Book: Временной кулон (СИ)



Дмитрий Рамон


Духи Бесконечности

Временной кулон

Пролог

Собор Святой Лауры находился в старой части города. Когда-то его посещало много людей: и местные жители, и приезжие, туристы. А потом в окрестностях храма стало происходить нечто странное: сами собой зажигались свечи, закрывались замки, отпирались ставни. Некоторые прихожане даже утверждали, что видели привидений.

С погодой тоже творилось что-то неясное: когда во всём городе ярко светило солнце, здесь могли лить дожди или даже идти снег.

Вот и сейчас за окнами собора свирепствовала буря – предвестница бед и плохих перемен.

За витражными стёклами то и дело сверкали молнии, освещая всё здание изнутри, хоть и всего на пару секунд. Крупные капли дождя били по крыше, издавая приглушённый стук, а затем стекали вниз по наклонной кровле. Мощные порывы ветра пытались ворваться в массивные ворота, запертые на засов.

Вдруг внутри храма образовалось красное туманное облако. Расстелившись по мраморному полу, оно стало подниматься вверх, заполняя почти всё свободное пространство. Сквозь клубы тумана стали проглядываться очертания человека. Облако рассеялось, и из него вышла женщина. В пышном алом платье она выглядела прибывшей из восемнадцатого века. Поправив причёску – копну огненно-рыжих волос, она царственной походкой направилась вперёд. Поднявшись по ступенькам, женщина подошла к алтарю, провела пальцами по его узорной резьбе и, зацепившись ноготком за щель, надавила на неё пальцем. Крышка алтаря ушла вбок, открывая путь в подвал. Подобрав подол платья в руки, женщина перешагнула через ограду и спустилась вниз по деревянной лестнице.

Таинственная незнакомка оказалась в просторной потайной комнате. Вдоль стен тянулись огромные шкафы с книгами в кожаных переплётах, а на земле стояли запертые сундуки. В центре помещения находился круглый стол с единственной горящей свечкой, тускло освещающей подземелье.

– Мэри, это ты? – послышался старческий голос. – Я уж думала, что ты и не придёшь.

Из тени вышла миловидная старушка, ничем не примечательная на вид: среднего роста, со сгорбленной спиной. Всё её лицо давно покрылось множеством морщин, а волосы утратили золотистый цвет и стали седыми.

– Здравствуй, Софи. Я же не могла отказать в просьбе своей старой подруге, – ответила женщина в красном. – Так что же случилось? Я не слышала о тебе с тех самых пор, как ты решила отсоединиться от ордена Эксулесы.

– Ты помнишь, что я живу рядом с Печатью Бесконечности? – без лишних предисловий начала старушка. – Мне кажется, что она истончается, разрушается с каждым днём.

– Об этом говорилось в древнем пророчестве… Думаешь, оно начало сбываться?

– Если так, то Земле осталось недолго. Через десять-пятнадцать лет печать исчезнет полностью, и планета столкнётся с другим миром – Каэлестисом. Все погибнут…

– Кажется, я поняла к чему ты клонишь, – презрительным тоном произнесла Мэри. – Ты хочешь вернуться к Духам? Вымолишь у них прощения?

– Нет! – резко отвергла эту мысль Софи. – У меня есть другой план. Я уже осуществила большую его часть, дело осталось за малым. Ты помнишь мою внучку Сару?

– Конечно. Сколько ей сейчас? Восемнадцать?

– Уже двадцать! Завтра она выходит замуж! – на лице Софи засияла улыбка, но она тут же нахмурилась. – Но… праздник ей придётся подпортить. Я хочу инсценировать свою смерть.

– Зачем? – опешив от поражения, спросила Мэри.

– Чтобы ты вернула мне былую молодость! Сама я на это уже не способна, ты же знаешь, Димент отобрал у меня эту возможность. А я чувствую, что скоро близок мой конец.

– Хорошо, я помогу тебе, – недолго думая, согласилась женщина. – Но что с планом?

– Перед смертью я подарю ей Временной кулон.

– Ты рехнулась?! – не выдержала Мэри.

– Нет, я всё обдумала, – твёрдо ответила Софи. – Через несколько лет он наберёт огромную силу, способную выполнить любое её желание. Я скажу Саре, что именно она должна загадать. Она познает великую тайну бесконечности и получит полное право занять место Лонея.

– Этого высокомерного стража давно пора убрать! – Мэри покраснела от гнева, вспоминая личные счёты.

– Благодаря Саре я стану правительницей Часовых смотрителей, – продолжила Софи, проигнорировав замечание подруги. – А ты вновь будешь Царицей Жизни. И когда Земля и Каэлестис уничтожат друг друга, нас это уже не коснётся.

– Но почему ты сама не можешь загадать желание?

– Временной кулон обладает гигантской мощью, не каждому подвластно справиться с ней. Загадав желание, я превращусь в прах! Справиться с силой кулона может только тот, кто обладает либо абсолютным бессмертием, либо магией нереид. И тем, и другим завладеть очень сложно, но я знаю одну нереиду – мать Сары. Она обещала провести обряд только для Сары, мне она почему-то не доверяет.

– Ладно, ты меня уговорила, – сразу же сдалась Мэри. Понятное дело – план её полностью удовлетворял. – Кстати, среди врачей местной больницы есть мой знакомый, сбежавший дух. Я попрошу его помочь тебе.

– Буду благодарна, – улыбнулась Софи.

– Тогда до завтра! – попрощалась Мэри и щёлкнула пальцами.

Женщину окутал туман, тот же, что и перенёс её сюда, и через пару секунд от Мэри не осталось и следа.

– А мне придётся добираться пешком, – с сожалением вздохнула Софи. Она прислушалась – не закончилась ли буря?

– Женщина! – неожиданно раздался крик позади старушки.

Софи дёрнулась от неожиданности и обернулась. Перед ней стояла костлявая старуха. Своим кривым пальцем она указывала прямо на Софи, хотя смотрела сквозь неё. Женщина сразу поняла, что перед ней призрак Эксулесы – основательницы ордена, названного в её честь.

– Я вижу женщину! – повторила старуха. – У неё большие планы! Но ничто не сбудется! Скоро свершится древнейшее пророчество – наступит Время Смерти!

– Время Смерти – всего лишь миф! – ответила ей Софи, но призрак Эксулесы уже исчез.

Софи облегчённо вздохнула, но в душу закралось чувство страха – так сильно на неё повлияли слова давно умершей основательницы ордена.

– Ох уж эти параллельные направления времени, – недовольно покачала она головой и вновь прислушалась.

Снаружи продолжала бушевать непогода.

Наступали тёмные времена.


Глава 1.


Свадебный переполох

Сара всегда считала, что свадьба – это лучший праздник в жизни любой женщины. Но сейчас, когда ей самой предстояло встать под венец, девушке казалось, будто это самое волнительное, а совсем не прекрасное событие.

Нервно теребя подол белоснежного платья, Сара покусывала губы и размышляла о предстоящей взрослой жизни. Неожиданно она почувствовала прикосновение – на её обнажённые плечи легла чья-та холодная рука. Девушка испуганно обернулась.

– Простите, я не хотел вас напугать, – извинился незнакомец, убирая с плеча девушки ладонь в белоснежной перчатке. – Наверное, мне не стоило сюда приходить. Но я не мог отказать вашей бабушке. Она очень милая дама и когда-то оказала мне крайне любезную услугу.

Перед Сарой стоял мужчина лет тридцати. На нём были фиолетовые брюки и фрак, надетый поверх рубашки телесного цвета, красный галстук и бежевые остроконечные туфли, на голове – высокий фиолетовый цилиндр, из-под которого торчали волнистые чёрные до плеч волосы.

– Вы знакомый моей бабушки? – переспросила Сара. – Мне кажется, я где-то вас видела.

– Вполне возможно, – на лице мужчины сияла голливудская улыбка. – Меня зовут Эдвард Вукл, я директор фабрики «Куклы Вукла».

– Да, да, – подтвердила девушка. – Вас показывали по телевизору.

– Мне очень приятно, что вам обо мне известно. Ведь мы с вами всё же родственники, в некотором смысле этого слова, – Эдвард опять загадочно улыбнулся. – Но это сейчас не так важно. Я хотел убедить вас поторопиться. Знаете, как это бывает: опоздаешь всего на пару минут, а в мыслях тебя уже все успели похоронить. Так что лучше не давать повода для сплетен. Будет не очень приятно, если вас обзовут сбежавшей невестой.

Эдвард крутанулся на пятках и ушёл прочь. Сара решила последовать совету мужчины, но перед этим захотела привести себя в порядок.

Встав напротив зеркала, девушка в который раз удивилась своей красоте. Никогда в жизни она не выглядела столь прекрасно: на ней было длинное белоснежное платье с глубоким декольте. Узор белых роз, украшающий кромку платья, повторялся на поясе спереди. Никакой фаты – такое очаровательное лицо невесты грех прятать. Причёску в стиле бабетта украшала небольшая серебряная диадема, гармонирующая с серьгами того же оттенка. На руках – длинные по локоть кружевные перчатки.

Сара поправила смявшийся край платья, пригладила причёску и слегка обновила помаду. Взяв с тумбочки букет невесты, она подошла к двери. Двое мужчин раскрыли створки, приглашая девушку войти.

Как только Сара зашла в церемониальный зал, заиграл свадебный марш. Спотыкаясь от волнения о собственные ноги и надеясь, что никто этого не заметил, хотя все взгляды и были направлены только на невесту, Сара прошла до конца ковровой дорожки и остановилась напротив жениха. Священник, стоявший перед парой, зачитал речь и попросил дать клятвы.

– Я, Том Диксон, беру Сару Мирати в законные жёны, – начал жених, – и обязуюсь хранить любовь и верность до конца дней.

То же самое произнесла и Сара, лишь поменяв имена.

Наконец священник разрешил обменяться кольцами и скрепить семейный союз поцелуем. Этот поцелуй не был их первым, но, наверное, именно он останется в памяти молодых навсегда, а сегодняшний день, двадцатое сентября, станет самым важным днём для Сары и Тома в их совместной жизни.

Со стороны гостей зазвучали восторженные фразы и рукоплескания. Сара мельком взглянула на присутствующих: с её стороны – отец, бабушка Софи, её школьные подруги и ещё несколько важных знакомых; со стороны Тома – его друзья и коллеги по работе. Родных у него не было, потому что два года назад Том лишился матери, а кроме неё у него никого не было. Странного Эдварда Вукла нигде не было видно. Зато на задних креслах девушка заметила Кайла – свою первую любовь.

На Сару тут же нахлынули воспоминания.

Алекс, отец Сары, был востребованным лингвистом, поэтому часто разъезжал по командировкам, а мать девушки умерла при родах, оттого Сара и провела всё своё детство с бабушкой.

Софи воспитала внучку хорошей девочкой: каждый день Сара училась читать, считать и писать, помогала Софи с огородом, ухаживала за садом, а, уморившись, шла гулять с соседским мальчишкой Кайлом. Только годы спустя девочка поняла, что она влюбилась в парня.

А потом Сара пошла в школу, где и познакомилась с Томом. Только поначалу девушка не замечала парня: он был слишком тихий, застенчивый, в то время как Саре нравились хулиганы. Она считала, что с ними жизнь гораздо веселее. И скажи ей тогда, что вот он, Том, твоя судьба, она бы громко рассмеялась и сказала: «Ну уж нет! Такого я к себе и на метр не подпущу». Но вскоре девушка поняла, как сильно она ошибалась...

По окончании школы всех выпускников пригласили на бал. В тот вечер Софи попросила, чтобы на такой торжественный праздник Сара надела любимое платье старушки. Девушка не стала противиться бабушке, потому что знала её настойчивый характер. Да и платье ей это тоже нравилось. К сожалению, другие выпускники, танцевавшие на балу, её вкуса не разделили: ребята смотрели на Сару с насмешками, обсуждая её старомодный наряд. Застеснявшись, девушка забилась в угол, чтобы её никто не видел. Она уже сто раз успела проклясть этот бал, но тут зазвучала красивая песня на иностранном языке, и какой-то брюнет подхватил Сару под руку, вывел её в центр зала и закружил в медленном танце. Девушка даже сказать ничего не успела.

– Меня зовут Том, – шёпотом представился парень.

– Я тебя знаю, – улыбнувшись, так же тихо ответила Сара. – Ты учишься в параллельном классе. А я – Сара.

– Мне очень приятно, – смущённо сказал Том, слегка покраснев.

Они разговорились и продолжили беседовать после танца. По окончанию бала Том проводил девушку до дома, и та поцеловала его в щёку в благодарность за чудесный вечер.

Саре очень понравился Том. Она знала его весьма мало, но в объятиях этого парня девушка чувствовала что-то родное. Сара поняла, что испытывает к Тому нечто большее, чем просто симпатию. Но, несмотря на сильное желание продолжить с парнем общение, Сара сторонилась Тома, потому что хорошо знала ревнивый характер Кайла. Но, как бы она этого не пыталась избежать, однажды Тому и Кайлу всё же пришлось познакомиться.

В тот вечер Том провожал Сару до дома, и Кайл увидел их в окно. Он вышел на улицу и захотел по-мужски поговорить с Томом.

– Ты кто такой? – спросил Кайл, толкнув соперника в грудь. Том, не ожидавший нападения, не смог устоять на ногах и упал на землю, ударившись копчиком и тихо ойкнув.

– А ты сам-то, кто? – спросил Том, медленно поднимаясь на ноги и отряхиваясь.

– Я? – Кайл поперхнулся от недовольства. – Я парень Сары!

– А она сама об этом знает? – фыркнув, спросил Том. Он посмотрел на Сару, которая, растерявшись, стояла в стороне. В этот момент, пока Том не видел Кайла, последний размахнулся и со всей силы ударил кулаком парня в лицо. Сара испугано ахнула. Том приложил пальцы ко рту – из губы шла кровь.

По правде говоря, Том никогда не участвовал в каких-то разборках, а уж тем более в настоящих драках. У него не было опыта, но он не хотел показаться перед Сарой трусом.

Зажмурившись, Том замахнулся кулаком, пытаясь ударить соперника в живот, но Кайл перехватил его руку и заломил за спину. Том зашипел от боли, но решил не сдаваться и ударил Кайла в пах. От неожиданности тот согнулся пополам, отпустив руку Тома. Парень понял, что у него есть шанс на хороший удар, но не знал, как его сделать, поэтому просто повалил соперника со всей силы на землю.

Не вставая, Кайл поставил Тому подножку, и тот тоже упал. Кайл приподнялся, встал над парнем и ударил его в лицо, потом ещё и ещё раз. Из носа Тома потекла кровь.

Сердце Сары забилось гулко-гулко, а земля начала уходить из-под ног. Она знала, что если не остановит драку, то всё кончится весьма плачевно. Но нужно сделать выбор: с кем Саре было действительно хорошо? С парнем, которого она знала с детства? Который не раз защищал её от школьных хулиганов? Или с тем, кого она едва знала, но с кем ей по-настоящему было легко? И какой бы выбор она ни сделала, с кем бы ни захотела остаться, для другого это будет изменой, предательством, ударом под дых.

И вот, когда Кайл вновь замахнулся для очередного удара, Сара собрала в себе все силы:

– Не смей! – что есть мочи прокричала она Кайлу, подбегая к ребятам. – Если ты его тронешь, я тебе этого никогда не прощу!

– Но почему? – Кайл замешкался. – Ведь ты моя девушка!

– Ты сам так решил! Ты относишься ко мне, как к игрушке! Всё время следишь за мной, ревнуешь к каждому прохожему! Я из-за тебя даже с парнями нормально не могу пообщаться! – сердито произнесла Сара, пытаясь скрыть дрожь рук, чтобы не выдать свою слабость. – Меня это достало! Я тебя больше видеть не хочу! Уходи, слышишь?!

Кайл кинул яростный взгляд на Тома, но оставил его.

– Я тебе ещё отомщу! – напоследок сказал он и вернулся домой.

– Ты в порядке? – Сара кинулась к Тому.

– Более-менее, – промямлил парень. – Ай, – он дотронулся до кровоподтёка под глазом, – похоже, синяк будет. Чёрт, кажется, он мне нос сломал.

Сара промолчала, а потом обняла Тома за шею и тихо, в самое ухо прошептала:

– Спасибо.

– Так значит, я обычный прохожий? – с ухмылкой спросил он.

Сара посмотрела в его глаза и поцеловала в губы.

– Теперь – нет.

После того дня Сара и Том всегда были вместе, а Кайл, хоть и пообещал отомстить, больше не стал мешать счастью влюблённых. А через полгода он встретил Аманду – девушку своей мечты, с которой у них не так давно появился сын. Сара сильно завидовала молодым, ведь она сама никогда не сможет иметь детей, не сможет похвалить чей-то рисунок и отругать за двойку... Но Том это понимал и всегда был готов поддержать супругу. А это было главным семейным счастьем.


Том и Сара вышли из церкви и попали под дождь из роз: гости со всех сторон обсыпали молодожёнов розовыми и белыми лепестками.

Пройдя к машине, невеста велела всем девушкам встать за её спиной и приготовиться ловить букет. Размахнувшись, Сара перебросила цветы через голову. Девушка обернулась, чтобы поглядеть на счастливицу. Оказалось, букет поймала её школьная подруга, Оливия, которая на днях должна была выйти замуж за отца своей полугодовалой дочки.

– Как удачно совпало! – радостно прокомментировала Оливия.

Наконец молодожёны смогли сесть в лимузин и поехали в ресторан. Гости также расселись по своим машинам и последовали за молодыми.



По пути Сара разглядывала свой родной город Либерштадт. Он ничем не отличался от других провинциальных городов, но сегодня Сара на всё смотрела, словно в первый раз.

Вдоль дороги шла дубовая аллея, кажущая в такое утро заново цветущей. Между деревьев тянулись длинные тенетники, а на увядающей траве блестели серебристые капельки росы. Теплый ласковый ветер гонял по тротуарам первые опавшие листья, закручивая их в виражи. В воздухе витал тонкий аромат поздних цветов. Можно уверенно сказать, что в две тысячи первом году бабье лето удалось на славу.

Наконец машина подъехала к ресторану, и молодожёны прошли внутрь. Видно, организаторам праздника пришлось сильно постараться. В центре помещения стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью. На столе были различные виды блюд, салатов, жаркого, десертов и напитков, а в центре красовался трёхэтажный свадебный торт с фигурками молодожёнов, украшенный свечками. В стороне от стола находился танцпол, над которым возвышалась сцена со струнным квартетом.

От увиденного Сара потеряла дар речи и лишь восторженно ахнула.

– Это всё для тебя, принцесса, – произнёс отец невесты, подойдя к ней сзади. – Я надеюсь, этот праздник запомнится тебе на всю жизнь.

Вскоре в ресторане собрались гости. Все расселись на свои места.

Тут же друг за другом послышались разнообразные тосты, поздравления и пожелания, сопровождаемые звонкими ударами бокалов друг об друга. С разных сторон разливались шутки, искрился смех. Устав от застолья, все пошли танцевать. Сперва зазвучала медленная лирическая музыка, под которую молодожёны исполнили вальс – тот самый, что стал для них первым танцем. Затем к ним присоединились и гости.

Казалось, что лучше дня и быть не может: гости веселились и танцевали. Но тут неожиданно раздался чей-то крик, музыканты перестали играть, и все как один повернули головы.

Софи одной рукой упиралась в стол, другой держалась за сердце. Оставив Тома посреди зала, Сара немедля подбежала к старушке.

– Бабушка, что с тобой? – встревоженно спросила девушка, помогая Софи присесть.

– Что-то сердце закололо, – пожаловалась та и вновь вскрикнула от боли. Её лицо мгновенно побледнело, а на лбу выступил холодный пот.

– Может, врача вызвать? – спросила Сара и уже хотела пойти к телефону, но Софи её остановила.

– Нет, подожди, – попросила её бабушка. – Сейчас выпью таблетки и всё будет хорошо, – тяжело дыша, Софи открыла ридикюль и, недолго порывшись, достала несколько упаковок таблеток. Запив лекарства одно за другим, она перевела дыхание и хотела снова встать. – Вот видишь, всё хорошо, – сказала она и попыталась улыбнуться, но вновь схватилась за сердце.

– Что произошло? – спросил у дочки подоспевший Алекс.

– У бабушки что-то с сердцем, – оповестила Сара.

– Я же сказала, скоро пройдёт, – отмахнулась старушка.

– Нет, мам, так не пойдёт, – покачал он головой. – Сара, звони в «скорую». Пускай немедленно приезжают.

Сара кивнула и пошла вдоль зала. Мимо неё проходили люди, которые уже строили свои догадки насчёт старушки. Девушка пыталась их не слушать, и сама старалась не думать о плохом. Дойдя до телефона, она набрала номер местной больницы.

– У моей бабушки что-то с сердцем, приезжайте, пожалуйста, быстрей. Ресторан «Люцифер». Хорошо. Спасибо, ждём.

Положив трубку, она вновь вернулась к столу. Вокруг Софи кружилось около двух десятков человек. Сама старушка сидела на стуле с закрытыми глазами, запрокинув голову назад.

– Что случилось? – дрожащим голосом спросила Сара у отца.

– Надеюсь, она просто потеряла сознание, – с сильным волнением произнёс Алекс.

Обескураженная Сара упала на стул, кажется, ей самой вот-вот понадобится помощь врачей.

– Не волнуйся, всё будет хорошо, – обнадёжил Том, целуя супругу в макушку. – Всё будет хорошо, – повторял он.

Вскоре послышалось громкое завывание сигнала «скорой помощи», и тёмную улицу осветили красный и синий цвета. Машина остановилась перед самим рестораном, и из неё вылезли трое: мужчина с чемоданчиком, по-видимому, врач и два санитара с носилками.

Толкнув входную дверь ногой, мужчина с чемоданом подошёл к столпотворению и протиснулся между гостями.

– Доктор Дейнайт, – резко представился он. – Что случилось?

– Это моя мать, Сара Мирати, – пояснил Алекс. – Кажется, у неё что-то с сердцем. И она потеряла сознание.

– Нужно срочно сделать кардиограмму, – велел врач и кивнул санитарам. Те бегом направились к старушке, погрузили её на носилки и понесли в машину.

– С нами могут поехать только родственники, но не больше трёх человек, – приказал доктор Дейнайт и пошёл вслед за санитарами. Алекс, Сара и Том последовали за ним.

Когда они залезли в машину, к Софи уже прикрепили несколько проводов. Вновь завизжала сирена, и машина направилась к больнице. За всю дорогу никто не проронил ни слова. Лишь тихое всхлипывание Сары и писк приборов нарушали тишину.

Наконец машина прибыла на место назначения. Старушку быстро переложили на каталку и повезли в какую-то палату. Алексу, Саре и Тому велели ждать в коридоре.

Полчаса ожидания казались мучительной бесконечностью. Алекс напряжённо перебирал пальцами по деревянному подлокотнику, Сара вновь теребила платье, пытаясь отогнать дурные мысли, а Том нервно кусал губы. Но вот открылась дверь, и из палаты вышел доктор Дейнайт.

– Плохие новости, – с горечью в голосе произнёс врач. – У мисс Мирати дистрофическая стадия сердечной недостаточности. Она потеряла сознание от переутомления, но сейчас пришла в себя. Думаю, это ненадолго. К сожалению, мы ничем не можем помочь – лечение не эффективно… Нам очень жаль.

В воздухе повисла гнетущая атмосфера. Сара была готова вот-вот разрыдаться, но кое-как ещё сдерживала слёзы.

– Можете зайти попрощаться, – сказал доктор Дейнайт и удалился.

Алекс неловко поднялся, встал на затёкшие ноги и прошёл в палату. Сара последовала за ним. Том ещё некоторое время размышлял – стоит ли заходить, но не решился оставить супругу в такой момент.

Софи лежала на кровати, подсоединённая множеством проводов к различным аппаратам и капельнице. Старушка казалась уже мёртвой: лицо стало бледнее, глаза впали, а морщин казалось ещё больше. У Тома сложилось впечатление, будто за эти полчаса Софи состарилась ещё на десять лет.

– Бабушка! – Сара кинулась на шею старушке. – Не умирай, бабушка! Пожалуйста!

– Сарочка, – невнятно произнесла Софи, гладя внучку по голове. – Прости старую, что праздник тебе испортила. Я же это не специально, – тоскливо произнесла она.

– Мама, – Алекс наклонился над кроватью старушки. – Прости меня за всё. Я же знаю, сколько бед я тебе причинил…

– Мне не за что тебя прощать, – ответила Софи. – Ведь я на тебя никогда и не обижалась. Я ни на кого не обижалась, – старушка подняла голову и посмотрела своими большими карими глазами на Тома. Тот уже давно стоял, всхлипывая, так и не зная, что делать.

– Ну что вы здесь потоп устроили? – с нотками иронии произнесла Софи. – Мне очень приятно, что вы меня так любите, но вам же надо идти, вас гости ждут, волнуются.

Но никто уходить не собирался.

Софи тяжело вздохнула, будто ей не хватало воздуха, и таинственным голосом произнесла:

– Рано или поздно мы все окажемся в одном мире.

Старушка вздохнула ещё раз, но уже не выдохнула. Приборы начали издавать неприятный писк, говорящий о кончине Софи. Сара, не выдержав, заплакала, уткнувшись в бабушкину грудь. Алекс поник головой и закрыл ладонью глаза матери.

Доктор Дейнайт вошёл в палату и попросил присутствующих выйти.


***

Ни сил, ни настроения для продолжения свадьбы у Сары и Тома не было, поэтому, вернувшись в «Люцифер», они сообщили прискорбную новость и объявили о закрытии банкета. Все гости по очереди подходили к Саре и Алексу, говоря соболезнующие речи, и покидали ресторан. После того, как все разошлись, молодожёны собрали все подарки и поехали к себе на съёмную квартиру.

Как Сара ни старалась, всю ночь она не могла уснуть, поэтому решила распаковать свадебные подарки. Среди них оказались конверты с деньгами, кухонная утварь, различные безделушки и украшения, однако Сару это всё не радовало.

Но тут девушка наткнулась на маленькую коробочку с золотистой обёрткой. Аккуратно распаковав её, девушка открыла коробку и ахнула от изумления. Она увидела маленький золотой кулон – кулон бабушки Софи.

Аккуратно достав вещицу из коробки, Сара внимательно рассмотрела кулон – она впервые в жизни держала его в руках, ведь бабушка никогда не снимала его со своей шеи.

Снаружи золотой кулон по кругу обрамлялся драгоценными камнями, которые чередовались четырьмя цветами: белым, красным, голубым и жёлтым. На самой крышке были выгравированы луна и солнце, соприкасающиеся друг с другом. Внутри кулона находились механические часы с тремя стрелками – часовой, минутной и секундной. Под сердцевиной циферблата располагалось табло с днём, месяцем и годом. Защитного стекла не было, но при этом часы показывали совершенно точное время. Уже три часа ночи?!

Сара хотела лечь спать, но тут на дне коробки заметила листок, аккуратно сложенный вчетверо. Размашистым почерком на нём было написано письмо от Софи:

«Дорогая Сара! В этот знаменательный день я хочу подарить тебе самое ценное, что у меня есть – мой кулон. Возможно, ты сочтёшь мои слова бредом, но я должна тебе это рассказать. С помощью этого волшебного предмета можно путешествовать во времени. Но это не единственная его способность. Через несколько лет он обретёт мощь, способную исполнить любое твоё желание. На обратной стороне листа написано, что и как нужно загадать. Но на этой инструкции лежит особое временное заклинание, которое проявит надпись только через тринадцать лет. Так что береги её и береги кулон. Надеюсь, мы ещё встретимся. Твоя бабушка Софи.»

На глаза девушки навернулись слёзы. Она вновь вспомнила свою любимую весёлую старушку, её хрипловатый и озорной голосок. Сара ещё раз пробежалась глазами между строк, чтобы вникнуть в текст, но всё равно ничего не поняла. Волшебный кулон, путешествие во времени, временное заклинание – что это всё значит? Какой-то свадебный розыгрыш? Но тут она дошла до последних строк: «Надеюсь, мы ещё встретимся».

– Неужели бабушка знала о своей скорой смерти? – потрясённо спросила Сара саму себя. – Нет, этого не может быть, – решила она. – Наверное, я что-то не так поняла, завтра прочту ещё раз, на свежую голову.

Она убрала все подарки на место, после чего осторожно легла в кровать к Тому, чтобы не потревожить спящего мужа. Но этой ночью ей так и не удалось уснуть.



Глава 2.


Подкидыш

Похороны Софи состоялись через несколько дней после её смерти. Отправить старушку в последний путь пришло много человек – некоторых, пришедших на кладбище, даже не было в списке приглашённых. Большинство из этих людей не были знакомы Алексу и Саре, однако сами гости утверждали, что давно знакомы с Софи и были с ней близки на протяжении всей её жизни. Все эти люди выглядели весьма странно: одни были одеты в красные костюмы и платья, другие – в жёлтые, а третьи и вовсе в голубые и белые, будто пришли на свадьбу. Сара даже заметила Эдварда Вукла в своём несменяемом фиолетовом фраке. Но больше всего внимание Сары на себе зацепила одна девушка – она выглядела на двадцать пять, её светлые волнистые волосы струились по плечам, а крупные карие глаза излучали доброту и азарт. Неожиданно девушка сама заметила Сару и насмешливо подмигнула ей, после чего подошла к надгробному камню Софи и, склонившись, положила на него розу цвета запёкшейся крови.

После похорон всех пригласили на чтение завещания Софи, согласно которому молодожёнам Саре и Тому достался особняк Софи. Сара не знала, стоит ли ей радоваться такому наследству или нет? С одной стороны, у них с Томом теперь есть собственное жильё, а с другой... Сможет ли Сара теперь в нём жить? В особняке прошло почти всё её детство, а воспоминания, связанные с Софи, до сих пор гложут впечатлительную девушку.

Ещё больше недели Сара отходила от смерти бабушки. Ей это удавалось с таким трудом, ведь старушка умерла у неё на глазах. Но Том, как всегда, успокаивал девушку нужными словами, ведь два года назад, когда умерла его мама, он сам был в такой же ситуации, поэтому вскоре Сара уже совсем оправилась и была готова к переезду.

До его начала Том ни разу не видел особняк, поэтому при виде огромного двухэтажного здания, снаружи напоминающего музей, выполненный в стиле барокко, он прибыл в огромном восторге. Особняк действительно впечатлял своими размерами и наружным видом: стены были бледно-жёлтого цвета, фасад здания украшали белые с золочёными капителями колонны, а к парадному входу примыкала небольшая лестница с искусно вырезанными перилами. Крышу покрывала тёмно-коричневая черепица. Вокруг дома были посажены аккуратно стриженые кусты алых и белых роз, деревянную террасу обвивала виноградная лоза. Позади особняка располагался просторный сад, а рядом находилась небольшая игровая площадка – любимое место Сары в детстве. По периметру особняк ограждался высоким металлическим забором, увитый плющом и ярко-цветущими лианами, что навевало слегка мрачную атмосферу.

Внутри особняк казался вовсе не домом восьмидесятилетней одинокой старушки, а имением богатой аристократической семьи. В каждой комнате были высокие потолки, под которыми висели громоздкие хрустальные люстры с подвесками различных форм – от простых капель до сложных фигур виноградных кистей и медуз. Полы, выложенные паркетом, в каждой комнате отличались цветом и рисунком. Ничем не покрытые деревянные стены украшали различные картины, полки с книгами и цветочными горшками. На каждом этаже располагалось по нескольку комнат, в каждой из которых был свой неповторимый интерьер. В просторной гостиной над камином висел гобелен, на котором изображался город, освещаемый двумя солнцами. На чердаке особняка скопились вещи, которые было жалко выкидывать.

Весь переезд из съёмной квартиры в особняк занял почти полгода и закончился только двадцатого февраля. В этот день до самого вечера Том и Сара раскладывали оставшиеся вещи, поэтому Том, сильно устав, завалился на кровать и моментально уснул. Сара же, наоборот, ещё долго не могла сомкнуть глаз. Её голову наполняли приятные воспоминания о Софи, и, чтобы хоть как-то отвлечься, девушка решила рассмотреть бабушкин кулон. Саре всё время казалось, будто кулон хранит в себе какую-то тайну, но никак не могла её разгадать. А ещё то странное письмо... Она же до сих пор о нём никому не рассказала. Может, завтра всё-таки стоит расспросить о нём Алекса?

Часы пробили уже три часа, а спать всё не хотелось.

– Подышу-ка я свежим воздухом, – неожиданно решила Сара.

Накинув пальто поверх пижамы и быстро обувшись, девушка вышла на крыльцо. На улице было морозно – конечно, ведь стояла середина февраля, но, несмотря на это, возвращаться домой никак не хотелось. Сара запрыгала на месте, чтобы немножко согреться, и посмотрела вверх, на звёзды, пытаясь найти знакомые созвездия. Небо было удивительно ясным, наверное, потому что особняк находился почти на окраине города и воздух не был задымлён выхлопными газами машин и дымом фабрик.

И тут стало происходить нечто необъяснимое.

Рядом с забором, отделяющим их участок особняка от соседнего, послышался странный гул, и что-то засияло разными красками, после чего по белому искрящему под луной снегу начал расстилаться красный туман, будто искусственный дым, выкрашенный в кровавый цвет.

Испугавшись, Сара забежала обратно в дом. Девушка со всех ног поднялась в спальню и принялась будить мужа. Том очнулся не сразу и сначала не понял, в чём дело.

– Там, на улице! – истошно кричала Сара, испуганно вытаращив глаза. – Сначала звук непонятный, потом что-то засверкало и в конце появился туман! Что там происходит, Том? Что?

Том не знал, что ответить. Он начал успокаивать супругу, говоря, что это всё ей приснилось, но Сара, дрожа от испуга, продолжала настаивать, чтобы он спустился на улицу, и Том всё-таки согласился.

Когда мужчина вышел на улицу, клубы тумана уже исчезли, но свечение и звуки рядом с забором продолжались ещё несколько секунд, после чего прекратились. В этот момент и сам Том слегка струхнул. Взяв Сару за руку, он, аккуратно ступая по снегу, прошёл до места свечения.

– Это что, ребёнок? – парень явно был ошарашен.

Действительно, в сугробе рядом с забором лежала девочка, укутанная в тонкое одеяльце.

– Кто-то нам её подкинул! – догадалась Сара, подбирая малышку на руки. – Посмотри, какая она холодная! Нужно срочно вызвать «скорую помощь»!



Том спешно вернулся в особняк и набрал номер больницы. Назвав причину вызова, услышал ответ: «Ждите, через полчаса приедем. А пока постарайтесь согреть ребёнка».

– Том, она открыла глаза! – закричала Сара, как только вошла в дом.

– В этом нет ничего страшного, – попытался убедить её Том. – Все новорождённые открывают глаза.

– Но у всех нормальные глаза, а у неё... Посмотри сам!

Том подошёл к Саре и взглянул малышке в глаза, после чего сам от ужаса отступил назад – глаза девочки были совершенно белыми, без зрачка и радужки.

– Не волнуйся, врачи уже едут, – успокаивал Том и себя, и Сару. – Но сначала нам нужно её как-то согреть.

Сара передала ребёнка в руки Тома, а сама поднялась на чердак и нашла свои старые пелёнки. Когда девушка сняла с малышки её одеяльце, из него выпала бумажка.

– Наверное, записка от её родителей, – предположил Том. Он поднял записку и нахмурился. – Ни одного понятного слова. Одни иероглифы какие-то.

– Дай посмотрю, – попросила Сара и изучила записку. – Надо будет заехать к отцу, он же лингвист, может, сможет это перевести.

Сара перепеленала девочку и прижала её к груди, чтобы побыстрее согреть своим теплом.

– Как думаешь, – спросил Том, – кто бы мог нам её подкинуть? Может, из соседнего дома? Девочка как раз лежала рядом с забором. Можно было легко просунуть малышку через отверстие между прутьями.

– Нет, – твёрдо ответила Сара. – В соседнем доме раньше жил Кайл с Амандой, но после рождения сына они переехали в центр города, и теперь особняк стоит заброшенный.

– Тогда... даже не знаю, – растерянно произнёс Том.

– Всё это очень странно, – произнесла Сара. – Сначала звуки, сияние, туман, а потом появилась она... Всё это так... загадочно, что ли?

Том угрюмо кивнул.

– Смотри, – шёпотом произнесла Сара, качая малышку. – Кажется, она заснула.

Том взглянул на девочку и невольно заулыбался.

Вскоре подъехала карета скорой помощи, и в дом, распахнув дверь, вошёл знакомый доктор Дейнайт.

– Опять вы? – удивился врач, увидев Сару и Тома. – То свадьба, то смерть, то рождение... Не многовато ли событий произошло вокруг вас за последние полгода?

Сара поджала губы. Ей никогда не нравился этот врач. Может, он и был профессионалом в своём деле, но характер у него тот ещё.

– Ладно, простите за грубость, – извинился доктор Дейнайт, заметив реакцию Сары. – Что у вас произошло?

– Мы нашли эту девочку у себя во дворе, – ответил Том, кивком указывая на малышку. – Наверное, нам подкинул её кто-то из местных...

– Ну что ж, давайте посмотрим, – сказал доктор Дейнайт, протягивая руки. Сара отдала новорождённую врачу не сразу.

– Она только недавно заснула, – произнесла Сара. – Поэтому вы не сможете пока это увидеть, но... Как бы глупо это сейчас не прозвучало, я должна сказать: у неё совершенно белые глаза, без зрачков и радужек.

– Белые глаза, говорите? – доктор Дейнайт озлобленно улыбнулся и ненавистным шёпотом произнёс: – Значит, Вите всё-таки разрешили тебя воспроизвести на свет.

– Что вы сказали? – не расслышала Сара.

– Я сказал, что, возможно, они просто не успели сформироваться. Такое иногда бывает при преждевременных родах, – пояснил врач. – Но это больше не ваша забота. Мы сделаем все необходимые прививки и анализы, после чего отдадим девочку в детский дом.

Доктор Дейнайт уже развернулся и хотел уйти вместе с девочкой, но крик Сары его притормозил.

– Нет! – остановила она врача. – Вы... вы не можете её забрать!

– Это ещё почему? – съязвил доктор. – У меня есть на это все права.

– Всё нормально, Сара, – попытался убедить её Том. – Он правда имеет на это право.

– Нет, – девушка обречённо закивала головой. – Я хочу удочерить её!

В комнате повисла тишина: ни Том, ни доктор Дейнайт не ожидали этих слов. Да и Сара, наверное, выпалила это сходу, даже не обдумав такое серьёзное решение и не обговорив его с супругом.

– Ну что ж, – медленно произнёс мистер Дейнайт. – Вы можете её удочерить, но прежде всего мне всё же нужно сделать девочке анализы. Как только результаты будут готовы, я вам позвоню. Надеюсь, вы сможете воспитать из неё нормального человека.

И он ушёл, забрав девочку с собой.

Том молча смотрел на Сару сумасшедшим взглядом, от которого девушка никуда не могла деться.

– Не надо на меня так таращиться! – велела ему девушка. – Я сама не знала, что говорю!

Том продолжал молчать, но через пару минут, обдумав всё, спросил:

– Ты бы действительно хотела удочерить её?

Настала очередь молчать Саре.

– Наверное, да, – ещё сомневаясь, ответила она. – Ты же знаешь, что я не могу... не могу иметь детей. А эта девочка смогла бы стать нам как родной. Разве ты никогда не хотел назвать кого-то дочерью?

– Хотел, – не раздумывая, ответил Том. – Поэтому-то я не стал возражать.

В глазах Сары застыл немой вопрос.

– Да, я согласен на её удочерение, – ответил супруг.

Сара кинулась на Тома и обняла его со всей силы.

– Ну хватит! – зашипел он, краснея. – Задушишь ведь! Лучше пошли спать, а то смотри, какие у тебя синяки под глазами.

Действительно, Сара ужасно хотела спать. Уже было четыре часа утра, а она даже не задремала. Но сейчас, устав от волнения и переживаний, она легко уснула, думая о том, как она сможет воспитать дочь.

Проснулась Сара почти в полдень. К этому времени Том уже успел приготовить для любимой завтрак. За столом Том и Сара обсудили, что им нужно съездить к Алексу, чтобы тот перевёл ту странную записку. И ещё девушка хотела прихватить письмо Софи, может, отец раскроет этот шифр? Также они решили, что Тому в скором времени нужно поменять работу, ведь содержать такой большой особняк очень дорого.

Наконец, Сара и Том приехали к дому Алекса, поднялись на четвёртый этаж и постучали в дверь. Открыли не сразу – видно, мужчина любил поспать подольше. Увидев незваных гостей, Алекс слегка удивился неожиданному визиту и сразу понял – что-то случилось, ведь простые проблемы можно обсудить и по телефону. Мужчина предложил Саре и Тому войти, а сам пошёл на кухню, поставить чайник.

– Так что же у вас случилось? – спросил Алекс, наливая чай.

Сара подробно рассказала про ночные звуки, свечение, туман и новорождённую девочку. Всё это время Алекс внимательно слушал дочь, не перебивая, лишь иногда морща лоб.

– ...и мы решили, что удочерим её, – Сара закончила рассказ.

– Вы уверены? – с подозрением спросил Алекс. – Если вы сказали, что у неё не было зрачков и радужек... Может, она родилась слепой, и поэтому кто-то решил от неё отказаться?

Сара неопределённо пожала плечами.

– Но её глаза – это не самое странное, – сказала девушка. – В её одеяльце мы нашли эту записку, – она достала бумажку из кармана и протянула её отцу. – Тут нарисованы какие-то иероглифы, и мы решили, что ты сможешь их перевести.

Алекс принял записку и начал внимательно её изучать.

– Джиыриданский язык, – задумался старик. – По легенде, на этом языке говорят некие Духи – люди, обладающие некоторыми сверхъестественными способностями и возомнившие себя богами... Мама с детства заставляла меня учить этот язык, говорила, что он мне когда-нибудь пригодится. Я думал, что этот день никогда не настанет, – и он тихо рассмеялся в усы.

– Кажется, бабушка и меня пыталась обучить этому языку, – смутно припомнила Сара.

– Так что же там написано? – с нетерпением спросил Том.

– Похоже на стихотворение, – с некоторым сомнением ответил Алекс. – У меня складывается впечатление, будто оно было специально написано для нашего языка: ритм и рифма при переводе сохраняются. Да ещё и таким простым языком написано...

– Ну же, папа, не томи! – не выдержала Сара. – Что там написано?

Алекс откашлялся и продекламировал:


Солнце Земли однажды коснется,

И небо тогда на куски разорвется

От огненных вспышек и Солнца лучей...

Осталось всего лишь пять тысяч ночей...


Но небо и землю спасти сможет та,

Что Жизнью в тумане была рождена.

Защитницей мира она должна стать,

Но жизнь свою, силу за это отдать.


– Внизу подпись: «Асэрус Эльмия безоус криптон», что в переводе примерно означает «Пророчество о девочке со сверхспособностями», – закончил он.

– Похоже на бред сумасшедшего, – прокомментировал Том. – Конец света, защитница мира, девочка со сверхспособностями...

– А мне это странным не кажется, – ответила Сара. – Как можно не верить в сверхъестественное, после того, что я увидела этой ночью... Да и как-то странно, что бабушка заставляла учить папу этот выдуманный язык, а потом рядом с её домом появляется девочка с запиской на этом же языке. А ещё это письмо... Это совсем не похоже на совпадения!

– Подожди, – Алекс остудил пыл дочери. – Какое ещё письмо?

– Чёрт, – девушка стукнула ладонью себя по лбу. – Я опять забыла...

Сара достала из кармана сложенный вдвое конверт, вынула из него листок и отдала Алексу. Том тоже подвинулся ближе, чтобы прочесть письмо.

– Кулон? – изумился Алекс, прочитав несколько строк. – Тот самый с Луной и Солнцем? Она же не расставалась с ним никогда! Неужели она догадывалась...

Он продолжил читать письмо, и с каждым словом его глаза от удивления становились всё шире и шире.

– Либо я сошёл с ума, либо мир вокруг перевернулся, – высказался Том, хватаясь за голову.

– Всё это действительно похоже на совпадение, – Алекс задумчиво почесал в затылке. – Здесь написано, что инструкция проявится через тринадцать лет, а в той записке сказано, что небо разорвётся через пять тысяч ночей, а это... – он приблизительно посчитал в уме, – около тринадцати с половиной.

– Думаю, не стоит на этом зацикливаться, – сдался Том. – Перед человеком лежит ещё море неразгаданных тайн и загадок Вселенной. Через тринадцать лет узнаем – бред ли это всё или страшная правда... А пока нужно решать сегодняшние проблемы, например, как мы назовём нашу дочь? – спросил он Сару, выгнув левую бровь.

Девушка немножко растерялась, наверное, не была готова к выбору имени для дочери. Но тут она неожиданно вспыхнула:

– Пап, а как ты сказал на этом... джиыриданском «девочка» будет?

– «Эльмия», – услужливо ответил Алекс.

Сара, довольно улыбнувшись, повернулась к Тому:

– Ну чем не имя для девочки?


***

Спустя неделю, когда Сара заполнила все необходимые для удочерения бумаги, ей разрешили забрать девочку из больницы. Малышка оказалась совершенно здоровым ребёнком. Странное строение глаз врачи объяснить не смогли, однако заявили, что девочка и без зрачков и радужек видит хорошо. Заполнив все необходимые бумаги, Сара и Том стали полноправными приёмными родителями девочки, которую всё-таки решили назвать Эльмией.

Вскоре Том устроился на работу, и Сара занялась воспитанием приёмной дочки. Правда, о том, что Эльмия им не родная, женщина решила не рассказывать. Да и надо ли было? Так спокойнее.

Спустя некоторое время Том заказал для Эльмии специальные контактные линзы, имитирующие зрачки и радужки, чтобы девочка не выделялась среди остальных детей. Однако, избавившись от одной аномалии, молодые родители обнаружили другую – у Эльмии росли волосы бледно-розового цвета. Для того, чтобы девочку не дразнили другие ребята, не нарушить хрупкую детскую психику, Сара не разрешала Эльмии выходить на улицу, а когда девочке исполнилось семь лет, она сама занялась обучением дочки по школьной программе. Благо, Сара закончила педагогическое училище. Ещё одной особенностью Эльмии оказалось невосприятие различных болезней. Но для Сары это не стало поводом для паники, наоборот, поняв это, она могла лишь облегчённо вздохнуть, зная, что больше не придётся сталкиваться с доктором Дейнайтом.

Со временем все забыли и о пророчестве, и о странном письме Софи с кулоном, которые теперь пылились на чердаке, и семья Диксон зажила нормальной жизнью.

Но так продолжалось недолго – пока Эльмии не исполнилось тринадцать лет...




Глава 3.


Эльмия

Эльмия оттолкнулась ногами от земли и поднялась в воздух. Она не поняла, как у неё это получилось, но в голове таилась мысль, будто бы она и раньше так делала. Взлетев, девочка устремилась вверх и, пролетев пару метров, обернулась на землю. Она узнала свой дом и сад, в котором находилось четыре человека: мужчина с женщиной – их фигуры напомнили девочке Сару и Тома – и девочку-подростка, склонившуюся над неподвижным парнем. Она не могла рассмотреть их лица, потому что в глазах стояли слёзы. Эльмия не знала, что сейчас произошло, но, несмотря на это, на шее висел камень, и сердце взволновано отбивало неровный ритм. Внезапно к Эльмии подлетел странный мужчина. На вид ему можно дать чуть больше двадцати. Мужчина казался весьма симпатичным: у него были густые чёрные волосы, не подающиеся мощным порывам ветра, прямой нос, красивая, но отчего-то совершенно недоброжелательная, улыбка. Одно пугало в его внешности – чернильные, без зрачков и радужек глаза создавали впечатление, будто в душе мужчины поселился демон, и вся его чернота, вся гниль отражалась в них...

– Что, мало тебе одной смерти? – насмешливо кричал мужчина. Голос его был скрипуч и противен слуху. – Я тебя предупредил: ты станешь следующей!

Эльмия ничего ему не отвечала, просто не могла – комок застрял в горле.

Неожиданно начал крапать мелкий дождь. А вокруг – странная тишина, как затишье перед бурей, заставляющая насторожиться, понять, что вот-вот произойдёт нечто ужасное. Спустя несколько секунд, продираясь сквозь свинцовые тучи, в небе появилась трещина. Одновременно она и притягивала к себе, завораживая, и отталкивала, вселяя страх. Небеса предались закатному пламени и постепенно начали светлеть. Но свет вселял не надежду. С лучами уходящего солнца появились ужас и отчаяние.

Чем выше поднималась Эльмия, тем тяжелее становилось дышать, и голова девочки начала раскалываться. Вся её одежда успела промокнуть до нитки и стала тяжелей, отчего Эльмия потеряла скорость.

– Плохо стало? – иронично спросил мужчина, от которого это не скрылось.

Эльмия продолжала молчать, и что, по-видимому, стало ему досаждать.

Мужчина пошёл на девочку в атаку: он пытался оглушить, бросить Эльмию на землю, но при каждом нападении та успевала ускользнуть от удара. Когда настал подходящий момент, Эльмия сама смогла налететь на противника, и мужчина, не ожидавший штурма, полетел вниз.

Наконец, Эльмия приблизилась к трещине. Одновременно её раздирали любопытство и страх, но всё же девочка протянула руку к небесной дыре. Пальцы медленно вошли в трещину, будто через кисель…

И тут Эльмия проснулась.

– Это всего лишь сон, – осознала девочка, но ужас продолжал сковывать трепетное сердце.

Эльмия тряхнула головой, чтобы окончательно взбодриться, и встала с кровати. Переодевшись в домашние джинсы и кофту, девочка подошла к зеркалу, чтобы причесаться, и только сейчас, в отражении, заметила, как преобразилась её комната со вчерашнего вечера: всюду весели разноцветные шарики с поздравлениями. Ведь сегодня Эльмии исполнилось – ни много ни мало – целых тринадцать лет!

Девочка невольно улыбнулась приятному сюрпризу. Скорее всего, мама полночи украшала комнату именинницы, пока та спала.

Эльмия попыталась расчесать запутавшиеся волосы – наверное, девочка махала руками, когда дралась во сне. Наконец, распутав непослушные локоны, Эльмия надела свои любимые голубые линзы и вышла из комнаты.

В нос тут же пробрался аппетитный запах, прилетевший с кухни. Спустившись вниз, девочка встретила маму, хлопочущую за плитой.

– Проснулась, солнышко? – спросила Сара, заметив дочку. Она наскоро вытерла испачканные в муке руки об фартук и обняла именинницу. – С Днём рождения, малышка!

– Спасибо, – поблагодарила Эльмия за поздравления. – Только я уже не малышка! Мне уже тринадцать!

– Как скажешь, – усмехнулась Сара и неожиданно спросила: – Хорошо спалось?

– А почему ты спрашиваешь? – удивилась девочка.

– Я видела, как ты дёргалась во сне.

– Просто жуткий кошмар, – пояснила девочка. – Приснилось, будто бы я стою во дворе нашего дома, а потом отрываюсь от земли и лечу вверх, к какой-то трещине в небе. А потом ко мне начинает приставать странный мужчина, но я от него отмахиваюсь и продолжаю лететь. Но когда я коснулась трещины, то проснулась.

Некоторое время Сара простояла с обескураженным лицом, но спустя пару секунд состряпала невозмутимый вид и продолжила готовку.

– Это всего лишь сон, – только и произнесла она.

– Но такой реалистичный, – задумавшись, сказала Эльмия. – И самое странное – я редко запоминаю сны, а этот помню во всех подробностях.

– Просто он оказал на тебя сильное впечатление, – объяснила Сара. – Ну хватит об этом. Лучше садись завтракать. Сегодня папа пораньше отпросится с работы, а потом приедет дедушка Алекс, и уже тогда все вместе сядем за праздничный стол.

Эльмия села за стол и, подперев щёку кулаком, принялась водить ложкой по тарелке с хлопьями.

– Мам, мне уже тринадцать, а у меня до сих пор нет друзей, – пожаловалась девочка. – Почему ты не разрешаешь выходить мне на улицу?

– Ты там ничему хорошему не научишься, – отрезала Сара. – И давай закроем эту тему.

Эльмия нарочито шумно вздохнула и принялась за завтрак. Следующие несколько часов прошли в томительной скуке. Трудно провести время весело, зная, что через несколько часов тебя ждёт что-то прекрасное. А тем более, когда с кухни веет таким разнообразием запахов.

Но вот Сара разложила в гостиной стол, накрыла его праздничной скатертью и потихоньку расставляла тарелки с едой. Вскоре с работы вернулся Том, а за ним приехал и Алекс. Они поздравили Эльмию с Днём рождения, и все расселись на свои места. Но тут Сара неожиданно произнесла:

– Том, пока не забыла, помоги мне, – сказала она, зовя мужа за собой.

Они ушли на кухню, и Сара прихлопнула дверь, чтобы их не было слышно.

– Что-то случилось? – поинтересовался Том, заметив побелевшее от волнения лицо супруги.

– Ещё нет, но, мне кажется, скоро произойдёт нечто страшное, – руки Сары неожиданно задрожали, а по щекам полились слёзы. – Я больше не могу сдерживаться…

– Так что же случилось? – переспросил Том.

– Всё сбывается... Как в той записке, в этом пророчестве…

Тому потребовалось около минуты, чтобы понять, о чём говорит Сара.

– Подожди, – наконец догадался он. – Ты о той бумажке, что мы нашли в одеяле Эльмии?

– Да… – робко подтвердила Сара. – Эльмия рассказала мне, что сегодня во сне она летала и видела какую-то трещину в небе. Всё, как там и говорилось: сверхспособности, разорванное небо... А этот сон, вероятнее всего, он вещий! И, помнишь, в пророчестве говорилось, что всё случится через тринадцать с половиной лет... Осталось всего полгода...

– Не стоит преждевременно паниковать, – Том успокаивающе погладил Сару по волосам. – Ты всё всегда принимаешь близко к сердцу… Ну хватит, лучше умойся и пошли за стол. Сегодня не лучший день, чтобы портить Эльмии настроение.

Сара так и сделала: умылась, привела себя в порядок и, захватив из тайника подарок для Эльмии, вернулась в гостиную.

– Ну что, готова принимать подарки? – бодрым голосом спросила Сара у Эльмии.

– Я уже неделю, как готова, – заулыбалась девочка.

Тогда Сара вытащила из-за спины небольшой пакетик и протянула его Эльмии. Девочка приняла подарок и сразу же его распаковала. В её руках оказался новенький белый смартфон. От восторга Эльмия еле сдержала крик.

– Спасибо вам огромное! – от всей души поблагодарила она родителей и по очереди сжала их в крепких объятьях.

– От меня подарок чуть скромней, – посетовал Алекс и вручил девочке маленькую бархатную коробочку. Девочка с трепетом открыла упаковку, и в её зрачках отразилось нескрываемое восхищение – перед ней сияло кольцо с сине-фиолетовым камушком танзанита.

– Спасибо, дедуль! – произнесла Эльмия, повиснув у старика на шее.

Подарки девочка решила сразу же отнести к себе в комнату – у неё ещё будет время рассмотреть их получше. А пока нужно срочно набить живот, ведь за весь день Эльмия толком так и не поела. Девочка набросилась на всё сразу: и на вкусное картофельное пюре, и на куриную ножку, и на любимый салат оливье, запивая всё вишнёвым соком. Взрослые ещё пару раз поздравили её с тринадцатилетием шаблонными фразами, после чего заболтали о своём. Знатно перекусив, Эльмия решила вылезти изо стола, но перед этим нужно было вытереть жирные руки. Салфетки стояли в центре стола, поэтому девочка никак не могла до них дотянутся.

И тут произошло нечто фантастическое: салфетница поднялась в воздух и, преодолев половину стола, аккуратно приземлилась напротив Эльмии. У Сары, Тома и Алекса от изумления отвисли челюсти и вытаращились глаза. Да и сама девочка, похоже, прибывала в лёгком шоке.

– Мне показалось, или... – решила удостовериться девочка.

– Что показалось, солнышко? – как ни в чём не бывало, спросила Сара.

– Я подумала, что эта салфетница перелетела через весь стол, – ответила Эльмия.

– Может, ты переела? Голова не кружится? Не тошнит? – засыпал девочку вопросами Алекс.

– Нет, дедуль, всё нормально...

– Нам лучше обратиться к врачу, – неожиданно произнёс Том. – Вдруг ты чем-то заразилась?

И он поспешно вышел из комнаты, не дав девочке шанса возразить.

Сара тоже встала изо стола и пошла за супругом. Они вновь закрылись на кухне, чтобы их никто не услышал.

– Я всё-таки была права, – нервно произнесла Сара.

– Не беспокойся, всё обойдётся, – проговорил Том, набирая на телефоне чей-то номер.

– Кому собираешься звонить?

– Я же сказал – врачу, – ответил Том и, поймав на себе недоумевающий взгляд супруги, пояснил: – Хочу вызвать на дом психолога. Скажем, что у девочки от одиночества сильно разыгралось воображение. Может, под действием какого-нибудь гипноза Эльмия забудет и о своих кошмарах, и о об... этом. Да и к тому же, вряд ли она сможет повторить эти фокусы, так что психолога к своей точке зрения она точно склонить не сможет.

Наконец, гудки сменились милым женским голосом. Том назвал адрес и причину беспокойства.

– Приедут через полчаса, – сообщил он Саре.


***

Звонкой трелью переливался дверной звонок, сообщая о приходе гостя. Сара поспешила открыть врачу дверь.

В прихожую вошла миловидная девушка лет двадцати пяти, наверное, только из института.

Психолог стянула с головы шапку, встряхнула короткими чёрными с белыми кончикам волосами, расстегнула куртку, сняла сапоги.

– Добрый вечер, – поприветствовала Сара гостью. – Меня зовут Сара Диксон.

– Можете звать меня Клео, – представилась психолог. – Что у вас случилось?

– Проблемы с нашей дочерью, – ответила Сара. – Она вообразила себе, что у неё есть сверхспособности. Говорит, что и летать научилась, и телекинезом овладела...

– А сколько ей лет?

– Сегодня исполнилось тринадцать.

– Хм... Обычно у детей подобные фантазии заканчиваются к десяти годам. Но даже в этом случае я не вижу особого повода для беспокойства.

– Может, всё-таки стоит с ней поговорить? – заволновалась Сара. – Вернуть в реальный мир.

– Ваше слово для меня – закон. Так где ваша дочь?

– Она у себя, наверху. Я вас провожу, – предложила Сара.

Поднявшись на второй этаж, Сара указала Клео на нужную комнату, а сама ушла вниз. Психолог приоткрыла дверь. Эльмия лежала на кровати, пытаясь освоить новый смартфон.

– Привет, – улыбнувшись, ласково проговорила Клео. – Можно я войду?

Эльмия внимательно осмотрела врача, убрала телефон в чехол и села, согнув ноги под себя.

– А вы уколы делать не будете? – взволновано спросила девочка.

Клео по-дружески рассмеялась.

– Нет, конечно, – вновь улыбнулась она. – Я всего лишь с тобой поговорю.

– Тогда проходите.

Клео медленно прошла в комнату и присела напротив Эльмии на кресло-мешок.

– Как тебя зовут? – Клео решила для начала познакомиться.

– Эльмия, – представила девочка.

– Необычное имя, – отчего-то нахмурилась девушка. – А я – Клео.

Психолог достала из кармана ручку и блокнот, открыла новую страничку и что-то туда записала.

– Ты знаешь, почему я здесь? – задала вопрос Клео.

– Папа решил, что я переела и у меня начались галлюцинации, – Эльмия замотала головой.

– А какие у тебя были галлюцинации?

– Сегодня за столом, когда я хотела дотянуться до салфетницы, она сама подлетела ко мне.

– А раньше подобные случаи были?

– Нет... Но... Сегодня во сне я летала.

Клео опять что-то записала в блокнот.

– Ты хорошо его помнишь?

– Во всех подробностях, каждую деталь!

– Можешь рассказать?

Эльмия согласно кивнула и принялась пересказывать ночной кошмар. Сначала Клео сохраняла спокойное выражение лица, но стоило девочке упомянуть про небесную трещину, как психолог ошарашенно выпучила глаза.

– Что-то не так? – удивилась Эльмия странной реакции девушки.

– Скажи мне, у тебя натуральный цвет волос? – едва дрожащим голосом спросила Клео.

– Да, – подтвердила девочка.

– А твои глаза... Они у тебя... настоящие?

С полминуты Эльмия сидела, обдумывая слова Клео, после чего нерешительно сняла линзы.

– Так это ты... Эльмия... Я ещё по твоему имени поняла, что ты не человек.

От неожиданного заявления Эльмия поперхнулась.

– Я не человек? – переспросила она.

– Ох, да, прости, – смутилась Клео. – О таких вещах нельзя говорить в лоб.

Психолог убрала блокнот в карман, приосанилась, чтобы принять более важный вид и тихо, но вкрадчиво сказала:

– Слушай внимательно и запоминай всё, что я тебе сейчас расскажу, – велела Клео. – Существует такое древнее пророчество, в котором говорится, что однажды Земля и Каэлестис – два мира – столкнутся друг с другом, тем самым уничтожив себя. Но перед тем, как это произойдёт, небо на Земле разойдётся на две половинки. Ты ведь это видела во сне, правда?

Эльмия мрачно кивнула головой.

– Об этом известно многим ещё с давних времён, и все смирились с пророчеством, поклялись, что не будут мешать осуществиться предначертанному. Но одна женщина по имени Вита нарушила клятву и незаконно узнала новое пророчество – о том, как возможно спасти оба мира. И спасение лежало в её дочери. Её дочь – это ты.

Девочка удивлённо захлопала ресницами. Ещё пару минут она сидела неподвижно, пытаясь осмыслить всю информацию.

– Получается, что мои родители – не мои родители? – первым делом решила уточнить Эльмия.

– Мне очень жаль, что ты узнала об этом так неожиданно, – произнесла Клео извиняющимся тоном. – Но ты должна была знать правду... Но это ещё далеко не вся история. Видишь ли, согласно пророчеству, для того, чтобы спасти оба мира, тебе нужно отдать собственную жизнь. Но это не самое страшное, ведь даже несмотря на то, что появилось новое пророчество о спасении миров, некоторые ду... – психолог остановилась на полуслове и, исправившись, продолжила, – люди желают вернуть всё на свои места. И ради этого они собираются убить тебя.

При этих словах Эльмия громко сглотнула. Она поняла, что ей суждено умереть: либо по собственной воле, либо от руки каких-то эгоистов, которым столкновение миров только на руку.

– Тебе посчастливилось, что я не одна из этих чокнутых, – ухмыльнулась Клео, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. – Вот окажись на моём месте моя мать, она бы с тобой не церемонилась. Я же, наоборот, хочу тебе помочь.

– Я совсем ничего не понимаю, – Эльмия встряхнула головой. – Чем помочь? Кто ваша мать? И откуда вы вообще обо всём этом знаете?

– Думаю, нам предстоит долгий разговор, – Клео шумно вздохнула. – Ну ладно уж, давай по порядку. Прежде всего, чтобы между нами могло возникнуть доверие, хочу тебе признаться, что я и сама не человек. Вернее, не совсем человек, а человек-тень. Когда-то я жила в мире теней, но сбежала оттуда на Землю. Я долго не могла привыкнуть к вашему миру, но смогла кое-как адаптироваться и даже, благодаря свои способностям, снять номер в отеле, найти работу...

– А почему вы сбежали из своего родного мира? – не выдержав, поинтересовалась Эльмия. – Ой, простите, что перебила.

– Меня не устраивали, так скажем, местные обычаи. Мне приходилось убивать, а я так этого не хотела! Я не могу смотреть, когда кто-то умирает, тем более невиновные люди. Поэтому я тоже хочу спасти Землю и Каэлестис. К сожалению, согласно пророчеству, только ты обладаешь неким даром, который поможет избежать этой злой участи. Поэтому я просто хочу подготовить тебя к грядущему моменту. У нас не так много времени, конец совсем близок... Так ты согласна на мою помощь?

