Book: Обрученная



Обрученная

Морган Райс

Обрученная

Купить книгу "Обрученная" Райс Морган

Copyright © 2012 by Morgan Rice


Все права защищены. Кроме случаев, оговорённых в Законе об авторском праве от 1976 года, запрещено копировать, распространять или передавать данное произведение и его части в любой форме и любыми средствами, а также хранить в любой базе данных или системе поиска без предварительного получения разрешения от автора произведения.


Данная электронная книга предназначена только для личного пользования. Данную электронную книгу запрещено перепродавать или передавать другим лицам. Если вы желаете поделиться этой книгой с другим лицом, просим вас приобрести дополнительную копию книги для этого человека. Если вы читаете эту книгу, но вы ее не покупали, или она не была приобретена специально для вас, просим вас вернуть книгу и приобрести собственную копию произведения. Благодарим вас за проявленное уважение к работе автора.


Данная книга является художественным произведением. Имена, герои, названия организаций, мест, событий и происшествий являются вымышленными. Любое совпадение с реальными имена и жизнями людей, ныне живущих или умерших, является случайным.


Модель на обложке: Дженнифер Онви. Фотограф: Adam Luke Studios, Нью-Йорк. Визажист: Рути Уимс. Если вы хотите связаться с этими людьми, просим вас связаться с Морган Райс.

* * *

Отзывы о серии «Журнал вампира»

«ОБМАНУТАЯ» – великолепная часть серии. В этой книге Морган Райс превзошла сама себя. Книга отличается динамичным сюжетом, обилием экшна, романтики, интриг и загадок. Если вы не читали две предыдущие книги из этой серии, непременно прочтите их, чтобы в полной мере насладиться «ОБМАНУТОЙ». Я читал книги по порядку, но автор написала их так, что читать их можно и по отдельности, поэтому не переживайте, если вам не удалось прочесть предыдущие две части, вы можете смело начать с «ОБМАНУТОЙ». Я уверен, что закончив с этой книгой, вы прочитаете и предыдущие две книги серии. Они стоят вашего внимания… и неоднократного прочтения!»

– VampireBookSite

«ОБРАЩЁННАЯ» составляет серьезную конкуренцию «СУМЕРКАМ» и «ДНЕВНИКАМ ВАМПИРА». Книга настольно увлекательна, что вы вряд ли оторвётесь от чтения, пока не дочитаете её до конца! Если вы любите книги о приключениях, любви и вампирах, эта книга – для вас!»

– Vampirebooksite.com

«Морган Райс отлично удаётся сразу же увлечь вас сюжетом, используя великолепную способность описывать события так, что это выходит за пределы обычного обрисовывания ситуации… Книга хорошо написана и очень легко читается. «ОБРАЩЁННАЯ» – многообещающее начало серии о вампирах, которое понравится читателям, предпочитающим легкие и увлекательные романы».

– Black Lagoon Reviews

О Морган Райс

Морган Райс – автор популярнейшей молодёжной серии «ЖУРНАЛ ВАМПИРА», состоящей из одиннадцати книг (и число их растет); популярнейшей постапокалиптической серии «ТРИЛОГИЯ ВЫЖИВАНИЯ», включающей в себя 2 книги (и число их расчет) и популярнейшей эпической фантастической серии «КОЛЬЦО ЧАРОДЕЯ», состоящей из пятнадцати книг (и число их расчет).

Книги Морган Райс доступны в виде печатных изданий и аудио книг, а также переведены на многие языки мира, включая немецкий, французский, итальянский, испанский, португальский, японский, китайский, шведский, датский, турецкий, венгерский, чешский и словацкий (в ближайшее время ожидается издание книг и на других языках).

Морган Райс ценит ваше мнение. Заходите на www.morganricebooks.com, подпишитесь на рассылку и получите бесплатную книгу, бесплатные призы и подарки, загрузите бесплатное приложение и получите доступ к эксклюзивным новостям. Оставайтесь в курсе и общайтесь с Морган на Facebook и в Twitter!

ФАКТ:

В Лондоне во времена Шекспира популярным развлечением была так называемая медвежья потеха: медведя привязывали к столбу, натравливая на него стаю диких собак. Ставки делались на победителя схватки. Площадка проведения медвежьих потех находилась поблизости от театра Шекспира. После боёв разгоряченные кровавой схваткой толпы зрителей часто направлялись в театр, чтобы посмотреть одну из пьес Шекспира.

В шекспировские времена зрителей, приходивших в театр, едва ли можно было причислить к высшему обществу и элите. Как раз наоборот. Большинство из них были простыми, необразованными людьми, которые приходили в театр ради развлечения, ведь билет стоил не больше пенни. Заплатив плату за вход, они должны были простоять всю пьесу на ногах. Вскоре за ними закрепилось прозвище «невзыскательный зритель».

Лондон во времена Шекспира был достаточно цивилизованным обществом, но при этом не лишённым дикости и варварства. Нередко можно было наблюдать сцены казни и публичных пыток заключённых прямо на улицах. Дорога, ведущая к известному на весь мир Лондонскому мосту, была часто украшена кольями, острие которых венчали отрубленные головы преступников.

Бубонная чума (также известная, как «Чёрная смерть») уничтожила миллионы людей по всей Европе. В Лондоне вспышки эпидемии возникали не раз в течение нескольких веков. Чума быстро распространялась в густонаселённых районах, где отсутствовали элементарные санитарные условия. Район, в котором располагался шекспировский театр, сильно пострадал в пик распространения эпидемии. Лишь через несколько веков стало известно, что переносчиком чумы были блохи, живущие на крысах.

«Приди, святая, любящая ночь!

Приди и приведи ко мне Ромео!

Дай мне его. Когда же он умрёт,

Изрежь его на маленькие звёзды,

И все так влюбятся в ночную твердь,

Что бросят без вниманья день и солнце».

– Уильям Шекспир, «Ромео и Джульетта»

Глава первая

Лондон, Англия

(сентябрь 1599 года)


Калеб очнулся под звук колоколов.

Выпрямившись и глубоко дыша, он огляделся вокруг. Ему снилось, что за ним гонится Кайл, а Кейтлин протягивает к нему руки, нуждаясь в помощи. Они были на поле, полном летучих мышей и освещённом кроваво-красным солнцем. Сон казался очень реальным.

Сейчас, оглядев комнату, Калеб пытался понять, был ли сон явью. Проснулся ли он? Переместился ли в прошлое? Слушая собственное дыхание и ощущая холодную сырость воздуха и мёртвую тишину, Калеб понемногу успокоился и убедил себя, что встреча с Кайлом была всего лишь сном. Он окончательно пришёл в себя.

Калеб огляделся и понял, что сидит в открытом саркофаге. Осмотрев мрачную, пещерообразную комнату, он заметил, что его саркофаг был здесь не единственным. В комнате были низкие потолки и узкие прорези окон, через которые едва мог пробиться солнечный свет. Света хватало только на то, чтобы слегка осветить помещение. Калеб зажмурился, достал из кармана капли и закапал их в глаза, внутренне радуясь тому, что они никуда не пропали. Боль понемногу утихла, и можно было слегка расслабиться.

Быстро выпрыгнув из саркофага, Калеб тут же огляделся. Он был настороже, не желая попасть в окружение или подвергнуться нападению до того, как полностью восстановит силы. В комнате никого не было. Здесь по-прежнему стояла тишина. Калеб заметил древние каменные плиты, старинные стены, небольшой алтарь с крестом и понял, что находится в церковном склепе.

Кейтлин.

Он вновь оглядел комнату, надеясь найти в ней следы её присутствия. Он быстро направился к ближайшему саркофагу и, напрягая все силы, медленно сдвинул каменную крышку, в душе надеясь, что найдёт её здесь. К его глубочайшему разочарованию, саркофаг был пуст.

Калеб обошёл комнату, переходя от одного саркофага к другому и отодвигая одну крышку за другой. Все они были пусты.

Калеб чувствовал, как его понемногу одолевает отчаяние. С силой сдвинув крышку последнего саркофага, он скинул её на пол, и каменная плита разлетелась на миллион крошечных кусочков. Калеб знал, что этот саркофаг, как и все предыдущие, окажется пустым, и, к своей досаде, он оказался прав. Кейтлин в склепе не было, и от этой мысли Калеба бросило в холодный пот. Где же она может быть?

Мысль о возвращении в прошлое без Кейтлин заставила его вздрогнуть. Он любил её сильнее, чем мог выразить словами, и без Кейтлин вся его жизнь, его миссия не имели смысла.

Вдруг вспомнив, Калеб потянулся к карману, чтобы убедиться, что интересующая его вещь была по-прежнему там. К счастью, всё было на месте. Калеб нащупал обручальное кольцо его матери. Поднеся его к свету, он с восхищением оглядел гранёный шестикаратный сапфир, окружённый россыпью бриллиантов и рубинов. Калебу так и не удалось найти подходящий момент, чтобы сделать Кейтлин предложение. В этот раз он был готов выполнить намеченное, чего бы это ему ни стоило…

Если, конечно, Кейтлин тоже переместилась в прошлое вместе с ним.

Калеб услышал шум и резко повернулся в сторону выхода, заметив там какое-то движение. Всей душой он надеялся увидеть сейчас перед собой Кейтлин.

Калеб удивлённо посмотрел вниз, заметив, как человек спрятался за угол, а секундой позже понял, что это был вовсе не человек. Это была Рут. Калеб был несказанно рад видеть её здесь и знать, что ей удалось пережить перемещение в прошлое.

Рут подбежала к Калебу, виляя хвостом. Глаза её радостно блестели – было очевидно, что она его узнала. Когда она приблизилась, Калеб опустился на колени и обнял волчонка. Он любил Рут. Калеб отметил, насколько она подросла: волчонок стала в два раза выше, превратившись в опасное животное. Присутствие здесь Рут Калеб воспринял как знак того, что и Кейтлин была где-то рядом.

Рут вдруг развернулась и выбежала из склепа, скрывшись за углом. Калеба слегка сбило с толку её поведение, но он поспешил за ней, чтобы узнать, куда она так торопилась.

Он оказался в другом зале со сводчатыми потолками. Здесь было так же много саркофагов. Быстро оглядев помещение, он отметил про себя, что все они были открыты и пусты.

Рут не останавливалась. Поскуливая, она выбежала и из этого зала и продолжила свой путь. Калеб стал думать, что она намеренно его куда-то вела. Он заторопился, чтобы не отставать.

Пробежав через ряд других комнат и помещений, Рут вдруг остановилась перед небольшой нишей в конце коридора, слабо освещённой одиноким факелом. Внутри ниши находился красиво украшенный мраморный саркофаг.

Калеб медленно подошёл к гробу, затаив дыхание и надеясь, даже чувствуя, что именно здесь находилась Кейтлин.

Рут села рядом с нишей и неистово заскулила.

Калеб опустился на колени и попытался отодвинуть каменную крышку. Это было непросто – крышка была намного тяжелее, чем все остальные, поэтому она едва ли двигалась с места.

Калеб напряг все свои силы и заметил, что плита стала понемногу смещаться. Не уменьшая усилий, он продолжал толкать, и через пару мгновений мраморная плита слетела на пол.

Калеб облегчённо вздохнул, увидев в саркофаге Кейтлин. Она неподвижно лежала в гробу, скрестив на груди руки. Чем больше Калеб смотрел на неё, тем больше за неё волновался – сейчас Кейтлин выглядела ещё бледнее, чем обычно. На лице не были ни кровинки, а зрачки совсем не реагировали на свет. Калеб пригляделся и заметил, что Кейтлин не дышала.

В ужасе он отпрянул от гроба. Кейтлин была мертва.

Рут громко заскулила. Теперь Калеб понял, что она хотела ему сказать.

Он вновь подошёл к гробу и крепко схватил Кейтлин за плечи, мягко их встряхнув.

«Кейтлин! – сказал он, слыша обеспокоенность в собственном голосе. – КЕЙТЛИН! – добавил он громче, встряхнув её сильнее».

Она никак не реагировала. Калеб похолодел от мысли, что её больше не будет в его жизни. Он отлично понимал опасности, связанные с перемещением во времени, и знал, что не все вампиры могли перенести подобное путешествие. При этом Калеб никогда по-настоящему не задумывался о том, что во время перемещения можно умереть. Неужели, он совершил большую ошибку, убеждая Кейтлин не сдаваться и продолжать миссию? Может, нужно было оставить всё, как есть, и остаться с Кейтлин в будущем?

Что если он потерял её навсегда?

Рут запрыгнула в саркофаг, уперевшись всеми четырьмя лапами Кейтлин в грудь, и начала облизывать ей лицо. Минуты шли, но Рут продолжала облизывать лицо Кейтлин, не переставая поскуливать.

Только Калеб потянулся, чтобы опустить Рут на землю, как вдруг замер на месте. Кейтлин начала открывать глаза.

Рут радостно завыла, спрыгнула на пол и начала бегать кругами. Калеб прильнул к гробу, радуясь тому, что Кейтлин очнулась. Она удивлённо оглядывалась.

Схватив её за ледяную руку, Калеб сжал её между своих ладоней, стараясь немного согреть.

«Кейтлин? Ты меня слышишь? Это я, Калеб».

Кейтлин медленно села в гробу, обхватив шею руками. Калеб был рад видеть, как она моргает и щурится от света. Он осознавал, что она совершенно не понимает, где находится, словно бы очнувшись от глубокого сна.

«Кейтлин?» – мягко повторил он.

Кейтлин удивлённо на него посмотрела. Её карие глаза были такими же прекрасными, как и раньше. Однако что-то в её взгляде было не так. Глаза не улыбались, и Кейтлин продолжала смотреть на Калеба, быстро моргая. Она выглядела так, будто смотрит на незнакомца.

«Кейтлин?» – вновь сказал Калеб, на это раз взволнованно.

Кейтлин посмотрела ему прямо в глаза, и, к своему глубочайшему удивлению, Калеб понял, что она его не узнаёт.

«Кто вы?» – спросила она.

Калеб похолодел от горя. Как это было возможно? Неужели, перемещение во времени стёрло все её воспоминания? Неужели, она совсем его забыла?

«Кейтлин, – произнёс Калеб, – это я. Калеб».

Он улыбнулся, надеясь, что улыбка поможет ей его вспомнить.

Кейтлин даже не изменилась в лице. Она смотрела на него пустыми глазами, быстро моргая.

«Простите, – наконец сказала она, – но я не имею понятия, кто вы такой».



Глава вторая

Сэм очнулся под крик птиц. Он открыл глаза и увидел, как над головой кружат несколько грифов. Их было около дюжины, и они спускались всё ниже и ниже и, казалось, направлялись прямо к нему. Они внимательно и выжидающе за ним наблюдали.

Сэм вдруг понял, что птицы решили, что он был мёртв. Они были готовы воспользоваться подвернувшимся шансом, чтобы приземлиться и полакомиться новой добычей.

Сэм тут же вскочил на ноги. В этот же момент птицы скрылись из вида, будто бы испугавшись восставшего из мёртвых.

Сэм огляделся, пытаясь собраться с мыслями. Он оказался на поле среди невысоких холмов. Глядя вдаль, он видел уходящие к горизонту холмы, покрытые травой и странным кустарником. Было тепло, и на небе не было ни облачка. С места, где он стоял, открывался отличный вид. Вокруг не было ни единого здания. Сэму казалось, что он был здесь единственным живым существом.

Он старался догадаться, где находится, и в каком веке он очутился. Ещё он пытался вспомнить, что произошло до того, как он переместился в прошлое.

Понемногу память к нему вернулась. Он был в соборе Парижской Богоматери, в Париже 1789 года. Он сражался с Кайлом, Сергеем, Кендрой и их армией, удерживая натиск так, чтобы у Кейтлин и Калеба появилась возможность сбежать от преследования. Это было меньшее, что он мог сделать для сестры, ведь он был стольким ей обязан, особенно после того, как поставил их миссию под угрозу, глупо влюбившись в Кендру.

Противник значительно превосходил их числом, но Сэм воспользовался своей способностью к перевоплощению и смог сбить глупых воинов с толку, а также нанести значительный удар по их численности, уничтожив многих последователей Кайла и сильно ранив других. Так они с Полли смогли сбежать.

Полли.

Она была с ним во время битвы и отчаянно сражалась. Вместе, вспомнил Сэм, они представляли собой достаточно слаженную команду. Им удалось сбежать через потолочные окна собора, и они тут же направились на поиски Кейтлин и Калеба. Да, теперь он всё вспомнил…

Сэм узнал, что сестра отправилась назад в прошлое. Он решил, что и ему следует отправиться за ней, чтобы до конца исправить свои ошибки, найти Кейтлин, извиниться перед ней и защитить сестру. Сэм знал, что, в общем-то, в его защите Кейтлин не нуждалась – она была опытным воином, и рядом с ней был Калеб. Но что бы там ни было, Кейтлин – его сестра, и Сэм ничего не мог поделать с потребностью в её постоянной защите.

Полли настояла на том, чтобы отправиться в прошлое вместе. Она хотела вновь увидеть Кейтлин и с ней объясниться. Сэм был не против, поэтому они отправились в это путешествие вдвоём.

Сэм вновь огляделся, внимательно осматривая поля и холмы.

«Полли!» – неуверенно прокричал он.

Ответа не последовало.

Сделав несколько шагов, он вновь оглядел местность с вершины холма.

«Полли!» – снова крикнул Сэм, в этот раз громче.

«Ну, наконец-то!» – раздался голос в ответ.

Сэм посмотрел вперёд и увидел перед собой Полли, обходившую холм. В руках у неё была пригоршня клубники, она опустила одну из ягод в рот и проговорила, не переставая жевать: «Я ждала тебя всё утро! Боже! Ты такой соня!»

Сэм был счастлив снова её видеть. Сейчас, глядя на Полли, он вдруг понял, каким одиноким ощущал себя, когда только очнулся, и как рад был сейчас, зная, что она была рядом. Для Сэма стала открытием ещё одна мысль – за это время он очень привязался к Полли. Может быть, из-за неудачи с Кендрой, а может быть, благодаря ей, он стал больше ценить их дружбу, особенно когда узнал Полли лучше. Девушка подходила всё ближе. Солнце освещало ей тёмно-русые волосы, голубые глаза и прозрачную белую кожу. Сэма вновь поразила её природная красота.

Он уже было собрался ответить на её слова, но как всегда Полли не дала ему произнести и слова.

«Я очнулась в паре метров от тебя, – продолжила она, приблизившись вплотную и поедая очередную клубнику. – Я пыталась тебя разбудить, но ты не просыпался! Поэтому я решила прогуляться и собрать нам небольшой завтрак. Мне не терпится уйти отсюда. Тут такие мерзкие птицы, поэтому я не хотела оставлять тебя одного. Нам нужно найти Кейтлин. Где нам её искать? Возможно, ей требуется наша помощь, а ты тут спишь! Более того, зачем вообще возвращаться в прошлое, если мы не хотим сразу же отправиться на поиски и …»

«Прошу тебя! – крикнул Сэм и тут же рассмеялся. – Ты не даёшь мне и слова вставить!»

Полли замолчала и с удивлением посмотрела на парня, будто бы не догадываясь, что она говорит слишком много.

«Ладно, – сказала она, – говори ты».

Сэм вновь посмотрел на Полли, на секунду отвлёкшись и задумавшись над тем, насколько красивыми и голубыми казались её глаза в утреннем свете. Сейчас, когда у него появился шанс выговориться, он застыл на месте, и все слова вылетели из головы.

«Ну…» – начал он.

Полли вскинула вверх руки.

«Ох уж эти парни! – воскликнула она. – Они хотят, чтобы ты молчала, но самим при этом сказать совершенно нечего! Ну что ж, больше здесь я оставаться не собираюсь», – добавила Полли, пройдя мимо Сэма и направляясь через поле. Произнося эти слова, она отправила в рот очередную ягоду.

«Постой! – крикнул Сэм, стараясь её догнать. – Куда ты идёшь?»

«Как куда? На поиски Кейтлин, конечно!»

«Ты знаешь, где она?» – спросил Сэм.

«Нет, – ответила Полли, – я лишь знаю, где её нет, её нет на этом поле! Нам нужно отсюда выбираться, найти ближайший город, или хоть какие-то строения, хоть что-нибудь, чтобы понять в каком веке мы очутились. С чего-то же надо начинать! Это поле нам никак не поможет!»

«Почему ты не допускаешь мысли, что я тоже хочу найти сестру!?» – рассержено спросил Сэм.

Полли вдруг остановилась, развернулась и посмотрела на него.

«Я хочу сказать, разве тебе не нужна компания? – спросил он, вдруг осознав, что страстно желает направиться на поиск Кейтлин вместе с Полли. – Разве ты не хочешь начать поиски вместе?»

Полли оценивающе посмотрела на Сэма своими голубыми глазами. Ему казалось, что она раздумывает над его словами, не зная, какое решение принять. Сэм не понимал причины её неуверенности.

«Я даже не знаю, – наконец произнесла Полли, – я хочу сказать, что ты отлично показал себя в Париже, должна это признать, но…»

Полли вдруг замялась.

«Что не так?» – не выдержав, спросил Сэм.

Полли прокашлялась.

«Ну, ты должен знать, что последний, хм, парень, с которым я общалась, Сергей, оказался лгуном и мошенником, который заманил меня в ловушку и воспользовался моей доверчивостью. Тогда я была слишком глупа, чтобы посмотреть правде в глаза, но впредь я не собираюсь попадаться на подобные уловки. Ещё я пока не готова доверять мужчинам – даже тебе. Сейчас я не хочу общаться с представителями мужского пола. Нет, я не говорю, что ты и я, я не имею в виду, что мы… я о тебе не думаю в этом смысле, ведь мы просто друзья, знакомые…»

Полли замялась, и Сэм заметил, что она сильно разволновалась. Внутренне он ликовал.

«… однако в любом случае, я устала от парней. Без обид».

Сэм широко улыбнулся. Ему нравились её откровенность и вспыльчивость.

«Я и не обижаюсь, – ответил он. – Если сказать по правде, – добавил Сэм, – я тоже устал от девчонок».

Полли удивлённо на него посмотрела. Было очевидно, что не совсем такого ответа она ждала.

«При этом мне кажется, что наши шансы на поиски моей сестры увеличиваются, если мы будем действовать вместе. Я имею в виду…, – Сэм прокашлялся, – в профессиональном смысле слова».

Теперь улыбнулась Полли.

«В профессиональном смысле слова», – повторила она.

Сэм протянул руку.

«Я обещаю, что мы будет только друзьями и никем более, – сказал он. – Я зарёкся связываться с девчонками».

«А я зареклась связываться с парнями», – ответила Полли, в нерешительности поглядывая на прутяную руку.

Сэм не убирал руки и терпеливо ждал.

«Просто друзья? – спросила Полли. – Ничего больше?»

«Просто друзья», – ответил Сэм.

Полли пожала руку. Сэм не мог не заметить, что их рукопожатие длилось чуть дольше, чем это обычно бывает.

Глава третья

Кейтлин села в саркофаге, внимательно глядя на стоящего перед ней мужчину. Его лицо казалось ей знакомым, но она не могла припомнить, откуда его знала. Она смотрела в его большие карие глаза, озабоченно изучающие её, на его идеальное лицо, красивые скулы, гладкую кожу, густые, волнистые волосы… мужчина был красив, и Кейтлин понимала, что она много для него значит. В душе она знала, что и он много значил для неё, но как бы она ни пыталась, вспомнить его Кейтлин не удавалось.

Что-то влажное коснулось её руки. Опустив глаза, Кейтлин увидела сидящего рядом с ней волка, облизывающего её ладонь. Кейтлин поразилась тому, как нежно вело себя животное, будто бы Кейтлин была для него не просто человеком, а родным существом. У волка был красивый белый мех, а спину разделяла одна единственная серая полоса, пробегающая от головы до хвоста. Кейтлин казалось, что этого волка она тоже откуда-то знает, и что когда-то в своей жизни они были с ним крепко связаны узами дружбы и привязанности.

Как она ни старалась, память отказывалась давать Кейтлин хоть какие-то подсказки.

Оглядев помещение и пытаясь понять, где находится, Кейтлин надеялась, что вид окружающей обстановки поможет ей всё вспомнить. Спустя мгновение помутнение в глазах прошло, и Кейтлин увидела комнату во всех деталях. Это была мрачная комната, освещённая одиноким факелом и связанная с другими комнатами, заставленными саркофагами. В помещении были низкие сводчатые потолки. Стены и пол выглядели древними. Комната была похожа на склеп. Кейтлин не знала, как здесь оказалась, и кто были этот мужчина и этот волк. Ей казалось, что она только что очнулась ото сна, но он упорно не выпускал её из своих одурманивающих объятий.

Кейтлин закрыла глаза, сделала глубокий вдох, и вдруг в её голове пронеслись не связанные между собой обрывки образов и воспоминаний. Она увидела себя на арене римского Колизея, сражавшуюся с десятком солдат, вздымающих ногами клубы горячей каменной пыли; она увидела себя летящей над рекой Гудзон и оглядывающей находящийся внизу прекрасный замок; она увидела себя в Венеции, сидящей в гондоле рядом с парнем, имени которого она не знала, но который был безумно красив; она увидела себя в Париже, прогуливающейся вдоль набережной с тем же мужчиной, что сейчас сидел перед ней. Кейтлин пыталась заострить внимание на последнем воспоминании, надеясь, что оно поможет ей восстановить картину своей жизни.

Она вновь увидела себя и этого мужчину, на этот раз во французском замке, посреди полей и лесов. Она увидела их, скачущих на лошадях по пляжу, а потом увидела сокола, принесшего письмо.

Кейтлин пыталась сконцентрироваться на лице незнакомца, вспомнить его имя. Ей казалось, что она была близка к тому, чтобы во всём разобраться, но память продолжала подкидывать ей всё новые кусочки пазла, не давая Кейтлин возможности хорошенько разобрать их и понять. Перед глазами пролетала её жизнь в разных веках, превратившаяся в нескончаемую череду ярких образов. Казалось, что сама память пытается ей помочь.

«Калеб», – раздался голос.

Кейтлин открыла глаза. Мужчина придвинулся ближе, протянув руку и слегка коснувшись её плеча.

«Меня зовут Калеб. Я из Белого клана. Разве ты ничего не помнишь?»

Кейтлин вновь закрыла глаза. Её разум мгновенно среагировал на его слова и его голос. Калеб. Его имя колокольным звоном звучало в её ушах. Кейтлин казалось, что это имя многое для неё значило.

Белый клан. И это слово не давало ей покоя. Кейтлин вдруг увидела себя в городе, который, как она знала, назывался Нью-Йорк. Она увидела себя в монастыре на северной окраине острова. Она увидела себя стоящей на просторной террасе и смотрящей вдаль. Она увидела себя спорящее с какой-то женщиной по имени Сэра.

«Кейтлин, – вновь сказал мужчина, – неужели, ты совсем ничего не помнишь?»

Кейтлин. Да, это её имя. Она была в этом совершенно уверена.

Калеб. Да. Это имя и этот человек были для неё важны. Он был её… парнем? Казалось, что их связывало что-то большее. Женихом? Мужем?

Кейтлин открыла глаза и посмотрела на незнакомца. Глядя ему в глаза, она начала вспоминать. В душе стала разгораться надежда, и воспоминания постепенно стали возвращаться.

«Калеб», – мягко сказала Кейтлин.

В его глазах загорелась надежда, и они наполнились слезами. Сидящий рядом волк завыл и облизал ей щёку, будто бы прося вспомнить всё. Посмотрев на волка, Кейтлин вдруг вспомнила его имя.

«Роза, – сказала Кейтлин и тут же поняла, что ошиблась, – нет, Рут. Тебя зовут Рут».

Рут прижалась к хозяйке, облизывая ей лицо. Кейтлин не могла сдержать улыбки и нежно погладила волчонка по голове. Калеб тоже облегчённо улыбнулся.

«Верно, Рут. А я – Калеб, а ты – Кейтлин. Теперь ты всё вспомнила?»

Кейтлин кивнула. «Память возвращается, – сказала она. – А ты – мой… муж?»

Кейтлин заметила, как Калеб вдруг покраснел. Она не могла сказать, смутила ли она его, или её слова его огорчили. И тут она вспомнила – они не были женаты.

«Мы не женаты, – будто извиняясь, ответил Калеб, – но мы с тобой вместе».

Кейтлин смутилась. Память продолжала выстраивать события в логические цепочки.

Она вдруг вспомнила ключи. Ключи её отца. Дотронувшись до кармана, она с облегчением осознала, что они был на месте. Проверив другой карман, Кейтлин нащупала там свой дневник. Хорошо, что ничего не пропало.

Калеб протянул ей руку.

Взяв её, Кейтлин позволила ему взять себя на руки и опустить на каменный пол.

Стоять на твёрдой земле было очень приятно. Не менее приятно было размять затёкшие мышцы.

Калеб протянул руки и убрал непослушные пряди с её лица. Кейтлин нравилось прикосновение его мягких пальцев.

«Я так рад, что ты жива», – сказал он.

Он крепко её обнял. Кейтлин тоже обняла Калеба, чувствуя, что близость его тела позволила ей вспомнить ещё некоторые подробности своей прошлой жизни. Она его любила. Она надеялась, что однажды он станет её мужем. Кейтлин чувствовала, как его любовь волнами проходит сквозь её тело. Она вспомнила, что они вместе отправились в прошлое. В прошлый раз они были в Париже, во Франции, где она нашла второй ключ, и потом их снова отправили в прошлое. Тогда она надеялась, что они очнуться в новом времени вместе. Сейчас, крепко сжимая Калеба в своих объятьях, Кейтин поняла, что её мечты сбылись. Наконец-то они были вместе.

Глава четвёртая

«Вижу, вы уже нашли друг друга», – раздался голос.

Не разжимая объятий, Кейтлин и Калеб испуганно обернулись. Кейтлин была шокирована тем, что кто-то смог незаметно к ним подкрасться, несмотря на их обострённые, как и у всех вампиров, чувства и инстинкты.

Глядя на приблизившуюся к ним женщину, Кейтлин поняла, что могло сбить их с толку – эта женщина тоже была вампиром. Одетая во всё белое, с покрытой капюшоном головой, она подняла голову вверх и внимательно посмотрела на них пронизывающим взглядом голубых глаз. Кейтлин чувствовала исходящее от неё ощущение мира и гармонии. Эта женщина не представляла для них угрозы. Кейтлин почувствовала, что Калеб тоже расслабился.

Монахиня широко улыбнулась.

«Мы уже очень давно ждём вас», – сказала она мягким голосом.

«Где мы? – спросила Кейтлин. – Какой сейчас год?»

Женщина продолжала улыбаться.

«Следуйте за мной», – сказала она, разворачиваясь к ним спиной и входя в низкий, сводчатый дверной проём.

Кейтлин и Калеб переглянулись, а затем последовали за ней. Рут бежала рядом.

Они вошли в каменный коридор, который, петляя, вывел их к узкой лестнице, освещённой светом факела. Они шли за женщиной по пятам. Она же шла, не оборачиваясь, предполагая, что приглашать их дважды совершенно нет нужды.

Кейтлин останавливала себя, чтобы не начать задавать женщине тревожащие её вопросы. Она хотела знать, где они оказались. Дойдя до верха лестницы, Кейтлин увидела великолепную по красоте своего внутреннего убранства церковь, от вида которой захватывало дух. По крайней мере, от последнего вопроса она могла отказаться.

В очередной раз Кейтлин пожалела, что была недостаточно внимательна на уроках истории, когда им рассказывали про архитектуру, ведь если бы она училась лучше, то сейчас могла бы сказать, в какой церкви находится. Она вдруг вспомнила все те великолепные церкви, в которых ей уже приходилось бывать: собор Парижской Богоматери в Париже, собор Санта-Мария-дель-Фьоре во Флоренции. Эта церковь чем-то напоминала ей эти соборы.

Главный зал церкви растянулся на десятки метров. Пол был отделан мраморными плитами, а стены украшали десятки высеченных из камня статуй. Сводчатые потолки поднимались на десятки метров в высоту. Наверху рядами шли сводчатые витражные окна, через которые внутрь проходил мягкий, разноцветный свет. Дальний угол украшало большое витражное стекло округлой формы, озаряющее светом большой позолоченный алтарь. Перед ним стояли десятки и сотни небольших деревянных стульев для прихожан.

Сейчас церковь была пуста. Казалось, что кроме ни троих здесь никого не было.



Пройдя через зал, они следовали за женщиной-вампиром. Их следы гулким эхом отражались от стен и пола большого пустого зала.

«Что это за церковь?» – не удержалась и спросила Кейтлин.

«Вестминстерское аббатство, – ответила монахиня на ходу. – Здесь уже несколько веков проходит церемония коронации английских королей».

Вестминстерское аббатство, подумала Кейтлин. Они оказались в Англии, а точнее, в Лондоне.

Осознание этого факта совершенно сбило её с толку. Эта страна была удивительной и великолепной. Кейлин всегда мечтала побывать в Англии, но ей никогда не представлялось шанса. Некоторые из её друзей бывали здесь, и она, конечно же, видела фотографии страны в интернете. Учитывая многовековую историю английского государства, сейчас ей казалось вполне логичным, что они отправились именно сюда. Аббатство имело богатую историю, и Лондон был богат на подобные старинные здания. Какой же сейчас год?

«Какой сейчас год?» – нервно спросила Кейтлин.

Женщина шла так быстро, что уже пересекла массивную часовню и вошла в очередной сводчатый коридор, заставляя Кейтлин и Калеба прибавить шагу.

К её удивлению, длинный, каменный коридор вывел их к монастырю. По обе стороны его стены украшали статуи и открытие арки. Сквозь арки был виден небольшой внутренний двор. Он напомнил Кейтлин все те монастыри, в которых ей уже приходилось бывать. Со временем она научилась находить красоту в их простоте, пустоте, сводчатых стенах, колоннах и ухоженных двориках. Все они были пристанищем от тревог внешнего мира, являясь местом для молитвы и молчаливого созерцания.

Женщина, наконец, остановилась и обернулась. Она посмотрела на Кейтлин большими, добрыми глазами.

«Мы находимся на рубеже веков», – ответила она.

Кейтлин на мгновение задумалась. «И какой сейчас век?» – спросила она.

«Шестнадцатый, конечно. Сейчас 1599 год».

1599 год, повторила про себя Кейтлин. Ей нужно было время, чтобы собраться с мыслями. Как всегда, она пожалела о том, что плохо училась в школе. В прошлый раз она отправилась из 1791 года в 1789-й. Сейчас они оказались в 1599 году. Почти 200 лет разницы.

Кейтлин подумала, что даже в 1789 году многие вещи казались ей до боли примитивными: города не знали таких прелестей цивилизации, как канализация, дороги были грязными, а людей мало заботила собственная гигиена. Ей было сложно представить, насколько примитивным должен был быть мир двумя веками ранее. Она была уверена, что в этом веке она вряд ли найдёт хоть что-то знакомое ей из будущего. От этой мысли она почувствовала себя одиноко и неуютно. Как хорошо, что сейчас с ней был Калеб. Если бы не он, ею бы точно овладело отчаяние.

В то же время здание аббатства и монастыря казались ей до боли знакомыми. В конце концов, именно это же аббатство посещают люди и в 21 веке. Более того, даже в этом веке этому зданию уже была не одна сотня лет. Кейтлин стало легче.

Единственное, что она никак не могла понять, так это причину её перемещения именно в этот век и это место. Одно было очевидно – Лондон 16 века был важен для исполнения её миссии.

Лондон. 1599 год.

А не в это ли время жил Шекспир? подумала Кейтлин. От этой мысли сердце её забилось быстрее. Её прельщала идея увидеть его в живую, так сказать, воплоти.

Они проходили коридор за коридор.

«Лондон 1599 года не так примитивен, как вы думаете», – сказала женщина, посмотрев на Кейтлин с улыбкой.

Кейтлин смутилась, осознав, что её размышления вновь оказались для всех открытой книгой. Она знала, что ей следует лучше следить за собственными мыслями. Оставалось лишь надеяться, что её выводы не обидели вампира.

«Ничуть, – ответила женщина. – Наш век довольно примитивен в технологическом плане. При этом в некоторых сферах сейчас мы более развиты, чем вы в будущем. Мы стремимся к знаниям и науке. Книги сейчас ценятся как никогда. Люди живут в примитивных условиях, это правда, но они умны и образованы.

Более того, этот век – важное время для всей вампирской расы. Сейчас мы находимся на распутье. Вы неспроста прибыли сюда именно на стыке столетий».

«Какова же причина?» – вступил в разговор Калеб.

Женщина улыбнулась им и вошла в очередную дверь.

«Ответ на этот вопрос вам придётся найти самим».

Они вошли в красивейшую комнату с высокими потолками, витражными окнами и мраморными полами. В комнате было множество больших свечей и высеченных из камня статуй королей и святых. При всём при этом, эта комната отличалась от других залов, которые им уже приходилось видеть в аббатстве. По всему помещению были аккуратно расставлены саркофаги и статуи. Посреди зала располагалась огромная, покрытая золотом гробница высотой в несколько метров.

Монахиня-вампир подошла к ней, и Кейтлин с Калебом последовали за ней. Остановившись, она обернулась.

Кейтлин подняла глаза, чтобы осмотреть величественную гробницу: она была огромной и во многих смыслах великолепной. Сама по себе она уже была произведением искусства. Гробница была покрыта золотом и красиво украшена. От неё исходила невероятная энергия, которую Кейтлин почувствовала сразу.

«Это могила Святого Эдуарда Исповедника, – сказала женщина. – Это священное место, место, к которому уже сотни лет вампиры совершают паломничество. Говорят, молитва около этого гроба творит чудеса и исцеляет больных. Видите камень у вас под ногами? Он отличается от всех остальных, потому что именно на него люди приклоняют колено, когда приходят молиться».

Кейтлин опустила глаза вниз и действительно заметила, что мраморная плитка имеет необычные очертания. Она поразилась тому, сколько людей опускалось здесь на колено в течение многих веков.

«Но для вас, – продолжила женщина, – эта гробница имеет ещё большее значение».

Повернувшись, она внимательно посмотрела на Кейтлин.

«Ваш ключ», – добавила она.

Кейтлин опешила. О каком ключе идёт речь? Опустив руку в карман, Кейтлин нащупала добытые ею два ключа. Она не знала, о каком из них говорила эта женщина.

Та отрицательно покачала головой: «Нет, другой ключ».

Кейтлин задумалась, не зная, что и сказать. Неужели, она по пути потеряла третий ключ?

Женщина взглянула на шею Кейтлин, и тут всё встало на свои места. Речь шла об её крестике.

Подняв руку, Кейтлин обнаружила, что крестик всё так же был на месте. Она быстро сняла его с шеи и протянула старинный серебряный крест вампиру.

Женщина вновь покачала головой:

«Только вы сами можете открыть замок».

Нежно взяв Кейтлин за запястье, она подвела её к крошечной замочной скважине, расположенной в основании пьедестала.

Кейтлин была поражена находкой. Если бы не помощь монахини, она бы ни за что не заметила здесь это отверстие. Вставив внутрь ключ, она повернула его и услышала тихий щелчок.

Подняв глаза, Кейтлин заметила, как в боковой части гробницы открылся небольшой тайник. Она взглянула на женщину, и та серьёзно кивнула.

Поднявшись на ноги, Кейтлин достала длинный узкий ящик, внутри которого она обнаружила длинный золотой скипетр, украшенный рубинами и изумрудами.

Запустив в ящик руку, Кейтлин аккуратно вынула его на свет, поражаясь тому, каким он был тяжёлым и гладким на ощупь. Скипетр был около метра в длину и полностью сделан из золота.

«Это священный скипетр, – сказала монахиня-вампир. – Когда-то он принадлежал вашему отцу».

Кейтлин посмотрела на него с ещё большим трепетом. От скипетра исходила энергия, электрическими токами проходившая через Кейтлин. Она чувствовала, что ещё никогда не была так близка к встрече с отцом, как сейчас.

«Он поможет мне найти отца?» – спросила она.

Монахиня молча развернулась и вышла из комнаты: «Следуйте за мной».

Кейтлин и Калеб пошли дальше. Они вышли через другую дверь, прошли через несколько коридоров, пересекли средневековый внутренний двор и вошли в другой монастырь. На своём пути они встретили других вампиров, одетых в белые рясы и капюшоны. Вампиры бродили по залам, не поднимая глаз и будто бы полностью погрузившись в молитву. В руках некоторых из них Кейтлин заметила кадило. Некоторые из монахов приветственно кивали им прежде, чем продолжить свой молчаливый путь.

Кейтлин гадала, сколько вампиров могло проживать в этом монастыре, и принадлежали ли они к клану её отца. Она никогда раньше не думала, что Вестминстерское аббатство имело не только церковь, но и монастырь. Тем более, она не могла и подумать, что здесь находили свой последний приют представители её расы.

Они вошли в другой зал, который по размеру был меньше, чем все предыдущие, но также отличался высокими сводчатыми потолками и обилием окон, пропускавших внутрь естественный свет. В зале было пусто, и лишь посередине стоял массивный трон. Воздвигнутый на пьедестал, на высоте около пяти метров, находился деревянный трон, представляющий собой очень широкий стул с наклонёнными подлокотниками и спинкой в форме перевёрнутого треугольника. Рядом с троном, по обе стороны сидели два золотых льва. Казалось, что весь трон держится именно на них.

Кейтлин с восхищением смотрела на это творение средневекового искусства.

«Трон короля Эдуарда, – пояснила монахиня, – вот уже многие века именно он используется в церемониях коронации. Это не простой предмет мебели, и не только благодаря его важной исторической роли, но и благодаря тому, что в нём спрятан очень важный ключ для всей вампирской расы».

Женщина обернулась и посмотрела на Кейтлин: «Сотни лет мы старательно охраняли этот трон. Сейчас, когда вы здесь, и в ваших руках находится скипетр, пришло время вам занять достойное вас место».

Жестом монахиня пригласила Кейтлин взойти на трон.

Кейтлин смотрела на неё с недоверием. Какое право имела она, обычная девушка, восседать на королевском троне, на троне, предназначенном только для королей и королев? Кейтлин казалось, что у неё не было права даже находится с ним рядом, не то что подниматься на пьедестал и сидеть в этом старинном кресле.

«Прошу вас, – повторила монахиня, – вы можете это сделать, ведь вы – Избранная».

Калеб кивнул, и Кейтлин медленно, нехотя поднялась на пьедестал, держа в руках скипетр. Дойдя до верха, она развернулась и осторожно опустилась на трон.

Сиденье было сделано из дерева, поэтому сидеть на нём было достаточно твёрдо. Откинувшись на спинку, Кейтлин положила руки на подлокотники и в полной мере ощутила исходящую от трона силу. В нём сконцентрировались столетия королевской власти и энергия тех, кому вручался королевский венец на этом самом месте. От трона будто исходили электрические токи.

Оглядев зал с высоты пяти метров, Кейтлин казалось, что она возвышается не только над ним, но и над всем миром. От этого чувства захватывало дух.

«Скипетр», – сказала монахиня.

Кейтлин посмотрела на неё непонимающим взглядом, не совсем осознавая, что от неё требовалось.

«У ножки вы найдёте специальное небольшое отверстие для того, чтобы удерживать скипетр».

Кейтлин внимательно посмотрела на пол и увидела то самое отверстие, о котором говорила женщина. По диаметру оно идеально подходило её скипетру. Секундой позже скипетр был на месте.

Он опустился на всю длину, и только набалдашник остался снаружи.

Раздался тихий щелчок.

Опустив глаза, Кейтлин увидела, как у основания львиной головы открылся небольшой тайник. Внутри лежало небольшое золотое кольцо. Она протянула руку и вынула его наружу.

Подняв к глазам, Кейтлин стала внимательно его рассматривать.

«Это кольцо судьбы, – пояснила монахиня. – Оно предназначено именно вам. Это подарок от отца».

Кейтлин посмотрела на кольцо с ещё большим восхищением. В свете дня драгоценные камни радостно сияли.

«Прошу вас надеть его на безымянный палец правой руки».

Кейтлин сделала так, как велела ей женщина, почувствовав холодный металл и исходящую от него вибрацию. Кольцо обладало мощной энергетикой.

«Кольцо укажет вам путь».

«Но каким образом?» – спросила Кейтлин, рассматривая его со всех сторон.

«Вам стоит приглядеться к нему внимательнее», – сказала женщина.

Не совсем понимая, что имеет в виду монахиня, Кейтлин решила осмотреть кольцо со всей тщательностью. Приглядевшись, она, наконец, увидела гравировку на внутренней стороне. Кейтлин знала, что это было послание от отца.

Через Мост, рядом с Медведем, с Винтом или взором мы обойдём Лондон.

Кейтлин прочла загадку вновь, а потом зачитала её вслух так, чтобы и Калеб мог знать, что там было написано.

«Что это может значить?» – спросила она.

Монахиня улыбнулась.

«Это всё, что я могу вам рассказать и показать. Остаток пути вы должны пройти самостоятельно. Мы рассчитываем на вас, – добавила она, нагнувшись ближе. – Что бы вы ни делали, не подведите нас».

Глава пятая

Кейтлин и Калеб вышли из огромных сводчатых дверей Вестминстерского аббатства. Рут бежала рядом. Утреннее солнце освещало город. Оба инстинктивно зажмурились и закрыли глаза от солнца ладонями. В эту секунду Кейтлин была очень благодарна Калебу за то, что он передал ей свои капли для глаз до того, как они вышли на свет. Через несколько мгновений глаза уже привыкли к слепящему солнцу. Перед ними предстал Лондон образца 1599 года.

Кейтлин была поражена увиденным. Париж 1789 года мало чем отличался от Венеции 1791 года, но Лондон 1599 года был отдельным миром. Поразительно, как жизнь меняется за какие-то 200 лет.

Перед глазами был весь город, но это был не привычный шумный мегаполис, а скорее большой и не полностью застроенный сельский городок. Мощёных дорог не было, поэтому везде было грязно. Домов было много, но зелени было больше. Среди деревьев располагались кварталы и ряды домов, но чёткого разграничения между ними не было. Все дома были построены из дерева и венчались широкими соломенными крышами. Кейтлин видела, что со всеми эти деревянными домами и соломенными крышами, город мог в секунду вспыхнуть как щепка. Пожаробезопасность Лондона была равна нулю.

Ещё Кейтлин заметила, что из-за грязи передвигаться по дорогам было задачей не из лёгких. Езда верхом или в запряжённой лошадью повозке была намного предпочтительнее, поэтому то там, то здесь попадались всадники на лошадях, кареты и повозки. Они ярко выделялись на фоне общей картины – большинство людей шли пешком – а скорее, с трудом пробирались по грязным дорогам. Пешие прогулки давались пешеходам совсем нелегко.

Вдоль дорог Кейтлин заметила навозные кучи, и воздух наполнял мерзкий зловонный запах нечистот. Гуляющий повсюду скот лишь усугублял ситуацию. Если Кейтлин когда-нибудь и думала, что путешествие в прошлое должно быть чем-то очень романтичным, то вид этого города заставлял её пересмотреть свои взгляды.

Более того, казалось, что Лондон был совершенно далёк от праздной жизни – никто не разгуливал в нарядах по последней моде, держа в руках зонтики от солнца, как это делали люди в Париже и Венеции. Напротив, все люди были одеты в простую, поношенную одежду. Мужчины походили на бедных фермеров, одетых в лохмотья. Лишь некоторые из них выделялись из толпы белыми бриджами до колен и короткими туниками, которые чем-то походили на юбки. Женщины же всё также носили так много слоёв одежды, что им было очень сложно передвигаться по улицам. Задрав подолы так высоко, как только можно, они пытались защитить множественные юбки от грязи и экскрементов, а также от крыс, которые, к большому удивлению Кейтлин, запросто разгуливали по улицам.

Каково бы ни было первое впечатление, Лондон 16 века был уникальным местом или, по крайней мере, очень тихим и спокойным. Кейтлин казалось, что она попала в деревню, лишённую шума и беготни 21 века: вокруг не было проносящихся с рёвом машин, не слышался шум многочисленных строек, никаких клаксонов, автобусов, грузовиков и техники. Даже звуки проходящих мимо лошадей звучали приглушённо, потому что их копыта глубоко оседали в грязи. В сущности, единственный звук, который доносился до ушей Кейтлин, помимо криков уличных торговцев, был звук церковных колоколов. Этот звук раздавался со всех сторон и громом раскатывался по всему городу. Лондон был городом церквей.

Как ни парадоксально это выглядело, но единственными зданиями, хоть как-то намекающими на будущую застройку, были именно старинные церкви, возвышающиеся над всем остальным городом и пронизывающие шпилями небосвод. Более того, Вестминстерское аббатство, из которого они только что вышли, было самым высоким зданием в округе. Его высокий шпиль был центром города.

Кейтлин посмотрела на Калеба. Он удивлённо осматривался. Протянув руку, она с радостью почувствовала прикосновение его руки. Знать, что Калеб рядом – что может быть лучше?

Он повернулся и взглянул на Кейтлин. В глазах его читалась любовь.

«Что ж, – сказал он, прокашлявшись, – мало похоже на Париж 18 века».

Кейтлин улыбнулась: «Это точно».

«Но мы вместе, и это – самое главное», – добавил он.

Когда их взгляды встретились, и Кейтлин посмотрела в его влюблённые глаза, то на секунду совсем забыла об их миссии.

«Я сожалею о том, что произошло в Париже, – сказал Калеб. – Прости меня за Сэру. Я не желал причинять тебе боль. Надеюсь, что ты это понимаешь».

Кейтлин взглянула на серьёзное лицо Калеба. К собственному удивлению, она осознала, что простить Калеба было не так просто. Обида глубоко запала в душу Кейтлин, но сейчас она была сильнее, чем когда-либо и была способна всё отпустить и забыть. Особенно, если учитывать тот факт, что Калеб вернулся ради неё в прошлое и то, что он не испытывал совершенно никаких чувств к Сэре.

Более того, сейчас Кейтлин понимала, что и сама была во многом неправа: она была слишком скора на выводы, отказывалась полностью довериться Калебу и часто лишала его личного пространства.

«И ты меня прости, – сказала она. – Давай начнём всё заново. Мы здесь, вместе. Это самое главное».

Калеб сжал её ладонь, от чего по телу Кейтлин прошла дрожь.

Нагнувшись, он её поцеловал. Она была удивлена и взволнованно одновременно. От прикосновения его губ по телу шёл ток. Кейтлин ответила на поцелуй.

Рут тихонько завыла.

