудрия. Гофриди и его любовница были одержимы обоюдными химерами, и голова одного отражала кошмары другой. Разве даже маркиз де Сад не был заразителен для некоторых слабых и больных натур?

Скандальный процесс священника Жирара – новое доказательство сумасбродств мистицизма и являющихся его следствием нервных болезней. Обмороки девицы Кадиер, ее зкстазы, стигматы – все это было столь же реально, как и безрассудный и, быть может, непроизвольный разврат ее духовного отца. Когда он хотел ее бросить, она донесла на него, и обращение этой девушки было только местью, ибо нет ничего бессердечнее развратной любви. Могущественное общество, вмешавшееся в процесс Грандье, чтобы погубить в лице его возможного сектанта, спасло отца Жирара ради спасения чести всего общества. Впрочем, Грандье и Жирар, хотя и совершенно различными путями, достигли одних и тех же результатов, рассмотрением которых я специально займусь в шестнадцатой главе.

Своим воображением мы действуем на воображение других, нашим сидеральным телом – на их тело, нашими органами – на их органы, так что посредством симпатии, как очарования, так и одержания, – мы завладеваем друг другом и отождествляемся с теми, на кого хотим подействовать. Часто резко выраженная антипатия, являясь результатом сопротивления подобной власти, заменяет собой самую сильную симпатию. Любовь стремится отождествить любящих; отождествляя же, она часто делает их соперниками и, следовательно, врагами, если в основе обоих имеется какое-нибудь противообщественное свойство, например, гордость: одинаково насытить гордостью две соединившихся души – значит разъединить их, сделав соперниками. Антагонизм – необходимый результат множества богов.

Когда мы видим во сне кого-нибудь, – наше сидеральное тело видит его тело или, по крайней мере, его отражение в астральном свете и по производимому им на нас при этой встрече впечатлению мы часто узнаем тайные намерения этого лица относительно нас. Любовь обрабатывает сидеральное тело одного по образу и подобию другого, так что астральное тело женщины становится похожим на такое же тело мужчины и наоборот. Каббалисты, желая скрытым образом выразить этот обмен, говорят, объясняя темное место книги Бытия: "Бог создал любовь, вложив ребро Адама в грудь женщины и тело Евы в грудь Адама, так что основа сердца женщины – кость мужчины, и основа сердца мужчины – тело женщины". – Глубокая и прекрасная аллегория.

В предыдущей главе я уже упоминал о том, что каббалисты называют "эмбрионатом" душ. Этот эмбрионат, становящийся полным после смерти лица, посредством его завладевшего другим, часто начинается еще при жизни либо посредством одержания, либо посредством любви. Я знал молодую женщину, страшно боявшуюся своих родственников; вдруг она начала совершать против личности, никогда ничем ее не обидевшей, именно те враждебные поступки, которых она так боялась со стороны своих родственников. Я знал также другую, которая, однажды приняв участие в вызывании женщины, виновной в некоторых эксцентричных поступках, и вследствие этого страдавшей на том свете, без всякого основания стала подражать ее поступкам.

На счет этой же тайной силы надо отнести страшное действие родительского проклятия, которого так боятся все народы, и серьезную опасность магических операций для производящего их лица, если оно не достигло изолирования настоящих адептов.

Этим свойством сидерального превращения, реально существующего в любви, объясняются аллегорические чудеса палочки Цирцеи. Апулей рассказывает об одной фессалиянке, превращавшейся в птицу; он сделался любовником служанки этой женщины, чтобы выведать секреты ее госпожи, и достиг только того, что превратился в осла. Эта аллегория объясняет самые скрытые тайны любви. Каббалисты говорят, что тот, кто любит элементарную женщину, – ундину, сильфиду или гномиду, – либо делает ее бессмертной, подобно себе, либо умирает вместе с ней. Я уже говорил, что элементарные существа – несовершенные и еще смертные люди. Откровение, о котором я говорю и на которое смотрели, как на басню, – учение о моральной солидарности, составляющей самую основу любви и объясняющей всю ее святость и силу.

Что же представляет собой эта чародейка, превращающая своих обожателей в свиней и потерявшая все свои чары, как только сама полюбила? Это – античная куртизанка, мраморная дева всех времен. Женщина без любви поглощает и унижает все, приближающееся к ней; любящая же женщина распространяет вокруг себя энтузиазм, благородство и жизнь.

В прошлом столетии много говорили об адепте, которого обвиняли в шарлатанстве, а при жизни называли божественным Калиостро. Известно, что он занимался вызываниями, и в этом искусстве превзошел его только иллюминат Шреперер*. Известно, что он хвалился способностью возбуждать симпатии и говорил, что обладает секретом великого дела; но знаменитым делал его жизненный эликсир, моментально возвращавший старикам энергию и силу юности. В состав его входило вино мальвазии, и получался он перегонкой семени некоторых животных и сока многих растений. Я обладаю его рецептом, и, думаю, вполне понятно, почему я не могу его обнародовать.

* См. в "Ритуале" секреты и формы вызываний Шреперера.

15. Самех. О.

ЧЕРНАЯ МАГИЯ

Samael

Auxiliator

Приступаю к черной магии. Мы нападем в самом его святилище на черного бога Шабаша, на страшного козла Мендеса. Здесь боязливый читатель должен закрыть книгу, и лица нервно впечатлительные поступят хорошо, воздержавшись от чтения; но я должен выполнить возложенную на себя обязанность.

Прежде всего смело и прямо подойдем к следующему вопросу:

– Существует ли дьявол?

– Что такое дьявол?

На первый вопрос наука не отвечает, философия наобум отрицает, и только религия отвечает утвердительно.

На второй – религия говорит, что дьявол – падший ангел; оккультная философия принимает и объясняет это определение.

Я не буду повторять раньше сказанного, но добавлю здесь новое откровение:

"В черной магии дьявол – великий магический агент, употребляемый для дурных целей злой волей".

Я говорил уже, что астральный свет – вместилище форм. Вызванные разумом, эти образы являются гармоничными; вызванные же безумием, они приходят расстроенными и уродливыми; такова колыбель кошмаров святого Антония и призраков Шабаша.

Древний змий легенды – универсальный агент, вечный огонь земной жизни, душа земли, живой очаг ада.

Сопровождаются ли результатом вызывания гётии и демономании?

– Да, несомненно, – и результатом бесспорным и более ужасным, чем все то, что рассказывают об этом легенды.

Когда вызывают дьявола с соответствующими церемониями, – он является и становится видимым.

Чтобы не умереть пораженным громом при этом виде, не сделаться каталептиком или идиотом, – надо заранее быть сумасшедшим.

Грандье был распутником вследствие отсутствия набожности, а, может быть, и скептицизма; Жирар же был развращен и сам с энтузиазмом развращал других вследствие заблуждений аскетизма и ослепления веры.

В пятнадцатой главе "Ритуала" я изложу все способы вызывания дьявола и практику черной магии; конечно, не для того, чтобы кто-нибудь ими воспользовался, но, – чтобы все ее узнали и осудили и таким образом навсегда предохранили себя от подобных заблуждений.

Евд де Мирвилль, книга которого о вращающихся столах недавно наделала столько шума, может быть и доволен и недоволен даваемым мною здесь решением проблем черной магии. Действительно, подобно ему, я подтверждаю ее реальность и чудесные результаты; так же, как и он, причиной их я считаю древнего змия, князя мира сего; мы не сходимся только в определении природы этого слепого агента, который одновременно, смотря по тому, кто им управляет, является инструментом всякого добра и зла, слугой пророков и вдохновителем колдуний. Словом, для меня дьявол – сила, временно служащая заблуждению, так же как смертный грех, по моему мнению, – упорство воли в абсурдном. Следовательно, де Мирвилль тысячу раз прав, но в то же время один раз и сильно не прав.

В царстве бытия произвол должен быть совершенно устранен. Ничто не совершается ни случайно, ни по прихоти доброй или злой воли. На небе две палаты, и палата Сатаны удерживается от заблуждений сенатом божественной мудрости.

16. Аин. П.

КОЛДОВСТВО

Fons

Oculus

Fulgur

Человек, смотрящий с нечистым желанием на женщину, оскверняет ее, – сказал великий Учитель. Мы выполняем все то, чего настойчиво желаем. Каждое реальное желание подтверждается актами; всякое желание, подтвержденное поступком, – действие. Каждое действие подчинено суду, и суд этот вечен. – Все это – догматы и принципы.

На основании этих принципов и догматов, добро или зло, которые вы желаете, как самим себе, так и другим, непременно исполнится, если вы подтверждаете свою волю и проявляете действиями свое решение.

Действия должны быть аналогичны желанию. Желание повредить кому-нибудь или заставить полюбить себя, чтобы быть действительным, должно быть подтверждено актами ненависти или любви.

Все, носящее на себе отпечаток человеческой души, принадлежит этой душе; все, что каким бы то ни было образом человек присвоил себе, становится его телом в самом широком значении этого слова; а все то, что делают с телом человека, посредственно или непосредственно ощущается его душой.

Поэтому-то моральная теология смотрит на всякое враждебное действие против ближнего как на начало человекоубийства.

Колдовство – человекоубийство, и человекоубийство тем более подлое, что оно ускользает от преследования закона, и жертва не может защищаться.

Установив этот принцип для успокоения собственной совести и предостережения слабых, – я смело утверждаю, что колдовство возможно. Более того, я утверждаю, что оно не только возможно, но, до некоторой степени, необходимо и фатально. Оно беспрестанно совершается без ведома лиц, производящих его и подвергающихся ему. Невольное колдовство – одна из ужаснейших опасностей человеческой жизни.

Страстная симпатия необходимо подчиняет пламенное желание сильной воле. Моральные болезни заразительней болезней физических, и иной успех увлечения и моды можно сравнить с проказой или холерой.

От дурного знакомства умирают также, как и от заразной болезни; ужасная болезнь, которая в Европе всего только несколько столетий наказывает за профанацию таинств любви, – откровение аналогичных законов природы и только слабое изображение морального извращения, ежедневно являющегося результатом подозрительной симпатии.

Рассказывают о ревнивом и подлом человеке, который, чтобы отомстить своему сопернику, заразил себя неизлечимой болезнью. Такова ужасная история каждого магиста или, вернее, колдуна, занимающегося колдовством. Он отравляет себя, чтобы отравлять других; он осуждает себя, чтобы мучить: он вдыхает ад, чтоб потом его выдохнуть; он смертельно ранит себя, чтоб умерщвлять других; обладая подобной печальной храбростью, он может быть вполне уверен, что отравит и убьет одним только стремлением своей развращенной воли.

Существуют страсти, убивающие так же, как ненависть, а доброжелательность мучит злых. Молитвы, с которыми обращаются к Богу, чтобы обратить кого-нибудь, приносят несчастье этому человеку, если он не хочет обратиться. Как я уже говорил, утомительно и опасно бороться против флюидических токов, производимых цепями объединенных волей.

Следовательно, существует два рода колдовства: колдовство невольное и колдовство произвольное. Можно также различать колдовство физическое от колдовства морального.

Сила притягивает силу, жизнь привлекает жизнь, здоровье притягивает здоровье; таков закон природы.

Если два ребенка живут вместе, а в особенности спят в одной комнате, – и один из них слаб, а другой силен, – сильный поглощает слабого, и тот погибнет. Поэтому-то необходимо, чтобы дети всегда спали одни.

В пансионах некоторые ученики поглощают ум других, и в каждом собрании скоро находится индивидуум, завладевающий волей других.

Как я уже заметил, колдовство посредством токов – самая обыкновенная вещь; толпа увлекает не только физически, но и морально. Но в этой главе мне предстоит главным образом констатировать почти абсолютную власть человеческой воли над определением своих поступков и влияние всякого внешнего проявления воли даже и на наружные вещи.

Произвольное колдовство еще и теперь часто наблюдается в наших деревнях, так как у невежественных и уединенно живущих лиц природные силы действуют совершенно не ослабляясь сомнением и не отклоняясь в сторону. Ненависть, откровенная, абсолютная и без всякой примеси отвергнутой страсти или личной жадности, – в известных обстоятельствах, есть смертный приговор для предмета этой ненависти. Я говорю "без примеси любовной страсти или жадности", потому что всякое желание, будучи в то же время притяжением, усовершенствует и уничтожает силу выбрасывания. Так, например, ревнивец никогда действительно не околдует своего соперника, и жадный наследник силой своей воли не сократит жизни скупого и живучего дядюшки.

Колдовство, производимое в подобных условиях, падает на того, кто его производит, и скорее полезно, чем вредно для лица, против которого оно направлено, так как освобождает его от злобы, которая, чрезмерно возбуждаясь, сама себя уничтожает.

Слово "колдовство" (envoutement) очень энергичное в своей галльской простоте, удивительно точно выражает обозначаемое им понятие: "околдовать" (envoulter) – значит взять и окутать кого-нибудь желанием, твердо выраженной волей.

Орудие колдовства – сам великий магический агент, который, повинуясь злой воле, становится тогда действительно и положительно демоном.

Так называемое колдовство, т.е. совершаемая с обрядами операция с целью повредить кому-нибудь, – действует только на самого оператора, и цель его колдовства – укрепить и подтвердить волю оператора, настойчиво и с силой ее формируя; эти два условия делают волю действительной.

Чем трудней и ужасней операция – тем она действительней, так как тем сильнее действует на воображение и подтверждает волю прямо пропорционально преодоленному ею сопротивлению.

Этим объясняются причудливость и даже жестокость черной магии в древности и в средние века, черные мессы, причащение гадов, пролитие крови, человеческие жертвы и другие чудовищности, являющиеся самой сущностью гётии, или нигромантии. Подобные действия во все времена навлекали на колдунов справедливую кару законов, В самой основе своей черная магия – сочетание святотатства и убийства с целью навсегда развратить человеческую волю и в живом человеке создать омерзительный призрак дьявола. Следовательно, это, собственно говоря, – религия дьявола, культ мрака, ненависть к добру, доведенная до высшей степени, воплощение смерти и создание ада.

Каббалист Боден, которого никоим образом нельзя считать слабым и суеверным умом, написал свою "Демономанию" специально для того, чтобы предостеречь против слишком опасного неверия. Изучением каббалы посвященный в секреты магии он приходил в ужас, думая об опасности, которой подвергнется общество, если людской злобе будет позволено пользоваться этой силой.

Поэтому он пытался сделать то же, что пробует сделать в паше время Евд де Мирвилль: он собрал массу фактов, не объясняя их, и указал невнимательной или занятой другими вещами науке на существование тайных влияний и преступных действий злой магии. На Бодена не обратили внимания, также как не обратят его в наше время и на Евд де Мирвилля. так как для того, чтобы повлиять на серьезных людей недостаточно указать на явления и предугадать их причину; нужно изучить эту причину, объяснить ее, доказать ее существование, а это как раз то, что пытаюсь сделать я. Буду ли я иметь больший успех?

От любви некоторых людей можно умереть также, как и от их ненависти: существуют страсти настолько поглощающие, что предмет подобной страсти умирает, подобно невестам вампиров. Не только злые мучат добрых, но и добрые, сами того не сознавая, мучат злых. Кротость Авеля была долгим и мучительным колдовством для свирепости Каина. У дурных людей ненависть к добру происходит от инстинкта самосохранения; впрочем, они не согласны признавать добром то, что их мучит, и чтобы быть спокойными, стараются обожествить и оправдать зло. По мнению Каина, Авель был лицемером и трусом, бесчестившим человеческую гордость своей постыдной покорностью божеству. Сколько должен был выстрадать этот первый убийца, прежде чем решиться на ужасное преступление против брата?

Авель пришел бы в ужас, если бы мог его понять.

Антипатия – предчувствие возможного колдовства, – как любви, так и ненависти, – ибо часто антипатия заменяется любовью. Астральный свет предупреждает нас о будущих влияниях, действуя на более или менее восприимчивую и живую нервную систему. Внезапная симпатия и любовь – вспышки астрального света, вполне точно, мотивированные и их можно объяснить и доказать так же точно, как и разряды сильных электрических батарей. Из этого можно видеть, сколько непредвиденных опасностей угрожает профану беспрестанно играющему с огнем на пороховых погребах, которых он не видит.

Мы насыщены астральным светом, и постоянно выбрасываем его и заменяем новым. Глаза и руки – нервные аппараты, назначение которых притягивать и выбрасывать. Полярность рук сосредоточивается в большом пальце; поэтому, следуя магическому преданию, еще сохранившемуся в наших деревнях, если вы находитесь в подозрительном обществе, надо держать большой палец согнутым и спрятанным в руке и, избегая пристально смотреть на тех, кого вы имеете основание бояться, в то же время – постараться первому взглянуть на них, чтобы избежать неожиданных флюидических выбрасываний и околдованных взглядов.

Существуют также некоторые животные, обладающие свойством прерывать токи астрального света, так как они его поглощают. Все эти животные сильно нам антипатичны, и взгляд их производит очаровывающее действие; таковы – жаба и ящерица. Эти животные, если их приручить и носить с собой или держать в комнатах, гарантируют от галлюцинаций и обольщений астрального опьянения; "астральное опьянение", – слово в первый раз употребляемое мной здесь и объясняющее все явления необузданных страстей, исступления ума и безумия.

Воспитывайте ящериц и жаб, носите их с собой, но только, ради Бога, не пишите, скажет мне ученик Вольтера. На это я могу ответить, что серьезно об этом подумаю, когда почувствую расположение смеяться над тем, чего я не знаю, и считать безумными людей, ни науку, ни мудрость которых не понимаю.

Парацельс, величайший из христианских магов, противопоставляет колдовству действия противоположного колдовства. Он составлял симпатические лекарства и прикладывал их не к больным органам, но к их изображению. Такое лечение сопровождалось чудесным успехом, и ни один врач никогда не достигал чудесных излечении Парацельса.

Но Парацельс открыл магнетизм задолго до Месмера и дошел до последних выводов из этого чудного открытия или, скорее посвящения в магию древних, которые гораздо лучше нас понимали природу великого магического агента, и не считали астральный свет, азот, универсальную магнезию мудрецов, особенным животным флюидом, исходящим только из некоторых особенных существ.

В своей оккультной философии Парацельс восстает против церемониальной магии; конечно, он знал ее страшную силу, но без сомнения, хотел опорочить ее деяния, чтобы дискредитировать черную магию. Он считает, что всемогущество мага заключается во внутреннем и тайном "magnes". – Самый опытный из современных магнетизеров не мог бы лучше выразиться. – Однако, для лечения болезней он рекомендует употребление магических знаков и, в особенности, талисманов. В восемнадцатой главе мне придется еще вернуться к талисманам Парацельса, излагая, по Гаффарелю, очень важный вопрос об оккультных иконографии и нумизматике.

От колдовства лечат также заменой, если она возможна, и разрывом или отвращением астрального тока. Деревенские традиции обо всем этом прямо удивительные, и, конечно, существуют много веков; это – остатки учения друидов, посвященных в мистерии Египта и Индии путешествующими иерофантами. В народной магии известно, что колдовство, т.е. определенное и подтвержденное поступками желание творить зло, всегда достигает своей цели, и колдун не может отказаться от своего злодеяния, не подвергая себя смертельной опасности. Колдун, освобождающий кого-нибудь от своих чар, должен иметь какой-нибудь другой предмет для своей злобы, иначе он уверен, что сам будет поражен и погибнет жертвой своего собственного колдовства. Так как астральное движение совершается по кругу, то всякое азотическое или магнетическое испускание, не встречающее своего "медиума", с силой возвращается к своей точке отправления; этим объясняется одна из самых странных историй священной книги – о демонах, посланных в свиней, которые бросились в море. Целью этого дела высшего посвящения было разорвать магнетический ток, зараженный злыми волями. – Имя мое легион, – говорил инстинктивный голос больного, – ибо нас много.

Одержание бесом – колдовство, и в наше время существует неисчислимое множество одержимых. Святому монаху, посвятившему себя служению помешанным, Илариону Тиссо, благодаря долгому опыту и практике христианских добродетелей, удалось излечить много больных, и, сам того не зная, он употребляет магнетизм Парацельса. Он приписывает большинство болезней либо расстройству воли самого больного, либо злому влиянию посторонней воли; все преступления он считает поступками безумных и хотел бы, чтобы злых лечили, как больных, а не раздражали их еще больше и делали неизлечимыми под предлогом наказания. Сколько пройдет времени, прежде чем монах Иларион будет признан гениальным человеком, и сколько серьезных людей, прочтя эту главу, скажет, что я и Иларион Тиссо должны лечить друг друга, следуя общим нам идеям и остерегаясь публиковать свои теории, если не хотим, чтобы нас приняли за врачей, которых нужно поместить в лечебницу для неизлечимо больных.

– И все-таки она вертится! – воскликнул Галилей, топнув ногой. – Вы познáете истину, и она сделает вас свободными, – сказал Спаситель человечества. Можно было бы добавить: Вы полюбите справедливость, и она сделает вас здоровыми. – Порок – яд даже для тела, а истинная добродетель – залог долгой жизни.

Методы, сопровождаемого обрядами колдовства, меняются сообразно времени и лицам; и все люди, коварные и господствующие над другими, сами открывают его секреты. Поступая таким образом, они инстинктивно следуют внушениям великого агента, который, как я уже говорил, превосходно приспособляется к нашим порокам и добродетелям; вообще, можно сказать, что мы подчиняемся воле других по аналогии с нашими склонностями и, в особенности, недостатками.

Поощрять чьи-нибудь слабости, – значит, завладеть этим человеком и сделать его своим орудием. Когда две аналогичных по своим недостаткам натуры подчиняются друг другу, происходит род замены слабого более сильным и настоящее одержание одного духа другим. Часто слабый сопротивляется, хочет возмутиться, и в результате становится еще более рабом. Так, Людовик XIV составлял заговоры против Ришелье, а потом получал прощение, выдавая своих соучастников.

Все мы имеем какой-нибудь преобладающий недостаток, и, влияя на него, враг всегда может завладеть нами; тщеславие для одних, лень для других, эгоизм для большинства. Если коварный и злой дух завладеет этим рычагом, – вы погибли. Вы становитесь тогда не помешанным, не идиотом, но отчужденным (aliene) в точном значении этого слова, т.е. подчиненным постороннему импульсу. В этом состоянии вы испытываете инстинктивный ужас ко всему тому, что может вернуть вам разум, и не хотите даже слышать увещаний, противоречащих вашему безумию. Это одна из опаснейших болезней, могущих повредить человеческую нравственность.

Единственное лекарство от этого колдовства – воспользоваться этим безумием, чтобы излечить его и заставить больного найти воображаемое удовлетворение в делах, противоположных тем, благодаря которым он погубил себя. Так, например, вылечить честолюбца, заставив его желать небесной славы, – лекарство мистическое; излечить распутника настоящей любовью – лекарство естественное; доставить тщеславному почетный успех; учить скупцов бескорыстию и доставить им справедливую выгоду посредством почетного участия в благородных предприятиях и т.д.

Реагируя таким образом на мораль, удается излечить большинство физических болезней, ибо нравственность влияет на телосложение, в силу магической аксиомы: "То, что находится вверху, подобно тому, что находится внизу". Поэтому же Учитель, говоря о паралитичной женщине, сказал: "сатана связал ее". Болезнь всегда происходит от недостатка или излишества, и в основе физической болезни вы всегда найдете моральное расстройство; это – неизменный закон природы.

17. Пхе. Р.

АСТРОЛОГИЯ

Stella

Os

Inflexus

Из всех искусств, происшедших из магизма древних, в настоящее время менее всего известна астрология. Не верят больше в мировые гармонии природы и необходимую связь всех следствий со всеми причинами. Впрочем, настоящая астрология, соединенная с единственным универсальным учением каббалы, была уже профанирована греками и римлянами времен упадка; учение о семи небесах и трех движущих силах, происшедшее сначала из сефиротической декады, характер планет, управляемых ангелами, имена которых были заменены именами языческих божеств, взаимное влияние сфер друг на друга, фатальность, соединенная с числами, лестница пропорции между небесными иерархиями, соответствовавшими иерархиям человеческим, – все это было материализовано и обращено в суеверие толкователями и составителями гороскопов времен падения римской империи и в средние века. Вернуть астрологию к ее первобытной чистоте – значило бы, некоторым образом, создать совершенно новую науку; я попытаюсь только указать первые ее принципы с их самыми непосредственными и ближайшими следствиями.

Я говорил уже, что астральный свет получает и сохраняет отпечатки видимых вещей; из этого следует, что ежедневное расположение неба отражается в этом свете, который, будучи главным деятелем жизни, посредством целой серии аппаратов, назначенных для этого природой, производит зачатие, развитие зародыша и рождение детей. Если же этот свет настолько богат образами, что придает плоду беременности видимый отпечаток фантазии или наслаждения матери, – то с тем большим основанием должен он передать пока еще изменчивому и непостоянному темпераменту новорожденного атмосферные впечатления и различные влияния, являющиеся в данный момент, во всей планетной системе, результатом того или иного особенного расположения светил.

В природе нет ничего безразличного: лишний булыжник на дороге может разбить или глубоко изменить судьбу величайших людей и даже империй; тем более место, занимаемое на небе тем или иным светилом, не может быть безразлично для судьбы родящегося ребенка, который самим своим рождением вступает в мировую гармонию звездного мира. Светила соединены между собой притяжениями, удерживающими их в равновесии и заставляющими правильно двигаться в пространстве; эти сети света идут ото всех сфер и ко всем сферам, и на каждой планете нет такой точки, с которой не соединялась бы одна из этих неразрушимых нитей. Точное место и час рождения должны быть вычислены истинным адептом астрологии; затем, когда он сделает точный расчет астральных влияний, ему остается сосчитать шансы состояния, т.е. те удачи или препятствия, которые со временем ребенок должен будет найти в своем общественном положении, в своих родителях, в полученном от них характере, а следовательно, и в своих природных способностях, необходимых для выполнения своего назначения. Кроме того, нужно принимать в расчет человеческую свободу и инициативу, если ребенку со временем удастся стать настоящим человеком и мужественной волей освободиться от роковых влияний и цепей судьбы. Как видите, я не слишком много приписываю астрологии; но то, что я ей оставляю, неоспоримо: научное и магическое вычисление вероятностей.

Астрология так же стара и даже древнее астрономии, и все мудрецы ясновидящей древности относились к ней с полным доверием; не следует осуждать и легкомысленно отвергать то, что дошло до нас окруженное и поддерживаемое столь внушительным авторитетом.

Долгие и терпеливые наблюдения, убедительные сравнения, часто повторявшиеся опыты должны были привести древних мудрецов к их выводам, и, чтобы их опровергнуть, нужно было бы возобновить в обратном направлении ту же работу. Быть может, Парацельс был последним великим практическим астрологом; он излечивал больных талисманами, сделанными по астральным влияниям, и распознавал на всех телах знаки господствующей звезды; таково было, по его мнению, истинное всеобъемлющее врачебное искусство, абсолютное знание природы, потерянное по вине людей и найденное только небольшим числом посвященных. Узнавать знак каждого светила на людях, животных и растениях – истинное естествознание Соломона, наука, которую считают потерянной, однако ее принципы, подобно многим другим секретам, сохранились в символизме Каббалы. Понятно, что для того, чтобы читать письмо звезд, нужно знать сами звезды; знание это достигается каббалистическим "домостроительством" (domification) неба и пониманием каббалистической планисферы, найденной и объясненной Гаффарелем. На этой планисфере созвездия образуют еврейские буквы, и мифологические фигуры могут быть заменены символами Таро. К этой же планисфере Гаффарель относит происхождение письма патриархов, и в цепях притяжения светил можно найти первые начертания примитивных букв; следовательно, небесная книга послужила моделью для книги Еноха, и каббалистическая азбука – сокращение всего неба. Здесь нет недостатка в поэзии и, в особенности, в вероятии; чтобы убедиться в этом, нам достаточно будет изучить Таро, изначальную иероглифическую книгу Еноха, как это понял ученый Вильгельм Постель.

Следовательно, знаки, запечатлевшиеся в астральном свете вследствие отражения и притяжения светил, воспроизводятся, как это открыли мудрецы, на всех телах, образующихся при содействии этого света. Знак звезды помещается у людей, главным образом, на лбу и на руках; животные отражают его всей своей формой и особенными признаками; на растениях он виден в листьях и зерне, в минералах – в прожилках и в фигуре излома. Парацельс посвятил всю свою жизнь изучению этих признаков, и изображения его талисманов – результат его изысканий; к сожалению, он не дал ключа к ним, и предстоит еще создать астральную каббалистическую азбуку. Наука не условного магического письма, для гласности, остановилась на планисфере Гаффареля.

Серьезное искусство прорицания всецело основано на знании этих знаков. Хиромантия – искусство читать по линиям руки письмо звезд, и метопоскопия ищет таких же или аналогичных им знаков на лбу лиц, советующихся с ней. Действительно, складки, образованные на человеческом лице нервными сокращениями, фатально произведены, и излучение нервной ткани абсолютно аналогично сетям, образуемым между мирами цепями притяжения светил. Следовательно, фатальности жизни необходимо записываются в наших морщинах, и часто, по первому взгляду, мы распознаем на лице неизвестного нам человека одну или много таинственных букв каббалистической планисферы. Эта буква – целая мысль; и мысль эта должна господствовать над всем существованием этого человека. Если буква выражена с трудом, – в этом человеке происходит борьба между роком и волей, и в его эмоциях и наиболее сильных наклонностях все его прошлое открывается магу; тогда легко уже предугадать будущее, а если события иногда и обманывают прозорливость гадателя, – все таки спрашивающий совета приходит в изумление и остается убежденным в сверхчеловеческом знании адепта.

Голова человека устроена по образцу небесных сфер; она притягивает и излучает, она же при зачатии ребенка прежде всего проявляется и образуется. Следовательно, она абсолютно подчиняется астральному влиянию. и различными своими выпуклостями свидетельствует о таких же его притяжениях. Следовательно, френология должна найти свое выражение в научной и усовершенствованной астрологии, проблемы которой я и указываю терпению и доброй вере ученых.

По учению Птолемея, солнце сушит, и луна увлажняет; по мнению каббалистов, солнце изображает строгую справедливость, а луна сочувствует милосердию. Солнце производит бурю, а луна посредством плавного атмосферного давления заставляет море прибывать, убывать и как бы дышать. В "Зогаре", одной из великих священных книг каббалы, рассказывается, что "магический змий, сын Солнца, собирался пожрать мир, когда море, дочь луны, поставило ногу ему на голову и укротило его". Поэтому же у древних Венера считалась дочерью моря, а Диана отождествлялась с Луной; поэтому же имя Мария обозначает морскую звезду или соль. Чтобы сделать священным для народных верований этот каббалистический догмат, сказано на пророческом языке: "женщина должна раздавить голову змея".

Иероним Кардан, один из самых отважных искателей и бесспорно самый искусный астролог своего времени; Иероним Кардан, если верить легенде о его смерти, ставший мучеником своей веры в астрологию, оставил после себя способ вычисления, посредством которого каждый может предвидеть счастье или несчастье на каждый год своей жизни, Он основывает свою теорию на собственных опытах и уверяет, что это вычисление никогда его не обманывало. Чтобы узнать, какова будет судьба какого-нибудь года, он резюмирует события, предшествовавших ему годов по 4, 8, 12, 19 и 30; 4 – число реализаций; 8 – Венеры или вещей естественных; 12 – число цикла Юпитера, соответствует успехам; числу 19 соответствуют циклы Луны и Марса; 30 – число Сатурна, или фатальности. Так, например, если я хочу знать, что случится со мной в этом, 1855-м году, – я восстановлю в своей памяти все, что случилось со мной решительного и реального, в отношении прогресса и жизни, четыре года тому назад, счастливые и несчастные происшествия восемь лет тому назад, то, что я смог считать успехом или неудачей 12 лет тому назад, превратности, несчастий и болезни, случившиеся со мной 19 лет назад, – и то, что я испытал печального и фатального 30 лет тому назад; затем, принимая в расчет дела, безвозвратно законченные, и прогресс века, я рассчитываю на случайности, аналогичные тем, которыми я уже был обязан влиянию тех же планет, – и говорю: в 1851 году у меня были умеренно, но достаточно прибыльные занятия с некоторыми затруднениями; в 1847 я был насильственно разлучен с семьей; и это разлучение причинило много страдания мне и моим близким, в 1843 я путешествовал в качестве проповедника, говорил народу, и меня преследовали злонамеренные люди, – короче говоря, меня чествовали и осуждали; наконец, в 1825 для меня прекратилась семейная жизнь, и я окончательно вступил на роковой путь, приведший меня к науке и несчастию.

Следовательно, я могу рассчитывать, что в этом году у меня будут работа, бедность, денежные затруднения, сердечное горе, перемена места, выступления перед публикой, ссоры и решительное для всей остальной моей жизни событие; и уже в настоящем достаточно оснований, чтобы верить в это будущее. Из этого я заключаю, что для меня на этот год опыт вполне подтверждает справедливость астрологического вычисления Кардана.

Впрочем, это вычисление относится к вычислению климатерических, вернее, климактерических годов древних астрологов. "Климактерические" – значит, расположенные по лестницам или вычисленные по ступеням лестницы. Иоанн Тритем, в своем сочинении "О второпричинах" (Des causes secondes) очень тщательно вычислил возврат счастливых или несчастных лет для всех империй мира; в 21-й главе "Ритуала" я дам точный и более понятный, чем само сочинение, анализ этой книги с продолжением работы Тритема до нашего времени и применением его магической лестницы к современным событиям, чтобы вывести из них наиболее поразительные вероятности ближайшего будущего Франции, Европы и мира.

По учению всех великих учителей астрологии, кометы – звезды исключительных героев, и посещают землю, чтобы возвестить ей о великих переменах; планеты управляют собраниями существ и изменяют судьбу человеческих обществ, звезды, более далекие и более слабые по своему действию, притягивают отдельные личности и располагают их влечениями: иногда целая группа звезд влияет на судьбу одного человека, и часто большое число душ притягивается отдаленными лучами одного и того же солнца. Когда мы умираем, наш внутренний свет уходит, следуя притяжению своей звезды, и таким образом мы оживаем в других вселенных, где душа создаст себе новое одеяние, аналогичное прогрессу или уменьшению своей красоты, – так как наши души, отделившись от своих тел, походят на падающие звезды; это – шарики одушевленного света, всегда стремящиеся к своему центру, чтобы вернуть себе равновесие и движение; но прежде всего они должны освободиться от объятий змия, т.е. неочищенного астрального света, который окружает их и держит в плену, пока не подымет их вверх сила воли. Погружение живой звезды в мертвый свет – ужасная пытка, которую можно сравнить с муками Мезенция.

Там душа одновременно мерзнет и горит, и единственный способ освободиться от него, – вернуться в ток внешних форм и войти в телесную оболочку, затем энергично бороться с инстинктом, чтобы укрепить моральную свободу, которая позволит ей в момент смерти разорвать земные цепи и с торжеством улететь к утешительнице-звезде, свет которой ей улыбается.

Из этих данных можно понять, что такое адский огонь, тождественный с демоном или древним змием; в чем состоит спасение и осуждение людей, которые все призваны и постепенно все становятся избранными, но только в небольшом числе, после того как по собственной вине подвергались опасности попасть в вечный огонь.

Таково великое и прекрасное откровение магов, откровение-мать всех символов учений и культов.

Из этого можно уже видеть, насколько ошибался Дюппи, считая, что все религии произошли из одной астрономии. Наоборот, астрономия произошла из астрологии, а астрология изначально является одной из ветвей святой Каббалы, науки наук и религии религий.

На семнадцатой странице Таро мы видим удивительную аллегорию: голая женщина, без покрывала, одновременно изображающая Истину, Природу и Мудрость, наклоняет к земле две урны и льет на нее огонь и воду; над ее головой сверкает звездное семерное вокруг восьмиконечной звезды, звезды Венеры, символа мира и любви; вокруг женщины зеленеют земные растения, и на одном из них сидит бабочка Психеи, эмблема души, замененная на некоторых копиях священной книги птицей, символом более египетским и, вероятно, более древним. Это изображение, носящее в современном Таро название "Звезды", аналогично многим герметическим символам и не без аналогии со сверкающей звездой посвященных масонства, выражающей большинство тайн секретного учения Розенкрейцеров.

18. Цад. С.

ЛЮБОВНЫЕ НАПИТКИ И ПОРЧА

Jnstita

Mysterium

Canes

Теперь я нападаю на самое преступное из всех возможных злоупотреблений магическими науками: магию, или вернее колдовство, отравительницу. Думаю, должно быть понятно, что я пишу не для того, чтобы научить, но чтобы предупредить.

Если бы человеческое правосудие, свирепствуя против адептов, настигало только негромантов и колдунов-отравителей, то конечно, как я уже замечал, эти строгости были бы справедливы, и самые строгие устрашения не были бы чрезмерными против подобных преступников.

Однако не следует думать, что власть над жизнью и смертью, секретно принадлежащая магу, всегда проявлялась только для удовлетворения подлой мести или еще более подлой алчности. В средние века, так же как и в античном мире, магические ассоциации часто поражали как громом или заставляли медленно гибнуть лиц, открывавших или профанировавших тайны; и когда нужно было воздержаться от поражения магическим мечом, когда приходилось бояться пролития крови – тоффанская вода (aqua toffana), нарушенные букеты, рубахи Несса и другие, менее известные и более странные инструменты смерти, рано или поздно служили для выполнения страшного приговора вольных судей.

Я говорил уже, что в магии существует великая и не могущая быть открытой тайна, которую никогда не сообщают адептам и которую, в особенности, надо помешать угадать профанам: некогда, если кто-нибудь открывал или позволял другим найти ее, неразумно открывая ключ к этой высшей тайне, его тотчас же присуждали к смерти и часто заставляли самого быть исполнителем приговора.

Знаменитый пророческий обед Казотта, описанный Лагарпом, до сих пор не был понятен, и Лагарп, рассказывая о нем, поддался довольно естественному желанию изумить своих читателей, преувеличив детали. Все, присутствовавшие на этом обеде, за исключением Лагарпа, были посвященные и открыватели или, по малой мере, профанаторы тайн. Казотт, выше всех их стоявший на лестнице посвящения, произнес всем смертный приговор от имени иллюминизма; и этот приговор различно, но строго был выполнен, подобно многим другим приговорам, за много лет и столетий перед тем произнесенным против аббата де Виллар, Урбана Грандье и многих других; и философы-революционеры погибли, как должны были также погибнуть Калиостро, покинутый в темницах инквизиции, мистическая банда Екатерины Теос, неразумный Шеперер, вынужденный убить себя в самый разгар своих магических триумфов и всеобщего увлечения, дезертир Коцебу, убитый Карлом Сандом, и столько других, трупы которых находили, не зная причины их внезапной и кровавой смерти.

Припомните странную речь, с которой обратился к самому Казотту, присуждая его к смертной казни, президент революционного суда, его сотоварищ и сопосвященный. Страшный узел драмы 93-го года до сих пор еще скрыт в самом темном святилище тайных обществ; чистосердечным адептам, хотевшим освободить народы, другие адепты противоположной секты, ведшие свое начало от более древних преданий, оказали страшное сопротивление, воспользовавшись аналогичными средствами: они сделали невозможным практическое употребление великой тайны, открыв ее теорию. Толпа ничего не поняла, но стала всем не доверять и, пав духом, пала ниже того состояния, из которого ее хотели поднять. Великая тайна осталась более тайной, чем когда бы то ни было раньше; адепты же, взаимно нейтрализуя, не могли проявлять ее могущества ни для того, чтобы господствовать над другими, ни для того, чтобы освободить самих себя; поэтому они взаимно осуждали друг друга, как изменников, и присуждали одни других к изгнанию, самоубийству, кинжалу и эшафоту.

Может быть, меня спросят, угрожают ли и в наше время столь странные опасности как лицам, хитростью вторгшимся в тайное святилище, так и тем, кто открывает тайну.

С какой стати я буду отвечать неверию любопытных? Если ради того, чтобы научить их, я подвергаю себя опасности насильственной смерти, – конечно, они меня не спасут; если же они боятся за самих себя, – пусть воздержатся от неразумных поисков; вот все, что я могу им ответить. Возвращаюсь к магии-отравительнице. Александр Дюма в своем романе "Граф Монте Кристо" открыл некоторые приемы этой мрачной науки. Я не стану повторять за ним печальные теории преступления, – как отравляют растения, как мясо животных, которых кормят отравленными растениями, становится вредным для здоровья и может, становясь, в свою очередь, пищей людей, причинить им смерть, причем не останется никакого следа яда; я не буду объяснять, каким образом ядовитыми мазями отравляют стены домов и воздух, которым дышат, курениями, для употребления которых оператор должен надевать стеклянную маску Сант-Круа; оставим древней Канидии ее гнусные тайны и не будем стараться узнать, насколько усовершенствовали адские обряды Сатаны искусство Локусты. Достаточно сказать, что эти злодеи самого худшего сорта одновременно перегоняли болезнетворные яды заразных болезней, яд гадов и ядовитый сок растений; у грибовидных опухолей они заимствовали их ядовитую и наркотическую жидкость, от дурмана – его удушающее начало, от персикового дерева и лавровишни – яд, одна капля которого, принятая внутрь или влитая в ухо, поражает как ударом грома и убивает самое сильное существо. Они кипятили с белым соком молочая молоко, в котором топили гадов и аспидов; они старательно собирали и привозили с собой из своих путешествий, – или покупали, тратя на это крупные суммы, – сок манценилло или смертоносные яванские плоды, сок маниака и другие яды превращали в порошок-кремень, смешивали с нечистым пеплом высушенную слюну гадов; составляли омерзительные напитки, примешивая туда болезнетворный яд разгоряченных кобыл или выделения сук во время течки. Человеческая кровь смешивалась с омерзительными составами, и получалось масло, убивавшее одним своим зловонием; это напоминает торт Папурга. Писали даже рецепты отравления, скрывая их под техническими терминами алхимии, и во многих старых книгах, считающихся герметическими, порошок для превращения металлов – это порошок для получения наследства.