Эльмия молчала, тщательно обдумывая решение, и вскоре ответила согласием.

– Отлично! – обрадовалась Клео. – Тогда давай начнём с того... Ты сказала, что смогла поднять в воздух салфетницу?

– Угу, – ответила девочка.

– Попробуй сделать это ещё раз, например... да хоть на той книге, – Клео указала на толстую энциклопедию, лежащую на полке. – Вспомни всё, что ты тогда сделала, и повтори это.

Эльмия сконцентрировала внимание на книге и протянула к ней руку. Энциклопедия около минуты лежала на месте, но вскоре поддалась и будто по волшебству – а, может, это оно и было – поднялась в воздух, после чего подлетела к девочке и замерла у неё прямо перед носом.

– Ну надо же! – воскликнула Клео. – Ты же воспользовалась одной силой мысли! И никаких заклинаний! Это весьма редкий дар – даже муд... Я хотела сказать, что даже самые сильные обладатели таких способностей для их проявлений используют заклинания. А тебе будет всё намного проще.

После этих слов Клео резко повернула голову, посмотрев в окно.

– Ого, как уже темно! – удивилась она. – Ну что ж, тогда нам пора заканчивать. Я договорюсь с твоей мамой, чтобы мы смогли встретиться завтра. Но перед этим... Знаешь, надо провернуть одно дельце. Попробуй лечь сегодня ровно в полночь.

– Но я не смогу уснуть сразу, как лягу! – запротестовала Эльмия.

– Ничего страшного, – убедила её психолог. – Просто перед тем, как лечь спать, скажи всего четыре слова: «Кэм орун Пафик». Запомнила?.. Завтра расскажешь о результате.

Клео уже хотела выйти из комнаты, но остановилась.

– И ещё: не говори никому, что сегодня узнала. Другим это знать не обязательно. Скажи, будто бы всё забыла.

– А разве такое можно забыть? – спросила Эльмия.

– Люди и не такое забывают, – грустно улыбнулась Клео. – До свидания, Эльмия.

Клео вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь. Когда она спустилась вниз, её встретила Сара.

– Как всё прошло? – поинтересовалась она.

– Довольно хорошо, – ответила Клео. – Мы с ней мило побеседовали, но потом мне пришлось применить гипноз, поэтому, скорее всего, она забыла обо всём, о чём мы с ней разговаривали. И, думаю, мне придётся ещё прийти завтра.

– Главное, чтобы она забыла о своих фокусах, – взволнованно произнесла Сара. – Сколько я вам должна? – спросила Сара, доставая из кармана кошелёк.

– Какие деньги, вы что?! Все свои услуги я оказываю бесплатно.

Клео решительно направилась к выходу, оделась и, попрощавшись, ушла.


***

Оставшийся вечер пролетел незаметно. Проголодавшаяся Эльмия доела почти всё, что было на столе. Алекс вскоре уехал к себе домой, Сара принялась за уборку, Том ушёл в спальню, а девочка отправилась к себе. Она ещё долго мучила саму себя вопросами из их с Клео разговора, но решилась оставить всё до завтра и продолжила копаться в телефоне. Ей удалось скачать кучу крутых игр, чему Эльмия была сильно рада – будет чем заняться в свободное время. Тем более, самые интересные книги из домашней библиотеки она давно прочитала. Заигравшись, девочка даже забыла о наставлении Клео, но вспомнила, когда случайно посмотрела на часы. Было уже без пяти двенадцать. Быстро переодевшись в пижаму, девочка запрыгнула в кровать и укрылась тёплым одеялом. Часы пропищали двенадцать раз.

– Кэм орун Пафик, – шёпотом произнесла Эльмия и... моментально уснула.



Глава 4.


Урок с Клео

Проснувшись, Эльмия сладко потянулась, чтобы отогнать остатки сна и тут же взглянула на часы.

– Ничего себе! – потрясённо отреагировала она: часы показывали ровно полдень. – Я же ещё никогда так долго не спала!

Поднявшись с постели, Эльмия переоделась и сразу же отправилась вниз. Ещё спускаясь по лестнице, девочка заметила странную тишину в доме – не было привычного шипения масла на кухне или шумного пылесоса в гостиной. Как ни странно, на первом этаже никого не оказалось. Вернувшись на второй этаж, девочка обошла все комнаты, но и так никого не обнаружила.

Сердце Эльмии бешено заколотилось – родители никогда не оставляли дома её одну без присмотра. Девочка решила позвонить маме с нового мобильника, но, когда взяла в руки телефона, увидела СМС от Сары. Эльмия облегченно вздохнула.

– Доченька! – девочка начала читать сообщение вслух. – Мне срочно пришлось уйти по делам. Вернёмся с папой поздно вечером. Дома остаёшься одна, ведь ты уже стала почти взрослой! Не скучай! К тебе сегодня должна зайти Клео! Люблю, целую. До вечера.

От радости Эльмия запрыгала на месте и захлопала в ладоши. Ну надо же, Сара назвала её взрослой! Ну, почти. А ещё дома весь день никого не будет, а значит, Клео сможет спокойно рассказать девочке о сверхспособностях и способе их вызывать.

Эльмия опять спустилась на кухню, сытно позавтракала и сразу же пообедала, после чего улеглась на диван в гостиной и включила телевизор.

Неожиданно зазвенел дверной звонок, и девочка поспешила открыть дверь. На пороге стояла Клео.

– Ну и метель! Как люди всю жизнь в таком холоде могут жить? – поёжившись от морозной стужи, произнесла девушка и прошла внутрь.

На Клео был вчерашний наряд: чёрные узкие джинсы, кожаная куртка и сапоги. Девушка сряхнула с волос и, раздеваясь, поприветствовала Эльмию, после чего прошла в прихожую.

– Родителей не будет дома до самого вечера, – радостно сообщила девочка. – Так что сможем заниматься сколько влезет.

– Ну, сколько влезет не получится, у меня ведь график, – усмехнулась Клео. – Но я постараюсь позаниматься с тобой подольше... А у вас дома есть какая-нибудь доска, на которой можно писать?

– Да, у нас в гостиной стоит школьная доска на колёсиках. Мы с мамой занимаемся на ней математикой.

Клео застыла на месте, будто впала в ступор.

– Постой, – наконец проговорила она. – Разве ты не ходишь в школу, как все обычные дети?

– Нет, – протянула девочка. – Мама говорит, что всё, что мне пригодится для дальнейшей жизни, я могу узнать и от неё.

– Но ведь так нельзя! – осуждающе прикрикнула Клео. – Тебе нужно немедленно поступить в школу, чтобы ты смогла с кем-нибудь подружиться. Да и среди людей ты гораздо лучше сможешь контролировать свои способности!

– Мне кажется, мама будет против, – в голосе Эльмии звучало сомнение.

– Об этом ты можешь не беспокоиться, – уверила её Клео. – Я смогу её уговорить... Так где ваша гостиная?

Эльмия проводила психолога до доски, а сама села в кресло напротив. Клео оценивающе оглядела комнату и, заметив гобелен над кроватью, невнятно произнесла:

– Какой знакомый пейзаж...

Затем она взяла в руки мел и сказала:


– Итак, приступим, – уверенно начала Клео. – Скажи мне, пожалуйста, ты выполнила мою просьбу?

– Вы о заклинании? – уточнила девочка. – Да, ровно в полночь я прочитала его и сразу же уснула.

– А как долго ты спала?

– Ровно двенадцать часов – до полудня. Это из-за заклинания, да? – догадалась Эльмия.

– Да, – ответила ей психолог. – Дело в том, что это заклинание – «временная смерть». Когда ты его прочитала, то не совсем уснула... Ты умерла, но всего лишь на двенадцать часов.

От такой новости у Эльмии отвисла челюсть.

– Дело в том, что некоторые ду... – она запнулась на полуслове, но продолжила, а Эльмия для себя подметила, что Клео уже второй раз хочет сказать какое-то слово, начинающееся на «ду», но почему-то не договаривает его, – некоторые люди, находясь на волоске от гибели, могут прочитать это заклинание, чтобы умереть на некоторое время. Например, за тобой будет гнаться кто-то, кто хочет тебя убить. Если этому человеку удастся тебя догнать, и он вот-вот пронзит тебя ножом, ты произнесёшь заклинание и умрёшь, а рана от ножа не причинит тебе никакого вреда. И когда ты проснёшься спустя двенадцать часов, то будешь цела и невредима.

Про себя Эльмия подумала, что было бы неплохо притвориться мёртвой перед тем мужчиной из её сна.

– Но самое главное, – продолжала Клео, – это то, что заклинание могут произнести только бессмертные люди... Я поясню, – в центре доски Клео мелом вывела слово «бессмертие», а от него провела три стрелочки. – Всего существует три вида бессмертия: неуязвимость, вечная жизнь и абсолютное бессмертие, – рассказывая, девушка одновременно всё записывала на доске. – Неуязвимость – это вид бессмертия, когда тебя никто не может убить, но ты можешь умереть от старости, голода, жажды или болезни. Вечная жизнь – это когда ты, наоборот, никогда не подвергнешься никакому заболеванию и сможешь долго жить без еды и воды, а ещё ты никогда не постареешь и не умрёшь собственной смертью. А абсолютное, или, как его ещё называют, истинное бессмертие – это когда тебя не сможет убить никто и ничто – ни любое оружие, ни любая болезнь. Ясно?

Эльмия кивнула.

– А каким бессмертием обладаю я? – поинтересовалась девочка.

– Я думала, ты сама мне это скажешь.

Эльмия задумалась: она никогда не болела, но несколько раз резалась ножом.

– У меня вечная жизнь, – твёрдо решила Эльмия.

– Уверена? – уточнила Клео.

– Более чем.

– Ну что ж, вечной жизнью обладают многие ду... люди, – опять поправила саму себя психолог. – Эх, а как бы мне хотелось повстречать человека с истинным бессмертием... Ну, не будем попросту тратить время...

Клео стёрла всё с доски и написала новое слово: «паранормальные способности».

– Всего существует два типа способностей: сверхспособности и магические способности. Сверхспособности – это способности, которые человек может достигнуть при помощи особых упражнений для развития мозга. Ты же знаешь, что человек использует только десять процентов своего мозга? С помощью этих упражнений мозговую деятельность можно увеличить до сорока процентов, тем самым освоив телекинез, телепатию и некоторые другие способности. Если освоить оставшиеся шестьдесят процентов, то человек без проблем сможет обучиться магическим способностям. Но на это могут уйти многие-многие годы, поэтому магические способности чаще всего являются наследственными. В этом случае магии обучаться не нужно – она уже хранится в твоих генах и проявится с наступлением определённого возраста. Вот у тебя она проявилась вчера, когда тебе исполнилось тринадцать лет, так ведь?.. Магические способности имеют множество ответвлений. Существуют различные «группы» магических способностей, например, к магии Вулкануса относится пирогенерация и управление огнём, к магии манов – общение с мёртвыми и способность воскрешения и так далее. Вот я, например, обладаю магией теней – могу создавать и клонировать какие-либо предметы с помощью теней, а также управлять вещами и людьми через их тени.

– Здо-орово! – мечтательно протянула Эльмия. – А какой группой магии обладаю я? Или это тоже я должна сама узнать?

– Наверное, сама, – усмехнулась Клео, – потому что я не смогу определить это. Но, скорее всего, у тебя неопределённая группа. Тут всё дело в генах, а твои мама и папа обладают разными магическими группами.

Неожиданно Эльмия вздохнула – шумно и тоскливо.

– Что-то не так? – поинтересовалась Клео.

– Я подумала, – робко начала девочка, – если вы знаете моих родителей, то, может, расскажете мне о них?

Клео угрюмо замотала головой.

– К сожалению, я не могу, – ответила психолог. – Ты сама должна встретиться с ними и поговорить.

– А когда я с ними смогу увидеться? – вдохновлённо спросила девочка.

– Когда придёт время, – загадочным голосом произнесла Клео. – А теперь давай перейдём от теории к практике... Ты говорила, что во сне летала, так? А значит, нам нужно освоить это умение. Обычно для левитации – так называют полёт без помощи крыльев – необходимо произнести особое заклинание, но если ты можешь передвигать предметы, лишь подумав об этом, то, возможно, и взлететь у тебя тоже получится при одной только мысли. Только я хочу тебе кое-что посоветовать: лучше не говори про себя длинные фразы желания, как, например, «я хочу взлететь». Попробуй выразить мысль одним коротким словом, чтобы способность проявилась моментально, ведь иногда бывают такие случаи, когда, замешкавшись всего на секунду, ты можешь лишиться жизни.

Эльмия кивнула, мол, всё поняла, после чего встала с кресла, расправила руки по швам и, произнеся про себя короткое слово «взлёт», уже оказалась под самим потолком.

– Не дурно, – похвалила её Клео. – Теперь попробуй полетать.

Девочка была только рада исполнить просьбу наставницы: она облетела всю комнату в разных направлениях, попробовала опускаться ближе к полу и подниматься выше и даже сделала воздушное сальто, после чего благополучно приземлилась на ноги.

– Ух, – девочка перевела дыхание и смахнула рукой пот со лба. – Это было не так легко, как во сне.

– Во сне ты уже умела хорошо летать, – пояснила Клео. – А сейчас ты пробовала только в первый раз. Со временем ещё научишься. На днях попробуй освоить и другие способности, а пока я научу тебя самому важному. Я уже говорила, что многие жаждут твоей смерти, а значит, тебе придётся часто бороться со своими врагами. Тебе необходимо обучиться хотя бы нескольким атакам и защитным приёмам. Так как твои способности могут проявляться только при одной мысли о них, ты можешь фантазировать себе всё, что угодно.

Эльмия вновь кивнула и, закрыв глаза, чтобы сосредоточиться, начала придумывать различные атаки.

– Неплохо, – прокомментировала Клео. – Но не совсем удачно.

Эльмия открыла глаза и ужаснулась тому, что натворила: её кулаки пылали ярким фиолетово-розовым огнём, который, как она уже поняла, распространился по всей комнате. Взгляд девочки устремился на Клео, но та лишь пожала плечами, имея ввиду, что сама не знает, как это исправить. Тогда девочка представила вокруг себя защитное поле – полужидкий купол, напоминающий огромный мыльный пузырь с переливчатой поверхностью, но не прозрачной, а с розоватым оттенком, – и, раскинув руки в стороны, толкнула его ладонями. Поле стало расширяться, увеличиваясь в размерах, и равномерно ползти в разные стороны. Достигнув своего предела, оно взорвалось, и мощные потоки воздуха затушили весь огонь, но вместе с этим выбили в комнате все стёкла и унесли мелкие предметы в разбитое окно, а злая метель залетела в гостиную и почти в одно мгновение покрыла всё снегом. Эльмия опять посмотрела на Клео: та лежала, впечатавшись в стенку, – наверное, так её отшвырнуло защитное поле девочки.

– Вы в порядке? – громко спросила Эльмия, помогая подняться наставнице.

– Всё хорошо, – ответила Клео. – Тени не чувствуют боли.

Психолог поднялась на ноги и отряхнулась от снега.

– Ты совсем не умеешь контролировать силу! – во весь голос констатировала Клео, пытаясь перекричать снежный ветер. – Я знаю, как это можно исправить! Но нам нужно перейти в другую комнату.

Эльмия и Клео вышли из гостиной и решили подняться в комнату девочки.

– Но что нам теперь делать с разбитым окном и снегом? – по дороге спросила Эльмия. – Родители меня убьют, если увидят такой беспорядок.

– Я уверена, что ты сможешь всё исправить, – ответила Клео.

Как только они вошли в комнату, Клео первым делом спросила:

– У тебя есть какое-нибудь украшение? Заколка, брошь, кулон?

Эльмия задумалась на пару секунд и выбежала из комнаты. Вернулась она спустя минуту, держа в руке кулон – небольшой, позолоченный, с разноцветными камушками по краю и выгравированными солнцем и луной в центре. Увидев кулон, Клео вылупила от изумления глаза и выхватила украшение из рук девочки.

– Откуда у тебя Временной кулон? – грубо и резко спросила наставница.

– Он не мой, а мамин, – ответила девочка. – Ей его подарила мамина бабушка перед смертью.

– А как звали ту бабушку?

– Кажется, Софи.

Клео с силой сжала кулон, по лицу было заметно, что она сильно напряжена – глаза смотрели в одну точку, ноздри раздувались от неровного гневного дыхания, а скулы заострились.

– Значит, всё-таки старуха Мирати стащила его... А этот особняк, он когда-то принадлежал ей, верно?

– Вроде бы да.

– Я должна была догадаться по гобелену в гостиной... Хм, теперь мне понятно, как тебя перенесли...

Клео ещё некоторое время молчала, задумавшись, после чего глубоко выдохнула, сменив ярость на милость, и отдала девочке кулон.

– Спрячь его, – шёпотом наставляла она. – Спрячь так, чтобы никто и никогда его не нашёл. Ровно один месяц до великого события. Возможно, это шанс спасти твою жизнь.

Эльмия счастливо улыбнулась и вновь убежала.

– Так есть у тебя что-нибудь ещё? – напомнила Клео, когда девочка вернулась. Та немного задумалась, а затем подошла к полке, на которой лежала бархатная коробочка.

– Кольцо подойдёт? – спросила Эльмия, открывая упаковку. – Мне его дедушка вчера подарил.

– Отличный подарок, – заметила Клео. – Как раз то, что нам нужно... А теперь встань в центр комнаты, надень кольцо и закрой глаза. Представь, будто из тебя выходит вся твоя сила и энергия, а затем заточи её в камень кольца.

Девочка выполнила все указания: зажмурилась и представила, будто из её тела – от волос, кончиков пальцев и даже пяток – тянутся, словно нити тонкой паутины, розовые струйки её энергии. В один миг Эльмии показалось, что она поднялась в воздух и закрутилась, как юла, либо у девочки просто закружилась голова и она перестала чувствовать ноги. Вдруг от девочки стало отходить бледно-розовое свечение, и яркая вспышка озарила всё вокруг. За доли секунды комната превратилась в дворцовый зал, отделанный розовым кварцем. Глаза стало щипать от яркого света, а в ушах стоял ужасный звон. Эльмия не слышала ничего, кроме своего сердцебиения. Тем временем струйки энергии переплетались, искрясь от соприкосновений друг с другом, и создавали в воздухе разнообразные узоры, а затем, объединившись в толстую длинную нить, ворвались в камень танзанита, пройдя его гранённые стенки насквозь, и вновь распались на мелкие струйки. Свечение прекратилось, Эльмия, наконец, почувствовала пол под ногами и, открыв глаза, сразу же посмотрела на кольцо: в тёмно-синем камушке из стороны в сторону, пытаясь найти способ выбраться, метались тонкие линии её энергии. Эта картина была похожа на ночное небо, которое озаряли тревожные вспышки молнии.

– Клео, получилось! – радостно сообщила Эльмия и подняла глаза на наставницу. Та стояла, словно памятник, а её кожа сильно побледнела. – Клео, что с вами?

Психолог шевелила губами, не в силах произнести ни слова. «Поговорив» так около минуты, она пошатнулась и упала в кресло. Спустя несколько секунд она всё-таки оправилась от внезапного недуга и тихо проговорила:

– В пророчестве была написана правда... В тебе столько энергии и силы, сколько я никогда ни в ком ещё не видела. Ты действительно самый могущественный дух... И только ты сможешь спасти Землю и Каэлестис от столкновения... А я... Я больше ничем не смогу тебе помочь. Я уверена, что со временем ты сама сможешь всему научиться, а рядом со мной тебе угрожает опасность – меня ищут, и если найдут, то смогут обнаружить и тебя. Скорее всего, тебя попросту казнят, а я этого так не хочу...

Клео поднялась с кресла и подошла к двери.

– Прощай, Эльмия, и помни: никому нельзя показывать свои слабости.

Она вышла из комнаты и захлопнула за собой дверь, оставив девочку в полном смятении.

Ещё долгое время Эльмия пыталась обдумать слова бывшей наставницы, но так ничего и не поняла. Внезапно девочка вспомнила, что сейчас в гостиной полный беспорядок, а родители могут вернуться в любой момент.

Эльмия быстро спустилась вниз и зашла в гостиную, в которой, к этому времени, творился хаос. Девочка испугалась мысли о том, что у неё не получится вернуть всё на свои места, но тут она вспомнила слова Клео: «Ты сможешь всё исправить».

– Да, я смогу, – убеждённо произнесла она и начала творить чудеса.

Эльмия встала в центр комнаты, зажмурила глаза и шёпотом произнесла всего пару слов:

– Чистота и порядок.

И тут все вещи, словно при обратной прокрутке видео, вернулись на свои прежние места, а зеркала и стёкла, собравшись по осколкам, встали в рамы. Всего пара секунд – и комната сияла, как после генеральной уборки.

Эльмия облегчённо выдохнула и завалилась на диван: сегодня она сильно устала и поэтому не прочь была отдохнуть. И стоило ей только прилечь, она тут же крепко задремала.

Проснулась девочка только спустя пару часов, когда раздался дверной звонок. «Родители вернулись», – догадалась она.

Позже, за ужином, Сара рассказала, как они с Томом по пути встретили Клео. Психолог посоветовала им устроить девочку в школу, чтобы та больше время проводила с друзьями и за учёбой, ведь тогда у неё попросту не будет времени фантазировать о «сверхспособностях». И оказалось, что Сара уже успела связаться со своей старой школьной подругой, которая теперь работает директрисой в центральной школе.

– Конечно, вряд ли тебя возьмут в конце февраля, тем более раньше ты никогда не ходила в школу, но Оливия обещала всё уладить.



Глава 5.


Приспешники Смерти

Идя где-то на открытой местности – по безлюдной площади или голому полю – вы никогда не замечали рядом чьё-то движение? Может быть, вам не раз казалось, будто за вашей спиной кто-то идёт – тот, кто бесследно исчезает, стоит вам повернуться к нему лицом. Возможно, вы даже видели чью-то тень, например, какой-то птицы. В этом нет ничего страшного, если, конечно, над вашей головой действительно пролетит птица. Если же в небе никого нет, а по земле плывёт чья-то тень с крыльями, повод для паники есть. Если вы увидели такую тень – знайте, что вы вот-вот умрёте. Некоторые бесстрашные люди игнорируют тени, поэтому в следующие минуты бывают уже убиты. Других же эти тени спасали: дело в том, что люди, которые обернулись, чтобы посмотреть – не почудилось ли им? – остановившись, как бы выскальзывали из лап смерти. Например, если вас вот-вот должна была сбить машина, но вы не поспешили переходить дорогу, потому что осмотрелись в поисках внезапно упавшей чей-то тени, машина к тому времени уже проедет, и вы останетесь живы.

Что же такое тени? На самом деле не что, а кто.

Тени – это обычные, в некоторым смысле этого слова, люди. Как и многие жители других миров, они обладают определёнными способностями. Тени – чёрные, полупрозрачные и неосязаемые существа, которые имеют такой же объём, как люди, но при этом могут становиться плоскими, расстилаясь по земле, и путешествовать таким образом.

Почти все тени живут в мире, который называется Царством теней. Им правит самая могущественная тень, скрывающая своё лицо под особым капюшоном, который не позволяет посмотреть в глаза своей хозяйке, а настоящее имя – под мрачным псевдонимом – Госпожа Смерть.

Царство теней было по истине ужасным миром, которое могло до потери сознания напугать любого одними своими пейзажами. Здесь никогда не сияло, а только слегка грело холодную почву солнце, вечно прятавшееся за мрачными свинцовыми тучами. Ежечасно небо озарялось яркими вспышками молний, способными одним ударом расколоть целый замок надвое, а оглушительный гром, сопровождающий их, казался настолько мощным, что мог выбить все окна и зеркала силой звуковых вибраций.

Деревянные дома простых жителей-теней казались в такой тьме сделанными из каменного угля. Порой в окнах загорался свет – семья теней разжигала в камине огонь. И пусть тени не чувствовали холода, боли и других физических ощущений, без света жить было трудно.

Вокруг Царства теней с разных сторон стояли целых шесть вулканов, каждый из которых имел своё название. Лава почти всегда, не переставая, вытекала из жерла вулканов. Она струилась по искусственно созданным руслам, как настоящая река, и, стекая к так называемому краю земли, падала в бездонную чёрную бездну. Наверное, это был самый страшный мир среди всех существующих. Но посмотреть на него стоило, даже ценой собственной жизни.

Замок Госпожи Смерти, выполненный в стиле поздней готики, располагался на высоком холме, окружённый лавовыми реками, – в самом сердце Царства теней. Огромный, высотой в семьсот метров, замок выглядел настолько грозным и ужасающим, что, казалось, будто его соорудил сам дьявол. Гигантские ворота, служившие единственным способом перебраться через ров с лавой, постоянно охраняли сторожи – тени, приближённые к Госпоже Смерти.

У замка было множество высоких башен, но ещё больше – темниц, предназначенных тюрьмой для заключённых: или теней, нарушивших закон Царства, или непрошенных пришельцев других миров, прибывших с неблагонамеренными целями. И пускай заключение на первый взгляд не казалось самым страшным наказанием, на самом деле оно было именно таким. Ведь тени, как и существа из других миров, обладали бессмертием. Все они сидят под замком уже несколько столетий. Но, обезумевшие, они никогда не смогут выбраться отсюда. И это было самым коварным наказанием. К счастью, некоторым удавалось найти способ убить себя. Смерть в такой ситуации казалась им спасением.

Внутри замок выглядел не менее устрашающе, чем снаружи: пол везде был выложен чёрными мраморными плитками, между величественными окнами с тёмными витражными рисунками висели массивные канделябры с чёрными свечами. Прогуливаясь по замку, на узорчатых стенах и высоких потолках можно было увидеть кандалы или даже чей-то скелет – здесь они служили украшениями.

В замке было настолько много различных комнат и залов, что многие из них всегда пустовали и потому стояли закрытыми. Ходили даже слухи, будто верхние этажи никто не посещал со дня основания замка.

Самым величественным залом в замке по праву считался Тронный. Он был самым огромным, но вместе с тем и самым пустым – в зале не было ничего, кроме величественного трона. Он был сделан из абсолютно чёрного холодного металла, спинка украшалась острыми стрелами, копьями и пиками, а подлокотниками служили два чёрных черепа с горящими зелёными глазницами.

Никто точно не мог описать Тронный зал, ведь Госпожа Смерть никогда и никого не впускала в него. Но старые заключённые, попавшие в темницу как раз-таки из-за незаконного проникновения в покои царицы, сказывали, будто напротив трона Госпожи висело огромное зеркало, в которое она, снимая с головы капюшон, смотрелась и плакала от ненавистной судьбы. Однако никто из тех, кто так утверждал, никогда не мог вспомнить, как выглядит Госпожа Смерть, и поэтому их рассказы считались байками сумасшедших или обычными легендами, но не больше.

На самом же деле этим «зеркалом» являлся удивительный артефакт, который сама царица называла Всевидящем Оком. С помощью него Госпожа Смерть выполняла свою главную задачу, миссию – зеркало показывало ей человека, который вот-вот умрёт от насильственной смерти. Получив координаты, Госпожа Смерть созывала свою свиту – войско из отважных и мужественных теней. Вместе с ними царица шла в Морионовый зал: он назывался так из-за кварца, которым был обделан. В центре зала на тонких серебряных ножках с подставкой находился магический шар, сделанный первыми Духами из волшебного камня мориона, некогда способный показывать прошлое и возможное будущее, исцелять и убивать одним касанием, наделять способностями любого, кто к нему прикоснётся. Сейчас же он утерял все свои магические свойства, кроме телепортации в миры, заключённые в Печать Бесконечности, среди которых было Царство Теней и Земля.

Встав вокруг морионового шара, тени брали друг друга за руки. С правой стороны от Госпожи Смерти всегда стояла Клеопатра – единственная тень, которой она могла доверять, её родная дочь.

Когда царица касалась шара, вся группа перемещалась в то самое место, где сейчас должно было свершиться убийство. Однако иногда люди замечали теней, останавливались, чтобы осмотреться и, благодаря этому, спасались. Но чаще всего убийство всё же происходило. В таких случаях Госпожа Смерть брала своё излюбленное орудие – косу и чертила её заострённым концом джиыриданские иероглифы. Когда она заканчивала, изо рта погибшего вылетали красные пылинки – частицы жизни. Каждая такая частичка обозначала один непрожитый день. У людей, умерших собственной смертью, таких частиц не было, потому что они истратили их все, из-за чего и умерли. Таких людей Всевидящее Око не показывало, потому как Госпожа Смерть охотилась именно за частицами.

Если человек смирился со своей смертью или же не мог осознать свою гибель, частички его жизни, будто притягиваемые магнитом, летели к своего рода набалдашнику на косе. Бывало, что погибший не мог смириться со своей смертью, и частички его жизни разлетались по воздуху. В таких случаях подручные тени гнались за ними, а, поймав, помещали в тот же набалдашник. Если остаточная энергия телепортации почти угасала, но не все частицы были пойманы, приходилось возвращаться без них, иначе можно было застрять на Земле, пока на помощь не явятся другие Духи.

Иногда происходило так, что люди вдыхали чужие, не пойманные тенями частички в себя, продлевая таким образом собственную жизнь: каждая – на один день.

После выполнения миссии тени возвращались в царство. Госпожа Смерть отсылала все частички в Царство Жизни, чья правительница, телепортируясь на Землю, распределяла их между новорождёнными. Затем Госпожа Смерть вновь восседала на трон перед Оком, продолжая скучную монотонную работу. Все придворные тени, охотящиеся вместе с царицей, уже привыкли к неожиданным призывам к работе и погоням. И лишь одна из них никак не хотела мириться с этими убийствами и охоте за чужими жизнями.

Клеопатра, та самая дочь Госпожи Смерти, никогда не понимала, как миссия их царства – фактически убийство людей – считалось благородным. Она всегда считала себя не такой, как все. Клеопатра полагала, что она – добрая и чуткая. Она не могла терпеть убийства и смерти, мучения заключённых в темнице, несчастные жизни местных теней. Но главное отличие Клеопатры от остальных теней было в том, что у Клеопатры на затылке находилось белое родимое пятно. Никто из теней всего царства не обладал ничем подобным.

Сейчас Клеопатра была на равне с придворными: она так же, как и остальные, ловила «сопротивляющиеся» частички жизни, и это занятие казалось ей ужасным. Что же будет, когда трон достанется Клеопатре, и ей придётся целые сутки смотреть на гибель людей в зеркале? Она всегда считала, что умирать – ужасно и страшно, поэтому часто во время вылазок на Землю она специально хотела попасться жертве на глаза, чтобы тот, оступившись, смог вовремя остановиться. Таким образом она продлевала человеку жизнь на несколько лет, а может, и всего на один день – всё зависело от случая. Но больше это продолжаться не могло...

На протяжении нескольких месяцев Клеопатра тщательно разрабатывала план побега из царства. Сбежать из этого проклятого мира можно было только одним путём – телепортировавшись с помощью морионового шара. А сделать это было не так-то просто, ведь ключ от Морионового зала всегда висел на шее Госпожи Смерти.

Однажды, решившись, Клеопатра твёрдо заявила матери о том, что хочет возглавить следующую экспедицию, ведь ей, как наследнице трона, нужно практиковаться. Госпожа Смерть, полностью доверяя своей дочери, отдала ей ключ и разрешила пройти в Тронный зал.

Клеопатра увидела в зеркале первую жертву. Ею оказалась молодая девушка, спорющая со своим молодым человеком по телефону. Она так яростно ругалась, что, спускаясь по лестнице, не заметила порожек и кубарем свалилась вниз, переломав все кости. Увидев это, Клеопатра тут же побежала в Морионовый зал. Бросив ключ перед распахнутой дверью, она коснулась шара и переместилась в дом той девушки. Когда та уже подходила к лестнице, Клеопатра проскользнула мимо неё. Увидев внезапно появившуюся тень, девушка испугалась и решила выбежать из дома. Не заметив порожек, она подвернула ногу и свалилась вниз. На этот раз Клеопатре не удалось спасти человека...

Клеопатра подлетела к девушке. Та ещё дышала, но это не могло продолжаться долго. Материализовавшись в объёмном виде, Клеопатра склонилась над бедной девушкой. Она сначала испугалась тени, но потом, еле шевеля губами, пропела:

– Помоги мне!..

И вдруг перестала дышать.

Клеопатра закрыла девушке веки, а затем пальцем в воздухе прочертила джиыриданские иероглифы. Изо рта погибшей вылетели многочисленные частицы жизни – она могла прожить долгую и счастливую жизнь. Пылинки на пару секунд зависли в воздухе, а затем влетели в объект, который их вызвал – в саму Клеопатру. Тень вдохнула частицы в себя, и тут её полупрозрачное тело стала покрывать человеческая кожа, а через некоторое время на ней появилась и одежда. Последний раз посмотрев на бедняжку, царевна поклялась, что отныне будет помогать всем людям на Земле.

Клеопатра, взяв себе более современное имя Клео, начала человеческую жизнь. Одной из её способностей было дублирование предметов через их тени: она могла создать копию чего-либо с какими-нибудь небольшими изменениями. С помощью этой способности она создала документы, благодаря которым смогла стать психологом на дому. Она сделала и дубликаты денег, которые потратила на проживание в апарт-отеле. Поначалу Клео ещё боялась, что её могут выследить и вернуть в Царство Теней, но потом зажила обычной человеческой жизнью: помогала людям, разбирая их психологические проблемы, завела знакомых, ходила на шопинг. Но, уйдя из Царства теней, Клео не ушла от собственных вопросов.

Очень часто девушка смотрела на себя в зеркало. Ей нравилась та человеческая форма, которую она приняла. Сейчас она выглядела симпатичной девушкой двадцати пяти лет. У неё были тёмно-карие глаза, кокетливая улыбка, причёска – каскад чёрных волос средней длины с поднятыми вверх белыми кончиками. И это Клеопатру очень волновало: получается, её белое родимое пятно сохранялось даже в человеческом обличье. Каждый раз она думала над тем, нет ли у Госпожи Смерти нечто похожего? Ведь царица никогда не снимала своего капюшона, даже при дочери. А вдруг её мать – вовсе не та, за кого себя выдаёт, поэтому и прячет свою внешность под балахоном?

Но Клео встряхивала головой и отгоняла смутные догадки о своей матери. Или отце?.. Девушка ведь никогда точно не знала, кем он был. Госпожа Смерть часто рассказывала о нём разные истории, но в них не было ничего хорошего. Порой Клео задумывалась, откуда у таких жестоких, казалось бы, бессердечных родителей появилась такая добродушная дочка, не выносившая даже слово «смерть».

Но сейчас Клео думала совсем о другом. Она была счастлива! Наконец-то, спустя столько лет мучений, она выполнила мечту и начала помогать людям, как бы извиняясь за все беды, которые она принесла в их семьи.

Каждый день к Клео на сеанс записывались люди разных возрастов. Клео ходила ко всем на дом, выслушивала различные проблемы пациентов в их жизнях. И хотя поначалу девушке нравилось это занятие, спустя год работы ей наскучило выслушивать однотипные жалобы. Да и ходьба пешком по городу за день сильно выматывала. Клео даже решила сменить профессию, помогать людям каким-нибудь другим способом, но решила задержаться до конца месяца – оставалось всего восемь дней.

Вновь раздался телефонный звонок: очередные родители пожаловалась на то, что их дочь вообразила, будто имеет магические способности. Клео только шумно вздохнула: в её недолгой практике уже немало детей были со схожими фантазиями. Хотя однажды, когда она только приступила к работе, у неё был похожий звонок, и тот случай оказался весьма интересным...

Сегодня у Клео не было запланированных сеансов, поэтому она тут же полетела по названному адресу, где и познакомилась с Эльмией. Как только она увидела девочку, ей показался странным цвет её волос. И это имя... Оно имело джыириданское значение. А потом Клео увидела глаза Эльмии и поняла, что эта девочка – вовсе не человек. Тогда у психолога промелькнуло в голове, что, возможно, эта девочка – та самая, которая может спасти Землю от неминуемой гибели, предсказанной много столетий назад. И хотя многие Духи считали рождение Эльмии ошибкой и не хотели вмешиваться в гибель Земли, Клео всё-таки мечтала помочь девочке разобраться в её способностях, чтобы она смогла спасти планету. Ведь и сама Клео не так давно поклялась помогать людям, а значит, она была обязана вложить все усилия, чтобы оставить Землю целой и невредимой.

Но когда на следующий день Клео увидела всю энергию Эльмии, она растерялась: девочка обладала такой силой, что превосходила даже великого духа Лонея. А как можно учить того, кто сильней сильнейшего? Но Клео понимала, что сама Эльмия никогда не сможет справиться с возложенной на неё ответственностью, ведь она была обычной хрупкой маленькой девочкой! Уйдя от Эльмии, по пути в отель Клео обдумала очень рискованное решение: она хотела отобрать у девочки кольцо, чтобы завладеть её энергией и самой спасти Землю и Каэлестис от столкновения. Поэтому она и позвала в свой номер его.

Клео ещё не до конца была уверена в правильности своих действий, но менять решение было уже поздно.

Она сидела на диване в своём номере апарт-отеля. Вся комната находилась в полутьме: за окном давно стемнело, и лишь тусклый свет ночника, стоявшего на прикроватной тумбе, рассеивал мрачную атмосферу.

– Это ты меня вызвала? – неожиданно раздался чей-то тихий бархатистый голос.

Клео вздрогнула от неожиданности – голос раздался словно из ниоткуда.

– Да, я, – Клео старалась держать себя в руках, чтобы не выдать своё волнение и неуверенность.

– И что же ты от меня хочешь?

Клео стала озираться по сторонам: она никак не могла понять, откуда доносится голос. Наконец, она заметила, как в самом тёмном углу сверкают два жёлтых с узкими кошачьими зрачками глаза.

– Мне нужна твоя помощь, – чётко ответила Клео и достала фотографию Эльмии. Она создала её с помощью способности дублирования теней: взяла обычную фотографию и произнесла нужно заклинание, одновременно с этим представляя образ девочки. То, что она видела в голове, появилось и на фотографии.

Клео швырнула фотографию вперёд, но она не долетела до угла. Послышалось тихое недовольное рычание, и у Клео в душе всё сжалось: она только сейчас по-настоящему осознала, на что решилась и с кем связалась.

Из мрачного угла вылезла белоснежная лапа зверя. Она схватила своими острыми когтями фотографию и утащила её к себе во мглу. Глаза зверя опустились вниз, внимательно изучая девочку на фотографии, – даже в таком мраке кошки хорошо могли разглядеть свою жертву.

– Почему я должен помогать тебе? – шёпот из темноты перестал быть бездушным.

– Я прошу о необычной помощи, – таинственно проговорила Клео. – Я хочу заключить с тобой сделку. Если ты сделаешь всё, как я тебе прикажу, то вскоре ты вновь сможешь вернуться к Селене. Я верну ей доверие к тебе.

В комнате повисла мёртвая тишина, заложившая уши.

– Ты же хочешь этого? – спросила Клео, чтобы разговорить молчаливого гостя.

Но он отвечать не спешил.

– Почему я должен доверять тебе? – спустя некоторое время всё-таки послышался рычащий голос.

– Уж доверься, – в открытую усмехнулась Клео.

– У теней нет сердца, – вновь серьёзно произнёс зверь.

– Кто бы говорил, – со стороны Клео последовала ещё одна коварная усмешка.

Вновь молчание.

– Если я не выполню все условия сделки, то ты сможешь доложить Госпоже Смерти о моём местоположении. Думаю, моя мать щедро тебя за это отблагодарит.

– Я могу доложить об этом и сейчас, – угрожающе проговорил зверь.

– Но тогда у тебя не будет шансов вернуться в своё царство, – пояснила Клео. – Селена не любит доносчиков...

И опять безмолвная тишина.

– Ладно, я согласен, – наконец ответил зверь. – Что я должен сделать?

– У этой девчонки есть одно кольцо... Оно очень дорогое, поэтому она никогда его не снимает, – Клео решила особо не посвящать наёмника в подробности. – Достань его для меня, но аккуратно! – наказала она. – Саму девчонку даже пальцем не трогай!

– Столько заморочек из-за какого-то кольца? – фыркнул зверь.

– Тебя это не касается... Так ты согласен?

– Да, – прорычал он.

– Сколько тебе понадобится времени?

– Дай мне вечность... Я успею, – сострил зверь.

– Тогда тебе придётся целую вечность прожить среди людей, – парировала Клео. – Не забывай: чем быстрее ты справишься, тем быстрее окажешься в родном мире.

Зверь ничего не ответил.

– Ну что ж, – поддавшись размышлениям, проговорила Клео. – Думаю, это всё, что я хотела тебе сказать... Хотя, нет. Вот ещё: будь осторожен. Ты не знаешь, на сколько она может быть опасной... Никто не знает...

Вновь послышалось рычание, а затем шорох, после чего всё прекратилось. Клео подошла к углу, но никого там больше не было. Лишь следы острых когтей на полу напоминали о недавнем госте.

Клео стала нервно ходить по комнате кругами, размышляя вслух:

– Когда кольцо будет у меня, я сама встану на защиту Земли, даже если за это придётся отдать жизнь... Так я хотя бы искуплю свою вину перед теми, кого не смогла спасти... А если Эльмия сможет одолеть его, то она, действительно, достойна этих способностей...

Вдруг Клео резко остановилась и посмотрела на часы, которые напомнили ей об ещё одной детали.

– Интересно, зачем старуха Мирати отдала кулон своей внучке? Знали ли она, что он перейдёт в руки к Эльмии?.. Сомневаюсь, что всё это – случайность...




Глава 6.


Школа

Воскресенье прошло, словно один час. Весь день Эльмия изучала свои новые способности, благодаря чему научилась обострять свои чувства: слух, зрение, обоняние, вкус и осязание. А Сара и Том весь день ходили по базару, подбирая для Эльмии верхнюю одежду, сумку и школьные принадлежности.

В понедельник пришлось вставать очень рано, почти в восемь утра. Эльмия ещё не привыкла к таким ранним подъёмам, поэтому ещё несколько раз успела задремать за завтраком и в душе. После этого девочка переоделась в специальную одежду, которую Сара купила вчера на рынке: белая блузка, колготки, чёрная юбка. А поверх всего этого Эльмии пришлось напялить огромную меховую куртку, шапку и сапоги, в которых девочка моментально запотела. Через плечо она повесила полупустую школьную сумку, в которой лежали только дневник, чистые тетради и пенал с ручками и карандашами. От этой, хоть и небольшой, но всё же нагрузки Эльмии стало ещё жарче, однако стоило ей лишь выйти на улицу, как она тут же замёрзла и запросилась домой. Но Сара крепко сжала дочь за руку и повела в школу.

– Внимательно запоминай дорогу, – велела мама девочке. – Домой ты пойдёшь уже без меня.

По дороге Сара объяснила Эльмии, как правильно переходить через дорогу и сказала, что зимой нужно идти осторожно, чтобы не поскользнуться на льду.

Эльмия шла аккуратно, смотря под ноги. Ей совершенно был чужд этот мир – снаружи дома. Даже снег, который девочка видела только из окна, казался ей таинственной причудой – сначала он был сухим, словно стиральный порошок, и хрустел под ногами, а затем, ближе к центру города, где было не так морозно, он был мокрым, липким и рыхлым от стекающих по водостоку талой воды.

Проходящие мимо люди тоже были разными. Рядом с ними пробегали мальчишки с рюкзаками, перебрасывающиеся снежками. Девчонки шли отдельно от ребят, рассказывая друг другу последние новости и секреты. Некоторые шли бодро и весело, а кто-то, наоборот, еле плёлся с понурым видом.

Часто встречались бездомные собаки. Кошки прятались в картонных коробках, плотно прижавшись друг к другу, чтобы обогреться собственным теплом. Эльмии было настолько жалко на них смотреть, что она захотела взять их к себе домой или, на худой конец, хотя бы погладить.

– Об этом и речи быть не может! – строго отвечала Сара на мольбы дочери и добавляла чуть мягче: – Пойми, солнышко, тебе уже тринадцать лет, а такие вопросы дети после десяти перестают задавать.

Эльмия огорчённо вздыхала и шла дальше, постоянно оглядываясь по сторонам.

Улица казалась ей совсем не такой, какой показывали её по телевизору. Кругом находились одно- или двухэтажные особняки, из труб которых валил серый каминный дым. Где-то стояли небольшие киоски и магазины, а, чем дальше они с Сарой шли, тем больше появлялось многоквартирных домов.

Наконец, спустя почти полчаса ходьбы, Сара произнесла:

– Ну вот мы и пришли!

Она остановилась перед открытыми металлическими воротами, за которыми стояло большое трёхэтажное здание в виде приплюснутой буквы «П» – наверное, оно и было школой.

Сара и Эльмия поднялись по порожкам, вошли внутрь, а затем зашли в раздевалку. Отдав свои вещи гардеробщице, они направились на второй этаж, где и должен был находиться кабинет директора. По пути в коридоре им встретилось много детей и подростков. Все они стояли группами по три-пять человек в каждой. Заметив Эльмию, ребята непременно начали её обсуждать.

– Это что ещё за пугало? – неожиданно спросила блондинка.

От услышанного у Эльмии сжалось сердце.

– Да ладно тебе, симпатичная девчонка, – ответил ей парень в спортивной оранжево-фиолетовой форме, стоявший рядом.

– А что у неё с волосами? – спросила губошлёпая толстушка, вытягивая голову из-за спины блондинки, скривив рожицу. – Она что, эмо? Фу-у.

– Да ладно вам, чего вы на новенькую накинулись? – негодовал второй парень в спортивном костюме.

– Во-во, – поддакнул ему первый парень, после чего подмигнул Эльмии.

Блондинка, заметив кокетничанье парня, толкнула его в бок:

– Вот придёт завтра Рани, я ей всё расскажу!

– Смотрите, а она что, с мамой в школу приходит? – вновь влезла толстушка и захохотала во весь голос.

Эльмия никак не могла понять, почему люди начали оценивать её по внешнему виду? А Сара только ускорила шаг, чтобы поскорей пройти мимо ребят. Сбылось её опасение – Эльмию начали обсуждать. Сара тринадцать лет пыталась избежать этого, но теперь её старания пошли на смарку.

– Всё нормально, мам, – тормозила её Эльмия. – Пускай думают, что хотят, я просто не буду обращать на них внимания.

Но Сара продолжала идти и остановилась только перед дверью с табличкой «О. Хордон». Тихо постучав и получив ответ: «Войдите!», – она прошла в кабинет, потянув за собой дочку.

Первым делом Эльмия заметила в углу комнаты огромный дубовый стол с зелёным бархатным, как у столов для бильярда, покрытием. За ним сидела гордая с виду женщина с прямой осанкой. Ей было около тридцати пяти лет, так же, как и Саре. У женщины были золотистые до плеч волосы, прозрачно-голубые, как лёд на озере, глаза и слегка пухлые губы.

– Сара! Ну наконец-то я тебя увидела! – директриса тут же набросилась на Сару с объятиями. – Мы, наверное, уже лет десять не виделись... Ну, понимаешь, я вся в работе...

– Понимаю, – поддакнула Сара. – Ох, Оливия, как же быстро летит наше время. Ещё сами только недавно школу закончили, а уже детей провожаем.

– Это ты свою ещё поздно повела... Правда, я так и не поняла, что там за странная история такая, но мне потом всё объяснишь, ладно?

Оливия Хордон обратила взор на Эльмию.

– А это и есть твоя дочь? – директриса подошла к девочке и наклонилась, почти вплотную прижавшись своим носом к Эльмии, отчего девочке пришлось сильно прогнуться назад. – Очень приятно, Эльмия! – Оливия улыбнулась во весь рот, но её улыбка вышла совсем недобродушной, а более похожей на оскал, как у гиены. – Меня зовут мисс Хордон, я директриса этой школы.

Эльмия, не зная, что ответить, лишь согласно кивнула. Оливия внезапно нахмурилась.

– Совсем неразговорчивая, – она вновь выпрямилась. – Это и не удивительно, тринадцать лет из дома не выходить... Ну, кто старое помянет, тому... Значит, Сара, сейчас мы с тобой заполним все нужные бумаги, а Эльмии я дам тесты, чтобы я смогла определить, в какой класс нам её записать.

После этих слов Оливия достала из ящика стола две стопки бумаг: одну она с шумом кинула на стол и, положив сверху карандаш, заставила Эльмию решить всё, что ей покажется лёгким; вторую же директриса засунула себе под мышку, и вместе с Сарой вышла из кабинета.

Эльмия села на директорский стул и принялась решать задания. Сверху лежали тесты по математике, затем – по истории, биологии и другим предметам. Каждый предмет содержал в себе пятьдесят вопросов, отличающихся по уровню сложности – чем дальше, тем труднее.

На первые двадцать-тридцать вопросов Эльмия отвечала без долгих раздумий – ответы на них девочка знала из занятий с Сарой. А вот дальше пришлось сложнее. Но вдруг, если девочка ответит не на все вопросы, её не возьмут в школу? Или, если и возьмут, то только к второклашкам!

Чтобы понять оставшиеся вопросы, Эльмия решила просто внимательнее вчитаться, но у неё ничего не выходило. И, когда девочка уже решила проставить ответы наугад – а вдруг прокатит? – неожиданно текст расплылся, словно на него разлили воду, а перед глазами замаячили чёрные точки (неудивительно, после четырёх часов непрерывной работы) Эльмия помахала перед лицом руками, но они не исчезли, а вот когда девочка подняла голову к потолку, то точки словно испарились, но вернулись, стоило Эльмии вновь посмотреть на тест. И тут девочка поняла – эти точки указывают ей на правильные ответы. Как только Эльмия расправилась со всеми заданиями, в кабинет вошли Сара и мисс Хордон.

– Неужели всё решила? – удивилась директриса. – А ну дай...

Оливия вырвала тесты из рук Эльмии и бегло пробежалась по ответам.

– Ах ты гадюка! – мисс Хордон схватила девочку за воротник блузки. – Как ты посмела рыться в моём столе?!

– Но я не рылась! – оправдывалась девочка.

– Тогда откуда же ты списала ответы?

– Я на всё ответила сама! – огрызнулась Эльмия и вырвалась из рук директрисы.

– Оливия, что случилось? – в растерянности спросила Сара.

– Она ответила на всё правильно! Не допустила не единой ошибки!

– Но что в этом удивительного? – недоумевала Сара. – Эльмия умная девочка. Мы с ней много занимались, сейчас проходим программу шестого класса.

– Шестого! – ещё громче заорала мисс Хордон. – А она ответила даже на вопросы, предназначенные для восьмого и девятого класса!

Эльмия поняла, что, если она сейчас же не влезет в разговор, то в школе Оливия учиться ей не позволит.

– Но я правда сама отвечала! – замолила девочка.  – Если хотите, можете меня спросить о чём-то устно, а я вам отвечу.

Оливия задумалась и вскоре ответила согласием. Она задала Эльмии разные вопросы по всем предметам. Девочка отвечала быстро: у неё перед глазами появлялись ответы, а ей оставалось их только прочесть.

– Не верю своим глазам! – Оливия выгнула брови. – Это же настоящее чудо! Сара, ты была права насчёт неё... Но, Эльмия, ты же и сама понимаешь, что я не могу записать тебя в десятый класс? Тебе всё же нужно учиться со сверстниками. Ты согласна на седьмой класс?

Эльмия согласно кивнула.

– Ну тогда и отлично! – Оливия опять улыбнулась до мочек ушей. – Эльмия, ты сейчас с мамой домой пойдёшь или останешься? В твоём классе сейчас начнётся последний урок, кажется, история, так что решай сама.

Эльмия посмотрела на Сару, та лишь пожала плечами, мол, выбор за тобой.

– Я лучше останусь, – ответила девочка.

– Очень хорошо! Сара, тогда ты можешь идти домой, а Эльмию я провожу до кабинета.

Когда Сара вышла из директорской, за дверью раздался звонок.

– У вас как раз начался урок! – директриса вновь улыбнулась, но через мгновение сильно изменилась в лице: оно скривилось и покраснело, словно Оливия проглотила пару перцев чили, а из ушей того и гляди повалит дым. – Значит, слушай меня сюда, – неожиданно отпарила она. – Ты мне совершенно не нравишься! Делаешь из себя такую умную, а сама, наверняка, ни шиша не знаешь! Притворяешься хорошенькой, да вот только в тихом омуте черти... Современная молодёжь целыми днями только в гаджетах своих круглосуточно сидит! А ещё из-за тебя у меня могут быть огро-о-омные проблемы! А сколько мне теперь нужно бумаг заполнять...

Эльмию передёрнуло от слов разъярённой директрисы. И чего это она так вскипела? Но спустя пару секунд Оливия остудила свой пыл и полезла в огромный шкаф, откуда достала несколько учебников.

– Это всё, что тебе пригодится на сегодня и завтра, – спокойно проговорила мисс Хордон. – Остальные учебники отдам тебе в среду утром. Только не забудь зайти ко мне перед занятием! А это, – она взяла со стола бумажку и вместе с учебниками протянула её Эльмии, – твоё расписание.

Неожиданно взяв Эльмию за руку, Оливия вывела её из директорской и повела в кабинет истории. Всю дорогу они шли в полной тишине, не проронив ни слова, но неожиданно какой-то старшеклассник с восточной внешностью вылетел из-за угла и, столкнувшись с Эльмией, упал прямо на неё.

– Ах ты идиот безмозглый! – заорала на него директриса. – Куда же ты так летишь!..

– Да пошла ты! – шёпотом рявкнул парень. – Ты в порядке? – спросил он Эльмию.

Он поднялся сам, а затем протянул девочке ладонь, предлагая помочь встать.

– Вроде бы да, – ответила Эльмия, протягивая руку.

– Ух ты, джентльмен нашёлся! – вновь съявила мисс Хордон. – И вообще, ты почему до сих пор не на уроке? Для кого звонок был?

– Для учителя, – смешно передразнивая директрису, съязвил парень.

– А ну, бегом на урок, пока не исключила! – закричала Оливия. Парень смерился и убежал. – И не бегать по коридору, я сказала!.. Не, ну что за бестолочь...

Эльмии показалось очень странным поведение мисс Хордон. Сначала она улыбается, а потом неожиданно может накричать и вновь заулыбаться.

– Вот мы и... – не договорив, сказала Оливия, остановившись перед дверью с табличкой «История».

Мисс Хордон вошла в кабинет, затащив за собой Эльмию.

– Класс, это Эльмия Диксон, ваша новая одноклассница. Очень умная и способная девочка, прошу любить и жаловать.

Эльмия застыла перед классом, не зная, что ей делать.

– Мистер Грэм, – директриса обратилась к учителю историю. – Введите девочку в курс дела.

И она вышла из кабинета быстрым шагом, плотно закрыв за собой дверь.

– Ну что ж, Эльмия, – мистер Грэм надел на нос очки-половинки. – Присаживайся за любую свободную парту.

Девочка прошла по кабинету и села на первое попавшееся свободное место – вторую парту среднего ряда. Её соседкой по парте оказалась миловидная блондинка с вьющимися по лопатки волосами и искрящимися миндалевидными голубыми глазами.

– Привет, – доброжелательно прошептала ей Эльмия.

– Уже виделись, – сощурившись, прошипела девушка. – Если не знаешь, меня зовут Сабрина. И, кстати, завтра ко мне не садись, на этом месте моя подруга сидит. Она сегодня приболела, и очень некстати.

Под конец речи Сабрина направила на Эльмию гневный взгляд.

«И этой я чем-то не угодила», – про себя подумала девочка, обречённо вздохнув.

– Эльмия, – внезапно обратился к ней учитель. – Я бы хотел оценить твой уровень знания по предмету. Мы сейчас проходим создание Соединённых Штатов Америки и войну за независимость. Можешь что-нибудь рассказать на эту тему?

Девочка неопределённо пожала плечами.

– Ты не бойся, – подбодрил её мистер Грэм. – Выходи к доске и рассказывай всё, что знаешь. Если хочешь, можешь показать ход сражения на карте.

Эльмия подошла к доске, взяла в руки указку и растерянно закрутила её в руках: историю XIII века она знала очень плохо, да и то, что знала, смотрела по телевизору, а там не всегда показывают правду. И тут перед глазами девочки всё расплылось, в ушах начался противный звон, который вскоре сменился чьими-то разговорами, стонами, скрежетом металла, звуками взрывов, и Эльмия словно увидела фильм про события тех дней на быстрой перемотке. На одном дыхании девочка рассказала всё, что увидела:

– В 1774 году в Филадельфии состоялся первый Континентальный конгресс, принявший Декларацию, в которой провозглашались права человека на жизнь, свободу и собственность. 19 апреля 1775 года началась вооружённая борьба колоний с Англией. Так началась война за независимость...

Эльмия быстро тараторила, порой сама не понимая собственных слов. Она подробно описала войну в целом, рассказала о Декларации, об отделении от Англии и о создании независимого государства – Соединённых Штатов Америки, поведала о военных действиях в 1776-1777 годах, окончании войны, её итогах и о принятии Конституции. По лицу мистера Грэма можно было понять, что о некоторых из этих фактов он даже сам не знал.

– Очень хорошо, – похвалил Эльмию мистер Грэм, когда девочка наконец закончила свой рассказ и перевела дыхание. – Нет, даже отлично! Берите пример с новенькой! – велел учитель всему классу и вновь обратился к девочке: – Можешь садиться, я тебя поставлю пятёрку.

Эльмия признательно кивнула головой и вернулась на своё место.

– Ты бы поосторожней своими знаниями сыпала, – посоветовала ей Сабрина. – У нас в школе умных не любят. Вон, например, – она кивнула на девочку с короткими каштановыми волосами, сидящую на первой парте, – строит из себя умную, её все учителя обожают, постоянно в пример ставят. Да только её из-за этого половина школы ненавидит, зубрилкой все обзывают. Хорошо, что я не такая, – Сабрину даже передёрнуло от представленного.

Эльмия задумалась: почему все так не любят умных? Разве это плохо – много знать? Наверное, людям просто не нравится, когда кто-то умнее их... И всё-таки это очень странно. Она ещё долгое время не сможет понять общество.

Весь оставшийся урок мистер Грэм объяснял новую тему, а когда прозвенел звонок, дал домашнее задание и отпустил домой.

Когда Эльмия складывала все вещи со стола в сумку, кто-то ткнул её в плечо, и девочка от неожиданности испугалась, уронив пенал на пол. Ручки и карандаши рассыпались во все стороны.

– О-ой! – виноватым тоном произнёс кто-то.

Эльмия обернулась, перед ней стояла та самая зубрилка с первой парты.

– Прости, я не хотела тебя напугать, – робко извинилась она. – Давай помогу собрать.

Девочка присела на корточки и подняла все упавшие принадлежности.

– Спасибо, – поблагодарила за помощь Эльмия. – Ты что-то хотела у меня спросить?

– Да... – от волнения девочка почесала нос. – Я хотела узнать: откуда ты столько знаешь о войне за независимость? Ты всё так красочно описала, будто бы сама в ней участвовала!

Смутившись от похвалы, Эльмия забылась и чуть не проболталась:

– Я почти там и была...

– Это как? – удивилась девочка.

Эльмия тут же придумала отговорку:

– Я часто смотрю исторические фильмы, – она быстро нашла выход из неловкой ситуации. – Рассказала всё, что запомнила оттуда.

– Должно быть, у тебя хорошая память, – вздохнула девочка. – У меня её почти нет.

– Но Сабрина сказала, что ты умная... А как можно много знать и мало помнить?

– Ты, наверное, её неправильно поняла. Я не умная, я... обычная зубрилка. Быстро выучиваю какую-нибудь тему, чтобы получить пятёрку, и тут же её забываю. Мой брат меня вообще рыбой называет. Говорит, что я забываю всё через три секунды... Кстати, забыла, как твоё имя?

– Эльмия.

– Очень приятно, – улыбнулась девочка. – А я – Кэти.

Эльмия рассмотрела одноклассницу. Она оказалась маленького роста и хрупкого телосложения, на хрупкой шее висела большая голова с карими глазами, кажущими из-за очков очень крупными и выразительными. Её каре украшала маленькая заколка с красным цветком. Одета она была скромно: в полосатый свитер, чёрную юбку и колготки. Сцепив пальцы, девочка прижала руки к животу.

– Ну ладно, я пойду, – слегка расстроенно произнесла Кэти. – И извини ещё раз.

Девочка уже собралась выйти из кабинета, но Эльмия её остановила.

– Подожди, – задержала она её. – Я хотела тебя попросить... Ты бы не могла мне завтра показать школу, рассказать, что да как?

– Ты хочешь, чтобы тебе всё я рассказала? – Кэти сделала особое ударение на «я».

– А что здесь такого?

– Я думала, ты Сабрину об этом попросишь...

– Сабрину? – Эльмия фыркнула. – Она меня утром пугалом назвала! Сомневаюсь, что я ей понравилась больше, чем ты.

– Да, от неё жди, что угодно, – Кэти обречённо вздохнула. – Вся в свою мамушку пошла.

– А кто её мама? – поинтересовалась Эльмия.

– Ты что, не знаешь? – поразилась Кэти. – Сабрина – дочь нашей директрисы!

– Ого! – Эльмия была явно ошарашена этим известием. – А я-то думаю, кого мне эта мисс Хордон напомнила... Сначала подумала, что гиену, – у неё улыбка, как оскал.

Кэти покатилась со смеху, ухватившись за живот:

– Я теперь всегда директрису буду звать мисс Гиеной! – проговорила она сквозь слёзы.

Эльмия тоже еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться: если бы Кэти только могла услышать себя со стороны, то никогда бы больше даже хихикнуть не захотела, ведь у неё самой был лающий смех, как у гиены.

– Ну всё, хватит, – попыталась успокоить саму себя Кэти. – Спасибо, что подняла настроение, но мне уже пора... Завтра увидимся!

Эльмия невольно улыбнулась – кажется, у неё уже появилась подруга.

Закинув сумку на плечо, девочка вышла из кабинета и направилась в раздевалку. Вновь переодевшись в «сто шуб», она вышла на улицу и с радостными мыслями пошла домой.

Днём улица казалась совсем другой, нежели в утренних сумерках. Ослепительное солнце било прямо в глаза, а снег искрился жёлтыми, розовыми и фиолетовыми цветами, будто на него посыпали блёстками.

Как и наказывала Сара, Эльмия перешла дорогу на зелёный свет светофора и, вспоминая утренний маршрут, пошла домой.

Второй раз Эльмия не могла пройти мимо замёрзших кошек и собак. Не опасаясь, что бездомные животные смогут её укусить, Эльмия подошла к картонной коробке и аккуратно достала из неё огромного пушистого зверя. Он весил довольно много, килограммов пять. Наверное, бродях кормят прохожие, которым, как и девочке, было жалко пушистых бедолаг. Кот жалобно замяукал и начал вырываться, но Эльмия удержала его и стала гладить кота по голове, отчего тот даже заурчал. Сначала девочка испугалась странных звуков, исходящих изнутри зверя, но позже вспомнила, что так коты выражают свою радость или благодарность. Другие кошки уже подбежали к Эльмии со всех сторон и начали тереться об её ноги, тоже прося о ласке. Даже пара собак подошли к девочке и облизали ей руки. Их дрожание, холодные влажные носы и тревожное биение сердца не могли оставить Эльмию равнодушной.

Возможно, раньше девочка взяла бы этих бродячих сирот домой, но сейчас, когда ей почти каждый день придётся ходить в школу, она просто не сможет за ними следить. Но и бросить их так просто она тоже не могла. Отпустив пушистый урчащий комок на землю, Эльмия зажмурила глаза и представила, будто бы руки её стали нагреваться. Молниеобразная энергия внутри камушка кольца, будто пробудившись от долгого сна, сначала лениво, а затем быстро заметалась во все стороны. Эльмия приложила руки к заснеженной земле, и, открыв глаза, решила, что попала в сказку, – снег под её ногами стремительно таял, и из-под него поднялась молодая зелёная травка. Тут же расцвели васильки и жёлтые одуванчики, а земля прогрелась так, что по ней можно было ходить босиком.

Коты тут же жадно принялись жевать зелень, а собаки, повалившись на спины, стали кататься по земле.