Разомкнув объятья, они посмотрели на неё и рассмеялись.

«Она голодна», – сказал Калеб.

«Я тоже».

«Как ты смотришь на то, чтобы отправиться на экскурсию по Лондону? – улыбаясь, спросил Калеб. – Мы можем полететь, если ты готова».

Отведя плечи назад, Кейтлин почувствовала крылья за спиной. Ей казалось, что она была готова к полёту. Она уже полностью восстановила силы. Возможно, её организм начинал понемногу привыкать к постоянному перемещению во времени.

«Я готова, – ответила Кейтлин, – но я хотела бы прогуляться. Я хочу почувствовать себя обычным туристом, впервые приехавшим в Лондон».

Тем более, это так романтично, добавила она про себя, но вслух не сказала.

Калеб посмотрел на неё с улыбкой. Кейтлин стала гадать, смог ли он сейчас прочитать её мысли.

Не переставая улыбаться, Калеб протянул ей руку, которую она с готовностью взяла, и они вдвоём спустились по ступеням.

* * *

Выйдя из церкви, Кейтлин увидела вдали реку, а метрах в пятидесяти от неё – широкую дорогу с грубым деревянным знаком, на котором было вырезано «Кинг-стрит». Они стояли на распутье и могли выбрать куда пойти – направо или налево. Часть города, расположенная слева от знака, казалось более густонаселённой.

Кейтлин и Калеб решили повернуть налево и оправились на север по Кинг-стрит, идя вдоль реки. По пути Кейтлин внимательно вслушивалась в звуки и осматривала местность. Справа от них располагалось несколько величественных деревянных домов, имений, построенных в тюдоровском стиле с белой штукатуркой, коричневым каркасом и украшающей всё это великолепие соломенной крышей. Слева от них располагались небольшие земельные угодья с видневшимися то там, то здесь ветхими домиками, овцами и коровами. Лондон 1599 года буквально зачаровывал Кейтлин. С одной стороны улицы город был космополитным и богатым, а с другой походил на деревню.

Да и улица была сама по себе примечательна: их ноги утопали в грязи, а башмаки многочисленных прохожих и копыта лошадей сделали эту грязь мягкой, что само по себе было вполне сносно, если бы эта грязь не была перемешана с испражнениями диких собак и людей, которые выливались на улицу прямо из окон домов. Пока они шли, то там, то здесь открывались ставни, и в них появлялись вёдра – старухи выкидывали мусор. Смрад Лондона была намного ужаснее зловонного запаха Венеции, Флоренции и Парижа. К горлу периодически подкатывал приступ рвоты, и Кейтлин жалела, что сейчас с ней не было саше с благовониями. К счастью, на ней были надеты удобные туфли для тренировок, которые Эйден подарил ей в Версале. Сложно было представить, как бы она передвигалась по этой грязи в туфлях на каблуках.

Среди особняков и фермерских полей время от времени встречались значительные архитектурные строения. Некоторые из них Кейтлин узнала по фотографиям, которые видела в 21 веке – это были красивые церкви и изредка попадающиеся дворцы.

Дорога неожиданно закончилась у больших, сводчатых ворот, перед которыми стояло несколько одетых в форму охранников с пиками в руках. Ворота были открыты, и Кейтлин с Калебом вошли внутрь.

Знак на камне гласил: «Дворец Уайтхолл». Они прошли сквозь узкий внутренний двор и вошли в другие сводчатые ворота. Обойдя их, они вновь оказались на главной улице. Вскоре они подошли к круглому перекрёстку. На знаке было написано «Чаринг-Кросс». Посреди перекрёстка возвышался высокий монумент. Дорога вновь расходилась направо и налево.

«Куда пойдём?» – спросила Кейтлин.

Калеб тоже был под большим впечатлением от города. Он долго молчал, а потом произнёс: «Интуиция мне подсказывает, что нам следует держаться ближе к реке, поэтому пошли направо».

Кейтлин закрыла глаза и постаралась сконцентрироваться. «Согласна, – сказала она и добавила. – Ты знаешь, что конкретно мы ищем?»

Калеб покачал головой: «Знаю об этом не больше твоего».

Кейтлин взглянула на кольцо и прочитала вслух загадку.

Через Мост, рядом с Медведем, с Винтом или взором мы обойдём Лондон.

Слова не вызывали в ней никаких ассоциаций. Интуиция тоже предательски молчала. Казалось, то же самое чувствовал и Калеб.

«Ну, здесь говорится о Лондоне, – начала Кейтлин, – поэтому мы на верном пути. Моя интуиция подсказывает, что нам нужно продолжить путь и пройти в центр города. Если мы увидим то, что ищем, то сразу же это поймём».

Калеб согласился. Кейтлин взяла его за руку, и они повернули направо, идя параллельно реке и следуя за знаком, на котором было написано: «Улица Стренд».

Идя по этой новой улице, Кейтлин отметила про себя, что город становится всё более оживлённым: застройка становится плотнее, и дома уже высились по обе стороны улицы. Судя по всему, они были недалеко от центра города. Людей на улицах тоже становилось больше. Погода стояла отличная. Судя по всему, они оказались в Лондоне в начале осени, поэтому солнце ещё светило ярко и жарко. Кейтлин задумалась о том, какой сейчас был месяц. Поразительно, как она смогла так быстро потерять счёт времени.

Хорошо, что было не очень жарко. Чем больше на улицах появлялось людей, тем больше Кейтлин одолевали приступы клаустрофобии. Без сомнений, они были близки к центру этого большого разноликого города, пусть и не такого продвинутого и развитого, как в будущем. Кейтлин была поражена: ей всегда казалось, что в прошлые века людей было не так много, и города были мало заселены. Действительность полностью опровергала её догадки: народу всё прибавлялось, и на улицах становилось многолюдно. На мгновение Кейтлин показалось, что она вернулась в Нью-Йорк 21 века. Люди толкали друг друга локтями и плечами и даже не оборачивались, чтобы извиниться. А ещё от людей сильно воняло.

Как будто этого было мало, на всех углах стояли уличные торговцы, громко призывающие покупателей и расхваливающие свой товар. Отовсюду доносился шум голосов, говорящих с ярко выраженным британским акцентом.

Когда замолкали торговцы, начинали слышаться другие голоса – голоса проповедников. Повсюду располагались самодельные помосты, сцены, трибуны и кафедры, с высоты которых проповедники вещали свои мысли народу.

«Иисус говорит, ПОКАЙТЕСЬ! – кричал один из священников в странной шляпе, оглядывая толпу суровым взглядом. – Я говорю, что ВСЕ ТЕАТРЫ должны быть закрыты! Безделье должно быть ЗАПРЕЩЕНО! Возвращайтесь в церкви!»

Этот священник напомнил Кейтлин проповедников, которых она встречала на улицах Нью-Йорка. В каком-то смысле, ничего не изменилось.

Они подошли к новым воротам, находящимся прямо посередине улицы. Табличка гласила: «Темпл-Бар, Городские ворота». Кейтлин показалось странным, что для того, чтобы войти в Лондон, необходимо было пройти через настоящие ворота. Высокие массивные ворота были открыты, люди постоянно проходили туда и обратно. Интересно, закрывают ли они их на ночь, подумала Кейтлин. С другой стороны ворот стояло ещё несколько стражников.

И, тем не менее, эти ворота отличались от всех предыдущих: они были популярным местом народных сборищ. У ворот столпилось множество людей, а наверху небольшой платформы стоял стражник с кнутом. Кейтлин опустила глаза и увидела полуголого мужчину, закованного в кандалы. Он был привязан к позорному столбу. Размахивая плетью, стражник хлыстал его ею снова и снова. При каждом ударе толпа охала и ахала.

Кейтлин посмотрела на лица людей в толпе. Её поразила их безучастность. Казалось, они наблюдали за самой обыденной вещью, будто публичные порки встречались здесь каждый день и были чем-то вроде местного развлечения. Внутри Кейтлин кипела от злости, поражаясь жестокости этого общества. Она слегка подтолкнула Калеба локтём. Он был настолько ошарашен происходящим, что Кейтлин пришлось взять его за руку и провести через толпу, стараясь при этом не смотреть в сторону столба. Кейтлин боялась, что если продолжит смотреть и дальше, то не сможет совладать с собой и набросится на стражников.

«Какое варварство», – сказала она, когда они быстро шли, удаляясь от страшного места. Постепенно звук от ударов плетью становился всё тише.

«Это просто ужасно», – согласился Калеб.

Они продолжили свой путь, и Кейтлин отчаянно пыталась выкинуть картину наказания из головы. Силой воли она заставила себя сконцентрировать внимание на чём-нибудь другом. Посмотрев на табличку с названием улицы, Кейтлин увидела, что они вошли на Флит-стрит. Улицы становились всё многолюднее, а застройка всё плотнее. Деревянные дома и здания стояли вплотную друг к другу. На этой улице было много магазинов. «Бритьё за один пенни» гласила одна из вывесок. Вывеска на другом магазине гласила о том, что здесь работает кузнец. Перед входом в лавку висела лошадиная подкова. На другой вывеске большими буквами было написано: «Лошадиная упряжь».

«Не нужна ли вам новая подкова, мисс?» – спросил продавец, когда они проходили мимо.

Кейтлин не сразу нашлась, что ответить. «Хм… нет, спасибо», – сказала она.

«А вам, сэр? – не унимался торговец. – Не желаете ли побриться? У меня самые чистые лезвия на всей Флит-стрит».

Кейтлин посмотрела на Калеба и вдруг поняла, что он всегда выглядел так, будто только что побрился. Его лицо было таким гладким, что казалось фарфоровым.

Идя дальше по Флит-стрит, Кейтлин отметила, как изменилась публика на улицах. Лица многих прохожих выглядели подозрительно, некоторые открыто выпивали посреди улицы, прикладываясь к бутылкам и фляжкам, неуверенно шагая по грязи, громко смеясь и открыто глазея на проходящих мимо женщин.

«ДЖИН! ДЖИН! – кричал мальчик лет десяти, держа в руках деревянный ящик с небольшими зелёными бутылками. – КУПИТЕ СЕБЕ БУТЫЛОЧКУ! ДВА ФАРТИНГА! КУПИТЕ СЕБЕ БУТЫЛОЧКУ!»

Кейтлин снова оттолкнули в сторону, и толпа на улицах стала более оживлённой. Оглядевшись, Кейтлин заметила группу женщин с кричащим макияжем, одетых в множественные слои материи, но с такими низкими декольте, что было видно почти всю грудь.

«Хочешь поразвлечься!» – прокричала одна из них. Она была явно пьяна и едва держалась на ногах. Женщина подошла к прохожему, который грубо её оттолкнул.

Кейтлин поражалась манерам местных жителей. Она почувствовала, что Калеб придвинулся к ней ближе, обхватив её рукой за талию. С ним Кейтлин чувствовала себя под защитой. Ускорив шаг, они быстро прошли сквозь толпу. Кейтлин периодически смотрела на землю, чтобы убедиться, что Рут не отстаёт.

Улица закончилась небольшим пешеходным мостом. Проходя по нему, Кейтлин обратила внимание на табличку: «Канал Флит». Под ними пролегал небольшой канал, шириной около трёх метров. Вода в нём была мутной. По каналу, мирно булькая, плыл всевозможный мусор и отходы. Подняв глаза, Кейтлин увидела, как в канал мочатся люди. Некоторые выливали сюда помойные вёдра, выкидывали куриные кости, домашние отходы и прочий мусор. Канал был похож на канализационный сток, несущий отходы со всего города.

Кейтлин проследила глазами, куда уходит канал, и увидела, что далеко впереди он впадает в реку. Она отвернулась, чтобы хоть как-то защититься от смердящего запаха. Это был худший запах, который ей когда-либо приходилось вдыхать. От воды поднимались токсичные газы, по сравнению с которыми зловонный запах улиц казался ароматом роз.

Кейтлин и Калеб заторопились, пытаясь как можно быстрее пересечь мост.

Оказавшись по другую сторону, Кейтлин с облегчением отметила, что здесь Флит-стрит стала шире, а людей стало меньше. Ужасный запах улетучился. После отвратительного смрада канала Флит обычный запах лондонских улиц не казался ей таким уж невыносимым. Она поняла, как обычные люди смирились с подобными условиями и были счастливы и довольны своей жизнью: всё это – дело привычки в контексте времени.

Чем дальше они шли, тем красивее становились окружающие их дома и улицы. Они прошли большую церковь, находящуюся слева от них. На табличке, прибитой к каменной стене здания, было красиво выведено каллиграфическим подчерком: «Собор Святого Павла». Собор представлял собой массивное сооружение с красиво украшенным фасадом. Он поднимался высоко в небо, гордо возвышаясь над всеми окружающими зданиями. Кейтлин поразилась красоте церкви и тому, что она была точно такой же, как и в 21 веке. В окружении небольших деревянных домов она казалась неуместной и громоздкой. Кейтлин поражалась тому, какое архитектурное значение в прошлом имели церкви, и тому, какое значение они играли в жизни людей. Церковь в буквальном смысле проникала во все сферы жизни населения, а громкий звон её колоколов никогда не умолкал.

Кейтлин остановилась перед собором, изучая старинное здание. Она не могла избавиться от мысли, что, возможно, внутри него их ждала подсказка.

«Я всё гадаю, стоит нам войти внутрь или нет», – сказал Калеб, будто читая её мысли.

Кейтлин вновь посмотрела на кольцо.

Через Мост, рядом с Медведем.

«Здесь упоминается мост», – задумчиво произнесла она.

«Мы только что пересекли мост», – ответил Калеб.

Кейтлин покачала головой. Что-то здесь было не так.

«Это был всего лишь пешеходный мост. Моя интуиция подсказывает, что это не он. Мне кажется, то, что мы ищем, находится не здесь».

Калеб остановился и закрыл глаза. «Я тоже ничего не чувствую. Давай двигаться дальше», – сказал он.

«Давай пойдём ближе к реке, – предложила Кейтлин. – Если нам нужен мост, то я думаю, мы найдём его именно там. Тем более, немного свежего воздуха нам не помешает».

Кейтлин заметила небольшую улочку, ведущую к набережной. На ней красовался грубо выбитый знак: «Сент Эндрюс Хилл». Взяв Калеба за руку, она пошла по этой дороге.

Дорога шла под уклон, и вдали виднелась река, полная всевозможных парусных судов и лодок.

Наверное, это знаменитая Темза, подумала Кейтлин. Это единственное, что ей удалось вспомнить из уроков географии.

Улица упёрлась в здание, так и не выведя их к реке, поэтому Кейтин и Калебу пришлось повернуть налево и перейти на улицу, которая почти вплотную подходила к реке и шла параллельно ей, буквально в нескольких десятках метров от воды. Улица так и называлась: «Темз-стрит».

Темз-стрит выглядела аристократично и была нечета Флит-стрит. Дома здесь были красивее: по правую руку от Кейтлин и Калеба находились особняки с большими участками земли, уходящими вниз к реке. Архитектура зданий была более изысканной и красивой. Было очевидно, что в этой части города жили богачи.

Улица представляла собой причудливый район с множеством разбегающихся аллей и переулков со смешными названиями: «Гусиный переулок», «Старолебежий переулок», «Чесночный холм» и «Хлебная улица». Нужно сказать, что в воздухе пахло едой, и Кейтлин чувствовала, как желудок сводит от голода. Рут тоже заскулила. Как Кейтлин ни старалась, она нигде не видела прилавков с едой.

«Знаю, Рут, – с пониманием сказала Кейтлин. – Я обещаю, я найду для нас еду».

Они продолжили путь. Кейтлин не знала наверняка, что именно они искала. Не знал этого и Калеб. Они не имели ни малейшего понятия о том, что значила эта загадка, и никаких полезных идей у них не было. Они подходили всё ближе к центру города, а Кейтлин до сих пор не знала, куда им следует держать путь дальше.

Она чувствовала себя уставшей, голодной и недовольной. Они подошли к перекрёстку. Кейтлин остановилась и подняла глаза, чтобы прочитать название улицы: «Грейсчёрч-стрит». В воздухе пахло рыбой.

Кейтлин устало остановилась и посмотрела на Калеба.

«Мы ведь даже не знаем, что именно мы ищем, – сказала она. – В загадке говорится о мосте. Пока что я не увидела ни единого моста. Может, мы просто теряем время? Может нам стоит посмотреть на загадку с другой стороны?»

Вдруг Калеб дотронулся до её плеча и указал в сторону.

Кейтлин медленно развернулась, поразившись увиденному.

Грейсчёрч-стрит вела к огромному мосту, одному из самых больших мостов, которые Кейтлин когда-либо доводилось видеть. Сердце её наполнилось надеждой. Табличка над мостом гласила: «Лондонский мост». Два этих слова заставили её сердце биться чаще. Улица здесь становилась шире, превращаясь в проспект с людьми, лошадьми и повозками, снующими туда-сюда по мосту.

Если им нужен был мост, то они его нашли.

* * *

Калеб взял Кейтлин за руку и повёл её к мосту, сливаясь с толпой. Подняв голову вверх, Кейтлин поразилась великолепию этого сооружения. Подобный мост она видела впервые. Вход на мост знаменовался огромными, сводчатыми воротами, по обе стороны которых стояли стражники. Ворота заканчивались острыми пиками, на которые были водружены отрубленные головы. Кровь медленно капала на землю. Это была настолько ужасное зрелище, что Кейтлин тут же отвернулась.

«Я помню такое, – сказал Калеб. – Несколько веков назад все украшали мосты отрубленными головами преступников как предупреждение тем, кто готовился совершить преступление».

«Это просто ужасно», – ответила Кейтлин и ниже опустила голову, идя дальше.

У входа на мост велась активная торговля рыбой. Кейтлин увидела, что к мосту причаливают лодки, и работники вытаскивают из них рыбу, кидая её на грязный берег. У входа на мост так сильно и неприятно пахло рыбой, что Кейтлин даже пришлось зажать нос пальцами. На небольших, самодельных латках располагалась рыба всех сортов и видов, некоторая была до сих пор живая.

«Морской окунь, три пенса за фунт!» – прокричал голос.

Кейтлин быстро прошла мимо, стараясь убежать от противного запаха.

Продвигаясь дальше к центру моста, Кейтлин открыла для себя ещё кое-что необычное. Оказалось, что весь мост был заставлен торговыми лавками. Небольшие киоски и лавочники заполонили мост с обеих сторон, оставляя посредине место для прохода людей, домашнего скота, лошадей и повозок. На мосту царил хаос и столпотворение. Отовсюду доносились голоса торговцев, рекламирующих свой товар.

«Кожевня!» – кричал кто-то.

«Свежевание туш!» – отвечал другой голос.

«Воск для свечей! Лучший воск для свечей!»

«Кровельные работы!»

«Дрова для растопки!»

«Свежие перья! Перья и бумага!»

Продвигаясь дальше, Кейтлин и Калеб дошли до более изысканных магазинов, в некоторых из них даже продавали ювелирные украшения. Кейтлин не могла избавиться от воспоминаний о золотом мосте во Флоренции, где Блейк купил ей браслет.

Одолеваемая различными эмоциями, Кейтлин отошла в сторону, опёрлась о перила моста и посмотрела на воду. Она думала обо всех тех жизнях, которые ей уже удалось пережить, и о местах, которые она смогла увидеть. Чувства били через край. Неужели, это всё происходит на самом деле? Как один человек может прожить столько жизней? Вдруг она сейчас проснётся и окажется в своей квартире в Нью-Йорке, убедившись, что всё это – лишь длинный и безумный сон?

«Ты в порядке? – спросил Калеб, подходя ближе. – Что с тобой?»

Кейтлин быстро смахнула слезу. Ущипнув себя, она поняла, что это был не сон. Это всё происходит на самом деле. Это-то и было самое шокирующее.

«Ничего», – быстро ответила она и натянуто улыбнулась. Сейчас Кейтлин больше всего надеялась, что Калеб не сумел прочитать её мысли.

Калеб стоял рядом, и вместе они смотрели вдаль, на Темзу. Река была широкой и забитой всевозможными судами. Парусные суда всех размеров ловко маневрировали среди вёсельных лодок, рыбацких шхун и других типов судов. Движение на воде было интенсивным. Кейтлин поражалась размерам некоторых лодок, ведь они достигали в высоту до нескольких десятков метров. При этом её поражало также то, что движение на воде осуществлялось почти в полной тишине, несмотря на обилие судов – ни рёва моторов, ни шума от катеров. Единственным звуком был звук хлопающих на ветру парусов. Кейтлин понемногу успокоилась. Свежий ветер с реки дул, не переставая, избавив местный воздух от всех неприятных запахов.

Кейтлин повернулась к Калебу, и они продолжили свой путь. В ногах у них бежала Рут. Волчонок снова заскулила. Кейтлин ощущала её голод. Осматривая мост, она не видела никакой подходящей еды. Голод мучил и её саму.

Дойдя до середины моста, Кейтлин снова поразилась тому, что предстало перед её глазами. После уведенного сегодня она уже и не думала, что может быть что-то, что шокирует её больше, чем отрубленные головы на кольях, но она была неправа.

Прямо перед ней, на середине моста, стоял эшафот с тремя заключёнными на нём. С петлёй на шее, с завязанными глазами и почти раздетые, они были ещё живы. Рядом с ними стоял палач в чёрном капюшоне с узкими прорезями для глаз.

«Следующее повешение состоится в один час пополудни!» – крикнул он. Вокруг эшафота собралась толпа в нетерпеливом ожидании.

«Что они сделали?» – спросила Кейтлин.

«Их поймали на воровстве, мисс», – ответил мужчина, даже не удосужившись посмотреть в её сторону.

«А один клеветал на Королеву!» – добавила какая-то старуха.

Калеб увёл Кейтлин с места казни.

«Похоже, казни – это местное развлечение», – сказал он.

«Это жестоко», – ответила Кейтлин. Она поражалась тому, насколько местное общество отличается от общества в будущем, и как спокойно нынешние люди относятся к жестокости и насилию. И ведь они сейчас в Лондоне, который был одним из самых развитых городов в конце 16 века! Кейтлин даже боялась представить, каким был мир за пределами этого города. Поразительно, как за несколько веков изменилось само человеческое общество и управляющие им законы.

Они перешли мост и остановились по другую сторону. Кейтлин посмотрела на своё кольцо и зачитала вслух:

Через Мост, рядом с Медведем, с Винтом или взором мы обойдём Лондон.

«Если мы всё делаем правильно, то мы только что перешли «через мост». Дальше нам нужно найти что-то, связанное с медведем, – Кейтлин посмотрела на Калеба. – Что бы это могло быть?»

«Хотел бы я знать», – ответил он.

«Мне кажется, что мы уже близки», – сказала Кейтлин.

Она закрыла глаза и попыталась настроиться на поиск подсказки.

Именно в эту секунду мимо прошёл мальчик с кипой листовок. На ходу он громко выкрикивал: «МЕДВЕЖЬЯ ЗАБАВА! Пять пенсов! Проходим сюда! МЕДВЕЖЬЯ ЗАБАВА! Пять пенсов! Проходим сюда!»

Мальчик вручил Кейтлин листовку. Посмотрев на неё, она увидела написанную на ней крупным шрифтом фразу «Медвежья забава», а рядом схематичный рисунок стадиона.

Кейтлин и Калеб переглянулись. Обернувшись, они смотрели, как мальчик исчезает из вида.

«Медвежья забава? – спросила Кейтлин. – Что это такое?»

«Я вспомнил, – сказал Калеб. – В это время это было популярным развлечением. Они загоняют медведя в круг, привязывали его к столбу и натравливали на него диких собак, делая при этом ставки на победителя – собак или медведя».

«Это так ужасно», – сказала Кейтлин.

«Как там в загадке? – спросил Калеб, – «Через Мост, рядом с Медведем». Ты думаешь. Здесь говорится о медвежьей забаве?»

Словно по команде, они обернулись и проследовали взглядом за удаляющимся мальчиком. Он был уже далеко и продолжал громко рекламировать развлечение.

Они повернули направо к мосту и пошли вдоль берега. Теперь они были уже по другую сторону Темзы и шли по улице Клинк-стрит. Кейтлин заметила, что этот берег реки разительно отличался от противоположного: здесь было меньше зданий и меньше людей. Дома также были ниже и выглядели менее ухоженными. Этот берег Темзы выглядел заброшенным. Здесь было меньше лавок и магазинов, а также меньше прохожих.

Вскоре они дошли до высокого здания. Глядя на решётки на окнах и стражу, Кейтлин могла с уверенностью сказать, что перед ними была тюрьма.

Клинк-стрит[1], подумала Кейтлин. Лучшего названия и не придумаешь.

Здание тюрьмы были массивным и неуклюжим. Проходя мимо, Кейтлин обратила внимание на торчащие среди прутьев решётки руки и головы. Внутри были сотни заключённых, похотливо взирающих на неё сверху вниз и выкрикивающих всякие грубости.

Рут оборонительно зарычала, а Калеб придвинулся ближе.

Они пошли дальше и перешли на другую улицу, судя по табличке называемую «Дом мертвеца». Посмотрев направо, Кейтлин увидела ещё один эшафот, готовящийся к очередному повешению. На помосте, дрожа от страха, стоял заключённый. На голове его был мешок, а вокруг шеи была обмотана петля.

Кейтлин отвлекалась и почти потеряла из вида мальчишку. В этот момент Калеб взял её за руку и повёл дальше по Клинк-стрит.

Какое-то время спустя Кейтлин услышала отдалённый шум и рёв. Она увидела, как мальчик повернул за угол. Вновь раздался шум толпы. Земля затряслась под ногами. Последний раз Кейтлин ощущала что-то подобное в римском Колизее. Она подумала, что, возможно, за углом находится большая арена.

Завернув за угол, Кейтлин обомлела от увиденного. Перед ней находился большой круглый стадион, напоминающий Колизей в миниатюре. Стадион имел высоту в несколько этажей и полностью закрывал собой весь вид. Внутрь можно было пройти через многочисленные сводчатые двери. Крики становились всё громче. Было очевидно, что шум шёл из стен этого здания.

Перед стадионом столпились сотни людей, некоторые из них казались отъявленными жуликами и мошенниками. Некоторые из пришедших были почти наги, у многих из-под одежды торчали большие животы. Мужчины были небриты и грязны. Среди толпы шныряли дикие собаки, от вида которых Рут зарычала, и шерсть у неё на загривке встала дыбом.

Торговцы катили свои тележки по грязи, продавая джин пинту за пинтой. Судя по лицам толпы, многие из этих людей уже были пьяны. Люди грубо толкали друг друга в пьяном угаре. Вновь послышался рёв. Кейтлин подняла глаза и увидела висящую на стадионе вывеску: «Медвежья забава».

Кейтлин было противно. Как могут эти люди быть такими жестокими?

Небольшой стадион был частью более значительного сооружения. Вдали находилась ещё одна арена. На большой вывеске было написано: «Травля быка». Рядом с этими двумя стадиона располагалось ещё одно круглое здание, хотя оно и отличалось от других. Оно было более изысканное.

«Посмотрите новую пьесу Уилла Шекспира в новом театре «Глобус»!» – выкрикивал другой мальчик, держа в руках пачку листовок. Он подошёл к Кейтлин и всунул листовку ей в руки. На листе бумаги было написано: «Новая пьеса Уильяма Шекспира. Ромео и Джульетта. Трагедия».

«Вы придёте, мисс? – спросил мальчик. – Это его новая пьеса и первая постановка в новом театре под названием «Глобус».

Кейтлин с волнением посмотрела на листовку. Неужели, это правда? Неужели, всё это происходит по-настоящему?

«Где он находится?» – спросила она.

Мальчик хихикнул. Обернувшись, он указал на театр пальцем: «Мисс, вот же он!»

Кейтлин проследила взглядом за его пальцем и увидела вдали круглое строение, покрытое белой штукатуркой и выделяющееся характерной для тюдоровского стиля деревянной отделкой. «Глобус». Шекспировский «Глобус». Это было просто невероятно, и сейчас Кейтлин смотрела прямо на этот театр.

Перед театром собрались сотни людей, заходящие внутрь через множественные входы. Эти зрители выглядели такими же грубиянами, что и те, что стояли в очереди на медвежью и бычью травлю. Это немало удивило Кейтлин. Ей всегда казалось, что шекспировский зритель должен быть более образованным и более цивилизованным. Она не могла и представить, что театр был развлечением для масс, для самых грубых и неотёсанных масс. Театр стоял на одной ступени с травлей медведя.

Кейтлин с удовольствием бы посмотрела пьесу Шекспира, с радостью побывала бы в «Глобусе». Однако она знала, что миссия намного важнее – ей нужно было разгадать загадку.

Со стороны стадиона вновь донёсся рёв, поэтому Кейтлин переключила всё своё внимание на него. Ей хотелось знать, находится ли за этими станами ответ на головоломку.

Кейтлин повернулась и посмотрела на Калеба.

«Что ты думаешь? – спросила она. – Следует ли нам пройти внутрь?»

Калеб выглядел нерешительно.

«В загадке говорилось о мосте, – сказал он, и о медведе. Моя интуиция подсказывает мне, что мы что-то упускаем. Я не уверен…»

Неожиданно Рут зарычала и бросилась прочь.

«Рут!» – крикнула Кейтлин.

Волк исчезла из поля зрения. Она даже не обернулась на её голос и не остановилась.

Кейтлин была в шоке. Она никогда не видела, чтобы Рут вела себя подобным образом, даже в моменты наибольшей опасности. Что могло произвести на неё такое впечатление? Рут всегда слушала Кейтлин.

Кейтлин и Калеб бросились бежать за волчонком.

Скорость вампира мало помогала им пробираться сквозь вязкую грязь. В этом плане у Рут было значительное преимущество. Они смотрели, как она пробирается сквозь толпу. Расталкивая рядом стоящих, они старались не отставать. Кейтлин заметила, что Рут забежала за угол и побежала по узкому переулку. Кейтлин бежала всё быстрее, Калеб старался не отставать. Оттолкнув какого-то здоровяка с дороги, она завернула за угол и побежала за Рут.

За кем она гонится? спрашивала себя Кейтлин. Она гадала, была ли это свора собак, или Рут просто была настолько голодна, что не могла больше терпеть и искала еду. В конце концов, Рут была волком, и Кейтлин нужно было это помнить. Ей нужно найти еду для Рут, и как можно скорее.

Завернув за угол и оглядев переулок, Кейтлин, к своему огромному удивлению, вдруг поняла, куда бежала Рут.

На другом конце переулка она увидела девочку. Девочка лет восьми сидела в грязи, дрожа и плача. Над ней возвышался высокий, крепкий мужчина. На нём не было рубашки. Лицо было небрито. Плечи, грудь и выпирающий живот были покрыты волосами. Он злобно смотрел на девочку, оголив беззубый рот и вновь и вновь стегая её кожаным ремнём.

«Вот тебе за то, что не слушаешься!» – кричал мужлан злобным голосом, замахиваясь снова.

Кейтлин была шокирована до глубины души. Мало раздумывая над тем, что делает, она была готова броситься на защиту девочки.

Рут её опередила. Она неслась на мужчину во весь опор, и когда он вновь закинул руку назад, чтобы нанести очередной удар, она подпрыгнула в воздух, злобно оскалившись.

Вцепившись в предплечье, она глубоко вонзила клыки в руку мужчины. Кровь полилась из раны, и мужчина закричал от боли.

Рут была вне себя от ярости, и успокоить ей было непросто. Она рычала, мотая головой из стороны в сторону, впиваясь всё глубже и глубже в человеческую плоть. Хватка была железной.

Мужчина мотал рукой, пытаясь избавиться от волка. Делать он так мог только потому, что был большим и сильным, а Рут была всё ещё щенком. Она рычала, и от этого звука у Кейтлин волосы вставали дыбом.

Этот мужчина был привычен к грубости и жестокости. Он яростно мотал толстыми рукам, и ему даже удалось ударить Рут о кирпичную стену. Другой рукой он больно стеганул ей ремнём по спине.

Рут вскрикнула и отпрыгнула в сторону. Она, наконец, разжала челюсти и упала на землю.

Глядя на неё с нескрываемой ненавистью, мужчина замахнулся, готовый ударить Рут снова, на этот раз по голове.

Кейтлин бросилась в атаку. До того, как мужчина обрушил всю свою мощь на её волка, она ринулась вперёд, выставив правую руку и схватив его за горло. Оттеснив его в сторону, она подняла мужчину в воздух, высоко над головой, а потом ударила о стену, выбив несколько кирпичей.

Кейтлин крепко держала его перед собой, наблюдая, как синеет его лицо, и он задыхается. Она была намного ниже мужчины, но у него не было никаких шансов противостоять её силе.

Спустя какое-то время Кейтлин разжала пальцы. Мужчина начал искать свой ремень, но Кейтлин размахнулась и ударила его по лицу, сломав нос.

Размахнувшись вновь, она пнула его в грудь. Удар был такой силы, что он отлетел на несколько метров и ударился о стену, оставив в ней вмятину. Он свалился на землю, мало понимая, что происходит.

Кейтлин всё ещё кипела от ярости. Она думала об этой бедной девочке и о Рут. Она не помнила, когда последний раз так злилась. Кейтлин не могла контролировать себя. Подойдя к мужчине, она вырвала ремень у него из рук, размахнулась и ударила им его прямо по выпирающему животу.

Он согнулся от боли.

Когда мужчина сел, Кейтлин пнула его по лицу. От удара по подбородку, мужчина отлетел назад и ударился головой о землю. Наконец, он потерял сознание.

Кейтлин и этого было мало. В последнее время ею редко овладевала ярость, но когда такие случаи происходили, потушить огонь было не так просто.

Сделав шаг вперёд, она наступила ему на горло, готовясь убить его прямо здесь и сейчас.

«Кейтлин!» – раздался резкий голос.

Она обернулась, кипя от гнева, и увидела рядом с собой Калеба. Он покачал головой, осуждающе глядя на Кейтлин.

«Ты ему отомстила сполна. Отпусти его».

Голос Калеба звучал как-то особенно.

Кейтлин нехотя убрала ногу.

Вдали она заметила огромный чан с нечистотами. Он был полон выливающейся за края тёмной жидкости. Отвратительный запах чувствовался даже отсюда.

Идеально.

Кейтлин нагнулась, схватила мужчину за волосы, и хотя он весил не меньше 135 килограмм, протащила его через переулок и бросила вниз головой в бочку с отходами.

Он опустился в зловонную жидкость с громким плеском. Нечистоты доходили ему до самой шеи, и он был полностью залит смердящей жижей. Мысль о том, что он очнётся в этой бочке и поймёт, где находится, несказанно радовала Кейтлин. Теперь она решила, что с него и вправду достаточно.

Отлично, подумала она. Здесь ему самое место.

Кейтлин подумала о Рут. Она подбежала к волку и осмотрела след от ремня на спине. Калеб тоже подошёл ближе. Рут положила голову Кейтлин на колени и заскулила.

Кейтлин поцеловала её в лоб.

Неожиданно Рут вскочила с места и бросилась через весь переулок к девочке.

Кейтлин развернулась, неожиданно вспомнив о ребёнке, и тоже заторопилась в её сторону.

Рут подбежала к девочке и стала лизать ей лицо. Это отвлекло бедняжку от истерического плача. Девочка в грязном, поношенном платье сидела на грязной дороге. На её спине виднелись кровоточащие следы от ремня. Она удивлённо смотрела на Рут.

Рут продолжала её облизывать, а девочка, не отрываясь, смотрела на неё, широко открыв глаза. Наконец она медленно подняла руку и нерешительно погладила волка, а потом крепко его обняла. Рут придвинулась ближе, будто отвечая на объятие.

Просто удивительно, подумала Кейтлин. Рут почуяла эту девочку за несколько кварталов. Глядя на них сейчас, казалось, что они знают друг друга всю жизнь.

Кейтлин подошла ближе и присела около малышки. Протянув руку, она помогла ей встать.

«С тобой всё в порядке?» – спросила Кейтлин.

Девочка испуганно посмотрела сначала на неё, а потом на Калеба. Она несколько раз моргнула, будто бы гадая, кем могли быть эти люди.

Наконец она утвердительно кивнула. Она смотрела на Кейтлин и Калеба во все глаза, слишком испуганная, чтобы говорить.

Кейтлин протянула руку и убрала спутанные волосы со лба ребёнка. «Всё хорошо, сказала она. – Больше он тебя не обидит».

Девочка выглядела так, словно была готова вот-вот разрыдаться.

«Меня зовут Кейтлин, а это – Калеб».

Девочка молча на них посмотрела.

«А как тебя зовут?» – спросила Кейтлин.

Спустя несколько секунд девочка, наконец, ответила: «Скарлет».

Кейтлин улыбнулась: «Скарлет, – повторила она. – Какое красивое имя. Где твои родители?»

Девочка отрицательно покачала головой: «Я – сирота, а этот человек – мой опекун. Я его ненавижу. Он каждый день меня бьёт. Без причины. Я ненавижу его. Прошу вас, не возвращайте меня ему. Кроме вас у меня никого нет».

Кейтлин посмотрела на Калеба. Он тоже смотрел на неё. Оба думали об одном и том же.

«Теперь ты в безопасности, – сказала Кейтлин. – Больше тебе не о чем переживать. Ты можешь пойти с нами».

Скарлет удивлённо и радостно посмотрела на Кейтлин. Она почти улыбнулась.

«Правда?» – спросила девочка.

Кейтлин улыбнулась в ответ и протянула Скарлет руку. Скарлет взялась за неё, и Кейтлин помогла ей подняться. Кейтлин обратила внимание на раны у неё на спине, из которых до сих пор сочилась кровь. В это самое мгновение она почувствовала, как внутри неё зарождаются новые силы. Она подумал о словах Эйдена, когда он учил ей воссоединяться со вселенной. Кейтлин почувствовала внутри силы, о существовании которых никогда раньше не догадывалась. Она знала, что обладает способностью пробуждать в себе гнев, но о существовании подобных талантов она и не подозревала. Эта сила была другой. Она чувствовала необычное покалывание в ногах, всём теле, в руках и кончиках пальцев.

Это был дар исцеления.

Кейтлин закрыла глаза и протянула руки, нежно положив из Скарлет на спину, туда, где виднелись следы от порки. Кейтлин глубоко дышала, вбирая в себя силы вселенной и вспоминая всё то, о чём учил её Эйден. Она сконцентрировала все свои мысли на передаче девочке светлой энергии. Кейтлин чувствовала, как горели её ладони, и ощущала, как от них исходит невероятная энергетика.

Кейтлин не знала, как много времени прошло с тех пор, как она закрыла глаза. Когда она медленно их открыла, то увидела шокированный взгляд Скарлет. Калеб также смотрел на неё во все глаза, поражённый увиденным.

Опустив глаза, Кейтлин увидела, что раны Скарлет почти полностью затянулись.

«Ты – волшебница?» – спросила Скарлет.

Кейтлин широко улыбнулась: «Что-то вроде того».

Глава шестая

Сэм летел над деревнями и сёлами Британии. Полли летела рядом на небольшом расстоянии. Их широко расправленные крылья совсем не касались друг друга, и оба наслаждались личным пространством. Сэму это очень нравилось, и ему казалось, что Полли тоже была не против. Полли ему нравилась, на самом деле нравилась, но после неудачных отношений с Кендрой, он не был готов сближаться с кем-либо из представительниц противоположного пола. Сэму казалось, что должно пройти немало времени, прежде чем он созреет для новых отношений, прежде чем научится вновь доверять девушкам. Даже тот факт, что Полли была лучшей подругой его сестры, мало влиял на его решение.

Они уже несколько часов находились в полёте. В лучах восходящего солнца он видел бескрайние поля и фермерские наделы, кое-где виднелись небольшие домики, из каменных труб которых поднимался дым. Это был прекрасный осенний день. Иногда он замечал редкого жителя во дворе, чинящего одежду или развешивающего бельё на верёвки. Домов было немного. Внизу виднелись лишь небольшие фермы и подворья. Сэм уже начал сомневаться в том, что в этом веке – в каком бы веке они ни находились – вообще существовали города.

Он не имел ни малейшего понятия о том, куда направляться дальше, да и Полли мало чем могла ему помочь. Оба использовали все силы и интуицию, чтобы почувствовать, где могла находиться Кейтлин. Оба чувствовали, что Кейтлин была где-то в этом направлении, поэтому последние несколько часов они провели, летя туда, куда подсказывала им интуиция, но новых подсказок у них не было. Нутро подсказывало Сэму, что Кейтлин находилась в большом городе, но за всё это время им не попалось ни единого города.

Сэм уже начал было сомневаться в правильности выбранного пути. Как раз в это время они завернули за излучину реки, и вдали Сэм увидел большой город. Он не знал, что именно это был за город, и искренне сомневался, что сможет его узнать, даже если подлетит совсем близко. Он плохо разбирался в географии и ещё хуже в истории. Сэм оправдывал это тем, что он слишком часто переезжал с места на место и слишком часто попадал под влияние плохих парней, чтобы хорошо учиться в школе. Он был твёрдым троечником, хотя знал, что мог бы учиться на отлично. Имея за плечами такое воспитание, как у него, было сложно найти верные ориентиры в жизни. Сейчас Сэм жалел о своих прошлых решениях.

«Это Лондон! – выкрикнула Полли. Голос её звучал радостно и удивлённо одновременно. – Боже мой! Лондон! Не верю своим глазам! Мы и вправду здесь. Вправду здесь. Какой это должен быть замечательный город! – кричала она с восторгом».

Хорошо, что она рядом, подумал Сэм, чувствуя себя ужасно глупым. Сэм понял, что мог бы многому научиться у Полли.

Подлетев ближе, они увидели первые здания, и Сэма поразило архитектурное величие города. Даже с высоты птичьего полёта он видел поднимающиеся высоко в небо шпили церквей, превращающих Лондон в море копей. Спустившись ниже, Сэм разглядел красоту и грандиозность этих церквей – было очевидно, что они стоят здесь уже не первое столетие. По сравнению с церквями, все остальные здания казались крошечными.

Внимательно оглядывая город, Сэм убедился в том, что Кейтлин была здесь. Эта мысль его взволновала и обрадовала.

«Кейтлин здесь! – крикнул он Полли. – Я это чувствую».

Полли улыбнулась: «Я тоже!»

Впервые с момента появления в этом веке Сэм почувствовал себя, как дома, ведь он знал, куда ему следует держать путь, он знал, что цель была близка. Теперь он был уверен, что всё делал правильно.

Сэм попытался сконцентрироваться, чтобы почувствовать, находится ли Кейтлин в опасности. Как он ни старался, интуиция не давала ему никаких подсказок. Сэм вспомнил последнюю встречу с сестрой, как раз перед тем, как она покинула собор Парижской Богоматери. Тогда она была вместе с парнем – Калебом – и Сэм гадал, были ли они вместе и в этом веке. Он встречался с Калебом всего пару раз, но он ему нравился. Сэм надеялся, что сестра была сейчас с ним, и что он о ней заботился. Сэму они очень нравились как пара.

Неожиданно Полли опустилась ниже, не сказав при этом ни слова. Сейчас она летела совсем близко к крышам домов. Либо ей было неважно, следует ли Сэм за ней, либо она думала, что он сам заметил её манёвр. Сэму это не понравилось. Он бы предпочёл, чтобы Полли советовалась с ним относительно своих действий или просто предупреждала его о том, что хочет приземлиться. Сэм был раздражён, но ему казалось, что Полли было не всё равно. Может, она просто строит из себя недотрогу?

Сэм опустился ниже, приблизившись к Полли так, чтобы лететь вместе прямо над крышами домов. Тем не менее, он принял слегка левее так, чтобы их крылья оказались ещё дальше друг от друга. Вот тебе, подумал Сэм про себя.

Приблизившись к центру города, он оторопел от удивления. Этот век разительно отличался от всего того, что он видел раньше. Сэм летел так близко к крышам, что казалось, мог дотронуться до них рукой, если бы захотел. Большинство зданий было низкими, от силы в несколько этажей высотой. Покатые крыши были выстланы соломой. Ярко-белый цвет краски, в которую были окрашены здания, контрастировал с коричневыми балками. Церкви – огромные здания из известняка и мрамора – возвышались над всем городским пейзажем, доминируя над окрестностями. Изредка попадались и другие массивные сооружения, похожие на дворцы. Сэм догадался, что здесь жили представители королевской семьи.

Город был разделён пополам широкой рекой, над которой они в этот момент пролетали. На реке виднелось множество судов – лодок всех форм и размеров. Посмотрев на улицы, Сэм заметил, что они были не менее оживлены. Более того, они были настолько многолюдны, что Сэм с трудом верил своим глазам. Люди были повсюду, торопливо снуя во всех направлениях. Он не понимал причины подобной суеты, ведь у них не было интернета, электронной почты, факсов и даже телефонов.

По сравнению с центром остальные районы города были относительно тихими и спокойными. Грязные дороги, река и лодки выглядели умиротворяюще. Не было видно мчащихся на огромной скорости машин, автобусов, не слышно клаксонов, гудков грузовиков и рёва мотоциклов. В Лондоне было тихо.

И вдруг Сэм услышал громкий рёв.

Он обернулся на звук. Полли сделала то же самое.

В стороне они заметили большой стадион, построенный в форме идеального круга и возвышающийся на высоту в несколько этажей. Стадион напомнил Сэму Колизей, хоть и меньших размеров.

С высоты казалось, что в центре стадиона находилось большое животное. Оно металось по арене, преследуемое другими, более мелкими животными. Сэм не понимал, что это были за звери, но видел, что стадион был доверху забит зрителями. Они стояли в проходах и громко кричали.

Глядя на стадион, Сэм почувствовал лёгкое покалывание во всём теле. Он почувствовал здесь присутствие Кейтлин. Ощущение было чрезвычайно сильным.

«Кейтлин! – он крикнул Полли. – Она здесь, – добавил он, указывая вниз. – Я это чувствую!»

Полли, нахмурившись, посмотрела вниз.

«Я в этом не уверена, – ответила она. – Я ничего не чувствую».

Она повернулась в другую сторону и указала на ближайший мост: «Мне кажется, что она там».

Сэм посмотрел туда, куда смотрела Полли, и увидел огромный мост через реку. К своему удивлению, он заметил на нём множество лавочек и магазинов, а также несколько заключённых, стоящих на эшафоте с петлями, обмотанными вокруг шеи, и мешками, надетыми на голову. Их собирались повесить. Вокруг столпилось большое количество людей.

«Хорошо», – сказал Сэм, снижаясь и направляясь к мосту. Он хотел обогнать Полли и приземлится первым.

Опустившись на землю, Сэм даже не обернулся. Несколько мгновений спустя он услышал за собой шаги Полли. Она догнала его, и они пошли вместе, пусть и на некотором расстоянии друг от друга. Сэм не смотрел на Полли, и она тоже не смотрела в его сторону. Сэм гордился собой за то, что мог поддерживать их отношения исключительно в профессиональном русле. Между ними не было даже намёка на близость, и это вполне устраивало обоих.

Мост завладел всем вниманием Сэма. Оживлённое движение со всех сторон слегка сбивало его с толку.

«Выдубить тебе кожу, сынок?» – спросил какой-то мужчина, вертя у Сэма перед лицом куском сыромятной кожи. Дыхание мужчины было зловонным, и Сэм отшатнулся в сторону.

«Куда теперь?» – спросил он Полли.

Она осмотрела мост в поисках Кейтлин. Сэм тоже огляделся. Кейтлин нигде не было.

Полли пожала плечами. «Я не знаю, – призналась она. – Я чувствовала её присутствие, но сейчас… я уже ни в чём не уверена».

Сэм обернулся и посмотрел в сторону горизонта. Он не мог оторвать взгляда от стадиона.

«Я чувствовал её присутствие там, – сказал он, – когда мы пролетали над стадионом».

«Хорошо, – сказала Полли, – пошли туда. Пошли пешком, чтобы не упустить Кейтлин, если она всё-таки на мосту».

Они шли через мост, проходя мимо всех лавочников и торговцев. Постепенно Полли вновь стала собой – такой же весёлой и жизнерадостной, как прежде. «Посмотри-ка на их наряды! – говорила она. – Смотри, что на них надето! Невероятно, не правда ли? Я не думаю, что смога бы надеть такое даже под страхом смертной казни, хотя нужно признать, что наряды не лишены функциональности. Интересно узнать больше о местной моде. Я имею в виду, интересно, как мода меняется от века к веку. Это настоящее безумие, тебе так не кажется? Я думала о том, что было бы, если бы я жила в этом век, среди этих людей… интересно какого цвета были бы мои наряды…»

Сэм вздохнула. Полли снова начала болтать без умолка, и он не знала способа заставить её замолчать. Он попытался не замечать её голос. На ходу Сэм всматривался в лица людей на мосту, ища среди них Кейтлин. Часто ему казалось, что он её увидел, но потом, присмотревшись лучше, он понимал, что в очередной раз ошибся. Как-то он увидел девушку со спины, и она была очень похожа на его сестру. Сэм дотронулся до её плеча.

«Кейтлин!» – воскликнул он.

Девушка обернулась, и Сэм понял, что обознался. Она странно на него посмотрела и пошла дальше.

Вскоре мост остался позади, и Сэм с Полли оказались на земле. Сэм увидел большой знак с надписью: «Саутуарк». Он завернул направо, направляясь в сторону стадиона.

Они шли по улице, которая называлась Клинк-стрит, проходя мимо большой тюрьмы. Они услышали рёв толпы, и Сэм ещё раз утвердился в том, что Кейтлин была на стадионе. Его сестра была всего в паре кварталов.

Ускорив шаг, они зашли за угол, и Сэм поразился представшему перед ним зданию: он стоял напротив огромного стадиона, перед которым собралась тысячная толпа простолюдин. Люди постоянно входили и выходили со стадиона.

Сэм остановился и посмотрел на Полли. Она выглядела не менее удивлённой.

«Мне кажется, она внутри, – сказал Сэм. – Давай зайдём и посмотрим».

Полли с испугом посмотрела на толпу.

«Эти люди выглядят так, будто не принимали ванну минимум год, – сказала она. – И наряды их оставляют желать лучшего».

Мимо них прошёл огромный, потный мужчина в рубашке, оголяющей волосатые руки. Проходя мимо, он задел плечом Полли, намочив её собственным потом. Она заторопилась стереть его с одежды.

«Ужас», – произнесла она.

На Сэма это тоже произвело тошнотворное впечатление.

«Я даже не знаю, – сказала Полли. – Мне не кажется, что Кейтлин здесь. Мне вообще здесь не нравится».

Сэм оглядел лица толпы. «У тебя есть другие варианты?» – спросил он.