В большой волшебной книге (Grimoire) мы находим один из таких рецептов, скрытый менее других и только озаглавленный "Способ делать золото"; это ужасный декокт яри-медянки, купороса, мышьяка и древесных стружек; чтобы быть годным для употребления, он должен тотчас же уничтожить погруженную в него ветку и быстро разъесть гвоздь. Жан-Баптист Порта, в своей естественной магии, дает рецепт яда Боржиа, но, как и следовало ожидать, он смеется над своими читателями и не открывает истины, слишком опасной в подобных вещах. Поэтому, чтобы только удовлетворить любопытство читателей, я могу привести здесь рецепт Порты.

Жаба сама по себе не ядовита, но она, как губка, впитывает в себя яды; это – гриб животного царства. Итак, возьмите большую жабу, говорит Порта, и посадите ее в банку вместе с гадюками и аспидами; в течение многих дней давайте им только ядовитые грибы, наперстянку и цикуту; затем раздражайте их, ударяя, обжигая и мучая всевозможными способами, до тех пор, пока они не издохнут от злости и голода; потом, пересыпав их измельченными в порошок хрусталем и молочаем, положите в хорошо закупоренную реторту и, медленно нагревая, удалите всю влагу; дав остыть, отделите пепел трупов от несгоревшего порошка, оставшегося на дне реторты; таким образом вы получите два яда: жидкость и порошок. Жидкость будет также действительна, как и ужасная Тоффанская вода; порошок же иссушит в несколько дней, а затем умертвит среди ужасных страданий или полного расслабления того, кто примет щепотку его, подмешанную к какому-нибудь напитку. Нужно признать, что этот рецепт имеет самый мерзкий и грязный вид и до тошноты напоминает гнусную стряпню Канидии и Медеи.

Подобные порошки получали, по их словам, средневековые колдуны на шабаше и затем за большие деньги продавали невежеству и ненависти; благодаря всеобщей вере в подобные тайны, они распространяли ужас по деревням и наводили порчу. Как только воображение ее было поражено и нервная система затронута, жертва быстро угасала, и самый ужас родителей и друзей ускорял ее гибель, Колдун или колдунья почти всегда представляли собой род человеческой жабы, совершенно распухшей от старой злобы; они были бедны, всеми отвергнуты и, следовательно, злобны. Страх, внушаемый ими, являлся для них утешением и местью; сами отравленные обществом, которого они знали только отбросы и пороки, они, в свою очередь, отравляли лиц настолько слабых, чтобы их бояться, и мстили красоте и молодости за свою проклятую дряхлость и непростительное безобразие.

Подобные гнусные действия и совершение этих отвратительных таинств составляли и подтверждали существование того, что в то время называлось договором со злым духом. Конечно, оператор должен был принадлежать злу душой и телом и, по справедливости, заслуживал всеобщее осуждение, выраженное в аллегории об аде. Без сомнения, нас должно удивлять и огорчать, что люди могут доходить до такой степени злобы и безумия; но разве самая низкая глубина не нужна, как основание, для высоты самых величественных добродетелей, и не доказывает ли пропасть ада, как антитеза, бесконечных высоты и величия неба?

На севере, где инстинкты более обузданы и долговечны, и в Италии, где страсти экспансивней и пламенней, до сих пор еще боятся порчи и дурного глаза. В Неаполе нельзя с презрением относиться к "жеттатуре" (дурному глазу), и по некоторым внешним признакам можно распознать лиц, одаренных этой несчастной способностью. Чтобы гарантировать себя от них, надо носить на себе рога, говорят сведущие люди, и толпа, буквально все понимающая, спешит украсить себя маленькими рогами, не стараясь понять смысла этой аллегории. Рога, атрибут Юпитера, Аммона, Вакха и Моисея – символ моральной силы или энтузиазма; и, чтобы не бояться жеттатуры, нужно властвовать над фатальным током инстинктов посредством великих смелости, энтузиазма или мысли. Таким же образом почти все народные суеверия представляют собой невежественное толкование какой-нибудь великой аксиомы или чудесной тайны оккультной мудрости. Разве Пифагор, написав свои удивительные символы, не завещал мудрецам совершенную философию, а толпе новую серию пустых обрядов и смешных обычаев? Так, разве не давал он под видом крайне прозрачных аллегорий правил милосердия, как социального, так и частного, говоря: "Не собирай того, что упало со стола, не руби деревьев на большой дороге, не убивай змею, упавшую в твою ограду?" И, когда он говорит: "не смотрись в зеркало при свете факела", – разве это не остроумный способ научить истинному познанию самого себя, которое не совместимо с искусственным светом и предрассудками систем? Так же обстоит дело и с другими предписаниями Пифагора, которым, как известно, буквально следовала толпа глупых учеников, так что очень многие из суеверных обрядов наших деревень, очевидно, ведут свое начало от первоначального непонимания символов Пифагора.

Суеверие (superstition) происходит от латинского слова, которое значит переживать; это – знак, переживший мысль, это – труп религиозной практики. Суеверие так же относится к посвящению, как понятие о дьяволе к идее Бога. Именно поэтому и запрещен культ образов, и самый святой в своей первой концепции догмат может сделаться суеверным и нечестивым, если потеряны его значения. Тогда религия вечно единая, подобно высшему разуму, меняет свое одеяние и оставляет старые обряды жадности и плутовству одряхлевших жрецов, превратившихся благодаря своим бездельничеству и невежеству в шарлатанов и обманщиков.

С суевериями можно сравнить магические эмблемы и знаки, которые люди, уже не понимая их значения, продолжают наобум вырезать на амулетах и талисманах. Магические изображения древних были пантаклями, т.е. каббалистическим синтезом. Колесо Пифагора – пантакль, аналогичный колесу Езекииля; оба они изображают одинаковые тайны и философию; это – ключ ко всем пантаклям, и я уже говорил о нем. Четыре животных, или, вернее, четырехголовые сфинксы того же пророка, тождественны с удивительным индусским символом, изображение которого я даю здесь и который относится к учению о великой тайне. Святой Иоанн в своем "Апокалипсисе" скопировал и расширил Езекииля, и все чудовищные изображения этой чудесной книги представляют собой магические пантакли, ключ к которым легко находят каббалисты.

Но христиане, отвергнув науку, чтобы усилить веру, позже захотели скрыть происхождение своего учения и предали огню все сочинения по каббале и магии. Уничтожить оригиналы – значит придать подобие оригинальности копиям, и, без сомнения, святой Павел прекрасно понимал это, когда, конечно, с самым похвальным намерением, совершал в Эфесе свое научное аутодафе. Так само спустя шесть столетий Омар вынужден был принести в жертву оригинальности "Корана" Александрийскую библиотеку; и, кто знает, не пожелает ли в будущем новый апостол сжечь наши литературные музеи для пользы какого-нибудь религиозного увлечения и недавно распространенной легенды?

Изучение талисманов и пантаклей – один из самых любопытных отделов магии и относится к исторической нумизматике.

Существуют индусские, египетские и греческие талисманы, каббалистические медали, доставшиеся нам от древних и современных евреев, гностический абраксас, византийские амулеты, таинственные монеты, употребляемые членами тайных обществ и иногда называемые жетонами шабаша, затем медали Тамплиеров и украшения масонов. Коглепиус в своем "Трактате о чудесах природы" описывает талисманы Соломона и раввина Хаеля. Изображение очень многих других, притом наиболее древних, помещено в магических календарях Тихо-Браге и Дюшанто и должно быть воспроизведено целиком или отчасти в списках посвящения Рагона, обширном и ученом сочинении, к которому я и отсылаю читателя.

19. Коф. Т.

ФИЛОСОФСКИЙ КАМЕНЬ – ЭЛАГАБАЛ

Vocatio

Sol

Aurum

Древние обожали солнце под видом черного камня, называвшегося ими Элагабалом, или Гелиогабалом. Что означал этот камень, и каким образом мог он быть изображением самого яркого светила?

Ученики Гермеса, прежде чем пообещать своим адептам эликсир долгой жизни и порошок для превращения, советуют им искать философский "камень".

Что же это за "камень" и почему камень?

Великий посвятитель христиан приглашает своих верующих строить на "камне", если они не хотят, чтобы постройки их были разрушены. Он сам называет себя краеугольным "камнем" и говорит самому верующему своему апостолу: "Ты – Петр ("Pierr"), ибо ты тот камень ("pierre"), на котором я построю церковь мою".

Этот "камень", говорят учителя алхимии, – истинная философская соль, на одну треть входящая в состав азота. Азот же, как известно, имя великого герметического агента и настоящего философского деятеля; поэтому они изображают свою соль в виде кубического камня, как это можно видеть в 12-ти ключах Василия Валентина и аллегориях Тревизана.

Итак, что же, на самом деле, представляет собой этот камень? Это – основание абсолютной философии, высший и непоколебимый разум. Прежде чем думать о металлическом делании, нужно навсегда укрепиться в абсолютных принципах мудрости, нужно обладать тем разумом, который служит пробным камнем истины. Человек с предрассудками никогда не будет царем природы и властелином превращений. Итак, прежде всего необходим философский камень: но как его найти? Гермес учит нас этому в своей изумрудной таблице. Нужно отделить тонкое от плотного с большим старанием и чрезвычайным вниманием. Точно так должны мы отделить наши уверенности от наших верований и совершенно разделить область науки от области веры; хорошенько понять, что мы не знаем того, во что верим, и не верим больше ни в одну из тех вещей, которые узнали. Таким образом, сущность дел веры – неизвестное и неопределенное; и совершенно противоположное надо сказать о делах науки. Из этого надо заключить, что наука основывается на разуме и опыте, тогда как основа веры – чувство и разум.

Другими словами, философский камень – настоящая уверенность, которую человеческое благоразумие обеспечивает добросовестным исследованиям и скромному сомнению, тогда как религиозный энтузиазм приписывает ее исключительно вере. В действительности же достоверность не принадлежит ни разуму без стремлений, ни безрассудным стремлениям; истинная достоверность – взаимное согласие знающего разума с верующим чувством. Окончательный союз разума и веры будет достигнут не абсолютным их различением и разделением, но взаимным контролем и братским содействием. Таково значение двух колонн портика Соломона, из которых одна называется Жакин, а другая – Богаз, одна белая, а другая черная. Они различны и разделены, они даже на вид противоположны; но, если слепая сила захочет, сблизив, соединить их, обрушится свод храма, так как разделенные они имеют одинаковую силу, соединенные же представляют собой две взаимно уничтожающиеся силы. По той же причине духовная власть тотчас же ослабляет себя, как только хочет узурпировать светскую, а светская власть гибнет жертвой своих захватов духовной власти. Григорий VII погубил папство, и цари-схизматики губили и будут губить монархию. Человеческое равновесие нуждается в двух ногах, миры тяготеют к двум силам, рождение требует двух полов. Таково значение тайны Соломона, изображаемой двумя колоннами храма, Жакином и Богазом.

Солнце и луна алхимиков соответствуют тому же символу и способствуют совершенству и прочности философского камня. Солнце – иероглифический знак истины, ибо оно – видимый источник света, а неотесанный камень – символ устойчивости. Поэтому древние маги принимали камень Элагабал за самое изображение солнца, и по той же причине средневековые алхимики указывали на философский камень, как на первое средство делать философское золото, т.е. превращать все жизненные силы, изображаемые шестью металлами, в золото, т.е. в истину и свет; такова первая и необходимая операция великого делания, ведущая к второстепенным приспособлениям и позволяющая творцам духовного и живого золота, владельцам истинных философских солей, ртути и серы, посредством аналогий природы, находить натуральное и грубое золото.

Следовательно, найти философский камень – значит открыть абсолют, как это, впрочем, и говорят все учителя. Абсолют же – то, что не допускает больше ошибок; это неподвижность летучего, порядок воображения, самая необходимость бытия, это неизменный закон разума и истины; абсолют – это то, что есть. Но то, что есть, в некотором роде, идет прежде того, кто есть. Сам Бог существует не без причины и может существовать только в силу высшего и неизменного разума. Следовательно, этот разум и есть абсолют; в него-то мы и должны верить, если хотим, чтобы наша вера имела разумное и прочное основание. В наше время смогли сказать, что Бог – только гипотеза; но абсолютный разум не гипотеза, он присущ бытию.

Святой Фома сказал: "Вещь справедлива не потому, что так хочет Бог, но Бог хочет этого потому, что она справедлива". Если бы святой логически вывел все следствия из этой прекрасной мысли, он нашел бы философский камень; вместо того, чтобы удовольствоваться ролью ангела школы, он сделался бы ее реформатором.

Верить в разум Бога и в Бога разума, значит сделать атеизм невозможным. Атеистов создали идолопоклонники. Когда Вольтер говорил: "Если бы Бога не было, его следовало бы выдумать", – он скорее чувствовал, чем понимал разум Бога. Действительно ли есть Бог? – Я ничего не знаю об этом, но я хочу, чтобы так было, и потому верю в него. Таким образом, формулированная вера – вера разумная, ибо она допускает сомнение науки; и, действительно, мы верим только вещам, которые, кажутся вероятными, но которых мы не знаем. Думать иначе – значит бредить; говорить иначе – значит выражаться как мечтатель или фанатик. Но не таким людям обещан философский камень.

Невежды, совратившие примитивное христианство с его пути, заменив науку верой, опыт мечтой, а реальное фантастическим, и инквизиторы, в течение стольких веков ведшие против магии истребительную войну, – покрыли мраком древние открытия человеческого ума, так что теперь нам приходится ощупью искать ключ к явлениям природы. И все явления природы зависят от единого и неизменного закона, также изображаемого философским камнем, и, в особенности, его символической формой, т.е. кубом. Этот закон, выраженный в каббале четверным, доставил евреям все тайны их божественной тетраграммы. Следовательно, можно сказать, что философский камень, подобно небесному Иерусалиму святого Иоанна, квадратен во всех смыслах, что на одной из сторон его написано имя

Учение и ритуал высшей магии
, а на другой – "Бога", что на одной его поверхности находится надпись "Адам", на другой – "Heva" и на двух остальных – "Азот" и "Inri". В заголовке французского перевода сочинения де Нюизмен о философской соли дух земли изображен стоящим на кубе, по которому перебегают огненные языки; вместо фаллoса у него кадуцей; на груди его солнце и луна; он бородат, в короне и держит в руке скипетр.

Это – "Азот" мудрецов на своем пьедестале из соли и серы. Иногда придают этому изображению символическую голову козла Мендеса; тогда это – Баерометр Тамплиеров, козел шабаша и слово гностиков. Все эти причудливые изображения, ставшие пугалом толпы, а раньше бывшие предметом размышления мудрецов, – невинные иероглифы мысли и меры, послужившие предлогом для неистовых преследований. Как несчастны люди в своем невежестве, и как стали бы они презирать самих себя, если бы о нем узнали!

20. Реш. У.

УНИВЕРСАЛЬНАЯ МЕДИЦИНА

Caput

Resurrectio

Circulus

Большинство наших физических болезней является результатом болезней моральных, согласно единственному и универсальному магическому догмату и в силу закона аналогии.

Сильная страсть, которой мы предаемся, всегда имеет отношение к тяжелой болезни, которую мы себе приготовляем. Смертные грехи названы так потому, что они физически и положительно умерщвляют.

Александр Великий умер от гордости. Он был по природе воздержан и предался излишествам, которые причинили ему смерть. Франциск I умер от прелюбодеяния.

Людовик XV умер от своего Оленьего парка.

Когда Марат был убит, он умер от гнева и зависти. Он страдал мономанией гордости, одного себя считал справедливым и желал убить все, что не было Маратом.

Многие наши современники умерли от обманутого честолюбия после февральской революции.

Как только ваша воля бесповоротно утвердилась в стремлении к абсурду, – вы умерли, и не далек подводный камень, о который вы разобьетесь.

Следовательно, воистину можно сказать, что мудрость сохраняет и удлиняет жизнь.

Великий Учитель сказал: "Плоть моя пища, и кровь моя – питье. Ешьте мою плоть, пейте мою кровь, и вы будете иметь жизнь". И, так как толпа роптала, Он добавил: "Плоть – ничто, слова, которые я говорю вам, – дух и жизнь". Следовательно, Он хотел сказать: утоляйте жажду моим духом и живите моей жизнью.

И перед смертью Он соединил воспоминание о своей жизни со знаком хлеба, а духа – со знаком вина, и таким образом установил общение веры, надежды и милосердия.

В том же смысле учителя-герметисты говорили: сделайте золото годным для питья, и вы будете обладать универсальной медициной, т.е. – приспособите истину к вашим обычаям, пусть она станет источником, из которого вы будете ежедневно пить, и вы в самих себе найдете бессмертие мудрецов.

Воздержание, покой души, простота нравов, спокойствие и разум воли делают человека не только счастливым, но и здоровым, и сильным. Делая себя разумным и добрым, человек становится бессмертным. Мы сами создаем свою судьбу, и Бог не может спасти нас без нашего содействия.

Для мудреца смерть не существует: смерть – призрак, ставший ужасным вследствие невежества и слабости толпы.

Перемена доказывает движение, и движение свидетельствует о жизни. Даже труп не разложился бы, если бы был мертв; все входившие в состав его молекулы живы и движутся, чтобы освободиться. И вы думаете, что дух отделился первым, чтобы перестать жить! Вы верите, что мысль и любовь могут умереть, когда не умирает даже грубая материя! Если же перемена должна называться смертью, то мы ежедневно умираем и возрождаемся, так как ежедневно меняются наши формы.

Итак, будем опасаться замарать и разорвать наше одеяние, но не будем бояться покинуть его, когда наступит час покоя.

Бальзамирование и сохранение трупов – противоестественное суеверие: это попытка создать смерть, это насильственное обездвиживание субстанции, в которой нуждается жизнь. Но не следует также слишком спешить уничтожать трупы: ничто не совершается скоро в природе, и не следует отваживаться насильно разрывать узы отделяющейся души.

Смерть никогда не бывает внезапной; подобно сну, она происходит постепенно. Пока кровь не вполне охладела, пока нервы могут трепетать, – человек не вполне умер, и, если ни один из необходимых для жизни органов не уничтожен, душа может быть призвана назад либо случайно, либо сильной волей.

Философ, сказавший, что он скорее усомнится по всеобщем свидетельстве, чем поверит воскрешению умершего, – сказал нелепость, так как только на основании веры во всеобщее свидетельство, он верил в невозможность воскрешения. Предположим, что воскрешение доказано; что же следует из этого? – Нужно отрицать очевидность или отказаться от разума? – Это было бы нелепое предположение. Попросту придется заключить, что ошибочно считали воскрешение невозможным. "Ab actu ad posse valet consecutio".

Смело утверждаю, что воскрешение возможно, даже и случается оно гораздо чаще, чем думают. Многие лица, смерть которых была юридически и научно констатирована, были найдены в своем гробу, правда, мертвыми, но оживавшими и изгрызшими руки, чтобы открыть артерии и посредством новой смерти спастись от ужасных страданий. Врач скажет, что эти лица не умерли, но находились в летаргии. Но что такое летаргия? – Это название, которое вы даете начавшейся смерти, которая не оканчивается: смерти, которую опровергнет возвращение к жизни. Люди всегда легко отделываются от затруднений словами, когда не могут что-нибудь объяснить.

Душа соединена с телом чувствительностью, и как только прекращается чувствительность, это верный признак того, что душа удаляется. Магнетический сон – летаргия или искусственная и по желанию излечимая смерть. Эфиризация или оцепенение, производимое хлороформом, – настоящая летаргия, иногда оканчивающаяся смертью, когда душа, счастливая споим кратковременным освобождением, делает усилие воли, чтобы уйти окончательно; это возможно для победивших ад, т.е. для лиц, моральная сила которых превосходит силу астрального притяжения. Поэтому воскрешение возможно только для элементарных душ, и они-то наиболее подвергаются риску ожить против воли в могиле. Великие люди и настоящие мудрецы никогда не погребались живыми.

В "Ритуале" я дам теорию и практику воскрешения, и тем, кто спросит, воскрешал ли я умерших, я отвечу, что, если бы я им сказал это, – они бы мне не поверили.

Мне остается еще исследовать, возможно ли уничтожение боли, и полезно ли употреблять хлороформ или магнетизм при хирургических операциях. Я думаю, и наука позже признает это, что, уменьшая чувствительность, мы уменьшаем и жизнь, и все, что мы отнимаем у боли при подобных обстоятельствах, идет в пользу смерти. Боль свидетельствует о борьбе жизни; также замечено, что у лиц, оперированных во время летаргии, перевязки чрезвычайно болезненны. Если бы при каждой перевязке повторяли оцепенение посредством хлороформа, произошло бы одно из двух: либо больной умер, либо в промежутке между перевязками боль возвратилась бы и стала постоянной. Природу не насилуют безнаказанно.

21. Шин. Ф.

ПРОРИЦАНИЕ

Dentes

Furca

Amens

Автор этой книги на многое осмеливался в своей жизни, и боязнь никогда не пленяла его мысль. Однако не без законного страха приступает он к окончанию магического учения.

Теперь мне предстоит открыть, или, вернее, вновь прикрыть (revoiler) великую Тайну, этот страшный секрет жизни и смерти, выраженный в Библии этими страшными и символическими словами самого символического змия: "1) Neguaquam moriemini, 2) sed eribis, 3) sicut Dei, 4) scientes bonumet malum".*

* "Не умрете, но будете как боги, знающие добро и зло".

Одна из привилегий посвященного в великую Тайну, привилегия, резюмирующая все остальные, – "Прорицание" (Divination).

Согласно вульгарному значению этого слова, предсказывать – значит догадываться о том, чего мы не знаем; но истинный смысл этого слова невыразим вследствие своего величия. Предсказывать ("divinari") – значит исполнять роль божества.

Слово "divinus" в латинском языке обозначает больше и нечто другое, чем слово "divus", значение которого эквивалентно человеку-богу. Предсказать ("Devin"), во французском языке, содержит четыре буквы слова "Бог" (Dieu) и сверх того букву "N", которая видом своим соответствует еврейскому "Алеф" и каббалистически и иероглифически выражает великую Тайну, символом которой в Таро служит изображение фокусника.

Кто вполне поймет абсолютное числовою значение "Алефа", умноженного на "N", с грамматическим влиянием конечного "N" в словах, выражающих "Науку" (science), "искусство" (art) или могущество" (puissance), затем сложит пять букв слова "Devin" таким образом, чтобы пять образовали четыре, четыре – три, три – две и две – одну, – тот, переведя полученное им число древними еврейскими буквами, напишет тайное имя великой Тайны, и будет обладать словом, только эквивалент которого и как бы подобие представляет собой сама святая тетраграмма.

Быть прорицателем (devin), во всей силе этого слова, – значит быть божественным и кое-чем еще более таинственным.

Два признака человеческого божества или божественного человека – пророчества и чудеса.

Быть пророком – значит заранее видеть следствия, существующие в причинах, т.е. читать в астральном свете; творить чудеса значит действовать на универсального агента и подчинять его нашей воле.

Быть может, спросят автора этой книги, он пророк или тауматург?

Пусть любопытные разыщут и прочтут все то, что заранее писал он о некоторых потом совершившихся событиях. Что же касается до того, что он мог сказать и сделать, если бы он о том рассказал, и в этом действительно было бы что-нибудь чудесное, то кто захочет поверить ему на слово?

Впрочем, одно из необходимых условий прорицания – никогда не насиловать себя и не поддаваться искушению, т.е. не соглашаться на испытание. Учителя науки никогда не уступали чьему-нибудь любопытству; Сибиллы сжигают свои книги, когда Тарквиний отказывается оценить их по настоящей цене; великий Учитель молчит, когда у него просят знаков его божественной миссии; Агриппа предпочитает лучше умереть в нищете, чем подчиниться тем, кто требует от него гороскопа. Дать доказательства знания тем, кто сомневается в самом знании, – значит посвятить недостойных, осквернить золото святилища и заслужить отлучения от мудрецов и смерть открывателей.

Сущность прорицания, т.е. великая магическая Тайна, изображается всеми символами науки и тесно связана с единственным, изначальным догматом Гермеса. В философии она дает абсолютную уверенность; в религии – универсальный секрет веры; в физике – составление, разложение; вновь составление, реализацию и приспособление философской ртути, называемой алхимиками азотом; в динамике она увеличивает наши силы силами вечного движения; она одновременно мистична, метафизична и материальна с соответствиями следствий в трех мирах; она доставляет милосердие в Боге, истину в науке и золото в богатстве; ибо превращение металлов – одновременно аллегория и реальность, как это прекрасно известно всем адептам истинной науки.

Да, действительно можно реально и материально делать золото посредством камня мудрецов, амальгамы соли, серы и ртути, трижды соединенных в азоте тройной возгонкой и сгущением.

Да, операция часто легко может быть выполнена в один день и даже в одно мгновение; в других случаях она требует месяцев и даже лет. Но, чтобы иметь успех в великом Делании, нужно быть "divinus" или прорицателем, в каббалистическом значении этого слова, и необходимо отказаться лично для себя от преимуществ богатства, раздавателем которого вы тогда становитесь. Раймонд Луллий обогащал монархов, усеял Европу своими учреждениями, и остался бедным. Николай Фламель, умерший, что бы ни говорила легенда, – открыл великое делание только после того, как благодаря аскетизму вполне отрешился от желания богатства. Он был посвящен внезапным пониманием книги "Аш Мезареф", написанной на еврейском языке каббалистом Авраамом, быть может, тем же, который составил "Сефер Ециру". У Фламеля это понимание было интуицией, заслуженной, или, вернее, ставшей возможной благодаря личной подготовке адепта. Я думаю, – достаточно сказал об этом.

Следовательно, прорицание – интуиция, и ключ к этой интуиции – универсальное и магическое учение об аналогиях. Посредством аналогий маг истолковывает сновидения, как это некогда делал в Египте патриарх Иосиф, ибо аналогии в отражениях астрального света так же точны, как и оттенки солнечного света, и могут быть вычислены и объяснены с большой точностью.

Необходимо только знать степень интеллектуальности лица, видящего сновидения, и тогда на основании его снов можно вполне открыть его ему самому и таким образом сильно изумить его.

Сомнамбулизм, предчувствия и ясновидение – случайная или привычная способность видеть сновидения либо во время произвольного сна, либо в бодрственном состоянии, т.е. ощущать аналогичные отражения астрального света. Я объясню все это в "Ритуале", когда приведу столь желанный способ с точностью управлять магнетическими явлениями. Инструменты прорицания – попросту средство приводить в сообщение прорицателя с советующимся с ним лицом, и чаще всего цель их соединить две воли на одном и том же знаке; смутные, запутанные и изменчивые образы помогают собирать отражения астрального света; именно таким образом видят в кофейной гуще, в облаках, в яичном белке и т.п. вещие и существующие только в "прозрачном", т.е. в воображении операторов, образы. Видение в воде происходит вследствие ослепления и усталости оптического нерва, уступающего тогда свои функции "прозрачному" и производящего иллюзию мозгу, который принимает отражения астрального света за реальные образы; поэтому нервные личности со слабым зрением и живым воображением наиболее годны для этого рода прорицания, которое бывает особенно удачным, если производится детьми. Но не следует ошибочно понимать роль, приписываемую мною воображению в прорицательных искусствах. Без сомнения, мы видим посредством воображения, – и в этом заключается естественная сторона чуда, – но мы видим истинные вещи, – и в этом состоит чудесное вполне естественного дела. Я ссылаюсь на опыт всех истинных адептов. Автор этой книги испытал всевозможные способы прорицания, и всегда получал результаты, соответствовавшие точности его научных операций и доверию советовавшихся с ним лиц.

Таро, эта чудная книга, вдохновительница всех священных книг древних народов, вследствие аналогической точности фигур и чисел, – самый совершенный инструмент прорицания, которым можно пользоваться с полным доверием. Действительно, изречения этой книги всегда строго истинны, по крайней мере, в одном каком-нибудь значении; и если она ничего и не предсказывает, то, во всяком случае всегда открывает скрытые вещи и дает самые мудрые советы. В прошлом столетии Аллиетт, бывший парикмахер, стал каббалистом, после того как тридцать лет размышлял над Tapo. Аллиетт, каббалистически называвший себя Эттейллой, читая свое имя так, как должно читать его по-еврейски, был близок к тому, чтобы открыть все, скрытое в этой чудесной книге, но только переставил ключи Таро, так как не понял их, и извратил порядок и значение фигур, не уничтожив вполне их аналогий. Сочинения Эттейллы, ставшие довольно редкими, темны, утомительны и написаны варварским языком; не все они были напечатаны, а рукописи этого отца современных гадальщиков на картах до сих пор находятся у одного парижского книгопродавца, показавшего их мне. Особенно замечательны в них настойчивые исследования и несомненная добросовестность автора, который всю свою жизнь предчувствовал величие оккультных наук и умер у порога святилища, не смогши проникнуть за его завесу. Он мало ценил Агриппу, слишком высоко ставил Жана Бэло и совершенно был незнаком с философией Парацельса, но обладал сильно развитой интуицией, чрезвычайно настойчивой волей и скорее мечтательностью, чем здравым смыслом; это было слишком мало, чтобы сделаться магом, но более чем надо для того, чтобы стать заурядным, очень опытным, а, следовательно, и пользующимся большой известностью гадальщиком. Поэтому Эттейлла пользовался успехом и славой, которых, может быть, напрасно не захотел бы, но конечно и не стал бы домогаться более ученый магист.

Говоря в конце "Ритуала" последнее слово о Таро, я укажу полный способ читать его, а, следовательно, и советоваться с ним не только о вероятных шансах судьбы, но также и, в особенности, о философских и религиозных проблемах, верное и чрезвычайно точное решение которых всегда даст оно, если его объяснять в иерархическом порядке аналогии трех миров с тремя цветами и четырьмя оттенками, составляющими священное семерное. Все это относится к положительной практике магии, и может быть только установлено в принципе и вкратце указано в этой первой части, содержащей исключительно учение высшей магии и философский и религиозный ключ высших наук, известных, или, вернее, неизвестных под названием оккультных наук.

22. Тау. Х.

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ И ОБЩИЙ КЛЮЧ


ЧЕТЫРЕХ ТАЙНЫХ НАУК

Signa

Thot

Pan

Резюмирую теперь в принципах всю науку.

Аналогия – последнее слово науки и первое слово веры.

Гармония заключается в равновесии, и равновесие существует посредством аналогии противоположных.

Абсолютное единство – верховный и высший разум вещей. Этот разум не может быть ни одним лицом, ни тремя: это – разум и разум по преимуществу.

Чтобы создать равновесие, нужно разделить и соединить: разделить в полюсах и соединить в центре.

Рассуждать о вере – значит уничтожать веру; заниматься мистицизмом в философии, значит посягать на разум.

Разум и вера взаимно исключаются по своей природе и соединяются посредством аналогии.

Аналогия – единственный возможный посредник между видимым и невидимым, конечным и бесконечным. Учение – непрерывно совершенствующаяся гипотеза о предполагаемом их равенстве.

Для невежды гипотеза – абсолютное утверждение, и, наоборот, абсолютное утверждение – гипотеза.

В науке необходимо существуют гипотезы, и тот, кто старается их осуществить, расширяет область науки, не ограничивая веры, ибо вера граничит с бесконечным.

Мы верим в то, чего не знаем, но допустить это верование заставляет нас разум. Определить объект веры и ограничить его, значит формулировать неизвестное. Исповедания веры – формулы людских незнания и стремлений. Теоремы науки – памятники ее завоеваний.

Человек, отрицающий Бога, так же фанатичен, как и тот, кто определяет его с мнимой безошибочностью. Обыкновенно определяют Бога. перечисляя все то, что он не есть.

Человек создаст Бога по аналогии от меньшего к большему; из этого следует, что понятие человека о Боге всегда – концепция бесконечного человека – концепция, делающая человека конечным богом.

Человек может осуществить то, во что он верит, соответственно своему знанию, и осуществляет все то, чего хочет, соответственно тому, во что верит и знает.

Аналогия противоположностей – отношение света к мраку, выпуклости к вогнутому, полного к пустому. Аллегория – мать всех догматов, замена печатей отпечатками и реальностей тенями: это – ложь истины и истина лжи.

Догматы не изображают, но скрывают истину, и наступает мрак для блага слабых глаз. Посвятитель – не обманщик, но открыватель, т.е. согласно значению латинского слова "revelare", человек, который снова покрывает; это – создатель новой тени.

Аналогия – ключ ко всем тайнам природы и единственная причина всех откровений.

Вот почему религии кажутся написанными на небе и во всей природе; но так и должно быть, ибо дело Бога – книга Бога, и в том, что он пишет, мы должны видеть выражение его мысли, а, следовательно, и его бытия, так как мы постигаем Его только как высшую мысль.

Дюпии и Вольней сочли плагиатом эту блестящую аналогию, несмотря на то, что она должна была бы привести их к признанию католицизма, т.е. универсальности единственного, изначального, каббалистического и неизменного учения об откровении по аналогии.

Аналогия дает магу все силы природы; аналогия – квинтэссенция философского камня, секрет вечного движения, квадратура круга, храм, покоящийся на двух колоннах Жакине и Богазе, ключ великой тайны, корень древа жизни, наука добра и зла.

Найти точную лестницу аналогий в вещах, доступных науке, – значит укрепить основы веры и таким образом завладеть жезлом чудес. Существуют принцип и точная формула, представляющая великую тайну. Мудрецу незачем искать: он уже нашел; но толпа никогда не найдет, хотя бы и вечно искала.

Металлическое превращение совершается духовно и материально посредством положительного ключа аналогий.

Оккультная медицина – проявление воли, примененной к самому источнику жизни, астральному свету; существование его достоверно доказано, и движение его совершается по законам, знание которых составляет великую магическую тайну.

Эта универсальная тайна, последний и вечный секрет высшего посвящения, изображена и Таро под видом молодой обнаженной девушки, которая одной только ногой касается земли, в обеих руках держит по намагниченной палочке и представлена бегущей в венке, поддерживаемом ангелом, орлом, волом и львом. В основе своей это изображение аналогично херувиму Езекииля, изображение которого я здесь привожу, и индусскому символу Аддганари, аналогу Адонаи Екескиеля, которого мы попросту называем Езекиилем.

Понимание этого изображения – ключ всех оккультных наук. Читатели моей книги должны уже понять его философски, если они хоть немного освоились с символизмом каббалы. Теперь остается осуществить его; это вторая и самая важная операция великого делания. Без сомнения, очень важно найти философский камень; но как надо растереть его, чтобы сделать из него порошок превращения? Каково употребление магического жезла? Какова действительная сила божественных имен каббалы?

Посвященные это знают, и способные стать посвященными узнают, если руководясь столь многочисленными и точными указаниями, которые я им дал, откроют великую тайну.

Почему эти столь простые и столь чистые истины всегда и необходимо скрываются от людей? – Потому, что избранные умы чрезвычайно редки, и среди глупцов и злых походят на Даниила во львином рву.

Впрочем, аналогия учит нас законам иерархии, и так как абсолютная наука в то же время и всемогущество, то и должна быть исключительным уделом самых достойных. Переустройство иерархии – истинная причина упадка обществ, ибо тогда, по слову Учителя, слепцы ведут слепых. Пусть посвящение будет возвращено первосвященникам и царям, и вновь восстановится порядок. Поэтому, обращаясь с призывом к самым достойным и подвергая себя всем опасностям, ожидающим открывателей, я считаю, что выполняю полезное и великое дело: я направляю на социальный хаос дуновение Бога, живущего в человечестве, и призываю первосвященников и царей для блага будущего мира!

– Вещь справедлива не потому, что так хочет Бог, – сказал ангел школы, – но Бог хочет ее, потому что она справедлива; а это то же, что сказать: абсолют – разум. Разум существует сам по себе; он есть, потому что он есть, а не потому что его предполагают; он существует и там, где нет ничего; как же можете вы думать, что что-нибудь существует без разума? Само безумие не происходит без разума. Разум – необходимость, право, закон всякой свободы и управление всякой инициативой. Если Бог существует, то не без причины. Понятие об абсолютном Боге вне или независимо от разума – идол черной магии, призрак демона.

Демон – смерть, наряжавшаяся в истрепанные одежды жизни; это – призрак Гирренкезепта, царствующий на обломках уничтоженных цивилизаций и прикрывающий свою ужасную наготу старьем, оставшимся от воплощений Вишну.

Конец учения Высшей Магии

Том Второй

Учение и ритуал Высшей Магии

Часть II: Ритуал трансцендентальной магии

Автор Элифас Леви (Альфонс Луи Констант)


Перевел: Raull Lemniskatus. Хабаровск. 2005-2007 год

 

Учение и ритуал высшей магии

ВВЕДЕНИЕ

Известна ли Вам старая царица мира, которая находится в вечном движении и никогда не устает? Каждая разнузданная страсть, каждое эгоистичное удовольствие , каждая энергия распущенности человечества, и вся его тираническая слабость, идут перед противной хозяйкой нашей слёзной долины, и, с косой в руке, эти неутомимые работники пожинают их вечный урожай. Та царица стара как само время, но её скелет скрыт в осколках женской красоты, которую она извлекает из юности и любви. Её череп украшен безжизненными локонами, которые ей не принадлежат. Грабительница коронованных голов, она украшена трофеем королев – звёздно-украшенных волос Вероники – белого цвета, но это не из-за возраста – от палача, бреющего лоб Марии Антуанетты. Её мертвенно бледное и замёрзшее тело одето в увядшие одеяния и изодранные обноски. Её костлявые руки, покрытые кольцами, держат диадемы и цепочки , скипетры и череп с костями, драгоценные камни и прах. Когда она идет, двери открываются сами по себе; она проходит через стены; она проникает в покои королей; она поражает вымогателей в нищенстве большинства их тайных оргий; она сидит во главе их сборищ, разливает им вино, усмехаясь их песням потемневшими зубами, занимает место развратной куртизанки, скрытое позади их занавесов. Она наслаждается в парении над снами сластолюбцев; она ищет их ласки, как будто она надеется стать теплой в их объятии; но она замораживает всех тех, до которых она дотрагивается и себя никогда не разжигает. Время от времени, несмотря на это, можно было бы думать об охватившем её безумии; она тащится в преследовании не так уж долго ; она бежит; если её ноги слишком медленны, она пришпоривает бледную лошадь и набрасывается на затаившую дыхание толпу. Убийство едет с нею на красновато-коричневой повозке; вздымая клубы дыма, огонь летит перед ней с крыльями алыми и черными; голод и чума следуют на больных и истощённых конях, подбирая несколько колосьев, которые остаются после собранного смертоносного урожая.

После этой траурной процессии следуют два маленьких ребёнка, источающие улыбки и жизнь, нежность и любовь к наступающему веку, дуальный гений новорожденного человечества. Тени смерти сворачиваются перед ними, как это делает ночь перед утренней звездой; ловкими ногами они скользят по земле и засевают полными руками надежду другого года. Но смерть не придёт более, безжалостная и ужасная, косить, как засохшую траву срезают зрелые лезвия нового периода; она уступит место ангелу прогресса, который мягко освободит души от смертных цепей, так, чтобы они могли подняться к Богу. Когда люди узнают, как надо жить, они больше не будут умирать; они преобразуются как куколка, которая становится роскошной бабочкой. Ужасы смерти - дочери невежества, и сама смерть отвратительна только из-за мусора, который окутывает её, и мрачными оттенками, которыми окружены её изображения. Смерть, действительно, боль порождения жизни. Есть сила в Природе, которая не умирает, и эта сила постоянно преобразовывает существа, чтобы сохранить их. Это – разум или слово Природы. В человеке также есть сила, аналогичная силе Природы, и это – разум или слово человека. Слово человека является выражением его воли направленной через разум, и слово является всемогущим при помощи этой руководящей силы, поскольку оно аналогично слову Самого Бога. Через слово его разума человек становится завоевателем жизни, и может одержать победу над смертью. Вся жизнь человека является или родами или выкидышем его слова. Человеческое существо, которое умирает без понимания и осознания слова разума, умирает лишённое вечной надежды. Чтобы успешно противостоять фантому смерти, мы должны быть отождествлены с реалиями жизни. Имеет ли значение для Бога, что остановившиеся в развитии искореняются, учитывая, что жизнь является вечной? Имеет ли значение для Природы , если неразумное погибает, тогда как разум, который никогда не гибнет, всё ещё держит ключи жизни? Справедливая и ужасная сила, которая вечно уничтожает отказывающихся развиваться, называлась Евреями - Самаэль; другими азиатами, Сатана; и латинянами - Люцифером. Люцифер в Каббале - не проклятый и разрушающий ангел; он - ангел , который просвещает, кто возрождается через огнь; один из ангелов мира, как комета по сравнению с блеклыми звёздами весеннего небосвода. Неподвижная звезда красива, сияюща и спокойна; она пьёт небесные ароматы и пристально смотрит с любовью на её сестёр; одета в блестящие одежды, её лоб коронован алмазами, она улыбается, поскольку она напевает её утренний и вечерний гимны; она наслаждается вечным отдыхом, который ничто не может нарушить, и движется торжественно вперед, не отклоняясь от ранга назначенного ей среди стражей света. Но блуждающая комета, взъерошенная и с кровожадным взглядом, погружается поспешно с высоты небес и бросается поперек мировой сферы, как колесница войны между рядами шествующих весталок; она смеет оказаться перед горящими копьями солнечных защитников, и , как лишенная супруга , которая ищет мужа её мечтаний во время вдовствующих ночей, она проникает даже в святая святых бога дня; снова она убегает, выдыхая огни, которые поглощают её и тащатся длинным пожарищем позади; звёзды бледнеют при её подходе; образованные звёздные стада, пасущиеся на цветах света обширных лугах неба, кажется, спасаются бегством от её ужасного дыхания. Великий совет сфер собирается, и в нём всеобщий ужас; наконец наиболее прекрасные из неподвижных звёзд уполномочены говорить от имени всего небесного свода и предлагать мир безрассудной бродяге.