Эльмии стало так приятно, что она захотела сотворить что-нибудь ещё, но вспомнила указание Клео о том, что никто не должен знать о её магических способностях. Эльмия ужаснулась – она совсем забыла, что находится почти в центре города. Но, обернувшись, девочка успокоилась: люди, как шли, так и продолжали идти, озабоченные своими делами. Никто из них даже не заметил, как маленькая розововолосая девчонка на ближние пять метров создала весеннюю погоду. А если кто и заметит, то никто даже не узнает про Эльмию, ведь она уже давным-давно будет далеко отсюда.

Отряхнув ладони от земли, Эльмия быстрым шагом пошла домой.

Остаток дня прошёл без происшествий: Эльмия пообедала, переписала расписание с листочка, который дала ей мисс Хордон, в дневник, выполнила домашнюю работу по истории и собрала сумку на завтрашний день. После ужина девочка хотела найти в себе другие способности, но за этот день она так сильно устала, что уснула раньше, чем когда-либо.

Во вторник Эльмии удалось проснуться намного легче. То ли она так хорошо выспалась, то ли уже привыкла к ранним пробуждениям.

Спешно позавтракав и переодевшись, Эльмия летящей походкой побежала в школу. Проходя мимо всё тех же бездомных животных, она заметила, что на землю вокруг них не легла ни одна снежинка – наверное, магия Эльмии была такой сильной, что могла даже противостоять силе природы.

Возле ворот школы Эльмию уже поджидала Кэти. Быстро поприветствовав друг друга, они вошли в школу и, опасаясь опоздать, поспешили на биологию. Эльмия села за парту к Кэти, хотя место рядом с Сабриной, вопреки словам девушки, было ещё свободно. Учительницей по биологии оказалась противная престарелая мадам, которая объясняла новую тему так нудно, что порой глаза слипались ото сна. Но выспаться учительница не давала, потому что стоило кому-то лишь проронить слово, она начинала ругаться, да так, что и медведя от спячки могла пробудить. Поэтому во время урока Эльмия и Кэти никак не могли поболтать и нормально поговорить им удалось только после звонка.

– Первая перемена небольшая, всего десять минут, – сказала Кэти, – но этого вполне хватит, чтобы осмотреть первый этаж.

Девочка схватила Эльмию за запястье и потащила её по лестнице вниз.

На первом этаже располагались раздевалка, кабинет директора, кладовая и столовая.

– Седьмые классы в столовку ходят после второго урока, – рассказывала Кэти. – Я тебе потом покажу, как тут устроено.

В это время как раз прозвенел звонок на математику.

После урока, как Кэти и сказала, их класс пошёл в столовую. Система тут была несложная: берёшь поднос и катаешь его по металлическим трубам, в то время, как повара подают тебе тарелки с едой и стакан с компотом и булочкой, а потом садишься за любой стол.

– А это кто, новенькая? – краем уха услышала Эльмия, когда они с Кэти искали свободные места. – Эй, розововолосая, ты чего с зубрилами водишься? Давай к нам!

Эльмия обернулась. Ей кричала симпатичная высокая, ростом под метр восемьдесят, девушка лет четырнадцати. У неё были длинные тёмные волосы и слегка смуглая кожа. Напротив неё сидела Сабрина, как и вчера, идеально ухоженная. Третьей за их столом оказалась та самая толстуха, что сочла Эльмию за эмо. У самой толстухи была бледная, как у моли, кожа, крашенные бордовые волосы, причёска – каре, но ещё короче, чем у Кэти и с выбритыми висками, а лицо почти полностью покрывалось рыжими веснушками. Говоря откровенно, девушка была не очень симпатичной.

– Ты совсем больная? – неожиданно накинулась на девушку Сабрина. – Ты знаешь, что эта вчера учудила? – Сабрина наклонилась над подругой и что-то прошипела ей на ухо, то и дело поглядывая на Эльмию.

– Пошли отсюда быстрей, – велела Эльмии Кэти и, вновь ухватив девочку за запястье, потащила вперёд. – Там есть свободное место.

Они сели почти в самом конце столовой. Сабрина и её подружки продолжали бурно обсуждать новенькую и зубрилку.

– Эта наша школьная элита, – нехотя, сквозь зубы начала рассказывать Кэти. – Она состоит из нескольких девчонок: Сабрины, Рани, Жирной Вэнди и ещё десяти. А на каждую девчонку есть по одному парню из школьной спортивной команды.

– А почему их называют элитой? – поинтересовалась Эльмия.

– Все её члены дружат с Сабриной, ведь она, как дочь директрисы, считается главной среди всех учеников, – процедила Кэти. – Только вся эта дружба – липовая. Девчонки и дорожат-то Сабриной только ради такого высокого поста. Их же вся школа уважает! А мисс Хордон... ой, совсем забыла!.. мисс Гиена даже за опоздания и пропуски их не наказывает и учителям двойки им ставить не разрешает... Все хотят попасть в элиту, но путь туда для многих закрыт. Хотя некоторые члены элиты в школе авторитетом всё равно не пользуются. Вот, например, Гвен. Она, когда в школу поступила, сразу получила прозвище – Жирная Вэнди. Над ней все насмехались, издевались... А потом её отец стал мэром города, и она сразу же попала в элиту, хотя даже среди своих товарищей у неё часто возникают конфликты...

Эльмия сидела молча, вникая в школьную политику, но размышлять во время еды ей удавалось не слишком хорошо.

Покончив со школьным обедом – до звонка оставалось ещё десять минут – девочки решили продолжить экскурсию. Кэти показала Эльмии уже второй этаж, рассказала, где какой ведут предмет. Она даже успела поболтать об учителях в их классе: какие относятся к детям хорошо, какие постоянно придираются.

Прозвенел звонок, и девочки пошли на географию. Когда в кабинет вслед за Сабриной гордой походкой вошла Рани, Эльмия была ошарашена. Оказывается, Рани и была той самой подругой дочки директрисы, которая вчера не пришла в школу из-за болезни. «Странно, что она только к третьему уроку подошла», – подумала про себя Эльмия, но вспомнила слова Кэти: за опоздания Рани наказывать никто не будет.

После урока Кэти показала Эльмии третий этаж. Здесь, как и на втором, тоже было десять кабинетов, но на табличках вместо номеров на них были нарисованны какие-то изображения.

– Это дисциплинарный класс, – объяснила Кэти значение таблички с часами на первой двери. – Каждый провинившийся после уроков попадает сюда, и наш школьный психолог, мистер Смит, проводит беседы о том, что можно и что нельзя делать, согласно школьному уставу. Обычно такая лекция идёт всего сорок минут, поэтому тем, кто наказан на два или даже три часа, приходится выслушивать её несколько раз. Бр-р-р, – девочка задрожала от ужаса, представив себя на месте провинившихся. – Хорошо, что меня ни разу не наказывали, – с облегчением вздохнула она.

– А отчего зависит время наказания? – решила уточнить Эльмия на всякий случай.

– От того, что ты натворила, – ответила Кэти. – Например, если ты опоздаешь на урок, то тебе дадут всего минут десять. А вот если ты будешь бежать по лестнице и столкнёшь какую-нибудь учительницу, то накажут на все три часа... Даже не представляю, как некоторые это выносят.

– А что будет, если столкнуть мисс Гиену? – поинтересовалась Эльмия.

– Оу-у, – Кэти усмехнулась. – Тогда она вышвырнет тебя из школы и напишет заявление в полицию.

– За жестокое обращение с животными? – пошутила Эльмия, и девочки одновременно рассмеялись.

Кэти пыталась остановиться, но, глядя на хохочущую Эльмию, она опять начинала закатываться от смеха. Наконец, они обе успокоились, и Кэти снова потянула подругу за руку.

– Это литературный клуб, – сказала Кэти, когда они прошли мимо двери с табличкой с изображением пера и чернильницы. – Здесь собираются начинающие писатели и поэты. Они читают друг другу стихотворения и рассказы собственного сочинения. А ещё они обмениваются личным опытом и помогают новичкам.

Эльмия подумала – а не записаться ли ей в этот клуб? В свои годы она была очень начитанной, поэтому, как ей казалось, могла бы и сама что-то пробовать писать. Но эта идея почему-то тут же вылетела из головы.

Кэти повела подругу к двери напротив. На ней висела табличка с изображением скрипичного ключа и нотного стана.

– Это музыкальный класс, – рассказывала Кэти. – Раз в неделю у нас тут проходит урок пения, а в остальное время сюда любой может зайти и поиграть на фортепиано, гитаре, баяне и скрипке. Раньше здесь были ещё и барабаны, но наша мисс Гиена запретила их из-за того, что шум от игры на них мешал детям учиться. А это совсем не так! Я раньше так любила что-то писать или решать под барабанный стук. И чем быстрее стук, тем быстрее, как бы в такт, я соображала... В основном здесь собираются музыканты нашей школы, но иногда приходят и те, кто хочет послушать своих одноклассников. Время от времени наши школьные музыканты пишут музыку на стихи поэтов из литературного клуба, поэтому эти кабинеты и находятся друг напротив друга. Кстати, некоторые их песни исполняются в актовом зале на концерте.

– Здорово! – искренне восхитилась Эльмия.

– Это кружок фотолюбителей, – Кэти указала на табличку с изображением фотоаппарата. – Здесь мы устраиваем мастер-классы по фотографии, комментируем работы друг друга, а иногда устраиваем фотоссесии и выставки.

– Мы? – удивилась Эльмия. – Это что, тоже такой урок?

– Эм... нет, – растерянно произнесла Кэти и неловко почесала макушку. – Просто... Я тоже сюда раз в неделю хожу... Ну ладно, ладно, два раза в неделю... Может, чуть чаще... В общем, почти каждый день, – призналась она.

– И хорошо у тебя получается? – спросила Эльмия.

– А хочешь, покажу? – осведомилась Кэти.

Не дождавшись ответа, девочка постучала в дверь. Это было необходимо, ведь если в комнате сейчас кто-то проявлял фотографии, открывать было нельзя, потому что так можно засветить и испортить снимки. С Кэти случился такой конфуз в первый же день, за что её некоторые возненавидели. Но винить девочку было нельзя – она ведь не знала, что может произойти такое обидное недоразумение. Но больше Кэти так не делала и в следующие разы была крайне осторожна, а сама для себя усвоила урок – для съёмок лучше использовать цифровой фотоаппарат, а то мало ли, сколько ещё таких незнающих может войти без разрешения?

На стук никто не отозвался, а, значит, сейчас в помещении никого не было.

Распахнув дверь, Кэти, ведя подругу за руку, вошла в комнату. Эльмия ахнула от восхищения – такое она видела только в кино. Помещение оказалось довольно просторным, с обычный кабинет. Вдоль стен стояли столы, на которых рядами располагались специальные ванночки для обработки фотобумаги, различные банки с растворами, стопки увеличительных линз. Окна были занавешены плотными шторами, не пропускающими ни единого солнечного луча. Между окнами в красивых резных рамках висели фотографии почти настоящих профессионалов. Под потолком, от стенки к стенке, тянулись нити с прищепками. Рядом с входной дверью висел переключатель света с тремя режимами: выключить и включить либо дневную лампочку, либо красную, специальную для проявления фотографий. На стене, противоположной входу, висело белое полотно. Рядом с ним находился стул, вокруг которого были расставлены специальные прожектора. В углу за ширмой стояла тумбочка с принтером. Чуть выше висела полка с раскрытым ноутбуком. Работать с ним на такой высоте наверняка было не очень удобно, но таким образом можно было сэкономить много свободного места.

Кэти подошла к тумбочке за ширмой и открыла дверцу. В ней лежало множество фотоальбов. Достав один из них, Кэти раскрыла альбом где-то в середине и, пролистав ещё пару страниц, отдала его Эльмии.

– Отсюда и до самого конца, – сообщила Кэти. – Это мои работы.

Эльмия смотрела на фотографии с воодушевлением. Они были разнообразными, с изображениями лесных пейзажей, городских улиц, людей. Особенно Эльмию зацепила одна фотография: ночное тёмно-фиолетовое небо ровно на две части разрывала огромная молния, ослепляя вспышкой весь город и осыпая сугробы снега искрящимися блёстками. Фотография была сделана с особым мастерством: она передавала ту волшебную атмосферу так, что даже в ушах стояли зловещие раскаты грома.

– Это зимняя гроза, – заметив заинтересованность подруги, шёпотом проговорила Кэти. – Очень редкое явление... Я сделала этот снимок в декабре того года. Хотя, ты, наверное, и сама это помнишь...

Да, Эльмия действительно помнила тот день, но из-за того, что она живёт на окраине города, ей не удалось насладиться этим зрелищем в полную силу. К тому же, молния сверкнула и исчезла в одну секунду, и, чтобы её увидеть, нужно было смотреть в окно, не отрываясь. К сожалению, тот вечер Эльмия провела в постели с книгой – в такую погоду девочке всегда хотелось читать.

– Я считаю её своей лучшей работой, – призналась Кэти. – Впрочем, не я одна... Но на стену почёта я её вешать пока боюсь. Вдруг она кому-то приглянется, и он заберёт её себе? Хотя я смогу напечатать её заново, но всё равно... обидно будет. А, может, и приятно... – Кэти шумно вздохнула и, неопределённо пожав плечами, сказала: – Не знаю, в общем...

Тем временем Эльмия просмотрела оставшиеся фотографии и захлопнула альбом.

– Здорово! – похвалила деятельность подруги Эльмия. – Я даже не знала, что в таком возрасте можно быть почти профессионалом.

Кэти слегка смутилась.

– Я с трёх лет с фотоаппаратом повсюду ношусь, – сообщила она. – Правда, тогда он был игрушечный... И ещё не фоткал, а только показывал в визире изображение идиотских африканских животных, – грустно проговорила Кэти.

Во время рассказа подруги Эльмия рассматривала фотографии, висящие в рамках между окнами.

– А это и есть стена почёта? – поинтересовалась Эльмия.

Она присмотрелась: на каждую рамку была наклеена полоска бумаги с именем автора. Среди имён одинаковых не было, а, значит, каждый член кружка вешал на стену одну лучшую свою фотографию.

– Угу, – подтвердила Кэти. – Моя – вот эта, – Кэти указала на чей-то портрет.

Эльмия рассмотрела фотографию ближе. На ней оказался изображён парень очень приятной внешности пятнадцати-шестнадцати лет. У него были короткие каштановые волосы и ярко-зелёные, словно изумруды, глаза. Эльмия так же подметила его модный стиль в одежде: белая рубашка со стоячим воротничком, светлые джинсы, белые спортивные кроссовки с чёрными полосками и золотые часы на левой руке. На его шее висела серебряная цепочка с тигриным зубом. Сам парень сидел на порожках какого-то здания, скрестив руки на груди и прикусив зубами губу, что придавало ему особенный шарм.

– Это мой брат... Люблю его на этой фотографии, – раскрылась Кэти. – Он здесь хоть на обычного человека похож. А так обычно ходит в своём идиотском спортивной костюме... Он же этот, би... бисте... Короче, с мячиком играет. Спортсмен, видите ли!

Эльмия хотела спросить у Кэти, почему у неё такое негативное мнение о брате, но не успела: подруга опять схватила её за запястье и поволокла из студии.

– Звонок на урок через минуту! – предупредила она Эльмию.

И подруги побежали со всех ног на второй этаж. К счастью, они успели вовремя – звонок прозвенел как раз после того, как они сели за парту.

После урока Кэти продолжила экскурсию по третьему этажу для Эльмии. Они начали с комнаты, находящейся напротив клуба фотолюбителей. На двери висела табличка с изображением гимнастической ленты, следом шёл кружок хореографии.

– А это актовый и спортивный залы, – сообщила Кэти, показав сначала на дверь с изображением микрофона, а затем напротив – с мячом. – В спортзале мы занимаемся физкультурой, а ещё здесь проводят различные спортивные эстафеты, олимпиады и соревнования. А в актовом зале проходят родительские собрания, выборы школьного президента и различные концерты и мероприятия.

Кэти мельком рассказала о кружке рукоделия, а затем о театральном клубе, где небольшие сценки играли начинающие артисты. Обычно они искали сценарии в Интернете, но иногда брали за сюжет произведения писателей из литературного клуба. Другая комната была клубом декоративно-прикладного искусства. В ней мастерили различные подделки от скалок до табуретов, выжигали на кухонных досках, занимались резьбой.

– Сюда мой брат раньше ходил, – с каплей гордости произнесла Кэти. – Он тут делал рамки для нашего клуба фотолюбителей. А иногда он мастерил какую-нибудь подделку, а я её расписывала – у меня это хорошо получалось. Сначала мы дарили их друзьям и родственникам, но потом решили устроить небольшой бизнес и продавать их. А мисс Гиена узнала об этом и заявила, что каждую последнюю пятницу месяца у нас в школе будет проходить ярмарка, на которой мы сможем это всё продать.

– А она не такая уж и плохая, – задумчиво произнесла Эльмия.

– Ну да, конечно, – саркастически ухмыльнулась Кэти. – Она же больше половины денег забирала себе. Видите ли, налог за аренду зала! Поэтому нам пришлось отказаться от этой идеи...

– Понятно, – Эльмия понуро повесила голову: последняя надежда, что мисс Хордон может быть хорошей, исчезла у неё прямо на глазах. – А почему ты сказала «раньше ходил?»

– У него потом интересы сменились, – скверно проговорила Кэти. – Эх, как жаль, что он не разрешил мне о них рассказывать. Кстати, сначала сюда ещё и девочки ходили. Они вязали, вышивали, из бисера всякие украшения делали. А потом им выделили другую комнату. Мы её уже проходили, помнишь?

– Угу, – Эльмия кивнула и радостно улыбнулась – надежда вернулась обратно: выделить девочкам отдельную комнату – это хорошее дело.

Они вышли из кабинета и прошли по коридору дальше мимо комнаты любителей астрономии и клуба моделирования, где делали различные модели самолётов, автомобилей, танков и кораблей.

Эльмия оглянуться не успела, как они оказались в конце коридора. Перед ними были две большие деревянные двери, закрытые на замки. На одной двери висела табличка с изображением открытой книги, на другой – вырванная страница, на которой лежали очки.

– Это наша гордость – самая большая школьная библиотека в области, – пояснила Кэти, указывая на первую дверь. – Войдя туда, можно заблудиться между рядами стеллажей... А это читальный зал, – Кэти кивнула на соседнюю дверь. – Ужасное место... Там такая тётка вреднющая сидит! У неё одни правила на уме! Шуметь нельзя, моргать – только бесшумно, говорить – про себя, ходить – без скрипа, чихать только стоя, сидеть только прямо...

Кэти хотела назвать ещё кучу доказательств статуса «Ужасное место», но громкий звонок прервал её мысль.

– О нет! Быстрей побежали! – крикнула Кэти, изо всех сил мчась к лестнице. – У нас сейчас физика, а её директриса ведёт!

От испуга у Эльмии чаще забилось сердце и запотели ладони, и девочка побежала по лестнице вслед за подругой.

«Хоть бы успеть! Ну же, быстрее!» – торопила она саму себя.

В одну секунду у Эльмии всё расплылось перед глазами, а когда глаза вновь стали хорошо видеть, она уже оказалась перед дверью кабинета физики. Вскоре подбежала запыхавшаяся Кэти.

– Ты как так быстро спустилась? Как пуля пролетела, я тебя даже не заметила! – поражённо проговорила Кэти.

– Потом расскажу, – легкомысленно произнесла Эльмия. – Только, пожалуйста, не говори никому, ладно?

– Договорились, – подозрительно быстро согласилась Кэти.

Эльмия удивлённо посмотрела на подругу – да, девочка ещё плохо знала Кэти, но она успела понять, что та ни за что не согласится на такое махнуть рукой. Получается, Эльмия обладала силой убеждения и могла заставить любого человека подчиниться её воле? Или это Кэти неожиданно решила пойти против своего характера ради подруги? Но Эльмия про это не подумала. Она решила, что открыла для себя две новые способности: развивать быструю скорость и внушать мысли...

«Интересно, о скольких способностях я ещё должна узнать», – мечтательно подумала Эльмия про себя и с радостной улыбкой на лице вошла в кабинет. Впрочем, улыбка слезла с её лица тут же, как только на неё обратила внимание мисс Хордон. Эльмия обречённо вздохнула, мечтая побыстрее оказаться дома. Но её ещё ждали физкультура и страшный сюрприз...

Глава 7.


Дочь нереиды

Сегодня Сара впервые за последние тринадцать лет почувствовала себя одинокой. Раньше всё свободное время уходило на обучение Эльмии, но сейчас, когда девочка была в школе, а Том до вечера находился на работе, она впервые заскучала.

«Нужно чем-то заняться на весь день», – решила Сара, когда дочитала последнюю страницу журнала. Видно, от безделья за эти годы она уже отвыкла.

Сара подумала, что было бы не плохо убраться на чердаке, ведь туда никто не совался ещё со дня переезда.

Переодевшись в старые шорты и футболку, которые было не страшно испачкать в накопившейся многолетней пыли, и, прихватив с собой пару резиновых перчаток и мусорный пакет, Сара поднялась наверх. Вход на чердак осуществлялся через лестницу, которая выдвигалась сама, стоило только открыть люк в потолке. Сара была достаточно высокого роста, поэтому дёрнуть за кольцо люка ей не составило большого труда. Кое-где заржавевшая лестница медленно и со скрипом выползла и опустилась до пола. Сара поднялась на чердак и, наглотавшись пыли, чихнула пару раз, да так неожиданно и громко, что все пауки разбежались в разные стороны.

Осмотревшись, Сара заметила несколько нагружённых друг на друга картонных коробок.

– Ну наконец-то я разберусь со всем этим хламом! – восторженно заявила она.

В углу Сара нашла пачку старых журналов девяностых годов, – наверное, их когда-то собирала бабушка Софи. Сара разложила макулатуру по полу, чтобы сидеть было мягче и не так холодно, и, сложив ноги по-турецки, вывалила перед собой содержимое первой коробки. В ней были старый видеомагнитофон и кассеты. Рассортировав их по жанру, Сара аккуратно сложила всё обратно, чтобы потом отнести на блошиный рынок.

В другой коробке лежала одежда Сары, которую она носила, будучи ещё совсем младенцем. На дне лежали старые погремушки и деревянные игрушки. Жалко, что Сара не знала об этом раньше, когда Эльмия была маленькой. Девочка бы точно обрадовалась неожиданному появлению стольких подарков. Но сейчас их можно отнести только на барахолку вместе с кассетами.

А вот в третьей коробке находились очень драгоценные вещи: бусы, серьги, браслеты, кольца, брошки и заколки, которые когда-то принадлежали Софи. Уж их Сара точно никому не отдаст.

В четвёртой коробке оказались большие толстые фотоальбомы с переплётом из красного и зелёного бархата. Они были настолько старые, что на первых фотографиях изображались родители Софи. Затем появились фотографии, где бабушка Сары была ребёнком, за ней – где Софи стала подростком, а после – девушкой. В молодости, когда Софи пребывала в возрасте Сары, она была очень похожа на свою внучку, разве что причёски различались – Сара была шатенкой, а у Софи вились золотистые кудри. Рядом были вклеены фото со свадьбы Софи. Сара впервые увидела, как выглядел её дед, ведь он погиб раньше, чем Сара появилась на свет. После этого пошли фотографии Алекса, а через несколько страниц – маленькой Сары.

Сара удивилась: почему в альбоме нет ни одной фотографии с её матерью? Алекс говорил, что она умерла при родах, но это никак не объясняло отсутствие снимков. Сара стала размышлять: возможно, это был какой-то особый, родовой альбом, где находились фотографии только прямых родственников. Но что же тогда здесь делал муж Софи? Сара решила думать дальше, и в голове появилась страшная мысль. А что, если Сара – неродная дочь Алекса? Может, он удочерил её?

Отогнав дурные мысли, Сара полезла на дно коробки – возможно, фотографии её матери были в других фотоальбомах. И тут Сара наткнулась на какую-то шкатулку. Она была большой, размером с две ладони. По бокам её украшали драгоценные камни и минералы, а на крышке, будто гвоздём, было выцарапано слово «Актея». И Сара вспомнила... Так звали её мать.

С огромным воодушевлением Сара раскрыла шкатулку в надежде увидеть фотографию мамы, но шкатулка вся до краёв оказалась заполнена землёй, на которой лежала пожелтевшая от старости записка: «Полей меня».

Даже не успев подумать о том, что это за шкатулка, Сара уже спустилась за бутылкой и, набрав воды, вернулась на чердак и полила землю. Её распирало от любопытства: что теперь произойдёт? Долго ждать не пришлось: спустя всего пару минут из земли вылез маленький зелёный росток. Он рос очень быстро, будто под действием какого-то экспериментального аппарата, и через несколько секунд росток превратился в стебель взрослого растения. Затем появился бутон, как у тюльпана. И тут произошло что-то совсем непонятное – вместо того, чтобы распуститься, бутон начал увеличиваться. Он становился всё больше и больше, сначала размером с человеческий кулак, а затем и со всю руку! Сара опешила от негодования: ей казалось, что это всё сон и она вот-вот должна проснуться, но, ущипнув себя, Сара поняла, что всё это – реальность.

Внезапно раздался треск – это сломался стебель.

Бутон перекатился из шкатулки на пол и, качаясь из стороны в сторону, словно игрушка-неваляшка, продолжал расти. Когда бутон достиг потолка, лепестки цветка слегка приоткрылись, и из бутона фонтанчиком пошла вода.

– Что происходит? – испугалась Сара, поднимаясь на ноги, чтобы не намокнуть, но вода продолжала интенсивно литься.

Сара хотела завернуть лепестки цветка обратно, чтобы предотвратить течь, но стоило ей прикоснуться к бутону, в её глаза ударила яркая вспышка. На секунду Сара ослепла, а голова чуть не раскололась надвое. Неожиданно ноги Сары словно отнялись – она перестала чувствовать землю под ногами. Затем Сара почувствовала, будто её кожу что-то обтекает. Когда Сара наконец смогла проморгаться и открыла глаза, то с ужасом поняла – вокруг неё была одна вода. Нет, это был вовсе не затопленный чердак! Она находилась посреди океана, на глубине десяти метров. Не задумываясь, Сара рыбкой поплыла наверх, – в детстве Сара была чемпионкой по плаванию в своём городе, и, видимо, она не потеряла этот навык за долгие годы.

Сара никак не могла понять, как оказалась здесь. Это было нечто паранормальное, что трудно поддаётся логике.

Всплыв на поверхность океана, Сара наконец сделала глоток свежего воздуха и только сейчас осознала, что плыла под водой, не задержав дыхание.

За спиной Сары раздались чьи-то реплики – восторженные и испуганные.

– Человек! Человек за бортом! – завопил один женский голос. – Несите спасательный круг!

– О Боже! – загорланил другой голос. – Это же земная девушка! Утопите её, пока она нас не убила!

Сара повернулась лицом к кричащим. Метрах в пятнадцати от неё проплывал гигантский парусный корабль. С верхней палубы, облокотившись на перила, на Сару смотрели две девушки. На вид им было не больше двадцати пяти. Обе девушки выглядели симпатичными, с большими, в пять копеек, глазами и бирюзовыми волосами. Одеты они были совсем по-летнему – в бикини и полупрозрачные пляжные юбки оранжевого, с плавным переходом в синий, цвета, а все украшения на них – серьги, бусы, браслеты – оказались из натурального жемчуга.

– Актея! – вновь во всё горло заорала вторая девушка. – У нас непрошенные гости!

– Это ещё кто? – к краю палубы подошла ещё одна девушка и посмотрела на Сару. – Человек? Не может быть!

Она прыгнула через борт в воду и ловко подплыла к Саре.

– Слушай меня внимательно, – резко обратилась к ней девушка. – Я не знаю, как и зачем ты сюда попала, но тебе лучше здесь не оставаться. Многие из наших не любят людей, некоторые даже считают их демонами... Так что возвращайся домой, пока тебя не убили!

Сара молчала, прикусив губу, а затем робко выдала:

– Актея? – спросила она.

– Мы знакомы? – удивилась девушка, наклонив голову на бок. Она сощурила глаза, чтобы внимательнее вглядеться в Сару, но, так и не признав в ней знакомую, сказала: – Извини, но я не могу тебя вспомнить...

Кожа Сары покрылась мурашками, глаза наполнились слезами.

– Я – Сара, – задыхаясь от волнения, проговорила она. – Я... твоя дочь...

От удивления у Актеи отвисла челюсть, а её волосы цвета морской волны встали дыбом. Она ещё некоторое время пребывала в таком ошарашенном состоянии, прежде чем смогла вновь говорить.

– Сара... – не веря своим глазам, повторяла она. – Сара...

Актея заплакала от счастья и с силой обняла дочь. Сара тоже не смогла сдержать слёзы.

– Как же я тебя не узнала, – винила себя Актея, всматриваясь в лицо дочери. – Я всегда думала, будто смогу понять, что ты – моя дочь, как только тебя увижу... Видимо, ошиблась...

– Ты не видела меня больше тридцати лет, – утешала её Сара.

– Это не оправдание, – горько произнесла Актея. – К тому же, Софи предупреждала меня, что вскоре мы должны встретиться... Я даже дала ей специальную шкатулку, чтобы у тебя не возникло проблем с переходом в Воды нереид... Но это было так давно – почти четырнадцать лет назад... Я даже перестала надеяться, что ты действительно ко мне придёшь...

– Софи? – нахмурилась Сара. – Ты виделась с бабушкой?

– Разве она тебе ещё ничего не рассказала? – удивилась Актея. – Скорее всего, она боится, что время ещё не подошло...

– Но бабушка Софи умерла! – вскрикнула Сара. – Наверное, вскоре после вашей встречи.

– Очень сильно в этом сомневаюсь, – ухмыльнулась Актея. – Впрочем, это её проблемы. А я теперь должна выполнить свою часть договора... Мне нужно кое-что тебе показать, но для этого нам придётся спуститься на самое дно. И нужно сделать это побыстрее, чтобы нас заметило как можно меньше других нереид, – с опаской произнесла Актея, оглядываясь назад – те две девушки, удобно расположившись, поставив локти на борт и подперев обеими руками подбородки, с интересом наблюдали и пытались подслушать разговор Актеи и Сары. – Не волнуйся, Воды нереид наполнены кислородом. Когда кончится кислород в лёгких... дыши водой! – и она улыбнулась белоснежной улыбкой.

Сара хотела задать маме те вопросы, которые её сейчас так волновали. Но Актея уже задержала дыхание и нырнула под воду. Саре не оставалась ничего делать, кроме как последовать за ней.

Чем глубже они погружались, тем красивее казался ей здешний подводный мир. Сара с любопытством смотрела вокруг: разнообразные рыбы, каких она не видела на Земле, проплывали мимо больших кораллов и полипов, а длинные разноцветные водоросли – зелёные и жёлтые, багровые с поперечными тёмными полосами, фиолетовые с бежевыми витиеватыми прожилками, синие с перламутровыми вкраплениями – извивались во все стороны, подобно гимнастическим лентам.

Посмотрев по сторонам Сара заметила, что в паре километров от пустынного поля, к которому нацелилась Актея, располагался настоящий подводный город: вдоль улочек, выложенных керамическими плитками, и дорог, устланных крупной галькой, находились двухэтажные дома, сделанные из мрамора и украшенные золотыми статуями. Арки, служившие входом для многих зданий, искусно вырезанные перила лестниц и фонарные столбы обвивали, словно змеи, ярко-зелёные водоросли. Между домами росли высокие кораллы, напоминающие по форме перья, заменяющие здесь деревья. Кораллы поменьше – низкорослые, с округлой фигурой – походили на кустарники.

Все здания располагались вокруг овальной площади, в центре которой красовался трёхэтажный фонтан, отделанный золотом. Сара подивилась тому, что в океане струилась вода. Наверное, в этом мире были свои законы физики.

Сара не могла оторвать глаз от открывающимся перед ней морским пейзажем, но вдруг в височной области она почувствовала резкую боль, будто кто-то, бесшумно подкравшись сзади, ударил её по голове. На самом же деле на неё действовало сильное давление – она находилась слишком глубоко под водой. Без специального снаряжения на такой глубине человек долго продержаться не мог.

Испугавшись, Сара в панике стала дёргать Актею за руку, но девушка только сказала, что они почти достигли дна и чтобы Сара не открывала рот, иначе вода затечёт ей в лёгкие.

Но этого Сара уже не слышала – она медленно теряла сознание. Последнее, что ей довелось увидеть, – это как неожиданно вспыхнул яркий свет, а затем появилась знакомая фигура девочки с розовыми волосами...

***

Очнувшись, Сара громко откашлялась, и у неё изо рта вытекла вода.

Прежде всего Сара схватилась за голову – боль до сих пор не ушла. Придя в чувства, она наконец открыла глаза и узнала интерьер собственной гостиной. Над ней, склонившись, сидел Том, скрестивший руки на груди Сары – он делал супруге массаж сердца. Рядом с ним стояли встревоженный Алекс и промокшая на сквозь Эльмия.

– Что случилось? – охрипшим голосом спросила Сара – в горле всё ещё першило. – Она хотела меня убить?

На неё тут же посмотрели шесть удивлённых глаз.

– Мы думали, ты нам расскажешь, – обеспокоенно произнёс Том, помогая ей подняться. – Ты помнишь, что сегодня произошло?

– Смутно, – ответила Сара, вставая, и приложила пальцы к вискам. – Голова ужасно болит.

– Пойду сделаю горячего чая, – засуетился Алекс и ушёл на кухню.

– Что это с ним? – спросила Сара, провожая отца взглядом.

– Волнуется, конечно же, – фыркнул Том. – Ты полчаса лежала без сознания, мы даже стали думать...

Сара прилегла на диван. Через минуту Алекс принёс чашку горячего чая и горсть печенья на подносе.

– Так что же произошло? – поинтересовалась Эльмия, пристраиваясь к маме поближе. Сара обняла девочку одной рукой и, сделав обжигающий глоток, рассказала всё, что помнила:

– Мне было скучно, и я решила убраться на чердаке, – тихо начала Сара. – Там было несколько коробок с вещами, и в одной из них я нашла шкатулку. Но вместо драгоценностей в ней находилась почва, а ещё записка: «Полей меня». Я и полила... И тогда из земли вылез цветок, сначала маленький, но потом он начал расти. В итоге бутон цветка дорос до потолка, и из него полилась вода... Я коснулась бутона и каким-то образом перенеслась в океан. Когда я выплыла на поверхность, увидела огромный парусник. На нём было несколько девушек, и одна из них, увидев меня, подплыла ко мне. Сначала она велела мне вернуться туда, откуда я взялась, а потом... Оказалось, что она моя мама.

Руки предательски задрожали, выдавая волнение. Сара сделала новый глоток чая.

Алекс громко сглотнул.

– Ох, Сара... – тяжко вздохнул он. – Я должен был рассказать тебе об этом раньше, но боялся, что ты не сможешь принять всё за правду... Но теперь бояться нечего... Видишь ли, твоя мать – Актея, она не человек. Она – нереида.

– Это морские нимфы? – припомнила Эльмия прочитанные мифологические книги. Древние легенды всегда завораживали девочку наравне с фантастикой.

– Именно, – ответил Алекс. – Но реальность несколько отличается от мифа. Все нереиды – сёстры, поэтому внешне они очень похожи. Когда-то нереид считали божьими существами, восхваляли их, а потом... Потом люди стали обзывать их нечистью, устроили на них охоту, ловили в сети и рубили головы... Поэтому нереиды больше не могли оставаться среди людей. Их отец, Нерей, знал некоторые тайны мироздания, благодаря чему смог создать новый мир – Воды нереид – куда он переместился вместе со всеми своими дочерьми. Однако нереиды не могли оставить свою земную миссию – когда-то они поклялись, что будут всегда охранять подводный мир Земли. Связавшись с людьми других миров, Нерей добыл специальное зеркало, с помощью которого мог следить за морями родной планеты. Это зеркало обладало интересной способностью – показывать каждое морское существо или даже человека, попавшего в большую беду – пусть люди и возненавидели нереид, их сердца не охладели.

– Я, кажется, поняла, как ты познакомился с... мамой, – задумчиво произнесла Сара.

– Может быть, я рассказывал тебе, когда ты была маленькой, – пожал плечами Алекс. – Я хорошо помню тот день. Мне тогда было двадцать пять лет. На улице стояло душное лето, солнце грело с такой силой, что мозги плавились. Чтобы хоть как-то спрятаться от жары, мои друзья предложили мне искупаться в озере, неподалёку от города. Мне пришлось согласиться только из-за компании, так как сам плавать я не умел... Но друзья об этом не знали, поэтому то и дело пытались затащить меня в озеро. В итоге я сдался и полез в воду, думал, залезу чуть-чуть, постою на дне и вылезу. А оказалось, что там два шага – и уже глубина метров десять. Вот я и начал тонуть... Никто из друзей даже не решился меня спасать – затрусили не меньше моего. И когда я уже погрузился на достаточную глубину, вокруг всё забурлило, озарилось яркой вспышкой, и неизвестно откуда выплыла девушка... Молодая, красивая, с волосами цвета морской волны, – сладким голосом проговорил Алекс, поддавшись чудесным воспоминаниям. – Правда, я тогда решил, будто к ней на голову водоросли прилипли... Но это было неважно, главное то, что она меня спасла: подхватила подмышки и вытащила на берег. Она сказала, что плавала у противоположного берега, когда увидела, как я тону. Мне тогда даже странным не показалось, что она всё озеро проплыла за несколько секунд... А потом мы с ней познакомились, она представилась Актеей и предложила встретиться на следующий день, на этом же месте. И постепенно мы с ней начали встречаться... Одно мне казалось странным – все встречи она назначала около озера, и только пару раз мне удалось вытащить её в город... А потом Актея призналась, что она – нереида. Рассказала, что, когда я начал тонуть, она увидела мой образ в каком-то Всевидящем Оке... Призналась, что влюбилась в меня, несмотря на запрет водиться нереидам с людьми, а уж тем более строить с ними отношения. Я сначала подумал, что она хочет со мною расстаться, но она привела доказательство – доплыла до середины озера, где глубина достигала уже около пятидесяти метров, и нырнула, а через несколько минут, когда я уже весь извёлся от волнения, она выплыла, держа в руке ракушки и камушки со дна. И я ей сразу поверил.

– Но если вы тогда расстались, – недоумевала Сара, – то как появилась я?

– Я к этому и веду, – пояснил Алекс. – В этот же день Актея объяснила, почему она решила положить конец нашим отношениям именно сейчас – она оказалась беременной. К счастью, беременность у нереид проходит быстро и незаметно, поэтому ты появилась уже через полгода. Она оставила тебя перед дверью с просьбой назвать тебя Сарой. И с тех пор я больше о ней не слышал...

– Сара, но что же всё-таки произошло дальше? – Том заинтересованно изогнул правую бровь.

– Актея... то есть мама сказала, что ту шкатулку она передала мне через бабушку Софи, чтобы я смогла с ней потом связаться...

– Но при чём тут твоя бабушка? – непонимающе махнул головой Том.

– Она заключила с мамой какой-то договор, – пояснила Сара, – согласно которому Актея должна была показать мне что-то на дне, но... Я не верю в это! – неожиданно выкрикнула она. – Если она моя мама, то должна была знать, что я – человек, пускай и наполовину! Она знала, что от сильного давления под водой я потеряю сознание раньше, чем смогу добраться до дна!

– Не неси чепухи, Сара! – грозно прикрикнул Алекс. – Что ты хочешь этим сказать?

– Я уже сказала, – ответила Сара. – В самом начале. Она хотела меня убить!

– Она твоя мать! – разделяя слова на слоги, почти крича, проговорил Алекс и ударил кулаком по столу.

– Но ты сам вдумайся! – велела ему Сара.

Алекс шумно выдохнул, выпуская весь свой гнев наружу.

– Не могу поверить! – запротестовал Алекс. – Пускай Актея ни разу не видела тебя после твоего рождения, она любила тебя, как любая мать любит свою дочь.

– Ты же сам сказал, что нереидам нельзя общаться с людьми! – Сара настойчиво отстаивала свою точку зрения. – Что же тут про детей говорить? Она просто хотела от меня избавиться!

– Если бы она бы хотела тебя убить, то почему бы не сделала это сразу, как только ты появилась на свет? – пытался образумить дочку Алекс.

– Может, тогда о её беременности никто не знал, – Сара продолжала гнуть свою правду. – Но сегодня меня увидели две нереиды. Они наверняка слышали мой разговор с Актеей, поняли, что я – её дочь. Они были свидетельницами! Могли рассказать... своему главному... и Актею бы наказали. А если бы она убила меня, то все обвинения могли бы и снять...

Алекс вновь хотел возразить, чтобы защитить любовь всей своей жизни, но никаких аргументов у него не было. Слова Сары казались очень правдоподобными.

– А мне вот что ещё интересно, – подозрительно прищурившись, загадочным голосом произнесла Сара. – Эльмия, как ты меня спасла?

Этого вопроса Эльмия уже давно ждала, но никак не была к нему готова.

– Мне с начала всё рассказать? – уточнила Эльмия.

– Пожалуй, – бесстрастно ответила Сара.

– В общем, я пришла со школы домой и сообщила, что вернулась, но мне никто не ответил, – начала Эльмия. – Когда я разделась, решила сразу же пойти к себе в комнату. Но когда я подошла к лестнице, то увидела, как по порожкам со второго этажа стекает вода. Я быстро побежала наверх и заметила, что вода течёт с чердака. Поднявшись, я увидела, что в центре чердака стоит огромный бутон цветка, из которого и лилась вода. Я только дотронулась до бутона, как вдруг меня ослепила яркая вспышка. Когда свет погас, я открыла глаза и поняла, что нахожусь посреди океана.

– То же произошло и со мной, – вставила Сара. – Извини, что перебила... Продолжай.

– Оглядевшись по сторонам, я увидела, как в нескольких метрах от меня плывёт какая-то девушка. Это была Актея. Мама была уже без сознания, поэтому Актея тащила её за руку... Увидев это, я испугалась, что она хочет утопить маму, поэтому я подплыла к ней и...

Она замолкла в нерешительности – говорить правду или нет?

– И что же ты сделала? – нетерпеливо спросил Том.

– Я её отбросила, а маму обняла за талию и телепортировалась обратно домой, после чего позвонила папе и дедуле, сообщив, что произошло, – Эльмия это проговорила очень быстро, на одном дыхании, как скороговорку, надеясь, что так взрослые не особо разберутся в её словах. Но она ошиблась.

– Как ты её отбросила? – удивилась Сара. – И что значит «телепортировалась»? Как ты вообще могла это сделать, если бутон остался на чердаке?

Эльмия обречённо вздохнула: ей так и так придётся рассказать правду.

– Я не хотела вам этого говорить, – скрепя сердце сказала Эльмия. – Но рано или поздно мне всё равно бы пришлось об этом рассказать... В общем, я обладаю магическими способностями.

Ошеломлённые Сара, Том и Алекс обменялись обескураженными взглядами.

– И давно они у тебя? – поинтересовался Том.

– С моего последнего Дня рождения, – ответила Эльмия. – Помните, когда я подняла салфетницу в воздух?

– Но Клео сказала, что стёрла у тебя это из памяти! – никак не могла разобраться Сара.

– Я знаю... – проговорила Эльмия. – Вы должны были думать, что Клео проводит со мной какие-то психологические беседы, но на самом деле она помогала разобраться с моими способностями.

– Совсем ничего не понимаю, – взялся за голову Алекс. – Откуда Клео знала, как в них разобраться?

– Потому что она – не человек, – призналась девочка. – Она – тень, прибывшая на Землю из другого мира. Она обучила меня азам, помогла заточить всю мою энергию в это кольцо, – она показала палец с перстнем, который подарил ей Алекс, – с помощью чего я смогла контролировать мощность своих способностей... А потом она ушла, сказав, что рядом с ней мне опасно находиться.

Эльмия не стала рассказывать о том, что знает о своём удочерении и о том, что через несколько месяцев ей придётся попрощаться с жизнью ради спасения мира, чтобы никого не расстраивать ещё сильнее. А может, она ещё успеет найти способ выжить? Тогда тем более незачем разводить преждевременную панику.

– Ну и ладно! – Сара облегчённо выдохнула и натянула улыбку. В это время она думала о том, что произойдёт через полгода, когда «Солнце коснётся Земли», но внешне пыталась скрыть свою тревогу.

– А как твои успехи в школе? – поинтересовался Алекс. Его посещали те же мысли, что и Сару, но он не хотел даже думать о грядущем дне.

Эльмия усмехнулась:

– Там много интересного...

– Ну тогда прошу всех к чаю! – воскликнул Том и поманил всех на кухню.



Глава 8.


Маленькое путешествие

Оставшаяся неделя прошла довольно быстро. Эльмия уже привыкла к школе, хорошо познакомилась с учителями. С Сабриной и остальными девчонками из элиты Эльмия старалась встречаться как можно реже, исключительно на уроках. А вот с Кэти она быстро подружилась. За эти дни Эльмия разобралась в своей подруге: Кэти всегда была стеснительной и застенчивой тихоней, но, если первым пойти с ней на контакт, она, безусловно, захочет с тобой общаться. И тогда Кэти проявляла уже совершенно другие черты своего характера: оптимизм, доброту и упорность. Хотя иногда эта упорность была излишней и переходила в упёртость.

Вот и сейчас, как только прозвенел звонок с последнего урока, Кэти подбежала к Эльмии и, схватив подругу за запястье, куда-то её потащила.

– Ай! – вскрикнула Эльмия от боли – ногти Кэти впились ей в кожу. – Больно же!

– Извини, привычка у меня такая, – оправдалась подруга. – Но это действительно очень важно!

– Ты мне даже не сказала, куда мы идём! – возражала Эльмия.

– Мне срочно нужно познакомить тебя с одним человеком... А он не очень любит ждать, сидя на месте и ничего не делая.

Эльмия слегка изумилась: раньше она думала, что у Кэти в школе нет друзей, но, похоже, это не так.

Они поднялись на третий этаж и зашли в спортивный зал. Здесь было холодно и тихо, и только шум резинового мяча и его удары о баскетбольный щит говорили о присутствии человека.

Эльмия увидела парня – высокого, спортивного телосложения, на вид – четырнадцати-пятнадцати лет. У него были тёмно-каштановые волосы, причёска-полубокс.

Парень сделал последний бросок с центра площадки. Мяч перелетел ползала, ударился об угол квадрата щита и попал в кольцо. Эльмия восторженно захлопала в ладоши – она не знала, что в таком возрасте можно так хорошо играть, хотя игрой это и не было.

– Уже пришли? – парень обернулся, услышав аплодисменты.

– Кэти сказала, ты торопишься...

– Эм... – Кэти сощурилась, будто что-то испугалась. – Я немножко соврала... Просто не терпелось вас познакомить.

– Да-а, – подтвердил парень. – Кэти мне всю неделю про тебя рассказывала. Говорила, я обязан с тобой подружиться. Впрочем, я долго не упрямился, – и он очаровательно улыбнулся белоснежной улыбкой.

Парень подошёл к девушкам ближе.

– Я – Мэтт, брат этой, – он сделал кивок в сторону Кэти.

– Эй! – возмутилась она. – У меня, вообще-то, имя есть!

– А я – Эльмия, – не обращая внимания на капризы подруги, представилась девочка. – Хотя если Кэти про меня рассказывала, ты это уже знаешь.

Отчего-то Эльмии стало неловко. Она уже имела опыт знакомства, но никогда – с парнями. Тем более с такими симпатичными. Да, вблизи Мэтт оказался весьма красивым – у него были каштановые волосы, как у Кэти, но на несколько тонов темнее, тонкая линия губ, прямой нос и выразительные изумрудные глаза, блестящие и переливающиеся различными оттенками зелёного. А ещё – шрам на подбородке, не особо выделяющийся, но весьма заметный, который придавал парню более мужественный и храбрый вид.

– Да-а, ты права, – ехидно ответил Мэтт, почесав затылок. – Все уши прожужжала, да ещё и пыталась уговорить взять тебя с собой.

– С собой? – искренне удивилась Эльмия. – Это ещё куда?

– Ты что, ей ничего не рассказала? – парень снисходительно посмотрел на сестру. – Ты же сказала, что она сама попросилась!

– Ну... – Кэти попыталась невинно улыбнуться, но растерялась. – Я и тут немножко соврала...

– Когда же ты перестанешь врать-то?! – не выдержав, вскипел Мэтт. – Я тебе вообще скоро доверять не буду!

– Больно надо! – Кэти показала язык и, сложив руки на груди, повернулась к Мэтту спиной, давая понять, что обиделась и не намерена больше с ним разговаривать.

– Может, кто-нибудь мне объяснит, куда вы хотите меня взять? – громко спросила Эльмия. Её вопрос эхом отразился в пустых стенах спортивного зала.

Неожиданно Кэти повернулась спиной и к Эльмии, будто она тоже виновата в их семейной разборке. Эльмия поперхнулась от возмущения и чуть сама не наехала на подругу, но Мэтт её остановил, положив руку на плечо. От прикосновения девочка тут же успокоилась.

– Не обращай внимания, – фыркнул парень. – С ней часто подобные бзики случаются... Давай я пока тебе всё расскажу.

Неожиданно Мэтт взял Эльмию под руку и повёл её к зрительным трибунам.

– Каждый месяц, перед первым воскресеньем, мы всей семьёй – я, Кэти и наши родители – ездим за город. Там есть озеро, хорошее, чистое. Мы летом там всегда купаемся. С одной стороны озера чистое поле – там мы обычно устраиваем пикники, а с другой, где лес, есть невысокий горный склон. В нём когда-то образовалась пещера, достаточно тёплая. И вот каждую зиму мы ездим туда с ночёвкой... Вообще, это семейная традиция, но Кэти – она умеет хорошенько попросить – уломала и отца. Так что теперь нужно согласие твоих родителей и твоё личное – хочешь с нами ехать или нет. Первое воскресенье уже завтра, поэтому едем мы сегодня днём, часа через три. Если что, у нас есть запасной спальный мешок. Правда, он немного потрёпанный, так что ты на всякий случай ещё и одеяло возьми.

Эльмия, немного поразмыслив, ответила:

– В принципе, я не против... Я раньше никогда на природе не была, но не знаю, разрешит ли мама... – Она задумалась и кое-что сообразила: – Слушай, давай ты мне свой номер телефона дашь, а я, когда у мамы спрошу, тебе позвоню и дам окончательный ответ.

– Ну ладно, – Мэтт неопределённо дёрнул бровями. – Записывай.

Эльмия достала из кармана телефон, нажала кнопку «Добавить контакт», и Мэтт продиктовал свой номер.

– Кстати, всё время хотел спросить, – произнёс парень, вставая. – Мы случайно раньше нигде не встречались? А то лицо знакомое...

– Лицо или волосы? – ехидно переспросила Эльмия.

– Ну... волосы тоже, – не стал отпираться Мэтт.

– Мне кажется, я тоже тебя где-то видела, но не могу вспомнить, где именно...

– Я же тебе во вторник показывала его фотку, – раздался голос Кэти сбоку. Девочка прошла между рядами и села рядом с Эльмией. Как Мэтт и сказал, от обиды его сестры ни осталась и следа. – Она на стене почёта висит.

– Точно! – Эльмия стукнула себя по лбу. А она-то думала, что у неё абсолютная память. Видно, этой способностью она владеет не в совершенстве. – Но откуда тогда Мэтт меня знает? Или ты тоже меня фоткала и ему показывала?

– Да не, – усмехнувшись, ответил парень за сестру. – Тут что-то другое... Да ладно, не забивай голову.

– Нет, мне уже самой интересно, – сказала Кэти. – Вы что, ещё до меня знакомы были?

Эльмия решила, что с помощью своих способностей сможет прокрутить в памяти последние дни, чтобы вспомнить встречу с Мэттом.

– Вспомнить последнюю неделю, – шёпотом произнесла Эльмия.

И тут перед её глазами, как при обратной перемотке фильма, предстали все события, что девочка пережила за эти шесть дней. Она увидела всё: каждую мелочь, каждый разговор и даже сон. От такого, казалось бы, небольшого, но на самом деле просто огромного количества воспоминаний, голова Эльмии как будто раскололась надвое, в ушах стоял ужасный шум, будто бы она находилась рядом с колоколами в часовой башне, а из носа от сильного давления побежала кровь.

– Эльмия? – заметила состояние подруги Кэти. – Что с тобой?

– Всё нормально, – отмахнулась девочка, вытирая кровь рукавом. – Я... я вспомнила, где мы с тобой виделись. Мой первый день в школе. Я тогда была с мамой, а ты стоял с Сабриной, Вэнди и каким-то парнем... Ты ещё сказал, что я симпатичная, а потом подмигнул... А Сабрина на тебя кричала: «Вот придёт Рани, я ей всё расскажу», – после этих слов Эльмия впала в ступор. – Подожди... Рани – твоя девушка?

– Э-э... да, – коротко и беззаботно ответил Мэтт.

Воспользовавшись замешательством друзей, Кэти попыталась незаметно улизнуть, но у неё это не получилось.

– Кэти! Куда ты пошла?! – Эльмия повысила голос на подругу. – Почему ты мне этого не говорила?

– Я тебе рассказывала: на каждую девчонку из школьной элиты есть баскетболист, – оправдалась Кэти. – Или ты думаешь, что наша баскетбольная команда из ста человек состоит?

– Да... прости... – растерянно извинилась Эльмия. – Сама не знаю, что на меня нашло.

– Да всё же предельно просто, – широко улыбнулся Мэтт. – Ты же в меня влюбилась!

И парень засмеялся во весь голос. Эхо полупустого спортзала будто специально усиливало хохот.

– Заткнись! – велела Кэти брату, больно ударив его в бок. От неожиданности Мэтт согнулся пополам, но смеяться не перестал. – Не лезь в девчачьи дела, ты в них совсем ничего не понимаешь! Да и вообще, ты же сам её... эм... охмурил! А у тебя девушка есть, если ты не забыл!

Мэтт недовольно цокнул языком.

– Она для меня такая же девушка, как для тебя – пятёрка по физкультуре, – съязвил он. – Я имею в виду, что липовая. Или ты опять забыла, что она со мной встречаться стала, чтобы в элиту попасть, рыбья ты голова?

– Да ну тебя! Цуцик недотёпанный! – выругалась Кэти и ушла из спортзала.

– Никогда её не видела в таком состоянии, – грустно прокомментировала ситуацию Эльмия. – Не часто ли вы ругаетесь?

– Да мы с ней на дню по десять раз поссориться можем, так что не обращай внимания... Ладно, я, наверное, тоже пойду. Не пущу же я её в таком состоянии домой одну... Короче, не забудь позвонить, когда у мамы разрешения спросишь. Я всё-таки надеюсь, что тебя отпустят. Прикольная ты...

И он ушёл, оставив Эльмию наедине со своими мыслями.

Эльмия была в некотором заблуждении. Сейчас она переживала то чувство, что так часто описывалось в романах от первого лица, которые читала девочка. Но это чувство – любовь – не казалось ей прекрасным. Оно внушало страх. Эльмия действительно боялась, что смогла влюбиться, ведь ей было всего тринадцать лет... Она это понимала, но чувства оказались сильнее разума. И ей пришлось смириться.


***

– Ну ма-ам, – умоляюще выпрашивала разрешение на поездку Эльмия. – Ну пожа-алуйста!

– Я тебе ещё раз говорю – нет, – в который раз строго отвечала Сара. – Как ты можешь поехать с незнакомыми людьми? Да и ещё за город! С ночёвкой! В пещере!

– Они не незнакомцы, – обиделась за друзей девочка.

– Ты их знаешь всего неделю! К тому же, ты никогда раньше не выезжала за город. А вдруг с тобой что-то случится?

– Что за шум? – неожиданно раздался голос Тома за их спинами. Сегодня была суббота, поэтому у Тома был сокращённый рабочий день и он вернулся раньше.

– Эльмия хочет поехать со своей одноклассницей и её родителями за город, – возмущаясь, рассказала Сара на повышенных тонах. – Ночевать в пещере собираются!

– Ну и пускай едут, – усмехнулся Том.

Такого ответа Сара не ожидала.

– Спасибо, папуль! – Эльмия обняла отца и уже хотела бежать собирать вещи, но Сара её остановила.

– Стоять! – грозно прикрикнула она и обратилась к Тому: – Что значит «пускай едут»? Ты даже не знаешь, с кем её отпускаешь!

– Сара, ну сколько можно? – Том приложил пальцы к вискам, будто от их криков у него разболелась голова. – Ты всегда всё принимаешь близко к сердцу. Не стоит так волноваться. Пускай девочка отдохнёт с подругой. Или ты хочешь, чтобы она у тебя до двадцати годов за юбку держалась?

Сара, обдумывая решение, замолкла и через пару минут выдала:

– Ладно, можешь ехать, – нервно вздохнула она. – Но я буду звонить тебе каждый час! И попробуй мне хотя бы на один звонок не ответить, я тебя на улицу больше никогда не выпущу.

– Хорошо, – Эльмия довольно улыбнулась и убежала к себе в комнату. Она быстро набрала номер Мэтта и сообщила о согласии родителей.

– Отлично, – обрадовался парень. – Тогда мы через полтора часа подъедем к твоему дому. Ты где живёшь?

Эльмия продиктовала Мэтту свой адрес, а парень сказал ей, что нужно с собой взять. Девочка собрала старую походную сумку дедушки Алекса, положила туда одеяло, варежки, игральные карты, чтобы было не скучно, и тормозок: бутерброды и чай в термосе, которые уже успела приготовить Сара.

Наконец, раздался долгожданный дверной звонок, и Эльмия, прихватив с собой сумку, двумя шагами преодолела лестницу и уже оказалась внизу, но первой дверь открыла Сара.

– Кайл? – удивилась она. Эльмия, сама не понимая зачем, спряталась за стенкой и прислушалась. Скорее всего, она разговаривала с папой Мэтта и Кэти. – Ты что тут делаешь?

– Сара! Боже мой! – мужчина явно сильно обрадовался внезапной встрече. – А я думал, ты давно продала этот особняк... Я приехал за Эльмией. Она – твоя дочь? – спросил он почему-то тише.

– Угу, – кивнула Сара.

– Ты... – Кайлу трудно давались слова. – Ты... вылечилась?

– Нет, – грустно махнула головой Сара. – Она... приёмная.

– Мне очень жаль, что всё так получилось, – посочувствовал Кайл.

– Да ничего, – отмахнулась Сара. – Я уже привыкла к этой мысли... Сколько можно думать об одном. Всегда нужно идти вперёд!.. Эльмия! Ты идёшь или нет? Тебя люди ждут!

Услышав, как мама её зовёт, девочка ответила: «Бегу», – и сымитировала звук, будто она только что спустилась по лестнице.

– Так значит, она поедет с тобой, – облегчённо выдохнула Сара. – Ну, меньше поводов для беспокойства... Надеюсь, ты не будешь предлагать моей дочери поджигать сучья деревьев? Помню, как тебя за это моя бабушка отругала, – приятное воспоминание вызвала у неё счастливую улыбку.

– Слово инспектора Либершдатской полиции! – клятвенно произнёс Кайл, приложив средний и указательный пальцы правой руки к виску, как бы отдавая честь. – Но костёр-то нам всё равно придётся разжигать.

По реакции Сары можно было понять, что она не знала о службе своего старого друга, ведь очень долго с ним не общалась. Ей хотелось бы побольше разузнать о новой жизни Кайла, но Эльмия уже вышла из-за угла.

– Здравствуйте... эм... – девочка хотела поздороваться, но только сейчас поняла, что не знает, как обратиться к мужчине.

– Можешь звать меня мистером Роннелом, – подсказал ей Кайл.

– Здравствуйте, мистер Роннел, – исправилась девочка, натягивая шапку.

Одевшись до конца, Эльмия накинула лямки дорожной сумки на плечи.

– Телефон не забыла? – решила удостовериться Сара.

– Нет, не забыла, – ответила ей Эльмия и поцеловала маму в щёку. – Пока, – попрощалась она и прошла за мистером Роннелом к чёрному джипу.


***

Дорога заняла совсем немного времени, не больше пятнадцати минут.

Приехав на место, Роннелы и Эльмия начали разгружаться – доставать из багажника машины огромные дорожные сумки. Кэти же первым делом расчехлила свой фотоаппарат и сделала несколько фотографий зимнего пейзажа.

– Потом на снегу наши следы появятся, – поясняла она для Эльмии, которая была не очень довольна, что её подруга отлынивает от работы, – и природа уже не будет казаться такой девственной.

Эльмия только пожимала плечами, мол, ты фотограф, тебе виднее, но, когда Кэти сделала несколько хороших снимков, подруга всё-таки заставила и её водрузить на себя рюкзак.

После этого все: Кайл со своей супругой Амандой, их дети, Кэти и Мэтт, и Эльмия, замыкающая шествие, – направились за главой семейства Роннелов. Путь выдался нелёгким – любые признаки тропы сейчас находились под метровым слоем снега, поэтому каждый шаг давался с трудом – нога тут же погружалась в сугроб до колена.

– И вы так каждую зиму ходите? – Эльмия пыталась перекричать знойный ветер. Крупные снежинки залетали ей в рот и тут же таяли.

– Ну конечно! – бодро отвечала Аманда. – Это тебе с первого раза непривычно. А потом, когда уже привыкаешь, даже почаще сюда приезжать хочется.

– А иногда мы здесь и на лыжах катаемся, – подхватил мамин настрой Мэтт. – Жалко, сегодня погода не вышла.

Неожиданно мистер Роннел остановился.

– Здесь должно начинаться озеро, – поразмыслил он вслух. – Лёд достаточно толстый, но на всякий случай лучше идти подальше друг от друга.

Наконец, через десять минут ходьбы, которые для Эльмии показались часом, они достигли своей цели – пещерного углубления в огромной заснеженной скале.

– А не боитесь, что может случиться обвал? – с опаской, спросила Эльмия.

Этот вопрос явно обескуражил Кэти – это было ясно по её внезапно изменившемуся лицу, но мистер Роннел объяснил, что обвалы для их местности маловероятны.

Пещера оказалась неглубокой, но с высоким потолком. Внутри оказалось сухо и уютно, только острые сталактиты, свисающие вниз, наводили страх. А вдруг один из них упадёт на кого-нибудь во сне? Но и тут мистер Роннел успокоил, сказав, что для спальных мешков заготовлено специальное место, над которыми сталактитов нет.

Уютно расположившись, все начали разгружать свои рюкзаки, вынимая спальные мешки, угли для костра, походный твердотопливный котёл, металлическую посуду и еду.

– Мэтт, сходи за хворостом для костра, – велел парню Кайл.

– А можно я с ним? – неожиданно спросила Эльмия. – Мне хочется чем-то вам помочь...

– Ты можешь помочь мне, – ответила Аманда.

– Но я хочу походить по лесу! – возразила девочка. – Я раньше никогда не была на природе.

Кайл неоднозначно приподнял брови.

– Ну тогда и Кэти с собой возьмите, что ли... – произнёс он. – Не сидеть же ей здесь одной.

Как ни странно, Кэти возражать не стала, наоборот, она с удовольствием приняла это предложение.

На улице уже смеркалось, – на часах было около семи часов, медленно крадясь подступала ночь. Сильная вьюга прекратилась, и лёгкие снежинки непринуждённо падали в сугробы, сливаясь с остальными. Кэти любила такую пору – на фотографиях со вспышкой снег искрился различными оттенками – от ярко-жёлтого до фиолетового.

Как только Эльмия вышла на улицу, ей позвонила Сара. Сказав маме, что всё хорошо, Эльмия с друзьями пошла дальше.

Лес начинался через пару метров от пещеры. В основном здесь росли старые ели и сосны, поэтому сухие сучья деревьев уже лежали на снегу.

Когда Кэти надоело снимать пейзажи, которые стали казаться ей довольно одинаковыми, она принялась фотографировать Мэтта и Эльмию.

– А ну-ка, голубки, улыбнитесь, – шутила она.

– Это кто тут голубки? – возмутился Мэтт. – Сама же сказала, что у меня девушка есть.