Он заметил, что Полли закрыла глаза. Когда она вновь их открыла, на лице её отразилось разочарование.

«Нет», – сказала она.

«Тогда пошли внутрь, – предложил Сэм. – Что мы, в конце концов, теряем?»

* * *

Сэм настороженно прошёл через огромные сводчатые ворота, ведущие на стадион. Он вновь вспомнил Колизей. Этот стадион был значительно меньше.

В воздухе чувствовалось напряжение. Прямо перед ними, на уровне глаз, находилась круглая грязная арена, окружённая деревянными сиденьями, поднимающимися наверх на несколько рядов. Свободных мест не было. Скамьи были заняты, но никто не садился. Все стояли очень близко друг к другу, плечом к плечу, переваливаясь через деревянные перила и крича, что было сил.

Сэму было интересно, что же вызывало такой восторг толпы. Посмотрев на арену, он увидел привязанного к столбу посреди арены огромного бурого медведя. Животное удерживала на месте трёхметровая металлическая цепь, закреплённая на задней лапе. Медведь рычал и скалился, пытаясь освободиться, но это ему не удавалось.

Животное кружило вокруг столба, мечась то вправо, то влево и пытаясь вырваться из металлических пут – всё тщетно. Каждый раз, как медведь дёргал за цепь, это вызывало бурную реакцию среди зрителей, они кричали и свистели. Приглядевшись, Сэм всмотрелся в лица. Несмотря на ранний час, большинство зрителей были пьяны, регулярно прикладываясь к фляжкам.

Людей на стадионе было очень много. У входа толпились ещё десятки зрителей, стоя плечом к другу и толкая Сэма и Полли. Полли, которая до этого старалась держаться от Сэма как можно дальше, сейчас оказалась всего лишь в нескольких сантиметрах от него, и это, очевидно, заставляло её нервничать ещё больше.

Сэм освободил для них двоих место, пробившись к самой арене, чтобы им было лучше видно. Он внимательно оглядывал лица в толпе, стараясь увидеть среди них Кейтлин. На стадионе царил настоящий хаос, эмоции толпы зашкаливали, и ему было сложно сконцентрироваться на поисках сестры. Кейтлин нигде не было видно, и Сэм начал сомневаться в правильности своего выбора. Возможно, он ошибся. Возможно, Полли была права.

Ещё Сэм не мог понять восторга, вызываемого в толпе видом прикованного к столбу медведя.

А потом произошло это.

Затрубили рожки, и в разных сторонах арены открылось несколько люков, из которых к центру арены бросился десяток охотничьих собак. Они накинулись на медведя. Сэм не верил своим глазам.

Собаки подпрыгивали в воздух, выставив вперёд клыки и когти и пытаясь достать животное. Первая собака, которой удалось приблизиться к нему, впилась клыками в заднюю лапу медведя.

Медведь взревел от злости и откинул пса, дёрнув лапой. Огромными когтями он разорвал собаку на части. Мёртвое животное упало на арену.

Толпа одобрительно заревела.

Другие собаки нападали на медведя со всех сторон, заставляя его яростно защищаться. Они кусали и царапали, но урон от действий медведя был сильнее – он ранил или убил почти всех собак.

«ДЕЛАЙТЕ ВАШИ СТАВКИ! ДЕЛАЙТЕ ВАШИ СТАВКИ!» – кричал голос. Мимо Сэма и Полли прошёл человек с протянутой рукой и мешком, полным монет. Завидев его, многие люди потянулись к карманам, кладя ему в руку монеты различных размеров и отталкивая Сэма в сторону. Мужчина прятал монеты в мешок, выдавая вместо них билеты.

«Двадцать пенсов на собак!» – прокричал какой-то мужчина, протягивая монету.

«Два фунта на медведя!» – выкрикнул другой.

Мужчина остановился перед Сэмом и Полли, глядя на них в упор и протягивая руку. «Голубки, будете делать ставки?» – спросил он.

Сэм смущённо посмотрел на Полли. Она, также смутившись, посмотрела в сторону.

«Мы не вместе», – поправила его Полли, покраснев.

Мужчине это было безразлично. Осознав, что ставки делать они не собираются, он прошёл дальше.

Сэм был смущён. Сам того не ожидая, он слегка расстроился от того, что Полли быстро поправила грубияна, сказав, что они не являются парой. Не то, что бы это было неправдой, просто ей не стоило заявлять это так настойчиво.

Мужчина прошёл дальше. На смену ему появился другой, с мешком за плечами: «ДЖИН! ДЖИН! Пятнадцать пенсов!»

Подвыпивший мужчина огромных размеров протиснулся мимо Сэма и грубо оттолкнул Полли, заставив её пошатнуться. Он протянул руку и взял бутыль с джином.

Сэм начинал выходить из себя. Посмотрев на Полли, он заметил, что она была вся на нервах.

«Ты в порядке?» – спросил он.

Она кивнула. Её до сих пор трясло.

«Пойдём отсюда, – сказала она, – Кейтлин здесь нет. Я хочу уйти отсюда».

Сэм тоже хотел скорее уйти из этого места, особенно после того, как он убедился, что Кейтлин и вправду здесь не было. Однако он не хотел уходить прямо сейчас.

Он не мог простить этому грубияну то, как он обошёлся с Полли. Сэм решил, что не уйдёт, пока не выскажет ему всё, что о нём думает.

«С вас пятнадцать пенсов», – сказал здоровяку торговец.

Вдруг мужчина вытащил из кармана небольшой нож и приставил его к горлу торговца.

«А не хочешь ли ты обменять бутылку джина на собственную жизнь?» – ответил он.

Испуганный продавец заторопился уйти.

Здоровяк развернулся и направился к своему месту.

Тут ему навстречу вышел Сэм и преградил дорогу. Он смело смотрел мужчине в глаза.

«Ты должен извиниться перед девушкой», – сказал он спокойным, серьёзным голосом.

Мужчина, который был на порядок выше Сэма и в два раза шире, посмотрела на парня с усмешкой, а потом злобно рассмеялся.

«Да ты что?» – сказал он.

Он развернулся и взглянул на Полли, облизав пухлые губы и чуть не захлебнувшись слюной:

«Я тебе вот что скажу, давай-ка я подарю ей пару побрякушек и отведу домой, где буду извиняться хоть всю ночь напролёт. Да, я думаю, я так и сделаю».

Мужчина сделал шаг навстречу Полли, собираясь схватить её за руку.

Секундой позже Сэм грубо оттолкнул его, заставив пролететь сквозь толпу и сбить несколько людей с ног прежде, чем приземлиться на землю.

«Пойдём, Сэм, – уговаривала Полли низким, торопливым голосом, схватив Сэма за руку и пытаясь его увести. – Прошу тебя».

Сэм пока не готов был уйти. Разумом он понимал, что это было самое лучшее, что он мог сейчас сделать. Разум не мог совладать с другой частью его сознания, жаждущей крови. Мести.

Здоровяк, судя по всему, не горел желанием извиняться. Он покраснел, сидя на земле и взирая на Сэма в лёгком шока. Сейчас уже вся толпа смотрела на него, улюлюкая и свистя. Здоровяк покраснел ещё больше.

Когда он поднялся на ноги, сзади него возникли двое здоровых мужчин. Сэм понял, что они были друзьями. Теперь все трое смотрели на Сэма, идя в его сторону и вытащив из-за пазухи ножи.

«Мальчишка, – сказал обидчик, – готовься распрощаться с жизнью. Надеюсь, она была неплохой».

Все трое набросились на Сэма.

Но он их совсем не боялся. Напротив, он был собран и готов к схватке.

Протянув руку, он отпихнул Полли назад так, что закрыл её своим телом, защищая от обидчиков.

Сделав два шага вперёд, Сэм подпрыгнул в воздух и ударил здоровяка в грудь обеими ногами, от чего тот отлетел назад. В ту же секунду, Сэм выставил вперёд руки и схватил его друзей за головы, а потом ударил их друг об друга.

Раздался жуткий трест, и оба упали на землю.

Сэму и этого было мало. Он бегом направился к обидчику Полли, ударил его снова, и тот вновь оказался на земле. Пытаясь подняться на ноги, он получил удар ботинком по лицу, от чего потерял сознание.

Сэм быстро развернулся, смотря, не нападает ли на него ещё кто-нибудь.

Толпа молча наблюдала за его действиями, шокированная увиденной сценой. Никто не решался выступить против Сэма.

Однако он увидел несколько мужчин, направляющихся к нему с другого края. Они были одеты во всё чёрное и выглядели как охрана, одетая в униформу. Они были высокими и злобными вышибалами.

У пятерых в руках были биты.

Сэм чувствовал, как внутри закипает злость, контролировать которую он уже был не в силах. Он откинулся назад и зарычал, чувствуя, как гнев проникает в каждую клетку его тела. Такой злобы он не испытывал никогда. Звук от его рёва эхом разнёсся по арене, заглушая шум толпы. От звука затряслись стены. Рёв Сэма был даже громче рёва медведя.

Зрители на стадионе обернулись и посмотрели в его сторону.

Вышибалы остановились метрах в трёх от Сэма, замерев от страха и пугающего звука.

Даже им стало ясно, что парень не был обычным человеком.

Сэм моргнул, открыл глаза и увидел перед собой Полли. Сконцентрировать внимание на ней было непросто, но она стояла в нескольких сантиметрах от него, обхватив лицо Сэма ладонями и пытаясь обратить на себя его внимание.

«Сэм, – говорила она, – это я».

Постепенно он успокоился.

Полли взяла его за руку и вывела через расступающуюся толпу. Все боялись встать у них на пути.

Через пару мгновений они вышли в ворота и оказались за пределами стадиона.

Полли быстро уводила Сэма всё дальше и дальше. Вскоре они оказались на берегу. К этому моменту Сэм уже совсем пришёл в себя.

Полли отпустила руку Сэма. Он был настолько поглощён собственной яростью, что почти не помнил, что только что произошло.

«Больше никогда так не делай, – резко сказала Полли. – Из-за тебя мы оба оказались в опасности, да и вся наша раса тоже».

Сэм был взбешён, ведь он только что заступился за её честь, а Полли даже не могла ему просто сказать «спасибо».

«О чём ты говоришь? – спросил он. – Я защищал тебя. Я заступился за тебя. Тот здоровяк тебя толкнул».

«Мне не нужна твоя защита, – ответила Полли. – Хочу тебе напомнить, что я могу отлично сама за себя постоять. Я же не человек. Тем более, я не хочу, чтобы за меня вступался парень, да и к тому же, ты не защищал меня, а наоборот, подверг меня опасности только для того, чтобы потешить собственное эго».

Теперь Сэм был зол на Полли. Он думал, что она будет как минимум благодарна, и не понимал, что могло её так расстроить.

«Хорошо, – отрезал он, – больше я тебе помогать не стану».

«Вот и отлично», – также резко ответила Полли.

Кипя от злости, Сэм стоял и смотрел, как она уходит.

Девчонки, подумал он. Ему их никогда не понять.

Глава седьмая

Кейтлин поражало, насколько отходчивы дети. Скарлет шла рядом с ней, буквально подпрыгивая на ходу от радости, громко смеясь и играя с Рут. Рут тоже была безмерно счастлива. Она ни на шаг не отходила от Скарлет, поворачивая голову то вправо, то влево в поисках возможной угрозы и не подпуская никого из чужаков даже на пару метров к девочке. Кейтлин никогда не видела Рут такой заботливой и радостной. Они со Скарлет словно были созданы друг для друга и не расставались даже на мгновение.

Скарлет широко улыбалась, и, глядя на неё сейчас, сложно было представить, что с ней вообще когда-нибудь плохо обращались. Глядя на ребёнка, Кейтлин самой становилось легче на душе. Она с болью вспоминала, как Скарлет, съёжившись, сидела в грязи, избиваемая жестоким человеком. Сейчас она словно ожила.

Кейтлин была счастлива видеть Скарлет рядом. Как она ни боролась с собой, но каждый раз глядя на Скартет, думала об их с Калебом ребёнке, который бы у них обязательно появился, останься они в 21 веке. Кейтлин всё думала, был бы их ребёнок похож на Скарлет или нет. Как бы странно это ни звучало, но, глядя на девочку, Кейтлин узнавала в ней себя. Связь между ними была такой сильной и естественной, что Кейтлин казалось, она знала её уже очень и очень давно.

Рут вновь заскулила, впервые после стычки в переулке. Скарлет тоже заметила, что волк была очень голодна. Прежде чем Кейтлин и Калеб решили, куда направиться дальше, Скарлет настояла на том, чтобы отвести их туда, где можно было раздобыть еды. Она направилась в нужном направлении, даже не дождавшись их ответа. Она видела, насколько Рут была голодна, и хотела ей помочь. Кейтлин и Калеб улыбнулись, следуя за Скарлет по извилистым улочками и переулкам.

Рут была просто счастлива, будто догадавшись, что сейчас её покормят.

«Мы уже близко, Рут, – подбадривала её Скарлет, гладя по голове. – Ещё несколько кварталов. Потерпи».

Рут радостно заскулила, и словно понимая девочку, завиляла хвостом.

Скарлет посмотрела на Кейтлин.

«Видишь, вон там? – спросила она. – Это река. Там заканчивается этот квартал. У реки мы повернём налево и пойдём по улице Бенксайд. За домами мы выйдем на верфь, а там находится человек, который торгует мясом. Это не самое лучшее мясо в городе, но зато оно дешёвое… хотя у меня всё равно нет денег».

«Не беспокойся об этом, – сказал Калеб, потянувшись в карман и достав оттуда горсть золотых монет. Кейтлин с удивлением посмотрела на него, гадая, где он мог достать столько денег. – Они не из этого века, – добавил Калеб с улыбкой, – но зато они золотые. Я не думаю, что торговец не откажется от подобного предложения».

Скарлет смотрела на него во все глаза. «Боже мой, – проговорила он, – получается, вы богачи?»

Калеб улыбнулся: «Что-то вроде того».

Скарлет едва могла сдержать волнение и бежала по улице почти вприпрыжку. Вскоре они дошли до реки, как она и говорила. Кейтлин поражалась тому, как хорошо эта маленькая девочка ориентируется в городе. Она вела их по извилистым улицам, давая возможность увидеть весь район целиком. Как настоящий гид, Скарлет настояла на том, чтобы показать им всё, чем мог гордиться этот квартал. Казалось, она давно готовилась к их встрече.

Дойдя до набережной, Скарлет вдруг остановилась и посмотрела направо. Кейтлин стало интересно, что же привлекло её внимание, предполагая, что девочка отвлеклась на проходящий мимо большой корабль.

Подойдя ближе, она увидела, что же на самом деле заставило Скарлет буквально застыть на месте. Вдали, на Лондонском мосту она увидела трёх заключённых, сидящих на эшафоте и в этот самый момент поднятых на ноги. Под звук рожков платформа ушла из-под их ног.

Они опустились вниз, повиснув на свёрнутых шеях.

Толпа взревела от восторга.

Кейтлин нежно развернула Скарлет, отворачивая девочку и отвлекая её внимание от жуткой сцены.

«Всё в порядке, – сказала Скарлет, – здесь такое происходит каждый день».

Кейтлин обеспокоенно посмотрела на девочку, даже не представляя, что той пришлось пережить, пока она росла в этом ужасном веке.

«Мне очень жаль, – сказала Кейтлин. – Должно быть, тебя это очень печалит».

Скарлет действительно выглядела расстроенной, но потом повела плечами и отвернулась.

«Пошли, Рут! Мы уже близко. Нам сюда».

Быстро зашагав в противоположном направлении, Скарлет повернула налево и пошла вдоль реки. «Вон там! – крикнула она, указывая вперёд. – Пойдём, Рут! – добавила она и побежала».

Кейтлин улыбнулась, не отводя от неё заботливого взгляда. Она уже чувствовала ответственность за безопасность этого ребёнка. Кейтлин посмотрела на Калеба, гадая, что он обо всём это думал. На секунду ей даже показалось, что он злился на неё за то, что она взяла Скарлет под их опеку.

Но Калеб выглядел таким же счастливым, как и Кейтлин. Кейтлин не могла отделаться от мысли, что, возможно, он тоже представлял, что именно такой могла быть их собственная дочь.

Калеб посмотрел на Кейтлин с улыбкой. «Она чудесная», – сказал он.

«Мы не может оставить её одну, – сказала Кейтлин. – За ней кроме нас некому приглядывать».

«Я знаю», – ответил Калеб.

Он протянул руку, и они пошли вместе, смотря, как впереди бегут Скарлет и Рут. Эмоции переполняли Кейтлин, и она была уверена, что в этот момент и Калеб смотрел на Скарлет, как на их родную дочь. От этого слёзы наворачивались на глазах.

Скарлет и Рут подбежали к большому деревянному зданию, находящемуся прямо у реки. На вывеске было написано «Таверна «Сокол»». Заведение было большим и, судя по постоянно входящим и выходящим из него людям, популярным, пусть и слегка подозрительным.

Кейтлин и Калеб догнали Скарлет, и все вместе они подошли к небольшой лавке, находящейся позади таверны и скрытой от глаз прохожих. Внутри находился мужчина в грязном, испачканном кровью переднике, отрезающий огромные куски мяса от туши.

«Два куска, пожалуйста», – сказала ему Скарлет.

Мужчина злобно на неё посмотрел. «А есть ли у тебя деньги, чтобы за них заплатить? – спросил с усмешкой. – Я тебе уже говорил: нет денег, нет мяса».

Калеб прокашлялся и сделал шаг вперёд. «Тебе придётся дать девочке два куска мяса, как она и просила, – серьёзно сказал он, меряя мясника взглядом. – Более того, ты дашь ей столько мяса, сколько она захочет». Вытащив руку из кармана, Калеб положил на прилавок большую золотую монету.

Опустив глаза вниз, торговец завороженно смотрел на сияющий металл. Кейтлин подумала, что, наверное, этой монеты было достаточно, чтобы купить тысячу кусков мяса.

Мясник тут же принялся отрезать огромные куски от туши и быстро передавать их Скарлет. Как только они попадали ей в руки, она тут же передавала их Рут, которая выхватывала мясо на лету.

Скарлет радостно смеялась.

Мужчина передавал ей куски один за другим, и она повторяли незатейливый ритуал.

Скарлет смеялась и подначивала: «Какая же ты голодная, Рут!»

Рут жадно облизывалась. Мясник продолжал отрезать куски, которые становились всё больше и больше. Скарлет скармливала их волку.

После шести щедрых порций, в игру вступил Калеб.

«Следующий кусок для тебя, Скарлет».

Она с радостью взяла мясо и с жадностью его съела. Девочка тоже была голодна.

«Нам тоже по кусочку», – добавил Калеб, и мясник отрезал два.

Кейтлин вонзила зубы в сырое мясо и высосала из него всю кровь. Калеб сделал то же самое. Она чувствовала, как кровь понеслась по венам, и только сейчас поняла, насколько была голодна.

Кусок мяса смог утолить голод, но не насытил Кейтлин. Ей нужно было отправиться на охоту. Она сделала глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. Где-то поблизости должен был быть лес, и она заставляла себя потерпеть ещё чуть-чуть.

«Пойдём, Рут, я покажу тебе, как здесь красиво!»

Скарлет обошла таверну, и Рут последовала за ней.

Кейтлин и Калеб едва поспевали за обеими. Когда Скарлет остановилась, они оказались у широкого деревянного причала, стрелой врезающегося в реку. У причала была лестница, ступени которой подходили прямо к воде. На большой вывеске было написано «Парижская садовая лестница». Лестница спускалась к воде и была полна людей, которые сидели, стояли и просто смотрели на воду. Лодки подвозили всё новых и новых отдыхающих.

Скарлет подбежала к воде и показала пальцем на лодку с большим, поднимающимся в небо парусом. Рут подбежала к ней и тоже стала смотреть.

Кейтлин стояла рядом, беспокоясь, как бы девочка не поскользнулась и не упала в реку. Она огляделась и изумилась – вид был словно с картины. Солнечные лучи пробивались сквозь облака и опускались на воду, по которой медленно плыли старинные шхуны.

Калеб обнял её за талию, тоже любуясь видом. Кейтлин сделала глубокий вдох. Впервые с момента как очнулась в этом веке, она почувствовала себя полностью расслабленной.

Миссия по-прежнему играла для неё важную роль, но сейчас, стоя рядом с Калебом, ей просто было хорошо. Она поняла, что его присутствие делало ей счастливой, а ещё осознание того, что все, кто был ей дорог, были в безопасности. Кейтлин вновь подумала о Сэме и Полли. Она надеялась, что они смогли выбраться из собора Парижской Богоматери целыми и невредимыми. Она подумала, что если бы ей удалось увидеть их здесь и сейчас, то она почувствовала бы себя по-настоящему счастливой.

В этот момент она услышала скрип деревянного настила позади себя и мгновенно напряглась. Быстро повернувшись, Кейтлин не поверила своим глазам.

Перед ней, шагая по лестнице и глядя на реку, шли Сэм и Полли. Они совершенно её не замечали.

Кейтлин подумала, что, наверное, они ей привиделись. Чтобы убедиться, что не бредит, она несколько раз быстро моргнула.

Нет, это не было галлюцинацией.

Сделав шаг вперёд, Кейтлин едва дышала от радости и удивления.

«Сэм? Полли?»

Оба обернулись и посмотрели на Кейтлин.

Это действительно были они.

* * *

Кейтлин была вне себя от радости, обнимая брата. По щекам текли слёзы, но она даже не думала выпускать его из объятий.

Наконец отстранившись, она посмотрела на Полли, свою когда-то лучшую подругу, и на секунду замешкалась. Кейтлин вспомнила, что при их последней встрече в Версале, они расстались не на самой лучшей ноте. Полли была околдована Сергеем и не желала слушать Кейтлин. В конце концов, они поссорились.

Полли сделала шаг вперёд и крепко обняла подругу. Кейтлин поняла, что что бы между ними ни было в прошлом, это осталось в прошлом. Было очень приятно видеть Полли вновь. Кейтлин был вне себя от радости. Для неё много значил тот факт, что и Сэм, и Полли были с ней в этом веке.

Кейтлин сделала шаг назад, вдруг вспомнив о Калебе. Она не помнила, были ли они все друг другу официально представлены.

Кейтлин прокашлялась: «Сэм, это Калеб».

«Я тебя помню», – сказал он, пожимая Калебу руку.

Калеб улыбнулся и ответил на рукопожатие. «Ты подрос, – сказал он. – Спасибо, что выручил тогда в соборе».

Сэм гордо улыбнулся, и Кейтлин была счастлива, что они нашли общий язык.

«Калеб, знакомься, это Полли».

Калеб слегка поклонился, взял ей руку и поцеловал. «Рад познакомиться», – сказал он.

Кейтлин услышала сдавленный кашель, опустила глаза и увидела улыбающуюся Скарлет. Она ждала, когда её тоже представят.

Ну, конечно. Кейтлин было неловко, что она забыла про девочку. Она присела рядом с ней.

«А сейчас самая важная новость. Позвольте мне вам представить Скарлет, – сказала Кейтлин. – Теперь мы – её новая семья». От этих слов на душе стало теплее.

Скарлет сделала шаг вперёд и протянула руку, совсем как взрослая.

«Рада с вами познакомиться», – произнесла она как можно серьёзнее.

Сэм улыбнулся и с готовностью пожал ей руку.

Полли присела и крепко обняла девочку.

«Боже мой, какая же ты милашка! – сказала она. – И красавица. Вы только посмотрите на эти волосы и глаза. Ты самая красивая девочка, которую я когда-либо видела, – закончила Полли».

Скарлет расплылась в радостной улыбке.

Рут гавкнула, вызвав немалое удивление у Полли. Она вновь опустилась на колено и обняла волка. «Боже мой! Посмотрите-ка на неё! Как ты подросла!»

Рут облизывала Полли лицо, пока та нежно гладила её по голове.

«Ох, – сказала Полли, поднимаясь и глядя на Кейтлин, – мы тебя повсюду искали. Невероятно, что всё-таки наши. Мы только что были на самых ужасных медвежьих боях. Боже, это был настоящий кошмар; худшее место, в котором мне приходилось бывать. Мы шли вдоль реки, стараясь предугадать, куда ты направишься дальше. На секунду я даже засомневалась, что мы вообще тебя найдём, а потом…»

«Скажу просто: мы очень рады тебя видеть», – прервал её Сэм.

Полли раздражённо посмотрела в его сторону.

Кейтлин переводила взгляд с одного на другого, на секунду предположив, что они начали встречаться. Потом она увидела раздражение в их взглядах и поняла, что ошибается. Сама эта мысль её немало позабавила.

«Мы тоже были у того стадиона, – сказала она, – но совсем недолго. Нам так и не удалось зайти внутрь».

«Это всё объясняет, – сказал Сэм, – потому что мне показалось, что я почувствовал там твоё присутствие, но я был не уверен».

«Что вы делали в этом ужасном месте?» – спросила Полли.

«Ну, – начала Кейтлин, – мы искали разгадку, по крайней мере, пытались. Мы очнулись в Вестминстерском аббатстве, там были другие вампиры, и они нам помогли. Они привели нас к золотому скипетру, который помог найти это кольцо».

Кейтлин протянула руку, показывая украшение. Сэм придвинулся ближе, очарованно глядя на украшение. Подобную реакцию в нём вызывало всё, что было связано с отцом. Он медленно прочитал надпись вслух.

Через Мост, рядом с Медведем, с Винтом или взором мы обойдём Лондон.

Он молча нахмурился.

«Мы пересекли Лондонский мост, – продолжила Кейтлин, – думая, что, может быть, именно этот мост имеется здесь в виду. Тут говорится о медведе. Мы узнали о медвежьей забаве и пошли туда, надеясь, что и это то место, которое упоминается в загадке. К сожалению, там мы ничего не нашли. Мне кажется, мы неправильно поняли подсказки, хотя изначально я думала, что мы движемся в правильном направлении. Сейчас я больше в этом не уверена».

«Через мост, рядом с медведем, – повторил Сэм, пытаясь что-то понять. – Через мост, рядом с медведем… Не имею ни малейшего понятия, что здесь имеется в виду, – наконец выдохнул он».

«Я тоже», – сказала Полли.

Повисла тишина, все четверо стояли, глубоко задумавшись.

«Если прочесть загадку быстрее, то, возможно, вы всё поймёте», – сказала Скарлет.

Кейтлин и все остальные развернулись и посмотрели на девочку. Скарлет радостно улыбалась хитрой, игривой улыбкой.

«Что ты сказала?» – спросила Кейтлин.

«Мне ваша загадка кажется понятной».

Кейтлин внимательно посмотрела на Скарлет, гадая, что, возможно, она поняла то, до чего они не смогли додуматься.

«Что, – быстро спросила Кейтлин, – тебе понятно?»

«Ну, – медленно начала Скарлет, наслаждаясь вниманием взрослых, – Сэм прочитал её слишком медленно, и в этом была вся проблема. Попытайся прочесть быстрее, так вы заметите суть».

Калеб нахмурился: «О чём ты говоришь?»

«С винтом или взором, – сказала Скарлет. – Это важная часть. Прочитай её быстрее».

Секунду Скарлет колебалась, а потом продолжила: «Это не «с винтом или взором», если прочитать быстро, то получится не «винтом или взором», а «виндзором». Здесь говорится о Виндзоре. Вы же знаете Виндзорский замок? Если перейти через мост, то вы окажитесь в Виндзоре. «Рядом с медведем» означает Медвежий лес, – добавила Скарлет так, будто говорила о самых очевидных вещах на свете».

Все смотрели на неё в большом удивлении.

Она лишь гордо улыбнулась:

«Вы ищете Виндзорский замок».

Глава восьмая

Кайл открыл глаза. Его одолевала ярость. Оно сразу же почувствовал, что оказался в том же веке и том же городе, что и ненавистные Кейтлин, Калеб и Сэм. Уже за это он должен был быть благодарен, но никакой благодарности он не чувствовал.

Ему до безумия надоели путешествия во времени, особенно когда он двигался не в том направлении, в каком хотелось бы – в Нью-Йорке сейчас разгоралась война, его война. За это он ненавидела Кейтлин ещё больше с каждым новым путешествие в прошлое. Кайл лежал, охваченный гневом настолько, что не мог пошевелиться. Он мечтал о том, как будет ей мстить. Ему уже не было достаточно просто найти Кейтлин и замучить её до смерти. После всех этих перемещений в прошлое Кайл хотел большего. Даже убийства её любимого, Калеба, и брата Сэма уже не было достаточно. Ему нужно было больше крови. Кайлу необходимо было придумать более коварный план, например, выследить и найти всех её друзей и дальних родственников, а потом медленно пытать их и убивать.

Мысль об этом помогла ему расслабиться и даже на мгновение улыбнуться. Да, возможно, это был неплохой план. Кайл видел, как мучает и убивает каждого, кто был близок Кейтлин, оставляя её напоследок и заставляя смотреть, как умирают её родные и друзья. Кайл придумывал разные методы пыток – опускание в кислоту и чаны с кипящим маслом, скармливание по частям голодным акулам… Улыбка его становилась всё шире.

Кайл громко выдохнул, начиная приходить в себя. Всё понемногу встало на свои места.

Он лежал в полной темноте, ощущая комфорт каменного саркофага. Потянувшись к ремню, он с радостью отметил, что сосуд с палочкой бубонной чумы был на месте. Это его очень радовало. В этом сосуде было достаточно живых культур возбудителя чумы, чтобы в одиночку стереть с лица земли весь этот город и посеять хаос немыслимых масштабов. Кайл наделает столько шуму и создаст такую панику, что Кейтлин и её дружкам придётся выйти из тени. Эти жалкие вампиры, словно крысы, вылезшие из канализации, бросятся на помощь людям. Обвести их вокруг пальца было до смешного просто.

Кайлу его новый план нравился всё больше и больше. Зачем он потратил столько сил и энергии на выслеживание Кейтлин, охотясь за ней из века век? На этот раз он сделает всё так, что она сама придёт ему в руки. Разрушения и хаос привлекут Кейтлин словно магнит, играя на её желании помочь человечеству. Кайл сможет застать её врасплох и расправиться с ней раз и навсегда.

Кроме того, он не хотел рисковать, вступая с Кейтлин в открытое противостояние. В прошлый раз её брат, Сэм, совершенно сбил его с толку своими способностями к перевоплощению. Да и его бой с Кейтлин прошёл не совсем так, как Кайл планировал. Как он и боялся, и она, и брат, стали очень сильны. Сейчас они превратились в смертельных и опасных врагов, с силой которых ему приходилось считаться. Кайл больше не был уверен, что сможет убить их в одиночку в схватке один на один, особенно если учитывать тот факт, что с ними ещё был Калеб. Тратить силы на бесплодные попытки Кайлу не хотелось.

В это раз рисковать было нельзя. В этот раз у него был запасной план, который поможет ему убить и Кейтлин, и Калеба, и всех остальных.

Кайл найдёт своего старинного друга Тора, заключённого в Лондонском Тауэре. Несколько веков назад они вдвоём наделали немало шума, мучая и убивая людей и вампиров-противников. Кайл с нетерпением ждал их новой встречи. Но и это было не всё: у Тора на руках был козырь, который был так необходим Кайлу – у него был специальный яд, который убивал вампиров.

Несколько столетий назад, в Тёмные века, Кайлу пришлось видеть действие это яда – это было единственное средство, которое уничтожало вампира раз и навсегда. Яд не просто вызывал смерть, но и приводил к многочасовым, изматывающим страданиям. Кайл улыбнулся воспоминанию. Какое чудесное изобретение. Ему даже не нужно было сталкиваться лицом к лицу с Кейтлин или остальными. Всё, что от него требовалось, это освободить Тора, забрать у него яд и подсыпать его в их еду и напитки. Пришло время действовать умно, подумал про себя Кайл.

Почувствовав головокружение, он размахнулся и пробил каменную крышку одним точным ударом кулака. Плита разлетелась на мелкие кусочки. Кайл выпрыгнул из саркофага, словно переродившись.

Осмотрев помещение, он убедился в том, что очнулся как раз там, где и планировал – в подземном склепе Гилдхолла, прямо в центре Лондона. В десятках метрах над ними находился сам Гилдхолл, городская ратуша, где собираются все политики города, эти жалкие людишки, мечущиеся из угла угол и ломающие головы над созданием злостных планов для утверждения собственной власти и амбиций. Как же Кайл ненавидел политиков.

При этом он понимал, что без них не процветали бы жадность и коррупция. На самом деле Гилдхолл очень напоминал ему городскую ратушу в Нью-Йорке. Очень удобно создавать склепы под логовом политиков.

В гробнице были низкие потолки и плохое освещение. Свет от нескольких факелов позволял Кайлу рассмотреть ряды саркофагов, в которых хранились тела вампиров, которые провели в вечном сне последние несколько веков. Город поймал их и запер здесь какое-то время назад, предполагая, что из этого склепа им уже никогда не выбраться. И люди были правы.

Единственное, что они не могли предугадать, так это возвращение Кайла.

Кайл не терял времени. Он разрушал саркофаг за саркофагом, оглушая помещение грохотом разбивающихся каменных плит. Через несколько минут весь пол был усыпан каменными обломками. Десятки злобных вампиров сели в своих гробах, освободившись от многовекового заточения. Закончив с саркофагами, Кайл встал посреди склепа и посмотрел на свою небольшую армию. Все глаза были устремлены на него. Вампиры были благодарны за освобождение и готовы выполнить любые его указания.

«СОРАТНИКИ! – прокричал он страшным голосом. – СЛЕДУЙТЕ ЗА МНОЙ!»

Послышался стон и рёв одобрения. Кайл развернулся и бросился из комнаты. Он знал, что вампиры следуют за ним по пятам, ведь он был их новым лидером и знал, что они последуют туда, куда он скажет, и выполнят всё, что он потребует. Они станут его легионерами. Кайл выпустит их в разные концы города и использует для распространения хаоса.

Однако сначала ему нужно было разобраться с политиками. Ринувшись в каменный коридор, он пробежал по подземным уровням старинного здания, преследуемый своей небольшой, но верной армией. Поднимаясь по средневековым ступеням, он пробегал пролёт за пролётом до тех пор, пока не достиг наземных этажей Гилдхолла. Одним сильным ударом он выбил массивную дубовую дверь, которая висела на старинных петлях уже несколько веков.

Ворвавшись в главный зал, Кайл оказался в большом средневековом помещении. Зал был великолепен: десятки метров в длину и высоту, он заканчивался сводчатыми потолками и толстыми стенами из известняка шириной в полтора метра. Стены и потолок украшали статуи, горгульи и библейские мотивы: в одном углу находилась большая статуя мифического гиганта Гога, а напротив него возвышался Магог. Кайлу нравились эти злобные гиганты ещё из Библии – они были воплощением самого зла. Он никогда не понимал, почему люди выбрали именно эти статуи для украшения зала.

Глядя на сотни политиков, собравшихся внутри, не трудно было догадаться, почему они сделали такой выбор. Эти политики были воплощение человеческого зла, но Кайл питал к ним симпатию. И это даже несмотря на то, что ненавидел их со всей страстью, на какую был способен. После очередного путешествия во времени ему нужно было выместить на ком-то злобу. А ещё ему нужна была еда, а эти люди были лёгкой добычей.

Кайл ворвался в зал, преследуемый другими вампирами. При его появлении толпа политиков с криком стала разбегаться кто куда.

Далеко уйти им не удалось.

Через несколько мгновений Кайл уже отрывал им головы направо и налево, присасываясь к обезглавленным шеям и выпивая всю кровь. Солдаты его небольшой армии занимались тем же самым. Они не пили крови вот уже несколько веков, и голод их был ужасен.

Несколько минут спустя все стены и пол были залиты кровью. Никто из людей не выжил.

Когда кровавый пир закончился, Кайл повернулся и посмотрел на его верных головорезов.

«БРАТЬЯ! – крикнул он. – Вы поможете мне распространить чуму по всему городу, и пусть ничто вас не остановит, пока вы не закончите свою миссию, – добавил Кайл, выдавая каждому вампиру небольшие сосуды с возбудителем чумы. – Когда вы справитесь с заданием, вы можете убивать столько, сколько захотите, но только по моему приказу, – он остановился и осмотрел толпу. – Вам понятно?»

Вампиры одобрительно зарычали.

Кайл улыбнулся.

Как же он скучал по Лондону.

Глава девятая

Кейтлин летела над полями и деревнями Британии. Улыбка не сходила с её лица. Рядом с ней летели Сэм, Полли и Калеб. Калеб держал в руках Рут, а на спине Кейтлин удобно расположилась Скарлет, обхватив её своими маленькими ручками. Кейтлин вспомнила, какой удивлённой была Скарлет, когда Кейтлин ей сказала, что может летать, и они вместе поднимутся в небо. Никто и никогда не смотрел на Кейтлин такими широко раскрытыми глазами. Если бы Скарлет была взрослой, она бы подумала, что это шутка, ведь люди не умеют летать, но Скарлет была ребёнком и сразу же поверила в возможность путешествия по воздуху. Она была вне себя от радости, будто Кейтлин только что на своём примере доказала, что чудеса существуют.

Не теряя ни секунды, Скарлет забралась Кейтлин на плечи. Кейтлин сказала ей держаться как можно крепче. Минутой позже они уже были в воздухе. Кейтлин слышала, как Скарлет кричит и смеётся от восторга, когда они направились в сторону горизонта. Лица её Кейтлин видно не было, но она могла легко представить его восторженное выражение.

Кейтлин вспомнила, как они разгадали загадку благодаря сообразительности Скарлет. Она не переставала удивляться тому, какой смышлёной была эта девочка. Ей удалось обойти четырёх взрослых и разгадать загадку за доли секунды. Кейтлин не могла даже представить, что сделать это сможет ребёнок. Нужно признать, Кейтлин недооценивала способности Скарлет: теперь она понимала, что Скарлет была совершенно особенной девочкой. Им всем очень повезло её найти. Кейтлин не могла отделаться от мысли, что их действиями вновь руководила судьба, и что их встреча с этой удивительной малышкой была предопределена.

Виндзорский замок. Ну, конечно. Это было легендарное место, о котором Кейтлин узнала ещё в школе. В ту же секунд, когда Скарлет назвала его название, Кейтлин почувствовала, что дальше им следует направляться именно туда. А стоило Калебу напомнить ей, что уже многие века Виндзорский замок является резиденцией королей, и именно в нём король Артур встречался с рыцарями Круглого стола, как последние сомнения отпали – там они могли найти старинные реликвии и подсказки. Их путь лежал в Виндзорский замок и никуда более.

Замок находился всего лишь в 30 километрах к западу от Лондона. Летя на максимальной скорости, Кейтлин увидела полосу леса. Судя по всему, людей здесь не было. В желудке снова предательски заурчало. Они летели очень быстро, и времени на остановки у них не было. Прошло не более пятнадцати минут, как они покинула берег Темзы, а перед глазами уже открывались завораживающие виды древнего замка.

За время своих путешествий Кейтлин удалось посетить ряд красивых и незабываемых мест, но этот замок был прекраснее, чем всё, что ей приходилось видеть раньше. Первое, что бросалось в глаза, это огромные размеры строения, раскинувшегося на большой территории. Замок покрывал площадь в десятки гектар, а идеально ухоженная широкая пешеходная дорожка, проходящая по его территории, тянулась на несколько километров. Замок находился на небольшом холме, и вход венчали массивные ворота.

К счастью для них, Кейтлин и её друзья могли пролететь над воротами и увидеть, что же скрывается за ними. Замок имел огромный внутренний двор с ухоженными лужайками и многочисленными постройками. Казалось, что здесь был не один, а несколько замков, соединённых вместе в одну архитектурную конструкцию, центром которой была круглая башня, находящаяся на вершине холма и уходящая своим стенами высоко в небо. Башня стояла отдельно от всех остальных строений, отделяемая от них заполненным водой рвом.

«Замок! – восхищённо прокричала Скарлет. – Настоящий замок!»

Её радость и восхищение передались и Кейтлин, которая улыбнулась ещё шире, почувствовав, как девочка крепче обняла её за плечи.

«Смогу ли я познакомиться с настоящей принцессой?» – спросила Скарлет.

Кейтлин улыбнулась.

«Возможно», – ответила она.

«Это та башня! – прокричал Калеб. – Здесь встречались король Артур и его рыцари».

Он указал в противоположном направлении.

«А это капелла Святого Георгия, традиционное место встречи правителей».

Облетая территория замка, кружа над ним снова и снова, они пытались впитать в себя его великолепие. С каждым новым кругом Виндзор производил на Кейтлин всё большее впечатление. Ею овладела дрожь, и она знала, что какие бы подсказки они ни искали, они были спрятаны здесь. Кейтлин почувствовала прилив сил, зная, что всё делает правильно.

«Где нам лучше приземлиться?» – спросил Сэм.

Кейтлин и сама об этом думала. Территория замка была огромной, и подсказка могла быть спрятана где угодно. Ещё Кейтлин заметила королевских стражников и солдат, охраняющий замок со всех сторон. Она понимала, что если они решат приземлиться прямо рядом с главной башней, конфронтации не избежать.

«Давайте приземлимся за территорией замка и войдём внутрь, как все остальные люди».

Все согласились и опустились на землю вдали от посторонних глаз, за небольшой рощей.

Кейтлин опустила Скарлет на траву, а Калеб выпустил из рук Рут. Скарлет сразу же взяла Кейтлин за руку, прыгая от радости. Все направились к главным воротам.

«А мы буду летать снова? – спросила девочка. – Мне нравится летать».

«Скоро полетаем, – улыбнулась Кейтлин. – Сначала нам нужно увидеть Принцессу».

«А на ней будет корона? – спросила Скарлет. – Я смогу её примерить?»

Кейтлин улыбнулась. «Посмотрим», – сказала она.

Впятером, не считая Рут, они подошли к главным воротам. Кейтлин оглядела высокие каменные стены. С земли они выглядели ещё более внушительно. У ворот стояло несколько стражников, преграждающих им путь.

Кейтлин догадалась, что, вероятнее всего, со стороны они – Кейтлин, Калеб, Сэм, Полли, Скарлет и Рут – представляли собой достаточно странную компанию. На секунду она даже испугалась возможной реакции стражников. Она подумала, что не каждый день они видели перед собой целую группу посетителей, желающих осмотреть королевский дворец.

«Замок закрыт для посещений», – серьёзно произнёс стражник, глядя прямо перед собой и преграждая им дорогу.

Они остановились, и Кейтлин задумалась над тем, что же можно было с этим сделать. Честно говоря, именно подобной ситуации она боялась больше всего. Кейтлин стала задумываться, что, возможно, им нужно было зайти с другого входа.

«Но мне нужно попасть внутрь», – сказала Кейтлин.

«Зачем?» – отрезал стражник.

«Я выполняю миссию, очень важную миссию, и она привела меня сюда», – ответила Кейтлин, не желая вдаваться в лишние подробности.

«Мне жаль, – сказал стражник, – но вы не сможете войти без приглашения».

Кейтлин начала терять терпение, поэтому сделала глубокий вдох, чтобы вновь обрести контроль над собственными эмоциями.

Сэм был не так сдержан, как сестра. Он сделал шаг вперёд и встал прямо напротив стражника.

«Моя сестра говорит, что хочет войти, – сказал он, – поэтому мы туда войдём».

Размахнувшись, он сбил стражника с ног одном ударом кулака.

Кейтлин была поражена. Он едва коснулся человека, а тот уже отлетел на несколько метров, запнулся и ударился о другого стражника, сбив и его.

Дюжина стражников тут же извлекли мечи из ножен и направились в их сторону.

Кейтлин была раздосадована. Сэму следовало быть более сдержанным и контролировать свои эмоции. Ему нужно было дать ей решить эту проблему. Теперь им предстоит сражаться. А битва была последним, чего сейчас хотелось Кейтлин.

Но хуже всего было то, что Скарлет начала плакать, а Рут – гавкать. Кейтлин внутренне напряглась, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля.

Стражники подходили всё ближе, и Кейтлин думала о том, как избавиться от них, не причинив им при этом особого вреда. В этот самый момент открылась массивная дубовая дверь.

Им навстречу вышла поразительно красивая женщина, одетая в прекрасный наряд, который дополняли изысканные украшения. Красивее её Кейтлин не встречала никого на свете. Женщина подошла к ним, преградив путь охране, словно стена, разделяющая две враждующие стороны. Напряжение тут же спало.

Женщина подошла к Кейтлин и внимательно на неё посмотрела.

Кейтлин не верила своим глазам. Перед ней стояла та, кого Кейтлин очень любила и когда-то считала своей близкой подругой.

Перед ней стояла Лили.

Лицо Лили не выражало никаких эмоций и как всегда выглядело так, как должно выглядеть лицо представителя королевской семьи. Кейтлин начала сомневаться в том, что Лили её помнит.

Напряжённая тишина повисла в воздухе. Все ждали того, что она скажет.

И вдруг Лили улыбнулась.

«Кейтлин, – произнесла она, улыбаясь шире, – я же говорила тебе, что мы встретимся вновь».

Глава десятая

Кейтлин всё казалось сном: она и все остальные шли по большому внутреннему двору Виндзорского замка. Она была невероятно счастлива вновь увидеть Лили и поражена тем, что люди, как и вампиры, могли перемещаться во времени и проживать несколько жизней. Было странно вновь видеть Лили среди местной королевской знати.

Здесь всё было по-другому – другое время, другие люди, другой замок – но с другой стороны, ничего не изменилось. Перед Кейтлин была Лили, всё также прекрасная дама королевских кровей, ничуть не изменившаяся и просто живущая в другом веке и другом дворце. Кейтлин задумалась, не суждено ли нам всем проживать похожие жизни вновь и вновь, изменяя лишь декорации в виде века, города, моды и имён? Были ли все времена как-то связаны между собой? Было ли расстояние между городами и разница в столетиях лишь иллюзией?

Кейтлин вдруг почувствовала сильную связь со всем, что её окружало, и всеми, кто был рядом. Ну, и, конечно же, с Лили. Как и Полли, Лили была её самой близкой подругой, поэтому увидеть её вновь здесь, в Виндзоре, было так же радостно, как встретиться с любимой сестрой после долгой разлуки.

Лили, к слову, совсем не изменилась. Она была такой же высокой, гордой и царственной, с такой же красивой смуглой кожей, струящимися чёрными волосами и яркими зелёными глазами. Единственное, что отличалось, – это её наряд и драгоценности. Она по-прежнему была закутана в многочисленные слои ткани, спадающие к её ногам, на ней по-прежнему были самые изысканные украшения, начиная от длинных серёг и заканчивая бриллиантовым ожерельем и кольцами с изумрудами. Поведение её тоже изменилось. Сейчас оно было больше британским, чем французским.

Они шли, и Кейтлин не переставала удивляться величию Виндзора. Её поражал размер и размах строений, раскинувшихся в форме большого прямоугольника с двором посередине. Вдали, на вершине холма она видела круглую башню, величественно взирающую на окрестности.

«Британская королевская семья живёт в Виндзорском замке уже несколько веков, – сказала Лили. Они следовали за ней, внимательно слушая. – На этом месте состоялась встреча короля Артура и рыцарей Круглого стола. Это произошло ещё до постройки замка и послужило её причиной. Это место считается священным. Более того, Круглый стол располагался на вершине холма, там, где сейчас находится башня».

Неожиданно для всех Скарлет подошла к Лили и потянула её за рукав.

«А вы настоящая принцесса?» – спросила она.

Лили улыбнулась и погладила её по голове. «Нет, моя дорогая, – ответила она, – но уверена, что ты – точно принцесса».

Скарлет смотрела на неё во все глаза, а потом смущённо засмеялась.

«Нет, это не так», – ответила девочка.

Кейтлин посмотрела на Скарлет со всей серьёзностью, на которую была сейчас способна, и сказала: «Нет, Скарлет, ты – настоящая принцесса и никогда об этом не забывай».

Теперь Скарлет удивлённо смотрела на Кейтлин. Было заметно, что её переполняет гордость. Кейтлин взяла Скарлет за руку и не отпускала весь остаток пути.

«Моя миссия привела нас сюда, – сказала она Лили, пока они гуляли по двору. – Я до сих пор ищу отца, – Кейтлин обернулась и посмотрела на Сэма. – Мы до сих пор ищем отца, – поправила она себя, – отца и мифический щит».

«Я знаю, – ответила Лили. – Я уже давно тебя жду. Обычно именно вампиры отвечают за сохранность реликвий, но в этом случае они выбрали меня, – Лили остановилась и серьёзно взглянула на Кейтлин. – Я точно знаю, что ты ищешь».

Кейтлин посмотрела на подругу, чувствуя, как быстрее забилось сердце. Кейтлин вдруг подумала, что отец мог сейчас быть в этом замке. По своим размерам и грандиозности Виндзор вполне подходил ему по духу.

«Следуйте за мной», – сказала Лили, развернувшись и направившись к роскошному зданию.

Впятером они следовали за ней, переходя из коридора в коридор. Лили провела их вверх по средневековой винтовой лестнице и вдоль по новому коридору. Кейтлин с интересом рассматривала интерьер. Они шли по дорогим коврам, встречая на пути массивные хрустальные канделябры.

Наконец они дошли до самой большой лестнице, по которой Кейтлин когда-либо приходилось ступать. Лестницу обрамляли оригинальные перила. Спустившись по ступеням, они увидели большую статую с окружающими её доспехами. Статуя высилась на десяток метров вверх. Спускаясь по выстланным коврами мраморным ступеням, Кейтлин чувствовала себя настоящей принцессой.

«Сейчас здесь живёт королева Елизавета, – сказала Лили, – со всем двором и прислугой. Здесь постоянно живут не менее нескольких сот человек – королевская знать, советники… Этот замок – настоящий город в миниатюре».

Они прошли через очередной каменный зал с высокими сводчатыми потолками и витражными окнами вдоль стен. В зале им встретились десятки охранников. Наконец Лили вывела их к большой дубовой двери, открыла её и вошла внутрь с улыбкой на лице.

«Капелла Святого Георгия», – объявила она, взмахнув рукой.

Кейтлин и остальные вошли внутрь. От вида капеллы захватывало дух.