“Моя сестра” - она таким образом начинает, “почему ты нарушаешь гармонию сфер ? Что за зло мы вызвали в тебе? И почему, вместо того, чтобы дико блуждать, ты не займёшь твое место как мы, в доме солнца? Почему ты не поёшь с нами вечерний гимн , не одета как мы в белые одежды, закреплённые на груди алмазной застёжкой? Почему растрёпаны твои локоны, обливающиеся каплями пламенного пота, в тумане ночи? Ах, займи ты своё место среди дочерей небес, сколь бы ещё более красивой ты была! Твоё лицо больше не горело бы из-за тяжкого труда твоих невероятных полётов; твои глаза были бы ясными, твоё улыбающееся лицо, белое и красное, как это у твоих счастливых сестёр; все звезды знали бы тебя, и были бы далеки от боязни твоего полёта, радовались бы при твоём подходе; для чего тебя бы сделали одной из нас в неразрушимой цепи универсальной гармонии, и с твоим мирным существованием было бы на один голосом больше в гимне бесконечной любви.”

И комета отвечает неподвижной звезде: “Веришь, нет, о моя сестра, но мне разрешают блуждать по желанию и досаждать гармонии сфер! Бог предписал мне путь, равно как и ваш, и если мой путь кажется Вам сомнительным и бродячим, так это потому, что ваши лучи не могут проникнуть достаточно далеко, чтобы достичь периметра эллипса, который был выделен для моего курса. Мои пламенные волосы – Божественное ознаменование; я - вестница солнц, и я возобновляю мою силу постоянно в их горящем жаре, чтобы я могла распределить его в моем странствии к молодым мирам, которые имеют пока ещё недостаточную теплоту, и к древним звездам, которые стали холодными в их одиночестве. Если я утомляюсь в моих долгих путешествиях, если моя красота менее умеренна чем ваша собственная, и если мои одежды запятнаны, всё же я благородная дочь небес, также как и Вы . Предоставьте меня тайне моей ужасной судьбы, оставьте меня страху, который окружает меня, проклинайте меня, даже если Вы не можете постигнуть; Я тем не менее выполню мою работу, и продолжу мой быстрый бег побуждаемый дыханием Бога! Счастливы звёзды, которые отдыхают, которые сияют как юные королевы в мирном обществе вселенной! Я же изгнана, вечная странница, которая имеет бесконечность в своем владении. Они обвиняют меня в доставлении огня к планетам, тепло которых я возобновляю; они обвиняют - что я ужасаю звёзды, хотя я их просвещаю; они упрекают меня в нарушении универсальной гармонии, потому что я не вращаюсь около их собственных центров, хотя я соединяю одних с другими, направляя мой пристальный взгляд к единственному центру всех солнц. Будьте спокойны поэтому, о, прекрасная неподвижная звезда! Я не буду обеднять ваш мирный свет; скорее я израсходую служа вам мою собственную жизнь и тепло. Я исчезну из небес, когда я исчерпаю себя, и моя гибель будет достаточно великолепна! Знайте, что разные огни горят в храме Бога, и действительно все воздают Ему славу: Вы - свет золотых канделябров ; я - пламя жертвоприношения. Позвольте нам каждому выполнить наши судьбы”.

Произнеся эти слова, комета откинула назад свои пламенеющие волосы, подняла свой пламенный щит и погрузилась в бесконечный космос, кажущаяся быть потерянной навсегда.

Таким вот образом Сатана появился и исчез в аллегорических рассказах Библии. «И был день», говорит книга Иова, «когда сыновья Бога пришли предстать сами пред Господом; и Сатана пришёл также среди них. И Господь сказал Сатане: откуда прибыл ты? Тогда Сатана ответил Господу, и сказал: «От движения взад и вперед по земле, и от ходьбы вверх и вниз на неё».

Гностическое евангелие, обнаруженное на Востоке нашим знакомым учёным путешественником, объясняет происхождение света в пользу Люцифера, следующим образом:

“Самосознательная истина есть живая мысль. Истина это мысль, так как мысль - сама в себе, а сформулированная мысль это речь. Когда Вечная Мысль пожелала приобрести форму, она сказала: «Да будет свет». Теперь эта Мысль, которая говорит , превратилась в Слово, и Слово сказало: «Да будет свет», потому что Слово само по себе - свет сознания. Непроявленный свет, который является Божественным Словом, воссиял, потому что он желал быть видимым. Когда Слово сказало: «Да будет свет!» оно предопределяет , что глаза должны быть открыты; Слово создаёт разумы. Когда Бог сказал: «Да будет свет!» - Разум был создан, и свет появился. Разум, который есть Бог, распространяется дыханием Его уст, подобно звезде выпущенной из солнца, принимает форму роскошного ангела, которого приветствовали небеса под именем Люцифера. Разум проснулся, и постигнув свою природу полностью, понимая суть произнесённого Божественным Словом: «Да будет свет», ощутил себя быть свободным, потому что Бог вызвал его в бытие, и, поднимая свою голову, с обоими расправленными крыльями, ответил: «Я не буду рабством». «Тогда Ты будешь страданием», сказал Невидимый Голос. «Я буду свободой», ответил свет. «Гордость совратит Тебя», сказал Высший Голос, «и Ты будешь впредь смертным». «Я буду бороться со смертью, чтобы завоёвывать жизнь», снова ответил созданный свет. Вслед за этим Бог выпустил из Его лона яркий луч, который ограничил превосходного ангела , и созерцание его погрузилось в ночь, которую он бороздит со славой, Бог любил потомство Его мысли, и сказал с невыразимой улыбкой: «Как прекрасен был свет!»

«Бог не создавал страдание; Разум принял его, чтобы быть свободным . И страдание было условием, наложенным на свободу существа Тем кто один не может допустить ошибку, потому что Он бесконечен. Сущность разума - рассудительность, а сущность рассудительности - свобода. Глаз действительно не воспринимает свет, кроме как через способность закрываться или открываться. Вынужденный быть всегда открытым, он будет рабом и жертвой света, и перестал бы видеть, чтобы избежать мучения. Таким образом, созданный Разум не вполне счастлив в утверждении Бога, кроме как полностью свободен в отрицании Его. Разум, который отрицает, неизменно утверждает что-нибудь, а именно утверждает свою свободу. Это является причиной, что богохульство прославляет Бога и что ад был необходим для счастья небес . Являйся свет не отбрасывающим тени, не было бы никаких видимых форм. Если бы первые ангелы не столкнулись с глубинами темноты, роды Бога были бы неполными , и, возможно, не было бы никакого разделения между созданным и основным существовавшим светом. Никогда Разум не узнал бы совершенство Бога, если бы никогда не терял Его. Никогда бы бесконечная любовь Бога не засияла в радости Его милосердия, не имея блудного Сына Небес, который остался в Доме Его Отца. Когда всё было светом, света не было нигде ; и он заполнил грудь Бога, который трудился воспроизвести его. И когда Он сказал: «Да будет свет!», Он разрешил темноте отражать свет, и вселенную, произошедшую из хаоса. Отрицание , сделанное ангелом, который при рождении отказался от рабства, составило равновесие мира, и движение сфер началось. Бесконечные расстояния восхищались любовью к свободе, и были достаточно обширны, чтобы заполнить пустоту вечной ночи и сильны достаточно, чтобы вынести ненависть Бога. Но Бог не мог ненавидеть самых благородных из Его детей, и Он доказал им Своим гневом только подтверждение Своей власти. Таково также Слово Самого Бога, как ревнивый Люцифер, пожелал снизойти с небес и пройти торжествующе через тени ада . Он пожелал быть запрещённым и осуждённым; Он заранее обдумал тот ужасный час, когда Он должен кричать в агонии Его мучения: «Мой Бог, Мой Бог, почему Ты оставил Меня?». Поскольку утренняя звезда восходит перед солнцем, восстание Люцифера возвещало новорожденной Природе пришествие воплощённого Бога. Возможно Люцифер, в его падении через ночь, приносит с собой дождь солнцам и звёздам, согласно притяжению их славы. Возможно наше солнце - демон среди звёзд , как Люцифер - звезда среди ангелов. Несомненно, по этой причине, что его огонь так спокоен к ужасным мучениям человечества и долгой агонии земли - потому что он свободен в своем одиночестве и обладает своим светом.»

Таковы были еретические тенденции ранних столетий. Такие, как Офиты, обожали демона под фигурой змеи; другие, как Каиниты, оправдали восстание первого ангела и того, кто есть первый убийца. Все те ошибки, все те тени, все те чудовищные идолы анархии, которые Индия противопоставляет в своих символах в магической Тримурти, были обнаружены священниками и последователями в Христианском учении. Демон нигде не упомянут в книге Бытия; аллегорическая змея обольщает наших первых родителей. Вот - общий перевод священного текста: «Итак, змея была самой тонкой чем любой зверь полевой, которых Господь Бог создал». Но вот то, что сказал Моисей:

םיהלא הוהי השע רשא הדשה תיח לכמ םורע היה שחנהו:

Это означает, согласно версии Фабр д`Оливе1: «Естественное влечение (алчность) было определяющим стремлением всей элементарной жизни (внутренней деятельностью Природы), работой Jhoah, Существа существ.» Но здесь Фабр д`Оливе - вне истинной интерпретации, потому что он был не знаком с великими ключами Каббалы. Слово Nahash, объяснённое символическими буквами Тарот, выражает строго:

14 נ NUN. - Сила, которая производит соединение (смешение и комбинации). 5 ה HE. - Воспринимающий и пассивный источник форм.

21 ש SHIN. - Естественный и центральный огонь, уравновешенный двойной поляризацией.

Таким образом, слово, используемое Моисеем, читаемое языком каббалы, даёт описание и определение того магического Универсального Агента, представленного во всех теогониях змеёй; к этому Агенту Евреи применяли имя OD, когда он проявил её активную силу; OB, когда он показал её пассивную силу, и AOUR, когда он проявлял себя полностью в его уравновешенной силе, как источник света в небесах и золота среди металлов. Это следовательно , тот старый змей, который окружает мир и помещает свою пожирающую голову под ноги Девственницы, прообраз инициации - это девственница, которая представляет маленького новорожденного ребенка поклонению трех Магов и получает от них, в обмен на его (ребенка) покровительство, золото, мирру и ладан. Так преподаётся учение во всех еретических религиях, чтобы скрыть тайну естественных сил, которые посвящённый имеет в своем распоряжении. Религиозные формулы - суммарность таких слов, полных тайны и власти, которые заставляют богов спускаться с небес и становиться подчиненными воле человека. Иудея заимствовала её тайны из Египта; Греция послала её жрецов и позже её теософов в школу великих пророков; Рим Цезарей, добывающий посвящение из катакомб, переделанных однажды в Церковь, и символизм, были восстановлены из остатков всех вероисповеданий , которые были поглощены царицей мира. Согласно комментарию Евангелия, надпись, которая устанавливала духовное величие Христа, была написана на иврите, на греческом и латинском языках: это было выражение универсального синтеза. Эллинизм, фактически, эта великая и прекрасная религия формы, объявила пришествие Спасителя в не меньшей степени, чем пророки Иудаизма. Сказка о Психее – сверх-христианская абстракция и культы Пантеонов, восстановленные Сократом, готовые алтари для того единого Бога , для которого Израиль был таинственным охранителем. Но синагога отвергла её Мессию, и древнееврейские надписи были вычеркнуты и потеряны, по крайней мере для ослеплённых глаз Евреев. Римские преследователи опозорили Эллинизм, и он не мог быть восстановлен притворной медлительностью философа Юлиана, прозванного, возможно, несправедливо - Отступник, так как его Христианство никогда не было искренним. Далее следовало невежество средневековья , противопоставляя святых и дев с одной стороны, богам, богиням и нимфам с другой; глубокий смысл греческих тайн был понят менее чем когда-либо; сама Греция не только потеряла традиции её древних культов, но отделилась от латинской Церкви; таким образом, для латинских глаз греческие надписи были уничтожены, как латинские надписи исчезли для греческих глаз. Так что надпись на Кресте Спасителя исчезла полностью, и ничто кроме таинственных инициалов не осталось. Но когда наука и философия, примиренные с верой, объединят все различные символы, тогда великолепие старинных вероисповеданий будет восстановлено в памяти людей, объявляя развитие человеческого разума в интуиции света Бога. Но из всех форм прогресса наибольшими будут те, которые возвратят ключи Природы в руки науки, скуют навсегда отвратительный призрак Сатаны, и, объясняя все неправильные явления, должны разрушить империю суеверия и ненормальной доверчивости. Для выполнения этой работы мы посвятили нашу жизнь, и действительно всё ещё посвящаем её в наиболее трудных и тяжелых исследованиях. Мы эмансипировали бы алтари, свергая идолов; мы желаем, чтобы человек разума стал ещё раз священником и королем Природы, и мы сохраним через толкование все изображения универсального святилища.

Пророки говорили иносказательно и образно, потому что абстрактный язык был желателен для них, и потому что пророческое восприятие, будучи чувством гармонии или универсальной аналогии, переводит истинные формы в образы. Взятые буквально и в прямом значении, эти образы становятся идолами или непроницаемыми тайнами. Сумма и последовательность таких образов и тайн составляют то, что называют символикой. Символизм происходит поэтому от Бога, несмотря на то, что он может быть сформулирован человеком. Откровение сопровождало человечество во все эпохи, преобразовывалось человеческим гением, но всегда выражало ту же самую истину. Истинная религия - одна; её догмы просты и в пределах досягаемости всех. В то же самое время, разнообразие символов было книгой поэзии, необходимой для воспитания человеческого гения. Гармония внешней красоты и поэзия формы должны были показать Бога младенческому человеку; но вскоре Венера получила Психею в её конкуренты, и Психея очаровывала Любовь. Это произошло потому, что культ формы уступил необходимости тех честолюбивых мечтаний, которые украсили уже красноречивую мудрость Платона. Так было подготовлено пришествие Христа и поэтому также ожидалось; он пришёл, потому что мир ждал его; и стал популярным, философию преобразовав в веру. Освобожденный верой, человеческий разум быстро выступил против направлений, которые стремились материализовать ее символы , и работа римского католицизма была исключительно неумышленным условием для эмансипации совести и установления основ универсального общества. Все эти положения были регулярным и нормальным развитием божественной жизни в человечестве; ибо Бог - великая Душа всех душ, как неподвижный Центр, около которого клубятся все разумы как тучи звезд.

Человеческое понимание имело своё утро; его полдень должен прийти, и затем последует упадок; но Бог будет всегда тем же самым. Это всё кажется, однако, обитателям земли, что солнце поднимается юным и робким по утру, сияет со всей его силой в полдень и идёт утомленное на отдых вечером. На самом деле, это земля вращается, в то время как солнце неподвижно. Имеющий веру, поэтому, в человеческий прогресс, и в стабильность Бога , свободный человек уважает религию в её прошлых формах, и не более поносит Юпитера чем Иегову. Он всё ещё приветствует любовно сияющее изображение Пифического Аполлона и обнаруживает его братское сходство прославленному лику воскресшего Искупителя. Он верит в великую миссию Католической иерархии, и находит удовлетворение в наблюдении римских пап Средневековья, которые противопоставляли религию как сдерживание неограниченной власти королей; но он возражает с помощью революционных столетий против рабства совести, которую папские ключи хотели бы сковать . Он - больше протестанта, чем Лютер, так как он даже не верит в непогрешимость Аугсбургского исповедания, и больший католик чем Римский папа, поскольку он не опасается, что религиозное единство будет сломано недоброжелательностью дворов. Он верит в Бога, а не Римской политике для спасения идеи единства; он уважает древность Церкви, но он не имеет никакого опасения, что она умрет; он знает, что её очевидная смерть будет преобразованием и великолепным успением.

Автор этой книги призывает восточный Магов выступать вперёд и признать ещё раз, что Божественный Учитель, колыбель которого они приветствовали, есть Великий Инициатор всех веков. Все Его враги пали; все те, кто осудил Его - мертвы, те, кто преследовал Его, вошли в забвение навсегда; но Он сам навсегда жив. Завистливые объединились против Него, договариваясь о единственном моменте; сектанты объединились, чтобы уничтожить Его; они короновали себя королями и запрещали Его ; они стали лицемерами и обвинили Его; они назначили себя судьями и объявили Ему смертный приговор; они обернулись убийцами и казнили Его ; они вынудили Его пить яд, они распяли Его, они забили Его камнями, они сожгли Его и разбросали Его прах по ветру; потом они стали багряно-красными из-за ужаса, поскольку Он стоял прямо перед ними, привлекая к ответственности их Своими ранами и заливая их истечением Своих рубцов. Они полагали, что убили Его в колыбели в Вифлееме, но Он был живым в Египте. Они несли Его на вершину горы, чтобы бросить Его вниз; толпа Его уничтожителей окружает Его и ликует уже в Его бесспорном уничтожении. Крик слышится: не того ли он, кто разбился о скалы пропасти? Они бледнеют и смотрят друг на друга; но Он, спокойный и улыбающийся с сожалением, проходит через середину их и исчезает. Рассматривают гору, которую они только что окрасили Его кровью! Рассматривают Крест, могилу и солдат, охраняющих Его могилу! Сумасшедшие! Могила пуста, и Он, которого они расценивали как мертвого, идет мирно между двумя путешественниками по дороге в Эммаус2. Где - Он? Куда Он идет? Предупредите хозяев мира! Скажите Цезарям, что их власти угрожают! Кем? Нищим, который не имеет даже камня, на который может прилечь Его голова, Человек из Народа, осуждённый к смерти рабов. Какое оскорбление, или какое безумие! Это уже не имеет значения. Цезари проявили во всю их власть; кровавые указы запретили беглеца; всюду возвышаются эшафоты; амфитеатры открыты, переполнены львами и гладиаторами; костры полыхают; ливни кровавых потоков ; и Цезари, веря собственной победе , смеют добавить еще одно имя к тем, что они причислили к своим трофеям. Тогда они умирают, и их собственный идеал позорит богов, которых они защищали. Ненависть мира смешивают Юпитера и Нерона в общем презрении. Храмы превращены в могилы развеянным над ними прахом изгнаний, а сверху - развалин идолов , а еще выше - руин империй, Он только, кому Цезари предъявили обвинение, чьего последователей так много преследовали, кого так много палачей мучили, Он только жив, один царствует, единственный одержал победу!

Несмотря на это, Его собственные ученики быстро злоупотребили Его именем; надменность возвели в святость; те, кто должен был возвестить Его воскрешение, стремились увековечить Его смерть, которой они могли бы кормиться, как вороны, на Его вечно-обновляемой плоти. Вместо подражания Его жертве и потери их крови ради собственных детей в вере, они приковывают Его цепью в Ватикане, как это было сделано с другим на Кавказе, и становятся стервятниками этого божественного Прометея. Но какое значение имеет их грешная мечта? Они могут заключить в тюрьму только Его образ; сам он свободен несгибаем, переходя из изгнания в изгнание и от победы к победе. Вполне возможно связать человека, но невозможно пленить Слово Божье; речь свободна, ничто не может подавить её. Эта живая речь – осуждение безнравственности, и поэтому они стремятся уничтожить её; но от этого они умирают сами, а Слово Истины остается судить их память! Орфей, возможно, был разорван вакханками; Сократ, возможно, осушил отравленную чашу; Иисус и Его апостолы погибли в запредельных муках; Ян Гус, Иероним Пражский, и неисчислимые другие, были сожжены; Святой Варфоломей и Сентябрьская резня, возможно, имели в свою очередь их жертв; Казаки, битье кнутами и Сибирская пустошь – по-прежнему в распоряжении Российского Императора; но дух Орфея, Сократа, Иисуса и всех мучеников будет жить всегда среди их мертвых преследователей, будет стоять прямо посреди распадающихся учреждений и разрушающихся империй. Это тот Божественный Дух, Дух единственного Сына Бога, которого Св. Иоанн представляет в его Апокалипсисе, стоящим между золотыми подсвечниками, потому что Он - центр всех огней ; наличие семи звезд в Его руке, как семя новых небес; и посылающего на землю речь под символом обоюдоострого меча. Когда мудрец пребывает во сне уныния в ночи сомнения, Дух Христа прямой и бдительный. Когда нации, утомленные трудом, который делает их свободными, ложатся и спят на своих цепям, Дух Христа прямой и протестующий. Когда слепые приверженцы бесплодных религий бросают себя в пыль старых храмов, Дух Христа прямой и молящий. Когда сильные становятся слабыми, когда достоинства развращены, когда все существа покоряются и погружаются вниз в поисках позорного пастбища, Дух Христа прямой, пристально смотрит в небеса и ждет час Его Отца.

Христос означает священника и короля совершенства. Христос-посвятитель современных времен пришёл, чтобы сформировать новых священников и новых королей науки и, прежде всего, милосердия. Античные Маги были священниками и королями, и появление Спасителя было возвещено им звездой. Эта звезда была магическая Пентаграмма, имеющая священную букву в каждом наконечнике. Это символ разума, который властвует единой силой над четырьмя элементарными силами; это - Пентаграмма Магии, Пламенеющая Звезда Детей Хирама, прообраз уравновешенного света. К каждой из её точек луч света поднимается, и от каждой, луч идет дальше; это представляет Великий и Высший Атанор Природы, который является телом человека. Магнитное влияние выходит в два луча от головы, от каждой руки и каждой ноги. Положительный луч уравновешен отрицательным. Голова сообщается с двумя ногами, каждая рука с другой рукой и одной ногой, каждая из двух ног с головой и одной рукой. Этот управляющий символ уравновешенного света представляет дух порядка и гармонии; это - символ всемогущества Магов, и следовательно, когда нарушен или неправильно нарисован, он представляет астральное опьянение, неправильное и плохо-регулируемое проецирование Звездного Света и, как следствие очарование, порочность, безумие – все то, словом, что Маги называют Сигнатура Люцифера. Есть другая сигнатура, которая также символизирует Тайны Света, а именно, Печать Соломона, чей талисман опирается с одной стороны на оттиск его печати3, которую мы описали в нашей "Доктрине", а на другой стороне следующая сигнатура, которая является иероглифической теорией состава магнитов и представляет циркулирующий закон молнии.

Непослушные духи сковываются изображением пятиконечной Сверкающей Звезды или Печати Соломона, потому что каждая дает им доказательство их безумия и угрожает им верховной властью, способной мучить их за их неподчинение приказам. Ничто не мучает грешника так много, как совершенство. Ничто более ненавистно к безумию, чем разум . Но если неосведомленный оператор будет использовать эти символы, не зная их, он будет похож на слепого человека, который рассуждает о свете со слепым, и на осла, который учит детей читать.

Учение и ритуал высшей магии

“Если слепой поведет слепого,” сказал Великий и Божественный Жрец, “оба упадут в пропасть.”

А теперь заключительное слово, чтобы резюмировать это всё введение. Если Вы, будучи слепы как Самсон, будете разрушать колонны храма, его руины обрушатся на Вас. Чтобы командовать Природой, мы должны быть выше Природы, сопротивляться её соблазнам. Если ваш разум совершенно свободен от всякого предубеждения, суеверия и скептицизма, Вы будете управлять духами. Если Вы не будете повиноваться слепым силам, то они будут повиноваться Вам. Если Вы будете мудрым как Соломон, Вы выполните работы Соломона; если Вы, быть святым как Христос, Вы свершите дела Христа. Чтобы направлять потоки неустойчивого света, мы должны утвердиться в постоянном свете . Чтобы командовать элементами, мы должны будем преодолеть их ураганы, их молнии, их бездны, их бури. Чтобы СМЕТЬ мы должны ЗНАТЬ; чтобы ВОЛЕИЗЪЯВЛЯТЬ, мы должны СМЕТЬ; мы должны ВОЛЕИЗЪЯВЛЯТЬ, чтобы обладать империей и чтобы царствовать мы должны МОЛЧАТЬ.

ГЛАВА I

ПРИГОТОВЛЕНИЯ

КАЖДОЕ намерение, которое не утверждается в соответствии с делами , - тщетное намерение, и речь, которая выражает это, - праздная речь. Это - действие, которое доказывается жизнью и утверждается волей. Потому, сказано в священных и символических книгах, что люди будут судимы, не согласно их мыслям и их идеям, а согласно их делам. Мы должны делать, для того чтобы быть.

Мы должны, поэтому, рассмотреть в этом месте великий и потрясающий вопрос магической работы; мы больше не заинтересованы в теориях и абстракциях; мы приближаемся к фактам, и мы собираемся предоставить волшебную палочку в руки адепта, говоря ему в то же самое время: “Не будьте удовлетворены тем, что мы говорим Вам: действуйте самостоятельно.” Мы имеем дело здесь с работой, относящейся к всемогуществу , со средствами наложения власти на величайшие тайны Природы и принуждении их служить просвещённой и несгибаемой воле.

Наиболее известные Магические Ритуалы являются или мистификациями или загадками, и мы собираемся разорвать впервые, после очень многих столетий, завесу тайного святилища. Показать святость тайн означает обеспечить лекарство от их профанации . Такова мысль, которая обеспечивает нашу храбрость и позволяет нам оказаться перед всеми опасностями этого предприятия, возможно самого опасного, которое разрешено человеческому разуму задумать и выполнить.

Магические операции - осуществление естественной власти, но они превосходят обычные силы Природы. Они - результат науки и практики, которые возвеличивают волю человека по ту сторону его нормальных пределов. Сверхъестественное - только естественное в экстраординарной категории, или это - возвеличенное естественное; чудо - явление, которое производит впечатление на толпу, потому что оно непредвиденно; удивительное - которое поражает; чудеса - эффекты , которые удивляют тех, кто неосведомлен об их причинах, или определяет их причины, которые не пропорциональны эффектам. Чудеса существуют только для неосведомленного, но поскольку среди людей едва ли найдётся какая-нибудь абсолютная наука, сверхъестественное может быть всё ещё в моде, и будет таковым, вне сомнения, для всего мира. Позвольте нам открыто заявить, что мы верим во все чудеса, потому что мы убеждены и уверены, в том числе из нашего собственного опыта, в их всю возможность. Есть некоторые, которых мы не объясняем, хотя мы расцениваем их как не менее объяснимые. От большего к меньшему, от меньшего к большему, последствия связаны строго прогрессивной тождественностью и пропорцией. Но чтобы заниматься чудесами мы должны быть вне нормальных человеческих условий; мы должны либо погрузиться в мудрость или возвеличиться безумием, либо превзойти все страсти или не считаясь с ними впасть в экстаз или безумие. Такова первая и наиболее обязательная подготовка оператора. Следовательно, согласно ниспосланному свыше или фатальному закону, маг может осуществить всемогущество только в обратной пропорции к его материальному интересу; алхимик делает настолько больше золота, насколько он больше смирился с лишениями, и больше уважает бедность, которая защищает тайны великого дела. Только адепт, сердце которого бесстрастно, будет располагать любовью и ненавистью тех, кого он сделал бы инструментами его науки. Миф книги Бытия вечно верен, и Бог разрешает дереву знания быть приближенным только к тем людям, которые являются достаточно сильными и жертвующими своими интересами, чтобы не жаждать его плодов: поэтому Вы, кто ищет в науке средство удовлетворить свои страсти, остановитесь на этом фатальном пути: Вы не найдете ничего, только безумие или смерть. Это лишь значение вульгарной традиции, что дьявол закончит, рано или поздно душить волшебников. Маг должен быть безучастным, трезвым и целомудренным, незаинтересованным, непроницаемым и недоступным любому виду предубеждения или ужаса. Он должен быть без личных недостатков и непроницаемым против всех противоречий и всех трудностей. Первая и самая важная из магических операций - достижение этого редкого преимущества.

Мы сказали, что страстный экстаз может произвести те же самые результаты, что и абсолютная власть, и это верно лишь по существу вопроса, но не является руководством к магическим операциям. Страсть организует Астральный Свет насильственно и производит непредвиденные движения Универсального Агента , но он не может быть обуздан средством, которое его побуждает, и затем его судьба напоминает судьбу Ипполита, которого тащат его собственные лошади , или Фалариса ставшего жертвой своих собственных инструментов пытки, которые он изобрел для других. Человеческая воля реализованная действием походит на пушечное ядро и не отступает ни перед каким препятствием. Она или проходит через препятствие или будет похоронена в нем; но если она продвигается с терпением и настойчивостью, она никогда не будет потеряна: она походит на волну, которая возвращается постоянно и стирает железо до конца.

Человек может быть изменен привычкой, которая становится, согласно пословице, его второй натурой. Посредством упорства и изнурительной атлетики, силы и активность тела могут быть развиты до удивительной степени. То же самое происходит и с силами души. Способны ли Вы господствуете над собой и другим? Учитесь, как правильно волеизъявлять. Как можно научиться волеизъявлять? Это – первая тайна магического посвящения, и чтобы это могущество было понято основательно, древние хранители священнического искусства окружили доступ к святыне очень многими ужасами и иллюзиями . Они не признавали волю, пока она не предоставляла своих доказательств, и они были правы. Власть оправдывается достижением. Леность и пренебрежение - враги воли, и по этой причине все религии увеличили контроль над ними и сделали их вероисповедание точным и трудный. Чем больше мы отрицаем себя для идеи, тем больше - сила, которую мы приобретаем в рамках этой идеи. Не так ли, что матери более неравнодушны к детям, которые вызвали их большинство страданий и стоили им наибольших неприятностей? Так что, власть религий обитает исключительно в несгибаемой воле тех, кто практикует её. Пока есть один преданный человек , чтобы верить в Святую Жертву Мессы, будет священник, чтобы служить её для него; и пока есть священник, который ежедневно рассказывает его католический Требник, в мире будет римский папа. Обряды, очевидно более незначительные и наиболее чуждые сами по себе к намеченному результату, ведут несмотря на это к цели по образованию и осуществлению воли. Если бы крестьянин поднимался каждое утро в два или три часа и проходил длинное расстояние от дома, чтобы собрать отростки той же самой лекарственной травы перед восходом солнца, то он был бы в состоянии выполнить большое число чудес, просто неся эту траву с собой, поскольку это был бы знак его воли, и в действии лекарства будет все что он требовал совершиться в интересах его желания . Чтобы достигать вещи, мы должны верить в нашу возможность сделать этого, и эта вера должна быть переведена сразу в действия. Когда ребенок говорит: “я не могу”, его мать отвечает: "Пытайся". Вера даже не пытается; она начинается с уверенности в завершение , и это проходит спокойно, как будто всемогущество было в её распоряжении и впереди целая вечность. Что ищете Вы от науки Магов? Смейте формулировать ваше желание, затем приниматься за работу сразу, и не прекращайте действовать после самой работы и до самого достижения цели. То, что Вы волеизъявляете будет реализовано, и для Вас и Вами, это действительно уже началось. Секст V сказал, наблюдая его толпы: “я желаю быть римским папой.” Вы - нищий, и Вы желаете сделать золото: принимайтесь за работу и никогда не прекращайте. Я обещаю Вам во имя науки все сокровища Фламеля и Раймонда Луллия. “Что должно быть сделано в первую очередь?” Верьте в вашу силу, затем действуйте. “Но как действовать?” Поднимайтесь ежедневно в один определённый час, и как можно ранний; купайтесь в роднике перед рассветом, и во все сезоны; никогда не носите грязную одежду: стирайте самостоятельно по потребности; практикуйте добровольные лишения, те что Вы можете более всего перенести, без того чтобы что-то специально выискивать: потом заставьте замолчать каждое желание, которое является чуждым выполнению Великой Работы.

“Как! Купаясь ежедневно в источнике, я буду делать золото?” Вы будете работать, чтобы сделать его. “Это издевательство!” Нет, это – тайна. “Как я могу использовать тайну, которую я не в состоянии понять?” Верьте и действуйте; Вы поймёте позже. Однажды человек сказал мне: “Я возможно, мог бы быть пылким Католиком, но я - Вольтерианец. Что бы я не отдал, чтобы иметь веру!” Я ответил: “Не говорите больше, «я хотел бы»; скажите, «я волеизъявляю», и я обещаю Вам, что Вы будете верить. Вы говорите мне, что Вы являетесь Вольтерианцем, и из всех различных представлений веры наиболее противной Вам является вера Иезуитов, но в то же самое время кажется здравой и самой подходящей. Исполняйте пример Св. Игнатия снова и снова, не позволяйте себе разочаровываться, и Вы достигнете веры Иезуита. Результат безошибочен, и Вы тогда всю эту простоту припишите чуду, Вы обманываете себя сейчас в размышлениях, что Вы являетесь Вольтерианцем.”

Праздный человек никогда не станет магом. Магия это использование всех часов и всех моментов. Оператор великой работы должен быть абсолютным владельцем себя самого; он должен знать, как подавить соблазны удовольствия, аппетита и сна; он должен быть невосприимчивым к успеху и к неуважению . Его жизнь должна быть жизнью воли, направленной одной мыслью и служащей всей Природе, которую он желает сделать подчинённой разуму его собственного голоса, и симпатией всех универсальных сил, которые являются её соответствиями . Все способности и все чувства должны принимать участие в работе; ничто в жреце Гермеса не имеет право остаться праздным; разум должен быть сформулирован знаками и резюмирован символами или пантаклями; воля должна быть определена словами и должны слова выполняться делами. Магическая идея должна быть превращена в свет для глаз, гармонию для ушей, аромат для обоняния, вкусы для нёба, предметы для касания. Оператор, одним словом, должен осознать в себе всю ту жизнь, которую он желает понять в мире вне его самого; он должен стать МАГНИТОМ, чтобы притягивать желательную вещь; и когда он будет достаточно магнитным, позвольте ему быть уверенным, что вещь придет сама, и без мыслей о ней.

Это важно для Мага, быть знакомым с тайнами науки, но он может знать их интуитивно, и без формального изучения. Уединившиеся своей жизнью в обычном изучении Природы, часто предугадывают её гармонию и более сведущи в её простом здравом смысле, чем доктора, естественная проницательность которых искажена школой софистики. Истинные практикующие маги обнаруживаемые почти постоянно в стране, часто необразованные люди и простые пастухи. Кроме того, некоторые физические организмы лучше приспособлены чем другие для открытия тайного мира. Есть чувствительные и симпатические натуры, чья интуиция в Астральном Свете является, если можно так выразиться, врожденной; некоторые несчастья и определенные недуги воздействуют на нервную систему и, независимо от согласованности с волей, могут преобразовывать её в пророческий аппарат менее или более совершенный. Но эти явления исключительны, и в целом магическая власть должна и может быть приобретена настойчивостью и трудом. Есть также некоторые вещества, которые производят экстаз и располагают к магнетическому сну; есть некоторые, которые помещают в услужение воображения все самые живые и высшие цветовые отражения элементарного света; но использование таких вещей опасно, поскольку они имеют тенденцию вызывать оцепенение и отравление. Они используются несмотря на это, но в тщательно рассчитанных количествах и при совершенно исключительных обстоятельствах.

Тот, кто решает серьезно посвятить себя магической работе , после укрепления его разума против всех опасностей галлюцинаций и страхов, должен очищать себя без малого, в пределах сорока дней. Число сорок является священным, и сама его фигура - магическая. В Арабских цифрах оно состоит из круга, который является образом бесконечности, и числа - 4, которое суммирует триаду единством. В Римских цифрах, упорядоченных по образцу приведенному ниже, это представляет знак фундаментальной науки Гермеса и символ Печати Соломона:

Учение и ритуал высшей магии

Очищение Мага состоит в отказе от вульгарных удовольствий, в умеренной и вегетарианской диете, в воздержании от опьяняющих напитков, и в регулировании часов сна. Эта подготовка была навязана и представлена во всех формах вероисповедания для периода раскаяния и испытаний, предшествующих символическим праздникам возобновления жизни.

Как уже заявлено, самая тщательная внешняя чистота должна быть соблюдена: самый бедный человек может найти ключевую воду. Вся одежда, предметы и сосуды используемые для работы, должны быть также вымыты тщательно, независимо от того, нами или другими. Вся грязь - свидетельство небрежности, а небрежность смертельна в Магии. Атмосфера должна быть очищена на восходе и закате с благовониями, составленных из сока лавров, соли, камфары, белой смолы и серы, с повторением в то же самое время четырех Священных Слов, поворачиваясь последовательно к четырем странам света. Мы не должны никому разглашать работу, которую мы выполняем, поскольку, как определено в нашей "Доктрине", тайна - точное и необходимое условие всех операций науки. Назойливое любопытство должно быть введено в заблуждение отговоркой других занятий и других исследований, типа химических экспериментов в индустриальных целях, гигиенических предписаниях, исследование некоторых природных тайн, и так далее; но запрещенное имя Магии никогда не должно объявляться.

Маг должен быть изолирован вначале и ограниченным в доступе, так, чтобы он мог сконцентрировать его силу и выбрать его ответственный момент; но в пропорции с тем, как он аскетичен и недосягаем сначала, так будет он популярен

и пользоваться успехом, когда он намагнитит его цепь и выберет свое место в потоке идей и света. Трудное и бедное существование настолько благоприятно практическому посвящению, что величайшие мастера предпочли их, даже когда богатство мира было в их распоряжении. Эта аналогично ситуации с Сатаной, или же духом невежества, который презирает, подозревает и терпеть не может науку, потому что в глубине души он боится её, приходит, чтобы соблазнить будущего учителя мира, говоря ему: “Если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами”. Потом он – как продажные люди стремятся оскорбить принца знания , запутывая, унижая или убого эксплуатируя его труд, ломтик хлеба, в котором тот посмел нуждаться, разломал на десять кусочков, для того, чтобы тот мог протянуть свою руку десять раз. Но Маг даже не улыбается абсурду, а спокойно занимается своей работой.

Насколько может быть возможным, мы должны избегать видеть отвратительные вещи и непривлекательных людей, должны отказаться есть с теми, кого мы не уважаем, и должны жить в наиболее равномерной и ученической манере. Мы должны держаться в самом высоком уважении и полагать, что мы свергнутые с престола монархи, которые соглашаются жить, чтобы отвоевать наши короны. Мы должны быть умеренными и внимательными ко всем, но в общественных отношениях никогда не должен позволять себе быть поглощенными, и должны уйти из кругов, в которых мы не можем приобрести какую-нибудь инициативу. Наконец, мы можем и должны выполнить обязанности и практиковать обряды культа, к которому мы принадлежим. Теперь, из всех форм вероисповедания наиболее магической является та, которая больше всего реализует сверхъестественное, которая основывает наиболее невообразимые тайны на самых высоких причинах, которая имеет огни, эквивалентные ее теням, которая популяризирует чудеса, и воплощает Бога во всё человеческое через веру. Эта религия существовала всегда в мире, и под многими именами была когда-то одной и правящей религией. Она имеет теперь среди наций земли три очевидно враждебные формы, которые предназначены , однако, объединяться в ближайшее время под структурой всеобщей Церкви. Я упоминаю Греческое православие, Римский Католицизм и заключительное преображение религии Будды.

Здесь следовательно, мы однозначно даем понять, как мы полагаем, что наша Магия возражает против разновидностей гоэтии и некромантии. Магия - одновременно абсолютная наука и религия, которая не должна действительно разрушить и поглотить все идеи и все формы вероисповедания, но должна восстановить и направить их, воссоздавая круг посвященных, и таким образом предоставляя слепым массам мудрых и ясно-видящих лидеров.

Мы живем в период, когда все будет разрушено и все переделано. “Переделано что? Прошлое?” Никто не может переделать прошлое. “Что, в таком случае, мы восстановим? Храмы и троны?” С какой целью, тогда были разрушены прежние? “Вы могли бы сказать: мой дом разрушился от старости, иначе какая польза от того, чтобы строить другой?” Но тот дом, который Вы собираетесь возводить, будет похож на тот, который рухнул ? Нет, поскольку тот был стар, а другой будет новым. “Несмотря ни на что, это всегда будет дом”. Что еще Вы можете ожидать?