– Оу-у, а покраснели-то как! – смеялась Кэти. – Да ты и сам говорил, что ваши отношения лишь на публику.

– Да-а, – протянул Мэтт, не зная, что ответить в оправдание.

Наконец, Кэти надоело фотографировать всё подряд, и она решила помочь друзьям собрать хворост. Но тут внезапно что-то хрустнуло, и ребята вздрогнули от неожиданности. Было слышно, как кто-то за их спинами пытался подкрасться к детям, но скрипучий снег выдавал его приближение.

– В этом лесу есть дикие звери? – боязливо спросила Эльмия.

– Нет, – твёрдо ответил Мэтт. – Разве что ёжики да белки.

Скорее всего, это была шутка, может быть, даже смешная, но в такой ситуации она не вызывала даже улыбки.

Хруст становился ближе – кто-то был уже совсем близко.

– Вы что стоите? – дрожащим голосом спросила Кэти. – Фильмы ужасов не смотрели? Ждёте, пока на вас нападут?

– Кэти права, – подтвердил слова сестры Мэтт. – Нужно линять отсюда. Мало ли...

Ребята быстрым шагом направились к пещере, но хруст за их спинами не утихал. И вдруг, как гром среди ясного неба, послышалось злобное рычание зверя.

– Бежим! – наконец скомандовал Мэтт, бросив собранный хворост в снег.

Схватив девочек за руки, он ломанулся вперёд, преодолевая снежные сугробы и поваленные стволы деревьев. Топот мощных лап и грозное рычание становились всё громче, а значит, и ближе.

Страх овладел Эльмией с ног до головы, но её любопытство, как всегда было сильнее, поэтому девочка обернулась. Она ожидала увидеть кого угодно – медведя, кабана, волка или даже сказочного йети, но не его.

За ними гнался снежный барс.

Сверкали бешеные жёлтые глаза, торчали из широкой пасти острые клыки, а язык высунулся наружу, предвкушая вкус скорой добычи.

Стоило Эльмии заметить барса, зверь тут же согнул задние лапы и совершил прыжок. Предчувствуя возможную скорую гибель, Эльмия не могла продолжать бездействовать. Не сбавляя скорости, Эльмия вырвала ладонь из руки Мэтта и, повернувшись, вытянула её вперёд.

– Атака! – громко крикнула она.

Из ладони Эльмии вырвался бледно-розовый луч. Он попал прямо в живот барса. От сильного удара зверь упал на снег. На месте попадания луча у него подгорела шерсть.

Кэти и Мэтт впали в ступор.

– Потом всё объясню! – пообещала им Эльмия. – А сейчас бежим, пока он не очнулся!

Выбежав из леса, ребята наконец смогли отдышаться.

– Ну давай, расскажи нам, что было в лесу?! – настойчиво произнёс Мэтт.

Эльмия вздохнула – шумно и обречённо.

– В общем... – неуверенно начала Эльмия, – я не совсем человек. Вернее, совсем не человек, – исправилась девочка и цокнула языком. – Я не знаю, кто мои настоящие родители, но, кажется, они были из другого мира, а меня перенесли сюда...

– Они кинули тебя? – сочувствующе спросила Кэти. Видимо, эта новость тревожила девочку больше, чем внеземное происхождение подруги.

– Нет, – заступилась Эльмия. – Понимаете... Очень скоро, через несколько месяцев, произойдёт кое-что страшное, из-за чего наша планета, Земля, может погибнуть. А я – единственная, кто может это исправить.

– Ты прям супергероиня, только без плаща, – вновь попытался пошутить Мэтт, хотя по озабоченному выражению его лица было понятно – вся эта ситуация его угнетала.

Эльмия опять тяжело вздохнула. Как же это было трудно – объясняться друзьям. Ведь нужно ещё и подобрать слова, чтобы её не сочли за сумасшедшую или инопланетянку, чтобы не отвернулись, не перестали считать подругой. Однако Мэтт явно уже изменил своё отношение – усомнился, можно ли после этого дружить с ней? Парень даже опустил глаза, чтобы не смотреть на Эльмию, не выдать взглядом появившееся недоверие.

– Мэтт, – робко произнесла Эльмия, положив ладонь на колено парню. – Я не хочу, чтобы мои способности стали стеной между нами. Мне бы очень хотелось иметь такого друга, как ты...

Задумавшись, Мэтт прикусил щеку.

– Братишка, мы с тобой точно родные? – пыталась разрядить мрачную обстановку Кэти. – Иметь магические способности – это же о-го-го как круто! А иметь лучшую подругу с этими способностями, в каком-то смысле, даже лучше!

Мэтт, будто игнорируя сестру, некоторое время ещё обдумывал решение, после чего твёрдо заявил:

– Ладно, – и добавил: – Но ты обязана нам рассказать абсолютно всё.

– Да я ведь и так начала всё рассказывать! – недовольно фыркнула Эльмия.

– Не обращай на него внимания, – Кэти махнула на брата рукой. – С ним часто такие бзики случаются.

Эльмия невольно рассмеялась, ведь Кэти передразнила брата, повторив точь-в-точь его слова, которые он сказал про неё в спортзале. И даже сам Мэтт, поняв это, не смог не усмехнуться.

– Значит, не такая у тебя и рыбья память, – ухмыляясь, заметил парень.

Ребята дружно прыснули со смеху, особенно громко, неприятным смехом гиены, заливалась Кэти.

– Так ты расскажешь про себя? – успокоившись, напомнил Мэтт.

Эльмия согласно кивнула.

– Так вот... – продолжила девочка. – Мне кажется, что меня перенесли в этот мир, на Землю, когда я только родилась. И меня нашли Том и Сара, которые стали воспитывать меня, как родную дочь. Они дали мне всё – любовь, заботу, образование... Но родители никогда не разрешали выходить мне на улицу, говорили, что там опасно. На самом же деле они боялись, что меня будут дразнить, обзывать не такой, как все – из-за глаз и волос, – Эльмия накрутила прядь на палец.

– Подожди, – вновь перебила её Кэти. – С волосами всё понятно... А при чём тут глаза?

Эльмия нервно прикусила губу и, собравшись с духом, аккуратно вынула линзы. На Кэти и Мэтта смотрели два абсолютно белых глаза.

– Оу-у, – только и смогла вымолвить потрясённая Кэти.

Эльмия быстро надела линзы обратно.

– А потом мне исполнилось тринадцать лет, и вся моя жизнь перевернулась кверху ногами... Всё случилось внезапно, просто... Я смогла поднять кое-что в воздух... Это получилось случайно! Но всё произошло так неожиданно и быстро, что все: родители, дедушка и я – были в шоке. Папа сказал, что мне это померещилось, даже вызвал врача... Но Клео – та самая врач – объяснила мне, что это было взаправду. Она поведала мне, что и сама прибыла из другого мира... Клео рассказала мне всю правду: и про моих настоящих родителей, и про мои способности, и про гибель Земли... – Эльмия шумно вздохнула, её глаза вдруг наполнились слезами. – Она сказала, что я смогу спасти планету, но... за это мне придётся умереть самой... Сначала я не видела в этом ничего плохого, думала, что поступлю благородно, все запомнят меня, как героя, люди будут складывать обо мне легенды... Но теперь... когда я каждый день хожу на улицу, когда у меня есть школа, когда у меня появились друзья... Я не хочу! – неожиданно выкрикнула она, нарушая лесную тишину. – Я больше не хочу спасать этот мир! Пусть это и эгоистично, но лучше я умру вместе со всеми, чем одна... – на мгновение она замолкла и, всхлипнув, дополнила: – Когда-то я прочитала, что враги – это те люди, которые жаждут твоей смерти... Одни не хотят, чтобы я спасала мир, и поэтому мечтают меня убить. Другие хотят жить дальше, а значит, они тоже желают моей смерти... А раз так: весь мир – мой враг. А должна ли я спасать врагов?

Под конец речи Эльмия не выдержала и заплакала. Эти мысли уже целую неделю таились у неё в голове, но она пыталась не замечать их. А сейчас, произнеся их вслух, она не могла продолжать держаться. Клео говорила, что она должна быть сильной. Но Эльмия – всего лишь ребёнок. Но не все, наверное, это замечали.

– Успокойся, – Кэти пыталась утешить Эльмию, обняв её по-дружески. – Всё не может быть так плохо. Обязательно должно быть что-то ещё... Что сможет спасти и Землю, и тебя... Эта... эм... Клео, она ничего не говорила?

Эльмия опять всхлипнула. Она вытерла слёзы рукавом куртки – плакать на улице зимой было не очень-то удобно.

– Она что-то сказала про мамин кулон, – припомнила девочка. – Мол, это шанс спасти мою жизнь... Но на следующий день Клео попросила меня больше никогда с ней не связываться, типа мне дороже будет...

Эльмия горестно выдохнула, а Кэти вновь её обняла. За спиной Эльмии девочка, жестикулируя, что-то показывала Мэтту, дескать, что стоишь, давай помоги утешить.

Но это уже не понадобилось.

– Ладно, нам нужно скорее возвращаться в пещеру, – сказала Эльмия. – Мы уже давно должны были вернуться из леса... Наверняка, ваши родители нас давно ждут.

– Одна проблема, – стиснув зубы, произнёс Мэтт. – Мы же выкинули весь хворост, когда побежали от того зверя...

Ребята целую минуту обдумывали ситуацию – за короткое время им нужного количества хвороста не собрать. А возвращаться с пустыми руками было нельзя, ведь Кайл работал инспектором, а значит, сразу поймёт, что что-то случилось. Рассказывать взрослым о происшествии ни в коем случае нельзя – они вряд ли захотят вернуться сюда, узнав, что в лесу орудуют хищники. Это понимали все трое.

– Эльмия! – неожиданно громко произнесла Кэти, восторженная от пришедшей в голову гениальной мысли. – У тебя же магические способности! Ты можешь нам... ну, наколдовать хворост?

Эльмия пожала плечами – она никогда раньше не пробовала создавать предметы. Однако зачем нужно было создавать то, чего в лесу было полно?

Закрыв глаза, Эльмия представила, как энергия вырвалась из её кольца. Словно тонкие нити паутины, они разлетелись в разные части леса, подбирая на своём пути ветки деревьев, и возвращались назад. Всё это происходило так быстро, что уже через минуту перед ребятами лежала огромная куча хвороста.

– Ого, – удивилась Эльмия, открыв глаза. Она сама не ожидала такого результата – в воображении кучка была намного меньше.

– Берём кто сколько сможет, – дал команду Мэтт, беря в охапку почти половину кучи. Девочки разделили оставшийся хворост пополам.

– Так что потом случилось с этой Клео? – спросила Кэти по пути в пещеру. – Почему она просила тебя больше с ней не связываться?

– Я сама толком не поняла, – призналась Эльмия. – Сначала она обещала меня обучить всему, что умеет сама, а потом сказала, что рядом с ней мне угрожает опасность, но я и без неё смогу натренироваться. Единственное, в чём Клео мне действительно помогла, – она научила меня контролировать силу. Ведь сначала я случайно поднимала в воздух предметы, потом нечаянно подожгла комнату, а затем перевернула всё вверх дном и выбила все окна... Но Клео помогла заточить мне всю мою энергию в этом камне, – Эльмия показала кольцо на пальце. – И теперь я могу делать всё, что захочу, но при этом не устраивать катастрофу... А потом она со мной попрощалась... Правда, позже она встретилась с моими родителями и уговорила их устроить меня в школу. За это я ей очень благодарна.

– Но, если вся твоя энергия, то есть твоя... магия в этом кольце, – вдался в размышления Мэтт, – что произойдёт, если ты это кольцо, например, потеряешь? Или кто-то из тех, кто хочет тебя убить, отберёт его?

– Я никогда не думала об этом, – задумчиво протянула Эльмия. – Но, надеюсь, что этого никогда не произойдёт. А что?

– Просто, – нерешительно начал Мэтт. – А что, если Клео специально заставила заключить твою энергию в кольцо, чтобы потом украсть его и завладеть твоими способностями?

– Ты что?! – Эльмия обиделась за свою бывшую наставницу. – Пускай я и знала её всего два дня, но это не повод для подозрений. Да и если бы она хотела проделать такое, то сделала бы сразу. Зачем ей тянуть столько времени?

Мэтту не дала ответить трель телефона – Сара опять звонила Эльмии. Обмолвившись парой словечек и сказав, что всё хорошо, Эльмия попросила маму больше не звонить, потому как они уже собрались ложиться спать. Пусть это и было маленькой ложью, будет лучше, если Сара перестанет беспокоиться о дочери каждый час.

– Наконец-то объявились! – облегчённо выдохнула Аманда, когда ребята вошли в пещеру. – Мы уже волноваться начали... Что так долго?

– Прости, мам, – извинился Мэтт. – Мы просто увлеклись немного... Зато смотри, сколько хвороста набрали! На круглые сутки хватит. Не нужно в следующий раз ходить.

– Молодцы! – похвалил ребят Кайл. – Всё правильно сделали... Разложите на несколько кучек, пускай сохнет.

– Эльмия, – неожиданно обратилась к девочке Аманда. – У тебя всё лицо красное! Ты что, плакала? Что-то случилось?

– Эм... – девочка растерялась, не зная, что сказать. До этого ей никогда не приходилось лгать чужим родителям.

– Это я в неё случайно снежком зарядил, – нашёлся Мэтт.

– Мэтт! – грозно посетовал Кайл. – Как ты мог попасть девочке в лицо?!

– Ну я же сказал – случайно! – повторил в оправдание парень.

Спустя некоторое время, когда в пещере стало уже достаточно холодно, а на улицу опустилась тьма, мистер Роннел и Мэтт наконец-то зажгли костёр. Сначала хворост горел плохо – ветки ещё не успели высохнуть от снежной влаги, но потом огонь разошёлся. Когда от костра остались только угли, Кайл достал из рюкзака несколько рыб, завёрнутых в фольгу, и положил их на горящие угольки. Одновременно с тем Кэти повесила над кострищем котелок с водой для чая. Эльмия не стала говорить, что она взяла с собой бутерброды и термос. Она решила, что это испортит образовавшуюся в пещеру атмосферу.

Через полчаса ужин был готов. Аманда развернула рыбу, посолила её и раздала каждому по одной. Кэти и Эльмия разлили готовый чай по металлическим кружкам. Все расселись на своих спальных мешках и с огромным аппетитом принялись за еду. Каждый из них сегодня хорошо поработал, поэтому есть хотелось ужасно.

Раньше Эльмия никогда не любила рыбу, да и вообще морепродукты. Однако на этот раз она осталась довольна таким ужином.

После еды Мэтт заново развёл костёр. Все пятеро сели вокруг него и стали рассказывать друг другу страшные или интересные, юмористические истории – как выдуманные, так и реальные.

Почувствовав сонливость, Кайл и Аманда решили лечь спать.

– Допоздна не засиживайтесь, – велели они детям, залезая в спальные мешки.

Несколько минут ребята сидели молча, чтобы взрослые смогли заснуть, и только после того, как услышали их тихое сопение, заговорили заново.

– Что будем делать? – спросил Мэтт.

– Может, тоже ляжем спать? – нарочно зевая, предложила Кэти.

– У меня же есть карты! – вспомнила Эльмия.

Девочка достала из своего рюкзака карточную колоду, и началась игра. Чаще всего первой проигрывала Кэти. Только один раз ей удалось победить, но, возможно, ей просто поддались. А вот между Мэттом и Эльмией шёл настоящий бой. Они играли на равных, поэтому не раз между ними была ничья. Кто из них выиграл больше, узнать не удалось, потому что оба несколько раз сбивались со счёта.

Через полчаса игра ребятам наскучила, особенно вечно проигрывающей Кэти.

– Я уже спа-ать хочу! – пожаловалась девочка. – А ещё в животе бурчит, но у нас из еды больше ничего не осталось.

– У меня же бутерброды с собой есть! – обрадовала подругу Эльмия.

– Чего же ты сразу не сказала? – в голосе Кэти слышались нотки обиды. – Мы из-за тебя чай впустую пили!

– Без Эльмии ты бы до сих пор ныла, что хочешь есть! – Мэтт встал на сторону подруги. – Так что молчала бы.

От обиды Кэти привычно надула щёки и повернулась спиной. Но когда Эльмия зашуршала пакетом с бутербродами и открыла термос, она повернулась, как ни в чём не бывало.

После перекуса Эльмия предложила поиграть в бутылочку. Правда, никакой подходящей бутылки они не нашли, поэтому пришлось использовать термос.

– А на что играть будем? – оживилась Кэти. – Правда или ложь?

– Лучше на желание или секрет, – ответил Мэтт. – Так интереснее.

Ребята снова сели рядом с костром и начали игру. Мэтт чаще всего выбирал желание, потому что знал, что девчонки ничего страшного для него придумать не могут. Но когда термос останавливался на Кэти, ей крупно не везло. У девочки не было каких-то секретов – она их просто не могла хранить. А то, что просил делать Мэтт, казалось ей ужасным. Эльмия же делала умный выбор. Если термос вращал Мэтт, она выбирала секрет и рассказывала что-нибудь о своих способностях или каких-то случаях из детства. А когда термос вращала Кэти, Эльмия выбирала желание, зная, что подруга не может дать ей какое-то сложное или противное задание.

В конце концов Кэти устала так, что стала засыпать сидя. Она еле-еле смогла залезть в спальник, а когда залезла – моментально уснула мёртвым сном.

Мэтт и Эльмия решили посидеть ещё некоторое время. Несмотря на то, что девочка стала уже дрожать от холода, ей совершенно не хотелось лезть в тёплый спальник. Она мечтала, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.

– Тебе холодно? – заботливо спросил Мэтт, заметив продрогшую Эльмию. – Иди ко мне, – парень похлопал по месту рядом с собой.

Эльмия пересела на спальный мешок Мэтта. Парень обнял её, и девочка почувствовала его тепло. Ребята сидели вдвоём, обнявшись, и, ничего не говоря, смотрели на горящий костёр.

– Можно я спрошу у тебя ещё один секрет? – неожиданно произнёс Мэтт шёпотом, в самое ухо Эльмии. От его голоса у девочки по всей коже пробежала приятная дрожь.

– Ну, давай, – согласилась она.

– Скажи... – парень сделал паузу, подбирая подходящие слова, но язык всё равно спросил своё: – Я тебе нравлюсь?

Этот вопрос застал Эльмию врасплох. Она не была готова на него ответить. Но таковы условия игры.

– Да, – кратко ответила она. – Но не более. Ты мне симпатичен, но как друг... Пойми, мне ведь всего тринадцать. Мне рано задумываться о каких-то отношениях...

– Про отношения я и слова не сказал, – отговорился Мэтт. – Просто вопрос, ничего большего... И, кстати, ты мне тоже нравишься, но как друг или младшая сестра.

– Как Кэти? – Эльмия ехидно выгнула бровь.

– Неа... Чуточку больше... или меньше... Знаешь, симпатия – это всего лишь чувство, и поэтому его очень трудно измерить.

– А я до сих пор не могу понять, что за отношения между вами, – неожиданно вставила Эльмия. – То вы смеётесь, то ссоритесь...

– Просто у Кэти характер непостоянный, – ответил Мэтт. – Понимаешь, она... она, как цветок: поначалу кажется такой закрытой и хрупкой, как бутон, но стоит дать ей капельку тепла и света – она расцветёт и заблагоухает...

– Тебе стоило бы это сказать ей самой, – посоветовала Эльмия и вздохнула. – Я бы тоже хотела иметь брата или сестру, – мечтательно произнесла она. – Но если у моих приёмных родителей кроме меня никого нет, наверное, у них какие-то проблемы...

– Это неважно, – убеждённо произнёс Мэтт. – У них же есть ты, а это – главное.

«Через несколько месяцев уже не будет», – грустно подумала Эльмия про себя.

Словно подавшись какому-то инстинкту, девочка внезапно положила голову Мэтту на плечо. Парень на это никак не отреагировал, либо просто решил не выдавать свои чувства.

Эльмии вновь стало настолько хорошо, что ей хотелось бы просидеть так до самого утра. Но вскоре Мэтт, неохотно поднявшись на ноги, потушил костёр и зажёг твёрдотопливный котёл – так ночью будет тепло, при этом не появится вероятность того, что огонь может распространиться.

– Спокойной ночи, Эльмия, – сладким шёпотом произнёс Мэтт, укладываясь спать.

– Сладких снов, – пожелала ему Эльмия, залезая в свой спальник.


Утром Эльмия и Роннелы только попили чай и сразу же поехали домой...



Глава 9.


Записка из прошлого

Воскресное утро ворвалось в спальню солнечными лучами. Даже плотные золотистые шторы пропускали яркий свет зимнего солнца.

Проснувшись, Сара открыла глаза и лениво потянулась. Рядом всё ещё спал, как сурок, свернувшийся клубочком, Том.

Накинув халат, Сара решила приготовить завтрак для своих домочадцев. Но перед этим она позвонила Эльмии.

– Мы уже собираемся, через полчаса будем! – сообщила ей дочка.

Наверное, Сара ещё не до конца проснулась или на неё так действовала погода – ей ужасно хотелось лечь обратно в постель. Но она же домохозяйка, а значит, должна что-то приготовить. Ну и тут она столкнулась с проблемой: оказалось, холодильник был почти пуст. Делать нечего – нужно собираться в магазин.

Быстро переодевшись, Сара взяла сумку и вышла на улицу.

Погода в Либерштадте была странным и совершенно непредсказуемым явлением. Ещё вчера вечером по улице бродила злая вьюга, а сегодня слепит солнце, будто уже наступила весна. «Ой, так ведь сегодня и правда весна началась! – подумала Сара. – Первое марта ведь!»

Закупившись всеми необходимыми продуктами, Сара поспешила домой. Наверняка, Том уже проснулся, да и Эльмия вот-вот подъедет к дому. Пробираясь сквозь снежные сугробы, Сара смотрела под ноги, чтобы идти по следам других. Но тут уголком глаза она что-то увидела. Что-то, что зацепило на себе её взгляд и заставило поднять голову.

Этим примечательным предметом оказалась обычная, но весьма знакомая девушка. У неё были золотистые по плечи кудри, широкая белоснежная улыбка и добрые карие глаза. Одета она оказалась в залатанное коричневое пальто с пушистым воротником. Наверное, именно это и привлёкло взгляд Сары. Но не тем, что красивая девушка носила такое старое пальто. Оно было ей знакомо, причём с самого детства. Сара знала каждую его латку, ведь собственными глазами видела, как их пришивали, а некоторые маленькая Сара ставила сама.

Не веря собственным глазам, Сара ещё раз посмотрела на девушку и только сейчас поняла, почему она показалась ей такой знакомой – она была на фотографиях в альбоме, которые Сара нашла на чердаке. Это – та девушка, которая стояла в обнимку с её дедушкой. Этой девушкой была бабушка Софи.

Не в силах что-либо сообразить, Сара решила расспросить блондинку о том, кто она и откуда у неё пальто Софи. Но стоило ей сделать лишь один шаг в сторону девушки, та подмигнула ей, словно зовя за собой, и зашла за угол многоэтажки.

Пробравшись сквозь сугробы по колено, Сара добралась до дома и завернула за тот же угол, что и девушка, но её уже не было. Сара огляделась по сторонам: куда она могла деться, если другого выхода отсюда нет? И тут Сара заметила объявление на стене дома. Оно было выделено ярким жёлтым фломастером, специально для того, чтобы его обнаружили. Но, прочитав, Сара поняла, что это было вовсе не объявление или реклама, а записка, вернее, послание для неё:

«Близится заветная ночь.

Надеюсь, ты уже прочитала моё письмо?»

Сара не могла продолжать сомневаться – послание было от той самой златокудрой девушки, её бабушки Софи. Но про какое письмо пыталась сообщить ей старушка, которая умерла почти четырнадцать лет назад? Или не умерла?

Наконец, Сара вспомнила про свадебный подарок от Софи – любимый кулон старушки и таинственное письмо, которое можно было прочитать... уже сейчас!

Сорвав послание со стены, Сара стремглав побежала домой.

Когда Сара была уже на полпути от дома, перед ней остановился чёрный джип. Открыв заднюю дверь, из машины выглянула Эльмия.

– Мам, залезай, – крикнула ей дочка.

– А влезу? – спросила Сара.

– Потеснимся, – ответила Эльмия.

Внутри машина оказалась просторной, поэтому на заднем сидении трое могли поместиться весьма свободно.

– Доброе утро, миссис Диксон, – Кэти поздоровалась с Сарой и стукнула Мэтта локтем в бок.

– Здравствуйте, – сообразив, произнёс парень. – Очень приятно с вами познакомиться. Кстати, я – Мэтт, а это – моя занудная сестра Кэти.

– Мэтью, не груби сестре! – велела Аманда, повернувшись лицом к нему. – Привет, Сара, давно не виделись.

– Здравствуй, Аманда, – поприветствовала старую знакомую Сара и обратилась к ребятам: – Я тоже рада наконец-то познакомиться с друзьями Эльмии. Знаете, если вы хотите, то можете приходить к нам в гости. Я не буду против.

– Ма-ам, – взволнованно протянула Эльмия.

– Молчу-молчу, – шутливо сказала Сара, показывая, будто закрыла рот на молнию.

– Я не про это, – серьёзно сказала девочка. – Ты вся трясёшься... Что-то случилось?

Сара посмотрела на руки – они действительно сильно дрожали. К тому же Сара, сама того не заметив, от волнения смяла записку Софи. Спрятав руки в карман, она обвела Роннелов взглядом.

– Дома расскажу, – прошептала она Эльмии над ухом.

Через минуту машина стояла уже перед особняком Диксон. Стоило Кайлу только нажать на педаль тормоза, как Сара вылезла из машины и полетела в дом. Забежав внутрь, она на ходу сняла сапоги, бросила куртку на пол, оставила пакеты и сумку в прихожей и быстро добралась до собственной спальни. Как она и предполагала, Том уже не спал, но всё ещё лежал в постели, растянувшись на всю кровать.

– Доброе утро, дорогая, – приветливо произнёс он, улыбнувшись. – Ты уже куда-то сходила?

Сара ничего не ответила. Резкими нервными движениями она вытащила из прикроватной тумбы всё её содержимое – косметички, кошельки, шкатулки с драгоценностями и несколько папок с документами. Перерыв все бумаги, но не найдя то, что искала, Сара громко выругалась.

– Ты что-то ищешь? – спросил Том, приподнимаясь. Эта ситуация его одновременно и пугала, и забавляла.

Сара села на край кровати, приложив пальцы к виску, пытаясь напрячь память и вспомнить, куда дела то злополучное письмо.

– Мам, ты обещала всё рассказать, – произнесла Эльмия, заходя в комнату. – Что случилось?

Сара неопределённо вздохнула и, вынув из кармана брюк записку, отдала её Тому. Тот внимательно с ней ознакомился, непонимающе изогнул брови и спросил:

– Что это значит?

Сара хотела ответить, но от волнения в горле застрял комок.

Эльмия вышла из спальни, спустя минуту вернулась в комнату со стаканом воды в руке. Сара сделала несколько глотков и протянула стакан обратно.

– Спасибо, – поблагодарила она дочку.

– Теперь-то расскажешь? – нетерпеливо произнёс Том.

Сара кивнула.

– Я встретила свою бабушку Софи, – нерешительно начала она. – Вернее, не её саму, а её... молодую... Она была, как призрак... Я имею ввиду, это не могла быть действительно она, да? Бабушка ведь умерла?

– Да, – подтвердил её слова Том. – В день нашей свадьбы, тринадцать с половиной лет назад.

– Но как же... Я точно уверена, что это была она! Я не могла ошибиться!

– Может, ты просто устала? – спросил её Том. – Или не выспалась... Во сколько ты сегодня проснулась?

– Это точно была она, – нервно повторяла Сара, игнорируя вопросы мужа. – Пальто, лицо, причёска... Всё было её! К тому же, она мне ещё и подмигнула... А когда я проследовала за ней, то нашла на стене это послание...

Эльмия взяла записку из рук Тома и внимательно пробежала по ней глазами. Сердце её сильно заколотилось: не про ту ли ночь, в которую Земле суждено погибнуть, говорится в ней?

– Ты знаешь, про какое письмо здесь говорится? – спросила Эльмия.

– Да... – с долей неуверенности произнесла Сара. – Перед своей смертью бабушка Софи подарила мне свой любимый кулон. Помнишь, я тебе о нём рассказывала? А ещё к кулону прилагалось одно письмо... Я его плохо помню и не знаю, куда его дела. Ведь совсем недавно видела! – пожаловалась она.

– Подожди, – припомнил Том. – Разве мы не убрали его на чердак вместе с... – он прервался, косо поглядев на Эльмию, и так и не договорил.

– Точно! – Сара ударила себя по лбу и резко вскочила с кровати на ноги. Она выбежала из комнаты и, преодолев лестницу в два шага, открыла люк на чердак. За ней полезла Эльмия, а вскоре к ним присоединился и Том.

На чердаке царил полный порядок: от скуки Сара каждый день приходила и убиралась здесь. Сейчас помещение выглядело так уютно, что из него можно было бы сделать ещё одну комнату, но прежде нужно было залатать слегка протекавшую крышу.

В углу чердака стояло несколько коробок. Сара сразу вспомнила, что видела письмо в одной из них. Хорошо, что она подписала все коробки, иначе бы пришлось заново их разбирать.

– Вот оно! – воскликнула Сара, доставая из пожелтевшего от старости конверта лист.

– Можно я прочитаю? – попросила Эльмия.

Сара была не против.

Эльмия выразительно прочитала первые несколько строк, а затем, сделав небольшую паузу, чётко выделила следующие строки:

«На обратной стороне листа написано, что и как нужно загадать. Но на этой инструкции лежит особое временное заклинание, которое проявит надпись только через тринадцать лет. Так что береги её и береги кулон. Надеюсь, мы ещё встретимся. Твоя бабушка Софи.»

– В те времена мы и не знали о существовании магии и прочего сверхъестественного, – сказал Том. – А то, что через несколько лет в письме могут проявиться ещё какие-либо строчки, мы сочли за старческий бред, ведь другая сторона листа была совершенно чистая, даже без единой капельки чернил...

– Зато теперь – не чистая, – таинственным шёпотом произнесла Эльмия, перевернув листок. Действительно, на нём было написано небольшое стихотворение:


«Когда ты силу воды обретёшь,

Кулон возьмёшь,

На утёс взойдёшь,


Тогда и ждать начнёшь,


Пока сойдутся Солнце и Луна,

Образовав на небе Бесконечность,

И повелишь познать


Пространство, Время, Вечность.


И на тебя очей прольётся свет,

Когда познаешь ты ответ».


– Ты была права насчёт того, что Софи любила загадки, – пошутил Том. – Ну что ж, пойдём расшифровывать?

Все трое спустились в гостиную и уселись на диване. Сара, немного успокоившись, принесла из уголка, в котором она ещё совсем недавно занималась с Эльмией уроками, ручку и бумагу.

– Когда ты силу воды обретёшь... – она стала разбирать каждую строчку.

– Я не уверена, но... – скромно начала Эльмия. – Дедуля сказал, что Актея была нереидой, а нереиды – существа магические. Возможно ли такое, что у нереид есть какие-то способности? Если ты наполовину нереида, то эти способности должны быть у тебя в крови, однако тебе нужно их как-то пробудить... И когда ты их проявишь, то сможешь управлять водной стихией, а это и есть сила воды! – Эльмия засияла от восхищения собственной догадкой.

Задумавшись, Сара заложила прядь волос за ухо.

– Кстати, – Эльмия решила привести несколько аргументов, – это письмо тебе подарила бабушка Софи, записку с напоминанием тоже она оставила. А шкатулка, из-за которой ты попала в океан? Актея сказала, что она передала её тебе через Софи. А она могла всё продумать заранее: зная, что рано или поздно ты всё равно полезешь на чердак, Софи подсунула туда шкатулку, которую ты должна была найти, встретиться с Актеей и узнать о своём происхождении...

– Наверное, ты права, – согласилась Сара и, записав на листочек несколько примечаний, приступила ко второй строчке: «Кулон возьмёшь»...

– Ну, тут всё просто, – довольно улыбнулся Том.

– Вот только... где кулон? – обеспокоенно произнесла Сара. – Я его уже сто лет не видела и на чердаке тоже не нашла.

– Мам, не волнуйся, – успокоила её Эльмия. – Я его... спрятала...

– Зачем? – искренне удивилась Сара. – Куда?

– Просто... Помните, я вам рассказывала, что Клео помогла мне контролировать мою энергию, заточив её в кольцо? – решила убедиться она на всякий случай. – Так вот, она сказала, что энергию можно заключить в любой сосуд или украшение – брошь, медальон или кольцо. Я не сразу вспомнила о дедулином подарке, поэтому сначала предложила Клео этот кулон. Но когда она его увидела, сказала, что его нужно срочно где-нибудь спрятать, чтобы его никто не смог обнаружить, потому что этот кулон обладает чем-то поистине могущественным, – Эльмия нарочно не стала говорить всю правду, так как Клео говорила, что кулон сможет спасти жизнь девочки, а Саре и Тому лучше было не знать о том, что их приёмная дочь со дня на день может погибнуть во благо человечеству.

– Так куда же ты его дела? – спросил Том.

– Сказала же – спрятала, – повторила Эльмия. – И очень-очень надёжно.

– Давайте дальше, – возвращаясь к письму, сказала Сара и прочитала следующие две строки стихотворения: «На утёс взойдёшь и ждёшь».

– Пещера, в которой мы ночевали, находится внутри утёса, – задумчиво проговорила Эльмия. – Она подойдёт?

– Нужно ещё знать, для чего нужен этот утёс, – задумчиво произнёс Том.

– Этот утёс – единственный поблизости, – сказала Сара. – Если бы нужен был какой-то другой, бабушка наверняка бы уточнила, – решила она и, сделав несколько пометок на листке, прочитала дальше: «Пока сойдутся Солнце и Луна, образовав на небе Бесконечность».

– Вот это – настоящая загадка, – довольно воскликнул Том и задумался. Эльмия и Сара также погрузились в размышления, но сколько бы они ни думали – на ум ничего дельного не приходило.

– Совсем ничего придумать не могу, – огорчённо произнесла Эльмия.

– И я, – признался Том.

– Может, тогда оставим это на пару дней? – предложила Сара. – Вдруг потом и сама бабушка наконец решит прийти к нам в гости, объяснить своё странное омоложение и эту загадку...

– Было бы очень здорово, – улыбнулась Эльмия.

– Кстати, как отдохнула? – оживлённо поинтересовалась Сара. – Понравился ночлег на свежем воздухе?

– Очень! – Эльмия была только рада поделиться своими впечатлениями.

– Может, расскажешь нам обо всём за чаем? – предложил Том.

– А я как раз пирожные купила! – весело сообщила Сара.

Глава 10.


Случайное знакомство

– И зачем я вообще сегодня в школу пришла? – недовольно пробурчала Кэти, поставив тяжёлую сумку на парту и сев рядом с Эльмией. В этот момент как раз прозвенел звонок, оповещающий о начале первого урока. Однако учителя ещё не было.

– А что случилось? – удивилась Эльмия.

– Ты на второй ряд посмотри, – велела ей Кэти.

Эльмия огляделась, но, не обнаружив ничего необычного, недоумевающе посмотрела на подругу.

– Даю подсказку, – немного раздражённым голосом сказала она. – Вторая парта.

Эльмия опять обернулась. На второй парте сидела одна Рани, Сабрины рядом не было.

– Никак не пойму, в чём дело? – прямо спросила Эльмия.

– Сабрина не пришла! – нервно проговорила Кэти.

Эльмия только повела бровями.

– И что из этого? – спросила она.

– Ррр! – прорычала Кэти сквозь зубы, а затем одновременно вздохнула и ударила ладонью по лбу. – Извини, я совсем забыла, что ты тут всего неделю учишься... Просто мы с тобой так сдружились, что у меня сложилось впечатление, будто мы с детства знакомы... Короче, Сабрина всегда приходит в школу примерно минут за пятнадцать до начала урока. Если она опаздывает – жди беды.

– Но почему? – удивилась Эльмия. – Я думала, мисс Хордон закрывает глаза на прогулы и опоздания элиты.

– Подругам Сабрины – прощает, а вот самой дочери – нет, – поясняла Кэти, одновременно с этим выкладывая из сумки нужные вещи. – Оливия, даже когда у Сабрины температура тридцать девять, всё равно заставляет дочь ходить в школу... Не знаю, что у них за отношения такие, но мисс Хордон... Гиена трясётся за свою принцесску больше, чем за собственную жизнь... Наверное, хочет, чтобы дочка выросла счастливой, красивой и умной...

– До умной ей ещё далеко... – невольно вырвалось у Эльмии.

– Ты её плохо знаешь, – неожиданно ответила Кэти. – На самом деле Сабрина очень способная девушка и знает побольше, чем некоторые отличники... Но у нас в школе так принято – умных не любят. Поэтому все свои знания Сабрина пытается скрыть... Кстати, это тебе на память, – Кэти достала из сумки фотографию и протянула её подруге. – Еле успела распечатать!

Эльмия рассмотрела фотографию: на ней была она и Мэтт, поднимающиеся по снежному склону. Ребята смотрели друг на друга с весёлыми улыбками на лицах и разговаривали о чём-то. Не зря говорят, что лучшие фотографии получаются при ходьбе.

В этот момент в кабинет, наконец-то, вошёл учитель.

– Спасибо! – Эльмия успела поблагодарить подругу и вложила фотографию в дневник.


После окончания урока Эльмия и Кэти вышли в коридор и направились в сторону кабинета литературы. Остановившись перед дверью, они сели на подоконник друга напротив друга и стали обсуждать, как они отдохнули на природе.

Неожиданно Эльмия, глядя через плечо подруги в конец коридора, застыла с искажённым от шока лицом.

– Что там? – поинтересовалась Кэти и тоже хотела повернуть голову, но Эльмия её остановила.

– Лучше не поворачивайся! – предупредила она подругу.

– Но что там? – с желанием поскорее узнать, громко спросила Кэти.

– Ка-тас-тро-фа, – тихо и медленно произнесла Эльмия.

– А без шуток? – капризно завопила Кэти.

– Там Сабрина, – наконец ответила ей Эльмия.

Кэти, не в силах больше терпеть, сдерживая себя, резко повернула голову и еле смогла сдержаться, чтобы не засмеяться на всю школу.

Сабрина шла по коридору, словно модель по подиуму. Сегодня она выглядела обворожительно: на ней была белая с иностранными словами футболка, поверх неё – чёрная кожаная блузка, серые обтягивающие джинсы, подчёркивающие стройность ног девушки, и туфли на высоком каблуке. С украшениями и макияжем Сабрина тоже поэкспериментировала: накрасила губы в яркий цвет, подвела глаза тушью, надела серебряные с зелёными камушками серьги и ожерелье. Складывалось впечатление, будто Сабрина только что сошла с обложки модного подросткового журнала, но причёска девушки портила всё впечатление: её прямые с длинной чёлкой белокурые волосы превратились в бесчисленное количество кудряшек, которые совершенно не шли ей к лицу.

Ребята, стоявшие у стен коридора, смотрели на Сабрину насмешливыми взглядами, перешёптываясь друг с другом. Сабрина шла, поджав губы от досады. Её голубые глаза смотрели вперёд ледяным взглядом. Тому, кто попадётся ей на глаза, уж точно не позавидуешь.

– Это что ещё за пудель? – очень верно подметил парень восточной внешности, сидящий на одном из подоконников.

– Её походу в зоомагазине стригли, – подхватила его подруга, и они засмеялись.

Сабрина медленно, как робот, повернула голову почти на девяносто градусов и послала убийственный взгляд в сторону ребят.

– Ма-ма! – грозным басом заорала Сабрина.

Внезапно раздался тяжёлый топот чьих-то ног, задребезжали пол и оконные стёкла. Из-за угла коридора выбежала запыхавшаяся Оливия. Завидев любимую дочку с надутыми губками, директриса устремилась к ней.

– Что-то случилось, дорогая? – притворно ласково спросила мисс Хордон.

– Эти двое, – Сабрина ткнула пальцами в парней, – меня обзывали! Сказали, что я пудель, и стригут меня в зоомагазине!

– Вот это наглость, – Оливия недовольно покачала головой, показывая неодобрение их действий. – Ваши имена? – неожиданно потребовала директриса.

– Лигай Акио, – без какой-либо робости в голосе произнёс парень с восточной внешностью.

– Лили Джонс, – так же спокойно ответила его подруга.

– Сегодня после занятий просидите в дисциплинарном классе ровно три часа, – холодно произнесла мисс Хордон.

– Но это нечестно! – внезапно завопил Акио. – У нас сегодня и так семь уроков! Я же сдохну от голода!

Оливия высокомерно посмотрела на парня сверху и громко цокнула языком.

– Ладно уж, – вздохнула она. – Пойдёте в дисциплинарный класс вместо последних двух уроков. Вам будет полезно послушать лекцию. Вдруг с третьего раза что-нибудь в голову и влетит... Надеюсь, это вам послужит уроком... А вас, милая леди, – внезапно директриса обратилась к Сабрине, – я попрошу побыстрее пойти на занятия, а не слоняться по коридору без толку!

Оливия, резко повернувшись на носках, удалилась обратно по своим делам. Сабрина, вновь надув губки, высокомерной походкой направилась в кабинет. Вслед ей прозвенел звонок на второй урок.

– Ничего хорошего сегодня точно не произойдёт, – предсказала Кэти.

– Не каркай! – велела ей Эльмия, постучав по подоконнику три раза, и вошла в кабинет следом за Сабриной.


Оставшийся день, действительно, прошёл не очень удачно. На втором уроке учительница отошла по делам на пять минут, и ребята стали дружно обсуждать новую причёску Сабрины. Девушке даже пришлось закрыть уши ладонями, чтобы не слышать обидные обзывания в её сторону. Только сидящая рядом Рани пыталась утешить подругу.

Эльмии вдруг стало жалко Сабрину. Её одноклассница пускай и была о себе слишком высокого мнения, но такого отношения к себе не заслуживала. В какой-то момент Эльмии даже показалось, что Сабрина заплакала...

Эльмия захотела подойти к Сабрине и утешить её, но Кэти, видимо, тоже хотела поучаствовать в обсуждении обсуждении причёски девушки, и Эльмия не смогла отказать.

Очевидно, именно разговор Кэти и Эльмии разозлил Сабрину больше всего, потому что, как только закончился урок, Сабрина прошла мимо Эльмии, больно наступив девочке на ногу, и сквозь зубы процедила:

– А с вами мы ещё после уроков разберёмся! – она угрожающе потрясла кулаком и, ухмыльнувшись и высокомерно подняв подбородок, вместе с Рани вышла из кабинета.

– Что это было? – удивлённо спросила Кэти.

– Не знаю... Но мне это не нравится, – честно призналась Эльмия.


***

После того, как прозвенел звонок с истории, последнего урока, все ребята, беспорядочно запихнув вещи в сумки и рюкзаки, выбежали из кабинета.

– Эльмия, – громко произнёс мистер Грэм, любимый преподаватель Эльмии, когда в классе остались только она с Кэти и Сабрина с Рани, которые, по-видимому, не особо торопились домой. – Задержись на минутку, пожалуйста.

Кэти окинула Эльмию удивлённым взглядом, мол, что он от тебя хочет? Но Эльмия, сама не зная, пожала плечами.

Когда девочки подошли к учительскому столу, мистер Грэм начал говорить тихим, неуверенным голосом, но потом он перешёл на более твёрдый тон.

– Эльмия... Хоть я и знаю тебя всего неделю, за это время ты уже стала моей любимой ученицей, и поэтому я хочу сказать тебе, что на следующей неделе я переезжаю в другой район...

– Как? – не сдержавшись, Эльмия перебила учителя, позабыв о всех правилах этикета. – Вы хотите сказать, что больше не будете преподавать у нас историю? Вы нас бросаете?

– Ну почему же бросаю? – удивился мистер Грэм, взметнув свои широкие седые брови. – У меня будет замена... Некий мистер Дейнайт согласился стать новым учителем истории. Как только я рассказал ему, что в моём классе есть такая умная девочка, как ты, он поведал мне о том, что собирается по понедельникам после уроков проводить факультатив по мифологии. Он сказал, что тебя это должно заинтересовать, и попросил меня рассказать тебе об этом.

В душе Эльмия была рада, что теперь у них будет факультатив мифологии. Эльмия любила мифологию не меньше, чем фантастику: у неё дома даже есть книги «Боги Древнего Египта», «Приключения Геракла», «Мифы и Легенды Древней Греции» и даже «Одиссея» и «Илиада» древнегреческого поэта Гомера. Но, с другой стороны, Эльмия переживала, что мистер Грэм уходит, – это было понятно по её лицу.

– Не волнуйся, – заметив беспокойство ученицы, ласково произнёс мистер Грэм, похлопав Эльмию по плечу. – Мы встретимся с тобой на этой неделе ещё два раза.

– А потом? – грустно спросила Эльмия.

– И потом всё хорошо будет, – уверил её мистер Грэм, но Эльмия, видимо, не верила его словам. Вздохнув, учитель снял очки-половинки и в задумчивости прикусил дужку одними губами. – Мистер Дейнайт заступит уже в следующий понедельник... Обещаю, он тебе точно понравится.

Эльмия натянуто улыбнулась.

– Ну, не буду вас задерживать, ребятишки, – бодро проговорил мистер Грэм на прощание.

– До свидания... – хором сказали Эльмия и Кэти.

Как только девочки вышли из кабинета, вслед за ними вылетели Сабрина и Рани.

– Ну, что, пугало, – недовольно начала Сабрина, наступая на Эльмию, – я же обещала с тобой поговорить после уроков?!

Эльмия непонимающе взглянула на одноклассницу и сделала маленький шаг назад от надвигающейся соперницы.

– Что тебе от неё надо? – Кэти вступилась за подругу, загородив её собой. Это казалось немного смешным, ведь Кэти была почти на полголовы меньше Эльмии.

– Зубрилкам слова не давали! – пугающим голосом рявкнула Сабрина.

– Тогда ответь мне! – решительно произнесла Эльмия, выйдя из-за спины Кэти.

Внезапно к ней подошла Рани, стоявшая до этого момента возле окна.

– Ты у меня парня отбила! – громко взвизгнула она. – Ты решила, я такая тупая, что не замечу?

Эльмия недоумевающе изогнула брови.

– Не понимаю, о чём ты говоришь? – насмешливо фыркнула она.

– Ты прекрасно понимаешь! – свирепствуя, кричала девушка. – Мы с Мэттом были душа в душеньку, а потом пришла ты и всё испортила! Он на всех переменах только на тебя глазеет! А сегодня я услышала, как он рассказывал, что вы вместе ночевали!

От удивления Эльмия вытаращила глаза и переглянулась с Кэти. Ясное дело, сам Мэтт никогда бы так не сказал, а значит, Рани просто додумала то, что недослышала.

– А как вы на мою маму и меня всю неделю гнали! – вернулась к беседе Сабрина. – Или вы думаете, что я не слышу ваших обзываний за нашими спинами?!

Эльмия промолчала. Они с Кэти действительно неправильно поступали, обзывая девочку.

– Я долго с этим мирилась, но сегодня моё терпение лопнуло! – продолжала она сквозь зубы. – И чего вы все до моей причёски докопались? Между прочим, это новый стиль! Хотя откуда вам знать? Вы же в пещере ночуете!

– Да что вы от нас хотите?! – вскипела Кэти.

Сабрина ответила не сразу.

– Немногого… Мы хотим, чтобы вы просидели пару-тройку часов в дисциплинарном классе, раздумывая над своим поведением!

– Но ты же могла попросить об этом маму ещё утром, – вмешалась Кэти.

– Да, – согласилась Сабрина, – но вы слышали, что она сказала тому японскому страусу? Мама разрешила ему не ходить на последние два урока, просидев вместо них в классе для наказаний. А я бы не хотела, чтобы она разрешила и вам пропустить два последних урока. Поэтому я придумала такой нехитрый план.

«Конечно, нехитрый, – подумала Эльмия про себя, ухмыльнувшись. – Тебе же мозгов придумать что-нибудь нормальное не хватает».

– Я подождала, пока кончатся все уроки, – продолжила Сабрина, – и теперь у вас нет поводов отпроситься!

– Ну, а если ты позовёшь сюда свою маму, – сказала Эльмия с насмешкой, – что ты ей скажешь?

– Уж что-нибудь, да придумаю, – процедила девочка и внезапно добавила: – Но для мести этого недостаточно, – с этими словами Сабрина злорадно улыбнулась.

Неожиданно Рани сняла с плеча свою сумку и стала ей размахивать во все стороны.

– Парочка синяков будет напоминать тебе, с кем ты связалась, – гневным шёпотом произнесла она.

– Ты что, с ума сошла?! – вмешалась Кэти. – Остановись!

– Ты бы лучше о себе позаботилась, зубрилка, – яростно прошипела Сабрина, надвигаясь на девочку.

И тут Сабрина напала на Кэти, вцепившись со всей силой в волосы девочки.

– Ещё посмотрим, кто из нас пудель, – от бешенства лицо Сабрины пылало жаром.

Рани в это время уже успела пару раз ударить Эльмию сумкой. Девочка вскрикивала от боли, но защищаться не могла – она даже не знала, что делать в таких ситуациях. Эльмия попыталась пару раз выхватить сумку из рук Рани, схватившись за ручки, но её противница оказалась в разы сильнее и с лёгкостью перетягивала сумку обратно к себе. Эльмия попробовала поставить блок, но это её никак не спасало.

Кэти, наоборот, пошла против Сабрины в атаку: она тоже схватила девушку за волосы и стала тянуть их в разные стороны. Обе девочки шипели от боли и обменивались ругательствами, но никто из них отступать не собирался.

Рани, почувствовать стократное преимущество над Эльмией, решила пойти на риск: она закружилась с сумкой в вытянутой руке на месте. Она хотела накопить большую скорость, а затем запустить сумку в Эльмию. От такого удара девочка должна была свалиться с ног. Но Рани не смогла удержать ручки в потных от волнения ладонях, и сумка, выскользнув на лету, попала в окно. Раздался оглушительный звон стекла, и груда крупных осколков посыпались на пол. Кэти, Эльмия, Рани и Сабрина замерли, осматривая разбитое окно. В этот момент они совсем забыли о своих разборках.

– Что будем делать? – испуганно спросила Рани у Сабрины.

Но подруга не успела ей ответить, потому что в этот момент за углом послышался громкий топот – приближалась мисс Хордон.

– Вот видишь, Эльмия, что ты наделала! – неожиданно произнесла Сабрина не без ехидства, как только директриса выбежала из-за угла.

– Что здесь произошло? – спросила мисс Хордон, запыхаясь. – Я слышала шум... Это кто тут стёкла бьёт, а?! – Директриса требовательно смотрела на всех четверых.

– Я сейчас всё объясню, – начала Эльмия. – Это всё Са...

– ...ма она и натворила, – закончила за девочку Сабрина. – Мисс Хордон, видите ли, после последнего урока мы с Рани спокойно выходили из кабинета. Так вышло, что мы были последними... И вдруг в коридоре на нас нападают эти две сумасшедшие! – она кивнула на Эльмию и Кэти. – Эта зубрилка... то есть, Кэти стала выдирать мне волосы, говорит, мол, причёска мне твоя новая не нравится! А Эльмия безо всяких объяснений отняла у Рани сумку и стала ею размахивать! Мы пытались их образумить, остановить, но они продолжали и продолжали! В итоге Кэти мне выдрала несколько клоков волос, а Эльмия кинула сумку в Рани, но промахнулась и попала в окно.

– Хорошо, что я пригнуться успела, а то ведь шею бы мне сломала! – Рани охотно подхватила враньё Сабрины. – Жалко, что окно разбили... В коридоре и так холодно, а теперь...

Директриса мрачным взглядом осмотрела подоконник, усыпанный осколками. Под кусочками стекла действительно лежала сумка Рани, немного подранная от острых осколков.

– Это правда, Эльмия? – спросила директриса непреклонным голосом.

– Нет, конечно же! – возмущённо выкрикнула Эльмия. – Всё было наоборот! Это Сабрина первая...

– Оправдывается всегда виноватый! – оборвала её Сабрина и показала Эльмии язык из-за спины мамы.

– Сабрина ни за что меня не обманет, – мисс Хордон встала на защиту дочери. – А Рани – её лучшая подруга, поэтому им я доверяю всецело. А вот тебя я совершенно не знаю. Пусть мы и дружили с твоей мамой, но это было больше десяти лет назад, к тому же, ты не её родная дочь, а кто знает, может, твои настоящие радители алкоголиками были?!

Прикусив от досады губу, Эльмия повернулась в сторону Сабрины: девушка смотрела на неё удивлёнными глазами. На миг Эльмии почудилось, будто бы в зрачках её ненавистницы отражалось сочувствие.

– Вы не имеете право так говорить о её родителях! – притопнув ногой, выкрикнула Кэти.

– Пока я нахожусь в этих стенах, я имею право на всё! – язвительно ответила Оливия. – В общем, Рани и Сабрина свободны. Кэти... Ты очень умная девочка, но выбрала себе плохую подругу... Посмотри, как ты изменилась только за одну неделю общения с Эльмией! На первый раз я тебя прощу и дам совет: исправляйся, иначе я тебе...

Довольные Сабрина и Рани, прихватив сумку, с высокоподнятыми головами направились к лестнице. Кэти так и хотелось толкнуть их в спину, чтобы они пошатнулись на своих высоких каблуках и упали носом в пол, но сдержалась. Оставшись на месте, они ждали, какой приговор мисс Гиена приготовила для Эльмии.

– А тебе в качестве наказания за содеянный бунт я даю три часа в дисциплинарном классе, – твёрдо проговорила Оливия. – А вообще я должна взять с твоих родителей штраф за порчу школьного имущества, но не хочу доставлять им неприятности. Они же не виноваты, что им в приёмыши попалась такая...

Эльмия еле сдержалась от колкого ответа.

– Но три часа это очень много! – жалобно протянула девочка. – У нас сегодня шесть уроков было! Я устала, как собака...

Мисс Хордон некоторое время постояла молча, обдумывая решение, а затем произнесла:

– Так уж и быть, – она милостиво вздохнула. – Даю тебе полтора часа. Это меньшее, что ты заслуживаешь.

С этими словами мисс Хордон развернулась на носках и пошла в свой кабинет, всё так же тяжело топая. Как только директриса скрылась за углом, Кэти восторженно воскликнула:

– Ты использовала свои способности! – её глаза блестели от восхищения. – Ты убедила её уменьшить время наказания!

– Нет, она меня просто пожалела, – невинным голосом произнесла Эльмия.

– Ага, – недоверчиво сказала Кэти. – Чтобы директриса тебя пожалела? Да скорее петух начнёт яйца нести!

– Ладно, – сразу же сдалась Эльмия. – Использовала, но только ради справедливости.

– Но ты же могла заставить её вообще тебя не наказывать!

– Тогда бы Сабрина что-нибудь заподозрила.

– Но ты могла бы и её заставить тебя простить.

– Да, но я решила, что действительно кое в чём провинилась. Мы ведь действительно недобро отзывались о Сабрине и мисс Хордон.

Кэти виновато опустила голову.

– Эх, – вздохнула девочка. – Получается, мне нужно с тобой идти?

– Тебе не надо, главное, что ты всё поняла... А вот мне придётся, – Эльмия тоже обречённо вздохнула.

– Тогда чем раньше ты придёшь, тем раньше тебя отпустят, – решила Кэти. – Давай я тебя провожу.

Девочки поднялись на третий этаж и остановились напротив двери с табличкой часов.

– Ну что, пока, – попрощалась Эльмия.

– До завтра, – сказала на прощанье Кэти и пошла в раздевалку.

Как только Эльмия зашла в кабинет, её встретил взгляд пожилого старичка, сидевшего за столом лицом к классу.

– Фамилия и имя, – спросил психолог, мистер Смит.

– Эльмия Диксон, – робко произнесла девочка.

– А, ну да... Мисс Хордон сообщила, что ты сейчас подойдёшь... – Мистер Смит пододвинул к себе тетрадку, лежащую на краю стола, и что-то написал напротив последней строчки. – Ты к нам... на полтора часа, – сказал он.

Мистер Смит посмотрел на наручные часы, а потом, что-то нашёптывая, стал писать в тетради: «Прибыла в два – ноль шесть». Затем он опять повернулся к Эльмии и глухим, охрипшим голосом произнёс:

– Не стой, присаживайся, пожалуйста.

Эльмия осмотрела кабинет: почти все парты были заняты, что свидетельствовало о плохом настроении обеих Хордон. Как только Эльмия присела на единственное свободное место, находившееся за самой последней партой, мистер Смит возобновил лекцию. Поначалу он рассказал об основных правилах поведения учеников на уроках, потом – на переменах, дальше следовали обязанности учеников: приходить только в школьной форме (что было совершенно глупой обязанностью, потому что школьной формы не было), подавать дневник учителю при первом же требовании, не прогуливать уроки, ежедневно выполнять домашнее задание, аккуратно обращаться с библиотечными книгам и учебниками и так далее. Периодически мистер Смит заглядывал в свою тетрадку и, если время наказания какого-либо ученика заканчивалось, он называл его фамилию и говорил: «Можете быть свободны».

Как Кэти и говорила, сидеть здесь было ужасно скучно и тоскливо. Соседкой Эльмии по парте, а заодно и по несчастью, оказалась какая-то старшеклассница. Как выяснилось, мисс Гиена упекла её по той же причине, что и большую часть здесь находившихся, – за обзывание клоуном, собачонкой, пуделем... Кроме этого девушка ничего не сказала, даже не соизволила представиться. И сколько бы Эльмия не старалась разговорить свою молчаливую соседку, та не отрывала взгляда от экрана своего смартфона. Сама бы Эльмия никогда бы не стала пользоваться мобильником во время урока: во-первых, это запрещалось уставом школы, а во-вторых, девочка всегда оставляла телефон в куртке.

Через пару минут мистер Смит назвал фамилию этой девушки, и она ушла. Эльмия осталась одна за партой, отчего стало ещё тоскливее. В надежде найти хоть что-то интересное, девочка стала крутить головой по сторонам, рассматривая таблички на стенах. В основном на них были так же написаны правила поведения и обязанности учеников школы, а ещё висели плакаты о вреде алкоголя и наркотиков.

Прочитав всё, что было возможно, Эльмия стала изучать присутствующих, пытаясь отыскать кого-нибудь знакомого. Но девочка, кроме Кэти и ещё двух-трёх девочек из класса, ни с кем больше не общалась, поэтому из знакомых она никого не нашла. Однако справа от неё, на соседней парте, сидел парень, показавшийся Эльмии знакомым. Девочка не сразу узнала его, но вскоре вспомнила – именно он и его подруга, сидящая рядом с ним, первым обозвал Сабрину пуделем, когда девушка только пришла в школу.

Сам парень тоже смотрел на девочку внимательным, изучающим взглядом. Как только Акио и Эльмия встретились глазами, они, смутившись, отвернулись друг от друга. Эльмии стала так неловко, что она решила больше не смотреть в сторону парня, будто совсем не заинтересовавшись им, а рассматривать ногти. И вдруг она почувствовала чьё-то тёплое дыхание на своей шее. Эльмия инстинктивно обернулась и вздрогнула от неожиданности: Акио уже сидел на стуле рядом с девочкой.

– Ой! – пискнула Эльмия от испуга, дёрнувшись назад, чуть не упав со стула, но парень её удержал на месте за руку.

– Извини, что напугал, – Акио смотрел на девочку бегающими зрачками, а глаза его блестели от интереса, голос был мягкий и тихий.

Утром Эльмия не имела возможности увидеть парня достаточно близко, но зато теперь она могла рассмотреть его во всех подробностях: у парня была восточная внешность – смуглая кожа, узкие карие глаза с редкими ресницами, аккуратные тонкие брови, длинный нос и тонкая линия губ, замершая в насмешливой харизматичной улыбке. Черты его лица казались острыми, как бритва, а овал лица – слегка вытянутым. Его взъерошенные волосы были чёрными, как смоль, длинная косая чёлка тянулась почти через всю правую половину лица, а сзади виднелся широкий распущенный хвостик. В левом ухе блестела еле заметная золотая серьга, которую Эльмия не заметила издалека. Под белоснежным воротничком его рубашки, высовывающейся из-под красной кожаной жилетки, торчал прямоугольный медальон с зеркальной поверхностью, на длинной шее с правой стороны что-то виднелось.

– Это татуировка, – пояснил Акио, проследив за взглядом Эльмии.

Он опустил воротник, и Эльмия увидела два корейских иероглифа: один похожий на палочку и неоконченный квадрат, другой – на дробь, с перевёрнутой печатной буквой «А» в знаменателе и цифрой «2» в числителе.

– Так ты из Кореи? – робко поинтересовалась Эльмия.

Акио удивлённо приподнял брови.

– Ты разбираешься в иероглифах? – с приятной улыбкой спросил он.

– Немного, – слегка помявшись, ответила девочка. Она тут же приняла весёлый настрой собеседника, и сама улыбнулась. – Мой дедушка работает лингвистом, иногда обучал меня разным языкам.

Парень ничего больше не сказал. Он только внимательно смотрел на девочку, не отводя от неё взгляда. Эльмия не могла не заметить блестящие огоньки в его глазах, от которых у девочки розовели щёки.

– Я, кстати, Акио, – наконец произнёс парень.

– Я знаю... – неуверенно сказала Эльмия. – Я слышала, как ты назвал своё имя директрисе.

Парень вновь изогнул бровь.

– Вот как? – шёпотом спросил он. – Может, ты и мне своё имя скажешь?

Эльмия выпучила глаза.

– Ой, прости! – она засмеялась от неловкости, Акио тоже усмехнулся. – Я совсем забыла! Меня зовут Эльмия.

– Красивое имя, – сладко прошептал парень. – Мы с тобой, кстати, уже встречались.

– Да... Я же говорила – я сегодня утром слы...

– Не-ет, – Акио перебил девочку, махнув рукой. – Ещё до этого... на прошлой неделе.

Эльмия сосредоточилась и напрягла память, пытаясь вспомнить, где она встречала парня, но ей это не удалось, а проделывать тот же опыт, что и с воспоминанием о встречи с Мэттом, девочке не очень хотелось – в прошлый раз у неё от этого сильно разболелась голова и пошла кровь из носа.

– Кажется, это было в понедельник... Прозвенел звонок на шестой урок, я спешил на занятия, а ты шла с директрисой... – напомнил Акио. – Я тебя не заметил, и мы столкнулись... Оливка тогда так вскипела, что у неё из ушей пар повалил. До сих пор удивляюсь, что она тогда меня без наказания оставила. Ну, зато теперь оплачиваю...

– Точно! – громко воскликнула Эльмия, за что была одарена строгим взглядом мистера Смита и вниманием всех присутствующих. – Мой первый школьный день... Прости, у меня, видимо, плохая память на лица.

– Да ничего, – Акио махнул рукой. – Я поначалу и сам не понимал, как вы друг друга различаете...

– Прости, что? – Эльмия изогнула брови, не поняв смысл его слов.

– Ну... – парень на пару секунд замешкался. – Я ведь из Кореи приехал... А у нас все по-другому выглядят.

– А-а, – понимающе протянула девочка. – А сколько тебе лет? – вырвалось у Эльмии неожиданно даже для неё самой.

– А насколько я выгляжу? – спросил Акио.

– Ну... я возраст определять не умею, но где-то на шестнадцать, – предположила девочка.

– В яблочко! – патетично сказал он тихо. – Совсем недавно исполнилось.

И он снова одарил Эльмию своей безупречно-милой улыбкой.

– А как ты попал сюда? – решила спросить Эльмия.

– Это всё из-за этой Сабрины! – его голос с мягкого сменился на грубый и недовольный.

– Мы сегодня все здесь из-за неё, – Эльмия уныло вздохнула. – Но я имела ввиду, зачем ты переехал из Кореи к нам?

– Я же сказал – из-за Сабрины! – повторил он, сморщив нос от неприязни к мисс Хордон-младшей. – Увидел её как-то раз в окно и влюбился с первого взгляда...