Оказавшись в зале, Кейтлин поняла, что капелла была главной архитектурной жемчужиной комплекса. Казалось, что на создание этой красоты ушло не менее тысячи лет. Пол был отделан чёрно-белой мраморной плиткой ромбовидной формы. Пол был так тщательно начищен, что ярко отражал солнечный свет. Известняковый сводчатый потолок возвышался на десятки метров и сводился к центру. Зал капеллы был узким и длинным, а стены были высокими, сводчатыми и украшенными витражами. Перед собой Кейтлин увидела ряды деревянных скамей, на которых, как ей казалось, восседали королевские особы и политики во время важных заседаний. Капелла выглядела как средневековый парламент. Интересно, проводили ли свои встречи здесь король Артур и его рыцари…

Высоко у потолка висели многочисленные флаги всех цветов, форм и размеров.

«Рыцари ордена Подвязки, – объяснила Лили. – Когда-то именно здесь проходили заседания ордена. Рыцарский орден Подвязки был высшим рыцарским орденом Англии, в который входили лишь представители элиты и самых благородных семей. Свои встречи они проводили в главном зале капеллы.

Нужно также знать, что в этом зале сотни лет находили свой последний приют английские короли и королевы. Именно поэтому он играет такую важную роль для нашей миссии».

Кейтлин посмотрела на Лили в недоумении, но так лишь развернулась и продолжила путь, стуча каблуками по мраморному полу. Все последовали за ней.

«Это здесь живёт принцесса?» – спросила Скарлет, дёргая Кейтлин за штанину.

Кейтлин улыбнулась и погладила девочку по голове. «Я не знаю, – ответила она, – но скоро узнаю».

Пройдя дальше внутрь зала, они увидели, что он был разделён пополам искусно вырезанной перегородкой из красного дерева. Пройдя в дверь, они оказались в другой части помещения, которая была ещё более впечатляюще красива.

С одной стороны располагались десятки саркофагов – больших, мраморных, искусно украшенных гробов. Именно в них лежали тела бывших королей и королев государства.

Стоило им войти в эту часть помещения, как Кейтлин почувствовала вибрацию в воздухе. Кольцо жгло палец. Кейтлин понимала, что была близка к тому, чтобы найти то, что искала, чем бы это ни было.

Сделав шаг вперёд, она позволила кольцу себя вести. Вскоре Кейтлин оказалась в углу помещения, перед отдельно стоящим огромным саркофагом. Приглядевшись, она стала изучать изображение на крышке: древнего рыцаря с длинной, струящейся бородой. На голове его была корона, а в руках он держал жезл. Одетый в королевскую мантию и кольчугу, он держал руки скрещенными на груди.

Кейтлин также заметила, что один его палец был поднят, и она знала, она просто знала, что это должно было значить.

Сняв кольцо и последовав совету интуиции, она надела его на палец статуи.

Все окружили Кейтлин в напряжённом ожидании.

Кольцо подошло идеально.

Послышался тихий щелчок, и в другой руке статуи появился небольшой, мраморный футляр. Оглядев его внимательнее, Кейтлин заметила, что с одной стороны он был закрыт не совсем плотно.

Потянув, она обнаружила, что футляр был полым, и внутри находился пергаментный свиток.

Сердце Кейтлин забилось быстрее. Она аккуратно достала хрупкий листок бумаги.

Все обступили её ещё плотнее, и Кейтлин его развернула. Внутри находился текст, написанный замысловатым старинным подчерком, в котором Кейтлин тут же узнала подчерк отца. Она была очень взволнована.

Прокашлявшись, Кейтлин начала читать вслух:

Мои любимые Кейтлин и Самюэль,

Если вы читаете это письмо, это значит, что вы вместе прошли большой путь в поисках Щита. Этот свиток, который вы сейчас держите в руках, был спрятан особенно тщательно, поэтому если сейчас вы находитесь здесь, значит, этому суждено было случиться. Я горжусь вами обоими.

Вы – две половины одного целого, Роза и Шип, и у каждого из вас своя судьба. Вы ищите одно и то же, но пути к достижению цели у вас должны быть разные. У каждого из вас свой путь.

Самюэль, твой путь ведёт тебя в Уорик, там ты сможешь начать поиски ответов на мучающие тебя вопросы.

Кейтлин, найди меня на судейском холме.

С любовью,

Ваш отец.

Кейтлин опустила свиток и посмотрела на Сэма. Он тоже смотрел на неё во все глаза. По выражению его лица было понятно, что письмо ввергло его в состояние шока. В конце концов, это была первая подсказка, в которой напрямую упоминалось его имя. Кейтлин вспомнила свои ощущения, когда впервые прочитала письмо, адресованное непосредственно ей.

«Самюэль, – сказал Сэм. – Меня уже сто лет никто так не называл».

Кейтлин вновь прочла послание, пытаясь разгадать его тайный смысл. Ей было приятно, что отец оставил для них письмо, и сейчас она чувствовала себя так, будто была невероятно близка к разгадке. С другой стороны, ей было больно от мысли, что придётся вновь расстаться с Сэмом. Почему они не могли продолжить поиски вместе? Чем же так различались их судьбы?

Судейский холм.

Что бы это могло значить?

Кейтлин медленно перевела взгляд на Калеба, гадая, мог ли он знать, о чём говорил отец, но он отрицательно покачал головой. То же самое сделали Полли и Сэм.

«Уорик? – спросил Сэм. – Что это за место?»

Лили прокашлялась:

«Ну, это легко. Уорик может значить только одно – Уорикский замок. Это один из самых древних замков Англии, который уже многие тысячи лет является важной крепостью для вашей расы».

«А что такое судейский холм?» – спросила в свою очередь Кейтлин.

Лили медленно покачала головой: «Здесь я знаю не больше твоего».

* * *

Кейтлин не могла избавиться от сотни роящихся в голове мыслей, восседая за огромным обеденным столом вместе с остальными. Письмо от отца, которое она уже успела прочесть несколько раз, стало бомбой, взорвавшей её сознание. В нём было столько недосказанности и столько намёков, касающихся её будущего и будущего Сэма. В голове она снова и снова прокручивала строки из письма, пытаясь понять, что же они могли значить.

Сейчас у неё не было времени думать о письме. Лили привела их на грандиозный званный обед, благородно организованный ею в их честь. Обед был поистине роскошным. Кейтлин сидела за огромным дубовым столом. С одной стороны сидела Скарлет, с другой – Калеб. Полли и Сэм расположились напротив. Вшестером они сидели за столом, рассчитанным на сотню человек, уютно погрузившись в роскошную мягкость позолоченных кресел.

Кейтлин осматривала столовые приборы, изысканный китайский фарфор, букеты из свежих цветов, огромные свечи и люстры. Через большие окна в зал пробивались лучи закатного солнца. Стол ломился от всевозможных блюд: здесь были и вкуснейшие стейки, и жирные индейки, и разные виды хлеба, и фрукты, и варенья, и десерты… ассортимент был просто огромен. Рядом с гостями стояло несколько официантов, готовых выполнить любые их указания.

Кейтлин посмотрела на Скарлет. Девочка была поражена представшим перед ней гастрономическим изобилием. За свою короткую жизнь она не видела ничего подобного. Кейтлин широко улыбнулась, полагая, что Скарлет, наверное, думает, что всё это ей снится.

«Это всё для нас?» – спросила девочка, недоверчиво моргая.

«Да, дорогая, – ответила Кейтлин, – это всё для нас. Налетай!»

Скарлет выглядела как ребёнок, впервые оказавшийся в кондитерской, поэтому первое, что она взяла со стола, был творожный пудинг. Кейтлин улыбнулась. Так хорошо Скарлет не ела ни разу в жизни. Она быстро заглатывала еду, словно боясь, что кто-то может её у неё отобрать.

Кейтлин положила руку на руку Скарлет.

«Не торопись, – сказала она, – тебя никто не гонит, ты можешь есть столько, сколько захочешь. Вся эта еда для тебя».

Скарлет посмотрела на неё с недоверием. Бедная девочка думала, что попала в рай.

Слегка расслабившись, она положила несколько стейков себе на тарелку, не забыв при этом захватить творожный пудинг. Кейтлин улыбнулась. Гора еды на тарелке Скарлет вскоре поднялась выше её головы.

Взяв кусок с самого верха Скарлет передала его Рут, которая терпеливо сидела у её ног, смотря на еду во все глаза и облизываясь. Рут выхватила кусок мяса из рук Скарлет, вызвав у неё радостный смех. Скарлет продолжала скармливать ей кусок за куском, вскоре опустошив целую тарелку.

Кейтлин была поражена: Скарлет не видела столько еды за всю свою жизнь, но первое, что она сделала – поделилась ею с Рут. Кейтлин восхищалась девочкой всё больше и больше. Если бы у неё когда-нибудь родилась дочь, она бы хотела, чтобы та была похожа на Скарлет.

Кейтлин положила огромный кусок стейка Скарлет на тарелку: «Съешь это сама», – сказала она.

Скарлет посмотрела на мясо, затем взяла нож и вилку и отправила большой кусок себе в рот. С наслаждением прожёвывая, она выглядела абсолютно довольной.

Вновь появились слуги, и на столе перед Кейтлин, Калебом, Сэмом и Полли появились украшенные драгоценными камнями большие кубки, наполненные белой жидкостью. Кейтлин уже знала, что это была за жидкость – чистейшая белая кровь. Каждая клеточка её тела желала, чтобы она скорее взяла кубок в руки.

Подняв кубки, они дружно их выпили.

Кейтлин осушила кубок одним залпом, с каждым глотком ощущая, как становится сильнее. Опустив кубок на стол, Кейтлин почувствовала себя переродившейся.

Она наблюдала за тем, как слуги расставляют блюда с тонко нарезанным мясом перед Лили, и вспомнила, что она, в отличие от них, была человеком. Её компания была для Кейтлин такой желанной и естественной, что приходилось напомнить себе, что Лили не была одной из них. Лили, сидящая с идеально прямой спиной, взяла нож и вилку, порезала мясо на небольшие кусочки и принялась за еду. Она вела себя как настоящая королева. Кейтлин поражалась её утончённости.

Над столом звенел смех Скарлет, делая обед боле праздничным. Она продолжала подкармливать Рут едой со стола. Кейтлин не могла нарадоваться дружбе между девочкой и волком, ведь обе казались одинаково счастливыми. Кейтлин оглядела стол. Калеб, Полли, Сэм и Лили весело болтали и счастливо улыбались. Кейтлин чувствовала себя благодарной за этот день. Наконец-то они были вместе: она была вместе с Калебом, Сэмом, Полли и Лили. Они находились в этом чудесном месте и наслаждались чудесным обедом. Кейтлин почувствовала, что в её жизнь вошли мир и спокойствие. Сейчас ей было хорошо, и она хотела остановить мгновение, чтобы оно длилось вечно.

Как бы там ни было, письмо не давало ей покоя. Стоило ей услышать голос отца в голове, как она уже не могла от него избавиться. Она вновь и вновь повторяла про себя фразы из письма. Судейский холм? Где он мог находиться? Почему им с Сэмом необходимо разделиться? Встретятся ли они вновь? Или поиски разведут их навсегда?

И что случится, если Кейтлин удастся-таки найти этот судейский холм? Встретит ли она там отца? Или ей вновь придётся отправиться в прошлое?

Кетйлин не могла отдыхать и веселиться, пока не получит ответы на все эти вопросы.

Ей требовалась ясность. Оглядев довольные и счастливые лица Скарлет и всех остальных, Кейтлин медленно поднялась со своего места.

Все посмотрели в её сторону. «Прошу меня извинить», – сказала она.

Слуга заторопился, чтобы отодвинуть её кресло.

«Конечно, – ответила Лили, – день был долгим. Слуги покажут тебе твою комнату».

Кейтлин наклонилась и поцеловала в лоб Скарлет, а потом поцеловала Калеба в губы. Она вышла из столовой. Вслед за ней вышел слуга. Ей было несколько не по себе от того, что пришлось покинуть всех раньше времени, но все были довольны и счастливы, а Кейтлин необходимо было провести немного времени в одиночестве, чтобы разобраться с мыслями. При всех сконцентрироваться на размышлениях не получалось.

Кейтлин проводили в восхитительную комнату. Она была огромной, минимум пятнадцать метров в длину и ширину. Полукруглая комната заканчивалась стеклянной стеной, выходящей на парки Виндзорского замка. Покои были прекрасны, настоящее произведение искусства с лепниной на стенах и потолке, большими мягкими коврами, старинными кушетками и стульями, бюро и комодами, а также большой кроватью с балдахином в углу. Кейтлин нравилась её новая комната, хотя с другой стороны, она понимала, что надолго здесь не задержится, ведь её миссия требует от неё продолжения путешествия.

Подойдя к окну, Кейтлин посмотрела на заходящее солнце. Куда же отец хотел, чтобы она отправилась? Будет ли конец этой миссии, закончатся ли когда-нибудь загадки и подсказки? Увидит ли Кейтлин Сэма вновь после того, как поиск разведёт их пути? Она знала, что Калеб останется с ней. А как же Полли? Отправится ли она с Кейтлин или решит сопровождать Сэма?

И что будет со Скарлет? Кейтлин уже казалось, что девочка была неотъемлемой частью её семьи. Она не могла представить, что когда-нибудь придётся с ней расстаться. Но что ждёт их в будущем? Придётся ли Скарлет сопровождать Кейтлин на всём пути? Не будет ли это для неё опасно?

Кейтлин заметила небольшой письменный стол в углу. Сев на стул, она достала из заднего кармана брюк свой дневник. Он всегда был с ней, и ей нравилось его периодически доставать и перелистывать.

Листая страницу за страницей, она видела, как заполняется дневник, становясь потёртым и ветхим. Он стал для неё настоящим верным другом.

Найдя пустую страницу, она взяла перо, обмакнула его в чернила и начала писать.


Что уготовано мне судьбой? Когда мне суждено встретиться с отцом? Кто он? Любит ли он меня на самом деле? Почему именно меня выбрали для этой миссии? Почему все считают меня особенной? Почему моя миссия отличается от миссии Сэма?

Что произойдёт, когда я найду щит? Закончится ли тогда всё это? И что это может значить? Смогу ли я когда-нибудь вернуться к нормальной жизни? Где и когда это произойдёт? Будет ли Калеб частью этой нормальной жизни?


Кейтлин перечитала написанное. Слова её немало удивили. Обычно, она писала в дневнике совсем другие вещи. Обычно её записи представляли собой краткое содержание её приключений, сейчас всё было не так. Больше ей не хотелось описывать произошедшее. Сейчас она хотела задавать вопросы. У неё были вопросы о том, кем она была. Кейтлин вновь взялась за перо:


Следует ли мне отказаться от миссии? Следует ли мне остаться здесь, забыть о подсказках и наслаждаться тихой, спокойной и счастливой жизнью здесь и сейчас? Или мне следует вновь отправиться в путь и расстаться с Сэмом? Безопасно ли оставаться здесь? Или безопаснее исполнить миссию?


«Смотри!» – раздался взволнованный голос.

Кейтлин развернулась, отвлёкшись от собственных мыслей.

Рядом стояла Скарлет, одетая в красивое шёлковое платье белого цвета, бриллиантовую тиару, тонкое бриллиантовое ожерелье и бриллиантовые браслеты. Скарлет светилась от счастья.

Кейтлин не верила своим глазам. Девочка была похожа на настоящую принцессу.

«Мне это дала Лили. Она сказала, что я могу оставить всё себе. Можно? Пожалуйста!»

Кейтлин широко улыбнулась. Она не знала, что ответить: «Хм… если она так сказала, то, хм… конечно».

Скарлет улыбнулась своей самой широкой улыбкой, подбежала и обняла Кейтлин. Кейтлин прижала её к себе, радуясь, что эта девочка появилась в её жизни.

«Мне здесь нравится, – сказала Скарлет. – Мы можем остаться здесь навсегда?»

Кейтлин посмотрела на неё, задумавшись о том, что Скарлет произнесла вслух то, о чём думала сама Кейтлин. Она уже давно заметила, насколько внимательна и чувствительна была девочка, поражаясь тому, насколько эти способности были в ней развиты.

«Я бы с удовольствием осталась, – сказала Кейтлин, – но нам придётся уехать. Мы обязательно найдём другое такое же чудесное место».

Скарлет вновь обняла Кейтлин. «Я люблю тебя, мамочка», – произнесла она.

Мамочка.

Слово прошло через тело Кейтлин, словно электрический шок. Она не ожидала его услышать, но слышать его было приятно. Одно это слово всколыхнуло в Кейтлин столько разных чувств, что сама того не желая, она разрыдалась, прижимая Скарлет к себе и чувствуя, как слёзы текут и текут по щекам. Кейтлин чувствовала, что тоже любит Скарлет, как родного ребёнка. Как она ни старалась, она не могла не подумать о своей беременности и о ребёнке, который мог бы родиться у них с Калебом.

Скарлет отстранилась и посмотрела на Кейтлин: «Что-то не так, мамочка?»

Кейтлин быстро смахнула слёзы: «Нет, милая, всё хорошо».

В комнату вбежала Рут. Скарлет развернулась и стала радостно с ней играть. Они играли в догонялки, бегая по огромной комнате.

Кейтлин смахнула слёзы и посмотрела в окно на заходящее солнце. Она знала, что ей предстоит принять важнейшее решение в жизни, и принять его необходимо как можно скорее. Останется ли она здесь навсегда? Или решит следовать судьбе?

Глава одиннадцатая

Кайл любил время дня, когда на город опускалась ночь. Это было его любимое время, особенно сейчас, когда он всё дальше и дальше погружался в прошлое. Он наблюдал за тем, как простые трудяги закрывают свои магазины, захлопывают ставни и торопятся домой, будто опасаясь темноты. С каждым его путешествием в прошлое люди боялись темноты всё сильнее и сильнее.

И на то у них были причины.

Ночь была любимым временем суток для таких, как Кайл, для всех вампиров. С наступлением ночи внушающее страх ощущение, которое испытывали все люди, было связано с пробуждением представителей его расы. На закате Кайл чувствовал себя сильнее, чем в любое другое время дня. Он был готов нести страх и разрушение.

Он дотронулся до десятков сосудов с чумой, надёжно спрятанных в его сумке. На лице его заиграла довольная улыбка. Стоя в центре Лондона, он смотрел на толпы ни о чём не подозревающих жалких людишек, которые и представить не могли, что он собирается сделать. Кайл был счастлив и взволнован, как ребёнок перед входом в кондитерскую. Куда ни посмотри, везде были люди, переулки и бары – обилие мест, с которых можно было начать распространение чумы. Кайл был так возбуждён, что не мог решить, откуда же начать.

Ему нужно было взять себя в руки. Он знал, что если хочет распространить чуму по всему городу, ему понадобится помочь не только вампиров его новой армии, но и армии других тварей – крыс. Армия крыс будет в этом деле даже более эффективной и сможет распространить заразу намного быстрее, чем любой из его вампиров, да и он сам. Следовательно, главная задача Кайла заключалась в том, чтобы найти и заразить крыс. Можно было, конечно, попытаться заразить людей, одного за другим, оказавшись в местах больших сборищ, но это будет не столько эффективно, сколько приятно самому Кайлу.

Кайл еле сдерживался, чтобы не бежать по улицам вприпрыжку, настолько он был взволнован предстоящим весельем. Увидев большого толстяка с бутылкой джина, он похлопал его по плечу, незаметно воткнув инфицированную иглу ему под лопатку.

Толстяк вскрикнул, мгновенно протрезвев от боли, но Кайл с силой ударил его и сбил с ног, продолжив свой путь и смешавшись с толпой. Кайл широко улыбнулся. Первое заражение принесло ему массу удовольствия.

Потом он увидел крупную собаку, обнюхивающую кучу с мусором. Опустившись на одно колено, он схватил пса за загривок и воткнул небольшую иглу прямо ему в шею. Пёс взвизгнул и попытался укусить Кайла, но Кайл был быстрее. Вовремя отклонившись, он ударил собаку, заставив её отлететь на несколько метров. Пёс снова взвизгнул и бросился бежать. Кайл улыбнулась, предугадывая, какую важную роль сыграет этот пёс в распространении чумы по всем улицам города.

Впереди виднелась торговая лавка с фруктами. Подойдя ближе, Кайл заметил, с каким опасением смотрит на него торговец, не в силах оторвать взгляда от многочленных шрамом, покрывающих лицо Кайла. Вылив сосуд с заразой себе на руку, он быстро провёл ею по всем фруктам.

«Эй, убери руки от моего товара!» – закричал продавец.

Кайл улыбнулся, взял яблоко и метнул его мужчине в горло. Удар был идеально точным – продавец схватился обеими руками за шею, глотая воздух ртом и стараясь не задохнуться.

Кайл продолжил свой путь по кварталу, наблюдая за тем, как к прилавку с фруктами подошло несколько покупателей. Они дружно стали осматривать и ощупывать товар. Кайл улыбался.

Пришло время вести себя серьёзно. Вдали он заметил гниющие опоры набережной. Отлично. Он знал, кого найдёт под причалом. Крыс.

Торопливо зашагав к берегу, он скатился с грязного обрыва и оказался во мгле под опорами причала. Там он увидел тех, кого жаждал встретить – десятки крыс, бегающих вокруг воды. Повернувшись в его сторону, они запищали и начали прятаться дальше под причалом. Кайл засмеялся. Какая ирония, его боялись даже крысы.

Как ни шустры были животные, Кайл всё-таки был быстрее. Используя своё сверхчеловеческое обоняние, он заметил крысиную королеву, бросился прямо к ней, схватил её за голову и сделал укол. Крыса зашипела, пытаясь его укусить, но Кайл отшвырнул её в сторону. Потом он схватил другую крысу, а затем ещё одну и ещё одну. Действуя с молниеносной скоростью, ему удалось инфицировать не меньше сотни грызунов до тех пор, пока они смогли от него скрыться.

Кайлу удалось опустошить немалый запас опасных ампул. Довольный, он заторопился на берег. Поднявшись по склону, он отряхнул с себя грязь, наблюдая за тем, как крысы разбегаются во все стороны. Он заметил, как некоторые из них пролезли в большую лодку, наполненную людьми, а некоторые побежали от причала к оживлённым улицам Лондона. Кайл знал, что справился с работой, по крайне мере на данный момент. Через несколько часов чума достигнет всех уголков города.

Пришло время для важных действий. О людях он позаботился, теперь необходимо было достать яд, тот особый яд, который убьёт Кейтлин. Кайлу необходимо было проникнуть в Тауэр, освободить старого друга и заставить его сказать, где хранится яд.

Не успел он сдвинуться с места, как до слуха Кайла донёсся отдалённый рёв. Посмотрев через Темзу, он увидел вдали круглый стадион, освещённый светом факелов. До слуха вновь донёсся рёв, и тогда Кайл понял, что это было за место – стадион для медвежьих потех.

Кайл был вне себя от радости. Последний раз он видел это представление несколько веков назад и очень по нему скучал.

Не раздумывая ни секунды, он взмыл в небо, перелетел реку и направился к стадиону. Посещение медвежьих боёв, рассуждал он, поможет ему распространить заразу среди многочисленных зрителей и заразить ещё больше людей. Более того, на стадионе он мог устроить настоящий разгром. Его так и тянуло выплеснуть свой гнев на ничего не подозревающую жертву.

Кружа над стадионом, Кайл понимал, что ему не следует отвлекаться от своего плана. Ему необходимо направиться в крепость, выпустить друга и достать яд. При всём при этом, Кайлу очень хотелось расслабиться и повеселиться. Времени у него было предостаточно, можно сказать, что он даже опережал график. Кайл решил, что заслужил небольшой отдых с возможностью лично устроить хаос.

Облетая стадион, он посмотрел вниз и увидел тысячи людей в свете факелов. Стадион был полон, все кричали и делали ставки. В центре арены был привязан медведь, на которого со всех сторон нападали собаки. Именно подобные зрелища больше всего нравились Кайлу.

Спустившись ниже, он приземлился на центр арены. Схватив одного из псов за задние лапы, он раскрутил его и запустил в сторону зрительских трибун.

Люди смотрели на него с удивлением и страхом, ведь они только что увидели, как он опустился на арену, упав прямо с неба. Все поднялись со своих мест и дружно охнули, гадая, кем он мог быть. Некоторые крестились.

Кайл схватил ещё пару собак и запустил их в зрительские ряды. Приземлившись на сидения, они начали кусать людей.

Кайл направился к медведю. Словно почувствовав опасность, медведь изо всех сил старался от него убежать.

Но не тут то было. Кайл схватил цепь, сковывающую медведя и резко сорвал её со столба. Схватившись за цепь, он стал раскручивать медведя в воздухе. Хорошо размахнувшись, он бросил и его.

Медведь также приземлился на трибунах. Люди визжали, пытаясь убежать, но было уже слишком поздно. Злобный медведь размахивал лапами направо и налево, убивая людей одним ударом. Он кусал, махал лапами, топтал и убивал каждого, кто попадался ему на пути.

Началась давка, люди давили друг друга в дикой агонии, пытаясь убежать со стадиона как можно скорее. В давке погибло больше людей, чем мог убить медведь. Через несколько минут стадион опустел, люди разбегались кто куда, крича и надеясь добраться до дверей живыми.

Но и этого Кайлу было мало. Схватил факелы, висящие вдоль стен, он ринулся вдоль рядов, поджигая всё, что попадалось под руку. Выбежав со стадиона, он обежал его, поджигая само здание и блокируя все входы и выходы.

Его план сработал. Большая часть зрителей оказались в огненной ловушке внутри стадиона. Пожар набирал силу. Кайл взлетел над стадионом, паря над пылающим зданием и наблюдая за тем, как языки пламени становятся всё выше, а крики загнанных в ловушку людей всё отчаяннее. Взбешённый медведь продолжал разрывать выживших на куски. О лучшем начале ночи Кайл не мог и мечтать.

Глава двенадцатая

Калеб летел, держа в руках Рут. Рядом летела Кейтлин. Скарлет крепко держалась за её плечи. Калеб удивлялся тому, насколько неразлучны стали Кейтлин и Скарлет. Глядя на них, казалось, что они знали друг друга всегда.

Вчетвером они летели по небу, озаряемому первыми лучами рассветного солнца. Они направлялись на север, к его замку в Лидс. Расставание было грустным, ведь Кейтлин и Сэму пришлось отправиться каждому на свою миссию. Они обнялись на прощание со слезами на глазах, решив следовать каждый своей судьбе и искать разгадки по отдельности. Калебу казалось, что Кейтлин приняла верное решение. Сэму нужно было идти своим путём, в Кейтлин – своим.

Полли немало всех удивила, заявив, что отправится с Сэмом. Судя по всему, Сэм был поражён её решением не меньше остальных. Полли быстро заметила, что решение было принято с холодным, профессиональным расчётом, потому что у Кейтлин был Калеб, и она могла уровнять их шансы, отправившись с Сэмом. В конце концов, цель у всех была одна. Сэм не был против. Калеб улыбнулся, вспомнив утренний разговор. Ему было очевидно, что Сэм и Полли нравятся друг другу, но очень стараются этого не показывать.

Калеб думал о своих чувствах к Кейтлин. сейчас они летели близко друг к другу, небо озарялось миллионом разных оттенков, и их крылья почти соприкасались. Калеб чувствовал, насколько сильно он её любит. Время, проведённое ими вместе, было волшебным и запоминающимся. Им удалось отправиться в прошлое вместе и не расставаться на протяжении всего путешествия. Казалось, что больше ничто не может встать на пути их счастья: не было ни Сэры, ни Блейка, ни других преград и препятствий. Были только Калеб и Кейтлин.

Лондон в этом веке не был таким романтичным, как Париж или Венеция, но Калебу казалось, что лучше него не существует ничего. Он начал понимать, что когда любишь по-настоящему, становится совсем не важно, где ты находишься. Калеб никогда не чувствовал себя счастливее и знал, что Кейтлин ощущает то же самое.

Аккуратно дотронувшись до кармана, он облегчённо вздохнул. Кольцо его матери было на месте, в целости и сохранности. Калеб знал, что настало идеальное время для предложения. Они решили сделать небольшой перерыв в поисках. Сэм знал, куда ему следует отправляться дальше, но Кейтлин была в замешательстве. Калеб тоже. И раз отправиться им было некуда, Калеб воспользовался этой удачно подвернувшейся возможностью, чтобы провести немного времени наедине и сделать Кейтлин предложение. Когда она решила покинуть Виндзорский замок, не зная, куда направиться дальше, Калеб предложил место, с которого они могли начать. Полностью ему доверившись, Кейтлин согласилась.

И теперь они летели на север, к месту, в котором, как предполагала Кейтлин, они могли найти новые подсказки. Что Кейтлин не знала, так это то, что они летели в один из замков Калеба. Замок в Лидс был одним из самых красивых его домов, приобретённых Калебом несколько веков назад. Сам Калеб был в этом замке довольно давно, но надеялся, что он по-прежнему был в хорошем состоянии. У него были замки и имения почти во всех странах мира, но этот замок был одним из его любимых и самых романтичных домов.

Калеб решил, что лучшего места для того, чтобы сделать Кейтлин предложение просто не найти. Он вспомнил покрытый сочной травой и дикими цветами холм, выходящий на замок. С вершины этого холма открывался великолепный вид на окрестности. Он решил, что это станет идеальным местом для того, чтобы предложить Кейтлин руку и сердце.

Изначально, Калеб не предполагал, что во время этой романтичной церемонии с ними будет ещё кто-то, поэтому слегка смутился, узнав, что Скарлет и Рут летят с ними. Ему придётся так всё рассчитать, чтобы у них с Кейтлин появилось несколько минут наедине. Как бы то ни было, Калеб был безмерно счастлив, что в их жизни появилась Скарлет, поэтому был рад, что она отправилась с ними.

Облетев холм, они увидели замок. Освещённый первыми лучами утреннего солнца, он выглядел так же волшебно, как и раньше. Выстроенный из белого известняка и окружённый со всех сторон башнями, он представлял собой квадратное строение с внутренним дворов и поднимающимся мостом. Замок выглядел гордо и величаво, выделяясь на фоне гладкой равнины. Замок казался пустым, как и надеялся Калеб.

Он не хотел вести Кейтлин сразу внутрь, чтобы осматривать покои. Он хотел приземлиться на холме, прямо напротив замка. Калеб резко ушёл вниз, указывая на место посадки. Кейтлин последовала за ним.

Несколько мгновений спустя они приземлились на плоской вершине холма. Это был самый высокий холм в округе, и с него было видно окрестности на многие километры вокруг. Калеб опустил Рут на землю, и Скарлет слезла с плеч Кейтлин.

«Почему мы приземлились именно здесь?» – спросила Кейтлин.

Тысячи раз Калеб прокручивал в своём мозгу возможные варианты их диалога в этот ответственный момент. Но сейчас, когда этот момент наконец наступил, он понял как сильно нервничает, и как сложно ему подобрать слова. В горле пересохло, ладони вспотели, и на мгновение Калеб настолько растерялся, что забыл, что хотел сказать.

«Вот это да! Посмотрите на замок!» – воскликнула Скарлет, указывая в сторону горизонта.

Калеб посмотрел на девочку: «Дорогая, мне кажется, Рут хочет погулять. Может, ты отведёшь её к той небольшой рощице?»

Калеб указал ей на рощу, находящуюся метрах в тридцати от них, на другой стороне вершины. Таким образом, Калеб и Кейтлин могли одновременно приглядывать за Скарлет и побыть наедине.

Скарлет убежала с Рут, радуясь возможности побегать по высокой траве. Рут прыгала вокруг хозяйки. Они играли на бегу.

Кейтлин удивлённо посмотрела на Калеба.

«Что это с тобой? – спросила она. – Ты ведёшь себя как-то странно».

Калеб прокашлялся.

«Кейтлин, – начал он, а потом вновь сделал паузу, чтобы прокашлялся. – Уже давно, несколько веков подряд я собираюсь… хм… ну… спросить тебя кое о чём. Каждый раз мне что-то мешает. Но сейчас всё именно так, как должно быть».

Кейтлин непонимающе посмотрела на Калеба. По её взгляду было понятно, что она совершенно не догадывалась, о чём он говорил.

«Я привёл тебя сюда не просто так, – продолжил Калеб. – Для меня и моей семьи это место имеет особое значение. Этот замок, который ты видишь на горизонте, многие века принуждал моей семье. Теперь он принадлежит мне. Это место я могу смело называть домом и надеюсь, что однажды, он станет домом для нас обоих».

Кейтлин обернулась и посмотрела на замок, восторженно вздохнув. Калеб дотронулся до её плеча, и она вновь повернулась к нему.

Её карие глаза были особенно прекрасны в лучах восходящего солнца. Калеб дотронулся рукой до её лица, убрав непослушную прядь волос.

«Кейтлин, – сказал он, – я хочу провести остаток своих дней с тобой, и поэтому мне нужно тебя спросить о кое-чём очень важном».

Калеб дотронулся до кольца, до сих пор мирно лежащего в кармане. Время пришло.

Он медленно достал кольцо и, держа его в руке, опустился на одно колено.

Пришло время навсегда связать свою судьбу с Кейтлин.

Глава тринадцатая

Сэм летел в небе, расцвеченном утренними лучами солнца. Полли летела рядом. Они направлялись в Уорикский замок. Полли летела слегка поодаль, но Сэм не возражал. Он был удивлён её решением отправиться с ним, хотя Полли явно дала понять, что решила составить ему компанию исключительно из логических соображений, чтобы тем самым уровнять шансы на поиск Щита – теперь в каждой «команде» было по два человека. Полли заявила, что Кейтлин её поддержка не требовалась, потому что у неё был Калеб, а у Сэма не было никого.

Сэму эта идея была противна. Ему не нужна была поддержка. Ему и одному было неплохо. С другой стороны, ему была приятна компания Полли, пусть иногда и бывало сложно заставить её перестать говорить. Сэм был рад тому, что Полли решила отправиться с ним. Он внутренне улыбался мысли о том, как сложно, наверное, было ей признать, что она хочет полететь с ним, учитывая тот факт, что она так отчаянно старалась делать вид, что хочет держаться от него подальше.

Необходимо признать, что после утреннего разговора и в течение всех часов полёта Полли действительно держала дистанцию и не проронила ни слова. Сэм начал задаваться вопросом, нравился ли он Полли вообще.

Он был невероятно расстроен тем, что пришлось расстаться с Кейтлин. Сэм был так рад найти её вновь, и в Виндзоре ему тоже нравилось – обеды, красивые залы и комнаты. Меньше всего Сэм хотел покидать её сейчас, потратив столько времени и сил на её поиски. Виндзорский замок оставлять тоже совсем не хотелось, но в письме отца было ясно сказано, что их пути с сестрой должны разойтись, чтобы искать в разных направлениях.

Сэм не видел в этом необходимости. Неужели, у них были разные судьбы? Сведут ли поиски их когда-нибудь вновь? Если Сэм был особенным, то почему его судьба отличалась от судьбы Кейтлин? С другой стороны, ему нравилось выполнять свою собственную миссию, которую мог осуществить только он и никто другой. Ему было интересно узнать, куда же приведёт его подсказка отца, что он увидит в Уорикском замке, и что уготовано ему на этом пути.

Завернув за холм, Сэм и Полли увидели вдали огромный замок. Заметить его было несложно, ведь он был единственной выдающейся конструкцией на расстоянии многих сотен километров вокруг.

Это был знаменитый Уорикский замок. Лучи утреннего солнца окрасили его в оранжевый цвет. Даже издали было заметно, насколько древними были его стены. Замок занимал большую территорию и чем-то напоминал Сэму Виндзор – те же высокие стены, те же парапеты, те же большие внутренние дворы. Замок не был таким большим как Виндзорский, но и на его территории виднелась стоящая на холме башня с парапетами высотой в несколько сотен метров. Её окружали ещё несколько небольших башен.

Сэм заметил, что Уорикский замок был построен у реки, которая защищала его от непрошенный гостей. Как и Виндзор, этот замок был окружён лесами и полями, расстилающимися на многие километры вокруг. Будучи единственным строением в округе, он производил ещё более сильное впечатление на фоне тихого сельского пейзажа. Грязная дорога, ведущая вверх по холму к его воротам, растянулась на несколько километров.

С высоты птичьего полёта замок не показался Сэму устрашающим, напротив, в лучах утреннего солнца он выглядел просто прекрасно.

Неожиданно Полли резко опустилась ниже, чтобы лучше рассмотреть замок, даже не предупредив о своём решении Сэма. Ничего удивительного. Сэм последовал за ней, спускаясь ближе к земле.

На парапетах они увидели множество солдат. Чем ближе они подлетали, тем отчётливее Сэм чувствовал, что это были не обычные солдаты. Он знал, что Полли тоже это поняла – перед ними были солдаты-вампиры.

При этом Сэм не чувствовал исходящей от них опасности. Напротив, энергетика их была доброй. Сэм обрадовался, вдруг осознав, что добрался до места, на которое указал ему отец. Мог ли он встретить его там, за воротами?

Облетая замок, Сэм никак не мог выбрать лучшее место для приземления. Следует ли им приземлиться на дороге, а затем подойти к воротам пешком и постучать? Или им следует приземлиться прямо в середине замкового комплекса?

Сэм уже собрался спросить об этом Полли, ка вдруг услышал какой-то шум за спиной.

К своему удивлению, позади он увидел десяток вампиров, взлетевших в воздух как стая летучих мышей и направляющихся прямо к ним. Издали тёмная туча выглядела, как целая армия. Сэм не мог понять, каковы были их намерения.

«Полли!» – резко крикнул он.

Полли обернулась и увидела непрошеных гостей.

Сэм инстинктивно встал перед ней, защищая Полли от возможной опасности. Он приготовился к битве, готовый сразиться с любым, кто попытается его атаковать. Судя по количеству летящих в их сторону вампиров, шансы были явно не равны.

Вампиры подлетели к Сэму и Полли, а потом вдруг замерли в воздухе в нескольких метрах от них. Сэм и Полли также не двигались, зависнув в воздухе и смотря на противника. Лидер отряда вылетел вперёд и посмотрел на незнакомцев.

«Эйден приказал нам привести вас к нему», – сказал он.

Вампир не выглядел особенно приветливым, но и злобы в его голосе не было слышно.

Полли двинулась вперёд, оттолкнув Сэма в сторону. «Эйден?» – переспросила она с надеждой в голосе.

Вампир кивнул.

Глаза Полли засияли от волнения. «Тайлер, это ты?» – спросила она.

Лицо вампира слегка изменилось. Он удивлённо на неё посмотрел. «Полли?» – сказал он.

Неожиданно для всех они приблизились и обнялись.

Сам не зная почему, Сэм почувствовал неприятный укол ревности. Это чувство заставило его покраснеть.

«Здесь живёт Эйден? И вы все здесь живёте?» – спросила Полли, с надеждой глядя на Тайлера.

Он кивнул и ответил: «Мы живём здесь вот уже несколько веков».

Тайлер перевёл взгляд на Сэма.

«Это Сэм», – наконец представила его Полли. Сэма раздражало, что она не сделала этого сразу.

Тайлер холодно его оглядел ревнивым взглядом и молча кивнул.

«Ну, так чего же мы ждём? – спросила Полли. – Мне не терпится увидеть Эйдена!»

Она уже собралась камнем ринуться вниз, но Тайлер её остановил.

«Прости, Полли, – сказал он, – но он хочет видеть только Сэма».

Полли развернулась и удивлённо на него взглянула. Сэм также был в шоке.

«В любом случае, спускайся и присоединяйся к нам. Пока они будут разговаривать, ты можешь потренироваться с нами во дворе».

Полли оглядела отряд и узнала некоторых из его солдат. Она приветливо их обняла.

Они направились к земле все вместе одной счастливой семьёй.

Тайлер летел позади, недоверчиво оглядывая Сэма.

«Следуй за мной», – сказал он, спускаясь ниже и направляясь в противоположную сторону к одинокой башне, находящейся в дальней части комплекса.

Мгновение Сэм колебался, наблюдая за тем, как Полли улетает в другую сторону.

Недовольно сжав челюсти, он развернулся и проследовал за Тайлером.

* * *

Сэм молча следовал за вампиром, проходя по внутреннему двору замка. Он восхищался архитектурой зданий и старинными известняковыми стенами, которые напоминали ему Виндзор, только они были древнее и меньше.

«Вильгельм Завоеватель построил этот замок в 1066 году, – сказал на ходу Тайлер. – Он стоит здесь намного дольше, чем мы в нём живём».

Сэм почти его не слушал, отстав на несколько шагов. Они переходили с одной дорожки на другую, проходя под средневековыми сводами и заходя в каменные переходы и коридоры. Сэм решил, что Тайлер ведёт его к Эйдену, но предстоящий разговор со старцем его не особо интересовал.

К своему удивлению, Сэм заметил, что сейчас о думал только о Полли. Любила ли она Тайлера? Был ли Сэм ей поистине безразличен? Почему его так интересовала личная жизнь Поли? Ему она ведь даже не нравилась, хотя сейчас Сэм начал понимать, что, возможно, испытывал к ней более сильные чувства, чем мог себе в этом признаться.

Сэм был зол на себя, ведь он обещал, что не будет влюбляться, особенно сейчас. Мысли о Полли отвлекали его от важных вещей. Потом Сэм подумал, что, возможно, он не испытывал к ней ничего особенного, просто был слегка сбит с толку. Он попытался выкинуть мысли о Полли из головы, чтобы сконцентрироваться на словах Тайлера.

«Ты меня слышишь?» – спросил Тайлер.

Они остановились перед большой открытой сводчатой дверью с медным молотком в форме головы льва. Сэм посмотрел на Тайлер, понимая, что не имел ни малейшего понятия, о чём тот говорил всё это время.

«Я люблю ее, – сказал Тайлер, – я люблю Полли».

Сердце Сэма бешено забилось. Значит, он был прав.

«Но не так, как ты думаешь. Я люблю её как сестру. На самом деле, я уже женат», – добавил Тайлер.

Он положил руку Сэму на плечо: «Всем видно, что она тебя любит. Позаботься о ней».

После этих слов он развернулся и пошёл прочь. Сэм тоже обернулся, сбитый с толку.

Он был в настоящем шоке. Полли? Любила его? С чего Тайлер это взял? Сэм не знал, что и думать. Почему для Тайлера её чувства были очевидны, ведь Сэм ничего не замечал?

«А как же Эйден!» – крикнул Сэм в след уходящему вампиру.

Тайлер остановился и обернулся. На лице его сияла улыбка: «Я же тебе сказал. Пройди в эту дверь. Дальше ты должен идти один».

Сэм развернулся и вошёл в открытую дверь, оказавшись у узкой винтовой лестницы. Он начал подниматься наверх, проходя поворот за поворотом. Поднимаясь, Сэм проходил мимо небольших узких окон в каменных стенах, чем-то напоминающих смотровые щели, через которые Сэму были видны окрестности. Вид становился тем лучше, чем выше он поднимался.

Поднявшись на сотню ступеней, Сэм запыхался. К счастью для него, он как раз добрался до самого верха круглой, белой башни, окружённой парапетами.

Там он увидел мужчину в длинной белой мантии с седыми волосами и такой же седой бородой. Он стоял к нему спиной и держал в руках посох.

Первое, что заметил Сэм – это умопомрачительный вид, открывающийся с вершины башни. Перед ним были поля и леса. Утро было безоблачным, и ничто не мешало ему осматривать замок и окружающие его земли на километры вокруг. Сэм нервничал. Эйден продолжал стоять к нему спиной. Зачем он вообще пригласил к себе Сэма? Что Эйден собирался ему сказать? И почему отец написал, что он должен направиться именно сюда?

Какова бы ни была причина, Сэму не нравилось, что его вызвали на эту башню, не нравилось стоять здесь, как нашкодившему мальчишке и ждать, пока Эйден соизволит обернуться.

«Да, – медленно сказал Эйден, не поворачиваясь, – я тебе не нравлюсь. Тебе всё не нравится. Я чувствую исходящий от тебя негатив».

Сэм поразился тому, насколько точно Эйдену удалось угадать его мысли. Ему стало неловко, но при этом он ощутил, что кто-то в первый раз в жизни знал, что он чувствует.

Эйден медленно обернулся. Его голубые глаза ярко сияли. «И именно по этой причине ты не можешь продолжить поиск», – добавил он.

Эйден продолжал сверлить его взглядом ярко-голубых глаз. Сэм едва ли мог сконцентрироваться. Он знал, что его мысли были словно открытая книга. Эйден его буквально гипнотизировал. Сэм не знал, что ответить.

Последовало несколько минут тишины, а потом Эйден вздохнул:

«Твоя проблема, Самюэль, в том, что ты идёшь на поводу у собственных эмоций. Любовь, страсть, Саманта, Кендра, Полли. Злость. Раздражение. Мстительность. Тобой управляют первобытные инстинкты. В отличие от сестры, ты так и не научился ими управлять, их контролировать».

Эйден двинулся вдоль парапетов, всматриваясь в горизонт:

«Когда Кейтлин впервые пришла ко мне, она была похожа на тебя: ею управляли злость, ярость и ненависть. Думаю, причина кроется в вашем тяжёлом детстве».

Эйден остановился и обернулся:

«Кейтлин научилась контролировать свои эмоции, контролировать себя. Она научилась быть выше эмоций. Ты этому ещё не научился. Ты не думаешь о том, что делаешь. Ты отправился в прошлое на сотни и сотни лет, но ты по-прежнему молод, по-прежнему подросток».

Сэм покраснел, готовый броситься на свою защиту, готовый спорить и ругаться, готовый выбежать и реагировать так же, как он реагирует обычно. Эйден был прав, не зря он вызвал его к себе. Сэм не мог контролировать эмоции и свои действия.

Впервые в жизни Сэм ощутил сильное желание всё изменить. Он больше не хотел идти на поводу у собственных чувств. Он больше не хотел действовать сгоряча. Сэм больше не хотел кричать и выбегать из комнаты. К своему удивлению, он остался стоять и слушать.

Эйден почувствовал, как изменилась атмосфера. Она развернулся и посмотрел прямо на Сэма.

«Очень хорошо, – медленно произнёс он. – Я вижу, что у тебя есть потенциал, хотя это и неудивительно, ведь вы с Кейтлин происходите из одного рода. Правда, с тобой всё немного сложнее. Кейтлин обратил Калеб, а тебя обратила Саманта. Она принадлежит к тёмной стороне, и это слегка передалось тебе. Кейтлин сама просила об обращении, тебя же поставили перед фактом. Саманта полна злобы».

Эйден продолжал медленно ходить по кругу.

«Поэтому в отличие от Кейтлин, в тебе смешались свет и тьма, добро и зло. Пока что тебе удалось справиться с тёмной стороной, но ты должен держать её под контролем. Тёмная сторона имеет и преимущества – ты сильнее Кейтлин, сильнее многих вампиров. С другой стороны, тьма несёт в себе опасность падения. Именно поэтому твоя миссия отличается от миссии Кейтлин».

«В чём она заключается? – спросил Сэм. Это были его первые слова за всё это время, поэтому горло его слегка пересохло. – Я приехал сюда из-за письма отца. Куда мне следует отправляться дальше?»

Эйден расстроено покачал головой.

«Ты так нетерпелив, – сказал он. – Тебя интересует только то, что ты считаешь выгодным для себя. Тебе важно найти следующую подсказку, тебе важно двигаться дальше, но тебе и в голову не приходит остановиться и подумать, что я могу быть этой следующей подсказкой».

Сэм удивлённо на него посмотрел. Эйден? Подсказка?

«Тебя прислали сюда не для поиска подсказки, а для знакомства со мной. Твой отец этого хотел. Он хотел, чтобы ты прошёл должную подготовку. Поиск отца – не твоя судьба. Это судьба Кейтлин. Твоя миссия – охранять Кейтлин на её пути. Ведь не ты избранный, а она».

Сэму было неприятно слышать эти слова. С одной стороны, он был рад защищать Кейтлин. С другой стороны, ему тоже хотелось чувствовать себя избранным, чувствовать себя особенным. Эти слова его просто убивали. В глубине души Сэм знал, что не был таким особенным, как Кейтлин. Сейчас его опасения подтвердились.

«Ты – особенный, – поправил его Эйден, читая мысли, – просто ты особенный по-своему. Твой отец прислал тебя сюда, чтобы ты стал лучшим воином и лучшим человеком. Ты должен подчинить себе эмоции, овладеть внутренней силой и научиться заботиться о Кейтлин, чтобы помочь ей выполнить миссию. Однажды ты встретишься с отцом, но миссию выполнить должна она».

Сэм начал злиться: «А что если я не хочу тренироваться с вами? Что если я не хочу здесь оставаться? Что если я не хочу защищать Кейтлин? Ведь вы говорите, что я не так важен».

Эйден медленно покачал головой. «Жизнь выглядит так, как ты её видишь», – загадочно ответил он.

И больше он не сказал ни слова.

Сэм стоял, кипя от гнева, готовый взорваться, не зная, что делать.

Эйден сделал шаг вперёд и внимательно посмотрел на Сэма. «Конечно, ты можешь уйти, если хочешь. Тебя никто не держит. Ты можешь уйти, но ты никогда не станешь свободным, пока в полной мере не овладеешь своими способностями. Ты – твой злейший враг».

Глава четырнадцатая

Кайл летел в лондонском небе, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо. Он давно не проводил время так хорошо. Ему доставило истинное удовольствие наблюдать, как медведь разрывает людей на куски и топчет их лапами. Он улыбался всё шире и шире, вспоминая крики людей, разрываемых на части. Одно воспоминание запало ему особенно глубоко – медведь разорвал человека пополам. Кайл был словно мальчишка. Он был искренне удивлён и обрадован тем, что эта ночь, да и всё его пребывание в Лондоне проходят намного лучше, чем он рассчитывал.

Он вспомнил, как заразил крыс под причалом, представляя, как сейчас они, должно быть, снуют по грязным улицам, заражая других крыс и разнося чуму в самые отдалённые уголки Лондона. Кайл представлял ту миллионную армию блох, которые населяют крыс и вскоре покусают людей. Эпидемия начнётся уже через несколько часов. Кайл громко рассмеялся. Он больше не мог сдерживать радость и хорошее настроение. Он и не ожидал, что его план окажется сплошным весельем и удовольствием.

Как будто и этого было мало, сейчас Кайл направлялся на встречу со своим старинным приятелем Тором, с которым они не виделись вот уже несколько веков. Тор был настолько глуп, что позволил враждебному клану вампиров себя поймать и заточить в людскую тюрьму в Лондонском Тауэре. Он сидел в специальной камере. В отличие от других тюрем, его камера находилась не под землёй, а на самой вершине высокой башни. Кайл радовался предстоящей встрече со старым другом и благодарности, которую тот будет к нему испытывать, когда Кайл выпустит Тора на свободу.