ГЛАВА II

МАГИЧЕСКОЕ РАВНОВЕСИЕ

РАВНОВЕСИЕ - следствие двух сил . Если две силы будут абсолютно и неизменно равны, то равновесие станет неподвижностью и, следовательно, отрицанием жизни. Движение - результат поочередного превосходства. Импульс, данный одной из сторон равновесия обязательно определяет движение другой. Таково противоположное действие одного на другое, всюду по всей Природе, посредством соотношения и аналогии связи. Вся жизнь составлена из вдоха и выдоха; мироздание требует от тени служить границей для света, от пустоты, чтобы служить местом для полноты, от пассивного оплодотворяемого принципа, быть опорой и реализовать силу активного зарождающего принципа. Вся Природа - двупола, и движение, которое производят явления смерти и жизни является непрерывным порождением . Бог любит пустоту, которую Он сделал, чтобы заполнить её; наука любит невежество, которое она просвещает; сила любит слабость, которую она поддерживает; добро любит очевидное зло, которое прославляет её; день жаждет ночь, и преследует её неустанно вокруг мира; любовь это одновременно жажда и изобилие , которая должна излить себя. Тот, кто дает - получает , и тот, кто получает - дает; движение это непрерывный взаимообмен. Знать закон этого обмена, быть знакомым с поочередным или одновременным соотношением этих сил , значит обладать первыми принципами Великой Магической Тайны, которая составляет истинную человеческую божественность. С научной точки зрения, мы можем оценить различные проявления универсального движения через электрические или магнитные явления. Электрические аппараты более всего показывают фактическое и категорическое сходства и антипатии определенных материалов. Соединение меди с цинком, действие всех металлов в гальванической батарее, являются бесконечными и безошибочными открытиями. Позвольте физикам искать и узнавать; когда-нибудь Каббалисты объяснят открытия науки!

Человеческое тело подчинено, подобно земля, двойному закону; оно притягивает и оно отталкивает; оно намагничено андрогинным магнетизмом и реагирует обратно пропорционально двум силам души, разуму и чувствованию, но прямо пропорционально к чередованию перевеса между этими двумя противоположностями в их физическом организме. Искусство гипнотизера состоит полностью в знании и использовании этого закона . Поляризация воздействия и передача подопытному двуполую и попеременно меняющуюся силу является методом ещё неизвестным и его поиски безуспешны в той части, чтобы направлять явление магнетизма в соответствии со своей волей. В наивысшей степени тренированное осознание и большая точность во внутренних действиях обязаны предотвратить путаницу между признаками магнитного вдыхания и магнитного выдыхания. Мы должны быть в совершенстве ознакомлены, кроме того, с тайной анатомией и специальным характером людей, над которыми мы совершает действия. Плохая вера и плохая воля у подопытного субъекта составляют самую серьезную помеху для направления магнетизма. Женщины прежде всего – те кто чрезвычайно и неизменно являются актрисами, которые приобретают наслаждение от произведения впечатления на других, так что они могут впечатлять себя сами, и являются первыми же обольщенными, играя свои невротические мелодрамы – это истинный магнетизм Черной магии. Поэтому - магнетизм всегда безнадежен, когда гипнотизеры являются непосвященными в высшие тайны и без помощи света Каббалы пытаются управлять этим непокорным и мимолетным элементом . Чтобы быть хозяином женщины, мы должны отвлечь и обольстить её умело, разрешая ей предположить, что именно она обольщает нас . Этот совет, который мы предлагаем в основном магнитичным целителям, мог бы найти своё место и применение в супружеских отношениях.

Человек может производить два дыхания по своей воле, одно теплое и другое холодное; он может излучать также или активный или пассивный свет по своей воле; но он должен приобрести осознание этой власти, тут же сосредотачивая свое внимание на этом. Та же жестикуляция рук может поглощать и отдавать поочередно то , что мы привыкли называть флюидом, и гипнотизер будет внутренне извещен о результате его намерения попеременно ощущая теплоту и холод в руке, или в обеих руках, когда обе используются, и которые ощущает субъект испытаний в то же самое время, но в противоположном чувстве, то есть, с совершенно противоположным вариантом.

Пентаграмма, или знак Микрокосмоса, представляет, среди других магических тайн, двойную симпатию человеческих конечностей, каждой в отношении другой и с циркуляцией Астрального Света в человеческом теле. Таким образом , когда человек представлен в виде звезды Пентаграммы, как можно увидеть в Оккультной Философии Агриппы, должно быть замечено, что голова соотносится в мужской симпатии с правой ногой и в женской симпатии с левой ногой; что правая рука соотносится таким же путем с левой рукой и левой ногой , и таким же образом другая рука. Это должно быть принято во внимание, когда делаются магнетические пасы, если мы стремимся управлять всем организмом и связывать все конечности должными соединениями сходства и естественной симпатии. Подобное знание требуется для использования Пентаграммы в Заклинании Духов, и в вызывании форм, блуждающих в Астральном Свете , вульгарно названного Некромантией, о чем мы объясним в пятой главе этого "Ритуала". Но вот что надо особо отметить здесь, каждое действие вызывает обратную реакцию, и что в намагничивании других, или влиянии на них магией, мы устанавливаем между ними и нами самими поток обратного, но аналогичного влияния, который может подчинить нас им вместо того, чтобы подчинить их нам, как случается достаточно часто в тех операциях, которые имеют симпатию любви к их объекту. Следовательно, в наивысшей степени необходимо быть настороже, в то время как мы нападаем, чтобы не вдыхать слева , в то время как мы выдыхаем на право. Магический андрогин, изображенный на фронтисписе "Ритуала" имеет, РАСТВОРЯЮ - надписанное на правой и СГУЩАЮ - на левой руке, таким образом напоминая символических архитекторов Второго Храма, которые держали меч в одной руке и их мастерок в другой. Пока велось строительство они должны были также защитить их работу и рассеивать врагов. Сама природа делает аналогично, разрушая и восстанавливая в то же самое время. Так, согласно аллегории Магического Календаря Дюшенто, человек, то есть посвященный, является подражателем Природы, который ограничил себя цепью, но вынужден действовать нескончаемо, подражая труду и работе его божественной хозяйки и нетленной модели.

Поочередное использование противоположных сил, теплоты после холода, мягкости после строгости, любви после гнева, и т.д., является тайной бесконечного движения и постоянства власти. Кокетки знают это инстинктивно, и поэтому они делают их поклонникам пассы из надежды к боязни, из радости к отчаянию. Оперировать всегда на одной и той же стороне и в одной и той же манере, значит перегрузить один чашу весов, и полностью разрушить равновесие – быстрое дело. Непрерывные ласкания порождают насыщение, отвращение и антипатию, так же, как постоянная неприветливость и серьезность в конечном счете отчуждают и препятствуют привязанности. Непрекращающийся и горячий огонь в алхимии сжигает Первое Вещество и не редко взрывает Герметический Сосуд: нагревание извести и минерального удобрения нужно заменить равномерными интервалами подачи высоко-температурного пламени. И так также в Магии: работы гнева или серьезности должны быть умерены так же благодеяниями и любовью. Если воля оператора, будет всегда в той же самой напряженности и направлена по той же самой линии , последует большая усталость, вместе с разновидностью морального бессилия.

Таким образом, Маг не должен жить всецело в своей лаборатории, среди его Атаноров, Эликсиров и Пантаклей. Однако прикованные будто взглядом Цирцеи, которую называют тайной силой, мы должны быть в состоянии противостоять ей, на тот случай, с мечом Одиссея, и решительно отнимать наши губы на какое-то время от чаши, которую она предлагает нам. Магическая операция должна сопровождаться отдыхом равной длины и отвлечения, аналогичного но противоположного в его объекте. Бороться непрерывно против Природы, чтобы управлять и завоёвать её означает рисковать разумом и жизнью. Парацельс смел делать так, но даже в своих последних усилиях он использовал уравновешивающие силы и противопоставлял опьянение вином опьянению ума. Таким был Парацельс, человек вдохновения и чудес ; всё же его жизнь была исчерпана этой поглощающей деятельностью, вернее её одеяние было быстро изодрано и изношено. Но люди подобные Парацельсу используют и злоупотребляют бесстрашно; они знают, что они могут умереть не ранее, чем состарившись.

Ничто не располагает нас к радости так эффективно как горе; ничто не является более близким к горю, чем радость. Следовательно необученный оператор изумлен, достигая совершенно противоположных из его предполагаемых результатов, потому что он не знает, как смешать или чередовать его действие. Он стремится околдовать его врага, но сам становится больным и несчастным; он желает сделать себя любимым, а становится используемым женщинами, которые высмеивают его; он пытается произвести золото, а вместо этого он исчерпывает все свои ресурсы; его пытка - это пытка Тантала: всегда водный поток отступает, когда он наклоняется, чтобы напиться. Древние в их символах и магических операциях размножили признаки дуады, так, чтобы этот закон равновесия можно было бы помнить. В их вызываниях они создавали два алтаря и жертвовали двумя жертвами, одной белой и одной черной; оператор, или мужчина или женщина, держа меч в одной руке и жезл в другой, имел обутой одну ногу и другую обнаженной. Кроме того, или один или три человека требовались для магической работы, потому что дуада будет означать неподвижность или смерть в отсутствии уравновешивающей движущей силы; и когда мужчина и женщина участвовали в церемонии, оператор был всегда девственным , гермафродитом, или ребенком. Меня будут спрашивать, произвольна ли оригинальность этих Обрядов, и является ли одной из целей этого, осуществление воли через простое увеличения трудностей в магической работе? Я отвечаю, что в Магии нет ничего произвольного, потому что все управляется и предопределяется единой и универсальной наукой Гермеса, которая аналогична в трех мирах. Каждый символ соответствует идее и специальной форме идеи; каждый акт выражает волю, соответствующую намерению, и формулирует аналогии этого намерения и воли. Ритуалы, поэтому, заранее спланированы самой наукой. Необученный человек, который не познакомлен с тройной силой, подчинен её таинственному обаянию; мудрец понимает это и делает силу инструментом его воли. Когда работа выполнена с точностью и верой, она никогда не бывает неэффективна.

Все магические инструменты должны быть дублированы; должно быть два меча, два жезла, две чаши, две жаровни, два пантакля и две лампы; два одеяния должны носиться, одно поверх другого, и они должны иметь противоположные цвета, правило, которому всё ещё следуют Католические священники; наконец, два металла должны быть носимы, как минимум, или иначе ни одного. Венец из лавра, руты, полыни обыкновенной (чернобыльник), или вербены должен быть в двойном количестве, в подобной манере; один из них используется в вызывании, в то время как другой сжигается, треск, который от него производится и завитки дыма, который он производит, означает наблюдающим как предзнаменование. И ничто в таких ритуалах не напрасно, поскольку в магической работе все инструменты ремесла намагничиваются оператором; воздух насыщен его благовониями, огонь, который он освятил, подчинен его воле, силы Природы, кажется, слышат и отвечают ему: он читает во всех создаваемых формах изменения и дополнения его мыслей. Он воспринимает волнение воды и, так сказать , самопроизвольное бурление, огонь вспыхивает или гаснет внезапно, шелест лиственных гирлянд, магический жезл перемещается спонтанно и необыкновенно, неизвестные голоса проносятся через воздух. Это было в таких вызываниях, в которых Юлиан созерцал любимые фантомы его свергнутых богов, был потрясен их ветхостью и бледностью. Знаю, что Христианство навсегда подавило Церемониальную Магию, и что оно запрещает вызывания и жертвования древнего мира. Но это не означает наше намерение задать новую основу для их существования, показывая их старинные тайны после ошибок очень многих столетий. И даже в порядке фактов, наши эксперименты были исследованы учеными и ничего больше. Мы проверили факты, чтобы мы могли оценить причины, и это не было нашей претензией для восстановления Ритуалов, которые навсегда разрушены. Православие Израиля, та религия, которая является настолько рациональной, столь божественной и так плохо известной, осуждена не меньше, чем Христианские тайны Церемониальной Магии. С точки зрения рода Леви, применение Высшей Магии должно рассматриваться как узурпация духовенства; и та же самая причина вызвала запрещение Практической Магии каждым официальным культом. Демонстрировать естественные основы чудесного и производить их по желанию означает уничтожить их для народного сознания, что убедительно свидетельствуется чудесами, которые утверждаются каждой религией как её исключительная собственность и её окончательный аргумент. Уважение установленным религиям, но дайте место также для науки! Мы прошли, слава Богу, дни инквизиций и костров; несчастных людей учения больше не убивают основываясь на вере нескольких обезумевших фанатиков или истеричных девчонок. Для остальных, пусть это будет понято ясно, что наше дело касается пытливого исследования, а не безнадежной пропаганды. Те, кто может обвинить нас в том, что мы осмелились называть себя Магами, могут не бояться нашего примера, ибо это является совершенно невероятным, что они когда-либо станут волшебниками.

ГЛАВА III

ТРЕУГОЛЬНИК ПАНТАКЛЕЙ.

Аббат Тритемиус, который в Магии был учителем Корнелиуса Агриппы, объясняет, в его Стеганографии, тайну Заклинаний и Вызываний после очень естественных и философских образов, хотя возможно, по той самой причине, слишком просто и слишком легко. Он говорит нам, что вызывание духа это вхождение в доминирующие мысли этого духа, и если мы поднимем себя морально выше по той же самой линии мыслей, мы привлечем дух к нам, и он будет служить нам. Заклинать означает выступить против сопротивления потока и сковать изолированную цепь дух-с-заклинающим, клясться вместе, то есть, осуществить общее действие веры. Чем больше сила и энтузиазм этой веры, тем более эффективно будет заклинание. Это - то, почему новорожденное Христианство заставило оракулов замолчать; оно одно обладало вдохновением, оно только властвовало. Позже , когда Святой Петр постарел, то есть, когда мир поверил, что он имел законное положение на Папство, дух пророчества прибыл, чтобы заменить оракулов. Савонарол, Йоахим Флореский, Ян Гус и столь много других влияли на то чтобы развернуть человеческий ум и толковали, прибегая к плачу и угрозами, тайным тревогам и заявлениям в сердцах.

Мы можем действовать индивидуально, когда вызываем дух, но заклиная мы должны говорить от имени круга или союза: это - значение иероглифического круга, описанного вокруг Мага , который работает, и из которого он не должен выходить, если он не желает одновременно быть лишенным всей его власти. Позвольте нам обратиться к Вам в этом пункте с жизненным и превосходным вопросом, являются ли реальные вызывания и реальные заклинания духов возможными вещами, и может ли такая возможность демонстрироваться с научной точки зрения. В первой части вопроса можно ответить с руки, что всё, которое не есть очевидная невозможность, можно и нужно допустить временно. Относительно второй части, мы подтверждаем, что в понимании тонкостей искусства Великой Магической Науки иерархии и универсальной аналогии, каббалистически возможность реальных вызываний может демонстрироваться; относительно феноменальной действительности, опирающейся на магические операции, выполненные с искренностью, это - вопрос опыта. Как уже рассказано, мы выяснили это нашей собственной персоной, и посредством этого "Ритуала" мы причислим к этому наших читателей, имеющих возможность возобновить и подтвердить наши опыты.

Ничто не погибает в Природе; независимо от того, кто или что это было, оно продолжает жить, всегда под новыми формами; но даже предшествующие формы не разрушаются, так как они остаются в нашей памяти. Разве мы всё ещё не видим в воображении ребенка, которого мы однажды знали, хотя теперь он - старик? Те самые оттенки, которым мы полагаем, вычеркнуты из нашей памяти, в действительности не уничтожены, поскольку случайное обстоятельство может вызвать и напомнить их. Но несмотря на это, каким образом мы видим их? Как мы уже сказали, именно в Астральном Свете , который передает их в наш мозг через механизм нервной системы. С другой стороны, все формы соразмерны и аналогичны идее, которая определила их; они – естественное свойство, характеристика этой идеи, как Маги называют это, и как только идея вызвана деятельностью, форма реализуется и воплощается дальше. Шрёпфер, известный просветитель из Лейпцига, ужасал всю Германию его вызываниями, и его смелость в магических экспериментах была настолько большой, что его репутация стала невыносимым бременем. Он позволил себе быть унесенным потрясающим потоком галлюцинаций, которые он производил; видения другого мира вызвали отвращение его к этому делу, и он убил себя. Его история должна быть предупреждением тем, кто очарован Церемониальной Магией. Природа не может быть нарушена безнаказанно, и никто не может играть безопасно с неизвестными и бесчисленными силами. Это и есть те соображения которые вели и будут когда-либо приводить нас к отрицанию тщетного любопытства тех, кто хотел бы увидеть, для того чтобы они могли поверить, и мы отвечаем им в тех же самых словах, какими мы ответили выдающемуся англичанину, который угрожал нам его скептицизмом: “Вы абсолютно вправе отказаться верить: но что касается нашей собственной роли, это не сделает нас более разочарованными или менее убеждёнными.” К тем, кто может убеждать нас, что они скрупулезно и смело выполнили все Ритуалы и что не было никакого результата, мы рекомендовали бы, чтобы они оставили их промысел, поскольку это - возможно предупреждение Природы, кто не предоставляет себя ей для этой аномальных работ; но если они упорствуют в их любопытстве, они должны только начать заново.

Триада, будучи основой магической доктрины должна быть обязательно соблюдена в вызываниях; поскольку она - символическое число реализации и влияния. Буква ש обычно чертится на каббалистических пантаклях, которые исполняют желание ради их цели. Это - также знак козла отпущения в мистической Каббале, и Сен-Мартен замечает, что вставил в Несообщаемую Тетраграмму эту форму Имени Искупителя. Это - то, что мистагоги Средневековья представляли на их ночных собраниях изображением символического козла, неся зажжённый факел между его двумя рогами. В пятнадцатой главе этого "Ритуала" мы опишем аллегорические формы и странный культ этого чудовищного животного, которое представляло Природу, обречённую к анафеме, но искупленную символом света. Гностическая Агапа и языческие фаллические оргии, которые следовали в её честь, достаточно показали моральное последствие, которое адепты извлекали из такого изображения. Все это будет объяснено, вместе с Ритуалами, осуждёнными и сейчас рассматриваемыми как невероятный, Великий Шабаш и Черная магия.

Внутри великого круга вызываний обычно чертится треугольник, и край, к которому верхняя вершина будет направлена, имеет значение для тщательного наблюдения. Если дух предположительно будет с небес, оператор занимает место наверху, и устанавливает алтарь окуриваний в основании; но если дух прибывает из бездны, этот способ будет полностью перевернут. Кроме того, священный символ двух переплетённых треугольников, формирующий шестиконечную звезду, известную в магии как Пантакль или Печать Соломона, должен носиться на лбу и груди, и запечатлён на правой руке. Независимо от этих знаков, древние, в их вызываниях, использовали те мистические комбинации Божественных Имен, которые мы скопировали в нашей "Доктрине" у еврейских каббалистов. Магическим треугольником языческих теософов была знаменитая ABRACADABRA, которой они приписывали экстраординарные достоинства и представляли следующим образом:

ABRACADABRA


ABRACADABR


ABRACADAB


ABRACADA


ABRACAD


ABRACA


ABRAC


ABRA


ABR


AB


A

Эта комбинация букв - ключ Пентаграммы. Начальная A повторяется пять и воспроизводится тридцать раз, таким образом давая элементы и числа двух следующих фигур:

Учение и ритуал высшей магии

Изолированная A представляет единство первого принципа, иначе, разумный или активный агент . А, объединённое с B, символизирует оплодотворение дуады монадой. R - символ триады, потому что она представляет иероглифически испускания, которые следуют из единства двух принципов. Число 11, которое являются количеством букв в слове, объединяет единство начал с декадой Пифагора, и число 66, добавленный итог всех букв, форма каббалистического числа 12, которое является квадратом триады и следовательно мистической квадратурой круга. Мы можем отметить, мимоходом, что автор Апокалипсиса, этого ключа христианской Каббалы, составил число зверя, то есть идолопоклонства, добавляя 6 к двойной шестерной ABRACADABRA, которая дает 18 каббалистически, число, приписанное в Тароте иероглифическому символу ночи и профана – луне, вместе с башнями, собакой, волком и крабом – таинственное и неясное число, каббалистический ключ которого - 9, число посвящения. На этот предмет священный Каббалист говорит явно: “Кто имеет ум” то есть, ключ каббалистических чисел – “тот сочти число зверя, ибо это число человеческое, и его число - шесть сотен три двадцатки и шесть.” Это, фактически, декада Пифагора умноженная на себя и добавленная к сумме треугольного Пантакля ABRACADABRA: это - таким образом сумма всей Магии в древнем мире, вся программа человеческого гения, которого Божественный Гений Евангелия стремился впитать или перевоплотить.

Эти иероглифические комбинации букв и чисел принадлежат практической части Каббалы, которая, с этой точки зрения, разделена на ГЕМАТРИЮ и ТЕМУРУ. Такие вычисления, которые теперь кажутся нам произвольными или лишенными интереса, принадлежали тогда философской символике Востока, и имели самое высокое значение в обучении святым вещам, происходящих из тайных наук. Абсолютный каббалистический алфавит, который соединил примитивные идеи с аллегориями, аллегории с буквами, а буквы с числами, тогда назывался Ключами Соломона . Мы заявили уже, что эти Ключи, сохраненные к нашему собственному дню, но полностью неверно истолкованные, не являются ничем иным как игрой Тарот, старинные аллегории которого были отмечены и оценены впервые в современном мире ученым археологом, Куром де Жебеленом88.

Двойной треугольник Соломона объясняется Святым Иоанном в замечательной манере . Он говорит, “есть трое, которые вписаны в небесах – Отец, Слово и Святой Дух”; и “есть трое, которые свидетельствуют на земле – дух, вода и кровь”. Таким образом, Святой Иоанн соглашается с учителями Герметичной философии, которые приписывают их Сере название Эфира, их Ртути наименование Философской Воды, и их Соли - квалификацию Крови Дракона или Растворителя Земли. Кровь или Соль соответствуют

противоположению Отца, Азотная или Ртутная Вода соответствуют Слову или Логосу, и Эфир соотносится со Святым Духом. Но положения наивысшего символизма могут быть поняты должным образом только истинными детьми науки.

Тройное повторение имен с различными интонациями было объединено в треугольных комбинациях на магических церемониях. Магическая Палочка часто была увенчана маленькой намагниченной вилкой, которую Парацельс заменял трезубцем, представленным ниже.

Учение и ритуал высшей магии

Этот трезубец - пантакль выражающий синтез триады в монаде, таким образом завершая священную тетраду. Он приписал этой фигуре все достоинства, которые Еврейские каббалисты приписывают имени Иеговы и чудотворным свойствам АБРАКАДАБРЫ, используемой жрецами Александрии. Позвольте нам признать здесь, что это является пантаклем и следовательно конкретным и абсолютным символом всей доктрины, которая была доктриной бескрайнего магнитного круга, не только для древних философов, но также и для адептов Средневековья. Восстановление в наши дни его истинной ценности с пониманием его тайн, возможно не означает также восстановление всех его удивительных достоинств и всей его силы против человеческих болезней?

Старые колдуны, когда они провели ночное собрание на месте трёх перекрестков, вопили три раза в честь тройной Гекаты. Все эти фигуры, с действиями аналогичными им же, все эти расположения чисел и символов, были, как мы сказали, очень сильными инструментами для воспитания воли, закрепления и определения её привычек. Они служат, кроме того, объединению всех сил человеческой души в действии и увеличивают созидательную силу воображения. Это - гимнастика мысли, обучающая реализации: и следовательно эффект этих методов безошибочен , как Природа, когда они выполнены с абсолютной уверенностью и упрямой настойчивостью. Великий Учитель говорит нам, что вера может пересадить деревья в море и сдвинуть горы. Даже суеверная и слепая практика эффективна, потому что это - реализация воли. Следовательно молитва более сильна, если мы посещаем церковь, чтобы произнести её, чем тогда, когда она произнесена дома, и она произведет чудеса, если мы отправимся к знаменитому храму с известной целью, другими словами , к такому храму, который намагничен достаточно большим числом его завсегдатаев - пересекающих две или три сотни лиг босиком и просящих милостыню всю дорогу. Люди смеются над простой женщиной, которая отказывает себе в копеечном молоке утром, однако она несет копеечную тонкую восковую свечку, чтобы сжечь на волшебном треугольнике в часовне; но они, кто смеется, не осведомлены, и простая женщина не платит слишком дорого за то, что она таким образом приобрела смирение и смелость. Великие умы проходят мимо в большой гордости, пожимая их плечами; они поднимаются против суеверия с шумом, который сотрясает мир; и что случается? Башни великих умов рушатся, и их руины возвращаются поставщикам и покупателям тонких копеечных свечей, которые удовлетворенно слушают всеобщее возвещение, что их господство навсегда закончено, при том, что они управляют всегда.

Великие религии никогда не имели больше чем одного серьёзного конкурента, и этот конкурент Магия. Магия произвела тайные общества, которые принесли революцию названную Ренессансом; но это была судьба человеческого разума, ослеплённого глупыми страстями, чтобы осуществить буквально аллегорическую историю еврейского Геркулеса: свергая столбы храма, он был сам похоронен под руинами. Масонские общества настоящего времени не менее несведущи о высоком значении их символов, чем раввины Сефер Ецира и Зогара, относительно набирающей высоту чаши весов, отмеряющей три периода, с поперечным движением с права на лево и с лева направо каббалистической семеричности. Достижение границы G

Учение и ритуал высшей магии
A
Учение и ритуал высшей магии
и квадрата Соломона превратилось в чрезмерный и материальный уровень невежественного Якобинства, реализованного стальным треугольником: который получили и небеса и земля. Посвящённые разглашатели тайн, которым иллюминат Казотт предсказал неистовую смерть, в наши собственные дни, превзошли грех Адама; поспешно собрав плоды Дерева Познания, которых они не знали как использовать для своего питания, они бросили их животным и пресмыкающимся земли. Так - господство суеверия возведено во власть, и это должно сохраниться до того периода , когда истинная религия должна быть составлена снова на вечных основах иерархии трех порядков и тройной власти, которую эта иерархия осуществляет вслепую или предопределенно в этих трёх мирах.

ГЛАВА IV 

ЗАКЛИНАНИЕ ЧЕТВЕРКИ

Четыре первичные формы разъединены и отличаются, грубо говоря, созданными духами, которые универсальным движением отделены от центрального огня. Духи трудятся всюду и оплодотворяют материю жизнью; вся материя оживляется; мысль и душа - всюду. Владея своими мыслями, которые производят разнообразные формы , мы становимся хозяевами форм и превращаем их в служителей наших целей. Астральный Свет насыщен такими душами, которых он выделяет в непрерывном порождении существ. Эти души имеют несовершенные намерения, которыми можно управлять и использовать более мощным намерением; тогда могущественные невидимые цепи формируются и могут вызвать или породить большие элементарные волнения. Явления, установленные преступными экспериментами Магии, и весьма недавно М. Евдеем де Мирвилем, не имеете никакой другой причины. Элементарные духи походят на детей : они мучают в основном тех, кто беспокоится о них, если в действительности ими не управляет высокий мотив и великая строгость. Мы называем таких духов под именем оккультных элементов, и именно они часто вызывают наши странные или тревожные мечты, они те кто производит движение волшебной палочки и постукивают в стенах или мебели; но они не могут проявлять никаких иных мыслей, кроме наших собственных, и когда мы не думаем, они говорят с нами со всей бессвязностью снов. Они воспроизводят добро и зло безразлично, поскольку они без свободной воли и следовательно безответственны; они показывают себя экстатикам и сомнамбулам под неполными и мимолетными формами. Это объясняет кошмары Святого Антония и наиболее вероятно видения Сведенборга. Такие существа ни прокляты, ни виновны ; они любопытны и невинны. Мы можем использовать или злоупотреблять ими как животными или детьми. Поэтому Маг, кто использует их, принимает ужасную ответственность, поскольку он должен искупить все зло , которое он заставляет их достигать, и степень его наказания будет в пропорции к той власти, которую он, возможно, осуществил их посредничеством.

Чтобы управлять элементарными духами и таким образом становиться королем тайных элементов, мы должны сперва подвергнуться четырем испытаниям древних инициаций; и видя, что такие инициации не существуют больше, мы должны заменить их аналогичными испытаниями, такими как демонстрация своей смелости в огне, пересечение пропасти при помощи ствола дерева или доски, взбирание на отвесную гору во время шторма, плавание через опасный водоворот или поток. Человек, который является робким в воде , никогда не будет править над Русалкам (Ундинами); тот, кто боится огня, никогда не будет командовать Саламандрами; пока мы склонны к головокружению, мы должны оставить Сильфов в мире, и воздержаться от раздражающих Гномов; поскольку низшие духи будут повиноваться только власти, которая преодолела их в их собственном элементе. Когда эта бесспорная способность была приобретена тренировкой и смелостью, слово нашей воли должно быть наложено на элементы специально посвященные воздуху, огню, воде и земле.

Это обязательное предварительное мероприятие всех магических операций. Воздух изгоняется посредством дыхания к четырем странам света и высказыванию:

Дух Бога носился над водою и вдохнул в лицо человека дыхание жизни. Будь Михаель моим водителем, и Сабтабиель моим слугой, во имя и посредством света. Пусть мое дыхание станет словом, и я буду управлять духами этого воздушного существа; я обуздаю коней солнца в соответствии с Волей моего сердца, мыслью моего разума, и зеницей ока правого глаза. Поэтому я действительно заклинаю Тебя, существо воздуха, при помощи Пентаграмматона, и во имя Тетраграмматона, в чем твердая Воля и истинная вера. Аминь. Разговор окончен: Повелеваю. Да будет так.

Молитва Сильфам должна быть произнесена следующей, после того как начертан их знак в воздухе пером орла.

Молитва Сильфам.

Дух Света, Дух Мудрости, дыхание Которого дает и забирает форму всех вещей; Ты, перед Которым жизнь каждого существа; тень, которая преобразовывается и пар, который исчезает; Ты, который восходит на облака и действительно летит на крылья ветра; Ты, кто существовал впредь и безграничную необъятность занимает; Ты, кто вовлекает и все , что появилось от Тебя, к Тебе возвращается; бесконечное движение в вечной стабильности, быть Тебе благословляемым навсегда! Мы восхваляем Тебя , мы благословляем Тебя в мимолетной империи созданного света, теней, размышлений и образов; и мы стремимся без остановки к Твоему неизменному и неувядающему блеску. Пусть луч Твоего разума и тепло Твоей любви спустится на нас: то, что является изменчивым, должно быть закреплено, тень должна стать телом, дух воздуха должен принять душу, и сон станет мыслью . Мы впредь не будем больше мчаться прочь перед бурей, но обуздаем крылатых коней утра и будем руководить курсом вечерних ветров, всех их мы можем избежать в Твоем присутствии. O Дух Духов, O вечная Душа Душ, O нетленное Дыхание жизни, O Творческое Дыхание, O Уста, которые действительно дыхание дают и забирают жизнь всех существ; в отливе и приливе Твоей вечной речи, которая есть; божественный океан движения и правды! Аминь.

Вода изгоняется наложением рук, дыханием и речью; освященная соль и немного золы, которая остается в кастрюле ладана, смешиваются также с ней. Аспергиллюс формируется из прутов вербены, барвинка, шалфея , мяты, ясеня и базилика, перевязанных нитью, взятой от прялки девственницы, и снабженный ручкой орешника от дерева, которое еще не имеет плодов. Знаки семи духов должны быть высеченными вслед за этим магическим шилом. Соль и зола должны быть освящены отдельно, говоря:

Над Солью.

Пусть мудрость пребывает в этой соли, и пусть она сохранит наши умы и тела от всякой порчи, через Хошмаэля, а в добродетели - Раух-Хошмаэля! Пусть призраки Материи уходят отсюда; чтобы она (соль) могла стать небесной солью, солью земли и землей соли; чтобы она могла кормить молотящего быка, и укрепила нашу надежду рогами летающего быка! Аминь.

Над золой.

Пусть эта зола вернется к источнику живых вод; пусть она станет плодородной землей; пусть она произведет наружу Дерево Жизни, посредством Трех Имен, которые есть Нетзах (Netsah), Ход (Hod) , и Йезод (Jesod), в начале и в конце, Альфой и Омегой, которые заключены в духе Azoth! Аминь.

Смешивая Воду, Соль и Золу.

В соли вечной мудрости, в воде перерождения, и в золе, из которой новая земля происходит, будут все вещи совершены Элоимом, Габриелем, Рафаэлем и Уриэлем, во веки веков! Аминь.

Заклинание Воды.

Да будет небесный свод посреди вод, и пусть он отделит воды от вод; вещи, которые выше , подобны к вещам, которые дуги (небесной) ниже, и вещи ниже дуги, подобны к вещам выше, для выполнения чудес единой вещи ; солнце – ее (вещи) отец, луна ее мать, ветер носил ее во чреве своем. Она (вещь) поднимается от земли к небесам, и снова она спускается от небес к земле. Я заклинаю тебя, создание воды, чтобы ты могло сделаться человеку зеркалом живого Бога в Его работах, источником жизни и очищения грехов.

Молитва Ундинам (Русалкам).

Бойтесь Короля Моря, Который имеет ключи врат небес и заключил воды преисподней в пещерах земли ; Король потопов и наводнений весенней поры; Ты, Кто распечатывает источники рек и фонтанов; Ты, Кто предопределяет влагу, которая походит на кровь земли, становиться соком растений: Тебе Мы поклоняемся и Тебя призываем! Говори с нами , Твоими неустойчивыми и непостоянными созданиями, в великих шумах моря, и мы будем дрожать перед Тобой ; говори с нами также в шепоте прозрачных вод, и мне будет тоскливо по Твоей любви! O, Необъятность, в которой текут все реки жизни, чтобы все время перерождаться в Тебе ! O, океан бесконечных совершенствований! Высота, которая отражает Тебя в глубине, глубина, которая выдыхает Тебя в высоту, ведет нас к истинной жизни разумом и любовью ! Веди нас к бессмертию через жертву, чтобы мы могли оказаться достойными одного Дня, предложить Тебе воду, кровь и слезы, для прощения грехов! Аминь.

Огонь заклинается окроплением соли, ладана, белой смолы, камфары и серы; трижды объявляя три имени гениев огня: Михаэль (MICHAEL), король солнца и молнии ; Самаэль (SAMAEL), король вулканов; и Анаэль (ANAEL), принц Астрального Света; и, наконец, повторяется по памяти

Молитва Саламандр.

Бессмертный, вечный, невыразимый и несозданный Отец всех вещей, Чье искусство простирается на вечно-катящуюся колесницу миров, которые вращаются нескончаемо; Господин эфирной необъятности, где трон Твоей власти возвеличен, с высоты которого Твои внушающие ужас глаза Распознают все вещи Твои святые и великолепные уши слушают все вещи, слышишь Ты Своих детей, которых Ты действительно любил прежде, чем эпохи начались. Для Твоего золотого, Твоего великого, Твоего вечного величества сияют выше мира и небес звезды! Ты искусство возвеличил над ними, O сверкающий огонь! Там Ты сияешь, там Ты беседуешь с Собой в Твоем собственном блеске, и неистощимые потоки Света льются из Твоей сущности для питания Твоего Бесконечного Духа, который непосредственно поддерживает все вещи, и формы, и который есть неисчерпаемое сокровище вещества, вечно готового к формированию, и который приспосабливает её и приспосабливает формы, Тобою отпечатанные на ней от начала! От этого Духа три самых святых короля, Которые окружают Твой трон и составляют Твой суд, получают также их происхождение, O всемирный Отец! O единственный и исключительный Отец блаженных смертных и бессмертных! В особенности Ты создал силы, Которые изумительно подобны Твоей вечной мысли Твоей восхитительной сущности; Ты установил их выше чем ангелы, Которые объявляют Твою Волю Миру; наконец, Ты создал нас третьими в ранге в пределах нашей элементарной империи. Там наше непрерывное развитие должно хвалить Тебя и поклоняться Твоей благоприятной радости; там Мы горим непрерывно в нашем стремлении обладать Тобой. O Отец! O Мать, самая нежная из всех матерей! O замечательный образец материнства и чистой любви! O Сын, цветок сыновей! O форма всех форм, души, духа, гармонии и число всех вещей! Аминь.

Земля заклинается окроплением воды, дыханием и огнем, с благовониями, надлежащими для каждого дня и

Молитва Гномам.

Невидимый король, Который, беря землю как опору, сделал борозды пропастей, чтобы наполнить их Своим всемогуществом; Ты, имя Которого действительно встряхивает своды мира, Ты, Который заставляет семь металлов струиться по венам скал, монарх семи огней, вознаграждающий подземных тружеников, веди нас к желательному воздуху и к царству блеска. Мы бодрствуем и мы работаем беспрестанно, мы ищем и мы надеемся , по двенадцати камням Святого Города, по скрытым талисманам, по полюсу магнитного железняка, который проходит через центр мира! Спаситель, Спаситель, Спаситель, пожалей тех, кто страдает, сделай откровеннее наши сердца, разъедини и возвысь наши умы, увеличь наше всё существование! O, устойчивость и движение! O день, облеченный ночью! O темнота, скрытая ослепительным блеском! O Учитель, Кто никогда не задерживал плату Твоих работников! O серебряная белизна! O золотой блеск! O, венец живых и мелодичных алмазов! Ты, Кто носит небеса на Своем пальце как кольцо сапфира, Ты, Который скрывает под землей, в каменном королевстве, изумительное семя звезд, жизни, господства, будь вечным распределителем богатства, стражами которого Ты сделал нас! Аминь.

Также должно быть принято во внимание особенно, что королевство Гномов находится к северу, королевство Саламандр к югу, королевство Сильфид к востоку, и, соответственно, Русалок к западу.

Эти существа влияют на четыре типа характеров человека; так сказать, Гномы воздействуют меланхолично, Саламандры жизнерадостно, Русалки флегматично, и Сильфиды раздражительно. Их знаки: иероглиф Быка для Гномов, которым приказывают мечом; также Лев для Саламандр, которым приказывают раздвоенной веткой или магическим трезубцем; иероглиф Орла для Сильфид, которыми управляют святым пантаклем; наконец, иероглиф Водоноса для Русалок , которыми управляют чашей возлияний. Их соответствующие повелители - Гоб для Гномов, Джин для Саламандр, Паралда для Сильфид и Никса для Русалок.

Когда элементарный дух мучает, или по крайней мере досаждает, жителям этого мира, последние должны заклинать воздух, воду, огонь и землю; и делать это посредством дыхания, опрыскивая, сжигания курений; и начертания на земле Звезды Соломона и Священной Пентаграммы. Эти фигуры должны быть совершенно правильными и нарисованы или древесным углем освященного огня, или соломой окунутой в различные цвета, смешанные с порошкообразным магнитным железняком. Тогда, держа Пантакль Соломона в одной руке и поднимая последовательно меч, прут и чашу, Заклинание Четырех должно быть произнесено громким голосом, на следующей манер:

Caput mortuum4, Господь приказывает Тебе живым и исполнившим обет змеем! Херувим , Господь приказывает Тебе Адамом Jotchabah! Блуждающий Орел, Господь приказывает Тебе крыльями Быка! Змей, Господь Тетраграмматон приказывает Тебе ангелом и львом! Михаэль, Габриэль, Рафаэль, и Анаэль! Излей Влагу, через дух Элоима. Земля, быть упрочившейся Адамом Jotchabah. Раскинься, Небесный свод, посредством Jahubehu, Zebaoth. Выполните, Предписание, посредством огня силой Михаэля. Ангел слепых глаз, повинуйся, или исчезни с этой святой водой! Исполняй, Крылатый Бык, или возвращайся к земле , если Ты не желаешь, чтобы я проткнул Тебя этим мечом! Прикованный Орел, повинуйтесь моему знаку, или летай перед моим дыханием! Корчащаяся Змея, ползай в моих ногах, или будь замучена священным огнем и уступи дорогу перед курениями, которые я жгу в этом огне! Вода, возвратись к воде; огонь, гори; воздух, циркулируй ; земля, вернись к земле, благодаря Пентаграмме, которая является Утренней Звездой, и зовется Тетраграммой, которая вписана в центре Креста Света! Аминь.

Знак креста, принятый христианами не принадлежит им исключительно. Он также является каббалистическим и представляет противодействие и четверное равновесие элементов. Мы видим из тайного возгласа Молитвы Господу, которую мы процитировали в нашем "Учении", что она была первоначально сделана на два манера, или по крайней мере, она была характеризована двумя полностью различными формулами, одна сохранена для священников и посвящённых, другая передана неофитам и профанам. Например, посвященный говорит поднимая его руки к его лбу , “Тебе,” затем добавляет " принадлежит", и продолжает, когда он переносит свою руку к груди, “царство,” далее к левому плечу, “справедливость,” позже к правому плечу , “и милосердие” – затем сжимая его руку, он добавлял, “в наступающие века.” Tibi sunt Malkuth et Geburah et Chesed per aeonas – знак креста, который является абсолютно и великолепно каббалистичным, который профанацией Гностицизма был полностью потерян официальной и воинственной Церковью. Этот Знак, произведённый определённым образом, должен предшествовать и заканчивать Заклинание Четверки.5

Чтобы овладеть и поработить элементарный дух, мы никогда не должны уступать их характерным недостаткам. Таким образом, мелкое и капризное намерение никогда не будет управлять Сильфидами; нерешительная, холодная и непостоянная натура никогда не будет справляться с Русалками; страсть раздражает Саламандр; а алчная жадность делает её рабов забавой Гномов. Но мы должны быть быстрыми и активными, как Сильфиды; гибкими и внимательными к образам, как Русалки; энергичными и сильными как Саламандры; трудолюбивыми и терпеливыми, как Гномы: одним словом, мы должны победить их в их же силе, не будучи когда-либо побеждёнными их слабостями. Как только мы хорошо закрепимся в этом расположении, целый мир будет в услужении мудрого оператора. Он пройдет через шторм, и дождь не намочит его голову; ветер не будет шевелить даже сгиб его одежды; он пройдёт огонь и не сгорит; он будет идти по воде и будет видеть алмазы внутри земной коры. Эти обещания могут казаться гиперболическими, но только в вульгарном понимании, так, если мудрец не осуществляет такие вещи материально и фактически, он достигает других, которые намного больше и более замечательны. В то же самое время, несомненно, что мы можем направить элементы в соответствии с нашей волей до определенного пункта и можем действительно изменять или препятствовать их эффектам. Например, если будет установлено, что люди в экстатическом состоянии теряют их вес на некоторое время , почему они должны быть неспособны ходить по воде? Конвульсивные больные Святого Медарда не чувствовали ни огонь, ни сталь, и просил самых сильных ударов и невероятных пыток как облегчение. Экстраординарные лазания и удивительное равновесие некоторых сомнамбул - открытие этих скрытых сил Природы. Но мы живем в столетие, когда никто не имеет храбрость, чтобы признать чудеса, которые он засвидетельствовал, и каждому говорящему: “Я самостоятельно видел или выполнял вещи, которые я описываю”, ответили бы: “Вы развлекаете сами себя за свой же счет, в противном случае Вы больны.” Намного лучше молчать и действовать.

Металлы, которые соответствуют четырём элементарным формам, это золото и серебро для воздуха, ртуть для воды, железо и медь для огня, свинец для земли. Талисманы составляются из металлов, относительно сил, которые они показывают и результаты которых талисман предназначен получить от них. Предсказание четырьмя элементарными формами, соответственно известными как аэромантия, гидромантия, пиромантия и геомантия, выполняется различными способами, которые все зависят от воли и ясности или воображения оператора. Фактически, четыре элемента являются только инструментами, которые помогают второму зрению. Так, второе зрение есть способность видеть в Астральном Свете, и это столь же естественно как первое или чувственное и обычное зрение, но оно может работать только через абстракцию чувств. Сомнамбулы и экстатики пользуются вторым зрением свободно, но это зрение более ясно, когда абстракция более совершенна . Абстракция производится астральным опьянением, то есть, избытком света, который полностью насыщает, и следовательно притупляет, нервную систему.

Темперамент сангвиника расположен к Аэромантии, раздражительные к пиромантии, флегматики к гидромантии и меланхолики к геомантии . Аэромантия поддерживает онейромантию, или предсказание снов; пиромантия дополняется магнетизмом; гидромантия кристалломантией; и геомантия гаданием на картах. Они - скрещивание и дополнение методов. Но предсказание, несмотря на функционирование, является опасным, или скажем, наименее пригодно, поскольку оно приводит в расстройство намерение, как следствие препятствует свободе и утомляет нервную систему.

ГЛАВА V 

СВЕРКАЮЩАЯ ПЕНТАГРАММА.

МЫ переходим к объяснению и посвящению Священной и Таинственной Пентаграммы. В этом месте позволим неосведомленному и суеверному закрыть книгу; они увидят только темноту , либо они будут шокированы. Пентаграмма, которую в Гностических школах называют Сверкающей Звездой, является символом интеллектуального всемогущества и автократии. Это - Звезда Магов; это - символ Слова, сделанного плотью; и, согласно направлению её вершин, этот абсолютный магический символ представляет порядок или беспорядок, Божественного Агнца Ормузда и Святого Иоанна, или проклятого козла Мендеса. Это – посвящение или профанация; это - Люцифер или Всенощная, звезда утренняя или вечерняя. Это - Мария или Лилит, победа или смерть, день или ночь. Пентаграмма с двумя восходящими остриями представляет Сатану как козла Шабаша; когда одно острие восходит, это - символ Спасителя. Пентаграмма фигура человеческого тела, имеющая четыре конечности и одно направление представлено головой. Человеческая фигура головой вниз естественно представляет демона, то есть интеллектуальное ниспровержение, беспорядок или безумие. Теперь, если Магия будет подлинной, если тайная наука будет действительно истинным законом этих трех миров, то этот абсолютный символ, этот символ древний как история и даже более древний, должен и действительно имеет бесчисленное влияние на духов, освобожденных от их материальной оболочки.

Знак Пентаграммы называют Символом Микрокосма, и это означает то, что Каббалисты книги Зогар называют Микропрозоп. Полное понимание Пентаграммы ключ двух миров. Это - абсолютная философия и естественная наука. Знак Пентаграммы должен быть составлен из семи металлов, или по крайней мере начертан чистым золотом на белом мраморе. Она может быть также нарисована киноварью на незапятнанной шкуре ягненка как символ целостности и света. Мрамор должен быть чистым, то есть, никогда не использованным в другой цели; овчина должна быть подготовлена под покровительством солнца. Ягненок, должен быть убит в Пасхальное время новым ножом, и кожа должна быть засолена с солью, освященной магическими операциями. Упущение даже одной из этих трудных и вероятно произвольных формальностей делает пустым весь успех великой работы науки.

Пентаграмма освящается четырьмя элементами; магическую фигуру выдыхают пять раз; её опрыскивают святой водой; её высушивают в курениях пяти ароматов, а именно, ладана, мирры, алоэ, серы и камфары, к которым могут быть добавлены немного белой смолы и амбры. Пять дыханий сопровождаются произнесением имён, приписанных пяти гениям, которые являются Габриелем, Рафаэлем, Анаэлем, Самаэлем и Орифиэлем. Впоследствии Пентакль помещается последовательно на север, юг, восток, запад и центр астрономического креста, произнося в то же самое время, один за другим, согласные Священной Тетраграммы, и затем, в пониженном тоне, священную букву АЛЕФ и таинственную ТАУ, соединенные в каббалистическом имени AZOTH.

Пентаграмма должна быть расположена на алтаре курений и под треножником вызываний. Оператор должен также носить символ Макрокосма, который составлен из двух пересечённых и наложенных треугольников. Когда дух света вызывается, Направляющая звезды – то есть, один из ее концов – должна быть направлена к треножнику вызываний, а два нижних луча звезды к алтарю курений. В случае духа тьмы, преследуется противоположный курс, но тогда оператор должен тщательно установить конец жезла или острие меча на направляющую Пентаграммы. Мы сказали, что символы – активное выражение словом того, что мы волеизъявляем. Теперь, слово воли должно быть дано в его законченности, так, чтобы оно могло быть преобразовано в действие; и единственная небрежность, представляющая бездеятельную речь или сомнение, искажает и парализует весь процесс, возвращая назад на оператора все силы, таким образом израсходованные напрасно. Поэтому мы должны либо воздержаться абсолютно от магических церемоний, или тщательно и точно выполнить их всех.

Пентаграмма, созданная в люминесцентных линиях на стекле посредством электрической машины, имеет также большое влияние на духов и ужасает фантомы. Старые маги изображают символ Пентаграммы на пороге их домов, препятствуя злому духу входить, а хорошему духу уходить. Это ограничение следовало из предписания лучей звезды. Два острия на внешнюю сторону отгоняли зло; два острия во внутреннюю сторону заключали их в тюрьму; одно только острие на внутреннюю сторону держало доброго духа пленником. Все эти магические теории, основанные на одном учении Гермеса и на аналогичном выводе науки, были подтверждены неизменно видениями в экстазе и приступами каталептиков, указывая, что они одержимы духами. Буква G, которую Вольные каменщики помещали в середине Сверкающей Звезды выражает ПОЗНАНИЕ (GNOSIS) и ПОРОЖДЕНИЕ (GENERATION), два священных слова древней Каббалы. Она означает также ВЕЛИКОГО АРХИТЕКТОРА, поскольку Пентаграмма на каждой стороне представлена буквой A. Помещая ее таким способом, что два из ее лучей восходят и один нисходит, мы можем видеть рога, уши и бороду иерархического Козла Мандеса, когда он становится символом адских вызываний.

Аллегорическая Звезда Магов ни что иное, как таинственная Пентаграмма; те три короля, сыновья Зороастра, ведомые Сверкающей Звездой к колыбели микрокосмического Бога, является самой полной демонстрацией каббалы и магических начал христианского учения. Один из этих королей белый, другой черный и третий коричневый. Белый король предлагает золото, символ света и жизни; черный король представляет мирр, образ смерти и тьмы; коричневый король жертвует ладаном, символом примирения учений о двух принципах. Они после этого возвращаются в их собственные земли разной дорогой, показывая, что новый культ - только новый путь, ведущий человека к одной религии, означающей священную троицу и сияющую Пентаграмму, единственного вечного католицизма. Святой Иоанн, в Апокалипсисе, созерцает это же самое падение звезды с небес на землю. Это тогда называлось полынью или источником горечи, все воды моря становятся горькими – поразительное изображение материализованного учения, которое производит фанатизм и остроты противоречия. Тогда к самому Христианству могут быть применены такие слова Исайи: “Как Ты пал с небес, яркой звездой, которая была так превосходна в своем начале!” Но Пентаграмма, профанированная людьми, горела всегда неомрачённая в правой руке Слова Истины, и вдохновенный голос гарантировал ей, что преодолеет владение Утренней Звезды – торжественно обещая восстановление сдерживания Звезды Люцифера.

Учение и ритуал высшей магии

Как было видно, все Тайны Магии , все символы Гнозиса, все фигуры оккультизма, все каббалистические ключи пророчествуют суммируясь в Знаке Пентаграммы, которую Парацельс объявляет величайшим и наиболее мощным из всех знаков. Будет ли кто-нибудь удивлен поэтому, что каждый Маг верит в реальное влияние, осуществляемое этим символом на духов всех иерархий? Те, кто устанавливал ничтожность Знака Креста, дрожат перед Звездой Микрокосмоса. Напротив, когда осознается провал своих попыток, Маг обращает свой взгляд к этому символу, берёт его в правую руку и чувствует себя вооруженным всемогуществом разума, при условии , что он - действительно король, достойный быть ведомым звездой к колыбели божественной реализации; при условии, что он ЗНАЕТ, СМЕЕТ, ЖЕЛАЕТ и УДЕРЖИВАЕТ МОЛЧАНИЕ; при условии, что он знаком с использованием Пентакля, Чаши, Палочки и Меча; если, наконец, бесстрашный пристальный взгляд его души соответствует тем двум глазам, которые есть восходящие линии нашей Пентаграммы, всегда являющимися открытыми.

ГЛАВА VI

СРЕДА И ПОСРЕДНИК

ДВЕ вещи , как мы показали, являются необходимыми для приобретения магической власти – освобождение воли от рабства и её наставление в искусстве господства . Верховная воля изображается в наших символах Женщиной, которая сокрушает голову змеи и сияющим ангелом, который сдерживает и ограничивает дракона копьем и пяткой . В этом месте позвольте нам подтвердить без уверток, что Великий Магический Агент – двойной поток света, жизни и астрального огня земли – был представлен змеей с головой вола, козла или собаки, в древних теогониях. Это - двойная змея кадуцея, древний змей Бытия, но это также медный змей Моисея, скрученное Тау, то есть, порождающее мужское начало. Это, кроме того, Козёл Шабаша и Бафомет Тамплиеров; это Праматерия Гностиков; это двойной хвост змеи, которая образовывает ноги солнечного петуха Абраксиса. В прекрасном понимании, это - дьявол Mаркиза де Мирвиля и действительно, это слепая сила , которую должны преодолеть души, если они желали быть освобождены от цепей земли; следовательно, если их воля не может отделить их от этого фатального притяжения, они будут поглощены в потоке, сила которого произвела их, и возвратятся к центральному и вечному огню. Вся магическая работа состоит поэтому в нашем освобождении от объятий древнего змея, затем в установлении ноги на его голову и направлении его, куда мы желаем. “Я дам Тебе все королевства земли, если Ты пожелаешь опуститься вниз и поклониться мне”, сказал этот змей в евангелистском мифе. Посвященный должен дать ответ: “Я не буду становиться на колени перед тобой, но Ты должен склониться у моих ног; ничто Ты не дашь мне, но я буду использовать Тебя, и возьму то, в чем я нуждаюсь, поскольку я – твой господин и хозяин” – ответ, который, в скрытой манере, содержится в словах Спасителя.

Мы сказали, что нет никакого личного дьявола. Это - неверно направленная сила, как на это указывает имя. Одический или магнитный поток, сформированный цепью извращенных желаний, составляет этот злой дух, который Евангелие называет легионом, и это он, который поверг свиней в море – другая аллегория прельщения, примененная на существах с низшими инстинктами слепыми силами, которые могут быть направлены в действие ошибкой и злой волей. Этот символ может быть сравнен с товарищами Одиссея, превращёнными в свиней волшебницей Цирцеей. Отметим, что было сделано Одиссеем, чтобы сохранить себя и освободить его партнёров: он отказался от чаши чаровницы и приказал ей мечом. Цирцея это Природа, со всеми её восхищениями и соблазнами: мы должны преодолеть её, чтобы обладать ею. Таково значение Гомеровской басни, для поэм Гомера, таковы истинные священные книги древней Эллады, содержащие все тайны высокого Восточного посвящения.

Природная среда всегда активна, и всегда совращает праздный змей желаний, чьему непрерывному покорению мы должны противостоять. Любовные, ненасытные, страстные, или праздные чародеи - невероятные чудовища. Маг думает и волеизъявляет; он ничего не любит с желанием; он ничего не отвергает в пылу. Последнее слово показывает пассивное состояние, а Маг является неизменно активным, неизменно побеждающим. Достижение этой реализации - затруднение трансцендентных наук: так, когда Маг достигает своего собственного создания, Великая работа выполнена, по крайней мере что касается причин и инструмента. Великий Агент или природный посредник человеческого всемогущества не может быть побежден или направлен на избавление сверхъестественным посредником, которым является освобожденная воля.

Архимед принимал за очевидное наличие точки опоры вне мира, чтобы поднять мир. Точка опоры Мага - интеллектуальный кубический камень, Философский Камень AZOTH – то есть, доктрина абсолютного разума и универсальной гармонии основанной на симпатии противоположного.

Один из наших самых плодовитых авторов, и один из тех, кто меньше всего укрепился в своих идеях, М. Эжен Сю, основал обширный роман-эпопею на индивидуальности, которую он стремится представить отвратительной, которая становится интересной против желания романиста, так в изобилии делает он подарки с терпением, смелостью, умом и гением. Мы в присутствии своего рода Секста V – бедного, умеренного, бесстрастного, держащего весь мир, запутанный в сети его искусных комбинациях. Этот человек побуждает по воле страсти своих врагов, уничтожает их с помощью друг друга, неизменно достигает своей точки зрения, и это без помех, без показной роскоши и без обмана. Его цель в свободе мирового общества, которое автор книги считает опасным и злобным, и в достижении цели никакая цена не будет слишком большой. Родин живет в плохой квартире, плохо одевается, питается подобно отбросам человеческого рода, но всегда фиксируется на его работе. Согласно со своим намерением, автор изображает его как несчастного, грязного, отвратительного, отталкивающего к касанию и ужасного по виду. Но предполагает ли эта самая внешность средство маскировки – предприимчивость и так более надежно достигает цели, это не доказательство, в полном смысле слова, возвышенной храбрости? Когда Родин становится римским папой, Вы думаете, что он будет плохо одет и грязен? Следовательно М. Эжен Сю пропустил этот пункт; его цель состояла в том, чтобы высмеять суеверие и фанатизм, но то, на что он нападает - интеллект, сила, гений, большинство знаков человеческого достоинства. Было среди Иезуитов очень большое количество Родинов, были даже они одни, я не буду излагать большего , для успеха противоположной партии, несмотря на блестящие и неловкие специальные мольбы её прославленных защитников.

Волеизъявлять как следует, волеизъявлять продолжительно, волеизъявлять неизменно, но никогда не вожделеть что-нибудь, таков секрет власти, и это - Магическая Тайна, которую Тассо выдвигает в персонажах двух рыцарей , которые приезжают, чтобы избавить Ринальдо и разрушить очарования Армиды. Они противостоят одновременно самым очаровательным нимфам и самым ужасным диким животным. Они остаются без желаний и без страха, и следовательно они достигают их цели. Это следует из этого, что истинный маг вдохновляется больше страхом, чем любовью? Я не отрицаю того, и признаю в изобилии, как сладки соблазны жизни, в то же время отдавая полную справедливость доброму гению Анакреона и всему юному цветению поэзии любви, я приглашаю почтенных приверженцев удовольствия рассмотреть трансцендентальные науки просто в качестве любопытства и никогда не приближаться к магическому треножнику: великие работы науки смертельны к чувственному удовольствию.

Человек, который выскользнул из цепи инстинктов, прежде всего поймёт его всемогущество повиновением животных. История Даниила в логове львов не басня, и не раз, во время преследования зарождающегося Христианства, это явление повторялось в присутствии всего римского народа. Человек редко что-нибудь опасается от животного, которого он не боится. Пули Жюля Жерара, убийцы льва, являются магическими и разумными. Только однажды он подвергался реальной опасности; он позволил робкому компаньону сопровождать его, и , смотря на этого неблагоразумного человека как потерянного заранее, он также боялся, не за себя, но за его товарища. Многие люди скажут, что это трудно и даже невозможно достигнуть такой решительности, что сила в воле и энергичность в характере является природными дарами. Я не обсуждаю это , но я указал бы также, что развитие может преобразовать природу; воля может быть усовершенствована обучением, и, как сообщено по другому случаю, все магические, подобно всем религиозным, церемонии не имеет другого завершения, но так проверяют, тренируют и приучают волю настойчивости и силе. Чем более тяжелые и трудные тренировки, тем больше их эффект, насколько мы сейчас продвинулись далеко можно видеть.

Если было до настоящего времени невозможно управлять явлением магнетизма, это потому, что посвящённый и действительно освобожденный оператор ещё не появился. Кто может похвастаться, что он - такой ? Не всегда мы имеем новые самозавоевания на деле? В то же самое время, это бесспорно, что Природа желает повиноваться знаку и слову того, кто достаточно силён, чтобы быть убежденным, что она желает этого . Я сказал, что Природа желает повиноваться; я не сказал , что она желает противоречить себе или нарушать порядок ее возможностей. Лечение нервных болезней словом, дыханием, или прикосновением; воскрешение в определённых случаях; сопротивление злой воле , достаточной чтобы разоружать и поразить убийц; даже способность делать себя невидимым, запутывающая зрение тех, от которых важно ускользнуть – всё это естественный эффект направления или извлечения Астрального Света. Таким образом Валентий был ослеплён и объят страхом при входе в храм Цезаря, как раз когда Гелиодор старый, разбитый внезапным безумием в храме Иерусалима, полагал себя подвергнутым каре и попёртым ангелами. Таким точно образом Адмирал де Колиньи навязал уважение своим убийцам и смог единственное убить сумасшедшего , который свалился на него с отведенным лицом. Что выдавала Жанна Д` Арк, неизменно победоносно, было обаянием её веры и чуда её смелости; она парализовала оружие тех, кто нападал на неё, и англичане, возможно, очень были искренними в оценке её как ведьмы или колдуньи. Как факт, она была колдуньей подсознательно, сама полагала, что действовала сверхъестественно, в то время как она действительно располагала тайной силой, которая универсально и неизменно управляется определенными законами.

Маг-гипнотизер должен приказывать природному посреднику, и следовательно своему астральному телу, посредством которого наша душа общается с нашими органами . Он должен сказать материальному телу, “Спи!” и сидеральному телу, “Видеть Сны!” Вслед за этим, аспект видимых вещей меняется, как в видениях употребляющих гашиш. Калиостро, как думают, обладал этой властью, и он увеличил её действие посредством окуриваний и парфюмов; но истинная магнетическая способность будет превышать эти вспомогательные средства, все более или менее вредные для ума и разрушительные для здоровья? М. Рагон, в его научной работе о Тайном масонстве, дает рецепт для ряда лекарств, рассчитанных вызвать усиление сомнамбулизма. Это ни в коем случае не презираемое знание, но благоразумные маги должны избегать этой практики.

Астральный Свет направляется взглядом, голосом, а также большим пальцем и ладонью руки. Музыка - мощный помощник голоса, и следовательно достигает степени очарования словом. Но музыкальный инструмент не очаровывает более, чем человеческий голос, однако далекие нотки скрипки или гармоники могут увеличить его силу. Пациент, которого предполагается подчинить, предварительно обрабатывается таким образом; и когда он полупоражён, на самом деле , окутан очарованием, руки должны быть протянуты к нему; ему нужно приказать спать или воображать, и он будет повиноваться несмотря на себя самого. Если он сопротивляется, неподвижный взгляд должен быть направлен к нему, один большой палец помещается между его глазами а другой на его грудь, так дотронуться его слегка единственным и быстрым касанием; вдох должен медленно втягиваться и снова дышать спокойно и успокаивающе, и так дальше, повторяя низким голосом, “Спать!” или “Воображайте!”

ГЛАВА VII

Семеричность талисманов.

ЦЕРЕМОНИИ, одеяния, курения, символы и фигуры означают, как мы установили, необходимость применения воображения к образованию волеизъявления, успех магических трудов зависит от точного соблюдения всех церемоний, которые ни в каком смысле не фантастичны или произвольны. Они были переданы нам древностью и получили постоянство согласно необходимым законам аналогичной реализации и аналогичного соответствия, которые взаимосвязывают идеи и формы. Потратив много лет в консультациях и сравнениях всех наиболее подлинных Гримуаров и магических Ритуалов, мы преуспели, не без труда, в воссоздании Церемониала универсальной и первобытной Магии. Единственные серьёзные книги, которые мы видели на этот предмет, находятся в рукописи, написанной в условных символах, которые мы расшифровали с помощью Полиграфии Тритемия. Важность других состоит полностью в иероглифах и символах, которые украшают их, истинность изображений была замаскирована под суеверные сказки мистифицированного текста. Такова , например, Инструкция Римского папы Льва III, которая никогда не печаталась с её истинными фигурами , и мы восстановили её для нашего собственного использования по образцу древней рукописи. Ритуалы, известные под названием Ключицы30 Соломона являются очень многочисленными. Многие были напечатаны, в то время как другие остаются в рукописях, расшифрованных с большой заботой. Чрезвычайно прекрасного и изящного вида письменный пример сохранен в Британской Библиотеке; он обогащён Пантаклями и символами, большинство которых было воспроизведено в Магических Календарях Тихо Браге и Дюшанто. Наконец, есть напечатанные Ключицы и Гримуары, которые являются показными мистификациями и обманами нечестных издателей. Книга, столь печально известная и порицаемая под названием Маленького Альберта принадлежит главным образом к последней категории: некоторые рисунки талисманов, и некоторые вычисления, заимствованные у Парацельса, являются его единственными серьезными частями.

В любом вопросе Реализации и Ритуала, Парацельс - внушительный магический авторитет. Никто не выполнил работы, больше чем он, и по той самой причине он скрывает достоинство церемоний и просто преподает в своей тайной философии существование того магнитного агента, которым является всемогущество твердого волеизъявления; он суммирует также целую науку символов в двух знаках, макрокосмической и микрокосмической звездах. Сказанного было достаточно для знатоков, и важно чтобы сказанное не начало профанироваться. Парацельс поэтому не преподавал Ритуал, но он практиковал, и его практика была чередой чудес.

Мы говорили о магическом значении триады и тетрады. Их комбинация составляет великое религиозное и каббалистическое число, которое представляет универсальный синтез и включает священную семеричность. В вере древних, миром управляют семь вторичных причин – secundii, как Тритемий называет их – которые являются универсальными силами, называемыми Моисеем под множественным названием Элохим, боги. Эти силы, подобные и противоположные друг другу, производят равновесие при их противопоставлении и управляют движением сфер. Евреи назвали их семью великими архангелами, дав им имена Михаэль, Габриэль, Рафаэль, Анаэль, Самаэль, Задкиэль и Орифиэль6. Христианские Гностики назвали четырех последних Уриэль, Барахиэль, Силтиэль и Йехудиэль7. Другие нации приписывали этим духам управление семью главными планетами, и давали им имена их главных божеств. Все верили в их относительное влияние; астрономия разделила древние небеса между ними и распределила семь дней недели в их поочерёдном правлении. Такова причина различных Церемоний магической недели и семеричных культов планет. Мы заметили предварительно, что в этом смысле планеты - только символы; они имеют влияние, которое приписывается универсальной верой, потому что они, в большей действительности, звёзды человеческого разума , чем сферы небес. Солнце, которое Древние Маги всегда расценивали как неподвижное, могло быть только планетой для простака; следовательно оно представляло тот день отдыха на неделе, который мы называем воскресенье, не зная почему, день солнца среди древних.

Семь магических планет соответствуют семи цветам спектра и семи нотам музыкальной октавы; они представляют также семь достоинств и противопоставлены семью пороками христианской этики. Семь таинств соответствуют одновременно великой универсальной семеричности. Крещение, которое посвящено элементу воды, находится в аналогии с Луной; аскетизм Покаяния - под покровительством Самаэля, ангела Марса; Утверждение (конфирмация), которое передает дух понимания и сообщает истинно верующему дар речи, находится под покровительством Рафаэля, ангела Меркурия; Евхаристия заменяет священное осознание Бога, сделанное человеком ради империи Юпитера; Брак посвящен ангелу Анаэлю , очищающему гению Венеры; Чрезвычайная Набожность - охрана безнадежного, гибнущего под косой Сатурна; и Духовный сан, посвящен духовенству света, отмечен более особенно знаком Солнца. Почти все эти аналогии были замечены учёным Дюпюи8, который из этого заключил , что все религии были ложны, вместо того, чтобы признать святость и вечность единственной догмы, всегда воспроизводимой в универсальном символизме чередующихся религиозных форм. Он был не в состоянии понять неизменное откровение, переданное человеческому гению гармонией Природы, и видел только каталог ошибок в этой цепи разговорных образов и вечных истин.

Магических работ - также семь, в том числе: (1) работы света и богатства, под покровительством Солнца ; (2) работы предсказания и мистерии, под заклинанием Луны; (3) работы искусства, науки и красноречия, под защитой Меркурия; (4) работы гнева и наказания, посвящены Марсу; (5) работы любви, покровительствуются Венерой; (6) работы честолюбия и тайных происков, под влиянием Юпитера; (7) работы проклятия и смерти, под патронажем Сатурна. В теологическом символизме, Солнце изображает Слово Истины; Луна, религию непосредственно; Меркурий, интерпретацию и науку таинств; Марс, правосудие; Венера, милосердие и любовь; Юпитер, воскрешение и прославление Спасителя; Сатурн, Бог Отец, или Иегова Моисея. В человеческом теле Солнце сходно с сердцем, Луна с мозгом, Юпитер с правой рукой, Сатурн с левой, Марс с левой ногой, Венера с правой, Меркурий с порождающими органами, отчего изображение гермафродита иногда приписывается этой планете. В человеческом лице Солнце управляет лбом, Юпитер правым и Сатурн левым глазом; Луна управляет между обеими впадинами носа, двумя крыльями которого управляют Марс и Венера; наконец, влияние Меркурия имеется над ртом и подбородком. Среди древних эти понятия составили тайную науку физиогномики, впоследствии восстановленной недостаточно хорошо Лафатером9.

Маг, который намеревается предпринять работу света, должен работать в воскресенье, с полуночи до восьми утра, или от трех часов дня до десяти вечера. Он должен носить пурпурное одеяние, с тиарой и браслетами из золота. Алтарь ароматов и тренога священного огня должны быть окружены венками лавра, гелиотропа и подсолнечников; благовония - корица , острый ладан10, шафран и красная сандалия; кольцо должно быть из золота, с хризолитом или рубином; ковёр должен быть из шкуры льва, опахало из перьев ястреба-перепелятника. В понедельник одежда белая, вышитая серебром, и имеющая тройное ожерелье жемчуга, кристаллов и селенита; тиара должна быть покрыта жёлтым шёлком, украшенным серебряными символами, формирующими еврейскую монограмму Габриэля, как дано в Оккультной Философии Агриппы; духи - белая сандалия, камфара, амбра, алоэ и измельченное в порошок семя огурца; венки - полынь обыкновенная (чернобыльник), гроздовник полулунный11 и желтый лютик. Гобеленов, одежды и предметов черного цвета нужно избегать; и никакой металл кроме серебра не следует носить на себе. Во вторник, день для операций мести, цвет одеяния должен быть цветом пламени, ржавчины или крови, с поясом и браслетами из стали. Тиара должна быть переплетена золотом; палочкой нельзя пользоваться, но только магическим кинжалом и мечем; венки должны быть из полыни и руты, кольцо из стали, с драгоценным камнем аметистом. В среду, день благоприятный для трансцендентальной науки, одеяние должно быть зелёным, или увешано различными цветами; ожерелье жемчуга в полых стеклянных шариках, содержащих ртуть; благовония бензойной смолы, сушеная шелуха мускатного ореха и стиракса12; цветы, нарцисс, лилия, трава-пролеска13, дымянка, и майоран; драгоценный камень должен быть агатом. В четверг, день великих религиозных и политических операций, одеяние должно быть алым, и на лбу должна носиться медная пластинка с надписью, с символами духа Юпитера и трех слов: GIARAR, BETHOR, SAMGABIEL; благовония - ладан, амбра, елей, зерно парадизки14, сушеная шелуха мускатного ореха и шафран; кольцо должно быть украшено изумрудом или сапфиром; венки и короны должны быть из дуба, тополя, g и листьями граната. В пятницу, день для любовных операций, одеяние должно быть небесно-голубым, драпированным зеленым и розовым, украшения из полированной меди, короны фиалок, венки роз, мирты и оливы; кольцо должно быть украшено бирюзой; ляпис-лазурь и берилл будут соответствовать для тиары и клипс; опахало должно иметь перья лебедя; и оператор должен носить на своей груди медный талисман с символами Анаэля и иметь слова: AVEEVA VADELILITH. В субботу, день мрачных операций, одеяние должно быть черным или коричневым, со знаками, вышитыми в оранжевом или черном шелке; вокруг шеи должна носиться тонкая пластинка из свинца, с символами Сатурна и иметь слова: ALMALEC, APHIEL, ZARAHIEL; благовониями должны быть диагридриум, скаммоний (смола ялапы), квасцы, сера и асафетида15; кольцо должно быть украшено ониксом; венок должен иметь ясень, кипарис и черемицу; на ониксе кольца, во время действия часов Сатурна, двойная голова Януса должна быть гравирована освященным шилом.

Таковы старинные великолепия Тайных Культов Магии. С аналогичными указаниями великие маги Средневековья продолжали ежедневно освящать талисманы соответствующие Семи Гениям. Мы определили Пантакль как искусственный символ, подводящий итог всего магического учения в одном его особенном замысле. Это – следовательно, полное выражение завершённой мысли и воли: которая есть подпись духа. Церемониальное посвящение соответствующего знака прибавляет ему ещё большее решительное намерение оператора и устанавливает истинную магнитную цепь между ним и Пантаклем. Пантакли могут быть нарисованы на девственном пергаменте, бумаге или металлах. Что называется талисманом есть лист металла, несущий либо Пантакли или символы и получившие специальное посвящение для определенной цели. В ученой работе по магической античности, Гаффарель16 демонстрирует с научной точки зрения истинную силу талисманов, и вера в их силу настолько сильна в Природе, что мы нося подарок на память от тех кого мы любим, убежденны, что они предохранят нас от опасности и увеличат наше счастье. Талисманы делают из семи каббалистических металлов, и, когда дни и часы благоприятны, требуемые и определенные знаки наносятся вслед за этим. Рисунки семи планет, с их магическими квадратами согласно Парацельсу, найдены в Маленьком Альберте: они - один из очень немногих серьезных пунктов в этом собрании вульгарной Магии. Должно быть соблюдено, что Парацельс заменяет фигуру Юпитера аналогичной фигурой священника , такая замена не стремится к конкретной таинственной цели. Но аллегорические и мифологические фигуры этих Семи Духов стали слишком классическими и слишком знакомыми для их успешного использования на талисманах: мы должны возвратиться к наиболее неясным и содержательным знакам. Пентаграмма должна быть нанесена неизменно на одну сторону талисмана, с кругом для Солнца, полумесяц для Луны, для Марса - меч, G для Венеры, для Юпитера корона и коса для Сатурна. Оборотная сторона должна иметь Знак Соломона, то есть, шестиконечную звезду, составленную из двух совмещённых треугольников; в центре там помещается человеческая фигура для талисмана Солнца, чаша для талисмана Луны, голова собаки для талисмана Меркурия, голова орла для талисмана Юпитера, голова льва для Марса, голова голубя для талисмана Венеры, и голова быка или козла для Сатурна. Названия семи ангелов должны быть добавлены на Иврите, на Арабском языке или в магических символах подобных тем что из алфавита Тритемия. Два треугольника Соломона могут быть заменены двойным крестом Колес Езекиеля, который найден на большом количестве древних Пантаклей и является, как мы заметили в нашей "Доктрине", ключом к триграммам Фоги.

Драгоценные камни могут также использоваться для амулетов и талисманов; но все предметы такой природы, будут ли это металлы или драгоценные камни, должны тщательно храниться в шелковистых мешочках цвета, аналогичного определенному духу планеты, надушенные ароматами соответствующего дня, и хранится от всех нечистых взглядов и контактов. Таким образом, Пантакли и талисманы Солнца не должны видеть или касаться их покалеченные или уродливые люди, или безнравственные женщины; аналогичные требования для предметов Луны - осквернение взглядами и руками развращенных мужчин и женщин в период менструации; предметы Меркурия теряют их силу если их видел или касался оплаченный священник; предметы Марса должны быть скрыты от трусов; предметы Венеры от развращенных мужчин и мужчин под клятвой безбрачия; предметы Юпитера от нечестивого человека; предметы Сатурна от девственниц и детей, не потому, что их взгляд или контакты могут как-либо быть нечистыми, но потому что талисман принес бы им беду и таким образом потерял бы все свое достоинство.

Кресты чести и другие родственные украшения - истинные талисманы, которые увеличивают личную ценность и достижения; они посвящены торжественным введением в должность, и общественное мнение может передать им потрясающую власть. Достаточное внимание не было обращено взаимному влиянию знаков на идеи и идей на знаки; не менее верно, что революционная работа современных времен, например, была возобновлена символически во всей полноте Наполеоновской подменой Звездой Чести вместо Креста Святого Луи. Это - Пентаграмма вместо Labarum17; это - воссоздание символа света ; это - Масонское восстановление Адонхирама. Они говорят, что Наполеон верил в его звезду, и он был склонен объяснить, что он подразумевал таким образом, из объяснений оказалось, что это был его гений; он был прав, следовательно, в принятии Пентаграммы как его знака, потому что это - символ человеческой верховной власти, приобретенной разумным началом. Могущественный солдат Революции знал немного, но он предугадывал почти всё; так был он великим инстинктивным и практическим магом современных времён; мир все еще полон его чудес, и люди его страны никогда не поверят, что он мертв.

Благословленные и милостынные предметы, затронутые святыми изображениями или почтенными людьми; венки из Палестины; Божественный Агнец, составленная из воска Пасхальная свеча и ежегодных остатков святого помазания; лопатки и медали, все истинные талисманы. Одна такая медаль стала популярной в наш собственный день, и даже те, кто лишен религии, вешают её на шей своих детей. Кроме того, её изображения - так совершенно каббалистические, она является действительно изумительным двойным Пантаклем. На одной стороне – великая посвященная, небесная мать Зогар, Изида Египта, Венера-Урания Последователей учения Платона, Мария Христианства, царствующая над миром и установившая одну ногу на голову магического змея. Она разводит её две руки таким образом, как формируется треугольник, у которого её голова является вершиной; ее руки открыты и сияют, таким образом делая двойной треугольник, со всеми его лучами, направленными к земле , несомненно представляя освобождение разума трудом. На другой стороне - двойное TAU жрецов, Лингам с двойной Ктеис, или тройной Фаллос, подпертый, с плетением и повторенной вставкой, каббалистической и масонской М, представляющей квадрат между двумя Столбами JAKIN и BOAZ. Ниже помещены, на тот же самый уровень, два любящих и страдающих сердца, окруженные двенадцатью Пентаграммами. Каждый скажет Вам, что владельцы этой медали не придают такое значение для неё, но на этом счет она ещё более абсолютно магическая, имея двойной смысл и следовательно двойную силу. Восторженность, основанная на власти, которую открывает этот талисман, была запечатлена, также было отлично видно его существование в Астральном Свете, который демонстрирует ещё раз близкую связь идей и символов, давая новое разрешение символизму Универсальной Магии.

Чем большая важность и торжественность присутствует при создании и освящении талисманов и Пантаклей, тем большую силу они приобретают, так как будут находится под влиянием очевидных принципов, которые мы установили. Такое освящение должно иметь место в дни, которые мы указали, с инструментами, которые мы дали в деталях. Талисманы освящаются изгнанием четырех элементов, после заклинания духов тьмы ЗАКЛИНАНИЕМ ЧЕТЫРЕХ. После чего, поднимая Пантакль и обрызгивая его некоторыми каплями магической воды, скажите:

Во имя Eloim и духа живых вод, будь ты мне символом света и таинством воли.

Поднесите пантакль к дыму благовоний:

Медной змеей, которая разрушила змея огня, будь ты, и т.д.

Выдыхая семь раз на Пантакль или талисман:

Небесным сводом и духом голоса, будь ты, и т.д.

Наконец, положите несколько частиц очищенной земли или соли, трижды скажите на Пантакль или талисман:

В соли земной, и силой вечной жизни, быть тебе и т.д.

После чего, произнесите Заклинание Семи следующим образом, бросая поочередно пастилку семи благовоний в священный огонь:

Во имя Михаэля, пусть Йеховах (Иегова) приказывает тебе, и управляет тобой, прочь, Шавайот!

Во имя Габриэля, пусть Адонай приказывает тебе, и уведет тебя прочь, Белиал! Во имя Рафаэля, убирайся перед Элхимом, Сахабиэль!

Именем Самаэль Зебоат, и во имя Элоим Гибор, заставляю тебя, уйди, Адрамелек! Именем Захариель и Сахиель-Мелек, будь послушным Элваху, Самгабиель! Божественным и человеческим именем Шаддаи, и Знаком Пентаграммы, которую я держу в моей правой руке; во имя ангела Анаеля, властью Адама и Евы, которые есть Йотхавах18, убирайся, Лилит! Позвольте нам отдых в мире, Нахемах19!

Святым Элоимом и именем духов Кассиеля , Сехалтиеля, Афиеля и Зарахиеля, приказами Орифиеля, отступи от нас, Молох! Мы не дадим тебе пожрать наших детей.

Самые важные магические инструменты - палочка , меч, лампа, чаша, алтарь и тренога. В операциях Высшей и Божественной Магии используются лампа, палочка и чаша; в работе Черной магии палочка заменена мечом и лампа заменяется свечой Кардан. Мы объясним это различие в главе , посвященной Черной магии . Позвольте нам приступить теперь к описанию и освящению инструментов. Магическая палочка , которую нельзя путать с простой волшебной лозой20, с вилкой некромантов, или трезубцем Парацельса, истинная и абсолютная магическая палочка, должна быть единой совершенно прямой ветвью миндаля или орешника, срезанной единичным ударом магического садового ножа или золотым серпом, перед восходом солнца, в тот момент когда дерево готово к цветению. Она должна быть пробуравлена по её всей длине, не допуская её раскола или ломки, и длинная игла намагниченного железа должна занять всю её длину. К одному из концов должна быть установлена многогранная призма, вырезанная в треугольной форме, а к другому подобная фигура черной смолы. Два кольца, одно из меди и одно из цинка, должны быть помещены на центр палочки; которая позже должна быть позолочена по направлению к смоле и посеребрена по направлению к концу с призмой, всё это до окольцованного центра; палочка должно тогда быть покрыта шелком, оконечности не включаются. На медном кольце должны быть гравированы эти знаки: השׂדקהםילשׂורי и на цинковом кольце: המלשׂ רלמה. Освящение палочки должно длиться семь дней, начинаясь в новую луну, и должно быть сделано посвящённым, владеющим великой тайной, и имеющим его собственную посвящённую палочку. Это - передача магического секрета, которая никогда не прекращалась начиная с окутанного тайной происхождения высшей науки. Палочка и другие инструменты, но палочка прежде всего, должны быть скрыты с заботой, и ни под каким предлогом не должен Маг позволить им быть увиденными или тронутыми профанами : иначе они потеряют всю их силу. Способ передачи палочки - одна из тайн науки, открытие которой никогда не разрешается. Длина магической палочки не должна превышать длину предплечья21 оператора; маг никогда не должен использовать её, пока он не остался одним, и даже тогда не должен касаться её без необходимости. Много древних Магов делали палочку длиной с предплечье и скрывали её под их длинной мантией, показывая только простую волшебную лозу публично, или некоторые аллегорические скипетры, сделанные из слоновой кости или чёрного дерева, согласно природе операций. Кардинал Ришельё, всегда жаждущий власти, добивался в течение всей его жизнь передачи палочки , не будучи в состоянии найти её. Его каббалист Гаффарель мог снабдить его единственно лишь мечом и талисманами. Это было, возможно, тайным мотивом для ненависти кардинала к Урбену Грандье 22, который знал кое-что о его слабостях. Тайные и длительные беседы Лобердемента с несчастным священником за несколько часов до его заключительной пытки, и тех слов друга и доверенного лица последнего, как он шел на смерть – “ Вы - способный человек, монсеньёр: не уничтожайте себя” – предоставляют нам значительную пищу для размышления.

Учение и ритуал высшей магии

Волшебная палочка – verendum23 Магов; она не должна даже быть упомянута ни в какой ясной и точной манере; никто не должен хвастаться о её владении, и при этом её освящение не должно когда-либо передаваться, кроме как под условиями абсолютного усмотрения и доверительности.

Меч менее тайный и делается в следующей манере: Он должен быть из чистой стали, с крестообразной медной рукояткой, имеющей три головки рукояти, как представлено в Инструкции Льва III, или с защитным двойным полумесяцем, как в нашей собственной фигуре. На середине соединения защиты, которая должна быть покрыта золотой пластиной, Знак Макрокосмоса должен быть надписан на одной стороне и там же знак Микрокосмоса на другой стороне. Еврейская монограмма Михаеля , как найдёте у Агриппы, должна быть гравирована на головках рукоятей; на одной стороне лезвия должны быть такие символы: הכּמכּ ימ הוהי םיליאב, а на другой монограмма Labarum Константина, сопровождаемого словами Vince in hoc, Deo duce, comite jerro24. Для подлинности и точности этих фигур, смотрите лучшие древние выпуски Инструкции. Освящение меча должно иметь место в воскресенье, в период часов Солнца, под заклинание Михаеля. Лезвие меча должно быть помещено в огонь лавра и кипариса; оно должно быть остужено и отполировано с пеплом священного огня, увлажненного кровью крота или змеи, говоря следующие слова:

Быть тебе для меня словно меч Михаеля; силой Элоим Сабаот (Eloim Sabaoth), пусть духи темноты и рептилии земли бегут далеко от тебя!

Он затем окуривается ароматами Солнца и оборачивается в шелк, вместе с ветвями вербены, которая должна быть сожжена на седьмой день.

Магическая лампа должна быть составлена из четырех металлов – золото, серебро , медь и железо; основание должен быть железным, отражатель медный, емкость из серебра, треугольник на вершине из золота. Она должна предусматривать два ответвления, состоящие из тройной трубы из трех закрученных металлов, таким способом, что каждая ветвь имеет тройную трубку для топлива; там должно быть девять фитилей всего, три наверху и три в каждой ветви. Печать Гермеса должна быть гравирована на основании, над которой должен быть двухголовый гермафродит Кунрата25 . Змея , пожирающая её собственный хвост должна окружить более низкую часть. Печать Соломона должна быть надписана на емкости. Два глобуса должны быть приспособлены к этой лампе, один украшенный транспарантами, изображающими семь гениев, в то время как другой, большего размера и дублирующий первый, должен содержать различно окрашенные воды в четырех отсеках. Весь инструмент должен быть помещён на деревянную стойку, вращающуюся на своей собственной оси, и позволяющей лучу света бежать, как требуется, и падать на алтарь курений в момент заклинаний . Эта лампа - большая помощь к интуитивной работе слабого воображения и для немедленного создания в присутствии магнитичных личностей форм, тревожащих своей реальностью, которые, будучи увеличены отражателем, будут увеличены внезапно, и преобразуют кабинет оператора в обширный зал, заполненный видимыми душами.

Опьянение ароматами и возбуждение заклинаниями изменит эту фантазию в реальный сон; личности, известные прежде, будут признаны; фантомы будут говорить; и кое-что экстраординарное и неожиданное последует в закрытой от света области стойки и усиленной окуриванием.

ГЛАВА VIII

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ НЕБЛАГОРАЗУМНОМУ

Операции науки не лишены опасности , как мы заявляли несколько раз. Они могут закончиться в безумии для тех, кто не основывается твердо на основе высшего, абсолютного и безошибочного разума. Ужасные и неизлечимые болезни могут быть причинены чрезмерным нервным возбуждением. Обмороки и собственная смерть, как следствие мозговой перегруженности, могут следовать от воображения, когда оно поражено и чрезмерно испугано. Мы не можем совершенно отговорить нервозных людей , и тех, кто естественно расположен к возбуждению, женщин, молодых людей и всех, кто не приучен к совершенному самоконтролю и управлению страхами. Таким же образом, не может быть ничего более опасного чем сделать Магию времяпрепровождением, или, как некоторые делают, часть вечернего развлечения. Даже магнитичные эксперименты, выполненные при таких условиях, могут только исчерпать предметы, ввести в заблуждение мнения и разгромить науку. Тайны жизни и смерти не могут быть сделаны забавой безнаказанно, и вещи, к которым нужно отнестись серьезно, нужно рассмотреть не только серьезно, но также и с великой сдержанностью. Никогда не уступайте желанию убедить других необыкновенным явлением. Самое поразительное не доказало бы ничто тем, кто уже не убежден. Они могут быть приписаны всегда обычным махинациям и Магам, включая среди последних, более или менее квалифицированных последователей Робера Гудена26 или Гамильтона. Требовать чудес, как гарантию для веры в науку значит показать себя недостойным или неспособным к науке. СВЯТАЯ СВЯТЫХ. Рассмотрите двенадцатую фигуру Тарот-ключей , помните великий символ Прометея, и молчите. Все те Маги, кто разгласил их работы, умерли насильственно, и многих вели к самоубийству, как Кардан, Шрёпфер, Калиостро, и другие. Маг должен жить в уединении и быть доступным с затруднением. Вот что означает девятый Ключ Тарот, где инициат появляется как отшельник, окутанный полностью его плащом. Несмотря на это, такое уединение не должно быть собственной изоляцией; преданность и дружба необходимы; но они должны быть выбраны с осторожностью и сохранены во всей цене. Маг должен иметь также другое побочное занятие, чем занятие магов. Магия не ремесло.

Чтобы посвятить себя Церемониальной Магии, мы должны быть свободными от беспокоящих забот; мы должны быть в состоянии раздобыть все инструменты науки и быть в состоянии сделать их когда потребуется; мы должны обладать, кроме того, недоступной лабораторией, в которой не будет опасности того, чтобы быть застигнутым врасплох или потревоженным. Тогда, и это - обязательное условие, мы должны знать, как уравновесить силы и сдержать рвение нашей собственной инициативы. Это - значение восьмого Ключа Гермеса, в котором женщина помещена между двумя Столбами, с вертикальным мечом в одной руке и весами в другой. Чтобы уравновешивать силы, они должны поддерживаться одновременно и побуждены действовать поочередно: использование весов представляет это двойное действие. Та же самая тайна символизируется двойным крестом в Пантаклях Пифагора и Езекиеля: смотрите изображение, которая имеется к главе 18 в "Доктрине", где кресты уравновешивают друг друга, и планетарные знаки находятся в постоянном противостоянии. Таким образом, Венера уравновешивает действия Марса; Меркурий уменьшает и выполняет операции Солнца и Луны. Сатурн уравновешивает Юпитера. Именно посредством этого антагонизма между древними богами Прометей, так сказать, гений науки, умудрился вступить на Олимп и вынести огонь с небес. Необходимо ли говорить более ясно? Чем более умеренны и невозмутимы Вы, тем более эффективным будет ваш гнев; чем более энергичны Вы, тем более ценным будет ваше терпение; чем более квалифицированны Вы, тем лучше Вы воспользуетесь вашим разумом и даже вашей силой; чем более безразличны Вы, тем более легко Вы сделаете себя любимым. Это - вопрос опыта в моральном плане, и понимается буквально в сфере действия. Человеческие страсти производят вслепую противоположность их необузданного желания, когда они действуют без руководства. Чрезмерная любовь пробуждает глубокую антипатию; слепая ненависть нейтрализуется и бичует себя самого; тщеславие приводит к унижению и самым жестоким оскорблениям. Таким образом, Великий Учитель открыл тайну точной магической науки, когда Он сказал: “Простите ваших врагов, делайте хорошо тем, кто ненавидит Вас; так будете Вы кучи угля обрушивать на их головы.” Возможно этот вид прощения может показаться лицемерием и иметь сильное сходство с утонченной местью. Но мы должны помнить, что Маг является повелителем, а повелитель никогда не мстит, потому что он имеет право наказать ; в осуществлении этого права он исполняет свою обязанность и непримирим как правосудие. Позвольте этому быть замеченным, для остальных, так чтобы никто не мог извратить мое толкование, что это - вопрос наказания зла добром и противопоставления мягкости насилию. Если применение силы будет бичеванием для порока , никто не имеет права требовать, что последнее следует пощадить, или что мы должны сжалиться над его позором и его страданиями.

Человек, который посвящает себя работам науки, должен взять на себя умеренное ежедневное поведение, воздержаться от длительного ночного бодрствования, и следовать за здоровой и правильной нормой жизни. Он должен избегать испарений гниения , соседства застойной воды и трудно перевариваемой или нечистой пищи. Прежде всего, он должен искать ежедневное расслабление от магических занятий среди материальных забот, или в обычной работе, будь то художественной, производственной или коммерческой. Способ видеть хорошо не состоит в том, чтобы всегда смотреть; и тот, кто тратит всю свою жизнь на один объект желаний, закончит без достижения цели. Другие предосторожности должны быть соблюдены в равной мере, и тем более никогда не экспериментируйте, когда больны.

Церемонии означают, как мы сказали, искусственные методы для создания привычки волеизъявления, которые станут излишними, когда привычка будет закоренелой. Именно в этом смысле, и адресуя исключительно к безупречным адептам, Парацельс запрещает церемониальную работу в его Оккультной Философии. Но процедура должна быть упрощена поступательно, перед тем как полностью без неё обходится, в пропорции к опыту, который мы получаем в приобретенных силах, и установленной привычке в осуществлении сверхъестественной воли.

ГЛАВА IX

ЦЕРЕМОНИАЛ ПОСВЯЩЕНИЯ

Наука оберегается молчанием и увековечивается посвящением. Закон молчания не является абсолютным и неприкосновенным, но относится к непосвящённой толпе. Такое знание может быть передано только через речь. Мудрецы поэтому должны иногда говорить. Да, они должны говорить, однако, не раскрывая, но понуждая других делать открытия. Noli ire, fac venire, было девизом Рабле, который, будучи учителем всех наук его времени, не мог быть не знаком с Магией. Мы должны, следовательно, открыть здесь тайны посвящения . Удел человека, как мы сказали, сделать или создать себя ; он есть , и он будет сыном своих трудов, и во времени и в вечности . Все люди названы в списке, но число избранных – то есть тех, кто преуспеет – неизменно мало. Другими словами, люди, которые жаждут достигать, перечислены во множестве, но выбрано несколько. Теперь, правительство миром принадлежит по праву цвету человечества, и когда любой заговор или узурпация препятствует их обладанию властью, следует политический или социальный катаклизм. Люди, которые владеют собой, легко становятся владельцами других; но это ведёт для них к препятствованию друг другу, если они игнорируют законы дисциплины и универсальной иерархии. Чтобы быть подчиненными дисциплины вместе, должно быть сообщество идей и желаний, а такая община не может быть достигнута кроме как общей религией, установленной на самих основах интеллекта и разума. Эта религия существовала всегда в мире, и она только может быть названа одна, безошибочной, безупречной и истинно всеобъемлющей – то есть, универсальной. Эта религия, для которой все другие были последовательно завесами и тенями, является той, которая демонстрирует бытие через существование, истину через причину, причину через очевидность и здравый смысл. Это та, которая доказывает фактами разумное основание гипотез, и запрещает рассуждение над гипотезами независимо от фактов. Это та, которая основывается на доктрине универсальных аналогий, но никогда не путает вещи науки с вещами веры. Она никогда не может верить, чтобы два плюс один произвели более или менее чем три; это в физике содержимое может превысить вместилище; и там же, твердое тело, как таковое, может действовать как жидкое или газообразное тело; и еще, например, человеческое тело может пройти через закрытую дверь без разрушения или открытия. Чтобы сказать, что каждый верит таким вещам, значит говорить как ребенок или дурак; кроме того это не менее бессмысленное определение неизвестного и дискутирование от гипотезы к гипотезы, пока мы не придем к отрицанию очевидного априори для подтверждения низвергнутой гипотезы. Мудрый человек утверждает то, что он знает и верит в то, что он не знает, но только в пропорции к разумным и известным потребностям гипотезы.

Но эта разумная религия неприспособленна для толпы; басни, тайны, определенные надежды и ужасы, имеющие физическое основание, являются необходимыми для них. По этой причине, именно, духовенство было установлено в мире . Теперь же , священство это вербовка через посвящение. Религиозные формы погибают, когда посвящение прекращается в святилище, либо предательством Тайн или их пренебрежением и забвением . Гностические разоблачения, например, отчуждали христианскую Церковь от высоких истин Каббалы, которая содержит все тайны трансцендентального богословия. Следовательно слепые, стали водителями слепых, после чего последовали великие мраки, великие ошибки и прискорбные скандалы. Позже, священные книги, которые являлись полными каббалистическими ключами от Бытия до Апокалипсиса, стали так мало понятными Христианам, что предусмотрительные пасторы решили необходимым запретить, чтобы они читались необученными среди верующих. Взятые буквально и понятые материально, такие книги могли быть только невообразимым покровом нелепости и скандалов, как это продемонстрировала школа Вольтера, но слишком хорошо. То же самое со всеми древними догмами, блестящими теогониями и поэтическими легендами. Сказать, что древняя Греция верила в любовные похождения Юпитера, или что Египет поклонялся киноцефалу и ястребу - перепелятнику, означает показать такое большое невежество и плохую веру, как показали бы утверждая, что христиане поклоняются тройному Богу, состоящего из старика, казненного преступника и голубя. Незнание символов является неизменно клеветничеством. По этой причине мы должны быть настороже прежде всего против высмеивания того, что мы не знаем, когда его изложение кажется, содержит некоторую нелепость или даже странность, как поведение наиболее желаемое в здравом смысле, чем допустить вышеупомянутое без обсуждения и проверки.

Перед тем, как что-то может понравиться или вызвать недовольство у нас, существует истина – иначе говоря, разум – и именно этот разум должен регулировать наши действия, а не наши желания, если мы хотим создать тот дух внутри нас, который есть бессмертный смысл существования, и ту справедливость, которая является законом такого существования. Человек, который является истинным человеком, может желать только то, что он должен разумно и справедливо сделать; точно также он заставляет замолчать вожделение и страх, и также он может слушать исключительно разум. Далее, такой человек - естественный король и добровольный священник для ошибающихся толп. Следовательно это означает конец старых посвящений, называемых равнодушно Священническим Искусством и Королевским Искусством. Старинные магические общества были школами для священников и царей, и посвящение могло быть получено только действительно священническими и царскими трудами – то есть, превосходством всех слабостей Природы. Мы не будем повторять здесь, что найдено всюду относительно Египетских Посвящений, увековеченных, но с уменьшенной силой, в Тайных обществах Средневековья. Христианский радикализм, основанный на ложном понимании слов: “Вы имеете одного отца, одного учителя, и Вы - все братья,” нанес ужасный удар по священной иерархии. С этого времени, священнические достоинства стали вопросом интриги или случайности; энергичная посредственность сумела вытеснить скромное превосходство, недооцененное из-за его скромности. Все же, и несмотря на это, посвящение являлось существенным законом религиозной жизни, общество которого инстинктивно магически сформировалось при упадке епископской власти и быстро сконцентрировало в себе самом всю силу Христианства, потому, хотя это и было понято недостаточно, само развитие жесткой иерархической власти обращает к испытаниям посвящения, а всемогущество веры к пассивному послушанию.

Что, фактически, делал кандидата в старых посвящениях? Он отказывался от его жизни и свободы всецело в пользу учителей храмов Фив или Мемфиса; он продвигался решительно через бесчисленные ужасы, которые, возможно, понуждали его воображать , что то были спланированные надругательства, замышленные против него; он поднимался на похоронные костры, плавал в потоках черной и бушующей воды, висел неизвестным, качаясь над неизмеримыми пропастям.... Не было ли это слепым повиновением в полной силе выражения? Разве это не самое абсолютное осуществление свободы, отказаться от свободы на время так, чтобы мы могли достигнуть освобождения? Далее, это совершенно точно, что должно быть сделано, и что делается неизменно теми, кто стремится к SANCTUM REGNUM27 магического всемогущества. Ученики Пифагора приговаривали себя к непреклонному молчанию на многие годы; даже сектанты Эпикура постигали верховную власть воли только через овладение уравновешенности и рассчитанное воздержание . Жизнь это борьба, в которой мы должны предоставить доказательства, если мы желаем продвинуться; власть не сдается сама по себе; она должна быть захвачена.

Посвящение борьбой и испытанием поэтому обязательно для достижения практической науки Магии. Мы указали выше, каким образом четыре элементарных формы могут быть побеждены и не будем повторять это здесь; мы отсылаем тех наших читателей, которые интересуются церемониями древних посвящений к работам Барона Чуди28, автора Пламенеющей Звезды, Адонхираму29 масонства и некоторым другим наиболее ценным масонским трактатам.

Мы должны настоять, однако, на одном размышлении, а именно , что интеллектуальный и социальный хаос, посреди которого мы погибаем, был вызван пренебрежением посвящением, его испытаниями и его тайнами. Люди, усердие которых было больше чем их наука, увлеклись популярными принципами Евангелия, стали верить в примитивное и абсолютное равенство людей. Известный галлюциник, красноречивый и неудачливый Руссо30, распространял со всей магией его стиля парадокс, что общество единственно развращает человека – это равносильно тому, если бы он сказал, что конкуренция и соперничество в труде делает рабочих бездельниками. Необходимый закон Природы , аналогичный закону посвящения через усилия, а также добровольного и трудного продвижения, был до смертельного неверно истолкован. Масонство имело своих дезертиров, как Католицизм своих отступников. Что было следствием? Подмена уровнем рабского склада ума взамен интеллектуального и символического уровня. Проповедование равенства тем, кто находится внизу, без обучения их, как подняться вверх, разве это не осуждает нас самих на падение? И следовательно мы скатываемся вниз к господству Карманьолы31, Голодранцев31 и Марата31. Чтобы восстановить шатающееся и обезумевшее общество , иерархия и посвящение должны быть снова установлены. Задача трудная, но весь разумный мир чувствует, что необходимо предпринять это. Должны ли мы пройти через другой потоп, перед тем как достигнем цели? Мы доверяем искренне, и эта книга, возможно не самая большая, но не последняя наша смелость, является обращением ко всему, что еще живое для воссоздания жизни в самой среде разложения и смерти.

ГЛАВА X

КЛЮЧ ОККУЛЬТИЗМА

Позвольте нам теперь исследовать вопрос Пантаклей , поскольку вся магическая сила – в них, с тех пор как секрет силы находится в разуме, который направляет. Мы дали обозначение и интерпретацию пантаклей Пифагора и Езекиеля, так, чтобы мы не имели никакой потребности возвратиться к ним; мы докажем в более поздней главе, что все инструменты еврейского вероисповедания были Пантаклями, и первое и последнее слово Библии были запечатлены Моисеем в золоте и в меди на скинии32 и на всех ее частях. Но каждый Маг может и должен иметь его индивидуальный Пантакль, поскольку, понятый точно, Пантакль - совершенный итог разума. Таковые мы находим в магических календарях Тихо Браге и Дюшанто, Пантаклях Адама , Иова, Йеремии, Исайи, и всех других великих пророков, которые были, каждый в свою очередь, королями Каббалы и великими раввинами науки.

Пантакль, будучи полным и совершенным синтезом, выраженным единственным знаком, служит сосредоточением всей интеллектуальной силы во взгляде, памяти, касании. Это, если можно так выразиться, отправная точка для эффективного проецирования воли. Нигроманты и маги практикующие Гоэтию изображали их адские Пантакли на коже жертв, которыми они жертвовали. Жертвенные церемонии, способы сдирания кожи козленка , затем соления, высушивания и отбеливания кожи, даются во множестве в Ключицах33 и Гримуарах. Некоторые еврейские Каббалисты впадали в подобное безумие, забывая анафемы, объявленные в Библии против тех, кто жертвует на высоких местах или в пещерах земли. Все проливающие кровь действия ритуалов отвратительны и нечестивы, и начиная со смерти Адонхирама Общество истинных Адептов имеет отвращение к крови – Ecclesia abhorret a sanguine34.

Относящаяся к посвящению символика Пантаклей, принятая всюду по Востоку - ключ всех древних и современных мифологий. Отдельно от знания иероглифического алфавита, символика была потеряна среди мрака Вед, Зенд-Авесты и Библии. Дерево, которое воспроизводит добро и зло, источник четырех рек, одна из которых орошает землю золота – то есть, света – а другая течет через Эфиопию, или царство темноты; магнетическая змея, которая обольщает женщину, и женщина, которая обольщает мужчину, таким образом формируя закон притяжения (привлекательности); позже Херувима, или Сфинкса, поместили в воротах Эдемского святилища, с пламенным мечом для охраны символа; потом перерождение через родовые муки и размножение скорбью, которые является законом посвящений и испытаний; разделение Каина и Авеля, который является тем же символом, как борьба Антэроса и Эроса; ковчег, перевозящий по водам потопа подобен сундуку Осириса; черный ворон, который не возвращается и белый голубь, который возвращается, новое изложение догмы антагонизма и равновесия – все эти великолепные каббалистические аллегории Бытия, которые, взятые буквально и принятые как действительные истории, заслуживают даже большего высмеивания и презрения чем Вольтеровские нагромождали на них, становятся понятными для посвящаемого, который все еще приветствует с энтузиазмом и любовью вечность истинной доктрины и универсальность посвящения, одинакового во всех святилищах мира.

Пять книг Моисея, Пророчество Езекиеля и Апокалипсис Святого Иоанна - три каббалистических ключа всего Библейского здания. Сфинксы Езекиеля идентичны с таковыми же из святилищ и ковчега, являясь четырехкратным воспроизведением египетской Тетрады; колеса, вращающиеся друг в друге - гармоничные сферы Пифагора; новый храм, план которого дается согласно точным каббалистическим измерениям, является видом трудов примитивного масонства. Святой Иоанн в его Апокалипсисе воспроизводит те же самые образы и те же самые числа, и восстанавливает Эдемский мир идеально в Новом Иерусалиме; но в качестве источника четырех рек Солнечный Агнец заменяет таинственное дерево. Посвящение тяжелым трудом и кровью было достигнуто, и на этом месте нет больше храма, потому что свет истины распространяется всеобъемлюще, и весь мир становится Храмом Справедливости. Это превосходное последнее видение Священного Писания, эта божественная Утопия, которую Церковь упоминает с добрыми основаниями для ее реализации к лучшей жизни, была ловушкой всем древним архи-еретикам и многих современным идеалистам. Одновременное освобождение и абсолютное равенство всех людей вызывает остановку движения вперед и, следовательно, жизни; в мире, где все равны, больше не могло быть младенцев или стариков; рождение и смерть не могли быть, поэтому , допущены. Этого достаточно, чтобы показать, что Новый Иерусалим - не более в этом мире , чем Первобытный Рай, где не было знания добра или зла, свободы, зарождения или смерти. Цикл нашей религиозной символики начинается и заканчивается поэтому в вечности.

Дюпюи и Вольней расточали свою великую эрудицию, чтобы обнаружить это родственное тождество всех символов и достигли отрицания каждой религии. Мы добиваемся тем же самым путем подтверждения, диаметрально противоположного ; мы признаем с восхищением, что никогда не было никаких ложных религий в цивилизованном мире; что Божественный Свет, блеск высшей разума Логоса, то Слово, которое просвещает каждого человека, входящего в мир, было не более желаемым детьми Зороастра, чем верной овцой Святого Петра; что постоянное, единое, универсальное откровение, записанное в видимой Природе, объясняется разумом, и завершается мудрыми аналогиями веры; что имеется, наконец, но одна истинная религия, имеющая одну доктрину и одну законную веру, равно как есть, но один Бог, один разум и одна вселенная; что откровение (апокалипсис) неясно ни для кого, так как весь мир понимает более или менее и правду и справедливость, и так как все, что осуществимо, может существовать только аналогично всему, что есть. Бытие есть Бытие, היהא רשׁא היהא.

Очевидно, что причудливые фигуры, представленные Апокалипсисом Святого Иоанна являются иероглифами, подобными таковым же всей восточной мифологии, и могут быть включены в ряд Пантаклей. Посвящающий, одетый в белое, стоящий между семью золотыми подсвечниками и держащий семь звезд в Его руке, представляет уникальную доктрину Гермеса и универсальные аналогии света. Женщина облеченная Солнцем и коронованная двенадцатью звёздами - небесная Изида , или Гнозис; змей материальной жизни стремится пожрать её ребенка, но она берет себе крылья орла и улетает в пустыню – торжественное заявление пророческого духа против материализма официальной религии. Могущественный ангел с лицом солнца, радуга вместо нимба и облако вместо одеяния, имеющий столбы огня вместо его ног, и устанавливающий одну ногу на землю и другую на море, является действительно каббалистическим PANTHEA. Его ноги представляют равновесие Брия35, или мира форм; его ноги - два Столба Масонского Храма, JAKIN и BOAZ; его тело, скрытое облаками, из которых выходит рука держащая книгу, является сферой Йецира35, или начальных испытаний; его солнечная голова, коронуемая сияющей семеричностью , является миром Ацилут35, или совершенного откровения; и мы можем только выразить наше удивление, что еврейские Каббалисты не признали и не объяснили этот символизм, который так близко и неразрывно соединяет Высшие Мистерии Христианства с секретной, но неизменной доктриной всех учителей в Израиле. Зверь с семью головами, в символизме Святого Иоанна , является материальным и враждебным отрицанием световой семеричности; Вавилонская блудница соответствует, после некоторых образов действий Женщине, облеченной Солнцем; четыре всадника соответствуют четырем аллегорическим живым существам; семь ангелов с их семью трубами, семью чашами и семью мечами характеризуют несомненно борьбу добра против зла при помощи речи, посредством религиозных организаций и при помощи силы. Таким образом - семь печатей тайной книги, открытые последовательно, и универсальное посвящение являются достижением совершенства. Комментаторы, которые искали что-нибудь еще в этой книге Высшей Каббалы, потеряли свое время и их проблема только в изображении из себя посмешища. Чтобы обнаружить Наполеона в ангеле Аполлионе, Лютера в звезде, которая падает с небес, Вольтера или Руссо в кузнечиках, вооруженных подобно воинам, надо обладать просто верхом фантазии. Это относится ко всему неистовству, направленному к именам знаменитых людей, чтобы сделать их в цифровой форме эквивалентными фатальному числу 666, которое мы уже объяснили достаточно. Когда мы думаем, что люди подобные Боссюэ36 и Ньютону развлекают себя такими химерами, мы можем понять, что человечество не так сообразительно в его гении, как это можно допустить в отношения его недостатков.

ГЛАВА XI

ТРОЙНАЯ ЦЕПЬ

Великая Работа в Практической Магии, после воспитания воли и личного создания Мага, является формированием магнитной цепи, и эта тайна - истинная тайна священства и царского величия. Сформировать магнитную цепь означает породить поток идей, который производит веру и вовлекает большое количество воли в данный круг активного проявления. Правильно построенная цепь подобна водовороту, который всасывает вниз и поглощает всё. Цепь может быть установлена тремя способами – символами, речью и контактом. Первый , через побуждение мнение принять некоторый символ как изображение силы. Таким образом, все христиане сообщаются через Символ Креста, Масоны через символ квадрата под солнцем, Маги через знак Микрокосма, сделанный растопыренными пятью пальцами, и т.д. Как только приняты и распространены, символы приобретают силу самостоятельно. В ранних столетиях нашей эры, вида и создания Знака Креста было достаточно, чтобы привести новообращенных к Христианству. Что называется, сверхъестественная медаль продолжает в наши собственные дни производить большое число обращений согласно тому же самому магнитному закону. Видение и освещение молодого израильтянина, Альфонса де Ратисбона37, является самым замечательным фактом этого вида. Воображение является творческим не только внутри нас, но и без нас, посредством наших флюидических излучений, и несомненно явления Labarum 38 Константина и Креста Migné не должны быть приписаны никакой другой причине.

Магическая цепь речи символизировалась среди древних цепями золота, которые вышли изо рта Гермеса. Ничто не равняется электричеству красноречия. Речь создает самый высокий дух в наиболее вульгарно образованных массах. Даже те, кто слишком отдалены для непосредственного слушания, понимают через симпатию и уносятся с толпой. Петр Отшельник потряс Европу своим криком “Бог желает это!” Единственное слово Императора электризовало его армию и делало Францию непобедимой. Прудон39 разрушил социализм его знаменитым парадоксом: “Собственность есть кража.” Поток высказываний является достаточным поводом, чтобы уничтожить правящую власть. Вольтер знал это хорошо – он, кто встряхнул мир сарказмами. Точно также он, кто не боялся ни римского папы, ни короля, ни парламента, ни Бастилии, боялся игры слов. Мы находимся на грани исполнения намерений того человека, высказывания которого мы повторяем.

Третий метод установления магической цепи – через контакт. Между людьми, которые встречаются часто, руководитель потока вскоре проявляется, и самая сильная воля не замедлит поглотить другие. Прямое и уверенное пожатие руки в руку завершает гармонию предрасположенностей, и рукопожатие по этой причине отмечает симпатию и близость. Дети, которые управляются инстинктивно Природой, формируют магическую цепь играя в «дом» или круг: тогда веселость распространяется, тогда звучит смех. Круглые столы более благоприятны дружелюбным встречам, чем подобные столы любой другой формы. Большой круговой танец Шабаша, которым заканчивались таинственные собрания адептов Средневековья, был магической цепью : он соединял всех в одинаковых намерениях и одинаковых действиях. Он формировался стоящими вплотную и сцепляющими руки, лицом наружу круга, в имитации тех древних священных танцев, изображения которых всё ещё находятся на скульптурах старых храмов. Электризующие меха рыси, пантеры и даже домашнего кота, были пришиты к одеждам, в имитации древней вакханалии. Отсюда следует традиция, что злодеи Шабаша, каждый носил кота, висящего на поясе, и что они танцевали в этом облике.

Явления опрокидывающихся и говорящих столов были случайными проявлениями флюидической связи посредством круговой цепи. Мистификация смешалась с феноменом после наблюдений, и даже образованные и интеллектуальные люди были столь увлечены новинкой, что они мистифицировались, и стали обманутыми их собственной абсурдностью. Прорицающие столы давали ответы, более или менее добровольно, предлагая выбирать случайно: они напоминали беседы, которые мы ведем с собой или слышим в снах. Другие и более странные явления, возможно, были облечены в форму продуктами воображения в работе общества. Мы, однако, ни в коем случае не отрицаем возможное вмешательство элементарного духа в таких случаях, как в предсказаниях картами или снами ; но мы не верим, что это было в любом смысле доказанным, и мы поэтому никоим образом не обязаны допускать это.

Одна из самых экстраординарных сил человеческого воображения - выполнение желаний воли, или даже его предчувствий и опасений. Мы верим легко во что угодно, что мы боимся или желаем, говорит пословица; и это верно, потому что желание и опасение передают воображению понимание силы, эффекты которой являются бесчисленными. Как подвергается один воздействию, например, болезни, о которой чувственно нервничает? Мы процитировали уже мнение Парацельса на этот момент, и установили в нашей научной части определенные тайные законы, подтверждённые опытом; но в магнитных потоках, и при посредничестве цепи, реализация тем более необыкновенная, потому что почти постоянно непредвиденная, по крайней мере когда цепь не была сформирована интеллектуальным, сочувствующим и мощным лидером. Фактически, они - результат просто слепых и случайных комбинаций. Широко распространенное опасение к суеверным гостям, когда они обнаруживают себя тринадцатым человеком за столом, и их убеждение, что некоторая неудача угрожает самому молодому и самому слабому среди них, подобно большинству суеверий, остатку магической науки. Двенадцатиричность, будучи полным и циклическим числом в универсальных аналогиях Природы, неизменно привлекает и поглощает тринадцатое, которое расценено как зловещее и лишнее число. Если жернова мельницы будут представлены числом двенадцать, то тринадцать - то зерно, которое должно быть размолото. На сходных соображениях, древние установили различия между удачными и неудачными числами, откуда и пришел обряд предзнаменования дней добра или зла. Так было по всем вопросам, потому что воображение является созидательным, так что и дни и числа редко не были благожелательными или негативны к тем, кто верит в их влияние. Следовательно, Христианство было право в запрещении божественных наук, ибо уменьшение числа слепых шансов последней дало дальнейшие возможности и империю свободы.

Публикация - замечательный инструмент для формирования магической цепи через распространение речи. Никакая книга не потеряна; как факт, письма идут неизменно точно, куда они должны прийти, и стремления мышления притягивают речь. Мы доказали это сто раз в ходе нашего магического посвящения; самые редкие книги предлагали сами себя, без поиска, как только они стали необходимы. Таким образом, мы восстанавливали неповрежденной ту универсальную науку, которую очень много ученых людей посчитали поглощенной множеством последовательных катаклизмов; таким образом, мы вступили в великую магическую цепь, которая началась с Гермеса или Еноха и закончится только вместе с миром. Таким образом мы способны вызвать и прибывать лицом к лицу с духами Аполлония, Плотина, Синезия, Парацельса, Кардана, Корнелия Агриппы и других менее или более известных, но тоже добросовестно прославленных, чтобы позволить им быть легко названными. Мы продолжаем их великую работу, которую другие продолжат после нас. Но кому она должна быть дана, чтобы закончили ее?

ГЛАВА XII

ВЕЛИКАЯ РАБОТА

Быть всегда богатым, быть всегда молодым и не умирать никогда: такой, во все времена, была мечта алхимиков. Изменять свинец, ртуть, и другие металлы в золото, обладать Универсальной Медициной и Эликсиром Жизни – такова проблема, которая должна быть решена, чтобы достигнуть этого желания и осуществить эту мечту. Подобно всем магическим тайнам, секреты Великой Работы имеют тройное значение: они являются религиозными, философскими и естественными. Философское золото в религии - Абсолютная и Высшая Причина; в философии, это - истина; в видимой природе, это - солнце: в подземном и минеральном мире, это - самое чистое и самое прекрасное золото. Следовательно поиск ради Великой Работы называют Поиском Абсолюта, и эту саму работу называют операцией солнца. Все учителя науки признают, что невозможно достигнуть материальных результатов, пока мы не нашли безоговорочной аналогии Универсальной Медицины и Философского Камня в двух высших порядках. Тогда, это подтверждено, усилия простые, легкие и недорогие: иначе, это расходование в ничто цели жизнь и судьба поддувалы кузнечных мехов.

Универсальная Медицина это, для души, высший разум и абсолютная справедливость; для разума, это - математическая и практическая истина; для тела, это - квинтэссенция, которая является комбинацией золота и света. В высшем мире, первый вопрос Великой Работы - энтузиазм и деятельность; в промежуточном мире, это – интеллект (разум) и усердие; в низшем мире, это труд; в науке это - Сера, Ртуть и Соль, которые, испаренные и сгущенные поочередно, составляют AZOTH мудрецов. Сера соответствует элементарной форме огня, Ртуть воздуху и воде, Соль соответствует земле. Все учителя в алхимии, которые писали касательно Великой Работы, использовали символические и фигуративные выражения, и были правы в таком деле, не только чтобы удержать профанов от операций, которые были бы опасными для них, но сделать себя понятными адептам, показывая весь мир аналогий, которым управляют единая и верховная догма Гермеса. Итог таков, золото и серебро означает Солнце и Луну, или Короля и Королеву; Сера - Полет Орла; Ртуть - крылатый и бородатый Гермафродит, восседающий на кубе и коронуемый огнем; материя или Соль - Крылатый Дракон; металлы в расплавленном состоянии - Львы различных цветов; наконец, вся работа символизируется Пеликаном и Фениксом. Герметическое искусство, поэтому, в одно и то же время, религию, философию и натуральная наука. Рассмотренное как религия, оно - религия древних Магов и посвященных всех эпох; как философия, её принципы могут быть найдены в школе Александрии и в теориях Пифагора; как наука, её принципы должны быть разыскиваемы у Парацельса, Николаса Фламеля и Раймонда Луллия40. Наука верна только для тех, кто принимает и понимает философию и религию, в то время как её процессы успешны только для адепта, который достиг верховного волевого акта, и таким образом становится монархом элементарного мира, для Великого Агента солнечной работы это сила описана в Герметическом Символе “Изумрудная Таблица”: это - универсальная магическая власть; это - огненный духовный двигатель; это - ОД Евреев и Астральный Свет, согласно выражению, которое мы приняли в этой работе. Есть тайна, живой и философский огонь, о котором все Герметические философы говорят только под самым таинственным сокрытием; есть универсальная сперма, тайну которой они охраняли, представляя ее только под эмблемой кадуцея Гермеса. Вот такая – великая Герметическая Тайна, и мы показываем ее впервые ясно и лишенной мистических фигур: то, которое адепты называют мертвыми веществами (субстанцией) есть тела, как основа в Природе; живые вещества ( субстанция) - те, которые поглощаются и намагничиваются посредством науки и воли оператора. Поэтому Великая Работа - что-то большее чем химическая операция: это - фактическое создание человеческого Слова, посвященного самим собой во власть Слова Бога.

: רבארה ידימת לבש רקנ אלה ביתנה

הריהו שמשה גיהנמה אוה יכ לב תורועהו םיבבובה ראשו לכל ןתובו ולגלג ב םהמ דחא לא םתברעממ םיארבנה :תורוצהו תולזמה

Этот еврейский текст, который мы расшифровываем в доказательство подлинности и действительности нашего открытия, получен от раввинского Еврея Абрама, учителя Николаса Фламеля , и он найден в его тайном комментарии на Sepher Yetzirah – священной книги Каббалы. Этот комментарий чрезвычайно редок, но симпатическая сила нашей цепи вела нас к обнаружению копии, которая была сохранена с 1643 года в Протестантской церкви в Руане. На его первой странице там написано: Ex dono, затем неразборчивое название, сопровождаемое Dei magni41.

Создание золота в Великой Работе имеет место через преобразование и умножение. Раймонд Луллий заявляет, что, чтобы сделать золото мы должны иметь золото и ртуть, в то время как, чтобы сделать серебро мы должны иметь серебро и ртуть. Тогда он добавляет: “ Под Ртутью, я понимаю тот минеральный дух, который столь облагораживает и очищает, что он золотит семя золота и серебрит семя серебра.” Несомненно он здесь говорит об Од, или Астральном Свете. Соль и Сера полезны в работе только для подготовки Ртути: именно с Ртутью прежде всего Магнитный Агент должен ассимилироваться и как будто соединится. Парацельс, Раймонд Луллий и Николас Фламель кажутся одними, чтобы понять эту тайну в совершенстве. Бэзил Валентин и Тревисан указывают это неполным образом, который может быть способен к другому объяснению. Но самые любопытные вещи, которые мы нашли на этот предмет, обозначен в мистических фигурах и магических легендах в книге Генриха Кунрата42, озаглавленной Амфитеатр Вечной Мудрости. Кунрат представляет и возобновляет наиболее ученые Гностические школы, и соединяет символогию с мистикой Синезия. Он затрагивает Христианство в выражениях и в знаках, но легко видеть, что его Христос это Абраксас , Пламенеющая Пентаграмма, исходящая из центра Астрономического Креста, олицетворение в человечестве верховного солнца, празднуемого Императором Юлианом; это сверкающее и живое проявление Руах-Элохима , который, согласно Моисею, нависал и работал над недрами вод при рождении мира; это есть человек-солнце, монарх света, высший маг, господин и победитель змеи, и в четырехкратной легенде о евангелистах, Кунрат находит аллегорический ключ Великой Работы . Один из Пантаклей его магической книги представляет Философский Камень, установленный в середине крепости, окруженной стеной, в которой есть двадцать недоступных ворот. Одни единственные проводят к святилищу Великой Работы.

Выше Камня есть треугольник, размещенный на крылатом драконе, и на Камне высечено имя Христа, определяющее символическое изображение всей Природы. “Именно Им единственным,” добавляет он, “Вы можете получить Универсальную Медицину для людей, животных, растений и минералов.” Крылатый Дракон, под властью треугольника, представляет поэтому Христа Кунрата – то есть, Верховные Разум Света и Жизни. Это секрет Пентаграммы; это - самая высокая догматическая и практическая тайна Традиционной Магии. Отсюда к великому и вечно-неразглашаемому принципу есть только один шаг.

Каббалистические фигуры Авраама Еврея, который передал Фламелю впервые желание к знаниям, не что иное как двадцать два Ключа Тарот, копируемые и возобновляемые в другом месте в двенадцати Ключах Бэзила Валентина43, Там солнце и луна вновь появляются под фигурам Императора и Императрицы; Ртуть - Фокусник; Великий Иерофант - адепт или резюмирующий квинтэссенцию; Смерть, Рассудок, Любовь, Дракон или Дьявол, Отшельник или Хромой Старец и наконец все оставшиеся символы будут найдены с их главными атрибутами, почти в том же самом порядке. Это не может быть иначе, так как Тарот - первобытная книга и краеугольный камень оккультных наук: он должен быть Герметичным, потому что он - каббалистичный, магический и теософический. Точно также мы находим, комбинируя его двенадцатый и двадцать второй Ключи, накладывая один на другой, иероглифическое откровение решения Великой Работы и ее тайн. Двенадцатый Ключ представляет человека, висящего на одной ноге на виселице, составленной из трех деревьев или столбов, формируя еврейскую букву ת; руки человека и голова составляют треугольник, и его вся иероглифическая форма – это перевернутый треугольник, увенчанный крестом, алхимический символ, известный всем адептам и представляющий завершение Великой Работы. Двадцать второй Ключ, который имеет номер двадцать один, потому что дурак, который предшествует этому, не несет никакой цифры, представляет юное женское божество, накрытое слегка и бегущее в цветочном круге, поддерживаемом в четырех углах четырьмя животными Каббалы. В Итальянском Тароте это божество имеет по ветке в каждой руке; в Тароте Безансон, две палочки находятся в одной руке, в то время как другая расположена на ее бедре, оба одинаково замечательных символа магнитного действия, или чередующаяся в ней поляризация или одновременная противоположность и передача.

Великая Работа Гермеса, поэтому, неотъемлемая часть магической операции и самая высокая из всех, поскольку она предполагает абсолют в науке и воле. Есть свет в золоте, золото в свете и свете во всех вещах. Разумная воля, которая поглощает свет, управляет таким способом, действиями реальной формы, и использует химию исключительно как вторичный инструмент. Влияние человеческой воли и разума на действия Природы, подчинение частично её работы, факт настолько реальный, что все серьезные алхимики преуспели пропорционально их знанию и их вере, и воспроизвели их мысль в явлениях плавки, солеобразования и разъединения металлов. Агриппа, который был человеком огромной эрудиции и прекрасного гения, но чистым философом и скептиком, не мог переступить пределы металлического анализа и синтеза. Этейлла, смущённый, мрачный, фантастический, но упорный Каббалист, воспроизвел в алхимии оригинальности его неверного толкования и искажения Тарота; металлы в его тиглях принимали экстраординарные формы, которые возбуждали любопытство всего Парижа, без большей прибыли для оператора чем плата, которую платили его посетители. Мрачный раздуватель кузнечных мехов нашего собственного времени, который умер безумный , бедный Луис Камбриэль, действительно вылечивал его соседей, и, согласно свидетельству всего его округа, вернул к жизни кузнеца, который был его другом. Для него металлическая работа приняла наиболее невообразимые и очевидно нелогичные формы. Однажды он созерцал фигуру Самого Бога в его тигле, сверкающего как солнце, прозрачного как кристалл, его тело, составленное из треугольных скоплений, которые Камбриэль наивно сравнил с множеством крошечных груш.

Один из наших друзей, который является учёным Каббалистом, но принадлежит к посвящению, которое мы расцениваем как ошибочное, выполнил недавно химические операции Великой Работы и преуспел в том, что навредил своему зрению через чрезмерный блеск Атанора. Он создал новый металл, который напоминает золото, но не является золотым, и следовательно не имеет никакой ценности. Раймонд Луллий, Николас Фламель и наиболее вероятно Генри Кунрат делали истинное золото, и при этом они не забрали их тайну с собой, поскольку она хранится в их символах, и они указали, кроме того, источники, из которого они получили её открытие и реализацию её эффектов, эта та же самая тайна, которую мы сами обнародовали сейчас.

ГЛАВА XIII

НЕКРОМАНТИЯ

МЫ объявили смело наше мнение, или скорее наше осуждение, относительно возможности воскрешения в определенных случаях: остается нам теперь закончить открытие этой тайны и раскрыть её практику. Смерть - фантом невежества; она не существует; все в Природе живет, и это потому, что она живая, она вся находится в движении и подвергается непрекращающемуся изменению формы. Старость - начало регенерации; она - труд возобновления жизни; и древние представляли тайну, которую мы называем смертью, Фонтаном Юности , который пришел в дряхлость и отправился в новое детство. Тело - одежда души. Когда эта одежда стерта полностью, или серьезно и безнадежно разодрана, она оставляется и никогда не возрождается. Но когда она удалена некоторым несчастным случаем , не будучи истощенной или разрушенной, она может, в определенных случаях, быть снова принята, или нашими собственными усилиями или при помощи более сильной и более активной воли, чем наша. Смерть ни конец жизни, ни начало бессмертия: она - продолжение и преобразование жизни. Сейчас преобразование означает неизменно развитие вперед, немногие из тех, кто очевидно мертв, согласятся возвратиться к жизни, то есть, поднять одеяние, которое они оставили позади. Это есть то, что делает воскрешение одной из самых тяжелых работ высшего посвящения, и следовательно его успех никогда не безошибочен, но должен рассматриваться почти неизменно как случайный и неожиданный. Чтобы поднять мертвого человека, мы должны приковать внезапно и энергично самые мощные цепи притяжения, которые соединяют человека с телом, которое он только что оставил. Для этого необходимо быть ознакомленным предварительно с этой цепью, затем захватить эту цепь, наконец направить усилие воли, достаточно мощное чтобы соединить тело и человека мгновенно и непреодолимо . Все это, как мы сказали, является чрезвычайно трудным, но не является ни в каком смысле абсолютно невозможным. Предубеждения материалистической науки исключают воскрешение в настоящее время из естественного порядка вещей, и следовательно имеется предрасположенность, чтобы объяснить все явления этого класса через летаргию , более или менее осложненную признаками смерти и более или менее долгую по продолжительности. Если бы Лазарь поднялся снова перед нашими докторами, они сделали бы запись в их памятных датах, в официальных академиях, странного случая летаргии, сопровождаемой очевидным началом гниения и сильного трупоподобного запаха: необыкновенный случай был бы помечен подходящим названием, и вопрос был бы закончен. Мы не имеем никакого желания никого потревожить, и если, из уважения к людям с дипломами, которые представляют ортодоксальную науку, это является необходимым, чтобы назвать наши теории относительно воскрешения искусством лечения необыкновенных и отягощенных трансов, ничего, я надеюсь, не будет препятствовать нам сделать такую уступку. Но если когда-либо воскрешение имело место в мире, это бесспорно, что воскрешение возможно. Теперь, корпоративные организации защищают религию, а религия утверждает положительно факт воскрешений; поэтому воскрешения возможны. От этого спастись затруднительно . Сказать, что такие вещи возможны вне законов Природы, и посредством влияния противоположного универсальной гармонии, значит подтвердить, что дух беспорядка, темноты и смерти может быть верховным арбитром жизни. Позвольте нам не дискутировать с поклонниками дьявола, но перейти дальше.

Религия не единственная, которая засвидетельствовала факты воскрешения: мы собрали множество случаев. Случай, который произвел впечатление на воображение живописца Греза44, был воспроизведён им в одной из его самых замечательных картин. Недостойный сын, появляющийся на смертном ложе его отца, захватывает и уничтожает завещание, неблагоприятное к нему; отец оживает, подскакивает, проклинает своего сына и затем падает мертвым во второй раз. Аналогичный и более недавний факт был удостоверен нами непосредственно наглядным свидетельством: друг, предавая доверие того, кто только что умер, разорвал доверенность , которую он подписал , после чего мертвый человек поднялся и жил, чтобы защитить права его выбранных наследников, которых этот ложный друг стремился оставить в стороне; виновный человек сошел с ума, и воскресший человек с состраданием установил ему пенсию. Когда Спаситель поднял дочь Иаира45, Он был одним с тремя преданными и благосклонными учениками : Он отпустил шумящих присутствующих на похоронах, говоря: “Девочка не мертва, но спит”. Тогда, в присутствии только отца, матери и трех учеников, так сказать, в прекрасном кругу веры и желания, Он взял руку ребенка, привлек ее внезапно и воскликнул ей: “Юная девочка, я говорю Тебе , поднимись!” Нерешительная душа, несомненно в непосредственной близости от тела, и возможно сожалеющая о его чрезвычайной молодости и красоте, была удивлена речью того голоса, который слышали ее отец и мать, дрожащие с надеждой и стоящие на их коленях; она возвратилась в тело; девушка открыла ее глаза, поднялась, и Учитель приказал немедленно, что нужно дать ей еду, так, чтобы функции жизни могли начать новый цикл впитывания и регенерации. История Элизия 46, поднимающего дочь Шунамита, и Святого Павла, поднимающего Евтиха - факты того же самого порядка; воскрешение Серны (Тавифы) Святым Петром, рассказанное так просто в Деяниях Апостолов, является также историей истинной, которой трудно дискутировать с разумом. Аполлоний из Тианы, кажется, достиг подобных чудес , в то время как мы сами были свидетелями фактов, которых предостаточно в аналогии с ними; но дух столетия, в которое мы живем, накладывает в этом отношении самую осторожную сдержанность на нас, магов, являющихся ответственными в сверх безразличной передаче в руки проницательной публики – всех, которые не мешали земле вращаться или Галилею стать великим человеком.

Воскрешение мертвого человека - шедевр магнетизма , потому что он требует для его достижения применение своего рода симпатического всемогущества. Возможно удаление смерти при перегруженности, при асфиксии, при истощении или при истерии. Евтих, который был оживлен Святым Павлом после падения с третьего этажа, несомненно не получил никаких серьезных внутренних повреждений, но стал жертвой удушения, причиненной порывом воздуха во время его падения, или альтернативно, от сильного удару и ужаса. В аналогичном случае, тот, кто чувствует сознательную власть и веру, необходимую для такого успеха, как апостол, должен заняться вдуванием, рот в рот, совмещая с контактом конечностей для восстановления теплоты. То было простое дело, что незнающие назвали чудом, Элиас и Святой Павел, использовали ту же самую процедуру, говоря от имени Иеговы или Христа. Достаточно иногда взять человека рукой и поднять его быстро, призывая его громким голосом. Эта процедура, которая часто имеет успех в обмороках, может даже иметь эффект на мертвых, когда магнетизер, который осуществляет это, одарен мощной симпатической речью и обладает тем, что можно назвать красноречием тона. Он должен быть также нежно любим или очень уважаться человеком, над которым он работает, и он должен выполнить работу с большим порывом веры и воли, которыми мы не всегда находим в своем обладании при первом ударе большого горя.

Что обычно называют Некромантией не имеет ничего общего с воскрешением, и по крайней мере очень сомнительно, входим ли мы, в операциях связанных с применением магической силы, действительно в отношения с душами мертвых, которых мы вызываем. Есть два вида Некромантии, Некромантия света и Некромантия тьмы – воскрешение при помощи Молитвы, Пантакля и Курениями, и воскрешение при помощи крови, проклятия и святотатства. Мы практиковали только первое, и не советуем никому посвящать себя второму. Это бесспорно, что образы мертвых действительно появляются магнитичным личностям, которые вызывают их; это бесспорно также, что они никогда не открывают никакие тайны находящиеся по ту сторону жизни. Они видятся, какими они все еще существуют в воспоминаниях тех, кто знал их, и, несомненно, какие их отражения оставили отпечатки на Астральном Свете . Когда вызванные призраки отвечают на вопросы обращенные к ним, эти ответы - всегда знаки или внутренние и воображаемые впечатления, никогда не голос, который действительно ударяет в уши; это достаточно понятно, как тень должна говорить? Каким инструментом можно заставить воздух вибрировать, производя впечатление таким способом, чтобы сделать различимые звуки ? В то же самое время, электрические контакты испытываются от появлений и иногда кажется, произведены рукой фантома; но это явление совершенно субъективно, причиняется исключительно силой воображения и локальной концентрацией той тайной силы, которую мы называем Астральным Светом. Доказательство этого - то, что духи, или по крайней мере призраки , симулируя тому подобное, могут действительно коснуться нас иногда, но мы не можем коснуться их, и это - одна из наиболее пугающих особенностей этих явлений, которые являются время от времени настолько реальными в проявлении, что мы не можем не чувствовать руку проходящую через что-то, которое кажется телом и все же не вступает ни с чем в контакт.

Мы читаем у церковных историков, что Спиридон, Епископ Тремифунтский, впоследствии признанный святым, вызывал дух его дочери, Ирен, узнав от нее местонахождение некоторых скрытых денег, которые она взяла в счет платы от путешественника. Сведенборг общался обычно с так называемыми мертвыми, формы которых явились к нему в Астральном Свете. Несколько заслуживающих доверия людей нашего знакомого уверяли нас, что они были повторно посещаемы в течение многих лет мертвыми, которые были дороги для них. Знаменитый атеист Сильвен Марешаль 47 появился его вдове и одной из ее подруг , сообщив ей относительно суммы 1500 франков, которые он скрыл в секретном ящике. Этот эпизод был связан с нами через старого друга семьи.

Призывания должны иметь всегда мотив и оправданный конец ; иначе, они - работы темноты и безумия, самые опасные для здоровья и разума. Вызывать из чистого любопытства, или чтобы узнать, увидим ли мы что-нибудь, означает добиваться бесполезного утомления. Трансцендентальные науки не допускают ни сомнение, ни ребячество. Позволительной движущей силой воскрешения может быть или любовь или ум. Вызывание любовью требуют меньшего количества устройств и во всех отношениях легче. Процедура следующая. Мы должны собрать, во-первых, тщательно, памятные даты его или её, кого мы желаем видеть, статьи, которые он использовал, и на которых остается его отпечаток впечатления; мы должны также подготовить квартиру в которой человек жил, или что-нибудь аналогичное из подобного вида, и поместить его портрет, накрытый белым поверх, окруженный его любимыми цветами , которые должны быть обновляемы ежедневно. Установленная дата затем должна быть выбрана, являющаяся датой рождения человека , или одной из дат, которая была особенно удачной для его и нашей собственной привязанности, дата - которую, мы можем верить, что его душа несмотря на счастье в другом месте, не может потерять из воспоминаний. Это должен быть день призывания, и мы должны подготовиться к нему в течение промежутка двух недель. В течение этого периода мы должны воздержаться от выказывания любого подобного доказательства привязанности, которую мы имеем право ожидать от умершего ; мы должны соблюдать строгое целомудрие, жить в уединении и иметь только один умеренный и легкий ужин ежедневно. Каждый вечер в один и тот же час мы должны закрыться в комнате, посвященной памяти об оплакиваемом человеке, используя только один маленький свет, типа того как в похоронной лампе или тонкой свече. Этот свет должен быть помещен позади нас, портрет должен быть раскрыт, и мы должны находиться так в течение часа в молчании; наконец, мы должны окурить комнату с маленьким приятным ладаном, и удалиться. На утро дня, установленного для призывания, мы должны украсить нас, как будто для празднества , не приветствуя перед этим никого, сделав только единственную трапезу из хлеба, вина и корнеплодов , или фруктов. Ткань должна быть белой, два охвата должны быть наложены, а одна порция разломленного хлеба должна быть положена в стороне; немного вина должно быть помещено также в стакане человека, которого мы намереваемся призывать. Пища должна быть съедена в одиночку в комнате призывания и в присутствии накрытого портрета; это должно быть все убрано в конце, кроме стакана, принадлежащего умершему человеку, и его части хлеба, который должен быть размещен перед портретом. Вечером, в час для регулярного посещения, мы должны навестить в молчании комнату, зажечь чистый огонь из кипарисового дерева и бросить ладан семь раз подряд, произнося имя человека, которого мы желаем видеть. Лампа должна тогда быть потушена, а огню позволено затухнуть. В этот день портрет не должен быть открыт. Когда пламя утихает, положите больше ладана в пепел и призывайте Бога согласно формам той религии, которой умерший человек принадлежал, и в соответствии с идеям, которыми сам он обладал о Боге. Делая эту молитву, мы должны идентифицировать нас с вызываемым человеком, говорить как он говорил, верить в смысле как он верил. Тогда, после молчания в пятнадцать минут, мы должны говорить с ним, как если бы он присутствовал, с привязанностью и с верой, прося его появиться перед нами. Возобновите эту просьбу мысленно, закрывая лицо обеими руками; затем позовите его трижды громким голосом; останьтесь находящимися на коленях, глаза закрытые или накрытые, в течение нескольких минут; тогда позовите снова трижды его ласковым и нежным тоном, и медленно откройте глаза. Если никакого результата, тот же самый эксперимент должен быть возобновлен в следующем году, и в случае необходимости в третий раз, когда это бесспорно что желательное появление будет получено, а дальше это будет препятствием более практическим и снизит желание повторять.

Призывание знакомого и духа выполняются с более торжественными церемониями. Если касается знаменитой персоны, мы должны размышлять в течение двадцать одного дня над его жизнью и письмами, формировать идею относительно его появления, разговаривать с ним мысленно и воображать его ответы. Мы должны носить его портрет, или по крайней мере его имя, при нас, следовать вегетарианской диете в течение двадцати одного дня и строгому посту в течение последних семи. Мы должны затем соорудить магическую аудиторию, описанную в тринадцатой главе нашей "Доктрины", и позаботиться, что весь свет исключен оттуда. Если, однако, предполагаемая операция займет место в дневное временя, мы можем позволить узкий проем на стороне, где солнце будет сиять в час призывания, поместить треугольную призму перед этим отверстием и кристаллический глобус заполненный водой, стоящий перед призмой. Если эксперимент был организован для ночи, магическая лампа должна быть так расположена, что её одиночный луч должен падать на алтарь курений. Цель этих приготовлений состоит в том, чтобы снабдить Магические Агенты элементами материального появления, и ослаблять в максимально возможной степени напряженность воображения, которое не может быть возвышено без опасности в абсолютную иллюзию сна. Для остального, это будет понять легко, что луч солнечного света или луч лампы, окрашенный различно и падающий на вьющийся и беспорядочный дым никоим образом не может создать прекрасное изображение. Жаровня, содержащая священный огонь должна быть в центре аудитории, а алтарь курений рядом. Оператор должен повернуться к востоку, чтобы молиться, и к западу, чтобы призывать; он должен быть или один или ассистироваться двумя людьми, сохраняющими самое строгое молчание; он должен носить магическое одеяния, которые мы описали в седьмой главе, и должен быть коронован вербеной и золотом. Он должен купаться перед операцией, и все его предметы нательного белья должны иметь самую нетронутую и скрупулёзную чистоту . Церемония должна начаться с молитвы, подходящей для гения духа, который будет призван, и которая была бы одобрена им, если бы он все еще жил. Например, было бы невозможно вызвать Вольтера, озвучивая молитву в стиле Святой Бригитты. Для великих людей старины, мы можем использовать Гимны Клеанфа или Орфея, с клятвой, заканчивающей Золотые Стихи Пифагора. В нашем вызывании Аполлония, мы использовали Магическую Философию Патриция для Ритуала, содержащую учение Зороастра и письмена Гермеса Трисмегиста. Мы рассказывали по памяти Нуктемерон Аполлония на греческом языке громким голосом и добавили Заклинание начинающееся: “Пусть Отцом всего будет Советник и трижды-великий Гермес направляющий”.

Для вызывания духа, принадлежащего религиям, исходящим из Иудаизма, следующее Каббалистическое Заклинание Соломона должно использоваться, или на иврите или на любом другом языке, с которым дух расспрашиваемый, как известно, был знаком:

Силы Царства, будьте Вы под моей левой ногой и в моей правой руке! Слава и Вечность, возьмите меня за два плеча, и направьте меня на пути победы! Милосердие и Справедливость , будьте Вы равновесием и блеском моей жизни! Разум и Мудрость, коронуйте меня! Духи Malkuth, ведите меня между двумя Колоннами на которых покоится все здание Храма! Ангелы Netsah и Hod, установите меня на кубический камень Yesod! O Gedulael! O Geburael! O Tiphereth! Binael, будь Ты моей любовью! Ruach Hochmael, будь Ты моим светом! Будь тем, чем Ты являешься и Ты должен быть, O Ketheriel! Ishim, помогите мне во имя Shaddai! Ангелы, будьте моей силой во имя Adonai! Beni-Elohim, будьте моими братьями во имя Сына, и властью Zebaoth! Eloim, действительно сражайся за меня во имя Тетраграмматона! Melachim, защитите меня во имя Yod He Vau He! Серафимы, очистите мою любовь во имя Elvoh! Hashmalim, просвети меня с величием Eloi и Shekinah! Aralim, действуй! Ophanim, вращайся и сияй! Haioth ha Kadosh, кричи, говори, шуми, реви! Kadosh, Kadosh, Kadosh, Shaddai, Adonai, Jotchabah, Eiazereie! Аллилуйя, Аллилуйя, Аллилуйя. Аминь.

Должно быть запомнено, прежде всего в заклинаниях, что имена Сатаны, Вельзевула, Адрамелека и других не обозначают духовные единицы , но легионы нечистых духов. “Наше имя - легион, поскольку мы - многие”, говорит дух темноты в Евангелии. Количество составляет закон, и прогресс имеет место обратно пропорциональное в аду, как области анархии. Так сказать, самое продвинутое в Сатанинском развитии и есть логический результат наиболее деградированного и наименее разумного и самого слабого. Таким образом, фатальный закон ведет демонов по нисходящей, тогда как они желают и верят в свое восхождение. Точно также те, кто называет себя вождем, являются самыми бессильными и презираемыми из всех. Что касается орды порочных духов, они дрожат перед неизвестным, невидимым, непостижимым, капризным, непримиримым вождем, который никогда не объясняет его законы, чья рука всегда протягивается, чтобы ударить тех, кто не в состоянии понять его. Они дают этому призраку имя Ваал, Юпитер и даже другие более почтенные, которые не могут, без осквернения, быть объявлены в аду. Но этот призрак - только тень и остаток Бога, изуродованный преднамеренной порочностью, и сохраняющийся в воображении как посещение справедливости и сожаление истины.

Когда вызванный дух света проявляется с ужасным или раздраженным выражением лица, мы должны предложить ему моральную жертву, то есть, быть внутренне расположенными отказаться от всего, что оскорбляет его; и перед покиданием аудитории, мы должны отпустить его, говоря:

“Пусть мир будет с тобой! Я не желал беспокоить тебя; не делай ты мучений мне. Я буду трудиться, чтобы улучшить себя относительно всего, что досаждает тебе. Я молюсь и буду все еще молиться, с тобой и за тебя. Молись ты также и со мной и за меня, и возвратись в твой великий сон, ожидая тот день, когда мы пробудимся вместе. Молчи и прощай!”

Мы не должны закрывать эту главу, не давая некоторые детали относительно Черной магии в пользу любопытного. Методы Фессалийских колдуний и Римских Канидий описаны несколькими древними авторами. Во-первых, вырывалась яма, в жерле которой они перерезали горло черной овце; блохи и личинки, чье присутствие предполагалось, и роящиеся вокруг, чтобы пить кровь, прогонялись магическим мечом; тройная Геката и адские боги вызывались, и призрак, появление которого было желательно, звался три раза. В Средневековье, некроманты нарушали могилы, составляя приворотное зелье и мази с жиром и кровью трупов, смешанные с аконитом (борец), белладонной и ядовитыми грибами. Они кипятили и снимали верхний слой этих ужасных составов над огнем, подпитываемым человеческими костями и крестами, украденными с церквей; они добавляли порошок высушенных жаб и пепел освященных хлебцев причастия; они мазали их виски, руки, и грудь адской мазью, рисовали дьявольские Пантакли, вызывал мертвых под виселицами или на пустынных кладбищах. Их вой слышался издалека, и запоздалые путники воображали, что легионы призраков поднялись из земли. Даже деревья, в их глазах, принимали ужасные формы; огненные шары мерцали в чащах; лягушки в болотах, казалось, повторяли таинственные слова Шабаша с каркающими голосами. Это был магнетизм галлюцинации и вредное влияние безумия.

Концом процедуры в Черной магии были нарушением разума и лихорадочное волнение, которое поощряет к великим преступлениям. Гримуары, когда-то конфискованные и сжигаемые властью всюду, являлись, конечно , не безопасными книгами. Святотатство, убийство, воровство, предписывались или советовались как средства для реализации почти во всех этих трудах. Так, в Великом Гримуаре и его современной версии Красный Дракон, есть рецепт, названный “Состав Смерти, или Философский Камень”, суп азотной кислоты48, меди, мышьяка и ярь-медянки. Есть также способы некромантии, включающие разрывание земли из могил ногтями, вытаскивание костей , размещение их крестообразно на груди, затем присутствие на полуночной мессе на канун Рождества, и вылетая из церкви в момент освящения, кричать:

“Пусть мертвые поднимутся из их могил!”

После этого процедура включает возвращение на кладбище, взятие горстки земли, самой близкой к гробу, обратный бег к двери церкви, которая была встревожена шумом, внести две кости крестообразно и снова крикнуть:

“Пусть мертвые поднимутся из их могил!”

Если оператор избегнет быть схваченным и закрытым в сумасшедшем доме, он должен удалиться медленным шагом, и считать четыре тысячи пять сотен шагов в прямой линии, что означает следование широкой дорогой или лазание по стенам. Пройдя это пространство, он ложится на землю, как будто в гроб, и повторяет печальными тонами:

“Пусть мертвые поднимутся из их могил!”

Наконец, он трижды зовет личность, появление которой желательно. Без сомнения любой, кто является достаточно безумным и достаточно злым, чтобы предаться таким операциям, предрасположен ко всем химерам и всем призракам. Следовательно, рецепт Великого Гримуара является самым эффективным, но мы не советуем ни одному из наших читателей, чтобы проверить это.

ГЛАВА XIV

ПРЕВРАЩЕНИЯ

Святой Августин размышляет, как мы сказали, мог ли Апулей быть изменен в осла и затем вновь обрести его человеческую форму. Тот же самый доктор мог бы интересоваться равным образом приключением товарищей Одиссея, превращенных в свиней Цирцеей. По простонародному мнению, превращения и метаморфозы всегда были самой сущностью Магии. Сейчас, толпа, будучи отражением мнения, которое является королевой мира, ни разу совершенно не права или полностью ошибочна. Магия действительно изменяет природу вещей, или скорее изменяет их внешний вид по воле, согласно силе воли оператора и очарованию стремлений адептов. Произнесённое слово создает его форму, и когда человек считает безошибочным присужденное имя данной вещи, последняя действительно преобразовывается в вещество, выраженное через это имя. Шедевр речи и веры в этом случае - реальное превращение вещества без изменения в его внешности. Если бы Аполлоний предложил чашку вина его ученикам, и сказал им: “ Это - моя кровь, которую Вы должны пить с этого времени, чтобы увековечить мою жизнь в пределах Вашей”; и имел его учеников в течение столетий верящих, что они произвели превращение через повторение тех же самых слов; если бы они взяли вино, несмотря на его аромат и вкус, относительно реальной, человеческой и живой крови Аполлония, нам придется признать этого мастера в волшебстве, как самого опытного из чародеев и самого мощного из всех Магов. После этого нам остается только поклониться ему.

Учение и ритуал высшей магии

Теперь , известно, что гипнотизёры передают для их сомнамбул любой вкус, который они выбрали к простой воде; и если мы предположим, что Маг с достаточной властью над астральным флюидом намагничивает одновременно целое собрание людей, или же подготовленных к магнетизму чрезвычайным сверх-волнением, то мы будем иметь возможность объяснить легко, конечно не Евангельские чудеса Каны, но работы того же самого класса. Разве не очаровывает любовь, которая следует из универсальной Магии Природы, действительно потрясающей, и она фактически не преобразуют людей и вещи? Любовь - сон очарований, которые преобразуют мир; всё становится музыкой и ароматом, все опьянены и счастливы. Возлюбленный является красивым, хорошим, возвышенным, непогрешимым, сияющим, пылает здоровьем и счастьем. Когда сон заканчивается , мы, кажется, падаем с облаков; нам внушает отвращение бесстыдная колдунья, которая заняла место прекрасной Мелузины, в обмен получаем Терсита, кого мы считали Ахиллесом или Нереем. Есть ли вера, которую мы не можем вселить в тех, кто любит нас? Но также, какой разум или справедливость мы можем привить тем, кто покончил с такой любовью ? Любовь начинается волшебником, а заканчивается колдуном. После создания иллюзий небес на земле, они достигают такой же ад. Её ненависть это абсурд, подобный её пылу, потому что это мученичество , то есть, подчинение несчастьям её собственных влияний . По этой причине любовь была запрещена мудрецами, которые объявили её врагом разума. Им будут завидовать или сочувствовать за такие осуждения, несомненно без понимания сути, самые соблазнительные из негодяев? Все, что может быть сказано, - то, что, когда они говорили таким образом, либо они еще не любили, либо они любили не долго.

Вещи, которые являются внешними для нас, что наше внутреннее слово, произведенное вещами. Верить, что мы счастливы, означает быть счастливым; независимо от того, что мы почитаем, становится прекрасным в пропорции к самостоятельной оценке: это значение, о котором мы можем сказать, что Магия изменяет природу вещей. МЕТАМОРФОЗЫ Овидия верны, но они являются аллегорическими, подобно ЗОЛОТОМУ ОСЛУ необыкновенного Апулея. Жизнь существ - прогрессивное преобразование, и их формы могут быть установлены, возобновлены, продлены далее, или разрушены вскоре. Если бы доктрина переселения душ была верна, то можно ли сказать, что оргия, устроенная Цирцеей действительно и фактически изменяет мужчин в свиней, видя, что по этой гипотезе, возмездие за пороки было бы повторением в животных формах, соответствующих деяниям? Далее, перемещение душ, которое было часто извращено, имеет совершенно истинную сторону; животные формы передают их чувственные отпечатки астральному телу человека, которое взаимодействует быстро с его характерными чертами согласно силе его привычек. Человек интеллектуальной и пассивной мягкости принимает инертную физиономию и манеры овцы, но в сомнамбулизме он - овца, которую можно видеть, а не человек с овечьим выражением лица, как экстатический и ученый Сведенборг переживал тысячу раз. В каббалистической книге пророка Даниила , эта тайна представлена легендой о Навуходоноссоре, измененном в животное, которая, после обычной судьбы магических аллегорий, была неправильно понята как фактическая история. Таким образом, мы можем действительно превращать людей в животных и животных в людей; мы можем изменить растения и изменить их качество; мы можем обеспечить полезные ископаемых идеальными свойствами: это все вопрос волеизъявления. Мы можем равным образом делать нас видимыми или невидимыми по желанию, и это позволяет нам объяснить тайны Кольца Гиеса49.

Во-первых, позвольте нам удалить из ума наших читателей все гипотезы абсурда – то есть, результат, лишенный причины или противоречащий этой причине. Чтобы сделаться невидимым, необходим один из трех фактов – нахождение некоторой непрозрачной среды между светом и нашим телом, или между нашим телом и глазами зрителей, или прельщение глаз зрителей в такой манере, что они не могут использовать их зрение. Из этих методов, третий только является магическим. Не все из нас замечали, что под управлением сильной озабоченности мы смотрим, не видя, и сталкиваемся с объектами перед нами? “Действительно , что смотря они не могут видеть ”, сказал Великий Посвященный, и история этого Великого Учителя говорит нам, что однажды, будучи приговоренным на месте быть забитым камнями в Храме, Он стал невидимым и вышел. Тут нет потребности воспроизвести мистификации популярного Гримуара о кольце невидимости. Некоторые определяют, что оно должно быть составлено из твердой ртути, украшенное маленьким камнем, который необходимо найти в гнезде пигалицы, и содержаться в коробке того же самого металла. Автор Маленького Альберта предписывает, что это кольцо должно быть составлено из волос, сорванных с головы ужасной гиены , что напоминает историю колокольчика Родиляра. Единственные авторы, которые рассуждают серьезно о Кольце Гиеса, - Ямвлих, Порфир и Питер Абанский50. То, что они говорят, является очевидно аллегорическим, и изображение, которое они дают, или то, которое может быть нарисовано из их описания, доказывает, что они говорят в действительности только о Великой Магической Тайне. Одна из фигур изображает универсальное движение, гармоничное и уравновешенное в вечном бытие; другая, которая должна быть сформирована из смеси семи металлов, призывает к описанию в деталях. Оно имеет двойную оправу и два драгоценных камня – топаз образовывает созвездие под знаком солнца и изумруд созвездие под знаком луны. Они должны опираться на внутреннюю сторону тайных свойств планет и на внешние их известные знаки, двойные и в каббалистической противоположности друг другу; то есть, пять справа и пять слева ; знаки солнца и луны продолжают четыре отдельных духа семи планет. Теперь, эта конфигурация не что иное, как тот Пантакль, показывающий все тайны магической доктрины, и здесь тайное значение кольца: чтобы осуществить всемогущество, из которого зрительное очаровывание является одним из самых трудных доказательств в исполнении, мы должны обладать всей наукой и знать, как использовать её.

Очаровывание достигается через магнетизм. Маг внутренне запрещает целому собранию видеть его, и они не видит его. Таким образом он проходит через охраняемые ворота и уходит из тюрьмы перед лицом его ошеломленных тюремщиков. В это время испытывается странное оцепенение, и они вспоминают, что видели Мага, как будто во сне, но никогда такого не было после того как он ушел. Вся тайна невидимости состоит поэтому в силе, которая способна к определению – будет это рассеиванием или парализацией внимания так, чтобы свет достигая зрительного органа , не производил впечатление на глаз души. Чтобы осуществлять эту власть, мы должны владеть Волей, приученной к внезапным и энергичным действиям, большим присутствием разума и навыком, не менее великом, по вызыванию отвлечения внимания среди толпы. Позвольте человеку, например, которого преследуют его предполагаемые убийцы, броситься в переулок, развернуться немедленно , и двинуться с абсолютным спокойствием к его преследователям, или позвольте ему смешаться с ними и казаться полным решимости преследования , и он конечно сделает себя невидимым. Священник, на которого охотились в '93, с намерением повесить его на фонарном столбе, сбежал вниз некоторой улицы, принял сутулую походку, и прислонялся к углу с сильно озабоченным выражением; толпа его врагов пронеслась мимо; ни один не видел его, или скорее, никто не наткнулся на него, чтобы признать: ведь было так маловероятно, что это он! Человек, который желает быть видимым всегда, делает себя замечаемым, но тот, кто хотел бы остаться незамеченным, вычеркивает себя и исчезает. Истинное Кольцо Гиеса - воля; это - также палочка превращений, и посредством её четких и сильных формулировок она создает магическое слово. Условия всемогущества магии - те, которые выражают эту творческую силу форм. Тетраграмма, которая является высшим словом Магии , имеет значение: “Это есть то, каковым оно должно быть”, и если мы применяем ее к любому превращению вообще с совершенным разумом, она возобновит и изменит все вещи, даже наперекор реальности и здравому смыслу. Hoc est51 христианской жертвы - перевод и применение Тетраграммы: поэтому это простое высказывание действует наиболее законченным, наиболее невидимым, наиболее невероятным и наиболее ясным подтверждением всех превращений . Все же более сильным словом, чем указанная трансформация , считались то, которое признано церковными соборами выражающим чудо – это пресуществление52.

Еврейские термины הוהי, אלגא, היהא, נמא, рассматривались всеми Каббалистами как ключи магического превращения. Латинские слова est, sit, esto, fiat, имеют ту же самую силу когда произносятся с полным пониманием. Монталамбер53 рассказывает серьезно, в его легенде о Святой Елизавете из Венгрии, как однажды эта святая леди, удивленная её благородным мужем, от которого она стремилась скрыть её добрые дела, когда несла хлеба нищим в своем переднике, сказав ему, что она несла розы, и доказала это наглядно, что она говорила искренне; хлеб превратился в розы. Эта история - самая добрая волшебная притча , и показывает, что действительно благоразумный человек не может лгать, что слово мудрости определяет форму вещей, или даже их материал, независимо от их форм. Почему, например, не должен благородный супруг Святой Елизаветы, добрый и стойкий христианин любящий себя, и верящий безоговорочно в Реальное Присутствии Спасителя в реальном человеческом теле на алтаре, где он видел только пшеничный хлеб святого причастия, почему он не должен верить в реальное присутствие роз в переднике его жены под видом хлеба? Она показала его булки, несомненно, но поскольку она сказала, что они были розами, и поскольку он верил её неспособности допустить малейшую неправду, он видел и желал видеть только розы. Это - тайна чуда. Другая легенда рассказывает, как святой, имя которого забыто мной, не находя ничто поесть в Постный день или пятницу, приказал, чтобы домашняя птица стала рыбой, и она стала рыбой. Притча не нуждается ни в какой интерпретации, и она напоминает красивую историю Святого Спиридона Тримифунтского54, того самого, кто вызвал душу его дочери Ирины. В одну страстную пятницу путешественник достиг местожительства святого епископа, а так как епископы в те дни принимали Христианство всерьез и были следовательно бедны, Спиридон , который постился неукоснительно, имел в его доме только немного соленого бекона, который был приготовлен для Пасхи . Незнакомец был одолен усталостью и заморен голодом; Спиридон предложил ему мясо, и сам разделил пищу милосердия, таким образом превращая самую плоть, которую Иудеи рассматривают как одну из самый нечистых в праздник покаяния, возвышающую материальный закон над самим духовным законом, и доказывающую истинность и разумность последователей Человека-бога, которые установили Его выбор в качестве монархов Природы в трех мирах.

ГЛАВА XV

ШАБАШ КОЛДУНОВ

МЫ возвращаемся еще раз к этому ужасному числу пятнадцать, символизируемому в Тарот монстром восседающем на алтаре, в головном уборе и рогатому, имеющим женские груди и гениталии мужчины – химера, уродливый сфинкс, синтез уродств . Ниже этой фигуры мы читаем откровенную и простую надпись – ДЬЯВОЛ. Да, мы здесь стоим лицом к лицу с тем, что есть призрак всех ужасов , дракон всех теогоний, Агриман Персов, Тифон Египтян, Питон Греков, старая змея Евреев, фантастический монстр, кошмар , Croquemitaine, горгулья, великий зверь Средневековья, и – хуже чем все они – Бафомет Тамплиеров, бородатый идол алхимика , непристойное божество Мандес, козёл Шабаша. Фронтон к этому " Ритуалу" воспроизводит точную фигуру ужасного императора ночи, со всеми его атрибутами и всеми его свойствами.

Позволить нам заявить теперь для наставления простаков, для удовлетворения маркиза де Мирвиля, для оправдания демонологиста Бодина, для великой славы Церкви, которая преследовала Тамплиеров , сжигала магов, отлучала от церкви вольных каменщиков, и т.д. – позвольте нам заявить смело и точно, что все низкосортные посвящения тайной науки и профанации Великой тайны, не только в прошлом, но и сейчас, и всегда, поклонялись тому, что показано этим тревожным символом. Да, по нашему глубоком убеждению, Великие Мастера Ордена Тамплиеров поклонялись Бафомету, и заставляли ему поклоняться при посвящении; да, это существовало в прошлом и может быть всё ещё в настоящем, собрания, над которыми председательствовала эта фигура, помещавшаяся на троне и имевшая пылающий факел между рогами. Но поклонники этого знака не полагают, как например сделали мы, что это изображение дьявола : напротив, для них это бог Пан, бог наших современных школ философии, бог александрийской теургической школы и наших собственных мистических Неоплатоников , бог Ламартина и Виктора Кузена, бог Спинозы и Платона, бог примитивных Гностических школ; Мессия также диссидентского духовенства. Эта последняя квалификация, приписанная козлу Черной магии, не будет удивлять учеников религиозной старины, которые знакомы с периодами символики и доктрины в их различных преобразованиях, будь то в Индии, Египте или Иудее.

Бык, собака и козёл - три символических животных Герметической Магии, возобновляющей все традиции Египта и Индии. Бык представляет Землю или Соль Философов; собака – Германибуса55, Ртуть мудрецов – иначе, жидкость, воздух и вода; козёл представляет огонь и - в то же самое время символ зарождения. Два козла , один чистый и один нечистый, были посвящены в Иудее; первым жертвовали в искупление за грехи; другой, груженый теми же грехами через проклятие, оставлялся свободным в пустыне – странный обряд , но один из глубоких символизмов, показывающий примирение через жертву и искупление через свободу! Теперь, все отцы Церкви, которые интересовались еврейской символикой, признали в жертвенном козле фигуру Того, Кто принимал, как они говорят, саму форма греха. Следовательно Гностики не были вне символических традиций, когда они приписывали эту самую мистическую фигуру Христу Освободителю . Вся Каббала и вся Магия, как факт, разделены между культом жертвенного и культом отпущенного козла. Мы должны признать поэтому Магию Святилищ и магию толпы, Белую и Черную Церкви, духовенство общественных собраний и Синедрион Шабаша. Козёл, который представлен в нашем фронтоне, несёт на его лбу Знак Пентаграммы с одним восходящим лучом, что является достаточным, чтобы характеризовать это как символ света. Кроме того, знак оккультизма изображен на обеих руках, указывающих вверх на белую луну Chesed, и вниз на черную луну Geburah. Этот знак выражает прекрасное согласие между милосердием и справедливостью. Одна из рук является женской, а другая мужской, как в гермафродите Кунрата, те же атрибуты, которые мы объединили с аналогичными у нашего козла, так как они - один и тот же символ. Факел разума, горящий между рогами - магический свет универсального равновесия ; это - также тип души, возвеличенной над материей, ещё хотя прикреплённой к материи, насколько и пламя прикреплено к факелу. Чудовищная голова животного выражает ужас греха, за который материальный агент, один ответственный, должен один и навсегда нести наказание, потому что душа безучастна в этой природе и может страдать только через воплощение. Кадуцей, который заменяет генеративный орган, представляет вечную жизнь; чешуйчатое покрытие живота символизирует воду; окружность выше неё - атмосфера, оперение еще выше выражает изменчивость; наконец, человеческая природа изображена двумя грудями и руками гермафродита, этого сфинкса тайных наук. Смотрите на разогнанные тени адского святилища! Смотрите на сфинкса средневековых ужасов, открывшего свое лицо и сброшенного с его трона! Как пал, Люцифер!56

Страшный Бафомет, с этого момента, как и все чудовищные идолы, загадки древней науки и её мечты, являются только наивными и даже набожными иероглифами. Каким образом человек будет поклоняться животному , если он осуществляет верховную власть над ним? Позвольте нам подтвердить, для чести человечества, что оно никогда не поклонялось собакам и козлам больше, чем ягнятам или голубям. В иероглифических знаках отличия, почему козла не так много, как ягнёнка? На священных камнях Гностических христиан секты Василида57, есть представления Христа согласно разнообразным фигурам каббалистических животных – иногда птица, в других случаях лев, и снова змея с головой льва или быка ; но во всех случаях Он нес неизменно те же самые атрибуты света, всегда, как и наш козёл, которого нельзя путать с мифическим образом Сатаны, по причине наличия светоносного Знака Пентаграммы.

Позвольте нам подтвердить категорически, в борьбе с остатками Манихейства, которое появляется от случая к случаю среди христиан, что, как высшая личность и сила Сатана не существует. Он - персонификация всех ошибок, пороков и, следовательно, всех слабостей . Если Бог может быть определен как Тот, Кто существует по необходимости, разве мы не определяем Его антагониста и врага обязательно как того, кто не существует вообще? Абсолютное утверждение добра подразумевает абсолютное отрицание зла: точно также на свету, сама тень является светлой. Таким образом, грешный дух является добрым в меру его участия в жизни и в истине . Нет теней без отражений, нет ночи без луны, планеты без утра и звезд . Если ад будет справедлив, он будет добром. Никто никогда не будет поносить Бога. Оскорбления и пародии, адресованные к Его искаженным изображениям не достигнут Его.

Мы назвали Манихейство, и оно является той чудовищной ересью, которой мы объясним отклонения Черной магии. Неверное истолкование учения Зороастра и магического закона двух сил, составляющих универсальное равновесие, заставило некоторые нелогичные умы воображать негативное божество, подчиненное, но враждебное активному Божеству.

Нечистая дуада появляется таким образом в жизни. Люди были достаточно безумны, чтобы разделить Бога на два; Звезда Соломона была разделена на треугольники, и Манихейство измыслило троицу ночи . Этот злой Бог, продукт сектантских мечтаний, вдохновил все безумия и все преступления. Кровавые жертвы были предложены ему; чудовищное идолопоклонство заменяло истинную религию; Черная магия оклеветала Высшую и Светлую Магию истинных адептов, а ужасные тайные собрания колдунов, вампиров и стригов имели место в пещерах или пустынных местах, слабоумие скоро превратится в безумие, а от человеческих жертв к людоедству остался только один шаг. Тайны Шабаша были описаны по-разному, но они фигурируют всегда в Гримуарах и в магических экспериментах. Откровения, сделанные на этот предмет могут быть классифицированы по трем направлениям: 1. те, которые относятся к фантастическому и воображаемому Шабашу; 2. те, которые выдают секреты определенных оккультных собраний истинных адептов; 3. откровения глупых и преступных собраний, имеющих своим объектом операции Черной магии. Для большого числа несчастных мужчин и женщин, предавшихся таким безумным и отвратительным практикам, Шабаш был всего лишь длительным кошмаром, где грезы казались реалиями и были вызваны посредством микстур, окуриваний и втираний наркотика. Баптиста Порта, кого мы прославили уже как мистификатора, дает в его Естественной Магии рецепт, претендующий на звание мази колдунов, посредством которой они перемещались к Шабашу. Это состав жира ребенка, аконита, вареные с листьями тополя и некоторыми другими медикаментами, это все смешанное с сажей, которая не могла внести свой вклад в красоту голых ведьм, которые посещали место помазанные этим изделием. Есть другой и более серьезный рецепт, данный тем же самым автором, который мы переписываем в латыни, чтобы сохранить его гримуарный характер. Рецепт: suim, acorum vulgare, pentaphyllon, verspertillionis sanguinem, solanum somniferum et oleum, все это кипятилось и соединялось в консистенцию мази. Мы подразумеваем что составы содержат препараты опия, сердцевину зеленого гашиша, листву Дурмана58 или лаврового-миндаля, вводимые как весьма успешные в такого рода препараты. Жир или кровь ночных птиц, добавленных к этим наркотикам, при черных магических церемониях, производят на воображение впечатление и определяют направление грез. К Шабашам, воображаемым в этой манере мы должны приписать важность козла, выходящего из большого кувшина и возвращающегося в него после церемонии; адские порошки получали из навоза этого козла, которого называют Учитель Леонард; пиры, где аборты съедаются без соли и варятся со змеями и жабами; танцы, в которых принимают участие чудовищные животные или мужчины и женщины с невероятными обликами; необузданные оргии, где incubi59 выпускают холодную сперму. Ночной кошмар только мог произвести или объяснить такие сцены. Неудачник священник Гофриди и его покинутая кающаяся грешница Мадлин де ла Палю сошли с ума через схожие мании, и были сожжены за упорство в своих утверждениях60. Мы должны прочитать показания этих больных существ в период их пыток, чтобы понять степень отклонения, способного сокрушить воображение. Но Шабаш был не всегда сном; он действительно существовал в действительности ; даже теперь есть секретные ночные собрания для осуществления Ритуалов древнего мира, некоторые из которых имеют религиозный и социальный объект, в то время как другие занимаются оргиями и колдовством. Из этой двойной точки зрения мы предлагаем рассмотреть истинный Шабаш, а именно светлой Магии в одном случае и магии тьмы в другом.

Когда Христианство запретило обществу осуществлять древние вероисповедания, приверженцы последних были вынуждены встречаться в тайне для празднования их мистерий. Посвященные руководили на этих собраниях и скоро установили своего рода ортодоксальность среди множества преследуемых вероисповеданий, этому способствовала помощь магической истины и факт, что запрещение объединяет желания и сплачивает связи братства между людьми.

Таким образом, Тайны Изиды, Цереры Элевсинской, Вакха, объединены с тайнами Доброй Богини61 и первобытным Друидизмом. Встречи имели место обычно между днями Меркурия и Юпитера, или между днями Венеры и Сатурна. Происходящее включало Обряды Посвящения, обмен таинственными знаками, пение символических гимнов, общение за общим пированьем, последовательное формирование магической цепи за столом и в танце. Наконец встреча прерывалась после обещательных заверений в присутствии руководителей и получения инструкций от них. Кандидат на Шабаша был приводим или скорее вносим на собрание, его глаза покрывались магической мантией, которой он был окутан полностью . Его проводили перед большими огнями, в то время как тревожные шумы делались около него. Когда его лицо раскрывалось, он оказывался окруженным адскими монстрами и в присутствии колоссального и отвратительного козла, которому ему приказывали поклониться. Все эти церемонии были тестами его силы характера и веры в его посвящение. Заключительное испытание было самое решающее из всех, потому что оно было на первый взгляд оскорбительным и смешным для понимания. Кандидат получал бесцеремонную команду поцеловать с уважением заднюю часть козла. Если он отказывался, его голова накрывалась еще раз, и он переносился на расстояние от собрания с такой необыкновенной скоростью, что он верил будто кружится по воздуху. Если он соглашался, он занимал место обходя символического идола, и там находил, не отталкивающий и непристойный объект, но молодое и доброе лицо жрицы Изиды или Майи, которая давала ему сестринское приветствие, и его тогда допускали до банкета. Что касается оргий, которые на многих таких собраниях следовали за банкетом, мы должны остерегаться доверять, что они были разрешены вообще, эти тайные вечери любви, хотя известно, однако, что множество Гностических сект занималось ими в их тайных собраниях в период ранних столетий Христианства. То, что плоть имела своих протестантов в тех веках аскетизма и сжатия чувств, было неизбежно, и не может вызвать никакого удивления, но мы не должны обвинить Трансцендентную Магию в неправильностях, которые она никогда не разрешала. Изида является целомудренной в ее капюшоне вдовы; Диана Пантея - девственница; Германибус, обладая обоими полами, не может удовлетворить ни одного; Герметический гермафродит чистый; Аполлоний из Тианы никогда не уступал соблазнению удовольствием; Император Юлиан был человеком твердой сдержанности; Плотин из Александрии был аскетичен в стиле его жизни; Парацельс был таким посторонним к глупостям любви, что его пол вызывал подозрения; Раймонд Луллий был посвящен в последние тайны науки только после наступления безнадежной страсти, которая сделала его целомудренным навсегда. Это также магическая традиция, что пантакли и талисманы теряют все их действие, когда тот, кто носит их, входит в дом проституции или предается прелюбодеянию. Шабаш с оргиями нельзя поэтому рассмотреть как Шабаш истинных посвящённых.

Относительно термина Шабаш, некоторые проследили его к названию Sabasius, и другие этимологии предполагались. Самое простое, по нашему мнению, соединить это с еврейским Sabbath, для чего есть уверенность, что Евреи, самые преданные хранители тайн Каббалы, были почти неизменно великими мастерами в Магии на протяжении Средневековья. Шабаш был поэтому Воскресеньем Каббалистов, днем их религиозных празднеств, или скорее, ночью их регулярного собрания. Этот праздник, окруженный тайнами, приобрел народный испуг за его предосторожность и избежал гонения террором. Что касается дьявольского Шабаша некромантов, это была подделка под Магов, сборище преступников, которые использовали к своим целям идиотов и дураков.

Там осуществлялись ужасные обряды и составлялись отвратительные микстуры; там колдуны и колдуньи плели свои замыслы и сравнивали записи для общей поддержки их репутации в пророчестве и предсказании. В тот период предсказатели были в общем спросе и сопровождались прибыльной деятельностью, пользовались реальной властью. Такие общества не могли не обладать определенными регулярными обрядами; все зависело от каприза руководителей и головокружения собрания. Сообщения некоторых, кто присутствовал при такой службе, как прообразе всех кошмаров галлюцинации, и от этого хаоса невероятных реальностей и бесноватых мечтаний, распускали отвратительные и дурацкие истории Шабаша, которые фигурируют в магических операциях и в книгах таких писателей как Шпренгер, Деланкр, Дельрио, Боден62.

Обряды Гностического Шабаша были импортированы в Германию ассоциацией, которая взяла имя Мопса. Они заменили каббалистического козла Герметическим псом, и кандидаты, мужские или женские – в случае посвящения женщины – вносились с перевязанными глазами. Тот же самый адский шум создавался около них, который окружил имя Шабаша с такими многими необъяснимыми слухами; их спрашивали, боятся ли они дьявола, и требовали вдруг выбрать между целованием задней части Великого Учителя и той же части маленькой покрытой шелком фигуры собаки, которая заменяла старого великого идола Козла Мандеса. Знак признания был смешной гримасой, которая напоминает фантасмагорию древнего Шабаша и масок его верных слуг. Для остальных, их доктрина заключалась в культе любви и распущенности. Ассоциация появилась, когда римская Церковь преследовала Масонство. Мопсы притворялись, что принимают только из среды Католиков, а наказуемое законом обещание при приеме они заменили торжественным обязательством чести не открывать никаких тайн Ордена. Это было более эффективно чем любая клятва и заставило замолчать религиозные возражения.

Имя Храмовый Бафомет, которое должно быть записано каббалистически в обратном направлении, составлено из трех сокращений: Tem. ohp. AB., Templi omnium hominum pacts abbas63, “отец храма мира всех людей”. Согласно некоторым, Бафомет был чудовищной головой, но согласно другим, демон в форме козла. Скульптурный сундук был эксгумирован недавно в руинах старого Главного Храма, и антиквары наблюдали на нем фигуру относящуюся к Бафомету, соответствующие его признаки - козла Мандеса и гермафродита Кунрата. Это была бородатая фигура с женским телом, держащая солнце в одной руке и луну в другой, прикованные к цепям. Сейчас, эта мужская голова - красивая аллегория, которой приписывают понимание только начального и творческого принципа. Здесь голова представляет дух и телесную материю. Сферы, прикованные к человеческой форме, и направленные через его Природу, в которой разум являются руководителем, являются также великолепно аллегорическим. Знаки, все те же самые обнаруженные, стали непристойными и дьявольскими благодаря учеными людям, которые исследовали их. Можем мы быть удивлены после этого распространения средневекового суеверия в наш собственный день? Одна вещь только удивляет меня, что веря в дьявола и его посланцев, люди не разжигают вязанки хвороста. М. Вельо логичен и требует: каждый должен чтить людей, которые имеют храбрость своих мнений.

Занимаясь нашими любопытными исследованиями, мы достигаем теперь самые зверские тайны Гримуаров, те, которые заинтересованы воскрешениями дьяволов и договорами с адом. После придания реального существования чистому отрицанию добродетели, после возведения на престол абсурдного и созданного бога лжи, после этого осталось для человеческого безумия вызвать невозможного идола, и маньяки это сделали. Нам сообщали в последнее время, что самый преподобный Отец Вентура, прежде Лучший в Конгрегации Иеромонахов Божественного провидения, Ревизор Епископов, и т.д., после прочтения нашей "Доктрины", объявлял, что Каббала была по его мнению изобретением дьявола и что Звезда Соломона была другим дьявольским устройством, чтобы убедить мир, что Сатана был таким же как Бог. Заметьте, что серьезно преподается теми, кто являются Учителями в Израиле! Идеал небытия и ночи изобретает возвышенную философию, которая является универсальным основанием веры и краеугольным камнем всех храмов! Демон, ставящий его подпись около Бога! Мои преподобные учителя в богословии, Вы великие волшебники, в таком случае Вы или другие осведомлены, как и Тот Кто сказал: “дьявол – лгун, подобно его отцу,” - имеющие некоторое наблюдение дадут заключение вашему благоговению.

Вызывающий дьявола должен пережди всех вещей принадлежать к религии, которая допускает творческого дьявола, который является также конкурентом Бога. Чтобы вызвать силу, мы должны верить в нее. Давая такую устойчивую веру в религию дьявола, мы должны поступать следующим образом для вступления в соотношение с этим псевдобожеством:

МАГИЧЕСКАЯ АКСИОМА

Внутри круга его действия, каждое слово создает то, что оно подтверждает.

ПРЯМОЕ СЛЕДСТВИЕ

Тот, кто подтверждает дьявола, создает или делает дьявола.

Условия Успеха в Адских Вызываниях:(1) Неукротимое упрямство; (2) совесть, сразу укрепленная к преступлению и наиболее склонная к угрызению совести и страху; (3) болезненное или естественное неведение; (4) слепая вера во все, что является невероятным; (5) совершенно ложная идея о Боге.

Мы должны впоследствии (1) осквернить церемонии культа, в который мы верим; (2) принести кровавую жертву; (3) изготовить магическую вилку, которая является ответвлением единственной ветки орешника или миндаля, срезанной единичным ударом нового ножа, используемым для жертвоприношения. Ветка должна кончаться вилкой, которая должна быть вооружена железом или сталью, сделанным из лезвия вышеупомянутого ножа. Пост из пятнадцати дней должен быть соблюден, допуская единственную несоленую трапезу после заката. Она должна состоять из черного хлеба и крови, приправленной несолеными специями или черными бобами и молочными и наркотическими травами. Мы должны напиться каждые пять дней после заката вина, в котором пять головок черного мака и пяти унций толченого конопляного семени были замочены в течение пяти часов, вылитым путем процеживания через ткань, которую соткала проститутка: строго говоря, первая ткань, которая появится в руке, может быть использована, будучи соткана женщиной. Вызывание должно быть выполнено ночью между Понедельником и Вторником, или между Пятницей и Субботой. Должно быть выбрано уединенное и запрещенное место, типа кладбища, часто посещаемого злыми духами, страшные руины в сельской местности, подвал оставленного женского монастыря, место, где некоторое убийство было совершено, алтарь друидов или старый храм идолов. Нужно обеспечить черную одежду без швов и без рукавов; свинцовый колпак, украшаемый знаком луны, Венеры и Сатурна; две свечи из человеческого жира установлены в черные деревянные подсвечники, вырезанные в форме полумесяца; две короны вербены; магический меч с черной ручкой; магическую вилку; медную вазу, содержащая кровь жертвы; кадило содержащее ароматы , а именно, ладан, камфару, алоэ, амбру и ароматический бальзам, смешанные вместе с кровью козла, крота и летучей мыши; четыре гвоздя, взятые из гроба казнённого преступника; голову черного кота, которого кормили человеческой плотью в течение пяти дней; летучую мышь утопленную в крови; рога козла cum quo puella concuberit64; и череп отцеубийцы. Все эти отвратительные предметы – даже если возможно получить – будут собраны, они должны быть расставлены следующим образом:

Учение и ритуал высшей магии

КРУГ ГОЭТИИ

из Черных Вызываний и Договоров точный круг проводится мечом, оставляющим, однако, размыкание, или точку выхода, на одной стороне; треугольник рисуется в кругу, и Пантакль, таким образом сформированный, окрашивается кровью; жаровня помещается в один из его углов, и она должна быть включена среди обязательных объектов, уже перечисленных. В противоположениях к основаниям треугольника три небольших круга чертятся для волшебника и его двух помощников; ниже этого первого знака рисуется Лабарум или монограмма Константина, не с кровью жертвы, но с собственной кровью оператора. Он и его помощники должны иметь босые ноги и покрытые головы. Кожа жертвы, которой жертвуют, должна быть принесена также к месту и, будучи изрезанной на ленты, должна быть помещена в пределах круга, таким образом формируя второй и внутренний круг, закреплённый в четырех углах четырьмя гвоздями от гроба, упомянутыми выше. Крепко , около гвоздей, но вне этого второго круга, должны быть помещены голова кота, человеческий, или скорее, бесчеловечный череп, рога козла, и летучая мышь. Они должны быть опрысканы ветвью березы, которую опускают в кровь жертвы, и затем огонь из кипариса и ольхи должен быть зажжен, две магические свечи помещены справа и слева от оператора, окруженного венками вербены. Формулы вызывания могут быть объявлены теперь, как они найдены в Магических Элементах Питера Абанского , или в Гримуарах, будь то напечатанные или рукописные. Это “Великий Гримуар”, воспроизведенный в пошлом Красном Драконе, был изменен умышленно и должен быть прочитан следующим образом:

“By Adonai Eloim, Adonai Jehova, Adonai Sabaoth, Metraton On Agla Adonai Mathon, the Pythonic word, the Mystery of the Salamander, the Assembly of Sylphs, the Grotto of Gnomes, the demons of the heaven of Gad, Almousin, Gibor, Jehosua, Evam, Zariatbatmik: Come, Come, Come !"65

Великое Призывание Агриппы (то есть так называемая Четвертая Книга Тайной Философии, которая была первоначально приписана Агриппе, но которая, как теперь полагают, принадлежит некоторому неизвестному автору) состоит только в таких словах: DIES MIES JESCHET BOENEDOESEF DOUVEMA ENITEMAUS.

Мы не делаем никакого притворства в понимании их значения; возможно они не обладают ничем, конечно ничем разумным, так как они помогают в вызывании дьявола, который является верховной глупостью. Пико делла Мирандола, без сомнения из того же самого мотива, подтверждает, что в Черной магии самые варварские и неразборчивые слова являются самыми эффективными и лучшими. Заклинания повторяются с возвышающимся голосом, сопровождаемым проклятиями и угрозами, до тех пор пока дух ответит. Ему предшествует обычно сильный ветер, который, кажется, заставляет всю местность греметь. Тогда домашние животные дрожат и скрываются прочь, помощники чувствуют дыхание на их лица, и их волосы, влажные из-за холодного пота, вздымаются на их головах. Великое и Высшее Призывание, согласно Питеру Абанскому, следующее:

Hemen-Etan! Hemen-Etan! Hemen-Etan! El* Ati* Teteip* Aozia* Hyn Teu Minosel* Achadon* vay* vaa* Eye* Aaa* Eie* A El El El A Hy! Hau! Hau! Hau! Hau! Va! Va! Va! Va! Chavajoth. Aie Saraye, aie Saraye, aie Saraye! By Eloym, Archima, Rabur, Bathas over Abrac, flowing down, coming from above Aheor upon Aberer Chavajoth Chavajoth! Chavajoth! J command thee by the Rey of Solomon and the great name Semhamphoras.

Обычные знаки и подписи демонов даются в следующей ниже фигуре: Но они - низшие демоны, и здесь следуют официальные подписи принцев ада, засвидетельствованные в судебном порядке – по делу, о M. ле Маркизе де Мирвиле!

Учение и ритуал высшей магии

– и сохраненные в архивах правосудия как убедительные свидетельства суда над неудачным Урбеном Грандье:

Учение и ритуал высшей магии


Эти подписи появлялись под договором, который Коллин де Планси дает в точно воспроизведенной копии в Атласе его Адского Словаря. Он имеет следующую запись на полях: “копия документа находится в аду, в кабинете Люцифера”, ценный пункт информации о местоположении, но недостаточно хорошо исследуемый, и принадлежащий к периоду, никоим образом не отдаленному от нашего собственного, тем не менее предшествующий суду над молодыми Лабарром и Эталондой66, которые, как каждый знает, были современниками Вольтера.

Вызывания сопровождались часто договорами, написанными на пергаменте из кожи козла, железной ручкой и кровью, составленными левой рукой. Документ был в двойном экземпляре: одна копия уносилась демоном, а другая проглатывалась отвратительным подонком. Взаимные обязательства состояли в том, что демон должен служить колдуну в течение данного периода лет и что колдун должен принадлежать демону после установленного времени. Церковь в своих изгнаниях нечистой силы посвятила верующих во все эти вещи; и можно сказать в самом деле, что Черная магия и ее мрачный принц стали истинными, живыми и ужасающими созданиями римского католицизма; что они - даже ее специальная и характерная работа, поскольку священники выдумывают не Бога. Так также истинные Католики остаются верными в глубине их сердец к сохранению и даже произведению этой великой работы, которая является философским камнем официального и положительного культа. На тюремном сленге осужденные называют дьявола ПЕКАРЕМ; все наше желание, и мы не говорим больше с точки зрения Мага, но как преданное дитя Христианства и той Церкви, которой мы обязаны нашим самым ранним образованием и нашему первому энтузиазму – все наше желание, мы говорим, - что фантом Сатаны больше не может называться также ПЕКАРЕМ министрами этики и представителями самой высокой добродетели. Они высоко оценят наше намерение и простят дерзость наших стремлений в обсуждаемых нами, обреченных на гибель, намерениях и искренности нашей веры?

Дьявола-создающая Магия, которую предписывают Гримуар Римского папы Гонориуса, РУКОВОДСТВО Лео III, Ритуал изгнания нечистой силы, приговоры инквизиторов, иски барона Лаубердемента, статьи братьев Вильо, книги мм. Де Фаллу, де Монталамбера, де Мирвиля, Магия колдунов и религиозных людей, которые не являются колдунами, является действительной вещью, которая будет осуждена в одном случае и будет бесконечно сожалеться в другом. С этим надо прежде всего бороться, с этими несчастными отклонениями человеческого разума, через их освещение, подобно нашей публикации этой книги. Может этому посодействует святой случай!

Но мы еще не показали эти нечестивые затеи во всей их низости, во всем их чудовищном безумии. Мы должны оживить кровавое пятно омерзительной грязи или погубить суеверие; мы должны подвергнуть испытанию анналы демонопомешательства, чтобы исследовать определенные преступления, которые одно только воображение не могло изобрести. Каббалист Боден, Израилит по убеждению и Католик по необходимости, не имел никакого другого намерения в его Демономании Колдунов, чем подвергнуть сомнению Католицизм в его работах и подточить его, в величайшем из всех подобных, поучительном оскорблении. Трактат Бодена глубоко Бессовестен и ударяет в основу учреждений и людей, которых он, кажется, защищает. Было бы трудно представить себе, не читая эту его обширную массу кровавых и отвратительных историй, актов отвратительного суеверия, приговоров и истязаний глупой жестокости. “Сжечь всех!”, казалось, кричали инквизиторы. “Бог отличит Его собственных!” Бедными дураками, истеричными женщинами и идиотами таким образом жертвовали без милосердия за преступления Магии, несмотря на то, что в то же самое время ужасные преступники избегали этого постыдного и кровавого правосудия. Боден дает нам понять так много через подобное изложение таких эпизодов как тот, который он связывает со смертью Чарльза IX. Это почти неизвестное отвращение, и единственное, которое насколько мы знаем, не соблазнило ловко какого-то романиста, даже в периоды самой лихорадочной и жалкой литературы.

Пораженный болезнью, причины которой никакой врач не мог обнаружить или объяснить страшные симптомы, Король Чарльз IX умирал. Королева - Мать, которая управляла им всецело и всё теряла при другом правлении – Королева-Мать - которую подозревали как автора болезни, даже против её собственных интересов, потому что скрытые умыслы и невысказанные интересы были свойственны ей всегда, которая была восприимчива ко всему – консультировалась с её астрологами и затем прибегала к помощи наигрязнейшей формы Магии, ОРАКУЛУ КРОВОТОЧАЩЕЙ ГОЛОВЫ, для возникновения ещё худшего состояния страдальца и ежедневно всё более безнадежного. Адская операция выполнялась следующим образом. Выбирался ребёнок, красивой внешности и невинных манер; он готовился к его первому причастию милостынником дворца. Когда день или скорее ночь жертвования приходила, монах, отступник Доминиканец, посвящённый высшим тайнам работы Черной магии, совершал Мессу Дьявола в полночь в комнате больного, в присутствии только Катерины де Медичи и её доверенных лиц. Жертва предлагалась перед изображением демона, имеющего распятие вверх тормашками под его (демона) ногами и колдун освящал два хлебца причастия, один черный и один белый. Белый давался ребёнку, которого приводили в одежде как для крещения, и убивали на ступени алтаря немедленно после его причастия. Его голова, срубленная одним ударом с тела, устанавливалась, трепещущая, на большой черный хлеб причастия, который покрывал основание металлического круга, и затем доставлялась к столу, где горели таинственные лампы. Заклинание начиналось, оракула умоляли о демоне и ответе ртом головы на секретный вопрос, который Король не осмеливался произнести громко и не доверял вопрос никому. Странный и слабый голос, в котором не было ничего человеческого, слышали теперь в голове бедного маленького мученика, говорящий на латинском: Vim patior – “я переношу насилие”. При этом ответе, который несомненно извещал больному человеку, что ад больше не покровительствовал ему, ужасная дрожь захватывала монарха, его руки напрягались, и он кричал хриплым голосом: “Уберите эту голову! Уберите эту голову!” и так продолжал кричать до тех пор, пока он испускал дух. Его свита, которая была в неведении этой ужасной тайны, верила, что его преследовал призрак Колиньи и что он видел голову прославленного адмирала. То, что мучило умирающего человека, не было, однако, раскаянием, но безнадежным ужасом предвидимого Ада.

Эта темная магическая легенда Бодена напоминает отвратительные методы и заслуженную судьбу Жиля де Лаваля, Лорда Ритц, который прошел от аскетизма до Черной магии и предложил много отвратительных жертв, чтобы снискать расположение Сатаны. Этот сумасшедший признавал при его суде, что Сатана явился к нему часто, но всегда обманывал его обещаниями сокровищ, которые он никогда не доставлял. Это выяснялось из судебной информации, что несколько сотен несчастных детей пали жертвой алчности и зверских фантазий этого монстра.

ГЛАВА XVI

КОЛДОВСТВО И ЗАКЛИНАНИЯ

То, ЧТО колдуны и некроманты искали свыше всего в их вызываниях нечистого духа, была та магнитная сила, которая является владением истинного адепта, но была желаема ими только, чтобы они могли позорно злоупотребить ею. Безумие колдунов было злым безумием, и одним из их главных свершений была сила очарования или вредных влияний. Мы писали в нашей "Доктрине", что мы думаем на предмет колдовства, и как оно кажется нам опасной и действительной силой. Истинный Маг околдовывает без церемонии и его простым отвержением тех, которых он осуждает и считает необходимым наказать; его прощение даже околдовывает тех, кто делает ему несправедливость, и никогда прощеные враги посвящённых не остаются долго безнаказанными за их несправедливость. Мы сами засвидетельствовали многочисленные примеры этого фатального закона. Убийцы мучеников всегда погибают несчастно, а адепты - мученики разума; Провидение, кажется, презирает тех, кто презирает адептов и убивает тех, кто лишил их жизни. Легенда о Скитающемся Еврее - популярная поэзия этой тайны. Мудрый Человек был приведен народом к Его гибели; народ велел Ему, "Иди дальше!” когда Он стремился отдохнуть на мгновение. Каково последствие? Похожее осуждение настигло сам народ; он объявлен совершенно вне закона. Люди кричали ему: “Проваливай! Проваливай!” в течение многих столетий, и он не нашел никакой жалости и никакого отдыха.

Ученый человек имел жену, которую он любил неистово и страстно, в восторге его нежности ; он почитал её слепой верой и доверял ей полностью. Кичась своей красотой и умом, эта женщина стала ревновать к превосходству её мужа и начала ненавидеть его. Некоторое время после этого она покинула его, позоря себя со старым, уродливым, глупым и безнравственным человеком. Это было началом её наказания, но дело не заканчивалось этим. Ученый человек произнес торжественно ей следующий приговор : “я забираю ваш ум и вашу красоту.” Спустя год её больше не узнавали те, кто знал её; она была обезображена тучностью и отражала в её выражении лица безобразие её новых склонностей. Три года спустя она стала уродлива ; семь лет спустя она стала помешанной. Это происходило в наше собственное время, и мы были знакомы с каждой личностью.

Маг выносит приговор по образу квалифицированного врача, и по этой причине нет никакой возможности апеллировать к его решению, когда оно было однажды объявлено против виновного человека. Нет никаких церемоний и никаких вызываний; он делает что -то, но воздерживается от еды за тем же самым столом, или если необходимо это сделать, ни принимает, ни предлагает соль. Но колдовство колдунов другого вида, и может быть сравнено с действительным отравлением небольшим количеством потока Астрального Света. Они возвышают их волю церемониями, пока она не становится ядовитой на расстоянии; но, как мы заметили в нашей "Доктрине", они остаются незащищенными сами более часто, чтобы быть первым, кто будет убит их адскими машинами. Позвольте нам заклеймить в этом месте некоторые из их виновных поступков. Они достают волосы или предметы одежды человека , которого они стремятся уничтожить; они выбирают животное, которое кажется им символичным к этому человеку, и посредством волос или предметов одежды, они помещают его в магнитную связь с ним или ею. Они дают ему то же самое имя и затем убивают его одним ударом магического ножа. Они разрезают открытую грудь, вырывают сердце, заворачивают всё ещё бьющееся, в намагниченные предметы и ежечасно, в течение трех дней, они вгоняют гвозди, раскаленные булавки, или длинные шипы в него, произнося проклятие на имя околдованного существа. Они убеждены, и часто справедливо, что жертва их позорных операций испытывает так много мук, как будто его собственное сердце протыкали во всех местах. Он начинает чахнуть и умирают через некоторое время от неизвестной болезни.

Другое колдовство, используемое деревенскими жителями, состоит в освящении гвоздей к работе ненависти посредством окуриваний Сатурна и призываний злых духов. Они следуют за следами человека, которого они ищут, чтобы мучить, и вгоняют гвозди крестообразно в каждый отпечаток его ног, которые могут быть прослежены на земле или песке. Ещё одна и более отвратительная практика. Выбирается жирная жаба ; её крестят; имя и фамилия человека, который будет околдован дается ей; её заставляют проглотить освященный хлеб причастия, над которым было произнесено проклятие. Животное тогда заворачивается в намагниченные предметы, перевязанные волосами жертвы, на которые оператор предварительно плевал , и хоронится у порога двери околдованного человека, или в некотором месте, где он обязательно проходит ежедневно. Элементарный дух жабы станет ночным кошмаром и вампиром, преследуя сны жертвы, если действительно он не знает, как отвести его на оператора.

Позвольте нам перейти теперь к колдовству посредством восковых фигур. Колдуны Средневековья , полные нетерпеливого стремления понравиться их святотатством тому, кого они считали их учителем, смешивали крестинное масло и пепел освященных хлебцев причастия с капелькой воска. Отступнические священники никогда не желали отдавать их сокровища Церкви. С проклятым воском они формировали фигуру, в максимально возможной степени напоминающую человека, которого они желали околдовать. Они одевали эту фигуру в предметы одежды, похожими на него; они раздавали ей причастия, которые он получал; они призывали на его голову все проклятия, которые могли выразить ненависть колдуна, налагали ежедневно воображаемые пытки на неё, чтобы достигнуть и мучить симпатией человека, которого представляла фигура. Это колдовство наиболее безошибочно, если волосы, кровь и более всего зуб жертвы могут быть раздобыты. Это был тот случай, который дал происхождение вошедшему в поговорку высказыванию: У Вас есть зуб против меня – значение, Вы питаете ко мне недовольство . Есть также околдовывание взглядом, названное jettatura или дурным глазом в Италии. В период наших гражданских войн, владелец магазина имел неудачу, обвинить одного из своих соседей, которого после периода ареста отпустили на свободу, но с потерей его состояния. Его единственная месть была в том, чтобы приходить два раза в день в магазин осведомителя, на которого он смотрел пристально, кланялся и уходил . Спустя некоторое небольшое время , владелец магазина, неспособный выносить мучение его взгляда сколько-нибудь долго, продал его товары с убытком и сменил его окрестность, не оставляя никакого адреса. Одним словом, он был разорен.

Угроза - реальное колдовство, потому что она действует сильно на воображение, прежде всего когда последнее открыто с готовностью для веры в тайную и неограниченную силу. Ужасная угроза ада, то колдовство в отношении человечества, на протяжении очень многих столетий, создавшее больше кошмаров, больше неизвестных болезней, больше неистового безумия, чем все пороки и все крайности вместе взятые. Это есть то, что Герметические художники Средневековья представляли в качестве невероятных и неслыханных монстров, которых они высекали в дверных проемах базилик. Но колдовство угрозой производит эффект в целом противоположный намерениям оператора, когда это очевидно пустое запугивание; когда это действительно преступает законную в высшей степени угрозу человеку и следовательно вызывает его сопротивление; или наконец, когда это смехотворно в своей свирепости. Сектанты ада обесчестили небеса. Скажите благоразумному человеку, что равновесие - закон движения и жизни, что свобода, которая является моральным равновесием, покоится на вечном и неизменном различии между истиной и ложью , между хорошим и плохим; скажите ему, что он, наделенный свободной волей, должен занять свое место согласно его трудам в империи правды и совершенства, или катиться назад вечно как камень Сизифа, в хаос лжи и зла; тогда он поймет доктрину , и если Вы назовете истину и совершенство небесами, ложь и зло адом, он будет верить в ваши небеса и ад, над которыми Божественный Идеал покоится спокойно, совершенно и недоступен ни гневу ни преступлению, потому что он поймет, что, если в принципе ад будет вечным как свобода, он не может фактически быть больше чем временные муки души, потому что это - искупление, а идея об искуплении неизбежно предполагает идею исправления и разрушения зла. Это сказано, не с догматическим намерением, которое вне пределов нашей области, но чтобы указать моральное и разумное средство от колдовской совести при помощи ужасов потусторонней жизни, позвольте нам сказать о средствах избегания пагубных влияний человеческого гнева. Первым среди всех должна быть благоразумность и только, не дающая удобного случая или оправдания для гнева. Законного негодования нужно очень бояться; поторопитесь поэтому признать и искупить ваши ошибки. Сохранение гнева после этого, означает что он определенно проистекает из порока ; стремитесь узнать, каков порок и присоедините себя крепко к магнитным потокам противоположной добродетели. Колдовская воля не будет иметь в дальнейшей никакой власти над Вами. Выстирайте заботливо одежду, которую Вы не носите, перед тем как отдать её; иначе, сожгите её; никогда не используйте одежду, которая принадлежала неизвестному человеку, не очищая её водой, серой и такими благовониями как камфара, ладан, янтарь, и т.д.

Мощное средство противостояния колдовству - не бояться его; это действует по образу заразных болезней. Во времена эпидемии, пораженные страхом являются первыми, кто подвергаются приступу болезни: тайна бесстрашия ко злу состоит в том, чтобы не думать о нём, и мой совет полностью непредубежден , после того как я даю его в работе по Магии, которой я являюсь автором, хотя я убеждаю людей, которые являются нервными, хилыми, легковерными , истеричными, суеверными ханжами , глупцами, без силы и без воли, никогда не открывать книгу по Магии, закрыть её, если они уже открыли её, повернуть глухое ухо к тем, кто говорит о тайных науках, осмеивая их, никогда не верить в них и пить воду, как сказал великий маг пантегрюэлист, превосходный целитель Медон.

Что касается мудрых – а это - время, когда мы обращаемся к ним, после оказания снисхождения глупцам – они едва ли боятся какое-то колдовство, охраняя тем судьбу; но видя, что они являются священниками и врачами, они могут быть призваны, чтобы вылечить околдованных, и это должен быть их метод действия. Они должны убедить такого человека сделать некоторый акт доброты его мучителю , предоставив ему некоторое услужение, от которого он не может отказаться, и привести его напрямую или иным способом к причастию соли. Человек, который считает себе околдованным через проклятье и погребение жабы, должен носить около себя живую жабу в роговой коробке. Для околдованных протыкание сердца, мучимый человек должен съесть сердце ягненка, приправленное шалфеем и луком, и носить Талисман Венеры или Луны в мешочке, заполненном камфарой и солью. Для околдованных с помощью восковой фигуры, должна быть сделана более совершенная фигура, и расположена в максимально возможной степени с вещами, принадлежащими этому человеку; семь талисманов должны быть повешены вокруг шеи; фигура должна быть помещена в середине большого Пантакля представляющего Пентаграмму, и каждый день должна быть натираема немного смесью масла и бальзама, после произнесения вслух Заклинания Четверки, чтобы отвести в сторону влияние элементарного духа. В конце семи дней образ должен быть сожжен в освящённом огне, и можно пребывать в уверенности, что фигура, изготовленная колдуном в этот момент потеряла всю её силу.

Мы упоминали уже Симпатическую Медицину Парацельса, который лечил восковые органы и воздействовал на вытекающую кровь из ран для лечения самих ран. Эта система позволяла употреблять более чем обычно невероятные средства, и такой главной спецификой были сулема 67 и купорос. Мы полагаем, что гомеопатия - вспоминание теорий Парацельса и возвращение к его мудрым практикам. Но мы разовьем этот предмет в специальном трактате, посвященном тайной медицине.

Обязательства родителей, предупредить будущее их детей от колдовства, которые не могут быть осуждены слишком резко; дети посвященные в белое, например, едва ли когда-либо преуспевают; те, кто был прежде посвящен безбрачию, впадали обычно в распутство, или заканчивали в отчаянии и безумии. Человеку не позволено производить насилие над судьбой , однако, по прежнему мало предписано обязательств на законное использование свободы.

Как добавление или приложение к этой главе, мы добавим несколько слов о мандрагоре и андроидах, которые несколько авторов по Магии путают с восковыми изображениями, служащим целям колдовства. Природная мандрагора - волокнистый корнеплод, который представляет более или менее в целом фигуру мужчины, или его зрелые члены. Это слабый наркотик, и действие афродизьяка было приписано ему древними, которые представляли его как искомый колдуньями Фессалии состав любовного зелья. Действительно ли этот корень - остаток пуповины нашего земного происхождения, как предлагают некоторые маги мистики? Мы не осмеливаемся подтвердить это серьезно, но это все также верно, что человек, вышедший из ила земли и его первый внешний вид, должно быть, был в форме грубого эскиза. Аналогии Природы заставляют нас допускать идею, по крайней мере как возможность. Первые люди были, в этом случае, семьей гигантской, чувствительной мандрагоры, оживленной солнцем, которые выкопали себя из земли. Такое предположение не только не исключено, но и напротив несомненно предполагает творческую волю и провиденциальное содействие Пер