– А что она делала у тебя перед домом? – удивилась Эльмия.

– Наверное, с мамашкой своей в отпуск приехала. Как раз лето было... Хотя откуда мне знать? – Акио развёл руками. – Так вот, – продолжил парень, – я влюбился в неё и решил узнать, где она живёт... Мне удалось разведать, что она остановилась в каком-то отеле. Я спросил у администрации, откуда приехала эта девушка. Он мне дал её адрес, и через несколько дней я был уже тут.

– А как же твои родители? – спросила Эльмия.

– У меня их нет, – Акио сказал это без капли жалости и тоски в голосе. – Только тётка... И она сама велела мне... кхм, – он закашлялся, будто чуть не выдал какую-то тайну, – отправиться за ней. Выпросила у правительства какую-то бумагу о том, что я могу самостоятельно совершать перелёты за границу и покупать-продавать недвижимость, даже не являясь совершеннолетним, дала денег и отправила к вам, в Либерштадт. Ну а потом я снял себе однокомнатную квартиру, разузнал, где учится Сабрина, и подал документы на поступление в ту же школу. И как только я встретил её на перемене, тут же рассказал ей о всех своих чувствах...

– А она что? – Эльмия не удержалась, чтобы не задать возникший в голове вопрос.

– Сказала, что её никто не интересует, – расстроенно произнёс он.

– Ого, – потрясённо изрекла Эльмия. – Ты проделал ради неё такой путь, а она с тобой даже поговорить не захотела...

Эта история зацепила Эльмию до глубины души. Ещё никогда так плохо она не думала о Сабрине. Она внезапно поняла, что не виновата перед этой девчонкой. Сабрина заслужила все эти обзывания. Но за этой мыслью быстро пришла другая: есть ли у Сабрины парень? Кэти рассказывала, что у каждой девушки из элиты есть парень из школьной сборной по баскетболу, например, у Рани – Мэтт. Но есть ли кто-то у Сабрины? – этим вопросом она ещё ни разу не задавалась.

Эльмия высказала Акио свои сожаления, приговаривая, что такому красивому и приятному парню найти девушку – раз плюнуть.

Внезапно мистер Смит прервал свою лекцию и, посмотрев что-то в тетради, громко на весь класс крикнул:

– Бенфорд, можете быть свободны.

Какой-то щуплый парень с большими круглыми очками вылез из-за парты и медленно поплёлся к выходу. По его виду сразу было понятно, что он и мухи не обидит. Видно, просто попался Сабрине или мисс Хордон под горячую руку. Эльмия подумала, что было бы лучше, если бы вместо многократных повторений устава школы, от которых мистера Смита наверняка уже самого тошнит, психолог проводил с ребятами беседы на тему о том, почему они ведут себя так плохо, что попали в дисциплинарный класс. Наверняка, такая помощь и поддержка понадобились бы многим, кто имел хоть раз общался с Сабриной. Но в первую очередь такая беседа потребовалась бы самой Сабрине. А ещё психологическая помощь пригодилась бы Акио, чтобы мистер Смит помог разобрать парню проблему несчастной влюблённости.

– Кстати, – Эльмия неожиданно вернулась к первоначальной теме. – Если ты переехал к нам только из-за Сабрины, почему тогда, получив от неё отказ, не захотел возвращаться назад?

Акио задумчиво облизнул губы, обдумывая ответ.

– Тётя не разрешила, – вскоре ответил он. – Она сказала, что, судя по документам, я уже взрослый самостоятельный мужчина, поэтому должен начать строить отношения и искать работу... Хотя работать мне ещё долго не придётся – тётя дала мне столько денег, что я на них до тридцати лет прожить могу.

Эльмия понимающе кивнула, и они продолжили беседу. Тем временем мистер Смит то и дело называл фамилии учеников, отпуская мучеников домой. Через некоторое время он, наконец, назвал следующий ряд фамилий, среди которых оказались Диксон и Лигай, – Эльмию, Акио и ещё нескольких людей освободили одновременно.

– Вот это совпадение, – иронично усмехнулся Акио и неожиданно произнёс: – Хочешь, я тебя провожу до дома?

Эльмия такого предложения никак не ожидала, поэтому сначала поперхнулась, смутившись, а затем робко ответила:

– Ну... если тебя не затруднит, – промямлила она так, что её слова можно было едва разобрать. Но по её улыбке Акио понял, что девочка ответила согласием.

Выйдя на улицу, Акио зачем-то повёл Эльмию за школу. Они подошли к стоянке, на которой находились машины учителей. Ранней осенью и поздней весной, когда на улице ещё или уже не было луж и грязи, ученики приезжали в школу на велосипедах и тоже ставили свой двухколёсный транспорт сюда. Неожиданно Акио подошёл к скутеру с хамелеоновой окраской – переливающейся на солнце от серебристо-голубого до ярко-зелёного.

– Это твой? – восхитилась Эльмия, осматривая железного коня.

Вместо того, чтобы ответить, Акио достал из кармана кожаной куртки ключи с брелком, нажал на кнопку, и фары скутера дважды вспыхнули ярким светом, сопровождаемым звонким писком.

– Вау! – вырвался возглас очарования у Эльмии.

Акио подошёл к скутеру, поднял сидение и достал из-под него два шлема такой же переливчатой окраски. Один он надел себе на голову, другой протянул Эльмии.

– А разве тебе можно водить транспорт? – спросила девочка, недоверчиво принимая шлем.

– В вашей стране на скутере с четырнадцати кататься можно, так что всё по закону, – Акио заговорщицки подмигнул и опустил забрало. – К тому же, по документам я уже как совершеннолетний... Да ты не бойся, садись, – произнёс он, заметив замешательство девочки, и сам сел за руль. Спустя пару секунд Эльмия всё-таки надела шлем и залезла на скутер.

– Держись за меня! – приказал Акио, заводя мотор.

Эльмия неловко обняла парня за талию и приложила голову к его плечу – ей было страшно до дрожи в коленях. Но вот скутер зарычал, словно зверь, и с огромной скоростью выехал за пределы школы. Как оказалось, девочку ожидало не страшное испытание на выносливость быстрой скорости, а увлекательное путешествие по городу «с ветерком». Акио гнал быстро, но Эльмию это не пугало, а, наоборот, захватывало. Ей то и дело хотелось отпустить руки, снять шлем, чтобы её волосы растрепал мощный поток ветра, и во всё горло что-то закричать. Но проделать такое она ещё не осмеливалась. Впрочем, экстрима и так хватало.

Эльмия то и дело указывала Акио на нужные повороты. Она специально выбирала долгий маршрут, чтобы подольше покататься. Но спустя только двадцать минут Акио остановился перед особняком Диксон.

– Ну, ладно... – Эльмия грустно вздохнула, слезая со скутера и снимая шлем с головы, и как-то неестественно, будто спрашивая, попрощалась: – Пока?

– Завтра увидимся? – спросил Акио с надеждой в голосе.

– Думаю, что да, – улыбнувшись, так же с надеждой ответила Эльмия.

– Тогда да, пока, – ответил парень, вновь сверкнув зубами и, развернувшись, поехал в обратную сторону.

Эльмия нехотя поплелась по ступенькам дома: этот день уже стал одним из лучших в её жизни, но проблема таких счастливых дней – они слишком быстро заканчиваются. Как и всё хорошее. И всё же этот день ещё не закончился.

– Ну и где же ты пропадала? – послышался недовольный возглас Сары с кухни, стоило Эльмии только скрипнуть половицами прихожей. – Ты на полтора часа опоздала!

Эльмия плачевно вздохнула: ну вот как рассказать маме о разбитом окне так, чтобы она вновь не стала кричать?.. А ещё – не видела ли Сара в окно, как девочку подвозил какой-то парень. «Хоть бы нет», – надеялась Эльмия, ведь разговором об Акио она сразу же выдаст, что влюбилась. Опять...



Глава 11.


Актея

Следующий день оказался даже солнечнее и жарче предыдущего. Все сосульки растаяли до самого основания, а от снеговиков, которых соседские дети упорно лепили в своих дворах все выходные, и вовсе остались морковки-носики и палки. Проезжая часть полностью состояла из талого снега, смешавшегося с песком, которым посыпали тротуары всю зиму.

Как Акио и обещал, они встретились с Эльмией на следующий день, правда, намного раньше, чем девочка предполагала.

Когда Эльмия вышла из дома, в глаза девочки ударило солнце, поэтому она, ослепнув на несколько секунд, не сразу заметила знакомый скутер, припаркованный напротив ворот особняка.

– Надеюсь, ты не против, если я подвезу тебя до школы? – с уже привычной улыбкой на лице спросил Акио, подняв забрало мотоциклетного шлема. – Я просто подумал... Ты же так далеко от школы живёшь! Наверное, устаёшь, пока доходишь?

Эльмия кивнула.

– Спасибо, – сказала она, садясь на скутер. Надев шлем, Эльмия неловко обхватила парня за талию покрепче, чтобы не упасть во время поездки, – как вчера оказалось, Акио любит большую скорость. – С добрым утром, кстати.

– С добрым, – бодро ответил парень и, опустив забрало, завёл скутер...

Доехав до школы, Эльмия поцеловала Акио в знак благодарности в щёчку.

– Встретимся после уроков, хорошо? – пообещала девочка и побежала в школу.

Сегодня она прибыла почти на двадцать минут раньше, поэтому Мэтта и Кэти в школе ещё не было, что оказалось совсем некстати, потому что Эльмии нужно было кое о чём с ними поговорить.

Девочка решила, что будет лучше, если она подождёт друзей в библиотеке, повторяя домашнее задание. Конечно, было бы лучше пересидеть в читальном классе, где тишина и беспокойство были обеспечены, но после Кэтиных баек Эльмии не особо хотелось туда соваться. Спустя некоторое время Эльмия спустилась на второй этаж, где на подоконниках уже сидели Мэтт и Кэти.

– Салют! – обменялись они приветствиями друг с другом.

– Что-то ты сегодня плохо выглядишь, – подметила Кэти состояние Эльмии. – Из-за вчерашнего, что ли? Кстати, как всё прошло?

– Помнишь того корейца, который Сабрину пуделем обозвал? – спросила Эльмия.

– Как наша рыбья башка может такое помнить? – пошутил Мэтт, за что получил от сестры сильный удар локтем в бок. – Ладно, – парень махнул на девочек одной рукой, потирая ушибленное место другой, – обсуждайте своих мальчиков, я пойду...

Изящно соскочив с подоконника, Мэтт ушёл к другому окну, где кружила Сабрина, Рани и прочие ребята из элиты.

– Помню, – кивнула Кэти, возвращаясь к теме, при этом сверля брата взглядом в спину.

– Ну вот, я с ним познакомилась, мы всё время наказания вместе проболтали, – рассказала Эльмия. – Так что прошло всё нормально...

– Ты сказала это таким тоном, – начала Кэти и сама себя перебила. – Подожди, у вас что... мутки-замутки?

Она вытаращила глаза, уставясь на Эльмию.

– Не-ет, – Эльмия отстранённо махнула головой и повторила для большего убеждения. – Нет.

– Ну ладно, – неохотно отлипла Кэти и поинтересовалась. – А в чём тогда дело?

– Я ключи от дома потеряла, – грустно сообщила Эльмия. – Я про них и не сразу вспомнила, потому что пользуюсь редко – мама почти всегда дома. А вчера решила проверить – сунулась, а их нет. А последний раз я их видела в пещере. Может, там обронила, пока что-то доставала. Или уже потом, когда мы за дровами пошли.

– Оу-у, – привычным тоном протянула Кэти, проявляя дружеское сочувствие. – Я бы тебе хотела помочь, но... Во-первых, у нас папа постоянно в работе, поэтому до следующего месяца мы туда съездить не сможем. А во-вторых, если ты обронила их где-нибудь в лесу, мы их никак не найдём.

– А ещё я могла потерять их на озере, – отчаявшись, промолвила Эльмия. – А в марте лёд может растаять, и ключи уйдут на дно...

Кэти понимающе вздохнула.

– Извини, что не могу ничем помочь, – поджав губки, раздасованно произнесла Кэти. – А твой отец, он не может тебя довезти?

– У нас нет машины, – пояснила Эльмия и тут в её голову закралась одна мысль. – Но, кажется, я знаю, кого можно попросить...

Конечно, Эльмия знала Акио менее суток, но, кажется, парень очень благосклонно относится к девочке, если уже дважды подвозил её.

Эльмия, как и обещала, собрав всю волю в кулак, как только закончились уроки, отыскала Акио и уверенно подошла к нему.

– Привет, – неловко, слегка дрожащим от волнения голосом произнесла она.

– Да виделись уже, – Акио подмигнул и вновь очаровал девочку своей улыбкой. – Я, кста...

– У меня к тебе одна небольшая просьба, – Эльмия неожиданно перебила парня на полуслове. – Ты... эм... не мог бы?

Акио, ухмыляясь, посмотрел на девочку.

– Мог бы, – фыркнув, проговорил он. – Только что?

Сначала Эльмия уставилась на Акио непонимающим взглядом, а затем сообразила, что сама ступила, не задав сути вопроса.

– В общем... – Эльмия вновь начала оглашать просьбу, но опять сбилась с мысли.

– Говори, что хотела, – ласково произнёс парень, взяв трясущиеся ладони девочки в свои.

От этого нежного прикосновения Эльмия тут же успокоилась и, наконец, смогла чётко задать вопрос.

– Ты не мог бы подвезти меня в одно место? – спросила девочка. – Мне нужно съездить за город... Тут, вроде как, не совсем далеко... Всего в...

– Без вопросов, – Акио качнул головой. – Когда тебе нужно?

Эльмия растерянно почесала затылок.

– Если это возможно... сейчас, – не своим голосом ответила она.

Акио удивлённо приподнял брови.

– Если хочешь, можем съездить в другой день, – заверила его Эльмия. – Например, в выходные.

– Нет-нет, всё нормально, – тихим, отчего-то слегка встревоженным голосом произнёс он. – Тогда не будем тратить время. Пошли?

Неожиданно он сжал ладонь Эльмии в руке, и так, держась за руки, они дошли до раздевалки. Из школы они вышли уже без прелюдий.


***

До нужного места Акио и Эльмия доехали примерно за полчаса.

– Я думал, тебе нужно заехать в какое-то здание, – поражённо произнёс Акио, осматривая голое поле, усыпанное тонной снега.

За эти три дня здесь всё покрылось метровыми сугробами, – озеро покрывала огромная тень, отходящая от утёса, поэтому снег здесь не таял даже в такую жару. Эльмия вновь приуныла: теперь шансов отыскать ключи стало в разы меньше.

– Так зачем ты сюда так стремилась? – поинтересовался Акио.

– Да ключи я посеяла! – по интонации голоса Эльмии можно было понять, что девочка разозлилась на саму себя.

– Так это всё из-за ключей? – Акио неожиданно рассмеялся. – Нашла причину для паники. Сейчас отыщем!

Акио спустился с проезжей части и поставил скутер на сигнализацию.

– Пошли! – крикнул он, поманив рукой.

Они отправились вперёд, внимательно смотря себе под ноги, что давалось не слишком легко – яркое солнце отражалось от снега и било прямо в лицо. Перед глазами ребят то и дело плавали синие и фиолетовые огоньки и точки. По пути Эльмия и Акио рассказывали друг другу интересные истории из жизни и анекдоты. Спустя почти десять минут ходьбы Эльмия внезапно остановилась.

– Ты это слышал? – испуганным голосом пробормотала она.

Акио навострил уши.

– Нет, – он помотал головой.

– Мне кажется, я слышала какой-то треск, – насторожившись, произнесла девочка.

Акио истерично захохотал.

– Мы же по мокрому снегу идём! – сказал он. – Конечно же, он хрустеть будет.

– Не-ет, – протянула Эльмия, вновь прислушиваясь. – Это был другой треск... Мистер Роннел говорил, что где-то здесь должно быть озеро... – Эльмия огляделась вокруг и ужаснулась. – И, кажется, мы стоим на самой середине...

Тут треск раздался ещё раз, громче, и Акио его услышал. Оба почувствовали, как их ноги на сантиметр ушли под снег, обувь стала промокать.

– Нам нужно срочно отойти друг от друга подальше! – скомандовала Эльмия, но стоило ей сделать лишь пару шагов назад, раздался ещё более громкий треск, лёд под ногами девочки разошёлся, и она провалилась в воду.

Эльмия не умела плавать. Да и как она могла научиться, если только на прошлой неделе впервые вышла на улицу? Когда девочка упала в озеро, она даже не успела сообразить, что произошло, а когда поняла – было уже поздно. Ледяная вода судорогой свела ей конечности, и Эльмия не могла пошевелиться – озеро тащило её на дно.

Неожиданно вода вокруг забурлила, вспенилась, и озеро озарилось яркой голубой вспышкой. Эльмия повернула голову и увидела ту, которую уже надеялась никогда не увидеть – Актею.

– Не бойся, – гипнотическим, как у сирены, голосом пролепетала девушка. – Я тебя спасу!

Актея подплыла к Эльмии и обхватила её за талию, а затем нажала на медальон в виде глаза своей тики – украшения, который индийские женщины вешают себе на лоб. Вода вновь забурлила, последовала вспышка, и Эльмия, наконец, могла спокойно вздохнуть – она оказалась в уже знакомом месте. Вместо воды в нос попадали маленькие пузырьки кислорода, от которых становилось щекотно. С непривычки Эльмия пару раз чихнула, но вскоре привыкла к необычному способу дыхания и учуяла едва уловимый запах, напоминающий мелиссу.

– Добро пожаловать в наш мир – Воды Нереид, – приветливо улыбнулась Актея. – Можешь расслабиться, здесь, на дне, действуют определённые условия, например, ты можешь дышать водой – в ней кислорода больше, чем у вас в воздухе. Только старайся поменьше говорить, иначе вода попадёт в глотку, и ты захлебнёшься...

Эльмия настороженно пригляделась к спасительнице – её речи были упоительны (кроме, пожалуй, последней фразы, которую нереида проговорила с особым пафосом), но всё ли было действительно так? Она до сих пор не могла забыть то, как из-за Актеи едва не умерла Сара.

– Ты хотела убить мою маму! – в сердцах выкрикнула Эльмия.

Актея, ожидавшая благодарности за спасение, а не внезапного беспочвенного обвинения, уставилась на девочку недоумевающим взглядом.

– Это ещё зачем? – невинным голосом пропела она.

– Она – твоя дочь, а нереидам нельзя иметь детей от обычных людей! – прокричала Эльмия и поперхнулась. Актея была права – вода затекала внутрь через рот. Странно, что носом она могла дышать свободно.

Если бы не сложившаяся ситуация, Эльмия наверняка бы подивилась физическим законам и подводным пейзажом этого мира. При других бы обстоятельствах девочка ни за что бы не смогла оторвать глаз от местной флоры и фауны. С трудом даже верилось, что это действительно было дно океана.

– Кто же тебе такую ерунду рассказал?! – не выдержала Актея. Она сложила ладони рыбкой и ловкими движениями, шевеля руками вместо ног, плавала вокруг Эльмии.

– Сама мама и сказала, – прошептала Эльмия менее уверенно.

– Ох, – Актея вздохнула, перестав наделывать круги. – Мне очень жаль, что она так подумала! Мне нужно было рассказать ей всё ещё на поверхности... Но там были другие нереиды, они могли бы узнать, что Сара – моя дочь, и заставить меня убить её, а то и вовсе – пожаловаться отцу нашему!

Эльмия, запутавшись, нахмурила лоб.

– Так вы не хотели её убивать? – спросила Эльмия, чтобы в конец убедиться.

– Не-а, – легкомысленно ответила ей Актея, словно пятилетняя девочка.

– Но зачем же вы тогда тащили её на дно? – не могла понять девочка.

– А вот про это я ей точно сказала, – уверенно произнесла Актея и вновь стала плавать вокруг девочки, наверное, она и минуты не могла прожить без движения. – Не совсем внятно, но в целом... Видишь ли, где-то четырнадцать лет назад бабушка Сары, Софи, обратилась ко мне с просьбой – наделить её способностями нереид, как бы по-родственному. Но я-то знаю, как нелестно старуха отзывалась обо мне, когда узнала от Алекса, что я – какая-то русалка недоделанная. Я даже видела, – при этих словах Актея указала на свою тику, и Эльмия сразу догадалась, что это – то самое Всевидящее Око, о котором как-то упомянул Алекс, – как Софи говорила, что сама избавится от нашей дочери, но когда увидела свою внучку в первый раз, сжалилась и полюбила сильнее себя самой... Отошли от темы... И вот, Софи попросила наделить её магией нереид, но я отказала и решила, что проведу обряд только для Сары. Софи согласилась, и я дала ей специальную шкатулку, с помощью которой можно было телепортироваться в Воды Нереид быстро и безопасно... Когда я тащила Сару ко дну, я хотела поскорее провести для неё обряд. Тогда бы она обрела способности нереид и пришла в сознание... Но когда появилась ты...

– Я всё испортила? – Эльмия виновато вздохнула, осознав свою ошибку.

– Вовсе нет! – утешила её Актея. – Когда ты отшвырнула меня при помощи своих способностей, я сразу поняла, что ты – та самая.

Ошарашенная Эльмия выпучила глаза.

– Это ведь ты – та единственная, которая сможет предотвратить столкновение Земли и Каэлестиса? – менее уверенно произнесла Актея.

– Наверное, я, – тем же тоном ответила ей Эльмия. – Только что это ещё за Каэелестис такой?

Актея изумлённо выгнула брови.

– Ты ничего об этом не знаешь? – удивилась она. – Я думала, тебя уже давно посвятили во все тайны Духов... Но, видимо, они до сих пор не хотят, чтобы ты нарушила древнее пророчество, и надеются, что тебе не удастся спасти Землю... Ну что ж, тогда расскажу я. В общем так, во Вселенной есть множество различных миров. Некоторые из них трудно назвать планетами, ведь они, по сути, являются островками земли, парящими в открытом космосе. Воды Нереид, кстати, один из таких миров... Софи обладала очень ценным артефактом – Временным кулоном, с помощью которого можно путешествовать во времени, но это было его обычным свойством, а главной особенностью являлось то, что раз в сто лет, когда над Землёй зависает Бесконечность – событие довольно красивое и частое, но набирающее такую мощь только один раз в век – кулон сможет осуществить любое желание своего хозяина. Но это явление обладает такой силой, что за секунду может убить владельца кулона, полностью обезвожив его организм. Выжить сможет лишь тот, кто обладает абсолютным бессмертием или магией нереид – способностью повелевать водной стихией, благодаря которой организм будет невозможно обезвожить. Софи хотела познать одну из четырёх самых сокровенных тайн Бесконечности, что позволило бы ей стать правительницей другого мира, а став ею, она бы переселила всех своих друзей и родных в свой мир, и судьба Земли её больше бы не волновала. Но, к счастью, Софи не обладала абсолютным бессмертием, и уж тем более магией нереид. Тогда она и пришла просить меня провести для неё обряд.

Эльмия вслушивалась в каждое слово Актеи, пытаясь вникнуть во всю эту запутанную историю, но, как бы она ни старалась, некоторые вопросы у неё всё же остались.

– В своём послании для мамы Софи написала что-то про Бесконечность в небе, но я никак не могу разобрать, что же это за событие такое? – спросила она.

– Странно... Это не такая уж и сложная загадка... – нахмурив тонкие брови, задумчиво произнесла Актея. – Но, если ты до сих пор не разобралась, значит, ещё не пришло подходящее время.

– А почему же вы теперь не хотите проводить обряд для мамы? – поинтересовалась Эльмия.

– По плану Софи я должна была провести обряд для Сары, чтобы она смогла загадать желание, стать правительницей того мира, прихватив с собой всю семью, а также друзей Софи. И всё должно было случиться именно так, но я увидела тебя! Я поняла, что, как бы я ни любила свою дочь и как бы ни хотела, чтобы она стала царицей другого мира, желание должна загадать именно ты!

– Я? – от удивления рот Эльмии раскрылся так широко, что девочке вовнутрь вновь попала вода.

– Да, ты, – весело произнесла Актея, вновь закружившись, как юла. – Я знаю, что ты обладаешь бессмертием, но, к сожалению, только истинным, в то время как для спасения после загадывания желания нужно абсолютное. Но я проведу для тебя обряд, и тогда у тебя всё получится! Ты сможешь пожелать постигнуть не только тайну пространства и времени, но и три другие тайны Бесконечности! Тогда ты станешь самым мудрым созданием во Вселенной. И если ты решишь спасти Землю, то никто тебе даже в мыслях перечить не будет!.. Есть ещё какие-нибудь вопросы?

Эльмия задумалась, но, посмотрев на Актею, кое-что придумала.

– То, что у тебя на лбу – это ведь Всевидящее Око? Как оно работает?

– Да, это оно... Всевидящее Око – это не конкретный артефакт, а название тех магических предметов, которые могут показывать какие-то определённые картины, которые произошли, произойдут или происходят в настоящее время. Во многих мирах есть подобная вещица. Везде она выглядит по-разному, но суть её одинаковая. Вот наше, нереидовское Око, показывает нам тех людей или морских обитателей, которые попали в беду. Видишь ли, мы, нереиды, не просто какие-то там девушки, живущие на дне океана! Мы... мы – санитары морей и океанов, как дятлы или волки, но только живущие под водой. Мы помогаем рыбкам, застрявшим в водорослях, собираем со дна вредный для морских обитателей мусор... Раньше мы ещё и людей спасали, которые плавать не умеют, и затерявшимся морским путникам дорогу указывали. За это нас очень долгое время почитали, считали божьими существами... Но шло время, люди менялись, становились грубее, кровожаднее. Нас всех стали называть нечистью, устроили на нас охоту... Тогда нам и пришлось переселиться в отдельный, собственный мир. Но свой долг мы оставить не могли. С помощью этих Очей мы смогли продолжать наблюдать за земными водами и телепортировать туда-обратно. Мы продолжали спасать бедных морских жителей, а вот людей старались обходить стороной. Вдруг они опять возобновят на нас охоту? У каждой нереиды есть своё Око, которое настроено на какой-то определённый участок Земли. Например, моё Око показывает тех, кто попал в беду в районе Либерштадта. Я помню тот день, когда получила своё Око, – утонув в приятных воспоминаниях, проговорила Актея. – И в первый же день увидела Алекса, твоего дедушку... Я была такой молодой, неопытной, любопытной, мне тогда двадцать пять лет исполнилось – для нереид ещё совсем ребёнок. Я не смогла просто смотреть, как Алекс тонет в озере, поэтому решила спасти его... Влюбились, встречались, а потом я забеременела... Осознала свои ошибки, рассказала Алексу обо всём... Скрывала Сару от остальных нереид, а потом отдала на воспитание Алексу... И вновь вернулась к работе, пообещав, что больше никогда не спасу человека. Пока тебя не увидела... У вас семейное, что ли, – в этом озере тонуть? – Актея тихонько хихикнула. – Что ещё интересует?

– Кто такие эти Духи? – не раздумывая, выпалила Эльмия. – Я про них часто слышу, но ничего не знаю! Что они вообще из себя представляют? Призраков?

– Нет, – Актея покачала головой. – Призраки – это как раз те, кто населяет Каэлестис. Вообще, странные создания. Они думают, будто они – люди, а все люди – это призраки... А Духи – это, в общем-то, тоже люди, но только те, которые знают великие тайны Бесконечности!

– Что же это за тайны такие? – не выдержала Эльмия.

– Да кто ж их знает? – Актея пожала плечами. – Они потому и тайны, что их ведают только Духи... Хотя говорят, будто то, что знают современные Духи, – всего лишь жалкие части тех знаний, которыми обладали самые первые Духи...

Актея неожиданно вздохнула.

– Слушай, мне очень приятно с тобой болтать, но ведь нам нужно ещё и обряд нереид провести!

– Ой! – Эльмия внезапно стукнула себя по лбу. – Я же совсем забыла! Там же на озере, на льду Акио стоит! Он, наверное, с ума уже сошёл, думает, что я утонула! Или уже сам под лёд провалился!

– Да не волнуйся ты так! – успокоила её Актея. – Если бы он начал тонуть, я бы получила сигнал, – она вновь указала на Око. – А одной из особенностей Вод нереид является то, что здесь можно обратить время вспять. Не совсем буквально, конечно. Если мы с тобой успеем провести обряд за нужное время, то мы вернёмся к тому моменту, когда я только тебя переместила сюда, однако мы всё уже успеем сделать. Такое явление называется параллельным течением времени – когда в одном месте время идёт одновременно вперёд и назад.

Эльмия облегчённо вздохнула: она, конечно, не всё поняла, но слова Актеи её убедили.

– Нам нужно кое-куда переместиться! – сказала нереида и, крепко схватив девочку за запястье, нажала на Око. Бурление, вспышка, и они обе оказались уже в другом месте.

Эльмия осмотрелась вокруг и увидела красивый и даже немного завораживающий пейзаж. Вокруг плавали разноцветные рыбки, некоторые стайками, другие – в паре или поодиночке. Длинные водоросли из-за малого количества света, проникающего на океанское дно, казались немного синеватыми, а из-за их причудливых, слегка размытых тёмных теней, они казались живыми. Ярко-красные кораллы особенно выделялись среди мрачных фигур: казалось, что их и вовсе не должно здесь быть, как будто их поставили сюда, как украшение, словно сувенир на полку. Сама Эльмия стояла на песчаном дне, полностью усыпанном цветными ракушками, камушками и даже жемчужинами, туда-сюда бегали маленькие крабы, проползали моллюски с раковинами: у одних они были закручены в спираль, у других – веерообразные, а у третьих – громоздкие, неопределённой формы со множеством шипов. В нескольких шагах от Эльмии за большими валунами, который, словно загорая на солнце, облепили морские звёзды, прятались две молодые красивые девушки-близняшки. Они осторожно выглядывали из-за камня и тихо перешёптывались.

– Это же человек! – ликовала первая нереида.

– Они и вправду существуют? – удивлённо воскликнула другая. – Я думала, что люди – сказочные существа...

– Ну что за вздор?! Конечно же, существуют! – возмущённо ответила первая. – Просто наши встречи нежелательны.

Девушка ловко выскользнула из-за камня. Сложив ладошки рыбкой, она подплыла к Эльмии.

– Привет, девочка! – нереида широко улыбнулась и приветливо помахала рукой.

– Эм... Здрасьте... – робко сказала девочка.

Эльмия не знала, что можно сказать, поэтому ощущала себя неловко, словно не в своей тарелке. Видимо, нереида почувствовала это – неопределённо пожав плечами, она уплыла прочь.

Эльмия закрутила головой: как ни странно, Актея тоже исчезла. Но вот знакомая нереида с волосами цвета морской волны и россыпью еле заметных веснушек выплыла из какой-то пещеры, держа в руках груду камней.

– Прости, что оставила тебя одну, – виновато произнесла Актея, остановившись около Эльмии. Нереида наклонилась и расцепила руки: тут же во все стороны разлетелись камушки и минералы. – Нужно было взять кое-что для обряда.

Актея стала копаться в куче камней, что-то нашёптывая под нос. Эльмия пыталась прислушаться, но разобрала только пару фраз и то не поняла их смысла.

– Ну что ты стоишь?! – притворно-рассерженно прикрикнула нереида. – Помогай давай!

– А что нужно делать? – опешила Эльмия.

– Необходимо отобрать десять топазов и десять рубинов... Хотя этим я займусь сама, а ты лучше отбери двадцать отшлифованных камней круглой формы. Слышишь?! Обязательно круглой! Если хотя бы один камушек будет овальным или другой неправильной формы, то ничего не получится.

– Угу...

Эльмия мрачно опустилась на колени и занялась самой скучной на свете работой – перебирать камни. Таким способом людей раньше могли бы наказывать, ведь Эльмии, как назло, попадались камни то овальные, то пятигранные, то в виде сердечек, но никак не круглые.

Процесс отбора прошёл в полной тишине: у Эльмии было ещё несколько вопросов к Актее, но она не решалась их задать, боясь отвлечь нереиду от дела.

Наконец, все камни были разложены на четыре кучки: топазы, рубины, круглые камушки и остальные, не пригодившиеся.

Актея велела Эльмии встать смирно, а сама тем временем стала раскладывать камни в определённом порядке: топаз, круглый камень, рубин, опять круглый камень и далее в этом же порядке. Вскоре вокруг Эльмии образовался цветной круг.

Вдруг Актея взмыла вверх и, остановившись над головой Эльмии, поджала под себя правую ногу, как балерина, а руки сложила перед собой.

Нереида завертелась с бешеной скоростью, как волчок, и вокруг неё образовалась воронка. Актея продолжала крутиться и вдруг резко затормозила. Она каким-то образом ухватила воронку за края руками и дёрнула вниз. Воронка вмиг перевернулась и поглотила Эльмию с головы до ног.

Из-за рубинов и сапфиров, воронка приобрела красные и синие оттенки. Круглые камушки как будто были стенкой невидимого купола – воронка не могла вырваться за пределы камней.

Это зрелище одновременно и завораживало, и пугало. Особенно страшно пришлось Эльмии, стоящей в эпицентре – внутри воронки. Но вскоре всё прекратилось: кручение воронки постепенно замедлялось, и через несколько секунд она исчезла, распавшись на пузырьки воды. Всё остальное осталось нетронутым, и мирно лежащие камни не свидетельствовали о только что произошедшем. Даже Эльмия стояла как ни в чем не бывало.

Девочка решила выплыть из круга, но стоило ей приблизиться к каменному ограждению, её вдруг оттолкнула невидимая сила. Значит, камни действительно удерживали воронку внутри себя, чтобы та не смогла вырваться наружу.

– Ты в порядке? – тут же ринулась к девочке Актея.

Она сначала убрала все круглые камни, а потом приблизилась к Эльмии. Девочка неопределённо пожала плечами.

– Вроде всё цело, – сказала она, незаметно улыбнувшись.

Эльмия поднялась на ноги и отряхнула с себя песок.

– У тебя ничего не болит? – продолжала расспрашивать нереида. – Может, ушиблась?

Эльмия даже немного засмущалась от такого количества внимания.

– Всё хорошо, – сказала она уверенным голосом. – Правда, не стоит волноваться.

Актея изумлено выгнула брови.

– Это невероятно! – она покачала головой, будто не веря свои глазам. – Силовое поле могло просто испепелить тебя, а на тебе нет ни одной царапинки! Похоже, твоя внутренняя энергия придала силе воды столько мощности, что теперь тебя и тысяча вольт не убьет!

Актея смотрела на Эльмию восхищённым взглядом и продолжала бы любоваться девочкой вечность, но вдруг её Око замигало алым огоньком.

– Акио? – Эльмия испугалась за друга.

– Нет, я просто поставила... эм... будильник. Тебе срочно нужно возвращаться в озеро, – сказала она немного огорчённым голосом.

Нереида взяла Эльмию за руку и, нажав на медальон тики, перенеслась с девочкой обратно в озеро.

– Прощай, – быстро простилась Актея с внучкой и моментально исчезла.

Эльмия даже не успела попрощаться в ответ и узнать, увидятся ли они когда-нибудь ещё.

Девочка подняла голову: озеро покрывалось тонкой плёнкой льда, на которую давили снежные сугробы, а прямо над ней зияла огромная дыра, в которую она и провалилась.

«Ну что, – подумала Эльмия, – посмотрим, на что я теперь способна».

Девочка приняла стойку смирно, руки сложила вдоль туловища, а ладони подняла параллельно дну и сделала ногами сильный толчок. Неожиданно она закружилась юлой и пробкой вылетела из лунки. Сильный поток воды, словно гейзер, держал Эльмию. Но вскоре он ослаб и нырнул обратно под лёд, разбросав при этом брызги. Эльмия упала в небольшой сугроб, который смягчил её падение. Но всё же девочка слегка ушибла бок. И вновь раздался этот страшный треск...

– О нет! – испугалась Эльмия. – Нам нужно срочно отсюда убираться!

Она тихо встала на ноги и протянула руку к ошарашенному Акио. Подхватив парня под руку, девочка закрыла глаза и представила, как они и Акио сидят в пещере напротив горящего костра. Открыв глаза, Эльмия уже сидела перед огнём. Акио тоже оказался рядом, но, осмотревшись вокруг и круглыми глазами уставившись на девочку, попятился назад, пока не упёрся спиной в ледяную стену.

– Кто ты такая? – осипшим от испуга голосом промолвил парень. Глаза его, казалось, вот-вот вылезут из орбит.

– Прости, – неестественным голосом, словно мурча, проговорила Эльмия. – Я не знала, что всё так произойдёт! Мне нужно было сразу тебе рассказать... Все обеды происходят из-за того, что я говорю об этом слишком поздно!

Эльмия отчаянно вздохнула.

– Ладно, это ты меня извини, – неожиданно произнёс Акио, приходя в чувство. – Просто... Сначала ты упала под лёд, и я уже решил, что ты начала тонуть, но прошло несколько секунд, и вдруг ты поднимаешься вверх на гейзере, хватаешь меня за руку и... переносишь сюда! Мне кажется, я с ума сошёл... Может, объяснишь мне, что здесь происходит?!

– Я как раз собиралась, – Эльмия прикусила губу и начала излагать свою историю.

Эльмия поведала обо всём: о кошмарном сне и Дне рождения, обнаружении сверхспособностей и Клео, о кольце и бутоне на чердаке, об Актее и обряде, который она сейчас провела. Она рассказала об этом быстро, но понятно и выразительно, и ни одна важная деталь не выскользнула у неё из головы.

В конце рассказа Эльмия нечаянно хмыкнула.

– Не вижу ничего смешного, – произнёс Акио, состроив кислую мину, хотя его карие глаза восторженно искрились в темноте, а голос вновь был привычно мягким и ласковым.

– Да нет, – Эльмия помотала головой. – Просто на этих выходных мне уже приходилось рассказывать о своих способностях друзьям, потому что я при них использовала свои способности, когда мы гнались от снежного барса...

Акио нахмурил брови и сморщил нос, наверное, ему не очень верилось истории про снежного барса в здешнем лесу.

– Мэтт тоже, узнав о моих способностях, стал вести себя недоверчиво, будто подозревая меня в чём-то... – добавила Эльмия, по-своему растолковав гримасу парня.

– Нет-нет, я тебе верю, – убедил её Акио. – Просто... мне нужно это всё переварить... Дай секундочку...

Он вобрал в лёгкие побольше холодного воздуха и медленно выдохнул. Изо рта выплыло небольшое туманное облачко, а вместе с ним и все отрицательные эмоции. Лицо Акио стало по-прежнему добрым и милым с белоснежной чарующей улыбкой.

Эльмия и Акио ещё поболтали некоторое время. Во время разговора девочка решила высушить промокшую до ниток одежду, в разы потяжелевшую от влаги. Акио задал несколько вопросов, касающихся способностей Эльмии, на что девочка отвечала, не раздумывая.

– Знаешь, – Акио неожиданно взял руки Эльмии в свои и посмотрел девочке прямо в глаза, но потом неловко отвёл взгляд, – для начала извини ещё раз, что так резко воспринял твои способности... Но теперь я понял... – он опять поднял глаза, в которых сверкало отражение яркого пламени костра. – Такой ты нравишься мне ещё больше.

И тут он медленно склонился над Эльмией и, зажмурив глаза, слегка открыл губы, намереваясь поцеловать девушку. От неожиданности Эльмия впала в ступор, но, когда парень едва не коснулся её губ, она отпихнула его, со всей силы толкнув в грудь.

– Это как ещё понимать? – шарахнулась Эльмия.

Акио непонимающе оглядел девочку.

– Прости, – в который раз за день извинился парень. – Просто... Ты мне так сильно понравилась... По сравнению с чувствами к тебе то, что я испытывал к Сабрине, можно назвать только апатией... Я даже уверен, что это не простая влюблённость, а настоящая любовь... И мне показалось, что ты испытываешь ко мне то же самое...

– О Боже... – Эльмия взмолилась и неправдоподобно замямлила: – Ты мне, конечно, понравился, но... Мне ведь всего тринадцать! О какой любви можно говорить? Я не хочу быть такой же, как девочки из элиты, чтобы иметь парня с десяти лет! Я ещё маленькая, чтобы задумываться о взрослой жизни и искать правильного парня... К тому же ты на три года старше меня! Извини...

Эльмия быстро вскочила на ноги, потушила костёр и, выйдя из пещеры, направилась к скутеру. Акио пошёл вслед за ней только спустя минуту. Добравшись до скутера, он подошёл к Эльмии.

– Твои? – спросил он, протягивая девочке ключи. – Лежали у стенки пещеры.

Эльмия взяла связку в руки и засунула её в карман.

– Спасибо, – сухо поблагодарила она.

Акио молча залез на своего железного коня и завёл мотор.

Всю дорогу они провели в мёртвой, гнетущей тишине. Акио довёз Эльмию до дома и быстро уехал по своим делам.

– Какая же я идиотка! – ненавистно бранила Эльмия саму себя, зажмурив глаза от безысходности. – Надеюсь, я не сильно его обидела... Хотя что я несу? Его уже вторая девушка отвергла...

Стиснув зубы, Эльмия поднялась по ступенькам.

– Ненавижу вторники! – произнесла она, войдя в дом.



Глава 12.


Примирение

Как Эльмия и предполагала, утром следующего дня Акио за ней не приехал. Девочка поплелась в школу, да так медленно, что опоздала на первый урок. К счастью, им была история, а поскольку мистер Грэм очень любил Эльмию, на опоздание он закрыл глаза.

Весь урок девочка была сама не своя: уставившись в одну точку, Эльмия просидела так до звонка, никого не слушая и ничего не делая. Конечно, это не осталось незамеченным для Кэти.

– Да что с тобой сегодня?! – на границе срыва, чуть ли не крича, спрашивала Кэти, толкая подругу в бок. Но, как бы она не старалась растормошить Эльмию, та даже глазом не моргнула.

Наконец, когда закончился уже третий урок, Эльмия словно очнулась, придя в сознание, и позвала Кэти.

– Нужно уединиться.

Они молча поднялись на третий этаж и зашли в библиотеку. Эльмия затащила Кэти в самый конец, чтобы никто – ни библиотекарша, ни посетители – не смог их услышать.

– Так что же случилось? – тревожась за подругу, поинтересовалась Кэти.

– Вчера... не, лучше начать с понедельника... – Эльмия на всякий случай, чтобы её никто не подслушал, говорила шёпотом. – Помнишь, я тебе рассказывала, что сидела в дисциплинарном классе с тем корейцем, который Сабрину пуделем обозвал?

– Тебя что, Мэтт укусил? – взбесилась Кэти. – Или ты сама решила все свои разговоры со мной начинать со слова «помнишь»?

– Я серьёзно, – хмурясь, ответила Эльмия.

– Ладно, помню, – недовольно пробурчала Кэти.

– Так вот... Оказалось, его зовут Акио, мы с ним очень мило поболтали и быстро сдружились, он даже мне понравился... Время нашего наказание истекло одновременно, поэтому он решил подвезти меня до дома на своём скутере...

– Гонщик значит, да? – угрюмо произнесла Кэти. – Чую, дело хорошо не кончилось...

Эльмия громко вздохнула: она так и знала, что Кэти воспримет эту информацию так негативно, поэтому так долго не хотела рассказывать подруге об этом.

– Как я тебе вчера и говорила, в субботу я потеряла ключи, – на всякий случай напомнила Эльмия, но не так явно. – И я попросила Акио подвезти меня до пещеры... В итоге мы нашли ключи, но потом произошло кое-что неожиданное... В общем, он захотел меня поцеловать.

– Ты целовалась с незнакомым парнем?! – взвилась Кэти, совсем позабыв о том, что находится в библиотеке.

Эльмия мысленно порадовалась тому, что не взболтнула о том, что рассказала Акио о своих магических способностях. Вот ору бы тогда было!

– Успокойся! – шёпотом велела ей Эльмия. – Во-первых, он мне совсем не незнакомец, а настоящий друг. Я его знаю почти так же, как и Мэтта. А во-вторых, я не говорила, что мы поцеловались! Он хотел меня поцеловать, но я ему не позволила... Сказала, что мне ещё рано задумываться о серьёзных отношениях.

– Правильно сделала! – поддержала её Кэти. – Я бы на твоём месте так же поступила! Ведь сначала нужно закончить школу, получить образование, найти хорошую работу, а потом уже строить семью.

– Дело не в этом! – Эльмия махнула рукой. – Просто, понимаешь... Он мне по секрету рассказал, что приехал к нам в Либерштадт из Кореи и устроился в эту школу только из-за того, что влюбился в Сабрину.

– Что? – Кэти нарочно закашляла, показывая своё недовольство. – Так он ещё и ловелас? Казанова чёртов! Донжуан недоделанный!

Эльмия решила срочно вмешаться, пока Кэти не придумала для Акио ещё десяток обидных прозвищ.

– Ты не поняла! – отчаянно произнесла она. – Акио – хороший парень. Но он влюбился в Сабрину, поехал за ней на другой конец Земли, а она его отшила! Когда он мне об этом рассказал, мне стала его жалко, и я его пожалела... Наверное, из-за этого мы и прониклись друг к другу... Я понравилась ему, а он – мне. Но когда он признался мне, я его отвергла... Я даже не думала, что это может нанести ему глубокую рану! Он ведь уже второй раз терпит отказ!

Кэти надула щёки.

– Да, ты права... Бедный мальчик, – она выпучила нижнюю губу, как бы показываю своё сожаление. – Вот зачем ты на него такую обижульку нагнала?

Эльмия чуть не поперхнулась от недовольства и несправедливости, но решила промолчать – споры с Кэти ещё никогда хорошо не заканчивались.

– Как думаешь, мне стоит перед ним извиниться? – Эльмия наконец огласила вслух вопрос, который беспокоил её весь день.

– Конечно стоит! – сказала ей Кэти. – Или нет... Даже не знаю... С одной стороны, ты оплошала, а с другой – разве ты виновата, что он тебе не нравится? То есть... короче, ты поняла!

Эльмия поджала губы: как она и думала, Кэти ей особо не помогла – она так же, как и Эльмия, не могла определиться.

– Ладно, пошли, – Эльмия махнула рукой.

Как только они с Кэти вышли из библиотеки, на них налетел Акио.

– Эльмия! – вскрикнул парень. – Я тебя по всей школе ищу! Хотел с тобой поговорить... – Он посмотрел на Кэти, стоящую рядом, говоря взглядом, чтобы она куда-нибудь ушла, но Кэти оставалась на месте. – Наедине, – по слогам произнёс Акио, давая явный намёк.

– Ты меня за дурочку держишь? – Кэти уперла руки в буки. – Я и так всё поняла! Но уходить никуда не собираюсь! При мне разбирайтесь, я тоже поучаствовать хочу!

– Эм... Кэти... – Эльмия от неловкости крутила глазами по сторонам. – Спасибо, конечно, за поддержку, но это... немного личное.

– Я всё равно всё знаю! – упиралась Кэти, но вскоре сдалась. – Ладно уж, воркуйте...

Она скрестила руки на груди, показывая свою обиду, и ушла прочь.

– Я хотел... – начал Акио, но Эльмия его резко перебила.

– Подожди, – велела она ему, прижав рот ладонью.

Эльмия тихо подкралась к углу, где начиналась лестница.

– Ну и что мы тут, позвольте поинтересоваться, делаем? – смешным голосом проговорила Эльмия, уставившись на подслушивающую Кэти.

От недовольства, что её рассекретили, Кэти раскрыла рот, но ничего не сказала и спустилась вниз. Убедившись, что подруга ушла, Эльмия вернулась к Акио.

– Я хотел, – скромно продолжил парень, – я хотел перед тобой извиниться... Я всю ночь думал о том, что неправильно поступил... Ну кто же сначала целует, а потом признаётся в чувствах, – Акио виновато опустил голову. – В общем, я хотел бы тебя пригласить в ту пещеру... Я приготовил тебе сюрприз.

Эльмия заинтересованно повела бровью.

– Ну ладно, – слегка сомневающимся голосом согласилась она. – Тогда после занятий я буду ждать тебя возле крыльца школы.

При этих словах её лицо было вполне серьёзным и бесстрастным, но как только она отвернулась и спустилась на второй этаж, на её лице засияла радостная улыбка.


***

Эльмия не могла не поделиться радостной новостью с подругой, но Кэти вновь завела шарманку о том, что с этим парнем опасно водиться.

После уроков Акио встретил Эльмию у входа в школу. Они вместе залезли на скутер и поехали за город. Сегодня между ними не было такой напряжённости, как в прошлый раз. Наоборот, всю дорогу они болтали на различные темы. Вернее, говорила только Эльмия, а Акио слушал, при этом стараясь не отвлекаться от дороги. А, может, и вовсе не слушал, только притворялся.

Добравшись до нужного места, Акио резко свернул с проезжей части вниз и проехал до самого конца склона. Припарковав скутер и накинув на плечи лямки портфеля, он помог Эльмии слезть, и они направились к пещере.

Дойдя до озера, они сразу же договорились идти друг от друга на приличном расстоянии. Вчера, когда они обиделись друг на друга, Акио шёл далеко позади от Эльмии, поэтому никто из них больше не провалился.

Углубившись в пещеру, Акио достал из портфеля не очень толстое, но весьма тёплое махровое одеяло, и они с Эльмией приземлились друг на против друга: Акио сел таким образом, что его правая нога оказалась полностью вытянутой, левую он согнул в колене, на которую положил сцепленные в замок пальцы, и упёрся на него своим острым подбородком, внимательно смотрел на Эльмию; девочка же уселась в позе лотоса и таким же изучающим взглядом рассматривала Акио.

– Ну хватит! – не выдержала Эльмия. – Мы сюда что, в гляделки играть пришли?

– Нет, конечно, – улыбнулся Акио, принимая более удобную позу. – Просто я подумал... Я не хочу, чтобы сегодня что-то опять произошло... Ну, там барсы нападали, например. Или русалки к себе под воду тащили.

– Нереиды, – поправила его Эльмия. – Не волнуйся, сегодня точно ничего не произойдёт.

– Нет, – Акио скептически покачал головой. – Ты сама вчера сказала, что из-за твоих способностей ты не можешь нормально общаться с людьми... А сейчас все твои способности находятся в этом камне, – Акио как-то косо посмотрел на кольцо Эльмии. – Сними его, – резко приказал он.

– Что? – сузив глаза, Эльмия снисходительно оглядела парня. – Это же часть меня! Вдруг, сняв кольцо, я потеряю сознание? Или вообще умру!

Акио состряпал молящую моську.

– Ради меня, – дрожащим, как у промокшего под дождём котёнка, голосом проговорил он. – Всего на один день.

Эльмия недоверчиво сощурилась, прижав руку с кольцом к груди.

– Нет! – без тени сомнения ответила она.

Акио встал с земли на ноги. Его лицо перекосилось от ярости.

– Как же меня задолбал этот идиотский цирк! – вдруг взорвался парень. – Отдавай мне это чёртово кольцо! – отпарив, велел он и требовательно протянул руку.

Эльмия не захотела смотреть на него снизу-вверх, поэтому тоже поднялась с пола. Однако она всё равно была на голову ниже Акио.

– Что на тебя нашло? – в сердцах спросила она, наградив парня недоверчивым взглядом.

– Мне приказали отобрать у тебя кольцо аккуратно, – проговорил Акио. – Но, если ты и дальше будешь так упорствовать, мне придётся с тобой разобраться по-серьёзному.

Заметив некоторое замешательство Эльмии, Акио злорадно расхохотался.

– Видно, ты такая дурочка, что до сих пор ничего не поняла, – не прекращая смеяться, ненавистно проговорил Акио. – Имя Клеопатра тебе о чём-нибудь говорит?

Эльмия невольно вздёрнула бровями – не о Клео ли он говорит? – и попыталась скрыть это, но её удивление не осталось для парня незамеченным.

– Это она приказала отобрать у тебя кольцо, – продолжал он. – Пообещала мне щедрое вознаграждение... Я, честно говоря, слегка струхнул, когда узнал, что ты – та самая. Но потом подумал – на что ты способна? Ты ведь, наверняка, ничего даже не знаешь о своих предках. А почему? Потому что они кинули тебя! Ты была рождена только с одной целью – изменить будущее, спасти эту жалкую планету. Ты была всего лишь частью плана своей мамаши по спасению Земли! Но тебе всё равно ничего не удастся изменить! Небеса порвутся, и два мира, столкнувшись, уничтожат друг друга! Так гласит тысячелетнее пророчество, и никто не сможет его опровергнуть! Тем более какая-то тринадцатилетняя девчонка.

От нахлынувшей злости, Эльмия сжала кулаки с такой силой, что ногти впились ей в кожу.

Невольно девочка вспомнила свой недавний кошмар: небо, словно натянутое над Землёй полотно, разрывается на две части, а сама Эльмия взлетает и начинает бороться с каким-то мужчиной, – его лицо по-прежнему оставалось ей незнакомо. А потом она протянула руку к этой трещине и... проснулась в холодном поту. Так что же с ней случится, когда она коснётся трещины на самом деле? Упадёт? Разобьется? Умрёт?..

Эльмия встряхнула головой, прогоняя пугающие мысли. Нет, она не умрет! Она будет сражаться! И сейчас она не сдастся без боя!

– Я готова! – яростно дыша, прокричала Эльмия.

– К чему? – удивился Акио, улыбнувшись своей фирменной улыбкой. Но сейчас она казалась Эльмии вовсе не очаровательной, а похожей на звериный оскал.

– К сражению! – выпалила девочка. – Ты сказал, что будешь разбираться со мной по-серьёзному. Я готова!

Акио медленно подкрался к Эльмии, всем своим видом нагоняя на девочку жуткий страх, пронизывающий её до мозга костей. Он подошел к ней и сжал пальцами ее горло.

– Ты уверена? – сощурившись, язвительно спросил он.

Эльмия хотела ответить «да», но не смогла: во-первых, Акио сильно сдавил ей горло, тем самым лишив девочку воздуха и возможности говорить. Во-вторых, она потеряла дар речи, когда увидела «трансформацию» парня.

Лицо Акио начало менять черты: оно стало плоским, цвет глаз с карего изменился на желтый, а зрачки сузились и вскоре превратились в кошачьи. Его нос так же преобразился: стал плоским и покрылся влажной розовой кожей. Его зубы заострились, появились четыре мощных клыка. Уши его немного вытянулись и переместились на макушку. Всё его тело стало меняться в размерах: на вид парень стал больше и сильнее, а сзади него мотался длинный хвост. После всего этого Акио медленно покрылся белой с чёрными пятнами шерстью. И вот перед Эльмией не было больше никакого парня по имени Акио – перед ней стоял настоящий, свирепый хищник из семейства кошачьих.

– Ты оборотень? – сдавлено пропищала девочка: ей было дышать ещё труднее, потому что ей в шею вонзились два острых когтя. – Ты можешь превращаться в снежного барса?

– В ирбиса, – яростно прорычал он и тихо пробубнил: – Хотя это одно и тоже... – И добавил ещё громче и злее, чем в первый раз. – И всё же я – ирбис!

Он отпустил Эльмию, которая тут же принялась глотать ртом воздух, а сам попятился назад и встал в стартовую позицию.

Акио с бешеной скоростью накинулся на Эльмию. Девочка не сразу поняла, что сейчас происходит, но всё же, повинуясь инстинктам, отпрянула в сторону, и Акио еле удалось затормозить перед стенкой, чтобы не врезаться. Но он не растерялся, а резко развернулся назад и опять помчался на девочку.

Эльмии до сих пор всё происходящее казалось сном. Но что, если всё это было страшной реальностью?

Акио уже набрал скорости для второго прыжка. Казалось, что он сейчас набросится на Эльмию и разорвет её на кусочки. Но внутренний голос девочки подсказал ей, что нужно делать: она подняла руки вверх и развела их в стороны, рисуя вокруг себя окружность. Эльмия не знала, как это её спасёт, но вдруг окружность засветилась ярко-розовым светом, поднялась над ее головой и завращалась, превращаясь в полупрозрачную плёнку. Она начала раздуваться, превращаясь в большой мыльный пузырь, и скрыла в себе Эльмию.

Акио со всей силы врезался в пузырь и отлетел, как будто от сильного толчка. Пузырь тут же лопнул.

– Я уж думал, что ты никогда не сделаешь этого, – ирбис зло усмехнулся.

– А я думала, что ты обычный парень! – обиженно произнесла Эльмия.

Она решила, что если будет всё время обороняться, то ей уж точно не победить, поэтому она решила нападать.

Девочка, шепнув всего лишь одно слово «взлететь», воспарила над землёй и надвинулась на Акио маленькими шажками по воздуху. Ирбис смотрел на Эльмию изучающим взглядом: ему было интересно, что же сейчас придумает эта несмышлёная девчонка.

Но действия Эльмии произвели на него ошеломляющий эффект.

Девочка стала переходить с медленного шага на быстрый и вскоре очень сильно разогналась. Под её ногами летели розовые искры, отлетающие в разные стороны. Она на бегу сложила ладони крестом и резко вытянула руки вперёд: из ладоней тут же появился мощный луч, который поднял Акио и отшвырнул его на большое расстояние. Акио впечатался в стенку пещеры, оставив на ней большой отпечаток своего звериного тела. Но эта атака оказалась настолько мощной, что и сама Эльмия не выдержала и рухнула наземь.

– Честно говоря, даже не ожидал от тебя такого, – рыкнул ирбис, становясь на четыре лапы.

Он медленно подошел к девочке. Эльмия лежала на земле без сил и не могла сказать ни слова.

Акио на ходу начал превращаться обратно в человека, но не в такого, которого Эльмия знала: доброго, нежного, доверяющего, нет. Перед ней теперь стоял совершенно другой человек: злой, беспощадный, решительный. Даже его голос стал жестким и грубым.

– Спасибо, что облегчила мне работенку, – сказал он издевательским тоном. – Мне не нужно было тебя убивать. Видишь ли, на твоём кольце было наложено защитное заклинание. Его никто не смог бы снять с твоего пальца без твоего соглашения, но сама ты мне его отдавать отказалась. Единственный оставшийся способ забрать кольцо – обессилить тебя.

Парень опять усмехнулся. Он медленно наклонился над Эльмией и стянул с её пальца перстень. В кольце больше не было той стремительно рвущейся на свободу энергии. Теперь в камушке виднелся еле заметный бледно-розовый огонек.

– Ты использовала очень мощное заклинание против меня, – продолжал парень, рассматривая кольцо. – Но использовала его неправильно... вернее, не совсем правильно. Ты отдала почти все свои силы на эту атаку! У кольца не осталось энергии для обеспечения собственной защиты, потому что теперь его главная задача – сохранять твою жизнь.

Эльмия тихо ахнула: Акио же только что забрал у нее кольцо! Значит, кольцо больше не сохраняет её жизнь... Неужели она умрет?

– Нет, – Акио удалось прочитать мысли девочки по ее встревоженному лицу. – Кольцо ещё некоторое время будет тебя защищать, но это ненадолго... Впрочем, не думаю, что от тебя так легко избавиться.

Он круто развернулся лицом к выходу из пещеры и ушёл прочь высокомерной походкой. Его глаза торжествующе смотрели вперед.

– Стой! – из последних сил выкрикнула Эльмия. Но Акио не удостоил её вниманием.

Как только парень скрылся, Эльмия потеряла сознание...


Глава 13.


Связь с Духами

В гостиничном номере было светло: погода сегодня выдалась ясной, и яркое весеннее солнце проникало через большие окна гостиничного номера. На белом диване, раскинув руки на спинке, а ноги сложив крестом и закинув их на прозрачный журнальный столик, лежала Клеопатра. Она размышляла о своём прошлом, и порой ей в голову приходили решения вернуться к Госпоже Смерти, своей матери. Но она тут же отгоняла эти неприятные мысли, пытаясь вспомнить что-нибудь хорошее и весёлое, что нечасто происходило в её длинной жизни, но в душе по-прежнему томились тоска и очень плохое предчувствие.

Неожиданно её раздумья прервал громкий настойчивый стук в дверь, как будто кто-то намеревался с нетерпением её выбить.

Клеопатра тут же вскочила на ноги и пригладила своё чёрное платье с белой отделкой, делающее царевну похожей на выпускницу школы. Открыв деверь, Клеопатра увидела на пороге шестнадцатилетнего парня восточной внешности. Его лицо, наполовину закрытое длинной чёлкой чёрных волос, выглядело равнодушным, хотя в глазах горел злой, хищный огонёк. Клеопатра внимательно его осмотрела: до сегодняшнего дня она не видела парня в человеческом обличье.

– Ты выполнил моё поручение? – спросила она величественным тоном.

– Да, как ты... вы и просили, – Акио достал из заднего кармана кожаных брюк кольцо с синим камнем и протянул его своей наёмнице.

– Хорошая работа... – похвалила его девушка, смотря, как розовая молниеобразная энергия Эльмии метается в стенках минерала. – А девочка?

– Она жива... Если вы это имели ввиду, – ответил парень равнодушным тоном. – Правда, с ней пришлось немного повозиться...

– Я же просила её даже пальцем не трогать! – резко закричала Клеопатра.

– Я пытался, – парень тоже повысил голос, но вновь стал говорить спокойно. – Я состроил сцену при первой же возможности: как бы случайно с ней столкнулся, а сам попытался снять кольцо с её пальца. Но на нем было наложено защитное заклинание... Мне пришлось втереться к ней в доверие, чтобы потом загнать её в угол и отобрать кольцо. Только без боя она сдаваться не захотела. Пришлось слегка помять ей бока.

Клеопатра сделала недовольное, немного скептическое лицо, но промолчала, лишь указывая рукой в номер.

– Проходи, – пригласила она к себе гостя.

Акио послушно прошёл в комнату и сел на большое белое кресло.

– Надеюсь, вы помните о своём обещании? – воодушевлённо произнёс парень.

Клеопатра ничего не ответила.

Ещё раз осмотрев кольцо, девушка ушла в другую комнату. Убедившись, что Акио за ней не подсматривает, Клеопатра отодвинула в сторону картину с изображением её родины, которую она создала с помощью своей способности дублирования теней. Перед ней оказался встроенный в стену сейф. Клеопатра ввела код, сейф предательски пищал при нажатии на каждую клавишу. Дверца открылась. Засунув кольцо в сейф, Клеопатра захлопнула дверцу и вновь завесила её картиной.

Вернувшись в комнату с гостем, Клеопатра подошла к большому овальному зеркалу в серебряной рамке в стиле барокко и посмотрела на свой указательный палец левой руки, после чего достала из кармана швейцарский нож и проделала им на пальце небольшой разрез. Акио удивлённо изогнул бровь: кровь не пошла. Вместо этого из пальца выступило чёрное пылевое облачко, похожее на то, что вылетает из старых грибов-дождевиков, если их раздавить, а кожа, будто защитный чехол, слезла, обнажив при этом натуральный вид пальца Клеопатры: тёмный, полупрозрачный, неосязаемый.

Клеопатра провела пальцем по зеркалу, рисуя что-то похожее на наклонную восьмёрку или символ бесконечности. Акио внимательно следил за происходящем: нужно всегда быть наготове, особенно когда имеешь дело с дочерью Госпожи Смерти.

Парень заметил в зеркале, что от этих мыслей на его лице проступили те самые эмоции, которые он ненавидел больше остальных – страх и нерешительность. Нельзя этого показывать. Он стал думать о том, как легко расправился с этой дрянной девчонкой. Она ничего не могла сделать против него. У неё не было шансов. На его лице появилась кровожадная улыбка.

Акио опять посмотрел в зеркало, но ничего не было видно: отражение в зеркале помутнело и с каждой секундой размывалось ещё сильнее. Постепенно разноцветные пятна стали сгущаться в центре зеркала, при этом меняя свои цвета на оттенки от светло-голубого, почти серебристого, до синего. От центра пятна стали расходиться в разные стороны, приобретая чёткость и контур. Через несколько мгновений в зеркале появился образ странного существа. Оно имело фигуру земной девушки, но при этом у неё была светло-голубая, как корочка льда над озером, кожа, жёлто-зелёные глаза без зрачка и радужки, а волосы, своей формой напоминающие высокую корону, развивались из стороны в сторону, подобно пламени свечи.