Нельзя сказать, что Кайл горел желанием сделать ему одолжение. Тор был злобен, эгоистичен и ловко манипулировал окружающими – именно поэтому они с Кайлом так быстро нашли общий язык, и именно поэтому Кайл не стремился ему помогать. При этом Кайл осознавал, что луч надежды на обретение свободы заставит Тора признаться, где спрятан яд, а заполучив его, Кайл сможет наконец-то избавиться от Кейтлин и её ненавистной команды.

Кайл быстро летел по воздуху. В последний раз оглянувшись, он ещё раз окинул взглядом стадион для медвежьих забав. Охваченный пламенем, он ярко освещал небо на горизонте. Даже отсюда Кайл чувствовал исходящий от пламени жар и слышал сдавленные крики загнанных в огненную ловушку людей, которые умирали в давке и горели заживо. Кайл чувствовал, что не зря прожил этот день.

Пройдёт всего лишь несколько суток, и город полностью окажется в его власти. Дома, которые сейчас освещаются неярким светом факелов, скоро превратятся в братские могилы. Возможно, если Кайлу удаться уничтожить достаточно людей, то он сможет полностью истребить всё население города, избавившись при этом от Кейтлин и её дружков.

Кайл спустился ниже, набрал скорость и полетел прямо к Темзе, кружа над Лондонским мостом. Свернув слегка налево, он увидел Тауэр. Он кружил над ним снова и снова, чтобы хорошенько его рассмотреть. На Кайла нахлынули воспоминания о времени, проведённом в крепости за все эти века.

Кайл вспомнил время, когда тюрьму только построили. Это был 1066 год. Строительство производилось по приказу Вильгельма Завоевателя. Тогда Тауэр был единственной башней в округе. В течение нескольких веков были построены соседние башни и даже дворец, окружённый двумя рядами высоких стен и рвом с водой. Крепость была удивительным примером тогдашней архитектурной мысли, да и сейчас производила сильное впечатление, возвышаясь над всем Лондоном. В течение веков люди использовали крепость для разных целей: как казначейство, королевский дворец, ну и конечно, как тюрьму и место казни. Тауэр был одним из любимейших мест Кайла в Европе.

Облетая крепость вновь, он заметил, насколько хорошо она была укреплена. В отличие от 21 века, когда Тауэр стал лишь одной из многочисленных достопримечательностей города, в 16 веке крепость была действующим фортом и тюрьмой. В охране по периметру стояли сотни солдат, защищая крепость от несанкционированного проникновения с любой стороны, а её пленников – от побега. Стены охраняла целая амия солдат Её Величества, несущих дозор вокруг рва, на разводных мостах и внутри крепости. Тауэр представлял собой впечатляющий своими размерами комплекс, который со всех сторон охраняли армии стражей.

Кайл спустился ещё ниже, вглядываясь в парапеты и используя своё нечеловеческое зрение для осмотра всех уголков здания. За всё это время Тауэр совсем не изменился – четыре большие башни представляли собой почти идеальный квадрат. Он кружил над ними, пытаясь прочувствовать, в какой из них мог быть спрятан Тор. В древние времена самых опасных вампиров держали под землёй, но источники Кайла сообщили ему, что в прошлом веке была создана новая камера на самом верху самой высокой из башен. Предполагалось, что ни один вампир не сунется туда, чтобы помочь другому вампиру выбраться на свободу. Кайл слышал о построенной специально для этих целей серебряной башне, внешние стены которой были облицованы камнем, а внутренние – выстланы серебром в полметра толщиной. Решётки на окнах тоже были серебряными.

Кружа над башнями Кайл вдруг что-то почувствовал. Вот она. Башня в северо-восточном крыле. Кайл ощущал силу серебра даже с такого расстояния. Стоило ему приблизиться, и он убедился, что не ошибся в своих догадках. Кайл знал, что Тора держали именно там.

Кайл приземлился на парапет прямо над башней. На краю стоял охранник. Он смотрел вдаль, но когда Кайл приземлился за его спиной, он медленно обернулся. Он смотрел на вампира с выражение глубочайшего шока, ведь тот только что упал прямо с неба. Штык выпал из его рук. Солдат смотрел на Кайла во все глаза, испуганно оглядывая его огромное тело и изуродованное лицо. Между солдатом и вампиром было не более нескольких метров.

Кайл ухмыльнулся, и не успел охранник сделать и шагу, он подошёл к нему, поднял в воздух и перекинул через край парапета.

Охранник с криком летел вниз. Кайл наблюдал, как тот с громким шлепком упал на землю.

Своим падением охранник наделал слишком много шума, привлекая внимание всех сторожей в округе. Кайл знал, что поступил не очень осмотрительно – ему нужно было просто подкрасться к охраннику сзади и тихо свернуть ему шею, но Кайл не мог ничего с собой поделать – он так любил смотреть, как люди камнем летят вниз – это было одно из его любимейших хобби, и поэтому он просто не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за этим ещё разок.

Пришло время заплатить за свою опрометчивость. Десятки охранников начали свистеть, направляясь к Кайлу.

Ему нужно было действовать быстро. Размахнувшись, он прицелился и пробил дыру в стене, прямо под собой.

В толстом гранитном полу образовалось круглое отверстие, и повсюду полетели обломки камня.

Рука болела. Кайл ударился ею о серебряное покрытие.

Он был к этому готов. Покопавшись в сумке, он достал оттуда специальный порошок и посыпал его на серебро. Серебро зашипело и задымилось. Кайл сделал шаг назад, чтобы на него не попали пары серебра. Порошок прожёг дыру в серебряном покрытии достаточно большую для того, чтобы Кайл мог свободно в неё пролезть и спрыгнуть вниз.

Кайл упал на каменный пол, пролетев около трёх метров. Приземлившись на ноги, он развернулся и увидел своего старого друга Тора в каких-то паре метров от себя.

Тор хмуро смотрел на него, а через всю его переносицу проходил огромный шрам. Тор был таким же ужасным и мерзким, как и раньше.

«Где тебя так долго носило?» – рявкнул он.

Кайл ухмыльнулся. Вот он, его старый друг, такой же противный и неблагодарный. На Кайла нахлынули воспоминания.

«Тебе повезло, что я вообще спас твою жалкую задницу», – огрызнулся Кайл.

Тор лишь нахмурился.

«Что тебе надо? – спросил он. – Я знаю, что такой эгоистичный ублюдок, как ты не будет тратить время на добрые дела, если не хочет получить что-то взамен».

Кайл вновь ухмыльнулся. Хорошо, что Тор всё понимает.

«Яд, – ответил Кайл. – Яд, которым ты пользовался в Тёмные века, тот, который использовал, чтобы избавиться от лидера нашего клана. Яд для вампиров. Мне он нужен».

Тор медленно улыбнулся злобной кривой улыбкой.

«И с чего это мне тебе помогать? Я могу с тем же успехом сидеть здесь и гнить дальше, только чтобы не давать тебе то, что ты хочешь. Кроме того, – добавил он, – ты уже пробил огромную дыру в потолке, теперь я могу выбраться отсюда и без тебя. Думаю, я так и сделаю».

Тор подошёл ближе и толкнул Кайла. Кайл отлетел назад и ударился о стену.

Он был шокирован. Кайл и забыл, насколько Тор силён. Возможно, за все эти века заточения он стал даже сильнее.

Кайл пришёл в себя как раз во время – Тор уже собирался выбраться наверх через дыру в потолке.

Действовать необходимо было немедленно. Он схватил Тора за ноги в последнюю секунду и дёрнул его вниз. Загнав в угол, Кайл швырнул Тора об стену.

Теперь уже Тор выглядел удивлённым. Стерев кровь с губ, он глубоко дышал.

«Если будем медлить, они заделают дыру, – сказал он, – тогда мы оба окажемся в ловушке».

«Пусть так, – ответил Кайл. – Если я не получу, что хочу, то и ты тоже».

Тор посмотрел на друга. Он был в панике и сильно потел.

«Ты блефуешь, – ответил он. – Ты не дашь себя замуровать в тюрьме».

Кайл ухмыльнулся.

«Ты, ублюдок, – сказал Тор, – готов попасть в тюрьму, только чтобы меня позлить?»

Лицо Тора перекосило от злости, и он ринулся на Кайла с диким рёвом.

Кайл оскалился и тоже кинулся на друга.

Встретившись в воздухе, они с грохотом столкнулись, как два буйвола. Воздух гремел от их рыков и рёва, а они продолжали бороться, катаясь по полу, ударяя друг друга о стену, о пол и снова о стену. Каменный мусор разлетался во все стороны, но никто не хотел сдаваться первым.

Они упали на пол, держа друг друга мёртвой хваткой, скрепя зубами, потея и задыхаясь. Противники были на равных.

Десятки охранников столпились над дырой в потолке, заглядывая внутрь и крича друг на друга.

«Они закроют дыру в любую минуту», – сквозь зубы прорычал Тор.

«Это ты упускаешь шанс выйти на свободу, не я», – не сдаваясь и не поддаваясь, ответил Кайл.

Они продолжали душить друг друга ещё несколько секунд. Спустя какое-то время Тор сдался и ослабил хватку.

Отклонившись назад, он покачал головой. «Ты ничуть не изменился, – сказал он. – Ни на йоту. Ты по-прежнему такой же упрямый осёл».

«Так ты отдашь мне яд?» – спросил Кайл.

«Если обещаешь, что я больше никогда не увижу твоё мерзкое лицо».

Кайл улыбнулся.

Взмыв в воздух, он вылетел через дыру в потолке, сбив при этом несколько охранников с ног до того, как они положили серебряную плиту на место старой.

Тор последовал за ним, сбив ещё пару охранников и выкинув нескольких из них через край парапета. Люди полетели вниз, оглашая ночь дикими криками.

Кайл схватил одного из солдат за ноги и начал раскручивать его как тряпичную куклу, сбивая других с ног, словно фишки домино. Размахнувшись в последний раз, он кинул солдата далеко в небо, радостно наблюдая, как тот кувырком полетел вниз и с криком разбился о землю.

«Где он?» – спросил Кайл Тора.

«Там. В башне», – ответил тот.

Кайл был поражён. Он представлял, что им придётся отправиться далеко и потратить немало времени и сил на то, чтобы раздобыть яд, но не мог и представить, что Тор окажется настолько умён, чтобы спрятать это ценнейшее сокровище прямо под носом у тюремщиков.

Тор пролетел через внутренний двор тюрьмы. Кайл следовал за ним по пятам. Тор приземлился на дальнем парапете.

Подойдя к необычайно большому камню, он нагнулся, соскрёб извёстку и открыл тайник.

Кайл тоже нагнулся, чтобы увидеть небольшой пузырёк с ярко-зелёной жидкостью. Он просунул руку в тайник, готовый извлечь сосуд на свет.

Тор схватил его за запястье, останавливая.

«Если дотронешься до него, то сразу умрёшь, – предупредил он. – Сосуд мягкий и пористый».

Обмотав ладонь рукавом рубашки, Тор просунул руку в тайник и аккуратно извлёк яд. Он поднял сосуд вверх, чтобы Кайл мог его лучше рассмотреть. Яд пузырился, отсвечивая в лунном свете яркой зеленью.

Кайл был поражён тем, что Тор решил спасти ему жизнь. Ещё он злился на себя за то, что повёл себя так глупо и чуть не отравился.

«Почему ты просто не дал мне взять этот пузырёк в руки? – спросил Кайл. – Почему ты меня спас?»

Тор посмотрел на него с ухмылкой. «Без тебя жизнь будет уж слишком скучной, – ответил он. – Да и к тому же, на что ещё нужны друзья?»

Глава пятнадцатая

Кейтлин стояла на вершине холма, глядя на Калеба и не понимая, почему он ведёт себя так странно. Она никогда не видела, чтобы он так нервничал и не знал, что сказать. Кейтлин даже показалось, что она заметила капельки пота у него на лбу, а она никогда не видела, чтобы Калеб потел. Что же его так взволновало?

Может быть, он расчувствовался из-за возращения домой? думала Кейтлин. О чём таком он хотел с ней поговорить?

Вдруг Калеб опустился на одно колено, не сводя с неё глаз.

«Кейтлин, я прожил уже сотни лет, но ты – моя единственная любовь в жизни. Если мне посчастливится прожить ещё тысячу лет, я хочу прожить их вместе с тобой».

И тут Кейтлин поняла. Калеб опустился на одно колено… Он говорил о том, чтобы прожить с ней всю жизнь… Он потянулся к карману и достал из него небольшую бархатную коробочку…

Сердце забилось с бешеной скоростью. Кейтлин была в шоке. Такого она не ожидала.

Кейтлин любила Калеба всем сердцем и всегда хотела провести с ним всю жизнь, быть вместе целую вечность.

Но она никогда не знала наверняка, что испытывает Калеб, и насколько сильны были его чувства к ней, ведь вечность в мире вампиров действительно означает вечность, поэтому, как предполагала Кейтлин, вампиры так редко женились. Ей всегда казалось, что предложение руки и сердца среди вампиров лучше всего остального доказывало истинность и глубину чувств. По сравнению с любовью, которую испытывала их раса, любовь людская казалось обычной и ничем не примечательной. Любовь вампира – это любовь длиною в вечность.

Кейтлин казалось, что они с Калебом были знакомы уже многие сотни лет. Когда он был рядом, жизнь обретала истинный смысл. Когда Калеб опустился на колено и открыл коробочку, она увидела великолепное кольцо с большим сапфиром и рубинами. По телу прошла волна восторга и возбуждения.

Ей делали предложение. Калеб просил её стать его женой. Он хотел провести с ней всю свою жизнь. В мире был мужчина, который любил её настолько, чтобы прожить с ней целую вечность. Кейтлин едва могла дышать.

Когда она была маленькой девочкой, то часто мечтала об этом дне. При этом она и подумать не могла, что ей будут делать предложение в таком прекрасном месте, на вершине холма с видом на прекрасные поля, леса и великолепный старинный замок. Кейтлин не могла и представить, что предложение ей будет делать человек, которого она сама до безумия любила. Не говоря уже о кольце, разве могла она надеяться на такое роскошное и изысканное кольцо? Ей было страшно даже к нему прикасаться.

«Кейтлин, – продолжил Калеб, улыбаясь, – ты выйдешь за меня замуж?»

Он медленно достал кольцо и протянул ей.

Кейтлин протянула дрожащую руку и надела его на палец.

Её так трясло от волнения, что она не могла говорить. Кейтлин хотелось кричать ДА, но в горле пересохло, и голос перестал её слушаться.

«Да, – наконец прошептала она, начиная плакать, – тысячу раз да».

Калеб поднялся с колен, и они обнялись. Было так приятно чувствовать его объятия и теплоту его тела. Слёзы так и текли у неё по щекам. Именно этого Кейтлин хотелось больше всего в жизни: она хотела быть с тем, кто любил её так же сильно, как и она его. Ей хотелось быть с ним всегда. Кейтлин хотелось быть уверенной, что Калеб принадлежал ей, и так будет на веки вечные.

Она отклонилась, и Калеб сделал то же самое. Они стояли рядом, их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Кейтлин видела, как горят любовью его глаза. Они придвинулись ближе и поцеловались. Этот долгий поцелуй стёр границы между их мирами.

Через какое-то время их губы разомкнулись. Кейтлин провела рукой по щеке Калеба.

«Я люблю тебя, – сказала она, – и всегда буду любить».

«Мамочка?»

Они обернулись и увидели бегущих к ним Скарлет и Рут.

Кейтлин присела, чтобы обнять девочку. Подхватив ей на руки, она стала кружить Скарлет.

«Что произошло? – спросила малышка. – Почему ты плачешь?»

Кейтлин опустила её на землю и обхватила за плечи.

«Скарлет, – сказала она, – у нас для тебя хорошие новости. Мы решили пожениться!»

Пожениться, какое необычное слово. Произнося его, Кейтлин почувствовала, как буквы и звуки отскакивали от каждой клеточки её тела, заставляя их содрогаться, как от взрыва бомбы. Пожениться. Свадьба. Кейтлин до сих пор не могла в это поверить. Это действительно происходило с ней. Не с кем-нибудь из её друзей, а именно с ней.

Скарлет радостно взвизгнула, а Рут гавкнула.

«Пожениться, пожениться, пожениться!» – кричала девочка.

Скарлет прыгала от радости, а потом бросилась на руки к Калебу.

«Можно я приду к вам на свадьбу? Можно я буду держать букет? Можно мне нарядиться в красивое платье?»

Покружив её, Калеб опустил девочку на землю, не переставая широко улыбаться.

«Конечно можно», – ответил он.

«А где мы будем потом жить? Где будет наш дом?»

Кейтлин посмотрела на Калеба, который тоже взглянул на ней. Пришло время решить, что делать со Скарлет. Они легко могли читать мысли друг друга: пришло время официально удочерить девочку и сделать её частью их семьи. Они хотели, чтобы она стала их ребёнком. Они хотели придать официальный статус тому, что им было и так известно с того самого момента, когда они её впервые увидели.

Калеб кивнул, разрешая Кейтлин говорить от имени их обоих.

Кейтлин присела и убрала пряди волос с лица Скарлет.

«Дорогая, – сказала она, радостно улыбаясь, – у нас для тебя есть новости ещё лучше. Если ты захочешь, мы бы хотели, чтобы ты стала нашей дочерью, нашей настоящей дочерью. Мы бы хотели быть для тебя папой и мамой. Ты не против?»

На глазах Скарлет появились слёзы. Она плакала.

«Я так надеялась, что вы меня об этом спросите», – ответила девочка.

Она подошла ближе и обняла Кейтлин, а потом подбежала, чтобы обнять Калеба. Кейтлин взяла Скарлет на руки, и они обнялись все втроём, нежно поцеловав девочку в лоб.

«С первой секунды, как я вас увидела, – сказала Скарлет, – я поняла, что никогда не любила никого сильнее».

Глава шестнадцатая

Сэм и Полли шли вдоль берега реки на окраине Уорикского замка. После разговора с Эйденом Сэм выбежал из замка в расстроенных чувствах и натолкнулся на Полли, которая общалась с другими членами клана. Полли увидела его грустное лицо и предложила им двоим прогуляться.

Они уже многие часы бродили по берегу. За это время Сэм не проронил и слова. Он знал, что вёл себя грубо, и ему следовало выговориться и рассказать Полли всё как есть, но он был не в силах это сделать – им вновь управляли эмоции. В голове кружились слова Эйдена. Каждое слово рикошетом отзывалось в его сознании.

Кейтлин была избранной, а не он. Его миссия – охранять Кейтлин. Он не был особенным. У него своя судьба. Кейтлин молила об обращении, а он – нет. Человек, обративший его, был злым и тёмным вампиром, поэтому в венах Сэма течёт тёмная кровь. Всегда оставалась вероятность, что он может переступить черту и перейти на тёмную сторону. Он был сильнее, чем все остальные вампиры, но более других подвержен возможности обращения ко злу. Подсказки, предназначенные отцом специально для него, вели в этом замок и никуда больше. Он прибыл в Уорикский замок, чтобы тренироваться под руководством Эйдена.

Сэм не знал, что и думать. Он проговаривал про себя эти слова вновь и вновь. С одной стороны, он был в ярости и хотел крикнуть Эйдену, что тот не знал, о чём говорит. С другой стороны, глубоко в душе, он понимал, что эти слова были правдой, ведь он и сам подозревал о чём-то подобном. С одной стороны, Сэм чувствовал себя настоящим неудачником, с другой – ощущал себя важным и сильным. Он метался от одного решения к другому, от одной мысли к другой.

Как будто этих раздумий было недостаточно, он не мог выкинуть из головы слова Тайлера, которые тот произнёс до того, как они расстались. Для всех было очевидно, что Полли его любила.

Сэм украдкой поглядывал на неё во время прогулки. Она шла рядом, рассматривая траву, реку, деревья и небо. Она казалось совершенно счастливой вероятнее всего потому, что воссоединилась со своими старыми друзьями. Сэму совсем не казалось, что Полли его любит. Да и он сам сомневался, что она ему нравится.

Однако надо отметить, что Полли предложила ему эту прогулку, увидев, как расстроил его разговор с Эйденом. Для Сэма это много значило, и он был благодарен ей за то, что она вызвалась составить ему компанию. Ещё Сэм ценил молчание Полли, которое давало ему возможность разобраться в своих мыслях. Сэм решил, что пришло время заговорить.

Он прокашлялся.

«Разговор прошёл не совсем так, как я ожидал», – начал он.

Полли обеспокоенно на него посмотрела.

«Что ты хочешь этим сказать?» – спросила она.

Сэм постарался подобрать правильные слова.

«Ну, хм, Эйден, он… оказался не таким, каким я его себе представлял».

Полли была обрадована возможностью поговорить. «Я знаю, он самый лучший, да? Он столькому меня научил. Не только меня, но и всех нас и особенно твою сестру. После его уроков она стала совсем другим человеком, – взволнованно затараторила Полли. – Что он тебе сказал? Куда мы отправимся дальше, следуя подсказкам отца?»

Сэм отрицательно покачал головой. «Подсказки закончились, – сказал он грустным, подавленным голосом. – Мои поиски заканчиваются в этом замке, – добавил он, выдержав паузу. – Отец привёл меня к Эйдену. В этом и состояла моя миссия: мой отец хотел, чтобы остался здесь и тренировался с Эйденом».

Полли посмотрела на него в полном замешательстве. «Я не понимаю», – сказала она.

Сэм остановился и посмотрел на неё. «Эйден сказал, что моя миссия отличается от миссии Кейтлин. Он сказал, что только она избранная, и только ей суждено найти отца. Моя миссия заключается в том, чтобы защищать и оберегать её».

Полли внимательно смотрела на Сэма.

«Эйден хочет, чтобы я остался здесь и тренировался. Он говорит, что я пока не готов, что мною управляют эмоции, и что мне многому нужно научиться. Ты с ним согласна?»

Полли нежно посмотрела на Сэма.

«Я думаю, нам всем есть чему поучиться, – ответила она. – И да, иногда ты действуешь сгоряча, – добавила она, улыбаясь».

Сэм не мог удержаться, чтобы тоже не улыбнуться. Глядя на Полли, ему сложно было продолжать злиться.

«Ещё Эйден сказал, что у меня есть тёмная сторона, ведь меня обратил тёмный вампир. Если я буду неосторожен, то эта тёмная сторона одержит верх».

«У каждого есть светлая и тёмная сторона, – ответила Полли, – и это не обязательно должно означать что-то плохое. Просто зная это, мы становимся более дисциплинированными и желаем, чтобы доброта побеждала зло. Мне кажется, в разных ситуациях каждый из нас может быть добрым или злым, каждый из нас может переходить то на одну сторону, то на другую».

Полли замолчала.

«Человек, обративший меня, не был лучшим из людей», – добавила она, и лицо её помрачнело.

Сэм удивлённо взглянул на девушку. Он никогда даже не задумывался о том, кто обратил Полли.

«Я родилась полукровкой, один из моих родителей был вампиром, другой – человеком. Они составили меня одну на острове. Меня обратили, когда я стала старше, тогда я превратилась в настоящего, полноценного вампира. Меня обратил парень, глупый парень. Мы с ним встречались. Я любила его, наверное, всего лишь около минуты, а потом я поняла, каким придурком он был, но было уже поздно. Это была первая из многих моих неудачных попыток завести нормальные отношения», – добавила Полли, грустно вздохнув.

Сэм не мог отвести от неё глаз.

«Теперь ты видишь, – добавила она, – что ты ни в чём не виноват. Во мне тоже есть тёмная половина, но я ведь не перешла на тёмную сторону, а, значит, и ты не перейдёшь».

От разговора с Полли Сэму стало легче. Что бы он без неё делал!

«Ты считаешь, мне нужно остаться и тренироваться?» – нерешительно спросил он.

«Ты не представляешь, как тебе повезло, что Эйден предложил тебе такое. Ты должен быть благодарен. Конечно, тебе следует остаться. Разве ты не хочешь стать самым лучшим воином, каким ты только можешь быть?»

Сэм задумался. Полли была права. Он хотел стать лучше. И если Кейтлин нуждалась в его защите, то лучшего места, чтобы всему научиться просто не придумаешь.

Сэм не знал, останется ли Полли с ним. Всё внутри сжалось, когда он, наконец, осознал, что хочет, чтобы она была рядом.

«Ты тоже остаёшься?» – нерешительно спросил он, стараясь не выдавать своих истинных мыслей.

Как он ни старался, но слова его прозвучали так, что Полли всё поняла и широко улыбнулась.

«А что если нет? – спросила она. – Ты будешь по мне скучать?»

Полли смотрела на его и игриво улыбалась. Сэм отвёл глаза, чувствуя, что краснеет.

«Ты покраснел», – хихикнув, добавила она.

Теперь щёки Сэма буквально пылали.

«Я… ну… хм… я… никогда… я никогда не говорил, что буду по тебе скучать», – наконец произнёс он, спотыкаясь на каждом слове и изо всех сил стараясь звучать непринуждённо.

Полли вновь хихикнула: «Тебе и не надо ничего говорить. У тебя на лице всё написано».

Сэм внимательно посмотрел на Полли. Она тоже смотрела ему прямо в глаза. По её лицу впервые было заметно, что он ей нравится. Они продолжали смотреть друг на друга, и никто не пытался отвести взгляд.

«Эйден сказал, что я обычный», – мягко произнёс Сэма, смотря Полли в глаза.

Полли сделала шаг вперёд и провела тыльной стороной ладони по его щеке.

«Для меня ты особенный», – сказала она.

Сердце Сэма забилось чаще. Он медленно наклонился к Полли. Она тоже потянулась к нему. Их губы были в сантиметре друг от друга, и оба понимали, что сейчас случится их первый поцелуй.

Вдруг раздался звук рожка. Испугавшись, они развернулись и оглянулись. Члены клана дули в рожок и размахивали флагами, привлекая их внимание.

«ИГРЫ НАЧИНАЮТСЯ! – крикнул один из них. – Эйден хочет, чтобы вы шли сюда».

Момент был упущен. Полли и Сэм старались избегать взглядов друг друга, чувствуя себя неловко. Развернувшись, они пошли назад к замку, идя на некотором расстоянии друг от друга и стесняясь держаться за руки на виду у всех. С бешено бьющимся сердцем Сэм гадал, смогут ли они вновь повторить этот момент.

Глава семнадцатая

Сергей открыл глаза и тут же закрыл их руками, спасаясь от беспощадного света. Он с трудом понимал, где находится.

Он лежал в грязи, на крутом речном берегу. Отвернувшись от света, он закрыл глаза ладонями. Свет был настолько ярким, что, казалось, вот-вот прожжёт дыру у него в черепе. Сергей оглянулся и понял, что находится где-то под гниющим мостом, поэтому он отполз подальше в тень, удаляясь от кромки воды в темноту.

Наконец он мог спокойно вздохнуть и медленно открыть глаза. Оглядев местность, он сразу же понял, где оказался. Это был Лондон, а сам Сергей был прямо под Лондонским мостом, мостом, вид которого он не перепутает ни с чем. Подняв голову вверх, он увидел гниющие балки, каменные сваи и многочисленные лодки, плывущие по Темзе. Сергей отполз дальше в темноту, углубляясь под мост и чувствуя, как из под ног разбегаются крысы. В темноте он начал понемногу приходить в себя.

«Эй, ты! – раздался голос. – Это моё место!»

Сергей увидел ковыляющего к нему бродягу с пустой бутылкой в руках: «А ну проваливай, а то пожалеешь!»

Меньше всего сейчас Сергей желал встретить человека. Это путешествие в прошлое вымотало его до предела, и голова до сих пор раскалывалась, будто от сильнейшего похмелья.

«Ты что оглох? – крикнул бродяга. – Вот я тебя сейчас проучу…»

С него было достаточно. Сергей накинулся на человека и одним резким ударом острых когтей разрезал бедняге горло.

Бродяга смотрел на него широко открытыми глазами. Он выронил бутылку и схватился за шею, пытаясь остановить кровь.

Сергей почувствовал, как стали удлиняться его клыки, и вдруг понял, насколько он был голоден. Как удачно ему встретился этот бродяга.

Увидев клыки, человек ещё больше испугался и попятился назад, крестясь и пытаясь скрыться в темноте.

Но было уже слишком поздно. Сергей обезумел от голода. Накинувшись на него, он глубоко вонзил клыки бедняге в шею. Человек вскрикнул, но Сергей заткнул ему рот свободной рукой и продолжал пить кровь, чувствуя, как она, пульсируя, бежит по его венам.

Через несколько секунд он почувствовал, как тело бродяги обмякло. Утолив голод, он бросил бездыханное тело на землю.

Человеческая кровь помогла ему полностью прийти в себя. Сергей брезгливо посмотрел на лежащее рядом тело и со всей силой пнул его ногой.

Перекатившись, труп упал в Темзу и медленно поплыл вниз по течению. Сергей улыбнулся, наблюдая, за тем, как тело наполняется водой. Он представил выражение лица рыбака, мимо чьей лодки сейчас проплывёт это тело, и улыбнулся ещё шире. Сергей не выносил человеческий род и, будь его воля, наполнил бы всю эту реку человеческими телами.

Но сейчас ему было не до этого. Он вернулся в прошлое, чтобы помириться с Кайлом. Он до сих пор мечтал стать его верным слугой, возглавить армию Кайла и однажды взять на себя руководство войной в Нью-Йорке, если Кайл решит, что он этого достоит, и Сергей сможет вернуть себе его доверие. Он знал, что в Париже всё пошло не по плану, и он позволил Кейтлин уйти прямо из-под носа. Тогда Сергею казалось, что соблазнение Полли было правильным решением. Он обманул её и использовал в своих целях. Сергей улыбнулся воспоминаниям. Ничто не доставляло ему такое удовольствие, как обман и унижение женщин.

Но Сергею не удалось тогда добиться успеха. Сейчас, прибыв в этот век и этот город, он хотел помириться с Кайлом. Он вновь найдёт Полли и сможет обмануть её снова. Какая забава. Раз ему удалось очаровать её однажды, он был уверен, что сможет сделать это вновь. На этот раз он воспользуется Полли, чтобы добраться до Кейтлин и потом представить их обеих Кайлу, как добытый на охоте трофей.

Сергей улыбнулся. После такого Кайл уже больше никогда не будет на него в обиде.

Солнце близилось к закату, и Сергей чувствовал себя обновлённым и повеселевшим. Мысль о том, чтобы вновь обвести Полли вокруг пальца, доставляла ему какое-то извращённое удовольствие. Он был так весел, что ничего не мог с собой поделать.

Собрав силы, он начал петь арию их симфонии Бетховена. Он пел громче и громче и ни разу не сфальшивил. Звук от его пения эхом расходился под мостом и проникал наверх, поражая удивлённых прохожих. Никто не мог понять, откуда шло это чудесное пение.

Никому из горожан и в голову не могло прийти, что звук шёл из-под моста, а этим певцом был вампир, поставивший себе цель уничтожить их всех до единого.

Глава восемнадцатая

Сэм стоял на площадке, держа в руках длинный жезл и сражаясь с очередным противником из числа людей Эйдена. Ему уже удалось встретиться в схватке с дюжинами из них, и никого нельзя было назвать достойным противником.

Сэм не знал, в чём была причина подобного поведения, но казалось, что все его соперники двигались нарочно медленно. Он мог предугадать их следующий шаг и всегда был непобедим, зная, когда отступить в сторону, когда увернуться, когда присесть, а когда ударить. Схватка с ними была похожа на разрезание масла, и Сэм не мог не поразиться собственной силе и способностям.

Сейчас перед ним стоял Каин – крупный, накаченный парень с таким же длинным жезлом, как и у Сэма. Он ринулся в атаку, злобно нахмурившись.

Сэму он был нечета. Дико размахивая жезлом, Каин старался изо всех сил, но Сэм блокировал каждый его удар, не подпуская ни на миллиметр.

Почувствовав, что время пришло, одним точным ударом Сэм выбил жезл у противника из рук. Жезл взмыл в воздух и приземлился где-то в толпе зрителей. Следующим шагом Сэма был сильный удар в солнечное сплетение, который сбил Каина с ног.

Толпа одобрительно заревела. Сэм чувствовал себя победителем, выиграв бой с ещё одним воином клана.

Эйден вышел из толпы и обратился к Сэму.

«Ты проиграл», – неодобрительно проговорил он, медленно качая головой.

Сэм не понял, о чём говорил старец. Он победил всех и каждого, кто выходил сражаться с ним, и победил с лёгкостью. Он чувствовал себя сильнее всех остальных. Всё утро он провёл, слушая поучения Эйдена и чувствовал, что следовал всем его указаниям, с каждым выпадом становясь всё лучшим воином. Как же он мог проиграть? Что имелось в виду?

«Ты сражаешься неправильно, – продолжил Эйден. – Ты сражаешься этим, – сказал он, касаясь груди Сэма, с той стороны, где находилось сердце, – а не этим, – добавил он, касаясь его лба».

«Вы не знаете, о чём говорите, – раздражённо огрызнулся Сэм. – Никто из ваших людей не смог со мной справиться. Вам просто стыдно за них, вот и всё. Я отлично дрался, а вы не хотите это признавать».

Клан удивлённо охнул. Никто и никогда не разговаривал с Эйденом подобным тоном.

Сэму было всё равно. Он называл вещи своими именами.

Эйден медленно покачал головой.

«Быстрый, – сказал он, – ты очень быстрый. Если ты выигрываешь сейчас, это не значит, что ты будешь выигрывать всегда. Победа или проигрыш не так важны. Важно, чтобы импульсы исходили из головы, а не из сердца. Твоя техника боя внешняя, а должна быть внутренней. Тобой руководят эмоции».

Неожиданно для всех Эйден вынул жезл из-под своей мантии и больно ударил Сэма по рёбрам.

Сэм вскрикнул от боли, чувствуя, что будет синяк. Опустившись на колено, он удивлённо посмотрел на учителя. Он не заметил в руках Эйдена жезла, и что самое странное, не ожидал удара. Неужели, Эйден мог двигаться настолько быстро? Казалось, что секунду назад Сэм стоял, выпрямившись, а сейчас корчился от боли.

Он взглянул на Эйдена, сгорая от ярости. Эйден опозорил его перед всем кланом – никто и никогда не имел права его позорить.

Откинув голову назад и оскалив зубы, Сэм ринулся на Эйдена, намереваясь вцепиться ему в горло.

Он взмыл в воздух, вытянув вперёд руки и готовясь схватиться за шею противника. Сэм не мог контролировать овладевшую им ярость. В глубине сознания он понимал, что должен подчинить себе это чувство, но не мог. Он жаждал крови, и ему было неважно, кто станет его жертвой.

Но в тот самый момент, когда Сэм думал обхватить шею Эйдена руками, он осознал, что летит головой вниз прямо в грязь.

Подняв голову, Сэм обернулся и увидел стоящего в сторонке старца.

Как он это сделал? Он стоял совсем в другом месте лишь секунду назад. Каким-то образом ему удалось сдвинуться и отшвырнуть Сэма в сторону до того, как Сэм смог до него добраться.

Эйден стоял и по-прежнему качал головой.

«Быстрый, – сказал он, – и предсказуемый. Ты полагаешься только на свою силу, ведь она твоё основное преимущество, но и твоя слабость».

Сэм отклонился назад и зарычал. Это был злобный рык первобытного животного, обуреваемого яростью. От рёва Сэма затряслись стены. Не раздумывая, он перекатился, схватил копьё и ринулся на Эйдена, готовый вонзить ему его прямо в сердце.

Толпа испуганно ахнула.

Эйдену удалось уклониться, и копьё пролетело совсем рядом с ним, угодив в дерево в нескольких метрах от них.

Сэму и этого было мало. Он схватил другое оружие, первое, что попалось под руку, и им оказался огромный боевой топор. Обхватив рукоять обеими руками, Сэм ринулся на Эйдена. При этом внутренний голос отговаривал его от нападения, ведь в глубине души он сам поражался своим действиям. Выглядело так, будто им овладел сам дьявол, действия и реакцию которого никто не мог контролировать или предугадать. В глубине души Сэм совсем не желал убивать Эйдена, но бой пробудил новую, тёмную часть его, которая теперь взяла контроль над телом. Сэм понимал, что больше не отвечает за свои действия. В глубине души, и как бы парадоксально это ни звучало, Сэм понимал, что Эйден был прав.

Но было уже слишком поздно. Он ринулся, метясь топором Эйдену в грудь, готовый разрубить его на части.

Толпа испуганно затаила дыхание. Сэм уже готовился почувствовать, как лезвие топора рассекает плоть старика.

Однако вместо этого, он почувствовал, как летит по воздуху, а топор падает в грязь.

Сэм нагнулся, открыв спину, и почувствовал острый укол в ягодицу.

Развернувшись, он увидел стоящего перед ним Эйдена, целого и невредимого. Он приставил острие копья к спине Сэма.

Сэм понял, что побеждён и полностью разбит. Боевой дух его покинул, забрав с собой злобную сущность, овладевшую его сознанием. Он чувствовал себя опустошённым, смущённым, разбитым и полным сожаления.

Эйден смотрел на него, нахмурив брови.

Все другие вампиры, кроме Полли, ринулись к Сэму вымещать злость за нападение на их лидера.

«Нет! – крикнул Эйден, и все остановились. – Он не контролирует свои действия. Я не хочу, чтобы Сэм пострадал».

Эйден наклонился и протянул ему руку. Сэм чувствовал себя ужасно виноватым. Он схватился за руку Эйдена и позволил ему поднять себя на ноги, его, человека, которого он только что собирался убить.

Сэм низко опустил голову. «Простите меня», – сказал он.

«Не стоит передо мной извиняться, – ответил Эйден. – Проси прощения у самого себя. Ты безрассуден и представляешь опасность для окружающих. Именно поэтому отец тебя не выбрал. Пока ты не признаешь свои недостатки, ты никогда не сможешь их побороть».

Сэм посмотрел Эйдену в глаза, глубоко вздохнул и, наконец, признал для себя, что старец был прав. Да, Сэму ещё многому нужно было научиться.

«Вы меня научите? – спросил он. – Теперь я готов».

Эйден посмотрел на него в ответ, и Сэм не смог разобрать выражение его лица. Вдруг старец поднял глаза вверх, явно за чем-то наблюдая.

Сэм тоже поднял голову, чтобы посмотреть.

Сердце его перестало биться. На горизонте он увидел летящую в их сторону группу вампиров. Они собирались приземлиться.

Впереди летела его сестра.

Глава девятнадцатая

Кейтлин летела, держа Скарлет на плечах. Калеб летел рядом, держа в руках Рут. Лили удобно разместилась у него за спиной. После предложения Кейтлин до сих пор была сильно возбуждена, витая где-то в облаках и не веря в свою удачу. Она радостно улыбалась всю дорогу с тех самых пор, как они покинули замок Лидс, с тех пор, как Калеб сделал предложение, и с тех пор, как они удочерили Скарлет. На всём пути они сделали лишь одну остановку, чтобы забрать Лили из Виндзора и рассказать ей последние новости.

Лили была настолько обрадована новостью о помолвке, что не переставала кричать в течение десяти минут. Она восхищалась кольцом Кейтлин и взволновано обнимала их обоих. Лили настояла на том, чтобы отправиться с ними и присутствовать при разговоре Кейтлин с Сэмом, Полли и всем кланом Эйдена.

Они летели уже несколько часов, направляясь в Уорикский замок, чтобы поделиться со всеми своей радостью. Кейтлин постоянно прокручивала в голове момент, когда Калеб сделал предложение. Это было так необычно, и всё произошло так быстро и так неожиданно, что она продолжала переживать его вновь и вновь в своей памяти. Сердце её разрывалось от радости. Кейтлин чувствовала, что сейчас, летя с Калебом, Скарлет, Рут и Лили, готовая воссоединиться с братом и друзьями, у неё было всё, что ей нужно было в жизни. Как бы ей хотелось заморозить этот момент, чтобы ничто не менялось и осталось так навсегда.

Ей даже казалось, что у неё это может получиться. Кейтлин не имела ни единого понятия, где искать следующую зацепку, у неё не было надёжных подсказок, над которыми ей необходимо было поразмыслить. Если и у Сэма нет зацепок, то Кейтлин не видела причины, почему ей не следует остаться с кланом Эйдена на какое-то время, пожить в мире и спокойствии, наслаждаясь моментом… и планируя свадьбу. Кейтлин понимала, что свадьба двух вампиров – событие редкое – должна была стать чем-то из ряда вон выходящим.

Следуя за Калебом, Кейтлин начала снижаться, когда увидела внизу клан Эйдена. Как она и ожидала, все они были на тренировке. В середине круга стояли Сэм и Эйден. Кейтлин была рада, что Сэм уже приступил к тренировкам. Полли стояла неподалёку.

Кейтлин и Калеб приземлились. Все расступились, давая им дорогу. Кейтлин опустила на землю Скарлет, а Калеб – Рут и Лили.

Полли прорвалась сквозь ряды встречающих и заторопилась к подруге.

«БОЖЕ МОЙ! – крикнула она, схватив Кейтлин за руку и внимательно её рассматривая. – ЭТО ЧТО, ТО САМОЕ КОЛЬЦО!?!?!?»

Полли радостно вскрикнула, внимательно разглядывая кольцо на пальце Кейтлин. Она раскрыла рот от удивления, а в глазах читалось волнение. Она даже закрыла лицо руками от удивления.

Кейтлин сияла от радости, ведь она знала, что ничто не могло сделать Полли счастливее, чем подобные новости. Полли радовали даже менее значительные новости, а новость о помолвке, наверное, всколыхнула её мир, как землетрясение.

«Да, – улыбаясь, ответила Кейтлин, – это правда. Мы обручены!»

Среди друзей послышался гул одобрения. Напряжение спало.

Полли прыгала от радости, как ребёнок.

«БОЖЕ МОЙ, БОЖЕ МОЙ, БОЖЕ МОЙ!!!!!», – не переставая, кричала она, крепко обнимая подругу.

Кейтлин улыбнулась и ответила на объятие.

«Я так за тебя счастлива! Я так рада! Как это произошло? Расскажи мне всё в подробностях! Когда будет свадьба? Можно я буду подружкой невесты?!?»

Не успела Кейтлин ответить, как Полли уже отстранилась и бросилась обнимать Калеба.

Кейтлин даже не знала, на какой вопрос ей следует отвечать первым. Она совсем не думала о свадьбе и выборе подружки невесты. Но стоило Полли озвучить свою кандидатуру, как Кейтлин поняла, что лучше неё ей никого не найти. Она почтёт за честь, если Полли будет её подружкой невесты, хотя Кейтлин по-прежнему не представляла, как проходят свадьбы вампиров, и как они выглядят.

Все другие члены клана также заторопились к Кейтлин и Калебу, обнимая их и задавая уйму вопросов. Кейтлин многих из них узнала, чувствуя их любовь и поддержку. Она была рада разделить с ними своё счастье и видеть на их лицах восторг и участие.

Сэм медленно вышел из толпы и посмотрел на сестру. В его взгляде читались смятение и смущение, как будто он был чем-то занят, и его внезапно отвлекли. Кейтлин не могла понять выражения его лица и то, что с ним происходило. По Сэму сложно было сказать, был ли он за неё рад. Он выглядел испуганным.

«Сэм?» – сказала Кейтлин. Она продолжала надеяться, что он будет за неё рад.

«Это правда? – спросил он. – Вы решили пожениться?»

Кейтлин кивнула, радостно улыбаясь. Она взяла Калеба за руку. «Это правда», – подтвердила она.

Сэм сделал шаг вперёд и крепко её обнял. Объятие было крепким, и Кейтлин чувствовала большую силу и мощь в руках брата.

Он медленно развернулся и посмотрел на Калеба, а потом обнял и его.

«Ты мне всегда нравился, – сказал Сэм. – Заботься о ней хорошо».

«Обязательно», – ответил Калеб.

«Так, когда же свадьба?» – спросила Полли.

«Где состоится церемония?» – спросил Тайлер.

«Сколько человек приглашено?» – спросил ещё кто-то.

«Будет праздник по поводу помолвки?» – спросил другой голос.

Кейтлин не знала, что ответить на все эти вопросы. Она всегда мечтала о дне своей свадьбы, но сейчас, когда речь зашла о настоящем планировании этого события, она просто не представляла, что ей ещё предстоит.

«Можно я буду держать букет?» – спросила Скарлет.

Все засмеялись.

Кейтлин обняла девочку за плечи и поцеловала её в лоб: «Конечно, можно».

Кейтлин взяла Скарлет на руки и повернулась лицом к друзьям:

«Друзья, это ещё не все хорошие новости. Мы с Калебом удочерили Скарлет».

«Я и не знала, что у вас такая большая семья», – добавила Скарлет, и все засмеялись.

Эйден сделал шаг вперёд, и Кейтлин посмотрела в его сторону. Она не знала, как он отреагирует на все их объявления, и сейчас, видя его перед собой, она слегка нервничала, ожидая его реакции. Он был всегда так серьёзен и сфокусирован на тренировках, что Кейтлин не могла и предположить, как он воспримет новость о свадьбе. Не решит ли он, что она отвлечёт всех от важных дел?

Кейтлин заметила, как под покрывалом седой бороды его лицо расплылось в подобии улыбки.

«Счастье – отличная вещь, – сказал он, – обладающая мощной энергией, но помни: тебе предстоит важная миссии. Не позволяй себе отвлекаться».

Развернувшись, он скрылся в толпе. Не успела Кейтлин опомниться, как он совсем исчез из вида.

Она обернулась и увидела Сэма. Он стоял, понуро опустив голову. Глядя, как уходит Эйден, он выглядел слегка странно. Кейтлин понимала, что с Сэмом было что-то не так, и хотела узнать что. Было ли его поведение связано с её помолвкой? Или причина крылась в другом?

Ещё Кейтлин хотелось узнать, какие подсказки успел обнаружить Сэм, и почему отец хотел, чтобы он отправился именно сюда.

«Сэм, – сказала Кейтлин, подходя к нему ближе, – мы можем поговорить?»

Он мрачно кивнул.

Кейтлин нагнулась и поцеловала Калеба. «Я скоро вернусь», – сказала она и отошла на несколько шагов, оставив Калеба и Скарлет в центре возбуждённой толпы друзей.

«В чём дело? – спросила она Сэма, как только они оказались достаточно далеко, чтобы поговорить наедине. – Ты за меня не рад?»

«Нет, что ты, – быстро ответил Сэм, изображая на лице подобие натянутой улыбки, – я безумно за тебя счастлив. Прости, я не хотел, чтобы это так выглядело. Всё совсем не так, ка ты думаешь».

«Так в чём же дело?» – спросила его сестра.

«К тебе это не имеет никакого отношения», – ответил Сэм.

«И? – настаивала Кейтлин. – Что случилось?»

Сэм колебался, а потом глубоко вздохнул.

«Это касается Эйдена. Теперь я понимаю, что всё, что он сказал, оказалось правдой. Я не контролирую свои эмоции. Я повёл себя с ним очень плохо».

Кейтлин всё поняла, ведь она проходила через то же самое. У неё ушло много сил и воли, чтобы получить контроль над собственными эмоциями. Она и сейчас чувствовала, что ей приходится преодолевать себя каждый день и каждый час, и что каждый день учит её чему-то новому. Процесс её обучения был не закончен, и ей ещё много нужно в себе открыть и понять. Кейтлин вспомнила начало обучения, отлично понимая, что сейчас чувствует Сэм: страсть и эмоции захлёстывают, словно волной, и управлять ими становится почти невозможно.

Кейтлин понимающе похлопала брата по плечу.

«Всё хорошо, – сказала она, – я проходила через то же самое. Мы все совершаем ошибки. Тренировки – это длительный процесс, и в один день овладеть тонкостями невозможно».

Сэму полегчало. Кейтлин вспомнила, как ей всегда удавалось его успокоить, даже в подростковом возрасте, когда они жили в их ужасной крошечной квартире в Нью-Йорке.

«Расскажи мне о подсказке, – попросила она. – Уорик. Письмо отца. Что ты сумел найти?»

Сэм медленно покачал головой.

«В этом ещё одна проблема. Эйден сказал мне, что мне не нужно искать подсказки, что он – это и есть моя подсказка. Этот замок и моё пребывание здесь и есть подсказка, – сказал Сэм, опустив голову. – Он сказал, что только тебе суждено найти отца, а моя цель – защищать тебя в пути. Моя часть миссии завершена. Из нас двоих только ты избранная».

Его слова сильно шокировали Кейтлин. Она не могла и представить, что между ними с Сэмом была разница, что она была более особенная, чем он, или что у них были разные миссии. От слов Сэма Кейтлин почувствовала на себе весь вес ответственности за поиск последней подсказки.

«Но я не знаю, что значит моя подсказка, – сказала Кейтлин. – Я много думала об этом, гадая и перебирая варианты, но до сих пор не имею понятия, что такое судейский холм. А ты?»

Сэм отрицательно покачала головой.

Кейтлин вздохнула. «Ну, тогда и мне отправляться некуда, пока мы не поймём, что эта фраза значит».

«А потом?» – спросил Сэм.

Кейтлин замялась. «Потом я уеду, чтобы найти это место, а пока…»

«А пока ты можешь расслабиться и немного отдохнуть, – перебила её Лили, подходя ближе и кладя руку ей на плечо. – В конце концов, мы должны отпраздновать твою помолвку. Взбодрись! Время веселиться. Я на этом настаиваю».

Кейтлин улыбнулась. Присутствие Лили как всегда вселяло в неё надежду.

«Более того я решила взять на себя ответственность по организацию праздника в честь твоей помолвки. Прямо сейчас. Нам всем нужен праздник, – добавила она, поворачиваясь к толпе. – Ведь я права?»

Толпа заволновалась в знак одобрения.

«Сегодня в театре «Глобус» состоится премьера новой пьесы Шекспира, – продолжила Лили. – «Ромео и Джульетта». Мы все идём в театр. – Она обернулась и обвела взглядом толпу. – Давайте отпразднуем помолвку. Я плачу!»

Пронёсся гул одобрения. Сердце Кейтлин сжалось от радости, когда Калеб подошёл к ней и поцеловал.

«Мамочка, – спросила Скарлет, – можно мне пойти с вами? Пожалуйста. Я всегда хотела увидеть пьесу Шекспира. Пожалуйста. Пожалуйста!»

Кейтлин улыбнулась: «Конечно, дорогая».

«Ура!» – прыгая от радости, кричала Скарлет. Рут радостно гавкала.

Кейтлин не верила своей удаче. Ромео и Джульетта. Ей было сложно представить, что эту пьесу могли называть «новой», а самого Шекспира – «новым драматургом», театр «Глобус» – «новым театром».