– Узнала меня, Селена? – Клеопатра обратилась к существу. На его лице проявилось едва заметное удивление.

– Клеопатра? Это ты? – в эхе полупустой комнаты из уст существа раздался холодный женский голос, напоминающий хруст разбитого стекла под ногами. – Но как...

– Нет времени на пустые разговоры, – прервала её девушка. – Я хочу тебе кое-кого показать, – Клеопатра отошла в сторону, и Акио оказался прямо напротив зеркала. – Думаю, тебе стоит вернуть его обратно в свои ряды.

– Его? – раздался злорадный смех. – Люди дурно на тебя влияют! Я не допущу, чтобы в моём царстве жил этот негодник!

Селена чуть было не взмахнула рукой, прервав тем самым связь, но Клеопатра успела её остановить.

– Он кое-что сделал! – сказала она, наблюдая за реакцией женщины, впрочем, на этом лице очень редко проявляются какие-либо эмоции.

– И что же? – незаинтересованным голосом спросила Селена.

– Я нашла её, – отчеканила Клеопатра, выделяя каждое слово, но последнее – особенно.

– Её? – Селена невольно удивилась.

– Ту, которой не должно было существовать...

– Ты имеешь ввиду дочь...

– Да, её, – кивнула Клеопатра.

– И ты в этом уверена? – не веря, спросила Селена.

– Более чем, – твёрдо ответила Клеопатра. – Я её уже проверила: она обладает бессмертием, а её способностям нет границ. И, ко всему прочему, ей снился тот самый день...

– День, когда Земля падёт? Когда она столкнётся с Каэлестисом? – напыщенно спрашивала Селена.

– Именно, – подтвердила Клеопатра.

Селена некоторое время промолчала, после чего бесстрастно произнесла:

– Ты ведь понимаешь, что я не могу тебе полностью верить?

– Это ещё почему? – недоумевающим голосом спросила Клеопатра. – Моя мать – Великая Госпожа...

– Ты не знаешь, кто твоя настоящая мать! – неожиданно громко выкрикнула Селена.

Атмосфера вокруг стала накаляться.

– Что ты сказала? – переспросила Клеопатра.

– Ничего... Тебе показалось.

– Ты сказала, что Госпожа Смерть – не моя родная мать?

– Забудь! – велела ей Селена. – Я не должна была тебе этого говорить...

– Я – законная наследница престола и имею право знать истину! – Клеопатра настаивала на правде.

– Лоней запретил рассказывать об этом! – яростно проговорила Селена и прикусила язык. От гнева её и до того острые скулы стали казаться ещё острее, как бритва – того глядишь и порежешься от одного прикосновения. – Ты сбежала из Царства, предала Госпожу Смерть... Знаешь, сколько из-за тебя неприятностей возникло? – Селена продолжила перечислять причины не верить Клеопатре.

От досады девушка прикусила губу и сделала длинную паузу.

– Ты можешь не верить мне, но поверь своему фавориту, – скромно проговорила Клеопатра. – Акио исправил ошибку, созданную тринадцать лет назад. Теперь девчонка никогда не сможет исправить предначертанное. Ни это ли подвиг настоящего поданного царицы?

Селена помолчала, обдумывая своё решение и ответила через пару минут:

– Хорошо, я согласна, – она кивнула и обратилась к Акио. – Мне нужно время, чтобы приготовить всё к вашему приходу, сэр Лигай. Думаю, недели мне будет достаточно.

– Неделя? – на лице парня выразилось недовольство. – Ещё целую неделю я должен жить среди этих... смертных?

– К глубокому разочарованию, я ничем помочь не могу. Я и сама понимаю, что жизнь среди людей наводит тоску. А за это время ты ещё и разучился контролировать свои чувства.

Лицо Акио резко стало серьёзным: он помнил, что у настоящего зеркального рыцаря ни на лице, ни в голосе, ни в каких-либо других видах не должны проявляться эмоции. Закон любого жителя Зеркального царства: ни эмоций, ни чувств, ни души, ни сердца.

– Но ведь и ты иногда даёшь осечки, – вдруг вмешалась Клеопатра.

– Что ты хочешь этим сказать? – вновь бездушным голосом отозвалась Селена.

– То, что хотела – уже сказала, – ответила психолог. – Во время нашего общения ты несколько раз показала удивление и ярость.

– Тебе показалось, – попыталась отмахнуться Селена, но Клеопатра продолжила издеваться над правительницей Зеркального царства.

– Я вообще не понимаю, зачем нужно было издавать закон, которому сама царица не всегда следует? – размышляла девушка. – А ещё ты зачем-то сменила имя. Я думала, что для бесчувственных людей всё должно казаться безразличным, тем более имя. Не так ли, Нингонг? – ехидно произнесла царевна, поставив акцент на последнем слове.

– Не смей называть меня этим именем! – Селена вот-вот могла взорваться от приступа ярости.

Вдруг раздался хруст: в центре зеркала появилась небольшая дырочка, от которой в разные стороны поползли маленькие трещинки.

– Как сказал мой коллега: «Гнев – короткий путь к ошибке», – произнесла Клеопатра нравоучительным голосом. – Никто не может скрывать всё, что он чувствует. Даже ты...

– Почти все Главные Духи сменили имена, – оправдывалась Селена. – Вита, Димент... Госпожа Смерть и вовсе выбрала себе псевдоним. При чём в честь самого кровожадного существа из фольклора людей... Только Лоней оставил себе прежнее имя... Так что и я имею право... Мне нужно спешить, – проговорила Селена, не проявив никаких чувств. – Сэр Лигай... Подойдите к зеркалу.

Акио удивился, но не подал вида. Когда он подошёл к зеркалу, встав в знак уважения на колено, Селена вытянула руки так, что, казалось, они вот-вот вылезут из-за зеркальной поверхности, закрыла глаза и прошептала какое-то короткое заклинание.

– Теперь вы вновь можете превращаться в зеркального лорда, – закончив, пояснила свои действия Селена, – но будет лучше, если вы по-прежнему останетесь в человеческом обличье... А теперь можете идти. И не забудьте приготовить свои вещи для возвращения во дворец.

В знак почтения Акио сделал кивок головой, встал на ноги и вышел из гостиничного номера.

Селена и Клеопатра продолжали сверлить друг друга взглядами. Зеркало продолжало трескаться.

– У нас есть ещё пара секунд, – наконец произнесла Селена. – Ничего не хочешь узнать?

– Как поживает моя мать? – спросила Клеопатра таким голосом, будто её заставили это сказать под пытками.

– Хорошо... Правда, подняла большой шум, развела скандал, жаловалась Лонею... А в остальном всё хорошо.

Клеопатра виновато опустила голову.

– Не бойся, я не расскажу ей о нашей беседе, – пообещала Селена.

Трещины продолжали ветвиться, поднимая треск.

– Удачи, – на прощание произнесла Селена, и зеркало разлетелось на мелкие осколки. Некоторые из них попали в Клеопатру, разрезав кожу в нескольких местах. Её оболочка уже не была годной.

– Чёрт! – выругалась она. – Вот что с людьми делает злость и ненависть... Теперь нужно искать новое тело... или...

Она подняла один кусочек осколка и посмотрела в него, вспоминая слова Селены про её мать...

– Пора возвращаться, но сначала...

Она подошла к телефону и набрала чей-то номер.

– Будьте добры, принесите в мой номер курицу, но только что убитую, – проговорила она в трубку. – Хорошо, я подожду.

Через десять минут в дверь постучали. Клеопатра открыла, на пороге, держа поднос на одной руке, стоял мужчина. Он ошарашенно рассматривал разорванные участки тела девушки, но ничего не сказал. Клеопатра заплатила разносчику деньги и дала немного чаевых, а затем взяла у него поднос и, захлопнув дверь, поставила его на стол. После этого девушка небрежно переложила курицу на стол, поднос промыла и налила в него немного горячей воды из-под крана. Затем Клеопатра разрезала курицу, нарочно испачкала палец в крови и начала выводить им что-то по воде на подносе. Следы крови стали складываться в узор, напоминающий символ бесконечности. Через пару секунд узор засветился ярко-красным цветом, и вместо дна подноса Клеопатра увидела лицо женщины.

– Здравствуйте, Кровавая Мэри, – поприветствовала Клеопатра изображение на воде.

– Кто вы и как смогли со мной связаться? – строго спросила женщина.

– Я связалась с вами с помощью старого обряда: нарисовала символ кровью по воде... Вот только пришлось использовать кровь курицы, своей-то у меня нет, – ответила Клеопатра. – И вы меня, наверное, не знаете. Я – Клеопатра, дочь Госпожи Смерти.

– А, – понимающе закивала Мэри. – Так ты из Царства Теней, царства, появившегося после моего изгнания... Что же тогда случилось?

– Лоней запрещает об этом рассказывать.

– Ох, куда не глянь, везде этот выскочка со своими запретами! Ну ничего, ему ещё не долго править осталось... – злорадно прошептала Мэри. – Так с какой же целью ты со мной связалась?

– Пару месяцев назад я сбежала из Царства Теней на Землю. Мне нужно было принять вид человека, а для этого я должна была вдохнуть чьи-нибудь остаточные частицы жизни. Сейчас я решила вернуться обратно, а этих частиц осталось немало.

– К чему ты клонишь? – Мэри нахмурила лоб.

– Я хотела бы произвести обмен, – прямо ответила Клеопатра.

– Обмен? Хм... – Мэри задумалась. – Частицы жизни – хороший товар, особенно учитывая то, что моё тело опять начинает стареть. Но на что ты хочешь меняться?

– Вы ведь раньше были Царицей Жизни, так? А значит, обладаете способностью узнавать происхождение человека. Я хочу, чтобы вы мне показали моих настоящих родителей.

– Настоящих? Ну надо же, до чего дошло... – фыркнула Мэри. – Царевна – не дочь царицы...

– Прошу не говорить об этом в таком тоне, – строго произнесла девушка.

– Извини... Хорошо, это нетрудно сделать.

Глаза Мэри опустились вниз. Наверное, в это время она что-то делала руками, может, проводила какой-то обряд или что-то в этом роде. Клеопатра не могла быть в этом уверена, потому что на подносе было видно только голову женщины.

– Я вижу твоего отца, тебе его показать?

– Нет, спасибо, мама часто рассказывала мне о нём. И отнюдь не хорошенькие истории. В глаза знать этого мерзавца не хочу.

– Твоё право... А вот и твоя мама.

– Покажи мне её! – тут же приказала Клеопатра.

Вместо лица Мэри на воде появилось изображение женщины в чёрном балахоне с капюшоном, полностью скрывавшее её лицо.

– Это Госпожа Смерть... Если она действительно моя мама, значит, Селена обманула меня!

– Селена? О, моя старая подруга... Ей никогда не стоит доверять. Она всегда врёт, даже если ей это не нужно. Некоторые так часто скрывают правду, что лгать становится их привычкой.

– Это я уже поняла, – грустно вздохнула Клеопатра.

Кровавая Мэри на это никак не отреагировала.

– Что же, я выполнила твою просьбу, теперь исполняй своё обещание, – напомнила женщина.

Клеопатра кивнула головой, затем сложила руки лодочкой, поднесла их к губам и сделала глубокий выдох. Из её рта вылетели маленькие красные частицы чужой жизни. Чем больше их появлялось снаружи, тем меньше Клеопатра становилась похожа на человека. Когда все пылинки были собраны в её ладонях, она вновь выглядела, как обычная тень. Лишь странное белое пятно на затылке отличало Клеопатру от остальных жителей Царства Теней.

Клеопатра раскрыла ладони прямо над поверхностью воды. Сначала частицы направились кверху, но затем Мэри сделала глубокий вдох, и частицы, полетев вниз и пройдя сквозь поднос, через рот залетели внутрь женщины. Её кожа стала растягиваться, и Мэри, до того выглядевшая почти на пятьдесят, вновь стала казаться двадцатипятилетней.

– Давно я не чувствовала себя так хорошо, как сейчас! – удовлетворённо сказала Мэри и вновь опустила глаза вниз. – Ты точно не хочешь взглянуть на своего отца?

– Спасибо, не надо, – снова отказалась Клеопатра.

– Очень жаль, на твоём месте я бы потребовала это непременно, – ответила она спокойным тоном, но тут она выпучила глаза, продолжая смотреть вниз.

– Что-то случилось? – тревожно поинтересовалась тень.

– Я... я вижу твою мать...

– Вы мне её уже показали, это Госпожа Смерть, – сказала Клеопатра, а про себя подумала, что, несмотря на молодую внешность Мэри, у неё явно были проблемы с памятью, как у пожилых людей.

– Нет, я вижу твою вторую мать! – воскликнула она. Клеопатра заметила, как та тревожно прикусила нижнюю губу.

– Две матери? Кто из них моя биологическая?

– Они обе биологические! – изрекла она невероятную новость.

– Ничего не понимаю, – Клеопатра замотала своей полупрозрачной головой.

– Я и сама вижу такое впервые, но... У тебя действительно родные отец и две матери.

– Покажи мне её! – потребовала Клеопатра. – Покажи мне вторую мать!

Изображение на воде вновь сменилось. От увиденного у Клеопатры пробежали мурашки по призрачной спине.

– Не может быть, – потрясённо произнесла она. Тень провела рукой по воде, изображение тут же исчезло, но вместе с этим прервалась и связь с Мэри.

Клеопатра озадачено смотрела на белое кресло, на котором всего полчаса назад сидел Акио.

– Ох, Эльмия... – сочувственно вздохнув, проговорила она. – Что же я наделала?!


***

Торжествующий Акио покинул гостиничный номер с злорадной ухмылкой на лице. Насмешливо осмотрев дверь, он вынул из кармана брюк кольцо с синим камушком.

– Как легко удалось её провести, – парень еле сдерживал ироничный смех. – Не думал, что дочь Главного Духа купится на дешёвую подделку.

Он ещё раз осмотрел кольцо и протёр танзанит до блеска об рукав.

– Теперь я знаю, что в тебе такое ценное, – усмехнулся Акио. – Теперь никакая Селена мне не указ! Теперь я стану новым правителем Зеркального царства! Осталось подождать всего семь дней, чтобы вернуться в родной мир, и тогда я смогу захватить власть.

И, довольно рассмеявшись, парень спустился по лестнице гостиницы, возвращаясь к обыденной людской жизни.


Глава 14.


Больничный

Очнувшись, Эльмия нащупала в кармане телефон и набрала номер Мэтта.

– Помоги мне... – еле слышно просипела она. – Я в пещере... Забери меня...

И она вновь потеряла сознание. Телефон выскользнул из её руки. Мэтт даже не успел спросить, что случилось, но времени терять не стал.

Парень приехал за девочкой только спустя почти час на старом мотоцикле с коляской, который он стащил у отца. Когда он прибыл на место, Эльмия всё ещё лежала без сознания, поэтому парню пришлось нести девочку на руках до самого мотоцикла. Погрузив Эльмию в коляску, он с максимальной скоростью поехал к её дому. Когда он постучал в особняк Диксон, дверь открыла Сара.

– О Боже, что случилось? – схватившись от резкой боли за сердце, спросила она.

Мэтт сидел на порожках особняка, держа Эльмию под мышки. Держать её на руках у него больше не было сил.

– Помогите мне, – попросил Мэтт, и только после этого Сара спохватилась.

Она подняла дочь на ноги, и они с Мэттом перетащил её на диван в гостиной. Сара сняла с Эльмии одежду и окутала её в несколько пледов. Кожа Эльмии была бледно-синей, а дыхание стало настолько редким, что казалось, будто девочка умерла, и лишь редкие судороги оповещали о её жизни.

– Что с ней стряслось? – вновь спросила Сара, пряча дрожащие от испуга и волнения руки за спиной.

– Да я сам не понял... Кэти сказала, что в школе Эльмия жаловалась на головную боль, но медсестра ей только таблетку дала, – Мэтт пытался соврать как можно более правдоподобно. – А потом, после уроков, мы втроём пошли домой, и рядом с нашим домом она потеряла сознание... Мы сначала подняли её к себе в квартиру, но она никак не приходила в сознание... И тогда я уже решил её до вас довезти.

– Ох, – только и смогла вымолвить Сара. Она трясущимися руками достала из шкафа аптечку и одну за другой выпила несколько успокоительных таблеток.

– Может, вызвать скорую? – предложил Мэтт, волнуясь за подругу.

– Да нет, я сейчас успокоюсь, – сказала Сара. Вздохнув, она добавила: – Ой, совсем с ума уже схожу... Думаю, с ней всё будет в порядке.

На самом же деле Сара непременно хотела вызвать врача на дом, но боялась, что к ней в особняк вновь нагрянет тот доктор-психопат, который хотел отобрать Эльмию у Сары и Тома. Однако в такой ситуации помощь врача была необходима. Но когда Сара подошла к телефону, с дивана послышалось слабое кряхтение, – Эльмия, наконец, очнулась и слабо закашляла.

– Всё нормально, мам, – слабым голосом проговорила Эльмия. – Я просто простудилась...

– Ну слава Всевышнему, ты очнулась, – успокоилась Сара. – Я чуть рассудка не лишилась! Ты ведь ещё никогда не болела! – привычно затрепетала она. – А я предупреждала: ваши ночёвки в пещерах на холодном воздухе до добра не доведут! Вот чуяло же моё сердце! – вздохнув, она присела на корточки рядом с Эльмией, приложив руку ко лбу дочери. – Температуры вроде бы нет... Да и разве при обычной простуде падают в обморок?

– Я тринадцать лет не выходила на улицу... У меня иммунитета совершенно нет! – еле шевеля губами, говорила Эльмия. – Всего одна неделя на морозе, и вот я уже свалилась с ног... Этого стоило ожидать.

Сара напоила Эльмию горячим чаем с мёдом, напичкала её различными таблетками и микстурами и отправила в кровать под одеяло. Мэтт проводил Эльмию до её комнаты и договорился с миссис Диксон о том, что посидит с девочкой. Получив разрешение, Мэтт позвонил Кэти и велел ей срочно бежать сюда. Подруга оказалась в доме уже через пятнадцать минут.

– Что произошло? – выпалила Кэти, залетев в комнату Эльмии. Увидев побледневшую девочку, она села на стул рядом с Мэттом.

Кэти сочувственно вздохнула, взяв подругу за руку.

– Акио, – прохрипела Эльмия.

Девочка заметила, как лицо подруги изменилась с обеспокоенного на негодующее.

– Я так и знала... – зло пропыхтела она. – Что он натворил? Опять приставал?

Эльмия едва заметно покачала головой.

– Хуже...

Она поднялась повыше и, прокашлявшись, начала свой рассказ. Излагать историю она стала с понедельника, чтобы во время процесса Мэтт потом не перебивал своими вопросами. Эльмия поведала обо всём по порядку: сначала про встречу с парнем утром, затем о нападении Сабрины и Рани. Во время рассказа о том, что Рани едва не пришибла Эльмию сумкой, у Мэтта вытянулось лицо – видимо, Кэти не захотела ему говорить об этом инциденте. Или забыла. После этого Эльмия рассказала о наказании, знакомстве с Акио, о том, как парень подвёз её до дома, а на следующий день – до школы. Затем её описание событий стало более детальным – она подробно рассказала о том, как Акио довёз её до озера, как она провалилась под озеро, об Актее и обряде нереид, о раскрытии Акио тайны о своих способностях. Она не хотела рассказывать Мэтту о том, как парень хотел поцеловать её, но пришлось, ведь иначе об этом могла напомнить Кэти. После этого она рассказала, как сегодня в школе Акио предложил Эльмии вновь съездить на озеро, как парень поначалу требовал снять кольцо с её энергией, а потом пошёл на неё с атакой.

– Он отобрал у тебя кольцо! – вскрикнула Кэти, заметив пропажу перстня с пальца подруги.

– Угу, – угрюмо кивнула Эльмия. – Я использовала против него мощную атаку, но она обессилила меня, поэтому он смог забрать моё кольцо, а я потеряла сознание.

– Получается, у тебя больше не осталось твоих магических способностей? – уточнила Кэти.

Вместо ответа Эльмия расстроено вздохнула.

– Вот урод! – взбесился Мэтт, зачем-то засучивая рукава по локоть. – Как только я увижу его самодовольную физиономию завтра в школе, набью его кошачью морду так, что даже нос сломается!

– Не надо! – отговорила его Эльмия. – Во-первых, он ведь может превратиться в ирбиса, а ты с таким хищником не справишься... А во-вторых, он не виноват... Он выполнял приказ Клео, той самой моей наставницы... Кэти, – она обратилась к подруге, – похоже, ты была права... – нехотя признала девочка. – Она действительно убедила переместить всю мою энергию в кольцо, чтобы потом его забрать.

Кэти обрадовало то, что её догадка оказалась верной, но в данной ситуации она думала о том, что её предположение лучше бы оказалось неправильным.


***

Ближе к вечеру, когда Мэтт и Кэти уже ушли домой, заметив ухудшение состояния дочери, Сара всё-таки вызвала врачей на дом. К счастью, среди них не было того сумасшедшего доктора. Врачи сказали, что у Эльмии тяжёлая стадия переохлаждения, но никаких осложнений или повреждений внутренних органов, кровеносных сосудов и отморожение конечностей они не обнаружили. Они дали Саре некоторые рекомендации, например, дать Эльмии полежать в тёплой ванне и побольше пить горячего.

Ещё три дня Эльмия провела дома, не вставая с постели. Каждый день Сара пичкала девочку различными лекарствами, кутала в одеяла, кормила горячим куриным супом и чаем или молоком с мёдом или вареньем. По вечерам Эльмию навещали Мэтт и Кэти, рассказывая о школьных новостях.

– А этот индюк всё ещё в школу ходит, не боится, – как-то раз проговорил Мэтт сквозь зубы. – Но вот кольца у него нет, видать, отдал уже...


Эти три дня шли очень медленно, будто назло Эльмии. Но на четвёртый девочка стала чувствовать себя куда лучше, хотя на душе ей до сих пор было паршиво.

Проснувшись, Эльмия лениво потянулась, отгоняя остатки плохих снов, и оглядела комнату. Первые утренние лучи весеннего солнца впустили в комнату несколько солнечных зайчиков. Вокруг было тепло и светло – у Эльмии сразу поднялось настроение.

Девочка неохотно встала с постели, накинула халат и подошла к зеркалу. Расчесав непослушные локоны, девочка завязала на голове хвост. И тут в зеркале краем глаза она заметила что-то лежащее на её письменном столе. Эльмия подошла к столу и обнаружила на нём блокнот. Он был не её, но она узнала его – это был блокнот Клео.

Блокнот был открыт почти на середине. На самой верхней линейке большими печатными буквами было что-то написано.

– Будь внимательнее, – тихо прочитала. Что же это может значить?

Эльмия внимательно присмотрелась и разглядела еле заметную надпись посреди страницы: «Смотри там, где ничего нет».

– Это что, шутка? – не выдержав, зыкнула Эльмия. – С чего это вообще ей оставлять мне какие-то записки, если из-за неё меня чуть не убили!

Она со всей своей злостью швырнула блокнот на кресло, а сама чуть было не упала лицом в подушку и громко не заплакала. Но за эти три дня Эльмия многое обдумала и поняла, что она сильнее своих эмоций! Даже Клео говорила, что никому нельзя показывать свои слабости!

Опять она вспомнила про неё! Что же это такое?

Но может, Акио попросту её обманул? Сыграл на её чувствах? Когда он сказал, что Клео заказала отобрать её кольцо, она впала в ступор... Вряд ли это правда, но с чего ему лгать? А может, Клео на самом деле хотела не навредить Эльмии, а каким-то образом помочь?

– Точно! – неожиданно даже для самой себя выкрикнула Эльмия. – Она же хотела меня испытать! Проверить мои силы!

Она вмиг подобрала блокнот и прочитала последнюю запись ещё раз. Что же это значит? Куда смотреть?

– Первая надпись была на верхней линейке, – вслух начала рассуждать девочка, – вторая – посередине страницы. Значит третья должна быть на нижней строчке?.. Но тут же ничего не написано!

До Эльмии наконец дошёл смысл второй строчки – в конце странице, действительно, ничего не было. Или просто не видно?

– А что, если заштриховать, – предположила Эльмия.

Она достала из школьного пенала карандаш и заштриховала последнюю строчку страницы блокнота. На чёрном фоне стали виднеться еле читаемые белые буквы.

– Ищи смысл, – прочитала Эльмия и застыла с открытым ртом от возмущения: – Мне кажется, что здесь смысла и вовсе нет!

Эта «игра» ей уже надоела, но отступать ей не хотелось – уж такая у неё была воля к победе.

Эльмия заштриховала всю страницу: может, где-нибудь ещё есть небольшая надпись? Но увы, больше ничего не проявилось. Эльмия расстроено пролистала все страницы блокнота, но никаких заметок не обнаружила. С досадой девочка закрыла блокнот и посмотрела на обложку: на серебристом фоне была изображена лужица тёмно-пурпурного цвета, в которую, разлетаясь на мелкие частички, падала большая капля фиалкового цвета. Эльмии эта картинка напомнила собственную историю: все её силы и энергия разлетелись на мелкие частички... Но потом она обратила взгляд на другую, бирюзовую каплю, котораядаже забыла как будто застыла в воздухе, не желая падать. От левого нижнего края до правого верхнего на обложке большими буквами было написано: «Water».

– Вода, – одними губами прошептала Эльмия и тут же неожиданно вскрикнула: – Вода! Вот в чём смысл! Я была так подавлена мыслю о том, что у меня больше нет никаких способностей, что даже забыла об обряде нереид!

Ну конечно! Актея наделила Эльмию магией нереид, и способность управлять водой всё время хранилась внутри Эльмии, а не кольца, а значит, она до сих пор ей владела!

Оживлённая своей догадкой, Эльмия проскользнула в ванную и открыла кран с водой.

Эльмия долго смотрела на струю воды гипнотическим взглядом, пытаясь на ней сосредоточиться. Потом она указательным пальцем сделала перед струёй спираль, и – о чудо! – вода, повторяя движения её пальца, тоже сделала спираль! Затем Эльмия сложила ладошки вместе и развела их руками: струя воды разделилась на две половинки и потянулись в противоположные стороны. Что ж, для начала неплохо. Но если Эльмия решила попытаться одолеть Акио с помощью новой способности, нужно придумать какой-нибудь эффект помощнее.

Эльмия, не отрывая взгляда от воды, сжала кулак так сильно, что её ногти впились ей в ладонь. Вода тут же замерла: казалось, что для неё остановилось время. Эльмия даже потрогала другой рукой застывшую струю и ахнула от удивления: вода казалась твёрдой, как будто превратилась в лёд. Тогда Эльмия подтянула руку с жатым кулаком к себе и сильным рывком расправила её, открыв ладонь. Вода повторила все её движения: сначала отвердевшая струя приблизилась к Эльмии, а потом с мощной силой пустилась в стену, разбив зеркало, висевшее над раковиной, в десятки мелких осколков.

Такого эффекта Эльмия не ожидала... Кто бы мог подумать, что она способна на такое? Возможно, предательство Акио придало ей много сил...

Теперь она готова к реваншу!


Глава 15.


Рыцарь

Лигай Акио... Когда-то это имя имело статус официального фаворита и придворного рыцаря Селены – правительницы Зеркального царства. Он получил такое почетное звание, потому что обладал уникальным даром превращения в ирбиса, а это свидетельствовало о том, что его предком был основатель Зеркального царства, и в его роду были только чистокровные Голубые Духи – Зеркальные леди и лорды. Такими корнями и способностями могли похвастаться всего семь человек, включая саму Селену и Акио, которые также служили при дворе царицы. Но, в отличие от своих дальних родственников, Акио обладал не только редчайшей способностью, но и глубокими познаниями, остроумием и хитростью – в общем, всем тем, что необходимо иметь главному приближённому царицы.

А сейчас Акио – всего лишь жалкий парнишка, живущий на Земле. Хорошо, что он смог это исправить, выполнив поручение Царевны Теней. Теперь осталось подождать ещё недельку, вернее, уже четыре дня, и Акио сможет вернуться в Зеркальный дворец, чтобы вновь занять своё положение рядом с Селеной.

При виде этих мерзких человечков настроение у Акио становилось все хуже и хуже. Но внешне парень выглядел спокойно, даже расслабленно: такое безразличие должны были показывать все жители Зеркального царства даже за его пределами.

И всё же внутри него бушевала буря. Если бы не эти люди, он бы и вовсе здесь не оказался!

Миссия правителей Зеркального царства заключалась в том, что им нужно наблюдать за людьми через специальное магическое зеркало, так называемое Всевидящее Око, чтобы они не догадались, как можно использовать зеркало: проникать с его помощью через параллельные миры и зазеркалье.

Однажды царица Селена отлучилась по важным делам – ушла на собрание Главных Духов и, чтобы не оставлять свои обязанности, попросила Акио, как своего первого помощника, последить за людьми. Акио выполнил поручение своей покровительницы: он внимательно всматривался в людей, которых хаотичным образом показывало зеркало, как вдруг увидел красивую блондинку на вид лет тринадцати-четырнадцати. Странное чувство его одолело: он влюбился в человека, влюбился с первого взгляда! Акио прошептал заклинание на джиыриданском языке: «Эленто мун орэф», сменяя свой истинный облик на человеческий. Сам не понимая, что делает, он, будто под действием гипноза, прошел сквозь зеркало, как через водопад. Одновременно он почувствовал и приятный холодок, пробежавший по его спине, и неприятную дрожь, сопровождающую необдуманный поступок парня. Он оказался на Земле, стоял на мягкой почве, а напротив него замерла та самая блондинка, изумленная неожиданным появлением парня.

– Ты откуда здесь взялся? – даже испугавшись, она не сменила свой высокомерный тон. – С неба свалился, что ли?

Акио, не разобрав смысла ее выражения, тут же сменил тему для осуществления своей цели.

– Может, сначала познакомимся, красотка? – Акио не знал, как общаются здешние подростки, поэтому выпалил фразу, которую услышал минут десять назад от одного человека из зеркала.

Девочка брезгливо осмотрела Акио с головы до ног и поморщилась от отвращения: лицом парень был симпатичен, а вот его одежда вышла из моды уже несколько столетий назад: на нём был шёлковый камзол голубого цвета с пышными рукавами, поверх которого была натянута короткая туника с изображением какого-то герба на груди, широкий серебристый пояс, короткие, до колен, штаны, заправленные в чулки, кожаные сапоги с широким носком и в придачу ко всему – кожаный плащ.

– Ну давай, – брезгливо ответила девочка. – Я – Сабрина, а ты?

– Лигай Акио, – вежливо представился парень. Он подошел к Сабрине поближе, встал на одно колено и поцеловал её руку. От такого знакомства у Сабрины глаза на лоб полезли. – Рад нашему знакомству, – сказал он, приподнимаясь с колена.

Акио узнал у Сабрины, откуда она приехала, и соврал, что живёт в одном городе, что и она. Парень даже сказал, что они учатся вместе.

– Да? – искренне удивилась девочка. – А я тебя раньше и не замечала... Моя мама работает директором, поэтому я, как и она, знаю почти всех учеников нашей школы.

– Я просто перевелся к вам совсем недавно, поэтому ты меня ещё и не встречала... А так я тебя уже часто видел. Честно говоря, ты мне даже понравилась, когда я увидел тебя в первый раз, – сказал Акио чистую правду безразличным голосом. – Правда, подойти стеснялся... А тут такое совпадение: встретились вдали от дома... Наверное, это судьба...

Сабрина насмешливо фыркнула. Она опять осмотрела парня, но уже другим взглядом – оценивающим.

Они ещё немного поговорили на разные темы, иногда возвращаясь к рассказу о себе. Акио часто приходилось придумывать своё прошлое на ходу. Не мог же он сказать простому человеку, что он пришел в этот мир из Зеркального царства, которым правит женщина-дух с голубой кожей и желтыми глазами, что он знает мастерство Древних Духов и тайны зеркального искусства, что он может превращаться в ирбиса, потому что является потомком самого могущественного Зеркального лорда – первого правителя Зеркального царства.

Вскоре на землю спустились сумерки. Вечерний южный ветерок дул со стороны моря и обдавал приятным холодком.

Сабрина заторопилась в свой отель: сказала, что ее мать, наверное, уже битый час обходит номер кругом, не зная, где в столь поздний час находится ее дочь. На прощанье Сабрина поцеловала Акио в щёчку: после милой беседы с парнем от первого впечатления у девочки не осталось и следа.

Подождав, пока Сабрина скроется из виду, Акио взмахнул перед собой рукой, и в воздухе тут же появилось зеркало-портал. Он шагнул в него и тут же оказался перед Селеной. Его довольная улыбка моментально слезла с лица. Он даже не успел вернуть себе истинный облик Зеркального лорда.

– Где ты был? – равнодушным тоном спросила Селена.

– Эм... я...– Акио замямлил, не зная, что сказать: если Селена узнает правду, то ему сильно попадет, а врать царице было не в его консистенции. – Зеркало показало мне человека, который, кажется, догадывался о тайне зеркал... Мне пришлось переместиться туда, чтобы помешать ему.

Селена долгое время не отводила взгляд от своего помощника. От её желтых глаз без зрачков Акио стало не по себе.

– Ты мне лжешь, – сказала она, не проявляя никаких эмоций. – Я наблюдала за тобой через зеркало. Ты совершил безрассудный, очень глупый поступок – пошел на поводу чувств. Это была самая глупая ошибка, совершенная тобой... Завтра на рассвете я прилюдно лишу тебя рыцарского достоинства. А пока шагай в свою палату.

Акио даже вздохнуть не посмел – решение его царицы было справедливым.

Приняв истинный облик, он отправился в свою палату или, как её называют в простонародье, комнату. Пол в ней, как и во всём дворце, выстилался мраморной плиткой, стены были из толстого стекла, а потолок представлял собой мозаику из мелких осколков зеркал. Большая часть мебели – кровать, стол, шкафы – были вырезаны из прочного льда, который было невозможно растопить даже грелкой, но некоторые предметы, например, полки и рыцарское снабжение – латы, кольчуга, меч и щит – были из металла.

Акио мрачным взглядом осмотрел палату, взял ледяной стул и поставил его у окна, в последний раз любуясь природой Зеркального царства, ведь завтра состоится лишение его звания рыцаря, что подразумевает собой позорную казнь.

Зеркальное дворец представлял собой небольшое высотой двухэтажное здание, возвышавшееся на самом высоком пологом холму, за которым следовал резкий обрыв и бездонная пропасть в никуда – дворец стоял на самом краю мира. Палата Акио находилась на втором этаже, поэтому из окна ему было видно всё царство, как на ладони. Маленькие стеклянные домики и дорожки улиц, выстланные мраморными или зеркальными плитками, освещала горящая звезда. На самом деле, она была небольшого размера, но находилась на таком маленьком расстоянии от земли, что она закрывала собой почти всё небо. Особенностью местного солнца являлось то, что оно всегда находилось в зените, потому что Зеркальное царство, представлявшее собой огромный кусок суши, зависший в просторах космоса, не двигалось по его оси. А ещё солнце излучало холод. Оно горело, как и любая другая звезда, но не жаром, а холодом. Её температура – несколько тысяч ниже нуля, и поскольку Зеркальное царство находилось близко к звезде, температура здесь никогда не превышала минус двадцати градусов. Однако для местных жителей это было не важно, ведь их кожа не воспринимала холод. Но бледно-голубым гигантом никто не любовался – в этом мире проявление человеческих эмоций и чувств было запрещено, а нарушителей ожидала казнь. Рассветом здесь считалось то время, когда звезда вспыхивала ослепительно-яркой вспышкой. С того момента начинался день. Когда сияние солнца угасало, и небо окрашивалось в тёмно-фиолетовый цвет, говорили, что наступил закат, и день заканчивался. Всего в сутках было тридцать три часа.

Акио тоскливым взором окинул зеркальных жителей. Их кожу покрывали голубые и серебристые песчинки, обозначающие, что их предки, а может, и они сами, путешествовали между параллельными мирами и зазеркальем, которые придавали кожи бледно-голубой оттенок. Глаза у всех были примерно одинаковой формы – узкие, приподнимающиеся к вискам. В их глазах не было белков и радужек – сплошные зрачки, но не чёрные, как у обычных людей. Их цвет у разных жителей царства колебался от жёлтого до салатового. Вместо волос у жителей на голове были особые кожные образования, напоминающие холодное живое пламя свечи, которым иногда придавали причёску. Одевались они преимущественно в одежду людей XV века Земли – такая мода была введена Селеной шесть столетий назад и больше не сменялась.

В последний раз взглянув на окрестности царства, испытав несвойственное ему дотоле чувство завести из-за того, что все они проживут на свете ещё несколько веков, а он распрощается с жизнью уже завтра, Акио отвернулся от окна, погладил свой любимый щит, который не раз выручал своего хозяина на поле битвы во множестве турнирах, по его серебристой металлической поверхности, выпуклому изображению фамильного герба и отправился спать.

Как только наступил рассвет, в палату Акио, который только успел облачиться в свои рыцарские доспехи, ворвались стражи Селены. Они грубо схватили парня за руки, будто он сопротивлялся или не мог идти сам, и потащили его на эшафот. Как только Акио встал на сцену, один из стражей нагнул парня и поставил ему на спину ногу. Герольд прочитал с папируса обвинения Акио в проявлении эмоций и чувств, нарушении важнейшего закона, а также обвинение в измене царице.

Когда герольд закончил свою речь, со всех сторон раздались звуки труб, под которые пятеро фаворитов Селены, которые приходились Акио кузенами, снимали с парня по одной какой-либо части рыцарского облачения. Когда Акио оказался совершенно голый, что свидетельствовало о его лишении рыцарского достоинства, к нему подошла Селена, прочитала заклинание превращения в человека, а затем ещё какое-то.

– Отныне ты не имеешь возможности принимать облик Зеркального лорда, – громогласно произнесла она, – и навеки останешься в теле обычного человека. Я милую тебя, оставляя право на жизнь, но в качестве наказания ссылаю тебя на Землю, где ты проживёшь остаток своей жизни, и запрещаю тебе возвращаться в Зеркальные царства. Любая твоя попытка возвращения обернётся для тебя казнью.

После этих слов она жестом велела принести своим поданным зеркало телепортации. Селена заставила пройти Акио сквозь него, после чего парень и оказался на Земле, в совершенно чужом для него мире. Но он не растерялся, ведь его учили быть смелым и мужественным. С помощью специального зеркального искусства, которым он владел практически в совершенстве, Акио смог создать необходимый ему в данной ситуации фланы. Фланам можно придавать любой вид – хоть какого-нибудь стула или целого здания такими, какими их захочет видеть их автор. Зеркальные жители с особыми познаниями в зеркальном искусстве могут создавать даже живых людей, животных и духов. Но фланы, как обычные манекены, не имели ни души, ни сердца. Создание фланов – процесс очень трудный, требующий приложить большие усилия и познания. Для этого необходимо было взять зеркало любой формы и размера, приложить к нему руки и, сосредоточившись, представить флан нужного предмета во всех подробностях. Первым делом Акио создал фланы одежды, местных денег и нужных ему бумаг, согласно которым парень имел все права совершеннолетнего: путешествовать между странами и покупать и продавать частную собственность.

Акио недолго думал, куда ему поселиться. Он вспомнил название города, в котором жила его возлюбленная Сабрина, и отправился туда. Очутившись в Либерштадте, Акио создал флан огромного двухэтажного особняка со всеми теми деталями, которыми ему хотелось. Разузнав подробнее, как общаются и чем занимаются люди в настоящее время, Акио создал себе ещё несколько фланов – модной одежды, крутого скутера и документов, необходимых ему для поступления в школу, где училась Сабрина.

Когда начался учебный год, Акио каждый день начал совершать попытки подойти к Сабрине, но вокруг девушки всегда кружили её подружки со своими парнями, а парень хотел поговорить наедине. К счастью для Акио, однажды ему выпал шанс подойти к Сабрине, но их разговор не состоялся: Сабрина даже не вспомнила своего старого знакомого, с которым встретилась на курорте. С тех пор обычно добрый Акио превратился в ненавистника людей, особенно девочек. Тогда он стал пытаться придумать план, благодаря которому Селена бы простила своего любимого фаворита и позволила бы ему вернуться в Зеркальное царство, но в голову ничего не приходило.

Иногда к Акио являлись члены Ордена Эксулесы – древней организации, в которую входили духи-изгнанники, предлагая парню присоединиться к ним. Но он не хотел объединяться с теми, кого презирал всю жизнь. К тому же, если Селена узнает о его сотрудничестве с Орденом, то прощение Акио не увидит уже никогда.

Но вскоре у него появился шанс вернуться на родину...

Когда Акио прожил на Земле около полугода, наступила зима. Он сидел напротив камина, наслаждаясь теплом огня, которого не мог ощутить в своём прежнем обличье, и его мирным потрескиванием, когда неожиданно перед ним в воздухе появилась чёрная дыра, напоминающая портал. Из дыры выскользнул чёрный конверт с красной печатью, на которой был изображён герб правителей Царства Теней.

Акио с нетерпением сломал печать и достал письмо, в котором аккуратным почерком было выведено:

«Уважаемый сэр Лигай! Недавно я столкнулась с одной проблемой, для решения которой понадобится сильная мужская рука. Узнав о вашем изгнании из Зеркального Царства, я решила попросить помощи у вас. Я щедро смогу вас отблагодарить, если вы согласитесь на мое предложение. В случае согласия прошу вас пройти через воронку, которая доставит вас ко мне.

Ваша Клеопатра».

Акио поражённо уставился на письмо. Такого поворота событий он не ожидал. Ему написали! И кто – сама Госпожа Клеопатра, наследница престола Царства Теней, которая уже больше двух лет находилась в бегах... Акио показалось это подозрительно странным – если она решила выйти из своего укрытия, должно быть, произошло что-то очень важное.

А может, это ловушка? Но кому он так неожиданно понадобился? Отделённый от своего собственного мира, оставленный на произвол судьбы своей наставницей, потерявший все возможности вернуться домой, он вдруг получает приглашение от царской персоны!

Но, несмотря на всё, это был шанс! И его упускать никак нельзя – другого может попросту и не быть.

Акио всё ещё терзало сомнение, поэтому, ради собственной же безопасности, он превратился в ирбиса.

Акио, а точнее, снежный барс, в которого он превратился, сделал глубокий вдох и прыгнул в портал.

Он оказался в тёмном углу гостиничного номера, прямо на него смотрела девушка с короткими чёрно-белыми волосами. Акио сразу распознал в ней Клеопатру. Дело в том, что, когда Акио находится в образе ирбиса, его глаза начинают видеть сущности других людей. И вот сейчас, смотря на обычную с виду девушку, он видит, что на самом деле это тень в оболочке. Это позабавило ирбиса, ведь получается, что Клеопатра даже не заботилась о своей конспирации – любой дух, знающий хотя бы азы магии, мог запечатать свой истинный облик под так называемый внешний замок, а для царевны проделать такое – раз плюнуть.

Получив важное задание от Клеопатры, – забрать у одной девочки кольцо – Акио прыгнул обратно в портал, который тут же за ним закрылся, и вновь оказался в своём доме.

Через неделю Акио впервые встретился с Эльмией. Как бы случайно столкнувшись с девочкой, парень попытался снять с её пальца кольцо, но, как оказалось, на нём было наложено заклинание, благодаря которому кольцо могла снять только его владелица. Первая попытка оказалась неудачной, но уже на следующей неделе Акио вновь, уже действительно случайно, встретился с Эльмией и даже познакомился с ней. Тогда он решил соблазнить девчонку и, воспользовавшись её доверием, отобрать у неё кольцо. Но всё оказалось немного трудней, и его пришлось отнимать силой. Это, конечно, противоречило условиям Клеопатры, но сделка осталась в силах. Клеопатра связалась с Селеной, и та согласилась на возвращение своего незаконопослушного фаворита. Пределу радости парня не было. Наконец-то, после стольких месяцев жизни на Земле, он вернётся в Зеркальное Царство. Да, он вернётся, но уже не обычным поданным. Он станет новым правителем Зеркального мира, ведь теперь в его руках находится сила и энергия самого мощного во Вселенной духа. Жаль, что пока парень не может надеть кольцо, ведь Селена может всё ещё наблюдать за Акио через зеркала. Ну ничего, осталось подождать всего лишь жалкую неделю, которую удатся переждать намного легче.

И вот Акио продолжал вести обычную человеческую жизнь.

Он только что спустился со второго этажа школы и направлялся в столовую, как вдруг он почувствовал прохладный ветерок, который редко появляется в этом душном заведении. Акио обернулся – оказалась, кто-то настежь распахнул входные двери. Но кто это был? Он не мог разглядеть, потому что яркое солнце било ему в глаза. Однако другие ученики раскрыли рты от удивления.

Среднего роста с худощавым телосложением фигура вошла в помещение и, громко стуча каблуками, прошла по коридору, направляясь прямо на Акио. Какого же было его удивление, когда, прищурившись, парень смог разглядеть в ней Эльмию! Но как же она преобразилась: девочка была одета в сплошной чёрный латексный костюм и такие же перчатки. На её ногах были изящные чёрные туфли на высоких шпильках. Сегодня она надела голубые линзы, а красоту её глаз подчёркивала чёрная тушь. Раньше Эльмия не пользовалась косметикой, но сегодня она даже накрасила губы в яркий цвет и с помощью пудры создала эффект острых скул. До этого всегда весёлая, Эльмия выглядела очень серьёзно. Мышцы её лица были сильно напряжены. С таким внешним видом Эльмия была похожа на малолетнюю модель, которая прошла по коридору, как подиуму, утирая своим нарядом носы многих девчонок, даже из элиты.

Цокая каблуками, Эльмия прошла по коридору и остановилась в паре сантиметров от Акио. Все ученики, позабыв о своих срочных делах, остановились на месте и внимательно стали следить за происходящим.

Акио смотрел на Эльмию взбудораженным взглядом. Он не знал, что сейчас скажет ему эта девчонка, но чувствовал, что хорошим это не закончится.

– Трус! – неодобрительно мотая головой, иронично проронила девочка.

По коридору эхом раздался шлепок – Эльмия дала Акио такую сильную пощёчину, что парень пошатнулся, едва устояв на ногах. Пронеслись взволнованные охи и ахи, удивлённые восклицания и перешёптывания наблюдающих учеников.

– Ты поступил, как девчонка – слинял в разгаре битвы! – сквозь зубы с отвращением процедила Эльмия. Она сделала небольшую паузу и добавила: – через полчаса на том же месте.

– Ты предлагаешь мне реванш? – усмехнувшись, спросил Акио. Парень был убеждён, что он сильнее этой девчонки, тем более сейчас, когда её кольцо у него. Но уверенность голоса Эльмии его настораживала.

Эльмия ничего не ответила, лишь кратко кивнула.

– Советую писать завещание, – гордо проговорила она напоследок и направилась к выходу.

Стоило дверям захлопнуться за Эльмией, как по коридору прошлась волна бурных обсуждений.

– Что это было? Какая битва? О чём они говорили? – то и дело раздавались взбудораженные голоса удивлённых учеников с одной стороны.

– Подлец! Сбежал! Она тебе ещё покажет, – подливали масло в огонь с другой.

Акио осмотрел всех своим самым злобным и ненавидящим взглядом.

– Заткнулись все! – грубо рявкнул он.

Акио, не теряя времени, выбежал из школы, обогнул здание, на ходу снял сигнализацию со скутера, запрыгнул на транспорт и со всей скорости погнал в сторону выезда из города. До нужного места он добрался почти за двадцать минут. Бросив скутер на склоне, в нескольких метрах от проезжей части, Акио направился к пещере, но, когда он дошёл только до середины озера, перед ним внезапно, из воздуха, образовалась Эльмия. Наряд её не изменился, видимо, оно специально выбрала его для сражения, только туфли на высоких каблуках сменились простыми кроссовками.

– Не о том думаешь, малыш, – фальшиво-нежным голосом произнесла Эльмия, заметив взгляд Акио на её ногах.

– Малыш? – опешил парень. – Какой я тебе малыш?! Или ты забыла, как я чуть не пришиб тебя три дня назад?

– Я тебе верила, а ты этим воспользовался, – порицающе проговорила Эльмия. – Кстати, спасибо за ценный урок: теперь я буду проверять всех, с кем завожу знакомство.

Акио усмехнулся: как же резко изменила та битва характер Эльмии. Видимо, за эти три дня девочка многое осознала, и теперь она стала серьезной и очень храброй.

– Как ты будешь сражаться без этого? – насмешливым голосом произнес парень, доставая из кармана брюк кольцо Эльмии.

– У меня есть и другие достоинства, – похвасталась девочка. – А ты опять превратишься в пушистую кису? Или решил украсить своё тело несколькими шрамами?

Эти слова не на шутку разозлили Акио и, разгневавшись, он превратился в ирбиса.

– Ещё не прошёл ожог? – съехидничала Эльмия, посмотрев на обгоревшую шерсть зверя в области живота – этот след остался у него, когда девочка атаковала ирбиса при нападении в субботу. Кто бы мог подумать, что этим зверем окажется оборотень Акио?

Напоминание о провале в конец вывели парня из себя.

– Ты за это ответишь! – прорычал ирбис.

Он разогнался и побежал прямо на Эльмию. Но девочка даже не шелохнулась: она скрестила руки на груди и просто наблюдала. Когда до девочки оставалось меньше метра, Акио замешкался и в растерянности остановился. Чего же она ждёт? Он только что чуть не сбил ее с ног, а она даже и не собиралась уклоняться от его удара!

– Большая киса испугалась маленькой девочки? – издевательским тоном произнесла Эльмия. – А я ведь и пальцем не пошевелила. Что ж, посмотрим, как ты любишь воду.

Эльмия вытянула правую руку вперед, и из её ладони вылетела водная струя. Атака была не очень сильной, но от неожиданности Акио упал на спину, но мгновенно поднялся на лапы.

– Вода, значит? – прорычал ирбис. – А как тебе мои клыки?

Акио широко раскрыл свою звериную пасть и в таком положении накинулся на Эльмию. Та опять вытянула руку вперед, и струя из ладони попала ирбису в рот. От такого количества воды ирбис чуть не захлебнулся. Это рассердило его ещё сильнее, а Эльмия оставалась невозмутимой.

– Значит, решила одолеть меня с помощью неожиданных приемчиков, да? – спросил Акио. – А как тебе такой поворот событий?

За одну секунду ирбис превратился обратно в Акио, и парень сделал подкат, повалив Эльмию с ног. Вдруг он схватил её за горло и начал на него сильно давить. Тогда Эльмия положила руку на землю ладонью кверху и резко ее подняла. Неизвестно откуда взявшийся гейзер подхватил Акио и поднял его вверх. Парень завис в воздухе на фонтанчике воды и никак не мог слезть с такой высоты.

– Так нечестно! – жалобно заверещал он. – Спусти меня на землю!

– Как скажешь, – легкомысленно произнесла Эльмия и убрала руку.

Фонтанчик исчез, и Акио свалился в сугроб, ушибив себе почти все точки. Он обессилил и не мог больше пошевелиться.

Эльмия подошла к парню и наступила ему на грудь.

– Отдай кольцо! – в приказном тоне выкрикнула она.

– Ни за что! – Акио пытался сопротивляться. – Без него все мои усилия превратятся в прах!

Эльмия надавила на парня ещё сильнее.

– Ай! Больно! – запищал он.

– Отдай кольцо, – настойчиво повторила Эльмия.

– Да забирай! – парень вытащил из кармана брюк кольцо и кинул его в Эльмию.

Девочка убрала ногу с Акио и, поймав кольцо, надела его себе на палец. Парень, воспользовавшись отвлеченностью девочки, пополз назад, упираясь в землю локтями.

– Эй, нет, так не сойдет! – проговорила Эльмия, заметив его попытку побега. – Теперь ты мне за всё ответишь!

– Что ты ещё хочешь от меня? – недоуменно проблеял Акио. – Я отдал тебе кольцо, теперь оставь меня в покое!

Но Эльмия отступать не собиралась. Она уже начала набирать силы: в одной руки у нее блестел ярко-розовый огонек, в другой – голубой.

– Я заставлю тебя чувствовать то, что чувствовала я, когда ты оставил меня в пещере без сознания!

– Я не хотел! – начал оправдываться Акио. – Я только действовал по указанию Клеопатры! К тому же, не я виноват, что ты не захотела отдавать кольцо по-хорошему.

Но эти слова не могли переубедить Эльмию, идущую к мести напрямик. Она продолжала наступать на Акио. Если он сейчас же не предпримет что-нибудь, то ему будет несдобровать.

К счастью, у Акио был запасной план. Им могли воспользоваться все Зеркальные жители в случае угрозы жизни.

На серебряной цепочке на шее парня висел медальон, похожий на совершенно обыкновенный: прямоугольный, с закруглёнными краями, но не совсем обычный – это было маленькое зеркальце размером с ноготь, обрамленное в серебристую рамку. Акио сорвал с шеи кулон и приложил его к своей татуировке в виде иероглифов. Эльмия удивленно уставилась на парня: ей было неизвестно, что сейчас произойдет. Неожиданно медальон зашипел и его поверхность засветилась серебристо-голубоватым цветом. Акио швырнул медальон в снег, и вдруг на этом месте лёд и снег стали образовывать какую-то фигуру, которая спустя пару мгновений покрылась человеческой кожей, волосами и одеждой. Напротив Эльмии возник парень – точная копия Акио!

– Теперь ты поняла, с кем связалась? – одновременно сказали оба, приподнимаясь на ноги.

К такому повороту она не была готова. Лучше бы она остановилась сразу, как только забрала кольцо. Теперь ей самой придётся вымаливать у Акио пощады.

Теперь у Эльмии целых два противника, однако и сил у неё было тоже две – магия нереид и её собственная энергия.

Эльмия мгновенно вытянула вперёд обе руки: из одной, которая была направлена на Акио, выплеснулась ярко-розовая молния, из другой, направленной на его двойника, вылетела струя воды, но оба парня ловко увернулись.

То, что произошло в следующие минуты, было совершенно необычным. Акио вместе со своим двойником накинулись на Эльмию так неожиданно, что та еле успела увернуться, но при этом всё равно, закружившись вокруг себя, упала в снег.

Но Эльмия отступать не собиралась: за последние две недели она научилась у Кэти, пожалуй, её самой лучшей черте характера – настойчивости.

Поднявшись на ноги и быстро выбросив из ботинок и рукавов залетевшего снега, прежде чем он смог растаять, Эльмия решила, что будет лучше, если она сначала избавиться от одного из двух Акио, а потом – от второго. Ведь по очереди избавиться от них будет легче, чем сразу от обоих. «За двумя зайцами погонишься, ни оного не поймаешь», – вспомнила Эльмия народную мудрость.

Эльмия сцепила пальцы рук, а ладони направила в сторону настоящее Акио – девочка решила, что, ослабив «оригинал», клон парня уничтожится сам собой. Из одной ладони вылетела струя воды, из другой – молниебразный луч розовой энергии. Оба потока столкнулись, образовав единое целое – мощную водяную струю с миллионами продольных искр. Поток ударил прямо в грудь Акио, и парень, отлетев на несколько метров, упал на землю. Его тело забилось в конвульсиях, наверное, луч обладал электрическим током.

Второй Акио, увидев дрожащие тело своего создателя, кинулся на Эльмию. Девочка была готова отразить его атаку защитным куполом, но неожиданно парень на ходу превратился в ирбиса, что ввело Эльмию в заблуждение. Ирбис сбил её с ног и прижал лапами к земле. Его морда была настолько близко расположена к лицу Эльмии, что девочка могла ощутить горячее дыхание зверя. Ирбис, широко раскрыв пасть, уже почти приблизился к горлу Эльмии, готовый перегрызть тонкую шею своей соперницы, как вдруг девочка положила ему на грудь обе руки, и зверя ударило сильным зарядом тока. Вздрагивая, снежный барс больше не смог стоять на ногах, и его тяжёлая туша упала на Эльмию. Девочка еле смогла выползти из-под гигантского хищника.

К этому времени настоящий Акио уже вернулся к нормальному состоянию, хотя его пальцы всё ещё подёргивались от электрического удара.

– Значит, током бить научилась, – оценивающе подметил он. – Но, знаешь, в своём истинном обличье моя кожа не воспринимает температуры и электричества.

Парень заинтересовано изогнул левую бровь, спрашивая у Эльмии, мол, что ты теперь будешь делать?

– Эленто фэронум! – неожиданно громко выкрикнул Акио.

Это было заклинание на джиыриданском языке. Хоть этот язык и считается самым древним, он является официальным для всех Духов. Все Духи обладают своими магическими способностями, но для того, чтобы задействовать их, им приходится выучивать заклинания. Хотя если выучить весь джиыриданский язык, что, по сути, является очень сложной, а для некоторых – даже невыполнимой задачей, то можно без труда делать всё, что захочешь. В пределах своих возможностей, конечно. «Эленто фэронум» переводится как раскрыть свою сущность или истинный облик. Произнеся это заклинание, Акио превратился в того, кем является на самом деле.

В один миг его кожа покрылась серебристо-голубой пыльцой, глаза приняли более острую и вытянутую форму и приобрели ядовито-зелёный оттенок, волосы с его головы слезли, но на их месте появились голубые кожные образования, отдалённо напоминающие человеческие волосы в виде распущенного широкого хвостика сзади. Казалось, будто его «волосы» были живыми – они шевелились, словно змеи на голове Медузы Горгоны.

Эльмия его не послушала и вновь ударила его обоими лучами. Но вода всего лишь обтекла его новое тело, а розовые молнии обвили его руки, словно браслеты, но, не сумев причинить парню ни малейшего вреда, сломались пополам, будто цепи, и распались.

– Я же говорил, – злостно усмехнулся парень.

В этот момент от шоковой терапии, наконец, отошёл его клон. Ирбис поднялся на ноги, ещё слегка пошатываясь, и медленно подошёл к Акио.

Посмотрев друг на друга заговорщицкими взглядами, оба одновременно рванули с места и кинулись на Эльмию. Не готовая к новому нападению, девочка на секунду замешалась, но этой секунды хватило, чтобы ирбис вновь повалил Эльмию на землю. Но, опасаясь ещё одного удара током, не стал её удерживать и отошёл в сторону, уступая своему создателю.

Акио опять и опять стал атаковать Эльмию. Порой девочке удавалось уклоняться, но тогда она сразу же попадала под лапы свирепого барса. Но вскоре Эльмия уже перестала успевала придумывать новые способы атаки – сказывалось отсутствие необходимых тренировок. Из-за этого Акио, изучив тактику соперницы, стал предугадывать её следующие манёвры и не давать их ей совершить.

И вот Эльмия свалилась на землю: у неё ужасно заныли ноги, а всё тело было покрыто синяками и ссадинами.

Оба парня начали надвигаться на девочку. Эльмия не знала, что ей делать. Даже в голову не приходило ни одной новой атаки, которой бы не знали эти парни. Вместо атак она стала обдумывать план побега или спасения. Кольцо она забрала, так что терять было нечего. Но на телепортацию у девочки сил явно не хватит.

И тогда Эльмия почему-то вспомнила те слова, что Акио произнёс перед своим перевоплощением, то джиыриданское заклинание, которое вернула парню его истинный облик Зеркального лорда. «Может, и я тоже в кого-нибудь превращусь?» – подумала Эльмия.

– Эленто фэронум! – выкрикнула она, до конца даже не понимая смысл этих слов.

Но её предположение оказалось верным.

Молниеобразная энергия в танзанитовом камне кольца, уже почти угасшая из-за огромной потери силы, внезапно вспыхнула с такой силой, что заполонила собой весь полый камень. Внезапно послышался тихий треск, и от сильного внутреннего давления кольцо дало трещину. Энергия моментально протиснулась сквозь образовавшийся проём, выскользнула наружу и, проделав пару виражей, на мгновение замерла в двух метрах от Эльмии, а затем резко направилась вперёд и врезалась в грудь девочки, проникая внутрь неё. Акио – и настоящий, и его клон, превратившись в то же существо, что и его хозяин – остановились, ошарашенные происходящим.

Вдруг Эльмия от макушки до носков засветилась бледно-розовым цветом. У девочки резко зазвенело в ушах и заболела голова, словно рядом с ней кувалдой ударили по гигантскому колоколу. Эльмия закричала, не выдержав боли. Ей казалось, что её голова вот-вот взорвётся, а её температура тела стала подниматься. Эльмии захотелось нырнуть в сугроб, чтобы охладить себя, но она перестала контролировать себя. Эльмия не могла ничем пошевелить, даже мысли в голове ей не подчинялись, не давая девочке сосредоточиться на чём-то одном. Сейчас ей было так страшно, как никогда раньше.

– Не может быть! – поражённо выкрикнул Акио.

– Её глаза, – сказал его двойник, заметив исчезнувшие линзы, – они же совершенно белые! Получается, что она дочь...

Но он договорить не успел, потому что под ним раздался треск.

Оба Акио посмотрели себе под ноги: они же стояли на льду посреди озера! Настоящий Акио попытался бежать, но его нога тут же провалилась под лёд.

– Что ты стоишь? – крикнул он своему двойнику. – Давай помогай!

Но клон Акио вовсе не слушался парня: он замер на месте, как памятник. Его кожа побледнела, становясь почти прозрачной. Бабах! Во все стороны разлетелись осколки зеркала и льда – двойник Акио не выдержал высокой температуры и взорвался.

Настоящий Акио еле успел увернуться от осколков и тут же начал пытаться вытащить свою ногу. Но его усилия привели к ещё худшему состоянию: под лёд увязла и его вторая нога. Но он нашёл выход, превратившись в ирбиса. Своими острыми когтями зверь пытался зацепиться и выбраться на поверхность, но они лишь царапали гладкий лёд. Свечение Эльмии продолжалось, температура поднималась всё выше и выше, и Акио провалился под лёд уже по пояс. Его мокрая шерсть придала парню больше веса, из-за чего парня ещё сильнее стало тянуть под лёд. Задние лапы онемели от ледяной воды.

– Остановись, пожалуйста! – замолил пощады Акио. – Прекрати это!

Но Эльмия не могла. Она была бы рада, если бы всё это закончилось прямо сейчас, но её тело её не слушалось.

Свечение вновь усилилось: вместо бледно-розового Эльмия начала полыхать в белом и красном пламени. Девочке стало так невыносимо жарко, что ей казалось, будто она сейчас сгорит. Но, видимо, её способность управлять водой не давала организму обезводиться. Тем не менее, лёд продолжал интенсивно таять.

– Я тебя прошу! Хватит! – из последних сил кричал Акио. Но было уже поздно: когти в последний раз проскользнули по гладкому льду, и его голова скрылась под водой.

Свечение Эльмии постепенно угасло, лёд перестал таять. Девочка медленно снизилась на землю и упала без сознания.


Глава 16.


Лучшие друзья

– А я тебе говорила, что нужно быстрее ехать! – кричал знакомый девчачий голос.

– Я не виноват, что этот ржавый драндулет заглох на полпути сюда! – отвечал так же знакомый голос, но уже мальчишеский.

Эльмия очнулась от возникшего шума и еле разлепила глаза. Да, ей не показалось: перед ней стояли вечно ссорившиеся Мэтт и Кэти.

– Что происходит? – слабым голосом произнесла Эльмия, пытаясь приподняться. Но её руки и ноги казались ватными – она ими даже пошевелить не могла.

Брат с сестрой удивлённо посмотрели на Эльмию.

– О! – восторженно крикнула Кэти. – Очнулась наша школьная знаменитость! – язвительно добавила она.

– О чём это ты? – недоумённо спросила Эльмия. Её голос уже звучал бодрей.

– Тебе ли это не знать? – с усмешкой спросил Мэтт. – И вообще, это ты нам должна сказать, что здесь произошло.

Эльмия не знала, что ответить. Она ведь толком и не помнила, что тут было. Ей всё казалось туманным, как во сне. Девочка покрутила головой, осматривая местность: кругом было озеро, которое кое-где покрывалось тонкой коркой льда. Повсюду были разбросаны стеклянные осколки, кое-где виднелись следы кошачьих лап. Эльмия с ужасом вспомнила о случившемся и еле сдержала крик.

– Вся школа говорит о твоём эффектном появлении, – решил взять слово Мэтт. – Весь день по школе ходили слухи, что ты пришла в... этом, – парень с презрением осмотрел изящный облегающий костюм Эльмии, – и сказала, мол, Акио тебя бросил и что у вас с ним должна была состояться стрелка на «том же месте». Мы сразу сообразили, что это про озеро, поэтому даже сбежали с уроков, чтобы скорее добраться до вас.

Эльмия громко сглотнула.

– Стрелка была, – дрожащим голосом проговорила она. – И ещё какая...

– И кто же победил? – продолжала смотреть на обессиленную подругу Кэти. – Неужели опять он? И вообще, зачем ты на это пошла? Он же забрал у тебя твоё кольцо! Как бы ты смогла его одолеть?

Эльмия промолчала.

– Подожди, он что, опять тебя обманул и сбежал? – спросил Мэтт, не обнаружив на пальце Эльмии кольца. – Ну я ему покажу! Попадись он мне на глаза, я ему так врежу, что ему мало не покажется. И никакие его чудесные превращения ему не помогут!

– Всё было по-другому, – замотала головой Эльмия. – Я смогла его победить.

– Но как? – ошеломлённо произнесли брат и сестра одновременно.

– Это долгая история, – попыталась увильнуть от разговора Эльмия. Она стала чувствовать себя гораздо лучше, поэтому попыталась приподняться. Но заметив её попытки встать на ноги, Мэтт громко заверещал, размахивая руками:

– Даже не вздумай двигаться! – запричитал он. – Тебе нужен покой. Сейчас мы отвезём тебя к нам домой, чтобы ты согрелась: не хочу, чтобы твои родители видели тебя в таком состоянии. А когда тебе станет лучше, ты нам всё и расскажешь. Только для начала скажи, куда делся этот придурок Акио?

Эльмия думала, что ей удастся избежать этого вопроса. Но Мэтт смотрел на девочку ожидающим взглядом. Эльмия не хотела ничего говорить своим друзьям. Вспомнив момент, когда она видела Акио в последний раз, её лицо посерело. Это не осталось незамеченным:

– Что-то случилось? – взволнованно спросил Мэтт.

– Вовсе нет! С чего ты взял? – попыталась соврать Эльмия, но у неё это плохо получилось. – Я вам потом всё расскажу.

– Если что-то серьёзное, то лучше скажи сейчас, – продолжал настаивать Мэтт.

Эльмия ещё раз посмотрела на озеро и льдинки, на которых остались следы острых когтей. Девочка зажмурила глаза и сделала глубокий вдох:

– Я его убила... – сквозь подступившие слёзы, еле шевеля губами, сказала Эльмия, надеясь на то, что её друзья ничего не услышат. Но они поняла каждое её слово.

– Что?! – одновременно крикнули Мэтт и Кэти, негодующе смотря на подругу.

– Как ты могла? – изумлённо произнёс Мэтт.

– Ты шутишь? – не веря своим ушам, спросила Кэти.

Эльмия вновь промолчала, опустив голову.

– Надеюсь, у тебя были на то причины, – сказала всё ещё потрясённая Кэти.

– Да если бы он обманул меня, я бы и сам его прикончил, – неуверенно проговорил Мэтт. В его мыслях вновь поселилось недоверие к этой девчонке, но по отношению к Эльмии он уже давно перестал слушать разум. – Ладно, всё расскажешь дома.

– Подождите, мне нужно вернуть линзы, – сказала Эльмия.

– Ты о чём? – удивилась Кэти. – Они на тебе.

– Разве? Но как же Акио тогда увидел мои белые глаза?

Эльмия аккуратно прикоснулась к глазному яблоку, но линзу не почувствовала.

– Да нету ведь!

Кэти порылась в сумочке и достала маленькое зеркало.

– Сама посмотри.

Посмотрев на отражения, Эльмия убедилась в утверждении друзей.

– Но это не линзы, – она покачала головой. – Они не снимаются, да и к тому же, я сегодня голубые надевала... Получается... у меня появились настоящие зрачки и радужки?

– Похоже на то, – Мэтт пожал плечами.

Парень протянул Эльмии руку и помог ей подняться, а затем все трое направились в сторону трассы. Девочка, крепко сжимая тёплую ладонь Мэтта, в последний раз посмотрела вокруг и заметила, как что-то блеснуло в снегу, но не обратила на это внимания.

Они подошли к старому мотоциклу, на котором сюда приехали Мэтт и Кэти. Честно говоря, выглядел он ужасно: ржавые бока и выхлопная труба, потрескавшаяся краска, рваное сидение и треснувшее стекло. На такой транспорт даже садиться было страшно!

– Стойте! – спохватилась Эльмия. – Мы же можем взять скутер Акио! Он ему всё равно уже... не пригодится.

– Хорошая мысль, – сомневаясь, согласился Мэтт.

И они направились в другую сторону – к пустующему скутеру, не так давно лишившемуся своего водителя.

Сначала Эльмия вообще не хотела никуда ехать: она боялась, что Мэтт может не справиться с транспортом, который ему не доводилось водить раньше. Она вообще не понимала, как парень в таком возрасте может сидеть за рулём!

– Ты хотя бы правила дорожного движения знаешь? – причитала она. – У тебя даже прав нет! А если нас полицейские остановят?

– Не волнуйся, – заверил её Мэтт. – Опыта по вождению такого транспорта у меня хоть отнимай. И кто нас может остановить? Наш отец работает в правоохранительных органах и имеет почётное звание. У него там хорошие связи и поэтому, если нас кто и притормозит, то проблем всё равно не будет.

Эльмия решила не спорить с парнем, поэтому залезла на скутер и обхватила Мэтта за талию, что обоих немного смущало. Кэти уселась позади них, еле вмещаясь на сидении. Вообще скутер был предназначен для одного, максимум двух пассажиров, но фигуры Кэти и Эльмии были настолько хрупкими, что девочки смогли вдвоём уместиться на одном месте.

– А как же ваш мотоцикл? – неожиданно спросила Эльмия. – Его же нельзя здесь оставлять!

– Какая-то ты нервная сегодня, – подозрительно произнесла Кэти. Наверное, убийство Эльмией Акио уже вылетело из её головы. Эльмия бы и сама не отказалась избавится от этого воспоминания. – Мы позвоним папе и скажем, чтобы он мотоцикл отбуксировал. Скандал, конечно, потом страшный устроит, мол, как ты посмел его взять... Но с другой стороны – он ведь зачем-то учил Мэтта вождению... А пока он постоит здесь. Вряд ли кто-то захочет его прибрать к себе... Меня больше беспокоит, как мы расскажем отцу, что приехали на чужом скутере?

И они наконец отправились в путь. По дороге Кэти рассказала Эльмии о том, как они гнали на подмогу подруге, но в дороге приключилась беда: что-то случилось с двигателем. Мэтт сначала сам попытался разобраться, но только испачкал руки в масле. Пришлось ждать, пока мимо проедет какой-нибудь знаток в этих вещах. К счастью, уже через двадцать минут перед ними остановилась машина, и из неё вылез подтянутый мужчина лет тридцати. Он оказался доброжелательным и с радостью помог детишкам разобраться в устройстве мотоцикла. Не успели ребята попрощаться с великодушным мужчиной, как тот скрылся за поворотом, где был въезд в их город. Когда Мэтт и Кэти приехали и дошли до середины озера, чуть не провалившись под хрупкий лёд, то сразу же заметили Эльмию, которая неподвижно лежала, раскинув руки.

Как только Кэти завершила свой рассказ, Мэтт остановился.

– Что-то случилось? – обеспокоенно произнесла Эльмия.

– Ага, – кивнул Мэтт, усмехнувшись. – Приехали!

Мэтт, Кэти и Эльмия подъехали к многоэтажке, где проживали Роннелы. Уже наступил вечер, хотя на улице всё ещё было светло.

– Ого, сколько этажей! – воскликнула Эльмия, осмотрев здание. – И вы тут живёте?

– Ага, – гордо выпрямившись, сказал Мэтт. – Мы сюда переехали через пару месяцев после моего рождения... Да ты не стой, иди! Тебе сейчас нужно как следует отдохнуть и попить горячего чая, а то ты столько времени пролежала на снегу, что чудом вновь не обзавелась переохлаждением.

Наверное, это не повторилось благодаря тому, что Эльмия вернула себе кольцо, а вместе с ним и собственную энергию. Когда девочка в понедельник провалилась под озеро с леденящей водой, она даже не простудилась – опять же благодаря кольцу.

Кэти и Эльмия слезли со скутера и пошли по очищенному от снега асфальту. Мэтт тем временем решил завести скутер в их семейный гараж, стоящий за домом.

– А ваши родители не будут против? – спросила Эльмия у Кэти по дороге.

– Не-а, – протянул подруга. – Они ещё на работе, поэтому даже не узнают, что у нас были гости.

Девочки прошли дальше. Кэти достала из кармана магнитный ключ, приложила его к домофону, и металлическая дверь открылась. Они оказались в просторной холе, который занимал весь первый этаж. Подойдя к противоположной к входу стене, Кэти нажала на кнопку лифта. Подобные вещи Эльмия уже встречала в различных фильмах, но увидеть их в реальности было для неё так же интересно, как Кэти и Мэтту увидеть магию.

Поднявшись на пятнадцатый этаж, девочки вышли из кабины лифта. Кэти подошла к одной из трёх дверей и, найдя в связке нужный ключ, отперла её ,и завлекая за собой Эльмию, прошла в прихожую. Эльмия подождала, пока подруга разденется, ведь на самой девочке кроме боевого костюма ничего не было, а затем они прошли в гостиную.

– Ты сиди, отдыхай, а я пока на кухню схожу, чай сделаю, – сказала Кэти и ушла в другую комнату.

Эльмия осторожно села на диван – она ещё никогда не была в гостях, поэтому чувствовала себя немного неуютно. Не зная, чем заняться, девочка стала рассматривать гостиную. Это была большая уютная комната: на белых стенах висели различные фотографии, явно сделанные Кэти, и картины: пейзажи, натюрморты и портреты. На одном из них Эльмия узнала мистера и миссис Роннелов, только в молодости. Тогда Кайл выглядел почти так же, как и сейчас, только у него не было морщин и щетины, а в остальном – зелёные, как у Мэтта, глаза, черты лица, причёска – остались прежними. Аманда тоже за это время особо не изменилась, только, как оказалось, раньше она ходила с короткими, а не с длинными, как сейчас, каштановыми волосами. А ещё у неё были красивые серые, как утренний туман над озером, глазами. Теперь глаза Аманды так уже не сияли – в них давно погас огонёк. Эльмия подумала, как же Кэти похожа на свою маму! Наверное, когда она вырастет, то станет такой же красавицей, как Аманда в молодости.

Немножко расслабившись, Эльмия закинула ногу на ногу. Раздался противный скрип – так при трении звучал латекс, из которого был сделан боевой костюм девочки. Самой Эльмии этот наряд был не по душе – она купила его лишь для того, чтобы произвести на Акио впечатление. Ну и заодно утереть нос Сабрине. Хотя биться в нём было весьма удобно, это стоило признать. Но Эльмия щёлкнула пальцами, и костюм сменился на её любимые тунику и серые джинсы.

– Надо же, сработало, – удивлённо восхитилась Эльмия.

Теперь, когда её собственная энергия была внутри неё самой, а не кольца, её силы увеличились в разы, но при этом она могла их контролировать. Если не считать тот инцидент на озере. «Это было действие заклинания, – утешала саму себя Эльмия. – Я же не знала...» Но зато теперь ей не нужно было каждый раз зажмуривать глаза и представлять то, что она хочет проделать. Теперь достаточно всего лишь об этом подумать. Если Эльмии вновь придётся с кем-то сражаться, это послужит для неё большим преимуществом.

Эльмия продолжила осматривать комнату дальше: напротив дивана стоял большой плазменный телевизор, на полу лежала белая шкура медведя, на подоконниках стояли стеклянные вазы с цветами. Вдоль стен висели книжные полки, на которых, помимо книг, стояли различные поделки и макеты кораблей. Эльмия вспомнила, как Кэти говорила, что раньше Мэтт увлекался прикладным искусством, но позже занялся чем-то другим... Интересно, чем же?

И тут хлопнула дверь – как раз вернулся Мэтт.

– А ты чего одна? – спросил парень Эльмию, войдя в гостиную.

– Кэти чай делает, – ответила она.

– Вот дурёха беспамятная, – вздохнул он. – Тебе же нужно было сначала плед дать, ты ведь, наверняка, замёрзла...

– Да нет, всё в порядке, – уверенно ответила Эльмия.

– Ну ладно, – Мэтт не стал настаивать на своём. – А это тебе Кэти дала? – спросил он, заметив сменившийся на Эльмии наряд.

– Не-а, – качнула головой девочка. – Я сама сменила... С помощью магии.

Мэтт понимающе кивнул, а в голове опять пробежали мысли о том, что Эльмии не стоит доверять, но он взял контроль над разумом.

– Слушай... – неуверенно начала Эльмия. – Кэти говорила, что ты раньше прикладным искусством занимался, а потом...

Мэтт цокнул языком и закатил глаза.

– Она тебе проболталась, что я танцами увлекаюсь? – раздражённо выдохнул парень.

Эльмия изумлённо изогнула брови, помолчала некоторое время и только потом неуверенно произнесла:

– Э-э... Вообще-то она сказала, что ты нашёл себе другое занятие, но это огромный секрет, поэтому она больше ничего не сказала.

Мэтт ударил себя по лбу – он же сам себя рассекретил!

– Так значит, танцы, да? – будто назло повторила Эльмия.

– Эм? – Мэтт сделал непонимающее лицо. – Ты о чём?

– Можешь не придуриваться, – усмехнулась Эльмия. – Я уже твои мысли прочитала.

– Что? – Мэтт едва не поперхнулся. – Ты умеешь читать мысли?

– Ага, – улыбнувшись, ответила Эльмия.

– И с каких пор?

– С этого момента, – Эльмия улыбнулась ещё шире.

– То есть я твой подопытный кролик, на котором ты учишься читать мысли? – растерянно произнёс Мэтт.

– Что-то вроде этого, – сказала Эльмия и не сдержалась, чтобы не рассмеяться.

– Ничего здесь смешного нет, – сказал Мэтт, надув губки, пародируя сестру. Будь Кэти здесь, она бы начала страшный скандал.

– Может, продемонстрируешь свой талант? – вежливо попросила девочка.

В следующую минуту мимика Мэтта сменилась десяток раз: то он своим выражением лица выражал неохоту, то, наоборот, желание показать свои возможности, то он задумывался, хмуря брови, то открывал рот, чтобы что-то ответить, но никак не мог придумать – что.

– Ладно уж, – махнув рукой, наконец согласился он.

Мэтт подошёл к книжным полкам, достал с дисковой магнитофон, поставил его на подоконник и включил музыку. Зазвучала какая-то попсовая песня.

Движения Мэтта укладывались под музыку – сначала они были плавными (настолько плавными, что Эльмии показалось, будто Мэтт превратился в кусочек пластилина и гнул своё тело, как ему хотелось), а когда песня из попсовой плавно перешла в клубную, они стали резкими, напоминающими движения робота. Над этим танцем парень явно работал не одну неделю, а то и вовсе несколько месяцев. Все его движения казались идеально отработанными, будто перед Эльмией танцевал профессиональный хореограф. Однако Эльмия, пусть и искренне восхитилась техникой друга, танцем это назвать не могла.

Когда Мэтт закончил, он, запыхавшись, нажал на кнопку, выключив музыку.

– Ну как? – спросил он, переводя дыхание.

– Честно говоря – не очень, – нехотя признала девочка. – Как-то не похоже на танец...

– Ну, это стиль такой, поппинг называется, – не подав признака обиды, произнёс Мэтт.

– Ну... – Эльмия хотела что-то сказать, но не знала, что именно. – Может, ты что-нибудь другое станцуешь? Только нормальное, классическое...

Мэтт долго не размышлял, согласился сразу.

– Только мне нужна партнёрша, – с намёком произнёс парень.

– Можешь стул взять, если тебе так удобнее, – фыркнула Эльмия. – Ну, или Кэти позови... Кстати, что-то она там долго чай готовит.

– Может, забыла, зачем пришла на кухню, – весело предположил Мэтт. – А теперь сидит там и пытается вспомнить... Или боится вернуться с пустыми руками...

Эльмия усмехнулась, но вернулась к теме.

– Ты мне зубы не заговаривай, – насмешливо проговорила она. – Бери стул и давай танцуй.

– Не-е, так не честно... Либо ты, либо никто.

До Эльмии только сейчас дошло, что Мэтт изначально хотел пригласить девочку на танец. Но, видимо, стеснялся.

– Ладно, – не упорствуя, согласилась Эльмия и, встав с дивана, подошла к напарнику.

Мэтт вставил в магнитофон другой диск и нажал на кнопку. Зазвучала красивая лирическая песня, которую Эльмия уже слышала, когда смотрела фильм «Титаник».

Мэтт галантно обнял партнёршу за талию двумя руками, Эльмия неловко обвила парня за шею, и они маленькими шажками стали совершать круговые движения. Это тоже было трудно назвать танцем, но Эльмии он нравился гораздо больше. Волшебная музыка и проницательные слова песни унесли девочку далеко-далеко за пределы этого мира. Она моментально позабыла о всех нависших над ней проблемах, о битве с Акио и его гибели... Сейчас она не чувствовала ничего, кроме нежного прикосновения Мэтта и его горячего дыхания у себя на шее. Эльмия невольно положила голову парню на грудь и услышала его сердцебиение. Оно было частым и неровным, и Эльмия решила, что это из-за быстрого танца, который Мэтт станцевал до этого.

Эльмии хотелось, чтобы этот танец длился вечно, но вскоре песня закончилась, и Мэтт выключил магнитофон. Девочка всё же не расстроилась и пошла на хитрость.

– Я так и знала, что не умеешь ты танцевать, – заурядно заявила она.

– Это ещё почему? – недовольно скрестив руки, спросил Мэтт.

– Ну сначала какие-то движения ненормальные совершал, сейчас мы просто на месте топтались... Назвать танцами такое – даже язык не поворачивается.

От удивления у Мэтта глаза на лоб полезли.

– А если бы я с тобой вальс, например, захотел станцевать, – возмущённым голосом говорил парень, – ты бы мне все ноги отдавила!

– Да ладно, успокойся, – примирительно произнесла Эльмия. – Я же пошу...

– Ну уж нет! – взъярился Мэтт. Он вновь нажал на кнопку, запустив ту же самую песню. – Хочешь танцы – будут танцы.

Левой рукой он обвил талию Эльмии, в правую взял ладонь девочки. Мэтт вёл танец, делая шаги то в сторону, то назад, то совершая оборот. Эльмия пыталась следовать и повторять его движения, стараясь не наступать партнёру на ноги. Или наступать, но не особо сильно. Минуту спустя Эльмия поняла схему движений и танцевала уже на уровне Мэтта – наверное, в этом ей помогли её способности.

Мэтт выключил магнитофон, когда песня только дошла до середины, и вопросительно посмотрел на Эльмию.

– Ну ладно, умеешь, – кивнув, признала она.

Мэтт довольно улыбнулся.

В этот момент в комнату, наконец, зашла Кэти, аккуратно держа перед собой серебряный поднос, на котором стояли три кружки горячего чая, от которых исходил приятный запах лесных ягод, и вазочка с шоколадными конфетами и печеньем.

– Долго же ты возилась! – сказал Мэтт, с ухмылкой смотря на сестру.

– Да я на кухню зашла, решила телек пока посмотреть, – стала оправдываться девочка, – а там новости показывают! Говорят, типа скоро произойдёт очень красивое и достаточно редкое в наших краях явление – солнечное затмение. Ну и я засмотрелась... В общем, забыла я про ваш чай, – призналась она. – Но потом вот, сделала... И кстати, я слышала музыку! Не думала, что ты так быстро изменишь своим стереотипам, – обратилась она к Мэтту.

Парень неловко отвёл глаза – когда-то он велел Кэти никому не раскрывать его тайну, а сам и проболтался. Кэти не стала приставать к брату. Она поставила поднос на журнальный столик, пододвинув его к дивану.

– Ты чего встала, как вкопанная? – удивился Мэтт, заметив, как Эльмия уже пару минут стоит неподвижно.

– Я... я кажется поняла! – от радости девочка запрыгала на месте. – Актея ведь тоже говорила: «Редкое и красивое явление»! И вот о чём в своём письме говорила Софи! – Эльмия вновь застыла на мгновение, а затем хлопнула себя по лбу. – Вот я пустоголовая... Ведь на самом Временном кулоне тоже солнечное затмение выгравировано!

– Подожди, – не понял Мэтт, – причём тут Актея?

– И что это за кулон такой? – добавила Кэти.

Эльмия застыла с открытым ртом, что-то обдумывая, а потом неожиданно продолжила:

– Я же вам про это ничего не рассказывала! – вспомнила Эльмия. – Я вам все объясню, но позже, а пока... На каком канале идут эти новости? – спросила Эльмия, обращаясь к Кэти.

– Не помню... Пощёлкай, может, найдёшь, – ответила девочка, протягивая подруге пульт.

Эльмия включила телевизор и, пролистав несколько каналов, остановилась на новостном. На экране появилась ведущая.

– А мы ещё раз повторяем, что двадцать первого марта, то есть ровно через две недели, жители Европы и островов Атлантического океана смогут наблюдать одно из самых глобальных и величайших зрелищ в природе – полное солнечное затмение.

Вместо изображения ведущей возникли кадры прошлого частного затмения.

– Последний раз местные жители могли наблюдать частное затмение четыре года назад, – продолжала ведущая, – а следующее смогут увидеть только через семь лет, так что советуем запастись светофильтровыми очками и фотоаппаратами... А теперь перейдём к спортив...

Эльмия выключила телевизор. От увиденного у неё загорелись глаза: она вспомнила строчки стихотворения из письма, адресованного Саре от Софи, слова Актеи и это видео. Перед её глазами возникла общая картинка.

– У вас есть какой-нибудь листок и карандаши? – неожиданно спросила Эльмия.

– Эм... сейчас принесу, – произнес Мэтт и ушёл в другую комнату. Он вернулся через пару минут, держа в одной руке чистые листы, в другой – органайзер с ручками, цветными карандашами и прочими канцелярскими принадлежностями. Он отдал всё это Эльмии, и девочка уселась обратно на диван. Кэти и Мэтт уселись по бокам от подруги и начали наблюдать, что рисует Эльмия.

Девочка изобразила два круга: тот, что был побольше, она закрасила желтым, который поменьше – слегка заштриховала серым.

– Это Солнце и Луна, – пояснила она. – Существует два вида затмения: солнечное и лунное.

– В новостях говорят про солнечное, – сказала Кэти.

– Да, – подтвердила её слова Эльмия. – Во время солнечного затмения Луна на некоторое время закрывает диск Солнца. Но нас это неважно. Главное – это те моменты, когда Луна только начинает закрывает собой Солнце или, наоборот, уже открывает её.

Девочка достала из органайзера ножницы и аккуратно вырезала два круга, затем сложила их вместе и склеила скотчем. После этого Эльмия приложила получившуюся фигуру к оставшемуся листку и обвела его ручкой.

– На что это похоже? – спросила она у друзей, убрав трафарет.

– На матрёшку? – неуверенно предположила Кэти.

– Сама ты матрёшка! – фыркнул Мэтт. – На восьмёрку, только без дырок и на боку.

– Правильно, – сказала Эльмия. – только наклонённая восьмёркой называется символом бесконечности, – и девочка изобразила этот знак рядом. Действительно, контуры окружностей были похожи на символ бесконечности.

– «Когда сойдутся Солнце и Луна, образовав собою бесконечность...» – припомнила Эльмия строчки из стихотворения Софи. – Наконец-то я додумалась, о чём она хотела сказать! Это же солнечное затмение – момент, когда владелец Временного кулона может загадать любое желание!

Эльмия была так рада своей догадке, что даже засветилась от счастья и беспредельного восторга. А Кэти и Мэтт так и сидели на диване, ничего не соображая.

– Я вам сейчас всё объясню, – пообещала Эльмия и начала свой рассказ.

Девочка сначала поведала о загадочном письме Софи, бабушки Сары, а потом напомнила, в частности для Кэти, о произошедшем с ней на озере в понедельник – про Актею и обряд, но теперь Эльмия подробно рассказала об их с нереидой беседе, об истории Актеи про Бесконечность в небе, Временной кулон и его способность осуществить любое желание своего владельца. А затем пересказала сегодняшний день.

– Когда я проснулась, на моём столе оказался какой-то блокнот, – продолжала она. – Я сразу поняла, что это блокнот Клео. Сначала он меня взбесил, ведь Клео меня предала, но потом я поняла, что она хотела всего лишь меня испытать, а этот блокнот был наводкой – Клео пыталась напомнить мне о том, что я всё ещё владею магией нереид... Изучив свои способности, я сказала маме, что схожу прогуляться, а то дома от духоты уже голова раскалывается... Взяла с собой деньги, зашла в магазин одежды и купила себе тот костюм... Он мне вообще не понравился – жарко в нём, скрипит постоянно, да и выглядела я в нём, как, простите, девушка весьма лёгкого поведения, но я решила, что именно этим смогу обескуражить... Акио, – у Эльмии комок в горле встал, когда она произнесла имя парня. – Потом ещё косметики накупила... Вернулась домой, незаметно от мамы пробралась к себе, переоделась, накрасилась так, что самой жутко стало... Потом заявилась в школу, пришла, помодничала... Ударила Акио по щеке... Честно говоря, сама от себя в шоке была, но он и не такое заслужил... И назначила реванш через полчаса. Я-то, дура, сначала думала, что на озеро телепортируюсь, ещё успею домой вернуться, чтобы переобуться... И только потом вспомнила, что кольца-то у меня нет! Пришлось искать попутную машину, хорошо, что мужчина добрый попался: перед домом остановился, подождал меня, потом до озера подбросил... И только я спустилась по склону, вижу, как Акио уже вниз съезжает... Я спряталась, он меня не увидел, пошёл вперёд. Я за ним аккуратно пошла. А потом как выпрыгну перед ним! Он точно испугался! – радостно произнесла Эльмия, но её весёлый тон вновь исчез.

Она подробно рассказала о их с Акио битве, о том, как всё-таки отобрала у парня кольцо, о его магическом раздвоении и превращении в какого-то голубокожего мутанта. Эльмия нехотя поведала о том, как использовала то же заклинание, что и Акио, и о последствиях.

– Я сама не поняла, что со мной было, – продолжала девочка дрожащим, хриплым от длинного рассказа голосом. – Я взлетела, хотя этого и не хотела. Руки и ноги меня не слушались, я даже пошевелиться не могла! Я чувствовала, как внутри меня разгорается огонь, который выплескивался наружу, но этот огонь не навредил... Наверное, это моя способность управлять водой защищала меня от изнеможения... Всё вокруг стало нагреваться, лёд таял, вода кипела, двойник Акио разбился на мелкие кусочки от высокой температуры, а сам он... Акио провалился под лёд. Я хотела ему помочь... Да, он меня предал, он чуть не убил меня, но он не достоин смерти! Он просил о помощи, но я ничего не могла сделать, и он... утонул... Когда всё прекратилось, было уже поздно что-либо делать, и я упала без сознания...

От этих жутких воспоминаний у Эльмии на глазах навернулись слёзы.

Кэти и Мэтт пребывали в шоке, но тем не менее Кэти решила утешить подругу.

– Да успокойся ты! – в своей манере хотела произнести она, но у неё самой дрожал голос.

Кэти по-дружески обняла Эльмию. Девочка прижалась к груди подруги и громко расплакалась ей в плечо.

– Ты ни в чём не виновата... – Кэти продолжала попытки утешения. – Просто произошло то, что тебе не удалось контролировать. Не надо так убиваться, прошлое уже не исправить... И к тому же, это даже к лучшему: если бы всё случилось иначе, ты бы не узнала о затмении!

Эльмия слегка успокоилась, вытирая слезы:

– Может быть, ты и права... – тихо произнесла она. – Как же мне повезло, что у меня есть такие верные друзья, как вы! – добавила она немного громче.

Она развела руки и собрала в охапку Мэтта и Кэти, продолжая тихонько хлюпать носом.

– Друзьяшки-навсегдашки? – бодро спросила Кэти.

– Друзьяшки-навсегдашки! – подтвердили Эльмия и Мэтт, улыбаясь.

Они быстро пришли в себя, когда наконец взяли в руки чашки чая. Эльмия отхлебнула немножко горячий напиток с ароматным запахом лесных ягод.

– А ты мастер в чае, – похвалила она Кэти. – Я такой чай в жизни никогда не пробовала!

– Ой, да это пустяки! – заверил её Мэтт, сделав пару небольших глотков. – Если бы ты знала, какие она пироги печет! Мм... просто объедение!

И они с Эльмией рассмеялись, а Кэти немножко даже покраснела: нечасто она слышала от брата такую приятную похвалу.

***

Город окутала тёмная пелена – в районе Либерштадта давно наступили сумерки.

Ночное небо, переливающееся тёмно-синими и фиолетовыми красками, освещал тонкие полумесяц. Снег под его лучами искрился различными оттенками.

Снег уже не шёл, но на улице всё ещё подмораживало, быстро падала температура. Однако загадочную женщину, которая вышла из двухметрового зеркало, взявшегося здесь непонятно откуда, словно из воздуха, этот мороз не останавливал – она никогда не чувствовала холод. Впрочем, она вообще ничего не чувствовала.

Прошагав по льдинам озера, она наклонилась и своей голубокожей рукой пошарила по снегу. Её тонкие изящные пальцы наткнулись на что-то металлическое. Женщина достала предмет и осмотрела его под светом луны. Это был медальон.

– Ты меня сильно разочаровал, сэр Лигай, – произнесла женщина спокойным голосом, не отводя ледяного взгляда жёлто-зелёных глаз от медальона. – Я и не подозревала, что ты не сможешь справиться с какой-то девчонкой. – Она сделала паузу для размышления, затем надела медальон себе на шею и пошла в обратную сторону, продолжая тихо говорить: – Ну ничего... Я дам тебе ещё один шанс. Да, пускай не скоро, но зато какой! Ты наконец сможешь её убить. Навсегда.

Глава 17.


Праздничное происшествие

Вернувшись от друзей домой, Эльмия рассказала Саре и Тому о своей догадке насчёт затмения, но перед этим, для лучшего понимания, о встрече с Актеей. Ей пришлось соврать, что нереида встретила Эльмию на улице, а потом переместилась с ней в океан и провела обряд. Родители поверили дочери и решили, что раз затмение будет так скоро, то Эльмии нужно к нему как-то подготовиться. Хотя Эльмия не понимала, к чему ей готовиться: ей нужно всего лишь взять кулон, взойти вместе с ним на какую-нибудь возвышенность и произнести желание, которое в своём письме указала Софи. Но пришлось сказать, что она будет готовиться, иначе Сара так бы и не отпустила дочь на такое рискованное событие.


Воскресенье было необычным днём. Сегодня был праздник – Международный женский день. Эльмия любила этот праздник потому, что она получала в этот день подарки, хотя полноценной женщиной не была. Да Эльмия и вовсе не хотела взрослеть – она мечтала навсегда остаться в этом возрасте. Вернее, так было раньше, до того, как она узнала о своём предназначении. Но сейчас, с праздничным настроением, Эльмию это сильно не волновало. Её больше огорчало то, что восьмое марта выпало на воскресенье и дополнительный выходной пропадал, – завтра в её школе всё равно идут занятия. Даже у Тома завтра выходной, а он ведь – мужчина! Несправедливость!

Проснувшись, Эльмия сладко потянулась, отгоняя остатки последнего сна. Она медленно раскрыла глаза и осмотрела комнату – подарка видно не было. Значит, Том и Сара решили отдать его ей лично.

Девочка встала, раскрыла шторы, пропуская яркие лучи солнца сквозь замороженные окна и сразу же пошла в ванную. Приняв душ, Эльмия вернулась к себе, расчесалась и переоделась в белоснежную блузку, которую Сара купила ей как раз для праздников, и любимые серые джинсы.

Выйдя из комнаты, Эльмия спустилась на кухню. Сара уже орудовала за плитой, следя одновременно за четырьмя конфорками: на одной кипятился чайник, на другой варилось картофельное пюре, на третьей жарилась рыба, а на четвёртой – яичница, которая, готовилась на завтрак Эльмии и Тому. А ещё в духовке готовилось фирменное блюдо Сары – мясная запеканка, издающая соблазнительный аромат, который вызывал нестерпимый голод.

– С праздником, солнышко, – весёлым тоном произнесла Сара, целуя дочку в щёку, прижав руки, испачканные в муке, к груди, чтобы не запачкать дочку.

– И тебя, мам, – улыбнулась Эльмия, садясь за стол.

Сара вытерла руки о полотенце, потушила конфорку со сковородкой, разделила яичницу на две равные половинки, затем разложила их на две тарелки и одну поставила перед Эльмией. Пока девочка жадно поедала завтрак, Сара сходила в спальню и вернулась оттуда с цветным пакетом, который протянула дочке.

Эльмия с нетерпением раскрыла пакет и вынула из него красивое белое платье с золотыми застёжками.

– Ой, спасибо, мам! – Эльмия вскочила из-за стола и обняла Сару.

– Ты только не обижайся, но это подарок от нас всех: меня, папы и дедушки.

– Да ничего, – девочка махнула рукой. – Я сейчас прибегу!

С этими словами она убежала к себе в комнату, открыла шкаф, достала оттуда подарок для мамы и вернулась на кухню.

– Это тебе! – сказала она, протягивая горшок с небольшим деревцем с толстыми овальными листьями. – Это денежное дерево. Говорят, оно ещё и счастье приносит!

Сара улыбнулась – она очень любила растения.

Неожиданно по дому разнеслось птичье пение – кто-то звонил в дверной звонок. «Это, наверное, дедуля уже пришёл!» – подумала Эльмия и побежала открывать дверь, но увидела того, кого совсем не ожидала здесь увидеть.

– Привет, – лучезарно произнёс Мэтт, стоя на пороге.

– Мэтт? – вырвался у Эльмии удивленнный возглас.

– Ну да... – растерянно бегая глазами, произнёс парень. – А ты кого-то другого ждала?

– Да не-е, – протянула девочка. – Только дедушку... А ты чего здесь?

– Ну, поздравить хотел...

– А, – понимающе кивнула Эльмия. – Ну спасибо...

– Подожди, это ещё не всё! – поспешно вставила Мэтт, решив, что Эльмия уже хочет закрыть дверь.

Эльмия подняла левую бровь, мол, излагай.

– В общем... Ты не хочешь сходить со мной в кино?

Это удивило Эльмию ещё больше.

– А как же Рани? Вы же с ней... встречаетесь?

– Шутишь? – недовольно фыркнул Мэтт. – После того, как она тебя чуть сумкой не прибила? Я ещё в среду с ней порвал... Хотя у нас и так фактически ничего не было... Сказал, что никто не смеет трогать мою сестру и её подруг. Взбесилась жутко, истерить начала, но она сама виновата...

Услышав это, Эльмия испытала смешанные чувства – с одной стороны она подставила Рани, с другой – девушка это заслужила.

– Так ты меня на свидание приглашаешь? – спросила девочка.

– Ну да... – вновь промямлил Мэтт.

– Стой, – не поняла Эльмия. – Разве ты не будешь отпираться? Говорить, что это не свидание, а так, дружеская прогулка...

– Зачем мне это? – настала очередь удивляться Мэтту.

– Забей, – Эльмия махнула рукой и, обдумывая решение, закусила губу. Хотя, откровенно говоря, она сразу была согласна, но решила сделать вид неуверенности, как это делали все девушки в подростковых фильмах. Только во всех таких фильмах парни никогда не признавали, что это свидание, поэтому Эльмия решила мгновенно позабыть о телевизоре и, наконец, дала согласие.

– А что за фильм-то? – поинтересовалась она.

– «Робот по имени Чаппи», – ответил Мэтт. – Я твоих вкусов не знаю, но, надеюсь, тебе понравится...

Эльмия кивнула: она видела трейлер фильма по телевизору, и он её заинтриговал.

– А во сколько фильм начинается? – спросила Эльмия.

– Минут через сорок... Но лучше пойти уже сейчас, пока там у входа толпа не собралась...

– А, ну тогда я сейчас у мамы отпрошусь...

С этими словами Эльмия как-то грубо захлопнула дверь перед носом Мэтта, вернулась на кухню и рассказала Саре о приглашении.

– Ох эти Роннелы... Любой девчонке голову задурят, – усмехнулась Сара, вспоминая свою детскую влюблённость в Кайла. – Не рановато ли тебе с парнями отношения заводить?

– Ну ма-ам, – Эльмия привычно затянула свою жалобную песню.

– Да ладно, я же всё понимаю... Сама ведь такой была... Весна, хорошее настроение, красивый мальчик... – Сара замолчала под пронзительным взглядом дочери. – Всё! Молчу! Иди куда хочешь! Главное, держись на связи и возвращайся к обеду, а то с голоду помрёшь... Можешь и Мэтта своего с собой прихватить...

Эльмия была готова пищать от радости, но, как девочка уже взрослая, сдержала свои эмоции внутри.

Быстро переодевшись, чтобы не заставлять Мэтта долго ждать, Эльмия взяла с собой телефон, надела тёплую куртку – днём передавали сильный мороз – и обувшись, вышла на улицу. Когда она подошла к Мэтту, парень галантно взял Эльмию под руку, и они пошли по вытоптанной тропинке.

Всю дорогу Эльмия и Мэтт рассказывали что-то из своей жизни. Эльмии было особенно нечего говорить, но она с удовольствием слушала Мэтта, порой задавая ему интересующие её вопросы.

– У нас, кстати, двадцать первого марта будет баскетбольное соревнование между нашей и соседней школой, – говорил Мэтт, когда Эльмия решила расспросить о его увлечении спортом. – Можешь прийти, если хочешь...

– Обязательно приду! – пообещала Эльмия, и они вновь стали о чём-то болтать.

Беда пришла нежданно.

– Эй, пугало! – послышался знакомый басистый голос.

Эльмия уже привыкла к прозвищу, которым её обзывали практически все члены элиты, поэтому рефлекторно обернулась и увидела Жирную Вэнди. Та сделала деловой вид, скрестив руки и раздражённо топая носком сапога.

– Тебе Рани чё, не до конца втёрла, что нельзя с чужими парнями встречаться? Ну так я тебе помогу, – погрозила она, приближаясь к паре.

– Прру! – Мэтт издал такой звук, которым обычно останавливают лошадей. – Остынь, громилка. Мы с Рани уже почти неделю в расходе. И ты лучше бы о своём счастье беспокоилась. Иди-ка лучше, найди себе какого-нибудь бедолагу да пригласи в кино. Уверен, тебе вряд ли откажут!

От обиды Вэнди надула и до того пухлые губы, уткнулась носом в шарф и молча ушла.

– Ишь ты, выпендриться захотела! – усмехался Мэтт ей вслед.

Эльмия поняла, что, хоть Мэтт оказался в элите только из-за своего престижного места в школьной команде по баскетболу, он пользуется авторитетом большим, чем эта Вэнди, несмотря на то, что она была дочкой мэра Либерштадта.

– Кстати, что ты папе про скутер Акио сказал? – спросила Эльмия по дороге.

– Да так, уже и не помню, – Мэтт махнул рукой, и они вернулись к прежней теме разговора.

Наконец они дошли до кинотеатра. Эльмия отправилась занимать место в очереди в кинозал, а Мэтт – в кассу.

Вскоре они зашли в кинозал, взяли 3D-очки и сели на положенные места.

От фильма у Эльмии остались только положительные эмоции. Эта история даже напомнила девочке её собственную – робот Чаппи был белой вороной среди людей. Он хотел приобрести семью и дом, но люди сверху решили, что Чаппи может изменить мир, и поэтому военные решили его уничтожить. В жизни Эльмии творилось что-то похожее: она была не такой, как все остальные люди, и не хотела ничего, кроме родителей и друзей, но она обязана спасти Землю, и какие-то Духи, которых Эльмия в лицо даже не видела, не хотят ей этого позволить.

Выйдя после сеанса из кинозала, Эльмия почувствовала сильный голод. Мэтт предложил сходить им в кафе неподалёку, но девочка сказала, что её ждёт обед дома. Парень не стал настаивать, но всё-таки решил купить два горячих хот-дога.

– Подожди здесь, – велел он Эльмии, а сам, перейдя дорогу, подошёл к лавке и сделал заказ.

Удар.

Стон.

Лязг тормозов.

Мэтт обернулся.

Эльмия лежала на тротуаре, в пяти метрах от неё остановилась машина с помятым бампером. Остановилась, но быстро вырулила на проезжую часть и тут же уехала – водитель испугался.

Мэтт не выдержал, слетел с места и на подкошенных ногах бросился к телу Эльмии. Она не шевелилась. Дыхание её было таким слабым, что совсем не чувствовалось. Глаза закатились за веки.

Вдох.

Выдох.

Смерть.

Со всех сторон стали подходить люди. Кто-то хотел помочь, но Мэтт был уверен – уже поздно. Упав на колени, он со слезами на глазах отгонял прохожих, не давая никому приблизиться к бездыханному телу его подруги. Держа голову девочки в ледяных пальцах, он прислонил её к своей груди. Понимал ли он до конца, что произошло?

Неожиданно раздался свист. Необычный, будто кто-то быстро махал тонким прутом, рассекая воздух. Мэтт поднял глаза к небу. Прямо перед ним, вернее над Эльмией, образовалось нечто наподобие чёрной дыры. Друг за другом из неё стали вылетать существа, похожие на людей, но полупрозрачные, словно призраки, и с абсолютно чёрной кожей и без одежды. Они чем-то напоминали теней, но при этом имели объём.

Вылетело семь теней, а за ними появилась женщина в чернильно-чёрном балахоне с капюшоном, который скрывал её лицо, и острой косой. Как на картинке, перед Мэттом явилась Госпожа Смерть.

Испугавшись, парень шарахнулся, упав на копчик, и медленно пополз назад. Он осмотрелся по сторонам – люди продолжали глядеть на бедную девочку, кто-то уже звонил в полицию и вызывал «скорую помощь». Но Госпожу Смерть никто не видел. Только он.

Женщина в балахоне взмахнула косой и прочертила над Эльмией какие-то знаки. Иероглифы засветились цветом жаркого пламени. Девочка непроизвольно раскрыла рот, и из него стали вылетать сотни тысяч красных частиц жизни – в десятки раз больше, чем у обычных людей этого возраста.

Мэтт знал, что, если последняя частица покинет Эльмию, она больше никогда не встанет.

– Стой! Не делай этого! – закричал парень Госпоже Смерти. Остальным же показалось, что он кричал в воздух.

– Бедный мальчик, – запричитали прохожие, смекая, что тот сошёл с ума от смерти подруги. Может, это и вправду были всего лишь галлюцинации?

Госпожа Смерть подняла голову к Мэтту. Она это сделала так резко, что от неожиданности парень вновь шарахнулся.

– Ты видишь меня? – охрипшим голосом спросила Госпожа Смерть.

– К-кажется, – неуверенно, но всё же пытаясь не выдать слабость, произнёс Мэтт.

– Очень интересно, – проговорила она. Тени, стоящие за своей повелительницей, не отводили от парня чёрных глаз. – Но я не остановлюсь! Я ждала этого момента тринадцать лет, а ты хочешь мне помешать?!

Частицы жизни Эльмии интенсивно продолжали вылетать. Они стали разлетаться в разные стороны, и теням пришлось начать за ними погоню.

– Вы не можете трогать эту девочку, так как это... Запрещено!

– Кем же? – саркастически усмехнулась Царица теней.

Мэтт не ответил. Вернее, не ответил вслух, – то, о чём он подумал, Госпожа Смерть услышала в своей голове – чётко и ясно.

– Так значит, она жива... – тихо рассмеялась женщина. – Селена выйдет из себя, когда я ей это расскажу... Ну что же...

Госпожа Смерть взмахнула косой, пламенные иероглифы потухли, превратившись в пепел, и развеялись по ветру. Частицы жизни, все до единой, возвратились в Эльмию. Царица теней влетела в портал, за ней последовали её приспешники. Одна из теней, которую Мэтт выделил сразу из-за её странного белого пятна на шее, когда все уже телепортировались обратно, подлетела к Мэтту и шёпотом произнесла:

– Спасибо.

А затем последовала за остальными тенями. Портал за ней разом закрылся.

– Кхе-кхе.

Эльмия откашлялась, приподнимаясь.

– Что случилось? – спросила она у столпившихся прохожих.

– Ты в порядке? – к ней подошёл Мэтт и помог встать на ноги.

– Да, вроде бы, – ответила Эльмия, отряхиваясь от налипшего снега. Её ботинки почему-то стояли в нескольких шагах от неё – на том же месте, где Мэтт велел его ждать. Слегка прихрамывая, девочка добралась до обуви, надела ботинки и повторила вопрос:

– Так что произошло?

– Пойдём, тут людей слишком много, – сказал ей Мэтт, помогая идти.

По пути он рассказал Эльмии, что какая-то машина заехала на обочину и сбила её, но удар был не сильный – от шока девочка потеряла на пару минут сознание, но сильных повреждений не получила.

– Подожди, я не могу так больше идти, – сказала Эльмия, с болью опираясь на ногу.

– Может, я тебя на руках донесу? – предложил парень.

Эльмия улыбнулась.

– Спасибо, конечно, но у меня есть лекарство, – она резво пошевелила пальчиками.

Эльмия вытянула больную ногу и провела по ней ладонью. Боль как рукой сняло. Впрочем, так и было.

– Так-то лучше! – бодро произнесла Эльмия и неожиданно спросила: – Так что же на самом деле произошло?

– О чём это ты? – ошарашенно спросил Мэтт.

– Ты ведь не думаешь, что я поверю твоим сказкам про обморок? – Эльмия изогнула бровь. – Я до этого уже дважды теряла сознание, в этот раз было что-то другое. Я ведь умерла, да?

Мэтта этот вопрос застал врасплох. Он не был к нему готов, не знал, что ответить.

– Ладно, – Эльмия вздохнула. – Может, я и перестала чувствовать, но не перестала видеть... Я видела Смерть. И слышала ваш разговор. Как ты смог её увидеть? Ведь для остальных людей она осталась незамеченной... И как ты узнал, что она хочет забрать мою жизнь? – с нажимом спросила девочка.

– Знаешь... – растерянно начал Мэтт. – Я давно хотел тебе об этом рассказать, думал, может, ты в курсе, в чём дело... Мне по ночам снятся странные сны.

– Вещие?

– Нет... Просто странные. Вот уже два года каждую ночь мне снится, будто я живу в каком-то другом мире, служу при королевском дворе... В этом мире у меня нет родителей и Кэти. Только я и королева. Всю жизнь она воспитывала меня, как родного сына, рассказывала различные истории о других мирах. Она мне говорила, что в другом мире живёт некая Царица Жизни по имени Кровавая Мэри. Когда человек умирает, она вместе со своими поданными телепортируется на Землю, забирает у погибшего все его частицы жизни, а потом распределяет их между новорождёнными... Но, видимо, правила изменились, потому что это точно была не Мэри.

– Это несомненно была сама Смерть, – констатировала Эльмия. – В окружении теней...

– Одна из них поблагодарила меня, – заметил Мэтт.

– Эта была Клео... Я уверена...

Она на некоторое время замолчала, а потом спросила:

– Когда Смерть спросила, кто запретил меня убивать... Чьё имя ты назвал?

– Ничьё, – поспешно ответил Мэтт. – Все эти сны... они такие мутные, что большинство из них я забываю, как только проснусь... Но я смог мысленно передать этой... эм, Смерти, образ своей королевы. И, кажется, она мне поверила...

– Так ты соврал? – опешила Эльмия. – Никто не велел меня не убивать?

– Может и велели, я ведь не всё помню... Одно стало ясно: мои сны – вовсе не сны...

Всю оставшуюся дорогу они прошли молча.

– Ну ладно, пока, – вздохнул Мэтт, когда они оказались уже у особняка Диксон. – Ты только это, не рассказывай никому про мои сны, ок?

– Угу, – кивнула Эльмия. – А ты тогда никому не рассказывай, что я умерла.

– Я – могила, – ответил Мэтт, делая вид, что закрыл рот на застёжку-молнию.

Они некоторое время ещё постояли на крыльце, смотря друг другу в глаза и, сами того не замечая, держась за руки.

– Пока? – повторил Мэтт, но уже не так уверенно.

– Может, зайдёшь к нам на обед? – с надеждой в голосе спросила Эльмия.

– Ну, мне как-то неудобно...

– Ты спас мне жизнь, – припомнила Эльмия, – а я тебя даже отблагодарить никак не могу... К тому же, мама сама тебя приглашала.

– Ну, раз сама миссис Диксон хочет видеть меня за своим столом... Как тут откажешь? – усмехнувшись, проговорил Мэтт.

Они всё-таки зашли в дом вдвоём. Раздевшись, прошли в гостиную, где уже был накрыт стол.

– А вот и наши голубки! – как ни странно, это произнесла Кэти.

Эльмия и Мэтт обменялись удивлёнными взглядами. За широким столом сидело пятеро человек: Сара, Том, Алекс, Кэти и Аманда и было ещё три свободных места.

– А вы что тут делаете? – спросил ошарашенный Мэтт у матери и сестры.

– Нас Сара пригласила! – ответила Аманда. – Такая замечательная идея! До прошлой недели наши семьи уже больше десяти лет не общались, а дружеские отношения остались. Вот мы и решили отметить этот праздник вместе...

– Да что вы в дверях-то стоите? – посетовала Сара. – Присаживайтесь, накладывайте себе, что хотите...

Перед узкой задней стороной стола в кресле сидел Алекс. На противоположном конце никто не сидел, наверное, это место отводилось для Кайла. Справа стоял диван, на котором сидели Аманда и Кэти. Мэтт присел к ним, с краю. Эльмия села на стул рядом с Сарой, оказавшись напротив Мэтта.

Началось весёлое застолье. Мужчины поздравляли женщин, говорили торжественные тосты. Вскоре, действительно, пришёл Кайл – в полицейской форме, только с дежурства. Когда Эльмия, Кэти и Мэтт наелись, они вылезли из-за стола, чтобы не мешать взрослым, и отправились в комнату Эльмии. Друзья до самого вечера о чём-то разговаривали и рассказывали друг другу шутки, потом играли в твистер, карты и в «Выполни задание»: они разрезали листок бумаги на несколько маленьких бумажек и на каждой писали какое-нибудь задание, например, «Кукарекни десять раз» или «Укуси себя за палец», потом скатали их, перетасовали и по очереди стали вытягивать. Кто какое задание вытянет, такое и должен выполнить.

Когда уже сгустились сумерки, Аманда и Кайл засобирались домой. Мэтту и Кэти, как бы им ни хотелось остаться на подольше, пришлось уехать.

Эльмия упала на кровать со счастливыми мыслями о сегодняшнем дне и заснула без задних ног.

***

Этой ночью Кайлу не спалось. На часах было уже два часа ночи, а он сидел на кухне, нервно перебирая пальцами по столешнице. Перед ним стояла пустая чашка. Стоило Кайлу только подняться, чтобы сделать себе ещё один кофе, послышался звук открывшейся двери, а за ним женский голос:

– Ты чего не в постели? – зевая, спросила сонная Аманда.

Кайл пожал плечами.

– Что-то случилось? – спросила Аманда, принимая более бодрый вид.

Мистер Роннел некоторое время помолчал, после чего произнёс:

– Что-то, да.

– Рассказывай, – недовольно цокнув языком, сказала жена.

– Лучше сесть, – посоветовал Кайл.

Они сели напротив друг друга и долгое время смотрели друг друга в глахза, не проронив не слова. Кайл не знал, как начать разговор, поэтому решил рассказать сначала.

– Помнишь, лет пятнадцать назад мы жили в особняке рядом с Сарой? – осведомился Кайл.

– Конечно помню.

– Помнишь, из-за чего мы оттуда переехали?

Аманда застыла на несколько секунд, после чего медленно поднялась и захлопнула дверь в комнату.

– Такое никогда не забудешь, – произнесла она с комом в горле. – Думаешь, с её дочерью может произойти то же самое, что и с Мэттом?

Кайл некоторое время промолчал, обдумывая следующие слова.

– Когда я сегодня дежурил, нам поступило несколько звонков от прохожих, – начал он. – Сказали, что чья-то машина насмерть сбила девочку на тротуаре.

– Вот уроды, – выругалась Аманда. – Но это тут причём?

– У погибшей девочки были розовые волосы. А вместе с ней был пятнадцатилетний подросток с каштановыми волосами. Он ненадолго отошёл, когда девочка была сбита.

– Это были Эльмия и Мэтт? – встревожилась Аманда. – Но ведь, когда Эльмия пришла домой, она была цела и невредима!

– К этому я и веду, – проговорил Кайл. – Через пару минут к нам стали опять поступать тревожные звонки. Только теперь все говорили, что девочка очнулась, и они с парнем ушли.

– Она не умерла? – от удивления у Аманды глаза на лоб полезли. – Но как же так?

– Если бы мы знали... В одном я уверен точно – между нашим бывшим особняком и особняком Диксонов происходит что-то, что делает из наших детей мутантов, – произнёс он, содрогаясь от воспоминаний.


Глава 18.


Новый учитель

После выходных Эльмия впервые пошла в школу после своего долгого отсутствия. За это время всё здесь перевернулось вверх дном. Во-первых, между Сабриной и Рани начались какие-то тёрки, из-за чего бывшие подруги даже расселись по разным рядам. Их ссора заинтересовала половину школы, так что о стрелке, назначенной Эльмией Акио, все уже забыли. Во-вторых, оказалось, что в школу к мисс Хордон приходила вымышленная тётка Акио. «Не такая уж и вымышленная, если всё-таки пришла», – думала Эльмия. Тётка забрала документы Акио из школы, заявив, что парень больше не будет учиться в их школе. В-третьих, в школе появился новый учитель.

Последним уроком как всегда была история. Как только прозвенел звонок, дети расселись по своим местам в ожидании учителя. Но мистера Грэма не было – вместо него в кабинет широкими шагами вошёл тридцатилетний мужчина с каштановыми волосами, лохматой причёской и выразительными карими глазами, в которых отражалось что-то необычное, волшебное – сразу видно, что человек был начитан и обладал мудростью, а, возможно, и какой-то тайной. Одет был мужчина в синий полосатый костюм, сверху которого был накинут длинный плащ горчичного цвета.

– Ты не поверишь, – одновременно произнесли Эльмия и Кэти, повернувшись друг к другу.

– Это тот мужчина, который довёз меня от школы до озера! – первой закончила Эльмия.

– И он же помог разобраться Мэтту с мотором, когда мы ехали к тебе на озеро! – взбудоражившись, произнесла Кэти.

– Как думаешь, совпадение?

– Не знаю, – Кэти пожала плечами. – Но у меня от него мурашки по коже.

Мужчина, держа руки в карманах и высунув лишь большие пальцы, как это было сейчас модно, размашистыми шагами прошёлся по кабинету от двери до окна, потом обратно и лишь затем, встав ровно посередине кабинета, повернулся к классу. Он пристальным взглядом осмотрел всех присутствующих, задержав свой взгляд только на Эльмии, Кэти и Сабрине и только после этого произнёс:

– Здравствуйте! Меня зовут Дэвид Дейнайт, и я ваш новый преподаватель истории. – Его голос был мягким, не соответствующий его строгому, хоть и доброму взгляду и забавной ухмылке. – Сразу хочу предупредить, что на моем уроке должна поддерживаться дисциплина, иначе вам придётся пройтись до кабинета директора... И ещё хочу сказать, что каждый понедельник, начиная с этого, после уроков я буду проводить факультатив мифологии. Кому интересно, оставайтесь после этого урока. И сразу хочу заметить, что посещаемость факультатива никак не отражается на ваших оценках по истории. Ну а теперь приступим...

Мистер Дейнайт надел очки, которые он достал из внутреннего кармана плаща. Он носил их не из-за плохого зрения, а из-за того, что выглядит в них умнее, как настоящий профессор академических наук или молодой учёный.

Учитель открыл учебник, назвал страницу классу и начал рассказ по новой теме, продолжая расхаживать по кабинету.

– Интересно, чего это он на нас так посмотрел? – удивилась Кэти.

– Ну, он, наверняка, нас узнал... – предположила Эльмия. – К тому же, мистер Грэм, должно быть, часто рассказывал ему обо мне. Вот мистер Дейнайт и решил посмотреть на любимую ученицу своего предшественника. Меня больше волнует, почему он на Сабрину так же посмотрел?

– А это мне как раз понятно. Она же дочка директрисы, на неё все новые учителя так смотрят! – пояснила Кэти шёпотом.

– Я же говорил, что на моем уроке должен быть порядок, – громко и чётко произнёс мистер Дейнайт. Девочки от испуга дернулись, но, к счастью, преподаватель обращался не к ним, а к двум парням, сидевшим за последней партой, которые кидались бумажными самолётиками. Он тут же отправил их к директору, а сам продолжил рассказ. Эльмия и Кэти решили не портить первое впечатление учителя, поэтому больше не разговаривали.

Несмотря на то, что Эльмия была рада новому факультативу, ей было жалко, что мистер Грэм покинул их школу. Поэтому она поначалу даже и не слушала нового преподавателя. Но ведь история была её любимым уроком, а значит, выхода нет: придется сидеть и слушать. И как же её затянул рассказ Дейнайта! Он рассказывал о Великой французской революции так вдохновлённо, как будто сам участвовал в ней или хотя бы был её свидетелем. Перед глазами Эльмии тут же возникали картины тех сражений – так подробно учитель описывал форму и действия каждого воина.

Вдруг раздался звонок – Эльмия и не заметила, как пролетел урок. Почти все ученики собрались домой и мигом выбежали из кабинета: мало кто хотел задержаться ещё на один урок.

– А ты куда? – обратилась Эльмия к Кэти, которая тоже засобиралась домой.

– Я так не люблю все эти мифологические истории, – сказала Кэти, притворно зевая. – Они такие скучные! Увидимся завтра, хорошо?

И Кэти, накинув сумку на плечо, вышла из класса. Вскоре кабинет почти опустел: остались только Эльмия и ещё два мальчика. Но через пару минут в класс вошло ещё шестеро ребят: они были разного возраста, видимо, мистер Дейнайт проводил факультатив одновременно для всех классов. Когда прозвенел звонок на урок, ученики расселись, кто где хочет.

Дэвид Дейнайт опять прошёлся по классу и, обернувшись лицом к классу, громко и чётко произнёс:

– Итак, с чего же мы начнём первое занятие? – спросил он. – Может, с древнегреческих легенд? Или римских богов? Может, кому-то интересно узнать о драконах? Ну что же вы молчите? Выбирайте любую тему!

Но никто так и не ответил. Даже Эльмия, не зная, какая тема для неё будет более интересной, решила подождать.

– Видимо, мало кто заинтересован этими вопросами? – расстроенно произнёс учитель. – Что ж, тогда давайте поговорим, ну, например, про... путешествия во времени!

В кабинете послышались изумлённый шёпот.

– А что? – удивлённым голосом спросил учитель. – Мифы – это древние предания о различных несуществующих существах, людях, героях и их подвигах, различных фантастических явлениях. А чем путешествие во времени не миф? Вот, Эльмия, как ты считаешь?

Эльмия не сразу поняла, что учитель обращается к ней. Она замешкалась от столь неожиданного вопроса:

– Ну... мне кажется, что эта тема будет многим интересна, – ответила она неуверенным голосом, не зная, что ещё сказать.

– Отлично! Тогда приступим, – Дэвид удовлетворённо улыбнулся и, подойдя к доске, жирным шрифтом написал тему занятия. – Конечно, о путешествиях во времени можно говорить очень долго. Но сегодня я предлагаю обсудить мою любимую тему – парадоксы. Кто-нибудь из класса знает, что такое парадоксы?

Руки подняла половина присутствующих, но Дэвид всё равно обратился к Эльмии:

– Как ты думаешь, Эльмия, что такое парадоксы? – спросил он.

– Парадоксы... в общем, это несоответствия, – тихо ответила Эльмия.

Она была сильно удивлена, что мистер Дейнайт удивляет ей столько внимания. Конечно, она была любимой ученицей мистера Грэма, но это не значит, что новый учитель теперь не должен обращать внимания на других учеников и давать им шанс отличиться.

Мистер Дейнайт продолжал смотреть на Эльмию пристальным взглядом, давая тем самым понять, что он ждёт дополнение ответа. Но что она может ему сказать? И тут в памяти Эльмии всплыли какие-то воспоминания: кажется, она что-то читала про парадоксы.

– Некоторые изменения будущего или прошлого и их несоответствия в настоящем могут рождать парадокс, – продолжила Эльмия более уверенным голосом. – Например, если кто-то из далёкого будущего придёт в наше настоящее и убьёт своего предка. Ведь если этот предок умрёт, значит, его род не продолжится, и его убийца не родится. Но если этот человек не рождался, значит, его предка никто не убивал. А если это так, значит, его род продолжается, в будущем родится его убийца, и мы вновь пришли к первоначальному положению.

– Молодец, садись, – сказал учитель, наградив Эльмию уважительным взглядом. – Такой парадокс действительно существует. Он получил название «Парадокс дедушки». Хочу сказать, что над ним ломают головы многие учёные. И никто не знает правильного ответа. Однако я хочу предложить свою версию: если этот человек убьёт своего предка, то с самим убийцей ничего не случится – он продолжит жить, хотя всё вокруг него изменится. Фактически, да, он не рождался, поэтому, вернувшись в своё время, никто не будет знать о нём, о его рождении и вообще о его существовании. Ему придётся начинать жить заново, с чистого листа. Понимаешь? – он вновь обратился к Эльмии.

– Да, – ответила девочка. – Только можно один вопрос?

– Конечно, – учитель кратко кивнул. – Спрашивай.

– Что, если этот человек убил своего предка случайно? Он может вернуться обратно в прошлое и помешать самому себе совершить этот поступок?

– Хороший вопрос, – гордо сказал мистер Дейнайт. – Конечно, этот человек сможет вернуться назад и помешать самому себе. Многие говорят, что встреча с самим собой из прошлого или будущего может взорвать вселенную... Абсурд! – учитель выкрикнул это так громко, что даже некоторые ученики, сидящие за первыми партами, подпрыгнули от неожиданности. – На самом деле, если человек прикоснётся к себе из прошлого, то его обе версии сольются в одно целое. Это даёт большое преимущество, ведь в тот момент этот ужасный поступок ещё не был совершён, а его последствия уже известны. Это позволяет учиться на собственных ошибках.

На всякий случай Эльмия записала всё в тетрадь: у неё есть Временной кулон, и кто знает, сколько ей придётся путешествовать во времени и исправлять свои собственные ошибки. Хотя ей не так сильно этого и хотелось. Конечно, она любила читать про магию, путешествия во времени и другие фантастические темы, но испытывать всё это на своей шкуре не сильно-то хотелось... Бр-р! От одной мысли, что Эльмия может встретить саму себя в старости, на девочку напал ужас.

А может, она даже и не увидит? Кто знает, как сложатся обстоятельства? Клео говорила, что скоро Эльмии придётся победить в серьёзной схватке, в которой ей не победить без упорных тренировок. А кто её теперь будет тренировать? Может, Дэвид Дейнайт? А что, если он так любит поговорить о путешествиях во времени, может, поможет разобраться Эльмии и в её возможностях? Нет, надо пытаться разобраться самостоятельно. Решено, со следующей недели. Нет, прямо с сегодняшнего дня она начнёт свои тренировки!

Хм... И всё же интересно, а откуда её новый учитель столько знает о путешествиях во времени? Он говорит, что его слова – всего лишь версия. Но то, как он уверенно об этом рассказывает, внушает странное чувство, что он видел это своими глазами. Или, по крайней мере, знает какую-то тайну. Надо разузнать о нём как можно больше. Эльмии казалось странным его внезапное появление: мистер Грэм говорил, что новый учитель нашёлся сразу после того, как он захотел уйти. А ещё эта помощь в субботу совершенно незнакомым людям, ей и Мэтту, и странное внимание к Эльмии, как будто, кроме неё, в классе никого и не было...

Тем временем Дэвид Дейнайт продолжал рассказывать про различные парадоксы, попытки людей путешествовать во времени и даже рассказал легенду о том, как Леонардо да Винчи пытался сконструировать машину времени.

Незаметно пролетело оставшееся время, прозвенел звонок.

– Жду вас ровно через неделю после уроков, – сказал на прощанье мистер Дейнайт, выходя из кабинета.

Глава 19.


Откровения

Вернувшись домой, Эльмия, сильно проголодавшись, первым делом забежала на кухню. Сара готовила что-то вкусненькое – запах стоял на весь дом, из-за чего девочке есть захотелось в три раза сильнее. Но Сара сказала, что это на ужин, и заставила Эльмию есть куриный суп.

Пообедав, Эльмия сообщила маме, что хочет потренироваться, испытать свои магические способности во дворе. Выйдя на улицу, девочка щёлкнула пальцами, и на ней вновь появился тот латексный боевой костюм. Пусть она и была от него не в восторге, для тренировок он был самое то.

Эльмия села на старые качели, на которых любила качаться в детстве, и решила, что перед тренировкой было бы неплохо вспомнить, какие способности она открыла в себе до этого. Она вспомнила телекинез и левитацию – способности поднимать в воздух различные предметы и саму себя, возможность телепортироваться и внушать кому-то мысли. Способности менять одежду на свой вкус и создавать на ближайшие пять метров весну в этот список не входили, потому что они никак не могли помочь выиграть в решающей битве. Эльмия нехотя вспомнила все способы нападения и защиты против Акио. Это были хорошие атаки, но, как ей казалось, для следующей битвы этого было недостаточно.

Изящно спрыгнув с качелей, Эльмия встала напротив молодой яблони – Сара и Том посадили её, когда только переехали жить в особняк. Эльмия вообразила себе, что дерево – это её противник и нанесла по нему несколько мощных атак, от которых яблоня разлетелась в щепки. Результат был впечатляющим, но Эльмию он всё равно не устраивал.

– Так не пойдёт! – отчаянно вздохнула она. – Будь на его месте тот же Акио, он бы давно меня в клочья порвал, а этот только ветками машет...

Эльмия решила, что ей необходимо что-то вроде фехтовального манекена, но такого, который смог бы отбивать атаки девочки и нападать сам. Эльмия видела подобных тренировочных роботов во многих фантастических фильмах. Закрыв глаза, она сосредоточилась и вспомнила образ нужного его робота. Эльмия щёлкнула пальцами, исполняя своё собственное желание, но, когда она открыла глаза, вместо робота увидела мужчину. Живого человека.

Лет сорока, в фиолетовом пиджаке и брюках, одной рукой он опирался на трость, в другой держал деловой портфель. Из-под его длинного фиолетового цилиндра с огромным красным бантом торчали черные, в некоторых местах уже поседевшие кудри. На его лице читалось открытое изумление: широко раскрыв рот, он смотрел на девочку удивлённым взглядом.

– Эльмия? – неожиданно произнес потрясённый мужчина. – Неужели это ты?

– Я, – робко ответила девочка с ноткой подозрения в голосе. – А кто вы такой?

Эльмия до сих пор не могла понять, как этот мужчина здесь появился. Телепортировался ли он сам или это она неправильно сформулировала желание, отвлёкшись на аппетитный запах готовящегося ужина, проникающий с кухни сквозь открытую форточку.

– Ты меня не узнаёшь? – мужчина удивился ещё сильнее.

– Ваше лицо мне кажется знакомым, но я уверена, что никогда не видела вас прежде, иначе бы несомненно запомнила, – твёрдо заявила Эльмия.

– Ты, верно, видела мою рекламу по телевизору, – губы мужчины расплылись в улыбке чеширского кота.

– Так кто же вы такой? – не выдержав, полукрича спросила Эльмия.

Озадачившись всплеском ярости девочки, мужчина вытянул и до того вытянутое лицо ещё сильнее.

– Как же это неблагородно с моей стороны. – Мужчина перехватил портфель в руку с тростью, стянул кремовые перчатки и протянул большую ладонь. – Меня зовут Эдвард Вукл, – наконец, представился он.

Эльмия слегка пожала его руку.

– А это вы директор кукольной фабрики? – поинтересовалась девочка.

– Именно так, «Куклы Вукла» являются моим предприятием, – пояснил он. – Кстати, твоя мама не говорила тебе, что мы – родственники?

– Правда? – искренне удивилась Эльмия.

Мистер Вукл украдкой кивнул головой.

– Я всё ещё никак не могу понять, почему ты меня не помнишь, – высказал свои сомнения Эдвард. – Хотя... Ну да, точно! Ох уж этот старческий маразм... Ты меня не помнишь, потому что наша первая встреча состоялась в моём прошлом, но в твоём будущем... Однако если ты познакомилась со мной сейчас, для тебя она уже не будет первой... Как всё интересно! Как всё запутанно! – восхищённо ликовал Эдвард.

Эльмия подумала, что вряд ли этот мужчина является её родственником. Вместо этого она произнесла другое:

– Что значит «ваше прошлое – моё будущее»? – переспросила девочка. – Неужели я действительно буду путешествовать во времени?

– О, ещё как, – хвалебно протянул мистер Вукл. – Впервые я познакомлюсь с тобой как раз во время твоего первого прыжка.

– А как вы очутились в моём дворе? – Эльмия задала новый волнующий её вопрос. – Вы прибыли от сюда из прошлого или будущего?

– Что за чепуха! – отстранённо заявил Эдвард. – Из нас двоих только один путешественник во времени. Может, я когда-то и совершал или, не дай Бог, совершу прыжок, то либо случайно, либо не по своей воле... А как я здесь очутился – для меня такая же загадка, как и для тебя. Я шёл с работы домой, по пути решил заглянуть в книжный магазин, где мне приглянулся один интересный ежедневник. Кожаный переплёт, шёлковая закладка... Хотя, что я тут рассказываю? У тебя же самой такой же! Или ещё нет? Тогда он обязательно появится у тебя в будущем...

Мужчина неожиданно прервал речь и округлил глаза.

– Не может быть! – от восхищения Эдвард потёр ладони. – Сегодня ведь девятое марта две тысячи пятнадцатого года! День, когда ты должна сделать свою первую запись в ежедневнике! Ох, старый болван... Этот ежедневник я должен подарить тебе, чтобы потом, в твоём будущем и моём прошлом, я забрал бы его у тебя, после чего, много лет спустя, зашёл бы в книжный магазин и купил этот ежедневник, потому что он является копией твоего! Но этот ежедневник всегда был твоим!

Эльмия бы сочла мистера Вукла за психа: она никак не могла разобрать тот бред, что нёс мужчина. Но его горящие от радости глаза внушали девочке полное доверие.

Неожиданно Эдвард раскрыл свой портфель, вынул из него тот самый ежедневник и протянул его Эльмии.

– Это тебе презент на прошедший праздник, – благосклонно произнёс мужчина.

Эльмия приняла подарок, пролистала ежедневник от корки до корки, погладила по гладкой обложке.

– Спасибо, – с долей неуверенности в голосе произнесла девочка.

– Не за что... В конце он всё равно окажется у меня, – мужчина посмеялся про себя. – Только пообещай мне, что будешь вести в нём записи каждый день: чтобы ни случилось, какое бы настроение у тебя ни было, ты обязана описывать в нём события каждого своего дня. Это очень важно для тебя будущей и меня прошлого, – в который раз повторил он. – Обещаешь?

– Да, – твёрдо произнесла Эльмия, не подвергая свои слова сомнению.

– Отлично! – Эдвард вновь улыбнулся. – Мне было очень приятно снова с тобой познакомиться, но теперь я вынужден откланяться: уже начинает смеркаться, а я так ненавижу темноту...

Мужчина снял цилиндр и поклонился в пояс.

– До свиданья, Эльмия, – Эдвард выпрямился, надевая цилиндр обратно. – Надеюсь, мы с тобой ещё встретимся...

И он, резко развернувшись на носках на сто восемьдесят градусов, отправился к воротам.

Эльмия ещё некоторое время пребывала в смятении, но, оклемавшись, продолжила тренировку. Она решила, что больше не будет пробовать делать себе тренировочного манекена, а то вдруг к ней во двор принесёт ещё какого-нибудь чудика. И одного хватило. Поэтому девочка решила оттачивать мастерство на одной яблоне, восстанавливая его из щепок после каждой мощной атаки.

Вдоволь натренировавшись, Эльмия выбилась из сил и отправилась в дом. Она быстро приняла холодный душ, чтобы освежиться и избавиться от усталости, после чего резво забежала на кухню, готовая проглотить ужин целиком, вместе с тарелкой, – так уморило её осваивание боевых атак. Но Сара подавать не собиралась.

– Эльмия, нужно серьёзно поговорить.

Девочке эта фраза совершенно не понравилась. Даже не сама фраза, а та интонация, с которой она была произнесена.

– Что-то случилось? – спросила Эльмия, медленно садясь на стул, будто на раскалённые угли.

Неожиданно в комнату вошёл Том. Он сел на стул, поставив его напротив девочки.

– Когда я заходил домой, со двора шёл какой-то мужчина, – сказал он. – Кто это был?

– Это мистер Вукл, директор местной кукольной фабрики, – беззаботно ответила Эльмия. – Я его случайно перенесла к нам во двор. А что такое?

– Видишь ли... – неуверенно начала Сара, скрестив руки на груди и облокотившись на стену. – Я встречала этого мужчину раньше. Он был на нашей свадьбе, сказал, что его пригласила моя бабушка Софи. А потом он пришёл на её похороны и странно как-то ухмылялся. Мне кажется, он знал, что бабушка на самом деле не умерла.

– Мистер Вукл представился моим родственником, – призналась Эльмия.

– И мне тогда тоже, – припомнила Сара. – Но дело в том... Солнышко, мы бы хотели, чтобы ты никогда это не узнала, но так складываются обстоятельства... – Сара не торопилась, собираясь с мыслями.

– Ты не наша дочь, – внезапно вместо жены произнёс Том.

– Том! – вскрикнула Сара. – Ты же говорил, что мы подготовим её.

– Лучше высказать всё сразу, чтобы не портить нервы нам всем, – отмахнулся он. – Эльмия, на самом деле мы тебя удочерили. Вернее, нам тебя подкинули во двор, когда ты только родилась.

У Эльмии бешено заколотилось сердце: она и сама была не готова к этому разговору. Она опустила голову, из-за чего её длинная чёлка прикрыла почти всё лицо.

– Я знаю, – шёпотом проговорила она.

– Что? – одновременно выкрикнули Том и Сара.

– Мне обо всём рассказала Клео... Она даже сказала, что знает, кто мои настоящие родители, но не стала о них рассказывать, потому что я о них сама узнаю, когда придёт время.

– Но почему ты нам сразу же всё не рассказала? – вспылила Сара.

– Не знаю... Может быть, боялась... Может, думала, что вы перестанете относиться ко мне, как к родной...

– Ну что за глупости! – бросил Том. Он поднялся с места и обнял Эльмию сзади. – Ты для нас всегда будешь родной и единственной.

Пару минут они просидели в полной тишине, только затем Сара спросила:

– Есть ли что-то, что мы ещё должны знать о тебе?

Эльмия отрицательно помотала головой – про Акио им было лучше не знать, а всё остальное она и так им уже рассказывала.

– А вы мне больше ничего не должны раскрыть? – Эльмия задала этот вопрос просто так, сдуру, но, видимо, Сара и Том действительно что-то скрывали: они обменялись странными взглядами, после чего Сара ушла с кухни, вернулась с какой-то запиской в руках и молча отдала её Эльмии.

– Когда мы нашли тебя, в одеялке лежала эта записка, – пояснила Сара.

Эльмия осторожно изучила написанное: записка была написана иероглифами на незнакомом ей языке. Рядом был написан перевод – два четверостишья. В конце – подпись: «Пророчество о девочке со сверхспособностями».

– Так вы с самого начала знали, что я... не такая? – расстроилась девочка. – И то, что я умру, вы тоже знали?

– Что значит «тоже»? – удивился Том.

– Клео говорила мне, что ради спасения Земли мне придётся отдать свою собственную жизнь, – рассказала девочка.

– Тогда почему ты об этом умолчала? Мы же тебя пять минут назад только спрашивали!

– У меня совсем из головы вылетело! Я особо не стараюсь вспоминать об этом!

Вновь повисла тишина, но уже не мирная, а напряжённая.

– Может, ты нам всё-таки ещё должна что-то рассказать? – настаивал Том.

– Ладно, – печально вздохнув, буркнула Эльмия.

И она поведала историю об Акио, его предательстве и способности обращаться снежным барсом, о блокноте Клео и реванше, о двойнике Акио и о том, как произнесла какое-то заклинание, из-за чего её энергия вернулась в тело девочки, о гибели Акио. Затем она рассказала и о том, что произошло вчера, – как её сбила машина, но Смерть не стала забирать её душу. Она не стала говорить, что именно Мэтт уговорил Смерть оставить Эльмию в живых, потому что она – обещала.

– Кошмар! – с ужасом сказала Сара, как только Эльмия закончила рассказ. – Если бы на твоём месте оказалась бы я, то давно бы не выдержала и попала в больницу! Но хорошо, что всё закончилось так благополучно... правда, не для всех...

– Ничего ещё не закончилось, мама, – грустно вздохнула Эльмия. – Ничего ещё даже не начиналось.

– И всё же мне интересно, кто этот мистер Вукл, – вспомнил про Эдварда Том.

– Может, это биологический отец Эльмии? – несмело предположила Сара.

– Но ты ведь говорила, что он представился твоим родственником. Да и, к тому же, за несколько месяцев до появления Эльмии.

– Мне всё-таки кажется, что он родственник бабушки Софи, а Эльмию назвал родственницей, потому что не знает, что мы её удочерили, – закончила мысль Сара и махнула на это дело рукой. – Ладно, хватит об этом... Уже время ужина.

– Давно пора! – воскликнул Том. – А то уже кишки скручиваются...


***

После сытного ужина Эльмия ушла к себе в комнату. Первым же делом она села за домашнее задание на завтра, а когда с уроками было покончено, Эльмия завалилась на кровать, удобно пристроилась и начала читать новую книгу. И только через пару минут она вспомнила, что Эдвард Вукл подарил ей ежедневник, и девочка пообещала вести в нём записи каждый день.

Эльмия села обратно на стул, раскрыла ежедневник и красочно оформила титульную страничку, нарисовав цветными карандашами и ручками цветочки, звёздочки и интересные фигуры. Затем она решила раскрасить и другие страницы – серые страницы с тёмно-коричневой разлиновкой придавали слишком мрачный вид.

Закончив оформление, Эльмия написала в специальное поле сегодняшнее число и начала запись:

«Дорогой дневник!

Сегодняшний день был очень странным.

Всё началось в школе. Теперь урок истории нам будет преподавать новый учитель – мистер Дейнайт. Ещё с первого взгляда он показался мне очень странным: у него были странная причёска, одежда, выражение лица... Короче, всё в нём было странным! А ещё мне показалось подозрительным то, что мистер Дейнайт в субботу довёз меня до озера, а потом помог Мэтту разобраться с его доисторическим мотоциклом. Но когда мистер Дейнайт начал рассказывать новую тему, я пришла в огромный восторг! – уж такой у него был интересный рассказ. Мне кажется, что с сегодняшнего дня историю в нашей школе полюбили все.

А потом он проводил факультатив мифологии, хотя вместо мифов и легенд он рассказал нам о временных парадоксах. Как жалко, что пришло так мало человек...

После школы я пошла домой и решила немножко потренироваться во дворе. Я хотела создать себе тренировочного робота, но вместо этого случайно перенесла реального человека! Я его раньше видела по телевизору – он был директором кукольной фабрики, и поэтому его часто рекламировали. Эдвард Вукл, а именно так звали этого мужчину, представился мне родственником, потом начал говорить что-то про прошлое и будущее, что я его ещё встречу и прочее. А после этого он подарил мне тебя, мой дорогой дневник!

После тренировки я пошла домой. Папа сказал, что видел, как мистер Вукл уходил со двора, и родители заставили рассказать им обо всём, что произошло со мной за последний месяц, а потом они рассказали о том, что знают обо мне ещё. И я узнала кое-что важное...

Я умру.

Об этом было написано в моём личном пророчестве, а как сказала Клео, пророчества всегда сбываются. Ещё Клео говорила, что Временной кулон спасёт мою жизнь, но не сказала, как именно. Может, она имела в виду то, что я должна загадать какое-то желание? Но что я могу пожелать? Получить бессмертие? Я ведь и так бессмертна! Нет, Временной кулон тут бессилен. Всё бессильно. Но загадывать то, что велела Софи, я всё равно не буду. Зачем мне познавать пространство, время и вечность? Разве это как-то спасёт мою жизнь? Нет, я больше не хочу продолжать так жить! Скоро будет солнечное затмение, и я должна буду загадать желание. Я пожелаю другое – попасть в прошлое. Начну жить там, как обычный человек».

Эльмия заплакала, когда начала писать последний абзац. Слёзы смочили чистые, ровные листы, размазав некоторые буквы. Писать дальше Эльмия была не в состоянии. Громко захлопнув дневник, она упала на кровать и, уткнувшись в подушку, заплакала ещё сильнее. Она ещё долго не могла уснуть...

«Я умру», – единственная фраза, которая крутилась в её голове. Она даже не понимала, что же случится в тот день, когда небо разорвётся на части. Но если она не вмешается, Земля погибнет. Погибнет вместе с ней.


Глава 20.


Отец Сабрины

Утром Эльмия еле встала с кровати: она полночи не могла уснуть, а когда, наконец, погрузилась в сон, ей стал сниться какой-то кошмар. Но на утро она его забыла, что показалось девочке весьма странным, – она никогда бы не забыла такой ужасный сон. Хотя что-то из сна ей запомнилось... Это было лицо, лицо человека, и даже казалось, знакомого человека... Но кто это был, Эльмия вспомнить так и не смогла.

Вяло позавтракав, девочка взбодрила себя холодными водными процедурами, оделась и пошла в школу.

На всех уроках Эльмия почти не слушала учителей, за что получала назойливые замечания. Но девочка не обращала на них никакого внимания: она сложила руки на парте и уткнулась в них носом, что делало её похожей на спящую. А может, так и было – Эльмия не успела выспаться этой ночью, поэтому, сама того не замечая, иногда успевала задремать, пока не услышит очередное едкое высказывание учителя. И даже шутки и подколки Кэти не придавали ей сил.

Эльмия с облегчением вздохнула, когда остался всего лишь один урок – физкультура. Она поднималась на третий этаж с Кэти, которая бодро о чём-то рассказывала, но Эльмия её даже не слушала. Девочка думала только о том, чтобы поскорей закончился последний урок, и она бы смогла уйти домой, чтобы побыстрее упасть в кровать и моментально уснуть. Не успела она и подумать об этом, как вдруг на неё налетел Дэвид Дейнайт, спускавшийся по лестнице на второй этаж в быстром темпе, перепрыгивая через две-три ступеньки.

Мистер Дейнайт резко ухватил девочку за плечо, остановив её на месте.

– Эльмия! – громко выкрикнул он. – А я тебя по всей школе ищу!

– Что-то случилось? – спросила она вежливым тоном, хотя говорить ей сейчас вовсе не хотелось.

– Нет... просто мне очень нужна твоя помощь. Ты ведь мне поможешь? – он посмотрел на Эльмию своими карими, похожими на щенячьи глаза.

Сам Дэвид выглядел лет на тридцать, но его детские, беззаботные глаза, ловкость и некоторые другие качества, которые Эльмия успела разглядеть всего за эти два дня, делали учителя истории похожим на двадцати–, а то и на шестнадцатилетнего подростка.

– Давай отойдём в сторонку, чтобы никому не мешать, и я тебе всё расскажу.

Эльмия сначала кивнула учителю – то, что они стояли посреди узкой лестницы, затрудняло движение остальным. Затем она кивнула Кэти, стоящей в ожидании подруги на два порожка выше, мол, иди без меня, я догоню.

Они с Дэвидом спустились на лестничную площадку, которая хорошо освещалась ярким весенним солнцем. Мистер Дейнайт всё никак не начинал разговор, внимательно разглядывая Эльмию и чему-то улыбаясь. От неловкости девочка повернула голову к окну и удивилась: снега почти уже не было, а из некоторых набухших почек стали появляться молоденькие зелёные листочки. А какое же было жаркое солнце – Эльмия вспотела, пока стояла под его лучами, хоть и проходящими через стекло. А мистер Дейнайт стоял, как ни в чём не бывало. «И как ему не жарко в таком костюме, да ещё и в плаще?!» – подумалось Эльмии.

– Сабрина Хордон, которая учится в твоём классе, – наконец-то начал разговор мистер Дейнайт, – она действительно дочь директрисы?

– Ну да, – удивилась Эльмия. – А вы не знали?

– Не то, что бы не знал... Просто не доверял слухам.

– А мне вы доверяете? – Эльмия удивилась ещё сильнее.

– Больше, чем другим в этой школе, – ухмыльнувшись, ответил мистер Дейнайт. – Ты ещё слишком мала, чтобы врать взрослым... Разве что можешь скрывать правду, но это ведь совсем разные вещи, не так ли?

– Смотря что вы подразумеваете под «скрывать правду». Можно просто уходить от разговора, а можно скрывать правду под ложью, – рассудительно ответила Эльмия.

Дэвид широко улыбнулся, давая понять, что ответ Эльмии его удовлетворил. А сама девочка уже заметила, что её новый учитель часто спрашивает её мнения или взгляда на какую-нибудь ситуацию. Интересно, зачем ему это нужно?

– От тебя многое зависит, Эльмия, – неожиданно произнёс Дэвид, будто прочитав её мысли. – Вскоре ты должна сделать сложный выбор, когда правильного выбора не будет... Но я надеюсь, что даже в такой затруднительной ситуации у тебя будет верное решение... Так ты мне поможешь? – он повторил вопрос.

– Но чем? – прежде всего спросила Эльмия.

– Мне нужно, чтобы ты поговорила с Сабриной, – пояснил он. – Разузнала про её детство, друзей, семью... В общем, про личную жизнь.

Эльмия отвечать не спешила.

– Боюсь, это не получится, – с горечью в голосе проговорила она.

– Это почему? – Дэвид нахмурил брови.

– Мы с Сабриной в очень... недружелюбных отношениях.

– Но ведь это можно исправить?

– Сомневаюсь... Она возненавидела меня с первого взгляда...

– М-да, это затрудняет задачу, – мистер Дейнайт покачал головой. – Но ведь даже злейшие враги могут когда-нибудь стать лучшими друзьями, а иногда и наоборот, человек, которому ты доверял больше, чем кому-либо ещё, тебя предаёт, бросает в первую трудную минуту...

Эльмия кивнула, соглашаясь с утверждением учителя. Она сама убедилась в этом: Акио сначала притворялся добрым хорошим парнем, а потом чуть не убил её, причём самым гадким способом – воспользовался доверием легкомысленной девочки.

– Но как же мне с ней заговорить? – спросила Эльмия совета.

– А вот этого я не знаю, – признался Дэвид. – Я когда-то работал врачом, но психологическими проблемами людей не занимался... Но мне кажется, что тебе просто нужно произвести на Сабрину положительное впечатление. Например, угости её конфеткой... Хотя нет, вы же не в детском саду... Ну, тогда помоги ей в чём-нибудь, например, разобраться с домашней работой... Или подставь ей плечо в трудное минуту...

Прежде, чем дать согласие, Эльмия недолго поразмыслила, а затем произнесла:

– Я, конечно, постараюсь, но... сомневаюсь, что у меня что-то выйдет.

– Не будь такой пессимисткой, – строго сказал мистер Дейнайт. – И даже если ничего не получится, то плохого ничего не случится. Сабрина всё равно запомнит твою искренное чувство к её проблемам и, возможно, когда-нибудь сама к тебе подойдёт, чтобы поговорить об этом.

И, круто развернувшись на носках, Дэвид Дейнайт начал спускаться по лестнице.

– Ах, да, вот что ещё, – резко остановился он. – Когда ты с ней поговоришь, зайди ко мне в кабинет, расскажешь, как всё прошло.

Эльмия кивнула, а затем поднялась на третий этаж. Когда она зашла в спортивный зал, как раз прозвенел звонок. Эльмия быстро переоделась, на вопрос Кэти «О чём вы с ним говорили?», махнула рукой, мол, ни о чём важном, и встала в строй.

Удивительно, но на физкультуре Эльмия даже не думала ни о чём плохом. Ей даже расхотелось спать – так повлияла на неё беседа с мистером Дейнайтом. Во время разминки девочка размышляла о том, что скрывает этот человек – уж слишком странно он себя ведёт по отношению к Эльмии. И как обстоят дела с Сабриной? Может, лучше даже не стоит к ней подходить, а мистеру Дейнайту сказать, что Сабрина сама не захотела разговаривать с Эльмией? Нет, она на такое не способна, и Дэвид это прекрасно знал. Не зря же он в начале разговора завёл такую тему.

После разминки учитель начал принимать зачёты по отжиманию. Несмотря на хилое телосложение Эльмии, она сдала на отлично – в этом ей помогла собственная энергия, которую теперь не нужно было вызывать из кольца в необходимый момент. Приняв у всех зачёт, учитель разрешил детям в оставшееся до звонка время поиграть в вышибалы. Класс разделился на две команды: Эльмия, как ни странно, попала в одну команду с Сабриной, а Кэти – с Рани.

Игра поначалу не обещала ничего интересного – они играли в вышибалы каждую неделю вот уже семь лет. Но сегодня впервые за столько лет началась настоящая бойня.

Когда Сабрина швырнула мяч в Рани, та успела увернуться.

– Мазила! – язвительно выкрикнула ей Рани, показав язык, за что получила от Сабрины ещё один мяч – прямо в лицо. Рани этого не выдержала и, вопреки правилам, так как была в команде водящих, а не выбивающих, со всей силы кинула мяч обратно в Сабрину. Мяч угодил девочке в живот. Удар оказался настолько мощным, что Сабрина от боли согнулась пополам.

– Ты мне за это ответишь! – скрежа зубами прошипела она, но вместо мяча на Рани с кулаками полетела сама Сабрина.

Внезапно девочки вцепились друг в друга, стали кусать друг друга, дёргать за волосы. Когда Сабрина впилась в шею Рани острыми ногтями, а Рани в свою очередь дёрнула Сабрину за футболку, после чего последовал звук рвущейся ткани, в зал вернулся ненадолго отошедший физрук. Он свистнул в свисток так резко, громко и протяжно, что у всех присутствующих, а, может, и у всей школы, чуть не порвались перепонки.

– Что здесь происходит?! – заорал он.

– Она ударила меня мячом! – сразу же наябедничала покрасневшая Рани, тыча пальцем в Сабрину.

– В этом суть игры, дурында! – запричитала Сабрина. – А вот то, что ты кинула в меня мяч, правилами запрещается! Тем более я тебя выбила!

– Зато не я первой драться полезла! – вставила новые обвинения Рани.

– Но и не я чужие футболки рву! – вопя, парировала Сабрина.

– А ну замолчали!!! – физрук перекричал ссорящихся девушек, и в зале повисла тишина. – Звать мисс Хордон всё равно бессмысленно, – поразмыслив, продолжил учитель спокойным голосом, – она вас обеих не накажет, а вот мне выговор точно сделает. Так что разгребайте свои проблемы сами, но за пределами спортзала. – В этот момент прозвенел звонок с последнего урока. – Свободны!

Толпа ребят бегом повалила в раздевалку. Обычно, когда физкультура вставала последней по расписанию, Эльмия не переодевалась – всё равно уже домой идти. Но сегодня она решила переодеться, причём нарочито медленно. Когда половина раздевалки опустела, а Кэти позвала Эльмию, та ответила:

– Можешь без меня идти, у меня ещё дела в школе.

Кэти угрюмо кивнула и удалилась.

Сабрина и Рани больше не сцеплялись – знали, что на их крики может прибежать суровый физрук. Но девушки всё время сверлили друг друга взглядами, будто каждая пыталась силой мысли задушить соперницу. В конце концов Рани не стала растрачивать своё драгоценное время на бессмысленные разборки, поэтому быстро ушла из раздевалки.

И вот остались только Сабрина и Эльмия.

Эльмия уже полностью переоделась, хотя делала вид, что всё ещё натягивает штаны. Затем она стала копошиться в сумке, потому что не знала, как начать беседу. И вдруг Сабрина заплакала. Это было так неожиданно, что Эльмия поначалу восприняла этот плач за шум в батареях.

– Эй, ты чего? – миролюбиво проговорила Эльмия.

– Отвянь, пугало, – шмыгая носом, ответила Сабрина. Она прикрыла лицо чёлкой, наклонив голову, чтобы никто не увидел её заплаконную физиономию.

– Что случилось-то? – Эльмия не собиралась отступать от намеченной цели. – Почему у вас с Рани за выходные так сильно испортились отношения?

– А ты типа не знаешь? – грубо пробурчала Сабрина. – Это же всё из-за тебя!

– Из-за меня? – ошарашенно повторила Эльмия. – Но я-то тут причём?

Сабрина вновь шмыгнула носом.

– Рани сказала, что её бросил Мэтт. Променял на тебя! Вэнди сказала, что вы с ним в воскресенье гуляли! И Рани во всём обвинила меня, типа это моя мама тебя в школу устроила...

– Мда-а, – неодобряюще протянула Эльмия. – Настоящая подруга так бы никогда не сказала.

– Да какая, к чёрту, подруга?! – продолжала плакать Сабрина. – У меня с роду друзей не было, просто Рани была единственным человеком, с которым я могла хотя бы в школе пообщаться!

– А как же Вэнди, другие девчонки и парни из баскетбольной команды? – не понимала Эльмия.

– Пф-ф, – Сабрина громко фыркнула, потихоньку начиная успокаиваться. – Они-то как раз все друг с другом дружили. Я в их команде как белая ворона. Они и без меня самые крутые в школе. Я ведь организовала эту идиотскую элиту, чтобы с ними начать общаться, да только за стенами школы я для них вообще никто.

– Надо же, – вздохнула Эльмия.

– Ты о чём? – поинтересовалась Сабрина, вытерев последние слёзы.

– Я просто думала, что они стали крутыми только благодаря тебе... Но я не пойму: если с тобой так плохо общались эти ребята, почему ты не нашла себе настоящих друзей?

– Ты думаешь, друзей найти просто?

– Ну, вот с Кэти я подружилась в первый же день нашего знакомства. А ведь Кэти раньше была почти такой же, как ты: у вас обеих не было друзей, только тебя все уважали, а её – унижали. Причём унижали ребята из элиты. Если ты так хотела найти настоящих друзей, почему не стала общаться с той же Кэти, а принялась её задирать.

Сабрина внезапно повернулась к Эльмии и посмотрела на неё странным взглядом. Её красное от слёз лицо и опухшие глаза делали девочку очень пугающей.

– Тебе-то какое дело, пугало? – неожиданно яростно выкрикнула Сабрина и уже было хотела уйти из раздевалки, но Эльмия её остановила и заставила обратно сесть на лавочку.

– Я про это и говорю! – воскликнула она. – Я только начала с тобой душевную беседу, а ты сама всё портишь!

Сабрина нервно прикусила губу.

– Не умею я друзей заводить. И общаться нормально тоже не умею, – сквозь зубы сказала она и вновь, резко повернувшись к Эльмии, выкрикнула: – Ясно тебе?

– Но почему? – Эльмия никак не могла понять причину задирства одноклассницы. – Я много читала, часто смотрела фильмы... У детей с такими же проблемами в детстве была какая-то травма. У тебя что, что-то случилось?

Сабрина долго не отвечала. Её терзали душевные сомнения: с одной стороны, она хотела рассказать о своих переживаниях, ведь раньше она ни с кем не могла ими поделиться, потому что настоящих друзей, которые смогли бы выслушать и помочь ей, а не высмеять и распустить сплетни, у неё не было. С другой – она не питала к Эльмии тёплых чувств, а рассказать о самых сокровенных тайнах своей сопернице было бы крайне глупо.

– Всё у меня нормально! – бросила Сабрина и, резко вскочив, выскочила из раздевалки.

Эльмия отчаянно вздохнула, но всё-таки последовала за ней.

Сабрина, видимо, слишком быстро убежала, потому что, когда Эльмия вышла в коридор, её уже не было.

Эльмия решила спуститься вниз – вдруг Сабрина уже собирается домой? – но тут услышала визги со второго этажа. Эльмия стремглав помчалась на звуки криков и увидела, как Рани, в своём духе, замахнулась сумкой на Сабрину. Видимо, девушка всё это время поджидала дочку директрисы, чтобы закончить драку, начатую на физкультуре. Но Эльмия ей этого не позволила: она подбежала к Рани и со всей силы толкнула её. Девушка упала, сумка с грохотом повалилась рядом.

– Ты чего сюда припёрлась, чукча? – взъелась Рани, поднимаясь на ноги.

Эльмия не ответила, потому что из-за угла послышался цокот каблуков. Через минуту перед девочками стояла мисс Хордон.

– Опять вы? – заорала она. – Вы мне каждую неделю решили стёкла бить?.. Эльмия! Я же тебя предупреждала, что ещё хоть одна подобная выходка, и я тебя из школы выгоню! Сегодня же напишу заявление!

– Нет, мама, стой! – внезапно вступилась за девочку Сабрина. – Пуга... Ой, то есть, Эльмия тут совсем не при чём. Это Рани хотела ударить меня, она ещё на физ-ре мне футболку порвала! А Эльмия за меня заступилась.

Оливия перевела гневный взгляд с Эльмии на Рани, но, как и стоило ожидать, ничего плохого в её сторону сказать не посмела.

– В следующий раз всем выговор сделаю! – поклялась мисс Хордон и убежала.

Рани посмотрела на Сабрину ненавидящем взглядом.

– Ты выиграла эту битву, но война только началась, – бросила шаблонную фразу Рани и ушла вниз.

– Ты в порядке? – решила убедиться Эльмия, подходя к Сабрине, но девушка дёрнулась от неё. Тогда Эльмия задала другой вопрос: – Зачем ты за меня заступилась?

– Потому что ты заступилась за меня, – более-менее спокойным тоном ответила Сабрина. – А вот зачем ты заступилась за меня?

– Я всем и всегда стараюсь помочь, – честно ответила Эльмия.

Сабрина промолчала, чтобы отдышаться, – ещё никогда ей не приходилось с кем-то так крупно ссориться.

– Я вот чего не пойму, – неожиданно Сабрина первая пошла на контакт. – Ты сказала, что друзей трудно завести тем людям, у которых в детстве была какая-то травма. В прошлый раз мама сказала, что у тебя приёмные родители. Но разве, когда ты об этом узнала, у тебя не было травмы? Почему тебе так легко удаётся заводить отношения?

Эльмия поразмыслила, прежде чем ответить на этот сложный вопрос.

– Видишь ли, о том, что мои родители мне не родные, я узнала совсем недавно – в свой День рождения. И то я узнала об этом не от родителей, а от своего психолога.

– У тебя тоже был психолог? – поражённо выгнула тонкую бровь Сабрина.

– Что значит «тоже»? – в ответ удивилась Эльмия.

Сабрина махнула рукой.

– Потом скажу.

Эльмия не стала настаивать и вернулась к своему рассказу.

– Я приняла эту информацию достаточно тяжело, но быстро свыклась с мыслью о том, что тринадцать лет прожила с чужими людьми. А ещё я быстро поняла, что мои родители всегда относились ко мне, как к родной... Пожалуй, это было самое важное.

Сабрина слегка улыбнулась, чему Эльмия сильно удивилась, – она никогда не видела на лице одноклассницы такую улыбку: не надменную ухмылку, а доброжелательную, искреннюю.

– Тебе повезло с семьёй, – проговорила она. – Мой отец, Димент, ушёл из семьи, когда мне было четыре года. Мама всегда говорила, что они жили счастливо: любовь с первого взгляда, романтические отношения, рождение дочери и прочее... По её словам, мы были самой счастливой семьёй... А потом он ушёл. Ушёл посреди ночи, когда никто не видел. Оставил только записку, что скоро вернётся... Но прошло уже десять лет, а он так и не объявился...

Сабрина печально вздохнула. Эльмия захотела утешить её, но не знала, как девушка воспримет это. А ещё она поняла, почему Сабрина до сих пор не имела парня и отшила Акио: видимо, уход Димента наложил след на её впечатление о мужчинах, и теперь она не хочет связывать свою жизнь с парнями.

– После его ухода я перестала общаться со сверстниками, – продолжала Сабрина, – стала замкнутой... Мама водила меня к психологам... Всего, кажется, четыре было...

– Четыре?

– Я их всех покусала, – с ухмылкой припомнила Сабрина.

– Они говорили, что твой отец – ненастоящий? – спросила Эльмия, вспомнив фразу из любимого сериала.

– Это ещё почему? – Сабрина потупила взгляд.

– Забей, – Эльмия махнула рукой.

– Странная ты... Ну ладно... В общем, после четвёртого психолога мне всё надоело, и я стала кое-как с кем-то общаться. Тогда и познакомилась с Рани, но друзьями мы с ней так и не стали... Потом я пошла в школу, а после начальной школы поняла, что нужно заводить с кем-то серьёзную дружбу. Тогда и появилась идея с этой элитой, хотя задуманного я так и не добилась, – с горечью сделала вывод Сабрина.

Эльмия сочувствующе обняла девушку. Она сама от себя этого не ожидала. Сабрина, как ни странно, не отстранилась.

– Ты умеешь хранить секреты? – с осторожностью спросила она.

– Не бойся, я никому не расскажу о твоём отце, – пообещала Эльмия.

– Я не об этом... Просто... Отец – не единственная причина моих походов к психологу... Когда мне исполнилось тринадцать, я стала видеть повсюду золотые циферки... Они были на каждом предмете – на людях, книгах, стенах, кофтах... Я до сих пор не поняла, что они значат, – это просто бессмысленный набор цифр, который меняется чуть ли не каждую секунду. Когда я рассказала об этом маме, она вновь записала меня к психологу. Но только психолог сказала, что это не психическое нарушение, а особый дар...

– Клео? – перебила её Эльмия.

– Да, кажется, – припоминая, сообщила Кэти. – А ты её знаешь?

– Она и моим психологом была...

– Понятно... Ну так вот, она научила меня пользоваться этим даром. Теперь, прикоснувшись к любому предмету, я могу прокрутить его личное время! Я научилась одним прикосновением делать любую вещь нульцевой или, наоборот, превращать её в пух и прах.

Ошарашенная этим заявлением Эльмия, раскрыв рот, уставилась на Сабрину.

– Ты мне не веришь, да? – с досадой в голосе произнесла она. – Ну и ладно.

Она поправила лямку сумки на плече и хотела пойти вниз, но Эльмия её остановила.

– Подожди! Я верю, просто... это трудно представить...

Сабрина опустила глаза в пол, о чём-то размышляя.

– Ладно, – решилась она.

Сабрина приложила пальцы к вискам и зажмурила глаза. В следующий момент Эльмия не могла поверить, что всё сейчас происходящее – реальность: вокруг Сабрины завихрилась куча мелких золотых песчинок, похожих на пыль. Они окружили девушку с ног до головы, а сама Сабрина стала быстро расти. Один миг – и всё исчезло, а вместо четырнадцатилетней блондинки Сабрины перед Эльмией стояла очаровательная девушка лет двадцати пяти с ярко-голубыми глазами и светлыми кудряшками.

Сабрина вновь приложила пальцы к вискам, зажмурила глаза, и тот же золотой вихрь вернул девушке прежний вид.

– Вау, – только и смогла вымолвить поражённая Эльмия.

– Надеюсь, ты и вправду никому не расскажешь, – произнесла Сабрина, прикусив губу. Её голос стал казаться Эльмии странным, совсем другим. В нём больше не было какой-то яростной хрипоты.

– Конечно! Клянусь, что этот секрет останется между нами.

– Спасибо, – в знак благодарности Сабрина улыбнулась и, попрощавшись, ушла в раздевалку.

Эльмия ещё некоторое время постояла на месте, а затем с глупой улыбкой на лице пошла в обратную сторону. Она была рада, что ей удалось так откровенно поговорить с Сабриной – по душам. От этой кажущейся фантастической мысли Эльмия чуть не пропустила кабинет истории. Она ведь должна рассказать мистеру Дейнайту, как всё прошло. Но что она скажет? Не могла же Эльмия просто взять и рассказать тайну Сабрины?

Эльмия остановилась перед дверью в кабинет истории, набрала в грудь побольше воздуха и постучала.

– Войдите! – тут же последовал ответ.

Эльмия открыла дверь и осторожно прошла в кабинет.

– О, Эльмия, – лицо мистера Дейнайта показывало удивление, но в голосе слышалось подозрительное безразличие. – Ты уже поговорила с Сабриной?

– Да... Она мне рассказала...

Дэвид встал со стула, и, скрестив руки на груди, облокотился на край учительского стола.

– И что же она тебе рассказала?

Эльмия практически в точности пересказала весь её разговор с Сабриной.

– Послушай, а когда она продемонстрировала тебе свои способности, какого оттенка были песчинки вокруг неё? – неожиданно спросил Дейнайт. – Я имею ввиду бронзового, коричневатого или, может быть, как чистое золото?

– Как чистое золото, будто каждую тщательно отполировали, – ответила Эльмия и только после этого осеклась: она же ничего не рассказывала Дэвиду о даре Сабрины!

– Весьма парадоксально, – задумчиво произнёс учитель. – Если следовать законам генетики Духов, то можно уверенно заявить, что у Духов и людей не может быть детей. Бывают, конечно, исключения, но у детёнышей таких союзов никаких магических способностей быть не должно! Получается, дело в самой Сабрине... Дитя чистого времени, – взбудоражено произнёс он шёпотом, будто опасаясь, что кто-то его подслушивает, проговорил: – Пророчество сбывается...

От услышанного у Эльмии по спине пробежали мурашки. Она уже давно поняла, что мистер Дейнайт – совсем не обычный учитель, за которого себя выдаёт. Девочка хотела бы расспросить его обо всём, но сейчас на её языке крутился всего лишь один вопрос.

– Ты что-то хотела спросить? – поинтересовался мистер Дейнайт, заметив колебания Эльмии.

Девочка кивнула.

– Скажите... Вы – отец Сабрины?

– Да... Прости, что ты спросила? – вспомнив вопрос, он округлил глаза от удивления. – Конечно же нет! Я знаком с Диментом, но вовсе не являюсь им!

От этой наигранности у Эльмии в сердце закралось сомнение в правдивости утверждения Дейнайта. Да и странным совпадением было то, что Сабрина умела управлять личным временем любого предмета или человека, а на вчерашнем занятии мифологией Дэвид рассказывал о путешествии во времени.

– А каким был этот... Димент? – этот вопрос Эльмия задала с явным напором, пытаясь выудить из учителя истину, использовав свои способности.

– Часовым стражем, конечно же.

– Но кто это?

– Житель одного из пяти царств Духов... Разве ты не знаешь о Духах?

Эльмия помотала головой. Она помнила, что о Духах несколько раз заикалась Клео и, кажется, она сама была Духом. О них же говорила и Актея. Но в целом она не имела о них ни малейшего представления.

– Странно, я думал, что тебе уже обо всём известно... Хорошо, я расскажу тебе как-нибудь о них подробно... О! Возможно, это будет темой на одном из следующих занятий по мифологии.

Глава 21.


Затмение

Следующие десять дней прошли для Эльмии без особых происшествий, не считая того, что Сабрина всё-таки распустила элиту и перестала общаться со всеми бывшими подружками, включая Рани, кроме Жирной Вэнди. С Гвен у них завязалась настоящая дружба.

За это время прошло ещё два урока истории, на которых мистер Дейнайт продолжал также увлекательно рассказывать о различных сражениях и битвах, заговорах и подписании мирных соглашений. Нередко он спрашивал мнения Эльмии: как бы она сама, на месте тех или иных главнокомандующих, поступила, какую бы придумала тактику, в какой момент бы стала отступать, если это придётся сделать. Эльмия не понимала, зачем учитель требует от неё всего этого, но всё же не пыталась отмахнуться от ответа или сказать что-нибудь наобум. Наоборот, она старалась выбрать наиболее успешный вариант, и ей это иногда удавалась, за что Дэвид называл её хорошим тактиком. Правда, несколько раз ответ Эльмии полностью или даже частично не нравился мистеру Дейнайту, и он говорил о её недочётах. А на втором занятии мифологии Дэвид продолжил развивать тему путешествий во времени, уделяя большее внимание парадоксам, особенно тому, согласно которому «Внук может оказаться собственным дедом».

На переменах Эльмия всегда ходила и разговаривала с Кэти на разные темы. Иногда Кэти спрашивала, почему во вторник Эльмия не пошла с ней домой вместе. Эльмия, хоть и жаждала рассказать и про тайну Сабрины, и про разговор с мистером Дейнайтом, оговаривалась тем, что просто хотела пойти домой одна. На некоторых переменах к Эльмии с Кэти подбегал и Мэтт, который неоднократно напоминал, что двадцать третьего марта в школе состоится важное соревнование по баскетболу. Эльмия, конечно же, обещала прийти, чтобы поддержать друга, а вот Кэти пришлось уговаривать. Сама она говорила, что её поддержка для Мэтта будет не такой нужной, как поддержка Эльмии. Но Кэти, под грозным взглядом подруги, всё-таки пришлось согласиться.

После школы Эльмия приходила домой, делала уроки, обедала, а потом шла во двор на тренировку. С каждым днём у неё получалось всё лучше и лучше: атаки стали более резкими и неожиданными, а сами желания-нападения она старалась сделать максимально короткими, чтобы эти команды не занимали много времени. К удивлению для Эльмии, уже в конце учебной недели атаки стали появляться уже в тот момент, стоило девочке их только представить. На тренировках Эльмии пригодилась и помощь Дэвида Дейнайта: она придумывала различные ситуации и тактики.

После тренировок Эльмия шла на ужин, а потом поднималась к себе в комнату и записывала в дневник, подаренным ей Эдвардом Вуклом, свои результаты. Нередко она задавалась вопросами: кто такие эти таинственные Эдвард Вукл и Дэвид Дейнайт, есть ли у них что-нибудь общее, знают ли они друг друга? Хотя помимо этих двух личностей Эльмию интересовали Сабрина Хордон, которая обладает удивительным даром, и Софи, которая много лет назад для исполнения неизвестной цели инсценировала собственную смерть. Также Клео, которая то ли друг, то ли враг, и, конечно же, Акио, который способен превращаться в ирбиса и создавать своего двойника. Вернее, умел...

Так прошло десять дней, и наступил долгожданный и, в тоже время, пугающий день – двадцатое марта. Именно сегодня днём на небе можно будет наблюдать солнечное затмение.

Волнуясь из-за того, что можно проспать это событие, Эльмия встала рано – в семь утра. Сегодня была пятница, предпоследний день в школе перед весенними каникулами, поэтому по многим предметам должны были состояться контрольные, но Сара договорилась с Оливией, что Эльмия может пропустить сегодняшние занятия по очень важной причине.

Эльмия помнила о предупреждении Актеи: человек, не обладающий магией нереид, при загадывании желания превратится в пепел, поэтому девочка первым же делом проверила свои способности, а уже затем спустилась кушать.

Сара приготовила знатный завтрак, специально, чтобы Эльмия смогла набраться побольше сил. Через полчаса в гости к подруге пришли Кэти и Мэтт. Оказывается, они решили прогулять школу, чтобы подбодрить Эльмию перед затмением.

Друзья поднялись в комнату Эльмии и сразу же расселись, кому где удобно: как только в комнату вошла Эльмия, она сразу же плюхнулась на диван, а Мэтт успел заметить кресло и развалился на нём, как знатный вельможа. Кэти, которая зашла в комнату последней, пришлось сесть на полу, скрестив ноги. Впрочем, ей было не привыкать – Мэтт часто любил занимать диван перед телевизором всем своим телом, и девочке приходилось сидеть на полу.

Целых два часа друзья разговаривали на разные темы, рассказывая друг другу интересные и порой очень смешные истории. Потом в комнату зашла Сара и предложила перекусить, на что все трое хором согласились. Они спустились на кухню и попили чай со ароматом лесных ягод с вкусным пирогом, который Сара испекла за это время. После этого они пошли в гостиную и включили телевизор: на каждом канале только и делали, что рассказывали о предстоящем событии.

– Уже почти десять часов, – почти шёпотом сказала Кэти, посмотрев на часы. – Когда начинается затмение?

– Примерно без пятнадцати минут одиннадцатого, – ответила Эльмия.

– Пора собираться, – грустно сказал Мэтт. Видимо, ему так понравились эти посиделки, что он даже не хотел никуда уходить. – Ты уже выбрала нужное место?

– Да, – ответила Эльмия. – Та гора, внутри которой находится ваша пещера.

– Отлично, – улыбнулся Мэтт. – Тогда я смогу тебя подвезти! Ты пока что собирай всё, что тебе нужно, а я отвезу Кэти домой и сразу вернусь за тобой.

Эльмия не сдержала счастливой улыбки – ей была приятна забота Мэтта. Она согласилась и, проводив гостей, стала собираться. Сначала она ещё раз перекусила, потом переоделась. Затем Эльмия достала Временной кулон и, внимательно осмотрев его со всех сторон, спрятала в карман куртки. В этот момент к дому как раз подъехал Мэтт. Эльмия узнала об этом по длительным настойчивым гудкам, которые доносились с передней части дома.

Эльмия вышла на улицу, села на скутер и, надев на голову шлем, обняла Мэтта за талию.

Первую треть всего пути они ехали молча, а это навевало Эльмии дурные воспоминания, ведь на этом же скутере, в такой же безмолвной тишине и так же обняв за талию, она ехала с Акио. Поэтому девочка решила завести небольшой диалог с Мэттом.

– Как дела? – спросила она первое, что ей пришло в голову.

Мэтт удивлённо покосился на Эльмию, стараясь не отрывать взгляда от дороги.

– Разве тебя это сейчас интересует? – спросил он.

– Просто спросила, – вздохнув, буркнула Эльмия.

Неожиданно поднялся сильный ветер, и Эльмия, озябнув, сильнее прижалась к Мэтту.

– Ты волнуешься? – вновь спросила она.

– По-моему, это я должен задавать тебе такие вопросы, ведь это ты скоро можешь оказаться на грани жизни и смерти, – осознав, что его слова могли напугать Эльмию, Мэтт решил задать другой вопрос: – А с чего бы мне волноваться?

– Не знаю, – ответила Эльмия. – Просто у тебя так сильно бьётся сердце, а пульс и дыхание...

– Ты у каждого измеряешь пульс? – ухмыльнувшись, спросил Мэтт.

– Во-первых, ты – не каждый, – попытавшись укоризненно посмотреть в глаза Мэтту, проговорила Эльмия. – Во-вторых, я его не измеряю, а просто... чувствую...

– Чувствуешь? – усмехнулся Мэтт. – И как же?

– Не знаю, – Эльмия пожала плечами. – И ты так не ответил: ты и вправду волнуешься?

Мэтт прикусил губу, потому что не хотел об этом говорить. Но Эльмия ждала от него ответа, а значит, отвертеться уже никак нельзя.

– Да, волнуюсь... – прошептал он.

– Почему?

– Я просто переживаю... за тебя...

– За меня? – удивилась Эльмия.

– Да, за тебя! – грубо рявкнул Мэтт. – Я боюсь, что могу тебя потерять! Что, если с тобой что-нибудь случится?! Я ведь...

Он резко замолк, что поставило Эльмию в недоумение. Она хотела что-то спросить, но они уже подъехали к нужному месту, и Мэтт начал снижение по склону. Соскочив со скутера, они подошли к озеру, где столкнулись с большой проблемой: перейти его было невозможно – лёд полностью растаял.

– Я телепортируюсь, – решила Эльмия, но Мэтт её остановил, резко схватив за руку.

– Нельзя! Ты потратишь много сил, а они тебе ещё пригодятся... Есть идея получше.

Они прошлись вдоль берега, остановились рядом с огромным, ещё не успевшим растаять сугробом, и Мэтт принялся его раскапывать. Вскоре перед ними предстала перевёрнутая лодка.

– Поплывём на этом.

Мэтт перевернул судно, дождался, пока в него сядет Эльмия и, подтолкнув лодку, сам запрыгнул в неё. Взяв вёсла в руки, он погрёб к противоположному берегу, и уже через десять минут они прибыли к пещере. После этого они пробрались сквозь хвойный лес и, наконец, взобрались на вершину горы.

Эльмия подняла голову к небу. Отсюда зрелище было завораживающим: ослепительное солнце пылало высоко над горизонтом, а неподалёку от неё виднелась луна. Трудно было сказать, что из них движется, но то, что они приближались друг другу, – было заметно.

– У нас есть ещё несколько минут, чтобы передохнуть, – заметила Эльмия.

– И что с этого? – обиженным тоном спросил Мэтт. Видно, парень дулся на Эльмию за разговор, неудачно сложившийся во время поездки на скутере. Он в точности как Кэти, скрестил руки на груди и надул губы. Эльмия была готова разорваться от хохота – так смешно сейчас выглядел Мэтт.

– Мы можем пока прогуляться, – предложила Эльмия, сдерживая смех.

От обиды Мэтта ни осталось и следа, зато на его лице проявилось сильное удивление.

– Да что ты стоишь? – Эльмия схватила парня за руку и потащила его вперёд. – Пошли!

Они прошлись по обрыву горы, а затем спустились к лесу. Всё это время они шли молча, что сильно раздражало Эльмию, – так уж она ненавидела тишину. Девочка вдруг резко села на корточки, дёрнув за собой Мэтта. Парень не смог удержаться на ногах и ткнулся носом в прошлогоднюю траву.

– Ты что сделала? – недоумённо спросил Мэтт, проверяя нос на целостность.

– Я просто устала и хочу посидеть! – засмеялась Эльмия. Мэтт тоже улыбнулся:

– Ты как маленькая! – фыркнул он.

– Кто бы говорил! – с усмешкой ответила Эльмия и, сделав серьёзный вид, предложила: – Может, поговорим наконец?

– Ну хорошо, – сразу же сдался Мэтт и сел на землю, поджав под себя ноги. – Только вот о чём?

– Ты сказал, что волнуешься за меня?

– Эльмия, пожалуйста, давай не будем говорить на эту тему?

– Почему? – удивилась девочка.

– Мне... просто мне больно об этом говорить...

В этот момент Эльмия взяла Мэтта за руку и посмотрела прямо в глаза.

– Что ты делаешь? – удивлённо спросил Мэтт, отодвигаясь от Эльмии.

– Хочу кое-что понять... Твои руки, они сухи... И голос не дрожит, а значит, ты не волнуешься...

– Я волнуюсь, просто пытаюсь это скрыть, – неуверенно сказал Мэтт.

– Если ты и пытаешься что-то скрыть, то совсем другое, и у тебя это плохо получается.

– В смысле?

– Когда мы ехали на скутере, я услышала твоё дыхание, чувствовала сердцебиение и пульс, но не видела твои глаза...

– А при чём тут мои глаза?

– При том, что глаза – отражение души человека... У тебя расширены зрачки, и ещё в них не отражается ничего, кроме меня... Я...

Эльмия не успела договорить, потому что почувствовала нежное прикосновение губ Мэтта. В первые секунды она даже не понимала, что произошло. От поцелуя побежали мурашки по коже. Внезапно Эльмия что-то услышала, и она отпрянула он Мэтта.

– Ты чего? – удивился Мэтт. – Что-то случилось?

– Ты это слышишь? – испуганно прошептала Эльмия. Всё её лицо стало призрачно-белым, как простыня.

– Слышу что?

– Чьи-то крики...

– Крики?

– Да, это похоже на крики... Но их как будто кто-то пытается заглушить. Или что-то не даёт кричать этому человеку громко.

– Но почему я тогда не слышу?

– Не знаю... Может, ты и не должен их слышать?

– То есть?

– Это может быть специальное послание для меня, которое никто не может услышать.

– Но что же тебе кричат?

– Я не знаю, трудно разобрать... Но это похоже на отдельные слова...

– Какие слова?

– Сердце и память...

– Что это значит? Они как-то связаны с тобой?

– Не знаю, – Эльмия пожала плечами. – Подожди, я слышу ещё что-то... Духи!

– Что это ещё за Духи такие?

– Мне кажется, я знаю, что это за Духи... Вернее, почти знаю...

– Ладно, – Мэтт недоверчиво шмыгнул носом. – Ещё есть слова?

– Да, ещё два... Время и...

– И? – протянул Мэтт. – Что же?

Эльмия побледнела от ужаса. Она ещё несколько секунд просидела с открытым ртом, обдумывая услышанное...

– Ну же, не томи!

– И смерть...

У Мэтта по спине пробежал мороз. Он не знал, что сказать и, растерявшись, посмотрел в небо.

– Солнце и Луна почти сблизились, – прошептал парень.

Эльмия медленно повернула голову:

– Тогда нужно поторопиться! – она резко вскочила на ноги и побежала вперёд. Мэтту пришлось последовать за ней.

Через пару минут они вернулись к краю обрыва.

– Я буду стоять рядом, – твёрдо решил Мэтт, но Эльмия его переубедила.

– Лучше отойди подальше, а то превратишься в пепел, – с невесёлой улыбкой проговорила Эльмия, подходя к обрыву.

– Постой! – вдруг выкрикнул Мэтт.

Эльмия обернулась.

– Знаешь, если будешь волноваться, то представь себе какую-нибудь спокойную картину, например, красивый пейзаж. Это поможет тебе расслабиться.

– Спасибо за совет, – улыбнулась Эльмия.

Мэтт отошёл на несколько метров назад, а Эльмия тем временем вытащила из кармана Временной кулон и крепко сжала его в руках.

– Ну что ж, узнаем, на что ты способен, – сказала она и стала рассуждать вслух. – Софи писала: «Образуя бесконечность», – то есть они не должны скрыть друг друга... На это будет несколько секунд, за которые я должна успеть загадать желание.

Она посмотрела на небо: Солнце и Луна сблизились, своими очертаниями напоминая символ бесконечности. Эльмия прямо сейчас должна была загадать желание, но она продолжала смотреть на это завораживающее зрелище, не в силах даже пошевелить губами.

Когда Луна закрыла собой Солнце, Эльмия, наконец, очнулась.

– Что со мной происходит?! – рассердилась она на саму себя. – Почему я не могу взять себя в руки? Мне же нужно просто сказать: «Хочу познать пространство, время и вечность!»

Эльмия ещё несколько раз про себя повторила эти слова. Сейчас она волновалась так сильно, как никогда раньше. Она решила воспользоваться советом Мэтта и представила красивый пейзаж – поле с сиреневыми цветами.

– Я хочу...

В этот момент ей вспомнился её День рождения, когда она узнала о своих способностях. В её памяти всплыл разговор с Клео, когда психолог сказала ей, что Сара и Том – не её настоящие родители. Она вспомнила, как Эдвард Вукл представился ей её родственником, вспомнила разговор с Актеей и пророчество о своём предназначении.

– Я хочу... – повторила Эльмия, вытягивая руку с кулоном вверх. – Я хочу познать… тайну своего происхождения!

В этот момент от Солнца и Луны отошло прозрачно-голубое свечение, которое пролилось на Эльмию. Девочка почувствовала ужасную боль и... потеряла сознание. Последнее, что она увидела, это как молодая женщина с золотыми локонами, стоя на берегу озера, посмотрела на Эльмию грозным взглядом и, неодобрительно покачав головой, исчезла в золотистой дымке.

Эпилог

Багряное солнце тонуло в океане. Закат пылал кроваво-алым цветом. Лучи светила расчертили небо на золотые и алые полосы. Наблюдать за этой красотой, сидя на берегу, обдуваемом приятным тёплым бризом было втройне приятно. Наверное, любой на месте этого мужчины пустил бы слезу, позволив такой красоте согреть своё сердце. Но он никогда не отличался излишней сентиментальностью, поэтому молча продолжал созерцать великолепие этого мира.

– Я уже и забыл, как здесь прекрасно, – признался мужчина, услышав шаги за спиной.

Он обернулся. Перед ним стояла женщина сказочной красоты.

– Ты давно здесь? – поинтересовалась она.

– Не знаю... Так зачем ты меня позвала?

– Я хотела поговорить с тобой.

– Тебе не страшно... общаться со мной?

– Любовь сильнее страха, – нежно прошептала она, присаживаясь рядом с мужчиной. Она позволила себе положить голову ему на плечо, и они вместе стали наблюдать за заходящим солнцем.

– И о чём же будет наш разговор? – поторопил её мужчина.

Женщина отстранилась, будто решила, что обозналась.

– О нашей дочери, конечно, – ответила она.

– Разве ты не наблюдаешь за ней через Око?

– Лоней запретил, – пожаловалась она. – А ты, ходят слухи, уже встречался с ней?

– Да, было дело... – мужчина кратко кивнул, будто опасаясь своего признания.

– И как она? Знает, что живёт с неродной матерью?

– Этого я не выяснил... Очень трудно выудить подобную информацию. Меня она, кстати, не узнала... Уже забыла...

– А её магические способности?

– Им мог бы позавидовать даже сам Лоней...

– Не преувеличивай, – насмешливо бросила женщина.

– Ничуть, – заверил её мужчина. – У неё очень большой дар...

– Как ты думаешь, она сможет предотвратить столкновение миров?

Мужчина покачал головой.

– Я почти уверен, что она начнёт Кэм’с Хорд. Она не спасёт Землю, она её уничтожит.

Женщина замолчала. Мысли, которые занимали её голову, никак не ложились на слова. В атмосфере неожиданно появилось напряжение. Начало казаться, что время вокруг остановилось, и даже без того безмолвная тишина стала ещё более странной и пугающей.

– Я хочу, чтобы ты виделся с ней как можно реже, – наконец решилась она сказать это вслух. По правде говоря, лучшим решением было бы, если мужчина вообще перестал бы общаться с девочкой, но полностью лишить его возможности встречаться с собственной дочерью ей не давала совесть.

– Не волнуйся, я буду видеться с ней только в дневное время суток, – убедил её мужчина, давая повод успокоиться.

– А как она живёт? У неё всё хорошо? – продолжала сыпать вопросами женщина.

– Ты чересчур встревожена... С ней всё будет хорошо. В любом случае, я всегда могу за ней присмотреть.

– Этого я и опасаюсь.

– Давай хотя бы сейчас не будем говорить об этом, – вежливо, но немного сердясь, произнёс мужчина. – Лучше расскажи мне, что нового у Духов?

– Клеопатра вернулась в Царство Теней, – сообщила женщина. – Ходят слухи, что и она виделась с нашей дочерью.

– Да, Клеопатра работала психологом. Её нанимали для нашей девочки.

Женщина мило усмехнулась.

– Наша девочка, – ласково повторила она. – Ты говоришь так, будто бы между нами ничего не произошло.

– Я стараюсь так думать, стараюсь забыть прошлое... Но оно нагоняет меня каждую ночь, когда я остаюсь один на один с самим собой.

Вместо того, чтобы что-то сказать, женщина нежно провела рукой по его груди, затем подняла выше, обвила шею. Слегка наклонившись, в ожидании упоения она закрыла глаза и поцеловала его в губы – сладко и долго. Их поцелуй, казалось, длился вечно, на самом же деле – всего несколько секунд.

Мужчина неохотно отстранил от себя возлюбленную.

– Солнце почти село, – произнёс он, кивая в сторону горизонта: диск светила практически полностью погрузился под воду. – Мне нужно срочно уйти...

Он поднялся с песка и уже было хотел убраться с берега, но наградил возлюбленную ещё одним, прощальным, поцелуем и быстро ушёл – раньше, чем она успела что-либо сказать.


Продолжение следует...



home | my bookshelf | | Временной кулон (СИ) |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 18
Средний рейтинг 4.9 из 5



Оцените эту книгу