Нельзя забывать, что на дворе 1599 год, и всё, что для неё было старым, сейчас было новым.

Кейтлин была безумно рада. Всю свою жизнь она мечтала увидеть пьесу Шекспира на сцене. Сейчас у неё была уникальная возможность увидеть одну из первых постановок «Ромео и Джульетты» в самом театре Шекспира, при его жизни. Кто знает, может ей удастся познакомиться и с самим автором.

Глава двадцатая

Кейтлин летела в окружении всех членов своего клана. Они вылетели из замка все вместе, направляясь в Лондон, чтобы отпраздновать помолвку в театре Шекспира. Кейтлин никогда не чувствовала себя такой взволнованной, ведь сейчас рядом с ней были все самые родные и близкие ей люди, направляющиеся на празднование её помолвки и просмотр новой пьесы Шекспира. Кейтлин не могла и представить, что её ждёт на представлении в этом веке. От волнения у неё мурашки бегали по телу.

Хорошо, что все были вместе. Кейтлин до сих пор не отошла от факта, что выходит замуж. Её переполняла радость. Жизнь наконец-то казалась идеальной. Впервые за долгое время будущее представлялось ей в радужных тонах. Наконец у неё было всё, что нужно – счастливая жизнь в окружении близких и место, где она могла обосноваться и зажить мирно и счастливо.

Лучше всего было то, что она не испытывала угрызений совести за перерыв в поисках отцах. Она не знала, как разгадать загадку, и никто не мог ей помочь. У неё буквально не было другого выбора, поэтому Кейтлин решила, что нет ничего криминального в том, чтобы взять небольшой отпуск. В конце концов, не каждый же день ей делают предложение руки и сердца?

Если всё изменится, и ей удастся разгадать загадку, она продолжит своё путешествие. В душе Кейтлин надеялась, что это никогда не случится. Здесь и сейчас она чувствовала себя счастливой и довольной жизнью, надеясь, что так будет всегда.

Пролетая над Лондоном, сейчас, когда рядом были друзья и любимые, город ей казался совершенно другим. Сейчас он её больше не шокировал, ведь она уже бывала здесь раньше. Лондон казался ей в какой-то степени знакомым.

Они пролетели над Темзой, увидев вдали Лондонский мост, и завернули направо, направляясь в Саутуарк. Внизу Кейтлин увидела круглый комплекс из нескольких зданий, включая театры и арены для травли быков и медведей. К своему большому удивлению, Кейтлин заметила, что арена для медвежьих забав, которую она посетила несколько дней назад, сейчас была сильно повреждена пожаром. Она гадала, когда это могло случиться.

Снизившись, они кружили над районом, в котором располагался театр Шекспира. Внизу были тысячи людей, бродивших тесно друг к другу по грязным, не вымощенным дорогам. Это был тёплый сентябрьский день, и среди толп людей можно было увидеть диких собак, куриц, коров и полчища крыс, видимых даже с такой высоты.

Кейтлин расплылась в улыбке, почувствовав, как Калеб, летящий рядом, сжал её руку, посмотрел на неё и улыбнулся. Было видно, как он гордился тем, что она выбрала его. Его радостный вид делал Кейтлин ещё более счастливой. Посмотрев на кольцо, она ещё раз подумала о том, как ей повезло, что у неё был Калеб.

Они приземлились за зданием, вдали от любопытных глаз и неподалёку от театра. Кейтлин опустила на землю Скарлет, а Тайлер – Лили. Все вместе они обошли здание и оказались в разноликой человеческой толпе.

Кейтлин толкали и справа, и слева. Она крепко держала Скарлет за руку так, чтобы море людей не могло их разделить. Кейтлин старалась держаться вместе со всеми остальными, пробираясь через человеческие массы к другому краю площади, где и находился вход в «Глобус». Толпы людей напомнили ей картинку из детства, когда они поехали в Диснейленд, и там было так много людей, что уходило около часа, чтобы продвинуться в очереди хотя бы на несколько шагов.

Подойдя к театру, Кейтлин восхищённо его оглядела. Театр выглядел так же, как в учебниках истории, но видеть его воочию казалось чем-то сверхъестественным. «Глобус» представлял собой большое, круглое здание, поднимающееся вверх. Театр был полностью построен из дерева и с внешней стороны выкрашен в белый цвет. Тёмные деревянные балки выделались на белом фоне. Тёмная покатая крыша была выстлана соломой.

Продвигаясь ближе к входу в море человеческих тел, Кейтлин чувствовала, как меняется энергия толпы. Лили вышла вперёд, чтобы заплатила за вход, а потом обернулась к Кейтлин и остальным.

«У нас есть выбор, – сказала она. – Мы можем разместиться в ложе сбоку или стоять в середине, близко к сцене, но рядом со всеми остальными зрителями. Нам придётся простоять всё представление, но зато мы будем ближе к сцене».

Кейтлин задумчиво посмотрела на Калеба. Судя по выражению его лица, ему было совершенно всё равно. Кейтлин же не хотелось сидеть в ложе в стороне.

«Я бы предпочла стоячие места, – сказала она, – вместе со всеми остальными зрителями и поближе к сцене. Я хочу почувствовать себя обычным зрителем».

«Как пожелаешь, – ответила Лили. – Мне всё равно, хотя ты только что сэкономила мне уйму денег – стоячие места стоят по пенни каждый! Зрители могут быть слегка грубоваты, тебя это не смущает?»

Кейтлин улыбнулась. «Это очень кстати, – сказала она, – я хочу познакомиться с настоящим Лондоном».

Лили тоже улыбнулась. «Это твоя вечеринка по поводу помолвки, – добавила она, расплываясь в широкой улыбке, – поэтому всё будет так, как пожелаешь».

Лили расплатилась, и они все вместе прошли по похожему на трап проходу и вошли в театр.

«Можно я буду сидеть у тебя на плечах?» – спросила Скарлет, дёргая Кейтлин за рукав.

Кейтлин улыбнулась. «Конечно», – ответила она, поднимая девочку. Скарлет взвизгнула от восторга, дёргая ногами и вертя головой из стороны в сторону.

Калеб подошёл к Кейтлин и взял её за руку.

Воздух в театре был пропитан напряжением, а от вида самого театр у Кейтлин перехватило дух. Она огляделась, рассматривая деревянные сиденья и ряды скамей, уходящие вверх. В центре театра располагался круглый портер, пол в которой был покрыт грязью и вытоптан сотнями человеческих ног, толпившихся сейчас вплотную друг к другу.

Деревянная сцена возвышалась примерно на четыре метра. Сцена была шириной в пару десятков метров и глубиной в двенадцать метров. Её со всех сторон окружали колонны. Кейтлин поразила простота конструкции и почти полное отсутствие декораций, не говоря уже о софитах. Кейтлин вспомнила, что в это время ещё не было вечерних представлений, и все пьесы проходили при солнечном свете. Крытые театры ещё не были изобретены.

«ПОКУПАЕМ ДЖИН! ОДНА ПИНТА! ДЖИН! ОДНА ПИНТА!» – выкрикивал продавец снова и снова, держа в руках сумку через плечо, полную небольших бутылок.

Кейтлин и её друзья медленно пробиралась через толпу в партере, вежливо, но упорно прокладывая себе путь ближе к сцене.

«Простите! Пропустите!» – не переставая, выкрикивала Скарлет, обращаясь к окружающим их зрителям.

Её слова действовали на людей, словно заклинание: все оборачивались и уступали им дорогу, улыбаясь девочке. Таким нехитрым образом, им удалось пробраться почти к самой сцене.

«Интересно, что Уилл приготовил на это раз», – услышала Кейтлин слова одного из зрителей.

«Говорят, это трагедия», – ответил другой.

«Нет, это рыцарский роман», – сказал третий.

«Вы оба неправы, – вставил четвёртый, – это комедия».

Кейтлин внутренне улыбалась. Ей до сих пор было странно осознавать, что эти люди никогда не видели этой пьесы. В очередной раз она поблагодарила судьбу за возможность оказаться здесь и сейчас именно в это время, чтобы увидеть премьерный показ.

Кейтлин оглядывалась, пытаясь запечатлеть в памяти всё до мельчайших деталей и не переставая удивляться тому, какой непохожей была толпа зрителей в театре на то, какой она себе её представляла. Она ожидала, что шекспировский зритель этого времени будет более утончённым, более элитарным и чопорным. На деле всё оказалось совсем наоборот: повсюду были простые люди, обычные лондонские трудяги. Более того, некоторые из них выглядели так, что по ним сложно было сказать, есть ли у них хоть какая-то работа: большинство зрителей выглядело, как пьяные жулики и другие неприятные личности. Не зная, где находишься, театральную толпу можно было легко принять за сборище уголовников.

Было странно, что все эти люди пришли сюда, чтобы посмотреть пьесу Шекспира. Ещё ей было странно, что в этом веке даже самые необразованные люди могли воочию увидеть его творения. Кейтлин с грустью отметила, что в этом отношении 21 век значительно уступал 16-му.

Толпа вдруг оживилась. Гул голосов стал затихать, а продавцы стали выходить из зала. Люди заняли свои места и понемногу перестали толкаться и пихаться. Кейтлин сгорала от нетерпения, чувствуя, что спектакль вот-вот начнётся.

Через несколько мгновений на сцену вышел одинокий актёр. Подойдя к краю сцены, он оказался в нескольких метрах от Кейтлин. Она услышала, как сидящая на её плечах Скарлет охнула от восхищения. В толпе воцарилась мёртвая тишина. Кейтлин не верилось, как быстро вокруг стало тихо, и сколько уважения выказывали эти люди театру и его актёрам: зал был полон сотен неуправляемых людей, которые, однако сейчас не произносили ни звука. Конечно, не было необходимости выключать телефоны и другие мобильные устройства. Это был ещё один большой плюс этого века.

Актёр гордо задрал подбородок, привлекая к себе ещё большее внимание зрителей, и произнёс первые строки из пьесы:

Две равно уважаемых семьи

В Вероне, где встречают нас событья,

Ведут междоусобные бои

И не хотят унять кровопролитья.[2]

Актёр продолжил свой долгий вводный монолог. Кейтлин поражалась чистоте его голоса, его точности и тому, как актёры играли свои роли. Это был верх театрального искусства.

Началась сама пьеса. На сцену вышли и другие актёры, разыгрывая сцену драки на площади и давая зрителю понять всю степень враждебности семей Монтекки и Капулетти.

За первой сценой последовала вторая. Кейтлин была полностью очарована пьесой и игрой, потеряв чувство времени и пространства. Она никогда не была на подобном спектакле – он была такой реалистичный, такой не наигранный. Было видно, что до этого дня «Ромео и Джульетту» ещё никогда не ставили. Увлечённая пьесой, Кейтлин совершенно забыла хорошо известный сюжет, внимательно вслушиваясь в каждое слово и гадая, что же произойдёт дальше.

Сцены сменяли одна другую, пока не дошли до сцены бала, организованного в доме Капулетти, на который Ромео смог пробраться тайком. Кейтлин внимательно наблюдала за актёрами, играющими Ромео и Джульетту:


РОМЕО

Кто эта барышня, с которой в ряд

Стал этот кавалер?

СЛУГА

Не знаю, сударь.

РОМЕО

Её сиянье факелы затмило.

Она, подобно яркому бериллу

В ушах арапки, чересчур светла

Для мира безобразия и зла.

Любил ли я хоть раз до этих пор?

О нет, то были ложные богини.

Я истинной красы не знал доныне.

Кейтлин не могла не вспомнить их первую встречу с Калебом, когда она влюбилась в него с первого взгляда. Слова актёра также заставили её вспомнить Блейка. Кейтлин задумалась о тайне любви с первого взгляда и о том, на основании чего людей тянет друг к другу.

Она увидела, как Ромео пробрался на бал и стал танцевать с Джульеттой. Это был момент их первой встречи:


РОМЕО

Я ваших рук рукой коснулся грубой.

Чтоб смыть кощунство, я даю обет:

К угоднице спаломничают губы

И зацелуют святотатства след.

ДЖУЛЬЕТТА

Святой отец, пожатье рук законно.

Пожатье рук – естественный привет.

Паломники святыням бьют поклоны.

Прикладываться надобности нет.

Кейтлин с замиранием сердца наблюдала за тем, как Ромео склоняется, чтобы поцеловать Джульетту в первый раз. Это заставило её вспомнить их первый поцелуй с Калебом, а также их удивительную ночь в Эдгартауне. Кейтлин всё больше и больше ассоциировала себя с Джульеттой, чувствуя, что Калеб был её Ромео – они происходили из двух противоборствующих родов, и любовь их была запретной. Кейтлин потеряла чувство времени и пространства, полностью погрузившись в созданный перед нею мир.

Вскоре последовала сцена на балконе, и Кейтлин с восторгом смотрела, как Ромео взбирается на балкон Джульетты и наблюдает за ней, разговаривая сам с собой до того, как его присутствие обнаруживается:


РОМЕО

Но что за блеск я вижу на балконе?

Там брезжит свет. Джульетта, ты как день!

Стань у окна, убей луну соседством;

Она и так от зависти больна,

Что ты её затмила белизною.

Две самых ярких звёздочки, спеша

По делу с неба отлучиться, просят

Её глаза покамест посверкать.

Ах, если бы глаза её на деле

Переместились на небесный свод!

При их сиянье птицы бы запели,

Принявши ночь за солнечный восход.

Стоит одна, прижав ладонь к щеке.

О чём она задумалась украдкой?

О, быть бы на её руке перчаткой,

Перчаткой на руке!

ДЖУЛЬЕТТА

Ромео, как мне жаль, что ты Ромео!

Отринь отца да имя измени,

А если нет, меня женою сделай,

Чтоб Капулетти больше мне не быть.

Ромео вышел на широкую сцену, а Джульетта с испугом посмотрела на него с балкона:


ДЖУЛЬЕТТА

Как ты сюда пробрался? Для чего?

Ограда высока и неприступна.

Тебе здесь неминуемая смерть,

Когда б тебя нашли мои родные.

РОМЕО

Меня перенесла сюда любовь,

Её не останавливают стены.

Сердце Кейтлин забилось быстрее, наблюдая за сценой признания в любви, которая длилась несколько минут. Наконец сцена подошла к концу:


РОМЕО

Святая ночь, святая ночь! А вдруг

Всё это сон? Так непомерно счастье,

Так сказочно и чудно это всё!

ДЖУЛЬЕТТА

Ещё два слова. Если ты, Ромео,

Решил на мне жениться не шутя,

Дай завтра знать, когда и где венчанье.

С утра к тебе придёт мой человек

Узнать на этот счёт твоё решенье.

Я всё добро сложу к твоим ногам

И за тобой последую повсюду.

Прощай, прощай, а разойтись нет мочи!

Так и твердить бы век: «Спокойной ночи».

Кейтлин опять подумала о Калебе, об их помолвке и предстоящей свадьбе. Кейтлин казалось, что она и есть Джульетта, стоящая на балконе и надеющаяся, что Ромео вернётся, сделает ей предложение, и она будет принадлежать ему навеки.

Спектакль шёл своим чередом, некоторые сцены мигом пронеслись в её сознании, а другие запомнились во всех деталях. Кейтлин была вся внимание, когда Ромео отправился к монаху просить благословения на свадьбу с Джульеттой:


РОМЕО

Что б ни грозило впереди,

Все беды перевешивает счастье

Свидания с Джульеттой хоть на миг.

С молитвою соедини нам руки,

А там хоть смерть. Я буду ликовать,

Что хоть минуту звал её своею.

МОНАХ

У бурных чувств неистовый конец,

Он совпадает с мнимой их победой.

Разрывом слиты порох и огонь…

Кейтлин искренне сопереживала, когда Ромео держал на руках умирающего друга Меркуцио, принявшего смерть вместо него. Она смотрела, как Ромео хватает меч и пронзает им Тибальта, убивая его из мести. Кейтлин вспомнила Нью-Йорк, когда Калеб умирал у неё на руках после того, как она пронзила его мечом, введённая в заблуждение трюками Сэма. Кейтлин почувствовала, как по щеке прокатилась слеза, когда она вспомнила умирающего на арене римского Колизея Блейка, тогда он принял смерть за неё и умер прямо у Кейтлин на руках.


БЕНВОЛИО

Беги, Ромео! Живо! Горожане

В движенье. Ты Тибальта заколол.

Тебя осудят на смерть за убийство.

Что ты стоишь? Немедленно беги!

РОМЕО

Насмешница судьба!

Кейтлин смотрела на ожидающую Ромео Джульетту, ещё не знающую, что его изгнали, и он больше не может быть с ней. Эта сцена разбивала Кейтлин сердце, заставляя вспоминать все те случаи, когда Калеб её покидал, а она оставалась ждать его, как Джульетта.


ДЖУЛЬЕТТА

Приди же, ночь! Приди, приди, Ромео,

Мой день, мой снег, светящийся во тьме,

Как иней на вороньем оперенье!

Приди, святая, любящая ночь!

Приди и приведи ко мне Ромео!

Дай мне его. Когда же он умрёт,

Изрежь его на маленькие звёзды,

И все так влюбятся в ночную твердь,

Что бросят без вниманья день и солнце.

Кейтлин с замиранием сердца смотрела, как Джульетта в отчаянии бросается к монаху, желая найти хоть какое-то решение, которое поможет ей и Ромео быть вместе и вернуть его из изгнания. Эта сцена заставила Кейтлин подумать об Эйдене, о Поллепеле и об её мольбах вернуть Калеба к жизни, обещая сделать для этого всё возможное и невозможное, включая потерю собственного не рождённого ребёнка для того, чтобы вернуться в прошлое и возродить Калеба.


МОНАХ

Ляг и пред сном откупорь эту склянку.

Когда ты выпьешь весь раствор до дна,

Тебя скует внезапный холод. В жилах

Должна остановиться будет кровь.

Ты обомрёшь. В тебе не выдаст жизни

Ничто: ни слабый вздох, ни след тепла.

Со щёк сойдёт румянец. Точно ставни,

Сомкнутся на ночь наглухо глаза.

Конечности, лишившись управления,

Закоченеют, как у мертвецов.

В таком, на смерть похожем, состоянье

Останешься ты сорок два часа,

И после них очнёшься освеженной.

ДЖУЛЬЕТТА

Решимость эту я найду в любви.

В зале не слышно было ни звука, внимание зрителей было приковано к сцене, на которой, сидя одна в своей комнате, была Джульетта. Она готовилась выпить яд, прекрасно понимая, что могла больше никогда не проснуться:


ДЖУЛЬЕТТА

Все прощайте.

Бог весть, когда мы встретимся опять…

Меня пронизывает лёгкий холод,

И ужас останавливает кровь.

Где склянка?

Что, если не подействует питьё?

Тогда я, значит, выйду завтра замуж?

Иду к тебе и за твое здоровье пью, Ромео!

Кейтлин внимательно смотрела, как кормилица и родители бросились в комнату Джульетты, найдя её спящей и приняв её за мёртвую.


КОРМИЛИЦА

Ужасное несчастье!

ЛЕДИ КАПУЛЕТТИ

Какое?

КОРМИЛИЦА

Посмотрите! Не могу…

ЛЕДИ КАПУЛЕТТИ

Ах, жизнь моя, дитя моё родное!

Взгляни, очнись, иль я умру с тобой!

На помощь! Помогите!

КАПУЛЕТТИ

Безобразье!

Жених внизу, а этой нет как нет!

КОРМИЛИЦА

Джульетта померла! Она скончалась!

ЛЕДИ КАПУЛЕТТИ

Джульетты нет, Джульетта умерла.

КАПУЛЕТТИ

Пустите! Быть не может! Ни кровинки.

Окоченела. Холодна, как лёд.

О господи, она давно без жизни!

Всё кончено! Как на поле мороз,

Смерть пеленой лежит на этом теле!

КОРМИЛИЦА

О горе, горе!

ЛЕДИ КАПУЛЕТТИ

О беда, беда!

КАПУЛЕТТИ

Смерть, взявшая её без сожаленья,

Сжимает рот мне и лишает слов!

МОНАХ

Ну как? Готова в храм идти невеста?

КАПУЛЕТТИ

Идти – пойдёт, но не придёт назад.

О сын мой, накануне обрученья

Твоей невестой овладела смерть!

Вон, как цветок со сломанной головкой,

Лежит она. Её в супруги взял

Подземный царь. Он зять мой и наследник.

Я жить устал и умереть хочу

И всё ему, добро и жизнь, оставлю.

С грустью в сердце Кейтлин наблюдала за Ромео, находящимся в неведении о том, что случилось с Джульеттой. Кейтлин знала, что трагический конец близок.


РОМЕО

Я видел сон. Ко мне жена явилась,

А я был мёртв и, мёртвый, наблюдал.

И вдруг от жарких губ её я ожил

И был провозглашён царём земли.

Время пролетело так быстро, что Кейтлин не успела опомниться, как спектакль закончился. Когда действие подходило к концу, Кейтлин не могла поверить, что провела в театре уже несколько часов. Казалось, пьеса только началась. Она стояла, не шелохнувшись. Никто в толпе не двигался, не пытался протиснуться меж зрителей или прервать действие. Даже Скарлет, сидящая на плечах Кейтлин, почти не двигалась всю продолжительность спектакля. Все были полностью увлечены пьесой с начала и до конца.

Когда пьеса подошла к концу, Кейтлин почувствовала, как по щекам потекли слёзы. Она была настолько поглощена сюжетом, что ей казалось, что всё это произошло с ней. Она не могла не вспомнить Королевскую часовню в Бостоне, в которой она умирала на руках у Калеба, который возродил её из мёртвых. Воспоминания кружились в голове – их любовь, протянувшаяся сквозь века и столетия. Кейтлин переполняли эмоции. Ей казалось, что она была рядом с Джульеттой в склепе, когда над ней стоял Ромео, думая, что его возлюбленная умерла.


РОМЕО

Любовь моя! Жена моя! Конец

Хоть высосал, как мед, твоё дыханье,

Не справился с твоею красотой.

Тебя не победили: знамя жизни

Горит в губах твоих и на щеках,

И смерти бледный стяг ещё не поднят.

… Джульетта, для чего

Ты так прекрасна? Я могу подумать,

Что ангел смерти взял тебя живьём

И взаперти любовницею держит.

Под страхом этой мысли остаюсь

И никогда из этой тьмы не выйду.

Здесь поселюсь я, в обществе червей,

Твоих служанок новых. Здесь останусь,

Здесь отдохну навек, здесь сброшу с плеч

Томительное иго звёзд зловещих.

Кейтлин слышала, как вокруг рыдают люди, со страхом наблюдая за тем, как Ромео выпивает пузырёк с настоящим ядом, полагая, что Джульетта тоже мертва.


РОМЕО

Ты не солгал,

Аптекарь! С поцелуем умираю.

Сцена стала ещё трагичнее, когда очнулась Джульетта и обнаружила рядом с собой мёртвого Ромео, выпившего яд, предполагая, что она тоже мертва:


ДЖУЛЬЕТТА

Что он в руке сжимает? Это склянка.

Он, значит, отравился? Ах, злодей,

Всё выпил сам, а мне и не оставил!

Но, верно, яд есть на его губах.

Тогда его я в губы поцелую

И в этом подкрепленье смерть найду.

Целует его.

Какие тёплые!

Пора кончать. Но вот кинжал, по счастью.

Все зрители – сотни людей – громко вздохнули, когда увидели, что Джульетта вынимает кинжал и прижимает его к животу, кончая с собой.


ДЖУЛЬЕТТА

Будь здесь, а я умру.

Кейтлин была настолько поглощена пьесой, что не заметила, как актёры скрылись за кулисами.

Оглядев зрительный зал, она увидела заплаканные, грустные лица и широко открытые от удивления глаза. Было очевидно, что эту пьесу люди видели впервые. Зрители выглядели испуганными, удивлёнными и при этом вдохновлёнными. Никто не проронил ни звука.

Наконец актёры вышли на поклон. Тишина превратилась в бурю аплодисментов, криков и свиста. Кейтлин никогда не видела, чтобы люди аплодировали с таким воодушевлением. Скарлет хлопала в ладоши, сидя у неё на плечах. Хлопали Калеб, Полли, Сэм, Лили и все остальные члены клана.

Понемногу Кейтлин пришла в себя, вернувшись в реальность. Она аплодировала, а слёзы продолжали течь по щекам.

Актёры несколько раз поклонились, а потом расступились, пропуская вперёд высокого мужчину. Сердце Кейтлин замерло, когда она поняла, кто стоит перед ней.

Это был сам Шекспир.

Уильям Шекспир стоял в нескольких метрах от неё, одетый в традиционный наряд елизаветинских времён. Он поклонился, и аплодисменты стали ещё громче.

Кейтлин потеряла дар речи.

«Хочешь с ним познакомиться?» – спросил голос.

Кейтлин обернулась и увидела стоящую рядом Лили. Она улыбалась:

«В конце концов, это же твой праздник. Я знаю, куда они идут выпить после представлений. Я дружу с несколькими актёрами театра. Мы все можем пойти и присоединиться, только тогда нам нужно уже уходить».

Это был самый чудесный подарок на помолвку, о котором можно было только мечтать. Она познакомится с самим Шекспиром и его актёрами! Кейтлин не знала, что ответить.

«Ммм… да!» – заикаясь, сказала она.

Лили широко улыбнулась и, кивнув остальным, начала проталкиваться к выходу. Калеб взял Кейтлин за руку и повёл её за собой. Она до сих пор не верила своему счастью. Как будто просмотра премьерного показала «Ромео и Джульетты» было недостаточно, она сейчас познакомится с самим Уильямом Шекспиром.

Глава двадцать первая

Кейтлин была словно во сне. Она пробиралась сквозь плотную толпу по грязной дороге, направляясь через улицу в небольшую таверну. Она видела, как туда заходят актёры, игравшие в пьесе, некоторые до сих пор одетые в экстравагантные сценические костюмы.

Актёры выглядели расслабленно, весело смеялись и похлопывали друг друга по плечу. Они все находились в приподнятом настроении. Кейтлин поражалась их весёлости, ведь несколько минут назад они закончили играть трагическую пьесу. Она решила, что для актёров в этом не было ничего необычного – они могли менять настроение по щелчку пальцев.

Кейтлин крепко держала Скарлет за руку, пробираясь сквозь толпу прохожих. Калеб также держал её за руку, а Лили шла впереди. Сэм и Полли шли за ними, как и все остальные члены клана.

Лили шагнула в небольшую, выстроенную из камня таверну и спустилась вниз по лестнице, осторожно наклоняя голову, чтобы не ударить её о низкие своды потолка. Все последовали за ней.

Таверна состояла из одного небольшого зала с каменными полами, уставленного длинными, старыми деревянными скамьями. Внутри было много людей, и царила весёлая атмосфера. Помещение освещали несколько зажжённых факелов, закреплённых на стенах. Казалось, что в небольшой комнате собралось около ста человек, кто-то стоял, кто-то сидел. Вокруг царило настоящее веселье. Все выглядели расслаблено, как после напряжённого дня. Почти у каждого посетителя в руках была кружка с напитком.

Несмотря на разительные различия между 21-м и 16-м веками, Кейтлин отметила про себя, что бары почти не изменились: в будущем они выглядели почти так же, как сейчас, те же стаканы для выпивки, те же длинные деревянные барные стойки, за которыми располагается шустрый бармен, разливая пиво. По крайней мере, одно осталось неизменным: люди по-прежнему любят выпить и зайти в паб.

Проходящий мимо официант сунул Кейтлин стакан в руку. Подобным образом он раздал стаканы группе посетителей из дюжины человек. Пенистое пиво выливалось через край и текло по руке и запястью. Кейтлин сделала шаг назад, чтобы пиво не налилось на обувь, но толкаемая со всех сторон, она была лишена пространства для манёвра.

«За Уилла Шекспира!» – выкрикнул один из посетителей. Все подняли свои кубки и выпили.

Кейтлин пыталась разглядеть в толпе самого Шекспира, то людей было слишком много.

«Хочешь с ним познакомиться?» – спросила Лили.

Кейтлин удивлённо посмотрела на подругу, которая, казалось, уже собиралась их друг другу представить. Кейтлин не знала, что ответить, поэтому просто утвердительно кивнула.

Лили взяла её за руку и повела через толпу. Пробираясь среди посетителей, Кейтлин заметила весело смеющуюся группу актёров театра. Вдруг послышались первые аккорды песни, и они все дружно начали подпевать. Эту песню Кейтлин слышала первый раз в жизни.

Она узнала многих актёров из спектакля, включая Ромео, Меркуцио и Тибальта. Было странно видеть их здесь, счастливых, смеющихся и дружно выпивающих пиво – и это несколько минут после того, как они убили друг друга на сцене.

«Уилл, хочу тебя кое с кем познакомить», – сказала Лили.

Кейтлин развернулась. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Прямо перед ней стоял Шекспир. По виду ему было за 30. У него были длинные чёрные волосы, бородка и умные карие глаза, которые внимательно её рассматривали. Судя по окружающим их тёмным кругам, прошлую ночь он провёл без сна. Лоб был испещрён морщинками, заставляя его выглядеть старше своих лет. В душной, наполненной людьми комнате было жарко, и на лбу Шекспира блестели капельки пота. Как бы там ни было, он выглядел расслаблено и счастливо, ведь пьеса была принята публикой на ура.

Шекспир улыбнулся.

«Кейтлин, – повторил он, – милое имя. Вы знаете его происхождение?»

Кейтлин отрицательно покачала головой, смущённая тем, что не знала, что ответить. Что она могла сказать Шекспиру, чтобы не показаться глупой?

«Это греческое слово. Означает «чистая». Имя вам подходит. Говорят, по лицу человека можно угадать его имя. Вы не согласны?»

Кейтлин молча кивнула, боясь произнести даже слово. Она никогда так не смущалась. Сама она, как можно было догадаться, не имела ни малейшего понятия о том, что означает её имя.

«Конечно, – продолжил Шекспир с хитрой улыбкой, – греки украли это имя, как и многое другое. На самом деле имя «Кейтлин» имеет ирландское происхождение. Это гаэльский вариант древне французского имени, производного от «Кэтрин», которое, в свою очередь, имеет греческое происхождение. Вот он полный круг. Некоторые люди полагают, что это имя связано с греческой богиней Гекатой, богиней колдовства, чёрной магии и перекрёстков.

Я работаю над новой пьесой, в которой как раз и упоминается Геката, богиня, от имени которой и произошло имя «Кейтлин», если вам так будет угодно. Я думаю назвать пьесу «Макбет». Вы играете?»

«Простите», – сказала Кейтлин, не совсем понимая, что он имеет в виду.

«Ты актриса?» – помогла ей Лили.

Актриса, подумала Кейтлин. Ну конечно, как она сразу не поняла. Так, видимо, говорили раньше. Теперь она была ещё более смущена.

«Хм… нет», – ответила она.

Кейтлин не знала, что ещё сказать. Неужели, сам Уильям Шекспир спросил её, играет ли она в театре? Могло ли это значить предложение сыграть одну из ролей в его спектакле?

«УИЛЛ! – крикнул высокий крепкий мужчина, схватив Шекспира за плечи. Он крепко его сжал, и они чокнулись стаканами, проливая пиво. – Ты должен мне выпивку, – продолжил мужчина. – У нас был спор, помнишь? Как видишь, я не перепутал ни единой строчки!»

«Перепутал», – ответил Шекспир.

Мужчина нахмурился: «И что это была за строчка?»

«Не совсем строчка, а фраза внутри строки. Ты пропустил слово, но я тебя прощаю. Буфетчик, дай ему ещё пива!»

Актёры тут же оживились.

Шекспира оттащили в сторону, тянули то направо, то налево. Не успела Кейтлин опомниться, как между ними уже возникла толпа в десяток человек.

Она развернулась и посмотрела на Лили, чувствуя себя глупо за то, что упустила свой шанс. Но даже сейчас, когда всё было позади, она не знала, что могла бы сказать самому Шекспиру. Что любила его пьесы? Какая банальщина. Может, ей следовало сострить? Или просто сказать ему, что живёт 500 лет спустя, и что в 21-м веке он по-прежнему популярен?

Шекспир бы принял её за сумасшедшую. Она могла бы ему сказать, что видела несколько киноверсий «Ромео и Джульетты», но тогда бы пришлось долго объяснять, что же такое «кино».

«Ты представляла вашу встречу именно так?» – спросила Лили.

Кейтлин кивнула, не зная, что ещё сказать. Встреча с Шекспиром была великолепной. Было в нём что-то, особенная аура, энергетика – он был умён, остроумен и полон сил. Теперь Кейтлин поняла, как он мог писать пьесы одна за другой: Уильям Шекспир был совершенно уникальной личностью.

«Понимаю, – ответила Лили. – Я вела себя точно так же в нашу первую встречу. Эмоции бьют через край, да? Что самое поразительное, так это то, что пока он сам не догадывается, каким успешным становится. Он до сих пор смотрит на себя, как на обычного писателя и посредственного актёра, ничем не отличающегося от всех остальных».

Лили покачала головой от удивления.

Кейтлин вернулась к остальным, с радостью отметив, что за это время им удалось найти свободный столик. Она села рядом с Калебом и Скарлет. Напротив разместились Сэм, Полли и Лили, а также несколько других членов клана. Перед всеми стояли кружки с пивом.

«Можно попробовать?» – спросила Скарлет.

Кейтлин и Калеб переглянулись.

«Прости, дорогая, – ответила Кейтлин, – но это можно пить только взрослым».

Кейтлин вдруг задумалась над тем, как Скарлет оказалась в подобном месте. Оглядывая грубые и подозрительные лица посетителей, она поняла, что это было, пожалуй, не лучшее заведение для ребёнка. Странно, почему она не подумала об этом раньше. Кейтлин, видимо, ещё не привыкла к роли родителя. Она решила увести Скарлет из таверны как можно скорее. Она и сама слегка устала. На неё давила энергетика этого заведения. Просмотр пьесы в театре Шекспира стал одним из самых запоминающихся моментов в её жизни, и Кейтлин необходимо было время, чтобы всё обдумать и осознать.

Она взяла Калеба за руку. Он улыбнулся ей, держа кружку пива в другой руке и весело выпивая со всеми остальными. Только Кейтлин собралась сказать ему, что хочет уйти вместе со Скарлет, как над ними раздался голос.

«Калеб? Это ты?»

Голос был женским, и Кейтлин мгновенно напряглась. Разговоры за столом стихли. Все смотрели на незнакомку.

У края стола стояла одна из самых красивых женщин, которых Кейтлин когда-либо приходилось встречать в жизни. Она была высокой, хорошо сложенной блондинкой с горящими зелёными глазами. Наряд её почти облегал тело и был на редкость вызывающим для этого века. Одета она была во всё чёрное, и Кейтлин сразу же поняла, что женщина была одной из них: она тоже была вампиром.

Кейтлин посмотрела на Калеба, пытаясь прочитать всё по его лицу. Было видно, что он не ожидал этой встречи и был чрезвычайно взволнован. Кейтлин внутренне напряглась, чувствуя, что Калеба и эту женщину что-то связывало.

«Вайолет?» – в свою очередь спросил Калеб.

Женщина улыбнулась.

«Всегда знала, что когда-нибудь мы встретимся вновь, – сказала она с улыбкой. – Некоторые встречи предрешены судьбой».

Сердце Кейтлин замерло, когда она почувствовала, что их объединяет очень мощная связь.

Кто эта женщина? гадала Кейтлин. Калеб никогда не упоминал её имени. Почему Калеб ей ничего не рассказывал об этой Вайолет? Могла ли она быть одной из его бывших жён?

Во рту у Кейтлин пересохло. Её съедали беспокойство и печаль. Она так надеялась, что все бывшие пассии Калеба остались в прошлом, особенно после того, что ей пришлось пережить из-за Сэры. Неужели, теперь ей предстоит бороться с этой женщиной?

Кейтлин полагала, нет, она была уверена, что уже больше никто не может встать на пути их счастья. Подаренное Калебом кольцо было ещё одним доказательством того, что судьба была не против их союза.

А теперь это.

Будто читая её мысли, Вайолет перевела взгляд своих зелёных глаз с Калеба на Кейтлин и стала внимательно её рассматривать. Посмотрев на кольцо и словно бы узнав его, она вновь посмотрела на Калеба.

«Кто она?» – медленно и презрительно спросила женщина.

За столом воцарилась тишина. Веселье испарилось. Сэм, Полли, Лили и остальные переводили взгляд с Вайолет на Кейтлин и Калеба. Кейтлин прекрасно понимала, что всё внимание было приковано к ней, и от этого ей становилось не по себе, ведь она совершенно не понимала, что происходит.

«Это… хм, – запинаясь, начал Калеб, – хм… это Кейтлин, – закончил он фразу, явно нервничая и переводя взгляд с одной на другую».

«А это кто?» – спросила Кейтлин, не глядя на Калеба. Она чувствовала, как от страха и расстройства ею всё больше и больше овладевает дрожь.

Калеб прокашлялся. «Вайолет», – ответил он.

«Это я знаю, – раздражённо сказала Кейтлин, – я уже слышала её имя. Я спрашиваю, кто она».

За столом все молчали. В воздухе повисло напряжение, и все повернулись к Калебу.

Сердце билось так сильно, что Кейтлин чувствовала его удары где-то у себя в горле. Было очевидно, что Калеб что-то скрывал. Но что?

Калеб опустил взгляд, а потом виновато посмотрел на Кейтлин: «Вайолет – это та женщина, которая меня обратила».

Глава двадцать вторая

Кайл яростно пробирался сквозь плотную толпу зрителей внутри театра «Глобус». Многие часы он простоял у дверей, ожидая удобного случая. «Ромео и Джульетта». Отвратительная вещь. Каждое слово актёров было ему противно. Глупая поэзия, сплошная трата его драгоценного времени. Единственная сцена, которая понравилась Кайлу, это сцена смерти Ромео и Джульетты. Жаль, что они не умерли в первом акте. Ещё жаль, что Кайл не был драматургом. Ему казалось, что он мог бы многому научить Шекспира.

Кайл пришёл в театр совсем не ради спектакля. У него здесь были дела, серьёзные дела. Казалось, прошла целая вечность прежде, чем пьеса закончилась, и зрители начали расходиться. Сжимая яд в кармане, Кайл внимательно следил за Кейтлин и её кланом с того самого момента, как они прибыли в театр. Он наблюдал за каждым их шагом. Они смотрели пьесу, а он ждал своего шанса.

Кайл очень собой гордился. Он стал другим человеком. Он больше не тратил драгоценную энергию на открытые стычки. Он давно и хорошо выучил урок. Сейчас он действовал по-другому, хитро и коварно. Яд был надёжным средством, и пришло время опробовать его в деле.

Кайлу необходимо было подобраться к Кейтлин как можно ближе и дождаться момента, когда в руках у неё окажется напиток. Пока ему не оставалось ничего другого, кроме как выжидать. Кайл не терял времени зря: во время пьесы он обошёл театр, выпустив в зрительный зал десяток заражённых крыс и полчища блох. Выйдя из здания, сотни людей будет заражены чумой. Он невольно улыбнулся этой мысли: чтобы избавиться от арены для травли медведей, ему пришлось спалить её дотла; а от театра Шекспира ему поможет избавиться крошечная блоха.

Наконец пьеса закончилась, и зрители начали расходиться. Кайл следовал за Кейтлин, держась от неё на значительном расстоянии. Он последовал за ней через улицу и вошёл в ту же таверну. Ему пришлось выждать, чтобы убедиться, что Кейтлин не заметила слежки. Кайл понимал, что плотная толпа посетителей не даст им учуять его присутствие.

Выждав нужного момента, Кайл проскользнул к бару. Одетый в мантию с капюшоном, полностью скрывающим его лицо, он протиснулся сквозь толпу и подобрался к столику, за которым сидела Кейтлин. Вот она прямо перед ним в окружении своих глупых дружков. Кайл сгорал от желания убить их всех, и он так бы и сделал, будь у него такая возможность.

На этот раз Кайл знал, что ему нельзя отвлекаться. Сжав пузырёк с ядом в руке, предварительно обмотав её рукавом, он был намерен избавиться от Кейтлин раз и навсегда.

Подобравшись к ней сзади, он вдруг увидел на другом конце стола незнакомую женщину по имени Вайолет. Ему повезло – женщина стала идеальным отвлекающим манёвром.

Кайл действовал быстро. Когда никто не смотрел в его сторону, он быстро опустошил пузырёк, вылив всё содержимое в стакан Кейтлин. После этого он быстро покинул таверну, радуясь собственной удаче.

Не пройдёт и нескольких минут, как Кейтлин выпьет своё пиво. Когда она это сделает, яд проникнет внутрь и убьёт её за несколько дней, а может быть и часов. Смерть будет ужасной и мучительной.

В этот раз Кайл сделает всё как надо, не оставляя ничего на волю случая. Он будет следить за Кейтлин, куда бы она ни отправилась, и наблюдать за её жуткими предсмертными мучениями.

Глава двадцать третья

Кейтлин переводила взгляд с Калеба на Вайолет, не веря своим глазам. Её трясло. Как это возможно? Почему именно сейчас, когда её будущее, наконец, стало окрашиваться в яркие тона, и они преодолели все видимые препятствия на пути к счастью?

Эта женщина ворвалась в их жизнь, как шаровая молния, испортив всё веселье и праздник по поводу помолвки. Жизнь несправедлива. Просто несправедлива.

Хуже всего было то, что Кейтлин чувствовала и видела по глазам Калеба, что его и эту женщину связывали определённые отношения. Она обратила его? Кейтлин никогда и не думала о таком.

Сейчас, размышляя о странности ситуации, она понимала, что ей следовало учесть этот момент. Когда-то Калеб был обращён, но Кейтлин и не думала, что обратила его женщина, особенно такая красивая, как эта. Ещё Кейтлин никогда не думала, что они могли до сих пор испытывать друг к другу какие-то чувства.

Кейтлин вспомнила, как однажды ей говорили, что в мире вампиров самые прочные отношения складываются между тем, кто обратил, и обращённым. Эта связь была глубокой и непоколебимой, она словно бы была частью самого человека, ведь именно обративший тебя вампир помог сделать тебя таким, какой ты есть, и его кровь до сих пор бежала по твоим венам.

Кейтлин знала, что всё это было правдой. Она чувствовала эту связь с Калебом. Будучи им обращённой, ей казалось, что они всегда были вместе, и что он всегда был частью её сознания. Эти чувства были сильнее любви, сильнее любой другой эмоциональной или физической связи. Поистине казалось, что они были одним целым.

Сейчас, оглядывая Вайолет, Кейтлин думала о том, что, возможно, подобные чувства испытывает и Калеб. Неужели, эта женщина всегда была частью его самого? Его несвязная речь и взволнованный взгляд говорили Кейтлин, что она была права. Возможно, глубоко в подсознании Калеба всегда влекло к этой другой женщине.

Эти мысли были невыносимы. Кейтлин не хотела делать поспешных выводов или действовать импульсивно. Она хорошо выучила урок, полученный во Франции. Она не хотела воображать худшее, как она обычно делала.

В то же время Кейтлин не могла просто продолжать сидеть и смотреть на эту сцену. Какую бы игру ни придумала для неё судьба, она не хотела в ней участвовать. Ей нужно было уйти из этого места, покинуть этот шумный паб, вдохнуть свежего воздуха и разобраться в своих мыслях. Если она не уйдёт отсюда прямо сейчас, то натворит глупостей, или сделает поспешные выводы, или скажет то, о чём потом пожалеет.

Кейтлин резко поднялась с места и взяла Скарлет за руку.

Калеб тоже встал. «Куда ты идёшь?» – озабоченно спросил он.

В этот момент Кейтлин была не настолько уравновешена и не доверяла себе, чтобы отвечать, зная, что может сказать совсем не то, что думает. Она молча вязала Скарлет за руку и начала пробираться к выходу.

«Кейтлин, ты всё неправильно поняла, – кричал ей вслед Калеб. – Всё не так, как ты думаешь. Это было сотни лет назад!»

Кейтлин крепче сжала руку Скарлет, расталкивая людей. Наконец она добралась до лестницы и поднялась по ступеням.

«Мамочка, куда мы идём?» – спросила Скарлет.

Кейтлин не ответила. Она была поглощена собственными мыслями. В голове громом гремели слова Калеба. Сотни лет назад. Ей отчаянно хотелось верить, что прошлое осталось в прошлом. Она сделала глубокий вдох, заставляя себя поверить Калебу.

Выбравшись на улицу, Кейтлин остановилась. На свежем воздухе ей сразу же стало легче. Глубоко дыша, она пыталась успокоиться. Она хотела верить Калебу. В прошлом она не раз совершала ошибку, не давая ему шанса всё объяснить. Кейтлин знала, что пришло время взрослеть, становиться лучше и учиться на собственных ошибках. Она должна была ему поверить.

Умом она понимала, что Калеб был ни в чём не виноват. Понять это сердцем было гораздо сложнее. Она видела взгляд Калеба. Она видела взгляд Вайолет. Она видела, как они смотрели друг на друга. Женское чутьё подсказывало Кейтлин, что чувства между ними ещё остались.

Кейтлин была на распутье. Что делать дальше? Часть её хотела убежать, как она всегда делала раньше, чтобы спрятаться от Калеба и всех остальных.

Другая её часть, которая только начинала зарождаться, подсказывала ей, что необходимо вести себя по-взрослому. Быть терпеливой. Дать каждому возможность высказаться. Всё хорошенько обдумать. Не делать поспешных выводов. Пора было взрослеть.

«Мамочка, мне не хорошо», – вдруг сказала Скарлет.

Эти слова вывели Кейтлин из ступора. Опустившись на колени, она посмотрела на дочь, убрав пряди волос с её лица, и заметила испарину. Она достаточно хорошо знала Скарлет, чтобы понять, что с ней было что-то не так. Скарлет выглядела бледной и больной.

Девочка опустила руки и почесала ноги.

Кейтлин опустила глаза и похолодела от страха: все ноги были в рубцах. Это были следы укусов.

В этот самый момент Кейтлин заметила несколько пробегающих мимо крыс.

Укусы на ногах. Большие кровоточащие укусы.

У Кейтлин перехватило дыхание, когда она поняла, что это были за укусы – это были укусы блох.

Кейтлин старалась отогнать от себя тревожные мысли. Укусы блох не обязательно должны были означать чуму. При этом Кейтлин понимала, что ничего хорошего от них всё равно ожидать не приходится.

«Мамочка, мне плохо», – вновь сказала Скарлет. После этих слов она неожиданно потеряла сознание.

Благодаря молниеносной реакции Кейтлин сумела её поймать.

«Скарлет? СКАРЛЕТ!?» – в отчаянии кричала Кейтлин.

Девочка не отвечала.

Спустя какое-то время Скарлет открыла глаза. Выглядела она смертельно больной.

«Мамочка, давай пойдём домой?»

«Конечно, дорогая», – ответила Кейтлин, едва сдерживая слёзы.

Скарлет вновь закрыла глаза. Кейтлин взяла её на руки и взмыла в воздух, летя так быстро, как никогда раньше. Она знала, куда ей следует направляться: только один человек на земле мог помочь смертельно больной девочке.

Эйден.

Глава двадцать четвёртая

Калеб сидел и смотрел, как Кейтлин уходит из таверны. Он был в шоке, не веря, что всё это происходит на самом деле. Пару минут назад все веселились и наслаждались праздником, одним из лучших дней в их жизни, чудесным праздником по поводу помолвки, отличной пьесой и хорошим вечером в окружении друзей. Казалось, лучше и быть не может.

А потом идиллия разрушилась, как карточный домик. Всё произошло так неожиданно. Калеб никак не думал, что встретит здесь Вайолет, о которой он не вспоминал вот уже несколько столетий. Встреча стала для него шоком и лишила дара речи. Он не знал, что ей сказать, а также не знал, что сказать Кейтлин. Всё произошло так быстро, что он совершенно оторопел. Не успел Калеб прийти в себя, как Кейтлин ушла.

«Кейтлин!» – вновь позвал он её.

Всё без толку. Она уже прошла через плотную толпу посетителей, держа за руку Скарлет и направляясь прочь из паба.

Калеб хотел тут же направиться за ней. Он так бы и сделал, но потом решил, что для начала неплохо было бы проветриться, успокоиться и спокойно всё обдумать. Он хотел дать Кейтлин несколько минут, чтобы прийти в себя, а потом он пойдёт и поговорит с ней.

Пока он хотел узнать, что здесь делала Вайолет. Он не хотел показаться грубым и уходить, так с ней и не поговорив.

«Какая она чувствительная», – сказала Вайолет, глядя на Калеба и улыбаясь.

Калеб не оценил её чувства юмора и не улыбнулся в ответ.

«Как ты меня здесь нашла? – спросил он. – Что ты вообще здесь делаешь? Когда я последний раз о тебе слышал, ты жила в Швеции».

Вайолет улыбнулась. «Это было пять веков назад, – ответила она. – Люди переезжают с места на место. Последние 200 лет я живу в Лондоне».

«Ты за мной следила? – спросил Калеб. – Тебе что-то от меня надо?»

Калеб нервничал, полагая, что Вайолет следила за ним, желая разрушить его отношения с Кейтлин и, возможно, вернуть его.

С другой стороны, для Калеба подобное её поведение казалось странным, ведь она никогда такой не была. Вайолет всегда была одиночкой, и когда они расстались несколько сот лет назад, она ни разу не пыталась связаться с ним.

«Не льсти себе, – резко ответила Вайолет. – Глупо думать, что я живу в Лондоне только ради того, чтобы встретить тебя или посмотреть пьесу Шекспира. Это очень популярная таверна. Мир вовсе не крутится вокруг тебя, Калеб. Так случилось, что я тоже оказалась здесь и встретила тебя, вот и всё. Ничего больше».

Калеб вздохнул, расслабившись. Все сидящие за столом тоже расслабились. Всеобщее напряжение спало.

«Я уже ухожу, – добавила Вайолет. – Думаю, мне не стоило останавливаться, чтобы поздороваться. Я просто ожидала, что ты будешь более вежливым, чем раньше».

Теперь Калеб чувствовал себя неудобно. Вайолет была права. Она не сделал ничего дурного, и ему следовало повести себя более сердечно, более вежливо.

«Прости, – ответил он, – просто ты пришла не в самое лучшее время. Мы с Кейтлин только обручились и праздновали это событие. Она о тебе ничего не знает, поэтому когда ты вот так появилась перед нашим столиком…»

Вайолет подняла руку. «Я всё понимаю, – сказала она. – Прости. Желаю вам обоим всего хорошего».

С этими словами она развернулась и скрылась в толпе. С годами Вайолет не изменилась: также готова быстро уйти и оставить всё позади. Именно поэтому встреча с ней здесь так удивила Калеба.

Все за столом облегчённо вздохнули, когда она ушла, и понемногу разговор возобновился.

«Не расстраивайся, – сказал Сэм Калебу, – Кейтлин всегда ведёт себя так: действует сгоряча, защищает то, что принадлежит ей. В этом нет твоей вины, – добавил он».

Калеб благодарно кивнул.

«Я пойду, проверю, как она там», – сказал Калеб.

«Полли уже пошла, – сказал Сэм. – С Кейтлин всё будет в порядке».

«Мне кажется, мне лучше сходить самому», – ответил Калеб, вставая из-за стола и протискиваясь сквозь толпу.

Калеб вышел на залитую солнцем улицу и стал оглядываться в поисках Кейтлин и Скарлет. Плотная толпа прохожих заполонила всю улицу. Кейтлин нигде не было видно. Калеб не чувствовал её рядом. Он увидел стоящую неподалёку Полли. Она тоже озадаченно оглядывалась.

«Где она?» – спросил её Калеб.

«Я знаю не больше твоего, – ответила Полли с тревогой в голосе. – Похоже, твоя подружка Вайолет заставила её уйти. Не могу её за это винить».

«Полли, она мне не подружка. Я не сделал ничего дурного».

Полли лишь пожала плечами и посмотрела в сторону. Калеб знал, что она тоже на него злится.

Девчонки, подумал он.

Калеб бросился назад в таверну, сгораемый от желания выпить. Он вернулся за стол и сел напротив Сэма. Оглядев пустые кружки, Калеб заметил, что Сэм, будучи компанейским парнем, пил слишком много. Принесли новые напитки, и Сэм сразу взял себе две кружки, а потом передал кружку Калебу.

Калеб осушил пинту за пару глотков.

«Полли всё ещё на улице?» – спросил Сэм.

Калеб кивнул: «Она тоже на меня злится».

Сэм покачал головой. «Ох уж эти девчонки, – сказал он. – Пойду поговорю с ней». Он, шатаясь, поднялся из-за стола. Калеб наблюдал, как он неуверенно пробирается через толпу.

Пиво ударило в голову, и Калебу это ощущение нравилось.

Он решил выпить снова, но официанта нигде не было. Судя по наплыву посетителей, пива ему принесут нескоро.

Оглядев столик в поисках недопитой кружки, он увидел прямо перед собой кружку Кейтлин, к которой та так и не притронулась. Пиво переливалось через край. Кейтлин ушла, так что пить его она не будет. Калеб не видел ничего дурного в том, чтобы выпить кружку за неё, не пропадать же продукту. После всего того, что только что произошло, Калеб заслуживал ещё одну пинту.

Потянувшись через стол, Калеб взял кружку Кейтлин и выпил всё до дна. При этом он заметил, что это пиво отличалось по вкусу. Он подумал, что, возможно, оно прокисло, или просто попалась плохая партия.

Калебу было всё равно. Ему хотелось напиться и забыть обо всех проблемах с женщинами.

* * *

Полли была расстроена. Она повсюду искала Кейтлин и Скарлет. Она знала, что Кейтлин не сделает ничего, о чём потом будет жалеть, но сам факт, что её нигде не было, Полли слегка беспокоил. Это могло значить только одно: Кейтлин улетела, куда-то ушла. Должно быть, Калеб очень её расстроил.

Полли не винила подругу. Если бы это была вечеринка по поводу обручения Полли, она бы точно не хотела встретиться на ней с одной из бывших подружек своего жениха. Это как минимум раздражало. Не то, чтобы Калеб был в чём-то виноват, нет, необязательно. Тем не менее, не так представляла себе эту вечеринку будущая невеста.

Полли знала, что Кейтлин всегда руководили эмоции, но надеялась, что подруга не даст им завести себя далеко и испортить отношения с Калебом. В глазах Полли Кейтлин и Калеб представляли собой идеальную пару, и ей было неприятно, что их отношениям вечно что-то мешало.

Развернувшись и уже собираясь вернуться в паб, она вдруг почувствовала на плече тяжёлую руку. Хватка была слишком крепкой для Кейтлин, поэтому Полли не могла даже представить, кто бы это мог быть. Она повернулась.

И обомлела.

В метре от неё стоял Сергей.

Он выглядел почти так же, как во Франции. На нём был по-прежнему надет тот королевский наряд, в котором она видела его в последний раз. Полли не верила своим глазам. Неужели, он тоже отправился в прошлое и выследил её?

Полли горела от ненависти к этому типу. Он обманул её в Версале и хитростью заставил сказать, где была Кейтлин. Сергей воспользовался ею и бросил. Он поиграл с ней и выставил дурой. Он играл с её чувствами и разбил ей сердце. Полли было стыдно за чувства, которые он в ней когда-то разбудил, и за то, какой доверчивой и глупой она тогда была.

Сейчас, видя его перед собой, Полли вспомнила всё, что между ними было. Она почувствовала новую волну гнева, как будто их расставание произошло только вчера. Сколько наглости надо иметь, чтобы вернуться в прошлое и попытаться с ней вновь заговорить. Он стоял с глупой улыбкой на лице, как будто между ними ничего не произошло. От этого вида Полли начала злиться ещё больше.

«Полли, – сказал Сергей, – я вернулся в прошлое ради тебя. Я тебя искал. Я по тебе скучал».

Полли резко одёрнула руку и злобно на него посмотрела.

«Как ты смеешь ко мне прикасаться, – прошипела она. – Никогда больше ко мне не прикасайся».

Сергей помрачнел.

«Прости меня, Полли. Я вёл себя неподобающе. Сейчас я это понимаю. Я совершил огромную ошибку. Я находился под давлением и делал то, что мне было приказано. Это был не настоящий я. Но я действительно тебя любил и до сих пор люблю».

Полли была настолько зла, что едва могла сдерживаться. Она резко ударила его рукой по лицу. Звук шлепка был настолько звонким, что многие прохожие обернулись в их сторону. Ей стало легче, после того, как она его ударила. Так Полли смогла выпустить пар.

Сергей был шокирован пощёчиной. Такого он явно не ожидал.

«Ты мне лгал, – сказала Полли холодным, стальным голосом. – Ты воспользовался мной. Ты – лжец и не заслуживаешь моего доверия, что бы ты ни говорил. Не верится, что ты вернулся в прошлое. Ты жалок. Твой поступок – это просто трата времени, если ты думаешь, что я когда-нибудь смогу тебя полюбить».

Сергей опустил глаза.

«Я это заслужил. Я знаю, и мне очень жаль. Ты даже не представляешь как. Неужели, ты никогда не сможешь меня простить?»

Голос Сергея звучал очень удручённо и искренне. Ей было приятно слышать эти слова, особенно после того, что он заставил её пережить. Нужно признать, что в глубине души Полли до сих пор испытывала к нему некое подобие симпатии.

Полли быстро отмахнула подобные мысли, заставляя себя сфокусироваться на том, что он с ней сделал, и вспомнить Сэма, который ей по-настоящему нравился.

«Если ещё раз приблизишься ко мне, – сказала Полли, – я уже не буду так к тебе добра. Теперь мы с тобой враги. Я тебе никогда не прощу, что бы ты там ни говорил».

«Я вернулся в прошлое, потому что люблю тебя! – взмолился Сергей. – И я знаю, что ты тоже меня любишь. Я хочу, чтобы ты сама это сказала. Прошу тебя, Полли, скажи, что ты тоже меня любишь, как раньше. Скажи это снова. Скажи мне, что ты меня любишь».

Полли обернулась, чувствуя, что к ним кто-то идёт.

В паре метров от них стоял Сэм и смотрел на Полли и Сергея во все глаза. Он был пьян и сгорал от ревности.

Глава двадцать пятая

Сэм вышел из паба, понимая, что с выпивкой он слегка перебрал. Сделав несколько шагов, он натолкнулся на Полли и Сергея. Резко остановившись, он был поражён увиденным: Полли стояла рядом с Сергеем, и он просил её вновь повторить, что она его любит.

Сэмом овладели ревность и злость. Перед ним стоял Сергей, который явно отправился в прошлое, чтобы вернуть себе Полли. И перед ним стояла Полли, которая, судя по всему, только что сказала Сергею, что любит его. Иначе, зачем ему было просить её «сказать это снова»? Она любила Сергея, человека, который предал и саму Полли, и Кейтлин; человека, который пытался убить их обеих в соборе Парижской Богоматери.

И вот они стоят и разговаривают о любви.

Сэм сгорал от ярости.

Сергей обернулся и посмотрел на него. На долю секунды Сэм увидел страх в его глазах.

Ему следует меня бояться, подумал про себя Сэм.

«Сэм», – сказала Полли. Видимо, она тоже заметила этот взгляд.

Но было уже слишком поздно. Ни одно её слово не могло остановить Сэма.

Опустив плечи, он ринулся на Сергея, сбив его с ног и отбросив в толпу прохожих.

Люди кричали, лотки с товаром были перевёрнуты, и прохожие разлетались в стороны. Сэм отшвырнул Сергея с такой силой, что, пролетев десяток метров, он ударился о повозку с овощами и фруктами, сбив и её.

Повозка рухнула на землю, обрушившись на голову Сергея. Он лежал в грязи, совершенно ошеломлённый.

«Сэм, остановись!» – крикнула Полли.

Сэм не понимал, почему Полли пыталась защитить Сергея. Это доказывало лишь одно – он до сих пор был ей небезразличен, и она до сих пор его любила.

Теперь Сэм был просто в бешенстве.

Он бросился на лежащего на земле Сергея, готовый покончить с ним навсегда.

Сергей быстро встал на ноги и неожиданно взмыл в воздух, вызвав крики удивления среди прохожих. Сэм и забыл, что Сергей тоже был вампиром и мог летать.

Сэм стоял и смотрел, как Сергей улетает всё дальше. Какой же трус! Испугался драки! Сэм тяжело дышал, ощущая на себе удивлённые взгляды прохожих.

Пусть летит. Если Сергей был настолько труслив, что испугался открытой и честной драки, то не стоило с ним вообще связываться.

Понемногу гнев стал отступать.

«Сэм, что ты делаешь!?» – крикнула Полли.

Она стояла рядом, уперев руки в бёдра. Она явно злилась.

«Что ты имеешь в виду, что я делаю? – резко ответил Сэм. – Он пытался убить мою сестру. Он пытался убить нас обоих! У меня тоже есть вопрос. Что это ты делала? Как он здесь оказался? И почему это ты говорила ему, как сильно ты его любишь?»

Сэм увидел, как помрачнела Полли. Он ни разу в жизни не видела её такой взбешённой.

«Я НЕ говорила ему, что люблю его. Ты всё неправильно понял. Я-то думала, что ты лучшего обо мне мнения».

«Я говорю то, что видел», – отрезал Сэм.

«Ну что ж, – сказала Полли, – если ты мне не доверяешь, тогда нам лучше больше друг другу не мешать, ведь мы даже не пара!»

Сэма одолевали эмоции – злость, ревность и чувство, что его обманули.

«Отлично», – отрезал он.

«Отлично», – огрызнулась Полли.

Сэм развернулся и бросился прочь, локтями проталкивая путь среди прохожих. Он чувствовал себя опустошённым. Он больше не злился, теперь им овладела печаль. Ему казалось, что они с Полли как раз начали сближаться, а теперь это. Он не совсем понимал, что только что произошло, но знал, что что бы это ни было, их отношения уже никогда не станут прежними.

Сэм вернулся в таверну и сел за стол напротив Калеба. Ему нужно было выпить.

Посмотрев на опьяневшего друга, Сэм вновь выразил ему своё сочувствие.

«Девчонки, – сказал он, качая головой. – Теперь я понимаю, что ты чувствуешь. Это так несправедливо».

Вдруг Сэм увидел, как Калеб схватился за горло, словно задыхаясь. Его зрачки расширились, и его начало трясти.

«Калеб? – обеспокоенно сказал Сэм. – С тобой всё в порядке?»

Калеб закатил глаза и начал валиться на бок, готовый упасть в обморок.

Используя свои сверхчеловеческие способности, Сэм перепрыгнул через стол и подхватил Калеба до того, как тот ударился о пол. Тело Калеба обмякло в его руках. Другие члены клана столпились вокруг.

«Калеб? – продолжал твердить Сэм, тряся его за плечи. – Калеб?»

Калеб не отвечал. Его бледное лицо стало синеть.

«Нам нужен врач!» – крикнул Сэм, обращаясь к толпе.

Стоило ему это произнести, как он понял, что хотя вокруг стали собираться люди, они мало чем смогут помочь Калебу. Калеб же был вампиром. Сэм знал только одного человека, который мог излечить вампира.

Эйден.

Сэм подхватил Калеба на руки и бросился прочь из паба. Он взбежал по ступеням, выбежал за дверь таверны, сделал три больших шага и взмыл в воздух с Калебом на руках. Он летел так быстро, как только мог, стараясь как можно быстрее добраться до старца.

Сэм лишь надеялся, что было ещё не слишком поздно.

Глава двадцать шестая

Кейтлин в панике летела в Уорикский замок. Она была первой из всего клана, кто возвращался из Лондона. В руках Кейтлин крепко сжимала Скарлет, которая в течение всего пути то приходила в себя, то вновь теряла сознание. За последний час Кейтлин заметила, как на её лице стали появляться язвы. Кейтлин не находила себе места от горя и отчаяния. Сейчас она была полностью уверена, что Скарлет заразилась чумой.

Снижаясь, Кейтлин влетела во внутренний двор замка и мягко приземлилась. Вбежав в большую дубовую дверь, она пробежала дальше, пересекая каменный коридор.

«Эйден!» – кричала Кейтлин. Голос её эхом отражался в пустых коридорах.

«ЭЙДЕН!»

Его нигде не было, и Кейтлин не ощущала его присутствия в этих стенах. Куда он подевался? подумала она. И именно сейчас, когда его помощь нужна была ей больше всего.

Пройдя по коридору, она ногой открыла дверь и бегом поднялась по лестнице. Она знала, что в этом крыле располагались спальни, поэтому она решила, что прежде, чем отправляться на поиски Эйдена, она уложит Скарлет в кровать.

Кейтлин с разбегу открыла ещё одну дверь и оказалась в красиво обставленной спальне с большой кроватью под балдахином и огромными окнами, выходящими на реку и зелёные холмы. Внутри было очень тихо, и постель казалась чистой и по-своему роскошной. Идеальная постель для Скарлет.

Подойдя к кровати, Кейтлин аккуратно переложила на неё Скарлет, уложив голову девочки на подушку. Пальцем она убрала волосы с её лба. Волосы были мокрые и прилипали к коже. За всё это время Скарлет так и не открыла глаз.

Кейтлин всё больше овладевала паника. Если бы она сама была ранена или больна, она и то бы так не волновалась. Не волновалась бы она, если бы заболел другой вампир. Сейчас же речь шла о том, кого она любила всем сердцем, и кто был человеком. Кейтлин чувствовала себя беспомощной, не зная, что делать дальше.

Она знала симптомы и последствия чумы. Из учебников истории она помнила, что в своё время чума унесла жизни трети населения Европы. Ещё Кейтлин знала, что заразившись, выжить было почти невозможно. Болезнь вызывала невыносимую боль и страдания, которые не могли перенести даже взрослые. Сердце её разрывалось, когда она думала о том, какую боль будет испытывать Скарлет в течение нескольких следующих дней, пока чума будет распространяться по организму.

Кейтлин обежала комнату, схватила кусок ткани, намочила его в чаше холодной воды и тщательно отжала. Подбежав к Скарлет, она аккуратно протёрла ей лоб. У девочки был сильный жар.

От прикосновения холодной ткани Скарлет приоткрыла глаза и оглядела Кейтлин сонным взглядом.

«Мамочка, мне так жарко, – сказала она, – и больно. Сделай так, чтобы боль ушла».

От этих слов сердце Кейтлин разрывалось на части. Как же сейчас она жалела, что находится не в 21 веке, где она могла отвести Скарлет в современную больницу, где бы ей прописали современные антибиотики, болеутоляющие и противовоспалительные препараты. Там бы знали, как ей помочь.

Но сейчас, в этом веке, Кейтлин не могла сделать ничего другого, кроме как просто сидеть рядом и смотреть, как болезнь забирает жизнь её дочери.

«Всё в порядке, дорогая, – сказала Кейтлин. – Скоро боль уйдёт».

«Обещаешь?» – спросила Скарлет.

Кейтлин тяжело сглотнула.

«Обещаю», – ответила она.

Сердце разрывалось на части. Кейтлин не верилось, как быстро меняется жизнь. Всего несколько часов назад жизнь её была прекрасной. Она смотрела «Ромео и Джульетту» в театре, познакомилась с Шекспиром и праздновала собственную помолвку с семьёй и друзьями. Всего несколько часов назад она была счастлива и ощущала себя в безопасности, как будто ничто не могло нарушить этой идиллии.

А потом, словно гром среди ясного неба, случилось это.

Сначала Вайолет.

Потом Скарлет.

Болезнь Скарлет заставила Кейтлин забыть о Калебе и Вайолет, но сейчас она вновь подумала о любимом.

Где сейчас Калеб? Почему его сейчас нет рядом?

Кейтлин начала злиться. Остался ли он в пабе вместе с Вайолет? Почему он не вернулся в Уорик? Неужели, он не видел, что Скарлет заболела?

Думая обо всём этом, Кейтлин поняла, что Калеб не мог знать о болезни Скарлет, потому что первые признаки появились после того, как они вышли из таверны. Как бы то ни было, Кейтлин продолжала на него злиться. Ей хотелось, чтобы он сейчас был рядом и помогал ей заботиться о Скарлет, чтобы он сказал ей, что всё будет хорошо.

Ведь в глубине души Кейтлин знала, что всё совсем не хорошо, что её чудесная жизнь изменилась к худшему и никогда не станет прежней. Более того, Кейтлин казалось, что хуже уже и быть не может.

Вдруг дверь распахнулась. В комнату ворвался Сэм с Калебом на руках. Сердце Кейтлин перестало биться.

Она не верила своим глазам. Калеб посинел и выглядел мёртвым. Её и без того разбитое сердце, разлетелось на сотни маленьких кусочков. В одном Кейтлин жестоко ошибалась: теперь её жизнь стала ещё хуже.

* * *

Кейтлин помогла Сэму уложить Калеба в постель рядом со Скарлет. Кровать была такой широкой, что они легко помещались на ней, не мешая друг другу.

Кейтлин огляделась, не веря своим глазам: на кровати плечо к плечу лежали два самых дорогих в её жизни человека, и оба были смертельно больны. Чем больна была Скарлет, Кейтлин знала, хотя и отказывалась принять правду – она видела укусы блох и знала, что собой представляет чума. Тем более, Скарлет была человеком.

Но Калеб? Кейтлин не могла представить, что могло с ним случиться, ведь он был вампиром, бессмертным.

Или нет?

«Что произошло?» – в отчаянии спросила она Сэма. Сердце так билось, что она чувствовала собственный пульс в висках. Она никогда не видела Калеба больным.

«Я не знаю, – ответил Сэм. – Вот он сидит напротив меня, а в следующую секунду падает в обморок. Я принёс его в замок. Все остальные летели за нами».

Как по команде дверь открылась, и в комнату влетели Полли, Лили, Тайлер и десяток других ребят, включая Рут, которая подбежала к кровати, запрыгнула на постель и свернулась клубочком рядом со Скарлет. Волчонок начала облизывать девочке лицо. Видя, что это было безрезультатно, она положила голову Скарлет на грудь и заскулила.

«Но это невозможно, – повторяла Кейтлин. – Калеб… – добавила она и запнулась, не зная, как объяснить, – он ведь один из нас. Что могло с ним случиться?»

«Я не знаю», – грустно ответил Сэм.

Полли подошла к кровати и села рядом со Скарлет, взяв её безжизненную руку в свою.

«А что случилось с ней?» – испуганно спросила она.

Она оглядывала лицо девочки, всё больше покрывающееся язвами. Кейтлин знала, что диагноз был один. «Это чума», – мрачно констатировала она.

Сэм прошёлся по комнате, пылая от злости.

«Возможно, всё это спланировано, – сказал он. – Они заболели одновременно, и это как минимум странно. Почему они? И как мог вампир заболеть?»

«Возможно, они стали случайными жертвами, приняв на себя участь другого», – сказала Кейтлин, чувствуя за собой вину. Могло ли быть так, что кто-то хотел убить её?

«Но что это за атака? – спросила Полли. – Я не знаю, что может вызвать такую реакцию у вампира».

«Я тоже», – вставил Тайлер, подходя ближе и встав у кровати.

Кейтлин была в откровенной панике. Уперевшись руками Калебу в плечи, она легонько их потрясла. Сейчас она очень корила себя за то, что ушла тогда из таверны. Возможно, если бы она осталась, она бы смогла защитить Калеба от того, что произошло.

«Калеб, – в отчаянии шептала она, – Калеб, пожалуйста, ответь мне».

Но он не отвечал.

«Найдите Эйдена!» – прокричала Кейтлин. Она обернулась к друзьям, заполнившим комнату. «Идите же! Найдите его!» – кричала она.

Все заторопились из комнаты, будто испугавшись её отчаяния. Они закрыли за собой дверь.

Кейтлин осталась одна. В комнате не было никого, кроме неё, Рут, Скарлет и Калеба. Кейтлин положила голову Калебу на грудь и зарыдала.

Она протянула руку и коснулась пальцами его руки.

«Калеб, прости меня. Прошу тебя, прости».

Калеб медленно открыл глаза.

Сердце Кейтлин забилось от радости. Она посмотрела на него глазами, полными надежды. Взгляд его был стеклянным. Он почти её не узнавал.

«Калеб, ты меня слышишь?»

Он медленно кивнул, сжимая её руку.

«Прости, – повторила Кейтлин, – за то, что ушла тогда…»

Калеб попытался заговорить: «Между мной и Вайолет ничего нет…»

«Я знаю, – сквозь слёзы сказала Кейтлин. – Я знаю, Калеб. Прости, что я ушла».

Калеб кивнул, довольный её ответом, и вновь закрыл глаза.

«Калеб? – вновь спросила Кейтлин, пытаясь вернуть его в сознание. – Кто это сделал? Кто на тебя напал? Кто тебя отравил?»

Калеб ничего не ответил и не открыл глаза.

Кажется, прошла целая вечность прежде, чем он начал говорить:

«Джейд, не волнуйся. Папа скоро вернётся домой».

Кейтлин была в отчаянии. Джейд. Он вспомнил сына. У Калеба были галлюцинации. Он говорил, что умирает.

Кейтлин была в панике.

«Калеб!» – закричала она, сильно тряся его за плечи.

Ничего не помогало. Его глаза больше не открылись.

Глава двадцать седьмая

Кейтлин бежала. Огромное, кроваво-красное солнце висело на горизонте, и она бежала ему навстречу по большому полю из грязи. Опустив глаза, Кейтлин увидела, что земля двигалась, представляя собой нескончаемое море из живых крыс.

Тысячи и тысячи крыс пищали и бегали вокруг, блохи перепрыгивали с одной крысы на другую. Тёмная туча из блох повисла в воздухе, и они ползали по ногам Кейтлин, покрывая всё её тело и бешено кусая. Кожа горела от их укусов. Кейтлин старалась смахнуть с себя мерзких насекомых, но у неё ничего не получалось.

На горизонте она увидела отца. Силуэт его отчётливо выделялся на фоне солнца. Кейтлин знала, что если ей удаться до него добраться, она будет спасена.

В этот самый момент лицо его стало расплываться. Чем быстрее она бежала, тем больше отдалялся отец.

Кейтлин медленно вязла в грязи, погружаясь ниже с каждым шагом. Вскоре она уже не могла бежать. Она застряла, полностью покрытая блохами. Они и крысы кусали её со всех сторон.

Перед собой Кейтлин увидела два гроба. Один был большим, а второй поменьше, будто сделан для ребёнка. В одном лежал Калеб, а в другом – Скарлет. Их лица и туловища покрывали волдыри и язвы. Оба были мертвы.

Кейтлин дотянулась руками до гробов и закричала. Она очень хотела добраться до Калеба и Скарлет и вернуть их к жизни, но она сама почти уже опустилась под землю.

Засасываемая жижей, окружённая блохами и крысами, она протянула руку и схватилась за первую попавшуюся вещь. Подняв на неё глаза, Кейтлин увидела в руках большой золотой ключ. Он был привязан к верёвке, висящей на дереве. Взявшись за ключ обеими руками, она медленно вытянула себя на поверхность.

Неожиданно она вновь увидела отца на фоне солнца.

«Кейтлин, – медленно произнёс он, – этот ключ спасёт тебя. Найди его на судейском холме. На Сент-Майклз-Маунт».

Кейтлин испуганно открыла глаза и выпрямилась. Оглядевшись и не понимая, где находится, она вдруг осознала, что это был всего лишь сон. Кейтлин тяжело дышала, лоб был покрыт испариной. Убрав влажные волосы с лица, она огляделась, пытаясь собраться с мыслями.

На дворе была ночь, и она по-прежнему находилась в комнате с Калебом и Скарлет. Она уснула прямо между ними.

Осмотрев лица, Кейтлин отметила, что оба спали. Рут спала, положив голову Скарлет на грудь.

Кейтлин почувствовала, что кроме них в комнате был её кто-то и резко обернулась.

В противоположном углу стояла одинокая фигура. Не до конца проснувшись, на секунду Кейтлин решила, что это был отец.

Несколько раз моргнув, она поняла, что ошиблась. Сон как рукой сняло. Это был не отец, это был Эйден.

Он обеспокоено изучал её лицо.

Кейтлин поднялась с кровати.

«Вы можете им помочь, пожалуйста? – взмолилась она, хватая его за руки. – Пожалуйста».

Эйден вышел из тени, прошёл мимо Кейтлин и подошёл к кровати.

Он мрачно посмотрел на Калеба и Скарлет. Кейтлин заглядывала из-за его плеча.

В первую очередь, Эйден подошёл к Скарлет и положил руку ей на лоб. Он закрыл глаза и не открывал их несколько секунд.

Потом он мрачно посмотрел на Кейтлин.

«Дела плохи, – сказал он. – Ты была права, это чума. Она человек, и она слаба. Всё может закончиться плачевно».

Лицо Кейтлин стало мрачнее тучи.

«Мы можем что-нибудь сделать? Хоть что-нибудь?»

Эйден отрицательно покачал головой. «Она ведь человек», – просто ответил он.

Сердце Кейтлин разрывалось на части. Она не могла допустить мысль о том, что Скарлет умрёт. Она просто не представляла своей жизни без этой девочки.

Эйден перешёл к Калебу и положил руку ему на лоб. Несколько секунд спустя, он открыл глаза. В этот раз он резко отдёрнул руку, будто его собиралась ужалить змея. Он удивлённо посмотрел на Кейтлин.

Она никогда не видела выражение удивления на его лице.

«Его отравили», – сказал Эйден.

Кейтлин была шокирована.

«Отравили? Кто? Что это за яд? Разве вампиры не переносят ядов?»

«Это особый яд. Я не встречался с ним уже тысячу лет. Этот яд предназначен специально для вампиров. На Калеба напали. Вернее, его хотели убить».

Сердце Кейтлин перестало биться. Она боялась задать свой следующий вопрос.

«Он выживет?»

На лице Эйдена читалось бессилие.

«Противоядия не существует, – мягко сказал он. – Боюсь, ему недолго осталось».

«Нет! – вскрикнула Кейтлин, рыдая. – Я отказываюсь это принимать!»

Эйден печально на неё посмотрел.

«Ты помнишь ту ночь на Поллепеле, – начал он, – когда ты просила меня отправить тебя в прошлое? Я тебя предупреждал. Я говорил, что путешествие во времени – рискованная затея. Опасная. Непредсказуемая. Ты всё это знала, но, тем не менее, решила вернуться. Мне жаль это говорить, но тебе нужно смириться с мыслью, что на пути ты можешь терять близких».

«Нет! – кричала Кейтлин. – Только не сейчас. Мы же собирались начать новую жизнь вместе. Мы собирались пожениться. Я не позволю! Этого не может быть!»

Кейтлин рыдала, опустив голову на грудь Калеба.

Она повернулась и посмотрела на Эйдена. Кейтлин была вне себя.

«На Поллепеле, – сказала она, – вы нашли способ всё исправить. Значит, есть способ и сейчас. Он должен быть. И если уж кто-нибудь что-то и знает, так это вы. Прошу вас. Подумайте. Придумайте хоть что-нибудь!»

Эйден встал с кровати и прошёлся по комнате. Он подошёл к окну и выглянул наружу.

Прошло несколько минут. Эйден вздохнул и хмуро обернулся.

«Есть один возможный выход», – сказал он.

Глаза Кейтлин загорелись вновь возродившейся надеждой. Она подбежала к нему, внимательно вслушиваясь в каждое слово.

Эйден посмотрел на неё в упор.

«Но дело рискованное, – продолжил он. – Ты можешь легко умереть сама, пусть даже тебе и удастся спасти Калеба».

«Расскажите мне всё, – без тени сомнения сказала Кейтлин. – Что бы там ни было, прошу вас, расскажите. Я сделаю всё, что угодно».

Эйден посмотрел на неё обжигающим взглядом.

«Ты готова на всё? Ты готова умереть ради него? Ты действительно любишь Калеба?»

Кейтлин плакала.

«Да, люблю, – сказала она, вытирая слёзы. – Рассказывайте».

«Существует одна старинная легенда, – наконец сказал Эйден, – что когда вампир умирает, единственный способ его спасти – это найти его создателя, того, кто его обратил. Тебе необходимо будет взять кровь у вампира-создателя и дать её больному. Возможно, это поможет его спасти».

Глаза Кейтлин горели надеждой.

«Это ещё не всё, – пессимистически добавил Эйден. – Всё не так просто. Это лишь первый шаг. Когда больной выпьет кровь, ему необходимо отведать крови здорового вампира, того, кто действительно его любит. Видишь ли, больного вампира поддерживают две души – душа того, кто его обратил, и душа того, кого он сейчас любит. Только выполнив все эти условия, есть шанс, что он выживет».

Эйден вздохнул и прошёлся по комнате.

«Попытка связана со значительным риском, – добавил он. – Вампир, кровь которого он будет пить, тот, кого он действительно любит, скорее всего, умрёт. Он отдаст свою жизнь за любимого».

Его слова гулким эхом отдавались в голове Кейтлин. Ей необходимо найти того, кто обратил Калеба. Вайолет. Ей придётся пойти к ней и просить помощи. А потом Кейтлин даст Калебу напиться своей крови. Возможно, Калеб выживет, но Кейтлин точно умрёт.

«Я согласна», – решительно ответила она.

Эйден покачал головой:

«Какое глупое, необдуманное и импульсивное решение. Вероятно, Калеб всё равно умрёт, как и ты. Вы оба сгинете в небытие».

«А если я не буду ничего делать?» – спросила Кейтлин.

«Тогда он точно умрёт», – мрачно сказал Эйден.

Кейтлин уже приняла своё решение.

«Как мне это сделать?» – спросила она.

Эйден взглянул на девушку. Во взгляде его читалось неодобрение.

«А как же твоя миссия? – спросил он. – Твои поиски? Твой отец? Щит? Жизнь человеческой и вампирской рас? Неужели, ты настолько эгоистична, что готова пожертвовать всем ради спасения одного человека?»

Кейтлин вдруг вспомнила свой сон.

«Мне сейчас снился отец. Во сне он держал ключ. Он сказал, что я найду его на Сент-Майклз-Маунт. Что это может значить?»

Эйден посмотрел на неё во все глаза.

«Судейский холм. Ну конечно. Архангел Михаил взвешивает души умерших на Страшном суде. Твой отец говорит, что ты найдёшь ключ на Сент-Майклз-Маунт. Это древний остров-крепость, где живут вампиры. Теперь всё встало на свои места. Я уверен, что ключ спрятан именно там».

Эйден подошёл ближе, взял Кейтлин за плечи и внимательно посмотрел ей в глаза.

«Ты должна отправляться туда немедленно», – сказал он.

«Я не могу, – ответила Кейтлин. – Мне нужно спасти Калеба и найти Вайолет».

«Послушай меня внимательно: ты должна отправляться в путь, как только узнаешь, где спрятан ключ. Если ты этого не сделаешь, нас всех ждут большие несчастья, в ходе которых Калеб всё равно не сможет выжить. У тебя нет выбора. В первую очередь тебе необходимо найти ключ, а потом ты уже сможешь отправляться на поиски Вайолет».

Кейтлин задумалась над его словами и должна была признать, что старец был прав: «Хорошо».

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вбежали Сэм, Полли и Лили.

Эйден развернулся и вышел до того, как Кейтлин смогла изменить своё решение.

«Что он сказал?» – спросил Сэм.

Кейтлин дрожала от мысли, что ей придётся оставить всех и вновь отправиться в путь. Она знала, что поиск ключа первостепенен. Найдя его, она сможет сконцентрироваться на поиске противоядия. Как бы там ни было, мысль о том, что ей придётся оставить Калеба и Скарлет одних в таком состоянии, лишала её всяких сил продолжать путь.

«Есть лекарство, – сказала Кейтлин, – и я должна его найти. Я не могу оставить их одних. Пообещайте мне все трое, что вы останетесь здесь, будете заботиться о них и не отойдёте от их постели! Иначе я не смогу улететь».

«Но я хочу защищать тебя, – сказал Сэм. – Я хочу отправиться с тобой. Это моя миссия».

«Я не покину их, если не буду знать, что вы о них хорошо позаботитесь, – ответила Кейтлин. – Вы нужны мне здесь. Вы обещаете помочь?»

Все трое переглянулись и посмотрели на Кейтлин.

«Обещаем», – хором ответили они.

Кейтлин обняла друзей, поцеловала Калеба и Скарлет и, не желая больше тратить ни секунды, разбежалась и выпрыгнула в открытое окно. Расправив крылья, она на всей скорости вылетела в ночь.

Глава двадцать восьмая

Полли опустилась на колени рядом со Скарлет, периодически опуская кусок ткани в чашу с холодной водой, выжимая её и вытирая лоб и щёки девочки. Бедное создание мучилось сильным жаром. За последние несколько часов Скарлет несколько раз приходила в сознание, крича, чтобы к ней пришла Кейтлин. Полли пыталась убедить девочку, что мама скоро вернётся, но, судя по всему, девочка ей не верила.

Рут тоже не находила себе места. Она не отходила от Скарлет и почти всё время скулила, положив голову девочке на грудь и скалясь на любого, кто пытался подойти ближе. Исключение волк делала только для Полли, Сэма и Лили. Рут вела себя так, будто её собственный волчонок сейчас лежал на кровати в бреду.

Ухаживая за Скарлет, Полли всё больше и больше беспокоили язвы, покрывавшие её лицо. Язвы были большими, и из них вытекал гной. Только Полли удавалось избавиться от одной из них, вытирая её холодной водой, как на её месте возникала другая. Ей было очень жалко девочку, и Полли не переставала восхищаться её мужеством и стойкостью, ведь, глядя на язвы, было очевидно, что они причиняли ребёнку сильную боль.

Полли всё время гладила Скарлет по голове.

«Я тебе уже говорила, что ты самая мужественная девочка на свете?» – говорила она, стараясь вызвать на лице Скарлет улыбку.

Но Скарлет не улыбалась. Она либо мучилась от боли, либо теряла сознание.

С другого края кровати у головы Калеба дежурила Лили, протирая ему лоб холодной водой. В отличие от Скарлет, Калеб совсем не приходил в сознание.

Сэм ходил из угла в угол, меряя комнату шагами, словно загнанное в клетку животное.

«Я чувствую себя бесполезным, – говорил он. – Хотелось бы мне хоть как-нибудь помочь. Хотелось бы мне найти того, кто это с ними сделал… Жаль, что мы…»

«Хватит уже», – прервала его Полли.

Сэм остановился.

«Ты делаешь только хуже, – пояснила она. – Если ты набьёшь кому-то бока, ситуация от этого не улучшится».

Полли сама была на грани отчаяния. Вся эта ситуация высасывала из неё все соки, и при этом она продолжала злиться на Сэма за его поведение у театра «Глобус». Как он мог обвинить её в чувствах к Сергею?

«И что же мне тогда делать?» – резко ответил Сэм.

«Попытайся быть полезным, – процедила Полли. Подойдя вплотную к Сэму, она сунула ему в руку кусок мокрой ткани. – Позаботься лучше о Скарлет. Я пойду подышу свежим воздухом».

Полли быстро прошла мимо Сэма и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

Она тяжело дышала. Как же хорошо было оказаться на улице, вырваться из мрака и отчаяния. Ей нужно было отдохнуть от Сэма. Она не могла разобраться в том калейдоскопе чувств, которые к нему испытывала, и это выводило Полли из себя. С одной стороны, она хотела быть с ним. С другой, она до сих пор была на него зла. Полли была сбита с толку и не знала, что думать и чувствовать.

«Вот ты где», – послышался голос.

Полли резко обернулась. К своему удивлению, она увидела в паре метров от себя Сергея. Она не верила своим глазам.

Собираясь было накричать на него, она уже открыла рот, но не успела Полли произнести и слова, как Сергей поднял вверх руку и быстро заговорил: «Я знаю, ты на меня злишься. И ты имеешь на это полное право. Если ты не хочешь со мной больше разговаривать, так тому и быть. Я прилетел сюда не для того, чтобы снова тебя упрашивать. Я прилетел, чтобы передать послание, помириться и помочь».

Полли внимательно на него посмотрела, не зная, можно ли Сергею верить.

«И как ты собираешься это сделать?» – спросила она.

Сергей осторожно сделал шаг вперёд. «Чума, которой заболели Скарлет и Калеб, – начал он, – Я знаю, чем её вылечить. За всем этим стоит Кайл. Я знаю, где найти противоядие. Я могу тебя туда отвести».

«И с какой стати тебе всё это надо? – резко ответила Полли, по-прежнему ему не доверяя. – Ты ведь предан Кайлу».

«Наши пути с Кайлом разошлись. Теперь он мой враг. К тому же, как я и сказал, я хочу всё исправить. Мне стыдно за своё поведение во Франции. Позволь мне всё исправить. Позволь мне помочь. Я помогу тебе достать лекарство. Ты сможешь всех спасти».

Полли задумалась. Слова Сергея звучали искренне и очень убедительно. Зачем ему приходить с подобным предложением, если он не хотел помочь? Мысль о том, что Полли сможет всё исправить, наполняла её новой надеждой. Видеть страдания Скарлет и Калеба было невыносимо. Если был шанс на их спасение, она должна была им воспользоваться.

«И далеко это?» – спросила она.

Сергей улыбнулся.

«Совсем близко. Полетели со мной. Я покажу дорогу. Прошу тебя, – с мольбой в голосе добавил он, – верь мне. Я действительно хочу помочь. Ты сможешь спасти им жизнь».

Полли критично его оглядела, пытаясь использовать интуицию, чтобы понять, говорил ли он правду. Интуиция ей никак не помогала. Ей очень хотелось ему верить, верить в то, что есть лекарство. Полли пыталась убедить себя, что это было правдой.

Калеб и Скарлет умирали. Разве был у неё другой выход?

«Я по-прежнему тебя ненавижу, – сказала Полли, – но я полечу с тобой, чтобы достать лекарство. И на этом всё. После я даже разговаривать с тобой не буду».

Сергей улыбнулся: «Это всё, что я прошу».

Глава двадцать девятая

Кейтлин летела в ночи, пытаясь двигать крыльями как можно быстрее. Вокруг была темнота. Над головой было лишь усыпанное звёздами небо, а внизу – сельский пейзаж Англии.

Кейтлин чувствовала себя одинокой и всеми покинутой. В последнее время она не летала одна, рядом всегда были Калеб, Скарлет, Рут, Сэм, Полли, Лили и ребята из клана Эйдена. Возможно, поэтому сейчас ей было одиноко, как никогда. Ей казалось, что она направлялась по дороге, предназначенной только для неё, и этот путь уходил далеко во вселенную.

В голове мелькали яркие картинки мест, в которых ей уже пришлось побывать, столетия, которые ей удалось пережить. Она помнила одно: путь воина – это путь одиночки. Когда она открывала для себя новые земли в одиночку, только тогда Кейтлин не чувствовала себя ведомой, только тогда она чувствовала себя настоящим воином. Именно этому учил её Эйден. И сейчас она как никогда раньше понимала, что он был прав.

Каждая клетка её тела хотела отправиться на поиски противоядия для того, чтобы спасти Калеба и, если повезёт, Скарлет. Эйден сказал, что подобный способ действует только на вампиров, но Кейтлин надеялась, молилась, что по пути ей удастся найти лекарство для Скарлет. Эйден настаивал на том, чтобы она в первую очередь направилась на поиски ключа на Сент-Майклз-Маунт. Иначе, сказал он, она всех их подвергнет опасности. Кейтлин никогда не видела Эйдена таким серьёзным. После того, как она услышала от него, что в случае её отказа отправиться за ключом прямо сейчас Калеб всё равно погибнет, Кейтлин решила последовать совету учителя.

Она продолжала свой путь, направляясь, как ей и было сказано, на самую дальнюю юго-западную точку Англии, к самой границе острова. Начинался рассвет. Небо озарилось тысячами мягких полутонов жёлтого и оранжевого, в свете которых медленно начали таять звёзды. Внизу стал чётче прорисовываться сельский пейзаж: зелёные холмы и редкие домики с дымящимися трубами.

Чем дальше летела Кейтлин, тем сильнее билось её сердце в ожидании возможной встречи с отцом. Мог ли он ждать её на острове? На судейском холме? Во сне она видела его так отчётливо. Если же она вновь его не встретит, найдёт ли она там третий ключ, необходимый для того, чтобы продвинуться в поисках отца? Кейтлин была рада от осознания того, что смогла разгадать загадку, и не менее счастлива от того, что отец явился ей во сне, чтобы подсказать, куда держать путь. Сейчас Кейтлин чувствовала с ним нерушимую связь, ещё больше убеждаясь, что ей просто необходимо найти ключ, особенно если он поможет спасти Калеба и Скарлет.

Вытирая слёзы, Кейтлин пыталась отвлечься от грустных мыслей. Она не могла вынести мысли о потере Калеба и Скарлет, но при этом также не могла сию секунду им помочь. Она должна быть сильной ради них всех.

Завернув за косу, перед Кейтлин открылся чарующий вид. Она в жизни не видела ничего прекраснее. Казалось, это было самое красивое место на земле: на горизонте показался небольшой остров, окружённый океаном. Континентальная часть Англии осталась позади, и перед Кейтлин предстал океан с бушующими волнами. Метрах в пятистах находился остров, с возвышающейся на нём небольшой горой, на вершине которой стоял большой, укреплённый замок.

Остров выглядел удивительно и впечатляюще мрачно. Он возвышался из воды, как какое-то первобытное чудовище. Казалось, что замок был также сделан из камня и являлся продолжением горы. Замок выглядел старинным, величественным и полным легенд и загадок.

Спустившись ниже и облетая остров, чтобы рассмотреть его во всём великолепии, Кейтлин заметила, что к нему идёт узкая, выложенная камнем дорога. Дорога растянулась на сотни метров. Окружённая бушующими волнами, тропа была едва покрыта водой. Судя по размеру приливной волны и течению, можно было сказать, что в определённое время дня по дороге до острова было никак не добраться, и единственным средством передвижения оставалась лодка. В другое время дня, во время отлива, до острова можно было добраться пешком. Это была по-своему волшебная тропинка, то исчезающая, то вновь появляющаяся дорога, идущая прямо по воде и ведущая к мистическому острову с огромной горой и замком.

Вот это место, подумала про себя Кейтлин.

Кейтлин летала над островом, осматривая его со всех сторон и чувствуя исходящую от него энергетику. Это было особое место. Кейтлин была уверена, что либо здесь её ждал сам отец, либо она совершенно точно найдёт здесь новый ключ.

Кейтлин не могла решить, где ей следует приземлиться. Она могла приземлиться внутри замка, но почему-то ей совсем не хотелось этого делать. Ей казалось, что клан её отца потребует от Кейтлин соблюдения формальностей. Им понравится, если она войдёт как простой человек через главные ворота. Кейтлин самой хотелось дойти до замка пешком, чтобы насладиться его видом и проникнуться скрывающимися за его стенами секретами.

Облетев остров ещё раз, Кейтлин приземлилась на песчаном берегу напротив дороги, ведущей к нему. В это время дня, на рассвете вокруг не было ни души. Лишь изредка мимо проходила чайка или кулик, клекоча и кудахча. Тишину нарушал звук разбивающихся волн.

Кейтлин сняла обувь и пошла босиком сначала по песку, а потом по каменной дорожке. Тропа уже была на несколько сантиметров залита водой. Ледяная вода и ровные камни под ногами помогли Кейтлин слегка расслабиться.

Продолжая свой путь и удаляясь всё дальше от берега, она не могла избавиться от странного чувства, будто идёт по воде. От ног в разные стороны расходились волны, то отдаляясь, то вновь набегая на каменную тропинку. Тропа была на несколько сантиметров залита водой, и при приливе вода могла доходить Кейтлин до голени, откатываясь назад уже через пару секунд.

Подходя к острову, она подняла глаза вверх, рассматривая большую гору прямо перед собой. С земли замок на её вершине казался ещё больше, чем с воздуха. Со всех сторон он был окружён парапетами. Вода подобралась выше, дойдя до голени, и Кейтлин поняла, что к моменту, когда она дойдёт до острова, передвижение по тропе станет невозможным. Хорошо, что она была вампиром и могла в случае необходимости воспользоваться крыльями.

Добравшись до острова, Кейтлин ступила на скалистый берег и начала подъём в гору, направляясь прямо к замку.

По крутому склону она добралась до массивных ворот, выдолбленных в камне. Ворота дополняли железные решётки. Кейтлин встала напротив них, оглядываясь и гадая, выйдет ли кто-нибудь, чтобы ей поприветствовать.

Вдруг ворота волшебным образом открылись. Створки раздвинулись ровно настолько, чтобы ей хватило места пройти внутрь. Должно быть, подумала Кейтлин, кто-то увидел, как она идёт к острову, и подготовился к её приходу.

Кейтлин прошла в ворота и продолжила взбираться на вершину горы.

Добравшись до самого верха, она увидела там широкое плато и не менее широкий двор с красивыми, сводчатыми воротами, ведущими к замку.

Она подошла к ним и увидела одетого в белую мантию вампира с белым капюшоном, закрывающим лицо. Кто перед ней стоит Кейтлин не знала. Она медленно подошла ближе. Вампир откинул капюшон и посмотрел на ней. Перед Кейтлин стояла женщина с длинными белыми волосами и яркими голубыми глазами. Она улыбалась.

«Сестра, – сказала она, – мы ждали твоего прихода».

Не успела Кейтлин ответить, как ворота открылись. Монахиня прошла под их высокими сводами, и Кейтлин последовала за ней. Ворота закрылись.

Кейтлин шла от монахини на расстоянии в несколько шагов. Женщина не произнесла больше ни слова. Кейтлин казалось, что её ведут на какую-то важную встречу.

Вскоре они дошли до внутреннего двора, освещённого красным светом начинающегося утра. К своему удивлению, Кейтлин увидела перед собой как минимум сотню вампиров, молча выстроившихся в ровные ряды по всему двору. На всех были белые мантии и белые капюшоны.

В центре двора стояла одинокая фигура. Это был высокий вампир, также одетый в белое. В отличие от других, капюшон его был откинут назад, и он смотрел на Кейтлин большими глазами янтарного цвета. Лицо его ничего не выражало.

Кейтлин сделала шаг вперёд и направилась к этому вампиру. Стоя перед ним, окружённая другими вампирами, Кейтлин жутко смущалась. При этом она чувствовала себя уверенно, зная, что была там, где должна была оказаться.

«Мы очень гордимся тобой, Кейтлин, – сказал вампир, – и твой отец тоже. Ты прошла большой путь и даже не представляешь, насколько ты приблизилась к встрече с отцом и спасению нас всех от неминуемой гибели. Мы рассчитываем на тебя».

Из глубины мантии он достал небольшую серебряную шкатулку, украшенную драгоценными камнями и сверкающую на солнце.

«Твой ключ», – сказал он.

Кейтлин удивлённо посмотрела на вампира. Потом он увидел, как она коснулась шеи, и всё понял. Её крестик.

Кейтлин осторожно сняла антикварный крест. Вставив его в замочную скважину, она аккуратно повернула ключ, и шкатулка медленно открылась, издав тихий щелчок.

Внутри на красной бархатной материи лежал сверкающий ключ. Он выглядел точно так же, как и те, которые ей уже удалось добыть.

Третий ключ. Кейтлин не верила своей удаче.

Вампир кивнул, и Кейтлин медленно взяла ключ, немного боясь даже к нему прикасаться. Держа его в руках, он казался тяжелее, чем могло показаться с первого взгляда.

«Третий ключ, – сказал вампир. – От встречи с отцом тебя отделяет всего лишь один ключ. Ты уже сделала то, на что не способен ни один другой вампир. Мы все ждём завершения твоей миссии».

Вампир вздохнул.

«Четвёртый и последний ключ ждёт тебя в прошлом. Ты должна отправляться туда прямо сейчас, не медля ни секунды. Отец ждёт тебя, и дело не терпит отлагательств».

Закончив фразу, вампир протянул Кейтлин золотой кубок, до верха наполненный белой жидкостью.

«Выпей, – добавил он, – и мы отправим тебя в прошлое».

Кейтлин не знала, что делать. Такого поворота событий она никак не ожидала. Она не хотела подводить всех этих людей, но и отправиться в прошлое прямо сейчас она не могла.

Кейтлин медленно покачала головой.

«Простите, – сказала она, – но я не могу отправиться в прошлое сию секунду. Калеб и Скарлет – моя семья – они очень больны. Я нужна им. Я должна им помочь. Я не отправлюсь в прошлое без них».

Вампир серьёзно покачал головой.

«Медлить нельзя, – сказал он. – Как только в твоих руках оказывается ключ, ты должна немедленно отправляться в путь. Если ты останешься, ты поставишь под угрозу всю миссию, как для нас, так и для себя».

«Простите, – непреклонно повторила Кейтлин, – но я не вернусь в прошлое без них».

«Как ты не понимаешь? В этом веке тебя подстерегает большая опасность. Оставшись здесь, ты рискуешь своей жизнью. Тем более, возможно, ты ничем не сможешь им помочь. Ты рискуешь всем ради крошечного шанса на их спасение. Неужели ты готова рисковать всем ради этого?»

Кейтлин стояла, не зная, что делать. Она не хотела подводить отца и его клан, не хотела подвергать всех опасности. При этом в глубине души Кейтлин понимала, что не отправится в прошлое без Калеба и Скарлет.

«Простите, – повторила она, – но я приняла решение».

Вампир вздохнул.

«Хотите, я верну вам ключ?» – спросила Кейтлин.

Он покачал головой. Выглядел вампир очень озабоченным.

«Нет. Это твой ключ. Будем надеяться, что ты проживёшь достаточно долго, чтобы суметь им воспользоваться».

Глава тридцатая

Полли летела рядом с Сергеем. Вокруг была ночь. Ей казалось, что они летели уже целую вечность. Полли не могла избавиться от неприятного предчувствия.

Когда начало светать, она разглядела, куда они направлялись. Сергей вдруг резко пикировал, и Полли последовала за ним.

Полли удивлённо смотрела на приближающийся замок. Он был удивительно красив и огромен – такого большого замка она никогда прежде не видела. Построенный в форме гигантской лошадиной подковы, замок окружали высокие стены и возвышающиеся над ними сторожевые башни. Внутри находился полукруглый замок, располагающийся на вершине холма. За стенами его зеленел холм.

«Замок Арундел, – объявил Сергей, – мой дом».

Не сказав больше ни слова, Сергей начал спускаться ниже. Полли на минуту остановилась. Внутри росло чувство, что что-то в этом всём было не так. Полли ещё раз спросила себя, доверяет ли она Сергею. И, как и раньше, Полли отчаянно цеплялась за любую возможность найти лекарство для Скарлет и Калеба. Она была готова на всё, на любой риск, если лекарство окажется в её руках.

Полли приземлилась рядом с Сергеем посреди замка, а потом последовала за ним по ухоженной, посыпанной галькой дорожке, которая вела к большой дубовой двери. Дверь со скрипом открылась, и Сергей придерживал ей, ожидая, когда Полли пройдёт.

Он улыбнулся, а она лишь злобно на него посмотрела.

«Я прилетела сюда не твой дом осматривать, – сказала Полли. – Я прилетела за лекарством. Где оно? – потребовала она, не входя в дверь и уперев руки в бёдра».

«Какая ты нетерпеливая, – ответил Сергей. – Расслабься. Добудем мы тебе лекарство. Ты же не думаешь, что я храню его во дворе. Внутри замка намного надёжнее».

Полли стояла перед распахнутой дверью, размышляя, как ей поступить дальше. Изнутри дома веяло злом, и она была готова развернуться и умчаться отсюда что есть мочи.

Другая же часть Полли отказывалась прислушиваться к голосу разума, повторяя вновь и вновь, что ей необходимо было найти лекарство для больных.

Полли вошла внутрь тёмного помещения, едва освещаемого светом, пробивающимся внутрь через небольшое витражное стекло.

Стоило Полли оказаться внутри, тяжёлая дубовая дверь с грохотом захлопнулась. Полли вздрогнула. Сейчас Сергей стоял всего лишь в метре от неё.

Тишину нарушил его злобный смех.

«Трусиха», – сказал он.

Полли вдруг почувствовала его ледяные пальцы на собственном плече.

Она резко развернулась и скинула руку.

Ей было неприятно осознавать, что он до сих пор испытывает к ней чувства и пытается её соблазнить. Если он сейчас же не покажет ей, где лекарство, она тут же уйдёт.

Сергей не двигался с места и лишь злобно ухмылялся.

«Ты всё так же наивна», – мрачно сказал он.

По спине Полли пробежали мурашки. К чему он клонит?

«Неужели, ты вправду поверила, что я приведу тебя к лекарству? Зачем мне это надо? Я ненавижу всех твоих друзей. Будь на то моя воля, я бы с удовольствие смотрел, как они все медленно и мучительно умирают».

Сердце Полли бешено билось в груди. Это была ловушка. Обман. Её обманули. Снова.

Теперь Полли была в бешенстве.

Полли размахнулась кулаком и была близка к тому, чтобы ударить Сергея прямо по лицу.

Но он оказался быстр и проворен. Подняв руку, он поймал её кулак в воздухе и так сжал её пальцы, что Полли закричала от боли. Она и не знала, что Сергей был так силён. Полли обессиленно опустилась на колени.

Сергей продолжал улыбаться.

«Я привёл тебя сюда, потому что мне нравиться играть твоими чувствами. Я привёл тебя сюда, чтобы ты стала моей, на это раз навсегда. Ты станешь моей рабыней, чтобы отплатить мне за то, как поступила со мной во Франции, за то, что выставила меня дураком, ведь из-за тебя я упустил Кейтлин. Если я буду держать тебя здесь в плену, она и вся её команда сами примчатся ко мне, как мотыльки на тепло костра, и станут моим подарком Кайлу».

Полли подняла на него глаза и увидела, каким злым и ужасным стало его лицо. Перед ней престал настоящий Сергей, такой, каким она его себе запомнила. Полли безумно злилась на себя за то, что в очередной раз позволила ему обвести себя вокруг пальца.

«А если они не прилетят к тебе на помощь, если они бросят тебя, ты останешься моей рабыней навечно».

В этот момент из соседних комнат вышло несколько других девушек. К своему удивлению, Полли заметила, что все они были чем-то похожи на неё. Они шли медленно, их руки и ноги были скованны серебряными цепями.

Словно под гипнозом, они послушно подошли к огромной дубовой двери и заблокировали ей тяжёлым серебряным засовом. Полли нервно сглотнула, ведь десяток вампиров-рабынь только что лишили её единственного пути к спасению.

«Не беспокойся, – со смехом сказал Сергей, – скоро ты привыкнешь к новому статусу. Несколько столетий спустя ты и забудешь, что можно жить по-другому».

Глава тридцать первая

Сэм дежурил у постели Калеба и Скарлет, вновь и вновь пересекая комнату с куском ткани в руках, который он мочил в чаше с холодной водой и прикладывал ко лбу Калеба. Лили делала то же самое для Скарлет.

Сэм начинал нервничать, ведь Полли уже давно не было. Она сказала, что выйдет на минуту, и Сэм предполагал, что она должна была вернуться как минимум час назад. Он терял терпение и больше не мог скрывать своего беспокойства.

Сидение в комнате и наблюдение за тем, как Калебу и Скарлет становится только хуже, мало чем помогало ему успокоиться. Кроме всего прочего, Сэм переживал за сестру, ведь он не мог её защитить в случае опасности. Он не хотел быть сейчас здесь вместо сиделки. Сэм думал, что мог бы пригодиться в другом месте. Нетерпение его росло.

Он посмотрел на Лили, которая склонилась над Скарлет, вытирая ей лоб.

«Можешь приглядеть за ними обоими пару минут? – попросил он. – Хочу пойти посмотреть, как там Полли».

Лили кивнула. Она выглядела уставшей и грустной.

Сэм развернулся и быстро пересёк комнату. Пройдя по каменным плитам, он вышел в дубовую дверь. Сэм постоянно спрашивал себя: почему он так переживает за Полли? Он не мог объяснить своей привязанности к ней. Когда она была рядом, он тонул в море различных эмоций – счастья, радости, любви, ревности, злости, печали… Сэму было сложно признаться себе, что Полли была ему не безразлична, но сейчас эти чувства становились очевидны даже ему самому. Неужели, он понемногу в неё влюблялся?

Сэм вышел через большую дубовую дверь и замер от удивления. Во дворе были люди Эйдена, они бегали по двору и взлетали в воздух. Казалось, что клан готовился к войне. Напряжение повисло в воздухе.

Сэм остановил одного из ребят: «Что происходит? Куда вы летите?»

«А ты разве не слышал? – взволнованно ответил тот, остановившись на мгновение. – Лондон осаждён. Повсюду пожары. В городе чума. Кто-то выпустил вражеский клан вампиров из подземелья, и они нападают на людей. Это спланированная атака на население города. Мы думаем, что за всем этим стоит вражеский клан. Нам нужно спасти людей, пока это ещё возможно».

После этих слов он скинул руку Сэма с плеча и взмыл в воздух, следуя за другими. Горизонт заволокло море тел, похожих на стаю летучих мышей, поднявшихся в небо.

Сэм огляделся и увидел Эйдена. Он бродил по двору, наблюдая за тем, как улетают его люди. Он развернулся и посмотрел на Сэма.

Сэм был в шоке.

«Я тоже хочу помочь, – сказал он. – Я хочу драться с вашими людьми. Я не хочу сидеть здесь».

«Мы не всегда делаем то, что хотим. Мы делаем то, что нужно», – ответил Эйден и развернулся, чтобы уйти.

«Стойте!» – крикнул Сэм.

Эйден развернулся.

«Где Полли? Она отправилась с остальными?»

Нутро подсказывало Сэму, что с ней что-то случилось.

Эйден медленно покачал головой, внимательно глядя на Сэма.

«Полли улетела несколько часов назад. Ещё до того, как всё началось. Она улетела с Сергеем».

Сэм похолодел. С Сергеем?

«Она в смертельной опасности», – добавил Эйден.

Сказав это, он развернулся и вдруг исчез. Сэм огляделся, но его уже нигде не было. Эйден просто испарился.

Его последние слова не выходили у Сэма из головы и как кинжал ранили его сердце.

В смертельной опасности? С Сергеем?

Сэм закрыл глаза и попытался сконцентрироваться. И тут он это почувствовал. Эйден был прав. Он чувствовал, что Полли ждала его. Она была в беде. Она была в ловушке.

Сэм открыл глаза, проникнувшись охватившим Полли отчаянием.

Он не мог выносить это ни секунды больше.

Лишний раз не раздумывая, он разбежался и взмыл в воздух, летя быстрее, чем когда-либо раньше. Он полностью доверился интуиции, позволив ей вести его туда, куда направилась Полли. Выбора у него не было. Полли попала в ловушку, и он должен был её спасти.

В смятении он даже не подумал о том, что Лили осталась одна, чтобы охранять их замок и приглядывать за двумя смертельно больными людьми.

Глава тридцать вторая

Кейтлин возвращалась с Сент-Майклз-Маунт, крепко сжимая в руках третий ключ. Слова вампира не выходили у неё из головы. На сердце у неё было не спокойно, когда она летела в плотных грозовых тучах, направляясь на поиски Вайолет.

Эйден рассказал ей, что Вайолет живёт в замке Бодиам, расположенном на севере Англии. Кейтлин мчалась туда что есть мочи. Тёплое сентябрьское небо разрывали раскаты грома, и Кейтлин направлялась прямо в сердце грозовой тучи. Даже гром не мог заставить ей остановиться. Ей нужно было добраться до замка как можно скорее.

Ощущая тяжесть трёх ключей отца, Кейтлин никак не могла успокоиться, разрываемая противоречивыми чувствами. С одной стороны, ей казалось, что она уклонялась от выполнения своих обязанностей перед отцом и всей вампирской расой. С другой стороны, Кейтлин знала, что не сможет вернуться в прошлое без Калеба и Скарлет. Уж лучше она провалит миссию, чем отправится назад без них.

Кейтлин была готова на всё, чтобы достать противоядие. Сердце её взволнованно билось, когда она думала о том, что ради этого ей придётся встретиться лицом к лицу с бывшей пассией Калеба и просить её о помощи. Кейтлин была горда и ревнива, поэтому отдала бы всё, лишь бы больше никогда не видеть лица Вайолет. Её поиски и предстоящие мольбы о помощи были невыносимы, но Кейтлин была готова пойти и на это, лишь бы спасти Калеба и Скарлет.

Забыв о гордости, она спустилась ниже, чувствуя, что почти добралась до места. Спустившись ниже облаков, она увидела на горизонте великолепный замок. Это мог быть только Бодиам. Небольшой по размеру, он был самым удивительным замком, который Кейтлин когда-либо приходилось видеть в жизни. Замок был построен посреди озера и со всех сторон окружён водой. Добраться до него можно было только по узкому, протянувшемуся на несколько сот метров деревянному мосту, связывающему его с землёй. Небольшой замок имел идеально круглую форму и со всех сторон был окружён старинными сторожевыми башнями. Находясь как бы на поверхности озера, он казался его естественным дополнением. Выглядело так, будто замок был создан здесь самой природой.

Этот замок был отличным домом для вампира: он находился в тихом месте, был со всех сторон окружён водой для защиты от врагов, и до него было не так просто добраться.

В этот раз Кейтлин решила избежать формальностей. Для них просто не было времени. Она приземлилась во внутреннем дворе замка, не ожидая приглашения войти.

Оказавшись на земле, Кейтлин огляделась. С земли замок казался намного больше. Здесь вполне мог жить небольшой клан. Жить здесь одному было, наверное, очень грустно. Идеальное место для одиночки. Интересно, какой же была эта Вайолет, подумал Кейтлин.

«ЕСТЬ ЗДЕСЬ КТО-НИБУДЬ?» – крикнула Кейтлин.

Голос ей эхом отскакивал от каменных стен.

«ВАЙОЛЕТ!» – вновь крикнула Кейтлин.

И вновь отвечало ей только издевательское эхо. Здесь было так пусто и безлюдно, что Кейтлин казалось, она была последним человеком на земле.

Вдруг она услышала какой-то шум. Это был отдалённый звук музыкального инструмента. Кейтлин прислушалась и начала различать звуки более отчётливо. Она не верила своим ушам. Это был орган. Звук шёл изнутри замка.

Кейтлин пересекла двор и вошла внутрь через одну из тяжёлых, сводчатых дверей.

В тёмном каменном коридоре музыка звучала громче. Это был действительно орган. Звуки наполняли собой залы замка, вибрируя в стенах. Музыка, казалось, исходила со всех сторон. Сам замок казался жутковатым и при этом в какой-то степени волшебным.

Как под гипнозом следуя за музыкой, Кейтлин пыталась найти её источник. Поворачивая из одного коридора в другой, она заметила, что музыка становилась всё громче, а звуки – насыщеннее.

Наконец Кейтлин дошла до большого, похожего на часовню зала. Стены его были сделаны из камня. Потолки были высокими, а в сводчатых окнах виднелись витражные стёкла. В зале ничего не было, кроме органа, расположенного у дальней стены. За ним, развернувшись к Кейтлин спиной, сидела Вайолет.

Вайолет была увлечена игрой. Кейтлин молча стояла и слушала, не желая её прерывать. Это была прекрасная – и при этом мрачная – мелодия, которую Кейтлин слышала впервые в жизни. Музыка была поразительная и пугающая. Казалось, именно под такую музыку кто-то должен умирать, а кто-то тут же рождаться.

Музыка проникала в каждую клетку тела Кейтлин. Игра продолжалась очень долго, завершившись драматической концовкой.

Вайолет медленно повернулась и посмотрела на Кейтлин. Женщина поднялась со своего места. Она выглядела именно так, как Кейтлин её себе запомнила: высокая, холодная, гордая и красивая.

«Это Калеб тебя прислал?» – просто спросила она.

Кейтлин нервно сглотнула, не зная, как лучше сказать то, что хотела произнести.

«Нет, – ответила она, – я прилетела по своей воле».

«Что тебе нужно? – резко спросила Вайолет. – Я не люблю гостей, особенно непрошеных. Ты пришла сказать, что ревнуешь? Если так, то ты просто теряешь время. Мы с Калебом уже давно не интересны друг другу. Он весь твой. Я счастлива за вас обоих».

Кейтлин покачала головой. «Я прилетела не поэтому», – ответила она.

Она сделала глубокий вдох, борясь с охватившей её печалью. Она была готова разрыдаться, но сдерживалась, как могла.

«Калеб… – начала Кейтлин, глядя в пол, – смертельно болен. Его отравили. Эйден говорит, ему недолго осталось».

На лице Вайолет читалось удивление. Она была в шоке. Шок помог ей слегка расслабиться.

«Кто отравил его?» – спросила она.

Кейтлин покачала головой: «Я не знаю, но думаю, что это был Кайл из клана Чёрной волны. Ради этого он вернулся в прошлое».

Вайолет прищурилась: «Кайл. Да, я его знаю. Это на него очень похоже. Но почему Калеб?»

«Кайл охотится за мной. Мне кажется, Калеб пострадал случайно».

Вайолет злобно посмотрела на Кейтлин, которая буквально сгорала от чувства вины.

«Ты мне поможешь? – спросила Кейтлин. – Ты поможешь Калебу?»

«Как? Я ведь не врач».

«Эйден говорит, есть способ его спасти. Если у меня будет кровь его создателя, то это может ему помочь».

Вайолет фыркнула: «Ты теряешь время. Это всё бабушкины сказки. Я никогда не видела, чтобы этот метод работал».

Кейтлин не сдавалась: «Это наш единственный шанс. Прошу. Больше мне нечем ему помочь».

В течение нескольких минут Вайолет молча смотрела на Кейтлин.

«Ты его и вправду любишь», – сказала она, наконец.

Кейтлин чувствовала, как на глаза навернулись слёзы и потекли по щекам.

«Люблю, – ответила она, – всем сердцем. Мы помолвлены. Мы собираемся пожениться».

Вайолет вновь посмотрела на Кейтлин. Казалось, что она смотрела прямо ей в душу.

«Ну, хорошо. Я сделаю это для тебя, просто чтобы тебя подбодрить. Но это не поможет. Тебе нужно смириться и отпустить его».

Вайолет развернулась и зашагала прочь.

Кейтлин последовала за ней по петляющему тёмному коридору.

«Что это была за мелодия, которую ты играла?» – спросила Кейтлин.

«Бах, – быстро ответила Вайолет. – Токката и фуга ре минор».

«Очень красивая мелодия, – заметила Кейтлин, – и очень мрачная».

«Как и я», – ответила Вайолет.

Они вошли в крошечную нишу с небольшим столом, на котором стояло несколько сосудов.

Вайолет вытащила из-за пояса небольшой нож и порезала себе запястье.

Взяв один из сосудов, она дала крови стечь в него. Когда он был заполнен до краёв, она заткнула его пробкой.

Обмотав запястье куском ткани, она подняла сосуд к глазам, внимательно рассматривая содержимое в свете уходящего дня.

«Для тебя вся надежда на его спасение находится в этом пузырьке, – сказала Вайолет. – Но что, если это не сработает?»

Кейтлин взяла сосуд и тоже посмотрела на него.

«Если это не сработает, – грустно сказала она, – то мне больше незачем жить».

Глава тридцать третья

«Папа, просыпайся!»

Калеб медленно открыл глаза. Веки были словно налиты свинцом. Раньше Калеб ничего подобного не испытывал, и у него ушло не мало сил, чтобы их открыть.

Над кроватью стоял его сын. Джейд.

Джейд улыбался. Вокруг него был яркий свет, который как-бы проходил через самого мальчика. На лице его была просто ангельская улыбка.

«Папа, – сказал он, – пойдём поиграем вместе!»

Калеб медленно сел в постели. Все мышцы ныли от боли. Он протянул руку и коснулся сына. Рука Джейда была тёплой, а улыбка его стала ещё шире. Калебу было так приятно вновь касаться сына и видеть его воплоти. Его просто переполняли эмоции.

«Джейд, я думал, ты умер».

Джейд лишь улыбнулся в ответ.

«Пора нам снова быть вместе», – ответил сын.

Калеб закрыл глаза. Им овладело чувство мира и спокойствия. Окутанный белым светом мир начал понемногу отдаляться, становясь всё ярче и ярче.

Вновь увидеть Джейда. Да, Калебу бы этого очень хотелось.

При этом он знал, что его время ещё не пришло. Внутри он чувствовал, что у него остались незаконченные дела. Что-то держало его на земле.

Кейтлин.

«Пойдём, папа!» – звал Джейд, дёргая его за рукав.

«Скоро, – ответил Калеб, и Джейд медленно отпустил его руку, – очень, очень скоро».

Глава тридцать четвёртая

Кайл никогда не был так счастлив. Его план работал идеально. Освобождённые им вампиры отлично справлялись со своей миссией и сумели превратить Лондон в одно большое пепелище. Кайлу в одиночку удалось распространить по городу чуму, вызвавшую хаос, безумие и разрушения, о которых он даже не мог мечтать. Он радостно улыбался.

В этом веке нести разрушение и страх было легче лёгкого. Не было ни пожарных бригад, ни организованных полицейских патрулей, ни интернета, и при этом всё вокруг было построено из легко воспламеняющихся материалов. Устроить пожар здесь было так же просто, как бросить спичку в стог сена. Кайл обожал выражение лиц людей, когда они в удивлении бегали из стороны в сторону и сгорали заживо, распространяя огонь ещё дальше.

Как будто этого было мало для его счастья, те, кто выживал в пожарах, расчёсывали ноги после укусов блох и покрывались язвами с головы до пят. Почти все жители города страдали так или иначе. Кайл радовался этому, как ребёнок.

Всё шло по плану. Отличный отвлекающий манёвр. Как он и надеялся, ему удалось выманить Эйдена и его людей из замка: они со всех ног бросились на спасение жалких людишек. Он надеялся, что они поведут себя так глупо, и так оно и произошло. Сейчас Уорикский замок остался без защиты, и он мог запросто проникнуть на его территорию.

Осталось лишь проверить действие яда. Кайлу удалось подлить его Кейтлин в напиток, но ему пришлось уйти раньше, чем она его выпила. Кайл полагал, что Кейтлин всё-таки его выпила и сейчас находилась при смерти, одиноко и мучительно умирая в Уорикском замке. На этот раз он не оставит ничего на волю судьбы – он сам отправится в замок, чтобы убедиться, что она умерла. Если же Кейтлин по-прежнему жива, он убьёт её собственноручно.

Кайл еле сдерживался, чтобы не кричать от радости. Так удачно его план не срабатывал уже несколько веков, и конец его мучений был близок. Кейтлин умрёт в течение нескольких часов, и тогда Кайл наконец-то покончит со всеми остальными. Он сделал глубокий вдох и направился в ночь.

Вдали показались очертания Уорикского замка. Незащищённый, он ничем не мог противостоять Кайлу. Кайл начал резко спускаться.

Открыв с размаху деревянную дверь, он ворвался в комнату. Внутри было темно, комната освещалась лишь неярким светом от нескольких факелов, развешанных на стенах. В комнате располагалась большая кровать, на которой лежали двое – взрослый и ребёнок. В воздухе пахло смертью и болезнью.

Подойдя ближе, Кайл надеялся увидеть на кровати Кейтлин, но был поражён, когда вместо неё обнаружил там Калеба. На мгновение он даже вышел из себя: Кейтлин вновь удалось вырваться из объятий смерти, и её глупый дружок выпил яд вместо неё. Теперь Кайлу предстоит её найти.

Напряжение постепенно спало, когда он понял, что раз Калеб смертельно болен, Кейтлин сама вскоре будет здесь, она добровольно попадётся в его ловушку, и он сможет с ней расправиться. Кайл широко улыбнулся. Он и не ожидал, что ему также удастся убить Скарлет. Какой приятный бонус.

К своему недовольству, Кайл отметил, что оба, и Скарлет, и Калеб, были ещё живы, по крайней мере, пока. Это его слегка раздражало, но при этом наполняло определённой радостью, когда он думал, через какую боль и страдания им сейчас приходится проходить. Как бы там ни было, он предпочёл бы, чтобы оба оказались мертвы. Пришло время с ними покончить.

Кайл подошёл к кровати. Калеб никак на него не реагировал и очевидно находился без сознания. Убить его будет проще простого, поэтому Кайл решил начать с девочки, которая металась в бреду.

Он подошёл к её стороне кровати. Вдруг он резко остановился, услышав злобный рык.

Опустив глаза, он увидел стоящего перед ним волка. Кайл был в шоке, потому что мог поклясться, что уже убил этого волка в Венеции, тогда же, когда избавился от сына Калеба, Джейда. Кайл не мог понять, как этот волк вновь оказался здесь.

Не успел Кайл собраться с мыслями, как волк набросился на него и, уперевшись всеми четырьмя лапами ему в грудь, впился острыми клыками Кайлу в горло.

Животное было намного быстрее, чем мог ожидать Кайл. Он вскрикнул от боли, чувствуя, как клыки впиваются ему в плоть. Кровь была повсюду.

Волк не ослаблял хватку. Кайл схватил его, пытаясь скинуть с себя, но как бы он ни тянул, волк просто отказывался разжимать челюсти. Кровь хлыстала из раны, и боль становилась всё сильнее.

Наконец Кайлу удалось засунуть пальцы волку в пасть и, превозмогая жуткую боль, разжать челюсти вручную. Схватив волка за челюсть, он развернул его и бросил через комнату. Волк громко ударился о стену и упал на пол без сознания.

В ярости Кайл бросился к нему, чтобы прикончить.

Не успел он дойти до жертвы, как услышал голос:

«Оставь моего волка в покое».

Кайл резко развернулся и посмотрел на кровать. Он не верил своим глазам.

На кровати сидела Скарлет. Она задрала голову и злобно и бесстрашно смотрела на вампира.

Кайл ухмыльнулся. Развернувшись, он направился прямо к ребёнку.

«А ты смелая девочка, – сказал он, – и жестоко за это поплатишься. Я убью тебя прямо сейчас так же, как я убил сына Калеба».

К своему удивлению, Кайл заметил, что девочка его совсем не испугалась, не спряталась под одеялом и не пыталась бежать. Более того, в её взгляде совсем не было страха. Она выпрямилась и так же злобно на него посмотрела.

«Я тебя не боюсь, – резко сказала Скарлет, – и тебе не удастся убить меня, даже если ты попытаешься».

Кайл остановился, шокированный её дерзостью и бесстрашием. Он громко и от души расхохотался. Эта девчонка ему определённо нравилась. В ней был внутренний стержень. Более того, если бы у него была дочь, он бы хотел, чтобы она была похожа на Скарлет и смело смотрела в глаза неминуемой смерти.

«Мне нравятся твои манеры, – сказал Кайл, – поэтому я убью тебя быстро».

Он сделал несколько шагов в её сторону и протянул руки, готовый её задушить.

Вдруг он почувствовал раздирающую боль в пальцах.

Кайл вскрикнул, опустил глаза и увидел, что под покрывалом девочка держала небольшой серебряный кинжал. Когда он приблизился, она отрезала ему указательный палец.

Кайл закричал от ужаса и шока, ведь теперь его лишили пальца, и из раны хлестала кровь. Схватившись за край простыни, он попытался остановить кровотечение, в то время как второй рукой наотмашь ударил девочку по лицу, от чего так упала на подушку без сознания. Её маленький нож перелетел в другой угол комнаты.

Кайл был в бешенстве. Он не мог поверить, что ей удалось его ранить. Она за это заплатит. Хватит уже с ней сюсюкаться. Не видать ей быстрой смерти. Нет, Кайл будет мучить её всю ночь напролёт.

Он приблизился, чтобы задушить девочку. Когда его руки были в нескольких сантиметрах от её шеи, он вдруг почувствовал сильную боль от удара по голове.

Кайл зашатался и ударился о край стола, а потом обернулся, чтобы посмотреть, кто же решился ему помешать на этот раз.

Он не верил своим глазам. Перед ним стояла чернокожая девушка, одетая в королевские одежды. В руках она держала тяжёлый канделябр, с которого стекала кровь. Кровь Кайла. Она только что ударила его им по голове с такой силой, что Кайл зашатался. Боль была невыносимой.

«Кем бы ты ни была, ты об этом горько пожалеешь», – прорычал он.

К его удивлению, девушка совсем не испугалась. Она выглядела дерзкой и решительной.

«Меня зовут Лили, и жалеть я ни о чём не собираюсь», – ответила она.

Кайл зарычал от ярости, бросился вперёд и пнул девушку обеими ногами в грудь так, что она перелетела через всю комнату и ударилась о стену, упав без сознания.

Эта девушка, Лили, кем бы она ни была, была верным другом Кейтлин и Калеба, иначе они не доверили бы ей присматривать за больными. Какая глупая мысль оставить человека присматривать за вампирами.

И тут Кайла осенило. Если эта Лили была так им важна, то нет лучшего способа отомстить Кейтлин, чем избавиться от ей подруги!

Кайл медленно пересёк комнату. Его взгляд был прикован к горлу жертвы. Почему бы не обзавестись новой, преданной рабыней? Глядя на её горло, он облизал губы, осознавая, насколько был голоден. Пришло время для охоты.

Кайл пересёк комнату, взял в руки тело девушки и без тени сомнения вонзил клыки глубоко ей в шею. Она вскрикнула от боли, неожиданно придя в себя. Кайл держал ей крепко, не давая возможности вырваться. Он вонзал клыки всё глубже и глубже в её плоть.

Кайл чувствовал, как жизненные силы покидают Лили. Он обращал её, передавая ей свои тёмные способности.

Уже несколько веков прошло с тех пор, как Кайл в последний раз обращал человека. Это было удивительное чувство. Он создаст Лили по своему подобию, сделает её своей рабыней и превратит друга Кейтлин в её врага.

Глава тридцать пятая

Кейтлин быстро летела в ночном небе. В одной руке она сжимала три ключа, чувствуя через них связь с отцом, а в другой – сосуд с кровью Вайолет, ощущая пульсирующую в нём энергию и надеясь, молясь, что этот небольшой сосуд поможет спасти Калебу жизнь. Кейтлин также надеялась, что сможет найти способ спасти Скарлет.

По пути из Бодиама в Уорик Кейтлин пролетала над Лондоном. Вид города совершенно сбил её с толку. Даже на дальнем расстоянии от него она ощущала охватившее город смятение. Огромные столпы дыма и огня вздымались в небо, и, подлетев ближе, Кейтин ощущала исходивший от Лондона жар.

От вида внизу перехватывало дыхание. Весь город превратился в один большой клубок огня. Люди бегали по улицам, крича и причитая. Другие лежали прямо в грязи. Они были без сознания. На лицах и телах виднелись признаки поражения чумой. Кейтлин чувствовала, что в городе заправляло зло. Ещё она знала, что за всем этим стоял Кайл и его люди. От вида всеобщего страдания ей становилось физически плохо. Кейтлин ещё раз утвердилась в своём желании убить Кайла, как только его найдёт.

Кейтлин чувствовала, что Эйден и его люди тоже были здесь. Дело, должно быть, обстояло совсем плохо, раз они решили вмешаться и спасти население города. Кейтлин не чувствовала здесь присутствия Сэма и Полли, надеясь, что они остались в Уорикском замке, чтобы защищать Калеба и Скарлет.

Кейтлин хотела спуститься ниже и помочь, но знала, что для этого у неё не было времени. Она крепче сжала сосуд с кровью в руке и продолжила свой путь, мчась по воздуху и желая добраться до замка как можно скорее, чтобы спасти жизни Калеба и Скарлет.

Кейтлин закрыла глаза, пролетая над разрушенным городом. Она старалась дышать как можно меньше, чтобы не вдыхать дым. Через несколько минут Лондон остался позади, но образы охваченных огнём людей глубоко засели в её сознании. Внутри всё сжималось. Однако сейчас ей нужно было сконцентрироваться на спасении тех, чьи жизни были полностью в её руках.

* * *

Кейтлин приближалась к Уорикскому замку, не в силах избавиться от ощущения опасности. Приземлившись во дворе, она побежала в комнату, где лежали Калеб и Скарлет. Она знала, что в замке никого не было. Но как это могло быть возможно? Где же были Сэм, Полли и Лили? Как они могли оставить Калеба и Скарлет без защиты, когда она так просила их этого не делать?

Кейтлин молилась, чтобы чутьё её обманывало, и чтобы в комнате она встретила всех троих.

Кейтлин ворвалась в спальню, внутренне дрожа. Как она и боялась, ни Сэма, ни Полли в комнате не было. Не было там и Лили.

Кейтлин озабоченно прошла в полумрак. Калеб и Скарлет лежали на кровати. Оба были живы, пусть и смертельно больны. Их измученный вид ранил её сильнее, чем острие ножа.

Кейтлин не могла понять, что же произошло. Где были Сэм и Полли? Куда исчезла Лили? И где была Рут?

Кейтлин внимательно осмотрела комнату. Сердце её остановилось, когда она увидела лежащую на полу Рут. Волчонок была без сознания.

Кейтлин подбежала к ней, присела рядом и прислушалась к дыханию. Дыхание было поверхностным. Кейтлин огляделась и увидела кровь и следы борьбы.

И тут она всё поняла. Кто-то ворвался в комнату и ударил Рут. Но кто? Как? Если так, то почему нападавший не тронул Скарлет и Калеба?

Не успела она хорошенько всё обдумать, как услышала рычание и крик. Краем глаза она заметила, как на неё кто-то набросился.

Кейтлин застали врасплох, и она не успела среагировать вовремя, когда на неё набросилась Лили, рыча и готовясь вонзить клыки Кейтлин в горло.

Пролетев через всю комнату и ударившись о стену, Кейтлин упала на пол, мало понимая, что происходит. Комната плыла перед глазами. Кейтлин увидела, как Лили вновь на неё набросилась.

Она отказывалась верить своим глазам. Нет, ошибки не было, это действительно была Лили. Только теперь Лили была вампиром и бросалась на подругу. Лили была сильной, и Кейтлин едва могла с ней справиться.

Её обратили, подумала Кейтлин.

И сделал этот тёмный вампир.

Кайл.

«Да, ты права, – ответила Лили низким, грудным голосом. – Теперь Кайл – мой господин».

Лили вновь набросилась на подругу, но на этот раз Кейтлин была готова к атаке. В самую последнюю секунду ей удалось увернуться, и Лили ударилась головой о стену. Кейтлин же с силой ударила её локтем по почкам.

Лили вскрикнула от боли и упала на пол. Это был шанс для Кейтлин обезвредить противницу, но она просто не могла заставить себя это сделать. Ведь это была Лили, её подруга, которую обратил тёмный вампир, настоящий монстр по натуре. Вины Лили в этом не было.

Кейтлин чувствовала, что в душе Лили по-прежнему была хорошим человеком и могла избавиться от тёмного заклятия.

Поэтому вместо того, чтобы причинить ей боль, Кейтлин накинулась на Лили сзади и заломила руки ей за спину, лишая возможности двигаться и атаковать. Лили извивалась и вырывалась, как могла, но Кейтлин держала её крепко, пытаясь усмирить проснувшегося в ней демона.

«Слезь с меня!» – кричала Лили.

«Лили, это я! Кейтлин! Тебя обратили. Это сделал тёмный вампир, но я знаю, что хорошая Лили не исчезла. Она живёт внутри тебя. Отпусти зло и стань прежней Лили».

Лили извивалась и кричала. Кейтлин чувствовала, что внутри неё происходит нешуточная борьба добра со злом. Выглядело так, будто Лили боролась сама с собой, словно одержимая дьяволом.

«Кейтлин, – сказала Лили изменившимся голосом, – освободи меня. Прошу. Я не хочу причинять тебе зло».

Кейтлин встала и отошла на несколько шагов назад, внимательно наблюдая за подругой.

Лили развернулась и посмотрела на неё, тяжело и глубоко дыша, как загнанный зверь. Лили выглядела по-другому: взгляд ей заволокло пеленой, и цвет глаз менялся от каштанового до чёрного и зелёного. Внутри Лили шла борьба.

Вдруг она схватила серебряный нож, подняла его высоко над головой и начала наносить удары.

Она не пыталась убить Кейтлин.

Она била себя в сердце, пытаясь покончить с собой.

В один прыжок Кейтлин оказалась рядом и схватила Лили за руку до того, как нож прошёл в грудь. Она сжимала руку изо всех сил, но Лили была очень сильной, и удержать её было не так-то просто.

Борьба продолжалась целую вечность. Руки обеих так устали, что тряслись от усилий. Кейтлин не сдавалась, и, в конце концов, ей удалось заставить Лили выронить нож.

Лили наклонила голову назад и зарычала, будто пытаясь изгнать сидевшего внутри демона.

Вдруг она вскочила на ноги и побежала через комнату. Она направлялась к большому витражному окну. Не медля ни секунды, она выпрыгнула в него, усыпав весь пол осколками стекла.

Кейтлин смотрела, как Лили улетает в ночь, хлопая широкими крыльями и пытаясь как можно скорее покинуть это место.

«Она меня разочаровала», – сказал низкий голос.

Кейтлин медленно обернулась, сразу же узнав его.

Кайл.

Он вышел из тени. Один глаз отсутствовал, вся кожа была в шрамах, и, как заметила Кейтлин, не хватало одного пальца на руке.

Кайл представлял собой страшного монстра из пучин ада.

Он медленно подошёл к Кейтлин и встал к ней лицом к лицу.

«Ты – мерзкое и злобное существо, – сказала Кейтлин, – и ты жизнью поплатишься за то, что сделал с моей подругой».

Кайл лишь улыбнулся в ответ.

«Ты не смогла убить меня тогда, почему ты думаешь, что сможешь убить меня сейчас?»

Кейтлин сделала два смелых шага вперёд и приняла боевую стойку.

«И ты не смог убить меня тогда, почему ты думаешь, что сможешь убить меня сейчас?»

Кайл оскалился и зарычал рыком бешеного животного. Кейтлин сделала то же самое.

Противники встали друг против друга, не желая отступать и сдаваться. Они ринулись вперёд, метясь клыками друг другу в горло.

Это была битва не на жизнь, а на смерть.

Глава тридцать шестая

В ночном небе Сэм летел близко к земле, направляясь в замок Арундел. Он чувствовал, что Полли была именно здесь, ведь он явно ощущал её энергию в этом месте. Сэм чувствовал, что она была расстроена, и это чувство эхом отражалось от каждой клетки его тела. Он сам поражался тому, как отчётливо он чувствовал всё то, что испытывала Полли. Не менее этого он поражался глубине своих к ней чувств. Казалось, что они были одним целым.

Первое, что испытал Сэм, услышав, что Полли улетела с Сергеем, были злость, ревность и презрение. Не зная подробностей, ему было сложно смириться с фактом, что у Полли могли до сих пор остаться чувства к этому вампиру.

Чем больше Сэм об этом думал и чем сильнее ощущал овладевшее Полли отчаяние, тем больше убеждался, что за её действиями скрывалось что-то другое. Возможно, её обманули. Или похитили.

Сэм нервничал, оставляя Калеба и Скарлет одних с Лили, но решил, что вернётся уже через несколько часов, и за это время с ними ничего не случится. Сейчас именно Полли находилась в явной опасности.

Сэм начал снижаться, готовясь приземлиться во внутреннем дворе замка. Опустившись на землю, он осторожно огляделся. Вокруг было тихо и пусто. Несмотря на сентябрь, ночи стали прохладнее, и от крепостного рва веяло свежестью.

Этот замок был странным местом: он был построен в форме лошадиной подковы с круглой лужайкой в середине и холмом в дальней части комплекса. Каменные стены освещались светом от факелов. Опасность витала в воздухе.

«ПОЛЛИ!» – крикнул Сэм.

Его голос эхом отозвался от стен.

Сэм развернулся, выбрал дверь и ринулся внутрь. Дверь была крепкой, около полуметра толщиной, но Сэма ей было не остановить. Он взмыл в воздух, стараясь использовать всю свою силу, чтобы выбить дверь. Дверь слетела с петель, и Сэм попал внутрь.

Мчась по пустынным каменным коридорам, он выкрикивал имя Полли. Он чувствовал, что она была в опасности, и понимал, что сделал самый правильный выбор, решив прилететь сюда.

«ПОЛЛИ!» – вновь крикнул Сэм, повернув в очередной коридор.

Когда он оказался в большом зале, то двери за ним неожиданно захлопнулись. Это были серебряные двери. Сэм метался из стороны в сторону, но все другие выходы также были закрыты. Вокруг были девушки-вампиры, и в руках они держали смертельное оружие.

Посреди зала стоял Сергей. На лице его была видна злобная улыбка.

«Твоя Полли теперь у меня в руках, – сказал он, – она моя рабыня, как и все остальные. Следующую тысячу лет она будет моей игрушкой».

Сэм чувствовал, как внутри его закипает злость. На этот раз он даже не пытался её подавить. Напротив, Сэм позволил злости набрать силы, чувствуя, что был готов взорваться. Он хотел взорваться и выпустить из себя такую ярость, на какую был только способен.

«Она была настолько глупа, что поверила мне, – сказал Сергей, – и это произошло уже не в первый раз. Она достаточно поплатилась за это. Теперь пора платить тебе и твоей сестре».

Сергей кивнул, и Сэма окружил десяток девушек-вампиров. Они подняли вверх оружие – огромные боевые топоры, булавы, копья и длинные мечи.

Сэм дал ярости выйти наружу. Девушки набросились на него со всех сторон, но он подлетел в воздух и выхватил у них оружие. В полёте он выхватывал одно оружие за другим. Добравшись до большого серебряного топора, он направился прямо к Сергею.

Сергей не верил своим глазам. Не успел он что-либо сделать, как Сэм на всей скорости набросился на него, размахнулся топором и ударил им со всей силой.

Удар был точным. Сэм снёс Сергею голову, и она покатилась по полу, пока тело с грохотом падало наземь.

Чары спали. Как по мановению волшебной палочки, десяток девушек-вампиров, которые секунду назад были злейшими врагами Сэма, словно очнулись ото сна. Они отошли от него и стали бродить по залу, утешая друг друга. По их взглядам и лицам было видно, что они больше не представляли для него никакой опасности.

«Прости нас, – взмолилась одна из них, – мы не желали тебе зла».

«Где Полли?» – спросил Сэм.

Одна из девушек вышла вперёд.

«Я отведу тебя к ней».

Она взяла связку ключей и начала отпирать двери.

Сэм не мог долго ждать. Он подошёл ближе и сорвал дверь с петель, отставив её в сторону. Девушка посмотрела на него в сильном удивлении.

«Куда идти?» – настойчиво спросил он.

Дрожащей рукой она указала Сэму на нужный коридор.

Последовав её совету, он отправился по нужному коридору, в котором слышался голос Полли. Она кричала и била кулаками по двери. Сэм остановился перед дверью её камеры.

«Отойди назад!» – крикнул он.

Размахнувшись, он выбил дверь ногой, сорвав её с петель. Вбежав в каменную клетку, он увидел там дрожащую, заплаканную Полли.

Она подбежала к нему и крепко обняла Сэма.

Он обнял её в ответ.

«Сэм, – сказала Полли, – я повела себя так глупо. Спасибо. Спасибо тебе. Ты спас мне жизнь».

Они крепко обнялись. Сэм не мог избавиться от мысли, что обнимать Полли было очень приятно. Он решил, что больше её от себя не отпустит.

Глава тридцать седьмая

Съедаемые яростью, Кайл и Кейтлин набросились друг на друга.

Похожие на разъярённых быков, они столкнулись в воздухе. Они сцепились в мёртвой хватке, схватив друг друга за плечи и врезаясь когтями друг другу в кожу. Это было грандиозное противостояние сил. Кайл был в два раза выше и крупнее Кейтлин, но она чувствовала внутри такую силу, какой никогда не испытывала раньше. К своему удивлению, даже в пылу такой серьёзной битвы, она могла полностью контролировать свои эмоции. Кейтлин была спокойна и уравновешена. Всё было под контролем. Она сконцентрировалась на дыхании, внутренней силе и жизненной энергии, идущей из глубины.

Она чувствовала ненависть и ярость Кайла, но помимо этого она также чувствовала скрытый глубоко внутри страх. Кейтлин была поражена своим открытием: Кайл её боялся.

После нескольких минут напряжённой схватки, Кейтлин начала одерживать верх над противником. Она развернулась и перекинула его через себя: пролетев через всю комнату, Кайл ударился о каменную стену.

Он стоял и молча смотрел на Кейтлин во все глаза. Во взгляде его читался шок.

Оскалившись, Кайл вновь ринулся в атаку, собираясь сбить Кейтлин с ног. Стоило ему приблизиться, как она взмыла в воздух и ударила его ногой под челюсть, от чего Кайл полетел назад и приземлился на спину.

Кейтлин подняла ногу, готовясь раздавить ему горло. В последнюю секунду Кайлу удалось избежать удара, и нога Кейтлин приземлилась на пол с такой силой, что проделала в нём дыру. На долю секунды она потеряла контроль над ситуацией. Кайл ударил ей локтем в спину, от чего Кейтлин перелетела через комнату и ударилась головой о стену.

Боль обжигала спину и голову, и всё плыло перед глазами.

Кайл вновь ринулся в атаку. На этот раз он схватил большой стол, поднял его над головой и собирался размозжить им ей череп.

Кейтлин перекатилась в сторону, сбила Кайла с ног, от чего он упал лицом вниз и ударился головой о край стола. Развернувшись, Кейтлин вырвала металлическую ножку у стола, подняла ей над головой и ударила ею Кайла по затылку.

Перекатившись через комнату, он, наконец, остановился, стоная и почти теряя сознание.

Кейтлин медленно приблизилась к нему и подняла металлическую ножку над головой, собираясь вонзить её ему прямо в грудь и расправиться с Кайлом навсегда.

Едва понимая, что происходит, он поднял на неё глаза и улыбнулся своей дьявольской ухмылкой. Из уголка рта текла кровь.

«Ну, давай же», – сказал он.

Кейтлин замахнулась ножкой, чтобы вонзить её ему в грудь и отомстить за всех, кто был ей дорог, но вдруг услышала голос.

«Мамочка?»

Кейтлин обернулась. Каждая клетка ей тела отзывалась на слова Скарлет.

Скарлет сидела в кровати и тянула к ней руки.

Кейтлин развернулась, чтобы прикончить Кайла, но было уже слишком поздно: он мчался к открытому окну и, сделав два шага, выпрыгнул наружу.

Кейтлин ничего другого не оставалось, как стоять и смотреть, как он улетает в ночь.

«Мы не закончили!» – крикнул он, и его слова эхом отзывались в ночном небе, пока его силуэт медленно расплывался на фоне полной луны.

Кейтлин отбросила в сторону оружие и подбежала к Скарлет.

Крепко обняв девочку, она долго её не отпускала, сотрясаемая рыданиями. Разомкнув объятья, она убрала прядки волос со лба Скарлет и поцеловала девочку. Язвы выглядели хуже, чем в последний раз, когда она их видела, и было очевидно, что у девочки был жар.

«Мне так жаль, дорогая, – сказала Кейтлин. – Прости, что маме пришлось уйти».

Скарлет вновь прижалась к ней, плача.

«Мне так больно. Пожалуйста, сделай так, чтобы боль ушла».

Эти слова разбивали Кейтлин сердце.

«Сделаю, – сказала она. – Всё будет хорошо. Я обещаю».

Кейтлин оббежала кровать и подошла к Калебу. Обхватив его руку обеими руками, она прижалась к уху и начала шептать:

«Калеб».

Никакой реакции.

Кейтлин крепче сжала его руку, чувствуя, как по щекам бегут слёзы. Калеб был жив, но очень слаб.

«Калеб, прошу, – рыдала она, – открой глаза. В последний раз открой глаза».

Медленно, очень медленно веки Калеба разомкнулись.

«Я люблю тебя, – сказала Кейтлин. – Я хочу, чтобы ты это знал. Я всегда буду тебя любить. Я всегда буду твоей женой».

Калеб очнулся. Он ещё приоткрыл глаза, и Кейтлин подложила руку ему под голову. Она осторожно приподняла его голову одной рукой, а другой достала сосуд с кровью Вайолет.

«Калеб, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал, – сказала она. – Выпей это. Справишься?»

Калеб не ответил.

«Калеб. Прошу. Сделай это для меня. Последняя просьба. Пожалуйста».

Калеб посмотрел на неё, несколько раз моргнув и едва заметно кивнув.

Кейтлин сделала глубокий вдох, откупорила сосуд и прижала его к губам Калеба. Ещё слегка приподняв его голову, она заставила его разжать губы и вылила весь пузырёк ему в рот, а потом вновь сомкнула его губы и наклонила голову слегка назад.

Калеб закашлялся, давясь кровью. Он кашлял, не переставая, пытаясь продышаться.

Кровь произвела на него определённый эффект, потому что на мгновение его глаза широко раскрылись.

«А теперь укуси меня», – сквозь слёзы сказала Кейтлин.

Калеб медленно покачал головой.

«Я не могу, – прошептал он, – потому что ты можешь умереть».

Кейтлин уверенно покачала головой.

«Нет, всё в порядке. Я обещаю. Всё будет хорошо».

Калеб продолжал качать головой, и глаза его начали вновь закрываться.

Кейтлин встряхнула его за плечи.

«Калеб, прошу, послушай меня. Ты должен это сделать, не ради меня, а ради Скарлет. Послушай. У меня есть ключ. Ты должен попытаться. Может сработать. Возможно, после твоего укуса мы все отправимся в прошлое».

Калеб продолжал качать головой.

«Мамочка, – сказала Скарлет. – Мне страшно, я вижу странные вещи».

Кейтлин запрыгнула на кровать и легла между Калебом и Скарлет. Одной рукой она сжимала руку Скарлет, а другой – руку Калеба.

«Я придаю вас твоих земле, – громко сказала Кейтлин, самостоятельно начав ритуал, – Кейтлин, Калеб и Скарлет, чтобы когда-нибудь проснуться. По милости господа».

Кейтлин повторила слова ещё раз. Калеб начал открывать глаза. Кейтлин крепче сжала руки, облокотившись и подставив горло к лицу Калеба. Приподняв его голову, она заставила его прижаться губами к своей шее.

«Калеб, пожалуйста! – умоляла она. – Укуси меня. Я настаиваю!»

Вдруг она почувствовала, как мир уходит из-под ног. Кейтлин чувствовала лёгкость в теле и исходящий от отцовских ключей жар. В этот самый момент, она также почувствовала, как разомкнулись губы Калеба. Его клыки увеличились в размерах и, собрав оставшиеся силы, он наклонился и вонзил длинные клыки ей в шею.

Кейтлин вскрикнула, чувствуя боль от укуса.

Клыки Калеба впивались всё глубже. Комната начала кружиться, наполняясь светом. Кейтлин словно покинула собственное тело. Она могла поклясться, что видела стоящего над ними Джейда. Он улыбался.

Мир её заволокла белая пелена, и последнее, о чём подумала Кейтлин, сжимая руки Калеба и Скарлет, было то, что теперь она по-настоящему обручена.

Сноски

1

«Clink», как в слове «Клинк-стрит», с английского переводится как «тюрьма» (здесь и далее примечание переводчика).

2

Здесь и далее перевод Бориса Пастернака (Прим. переводчика)


Купить книгу "Обрученная" Райс Морган

home | my bookshelf | | Обрученная |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 6
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу