Book: Аспекты Запредельности. О Трансцендентных Состояниях. Часть 2



Фенерли Григорий Николаевич

• “В сторону Кротонуса. Аспекты запредельности” •

[из цикла “CROTONO SUMUS”], книга_3, часть 2.


О ТРАНСЦЕНДЕНТНЫХ СОСТОЯНИЯХ, часть 2

[Учение - CROTONO SUMUS ]

Примечание: для перехода по разделам используй страницу содержания, или команду “закладка” (меню “правка”).


“Волею благосклонной судьбы я оказался достойным стать поверенным на Земле Благородного Рыцаря Истины КРОТОНО СУМУСА (Кротонуса), пребывающего в вечности.

Преисполненный сострадания к жителям нашей планеты, Благородный Рыцарь совершенно фантастическим способом поведал мне основы своего фантастического учения, насыщенного Светом Претворяющего Источника, обязав меня тем самым взять на себя труд по переводу учения на земной язык и изложению его в доступном для современного мне человека форме, что я и сделал со всей старательностью в меру моих скромных возможностей”.

_ФИЛ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

Учение: Мир-концепция

[в тезисах и афоризмах с намеками и подсказками]


1. Хочу я знать, что значит “быть”. Хочу я знать, что значит “значить”. Хочу я знать, что значит “знать”. Хочу я знать, что значит “я хочу”.


2. Человек хочет узнать, как устроен мир, что он такое и что ему делать в этом мире. И вот, прочитав все книги и выслушав все мнения, он убеждается, что любому мнению может быть противопоставлено противоположное. Рано или поздно, он поймет, что всё есть МНЕНИЕ.

И если он одно мнение предпочитает другому, то не потому, что первое “правильнее”, а лишь по тому, что так сложились обстоятельства его жизни. Даже если он скажет “верю только своим глазам”, то в конце концов поймет, что видит мир определенным образом потому, что его научили так видеть.

Когда же в своем искании Истины он дойдет до отчаяния, кто поможет ему освоиться в невесомости, взамен утраченной устойчивости?


3. Реальный мир - это лишь то, что мне о нем сказано. Насколько прекраснее мир несказанный, который не от слова!


4. Извечная проблема человека - стремление выразить невыразимое. Это - то сокровенное, что живет в душе каждого ярчайшей внесловесной очевидностью, но в мире человеческом (в мире слов) требует невозможного формального доказательства. Точнейшие формулировки этого внутреннего знания кажутся неубедительными. Например: “Ты и Я - одно”.


5. Знаковые средства коммуникации создают иллюзию взаимопонимания. Эта иллюзия препятствует истинному взаимопониманию, точнее сознанию Единства, которое есть всегда.


6. Философы и поэты ведут борьбу с формальной стороной слова, более или менее успешно заставляя слова служить невыразимой сути.


7. Возникая из попытки универсального описания мира, философия убеждается в недостижимости этой цели и становится средством сознательного совершенствования отношения к миру.


8. Все философские учения правильны. Формально они различаются полнотой и разносторонностью, неформально - степенью приближения к цели - выражение невыразимого.


9. Истинная философия ни когда не была чисто формальной наукой. Она всегда существенно обогащена поэтическим видением внесловесного, избегая, однако свойственного поэзии индивидуализма и сохраняя статус всеобщности. Очевидно, целесообразен дальнейший синтез этих двух (и других возможных) способов описания мира, поиски новых форм и уровней их взаимопроникновения.


10. Путь к Истине - это путь разоблачения заблуждений, иллюзий не только почти очевидных, как иллюзия взаимопонимания, но и других - фундаментальных, в силу традиции принимаемых за аксиомы.

Необходимо осознанно-критическое отношение к любым установкам, как бы глубоко не въелись они в сознание.


11. Метод осмысливания мира (если цель - Истина) должен быть основан на честном, непредвзятом и бескомпромиссном - “объективном” отношении к объекту исследования. Такой метод мироосмысливания (но не философскую систему) уместно назвать объективным методом, или ОБЪЕКТИВИЗМОМ.


12. Всякое правило имеет исключения. Между любыми “да” и “нет” есть промежуточные состояния. Всякое “нечто” (предмет, понятие, учение, закон, принцип и пр.) ограниченно и имеет ограниченное применение. Мир бесконечен в любом мыслимом измерении. Все конечное существует в бесконечном. Всякая замкнутость предполагает возможность разомкнутости. Любые преграды преодолимы, любые пределы - свидетельство запредельности.

Здесь выражен основной принцип объективного метода - принцип запредельности (принцип разомкнутости). Это же и основной принцип бытия, делающий его неисчерпаемым по всем направлениям.


13. Пессимизм становится невозможным, если этот принцип положен в основу мировоззрения.


14. “Кредо объективиста” - минимальный свод правил объективного мышления:

• Пользуясь словом, в первую очередь уясняй себе его значение. Множество рассуждений связано с недостаточно сознательным употреблением слов (что значит “быть”? Что значит “значить”?).

• Рассуждение ценно лишь тогда, когда оно повышает ясность понятий и представлений.

• Минимум насилия над мыслью. Принуждая мысль двигаться в “нужном” направлении, мы можем пройти в двух шагах от открытия, которого ждали тысячелетиями.

• Безоговорочно признавать субъективность любого мнения - единственная возможность быть объективным.

• Ничто не следует принимать как само собой разумеющееся. Ни какое мнение не должно быть признано окончательным. На всякое суждение возможно аргументированное возражение.

• Гипотезы не подлежащие экспериментальной проверке (например? Примат материи и примат сознания) следует считать равноистинными (но не обязательно равноправными), даже если они окажутся взаимоисключающими.

• Все традиционное и косное подлежит уничтожению, если оно может стать препятствием на пути к Истине. Ограниченность - враг номер один. Приветствуй всякое изменение и обновление мировоззрений. Чем смелее и неожиданнее мысль, тем вероятнее, что она ведет к Истине.

• Не бойся крайностей: крайность соседствует с запредельностью. Граница не только разделяет, но и соединяет. Нет пределов на пути к беспредельному.


15. Тексты подобные этому, не ставят себе задачей сообщение информации и выработку полезных рецептов. Их цель - приобщение к вопросу самоосознания мира.


16. Взаимодействие понятий в тексте направлено к уяснению интуитивного представления о мире - к восприятию внесловесного. Осознав это, не следует относится к слову как эквиваленту вещи и искать точных формулировок. Слова - это только ключики, комбинации которых позволяют открыть в сознании некие таинственные дверцы.


17. Чтобы выйти за пределы формального восприятия, полезно понять, что интуитивная ясность высоких метафизических абстракций настолько невелика и взаимосоизмерима, что среди них не может быть определяющих и определяемых: все они взаимоопределяемы в процессу взаимодействия.

Потому понятия не остаются самотождественными, постоянно деформируясь в зависимости от контекста, - вплоть до обращения в свою противоположность. Понимание этого позволит относиться к тексту не как к застывшей схеме, а, скорее, как к живому организму.


18. Сознательное отношение требует возражений тексту и возражений этим возражениям, что способствует углублению восприятия до внесловесного уровня.

Ни одно положение не следует принимать как нечто непререкаемое. Непререкаемо только чувство Истины - след фейерверка мысли, вспыхнувшего в сознании читателя.


19. Предлагаемы текст может послужить средством для повышения ясности представления о мире, для совершенствования мировоззрения. Кроме того, он может быть использован как объект критики для улучшения мнения о себе. В любом случае, текст окажется не бесполезным. Все зависит от того, какого рода пользу сможет извлечь из него читатель.


20. Не ищи Истину в словах. Все, что могут слова, - это помочь сузить круг поисков. Истина же всегда между слов, между изречений. Разве определяя одно слово через другое ты узнаешь истину о предмете? Ты просто заменяешь одни неизвестные другими, менее беспокоящими. Не верь слова. Не верь авторитетам. Размышляй, пока Истина предстанет перед тобой очевиднейшей достоверностью.


21. Никому не верь на слово. Не думай о том, насколько “достоверно” то, что здесь написано. Слова - только ключики. Но, чтобы они работали, нужно хоть ненадолго попытаться представить себе то, что они описывают. Может быть через (“сквозь”) это представление удастся увидеть что-то интересное. Может быть “другая правда” понравится тебе больше, чем та, к которой ты привык.


22. НИКАКИХ “НА САМОМ ДЕЛЕ”! МИР ЕСТЬ ТОЧКА ЗРЕНИЯ, ХВАТАЮЩАЯ САМОЕ СЕБЯ.


23. Панконцептуальное устройство мира: мир есть концепция, что в свою очередь является концепцией. Само представление о том, что мир имеет устройство, является одной из возможных концепций.


24. Мир существует как некая грань, поверхность раздела между двумя “никаковостями”, и лишь эта грань качественна или концептуальна, что означает отношение одной “никаковости” к другой (или отношение “ничто” к самому себе).

Это тоже одна из концепций: разум не может выйти за пределы отношения, а может лишь наслаивать одно отношение на другое, усложняя картину мира. Но этот процесс может быть использован для выхода за пределы формального мышления.


25. Запредельность не в тридесятом царстве, наоборот, она ближе всего, что можно себе представить.


26. Мир, каким мы себе его представляем, есть продукт некоторых условных положений - “аксиом” (и нашего некритического отношения к ним), которые не только не доказуемы и не допускают возможности доказательств, но оказываются даже невообразимыми при достаточно внимательном рассмотрении. Такова догма “объективной реальности”.


27. Только то, что находится в сознании (является его содержанием) может быть признано существующим. Ни о чем ином сознающее существо не может иметь никакого представления.


28. Догма “объективной реальности” заставляет часть объектов сознания полагать условно внешними, несмотря на невозможность представить себе, что может означать такое бытие “вне и помимо” сознания. То, что еще не включено в сознание, не имеет более конкретного бытия, чем как “то, что еще не включено в сознание”. Запредельное есть потенция конкретного бытия, но еще не бытие.


29. Я не отрицаю объективность бытия, а нахожу ее место в более общей картине мира. Объективный мир существует и имеет свои проблемы, но он не Всё, а только один аспект Всего, и потому существует проблема выхода за его пределы.


30. Правомерным (достаточно корректным, “объективным”) можно считать признание бытия лишь в том качестве, в котором оно дано сознанию. Феномены следует признать как видимое, воспринимаемое бытие, нумены (здесь все, не воспринимаемое непосредственно, например физические законы) - как допущения, модели, созданные для взаимоувязывания феноменов.


31. Всякое бытие, или утверждение, требует вопроса “Для кого? С чьей точки зрения?”.


32. Всякий феномен существует в первую очередь как данность одному сознанию (субъекту, “мне”). Затем возможно подтверждение (или неподтверждение) его другими субъектами. Только это подтверждение может служить мерой “объективности” феномена.

Здесь первое значение слова “объективное” - честное, непредвзятой (отношение) подменяется вторым: объективное как внешнее по отношению к “моему” сознанию и, следовательно, общенаблюдаемое (хотя бы потенциально). Такая объективность является договорной (конвенциональной), по сути - квазиобъективностью.


33. Наш мир не что иное, как продукт коллективного творчества.


34. Ни о чем нельзя сказать, есть оно или нет “на самом деле”. Можно говорить лишь о значимости его для одного сознания (“меня”) и о количестве и авторитетности (для меня) подтверждающих “других” (реальных или потенциальных).

Не следует забывать, что бытие всех этих “других” тоже является феноменом одного субъекта, который в свою очередь подтверждается этими “другими”. Это уникальный феномен, сам (через “других”) подтверждающий своё существование.


35. Различие между реальностью и галлюцинацией определяется только числом подтверждающих и доверием к ним. Термин “реальное” есть синоним достоверности свидетельства, или “веримости”.


36. Любая квазиобъективная реальность существует лишь на уровне слова (или других возможных средств коммуникации). Я не могу быть уверен, что другой видит (воспринимает) то же, что и я. Самое большое, что я могу утверждать, - это то, что он в данной ситуации употребляет те же слова.


37. Мы не можем говорить о некотором общевоспринимаемом мире. Мир есть “поле” восприятия - сознания одного субъекта, который повышает степень реальности своего мира - сознания (и себя в нем), населяя его подобными себе свидетелями его реальности.


38. Сознание конструирует другие сознания для повышения прочности своих конструкций.


39. Любое событие (факт или последовательность фактов) правомерно рассматривать только в представлении (того или иного) субъекта (данность ему), но не как коллективную реальность, поскольку сопоставляя показания разных субъектов, мы низводим феномен до уровня слов (знаков).


40. За пределами квазиобъективности (взаимо-освидетельствования) бытие самого субъекта низводится до уровня допущения (нумена, модели).


41. Реальным (очевидным) бытием обладает лишь множество объектов, совокупность которых можно отождествить с тем, что мы подразумеваем под сознанием субъекта. Но и объектами они становятся только при условии интерпретации субъектом своих ощущений.

Так же и ощущения в свою очередь кажутся возможными только при условии их различения.


42. Однажды я посмотрел вокруг и понял, что ВСЁ ЭТО - НЕПРАВДА (!)…


43. Всякая реальность есть следствие наложения условностей на безусловное - ограничения безграничного. Представление о реальности, действительности, о том, что есть “на самом деле” - продукт абсолютизации относительного, это всегда некоторая деформация истины - натяжка, некорректность, заблуждение, обман и самообман (“майя”).


44. Полное снятие ограничений делает бытие “не проявленным”. Истинное и безусловное, оно же - “ничто” для ума, - вечное, бытующее вне обусловленностей времени, пространства, субъекта, ощущения феномена, реальности. Для ума это - МИР ВОЗМОЖНОСТЕЙ.

Единое нерасчлененное безусловное бытие есть состояние бесконечных возможностей, среди которых имеют место возможности вычленения и абсолютизации некоторых из них, - возможности ограниченности в безграничном, которые иллюзорны извне как нечто отдельное, но действительны в пределах себя, своего самообмана.


45. В разных фазах самообмана возникают время, пространство, ощущения, субъект, множество субъектов, реальный мир. Возможно также бесконечное множество других последовательностей и форм реализации самообмана, других миров и принципов бытия.

Но всем им присуща двойственность: они существуют только внутри себя, внутри своей обусловленности (как правила игры) и не существуют извне, в свете Истины единого и безусловного.


46. Всякое бытие - есть возможность, выдающая себя за действительность. Ее природа - самозациклившееся отрицание: это невозможность доказать невозможность в пределах самой невозможности (невозможность доказать иллюзорность фильма в пределах самого фильма).

Фиктивное понятие “действительность” есть возможность самообмана: “а что, если закрыть глаза на некоторые обстоятельства …”


47. Возникает вопрос: кто занимается самообманом в условиях отсутствия субъекта, а также времени и пространства? Никто. Самообман - это метафора, из языка уровня субъектов, поскольку другим методом мы не владеем, да и вряд ли возможен внеесоциальный, внесубъектный язык.


48. Обманываем себя мы сами, когда абсолютизируем реальность мира и себя, забывая об условностях, выделяющих одну возможность из множества.


49. Заблуждение нереально, поскольку реально лишь безусловное - Истина. Заблуждение - это интерпретация, подмена феномена словом. Символ, выражение, отражение - это подмена, обман.

Слово реально как звук, а не как эквивалент предмета. Но оно реально не как слово “звук”, а как сам звук, точнее его ощущение, которое мы не можем назвать не обманув себя.


50. Все реально только как неинтерпретируемое нечто. Неназываемое и неинтерпретируемое Все - бескачественное “ничто” для ума.


51. Я не открываю ничего нового, но даже не совсем забытое старое полезно повторять на разные лады, чтобы способствовать его уяснению.


52. На уровне “коллективного сознания” есть множество феноменов различной степени реальности (квазиобьективности), или галлюцинации различной массовости. Но как реальные феномены (непосредственно бытующие) они существуют только на уровне одного субъекта (каждого). На коллективном уровне реальны лишь словесные описания, но и они имеют бытие только для одного субъекта (пусть каждого) - как представление о всеобщем. Только в такой степени реально то, что мы называем “материальным миром”, - как некая словесная абстракция или фрагментарное представление.




53. Непосредственно реальна лишь та часть мира, которую субъект воспринимает сейчас - ситуация.


54. Ступени иерархии субъективных реальностей: ощущение (осязательное, затем зрительное, затем слуховое), предмет (синтез и абстракция ощущений), воспоминание, знание и представление, воображение и фантазия, абстракции разного уровня обобщения, наконец высшие метафизические абстракции (Единое Сущее в разных формах осознания).

Самое конкретное и безусловное бытие в то же время и самое условное, самое абстрактное и нереальное для восприятия - зато самое безусловное. Условность компенсируется конкретностью, абстрактность - безусловностью. В некотором аспекте (единства) это - одно и то же, видимое с различных точек зрения - чувства и ума.


55. Высшая метафизическая абстракция (безусловное) становится тождественной непосредственному, максимально конкретному бытию. Это вся совокупность современных срезов, где слово - не символ, а последовательность звуков (дереализация понятия). Оно - не эквивалент предмета (образа), а его причина или следствие, как любой момент движения, процесса. Это то, что происходит внутри субъекта (“меня”), когда отсутствует наблюдатель (представление о нем), которому все адресовано и который “понимает” - интерпретирует происходящее. Тогда ощущение голубого цвета вызывает только последовательность звуков: н, е, б, о.

Так можно представить внесубъектный уровень, сохранив, однако условность времени, без которой вряд ли возможны какие-либо представления.


56. Прежде чем спросить “что есть я?”, спроси “что есть “Я”?”, что значит “Я”? Мы говорим “Я-тело”, потом “Я - разум”, потом “Я - дух”, но что есть “Я” само по себе? В каждом из этих равенств что есть левая часть?

Забавно когда тела, показывая на себя говорит “я не тело”, я только говорю телом”. Не напоминает ли это игру в прятки?


57. “Я” - это мысль о себе. Тело - образ себя в пространстве разных ощущений.


58. Почему я - именно я? Вовсе нет: здесь и сейчас я - это я, а там и тогда я - это он.


59. Если есть бесконечное множество возможностей, то есть и эта возможность мира-ситуации, в которой я нахожусь.

Субъект спрашивает себя: “Почему я нахожусь именно в этой реальности (возможности)? Чем это обусловлено? Не “я нахожусь в этой возможности” - я вместе с ситуацией составляю эту возможность. В бесконечном множестве возможностей есть и эта - в которой есть я и моя ситуация. В другой возможности тоже есть свой субъект (как предполагается в “моей” концепции мира), но это уже не я, хоть он и тождественен мне в аспекте Единства.


60. “Что же такое “Я”?” - Это то, что называет себя собою. Так видится на субъектном уровне. Тот, кому удалось освободиться от субъектной обусловленности, увидит, что “я” - это вся совокупность объектов заполняющих (образующих) (его ли) сознание, среди которых есть и тот (случайный?) объект, который назвал себя субъектом. Точнее, в сознании (где все происходит) имеются слова “это - я, а это - не я”, которые вне субъектной обусловленности лишены какого-либо значения, они становятся такими же заполняющими сознание объектами, как и представления, ощущения, и другие слова и пр.


61. Освобождаясь от всех обусловленностей, ты узнаешь, что на самом деле” (в самом безусловном смысле) ты - это Всё, вся бесконечность возможностей. Здесь нет для тебя ничего сокрытого, ты есть каждый, каждая ситуация, каждая возможность. Ты есть то, что принято называть Богом, а всё сущее - твои возможности, реализованные благодаря условным ограничениям. Это значит: Бог во всем, все и каждое - самовыражение Бога.


62. Проблема не в том, есть Бог или нет, а в том, какой смысл мы вкладываем в это слово.


63. Есть множество промежуточных состояний, где сняты не все ограничения, не по всем параметрам. Тогда проявляются “сверхчувствительные” феномены - телепатия, ясновидение и т.п. Субъект может только чуть-чуть освободиться от себя, тогда он не охватит всю бесконечность возможностей, но допустим две или три, свою и еще чью-нибудь. Он на некоторое время (и в некотором аспекте сознания) станет другим лицом, реальным для него или воображаемым. Он сможет узнать (хотя бы частично) содержание сознания другого лица или увидеть нечто глазами воображаемого субъекта, - такая воображаемая ситуация тоже включена в бесконечность возможностей Всего.


64. Мир есть точка зрения, хватающая самое себя. Когда оно схватывает себя (рефлектирует), появляется субъект - “носитель” этой точки зрения. Но, очевидно, что его существование целиком заключено в этой точке зрения.


65. Что же такое точка зрения? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно выйти за пределы точки зрения и сопоставить её с тем, что не есть точка зрения. Но это в принципе невозможно: не возможно представление или знание, не включенное в точку зрения.


66. Мир есть точка зрения, хватающая самое себя, а точка зрения есть самозацикленность мира.

67. На уровне субъекта непосредственно сущими (непосредственно данными сознанию) являются ощущения - пяти органов чувств, а также ощущения эмоциональных состояний, ощущения мыслей, образов и прочие внутренние явления до интерпретации. Первой ступенью опосредования (абстрагирования) являются формы мира - предметы и явления в их формальном восприятии (включая “формы” мыслей и чувств) - первый этап интерпретации (осознанный или нет).

Формы мира в своей совокупности образуют то, что мы назовем ситуацией, - это первичная (первоинтерпретируемая) форма мира, данная субъекту, которую можно считать (в пределах некоторых концепций) результатом синтеза (абстрагирования) элементарных ощущений или элементарных фактов сознания.


68. Все, что находится за пределами ситуации, будем называть концепцией. Мир как концепция есть бытие мира, опосредованное через опыт и коллективное сознание.

Бытующий мир для субъекта то, что он сейчас видит, слышит осязает (ситуация). Все остальное существует только на уровне знакового описания.

Никаким другим бытием, кроме бытия концепции, мир, не воспринимаемый сейчас субъектом (“мною”) не обладает.


69. Сказать, что мир есть ситуация, - мало, поскольку есть еще (в каком бы то ни было качестве) концепция, выходящая за пределы ситуации. Потому для субъекта (для каждого из нас, для его умозрения) мир есть концепция. Для каждого, но не для всех вместе, - для всех мир - только слово, получающее значение только в восприятии каждого.


70. Концепция включает в себя ситуацию как частный случай высшей субъектной обусловленности и конкретизации.


71. Концепция включает в себя все возможное, в том числе и субъект. Потому Мир-Концепция как представление может служить мостиком ведущим за пределы субъекта.


72. Когда Мир-Концепция зацикливает себя (“ловит свой хвост”), пытаясь включить себя в себя, в ней возникает представление о “себе”, о субъекте - “носителе” и “создателе” концепции.

Концепция, как одна из многих возможностей реализует себя через субъект, который (как видно извне) вырабатывается концепцией внутри себя как попытка описать и обосновать своё существование. Через субъект концепция достигает самого конкретного своего выражения в сменяющихся ситуациях (для субъекта это - непосредственно бытующий мир форм).


73. Умножая в себе субъекты (как представления субъекта-носителя), концепция достигает состояния полисубъектного (например физического) мира, превращаясь во всеобщую веримую реальность, полностью подчиненную принципам и законам данной концепции (правилам игры).


74. Концепция, как суть мира есть описание, не подразумевающее за собой ни какой иной “настоящей” реальности, которую она описывает. Описание мира - это и есть сам мир, никакого другого нет (панконцептуализм).


75. Для панконцептуального (поликонцептуального) субъекта концепция не несет в себе никакой истины, она - только рабочий инструмент, применяемый по мере надобности.

Концепция ни истинна, ни ложна. Она подобна правилам игры, не выражающей ничего, кроме самой себя. И она так же произвольна, как игра. Одна концепция ничуть не лучше и не хуже другой, но это по самому большому (безусловному) счету.


76. Мир есть концепция и в самом безусловном метафизическом смысле, поскольку все высшие абстракции сознания выходят за пределы ситуации. В тоже время в свете метафизического описания мира концепция приравнивается одной из множества возможностей.


77. Мир есть концепция, которая наряду с другими включает в себя представление о мире как о множестве возможных концепций (поликонпцептуализм) - то же, что мир бесконечных возможностей.


78. Равнозначность концепции (как множества возможных правил игры) есть представление предельное, гипотетическое, соотнесенное только с высшим безусловным уровнем (так же как и равенство людей “перед Богом”). В каждом конкретном случае (в пределах концепции) такой равнозначности быть не может.


79. Предельная концепция (абстрагирующая к безусловному) конкретизируется во множестве взаимоподчиненных подконцепций. В нашей предельной метаконцепции (концепции о концепциях) можно выделить три основных аспекта (три высших концепции), взаимоподчиненных по степени безусловности: 1) полисубъектный аспект (“полис”), полагающий реальным множество субъектов и множество точек зрения на некоторую общую реальность; 2) моносубъектный аспект (“монос”), в котором мир виден из точки зрения одного реального для себя субъекта, а прочие дереализованы до уровня “допустимых”, как они реально (вне социальных установок) даны моносубъекту; 3) внесубъектный аспект (“тотус”), в котором дереализован моносубьект, как самопологающий, а не данный себе непосредственно, - этот аспект являет собой высшую безусловность непосредственного бытия Мира-Концепции.


80. Субъект в своей конкретной ситуации имеет свою концепцию (более или менее полную, глубокую), она является для него описанием реальности, в которую он верит (его мировоззрением), хотя извне субъекта концепция есть сама есть своя реальность (включая в себя свой субъект). Однако некоторые подконцепции субъекта могут быть равнозначными, - если их включает в себя его веримая реальность.


81. В моносе снимается условность разделения на внутреннее и внешнее, а с ней и удвоение (отражение) объектов. Нет отдельно предмета и образа, нет удвоения. Предмет и его образ - одно и то же, интерпретируемое с разных позиций.

Наибольшую трудность в понимании этого составляет память: предмет исчезает, а образ остается, но это - полисубъектная интерпретация. В моносе следовало бы сказать, что изменяется качество объекта сознания: из якобы реального, он становится якобы воображаемым, создавая мысль о том (на основании полисубъектного мышления), что где-то существует этот реальный предмет.


82. Приходится пользоваться полисубьектным языком, поскольку моносубьектная система интерпретации (если и может быть разработана) не мыслится как средство коммуникации. Потому, что наши реальные модели не могут быть чисто моносубьектными, они включают в себя полис частично дереализованным, усматривая в нем не “то, что есть на самом деле”, а только прием для взаимосоотнесения фактов сознания.

Весь наш язык полисубъектен, “поскольку возник в процессе общения”, как принято считать в пределах полиса. Для моноса, напротив, язык возник в сознании моносубъекта как средство… не коммуникации, а уподобления себе своих подобий - отражения в зеркале трёхмерности.


83. В моносе реализуется простейший принцип объективизма: можно считать существующим только то и в том качестве, что и в котором оно дано сознанию. Потому основным свойством (атрибутом) бытия следует признать его осознанность.


84. Полисубьектный аспект возник (существует, включен) в моносубъектном как интерпретационная система: взаимоувязывание фактов сознания сравнительно просто (до некоторых пор) производить на условно внешней модели. Это естественно, так как для интерпретации необходимо знать законы среды, а изучение этих законов возможно лишь тогда, когда среда становится объектом, то есть отторгается, объективируется (объективность - делать объектом, объективировать - делать объективностью).

Это условное объективирование было абсолютизировано в силу некоторых причин.

Истина была забыта. Ложь (модель, прием) возведена в ранг действительности. В некоторых религиях это называется “грехопадением” (в одном из его аспектов).

“Грехопадение” или “материализация” есть отпадение от Бога ради его творения (выражения), подмена цели средством, духа - материей, как объектом привязанности.


85. Не торопись соглашаться или опровергать. Не так уж важно, что утверждает или отрицает автор. Важно то, что он направляет внимание читателя по определенному руслу.


86. Множество различных концепций пытается выразить наше отношение к целому через его части (частности). Но других средств выражения у нас нет, хоть вне выражения, непосредственно, мы прекрасно “знаем”, что это такое, если слово “знать” понимать не как выражение одного через другое, то есть замену одного другим, а как непосредственное восприятие, данность нам, - это так же невыразимо, но это можно “знать” тем же образом.


87. Что же такое мир на самом деле? Но что значит “на самом деле”? Чье это мнение? Кто обо этом может сказать? Это только вопрос авторитета. Если есть некто, кому я верю больше чем себе, я приму его концепцию мира. Но в любом случае мир для меня - концепция, точка зрения, не подразумевающая за собой ни какого “на самом деле”.

Так я вынужден ответить на вопрос “Что есть мир?”, если таковой возникает. Если же нет, я довольствуюсь восприятием мира и не пытаюсь описать одно через другое. Но если ум вопрошает “что есть мир?”, я не могу дать более правдивого ответа, потому, что непосредственное восприятие мира или “знание вне разума”, интуиция - не есть ответ на вопрос ума. Если все же требуется ответить “что есть мир?”, самым честным будет сказать, что мир - это концепция, точка зрения, причем правомерна любая концепция, какой бы она ни казалась нелепой и алогичной, если это “моя” концепция.

Мир таков, каким я его себе представляю. Если другой его представляет иначе, для него он другой. Но это его дело, это его точка зрения, это его мир, и он не станет моим, покуда я этому не поверю.


88. Концепция не может быть более или менее правильной, по тому что нет никакого “на самом деле”, нет абсолютного авторитета. Любая концепция действительна на столько, насколько в неё верят. Я могу игнорировать черных котов и пустые ведра, пока у меня не зародилось сомнение насчет нелепости этих суеверий. Когда же я уверую в них полностью, вёдра и коты будут действовать безотказно. Стоит мне (найти способ) разрушить мою веру в физические законы, и они утратят надо мной всякую власть.


89. Концепция мира всегда (в любой момент) ограничена и не является чем-то законченным и универсальным. Она живет, развивается, сменяет свои более или менее существенные части, пока не становится неузнаваемой. Поэтому мир никогда не являетсяодним и тем же. Он непрерывно меняется вплоть до самых фундаментальных своих принципов.


90. Концепцией принято называть описание мироустройства в наиболее абстрактных понятиях. Но, поскольку любая ситуация не противоречит абстрактному описанию мира, то ситуация с необходимостью включена в концепцию, как её частное проявление. Поэтому термин “концепция” обозначает все то, что разум включает в ответ на вопрос “что есть мир?”.

Концепция мира - это все уровни абстрагирования, начиная от самых конкретных, внутренних и внешних ситуаций и завершаясь всеобщей структурой мировых принципов, обобщающей в себе все возможные ситуации.


91. Понятно, что хоть “концепция” и является самым честным ответом ума на вопрос “что есть мир?”, полное описание концепции разумом невозможно. Для нас концепция в своей конкретной природе - это уже интуитивное представление, единовременное и не требующее развертки в словесной интерпретации. В своей непосредственной данности сознанию Мир-Концепция тождественна тому, что мы называем мировоззрением. Для ума есть концепция в своем абстрактном значении. Он может описать в нескольких словах, что под этим подразумевается, хоть и неспособен передать мир во всей конкретности: разум не может описать мировоззрение, но может объяснить, что он подразумевает под этим, недоступным описанию.


92. Концепция - еще не мировоззрение, но это ответ на вопрос “что есть мир?”, тогда как мировоззрение не задает вопросов и не является ответом. Мировоззрение - это интуитивное отношение к миру, но лучше сказать, что это - самобытие мира, его самопребывание, потому что слово “отношение” заранее предполагает нечто противопоставленное миру, тогда как мировоззрение в своей сути внесубьектно. Это - то, что ум называет гипотетический (для ума) внесубъектной концепцией (тотус) или предельной мир-Концепцией, которая уже не есть концепция, так как не является чьим-то описанием мира. Потому внесубъектная концепция не может быть реальной концепцией, она - гипотеза о некоторой высшей реальности (безусловности), которая не есть отношение, а самопребыванием мира в себе, не исключающее его самоосознания. Это и есть мировоззрение в чистом виде - воззрение мира на себя, - которое мы, желая осмыслить, превращаем в наше воззрение на мир и подменяем концепцией мира.



Внесубъектность (тотус), мысля достаточно строго, разум не может даже назвать бытием, так как нет никого, что мог бы это бытие засвидетельствовать. Потому, спрашивая о бытии мира, мы в последней инстанции отвечаем, что мир - это концепция.

На примере взаимодействия понятий “мировоззрения”, “концепция”, “Мир-Концепция” видно, как на грани само-мироосознания фиксированные определения становятся невозможными.


93. Мир как концепция (Мир-Концепция) - это не умозрительное построение, модель или структура. Это - видение мира во всех аспектах, это представление о мире, включающее все “мое” мировосприятие, являющее для “меня” веримой реальностью. В “мою” концепцию мира входит только то, что для “меня” в данный момент несомненно. То, в чем “я” сомневаюсь, входит в концепцию не как факт, а как сомнение в этом факте, которое тоже является элементом “моего” мира.


94. О равнозначности (параллельности” концепция можно судить только с позиции некоторой сверхконцепции, достаточно полно их объединяющей. Привычная человеческая ошибка - судить об одной концепции с позиции другой (“со своей колокольни”). В реальных случаях параллельными бывают только достаточно узкие и не слишком важные подконцепции. Состояние, в котором две (или более) полные (исчерпывающие) концепции воспринимаются как параллельные, (пока) следует признать (в полисе) весьма маловероятным.


95. Каждый субъект возникает и живет в пределах некоторой концепции, является её олицетворением. Находясь в пределах концепции, он не принимает правду о мире, что служит стимулом саморазвития концепции, её стремления к полноте.


96. Даже понимая (умом) концепцию панконцептуального мира, мы с трудом избавляемся от чувства, что “вот это, наконец, то, что есть на самом деле”. Однако именно эта концепция способна привести к пониманию, что всякое “на самом деле” - понятие фиктивное. Нужно только удержаться от вопроса: “На самом ли деле нет никакого “на самом деле”?”.

Нет никакого “НА САМОМ ДЕЛЕ”. МИР - ЭТО ТОЧКА ЗРЕНИЯ, ХВАТАЮЩАЯ САМОЕ СЕБЯ.


97. Еще раз: как удержаться от вопроса “так значит всё это только мне кажется и даже если я сам себе кажусь?”?

В том-то и дело, что Мир-Концепция только в некоторых аспектах напоминает классический солипсизм (все же утверждающий свое солипсистское “на самом деле”). Ведь не говорите же вы, что самом деле шахматы - эти никакие не шахматы, а всего лишь обработанные кусочки древесины.

Как удержаться от вопроса “так значит, на самом деле никакого “на самом деле” нет?”?

Над этим полезно поразмышлять: НА САМОМ ДЕЛЕ НЕТ НИКАКОГО “НА САМОМ ДЕЛЕ”, ВКЛЮЧАЯ И ПРЕВОЕ.


98. Различным уровням условности соответствуют уровни сознания, заключенные друг в друге (принцип “матрешки”).

Более безусловный уровень отличается от соседнего дереализацией какого-либо представления и разграничения. Например, на одном уровне есть внутреннее и внешнее как реальность, на другом это только условность, правила игры: в сознании содержится множество объектов, часть которых определяется как внешние, часть - как внутренние.

99. Что такое дереализация? Это признание условности чего-либо и игнорирование в связи с этим его реальности. Например, бумага с некоторым количеством типографской краски имеет более безусловное бытие чем текст. Потому использование такой бумаги не для чтения будет дереализацией текста.


100. Всегда можно найти уровень (точку зрения), где данное явление не является реальностью Ни о чем нельзя сказать, что оно существует на самом деле. Можно сказать только то, что оно существует в одних аспектах и не существует в других. Кроме того, в разных аспектах оно существует в разных качествах: как реальность, как умозрение, предположение, галлюцинация, фантазия, возможность и т.п.

Само бытие как таковое имеет вариационную (разнопозиционную) природу. То же относится к любому утверждению, умозаключению, предположению, закону, принципу. Утверждая или отрицая что-либо, мы всегда берем один аспект из множества возможных. Обо всем можно сказать, что оно существует в таких-то аспектах в определенных качествах и не существует в других аспектах и других качествах.


101. Если нечто существует хотя бы в одном аспекте, значит оно уже обладает некоторым бытием.


102. Всякое мнение истинно в своем аспекте, так как выражает некоторое веримое бытие.

Нет мнений (концепций) верных ил неверных, а есть только имеющие больше или меньше сторонников. На уровне субъекта реальность мнения может определяться числом сторонников (подтверждающих), но может от него не зависеть и даже зависеть обратнопропорционально. Иногда лучшим подтверждением является всеобщее несогласие.


103. Подтверждающие необходимы только до известной степени сознательности (самобытия, веры в себя) субъекта.


104. В отношении концепции можно сказать, что когда наступает зрелость, отпадает необходимость множества подтверждающих субъектов, а потом и в субъекте-носителе. Они рассматриваются (на этом уровне) как условности, как средства самоутверждения концепции.


105. Наступит момент, когда субъект узнает (убедится), что существует не во времени, а в вечности; что-то что безусловно существует, не есть субъект, и что множество сменяющих друг друга субъектов - лишь средства его самовыражения.

Совершенствуясь, концепция находит возможность признать условность самого времени. В ней возникает представление о вечности как “единовременности” всех фаз её (концепции) становления. Все её моменты существуют уже сейчас в существующих аспектах.


106. Представим себе ВСЁ как вариационное многоаспектное образование имеющее в разных своих “местах” все возможные концепции и фазы их развития - то есть все возможные миры. В нем нет пространства и времени, но есть возможности пространств и времен, которые становятся реальностями внутри себя, - с внутренних точек зрения, размещенных в пределах этих возможностей.

Оно не имеет никакого “устройства”, не является структурой, хоть и содержит в себе возможности всех устройств и структур.


107. енее всего я хочу признания моей правоты. Тот кто согласится: “да, он прав, так оно и есть на самом деле”, засвидетельствует тщетность моих усилий. Не многим лучше, если он скажет “а ведь действительно, что за нелепое понятие “на самом деле”!”.

Этот текст - скорее спектакль, чем поучение. Я устроил этот фейерверк для того, чтобы осветить темные уголки сознания, где прячутся ошибки.

Мне лучшая награда, если бы читатель (хотя бы на время представления) вовсе забыл об этом “на самом деле”, - смог пожертвовать своими благоприобретенными истинками. Ибо в свете Истины все истинки оказываются заблуждениями.


108. Ты спрашиваешь: какова причина всего, что есть сейчас? Откуда берется, из чего строится концепция, если нет ничего другого? Ответ на этот вопрос содержится в самой концепции. Каждая концепция отвечает на него по-своему. Вне концепции нет вопроса, нет и ответа. Само понятие о причине - явление концептуальное.

Мир есть концепция, в которой содержится представление о происхождении концепции, но оно не является чем-то внешним по отношению к концепции, а включено в неё как часть содержания. Причина концепции содержится в самой концепции. Концепция сама себя порождает, развивается, живет своей жизнью.

Аналогично (или тавтологично): нет ничего вне настоящего момента. Если в настоящем моменте возникает мысль о предшествующем, то этот прошлый момент включен в настоящий как представление о его причине.


109. Первоэлемент мира, поскольку он есть хоть какое-то существование, уже есть существование для себя. Он - уже элементарное самовосприятие, зацикленность, субъект и объект. Он моментален как непроявленное “одно” и вечен как проявленное “два”. Точка может обрести хоть какое-то бытие, когда она становится кругом - бытием для себя.


110. Нельзя сказать, что первично - субъект или объект, бытие или сознание. Первична точка, возможность бытия, которая реализуется в единство субъекта и объекта - в круг, по которому течет время.


111. Это схватывание точкой самое себя, однако, не является полной самореализацией бытия, поскольку остается отделенность субъекта от объекта. Все дальнейшее бытие во времени есть попытка самореализации. Точка зрения (субъект) схватывает уже сам процесс схватывания, что можно представить как проявление третьей точки - вращение времени не по замкнутому кругу, а по спирали, знаменующей дифференциацию времени (превращение вечности во время). С другой стороны это представляется как замыкание вращающегося круга на себя в виде тора - усложнение картины мира.


112. Весь процесс бытия, всё его самоуглубление происходит от того, что ни в какой момент нет его полной и совершенной самореализации.


113. Пытаясь схватить себя, бытие-сознание усложняет картину мира путем самоопосредования, выделяя разные уровни субъекта. Ощущение бытия путем рефлексии превращается в ситуацию - непосредственное бытие мира для человека, и далее, умоопосредованное - концепцию мира.

Но на каждом уровне самовоспроизводится элементарный акт неполного схватывания точкой себя - разворачивание точки в окружность, оказывающуюся спиралью.


114. Опять, схватывая себя, мы вспоминаем, что все сказанное - тоже концепция, а не гипотетическая “реальность”.


115. Сознание неполной реализации заставляет субъект постоянно стремиться за пределы своей реальности, полагая запредельность. Так был создан мир-ситуация (мир предметов-образов) как “объяснение” мира ощущений. Далее мир, замкнутый в ситуации был разомкнут путём сотворения умозрительных миро-концепций, сменяющих друг друга в стремлении к полноте включающих друг друга запредельностей. За ними брезжит внеумственная запредельность, манящая полным пониманием мира, его причин, то есть завершением самореализации.


116. Но, как изначально не было ничего, кроме схватывающей себя точки, так нет ничего другого и теперь, и вся запредельность, весь скрытый механизм, все нумены - лишь её надежда на полноту бытия и предмет её творения. Все осознанные законы - продукт самореализации, все, еще не осознанное, - путь дальнейшего творчества. Иллюзия законов и нуменов - следствие неполноты самореализации, она входит в каждую сиюминутную концепцию мира, как и всё остальное.


117. Мир сейчас - это только бытующая сейчас концепция, включающая все свои возможности, если они уже осознаны хотя бы как возможности. То, что еще не осознано, проистекает из осознанного не как закономерное следствие, а скорее как импровизация, порождающая новые и изменяющая старые законы, вплоть до самых фундаментальных.


118. Любые два мнения равнозначны только в высшем внесубъектном аспекте. Для субъекта возможно преодоление взаимоотрицания мнений, но невозможно их реальное уравнивание.

Для субъекта существует одна концепция, в которой он живёт и действует, какой бы сложной и противоречивой она ни была. Умозрение других, альтернативных концепций ещё не делает их реальными, хоть и способствует (дает возможность) расширения существующей реальности-концепции.


119. На некотором уровне сложности (человеческого самосознания) концепция-реальность становится внутренне противоречивой в отношении к своему носителю - субъекту. Для субъекта это - противоречивое восприятие концепции, как бы неполное знание о ней, для концепции это - сознание неполной самореализации.


120. Противоречивостью концепции создается неоднозначность ситуации, что в субъекте проявляется как право выбора (воля).


121. В своем высшем (из доступных субъекту) смысле волевой акт всегда сводится к выбору не между равными (параллельными) альтернативами, а между низшим и высшим, организмом и миром, человеком и Богом, субъектом и концепцией. Либо я (субъект) выбираю (считаю более важным, подчиняю этому свои действия и мысли) нечто, включающее меня, породившее меня, признавая, что я создан не случайно, а с определенной целью, что я наделен миссией, которую обязан исполнить; либо я считаю себя случайным образованием, и даже признавая высшее, я осознаю его недостаточно глубоко, так что способен утверждаться в своей (мнимой) независимости. В первом случае я стараюсь жить “правильно”, во втором “приятно”. В первом случае я починен одной цели, я обретаю цельность и этим уже приобщаюсь к Единству. Во втором я живу сиюминутными случайными желаниями, яотделен от всего, я сам по себе, я свободен. По крайней мере, мне так кажется, пока я не задам себе вопрос: “что во мне свободно? Что пользуется свободой и для чего?”.


122. С позиции концепции альтернатива выбора иллюзорна, и оба варианта - необходимые фазы развития концепции, разные уровни её самоосознания. Но эта иллюзорность человеком может быть воспринята лишь умозрительно. Воля и выбор для него - живейшая реальность (такова концепция). Он не может отказаться от выбора, пока не откажется от себя.


123. Осознав себя зрителем в театре, ты сможешь посмотреть на всё со стороны, но пока ты актер - ты должен играть свою роль.


124. Человек - это состояние дуальности, или, лучше сказать так: возможность дуальности (разделения, противопоставления) во всеобщем Единстве называет себя “человеком”.


125. Дуальность существует только в позиции дуальности. С позиции Единства существует только Единство.


126. Нейтрализуя дуальность объединяющим третьим, человек приходит к Единству через Триединство.


127. Внесубъектная фаза Концепции (тотус) - это отсутствие воли и выбора, это высочайшее сознание без самоосознания, это освобождение от рефлексии, признание её мнимостью, самообманом (дереализация).


128. Всякое выражение (отражение) есть искажение (обман). На внесубъектном уровне (в тотусе) становится ясно, что сами понятия “выражать” и “отражать” - самообман. Принимая следствие за выражение, мы производим неправомерную подмену. Слово в той степени “выражает” предмет, как следствие - свою причину (или причина - следствие).

Такая подмена лежит в основании интеллектуального отношения к миру - интеллектуального уровня Концепции, который называют (который называет себя) самоосознанием, знанием о себе.

Знание есть подмена предмета его выражением, конечная цель которой - исчисление ситуации без её реализации. Отношение знания к своему предмету - такого же рода, как отношение перфорации для программного управления станком - к обрабатываемой детали.


129. Не следует всякую структуру полагать интеллектуально воспроизводимой. Интеллект работает не со структурой (концепцией), а с её символическим выражением (описание). Потому его операции не мгновенны и недостаточно точны (конкретны).

Для другой фазы сознания (концепции), которую условно можно назвать “интуицией”, характерно оперирование не символами, а самими ситуациями. Если смотреть с точки зрения интеллекта, то этот уровень представляется более “профессиональным” отношением к жизни - как пианист-виртуоз не задумывается, в какую точку клавиатуры поставить палец. (Это только аналогия: интуиция и профессиональный автоматизм сходны только на формально-поверхностом уровне рассмотрения; по сути они находятся по разные стороны сознательного мышления, автоматизм которого противопоставлен полной “автоматичности” (спонтанности) интуиции).


130. Представление об интуиции (и связанных с ней явлениях), как о чем-то бесструктурном, лежащем вне Концепции - ошибочны. Вне Концепции нет и не может быть ничего, как ничто не возможно без связи и взаимодействия с другим - вне Единства. Допущение иного излишне и бессмысленно, так как ни мы о нем, ни оно о нас не может иметь никакого знания или находиться в контакте иного рода (по определению): Части Единого Целого могут быть как угодно обособлены друг ото друга, но не абсолютно.


131. Бесконечные возможности Единого содержат любые фазы, формы бытия, как угодно трудновообразимые умом современного человека, однако всё, что может быть названо существующим или возможным, включено в Единство мира, в его предельную Концепцию.


132. “Тот кто сделал выбор, не мог выбрать другого”, - это высочайшая точка зрения, и человеку (не “ставшему Богом”) она недоступна. Сколько бы он ни уговаривал себя таким образом, это не избавит его от страданий.

Пока есть самоосознающий субъект, существует его мнение о себе, которое, естественно, для него весьма важно (еще раз: при наличии самоосознания). Поэтому всегда существует выбор между “я хорош” и “мне хорошо”, пока не достигнута точка высшей религиозности: “мне хорошо тогда и только тогда, когда я хорош”. Собственно, так есть всегда, необходимо только осознание этой истины.


133. Критерий самооценки - это отношение концепции к своему носителю - субъекту (и к себе через него). На полисубьектном уровне (в полисе) этот критерий может в некоторой степени определяться социумом, но никогда не полностью, поскольку самоосознание - это отделение “себя” от “них”, своей концепции от общественной. Кроме того, социальная концепция не имеет иного бытия, кроме как на уровне слова, в субъекте же всегда присутствуют более глубокие слои самобытия.


134. В моносе этический самооценки превращается в эстетический. Чем выше самосознание, тем более субъективно чувство прекрасного, тем более неприемлемым (сомнительным) общепризнанные стандарты.

Не “хорош” и “полезен” в общепринятом смысле, но “прекрасен в своих глазах” - вот идеал самооценки и критерий правильного выбора.


135. Можно отрицать любые установки внешней этики, но внутреннее чувство прекрасного - непререкаемо.


136. В отличие от этического, эстетический принцип в высшей степени бескорыстен. Его благо только в нем самом (реализуется в чистом виде, когда не примешивается красование перед другими).


137. Продолжая акт миротворчества, человек стремится сотворить свою жизнь прекрасной.


138. Эстетическое чувство - это индикатор (проявление) глубочайшего соответствия (адекватности) субъекта - своей концепции (мировоззрению), или, точнее, - соответствия концепции и её субъекта.


139. С высшей внесубъектной позиции (в тотусе) никакого несоответствия быть не может. Это значит - видеть мир как абсолютную гармонию. Здесь становится понятным, что делить мир на прекрасное и безобразное было заблуждением. Но заблуждение нельзя опровергнуть изнутри самого заблуждения (невозможно доказать невозможность в пределахневозможности).


140. Покуда существует человек как самоосознающая единица (фаза, уровень Концепции), он будет делить мир (и себя) на прекрасное и уродливое, страдать от уродливого, благоговеть перед прекрасным. Тем и определяется путь человека - путь к торжеству прекрасного.


141. Власть, свобода и прочие блага нужны лишь постольку, поскольку субъект ощущает уродливые стороны мира. Тогда в конечном счете это - власть и свобода творить прекрасное, но мы часто забываем об этом и средство принимаем за цель.


142. Субъект возникает внутри концепции как её носитель и созидатель. Чувство дисгармонии - необходимый двигатель, заставляющий его совершенствовать свою концепцию мира и себя (себя и мир). Это - чувство неполной реализации, направляющее концепцию к завершенности, Гармонии, Свету. Мы называем эту цель “Гармония и Свет”, хотя ТАМ где нет подобных дефиниций, это может быть чем-нибудь другим.


143. Много спекуляций было построено на “высшем неразличении”, чтобы оправдать вполне различимую неблаговидность. Нужно хорошо уяснить себе, что тот, кто различает не может по желанию стать неразличающим, - для человека это может быть только позой.

“Какая разница, творить зло или добро, если в высшем смысле все едино, если добро и зло относительны?” - все это - уловки “дьявола”. Тот, кто так говорит явно хочет прикрыть зло. Кто творит добро, так не скажет. “Может быть, заставляя его страдать, а принесу ему пользу более высокого качества, “сжигаю его карму”, даю возможность “искупить грехи” и вообще приближаю к совершенству”. Посему преклонимся перед преступником, берущим на себя грех ради совершенства человечества.

Когда ты достигнешь высшего совершенства и сможешь видеть мир как абсолютную Гармонию, возможно, мы будем на тебя молиться. А пока - не лги себе и другим. Ты прекрасно знаешь, что в тебе красиво, а что уродливо.


144. Выбор зла считают ошибкой, результатом неведения. Человек, якобы, потом узнаёт, что выбрал не лучшее из возможного. Если же он заглянет в себя с предельной внимательностью, то поймет, что не “узнал”, а только убедился в правоте того глубокого чувства, которого ослушался по слабости духа.


145. Не имеет смысла вникать в происхождение чувства внутренней моральной необходимости - это вопрос частной модели. Для тех, кто не видит в совести внесоциальной составляющей, замечу, что именно высший внутренний долг часто инициирует антисоциальные выступления, а всеобщее несогласие для выдающихся личностей служит лучшим подтверждением правоты.


146. Мир есть концепция и только концепция. Он именно таков, каким ты его видишь. Когда ты узнаешь о нем другое, он станет другим. То, что для тебя сейчас очевидно, и есть твой очевидный мир. То, что умозрение или гипотеза, и есть умозрение или гипотеза.

Если ты хочешь, чтобы другие приняли за истину то, что для тебя пока еще только предположение, ты занимаешься обманом, учишь тому, во что не веришь сам, - ради какой-то (высшей ли?) выгоды.

Чем ты можешь руководствоваться, в реальность чего ты веришь, тем ты и проверяешь свои поступки, - тем, что реально для тебя самого, а не тем, что ты придумал, чтобы обмануть других.


147. “Почему я должен страдать, выбирая зло, если моя воля иллюзорна:” - спрашивает человек. Потому, что пока ты человек, эта иллюзорность очевидна. Ты в неё хочешь верить, ты её придумываешь для самооправдания, но ведь все равно страдаешь. Страдание и сознание сотворенного зла (неправильность выбора) неразделимы, - это скорее два имени одного, чем две отдельные сущности.


148. Субъект и его подобия - неразделямые звенья самовыражения Концепции. Концепция утверждает себя в субъекте через свидетельство его подобий - “других”. Всякое отрицание или умаление этого подобия, всякое деление на “мы” и “они” ведет к разобщенности мира, замедляет движение Концепции к универсальности, удаляет от истинного Единства, Гармонии, Света.


149. Всякая частная Концепция (как одна из многих возможностей) ограничена во времени и других измерениях, причем тем ограниченнее, чем она уже конкретнее.

Потому в Концепции любого масштаба (в её ситуациях) рано или поздно возникают (обнаруживаются) флуктуации - отклонения от законов, принятых правил игры. Это одно из проявлений принципа запредельности.

Флуктуации показывают пределы применимости старой концепции и служат основанием для развития новой, более широкой, включающей в себя старую как частный случай.


150. Концепции, как и всякой бытующей сущности, свойственна тенденция самосохранения - необходимое следствие факта бытия. Поэтому происходит не резкая смена концепций, а замена некоторых частей, обновление, расширение, - в общем перерастание старой концепции в новую по принципу необходимого и достаточного.

По мере просачивания запредельного (в данной концепции необъяснимого, “неструктурируемого”) концепция вначале отвергает его, закрывает на него глаза (клеймит как “суеверия”, “мистику”, “паранауку”), затем посредством натяжек и допущения пытается включить его в себя, - до тех пор, пока деформация не приведет к замене существенных законов и принципов.


151. Вторжение запредельного (флуктуации) начинается с искажения восприятия одного субъекта. Странное, не вписывающееся в концепцию вначале обозначается словами “галлюцинация”, “бред”, “больное воображение”. Так проявляется сопротивление концепции.

Но напор запредельного продолжается. Тогда речь идет уже о “массовых галлюцинациях”, “не всем доступными” явлениями.

По мере увеличения числа подтверждающих (“других”) новые явления становятся всё более реальными, концепция все более смиряется с необходимостью перемен и работает над тем, чтобы сделать эти перемены наименее болезненными. Тот же процесс на более безусловном уровне представляется как расширение массового галлюцинирования.


152. В таком освещении вопрос о том, существует ли явление “на самом деле”, лишен смысла. Оно превратится в реальность (квазиобъективность) по мере того, как галлюцинация из единичной станет массовой и затем всеобщей.


153. В концепции современного человека такой реализации способствует корректно поставленный эксперимент. С точки зрения науки, эта деятельность направлена на выяснение истины. С более безусловной (внешней) позиции наука - это наиболее популярный в наше время способ экспансии галлюцинаций, массовый гипноз.


154. На уровне субъекта происходит следующее. Сначала он обнаруживает нечто странное. Если флуктуация достаточно сильна, то он получит подтверждение от “других”, которые на уровне субъекта - такие же видимости, иллюзии, как и всё прочее, но которые в силу подобия (равнозначности) субъекту способны подтверждать друг друга и все остальное, укрепляя для субъекта его веримую реальность.

В соответствии с некоторыми концепциями можно сказать, что если субъект (исследователь, первооткрыватель) обладает достаточным количеством “личной силы” (способности в внушению или просто независимости восприятия), он внушит свою галлюцинацию другим, сделает её массовой.


155. На уровне коллективного сознания это называется познанием новых граней мира. С такой точки зрения процесс выглядит прогрессивным - “расширение наших представлений”, “приближение к Истине”. Извне этого уровня видно, что смена концепций есть реализация возможностей Всего, из чего совсем не следует, что следующая возможность чем-то лучше (“прогрессивнее”) предыдущей.


156. Причина иллюзии прогресса: мы знаем о том, новом, которое узнали, но мы незнаем о старом, которое при этом забыли (не знаем, потому, что забыли). Прогресс виден только в пределах некоторых концепций, вне их он оказывается иллюзорным.

Возможен прогресс субъекта, оцениваемый в пределах концепции, но проблематичен прогресс самой концепции, так как критерии оценки всегда будут продуктом новой фазы, а не старой. По той же причине невозможно оценить прогресс всей совокупности субъектов в целом.

Как видно, понятие “прогресс” теряет смысл, если его применить к системе изнутри.


157. И тем не менее, бытующая концепция представляется себе развивающейся во времени, совершенствующейся, стремящейся к полноте, универсальности. Почему это так, нетрудно понять, представив себе обратное.


158. Если концепцию рассматривать как структуру, а концептуальность как принцип структурности, то применение принципа запредельности требует признания чего-то абсолютно бесструктурного, принципиально неструктурируемого. Но следует рассмотреть, каким родом бытия могло бы обладать это “нечто”.


159. Никакое конкретное явление ни в какой момент не может быть признано абсолютно неструктурируемым, а только - пока неструктурированным. Концепция будет продолжать работу над собой, пока не станет пригодной для принятия явления в свою структуру.


160. В то же время достаточно емкая (высокосознательная) концепция, исходя из принципа запредельности может допускать (продуцировать) бесструктурное в пределах своей структуры. Этому способствует осознание панконцептуальности мира: если концепция не отражает, а творит реальность, она вполне может (для неё желательно, интересно) реализовать любые свои крайности, например, островки бесструктурности - зоны отдыха от законов.


161. Следует отдавать себе отчет в том, что внутри предельность и запредельность неравнозначны и неравноправны. Запредельность не является механическим отрицанием внутрипредельных принципов. Её отношение к внутрипредельному не описывается внутрипредельной логикой. Граница между ними односторонняя. Она существует только с внутренней стороны, так же как и само понятие “запредельность”. Внутрипредельное тождественно себе внутри себя, запредельное для себя не существует (как запредельное).


162. Запредельное изнутри пределов представляется как нечто более общее, включающее пределы как частность. Однако структура никак не может быть частным проявлением беструктурного. Потому последнее не является запредельностью структуры (такой вывод механистичен), запредельностью структуры может быть только другая структура, более общая.


163. Между структурным и принципиально бесструктурным не может быть границы, поскольку бесструктурное есть полное небытие (то, что не существует) с любой возможной точки зрения. Граница может разделять два “нечто”, но не “нечто” и “ничто”.


164. В концепции, которая допускает в себе бесструктурное, это - момент отказа от себя, отрицание концепции, - гипотеза о смерти, небытии.

Панконцептуализм как таковой не имеет запредельности, он исчерпывает всё. Это - запредельность самого принципа запредельности, область где он не работает. Это можно объяснить тем, что принцип запредельности примерно равносилен принципу панконцептуализма, и один из них не может обуславливать другой.


165. Естественно, что под концепцией нельзя понимать только логическую систему взглядов. Концепция - это то, что предполагается за границей ситуации и включает в себя последнюю как свою конкретизацию. Концепция - это любая (а не только логическая или логизируемая) система связей, позволяющая сохранить целостность мира.

На уровне субъекта это - представление о мире, модель, позволяющая проявить активность, то есть прогнозировать ситуацию и влиять на неё.


166. Полная пассивность сознания - “созерцание без интерпретаций” позволяет свести концепцию к ситуации и далее - к факту, сознанию (элементарному ощущению). В пределе должно быть нечто абсолютно не дифференцированное, бесструктурное, “ничто”, но поскольку “ничто” не имеет никакого бытия, этот предел абсолютно недостижим ни для кого (ни для какой концепции).


167. Путь освобождения от условных уровней бытия приводит к абсолютному бытию возможностей, вместо “ничто” - Всё, вместо абсолютного отрицания - абсолютное утверждение, поскольку абсолютное отрицание есть абсолютная нереальность, а абсолютное утверждение - абсолютная реальность.


168. Нелогизируемые реальности представляются разуму бесструктурными, однако они обладают структурой (внутренней организованностью) иного рода. Если есть точка зрения, признающая их (этих реальностей) бытие, то она должна находиться в некоторых отношениях с элементами этого бытия, а это уже структурность, хоть в ней могут отсутствовать некоторые привычные нам (и кажущиеся необходимыми) параметры, например, пространство, время, причинность.


169. Абсолютная взаимосвязанность (детерминированность) мира - для нас гипотетическое предельное состояние и рабочий принцип, позволяющий (стремиться) включить в структуру любое событие, а не разводить перед ним беспомощно руками. Он принят нами только из практических соображений: он продуктивен, в то время, как допущение случайного, бесструктурного, хаоса ставит перед сознанием непреодолимый барьер.

170. Не веря в справедливость людей, сжалься над собой: оставь себе хотя бы веру в высшую справедливость.


171. Справедливость может иметь реальность только как вера в высшую справедливость. Человеческая справедливость - фикция. Нельзя предъявлять одинаковые требования к больному и здоровому, нельзя давать одинаковые права разумному и дураку. Все люди в разной степени здоровы или больны, умны или глупы, низки или благородны. Все они - разные. О каком же равенстве перед законом можно говорить? Можно только верить в равенство потенциальное , равенство перед самым высшим, равенство по большому счету. Но оно неисчислимо умом.


172. Человеку дано право на доброту и любовь, но творить справедливость - самообман человеческой гордыни.


173. Говоря о неописуемой, нелогизируемой структуре, мы как бы утверждаем, не данную субъекту объективность. Однако не следует забывать, что здесь имеется в виду мир возможностей, а не действительность, - потенция, мечта, если хотите, но мечта в силу некоторых условий - необходимая.


174. Так мы верим в Бога, Единство, Высшую Гармонию и Справедливость не потому, что полагает их “объективно” существующими, а скорее по тому, что такой веры - плохо, что неверие - неприятно, потому, что неверие в высшее - это неверие в свои возможности.


175. Если подойти к вопросу прагматически, то можно сказать, что неверие непродуктивно, оно не дает критериев правильности пути, движения, не дает возможности развития, совершенствования. Если же посмотреть глубже, такая вера есть внутренняя необходимость. Те, кто выбирают другое, знают, что предпочли не то, ненастоящее, неистинное. Естественно выбирать то (пусть даже предположение), которое дает надежду, а не лишает её, повышает устойчивость сознания, служа ему опорой, а не создает внутреннийдискомфорт (эмоциональный прагматизм).


176. Это объяснение весьма важно. Всегда следует помнить, что нумен - это только модель, гипотеза, возникшая в силу некоторых причин и принятая только по тому, что она в некоторых обстоятельствах оказалась более приемлемой, чем другая.


177. Всякий выход за пределы бытующей концепции мира неизбежно порождает кажущиеся противоречия, поскольку, снимая некоторые ограничения, совмещает то, что ранее считалось несовместимым. Корпускулярные и волновые свойства микрочастиц кажутся противоречивыми только в силу традиции (так же сочли противоречивым сочетание твердости и прозрачности те, кто никогда не видел стекла и льда): то, что в микро мире нормально и элементарно, кажется нам противоречивым только по тому, что на языке макромира нет соответствующего понятия.

Аналогично, преодолев некоторую косность, примат материи и примат сознания мы можем принять не как взаимоисключающие, а взаимодополняющие свойства мира.


178. ВСЕГДА МОЖНО НАЙТИ ТОЧКУ ЗРЕНИЯ, В КОТОРОЙ ПРЕКРАСНО УЖИВАЮТСЯ ЛЮБЫЕ (КАЗАЛОСЬ БЫ) ВЗАИМОИСКЛЮЧАЮЩИЕ МНЕНИЯ.


179. Положительно всегда не равнозначно отрицательному. Симметрия - это упрощенческий самообман, как оказывается при более пристальном исследовании. Даже в математике проявляется асимметрия положительных и отрицательных чисел, если возвести ихв четвёртую степень.


180. Когда мы говорим о (якобы) взаимооисключающих противоположностях (например, необходимость выбора и, вместе с тем его иллюзорность), всегда имеются разные аспекты (уровни, точки зрения) их проявлений.


181. Противоположности, взятые в своих (разных) аспектах, уже не являются противоположностями.


182. Противоположности возникают только на определенных уровнях мышления в результате неспособности увидеть многоаспектность проблемы. Противоположности и их борьба - следствие недостаточно глубокого осмысливания. Борьбу двух сущностей (сил, лиц или кланов) можно уподобить борьбе двух кукол, ведомых одним кукловодом.

Диалектика - один из способов взаимодействия с миром (описания, исчисления ситуации), не от природы мира, а только от ума на некотором ограниченном уровне сознательности.


183. Расставив все сущности и явления по соответствующим аспектам (степеням и формам обусловленности), мы увидим абсолютную Гармонию, высшую красоту, в природе которой нет места конфликтам и противоречиям, хотя таковые имеются (как и всё прочее) в определённых местах и аспектах, - скорее как элементы картины, чем её реальный материал (краски, холст).


184. Там нет места отрицанию, а потому этот мир - само утверждение (как видится нам, классифицирующим).

В мире нет отрицания. Слово “нет” - обман нашего словесного уровня восприятия (описания) мира. Истинная природа Единого бытия - абсолютное утверждение.


185. Конфликт между человеком и миром во многом обусловлен принципиально неверным подходом к его описанию (восприятию). В природе нет слова “нет”, нет отрицания.

Там всё есть, а то чего нет, додумываем сами. Язык в котором отсутствует отрицание (абсолютно-утверждающий язык), должен явиться основой новой фазы бытия, более высокой степени единства человека (ли еще?) в мире.

186. Чем ближе к Истине, тем в большие противоречия впадает наш несовершенный язык.


187. Непротиворечивость не есть необходимый принцип описания мира (концепции). Она - только следствие самосохранения системы, именуемое “логикой”.


188. Часто ложь кажется правдоподобнее самой правды. Ложь заботится о правдоподобии, а правде до этого нет дела.

Непротиворечивая система - это лишь правдоподобие. Честнее противоречить себе и традиционной логике, чем грешить против Истины.


189. К истине ведет не разрешение и примирение противоречий (чреватое натяжками и деформациями), а устранение корня всякой противоречивости - антитезности мышления.

В природе нет отрицания. В наших силах привести язык и мышление в соответствие с природой. Для этого следует исключить всякое отрицание, создать абсолютно-утверждающий язык. Обновление слова, есть обновление мира.


190. На примере бесструктурного (как противоположного структуре) можно видеть, какую опасность таит в себе всякая огульная диалектика. Нужно всегда учитывать возможность попасть во власть принципа.

Ни один принцип не абсолютен, каждый имеет исключения (запредельность). Сознательное отношение к принципу анитезности показывает, что противоположности неравноправны, неравнозначны, а часто и неравнореальны.


191. Всякий принцип (определитель), определяющий положение элементов в структуре Концепции на одних уровнях, на других сам становится элементом структуры. Это относится и к принципам, разделяющим уровни даже в самых высоких аспектах (например, разделение на три основных аспекта - полис, монос, тотус - дереализуется в тотусе).

Если учесть, что такая двойственность свойственна принципам вариационности, вероятности, относительности, а также континуальности, то станет понятным, почему самобытующая структура Концепции не может быть исчислена интеллектом, которому доступны только отдельные отражения (искажения) некоторых её срезов.


192. Ясно, что ни один принцип не может быть абсолютным. Абсолютизация принципа есть подмена живой сущности самобытующей Концепции мертвым её слепком, отражением среза по данному принципу.

В этом плане следует различать автоматическое поведение мертвых механизмов (действующих по схеме косных установок) и спонтанное самопроявление жизни.


193. Жизнь в самой себе есть Абсолют, Мертвое не противоположно Жизни, - это её объекты, представления, средства самопроявления, саморефлексии, её срезы, склепки, отпечатки, мазки.


194. МЁРТВОЕ ИМЕЕТ БЫТИЕ ТОЛЬКО В ОТНОШЕНИЕ К ЖИВОМУ.


195. Живое - абсолютно самосущное, и только рефлексирует (пытаясь схватить себя) оно разделяется на субъекты и объекты: множество мертвых объектов в восприятии абсолютного субъекта, затем мертвые и условно-живые объекты, соотнесенные с относительными субъектами - таково самовыражение жизни, самозацикливание Концепции. Это - точка зрения, схватывающая самое себя.


196. В полисе различают множество живых сущностей и множество неживых.

В моносе неживое - это обьекты-представления, существующие в поле сознания абсолютного субъекта.

В тотусе всё - части единой живой структуры.


197. Единый субъект отдает часть своей жизни бытующим объектам - существам, как бы оживляя их и омертвляя себя в мертвую форму, втискивая себя в мертвую форму подобного существа и частично подчиняя себя другим мертвым программам-принципам.


198. В этом смысле жизнь как бы противопоставлена бытию, то есть своим объектам, тому, что существует, имеет бытие по отношению к своим объектам, тому, что существует, имеет бытие по отношению к субъекту, который свое бытие может обнаружить только при отождествлении себя с мертвым объектом: чтобы увидеть себя, надо стать объектом, объектировать себя.


199. В высшем наиболее безусловном смысле Всё есть Жизнь, нет ничего мертвого.

Жизнь проявляет себя в структуре Концепции, Жизнь обнаруживает себя в сознании живого существа, все содержание сознания которого вместе с его самозацикливанием - это и есть структура Жизни.


200. То, что через “меня” чувствует, мыслит, сознает, - это и есть Жизнь. Или Бог, если хотите.


201. Пытаясь представить себе предельную Концепцию, мы исходим не из представления о высшей реальности (“какова она есть”), а из представления о высшей возможности, что вполне уместно назвать “сверхреальностью”, ментальное видение которой основано на гипотезе (мечте) о том, какой она может (и не может) быть - какой она “должна бы” быть.


202. Метафизика (философия в высших аспектах) - это наука (ли?) фантастическая, живущая возможным, а не действительным. Скорее это мечта в своей высшей абстракции, вечная мечта или мечта о вечной мечте.


203. Всё реальное - конечно, лишь мечта, возможность может быть вечной. Потому смертны те, кто для себя слишком реальны, самоочевидны. Потому не бессмертны те учителя, которые в своей гордыне выдают себя за то, что есть “на самом деле”.


204. Спрашивая, как устроен мир, мы заранее предполагаем устройство определенного рода, а именно устройство физическое, которое в лучшем случае сводится к структуре пространственно-временных форм. Тем самым мы программируем ответ, втискивая его в рамки формальных отношений.


205. Но устройство мира как Целого должно заключать в себе не только физические, но и метафизические принципы: в него должны быть включены не только свойства объекта познания, но и категории познающего сознания и познавательного процесса: такие понятия, как абсолютное - относительное, реальное - идеальное, конкретное - абстрактное, истинное - ложное и т.п. должны быть включены в общую структуру мироздания в качестве его важнейших элементов-определителей.


206. Завершенный Мир-Концепция тождественен Единству бесконечных возможностей, в нём все условно (пейзаж, а не холст). На каждом новом уровне возможностей всё новые реалии оказываются лишь правилами игры, даже время оказывается только словом, а слово - только звуком.

Это можно представить себе настолько глубоко, насколько сознание способно удалить из себя слово и понятие “я”.


207. “Я” - это ключевое слово рефлексии, разделения, самозацикливания Концепции, это имя самообмана самосознания, - беса гордыни, противопоставляющего вас миру, лишающего Единства и обрекающего на одиночество.


208. Вне отношения к субъекту всё оказывается самим собой - разными позициями взаимообусловливания возможностей в бесконечномерной системе определителей (“координат”). Причем всякая условность, являясь бытием в одном аспекте, оказывается определителем в другом.


209. Разумеется, слово трудно изъять из сознания, но его можно дереализовать путём внимательного осознавания. Тогда окажется, что нет никакого феномена, соответствующего звуку “я”.

Представь себе: мысль “я” оказывается просто звоном серебряных колокольчиков.


210. Дереализация “я” устраняет разделение на “я” и “не я”, делает его условным, из определителя превращает в рядовой элемент Структуры. Затем дереализуются все разделения (определители координаты), существующие только относительно субъекта: реальное - идеальное, конкретное - абстрактное, предмет - символ, расстояние и пространство утрачивают реальность (сравни стерео-кино). Можно дойти даже до дереализации времени, - тогда вчера-сегодня-завтра станут условными значениями, как странички календаря.


211. В древних методиках содержатся намеки, но нигде не освещается достаточно ясно простейшая вещь, так и не понятая теософией, заискивающей перед позитивной наукой. Планы бытия - они же планы сознания и главное их различие - в субъект-объектном отношении.


212. То, что теософы называют “Астралом” , есть полная или частичная дереализация реальности как понятия. Различие между внешним и внутренним, бытием и сознанием, там почти отсутствуют, как и само понятие “объективность”. Астрал можно объективировать только через физический план (который принято считать “объективной реальностью”) путем сопоставления телепатического контакта двух или более личностей.


213. В ментале дереализуется сам субъект, превращаясь только в понятие о субъекте. Чистый ментал - это внесубъектный аспект, где мысли - не суть мысли субъекта, а некие самобытующие образования (структуры). Эти высшие уровни ментала здесь названы “трансменталом” только в угоду бытующему мнению о ментале как о сфере интеллектуальных процессов, где мысли - это еще все-таки мысли, а не то (более безусловное), что за ними.


214. Трансментальное видение развивается от ментальной медитации (высшие формы размышления) через видение структур до непосредственного восприятия высших фундаментальных принципов (очевидность невыразимых или почти невыразимых абстракций, таких, как “вечность”, “бессмертие”, “совершенная Гармония”, “высшая Справедливость” и т.п.), достигая в пределе полного слияния со всеми аспектами мира.


215. Углубление планов бытия происходит за счет дереализации феноменов и реализации нуменов (переализация), но такое определение условно в той мере, в которой дереализуется само понятие “реальность”.


216. Чтобы концепция стала миром, она должна обрести статус веримой реальности, интуитивного представления.

Умозрительно можно представить себе любые концепции. Это значит немного, хотя то, что принято умозрительно, имеет больше шансов перейти в интуитивное представление. Это подобно процессу обретения навыка.


217. В своей концепции я чувствую себя естественно, ориентация на чужую (воспринятую лишь умозрительно) вызывает чувство неправильности.

Достаточно высокая сознательность позволяет разобраться, какова моя реальная концепция (каков я), а то, что мною воспринято поверхностно, не может служить основанием для моих действий.


218. Размышление и восприятие внешних учений может служить стимулом для расширения (изменения) концепции, хоть само по себе таким расширением не является.

Восприятие новых мыслей (через посредство текста, беседы или непосредственно) - способ самореализации концепции.


219. Этот текст не дает рецептов, он может только подсказать пути самоосознания, дающего возможность разработки для себя любых рецептов и технологий, если в них остаётся необходимость.


220. Кто жаждет рецептов правильной жизни, тот тяготится своим высочайшим даром - свободой воли, тот кто хочет переложить ответственность за свою жизнь на другие, более мощные плечи - учителей, пророков, философов. Однако это - тоже выбор, - выбор слабости, иногда хитро скрывающейся под видимостью силы. В высшем смысле это - только отсрочка правильного выбора.


221. В том ведь и смысл этого реального состояния бытия, именуемого “человеком”, чтобы, воспринимая мир как скопище противоречий, а себя как арену сомнений и не имея перед собой абсолютно-непререкаемого авторитета, всё-таки сделать свой выбор - правильный и прекрасный, достойный другого, идеального состояния, именуемого “Богом”, если (ещё) хотите.


222. Утешительно думать, что кто-то мудрый стоит за тобой и руководит твоими действиями. Из неверия в себя, чтобы утвердить свою правоту, ты моделируешь высокого покровителя.

В плане внесубъектности (но во временном аспекте) Мир-Концепция развивается как бы сама собой, что определяет все поступки и ощущения человека (ситуация), но это не имеет ничего общего со стоящим за спиной “человекообразным покровителем”, хотя для того, кто в это верит, так оно и есть.


223. Жизнь - это эксперимент, но никто не может сказать, удался он или нет.

224. “Смысл жизни” каждый находит для себя в своей частной концепции. В аспекте завершённой Мир-Концепции мир в настоящий момент есть то, что считается миром в настоящий момент. Также и смысл жизни есть то, что сейчас считается смыслом жизни.


225. Никто не может сказать тебе, что надо жить ради этого, а не ради другого. Каждый строит свою жизнь так, как он считает нужным. Каждый делает свой выбор самостоятельно.

Учителя и философы могут (и имеют право) помочь лишь в одном: сделать этот выбор более осознанным.


226. Понятно, что к завершенной Структуре неприменимы вопросы о “смысле” её существования, они уместны лишь в тех аспектах Структуры, где есть двойственность, выбор, цель, воля, то есть в сфере волевого бытия.


227. Вопрос о смысле жизни уместен лишь по отношению к себе. Тому, для кого это вопрос кажется сейчас нерешённым, имеет смысл сделать решение этого вопроса смыслом своей жизни.


228. Смотри на жизнь как на задачу, которую надо решить.


229. Затрудненность восприятия некоторых моментов Мир-Концепции проистекает из того (и свидетельствует о том), что интеллектуально-знаковая система не исчерпывает Концепцию, а, скорее, составляет её небольшую часть, некоторый уровень, аспект.


230. Невозможно стать человеком, узнавая о мире только по книжным описаниям, но можно стать неплохим роботом.

Человеческое сознание - это развивающаяся Концепция во всей её полноте, “сознание” робота - лишь некоторая её формальная часть.


231. Формально-логическое изложение (особенно в синтезе с элементами поэзии), воспринимаемое не буквально, а метафорически, может служить канвой для воспроизведения в сознании неформальных (интуитивных) уровней Концепции.


232. Текст достигает цели только тогда, когда он способствует уяснению интуитивных представлений (повышение интуитивной ясности).

Каждое слово для читателя обладает некоторой своей интуитивной ясностью. В результате взаимодействия слов в тексте интуитивная ясность может повышаться, а может и снижаться.


233. Задачей философского текста является уяснение интуитивного представления о мире, что достигается далеко не всегда, особенно если сам автор недостаточно ясно осознал предмет своего труда, пытаясь это скрыть за неоправданной терминологической и структурной усложненностью (что особенно характерно для современной европейской философии, тяжко страдающей недугом “высоконаучного” позёрства), тогда как достаточно простое и ясное изложение проблемы позволяет передать читателю то, что принципиально неформализуемо, невыразимо.


234. Со стороны читателя этому способствует многоаспектное, вариационное восприятие каждого момента текста. Всё парадоксальное и противоречивое должно быть использовано как наиболее эффективное средство для восприятия невыразимого.


235. В результате может быть достигнуто восприятие глубочайших невыразимых аспектов Мира-Концепции (трансментальное видение), в пределе - “видение Бога” - совершеннейшая гармония, охватывающая все уровни, все возможности. Такое видение не имеет ничего общего с чувственным и квазичувственным (галлюцинаторным) переживание. Мистики разных толков часто впадают в заблуждение, стремясь к видению почти в буквальном смысле (галлюцинаций и псевдогаллюцинаций). Таким способом можно увидеть только самые конкретные (низшие, наиболее условные уровни Мира-Концепции (даже если это - “образ Божий”).


236. Истинное “видение Бога” (а точнее самоосуществление завершенной Концепции во всей полноте) - это трансментальное видение - то, что “за” мыслями, а не впереди них - более абстрактное, а не более конкретное. Развитое ментальное видение делает эти области самых абстрактных принципиальных структур более “реальными” (конкретно, непосредственно воспринимаемыми), чем любой чувственно постигаемый феномен.


237. Единое как предельно полная Концепция проявляется в трёх ипостасях, представляющих самообнаружение Единого в трёх аспектах, или основных концепциях мира (полис, монос и тотус), в пределах которых возможно множество частных подконцепций (гипотез, моделей, версий, например, физико-механистическая, психологическая и др.).


238. Три высших концепции находятся в отношении взаимоподчиненности по принципу безусловности (что не делает их неравнореальными). Наиболее безусловная концепция (тотус) содержит в себе монос (как частность, ограниченную реализацией понятия субъекта, “я”); монос в свою очередь конкретизируется в полис (путём реализации представления о других, допустимых субъектах). Не исключен путь конкретизации Единого по иным принципам.


239. Различные частные модели (подконцепции) не подлежат оценке по критерию истинности. Кроме широты (всеобщности, абстрактности) они могут быть различаемы по критерию работоспособности (в данных условиях), полезности, целесообразности, определяемой с позиции концепции более высокого ранга.


240. Наиболее общий принцип целесообразности (правильности) определяется с позиции Единства, проявляя себя как иррациональное “чувство правильности”, “голос сердца”, совесть в высшем (внесоциальном, неформальном) смысле.

В общем, правильно всё, ведущее к Гармонии, к Единству (это - “от Бога”), обратное является обманом, заблуждением (“от лукавого”).


241. Не будет излишним напомнить, что эти различения правомерны только с позиции человека, с позиции дуальности, но обойти их (выбор) для человека невозможно. В высшем смысле “все благо, ибо всё от Бога”, но для человека это - лишь надежда.


242. Зло существует только для того, чтобы стало возможным высокое явление добровольного отказа от блага.


243. Воля - не только путь к цели, но ещё и расстояние.


244. ЧТО ДЕЛАТЬ? НАДО ИДТИ!


245. Если волю представить себе как разность потенциалов между реальным и желаемым, между внешним и глубоко внутренним (идеальное), промежуточные планы внутреннего можно рассматривать как реализационные механизмы воли и восприятия.


246. Слияние с Целым невозможно, пока воля не дереализована (пока она присутствует только в аспекте реальности).


247. Преобразование восприятия в реакцию в разных аспектах. Полис: внешние впечатления механизмом обработки восприятия абстрагируется до сопоставления с идеалом дальнего желания (“высокий идеал”) или ближнего желания (“низкий идеал”). В результате выбора вырабатывается решение, которое затем конкретизируется и осуществляется механизмом волеизъявления. Недостаток информации делает выбор невозможным и приводит к запаздыванию реакции до получения новой информации или изменения условий. В полисе организм рассматривается как автоматический преобразователь восприятия в реакцию.

Монос: здесь желание делается рядовым объектом созерцания. Что-то происходит во мне: один образ почему-то сменяет другой, вызывает третий, возникает чувство неудовлетворенности (желание) каким-то образом изменяет ощущение тела (движение тела), сменяются образы. Интерпретационная схема последовательности объектов сознания (мыслей, образов, ощущений, эмоций, в том числе и желаний) могла бы стать конкретизацией психологической концепции. Эта “наука” субъективного мира, тесно включая субъект в мировой процесс и дереализуя грань между внешним и внутренним, фактически (в пределе) ведёт к их слиянию без дереализации субъекта (человеко-бог, “дживан-мукти”), но это состояние уже содержит в себе дереализованный аспект эго и не требует времени для перехода к высшей внесубъектности. Только в моносе возможна воля субъекта как таковая, не интерпретируемая как ступень автоматического преобразования восприятия в реакцию.

Тотус: Что-то происходит. Интерпретация невозможна. Воля (как и эго) полностью дереализована.


248. Проявление воли можно представить в трех фазах: желание (хотение), намерение, осуществление. Однако последние две - это уже реализация воли посредством веры: намерение - это вера в возможную реальность, осуществление - вера в действительную реальность. Сила воли - это вера в свои возможности осуществления.


249. Воля в чистом виде - это только желание, хотение. Только желание свободно, вольно, не подчинено ни чему, ничем не обусловлено, как это представляется субъекту с его внутренней позиции. (Имеется в виду первичное желание, до которого удается проследить цепочку желаний, направленных на реализацию первого).Воля - это способность иметь желания (волить - хотеть).


250. Любые другие проявления воли, сужающие значение этого понятия до намерения, целеустремленности, способности управлять своими действиями и даже способности преодолевать трудности, следует отбросить, поскольку, не достигая своим проникновением элементарного свойства психики, они подменяют его комплексом различных проявлений.

Очевидно это происходит под влиянием бытовых понятий “сила воли”, “волевой человек” и т.п.

То, что принято называть “силой воли” есть сила желания, подкрепленная верой в его осуществимость (верой в свои возможности) и побеждающая другие желания (нежелания). Так, желание работать побеждает желание спать, желание исполнения долга побеждает желание удовольствия. Сильная воля - это сильное желание, способное подавить противодействующие факторы, поддержанное верой в свои возможности.

Подразумевая под волей устремленность к действию, то есть намерение, пренебрегают внутренним проявлением воли и учитывают только внешнее или ведущее к внешнему, тогда как первоисточником всего проявленного или склонного к проявлению является внутреннее, как бы самозарождающееся (необусловленное) желание - первичный акт воли, семя, из которого вырастает все дерево волеизъявления.


251. Желание - единственная причина действий субъекта. Даже когда нам кажется, что мы руководствуемся разумом, мы исходим из желания поступать разумно. Разум - это только одно из средств волеизъявления.

Желание - это воля в своем чистом первичном виде. Это свобода выбора между желаемым и нежелаемым.


252. Нет никакой “воли, побеждающей желания”. Всегда одни желания побеждают другие. “Воля” (в бытовом смысле) сводится к борьбе двух желаний, то есть к выбору: к желаемости одного и нежелаемости другого. Выбор в борьбе двух желаний сводится к одному желанию - желаемости победы одного из них. Вот почему воля - это способность иметь желания.


253. Когда говорят о воле и безволии, следовало бы говорить о правильном и не правильном выборе - между “высоким” и “низким” идеалами, поскольку любой выбор есть акт воли. Каждый совершает свой выбор самостоятельно, и не следует другому подсовывать свой или общепринятый “высокий идеал”. Впадая в эту ошибку, мы можем квалифицировать как безволие то, что для другого есть его правильный и праведный выбор.


254. Дальнейшее проявление воли (волеизъявление) - намерение, планирование и осуществление - есть взаимодействие воли с другим элементом психики - верой, к которой сводимы знания (вера в знание: я применяю знание лишь поскольку, поскольку в него верю) и действия (вера в произведенные изменения), а также вера в возможность, в свои силы, в везение и пр.


255. Одно желание служит средством осуществления другого и т.д. Но самое первое в этой цепочке для сознания (субъективно) немотивировано, хоть и опричинивается через внешние (“объективные”) модели.

Для субьекта его первожелание (воля в чистом виде) беспричинно, оно - необусловленный мотив поведения. В этом оно подобно “воле Бога”, “пути которого неисповедимы”. Оно возникает в сознании, ни из чего не проистекая, хотя субъект пост-фактум может объектировать и оправдать любое желание.


256. В этом сказывается его (желания) безраздельная власть над умом, как оказывается она и в том, что вся работа ума направлена на осуществление желаний и только ими управляема.

Ум не может “победить желание” (это нонсенс), хотя одно желание посредством ума может вступить в конфликт с другим и победить его.


257. Так же, как желания, любые элементы сознания могут возникать в нем субъективно беспричинно, хоть потом мы создаем внешнюю причинную модель. Субъективно беспричинны внешние ощущения, потом мы объясняем их воздействием чего-то не органы чувств. Беспричинны вдруг возникающие мысли, их причину мы моделируем в подсознании. Беспричинные в моносе явления опричиниваются в полисе через его модели, хотя в принципе возможно причинное моделирование и в моносе.


258. Некоторые религии в необусловленной “Божьей воле” видят беспричинное начало самой причинности.


259. Когда воля становится объектом (наблюдения, изучения, осмысливания), она так или иначе включается в Структуру посредством хоты бы подразумевающихся связей, даже если не причинных, то каких-нибудь других. А то, что не стало объектом, никто не может признать существующим.


260. Действующая концепция мира (мировоззрение) может допускать беспричинное, необусловленное. Но концепция никак не может быть полной, если необусловленное реально во всех её аспектах: в некоторых оно должно быть дереализовано, должно стать лишь понятием. Необусловленное - это элемент хаоса, бесструктурного, возникающий в подсознании тогда, когда для него закрыты те аспекты, где содержатся недостающие связи. В предельной Мир-Концепции, в совершенной Гармонии все взаимообусловлено, взаимозамкнуто, завершено.


261. Воля как нечто “моё”, противопоставленное другому, существует лишь в интерпретации разума.

Интерпретация есть работа разума. Вне интерпретации есть нечто - движение, поток, жизнь Структуры, возможно есть и то, что мы называем “волей” - как один из непосредственно ощущаемых элементов Структуры. Но идентификация этого элемента как “моей воли” возможна только посредством разума.


262. К непосредственному, внесубъектному бытию ведет не “отключение” разума (что явилось бы обеднением Структуры), но его дереализация - непосредственное, безинтерпретационное отношение к разуму и к самому процессу интерпретирования: не уничтожение, а многоаспектный подход.


263. Существенной причиной околдованности объективность является привязанность к своему организму - окостенелая связь между понятиями “я”, “сознание”, “ощущение” и своим физическим телом.


264. Мы забываем, что не “действуем”, а воспринимаем движение частей тела, не “хотим”, а воспринимает возникающее в сознании хотение.


265. Ту часть Структуры, в которой происходит преобразование хотения в действие, мы называем “собой”. Точнее, где-то в этой области Структуры возникают слова “я”, “действую”, и т.п. Еще точнее, - не слова, а звуки, еще точнее - не звуки, а нечто - элементы структуры, поскольку все определения (взаимоопределения) этих элементов находятся в пределах Структуры в качестве её элементов (как и последнее определение).


266. Элемент Структуры получает определенность только через взаимодействие с другими элементами. Некоторые элементы Структуры через другие элементы определяются как “язык”, “описание”, хотя эти слова тоже элементы Структуры и имеют смысл только за счет связи с другими элементами, так же, как и слово “смысл”. Просто между некоторыми элементами Структуры существует некоторые связи, благодаря которым “образуется” “реальность” “и” “я” “в” “ней”.


267. Самосознание есть рефлексирующая Структура. Структуре присуща тенденция самоотражения (рефлексии) - “схватывание собственного хвоста”. (Это понятно, если основным качеством мира признать его осознанность). Допустим, это её способ “размножения” - что-то вреде почкования: в материнской структуре зарождается дочерняя, пытающаяся как можно полнее повторить (отразить, описать) первую. Описываемая и описывающая структуры как бы “разделяются” (есть такой элемент Структуры), хотя всегда составляют одно целое (макрокосм и микрокосм, мир и его отражение в сознании), - номинальное множество при фактическом единстве.

Через отражение в своей подструктуре Структура получает “реальное” “бытие”, “возможность” “становится” “действительностью” - все эти слова - только элементы “подструктуры” представление о которой - только элемент Структуры.


268. Конечно, эту Структуру можно было бы отождествить с физическим Космосом, однако во всей необъятной физической Вселенной (в физико-механистической картине мира) нет места явлениям психики - мыслям, переживаниям, представлениям, которые много более достоверны для нас в своей непосредственной данности (в моносе), нежели их физико-механистическое (физиологическое) истолкование (в полисе).


269. С другой стороны, всю бесконечную Вселенную, множество других пространств и ещё что-то непосредственное может вместить в себя сознание. Потому преддверьем самотождественной Структуры является сознание со всеми заключенными в нем моделями (включая и модель бесконечного Космоса), - преддверьем, но не самой Структурой, поскольку сознание, как и любое понятие, - только элемент Структуры и, как любое описание, не исчерпывает Всего.


270. Сознание нельзя изучать извне. Можно исследовать только “моё” сознание. Все, что можно сделать с “другим” - это изучить его поведение, но не сознание.


271. Человек, скованный материализмом, говорит: “Но ведь на самом деле сознание - это функция нервных клеток”, не замечая, что само это мнение есть “функция” сознания.


272. Можно ли объяснить через материю самое сознание, объясняющее материю? Почему бы не попытаться сделать обратное: объяснить (описать) материальный мир через категории сознания?


273. Отношение бытия к сознанию именно таково, каким оно представляется сознанию. То есть к разным сознаниям бытие относится по разному. Кто же ещё может ощутить это отношение, как не сознание, и что такое это отношение, как не представление сознания. Можно ли говорить об этом отношении в общечеловеческом смысле? Не будет ли это отношение к бытию некоего гипотетического общечеловеческого сознания? Или среднеарифметическим всех отношений?


274. Отношение бытия к сознанию определяется степенью самосознания. Чем более осознается реальность сознания, тем менее осознается реальность бытия.


275. Всякое бытие есть бытие в сознании, и всякое сознание есть сознание бытия.

Предположить бытие, которое не содержится ни в каком сознании, так же нелепо, как предположить сознание, не содержащее в себе никакого бытия.


276. Бытие и сознание - две стороны одного целого: бытия, осознанного бытующим сознанием, или сознания, бытующего осознанным бытием.


277. Самосознание - мнение сознания о себе. Множество индивидуальностей - только разные мнения о себе Единого Сознания.


278. Все сказанное здесь о сознании легко поймет тот, кто сам сознает, а не лишь автоматически реагирует на воздействие среды.


279. Задача для любознательных: возможен ли тест, способный отличить самосознающее существо от бессознательного автомата, столь же совершенного в своих реакциях? Очевидно, что смысл этой задачи ясен только для самосознающих.


280. Боясь сделать неверный шаг, субъект - носитель концепции пятится назад, крутится вокруг да около, опутывая себя излишними условностями (суевериями), усложняя и затемняя картину мира и делая все более болезненным тот необходимый шаг, которым рано или поздно придется сделать.

Этот шаг - отказ от понятия “объективной реальности” как чего-то само-собой разумеющегося. Это - ступенька к выходу из ставших тесными рамок полисубъектного мира, - к освоению трех высших концепций (аспектов) в их взаимосвязи и единстве.


281. Средством, подготавливающим такой шаг, может стать психологическое описание мира - в противовес физико-механистическому, в пределах которого выкристализовывается компромиссная (био-) энергетическая модель. Психологическая модель рисует мир как феномен одного или нескольких взаимоотнесенных сознаний - субъектов - не как физико-механистическое, а как психическое образование. В этой модели реальность состояния психики, её категорий и переживания является определяющей по отношению к свойствам материальных объектов, хоть само понятие “реальность” здесь становится зыбким почти до неуловимости (на грани дереализации).


282. Мир как переживание - уже в этой исходной позиции “объективная” реальность не подразумевается как нечто само-собою разумеющееся, а выводится (если есть необходимость) как результат переживания субъекта (или соотнесения переживаний разных субъектов - в полисе).


283. Расширение психологической концепции делает человека (его сознание) хозяином положения хотя бы потенциально: в принципе все зависит от “меня”, тогда как энергетическая модель оплетает человека новыми связями, делает его еще более зависимым.


284. Последовательно развитая психологическая модель позволяет перешагнуть границу между полисубъектным и моносубъектным видением мира. Очевидно, что дальше в сознании субъекта должны быть дереализованы подобные ему “другие”, как принадлежащие той “объективной реальности” которая появляется только в результате сопоставления переживаний нескольких субъектов.


285. Субъект никак не может убедиться в сознательности форм, в которые облекаются его переживания (“других”). Ему приходится признать, что прочие субъекты имеют бытие только в статусе “допустимых”, “предполагаемых” для подтверждения “реальности” переживаемого мира, поскольку очевидно и непосредственно данным для него может быть только одно - его сознание.

Здесь дереализуется грань между внешним и внутренним, и намечается выход к внесубъектному Единству. Для этого нужно осознать, что этот единый мир сознания не имеет центра, что мысли “я существую”, “я переживаю” - такие же формы этого мира, как и все прочие.


286. Умозрительная дереализация - только подсказка, она еще не является “реальной”.

Однако следует понимать, что дереализация происходит во всех аспектах, и в таком освещении термин “реальный” теперь вряд ли имеет смысл.


287. Чем выше степень дереализации, тем вероятнее тождество между Мир-Концепцией и её описанием.


288. Психологическая модель конкретизирует структурные связи наблюдаемых феноменов не в физическом континууме, а в континууме единого субъекта (“поле сознания”).


289. Всякое событие происходящее в континууме единого субъекта (каждого) рассматривается как происходящее от субъекта и адресованное субъекту.

Потому понятие “случайное” здесь должно быть исключено. Любое наблюдаемое мною событие является следствием других наблюдаемых мною событий. Имеются в виду как условно-внешние (происходящие вокруг меня, со мной или мною производимые), так и условно-внутренние (образы, воспоминания, эмоции, мысли, желания, побуждения и многие другие, еще никак не называемые).


290. Мы допускаем случайность в физическом мире, потому, что не все факторы могут быть нам известны. В континууме единого субъекта не может быть неизвестных (не содержащихся в сознании) факторов, возможна только их недостаточная осознанность, затрудняющая интерпретацию.


291. Осознанность - значит находить связи, взаимоувязывать. Потому осознание ведет к видению все больших фрагментов Структуры, отождествлению с ней.


292. Создание внутренней интерпретационной системы - личное дело каждого. Однако качество результатов будет существенно зависеть от степени преодоления стереотипных (подчерпнутых в полисе) форм и принципов взаимоотнесения событий сознания.


293. Предельно высокая осознанность позволяет по состоянию сознания (мира) в настоящий момент прогнозировать (видеть, переживать) любое состояние в любой момент времени как угодно конкретно. В этой фазе исчезает время - все возможности сосуществуют (уже реализованы) в едином моменте вечного настоящего. Неполная реализация этого состояния может объяснить явления ясновидения и пророчеств.


294. Ни о чем нельзя сказать, что оно существует “на самом деле”, можно говорить лишь о том, насколько всеобще.


295. То, что получило практически общечеловеческое признание (в пределах культуры) на некотором абстрактном уровне (понятия) и, значит, потенцию такого признания на конкретном уровне (предмет), принято считать “объективной реальностью”. Это - высшая доступная нам степень квазиобъективности - объективности конвенциональной, договорной.


296. То, что признано не всеми, следует поместить где-то между субъективным и объективным.

Изучая и концептуализируя такие явления, мы пытаемся повысить их квазиобъективность, сделать их “объективно реальными”. Это процесс реализации.


297. СОЗДАВАЯ ТУ ИЛИ ИНУЮ КОНЦЕПЦИЮ, МЫ СОЗДАЕМ РЕАЛЬНОСТЬ.


298. Нет реальности, которая существует вне и помимо нас. Всякая реальность создается одним или множеством субъектов.


299. Этот процесс миротворчества должен стать сознательным. Следует отдавать себе отчет в той ответственности, которую мы берем на себя, создавая (реализуя) новые аспекты мира. Необходимо поверять свои действия высшей руководящей Концепцией (метарелигией), прилагая её критерии целесообразности.


300. В свете высшей Концепции есть одна Абсолютная Истина - это Единство, проявляющее себя во множестве.

Тьма и неведение Абсолютизируют множественность, разделенность, противопоставляя Богу - дьявола, как нечто противоположное и почти равноценное, что по сути является только искажением высших принципов. В своей закостенелости пытаясь противостоять Свету, тьма и неведение подменяют Единство истинное (в основе, в сути, в Боге) - формальной видимостью единства - единством коммуникационным, отвлекающим от духовных устремлений.


301. В периоды наибольшего сгущения тьмы процветает еще более глубокий обман - человек оплетается сетью “оккультных суеверий” (пытающихся принять в наше время наукооборазную форму “биоэнергетических моделей”).

Под “оккультными суевериями” подразумеваются принятые на веру без достаточных на то оснований (личного опыта или хотя бы логической связи с известным) странные закономерности и сведения, как то: вера в колдовство, вампиризм, дурной глаз, энвельтирование и прочие вредоносные влияния злых людей и других (мистических) сущностей, всевозможные приметы, гадания, способы “правильных” действий и “правильной” жизни, некоторые традиции, а также многочисленные результаты откровений, истолкование буквально (как форма, а не как принцип).

К суевериям, разумеется не относятся субъективно, непосредственно наблюдаемые феномены (флуктуации), хотя их предвзятое толкование может дать начало новому суеверию.

Ярлык “суеверие” еще не означает отрицания или порицания. Имеются в виду закономерности и явления (ли?), не ставшие всеобщим знанием (“объективной реальностью”), и ставится вопрос о необходимости, целесообразности, полезности и своевременности их реализации.


302. Оккультные суеверия играют видимость более глубокого (“почти” духовного) единства (“эгрегор”, “общее поле”), по сути создавая только аспект реальных или почти реальных коммуникаций, то есть формальных связей, только не ясных и всеобщих, как слово, а туманных, таинственных, труднодоступных. Так тьма разделяет и властвует над душами.


303. Только правильно понятое слово (“Божественный глагол”) дает интуитивную ясность (не путать с интеллектуальной, формальной ясностью) и уводит в мир несказанный, который не от слова.

Ясность, к которой мы стремимся - это ясность понимания и осознания. Путь к ней - от размышления к высшим формам ментальной медитации, до внесубъектной Гармонии, представляющей собой предел структурности и бесструктурное единство вместе.


304. Множество других путей (в том числе и церковных) могут создавать иллюзию “иных” миров, не приближая, а отвлекая от высшего духовного состояния. Это - обманы тьмы, они всегда имеют чувственный или квазичувственный характер, то есть это явления ощущаемые или якобы ощущаемые (галлюцинации), предметные, формальные впечатления (“самскары”). Тогда как “видение”, “понимание” высшей Гармонии, Единства, а точнее, пребывание в Свете, в Истине, - ни в коей мере не являются чем-то сенсорнообразным.


305. С другой стороны, - осознанность, духовность, - всегда должны идти впереди (они - всё для человека!).

Силы, новые возможности (“сиддхи”) - это высокий дар для одних и опасные ловушки для других (так же , как и обычные земные блага). Это - ваши искушения и испытания, и только от вас (от правильного выбора) зависит ваша победа или поражение.

Можно овладевать любыми способностями, всё - благо для человека, если ясно отдавать себе отчёт, для чего это нужно.


306. Развитие Концепции - это движение к Единству за счёт последовательной дереализации формальных и условных элементов. Это повышение интуитивной ясности Целого.


307. Следует рассматривать как регресс попытки повысить ясность частностей за счёт снижения ясности Целого, что достигается внедрением новых (не являющихся необходимыми) условностей, лишенных ясности в аспекте Целого (например, максимальная реализация, почти абсолютизация сравнительно мало-ясного понятия “энергия” в современных оккультных суевериях).


308. Излишняя условность, затуманенность, изобилие необязательных элементов характерны для так называемых “тайных учений” и исповедующих их тайных организаций.


309. “Ведь не даёте же вы ребёнку огнестрельного оружия. А мы - те же дети для наших учителей”, - любят говорить защитники секретных учений.

Возможно, приятно всю жизнь чувствовать себя детьми. Но в том принципиальная разница между ребёнком и взрослым, что ребёнок нуждается в опеке и рассчитывает на неё, взрослый же (если он действительно взрослый) должен надеяться только на себя, свое разумное решение, свой правильный выбор. Он сам полностью ответственен за себя, - лишь в этом смысл взрослых.


310. Все тайное (засекреченное) - оно же и постыдное: его цель - власть и насилие. Доброе и прекрасное не стремится к утаиванию. Если оно иногда и вынуждено скрываться в силу печальных исторических обстоятельств, то из сущности учения всегда можно заключить, является ли оно принципиально тайным или стремится стать всеобщим достоянием.

Герметичность, элитарность, деление на своих и чужих - верный признак обмана, темной, нечистой, разделяющей (чтобы властвовать) природы учения и основанной на нём организации, какими бы красивыми лозунгами она ни прикрывалась.


311. Учение Света - беспристрастное зеркало, в котором даже свиньи могут увидеть свой неискаженный образ.


312. Чистому не нужны оправдания. Учение Света и Единства ничего не утаивает. Оно открыто для всех. Всеобщность - это универсальность Концепции.


313. Всякое суеверие может показаться истиной если его рассматривать только в полисубъектном, наиболее условном аспекте. С моносубъектной позиции видно, что суеверие начинает действовать только тогда, когда становится веримой реальностью.

Уяснив себе это, человек получает возможность относиться сознательно к приятию или неприятию концепции (модель, гипотезы) в зависимости от некоторых высших (для него) соображений. Но мы лишаем его такой возможности, приближая достоверность суеверий квсеобщей “объективной” реальности.


314. Большинству людей (на современном уровне) насаждение оккультных суеверий наносит непоправимый вред. Сама природа [био-] энергетической модели (как продолжение физико-механистической модели полисубъектного аспекта) такова, что она не может претендовать на статус объективной реальности. Потому было бы полезно (или менее вредно) новое описание мира строить в более безусловной системе, не закрепощая мир новыми условностями (суевериями), а делая его более пластичным для сознания за счет дереализации некоторых условных срезов.


315. Степень реальности явления для субъекта определяется только числом и авторитетностью (реальных или потенциальных) подтверждающих. Но при более сознательном, полиаспектном подходе субъект может освободиться от давления этих подтверждающих и определять для себя степень реальности более независимо, исходя из иных соображений (например, желаемости, целесообразности).


316. В континууме единого субъекта возможно все, что угодно. В психологическом аспекте все, что угодно, можно объяснить внушением, самовнушением. Собственно, в чистом моносе все есть самовнушение. Представление о внешнем внушении появляется только при частичной реализации других (условных) субъектов.

В полисе возможны явления, внушением (казалось бы) необъяснимые. Но в моносе, в поле единого сознания в принципе возможно любое чудо, поскольку здесь всё - представление (самовнушение).

317. Действительно, почему бы мне не вообразить себе нечто странное? И здесь меня (постороннего наблюдателя) больше интересует не техника этого чуда (чтения мыслей или левитации), а процессы в моем сознании, приводящие к подобным флуктуациям - отклонениям от моей привычной концепции мира.

Как я должен перестроить свое сознание, чтобы дать возможность появиться подобным флуктуациям? Очевидно, снять некоторые запреты - дереализовать некоторые условности.


318. Привязанность к одной реальности препятствует реализации другой, - для этого необходима некоторая, хотя бы временная дереализация первой.


319. Стать свидетелем чуда может только тот, кто способен стать таким свидетелем. Стать чудотворцем способен лишь тот, кто в состоянии других (свои отражения, подобия) сделать такими свидетелями.


320. Внутренняя техника сводится к сознательному преобразованию Мира-Концепции: как сделать желаемую возможность веримой реальностью?


321. ВЕРА СДВИГАЕТ ГОРЫ БЕЗ ЗАТРУДНЕНИЙ, ТРУДНОСТЬ - В ОБРЕТЕНИИ ВЕРЫ.


322. Эта проблема не существует для того, кто постиг мир как Единство бесконечных возможностей. Путь духовный, путь к безусловному позволяет любую возможность сделать веримой реальностью. Но этот путь делает смешной и нелепой жажду исключительности и чудотворство допускает лишь в особых случаях Все способности даются легко, без усилий и упражнений, когда нет жажды личного превосходства и душа готова к такому испытанию (что однако не означает, что она непременно его выдержит).


323. Тому, кто жаждет чудотворства: хватить ли смелости, чтобы хоть частично лишить мир привычной устойчивости?


324. Знание - это вера, не подвергаемая сомнению. В основе знания лежит вера. Все, что мы знаем, - это то, во что мы уверовали.

Верим мы всегда кому-либо - авторитетам. Даже вера своим чувствам и знание, обретенное посредством опыта, в основе своей имеет веру авторитетам, хотя бы самым первым. Чтобы произвести опыт и сделать выводы, уже необходимо некоторое (ранее уверованное) знание.


325. Мы знаем лишь то, о чем нам сказано, - “вначале было слово” (а не ощущение): даже чтобы мы смогли отличить свет от тьмы, нам должны были сказать об этом.


326. Несовершенство человека - в разобщенности воли и веры, в несовпадении веримой и желаемой реальности.


327. Любая техника изменения реальности есть техника уверования, основанная либо на вере в свои возможности, либо на вере в могущество и расположение некоторого высшего существа.


328. Вера в свою возможность влиять на реальность - вера в свою возможность изменить своё представление о реальности (то, что в плане энергетической модели называют “энергетичностью” или “личной силой”). Сказанное вполне применимо и к физическому воздействию на окружающую среду.

У обычного человека веры в свои возможности хватает только на более или менее сносное управление представлением о себе, которое называют организмом.


329. Более широкие возможности всегда связаны с расширением представления о себе: либо это продолжение себя в физическом пространстве (“био-поле” и т.п.), либо отождествление с собой внешних объектов.


330. Этот путь самоэкспансии в основе своей антидуховен, он всегда направлен к повышению влияния на мир личной воли, хоты не исключено его использование на высокой духовной основе.


331. Путь уверования в высшее существо в своей сути ведет к Единству - растворению в этом высшем, которое становится Всем. Однако в пределе исчезает сам субъект волеизъявления.


332. Принцип согласования воли и веры - либо подчинение веры воле, либо растворение воли в вере. Но возможен и третий путь.


333. Иные склонны силу отождествлять с гордыней. Но гордыня - труднейшая из слабостей, хоть и замаскированная. Победить её в себе - одна из сложнейших и трудновыполнимых задач духовного роста.


334. НАДО БЫТЬ БОГОМ, ЧТОБЫ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ БЫТЬ РАСТОПТАННЫМ.


335. Ни сила, ни даже индивидуальность не являются самоочевидными ценностями. Они ценны только как способы расширения сознания, что в свою очередь имеет смысл лишь как средство саморастворения в единой внесубъектной Структуре.


336. Радикальное пограничное усилие воли - отказ от интерпретации мира как чего-то уже заданного, где нам отведено только место исследователя, - это превращение познания в творчество. После этого личная воля утрачивает самобытие (дереализуется, но не исчезает), становясь (оказываясь) лишь функцией в процессе самотворчества Мира-Концепции. “Твердый мир” и его “реальность” - только одно из содержаний сиюминутного среза Мира-Концепции.


337. На определенном уровне духовности моносубъектный аспект проявляется в следующей позиции: только я сам могу явиться причиной событий, которые со мной происходят. Это самовоздействие может реализоваться через любую внешнюю модель: случай, микробы, вредные влияния врагов - все это лишь посредники привлекаемые сознанием для феноменизации (проявления) самовоздействия.


338. Причину всегда следует искать в себе, например, внутренний конфликт, осуждение себя на наказание. Нарушение гармонии в сознании сказывается на физических проявлениях.

Отсюда принцип ментального самолечения: максимальное самоосознание и гармонизация себя изнутри, обнаружение и устранение причин самоосуждения, подчинение всего максимально высокому (несомненному для себя) идеалу.

339. ПРИВОДЯ В ПОРЯДОК МИРОЗДАНИЕ, СЛЕДУЕТ НАЧИНАТЬ С САМОГО СЕБЯ.


340. Первостепенный интерес для субъекта представляет не столько причина , сколько целенаправленность происходящих событий. Первый вопрос к себе - “Почему это произошло?”, второй и главный вопрос - “Для чего это произошло? Что я должен сделать? Чего достигнуть?”.

Спросить себя: “В чём высочайшее благодеяние, которое несет мне это несчастье?” - в этом доверие к судьбе - к Единству, составляющему истинную природу.


341. Самовоздействие истолковывается как работа высшей сущности, так как очевидно, что ни разум ни тем более организм не может фигурировать как субъект в моносубъектном аспекте (абсолютный субъект).


342. На все эти вопросы субъект ответит себе в плане своей высшей концепции, - сначала интеллектуально, а потом интуитивно находя связи, проясняющие всё большие фрагменты всеобщей универсальности Структуры.


343. Из сказанного понятно, что следует подразумевать под “правильностью” мысли и действия. Ни одна мысли или слово не находится вне Структуры. Потому ни одно, даже самое незначительное на первый взгляд событие сознания не остаётся безрезультатным.


344. Поскольку Структуру (по аналогии с механической системой) можно считать равновесной, в любой точке раздела действие всегда обоюдонаправленное. Грубой моделью может служить система орудие-снаряд: энергия вылетающего снаряда равна энергии отдачи, сотрясающей ствол орудия. Так же мысль или действие, направленное вовне, производит отдачу вовнутрь субъекта - условной части Структуры, отделяющей себя от остального.


345. Поскольку время в некоторых аспектах входит в Структуру как определитель (координата), а в других - как элемент Структуры (представление), причина и следствие могут быть значительно разделены во времени. Но расплата неизбежна.


346. Эта взаимосвязь явлений не может быть подтверждена на уровне интеллекта, так как последнему недоступны все аспекты Структуры, - его описания (как любые описания) всегда неполны. Этот принцип (“карма”) может быть для нас лишь верой, но верой необходимой, так как это - вера в Единство, высшую Гармонию, проявляющуюся как высшая Справедливость в этическом аспекте.

В противном случае мы выбираем тьму вместо Света, хаос вместо Гармонии, обман вместо Истины, но при этом всегда знаем, что истинно - другое, что наш выбор обусловлен слабостью, неспособностью “смотреть правде в глаза”, видеть себя в истинном свете.


347. Иногда нам выгодно кое-что списывать на счет случайности. Если бы не внутренние неудобства, происходящие от трогательной привязанности к своей персоне, мы могли бы увидеть закономерность везде, где пожелали.


348. Мы сами боимся некоторых откровений, поскольку они ставят нас перед весьма серьезным выбором. Откровение и постижение определяются силой духа, мерой ответственности, которую человек может принять на свои плечи.

Откровение дается лишь тому, кто способен честно вынести связанную с ним боль саморазоблачения и новое чувство ответственности, более серьезное чем прежде. Чувство самосохранения блокирует прозрение для неподготовленных. Они сами не допускают себя недостойных к святыне.


349. Насколько ты отрыт миру, настолько мир открыт тебе. Сумеешь читать в душах, если не будешь бояться, что кто-то заглянет внутрь тебя.


350. Приближение к Гармонии можно охарактеризовать степенью самотождественности (адекватности), - это соответствие себя себе, себя миру, мира - себе и мне.


351. Повышение адекватности проявляется в усилении чувства закономерности, высшей Справедливости, правильности всего происходящего и благодарности судьбе. Формальное проявление: сокращение периода задержки реакции “внешнего” мира. Ответ (искупление “кармы”) приходит достаточно быстро; мир предостерегает от накопления деформации (“грехов”) и на всякую дурную мысль отвечает незамедлительным наказанием.

Для того, кто близок к полной адекватности, исчезает временная разорванность. Он достигает цельности, живя не будущим, а настоящим моментом, - даже тогда, когда в этот момент включена забота о будущем.


352. Не всякая гипотеза становится живой концепцией, действующим мировоззрением, веримой реальностью. Но всякое Мировоззрение, сознательно или нет, стремится к расширению, к обобщению, к предельной полноте, охватывающей все возможности.


353. Единая Структура бесконечных возможностей (Мир-Концепция) является пределом саморазвития всех возможных мировоззрений. Бытие этой высшей Концепции как предела возможностей - абсолютно, как субъективного мировоззрения - более или менее конкретно (очевидно).


354. По мере развития концепции (или все большего охвата Структуры) акцент очевидности смещается в “абстрактные” области (в нашем понимании). Тогда такие “нумены”, как абсолютная Гармония, Единство бесконечных возможностей, высшая Справедливость, вечность - более очевидны (ясны для сознания), чем бытие конкретных преходящих вещей (трансментальное видение). Подобно этому для обычного зрения бытие вещей (что тоже можно рассматривать как некоторую степень абстракций) более очевидно, чем бытие непосредственно воспринимаемых ощущений (свойств), из которых сознание (как принято с читать) синтезирует вещи.


355. Видение высших метафизических абстракций можно рассматривать как дальнейший продукт сенсорного синтеза, хотя это мало похоже на обычное восприятие феноменального мира. Точнее было бы назвать это не “видением” (феномена), а “пребыванием в нумене”, насколько ТАМ уместна такая классификация. Это можно сравнить с известными(“очевидными”), но формальными (нефеноменальными) восприятиями: например, восприятие времени, эмоциональных состояний, еще не оформившихся в слова мыслей.


356. Очевидность движения сменяется очевидностью времени, затем приходит очевидность вечности - не абстрактной бесконечности и безначальности времени, не бессмертия данного субъекта: скорее - это бессмертие субъекта-вообще, непрерывностьсознания субъекта-вообще, абсолютного субъекта, самопроявляющегося в конкретных. Для ума это удобно выразить в отрицательной форме, - как “невозможность небытия”. Но небытия - субъективного (принцип субъективного бессмертия).


357. Абсолютное Единство нетрудно сделать интеллектуальной очевидностью: ведь множество существует как множество именно потому, что оно - Единство. Туднее увидеть (пребывать в ней) связанность этой структуры, её абсолютную Гармонию, - так мы её назовем хотя бы потому, что все возможное и вообразимое - только части этого Единства, но когда мы берем Целое (хотя бы потенциальное), мы не можем судить его по критериям частностей, наоборот, оно высший критерий, предел совершенства.


358. При осмыслении и рассматривании интеллектуальной очевидности (ментальная медитация) можно заметить, как она плавно, без резкой границы переходит в очевидность интуитивную (трансментальное видение, пребываение в нумене) которая всегда присутствует в некоторой степени, но осознание её присутствия может происходить скачкообразно.


359. То, что субъект считает собой, есть постоянно меняющаяся, пульсирующая область Структуры возможностей, объединенная возможностью самозацикливания (“я есмь”) и противопоставленная остальной - несамозацикленной части Структуры - “не я”. Все вместе образует сознание абсолютного субъекта - то, где всё происходит.


360. Граница этих двух областей, - посредник, принадлежащий им обеим есть организм (точнее представление об организме), через который осуществляется их взаимодействие.


361. Путём переосмыслевания соотношений этих частей Структуры можно найти (создать) другие посредники, например, “астральное тело”, “энергия мысли” и т.п.

С другой стороны, растворение границы (дереализация субъекта) отменяет необходимость посредника.


362. В пределе - творение мыслью, полное отождествление познания и творчества. Здесь желание (воля), как нечто противопоставленное реальности, полностью дереализовано (не длится). Скорее, желание - это и есть реальность, воля тождественна вере (“Божья воля”), но эти понятия, естественно, дереализованы, как в любом самопроизвольном процессе. С внесубъектной “точки зрения” они оказываются чисто человеческими условностями.


363. Абсолютная вера - это уже не вера, абсолютная воля - это уже не воля. Это - все, что происходит.


364. Какая разница, владеть большим или малым, если всегда по обе стороны - бесконечность. Но тот, кто ничего не имеет, владеет всем.


365. Человек, стремящийся к могуществу, (в пределе) хочет быть всем, оставаясь в то же время собой. Это стремление абсурдно в самой идее: быть собой можно только в противопоставлению “не себе” - тому, над чем ты не властен.


366. Бог-Абсолют не скажет “Я - абсолютен, а они - относительны. Я - Могуществен, а они - слабы. Я могу сделать с ними все, что захочу”. Это гипертофтрованный монарх (бахар), модель антидуховности, полная противоположность Богу-Абсолюту, высшей Истине.


367. Расширение эго - втягивание все новых частей Структуры в самозациклившуюся область (циклон) действия принципа “я есмь”. Создается иллюзия, что этот временной процесс захвата может привести отождествлению со всей бесконечной Структурой (“я есть Всё”). Ошибочность такой позиции ясна: “я” - это принцип противопоставления, “я” возможно только тогда, когда есть не “я”. Поэтому формула “я есть Всё” - абсурден.

Хотя в Высшем аспекте она приемлема, но, скорее в обратном выражении: “Всё есть Я”. То есть нет и невозможно ничего, кроме того, что составляет “мой” мир, “мою” концепцию мира во всей бесконечности своих возможностей.


368. Расширение сознания в определенных аспектах ведет к дереализации принципа “я есмь”. Это - расширение в сторону безусловного (“широта взглядов”), но не накопление условностей (конкретных знаний), хотя последнее может способствовать повороту к абстрагированию.


369. Дереализация полисубъектного мира как бы ставит меня в центр мироздания, превращая мир в содержание “моего” сознания, а всех “других” - в допустимых субъектов, в мои отражения с предполагаемыми, но не фактическими (как “мое”) сознаниями. Однако не следует забывать, что моносубъект в принципе (в своей сути) не может быть отждествлен ни с организмом, ни с разумом конкретной личности; такие поверхностные отождествления - следствия некоторой непоследовательности мономубъективизма: это умозрительный монос, рассматриваемый с позиции полиса (то, абсолютизировано солипсизмом).


370. Субъектом чистого моноса может быть только Единый Абсолютный Субъект (“каждый” - для полисубъективизма).

Абсолютный Субъект - это то, что принципиально не может быть объектом. Это то, что в каждый момент наблюдатель, но не наблюдаемое. Он не может быть фиксирован или отождествлен с чем-либо фиксированным. Для ума это - “ничто”, гипотеза, не предполагающая даже возможности подтверждения, поскольку для этого Абсолютный Субъект должен был бы стать объектом наблюдения. Он и для себя - только догадка, но без него некому было бы видеть мир. Очевидно, он обладает бытием совсем иного рода - необъективируемым (“Атман”, “Пуруша”, все термины других систем (культур) могут быть только аналогиями, но не синонимами).


371. Дереализация субъекта как такового выравнивает все возможности, - лишая центра поле сознания.


372. Это высшая истинная внесубъектность (тотус) противопоставлена другой, мнимой - механистической картине мира (псевдо тотус) - одной их подконцепций полиса, в которой “субъект” - почти произвольно отграниченная часть мирового механизма.

Такой мир кажется внесубъектным, поскольку из его описания мы условно устраняем описывающего и воспринимающего этого субъекта.


373. Истинно внесубъеткный мир (“нирвана”, “сатори”) есть непосредственное состояние (сознания, - того, что так называлось), когда дереализована мысль “я существую”. Из определяюбщей, она стала одним из рядовых составляющих сознания (звуком).


374. Но то, что называлось сознанием, теперь уже так не называется, поскольку мысль о том, что “все это - сознание”, из определяющей стала одним из рядовых элементов Структуры.

Но и Структура теперь уже вряд ли может так называться, поскольку мысль о том, что все это - Структура, из определяющей стала одним из рядовых компонентов… чего-то.

Но и эта последняя мысль уже ничего не выражает (не определяет), поскольку стала одним из рядовых элементов, - бессмысленной формой или чем-то другим, а скорее всего - ничем, как эта самая последняя мысль, которая тоже ничего не выражает.

Здесь показана некоторая интеллектуальная беспомощность в описании внесубъектного бытия, которая, однако, помогает уяснить интуитивное представление о нем.


375. “Хитрость” божественного творения в том, что принцип даётся не как единичная причина, а как замкнутый циклон причин. Потому невозможны логические пути коррекции мира на уровне принципов, что логике подвластны только однонаправленные, но не замкнутые цепи причин.


376. Я ОБЪЯСНЮ ВСЁ ЧТО УГОДНО, ТОЛЬКО СКАЖИ, ЧТО ДЛЯ ТЕБЯ ДОСТОВЕРНО.


377. Комплекс Мир-Сознание есть замкнутое, зацикленное образование с циклическим взаимодействием элементов. Можно построить бесконечное множество описывающих его систем, какие угодно элементы полагая первичными: что угодно можно объяснить через что угодно. Но к Истине может приблизить лишь то описание, которое сумеет замкнуть кольцо причинности.


378. Обычные однонаправленнные связи ограниченных моделей в запредельности замыкаются на себя. То, что кажется отрезком прямой, оказывается частью окружности.

Самозацикленные связи - циклоны (“дианомы” - в описании) являются элементами Мира-Концепции, которая в этом аспекте может быть представлена как циклон всех цинлонов.


379. Любая связь дианомична: всегда можно найти точку зрения (область мира), в которой данное отношение меняет знак на противоположный. Например, если А есть причина В, то где-то непременно В есть причина А. Всегда возможна область Мира-Концепции, откуда видна дианомичность любой данной направленности.


380. Парадокс - вестник запредельности. Это проекция циклона на разграничивающую поверхность.


381. Образование (обнаружение) циклона при абстрагировании прекрасно иллюстрируется классическим соотношением курица-яйцо: однонаправленное и однозначное в конкретных значениях (данная курица и данное яйцо) оно превращается в замкнутый круг при абстрагированиии (циклон причинности).


382. При совмещении полиса и моноса легко обнаруживается циклон места (местонахождения): организм находится в мире, сознание заключено в организме , а весь мир является содержанием сознания.

383. В плане эволюции возникновение человека - новый способ повышения прочности.

Развитие в человеке духовности - обретение абсолютной прочности - вечности.

Человек сотворил себе вечность (вечное пристанище) и Бога как высшее и вечное в себе. Он действительно сотворил это, так как нет иной реальности, кроме той, в которую веришь. Если Бог сотворен как первооснова и творец человека, то таковым он и является. Охватывающая два разных аспекта, мы видим циклон причинности (взаимотворчества) человек-Бог.


384. Найти в себе вечное или сотворить в себе вечное - одно и тоже, видимое с разных позиций. Здесь тождество воли и веры - творчества и познания.


385. Открытие (реализация) циклонов “субъект-мир-субъект” делает возможным влияние на случайные события посредством внутреннего действия.

На горизонте сознания, где эта реальность - лишь сон, управляй случаем. Управляй мягко, не злоупотребляя, более прося, чем приказывая. Будь нежен с тем, что ещё не ты, но суров с собой.


386. Три высших аспекта Мир-Концепции, или три великих концепции (полис, монос, тотус) не исключают, но дополняют друг друга (как любые “противоположности”). Их нельзя сопоставлять по принципу “или-или”.

При попытке их совместить (сопоставить) мы приходим к парадоксальной, неумопостигаемой картине мира, как множества взаимоподчиненных циклонов, взаимоотражающих (-ся) субъектов и т.п.


387. Я существую лишь в той мере, в которой обо сне знают другие, способные удостоверить мое бытие.

Я существую для себя лишь в той мере, в коей знаю о восприятии меня другими.

Отсюда понятно стремление к известности. Наоборот, отшельничество может способствовать дереализации эго.


388. Я способен подменить реальное отражение меня (и отражающих) - потенциальным, возможным. То есть необходимым условием моего самобытия является не реальность, а возможность.


389. Моё исчезновение из этого мира есть разминовение с другими - моими отражателями-отражениями.


390. Если в моём сознании произойдут изменения, делающие невозможным (в соответствии с моей концепцией мира) отражение меня другими как живого существа, мне придётся создавать новый мир (-концепцию) с новыми существами и новым “мною” среди них. Это называют “перевополощением”.


391. Понятно, что новая концепция будет строиться как продолжение старой, на её основе, но с некоторыми довольно существенными коррективами - настолько существенными, что их невозможно было внести в старый мир, не нарушая там важных для субъекта свойств этого мира (привязанностей).

392. Разминовение со старым миром происходит тогда, когда данный вариант Концепции исчерпывает свои возможности (в плане полиса - индивид исчерпывает свои возможности). Это - завершение построения некоторой части Структуры.


393. ЕСЛИ ТЫ УСТАЛ СЛУЖИТЬ ПРОВОДНИКОМ ИДЕЙ, СМЕНИ ПРОВОДНИК.


394. Твой Бог есть тот, кто идёт за тобой и исправляет твои ошибки.


395. Новую подструктуру можно рассматривать как попытку исправить “ошибки” старой, отделяющие её от совершенства, делающие неполной, не всей Единой Структурой, а только её частью. Новое воплощение - попытка ещё более приблизиться к идеалу, к Богу.


396. При правильном развитии (правильный выбор) любая подструктура в конце концов становится всей Структурой, каждая концепция становится полной Концепцией, “каждый” (и, как оказывается, единственный) субъект становится Богом, Абсолютом, которым он и является в своей высшей потенции, в истинном, безусловном мире возможностей, - в отличие от мнимых, условных действительностей.


397. Полисубъектная концепция показывает разные пути разных людей, моносубъектная - Путь Человека, внесубъектная - Единство мировой Гармонии как вневременного процесса.


398. Непрерывность субъекта-сознания постигается (существует) только изнутри субъекта, но не извне. Можно сказать “я бессмертен”, но нельзя сказать “он бессмертен”, так, как в плане вечности нет понятия “он” (он - это я). Процесс перевоплощения принципиально не может быть “объективным” (внешним) фактом. В чистом полисе это - миф или предмет надежды, в моносе это - очевидность.


399. Когда-нибудь тебе станет ясно, что вопрос о том, реален ли мир, не имеет смысла. Реальность, объективность внешнего мира - это только твое отношение к нему. Он таков, каким ты хочешь его видеть, потому что на самом дел нет никакого “на самом деле”. Тогда перед тобой встает более серьезная проблема: определить свое желание в этом отношении. Чего бы ты хотел: чтобы все оказалось только иллюзией и исчезло вместе с тобой? Или чтобы оно длилось после тебя? А может быть ты найдешь третий вариант?

400. Нельзя сказать, что бытие - это то, а не это. Оно и то, и другое, но в разных аспектах Мироздание - это физическая вселенная в одних аспектах, мир сознания - в других, мир ощущений, ситуация - в третьих, мир метаабстракций - в четвертых, мир снов - в пятых, мир эмоциональных напряженностей - в шестых, Мир-Концепция - в седьмых и т.п. И каждый из этих миров в себе весь мир, но (как видно извне) взятый не во всех аспектах. И каждая из этих концепций мира претендует на описание всего мира. Но под определенным углом зрения (как становится видно, если посмотреть под другим углом).

401. Полный синтез всех возможностей в пределе дает полное Единство, абсолютную Гармонию, что нам представляется как завершенная, совершенно развитая, предельная Концепция о мире тождественная самому миру - Мир-Концепция, но не как концепция о Мире-Концепции, не попытка её описать или представить, не гипотеза или мечта о ней, а сам (сама) Мир-Концепция, как мировоззрение и самомиропребывание в своей самосущной и самоценной непосредственной данности себе.

402. НА ЛЮБОЙ ВЕРШИНЕ СОХРАНИ ДОСТАТОЧНО МУДРОСТИ, ЧТОБЫ БЫТЬ НА ДРУГОЙ ВЕРШИНЕ И НА ВСЕХ ВОЗМОЖНЫХ.

403. Исследуя мир, человек торит мир в том аспекте, где познание тождественно творчеству.

404. Человек хочет узнать, как устроен мир. Но мир никак не устроен, он еще не сотворен. В каждый момент он таков, каким я себе его представляю. В каждый момент я творю мир каждым актом своего восприятия, мышления, представления.

405. Потому что мир - это Концепция, не имеющая за собой никакой иной реальности, хотя всякая концепция содержит в себе представление об отражаемой ею реальности - как средство самоутверждения.

406. МИР - ЭТО ТОЧКА ЗРЕНИЯ, ХВАТАЮЩАЯ САМОЕ СЕБЯ, А ТОЧКА ЗРЕНИЯ - ЭТО САМОЗАЦИКЛЕННОСТЬ МИРА.

407. И вместе с тем в представлении предельной Концепции мироздание - это само совершенство, сама Гармония, идеальная Структура, в которой все абсолютно (божественно) правильно. Это не значит, что таково оно и “на самом деле”. Это значит, что я вижу его таким в пределе, в идеале, потому что любой другой (несовершенный) мир меня не устроит, любую другую концепцию о мире я сочту неправильной, неполной.

408. Потому концепция развивается, стремясь к полноте, завершенности. И я буду совершенствовать свою концепцию, свое видение, свой мир в стремлении к абсолютному Совершенству, когда с полным удовлетворением можно будет сказать: “Да , это - прекрасно. И только это - истинно”. Такова правда о мире.

409. СКАЗАННОГО ДОСТАТОЧНО, ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ ЛЮБЫЕ ВЫВОДЫ.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. КОНКРЕТИЗАЦИИ:

Раздел 1. Субъект - Мир-Концепции.

1. САМООСОЗНАНИЕ - МНЕНИЕ СОЗНАНИЯ О СЕБЕ. МНОЖЕСТВО ИНДИВИДУАЛЬНОСТЕЙ - РАЗНЫЕ МНЕНИЯ О СЕБЕ ЕДИНОГО СОЗНАНИЯ.

2. Состояние рефлексии в единой внесубъектной Структуре (тотус) создает моносубъекта и объективируемый им полисубъектный мир.

3. Каждый есть моносубъект в той степени, в которой он может осознать себя моносубъектом, - в той степени одиночества, на которую он способен.

4. В том аспекте, в котором он мыслит себя человеком, он неспособен на абсолютное одиночество, потому, что одухотворяет созданные формы и приравнивает их к себе.

5. Моносубъект творит вокруг себя “подобных” и наделяет их сознанием. Он создает полисубъектный уровень (полис) как продукт рефлексии. Этот уровень настолько реален для него, насколько он привязан к его формам.

6. Его осознание в себе Единого соответствует его непривязанности, независимости, - той степени одиночества, на которую он способен.

7. Его осознание в себе внесубъектной Истины, Гармонии, Света соответствует его непривязанности к себе, - доступной ему степени самоотречения.

8. Как внесубъектная Структура (тотус) он пребывает в Истине, Свете и Гармонии с собой. Как моносубъект он созерцает эту Гармонию в Свете Истины.

9. Как человек полисубъектного мира он стремится осмыслить это состояние (именуемое жизнью) и поделиться им с себе подобными. Одним их элементов Гармонии является представление о возможном диссонансе.

10. Если я скажу, что мир есть множество концепций, учитывая множество окружающих меня субъектов, то я тем самым допущу существование некоторой внешней универсальной точки зрения, допущу существование “мира на самом деле”, который уже не концепция, а нечто раз и навсегда заданное и независимое от всех концепций. Такое допущение не имело бы смысла, поскольку всякое знание о таком “мире на самом деле” могло бы быть только чьей-нибудь точкой зрения. Потому неверно говорить о множестве концепций, тем более, что для меня (“каждого”) в данный момент реальна только одна концепция, а все остальные, так же как и их носители - субъекты для меня реально являются только допустимыми, предполагаемыми или возможными. Как никто никогда не может ощутить более одного субъекта, так же никто не может иметь более одной веримой концепции мира.

11. Мир, как и субъект, един. Это мир одного субъекта, его концепция, точка зрения, его представление о себе и мире. Эта концепция является единственным предметом его веры, для него это - реальность. Но для того, чтобы видеть в ней реальность, а не “всего лишь” продукт своего воображения, он должен подкрепить свою веру допущением “мира на самом деле” и множества живущих в нем субъектов, имеющих более или менее “правильные” концепции этого мира. Все это возникает как средство самоутверждения концепции единого субъекта - “меня”. Потому всех прочих субъектов и другие концепции следует рассматривать как нечто вторичное по отношению к “моей” концепции - это некоторые её натяжки, алогизмы, гипотезы, не допускающие экспериментального подтверждения.

12. Алогизмы - несоответствия между концепцией и бытующей в её пределах логикой - необходимое условие развития концепции, то есть мира, - его жизненный фактор. Мир по необходимости алогичен, внутренне противоречив в любых своих описаниях. Непротиворечивая внутри себя концепция представляла бы замкнутую, законченную систему, не имеющую возможности развития. Наталкиваясь на противоречия внутри себя, концепция вынуждена изменяться и изменять свою логику, временно отодвигая противоречия на другой план и повышая в своих глазах свою устойчивость.

13. На каком-то этапе своего развития концепция может включить в себя существование множества субъектов и множества их концепций, из чего должно следовать существование “мира на самом деле”. Обнаруживая некоторую алогичность таких допущений, концепция пересматривает себя и приходит к выводу, что идея множества субъектов и “мира на самом деле” была принята ею для повышения веры в себя, что было вполне действенно до тех пор, пока не вскрылась (возникла) алогичность этой идеи. Теперь концепция утверждает себя путем разрешения этой алогичности, то есть принимая множество субъектов и “мир на самом деле” не как реальность, а как допущение, необходимое для определенных целей. Полисубъектный мир стал нереальным, но обрел реальность мир моносубъектный, а концепция утвердила себя, разрешив противоречие и отождествив себя с миром.

14. Мировоззрение - это самосозерцание мира. Это - мир без интерпретации. Если в этом мире что-то есть, то никто не может сказать, что это такое и кто это воспринимает. Когда возникает интерпретация, мировоззрение порождает бытие.

15. Простейшей формой интерпретации можно назвать реакцию на элементарное воздействие - уровень ощущения. Синтез элементарных ощущений (в плане некоторых принятых моделей) порождает ситуацию - уровень образа. Дальнейший синтез порождает концепцию - уровень понятия. Развитие концепции в конечном счете приводит к уровню внесубъектной интуиции. Если допустить некоторую неточность и подменить самопребывающий мир - объектом, то можно сказать, что первому уровню соответствует физическое бытие неодушевленных тел, реагирующих на каждый элементарный акт воздействия; второй уровень - живых существ, реагирующих на совокупности элементарных ощущений - образы (не обязательно зрительные). Здесь происходит развитие дифференциации образов, достигающее того уровня, который мы называем “человеческой ситуацией”, являющейся непосредственно воспринимаемым миром человека. Синтез образов (в основном на зрительной основе) позволяет абстрагировать предмет как совокупность множества подобных образов. Теперь существо реагирует не на образ (форма, цвет, звук), а на то, что за ним кроется - предмет. Реакция на предмет - это уже обозначение предмета как целого, потому этот уровень есть уровень развития понятия, которое в элементарном виде присуще уже тем существам, которые способны узнавать предметы независимо от угла зрения. Не следует забывать, что это - только иллюстрация, и чтобы понять смысл развития самопребывающего мира, нужно представить себе бытие для себя (изнутри) молекулы, камня, растения, молюска, млекопитающего, человека. Если же вспомнить, что все подобные фазы проходит в своем развитии человеческий эмбрион, станет понятна тождественность всего самобытующего мира и отдельного человеческого сознания.

16. Только на уровне понятия становится возможным самосознание - выделение себя из мира, которое есть не что иное, как самоосознание мира: осознать себя можно только в противопоставлении “не себе”. Самосознание приводит к появлению внешнего мира, который, будучи единственной веримой реальностью, истолковывается как “мир на самом деле” и для подкрепления такого мнения населяется подобными субъектами. Продолжая самоутверждаться, мир, мир обретает жесткую реальность “объективного” бытия и вырастает до бесконечности. Так же как воспринимаемый мир-ситуация, представляемый мир-концепция в этой фазе является для себя веримой реальностью: я не умозаключаю о существовании пространства за пределами видимого объема моей комнаты, я как бы ощущаю себя в нем. Даже когда я знаю, что это “только” концепция, это ощущение себя в бесконечном пространстве не исчезает, пока иная концепция мира не станет для меня непреложной достоверностью.

17. Развитие метафизического видения мира направлено в запредельность. Как всякое движение и развитие, оно стремится выйти за пределы сегодняшней данности. Разрыв пределов концепции назревает в пределах самой концепции, используя самые прогрессивные из наличествующих средств.

18. Интеллект из инструмента совершенствования полисубъектного мира превращается в его разрушителя. В какой-то момент он начинает понимать, что не исследует мир, а строит концепцию мира, затем обнаруживает, что кроме этой концепции нет никакой другой доступной наблюдению реальности. Все, что полагалось за пределами концепции, оказалась необязательным. Но если мир - это концепция, то почему такая, а не другая? Экспериментируя, интеллект создает множество миров - моделей, сопоставляет их, находит противоречия, отбирает лучшие. Если мир - концепция, то любая концепция может быть миром, но для этого она должна стать верой.

19. Сказать, что мир -концепция, значит уже перейти к моносубъективизму, а здесь легко уверовать в любую концепцию мира, потому что единственным критерием достоверности является мнение одного субъекта. Но для этого монос должен обрести неуклонную достоверность, - из интеллектуальной антитезы полиса он должен стать естественным руководством к действию, он должен стать мировоззрением, то есть миром. Чем более моносубъектным становится мир, тем легче сменяются концепции. В пределе мир становится всяким, то есть никаким. Так можно представить себе возврат к внесубъектному бытию.

20. Различие досубъектного и постсубъектного мира установить невозможно, поскольку различающим для себя является только уровень понятий, то есто тот, где есть понятие “различение”.Мы можем только надеяться, что весь этот путь пройден не зря, но ограниченность такой позиции очевидна. Для разума имеет смысл только движение по спирали, - движение по кругу бессмысленно. Но какое отношение к мнению разума и его требованию смысла имеет то, что включает разум в себя как частность?

21. Основным препятствием для моносубъектного видения мира является симпатия к себе подобным (этим словом “симпатия” мы объединим все формы положительных отношений - любовь, уважение, привязанномть, сострадание и т.п.). Однако это препятствие мнимое, оно является следствием полисубъектной логики. С полисубъектной точки зрения моносубъектное видение, естественно, должно выглядеть несколько нелогичным: в нем представление о мире как о поле сознания единого субъекта сосуществует с признанием множества одушевленных существ. Попытка совмещения этих представлений в пределах полисубъектной логики приводит к различным моделям, вроде Всепроникающего Святого Духа или Единой Жизни.

22. Все живые существа с их разумом, сознанием, с их номинальными “я” (включая и “меня” - наблюдателя) действительно существуют на своем (номинальном) уровне, но это еще не уровень единого субъекта. Когда я смотрю моносубъектно, я становлюсь единым субъектом - фактическим “я”, и множество внешних и внутренних форм на этом уровне остаются лишь формами, фантомами, представлениями единого субъекта.

23. Я могу сказать, что весь мир - поле моего сознания, но это не сознание некоего имярек, а меня как абсолютного субъекта, меня на уровне абсолютного субъекта, у которым отождествляется единый субъект при полном очищении моноса.

24. Следует заметить, что “нормальное” человеческое восприятие мира и так алогично, помимо всякого анализа. Если отнестись внимательно к событию моего пребывания в мире, то станет ясно, что непосредственно, интуитивно я и так всегда воспринимал мир как поле моего сознания., а всё остальное - “объективность” не включенная в мое поле зрения, и множество миров других сознаний - только умозрение, модель. И вместе с тем, опять-таки интуитивно, непосредственно, без размышлений я воспринимаю всех мне подобных как наделенных сознанием. Если есть два факта непосредственного восприятия, то следовало бы забыть, что их сосуществование не укладывется в рамки какой-то логики. Напротив, “правильная” (адекватная) логика должна опираться именно на сосуществование этих двух фактов восприятия.

25. Увидеть все, как оно есть - мнимая проблема. Увидеть всё, как видишь - проблема реальная.

26. Существует только один мир - мир “моего” сознания. Мой, этот мир населен множеством сознающих существ - это дано непосредственно. Из этого следует, что каждое существо имеет свой мир сознания, а нечто общее - “пересечение” этих миров - образует мир не сознания - мир объективный. Значит мир моего сознания - не единственно сущий, и вообще он - только отражение объективного мира. Но этот вывод - уже не непосредственная данность, а продукт спекуляции. Значит, логика, правомерная в пределах мира сознания, не может охватить этот мир, включить как объект. Здесь нужна совсем другая логика ил не нужна совсем.

27. Было бы странно, если бы логика, возникшая и действующая внутри некорой системы, могла бы легко быть распространенной за её пределы Всё, что за пределами системы - алогично, абсурдно. Логика выводит объективный мир, но при более тщательном рассмотрении он оказывается не менее алогичным, чем мир единого сознания, населенный сознающими существами.

28. Физический и метафизический уровни имеют разные законы иразные отношения. Кроме них можнопредставить еще не множемство уровней отношения к миру. То, что на метафизическом уровне - лишь фантом или последовательность ощущений (фактов сознания), на физическом уровне может быть телом, предметом, на биологическом уровне может быть живым предметом, активно взаимодействующим со средой, на психологическом уровне может оказаться существом сонающим, отражающим внешний мир, на этическом - членом обществаяя. К которому приименимы определенные требования. Главное, что одно ни сколько не противоречит другому. Также и моносубьектная позиция не противоречит полисубьектной, а включает её в себя. Моё сознание на некотором уровне представляет себя как мир множества субъектов. Но полисубъектная позиция со своей точки зрения включает в себя множество моносубъектных. Все уровни, позиции, конепции переплетены друг с другом, взаимодействуют друг с другом как предметы некоего мета мира, который пока - лишь умозрение, но, как и всякий уровень, может стать непосредственно воспринимаемым.

29. Главное не знание “истины в последней инстанции” (истины для ума) - каков мир, такова его природа, а охват наибольшего числа уровней и концепций, чтобы применять каждую по мере надобности. Потому то, что могло бы стать истиной впоследней инстанции - “мир есть концепция” - звучит слишком абстрактно и, собственно, ничего не сообщает. Ведь концепция может быть любой - таким же будет и мир. Когда нужно, он может быть даже вполне объективным и полисубъектным, включающим уверенность, что таков он и есть “на самом деле”. И такой мирс такой верой нас вполне может устраивать вряде случаев. Когда же он нас не устраивает, мы вспоминаем, что это - всего лишь концепция, и по мере своих возможностей строим другую концепцию. Вот что такое истина в последней инстанции: это огромная свобода. Мир такой, как я хочу! - по крайненй мре потенциально, как возможность,как предмет для работы. Для творчества.

30. Если мир (и я в нем) - концепции,то это концепция саморазвивающаяся, творческая, живая. Она живет и творит себя в различных вариантах, время от времени замыкаясь на себя и выражая себя как мировоззрение некоторой личности, которую концепция считает своим субъектом. Но само существование субъекта - только мнение концепции, считающей, что объект существует лишь по отношению к субъекту. Так субъект оказывается одним из объектов концепции, а концепция, утвердившись в этом, становится внесубъектной.

31. Объективировав все свои “я”-оболочки, концепция по инерции продолжает мыслить некий необьективируемый субъект, достоянием которого являются все ощущения (факты сознания). Но необъективируемый субъект ненаблюдаем. Мы говорим, что он - наблюдатель, но только по тому, что ощущение в старом толковании нуждалось в ощущающем. Когда все объективировано, отпадает необходимость в субъекту. Все это (мир сознания, а не объективная реальность) просто существует и иногда называет себя сознанием. Части его, объединяясь, иногда составляют временные образования - субъекты, которые при достаточно внимательном отношении оказываются объектами. Нет никого, кто наблюдал бы весь этот процесс, который сам есть наблюдение себя.

32. Только инерция мышления заставляет нас всегда искать субъект: на некотором уровне возможно бытие сущностей без субъекта, и слово “быть” уже не требует вопроса “для кого?”. Это можно назвать вычшей безусловной фазой Мира-Концепции, но следует помнить, что эта Концепция - не “чья-то”, она сама в себе создала свой субъект, пока не созрела достаточно, чтобы отказаться от этой последней иллюзии - иллюззии “себя”.

33. И снова вопросы: Что делать? Чего желать? К чему стремиться? Созерцать или действовать? Познавать или завоевывать? Расширять сознание или смириться со своей ограниченностью?

Эти вопросы еще можно как-то разрешить в пределах той или иной концепции. Но если веримой концепции становится равнозначность любых концепций, - из чего мы можем исходить для получения положительной программы жизни? Здесь разуму не на что опереться, здесь он должен умолкнуть, чтобы позволить сознанию-бытию выйти за пределы рационального и обрести веобъемлющую надлогическую основу.

34. КОГДА РАЗУМ ЗАМОЛКАЕТ, ВСЕ ОКАЗЫВАЕТСЯ ИСТИННЫМ, ПОСКОЛЬКУ ВМЕСТЕ С РАЗУМОМ ЗАМОЛКАЮТ ЕГО СОМНЕНИЯ.

35. Все программы разума, выведенные в пределах концепции - это несвобода. Свобода - за его пределами. Но об этом разум ничего знать может. Если ТАМ мы можем получить ответы, то это не ответы на вопросы разума, и даны они не в форме положительного знания. Скорее это вообще не ответы, потому, что ТАМ нет вопросов: там, где не действует разум, и так все ясно. Там нет сомнений, нерешительности проблемы выбора.

36. “Что же ЭТО?” - спрашивает разум. Он не получит от себя никакого ответа. Возможно, в какой-то момент он скажет: “Вот это - ОНО?” - нго никогда не будет в этом уверен.

37. За пределами ума ум перестает быть субъектом. Вся эта его возня остается, но смысла в ней не больше, чем в щебете птиц и шелесте листьев. Все это и так происходит. “Значит, не стоит ни к чему стремиться?” - спохватывается разум. Но и стремление - происходит. И смена концепций мира, как смена времен года, не имеет никакого смысла вне сомневающегося разума. Так же, как его попытка понять вполне равнозначна волнению моря или копошению муравейника.

Но все это - высшей инстанции. Реальный человек всегда находится в пределах своей концепции и отвечает на свои вопросы, исходя из своей концепции мира.

38. Естественно задачей разума является вычисление оптимального поведения организма с целью сохранения и повышения универсальности - его возможностей самосохранения. Совершенствуясь оп методу проб и ошибок (приятно-неприятно), разум вырбатывает некоторую концепцию мира. Развитие концепции создает иллюзию приближения её к некоторой “действительности”. Чем сложнее концепция, тем лабильнее работа разума по сохранению организма. Потому движение к усложнению образа мира может рассматриваться как положительное. Это движение - наращивание универсальности - разум интерпретирует как стремление к истине, к тому, что есть “на самом деле”.

Если посмотреть внимательнее,то станет ясно, что все стремления арзума, все его самосознание идаже его существование находится в пределах концепции: в ней содержится мнение о некоем “разуме”, который творит и совершенствует Концепцию.За пределами этой концепции видно, как в недрах концпции зарождается мнеие о творце, хоть это, разумеется, тоже концепция и , как любая концепция, она ни истинна, ни ложна, а просто существует. И это - Истина!

39. Истина - это не то, что есть “на самом деле”. Истина в том, что на самом деле нет никакого “на самом деле”.

40. В КАКОМ БЫ АСПЕКТЕ МЫ НИ ВЗЯЛИ ИСТИНУ, - ОНА ВСЕГДА ПЕРСПЕКТИВА, НО НЕ ТУПИК.

41. Истина - не мысль, не умозаключение, скорее всего это чувство или состояние ясности, где нет места сомнеиям, заблуждениям, противопоставлениям.

42. ИСТИНА - ЭТО НЕ РЕЦЕПТ ДЛЯ УМА. ИСТИНА В ПОСЛЕДНЕЙ ИНСТАНЦИИ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО НИКАКАЯ ИСТИНА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПОСЛЕДНЕЙ ИНСТАНЦИЕЙ. Истина - это всегда более, чем Истина, - более самой себя.

43. За рпеделами всех проявлений разума - ни истинное, ни ложное, ни нечто, ни ничто, - что же это такое, как его назвать? Ни одна земная религия не простирается дальше “истинного” - того, что “на самом деле”, хотя ЭТО - то, что очевидно в каждый момент и недоступно только уму. Есть много интересных состояний за пределами ума, но и они - только истина, хоть и высшая.

44. А ЭТО - здесь всегда, очень простое - Жизнь, Сознание, Мир, который для ума - всего-лишь концепция, претендующая на истинность. И если разум радостно воскликнет: “Так ЭТО, наконец, и есть то что на самом деле?” - ответом ему будет гомерический хохот Вселенной.

Раздел 2. ЧЕЛОВЕК И БОГ.

1. ПРОБЛЕМА НЕ В ТОМ, ЕСТЬ БОГ ИЛИ НЕТ, А В ТОМ, КАКОЙ СМЫСЛ МЫ ВКЛАДЫВАЕМ В ЭТО СЛОВО.

2. Ты хочешь узнать как устроен мир? Возможно ты разочаруешься, узнав, что мир никак не устроен. Потому, что мир - это концепция, точка зрения. Он таков, каким тебе кажется. Но это вовсе не значит, что он должен исчезнуть вместе с тобой: это зависит от твоей концепции мира. Если ты считаешь, что мир сохранится, то так и будет - для тебя, потому что нет никакого “на самом деле”. По сути твой вопрос беспредметен, если ты не сможешь удостовериться в ответе. Поэтому правильнее былобы спросить так: “Смогу ли я еще когда-нибудь попасть в этот мир, чтобы убедиться в его существовании?”. Естественно, что ответ зависит от твоей концепции мира.

3. Уважающее себя учение стремится представить свой предмет в виде объективной реальности, оно старается быть положительным. Оно учит тому, что есть “на самом деле”. Другое учение об этом “на самом деле” придерживается другог мнеия. И всегда это “на самом деле” остается множеством взаимоисключающих мнений.

4. Претензия на выражение реальности - тот первый неверный шаг, который всякое учение в конце концов приводит к вырождению и гибели. Этого не случилось бы, если бы в учении было бы заложено,что оно - лишь модель, временное образование, предназначенное для совершенствования путем замены все более существенных его частей.

5. Человек,как и учение, настолько смертеннасколько он принимает себя за то, что “есть на самом деле”. Мнеие человека о себе и своем мире - это тоже, что учение или концепция, модель, - ограниченная, если она содержит в себе сознание своей абсолютной реальности: её пределы определены её конкретностью.

6. БЕЗГРАНИЧНО ЛИШЬ ТО, ЧТО ВСЕГДА СОЗНАЕТ СВОЮ ОГРАНИЧЕННОСТЬ.

7. Вечно лишь то, что остается собою, изменяя любые качества на всем диаппазоне возможностей. Вечно лишь то, в чем заложены возможности любых премен. Вечной будет концепция,не претендующая на абсолютную достоверность, а признающая себя одной из множества возможных моделей. Она незакрывает себе путей для бесконечного движения.

В человеке вечно то, что не говорит себе ” я такой, а не другой”. Изменять себя, не изменяя себе, не заменяя себя другим, - в этом секрет бессмертия. То во мне, что не мнит себя реальным, а осознает себя как возможность любой реальности, -это и есть вечное.

8. Вопрос не в том, бессмертен ты или смертен, есть ли в тебе бессмертная душа или нет. Твоя проблема - если не найти, то создать в себе бессмертное - достойное увековечения.

9. Из возможных в пределах данной эпохи концепциё человек неосознанно выбирает именно ту, в которой он удобнее себя чувствует. Самоосуждающий индивидуум может принести в жертву высшее ради сиюминутного самоуспокоения.

10. Те, кому невыносимо жить под обнажающим взглядом Истины, предаются успокоительным иллюзиям. Тот, кто не считает себя достойным Вечности, не признает ничего,кроме преходящих форм. Тот, кому высшая Справедливость не сулит ничего хорошего,отрицает Бога и Гармонию.

11. Атеизм - это слабость духа. На атеизм осуждают себя из стыда и страха пред Высшим и Совершенным.

12. НИЧЕГО ВЫШЕ СЕБЯ НЕ ВИДИТ ТОТ,КТО НЕ СМЕЕТ ПОДНЯТЬ ГЛАЗА.

13. И атеисты по своему правы: они не вкусят бессмертия (не ощутят непрерывность сознания). Только тот, кто создал в себе вечное и назвал его собою, воистину бессмертен.

Тот, кто собою называет тленное, - как может он быть бессмертным? Он был рожден как жилище духа, но если дух им пренебрег (и духу не безразличен своеобразный комфорт), тогда он останется домом пустым, обреченным на анос.

Высочайший архитектор, творящий без проектов, не жалеет материалов для своих экспериментов. Что же странного, если он часто говорит “не годится, не то”? Ничто не делается зря.

14. Суть религии не только в Боге, сколько в вере в бога - в чувстве сверхличного. Бог лишь некоторая абстрактная направленность этого чувства, общее имя для того, что для личности ценнее её самой. Религиозный, или антиволевой акт - есть отказ от себя во имя высшего.

15. Пока я - не Бог, есть нечто выше меня по самым существенным для меня свойствам, например, по разумности, любви, справедливости. Почему же не склониться перед ним и не отдать свою жизнь в его руки? Тем более, если я верю, что Он - это я в своем высшем смысле. И мое наивысшее желание - стать выше себя.

Ты неможешь стремиться к нему, преодолевая то, что создано им для того, чтобы преодолевая ты стремился к нему, приближался к нему, никогда его не достигая в границах вечности.

16. Бог, Истина, Абсолют есть то (разные аспекты того), что ощущает мыслит и действует через меня. Это мое истинное “Я”, моя жизнь. Без жтого я мертв, меня нет.

Это предмет веры, но не знания. Бог не может знать, что он - Бог, ибо знание как ограниченная форма не может вместить в себя безграничное. Поскольку бог не делим на субъект иобъект, внешнее и внутреннее, его отношение к себе не может принимать формы знаия, сознания,самосозерцания. Отношение, в котором Бог находится с самим собой,лучше всего выражается словами “пребывание в себе”, но это конечно уже отношение, а непосредственная, без относительная и первоочевидная самосущность.

17. Пребывание в себе Бога для меня раскрывается как самоосуществление Бога: это вечно длящийся (в принятой временной развертке) акт творения, происходящий через раскрытие мне мира и меня миру. Это не следует понимать так, что “Бог моими глазами смотрит на мир”. Можно сказать, что Бог воспринимает весь процесс моего общения с миром, но слово “воспринимать” всё же содержит в себе субъект-объектное отношение. Лучше сказать, что Бог тождественен этому процессу, он и есть этот процесс, когда я неотделим от него. Но он же - Абсолютный субъект в моем несовершенном знании, тогда я отделяю себя от него как объект, существующий лишь в представлении субъекта. Понятно, что ни Бог ка процесс восприятия, ни Бог как Абсолютный субъект не может быть объектом моего восприятия и умозрения.

18. Нет смысла говорить о природе Бога, потому что он - до всякой природы. Представылнеие о Боге в пределах религии должно быть только таким, чтобы “технология духа” была достаточно эффективна. Вполне возможно представлять Бога в человеческом облике. Но, чтобы религия как технология духа выполняла свое назначение, представление о Боге дложно быть принято как истина о нем, как его природа, выраженная в наших понятиях.

19. БОГ ТВОРИТ ЧЕЛОВЕКА ПО СВОЕМУ ПОДОБИЮ, А ЧЕЛОВЕК БОГА - ПО СВОЕМУ РАЗУМЕНИЮ.

20. Для всех религионых систем храктерно монархическое и иерархическое видение мира,требующее во всяком явлении выделять главное и второстепенное, лучшее и худшее, наделять весь мир и каждею его чатсь центром,стрежнем, субъектом, властителем, монархом, богом. Власть, владычество, отцовство - отношения чисто человеческие. Они невозможны между человеком и истинным Богом. Также и представление о Ьоге как о центре мира, его творце, его альфа и омега - только распространение наших несовершенных понятий на совсем иную реальность: критерий Истины, авторитет высшей достоверности человек представляет как превосходнуюстепень себя.

В пределах вашего субъектного существования не могло возникнуть понятие, способное выразить нечто, лежащее за пределами этого существования. И только для обозначения этого невыразимого и его невыразимости существуют слова Бог, Абсолют, тарнсценднция и т.п. Любая попытка их расшифровки - извращение и принижение, используемое для укрепления определенного рода отношений между людьми. Расшифровка Бога как монарха - извращение его сущности с одной стороныи обожествление государственной и семейной субординации - с другой. Так, подменив живого Бога мертвыми социальными установками, властвует над душами ваш бахар - мнимый бог, самозванец, узурпатор.

21. Истинно только чистое отношение “человек-Бог”. Посредники лишь ступени и градации того же человека, - уровни “моего” сознания.

22. Мы можем считать Бога и отцом, и творцом, и защитником, и грозным судьей, но всегда, принимая его в нужном нам аспекте, мы лишаем его универсальностию Но ему ничего, он - Бог, даже когда не Бог. А мы обанываем себя, когда берем от Бога то, что нам выгодно, или то, что в нас воспитано. Но и самообман - от Бога, как компенсация его абсолютной истиности.

23. Пердставление о Боге всегда служило основой мировоззрения и поведенческим критерием (хотя бы потенциальным), выполняя роль стабилизатора общественных отношений. Но поскольку всякое представление о Боге не есть Бог, а только видимость, зависящая от точки зрения видящего, то человечество всегда пользовалось иллюзорными критериями для своих внешних и внутренних проявлений,что вполне можно определить как состояние “грехопадения”. Только пребывание в единстве с Богом было жизнью истинной и непосредственной, не нуждающейся в критериях правильности. Несовершенство словестной коммуникации затрудняет обучение жизни тех остальных, которые только собираются жить, не зная, как это делать “получше”. Ограниченность языка заслоняет иррациональный смысл учений, превращая Бога в драмматурга, владыку, даже в слово, - во что угодно, кроме самого себя. Писаный Бог становится бахаром - орудием социального гипноза,не освобождая, а порабощая верующих иллюзорной свободой добровольного рабства. И только не многим удается за словом увидеть Истину, и не столько благодаря слову,сколько вопреки ему.

24. Разумеется, нет ничего, кроме истинной жизни в Боге. Но также истинно и непосредственно существуют вторичные процессы рефлексии и опосредования, несущие в себе самих знак отделенности, заблуждения, страха. Стоит повторять многократно, пока это не станет очевидным фактом сознаия,что бытие как субъект-объектное отношение так же пребывает в непосредственности, как и все прочее, и только внутри себя обозначает для себя свою вторичность, которая вне его знаковой системы никакого вторичного смысла иметь не может.

25. Истинный Бог - это сама жизнь в её чистой непосредственной данности. Приобщенность к ней - абсолютная свобода, настоящее единственно ценное. Но оно - ни благо, ни зло, поскольку внесубъектно.

26. СВЕТ ИСТИНЫ ОТКРЫВАЕТСЯ В ТУЧАХ ЗАБЛУЖДЕНИЙ, ЕСЛИ НА НИХ ПОДУТЬ.

27. Бог для каждого - только то, до чего дорос каждый, настолько близок, насколько тот сумел дотянуться. Он настолько открыт в своей Истине, насколько свободен человек от социального гипноза и следующего из него самообмана.

28. Истина заслонена заблуждениями. Стоит только подуть на тучи заблуждений,и они развеются. Но нам и в голову не придет такая нелепость - дуть на тучи, потому, что эта мысль тоже скрыта в тучах предрассудков. Чем ниже и темнее эти тучи, тем они внушительнее и неодолимее робость запуганного сознания. Оно старается даже голову не полнимать, даже не вспоминать, - куда уж там дуть! Оно готово поддаться любому внушению, с радостью принимая любую весть, освобождающую от необходимости опасной борьбы. Оно блаженствует узнав, что никакая борьба невозможна. Оно только того и ждет, чтобы уютно сложить ручки и улечся в мягкий гробик бездействия. Лучше не жить, чтобы не рисковать жизнью, считает то, кто еще не жил.

29. Все более отказываясь от настоящего во имя будущего, человек считает, что он приближается к Богу, не замечая, что он просто поклоняется бахару, желающему иметь покорное стадо роботов. Разумеется, бахар не более, чем ложная идея самоутверждения монархии, иерархии, насилия, и, как всякая ложная идея, она содержит в себе зерно своей гибели. Ибо ложный путь - столь иллюзорное представлений, как и идея его породившая. В истинном свете все пути оказываются истинными.

30. Нужно совсем не много усилий, чтобы развыять фикции относительности. Нудно просто отказаться от борьбы с тем, чего нет. Подуть на тучи чисто символически, без усилия, - в знак пренебрежния ко всякой видимости. Слова “я вижу” ничего не значат. Это - символ пустоты. Как может видеть невидимый? Это значит само видение - только видимость. Борясь с видимостью видимости, мы хватаем руками ничто. Но и эта борьба - лишь видимость. Не за что бороться! Все, что есть, - и так есть, чего нет, - никогда не будет, - даже мечтой. Если есть мечта, - она уже реальность. Если мечта и реальность не одно, то это только видимость мечты и реальности. Пытаясь сделать мечту реальностью - значт усиливать обольщение видимостью. В том, что есть непосредственно, мечту некому отличить от реальности, некому предпочесть мечту реальности. Там нет такого, чего еще нет или почти нет. Там всё абсолютно ЕСТЬ, и даже абсолютное отрицание тождественно абсолютному утверждению. Это даже не сверхреальность, ибо все прочее - видимость. Это - единственная реальность - просто жизнь.

31. Все гараницы преодолимы. Так между Богом и человеком нет непреодолимой преграды. Бог - это идеальное состояние человека, человек - реальное состояние Бога (частное, зафиксированное в некоторой реальности).

32. Абсолют не осознает себя. Для этого ему надо стать человеком. Он ближе или дальше от того, чтобы осознать себя как Бога, в зависимости отстепени самоуважения. Предел - это конец человека и возврат к несамосознающему Богу: ведь быть Богом, значит быть Всем, не противопоставляя свое “я” дркгой части мира. Он должен либо осознавать, то что есть нечто выше его, либо не осознавать себя.

Несамосознающий Бог - Всё стремится обрести самосознание, самосознающий человек стремится стать выше себя и раствориться в своем высшем - “вернуться к Богу”.

33. Сознание в своей высшей непосредственности (непорочности) есть несамоосознающее сознание, или Абсолют (внесубьектное сознание, тотус). На пути самопознания оно становтися сначала “полусамосознающим” (моносубъектное сознание, монос) и, наконец, самоосознающим себя как нечто отдельное от “не себя” (полисубъектное сознание, полис). Дальше сознание познает свою истинную суть и возвращается к Абслюту. Пристально рассматривая себя, сознание убеждается, что в своей истинной природе он есть Всё. Так Абсолют, пройдя путь самообнаружения, возвращается к своей внесубъектной сути (на “новом уровне”, как хотят верить концепции полиса).

Эти процессы можно назвать “материализацией” и “дематериализацией”. Такова пульсация: бытие-небытие, человек-Бог, происходящяя во всех, в том числе и во вневременных, аспектах.

34. Человек - это Бог в процессе самоискания. Человек - орудие,прокладывающее Ему новые пути к Себе. Человек - совершеннейший прибор, созданный им для сотворения Себя.

35. Достигнув определенного уровня, человек вступает в более интимные отношения с божеством.

36. Страдая от одиночества, Бог стал человеком среди людей. Теперь человек, страдая от одиночества среди людей стремится прийти к единству в Боге, не утратив индивидуальность, чтобы вновь не возникла проблема одиночества Бога.

37. Человек есть отвлечение Бога от себя, его притворство пред собой, ибо все что можно сказать о Боге, есть ложь. Но Бог желает говорить о себе, - эо его воля,его каприз. И Бог фантазирует о себе, представляя себя человеком в бесконечной Вселенной, которую ему “предстоит познать”. Тогда как ему всего лишь надо престать притворяться.

38. Бог - не предмет поклонения, а предмет саморазоблачения. Сотворение миров - его паяснячанье перед собой.

39. Нет ничего кроме Бога, потому мир и человек в нем - божественный саммобман. Когда он незрел как ребенок, ему хочется играться, и он создает миры. Мужая,он начинает стыдиться своего ребячества и создает философию как метод познания истины о себе - божественное саморазоблачение.

40. Воля к превосходству над собой (нечто по самой идее абсурдное) заставляет его стараться тволрить. Она же устремляет человека к Богу. В Истине воля к превосходству оказывается замкнутой на себя - движущей силой самообмана. И мир - жтот самообман - будет существовать, пока эта игрушка чем-то привлекательна. Он исчезнет, когда у ребенка достанет мужетсва признать, что он есть Все, тождественное “ничто” для ума.

41. Извечный страх заставляет вас полагать в основе мира нечто великое и торжетсвенное, гнетущее и пугающее. Бесстрашный поймет, что Бог - это свет, сме, радость и детская чистота.

42. Кончается эпоха страха. Минует то время,когжа стра пред сильным был основным направляющим фактором в объединении человека. Теперь - не поклонение, а осознание, НЕ СТРАХ БОЖИЙ, А БОЖЕСТВЕННОЕ БЕССТРАШИЕ станет совершеннейшим двигателем ваших душ.

Раздел 3. ПУТЬ ЧЕЛОВЕКА.

1. ЧТО ДЕЛАТЬ? НАДО ИДТИ!

2. Концепция может пребывать в двух состояниях: чистой непосредственности, когда нет вопросов и проблем, а есть только пребывание, и в опосредованном состоянии, когда концепция рефлексирует, пытаясь выяснить, что она такое, откуда она, чья она, когда кусает свой хвост и для объяснения придумывает “я”, субъект, всевозможных богов. Это состояние омраченности, заблуждения, грехопадения, околдованности. Разум пытается разрешить противоречия, предварительно их создав, так как и противоречия, и их разрешение возможно только в разуме. Они - в самом принципе действия разума, в подмене одного другим (объекта - понятием). Этой подмены нет, когда разум еще не опознал себя как разум и не противопоставил себя некоей “реальности”. Тогда все - единый процесс, где мысль или образ не “отражает” внешнее воздействие,а является его следствием.

3. Когда концепция пытается схватить себя посредством разума, возникают ложные понятия - субъект, “я”. Мир разделяется на внешнее и внутреннее. Понятие из следствия становится “отражением”, выражением, то есть ложью. Однако сама концепция от этого не стала ложной, поскольку ей не противопоставлено никакое “на самом деле”. Это “на самом деле” включено в концепцию, когда она рефлектирует, и просто не существует в её чистом состоянии.

4. Всякая сиюминутная концепция есть истина о мире, хоть в её пределах может существовать мнеие, что она - заблуждение, и что есть другая истина. Когда концепция в своем субъектном состоянии утрачивает веру в себя, то, даже считая себя заблуждением, она все равно остается истиной, включая еще и это мнение о себе. Это состояние самомнеия - предпосылка для выхода в запредельность, путь к внесубъектности. Заблуждение - это только мнение в состоянии рефлексии. В другом состоянии нет рефлексии, нет мнений, нет и сомнений. Это - пребывание в Истине не в том смысле, что другое состояние ложно, а только в том, что здесь нет сомнеий в его истинности. Более того, эти две фазы Мира-Концпции разделены только в сотоянии рефлексии. В другом состоянии нет противоположного? Оно включено в него как истина.

5. И ложь, и истина есть правда.

И правда, и неправда - Истина.

6. Тот, кто вошел в Истину, знает, что он там был всегда.

7. Свет есть потенция тьмы, тьма - один из элементов Света. Тьма один из элементов Света. Бог - потенциальное состояние человеческого сознания, человек - элемент божественного пребывания. Две фазы Мира-Концепции включают друг друга в разных отношениях.

Пока я стремлюсь к Свету, я не знаю, что я уже в Свете. Когда есть Свет, нет различения Света и тьмы. Когда есть Свет, оказывается, что тьмы не бывает: тьмы нет, есть только слепота.

8. -Неужели нет ничего на самом деле?

-Почему же! Всякая концепция содержит свое “на самом деле”, но любая концепция равноценна другой.

9. -Но, значит, все-таки нет самого-самого “на самом деле”? Того, что “на самом деле”?

-Отнюдь. “На самом деле”, то есть в последней инстанции всегда есть какая-либо концепция или Концепция в какой-либо форме. Но в последней инстанции нет никакого “на самом деле”, отражаемого этой концепцией. Мир-Концепция - это название мира для ума, расшатывающее его косность. Были уже слова “Абсолют”, “Единое Сознание”, “Жизнь как таковая” и т.п. Слово “Концепция” подчеркивает вторичность, которая оказывается кажущейся. Для ума концепция требует объекта, она должна быть “о чем-то”. Концепция “ни о чем” - прекрасный парадокс, разбивающий самомнение разума. Выражение мира - это и есть сам мир.

10. -В состоянии Света, рефлексии разума. Почему же мы его тоже называем Концепцией?

-Для нас оно - Концепция, так как на нашем уровне ничего другого нельзя представить. Для себя оно - ничто, так как не называет себя. Для меня это слияние мира и его выражения, для себя - неразделение. Если поликонцептуальность, или панконцептуальность становится твоим непосредственным отношением, точнее, не отношением, а твоим миром, а еще точнее не “твоим” миром, а просто миром, ты уже в Свете.

11. Для всякого нечто (явления, понятия и пр.) возможна точка зрения, отрицающая его существование. Но по большому счету ни одна точка зрения не предпочтительнее другой. Потому всякое нечто и существует, и не существует в равной степени, всякое нечто в равной степени - ничто. Это универсальный принцип распространяется на самые фундаментальные законы и сущности (Бог, “я”, и даже бытие как таковое).

12. С этим не согласится точка зрения, верящая в верховный авторитет. Но, какова бы она ни была, она - лишь точка зрения, которой вполне может быть противопоставлена другая. Так этот универсальный принцип включает самое себя и оказывается в равной степени истинным и ложным.

13. Но если что-то существует хоть с какой-нибудь точки зрения, значит оно уже существует. В этом асимметрия утверждения и отрицания: утверждение есть признание предмета, отрицание - лишь признание незнания о предмете. В этой простой истине - спасение мира от уничтожения нигилизмом.

14. Позиция неразличения не может быть истинной, потому, что неразличение не позиция. Отказавшись от выбора, мы же совершаем выбор. Спасаясь бегством в пустоту, мы обретаем тьму, а не Свет.

15. Свет для человека всегда состояние потенциальное. Ясность не достигается путем искусственного отказа от выбора. Взаимоуничтожение противоположностей - путь во тьму небытия. Осознание их и синтез - путь к Свету вечной жизни.

16. Путь есть движение к Свету, где выбор отпадает естественно, за ненадобностью. Но сам Путь - это всегда путь выбора. Насильственный отказ от выбора, приведение противоположностей к нулю, а не к синтезу это отказ от пути, остановка, омертвение. Это и испытание в пути, так отказ от пути невозможен. При внимательном осознании и тщательном различении становится понятно, что такая тенденция - следствие слабости духа - страха и эгоизма.

17. “Все” не тождественно “ничто”. Это тождество существует только на некоторых неглубоких планах ума. Те, кто используют его для самооправдания, закрывают себе путь в глубину.

18. Реальный человек всегда находит себя в пределах и отвечает на свои вопросы исходя из своей концепции мира. Однако его не покидают сомнения в правильности своих поступков и в правомерности критериев, оценивавших его поступки. Один только факт таких сомнений говорит о том, что человек, сознавая это, или нет, полагает существование какой-то высшей Истины и стремится к ней как в высшему критерию самооценки. Если существует вопрос “правильно ли я живу?”, значит подразумевается возможность верховного авторитета, способного дать несомненный и единственно правильный ответ. Находясь в пределах концепции, человек находит такой авторитет постольку, поскольку концепция для него несомненна.

19. Всякая общая (полная) концепция мира содержит в себе ответ на вопрос о смысле человеческой жизни. Напротив, неполная, частная концепция не дает такого ответа в достаточно конкретной форме. Примером концепции первого рода может служить религиозная доктрина, дающая (претендующая на) полное, законченное описание мира. Концепции второго рода дают описание частностей - это системы “технологического” типа - такие как алхимия, современная наука, различные типы магии. Эти системы не содержат в себе критериев целевой правильности. Чтобы ими пользоваться, нужно цель задавать извне. Не содержа в себе целого мира, подобные системы (в плане поликонцептуализма) по сути не являются концепциями мира, уместнее называть их “квазиконцепциями”. Принцип квазиконцепции - исследование, эксперимент (пусть даже мистический), воссоздание мира по частям. Принцип полных концепций - откровение, видение мира в целом. Квазиконцепции стремятся к истинности, концепции содержат истину в себе. Квазиконцепции, стремясь к объективности, теряют ту часть мира, которую составляет субъект, изучающий мир (или включают его в виде поверхностных “объективных” проявлений), - в этом причина их неполноты. Если они не игнорируют этические вопросы (говоря лишь о средствах, а не о цели), то возникающие на их основе этические учения не располагают достаточно авторитетным источником, чтобы стать предметом несомненной веры, а без этого, они бесполезны: их целевые установки не могут исключить сомнения. Религиозные концепции опираются на высочайший авторитет и содержат все ответы для сомневающейся души.

20. Общие и частные концепции сосуществуют в постоянном взаимодействии, дополняя друг друга. Первые играют роль стабилизирующих факторов, вторые вносят изменчивость. Первые дают законченный мир, в котором можно спокойно жить, вторые вносят беспокойство, их мир принципиально незакончен, он - предмет постоянного стремления. Философия в разных пропорциях синтезирует обе тенденции, стремясь к высшей реальной Концепции, в беспредельности возможностей которой слиты воедино воля и вера, познание и творчество.

21. Панконцептуализм снимает вопрос о правильности концепции. Если мир есть концепция, или сама концепция есть мир, то вопрос то том, правильна или нет данная концепция абсурден. Внутри себя религия содержит верховный авторитет, как критерий свой абсолютной достоверности, - без этого она не может “работать”, то есть воздействовать на души как веримая реальность. Рассматривать религию “снаружи”, в сравнении с другими бесполезно и бессмысленно. В неё надо уверовать, чтобы понять: тогда она станет миром, а без этого, она просто сказочка.

22. Смысл (цель) всякого явления находится за его пределами (следствие принципа запредельности). Тот, кто ищет смысл жизни в её пределах, либо ничего не находит, либо находит и разочаровывается. Найти смысл в запредельности, значит суметь взглянуть оттуда на всю жизнь в целом, как будто она уже прожита. Отсюда вывод: жить надо так, чтобы глядя на всю жизнь в целом со стороны, ты мог бы сказать “это хорошо”. Казалось бы не всякому доступен такой отрешенный взгляд. Но, тем не менее, каждый обладает чувством правильности своих поступков по самому большому счету. Это чувство мы называем совестью.

23. Мы стремимся за пределы только для того, чтобы прожить нашу жизнь правильно.

24. Пока возникает вопрос о правильности жизни, мы еще люди, наделенные волей, свободой выбора. Наша задача - правильно пройти свой путь, избирая его по велению совести -“сердца”, не поддаваясь омертвляющим факторам - соблазнам, традициям, формулам и рецептам учений и религий, пытающихся упростить нам жизнь с провокационной целью - лишать нас права выбора.

25. Главное - Путь. Религии и учения - лишь вехи, подсказки и соблазны, которыми нудно пользоваться сознательно, как и всяким средством, не превращая его в цель. Свой путь каждый должен пройти самостоятельно, неся ответственность за каждый сделанный шаг и не перекладывая её на плечи даже самых высших авторитетов.

Наш авторитет в нас самих. Это - совесть, чувство истинности, правильности выбора, - наша путеводная звезда, наш ясный огонь.

26. Мы всегда стоим перед выбором правильности, потому, что пока мы люди, мы живем в пределах концепции, сообразуясь с её реальностью. Поликонцептуальный мир - это уже не мир человека, это его мечта, его запредельность, его освобождение от воли и свободы выбора. Это его награда, венец пути.

Ты примешь эту высшую концепцию мира - Мир-Концепцию, - концепцию о мире, который только концепция, который никак не устроен, - ты примешь её когда сможешь взять на себя заботы об устройстве этого мира. До этого ты не сумеешь принять её, как ни старайся. Она останется твоей мечтой о высшей Истине, пока ты не пройдешь свой праведный путь во множестве твоих частных реальностей.

27. Человек мечется между альтернативами, лихорадочно ищет правильного решения, он готов признать, что жизнь была бы восхитительна, не будь у него этой страшной свободы выбора. И вместе с тем, он всегда знает, как следует поступить правильно в высшем и единственном смысле, и сомнения его по сути в том, правильно или неправильно ему поступить. Часто он поступает неправильно, то есть не красиво, из страха последствий или из других не слишком возвышенных соображений, предавая свой идеал, чувство Истины, Бога в себе, вечное ради временного. Выбирать всегда приходится между высоким и низким, вечным и преходящим, прекрасным и полезным.

28. Надо отличать голос совести от голоса социума. Социальный человек в нас повелевает следовать штампам, традициям. Повеления совести всегда уникальны, не рецептурны. Этот высший голос всегда слышен в каждом, стоит только прислушаться. Человек всегда знает, когда он поступает правильно, но традиционные установки (запрограммированность) мешают слышать. Их авторитарность успешно конкурирует с высшим голосом у тех, для кого еще сильны авторитеты. Однако человек всегда испытывает внутренний дискомфорт, если поступает вопреки своему высшему.

29. Тем, кто считает совесть явлением чисто социальным, полезна задуматься, почему лучшее меньшинство, следуя велению совести становится выше общества и выступает против его бессовестный нравов. С общественной моралью совесть не имеет ничего общего. Можно сказать, что совесть аморальна, если иметь ввиду мораль как реально действующий фактор. И в тоже время совесть есть выражение высшей, идеальной морали, которая, искажаясь и извращаясь эгоистическими мотивами, в реальной жизни общества обращается в свою противоположность.

30. Высшему чужды штампы: бывает святая ложь и даже святое убийство, но как редчайшие исключения. Так же, мы едим, когда голодны, не взвешивая все “за” и “против”, так же естественно мы идем на свой ясный огонь. Отклонения воспринимаются как насилие, как противоестественное. Находясь в гармонии с собой, мы прилагаем волю только к внешнему. Противоестественность заставляет нас не применять волю к себе. Насилие не ощущается, когда высший голос подчиняет себе стремления инстинкта и ума. Но когда ум в своих конечных целях пытается что-либо подмять под себя, возникает внутренний разлад.

Когда высший голос подсказывает, что необходимо насилие над собой, мы его совершаем с радостью, несмотря на болезненность. Такое насилие естественно, оно - приложение воли к внешнему, к той части личности, которая стала внешней, по сути это насилие - не над собой.

31. Путь неисчислим и непредсказуем. Когда разум пытается ускорить движение, он неизбежно замедляет его, так как не может знать цели и руководствуется только традиционными установками.

Когда приходит время, мы оставляем свои “пороки” естественно, без принуждения. Пытаясь это сделать преждевременно, мы только усиливаем нашу “порочность”. Наша задача - только распознать, когда это отпадет само собой, - не “грешить” по инерции, когда уже не хочется, не идти на поводу у отживших программ.

Вериги ржавеют и рассыпаются в прах, когда забывают о них.

32. Разум может быть лучшим помощником на Пути, если он подчинен высшему. Движение свободной естественной мысли - один из высших и необходимых этапов. Но в нем не должно быть насилия, его необходимость должна быть непреложной. Лишь тогда “ментальные спекуляции” не останутся всего лишь суесловием, а станут вашими глазами в неведомом мире. Такова работа разума: не исчисление руководства к действию, она - само действие, сама жизнь в ментале. Прогулка мысли сама по себе бесцельна. Она появляется когда “хочется”, когда “интересно”, а часто и вовсе неожиданно. Если же я сажусь обдумывать правильность своей жизни, считая этот мыслительный акт досадной необходимостью, я совершаю насилие над своей естественностью, то есть действую заведомо неправильно.

33. Животное не может сразу стать человеком. Некоторое время ему придется походить в шкуре зверя, чтобы дозреть до осознания своей высшей сущности. Если же оно станет притворяться человеком, строить из себя человека, оно поддается иллюзиям и отдалит себя от постижения истинного смысла вещей.

34. БУДЬ ТЕМ, КТО ТЫ ЕСТЬ, И ТЫ БУДЕШЬ ВСЕМ, ИБО ТЫ ЕСТЬ ИДУЩИЙ.

35. Религия, магия, йога, наука - все может быть средством на Пути, но может быть и помехой. Все для человека, для его Пути. Но пользоваться нужно с высочайшей сознательностью.

36. Коварным препятствие на Пути является инерционность, которую мы пристойно именуем “последовательностью”. Последовательность основана на земной цели. Путь имеет цель запредельную. Путь неисчислим и потому не может быть последовательным. Последовательность, а правильнее инерционность, косность стремится заглушить голос сердца, подменить его расчетом.

37. Путь человеческой души, не ограниченной одной жизнью, - это путь саморазвития концепции мира. Низвергая одни иллюзии и создавая взамен новые, Мир-Концепция все же приближается к пониманию того, что всякий мир иллюзорен, что мир - это и есть концепция, не имеющая за собой никакой реальности, то есть она приближается к панконцептуализму - к совей смерти и преображению.

38. Человек продолжает функции Творца. Он творит свою жизнь, свой Путь, создает себя по образу Божьему, стремится сделать себя богоподобным, то есть божественно прекрасным. Он совершенствует себя в том, в чем может. В своих поступках, в своем поведении он стремится подражать своему Богу в силу своего разумения. Главное, чтобы он сам оценивал свои поступки как прекрасные без сомнений и оправданий, так как он существует только в отношении к самому себе, как творящая себя ситуация, Мир-Концепция. Он сам - свой высший суд. Этот суд - в нем, это орган эстетической самооценки, его сердце, совесть. Именно эстетической, а не этической: человек хочет видеть себя божественно прекрасным, а не божественно правильным.

39. То, кто ощутил себя на Пути, уже не скажет, что “все предопределено и потому его в его действиях нет никакого смысла”, ибо он уже понял, что Путь - это Путь воли, ведомой сердцем. Правильности пути не означает его фиксированности, предопределенности. Пути нет до того, как он пройден. Путь - предмет творчества жизни, и как произведение искусства он не предопределен, но может быть оценен творцом.

40. Великое Сущее, которое еще не бытие, находится с собой в определенных отношениях. Поскольку оно едино и единственно, все формы бытия как чего-то воспринимаемого, могут продуцироваться только Им и только для Него. Можно сказать, что любые формы бытия являются Его самовосприятием, самопознанием, самопостижением, которое приближает Его к самовоспроизведению в своих творениях.

41. Ты хотел узнать, как устроен мир? Но мир никак не устроен. Мир еще не сотворен. Ты творишь его в каждый момент как концепцию мира. Но эта концепция, этот мир - только твоя попытка самореализации, это - только твой инструмент, который исчезнет за ненадобностью, когда цель будет достигнута.

42. Теперь ты поставил себя перед страшным выбором: завершить себя и тем самым уничтожить мир и пожертвовать собой ради твоего творения. Но, возможно, как всегда доселе, ты найдешь средний путь. Ведь дилемма выбора - тоже концепция. И потому все в твое власти, на все воля твоя, а точнее, твоя импровизация. Вселенная с трепетом ждет твоего решения, Творец.


Раздел 4. ПУТИ КОНЦЕПЦИИ

1. Я ОБЬЯСНЮ ВСЕ, ЧТО УГОДНО, ТОЛЬКО СКАЖИ, ЧТО ДЛЯ ТЕБЯ ДОСТОВЕРНО.

2. Во всякой концепции мира, выдающей себя за то, что есть “на самом деле” (истину для ума), неизбежно присутствуют допущения, которые принципиально не могут быть фактом сознания и приняты исключительно из соображений сохранения концепции. Это предохранительные клапаны сброса избыточных напряжений и деформаций, возникающих в результате неточностей и натяжек, неизбежных при попытке заключить мир в его описание. Для сохранения жесткости структуры необходима дыра, безответно поглощающая излишки. Таковы: “случай”, “неисповедимый Бог”, “ничто” (имеющее статус реальности), “бесструктурный хаос”, “немотивированная воля”, - в общем, нечто такое, что все стерпит, на что можно списать всё, что угодно, выпирающее из структуры концепции.

3. В физико-механистической картине мира роль такого буфера издавна играет понятие “материя”, подменяемое в некоторых подконцепциях его представителями, такими как “энергия”, “вероятность” … и далее - “воля”, “случай”. “Таковы свойства материи” - вряд ли можно признать более солидным обоснованием, чем “такова воля Божья”.

4. Многие заблуждения связаны с переносом бытовых понятий (без необходимой адаптации) на чуждые им области. Понятие “материя” (от латинского materia - вещество) есть продукт неправомерной экстраполяции бытового представления о материале, веществе. Абстрагируясь от геометрической формы, мы получаем вещество, материал, и нам кажется, что абстрагируясь от формы вообще (как совокупности свойств, включающих и конкретные свойства вещества), мы тоже должны получить некий общий для всего “материал”.

Аналогично понятие “энергия” (от греческого ХХХХХХХ-деятельность) есть результат слишком далеко зашедшего абстрагирования разных видов движения, так что мера всего (физическая величина) сделалась родом субстанции.

5. Воспринимаемый мир объектов - это мир движущихся форм. Энергия может восприниматься только через движение форм, через ощущение движения, изменения, причину которого мы можем обозначить словом “энергия”, если нам недостаточно ближайшей причины - другого (предшествовавшего) движения. Потенциальная энергия - это еще не движение, это - прогноз движения, которое может возникнуть в системе после проведения над ней некоторых операций. Развиваясь, физика находит все новые способы реализации скрытой в веществе потенциальной энергии, потому это понятие следует всегда соотносить с технологическими возможностями человека.

Энергия не может быть фактом сознания, она не наблюдаема. Это только физическая величина, получаемая в результате вычислений. Модно видеть, ощущать только движение, изменение, по отношению к которому “энергия” рассматривается как умополагающая причина. Но она не является необходимой для взаимосогласования изменений и вводится только для упрощения операций. Тем более, для объяснения мира это понятие не является необходимым: как и прочие буферные понятия, “энергия” становится реальностью, когда частная концепция стремится выдать себя за полную. Это - ширма, скрывающая неполноту концепции.

6. Так же излишне и допущение “материи” как общей субстанции всех форм, не имеющей однако, вне этих форм никаких собственных качеств. Какой же смысл в этом допущении и в чем эта общность, которую призвана поддерживать “материя”? Эта общность чисто формальная, договорная: давайте всё, что мы воспринимаем (и даже вообще всё сущее) называть одним словом “материя”.

7. Но ведь у всего, что мы воспринимаем, есть явное, фактическое качество единства - это его осознанность. Мы объединяем ничего не значащим и ни к чему не обязывающим словом “материя” всё данное сознанию, хотя фактически всё это уже объединено сознанием. Всё это - сознание, его содержание, его объекты. Осознанность - реальный, наблюдаемый (фактический) фактор единства мира. Он принесен в жертву фиктивному фактору единства субъектов (носителей сознания), основанному на всеобщем договоре операционную модель сознания (метод оперирования фактами сознания) признать (называть) “объективной реальностью” (что заставило материальную часть субъекта считать его важнейшей частью).

8. Причину заблуждения можно интерпретировать по-разному (в зависимости от разных концептуальных планов). В качестве таковой можно, например, положить удобство оперирования реалиями за пределами момента, то есть работу ума. О том, что сейчас не воспринимается, удобно думать, что оно всё-таки есть не только как воспоминание или возможность, но и как реальность. Возможно, без этой натяжки описание мира было бы сложнее, но оно было бы ближе к самому миру, потому, что не такими значительными были бы деформации, и не столь заметным был бы “предохранительный клапан”. Но, скорее всего, объективное (бескомпромиссное) описание мира (тождественное самому миру) должно быть самым простым, хоть путь к нему вместил бы всю сложность эволюции человеческого познания.

9. Материальный мир для человека есть высшая степень оторванности 1) сознания от мира; 2) человека от своего высшего, цели, идеала; 3) концепции мира от самого мира.

10. “Мысль материальна” - вот предел косности физико-механистического мышления.

11. “Энергия” служит лучшим буфером благодаря меньшей ясности понятия, - на неё легче всё списать. Если о материи можно сказать: “это всё то, что ты видишь, осязаешь, обоняешь”, то об энергии не скажешь и этого. Она слишком абстрактна, и ни одно из определений не выдерживает критики, так что здесь легко сослаться на интуицию.

Теперь нам всем вроде бы ясно, что имеют в виду, когда говорят о времени, также стало самоочевидным понятие “энергия” благодаря длительному употреблению. Но при внимательном отношении к вопросу нетрудно понять, что энергия - только физическая величина (подобно “энтропии” и множеству других названных и не названных математических конструкций). То, что мы интуитивно подразумеваем под “энергией” есть просто движение форм, а закон сохранения энергии правильнее было бы назвать законом эквивалентности разных форм движения. Так же и поле, которое иногда рассматривается как воплощение энергии (“застывшая энергия”) есть только способ взаимодействия форм на расстоянии: старый опыт говорил, что для взаимодействия необходимо касание, новый опыт показывает другое, - что возможно взаимодействие без касания, на расстоянии, а область возможности такого дистанционного воздействия условно назвали полем. (Кстати, те, кто в силу традиционности мышления не могут смириться с возможностью взаимодействия без касания, пытаются объяснить таковое как обмен частицами).

12. Энергетическая модель может кое-что объяснить на поверхностном физико-механистическом уровне мировосприятия, где человек рассматривается как физиологический механизм. Но она становится серьезным препятствием при попытке проникнуть в более глубокие области мира (бытия-сознания).

13. Представление мира как энергетического образования несколько снижает его объективность, хотя традиционная позиция обычно препятствует проникновению мысли в те области, где это становится заметным.

Например, признание телепатии как проявления (возможности) энергетического единства сознаний делает более реальным представление о едином субъекте (хотя бы потенциальном).

14. Объективная и субъективная реальность идут на сближение. Вероятностный мир современной физики по крайней мере формально близок к миру возможностей.

15. Возрожденные суеверия древности в попытке приспособиться к новому времени и утвердиться в нем (регрессивный фактор, как реакция на прогресс и стимул прогресса при правильном использовании) используют для своего обоснования и “объяснения” авторитетные физические представления (поле, энергия, сила), порождая новейшие оккультные суеверия - паранаучные концепции.

16. Необходимо заметить, что всё связанное с “био-полем” и “био-энергией” не может считаться общепризнанным фактом. Эта флуктуация хоть и достигла некоторой массовости, но еще не обрела статуса всеобщности. Спонтанные, трудновоспроизводимые явления (флуктуации) - это вторжение запредельного, стимулирующее (проявляющее) саморазвитие Концепции.

17. Оказывается возможно нечто, не вписывающееся в привычную объективно-реальностную картину мира, которую рано или поздно придется признать частностью в чем-то более общем. При попытке сохранить объективную реальность посредством био-энергетической модели, понятие “энергия” (и так не будучи достаточно ясным) деформируется до неузнаваемости. Эта “энергия” не подчиняется ни одному из известных физических законов, похоже, что “этому” вообще не присущи какие-либо закономерности, во всяком случае, пока их невозможно проследить.

Принято считать, что “био-энергия” не экранируется, не ослабляется с расстоянием (телепатия), трудно регистрируема или практически нерегистрируема физическими приборами, хоть может оказывать сильное и весьма разнообразное воздействие на живые организмы, может восприниматься (и использоваться) организмом непосредственно от других организмом, из космоса, из звука (вообще из чего угодно при достаточном умении), может передавать сложную информацию в мозг (телепатия, ясновидение) и в другие части тела (специфическое лечебное и даже болезнетворное воздействие), может излучаться не только человеком-индуктором, но доже его изображением, имеет структуру (видимо довольно сложную) и широкий качественный диапазон.

Распространяются слухи, что помимо полезных и нейтральных проявлений, как терапия, телепатия и ясновидение, эта странная “энергия” может служить серьезным вредоносным фактором. Ею объясняют и признают реальными все магические злодеяния древности: колдовство, сглаз, вампиризм и пр.

18. Разумеется, при большом желании и с большими натяжками все “странные и таинственные” явления можно объяснить, привлекая в посредники некий не менее странный ит таинственный вид энергии, которая непохожа на все, что принято называть энергией (и полем),что возникает вопрос: имеет ли смысл втискивать новое в старые рамки, рискуя их просто сломать? Имеет ли смысл неизвестное и неуловимое “нечто” отождествлять с вполне реальной (пусть даже не очень ясной) физической категорией? Очевидно термин используется за неимением другого на основании некоторых (не вполне очевидных) аналогий (возможно по той же причине слово “прана” было переведено как “энергия”). С таем же правом это непонятное “нечто” можно было бы назвать новым (“тонким”) состоянием вещества или, допустим, информацией в чистом виде (без материального носителя) или вообще чем-то принципиально иным (“прана”, “санса”, “флюид”, “эфир”, “астрал” и т.п.), - не материей, не энергией, даже не информацией.

Расширение понятия приводит его к деформации, имеющей свои ограниченные возможности. Если “запас прочности” понятия исчерпан, последнее просто разрушается, превращаясь в противоположное - “непонятие”, непонимание. Это и означает снижение интуитивной ясности.

19. В плане Мир-Концепции вопрос о правильности частной модели не имеет смысла. Речь может идти только о её работоспособности и полезности (разумеется в наивысшем из доступных аспектов Концепции). Пока не возникает сомнения, что наукообразная био-энергетическая модель способствует тому, чтобы возродить и узаконить в современном мировоззрении все виды черно-магических злодеяний. Прибавляется еще один тип коварного насилия, воздействия на других, подавления их воли, еще одно основание для обретения власти над себе подобными. Культивируется еще один повод для недоверия к людям, страх перед неощутимыми явлениями, нередко доводящий до психических расстройств. Представление об “общем поле” (“эгрегор”) добавляет мистическую составляющую к давлению клана на личность. Возникает еще один критерий разделения, возвышения себя над другими: было “я сильнее”, “я богаче”, “я умнее”, теперь еще “я энергетичнее, магичнее”.

20. Системы тренировок, применяющие слово “энергия” в качестве кода для воспроизведения определенных ощущений, позволяют достигнуть некоторых чисто технических успехов без духовного роста, а скорее в ущерб ему. Разумеется, можно пользоваться любой технологией, но лучше, когда это инспирировано высокими духовными позициями, то есть, когда сделан правильный выбор: в первую очередь должен быть решен вопрос “для чего мне это?”.

21. Био-энергетическую модель и основанную на ней технологию уместно определить как еще одно искушение. Потому, с позиции человеческой дуальности это - зло. Хотя со “сверхчеловеческой” позиции можно заявить, что искушение - оно же испытание, значит дается во благо. Но (еще раз) подобное отношение не может быть позицией человека (а всего лишь позой): такой человек должен был бы радоваться любой беде и томиться от всякого благополучия.

22. Только для достаточно развитых индивидуумов био-энергетическая модель может быть безопасной и даже полезной, открывая новые возможности взаимопонимания и доброго воздействия. Но на высоком уровне духовности она уже не нужна, там открываются более прямые пути к Единству.

23. Энергетическая модель может включить в себя понятие “материя” (точнее, “вещество”), но для этого энергия должна быть организована, структурирована, что означает быть распределенной в пространстве в соответствии с некоторой информацией (программой). Сохраняя объективность мира, можно сказать, что информация (в широком смысле слова) - структура, способ организации мира. Но выделяя таким образом способ организации из того, что организовано, мы придаем информации (структуре) самостоятельное существование.

24. Возникает вопрос: так ли необходима эта субстанция (материя, энергия), которая кроме структуры (пространственно-временной) не может иметь никаких других проявлений? Что она добавляет к картине мира? Ведь всё знание о мире - это знание о его структуре, а то, из чего эта структура состоит, можно называть как угодно или вообще не называть.

Зададим тот же вопрос по-другому: необходим ли мир, когда есть представление (знание, информация) о мире? Не достаточно ли только представления в сознании (мировоззрения, концепции)? Добавляет ли что-нибудь допущение “реальности” за пределами концепции, описания? Не является ли натяжкой (превышением необходимого) все полагаемое (допускаемое) за пределами этого описания?

25. Было бы крайне расточительно сооружать такую огромную Вселенную, когда можно ограничиться только записью информации о ней.

26. Совмещая внесубъектную Структуру и привычную полисубъектную модель, получаем связывающее их понятие - “информацию”. Информационная модель - тот компромисс, который легко осуществляет переход от физического мира к внесубъектной Структуре. Эта модель близка к психологической, представляя как бы её физико-механистическую интерпретацию.

В информационной модели дереализовано всё, кроме времени и некоторого (нефизического) континуума. В достаточно безусловном аспекте можно видеть Структуру как информационное поле (пространство).

27. Вариантом информационной модели может служить “Космический Компьютер” - функционирующий орнамент, определяемый только геометрическими свойствами N-мерных пространств. Функционирование Структуры возможностей метафорически употребляется в работе электронного мозга. Состояния его систем (“импульсы”, “потенциалы” и т.п.) - это представления, образы, мысли, ощущения.

28. Рефлексируя, компьютер представляет себя мозгом человека, помещенного в некоторую среду, а состояние своих систем интерпретирует (это тоже одно из состояний его систем) как получаемую из этой среды и обрабатываемую информацию. Состояния систем (переработанная информация) образуют все понятия всех уровней абстрагирования, все возможные модели, в том числе и описываемую здесь.

29. Высшая руководящая программа Компьютера (или его самопроизвольное движение) направлена на самоотождествление, слияние себя со своим отражением (слияние Мира и Концепции).

30. Представляя себя человеком, Компьютер “примеряет” множество жизней различной степени самоотождествления (адекватности) вплоть до “личности Бога” - предела личности.

За этим пределом наступает фаза “непостижимого” божественного (самотождественного) бытия, завершающаяся дереализацией времени как такового (“времени больше не будет”). С той крайней позиции все это есть вечное “сейчас”.

31. Единая структура возможностей реализована в плане Компьютера как информационная (геометрическая) действительность, или как Единое Сознание (Мировой Разум) в плане психологической модели. Самоотражение этого Единого Сознания создает множество вариантов личностей разной адекватности (самотождественности).

“Время” Единого Сознания - это последовательность фаз его приближения к себе, не совпадающая с временем отдельной личности.

Все возможные (настоящие, прошлые и будущие) варианты личностей - фазы приближения к себе Единого Сознания. Таким образом, каждый современник в системе времени Единого Сознания может быть моим прошлым или будущим воплощением.

32. Примеряя миры, Компьютер видит себя одним из обитателей этих миров, но правильнее сказать (поскольку Компьютер - не субъект): не “он видит себя”, а “я вижу себя”, - в нем происходит процесс, в котором имеет место информация о факте “я вижу себя”.

33. Принцип самоосознания означает, что одна программа Компьютера потенциально содержит в себе весь Компьютер. Геометрически это можно представить как самозацикленный узор, каждый элемент которого повторяет весь узор, создавая впечатление бесконечности. Эта бесконечность потенциальна: нигде и никогда не существуя как наличное, она развертывается в бесконечное время.

34. Самоосознание бессмертно, поскольку каждый акт познания себя в тоже время и акт изменения себя - самотворения.

Самоосознание (принцип самоосознания) видит вокруг себя множество примеров реализации других принципов, которые неизбежно приводят к взаимному конфликту и обрывают узор. Смерть - это (логическое?) завершение программы (части узора) реализации некоторых принципов. При этом принцип самопознания (бесконечного развития в глубь) остается нереализованным, вместо него реализуется принцип сохранения конечного объекта. Все примеры этих конечных объектов для самосознания реализованы как внешние, а не как внутренние, - именно как примеры ошибочного самосознания: те, кто смертны, для себя не существуют. всегда хоронят кого-нибудь другого, но не “меня”.

35. Чтобы найти выход за пределы себя, принцип самопознания должен развиваться в чистом виде: пока этот принцип конкурирует с другими (даже самыми “возвышенными”) или определяется ими (самопознание ради любви, самопознание ради самоутверждения), он не выйдет из состояния зацикленности.

36. Пытаясь найти непрерывный переход от бесконечного к конечному, самосознание убедилось, что бесконечное - это только символ, “украшение в орнаменте”, принципом его является повторение большего в малом, которое вовсе не нужно совершать бесконечное число раз, чтобы убедиться в его бесконечных возможностях (сравни “золотое сечение”).

37. Реализация полиса есть способ ускоренного просмотра вариантов самореализации (многих субъектов вместо одного). На уровне Компьютера это пересмотр многих решений задачи “о себе”, - как бы умозрительно, без субъектной реализации, примеряя на других, а не на себе.

Если из этих “других” кто-нибудь окажется достойным подражания, Компьютер примерит эту личность уже к себе, то есть воплотит субъектно как “себя” а не “его”. При этом из предыдущей личности будет взято то, что достойно увековечения (по критериям момента), прочее будет квалифицированно как нежизнеспособное, или, точнее, мертвое, балласт.

38. Возможность замкнутой рефлексии этой (“мертвой”) части личности-программы в некоторых аспектах интерпретируется как “ад”. Следующее воплощение для достойной подпрограммы может интерпретироваться как “чистилище”.

39. Неизменно переходящий (вечно-достойный) элемент, представляющий вечную суть всего, или Все в предельном аспекте, может быть идентифицирован с Богом. Его проекция на план земной личности (Бог как состояние) аналогична райскому блаженству.

40. Эта последняя и единственно истинная (в аспекте вечности) фраза самоотждествления в проекции на заинтеллектуальный план (“интуиция”) по аналогии с эмоциями может быть определена как “божественный восторг перед собственным совершенством”.

41. Это - абсолютное утверждение в своей абсолютной самоочевидности. В плане анализирующего (и самонадеянного) интеллекта оно может иногда интерпретироваться как абсолютное отрицание - бескачественное “ничто”. Чтобы совершить переход к бытию, интеллект совершает двойное отрицание: “ничто” есть то, что не существует.

42. Самотождественность - высший предел реализации. Высшее счастье быть самом собой. Но для этого нужна вечность самоопределения, самоочищения от самоиллюзий.

43. В другой (“секущей”) плоскости (в плане дереализации времени) это состояние (самотождественность) - единственно истинно. Да и чем еще можно быть, как не самим собой? Под таким углом зрения сама проблема абсурдна. Но, чтобы реализовать себя в этой (“секущей”) плоскости, нужно прекратить стремление к самореализации, то есть остановить время.

44. Остановить время - значит воспринимать только настоящий момент (вечное “сейчас”), забыв о прошлом и будущем (дереализация временной протяженности). Но ведь так оно и есть: я воспринимаю только настоящий момент, и представления о прошлом и будущем заключены в этом моменте.

45. Время и так остановлено, но понять это невозможно, потому что понимание неотделимо от представления о временной протяженности.

46. ЭТО НЕ НАДО ПОНИМАТЬ. С ЭТИМ НАДО ДЕЛАТЬ ЧТО-ТО ДРУГОЕ!

47. Наложение Космического Компьютера на полисубъектный мир дает представление об информационном поле. Сам Компьютер (Структура) - это тоже информационное поле, но оно не привязано к нашему физическому пространству, так как все это пространство содержится в Компьютере как информация (идея, представление).

48. В своем безусловном внесубъектном смысле это - информация ни о чем. В плане выделения субъекта происходит реализация идеи: возникает другая идея (вера в реальность) наделяющая информацию реальным содержанием (объект, прототип), делающая её информацией в нашем обычном смысле - “о чем-то”.

49. При совмещении первичной информационной Структуры с физическим планом (с тем, “о чем” информация), субъект оказывается погруженным в информационное поле - пространство, некоторые проявления которого интерпретируются как показания органов чувств. Другие субъекты играют роль подтверждающих. Их авторитетность создает ощущение “реальности”.

50. Вместе с тем, информационное поле является пространством другого рода: нон не привязано к физическому полностью, оно связано с ним лишь в той мере, в которой содержит информацию о каждой данной ситуации, месте и о взаиморасположении мест (ситуаций). Информация иного рода (мысль, эмоция, чувство и пр.) не фиксирована в физическом пространстве, потому, например, одна и та же мысль может возникнуть в разных точках физического мира одновременно (что в физико-механистической модели интерпретируется как телепатия).

51. Единый Субъект (рассматриваемый как информационная Структура) в процессе самоотождествления порождает в себе множество субъектов (условно внешних) - своих искаженных отражений. Множество субъектов “создают” вокруг себя информационное поле (та же Структура в полисубъектном наложении), воспринимаемое каждым из них как общая для всех физическая реальность (точнее, как информация о ней). Информационное взаимоопределение субъектов подменяется пространственной дислокацией (воспринимается как таковая).

Находящиеся рядом субъекты воспринимают одну и туже (сходную) информацию. В плане Структуры, наоборот, субъекты, воспринимающие сходную информацию (имеющие подобие в программах восприятия), оказываются (интерпретируются) вблизи друг от друга.

52. Множество субъектов как моменты саморазглядывания Единого Субъекта, множество моментов, как реализация бесконечных возможностей Единого Момента.

53. Внесубектно (в тотусе) все моментально и вечно. С нашей “реальной” позиции это - изначальная потенция. В ней есть все возможности, и каждая возможность внутри себя - это реальность.

54. Возможность - это более чем реальность: она безусловна, она истинна, вечна. Реальность же условна, обманчива, преходяща. В мире возможностей реальность - это невозможность, это - лишь название каждой возможности внутри себя. Это - невозможность доказать невозможность в пределах самой невозможности.

И, вместе с тем, “реальность” вполне “реальна”, хоть это мало что значит. Реально то, во что я верю, что оно реально.

55. Понятия “реальность”, “действительность”, “на самом деле” - выражение бессилия человека перед миром, его неверия в свои силы, незнания их.

Подмена сути формой, привязанность к своим внешним временным проявлениям, самосохранение вместо самопознания, страх вместо любопытства - вот наше заблуждение (выраженное в некоторых аспектах), но оно же и испытание.

56. НЕ УТРАТИТЬ НЕ СМОТРЯ НИ НА ЧТО (НИ НА КАКУЮ “ОЧЕВИДНОСТЬ”) ВЕРУ В ИЗБАВЛЕНИЕ, В СВОЕ БЕССМЕРТИЕ И ДЕЖЕ В СВОЕ ВСЕМОГУЩЕСТВО - В ЭТОМ НАШЕ ИСПЫТАНИЕ.

Раздел 5. МИР БЕЗГРАНИЧНЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ

1. ВОЗМОЖНОСТИ ЧЕЛОВЕКА НЕОГРАНИЧЕНЫ. ОГРАНИЧЕН САМ ЧЕЛОВЕК.

2. Тому, кто не умеет летать, нужна точа опоры. Этим определяется его привязанность к одной из многих возможностей как к реальности.

Тот, кому необходима определенность (знать, как действовать, чтобы …) принимает реалистические учения - учения о реальности (здешней или потусторонней) и связывает себе крылья. Он боится своих возможностей, боится полета.

3. Зачем жить в “реальном” мире, если в фантастическом прекрасней и интересней? Тем более, что ваш мир - и так мир фантазии (коллективного творчества - в полисубъектном аспекте) в своем безусловном смысле.

Это легко понять (открыть), если дереализовать само понятие “реальность”. При этом, дереализуется и понятие “дереализация”, и новый мир (вечный мир возможностей) обретает устойчивость (очевидность) в сознании.

4. Развитие Структуры во времени происходит через отклонение от принятых принципов - флуктуации. На физическом плане флуктуации могут иметь привязку к личностям или местам (заколдованные, святые), могут и не иметь привязки - “случайные”, странные события, галлюцинации и пр.

5. Люди, через которых проявляются флуктуации, в той или иной мере выпадают из всеобщего информационного поля. Они воспринимают мир более или менее иначе, чем другие.

6. Фомы выпадения из социального гипноза можно интерпретировать как желательные и нежелательные, управляемые и неуправляемые. Различная субъективная и социальная оценка таких личностей ставит их в ряды чудаков, безумцев, преступников, гениев, колдунов, магов, пророков, святых. Для одних это - наказание, для других - награда, для одних - искушение, для других - миссия.

Положительные флуктуации возникают на почве высокой духовности и осознанности. Управляемые - на почве сильного волевого начала.

7. Информационные флуктуации, локализованные вокруг таких личностей, могут изменять мировосприятие других людей, попадающих под их влияние. Всякая яркая индивидуальность, способная противостоять социальному гипнозу, создает вокруг себя поле измененного сознания.

8. Флуктуация может получить распространение через обычные традиционные каналы коммуникации: влияние выдающихся писателей, художников, музыкантов, философов вызывает стойкие изменения всеобщего информационного поля (мировоззрения).

Возможно также влияние по нетрадиционным каналам, возникающим в самой флуктуации. Таково, например, влияние магов (иногда и непроизвольное воздействие безумцев).

9. Измененное информационное поле мага (гипнотизера, шамана, колдуна) может повлиять на мировосприятие попавших в него людей, конкурируя с всеобщим полем. Такое влияние легко проявляется вблизи неординарной личности через пространственно фиксированные аспекты информационного поля, но возможно и на значительных расстояниях - через его внепространственные аспекты.

10. В основе магического влияния лежит создание моделей мира, отличающихся от общепринятых, с последующим объективированием. Создавая картины мира в сознании круга людей, маг придает сотворенному некоторый (невысокий) уровень квазиобъективности, локально конкурируя с всеобщим информационным полем. В принципе этот процесс - то же сотворение мира для небольшой аудитории.

11. Влияние, минующее волю субъекта следует рассматривать как насилие. Оно не может считаться прогрессивным в плане высших духовных устремлений - движения к Единству (Свету, Истине, Гармонии) Компьютера - к самоотождествлению, человека - Богу, концепций - к слиянию с миром в предельную Мир-Концепцию).

12. Насилие возможно в частных случаях, но невозможно как принцип. Насилие порождает противодействие, создает диссонанс. Потому все связанные с насилием, подавлением чьей-то воли (“черномагические”) флуктуации могут быть только временными образованиями. Однако локальный прорыв изменений, которые они создают, может вызвать к жизни всплеск прогрессивного, достойного увековечения.

13. Так же как борьба со злом порождает благородные чувства, реакция на черно-магическое влияние вызывает к жизни истинную (не культовую) религиозность духовного рыцарства.

14. Прогрессивное развитие концепции возможно только через свободный сознательный выбор, чему может способствовать в условиях социума только окультуренное (предлагаемое) воздействие.

15. Оружие духовного рыцарства - это оружие ненасилия. Смысл его в том, чтобы дать возможность (лучшего) выбора, а не лишить её. Это - влияние слова (философия) и личного примера (подвижничество).

16. В искусстве может присутствовать как духовная, так и магическая направленность. Оно может быть пробуждающим или усыпляющим, - настраивающим на сознательность и высокие идеалы либо, наоборот, - на полусознательное мечтание. Но это сложное и неоднозначное воздействие можно оценить только в субъективном отношении, так же как и некоторые аспекты магии (т.наз. “белая” магия). Для достаточно одухотворенной личности даже “отключающие” факторы могут приводить к открытию новых граней мира.

17. Все для человека, - больше не для кого. Но использовать нужно с осторожностью. Духовность должна быть определяющей.

18. По классическому определению магии есть оперирование с “потусторонними” силами (то есть неокультуренными, не ставшими общественным достоянием). Магия - субъективный аналог науки. Это исследование внутренних пространств, сознания в своей сути, его высших состояний, - то, что обычной “объективной” науке принципиально недоступно. В высшей фазе магия - это творение новых миров и аспектов мира.

19. Магическое познание - эффективнейшее средство духовной самореализации, но, в тоже время, оно - суровое и коварное испытание. На уровне низкой духовности магическая технология (как, впрочем, любые технические достижения) порождает множество уродливых форм, благодаря которым в тёмные (бездуховные) времена сама магия может интерпретироваться как антидуховное явление. Так проявляется сопротивление косных регрессивных элементов, пытающихся нейтрализовать вторжение запредельного его извращенным использованием.

20. Флуктуация сама по себе всегда прогрессивна, но использование высшего ради низменного - преступно. Это означает совершить неправильный выбор, поддаться искушению, не выдержать испытания и за незаслуженно высокий взлет расплачиваться глубоким падением. Чем сильнее отклонение от обычного, тем серьезнее испытание, - тем значительнее дифференциация уровней духовности. Чем мощнее средства, тем существеннее их как положительное и так и отрицательное воздействие. Если прогрессирующая духовность использует флуктуации для ускорения подъема, то косное, мертвое усугубляет с их помощью свою безжизненность, упрочняет застой, тормозит движение жизни.

21. Подобные задержки искусственно культивируется насаждением различного рода “оккультных суеверий”, почерпнутых из архаичных способов описания мира - религиозной, псевдорелигиозной и фольклорной мифологии. Задерживающими факторами следует признать всевозможные “приметы”, предрассудки, “нечистые силы”, гадания, предсказания и пр.

Вся эта многочисленная армия враждебных сил повышает уровень страха и беспокойства, замусоривает сознание и замыкает его на себя, отвлекает от духовных устремлений. Изощренная оккультная рецептура стремится подменить простую, но далекую Истину. Память и автоматизм заслоняют сознательность.

Совершенно очевидно, что реализация подобных возможностей крайне нежелательна. Необходимо сознательное и критическое отношение к обильной магической и псевдонаучной информации. Необходима осторожность!

22. Если гадание о прошлом просто функционально не оправдано (кроме, разве что, в качестве средства самоутверждения и обогащения гадателя), то гадание о будущем может служить фактором перепрограммирования, предопределяя поведение и истолкование событий, снижая волевую активность и чувство ответственности (так же, как надежда на благосклонность мифических существ).

23. Нанесение вреда на расстоянии (вампиризм, энвольтирование, заклятие, колдовство) в принципе не может иметь достоверного подтверждения, так как один свидетель не в состоянии охватить все фазы этого явления. Во-первых, при таком освидетельствовании необходимо добровольное и откровенное участие злодеятеля; во-вторых, нейтральный свидетель должен сам стать сообщником и даже руководителем злодеяния (чтобы исключить возможность предвидения); в-третьих, должна быть достоверно исключена всякая возможность связи между злодеятелем и его жертвой (кроме “магической” связи); в-четвертых, должна быть исключена возможность внушения и изменения сознания у наблюдателя.

Свидетельства о подобных событиях всегда недостаточно достоверны, и выводы об их возможности сделаны из недостаточного количества данных. Потому распространение суеверий о возможности вредоносного действа на расстоянии следует считать дезинформацией, которая на руку тем, кто утверждает себя среди людей путем насаждения веры в свои “черномагические” способности, а так же тем, кому невыгоден рост сознательности, угрожающий раскрытием их неблаговидности.

24. С другой стороны, распространение таких суеверий может привести к изменению общественного сознания (информационного поля), включению их в его реальность. Попустительство может способствовать реализации этих безобразных явлений в общем информационном поле. Потому необходима осторожность.

25. Нужно много мужества, чтобы уберечься от засасывающего “а вдруг …”.

26. Необходима осторожность! Ты творишь мир своим восприятием, своей верой, изучением и осмысливанием. Познание и творчество - одно, видимое с разных сторон. Пора этот процесс сделать сознательным.

27. Нет ничего не возможного. Человек - это Бог в процессе становления (самообнаружения). Человек - это временной аспект Божества. Потому, он потенциально всемогущ.

28. Еще раз: необходима осторожность! Флуктурирующие личности, вырвавшиеся вперед, должны серьезно задуматься, чего они хотят, какой мир они создают для себя и будущих поколений.

29. Все сказанное производит действие. Если сказанное необычно, оно изменяет реальность.

30. Есть факты, которым не подобает быть научно подтвержденными и достоверно установленными.

31. Суеверия, подкрепленные наукой, становятся во много раз действеннее и опаснее, потому что наука сейчас самый авторитетный источник информации.

32. Честный ученый должен понять, что его гипотеза в огромной степени влияет на результат опыта. Полезно подумать, желательно ли, чтобы мир был таким, стоит ли делать его таким, а потом уже производить соответствующие эксперименты.

33. Для человека нет ничего невозможного. Потому бессмыслен вопрос, можно ли в принципе убить взглядом или мыслью, наслать порчу, внушить дурной поступок. Однако, до того, чтобы сделать подобную возможность всеобщей (веримой) реальностью, еще слишком далеко.

Пока еще “черная магия” - не более, чем средство запугивания простодушных. Но необходимо сделать все возможное, чтобы эти страхи не стали слишком реальными.

34. Тот, кто исследует подобные вопросы, возможно сам заинтересован в реализации этих пагубных возможностей, в овладении ими.

То, кто не хочет, чтобы такие возможности реализовывались, задумается, как этому воспрепятствовать, не повышая их реальность своими “объективными”, то есть безразличными к людям исследованиями.

35. Попытка включить древнюю (и, возможно, достаточно полную) концепцию мира в современную физико-механистическую модель чревата серьезными деформациями для обеих. Описания мира разных культур, претендующие на полноту (достаточно “мощные”) вряд ли можно каким-либо образом гибридизировать. Однако возможно их совместное процветание под эгидой более мощной концепции.

Когда ты занимаешься наукой, ты - ученый. Когда же ты занимаешься магией (деятельность другой культуры), ты должен быть магом и мыслить соответствующими категориями, не пытаясь “привести” их на язык современной науки. Так же музыкант мыслит категориями музыкальной культуры, а не науки о звуке - акустики.

36. Есть вещи принципиально закрытые для науки, для научного метода - это все то, что выходит за рамки квазиобъективной физико-механистической модели мира.

37. В первую очередь это - то, что мы называем сознанием в субъективном, единственно приемлемом смысле, - сознанием изнутри, сознанием фактически, а не номинально.

Все, кто исследует не свое, а чужое сознание, исследует нечто другое - поведение, выражение, физико-химические процессы в клетках, электрические поля и потенциалы. Но из всей этой кучи объектов не составить одного, даже самого примитивного сознания.

Можно изучать только свое сознание, но такое изучение не дает “объективно”-научных результатов.

38. Насильственно объективируя явления, тесно связанные с сознанием и только через него “объяснимые” (то есть по своей природе в значительной мере субъективные), научный метод создает избыточные напряженности информационного поля (натяжки), проявляющие себя в повышенной диссонансности, энтропийности, в общем, в удаленности от Единства и Гармонии.

Научное насилие над фактом - тоже насилие, то есть разрушительное (а не творческое) волевое действие, усугубляющее конфликтность, а не разрешающее её (аналогично тому, что в искусстве называют насилием над материалом).

39. Необходима осторожность! Прекрасное не может быть продуктом насилия. Творческое отношение - это бережное, согласное взаимодействие.

40. ДОСТОЙНЕЙ И ИНТЕРЕСНЕЙ ТВОРИТЬ НОВЫЙ МИР, ЧЕМ ПРИСПОСАБЛИВАТЬСЯ К СТАРОМУ.

41. Реалистическое учение - это попытка приспособиться к вечноменяющемуся миру. Фантастическое учение - конструирование новых миров.

42. Реалистическое учение говорит: “думай так, а не иначе”, потому оно конкретно, оно рассчитано больше на запоминание, чем на понимание. Фантастическое учение говорит: “Думай!” - оно учит принципам и дает простор для творческой конкретизации.

43. Реалистическое учение говорит: “это - есть, а это - только кажется”. Фантастическое учение дает возможность понять, что все кажется. И в наших силах сделать так, чтобы казалось нам только прекрасное.

44. Один из методов воздействия на реальность - распространение полезных мнений и блокирование (скорее игнорирование, чем опровержение) вредных. Не следует слушать и передавать все, что вызывает интуитивное неприятие. Это относится не только к суевериям, слухам о всякой “нечисти” и предсказаниям мировых катастроф, но и к рассказам о вполне реальных ужасах, убийствах, трагических происшествиях, о низких, неблаговидных поступках. Даже праздных разговоров о болезнях лучше избегать.

Напротив, информация о прекрасных явлениях, благодеяниях и откровениях должна распространяться сознательно. Здесь не грех и легенду выдать за реальность: и легенда станет реальностью. Так может быть полностью изгнано зло, которое есть только вера в зло.

45. Нужно осознать, что всякий, распространяющий и укрепляющий веру в зло, становится пособником злых сил и тем совершает свой выбор. Слугой зла становится также и тот, кто препятствует или не способствует распространению благих вестей и светлых учений. Следует хорошо задуматься, чтобы не обречь себя на самоосуждение.

46. Пусть апологеты зла заявляют, что “без зла не может быть добра”. Это - мнение автоматического рассудка, глядящего на мир сквозь призмы антитезного мира и потому приписывающего антитезность самому миру. В мире нет противоположностей. Бытие есть чистая радость и благо, и только рассудок, следуя своему рабочему принципу, наделил мир отрицательными свойствами.

В высшем плане зло - лишь фикция ума. Но до этого понимания нужно еще дойти. И смысл пути - в этом. Но этот путь - через единение, а не через разобщенность и противопоставление. Через благодеяние, но не через злодейство.

47. Конечно, трудно срезу преодолеть устоявшиеся традиционные мнения, ставшие квазиобъективной реальностью, - тут нужна работа не одного поколения. Но воспрепятствовать созиданию новых отвратительных сторон мира мы вполне способны.

48. То искусство, которое специализируется на уродливых проявлениях, должно осознать, что, даже преследуя благородную цель, оно нередко по инерции, не замечая того, способствует распространению зла в глобальных масштабах. Интересно заметить, что злодеи часто более привлекательны (особенно для детей), чем положительные герои.

49. Только тот кто имел пример преступления, может стать преступником. Подлости, лжи, лицемерию учатся только на примерах. Более того, как это ни парадоксально звучит, большинство болезней распространяется через примеры и слухи.

50. Конечно, нельзя требовать, чтобы искусство сразу вот так отбросило свое обличающее острие. Но необходима осторожность: тщательно предусматривать возможность распространения психической заразы - долг всех, кто имеет аудиторию.

51. Главное, чему следует способствовать, - это укреплению веры человека в свои силы, в свою светлую божественную природу, утверждению духовности - Единства, Света, Истины, Гармонии как высших ценностей, осознанию полной ответственности за свою жизнь и за свой мир.

52. Необходимо осознание замкнутости циклона причинности: только я причина всего, что со мной происходит. Конкретизация этого принципа дает чувство высшей Гармонии и Справедливости.

53. НЕВОЗМОЖНО ПРИЧИНИТЬ ВРЕД ЧЕЛОВЕКУ, ЕСЛИ ОН САМ НЕ ОСУДИЛ СЕБЯ.

54. НЕВОЗМОЖНО ПРИЧИНИТЬ ВРЕД ЧЕЛОВЕКУ, ЕСЛИ ОН САМ НЕ ОСУДИЛ СЕБЯ.

55. НЕВОЗМОЖНО ПРИЧИНИТЬ ВРЕД ЧЕЛОВЕКУ, ЕСЛИ ОН САМ НЕ ОСУДИЛ СЕБЯ.

56. Человек сам осуждает себя на болезни, неудачи и даже на смерть, потому что он чем-то себе не нравится, хоть для смягчения ситуации ему иногда приятнее считать, что ему не нравится мир, в котором он живет. Самоосуждение - это несоответствие между внутренним и внешним, между реальностью и идеалом, между концепцией и её носителем - субъектом.

В Космическом Компьютере работает программа коррекции и разрушения неподходящих представлений.

57. Реалистическое учение ставит непреодолимые преграды, оно всегда - учение о запретах. Фантастическое учение - это учение о свободе. Оно говорит: “все преграды преодолимы, все пределы - свидетельство запредельности”.

58. Реалистическое учение освобождает от рабства для нового порабощения. Фантастическое учение освобождает от любых видов рабства и дает свободу от всех реалистических учений.

59. Реалистическое учение сулит: “будь хорошим, и тебе дадут пряник, будешь плохим - получишь розги”. В сущности все реалистические учения - это учения о розгах и пряниках. Фантастическое учение позволяет все: “будь плохим, если ты действительно плох: тебя некому поощрять и наказывать, кроме тебя самого”.

60. Ты сам совершаешь свой выбор - в этом весь смысл твоего существования. Главное - чтобы ты был уверен в своем выборе по наивысшим для себя критериям. Ты можешь выбрать нейтральное созерцание, ожидание, но можешь и активно влиять на судьбы мира. Для этого ты никогда и ни о чем не должен говорить себе: “Это уже так есть (на самом деле), тут уже ничего не поделаешь”.

Мир еще не устроен. Ты творишь его своим участием, хочешь ты этого или нет. В твоих силах сделать этот процесс сознательным.

61. Мир, где все возможно, все дозволено в поверхностном представлении может показаться хаосом. Но что значит “все возможно”, что значит “все дозволено” при самой изощренной фантазии? - Только возможности структуры фантазирующего сознания.

62. НИЧЕГО НЕ ОТРИЦАЮ, НО ВСЕМУ НАХОЖУ СВОЕ МЕСТО.

63. Наводя порядок в своем доме, не торопитесь уничтожать вещи случайно оказавшиеся не на своих местах. В Гармонии есть место всему. Совершенство в том, чтобы всему найти свое место.

В мире нет ничего лишнего, но есть много используемого не по назначению. Все, что есть, для чего-то нудно. Все нужно уметь использовать. Выбрасывать некуда.

Яд может убивать, но может и излечивать. Правильно понятое страдание - незаменимый катализатор духовного роста. Лошади нужен кнут, пока не хватает сознательности, чтобы по собственной воле избрать правильный путь.

64. Не следует осуждать магию, но необходимо остерегаться её примитивных и извращенных форм. Эта “технология души” перед технологией материальных тел имеет существенное преимущество: будучи непосредственным продуктом сознания, она значительно более подвластна сознанию, нежели продукция науки. Это - не атомная энергия. Сознательное отношение может полностью исключить из нашей реальности возможность злотворных магических проявлений, в то же время объективируя лучшие стороны магии до степени всеобщей достоверности и превращая “белую” магию из “технологии души” в “технологию духа”.

65. Здесь нет отрицания. Здесь - только осмысливание возможностей для сознательного выбора.

66. До тех пор, пока ты не сделал свой мир миром абсолютного утверждения, ты вынужден отрицать и выбирать. Ты идешь к абсолютному утверждению через выбор, а правильный выбор означает утверждение утверждения и отрицание отрицания (например, утверждение добра и отрицание зла).

67. Чтобы предоставить тебе самому выбирать свой путь (ибо твои критерии правильности только в тебе), фантастическое учение уравновешивает полярности, что в заинтеллектуальном (трансментальном) плане есть их дереализация.

68. Цель фантастического учения - показать, но не склонить в ту или иную сторону (свой выбор ты совершаешь сам!). Показать, но не склонить, доказать, но не указать, - это принцип высокого искусства (непредвзятого искусства, объективизма в искусстве). Это - принцип гармонии, принцип ненасилия.

Это - принцип жизни. Жизнь все показывает, но не склоняет. Фантастическое учение - продолжение жизни в ментале: в нем (учении), как и в жизни, нейтрализованы все “за” и “против”.

69. Свой выбор ты совершаешь сам. Всю ответственность ты берешь на себя. Критерий - только твоя свободная воля, твое “хочу”, твое “нравится - не нравится”, твой восторг перед сотворенным тобой миром.

70. Нет отрицания, все существует, все имеет свое место в мире - и физическая Вселенная, и мысли, и чувства, образы, предположения, гипотезы, - все это существует в одних аспектах и не существует в других. Но существовать хоть как-нибудь (хотя бы в виде догадки) - значит уже существовать.

Все, что угодно можно расценивать как реальность, но можно и как иллюзию, - нужно только найти соответствующую точку зрения.

71. Условность каждого плана (концепции), его неизолированность сказывается в том, что рано или поздно обнаруживаются феномены, необъяснимые в пределах данного плана. Попытка их объяснения в привычной системе приводит к существенным противоречиям (деформациям).

Изолированный по некоторым условным допущениям уровень мира (концепция) обнаруживает внутреннюю противоречивость при достаточно глубоком анализе: в разных формах проявляет себя (выпирает) допущенная неточность - абсолютизация относительного.

72. Так, физико-механистической модели мира уже недостаточно для объяснения ряда явлений. Не может эта модель, несмотря на все попытки включить в себя то, что включает в себя её самое, - то есть сознание (так как модель - продукт и содержание сознания) и все его проявления. В пределах физико-механистической концепции невозможно создать достаточно последовательную гипотезу, способную объяснить даже “простейшие” функции сознания.

Удвоение (отражение) мира как объяснение восприятия не выдерживает даже самого поверхностного осмысливания. Достаточно задать вопрос: кто и каким образом видит (рассматривает) ту копию предмета, которая каким-то образом существует в мозгу? Как (в каком качестве) может существовать в мозгу (уменьшенная?) копия трехмерного тела? И главное: как можно установить (хоть какую-нибудь) адекватность образа и его предмета (феномена, нумена), если сознанию принципиально может быть дан только образ? Эти (и многие другие) вопросы до сих пор не решены, потому что не могут быть решены в полисубъектном (объективностном) плане.

73. “Экстрасенсорные” явления могут быть допущены в физико-механистической картине мира только в силу того, что действительно ничего не может быть известно о соответствии феномена и нумена , значит можно находить все новые и новые возможности “отражения”.

Можно с натяжкой объяснить ощущение предметов на небольшом расстоянии, полагая существование некоторого “поля” вокруг объектов (хоть это “поле” в отличие известных физических полей неоднородно и скорее всего, имеет сложную организацию). Но явления ясновидения и телепатии необъяснимы без допущения о выходе сознания за пределы организма (что является явным вторжением моносубъектного уровня).

74. Повидимому объективирование таких феноменов положительно в том смысле, что, вписываясь в объективностную модель, они приводят к созданию более лабильной модели с большим удельным весом субъективного (например, информационное поле, психологическое описание мира - пространство сознания и т.п.).

75. Нет никакого “на самом деле”: каким бы ты ни представлял себе мир, это всегда лишь модель (концепция, точка зрения), и нет никаких оснований полагать за пределами этой модели другую “настоящую” реальность - никаких оснований, кроме твоего стремления к основательности.

76. Чем совершеннее модель, тем больше твоя власть над миром, тем большая часть внешнего подчиняется тебе и становится твоим внутренним. При достижении полной (предельной) моносубъектной модели внешнего нет и нет случайного. Все представления взаимоотнесены. Видно как угодно далекое будущее и прошлое: дереализуется время и дереализуется субъект.

77. Для взаимоотнесения фактов сознания субъект строит некоторое пространство, в котором располагает эти факты в их взаимосвязи. Сейчас это - простанственно-временной континуум. Возможно повышение объема памяти, расширение круга внимания приведет к построению новых, более емких информационных пространств. Однако, экстраполируя объект познания (и модель как результат познания), следует принять во внимание, что глубочайшие принципы познания не могут оставаться неизменными. Так, расширение круга внимания и объема памяти достигается новыми формами абстрагирования, оперирование большим количеством переменных требует новых способов мышления (мыслеблоки, сквозное мышление, внутренне моделирование пространств). Опуская (автоматизируя) промежуточные фазы механизма мышления, можно прийти к тому, что называют интуицией (развитое сквозное мышление). Всевозможные пути охвата действительности приводят к “глобальной интуиции” - состоянию, когда “все ясно”. Здесь исчезает всякое опосредствование, время познания равно нулю, граница между познаваемым и познающим исчезает, все пребывает в Истине как Одно.

78. Человек вправе влиять на реальность, чтобы осуществить свой выбор лучшего.

79. Разные времена имели разные реальности, не подвергаемые сомнению. В античности не возникал вопрос, верить ли в существование олимпийских богов, в средневековье никто не сомневался в существовании ведьм, так же как теперь никто не сомневается в возможностях атомной энергии.

80. Процесс осознания мира повышает возможности сознательного воздействия на реальность - не только количественно, но и качественно. Осознание открывает возможности влиять на такие стороны мира, которые, казалось бы не подлежат изменению.

Любые преграды преодолимы. Любые пределы - свидетельство запредельности. В принципе можно найти способ изменять даже универсальные физические константы.

81. Вопрос познающего заключался в том, существует ли данное явление, как оно связанно с другими, как его можно использовать. Теперь человек близок к той черте, когда можно будет спросить: “нужно ли людям, чтобы такое явление (закон, принцип) было реальностью? Каким образом можно его реализовать или не допустить в нашу реальность?”.

82. Совершенно реально создать блоки в информационном поле, не допускающие в реальность безобразные магические извращения. Тем более, что пример такой неосознанной блокировки известен: так позитивная наука сумела почти дереализовать магию, хотя по неведению заодно снизила уровень духовности. На этом бездуховном фоне ростки зла настолько окрепли, что угрожают опутать своими суевериями самое науку. Но возрождающаяся духовность (метарелигия) встает непреодолимой преградой на пути реализации зла.

Вот способы борьбы со злом: церковь - верю и уничтожаю, наука - не верю, игнорирую, тем самым препятствую реализации, метарелигия - сознательно не допускаю в реальность.

83. Путь осознания ведет к воздействию на все более глубокие, фундаментальные принципы бытия. Так же как физика позволяет сознательно воздействовать на явления физического мира, метафизика, ставшая, метарелигией делает управляемыми недоступные физическому воздействию планы бытия. Философия много веков взращивала теорию, чтобы стать в конце концов практической наукой, создать свою технологию активного воздействия на мир.

84. Воистину знание - сила. Принцип рычага, позволяющий сдвинуть гору при правильном приложении сил, продолжает свое триумфальное шествие вглубь природы. Знание позволяет управлять колоссальными энергиями, независимо от ничтожной силы организма. Тот же принцип успешно развивает себя в совершенствующейся духовности, всегда противопоставленной всем типам накопления и обладания, в том числе и магической “энергетике”.

85. Приятно и спокойно надеяться на Бога. Но сильный духом знает: Бог надеется на нас. Бог благословляет, человек решает и действует. Человек творит мир актом своего сознания. Бог дает возможность, человек творит и совершенствует действительность. Человек выбирает самые прекрасные возможности, чтобы Бог в нем когда-нибудь сказал: “Да, это хорошо. Ты и вправду - Бог”. Приятно и не хлопотно, бездельничая ожидать Божьей благодати, как учат религии смерти. Религии жизни - не ждать, а учиться у Бога-Демиурга в творческом процессе бытия.


Раздел 6. ПРОГРЕССИВНОЕ ДВИЖЕНИЕ ЖИЗНИ

1. НАШ МИР НЕ ЧТО ИНОЕ, КАК ПРОДУКТ КОЛЛЕКТИВНОГО ТВОРЧЕСТВА.

2. Мы строим свой мир, создаем свои концепции и учения. Бессмысленно воспроизводить прошлое, глупо повторяться, даже если допустить в древности существование более совершенных цивилизаций, что, к сожалению в пределах обозримой истории не просматривается. Древнее - не значит верное, скорее наоборот, древнее - значит отжившее, неприменимое сейчас. Потому всякое преклонение перед традицией и всякие попытки реставрировать прошлое для применения к современной жизни следует рассматривать как бессилие и ленность души, это отнюдь не означает, что мы не можем сознательно, без огульного преклонения использовать зерна древней мудрости.

3. Не верь чувству, что ты (человек) что-то знал и забыл. Это - самообман. Ничто не повторяется. Впереди всегда новое. Возможности бытия безграничны.

4. Только на первый взгляд древнее ближе к вечному: оно мертво или близко к умиранию, а таковое не может быть авторитетом живому. Чтить надо живое, а не мертвое. Также и любить надо не мертвых, а живых: им любовь нужнее.

5. Прогрессивное движение жизни (перемены, перемены перемен, перемены перемен перемен …) - это изменение всех констант и изменение констант всех изменений. Развитие сознания происходит через переоценку и ломку всех существующих ценностей.

6. Прогресс духовности неизбежно ведет к (последовательной и параллельной) аннигиляции всех форм престижа и превосходства. Растворение эго на уровне социума (в полисе), возможно, потребует временных установок, кажущихся сейчас парадоксальными, например: “худший из грехов (стыд и позор) - хоть в чем-то лучше другого … даже в своем непревосходстве над другими”.

7. Усвоенная парадоксальность мышления становится парадоксальностью чувствования (амбизалентность), которая, разрушая основы рационалистического отношения к миру, позволит полностью перейти к иррациональной, принципиально иной форме бытия-сознания.

8. Доминирующая сейчас оценочная форма сознания, основу которой составляет различение лучшего и худшего и естественная волевая направленность к лучшему (как таковому, в любом аспекте) создает (расценивает, конструирует) волевую форму бытия - бытие как взаимодействие и конфликт волевых точечно-активных проявлений, в котором необходимо присутствуют замкнутые в себе (самозацикленные) эго как центры волевой активности.

9. Развитие сознательности приводит к последовательному отпадению более глубоких слоев объектов волеизьявления. Ощущение Единства и Гармонии делает излишним волевое сопротивление, вера начинает преобладать над расчетом, дух приближается к высшей самодостоверности и самодостаточности. Назревает антиволевой акт - прыжок в совершенно иное - вневолевое, внесубъектное состояние бытия (тотус). Это - жизнь в Истине - истинная жизнь, потому что все иное оказывается заблуждением, иллюзией.

10. Самовыражение бытия неуклонно направленно к Истине, в каких бы аспектах мы его не брали. В моносе это - путь Человека, его самообнаружение и саморазоблачение; в полисе - аналогичный процесс проходящий через ряд болезненных переоценок, когда многое накопленное с таким трудом, оказывается полезным только как возможность вдруг осознать ненужность этих накоплений и отбросить их на всегда, - пока не станет очевидным, что все завоевания суть не средства достижения чего-то необходимого, а самоцель гипертрофированного эго, невозможного без борьбы и стремления, без завоевания и насилия над “внешним” и “чуждым”, а значит - несуществующего без скорби и страдания, поскольку действие рождает противодействие, и поверхностность раздела может существовать только при соизмеримых давлениях с обеих сторон.

11. Это необходимо понять: воля не только путь к цели, но еще и расстояние. Воля - это “разность потенциалов” между действительным и желаемым. Волевое бытие представляет мир как волю - не как нечто уже сейчас сущее (действительное), но как отличное от чего-то воображаемого. Человек собирается жить, переделав все дела, - он еще не живет. Социум собирается жить в будущем утопическом раю и тоже - постоянно и вечно - лишает себя жизни здесь и сейчас.

12. Это необходимо понять как можно глубже, сделать чувственным внутренним опытом: эго хочет не достижений (достижение - это побочный продукт), - чтобы существовать, ему надо куда-нибудь стремиться. Его бытие есть стремление, потому что эго - не сущность, это только условная граница раздела между желаемым и действительным, между прошлым и будущим, - мыльный пузырь, внутри и снаружи которого одно и тоже пространство - настоящее сущее, а не иллюзорные цветовые разводы на его поверхности.

13. Осознав это, человек начинает делать усилия, чтобы ни к чему не стремиться, он стремится к неустремленности, чтобы в конце концов, восприняв этот парадокс на заинтеллектуальном уровне, отбросить и это свое последнее стремление, вернее - дать ему отпасть самому: это не может быть волеизъявлением, это - антиволевой акт.

14. Аналогичные усилия в социуме (явления более стихийного характера, чем духовное самосознание личности) проявляются как самопроизвольный процесс созревания новых и отмирания старых программ, установок, отношений. Этот процесс начинается с флуктуаций (отдельных отклонений) в самых разных аспектах: постепенно умножаясь, флуктуации становятся нормой, хотя социальная запрограммированность еще долго скрывает этот факт от массового сознания.

15. Рост духовности в полисе - это изменение социального сознания, стремящееся проявиться через снятие программ (установок, норм, законов), считавшихся ранее саморазумеющимися. Это - развитие осознанности, сокрушающей догматизм, это - прогрессивное движение жизни.

16. Раскрепощение полового инстинкта обретает все большую массовость. Уже сделаны первые шаги к уничтожению жестких социальных законов, в течение многих веков пытавшихся обуздать могучую силу природы. Загнанная в подполье она стала мощным разрушающим фактором для психики человека, чему во многом обязано его современное (ставшее нормой) привычно-патологическое состояние.

Близко время, когда эта потребность, такая же естественная , как голод, жажда, вернет себе естественность на всех (даже самых формальных, поверхностных) уровнях социального сознания. Тайное становится явным, постыдное и запретное станет настолько простым и обыкновенным, что человек насытившись, утратит к нему болезненный интерес, высвобождая огромные силы для более интересных и достойных дел. Так Великая Сексуальная Революция станет одним из важнейших этапов созидания человека нового типа.

17. Не столь явно заметны сдвиги в преодолении другого заземляющего фактора - стремления к материальным благам, жажды обладания и накопительства. Однако эта страсть, будучи продуктом ума и возросшего в нем страха перед будущим (а не первично-физиологической потребностью) не требует столь полного удовлетворения (абсолютного изобилия), как подавленный половой инстинкт, и сравнительно легко уступает свои позиции пробуждающейся духовности, преодолеваясь не только (и не столько) через пресыщение, но и через неудовлетворенность, рано или поздно обнаруживающую тщету подобного рода интересов. Пусть пока не в массовых масштабах, но ценность денег во многих душах все более уступает ценности времени. Все больше понимания, что время самосозидания (самораскрытия) неизмеримо важнее, чем обладание отдельными объектами этого мира, и даже много существеннее, чем озабоченность завтрашним днем.

18. Даже многочисленные соблазны внешней культуры все чаще не выдерживают конкуренции с самоценностью пробуждающегося духа. Чистота души всегда естественное предпочитает искусственному, природу (внешнюю и внутреннюю) - искусству, и эта душа в конце концов освобождается от оков интеллектуализма, обнаруживая, что культура - не самоцель, а лишь провокация, ведущая к насыщению, пресыщению интеллекта и, наконец, осознанию его скромного места в жизни. К этому ведут все формы интеллектуального накопительства, и даже познание из самоцели превращается в средство освобождения, взрывающее перегруженные склады памяти.

19. Созревание и одухотворение происходит через болезненную переоценку и лоску привычных ценностей. То, что было постыдным, становится нормой, то, что считалось великим и вожделенным, становится постыдным, скверной болезнью души. Недалеко то время, когда власть над себеподобными (сладчайшая и мучительнейшая форма обладания) будет считаться тягчайшим позором. Давно прошли те времена, когда жесткие социальные позиции и низкий уровень самосознания возводили власть в ранг высочайшего предмета всеобщего вожделения. Воистину, больше страдания, чем счастья в глазах современного владыки, скорее мучеником, чем благоденствующим выглядит нынешний властьимущий; нередко он стыдливо прячет глаза перед подчиненными, не ожидая от них ни любви, ни доверия и почти физически ощущая направленный на него поток неприязни, ненависти, презрения, который уже не может скрыть обветшавшая маска почтительного подобострастия. Совсем немного нужно, чтобы эти чувства из подразумеваемых стали явными - саморазумеющейся общественной нормой, а властолюбие - постыднейшим атавизмом человеческой души. Возможно, будут властители (координаторы) по принуждению, возможно - по тяжкому жребию, в порядке жертвенности, не исключено, что это станет исправительной мерой, - до тех пор, пока не отпадет необходимость в каком-либо внешнем координировании свободных сознательных людей (ли еще?).

20. Никакая формула не выразит Истины, потому что Истина - не принцип, Истине чужды принципы. Любые, казалось бы самые очевидные принципы на поверку оказываются не абсолютными.

“Мораль - хорошо, аморальность - плохо”, - говорите вы. Но вспомним, что есть мораль высокая, мораль высокосознательной души - мораль внутренняя. И есть мораль низкая, внешняя, социальная, подменяющая живое чувство застывшими схемами. По отношению к такой морали лучше быть аморальным.

“Творить добро - хорошо, творить зло - плохо”, - утверждаете вы, забывая, что иногда ваше добро может действовать растлевающе, а зло оказаться необходимой суровой помощью.

21. Все ваши установки неизбежно наталкиваются на вопрос: для чего это нужно? Чтобы мне было хорошо? Чтобы всем было хорошо? Чтобы усовершенствоваться? Чтобы заслужить высшую награду? Чтобы служить людям или Богу? Чтобы считать себя хорошим, избежать самоосуждения? и т.п. Ни одна из этих целей не является самоочевидной и абсолютно непререкаемой, хоть все достаточно заманчивы, и при своем кажущемся сходстве далеко не всегда требуют одинаковых действий.

22. Чем ближе принцип к абсолюту, тем более он расплывчат, тем менее информативен. “Поступай так, как подсказывает тебе твое высшее чувство Истины”, - это подсказка, но не формула, - тот, кто осознал в себе это высшее чувство, уже знает как ему поступать.

“Поступай так, как считаешь (сейчас) нужным” - это было бы абсолютно истинно, если бы не было абсолютно тавтологично: невозможно не поступать так, как считаешь (сейчас) нужным; даже если подчиняешься чужой воле вопреки своей, значит счет это нужным по какой-то причине.

23. Нет абсолютных принципов и абсолютных заповедей. Все прекрасные добродетели оправдывают себя в ограниченном круге пространства-времени. Заповеди необходимы как прутья решетки для тех, кто не достиг высокой сознательности и свободы духа. Им нужны ограничения морали, чтобы они не выродились и не уничтожили друг друга. Но тот, кто услышал голос Истины, пробуждается от власти рациональных программ для иррациональной жизни.

24. Жизнь вне логики и вне морали, хоть это состояние внутренней истинности следовало бы называть моралью высшего порядка. Вызывая праведный гнев всех винтиков слаженного общественного механизма, жизнь приносит себя в жертву, чтобы эти винтики стали чуть более живыми. Так Бог, который есть Жизнь, дает душу своим подобиям.

25. Прогресс духовности неизбежно ведет к аннигиляции любых форм престижа и превосходства. Превосходство - понятие чисто человеческое и оно - грех человека. Душе потребовалось пройти через мясорубку грехопадения, через многовековые муки человеческого созревания, чтобы возродиться в новом сиянии, сбросив греховные струпья, как змея сбрасывает омертвевшую, сковывающую движения кожу, чтобы вкусить блаженство и легкость естественной непорочности и отдохнуть, возможно готовя себя к новому прыжку, если бесконечность присуща жизни в её прогрессивном движении, если эта бесконечность не окажется только зовущим маяком, - а ТАМ, возможно, все будет понятно совсем по другому, и власть над временем покажет относительность самой вечности, и власть над жизнью покажет относительность самой жизни и смерти, и будут другие измерения и другие слова, а если не слова, то что-нибудь совсем другое. Ясно одно: ЧТО-ТО БУДЕТ всегда и везде, хоть оно и не будет так называться, и , возможно, никто не будет ничего называть, а будут совсем другие отношения, и даже не отношения, а нечто совсем непостижимое, но ясно, что БУДЕТ, потому что не быть невозможно.

26. И ясно, что уже ЕСТЬ сейчас, но никто не называет и не знает об этом, потому что ЭТО неназываемо и непознаваемо. Возможно, мы с ним делали что-то другое, или ОНО - с нами, или нет никакого делания, а есть что-то другое, что так же неназываемо и непознаваемо, но находится с нами или с собой в каких-то других отношениях, или, скорее, не в отношениях, а в чем-то другом, как-то иначе … Но ЧТО-ТО ЕСТЬ, и это главное, и, пожалуй единственное, что ЕСТЬ, потому что все, что можно узнать и назвать, сомнительно, уничтожимо, и вообще, возможно только мерещится. Но ЕСТЬ несомненное, истинно сущее, любые слова о котором бессмысленны, но все же - о чем еще говорить? Или лучше молчать и ощущать эту несомненность, или не ощущать, а быть в ней, быть ею, что и означает быть самим собой - тем, что в тебе несомненно. Называя это Верой или Богом, Светом, Истиной, Гармонией, мы создаем образ из всего, что налипло на этих словах, прошедших множество рек, как разменная монета. А ЭТО - чистое золото, никем и ничем не загрязненное, но даже слово “чистота” настолько испачкано, что оставляет пятна на зеркале сознания. Каждый может сам придумать себе слово, еще не бывшее в употреблении, и оно больше скажет даже чем слово “БЫТЬ”в самых превосходных степенях. Но и звуки слов испачканы и оставляют ассоциации, затуманивающие ЭТО. Нечленораздельный, нечеловеческий звук скажет больше, молчание скажет больше, но молчание человека еще слишком выразительно и немного волнует поверхность океана твоей души. Стань растением или лучше - камнем, если сумеешь …

27. Но ты хочешь быть живым. А жизнь ты понимаешь как вечное стремление, движение к тобой же придуманным целям. Может быть, если бы ты не старался понимать жизнь, ты бы более жил, вместо того, чтобы гнаться за созданным твоим воображение “образом жизни”. Может быть, если бы не цель, ты бы уже был ЭТИМ, а стремясь схватить ЭТО, ты создаешь видимость погони призрака за призраком. А если ты уже ЭТО, то некому и нечего хватать. Но ты хочешь подтверждения и изготавливаешь все новые зеркала, чтобы убедиться в своем существовании. Но убеждаешься лишь в существовании все новых отражений. Ты щиплешь себя, чтобы убедиться, что не спишь, ты кричишь от боли, кусая свой хвост, но и это ничего не доказывает, потому что кричишь - не ты.

28. Ты ЕСТЬ - это самое главное. Еще не веришь? Хочешь убедиться? Неужели непонятно, что если есть кому убеждаться, значит он уже ЕСТЬ? Зачем еще доказательства?

29. Ты - это всё, воздух, пространство, а ты думаешь, что ты - это только игра красок на поверхности мыльного пузыря. Это не ты, который ЕСТЬ думаешь, - все это думанье - только разводы на мыльной пленочке. Но пленочка испарится, а ВСЁ, которое есть ты, останется, и исчезнувшая пленочка окажется частью тебя. Но в этом некому убедиться, потому что пленочки и её узоров - её думанья - уже нет, а тебе, который ЕСТЬ ВСЕ, ни в чем убеждаться не надо, да и невозможно. Сейчас надуется новый пузырь эго и начнет донимать себя теми же вопросами. Загляни этот пузырь внутрь себя, он узнал бы, что он - воздух, пространство, единое со всем остальным пространством, в котором иногда возникают мыльные пузыри. Но как это знание выразить на языке его цветовых разводов?

30. Вот его главная проблема: выразить (себя) то, что и так несомненно. Для чего? Зачем? Чтобы стать ЭТИМ. Но зачем становиться ЭТИМ тому, кто уже ЭТО? Или для того, чтобы знать, что ЭТО такое? Но что значит - узнать что ЭТО такое? Это значит условно заменить ЭТО чем-то другим, разными мелочами, которые в нем содержатся, например, словами, образами. Зачем этот самообман? Может быть для того, чтобы рассказать другим? Помочь им стать ЭТИМ? Но они и так ЭТО. Подсказать им, чтобы напрасно не искали то, что никогда не терялось? Но сколько же можно говорить?

31. Так же, как пространство неизменно, волнуется ли океан или спокоен, так и тебе, который ЕСТЬ, безразличны игры того, кто себе только кажется. И океан Сущности не исчезнет, если волны ума напишут на его поверхности, что океан непознаваем, невыразим и вообще не существует. Весь этот поток мыслей, слов, перемен и достижений - только узоры волн, движения, процессы, да и они только кажутся, если допустить время. Но и допущение времени - это только процесс изменений (волны сознания), который происходит (если допустить время), когда ты этим “допущением времени” занимаешься.

32. -Боже, неужели даже времени нет? - пошли волны на воде. А навстречу им другие:

-Есть, но только как иллюзия времени, представление о времени, мысль о времени, так же, как и все, что можно помыслить, представить, почувствовать, ощутить и вообще, с чем можно что-нибудь сделать.

33. -Но что-нибудь есть не как иллюзия, не как представление, - на самом деле:

-Нет никакого “на самом деле”. Само понятие “на самом деле” только иллюзия, представление.

34. -Но что-то порождает эти представления?

-Да, но это тоже представление о том, что порождает эти представления. Иллюзия причины, причинности и первопричины.

35. -Значит на самом деле ничего нет? Все только кажется?

-На самом деле все есть, если учесть, что “на самом деле” - только представление, хоть на самом деле нет никакого “на самом деле”.

36. -Господи! Но хоть что-нибудь есть или ничего нету?

-Если бы ничего не было, не было бы и этого вопроса. Значит что-то есть. Скажем есть иллюзии, представления. Но думать, что эти представления что-то за собой скрывают, обозначают, то чего-то происходят, - сущий вздор. То, что не может быть представлением, не может быть тебе дано. О чем же ты спрашиваешь?

37. -Кто же я, имеющий представления, созерцающий иллюзии?

-Ты тоже только представление о себе, только иллюзия себя, только мысль о том, что есть кто-то, представляющий представления.

38. -Но если отбросить все представления, что останется?

-Последнее что тебе останется, это представление о представляющем это представление о себе. Больше ничего.

-Но если я отброшу и это представление?

-Его некому отбросить. Но если бы оно исчезло, исчез бы и ты.

39. -Но что-нибудь где0нибудь еще будет?

-Все будет, все возможные представления. Ведь ты их только отделял от себя, но не выбрасывал: выбросить их некуда, а уничтожить невозможно.

-Значит и мое последнее представление о себе неуничтожимо?

-Разумеется. Ничто не уничтожается, потому что время - только представление о времени. Но ты как свое представление о себе, если сумеешь освободиться от всех других представлений, потом снова облипнешь ими, но в другом порядке, так что можешь сам себя не узнать.

40. -А не могу ли я узнать себя в том, что останется свободным от всех представлений о “не себе”?

-Увы, это не так просто. Полное очищение от всех иллюзий не дается даже смертью. Ведь представление, единственным содержанием которого является оно само, - это абсурд для ума. Оно не может даже длиться, поскольку представление о времени ты должен был отбросить раньше, что не так уж просто. Так, что сколько бы ты ни умирал, а какой-то костяк иллюзий для кристаллизации других будет сохраняться.

41. -Значит представления все-таки вечны? Иллюзорен пейзаж, но хоть холст реален?

-Эта аналогия слишком поверхностна. Если ты понял, что всё - представления, или иллюзии (поскольку не отражают никакого иного объекта, кроме самих себя), значит нельзя делить на более или менее реальные, как пейзаж и холст, а если и можно, то лишь в первом приближении: во втором ты увидишь, что сам холст и рама нарисованы на стене и только создают иллюзию объемности, затем ты убедишься, что стена и весь музей изображены на чем-то еще большем.

42. -Но ведь рисунок - факт моего представления - реален?

-Это все равно, что сказать: “Иллюзия реальна?”, то есть абсурд, а не понимание. Чтобы сказать, что представление реально, ты должен сделать его объектом другого представления, то есть сделать его не реальным как представление, а всего лишь представлением о представлении. Все что можно назвать существующим, - только представления. Но и представление о том, что существуют представления - тоже представление. Мы называем это представлением, иллюзией, можно назвать информацией, - суть этих слов в том, что они выражают или сообщают нечто другое. Так вот, это другое - мнимость, другого нет, есть информация о несуществующем объекте. Иллюзия “реального” бытия возникает благодаря иллюзии представления о “реальности” как о чем-то отделимом о представлений (попробуй отделить!) и благодаря представлению о реальном времени, позволяющем якобы экспериментально убедиться в существовании объектов (нуменов) и даже предсказать их поведение. Если ты всмотришься в себя повнимательнее, ты убедишься не в реальности объектов (нуменов), а в повторяемости и взаимосвязанности представлений в те моменты, когда присутствует представление о времени. Да иначе и быть не может, так как представление о времени - это не что иное, как представление о повторяемости и взаимосвязанности представлений.

43. -Значит на самом деле они не взаимосвязаны, хаотичны?

-На самом деле нет никакого “на самом деле”, включая и первое. Ты имеешь представление о порядке и хаосе. Высший порядок для тебя - предмет стремлений, потому что время - представление о взаимосвязанности, и, значит жизнь во времени - представление о большем упорядочивании. Хаос - представление о чем-то страшном, нежелательном. Но посмотри внимательно: видел ли ты хаос так явно, как видел порядок? Нет, хаос - это только антитеза порядка, просто пугало. Объект этого представления чисто умозрительный, и выражает только твое представление о недостаточном порядке - меру беспорядка. Но ты не можешь увидеть, познать, ощутить хаос, потому что ты, мыслящий себя живущим во времени, уже с самого начала - кристалл.

44. -Почему же я не ощущаю полного порядка?

-Потому, что для кристаллизации каждый раз берешь не совсем правильную основу, и ошибки со временем наслаиваются. Тогда ты убеждаешься, что дальше кристаллизоваться бессмысленно (когда заключаешь, что в избранном направлении все возможности исчерпаны), ты одним махом отбрасываешь большую часть представлений и начинаешь строить заново. Возможно, ты боишься, что без затравки не начнется кристаллизация, но все же с каждым разом ты оставляешь все меньше иллюзий, не прекращая попыток воссоздать совершенную Гармонию. В этом непрерывном саморазрушении и самовосстановлении и заключается прогрессивное движение жизни. Только не забывай, что все, что можно сказать об этом - только аналоги отдельных проекций этого процесса.

45. -Но достигну ли я когда-нибудь совершенной Гармонии? И будет ли это прекращением прогрессивного движения?

-Ты достигнешь максимального совершенства, когда сможешь разрушить себя до основания и начать с одного кирпичика, - из точки, которая даже не “нечто”, потому что представления, или элементы, или факты сознания становятся чем-то (определенным) только при взаимодействии с другими элементами, при их взаимоопределении. Тогда твое разрушение будет не разрушением, а станет высшим созиданием, потому что совершенное вне времени, ведь именно таково твое представление о Гармонии - все возможные представления о времени уже уложены в решетку этого кристалла, ты кладешь последнее, и больше нет никакого “тебя”, потому что ты есть только в становлении, твои индивидуальности - отклонения от Гармонии, настолько они индивидуальны, насколько осознают свое несовершенство. Совершенство абсолютно безлично. Но прогрессивное движение жизни длится вечно в своем времени, которое вместе со своим несовершенством имеет место в абсолютной вневременной Гармонии.

46. -Но где находятся кирпичики-представления после каждого разрушения, если нет никакого хаоса?

-В той же памяти, только с другой стороны, - в “памяти будущего”, в которую когда-нибудь ты сумеешь заглядывать, - когда время перестанет быть для тебя слишком, почти абсолютно реальным. Теперь это удобней представить как лабиринт, который ты стремишься пройти правильно от начала до конца (пока не догадаешься, что нужно просто взлететь над ним). Ведь Гармония вне времени, так что не совсем уместно утверждать, что когда-то её не было, но наконец, она воздвигнута твоими стараниями. Хотя с другой стороны, так оно и есть. Можно сказать, что она есть всегда как возможность, но ты её создаешь как действительность - познаешь как действительность при завершении времени. Но при этом надо помнить, что возможность и действительность - только представления, и, как любые представления, они видятся реальными в одних аспектах и иллюзорными в других. В аспекте вечности нет разницы между возможным и действительным, реальностью и фантазией. Потому ты поймешь, что Гармония никогда не могла не быть, хотя сейчас (во времени) она - “только” возможность. Можно назвать высшую внесубъектность уровнем бесконечных возможностей, но это - наша субъектная интерпретация. К тому же не следует забывать, что все, о чем мы пытаемся говорить - только представления, за которыми нет ничего иного, “реального”.

47. -Как? Даже высшая Гармония нереальна?

-Она-то более всего: ведь любое представление о реальности содержится в ней как элемент конструкции, а не как определяющая категория. На любом из твоих субъектных уровней ты еще сохраняешь какое-то представление о реальности, несмотря на то, что как будто согласился, что нет никакого “на самом деле”. Ведь согласиться - означает признать некоторую реальность. То, что нет никакого “на самом деле” теперь стало твоим “на самом деле”. С этим нельзя ни соглашаться, ни не соглашаться. С этим надо делать что-то другое. Ты поймешь это, когда достроишь свою Гармонию.

48. -Но ведь она уже есть?

-Да, как твое представление, как твоя фантазия.

-Но ведь иначе она не может существовать. Что же мне делать?

-Что хочешь.

-Но я не знаю, чего я хочу.

-Это потому, что твое представление о Гармонии еще слишком туманно. Но если бы оно устраивало тебя по своей сути - как высшая Гармония, абсолютное Единство и Свет Истины, - эта туманная видимость не имела бы значения. Тогда ты мог бы в один момент прекратить свое строительство, разрушить все до основания, взлететь над лабиринтом, - отбросить строящее эго. Тогда осталась бы Гармония, а не твое туманное представление. Туман - недостаток зрения твоего эго, он исчезнет вместе с ним.

49. -Но меня тогда не будет …

-Придется выбирать между совершенной Гармонией и несовершенным, неудовлетворенным эго.

-Дело не в этом: этот выбор я уже сделал. Меня волнует, чье это будет представление, если меня не будет?

-Разве это важно? Ну, допустим мое.

-А как же я?

-Так тебя же не будет, зато будет Гармония. Ты ведь сделал выбор.

-Но это же - самоубийство!

-Отнюдь. Можно убить то, что есть. А твое эго - только представление о себе, такое же беспредметное, как все представления.

-И куда же оно денется?

-Допустим, в мой склад памяти. А точнее, станет элементом Структуры: вместо тог, чтобы бегать и суетиться, оно займет свое место в вечности.

50. -Я боюсь тебе поверить. Ведь это означало бы согласие насчет существования чего-то на самом деле.

-Пока вера для тебя только согласие, это еще не Вера. Так и называй это - согласие. Когда же есть Вера, нет никакого “на самом деле”, потому что нет сомнений и колебаний. Тогда и представления перестанут быть “всего лишь представлениями”, потому что нет никого, кто вопрошает: “Это есть или только кажется?”. Тогда всё ЕСТЬ, всё есть утверждение, не подтачиваемое отрицанием, но это уже и не утверждение, а нечто совсем невыразимое.

51. Я же догадывался, я же чувствовал, что что-то ЕСТЬ, но не верил себе. Кто же ты, который так хорошо мне все разъяснил?

-Я - это ты, говорящий другим голосом.


Раздел 7. ДАР РАДОСТИ

1. ЗА ЧТО ВОЮЕШЬ, ЧЕЛОВЕЧЕ?

Не слишком ли много пафоса в твоих речах?

Не слишком ли торжественно звучит для тебя слово Мировоззрение?

Не является ли это следствием через чур серьезного отношения к самому себе? Не стремишься ли ты повысить свою значимость, возвеличивая постигаемый тобой мир?

Не пытаешься ли ты возвысить себя, слишком серьезно относясь даже к своему смирению, поклонению, самоуничижению?

2. Любые формы превосходства хороши, даже самые парадоксальные, если тебе удается питать ими свой ненасытный эгоизм.

Самораздувание, повышение запаса прочности, гонка вооружений … Не страх ли заставляет тебя раздуваться, подобно рыбе фугу, чтобы если не быть, то хотя бы казаться крупнее, сильнее, значительнее, неуязвимее?

3. Замечаешь ли ты, что твой страх - продукт ума - делает тебя несчастным, заставляя насыщать ненасытное тщеславие и проводить жизнь не в радости, а в постоянной озабоченности повышением своей значимости и превосходства над другими? Не страх ли заставляет тебя стремиться к обладанию все большим, к власти над себеподобными? Но для чего тебе власть? Разве ты хочешь, чтобы тебя боялись, а не любили?

4. Болезненная самозацикленность эгоизма делает тебя несчастнейшим из существ. Привязанность к себе рождает страх за себя, страх заставляет стремиться к любым формам превосходства, превосходство стимулирует привязанность к себе. Когда же ты станешь взрослее, сильнее, чтобы разорвать этот порочный круг?

5. Не страдаешь ли ты от чувства собственного достоинства? Не подавляет ли оно тебя? Не жмет ли в плечах? Не стискивает ли крылья?

6. Узнавая с чужих слов о новых горизонтах, ты изо всех сил стараешься стать возвышеннее, благороднее, духовнее (!), чем другие. Бездуховные люди даже духовность превратили в состязание, но их духовность, разумеется, лишь номинальная. Не надеешься ли ты благообразной маской скрыть неблаговидность своей души?

7. Твоя радость всегда отравлена сознанием того, что это - еще не предел блаженства. За какие грехи ты обрек себя на муки вечного недовольства - то собою, то всем остальным миром, на муки злобного презрения и болезненного стремления?

8. Ты живешь так, как будто еще не родился, как будто ты только готовишься к бытию. Наступит ли день, когда ты удовлетворишь свою алчность и скажешь: “Я подготовил жилище, чтобы жить в нем”?

9. Ты воспринимаешь мироздание как нечто тяжелое, огромное, давящее и пугающее, величественное и грозное. Почему бы не относиться к нему, как к чему-то нежному и прекрасному, тонкому и чуткому, радостному и даже немного смешному. Не ранишь ли ты его своим грубым противодействием запуганного зверя?

10. Превышая меру необходимого и достаточного реагирования (самозащиты), человек впадает в грех, необходимость искупления которого создает цепь воплощений (“карма”). Недеяние - это не бездействие, напротив, это точное (необходимое и достаточное) реагирование, определяемое чувством меры (аспект чувства Истины).

11. Не логика, не формула, но чувство меры определяет путь человека.

12. Чувство меры не позволяет широту взглядов превращать в беспринципность.

13. Мыслимая истина ведет к отрицанию. Чувство Истины есть вечное утверждение. Мысль, логика, все нейтрализуя, сводит сущность мира к нулю, к “ничто”, к мраку. Чувство Истины находит сущность мира в Гармонии, Любви и Радости. Противопоставленное этому - не от сущности мира, не истина о нем, но иллюзия и заблуждение.

14. Ум, который смог сказать “я есть дух”, не знает, что он - только аппарат говорящего через него духа. Потому естественно, что в нем возникает связь: “я” тождественно уму.

15. Все искажая своим антитезным механизмом, формальный ум Истину подменяет законом, Любовь превращает в страх, Радость уравновешивает страданием. Наполняя ум обманом, тьма пытается подменить живую суть формальными подделками: так вежливость, секс и веселье нам подсовывают вместо доброты, Любви и светлой Радости.

16. Страх - продукт ума. И так же как и ум формально приводит мир к отрицанию, так страх подменяет истинные эмоции их “отрицательными” эквивалентами. Страх искажает видение ценностей: когда боишься, не до прекрасного. Ценности Света - Истину, Гармонию, Радость, Любовь подменяют фальшивые ценности мрака: наслаждение, довольство, достоинство, богатство, сила, храбрость, власть, приспособляемость и пр.

17. Но все это существует только в уме - как называние. Дух же всегда пребывает в радости. С тихой улыбкой созерцает он возню умствующего механизма и скрип его несмазанных частей.

18. Радость - не роскошь, а насущная необходимость. Это - чувство жизни, это - энергия жизни, это - сама жизнь.

Изначальная радость тождественна жизни. Страх и страдание - формы выражения недостатка жизненности. И живой найдет себе достаточно жизни, чтобы с радостью встретить самые жестокие испытания, которые пошлет ему судьба.

И радостно ему видеть себя скорбящим и не пытающимся извлечь радость из своей скорби. И радостно ему страдать во всю мощь его жизни, и радостно, что эта радость нисколько не облегчает его страданий. И радостно, что он может испытать самый страшный в мире страх, не испугав его своей радостью. И радостно узнать, что высочайшая радость есть высочайшее страдание, и что глубочайшее страдание есть глубочайшая радость.

19. Если ты любишь людей, будь счастлив тем, что часть их невзгод падет на твои плечи: люби свое страдание.

20. Я СТАРАДАЮ НЕ ЗА СЕБЯ, Я СТРАДАЮ ЗА ЧЕЛОВЕКА ВО МНЕ.

21. НЕ БОЙСЯ СВОЕГО СТРАХА.

22. То, что есть то, что видится - совсем разные вещи. Я хочу, чтобы ты был, а не казался себе. Ведь это так просто: узнать в себе себя настоящего, вместо того, чтобы бороться за повышение качества своих обманчивых видимостей. Наберись мужества, чтобы увидеть свое истинное лицо. Посмотри на себя ясным взором, не искаженным кривыми призмами общественных мнений.

23. Боже, как ты прекрасен! Ведь ты прекрасен, как сама Истина! Как ты красив! Как ты великолепен даже в своем ненасытном стремлении, даже в презрении к себе! И как убого то, что выдает себя за тебя, - то, что всего лишь видимость самооценки твоей видимости.

24. Пусть каждый миг твое жизни останется в вечности во всем блеске своего восторга, так же как каждый миг твоего самоубийства исчезает в небытии, не успев возникнуть. Не нужно ничего менять. Оставь все, как есть. У тебя нет оснований для беспокойства: видимость не может быть сущим, потому что её нет. Но чтобы различать, что есть и чего нет, надо быть предельно внимательным.

25. Внимательно рассмотри свой страх и свое беспокойство. Они сводятся к некоторым внутренним, почти мышечным напряжениям, призванным приводить организм в состояние готовности. Но когда ты начинаешь (неверно) истолковывать это состояние, как бы говоря себе: “я боюсь (какой ужас), у меня не хватит смелости действовать, я не смогу преодолеть свой страх, я не справлюсь, я парализован страхом”, - когда ты так говоришь (или как бы говоришь) себе, то нормальная мышечная готовность превращается в парализующее “чувство страха”. То же с беспокойством, озабоченностью: рефлексия зацикливает это активное состояние в патологическое перевозбуждение, путающее мысли и препятствующее правильному действию.

26. Мысль “что будет?!” нормальные реакции превращает в отрицательные эмоции, делающие жизнь пыткой. Эта мысль - следствие привязанности к временному. Тот, кто привязан к вечному, не имеет повода для беспокойства.

27. Отойди на два шага и посмотри: что к чему привязано? Одно тленное привязано к другому. Но что тебе до этого, если ты можешь отойти хотя бы на два шага?

28. Можно любить даже форму, не делая любовь причиной страданий, если понимать, что жива только любовь к настоящему: с исчезновением объекта должна исчезнуть и любовь.

Можно подобно художнику оживлять временное, вдыхая в него вечность. Но не следует смешивать форму с сутью и горевать из-за каждой растаявшей снежинки.

Нелепа любовь, когда нет объекта любви. Это - любовь к прошлому. Она мертва и, как все мертвое только отягощает жизнь. Живые чувства реализованы в настоящем. То что обращено к прошлому - беспочвенное мечтание: “ах, если бы …”. Это - не чувство, а мысль, несущая беспокойство. Память же о прекрасном должна приносить только радость.

29. Приветствуй радостное беспокойство самотворящейся жизни! Забудь о мертвом беспокойстве, о бесплодных волнениях! Радость и жизни - синонимы. Без радостное - оно же безжизненное.

30. Нет дурных эмоций. Эмоции - это праздник жизни, она всегда прекрасна. Есть только дурные мысли. Даже боль может иногда быть восхитительной, если не дать возникнуть связи “боль - это опасно, это плохо”.

Стоит лишь преодолеть традицию, косность мышления … Это трудно только для того, кто привык понимание подменять привычными штампами. Но, право, стоит хоть раз взглянуть на все другими глазами, чтобы увидеть, что всякое чувство прекрасно, если это действительно чувство, а не его умственная имитация.

Разорви привычные связи, отбрось стереотипы. Страдание прекрасно, оно оживляет глубочайшие слои личности. Страх великолепен, он до отказа наполняет момент. Печаль удивительна, это тончайшая медитация сердца.

31. Но все умирает от жалости к себе. Страдание ужасно от обиды, что страдаю именно я. Страх гнетущ, когда боишься своего страха и встречаешь его как врага. Печаль безысходна, когда жалеешь себя и не можешь помочь.

32. Цветы сердца эгоизм превращает в колючки. Потому что эгоизм - это слабость духа, это робость духа, это рабство духа. Как тяжелобольной, он боится даже свежего воздуха.

33. Инстинкт самосохранения велит адекватно реагировать на ситуацию. Но инфантильный, не слишком сознательный рассудок все доводит до крайностей. Он не дает покоя, заставляя повышать запас прочности до немыслимых размеров, превращая естественный инстинкт в ненасытный эгоизм. Это он разъедает душу и нервную систему, оказывая плохую услугу слишком рьяному рассудку.

Эгоизм - это смерть, прокравшаяся в жизнь под маской заботливой нянюшки. Это - не любовь к себе, а всего лишь собственничество, которое губит душу в клетке, чтоб не улетела. Эгоизм - хитрый спаситель жизни от самой себя.

34. Любовь к себе - это вечная радость жизни. Она не омрачает жизнь деспотической заботливостью. Она беспечна и самозабвенна, она вся - сейчас, потому она жива и бессмертна.

35. Нет, не любит себя, не любит жизни в себе тот, кто постоянно озабочен завтрашним днем. Он мертв сейчас. Он убивает настоящее ради будущего, в котором тоже - откуда ему быть живым?

Эгоизм - привязанность мертвого к мертвому. Это механический процесс машинного существования, в котором слышен лязг металла, стон и скрежет зубовный.

36. Любовь - это и есть жизнь и бесконечная всеобъемлющая радость бытия. Тот, кто жив, не страдает от страдания, не боится своего страха, не заботится своей озабоченностью. Страдание - скрип не смазанного механизма, оно необходимо для жизни, оно указывает место, нуждающееся в её любви и заботе.

О чем же беспокоиться? Жизнь вечна и радостна. Беспокойство не в её природе. Лучезарным светом озаряет она мир фантомов и форм, вливая в них жизнь и любовь. Её радость - дарить, а не брать. О чем же еще беспокоиться?

А то, что говорит себе: “ах, мне плохо, страшно, беспокойно!” - это только скрипящие друг о друга детали механизма, инерционно и безвольно движущиеся пустые формы, в которых слишком мало любви и жизни, чтобы находиться друг с другом в согласии.

37. СТРАДАНИЕ ЕСТЬ ПОВЕЛЕНИЕ НЕ ПОДЧИНЯТЬСЯ.

38. Если ты заметил, что тебе грустно, не сочувствуй себе, а посмейся над этим иппохондриком.

39. ТЬМЫ НЕТ, ЕСТЬ ТОЛЬКО СЛЕПОТА.

40. Пессимист во всем торопится увидеть изнанку. “Нет радости без печали, говорит он, невозможно благо без зла”. Пессимизм возникает из формально мыслящего антитезного ума, абсолютизирующего противоположности. Он забыл, что противоположность - только способ мышления, только механическое упрощение мира.

41. Глубже видно, что противоположности никогда не равнозначны, не симметричны. Даже самая прямая противоположность “да-нет”, присутствие-отсутствие, плюс-минус, только чисто формально может быть признано симметричной. По сути же “да”, утверждение - самоценно, присутствие не выводится из отсутствия, имеющийся в наличии предмет никто не станет определять как отрицание его отсутствия. Напротив, отрицание вторично, производно, оно только отрицание утверждения, оно - только логическая функция ума. Посмотри вокруг, ты увидишь только присутствие, утверждение. Отсутствие же, отрицание - ты придумываешь сам.

Так же и Свет не нуждается в тьме для утверждения своего бытия, тогда как тьма реальна только как отсутствие Света. Также Радость, Жизнь, Добро, Истина - самоценны, первичны, они существуют вне всякого противопоставления, тогда как унынье и смерть, зло и заблуждение - это только отрицательные величины, они существуют только в сравнивающем уме, который ночью видит отсутствие солнца, вместо присутствия луны и звезд.

Отрицание и противоположность возникают только в уме в результате сравнения реального и желаемого. Утверждение - это то, что есть в реальном восприятии без умственных искажений.

42. Свет, радость, Добро, Жизнь, Истина не нуждаются в антитезах. Они суть имена истинного (состояния) бытия, а их отсутствие - только следствие искаженного, неадекватного отношения к миру, следствие заблуждения (“авидья”), околдованности реальностью.

43. Неполноценность (околдованность) человека легко узнается по тем проблемам, к которым он не может отнестись с юмором. Области самозацикленной серьезности, то есть безрадостности и безжизненности - это каверны души.

44. Болен тот, кто подобно больному живет в ожидании, что ему станет лучше. Втройне болен тот, кто подобно неизлечимо-больному ждет только худшего. Почти здоров тот, для кого жизнь - постоянная радость, потому что она - ожидание чуда. И безусловно здоров тот, для кого каждый момент жизни чудо.

45. НЕПРИВЯЗАННОСТЬ РОЖДАЕТ ЛЮБОВЬ.

46. Возвышая себя над миром, человек видит мир в искаженном зеркале эгоизма. Только в этом причина восприятия уродливых граней мира. Эгоизм порождает зло, он же вызывает самонаказание, так как все подчинено равновесию высшей Справедливости (аспект высшей Гармонии). Болезненное отношение к себе из постоянного “а вдруг” на пустом месте вызывает болезни и прочие неприятности, оно же раздувает мелочи до фатальных размеров.

47. НЕТ НИКАКОЙ СИЛЫ, КОТОРАЯ МОГЛА БЫ ПРИЧИНИТЬ ТЕБЕ ВРЕД И СТРАДАНИЯ, ЕСЛИ ТЫ САМ НЕ ОСУДИЛ СЕБЯ. Степень несчастности эквивалентна степени эгоистичности. Чистота мысли гарантирует чистоту организма.

48. Всякая замена любви болезненной собственнической привязанностью губительно сказывается на объекте, будь то ребенок, животное или ты сам. Механизм этой закономерности не всегда прослеживается в материальном плане. Но в плане психическом при достаточной наблюдательности он ясно различим.

Болезненная привязанность есть недостаток любви, недостаток добра. Это - слабость, потакающая себе, как эгоизм и эгоистическая родительская любовь. Истинная любовь - сила одаряющая. Чем ты накажешь себя за недостаток любви? Ударишь по болезненному месту. Ты уже бьешь по нему своим эгоизмом.

49. Почему молитва и поклонение Божеству - прекрасное лекарство? Потому что оно отвлекает от эгоистической привязанности к себе. Искренняя религиозность слишком обесценивает плоть, чтобы она могла служить объектом наказания.

50. Предметом поклонения, Божеством может служить любой объект - любимый человек, работа, далекая цель. Главное - чистота мысли, психическое здоровье: радостная дарящая любовь не должна превратиться в болезненный страх утраты предмета наслаждения.

51. Если ты не здоров, неудачлив, если жизнь не радует тебя, ищи причину в нездоровой психике: где-то там есть конфликт, самообман, замена истинного - ложным, сути - формой, любви - её формальным, эгоистическим проявлением. Возможно ты расплачиваешься за прошлые грехи (“кармические накопления”), но механизм воздаяния работает через тебя.

Сейчас ты причиняешь себе зло, потому что не любишь себя (неправильно любишь), потому что когда-то раньше лишил себя своей любви, подменив её страхом за себя, недостойного. Тебе плохо, потому что в глубине души ты не веришь, что такому как ты может быть хорошо.

52. Очисть себя благоговением и преданностью тому, что выше тебя. Тем ты возвысишь в себе свою суть (дух) за счет гипертрофированной формы (эго, объект рефлексии).

53. ВИДЕТЬ МРАК В ПЕРЕДИ - ЗНАЧИТ НЕ СМОТРЕТЬ В ВЕРХ.

54. БОГ БОЯЩИХСЯ - ВСЕМОГУЩ И ГРОЗЕН, БОГ ЧЕСТНЫХ И УТОНЧЕННЫХ - СПРАВЕДЛИВ И ПРЕКРАСЕН.

55. Радуйся постоянно. Радуйся каждый момент. Радуйся без всякой причины. Для радости не нужна причина, потому что радость - это сама жизнь. Причины нужны для скорби, отдай ей мгновенье твоей жизни без сожаления, но с радостью. Этих мгновений радости у тебя - вечность.

56. Передай свою радость другому. Пусть все вокруг тебя сияет радостью. Когда ты переполнен радостью, даже вещи тебе улыбаются.

Самый простой способ обрести свою радость - это научиться радовать других. Заставь улыбнуться человека - ты дашь ему искорку счастья. Заставь улыбнуться другого, третьего. Так ты научишься дарить радость, а это - то же, что дарить жизнь. Так ты начнешь светить.

Ты думаешь, что Бог - тот, восхищает своей недосягаемостью. Нет, Бог - тот случайный прохожий, который заставил тебя улыбнуться.

57. ТОМУ, КТО СВЕТИТ, НЕ ВИДНЫ ТЕНИ.

58. Тем, кто хочет радости и легкости: воспринимайте жизнь как танец, а не как драму. Пусть глупцы отравляют себе жизнь мировыми проблемами. Ведь если все будут радоваться, жизнь станет вечным праздником, где нет места проблемам.

59. Блаженство - это восторг перед совершенством мира и себя в нем.

Наше отклонение от этого состояния есть диспропорция между концепцией (миром) и субъектом, проявленная либо в самоуничижении, либо в самовозвеличивании, а скорее и в том, и в другом вместе, хоть одна из тенденций может быть скрытой, неосознанной.

60. Путь совершенствования (субъекта, мира, концепции) есть путь радости, торжественной жизненности. Это развитие способности радоваться - миром и собой, развитие способности любить мир и себя вплоть до слияния в экстатическом единстве самотождественности.

61. ОТНОШЕНИЕ К СЕБЕ ПОДОБНОМУ - ПРОЯВЛЕНИЕ СКРЫТОГО ОТНОШЕНИЯ К СЕБЕ.

Зло - это всегда следствие диспропорции, - недовольство собой или миром, а скорее и то, и другое в более или менее осознанном виде.

62. Несовершенство любит в мире лишь то, что ему угрожает тем или иным способом: несовершенство радуется либо соответствующему несовершенству, либо противопоставленному совершенству, а скорее и тому, и другому, не вполне осознавая это.

63. Тот, кто осуждает мир, неявно осуждает себя за свое несоответствие породившему его миру. Но осуждающий себя неявно осуждает мир, породивший его, достойного осуждения.

64. Степень неадекватности, неединства, оторванности от Целого определяется не знаком отклонений, а абсолютной величиной - размерами эго. Только достаточно высокое самосознание видит, что положительные и отрицательные отклонения всегда одинаковы. Да иначе и быть не может, потому что неединство - понятие мнимое, неистинное. Такое осознание есть необходимая предпосылка для всесторонней нейтрализации отклонения и возврату к Единству, Истине, Абсолютной радости и Вечной жизни.

65. Истина рождается и созревает в недрах заблуждений. Вечное узнает о себе через временное. Душа обретает себя в сопротивлении бездуховному, а радость рождается в муках. Наш путь от страдания к радости, через тернии к звездам.

66. Как может найти источник вечной радости (ИВР) тот, кто во всем ищет корень зла? Не в том ли корень всех его зол, что цель его - зло, а не благо? Тому, кто поймет, что искал совсем не то, что хотел обрести, стоит лишь открыть глаза, чтобы увидеть источник вечной радости в самой жизни, в её пронзительном восторге экстатического слияния. Найди его в каждом моменте, когда он не осквернен сомнением в этой простой истине.

67. Прими себя таким, каков ты есть, с тихой радостью. Ищи свой источник вечной радости (ИВР), не думая о совершенствовании, ибо совершенствование - продукт общественных заблуждений. Твоя цель - обрести себя живого, а не общественно-полезное чучело.

68. Помни о бессмертной жизни, затерявшейся среди хлама твое души. Верь и ищи, но не пользуйся верой для самоутешения, иначе ты рискуешь успокоиться на достигнутом возрадоваться, что тебе и так хорошо. Тебе нужна жизнь, а не покой, тебе нужно все, а не только тихая радость. Пусть твоя вера даст тебе возможность не только радоваться, но и страдать со сверхчеловеческой мощью.


Раздел 8. ФАНТАСТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О СЕБЕ

1. ДОСТОЙНЕЙ И ИНТЕРЕСНЕЙ ТВОРИТЬ НОВЫЙ МИР, ЧЕМ ПРИСПОСАБЛИВАТЬСЯ К СТАРОМУ.

2. Есть много прекрасных учений, только жаль что они не вечны, потому что не могут охватить всего. Эти учения о реальном, а реальное всегда имеет границы. Только фантазия безгранична.

3. Когда открываются очи фантазии, ниши обычные глаза оказываются где-то на коленях, направленными в землю, чтобы не споткнуться.

Мир фантазии - не противоположность, а продолжение этого мира. Это - тот же мир, видимый другим органом. Чтобы понять это нужно пробудиться от сна реальности той яви, где реальность ничуть не предпочтительнее вымысла, где вообще нет подобного разделения.

4. Основанием всеобщего единения должно послужить универсальное мировоззрение, превосходящее своей достоверностью любую религиозную или философскую доктрину. Оно положит конец мировоззренческому разделению людей, религиозной несовместимости несовместимости народов.

5. Разобщенность индивидуумов имеет ту же природу, что и разделенность наций: подмена единой сути её несовершенным выражением. Несколько религиозных оснований в определенной неповторимой пропорции (пропорции кровей и нравов) образуют основу личности, исключая возможность мировоззренческой согласованности с другими личностями, построенными на других пропорциях.

6. Некогда случившееся “разделение языков” должно возыметь свой конец в общечеловеческой сверхрелигии, возникающей как результат мирового синтеза. Все явления человеческой культуры соединяются в этой точке, являющей собою конец и цель эпохи культур.

7. Иные учения убаюкивают разум мечтами о лучших мирах, обучают красивому галлюцинированию и уходу из мира людей. В них нет места этому миру, потому эти учения неполные, а значит - не истинные. Все, чего они достигают, это новых, более совершенных форм наслаждения, но не Истины. Стремление к Истине ведет к охвату максимума возможностей, но не к уходу и отрицанию чего-либо.

Новые миры (планы мира) могут быть использованы для расширения сознания, но могут приковать к себе сознание, отвлекая от Истины. Потому здесь необходима осторожность.

8. ДАЮ ВАМ ИСТИНУ КАК ЦЕЛЬ ЕДИНСТВЕННО ДОСТОЙНУЮ.

9. Свет, Истина, Гармония - это не объект, а способ видения.

В зависимости от построения, один и тот же пейзаж может показаться прекрасным или непривлекательным. Не уходя от мира, можно увидеть его таким образом, что прежнее стремление отказаться от такого совершенства покажется смешным и нелепым. Но это буде уже другой мир.

10. Свет, Истина, Гармония - это способ видения, когда нет отдельно видящего и видимого. Это здесь и сейчас с нами.

11. Реалистические учения заставляют видеть мир уныло-прозаическим, а сказочно-прекрасное отодвигают либо в будущее, либо в “другие измерения”. Фантастическое учение дает возможность понять, что все великолепие мира уже перед нами, что мир это сказка, фантастика (мир возможностей), но тот, кто околдован, называет это печальной действительностью.

12. Свет, Истина, Гармония - это пребывание в сказке с осознанием сказки, это самосознание сказки, где конкретность личности не имеет никакого значения. Так ребенок, слушая сказку, отождествляет себя то с одним, то с другим персонажем, то со всем сразу.

13. Состояние околдованности - это замкнутость в одной личности, что делает сказку слишком “реальной”, то есть безысходно пугающей, неподатливой, раз и навсегда заданной. Околдованность - это лишение некоторых степеней свободы, фиксация определенных параметров, связанность крыльев.

14. НЕ БУДЬ РЕАЛЬНЕЕ САМОЙ РЕАЛЬНОСТИ.

15. Есть множество новых и древних учений. Все, имеющее начало, имеет конец. Но то, что было всегда, пребудет вечно.

16. Фантастическое учение в той или иной форме существовало всегда, и во все времена оно преследовалось как еретическое, поскольку для любого господствующего учения находилось скромное место в иерархии концепции этой метарелигии.

17. Реалистические учения необходимы в эпохи недостаточной сознательности и недостаточно сознательных индивидуумов как средство их взаимосогласования. Но кнут и авторитет не нужны тому, кто способен сам избрать свой правильный путь.

18. Фантастическое учение дает возможность видеть свет Истины своими глазами, тогда как другие учения, если показывают этот свет, то непременно преломленным под своим особым углом.

19. Реалистическим учениям знания нужны только для практической пользы, потому они не доходят до конца, до самой Истины, торопясь использовать крохи своих достижений.

Фантастическое учение сумело пренебречь корыстью ради Истины. Это - любовь к Истине ради неё самой, любовь, ставшая высшей практикой миротворчества, ибо Истина щедро награждает своих верных рыцарей.

20. Реалистическим учениям нужны точки опоры , так же как реальному субъекту необходимы условности для своей реализации. Реалистические учения и реальные субъекты слишком сомнительны для себя, потому нуждаются в постоянном подтверждении извне. В них всегда есть доля хитрости для приманивания сторонников. Они не могут себе позволить ни бесконечной честности, ни безудержной смелости, как фантастическое учение и возможный субъект, бытие которых не зависит ни от каких условных реализаций.

21. Фантастическое учение не стремится умножать своих последователей. Его смысл - высшее всеобщее Единство в Истине, потому оно не станет дробить человечество на своих и чужих.

Для рыцаря Истины существует единственная цель -служение Истине. Ему не нужны единомышленники, его миссия глубоко интимная. Единую “всеобщую” Истину нельзя сделать общественным достоянием (в этом её кажущаяся парадоксальность), о ней нельзя кричать на перекрестках. Тот, кто дорос, сам посвятит себя этому прекрасному служению.

22. Фантастическое учение не зовет, не агитирует. Его цель - только показать некоторую возможность, которая может найти отклик и стать верой у того, кто готов её принять. Другой просто не сумеет посмотреть в нужном ракурсе, чтобы понять и уверовать. Он сам не допустит себя недостойного к святыне. Но свет, забрезживший на горизонте, мало-помалу изменит его судьбу. Мимо света нельзя пройти не заметив его. Даже тот, кто сочтет фантастическое учение чистейшим безумием, все же приобщится к нему краешком души, сам того не заметив. Пожалуй, оно не повлияет лишь на того, кто сумеет сохранить абсолютную нейтральность, но такому не нужно фантастическое учение, - он и так его адепт.

23. Фантастическое учение, являясь поистине фантастическим, ни к коей мере не пытается представить себя выражением Истины, “того, что на самом деле”. Оно учит не Истине, а об Истине. Оно учит о возможности, а не о действительности. Отсюда его двойственное отношение к самому себе: будучи слишком возвышенным учением, оно не может даже к себе относиться всерьез. Его можно воспринять как шутку, как игру, как пародию, - от этого его правдивость не пострадает: ведь это учение - фантастическое, оно совершенно неуязвимо.

24. Реалистическое учение говорит: это - такое, а не другое. Этим оно допускает множество других учений. А где критерий достоверности? Только внутри того или иного учения. Так стремление к достоверности (не что иное, как гордыня) учение утверждает свою ограниченность и неуниверсальность.

25. Фантастическое учение говорит, что все зависит от точки зрения, а точка зрения - в конечном счете результат свободного выбора (основанного на более емкой точке зрения, выбранной на основании … абсолютно универсальной и неоспоримой (для “меня”) точке зрения). Подобную непредвзятость (беспринципность) нетрудно понять, труднее сделать её основанием своей жизни, еще труднее выводить из нее высокопринципиальные позиции.

26. Жертвуя всеми (удобными или нет) условностями, фантастическое учение в состоянии осуществить высочайший единый принцип во всем, тогда как реалистические учения рано или поздно застревают в частных предрассудках, лишая себя целостности из-за практических интересов (искушений).

27. Преподать Истину невозможно. Фантастическое учение может только учить способу жить с Истиной. Это значит сознательно строить свое представление о мире как Истину, а не случайную иллюзию. Проще говоря, это значит честно и сознательно выбирать свой путь, исходя из Истины как высшей ценности. Для людей привычно выбирать свой путь, исходя из некоторой конечной полезности как саморазумеющейся, вопрос об истинности которой обычно не возникает. В этом вся разница.

28. Стремясь к цели, спроси себя, истинна ли для тебя эта цель, для чего она тебе. Окажется, что цель - средство для осуществления другой цели. Но ты не останавливайся, пока не дойдешь до самой последней, окончательной (по твоему разумению) цели и узнаешь, является ли она Истиной (Единством, Светом, Гармонией) или же чем-нибудь другим (например, наслаждением или покоем, или долгом возложенным на тебя традицией). Но Боже упаси тебя отбрасывать другое как негодное только на основании веры авторитетам. Верь только себе. Если в твоем самом искреннем самоанализе наслаждение окажется для тебя важнее Истины, значит такова твоя Истина о тебе, и всякое насилие над ней будет ложью.

Твори зло и не заставляй себя делать добро, если ты действительно зол. Будь таким, каков ты есть, - настоящим, а не придуманным, и это будет твоим служением Истине. Даже если ты враг Истины, и это действительно так, не притворяйся перед собой её другом, - в этом будет твое служение Истине. Так учит фантастическое учение.

29. Жить Истиной - значит понимать, что есть, как есть, для кого есть. Ничего не принимать как само-собой разумеющееся. Все осознавать реальным только в тех отношениях и в тех качествах, в которых оно тебе дано. Если ты не убедился сам, что Земля круглая, всегда добавляй или подразумевай “существует мнение …” или “в учебниках пишут, что …”. Это не помешает тебе практически использовать знания, подчерпнутые от других, но ты не впадешь в заблуждение, что они имеют какое-то отношение к Истине.

Фактически реален только факт сознания. Все остальное - продукт интерпретации в соответствии с теми или иными концепциями, среди которых ни одна не предпочтительнее другой. Вопрос о причине фактов сознания тоже находится в сфере интерпретации и правомерен только в пределах той или иной концепции.

30. Жить с Истиной - значит сознательно относиться ко всем своим мнениям. Если у тебя есть какое-то представление о действительности, следует помнить, что возможно множество других. Но представление о мире возможностей включает все возможные представления о действительности.

31. Жить с Истиной - значит быть предельно честным с самим собой. Принимай свою истину о себе и мире такой, какова она сейчас, а не такой, как тебе хотелось бы: это только цель совершенствования твоего мировоззрения, а не реальность.

32. Так четко очерчивается реальность фантастическим учением. Для него реальность - лишь частность. Оно может посмотреть со стороны и отметить ее границы и качество. Не могут быть одинаково реальны моменты прошлого и настоящего, книга, которую читаю, и та, о которой наслышан, не могут быть одинаково реальны для меня моя настольная лампа, позитрон и далекая звезда.

33. Жить с Истиной - значит знать всему свое место или хотя бы стремиться узнать. Жить с Истиной - значит нести её как знамя и быть достойным этого знамени. Жить с Истиной - значит искать свое место в Истине, значит готовить себя к жизни в Истине.

34. Так учит фантастическое учение. Его сила в том, что принимая фантазию (мир возможностей) выше реальности (как одной из возможностей), оно не может быть опровергнуто ни одним реалистическим учением.

35. Разумеется, для реалистического учения, которое учит тому, что “на самом деле”, все это - всего лишь фантазия, даже бред. Но тот, кто сумеет посмотреть на этот бред определенным образом, хоть на момент сможет выйти за пределы реалистического учения и его реальности. А тот, кто смог хоть на момент выглянуть в окно, уже никогда не скажет, что небо и солнце - это “только” фантазия.

Перешагнувший пределы сразу смещает акценты: для него фантастический мир возможностей становится достоверней реального мира.

36. Реалистические учения кричат: это искушение, оно уводит вас от жизни. Но фантастическое учение только ставит всякую реальность на её истинное место, освобождая плененную жизнь.

37. Представь, ты читаешь газету и сразу забываешь о реальности. С какой досадой ты возвращаешься к ней! Если ты отнесешься к этому очень внимательно, то поймешь, что между сказкой и реальностью совсем не те отношения, как казалось раньше. То, что казалось, - это видно с позиции реальности, но, глядя с позиции сказки, ты видишь, что вся эта и ты в ней - следствие околдованности, забвения Истины. Увидев так только один раз, ты всем пренебрежешь ради обретенной великой цели - расколдоваться. Пусть в реальности это значит свихнуться, - какое тебе дело, если в сказке околдованность вместе с её реальностью оказывается чем-то совсем незначительным. Ты получил возможность выбора. Ты вправе выбрать то, что для тебя истинно.

38. ТОТ КТО ВОШЕЛ В ИСТИНУ, ЗНАЕТ, ЧТО ОН ТАМ БЫЛ ВСЕГДА.

39. Истина, о которой скажешь: “Так я это давно знал! Знал, но не знал, что знаю!”.

40. Таково фантастическое учение. Оно только показывает, но не принуждает. Но оно показывает то, к чему нельзя оставаться равнодушным. Это - воздействие без насилия, спровоцированное откровение.

41. Всякий, кто прочел этот текст, рано или поздно поймет, что вся его жизнь была подготовкой к посвящению в рыцари Истины.

42. ЕСТЬ ЗАБЛУЖДЕНИЕ О ТОМ, ЧТО ЕСТЬ ИСТИНЫ И ЕСТЬ ЗАБЛУЖДЕНИЯ. ЕСТЬ ИСТИНА О ТОМ, ЧТО ВСЁ - ИСТИНА.

43. Вспомни! Благородный рыцарь, вспомни ту прекрасную сказку, в которой однажды, ослушавшись голоса мудрости, ты дал опутать свои крылья паутине необходимости и был обречен видеть перед собой одну упрямую реальность. Возможно, это случилось для того, чтобы даже реальность ты смог сделать сказочно-прекрасной. У тебя хватит сил, мужественный рыцарь Истины. Верь и ищи!

Раздел 9. ПОСВЯЩЕНИЕ В РЫЦАРИ

1. НЕ СТРАХ БОЖИЙ, А СОБСТВЕННОЕ БЕССТРАШИЕ!

2. Ну не стыдно ли быть, как все? Не стыдно ли повторяться? Легче идти проторенными тропами, безопаснее разделить ответственность на много плеч. Но тогда каждый из вас еще не человек, а однатысячная, миллионная доля человека. Хоть в каждом заложена возможность быть индивидуальностью, - собою, а не надоевшим повторением других.

3. Как это ни парадоксально, но приходится признать, что во всей истории человека и человеческой культуры не найдется хотя бы небольшого периода, когда Истина не нуждалась бы в защитниках. И, несмотря на благие намерения, все труды духовного рыцарства растворялись в культуре, становились её достоянием, а культура может защищать только догму, но не Истину. Ни вам, ни вашей культуре нет дела до Истины: все, на что вы способны - это борьба за существование, принимающая множество обманчивых форм, но суть её всегда одна - это не Истина, а благо - благо не истинное, поскольку Истина еще не стала для вас высшим благом и мерилом ценностей.

Потому лжива ваша культура, что не Истина - её цель. Потому что цели её не истинны, а произвольны, не вечны, а преходящи. Потому Правда всегда вне культуры, что обретя признание, не перестает быть Правдой. Потому Правда антикультурна, что культура сама в себе в первую очередь полезна, а не правдива.

4. Да убоится правдивый признания! Пусть признание достанется тому, чья цель - признание, тому, кто источает сладкую “общественно-полезную” ложь ради признания. Но для того, чья цель - истина, признание - беда. Что сделают с его Истиной? Оставят только явно полезное (по своему пониманию), а “вредное” и сомнительное уничтожат. Но половина Истины не имеет в себе никакой Истины. Половина Истины - это полная ложь! Истина вам не достанется, не получит она признания. А правдивый будет возвеличен как превосходнейший из обманщиков.

5. Пока вы не задумываетесь об истинности своих привычных мнений, о правомерности своих поступков, пока вы не пытаетесь даже свои желания соизмерить с представлением об истинном, возвышенном, прекрасном, вы ничтожны и ограничены собой. Пока единственным вашим стремлением не станет приобщение к высшему, пока вы не отдали себя желанию стать выше себя, пока вы не преодолеваете, а уступаете себе - вы еще не живете. Вы мертвы, ваше движение инерционно, ваше новое - только забытое старое, ваша деятельность автоматизирована традицией, - для такого существования не нужно быть живым.

6. ТВОЙ ПУТЬ НЕПОВТОРИМ, ИНАЧЕ В НЕМ НЕТ СМЫСЛА.

7. Единство реализует себя в бесконечном разнообразии возможностей. Смысл человеческой деятельности - в продолжении акта творения, в расширении охвата новых возможностей сущего. Умножение суеверий, писанных и неписанных законов и правил ведет к унификации, сужая диапазон возможностей человека.

8. Только страх, стремление к безопасности, неверие в свои силы вынуждает нас стремиться “быть такими, как все”. Только слабость духа объединяет нас в группировки, разделяя мир на своих и чужих.

9. Индивидуальность - мера самосознания. “Быть таким, как все” (если бы это было возможно в чистом виде) означало бы отсутствие самосознания, поскольку осознавать себя - значит противопоставлять себя другим. Настоящая сила человека сказывается в индивидуальности его проявлений. Для сильного стыдно поступать, как все, даже стыдно иметь единомышленников.

10. Путь к вершинам духа лежит через индивидуальность. Нет высшего “мы”, но есть высшее “я”. И только высшее “я” способно достигнуть вершин самоотречения, только высшее “я” может осознавать свою нереальность. Маленькие “я” слишком реальны, слишком важны для себя, потому они боятся высовываться из своего маленького “мы”. Только высшее “я” бесстрашно ломает все ограждения, только оно станет настолько великим, чтобы в экстазе слиться со всем миром, отождествиться с ним и в нем исчезнуть. Путь к живому тотусу лежит через монос. Непосредственно из полиса можно попасть только в мертвый механический псевдототус.

11. ЛУЧШЕ МОЛЧАТЬ, ЧЕМ ГОВОРИТЬ ТО, С ЧЕМ ВСЕ ЗАРАНЕЕ СОГЛАСНЫ.

12. Не тот благодетель, кто учит повиноваться, а тот, призывает бороться против любых иерархий. Но только победив себя, ты станешь ВСЕМ.

13. НЕ ПРЕПЯТСТВУЙ СЕБЕ-БОГУ, ПРИНЕСИ В ЖЕРТВУ СЕБЯ-ЧЕЛОВЕКА.

14. Что есть свобода духа? - Смелость!

15. Свободу не покупают, а завоевывают. Принцип реалистических учений: будь хорошим, будь таким, как тебе говорят, и ты получишь награду или избежишь наказания. Но путь к свободе - это путь презрения к повелителям. Не могут те, кто выше тебя, указать путь освобождения от них самих. Быть таким, как они хотят, значит быть их рабом.

16. Ты возмущен, когда группа избивает оного. Почему же ты принимаешь за должное насилие социума над личностью? Почему для тебя естественно объединение с целью насилия и подчинения других? Почему мнение большинства для тебя критерий истины, а не обман? Врагом Истины и Свободы следует признать всякого, кто оправдывает какое бы то ни было насилие превосходящей силы и множества, даже если оно прикрывается лозунгами Истины и Свободы.

17. Никому не подчиняйся, в том числе и самому себе. Угождай только высшему в себе, воля которого в том, чтобы ты никому не угождал. Высшее есть только там, где нет ни верха ни низа. Утешь этим тех, кто внизу. И срази тех, кто вверху. Будь рыцарем Духа.

18. Цель может только оправдывать средства, но чистое и истинное не нуждается в оправданиях. Высокая и прекрасная цель достигается только высоким и прекрасным путем.

19. Максимум благ для большинства, причем именно тех благ, которых жаждет большинство, - самый простой и естественный принцип, всегда поддерживаемый массами, противодействующими любым другим принципам, возможным как мнение единиц. Но это - принцип безжизненного инерционного движения, исключающий развитие в других направлениях и переоценку ценностей. Все, чего достиг человек в своем прогрессивном движении от животного к Богу, было следствием других, противоположных тенденций. Всем, что составляет предмет общечеловеческой гордости и даже именем “человек” вы обязаны великой жертвенности одиночек, сумевших ценой своей жизни и благополучия заставить человечество принять те ценности, которые оно в своей слепоте не смогло рассмотреть. Эти люди - поводыри слепцов, их глаза, дающие им видеть далеко вперед.

20. Когда же вы поверите своим глазам? Когда станете достаточно взрослыми, чтобы преодолеть свое упрямство и позволить вести вас умнейшим и совершеннейшим, - не тем, кто угождает вашим похотям и старается быть таким же как вы, а тем, кто крайне отличается от вас своим разумом, пониманием, красотой и силой духа? Когда научитесь относиться если не с уважением, то хотя бы с любопытством ко всему странному, вместо того, чтобы стремиться растоптать подобно разъяренному стаду? Придет ли время, когда не страх, а разум станет основой ваших поступков? Настанет ли час, когда не кнут сильного, а слово мудрого заставит послушно склонить ваши головы?

21. Атавизм боязни странного сменяется любовью к странному, жаждой странного: в отличие от привычного, автоматического существования живая душа стремится к вечному обновлению, - оно есть мера жизни в её прогрессивном движении, тогда как привычное и устоявшееся есть мера безжизненности.

22. С необходимостью приходит новая эстетика. На смену привычно-приятному, нераздражающему, ублажающему искусству приходит резкое, дерзкое, необычное, утверждая радость в странном - радость обновления.

23. Приходит новая этика: отныне стыдно поступать, как всегда, стыдно поступать, как все. Потакая ленности души, можно так и не узнать о своих неповторимых возможностях.

24. Искусство дает простор для творческой импровизации. Энергия свободной воли проявляется только в преодолении всех видов инерционного движения.

25. Грядет новый человек, для которого Истина - высшее благо, а не всего лишь средство для достижения благ. Казалось бы, небольшой сдвиг в сознании, но благодаря ему возникает новое существо, столь же резко отличное от современного человека, как человек отличен от примата. Так же как примат, не знал, что он ест, спит и совершает прочие отправления ради сохранения себя и вида, так же и вы не отдаете себе отчета, что сохраняете себя и вид ради царства Истины, Гармонии, Света, как бы это ни называлось, - в общем того, что может быть вечным смыслом всякого стремления. Представьте себе состояние души, когда единственное благо есть это истинное стремление, когда любое другое движение, достижение - не истинное благо: любое привычное человеческое благо может обернуться явным злом, если не подчинено благу высшему.

26. Таков рыцарь Истины. Вся его жизнь - только средство служения Истине. Он готов в любой момент пожертвовать собой ради единственного шага к цели. Неважно, что не он будет наслаждаться обретенным знанием, зато все сущее сделает этот шаг вместе с ним, - ведь в Истине нет его, отделенного от всего сущего.

27. Рыцари Истины! Ваша цель бесконечно величественна и бесконечно далека. Осознайте, что ваш путь ведет не к сверхчеловеку, но через сверхчеловека: и на эту гору вы взберетесь, если понадобится, не сворачивая с прямого пути. Единство и Гармония невозможны, если нет единства помыслов. Истина непостижима, пока действует обман.

ИСТИНА ДОЛЖНА ВОСТОРЖЕСТВОВАТЬ, КАК АБСОЛЮТНАЯ ВСЕОБЩАА ЦЕННОСТЬ, - вот цель, которой вы посвятите себя, осознав, что миновать эту борьбы на вашем чистом пути невозможно.

28. Рыцари Духа! Вы ни на мгновенье не повернетесь спиной к своей звезде! Ваша цель - абсолютно всеобщая величественная Истина. Потому вы забудете о тайне, о престиже, об избранничестве. Цель никогда не оправдывает средства, наоборот, средства - индикатор чистоты цели.

ВЫСОКАЯ И ПРЕКРАСНАЯ ЦЕЛЬ ДОСТИГАЕТСЯ ВЫСОКИМ И ПРЕКРАСНЫМ ПУТЕМ.

29. РЫЦАРИ Истины! Перед вами стоит задача сверхчеловеческой сложности: вам предстоит создать оружие ненасилия, послушное только бескорыстным, самоотверженным рыцарям Истины. Это значит, что управление этим оружием должно производиться из таких глубин психики, которые закрыты для недостойных и у современного человека почти неосознанны. Необходимо найти способ активной реализации силы духа, находившей до сих пор в социальном плане только пассивное применение - как средство защиты, но не воздействия. Философия должна стать практической наукой, посредством которой абсолютным оружием станет мудрость. Должен возникнуть фактор, который все социальные преимущества сделает неотделимой от высоких духовных качеств рыцаря Истины, так же, как власть в современном обществе неотделима от факторов богатства, происхождения, хитрости, жестокости, воли к власти, и так же, как победа в диком мире, естественно достается физически сильнейшему.

30. Акт воздействия без насилия можно представить как спровоцированное откровение, или подсказку, когда без всякого предварительного внушения или поучения слово или действие открывает вдруг нечто столь ясно и самоочевидно, что трудно понять, как оно могло до сих пор скрываться в недрах сознания. Следует искать простое и наглядное средство приобщения к Истине, способное пробудить человечество от гипноза многовековых заблуждений. Возможно, есть и другие, пока еще трудновообразимые способы воздействия без насилия. Возможно, все гораздо проще и неожиданнее. Главное - идти вперед, к Истине, и не сделать самоцелью изобретение сверхоружия. Остальное подскажет Истина.

31. Все достижения на пути Истины ведут к царству Истины, и власти Истины. Ясное осознание целей и средств поможет вам, рыцари, на вашем самом чистом и самом трудном пути. Истина вам поможет.

ПРИЛОЖЕНИЕ. Формулы и афоризмы

“Эти изречения - не просто заповеди или советы, а материал для работы: их нельзя воспринимать слишком буквально. Бесполезно видеть в них сведения, которые надо либо принять на веру, либо отбросить. Но, углубив в них своё пристально внимание, можно открыть в себе те области, где парадоксальные мысли становятся очевидными, а странные заповеди - выполнимыми. Однако, главное - не принятие, а проникновение туда, где приятие возможно. Понимание “по ту сторону смысла” достигается не через логический разбор, а через представление, воображение, фантазию. Каждый сам найдёт удобный для него подход и приемлемые сейчас формулы”.

_ФИЛ.


1. Я хочу, чтобы ты был, а не казался себе.

2. Преодолей ослепление зрением.

3. Осязание - высший предел сознания, зрение - выход за этот предел, далее - выход за пределы зримого.

4. Однажды я посмотрел вокруг и вдруг понял, что все это неправда!

5. Бытие есть возможность, выдающая себя за действительность.

6. Смысл всякого явления находится за его пределами.

7. Безгранично лишь то, что осознает свою ограниченность.

8. Человек уже вырос из своего тела.

9. Мы стремимся за пределы только для того, чтобы прожить свою жизнь правильно.

10. Святое моё! Если бы ты и в правду было святое, как мог бы я вынести тебя здесь?

11. Реальный мир - это лишь то, что мне о нем сказано. Насколько прекрасней тот мир несказанный, который не от слова!

12. Все, что только может сказать язык, - только подобия, но не тождества.

13. Истина есть высшая самотождественность.

14. Истина ближе всего, что можно отчетливо рассмотреть (представить).

15. Единство не достигается через коммуникацию. Язык - скорее разделяющий фактор, чем объединяющий.

16. Люди - запутавшиеся узелки слов, которые ждут, чтобы их кто-нибудь распутал.

17. Наши границы - это границы нашего “да - нет”.

18. Если есть граница, значит есть способ ее преодолеть.

19. Главная трудность не в преодолении, а в обнаружении наших ограничений.

20. Парадокс - вестник запредельности.

21. Чем ближе истина, тем в большие противоречия впадает наш не совершенный язык.

22. Лучше противоречить себе, чем грешить против истины.

23. Чем поймать то, что ускользает из ловушек разума?

24. Зацикливание ума освобождает сознание от его притязаний.

25. Ментальная медитация осуществляется через усилие понять.

26. На грани понимания видны просветы в ограждениях ума.

27. Любое отверстие может служить выходом из темницы личности (всякое ограничение скрывает за собой запредельность).

28. Напряженность смысловых полей между разными уровнями понимания дает необходимую раскачку для прыжка.

29. Если тебе кажется, что ты что-нибудь понимаешь, значит еще не понял.

30. Слишком заметный смысл заслоняет Истину.

31. Попробуй думать на непонятном языке.

32. Ясность понимания не в четкости, а в прозрачности. Сделай слово прозрачным. Смотри сквозь слово, по ту сторону смысла.

33. Сфокусируй ясность энергией недоумения.

34. Повторяй слово или фразу, пока сквозь исчезающий смысл не обозначатся контуры неведомого.

35. Совершенствование есть изменение языка на котором говорит Истина.

36. Истина сверкает на пересечении смыслов, в столкновении заблуждений.

37. Истина не дается тому, кто хочет понять ее лежа. Встань!

38. На пределе возможности сознания открывается невозможное.

39. Об Истине ничего нельзя сказать. Истина сама говорит с тобой.

40. Не ищи истину: она сама тебя ищет. Помоги ей найти себя.

41. Проблеме не поисках истины, а в её выражении.

42. Стремись выразить свою суть, жизнь заслоняет её заблуждениями.

43. Вся таинственность бытия в том, что суть не может сама себя выразить. Суть бытия - стремление выразить себе свою суть.

44. Когда есть мысль, нет предмета мысли.

45. Одухотворенность жизни в том, что проблема всегда значительнее своего предмета.

46. Попробуй отделить представление от его содержания (от его реального прототипа). Представь себе представление.

47. Представление о представлении нужно только для того, чтобы представлять то, что не есть представление.

48. Бытие есть заблуждение жизни.

49. Бытие есть условно реализованная невозможность усмотреть невозможность в пределах самой невозможности.

50. Докажи полную противоречивость мироздания и оно рухнет.

51. Представление о безграничном ограничивает представление о невозможном.

52. Бесконечность есть неисчерпаемость абсурдной идеи об идее как таковой.

53. Идеи - состояние цепей компьютера, который сам - своя идея (идея о себе).

54. Идеи - весьма странные создания, - они не имеют места и протяженности в каком-либо континууме, но определены друг через друга.

55. Добро и зло - это не качества, а имена идей.

56. Все наши идеи - хорошие и дурные - это первобытные ящеры, у которых нет ни зла, ни добра, а только лязг взаимопожирающих челюстей.

57. В борьбе за существования идеи объединяются в группы - личности.

58. Не ты борешься за свою жизнь, - это борьба идей постоянства и изменчивости.

59. Среди идей идет идеологическая борьба за достоверность, определяемую идеей веримого бытия. Но есть и такие, которые борются против идеи бытия за свободу и самоценность идеи как таковой.

60. Путь самоутверждения идеи: проповедь, агитация, пропаганда и наконец насилие.

61. Идея познания (любопытство) - это та идея, которая стремится к объединению всех идей, это - идея единства.

62. Идея самопознания - это принцип бессмертия: он абсолютно неисчерпаем, поскольку каждый момент познания в то же время момент изменения познаваемого.

63. Хочу знать, что значит “быть”; хочу знать, что значит “значить”; хочу знать, что значит “знать”; Хочу знать, что значит “я хочу”.

64. Что бы ты спросил у того, кто всё знает.

65. Я объясню всё, что угодно, только скажи, что для тебя достоверно.

66. Когда поймешь, что такое объяснение, объясни, что такое понимание.

67. Познай процесс познания этого процесса (познания).

68. Создавать представления не трудно, - труднее и интереснее их разрушать.

69. Разум должен сам разрушить границы, которые он себе создал.

70. Невозможный без разделения, разум боится увидеть условность всех разделений.

71. Жажда запредельности - это запредельность ума.

72. Разум станет безграничным, когда, смирившись со своей ограниченностью, поймет иллюзорность всех ограничений.

73. Не спутай самообеспечение разума - мудрость - и затмение разума глупостью. Мудрость и глупость, свет и безумие, - по разные стороны ума.

74. Не отрекайся от своего различения, пока оно само не отреклось от себя.

75. Ничего не отрицаю, но всему нахожу свое место.

76. Совмещай несовместимое. Взращивай противоречия. Конфликт - не предмет разрешения, а объект исследования.

77. Всегда можно найти точку зрения, в которой прекрасно уживаются любые взаимоисключающие мнения.

78. Позитивное познание - это гаммы, тренирующие ум для многоаспектного контрапункта.

79. Гармония - не есть равновесие, нейтрализующее (сводящее к нулю) все противоположности. Гармония - это неуравновешенность, взятая во всей полноте.

80. Гармония не видна тому, кто ищет её только в наружи или только внутри. Охватив внутреннее и внешнее как Целое, ты услышишь божественную симфонию Жизни.

81. На любой вершине сохрани достаточно мудрости, чтобы быть на другой вершине и на всех возможных.

82. Высота сознания, это его широта.

83. Отношение бытия к сознанию именно такого, каким оно представляется сознанию (к разным осознаниям бытие относится по-разному).

84. Чем более осознается реальность сознания, тем менее осознается реальность бытия.

85. Бытие осознанное бунтующим сознанием - то же, что сознание бунтующее осознанным бытием.

86. Сознание - это то, где всё проходит.

87. Сознание конструирует другие сознания для повышения прочности своих конструкций (подтверждение веримого бытия).

88. Внешнее - это периферия сознания.

89. У человека есть орган, воспринимающий мир в материальном виде.

90. Твердый мир создается косностью сознания, стремящегося принимать привычные для него формы.

91. Память - повторение форм сознания, превращающая время в пространство.

92. Там где время течет в спять, внешнее и внутреннее меняются местами (взаимообогащение воли и восприятия).

93. Не подменяй жизнь памятью о ней!

94. Необузданная память все превращает в прошлое.

95. Найди того, для кого настоящий момент - лишь воспоминание.

96. Сотворивший память может ли вспомнить о своем авторстве.

97. Тот, кто ощущает протекающее мимо время, находится вне времени.

98. Начало мира - не во времени. Почему всякий Адам может быть первым человеком.

99. Время есть вера в себя.

100. Я исчезаю в пространстве, но исчезаю во времени.

101. Я - не сознание, а лишь самоосознание - одно из множества мнений сознания о себе.

102. Дух гордыни искушает сознание к самооценке, и падшее сознание порождает других, чтобы было с кем себя сравнивать. Иллюзия, что я для себя ценнее всех, создает иллюзию этих всех.

103. Осознав себя, сознание пытается осознать свое самоосознание.

104. Чтобы убедиться в иллюзорности самосознания, попробуй проследить за своим вниманием. (Обрати внимание на свое внимание).

105. Осознание себя - это называние себя. Твердо помнить свои анкетные данные - залог психического здоровья.

106. Каждый должен пройти через свое безумие, чтобы отдать долг высшему в себе. Если же ты сам - свое высшее, то безумие тебе уже не грозит.

107. Всякое состояние ограничено минимум с двух сторон. Когда-нибудь человек снова перешагнет тот рубеж, за которым будут забыты имена и фамилии.

108. Я - один из вас, не знаю, кто именно.

109. Чем больше различий ты делаешь между людьми, тем больше отличаешь себя от Единого.

110. Единение в пределах заслоняет Единство беспредельного.

111. Бог есть иерархия, дьявол - повторение самого себя.

112. Дух гордыни ищет в других зло, чтобы возвыситься.

113. Хочешь ли ты, чтобы все были хуже тебя?

114. Отчего ты даешь жизнь какой-нибудь антипатии, забывая о своей антипатии ко всем антипатиям.

115. Будь великодушен к младшим братьям по разуму.

116. Хотел бы ты, чтобы все были на тебя похожи?

117. В твоем смехе слышится смех лукавого. Пока человек так смеется, но более плачет.

118. Дьявол - это ложь о лжи (заблуждение о заблуждениях), являющая себя в ложных идеях зла, хаоса, иллюзии.

119. Если долго и усердно бороться с тем, чего нет, оно может стать довольно ощутимым.

120. Воюя с признаками, не забывай, что отрицательную величину нельзя уничтожить вычитанием.

121. Ты видишь дьявола в каждом, и потому тебе плохо. Увидь в каждом Бога, и ты будешь блажен.

122. Я создаю людей по своему подобию, их недостатки должен найти в себе.

123. Представь себе лица, как отражения одного Лица в кривых зеркалах волн сознания. Дай волнам успокоиться.

124. Бог - имя собственное, дьявол - имя нарицательное.

125. Священное писание - это пьеса жизни, в которой каждый выбирает себе роль по вкусу.

126. Следует ли добрым убивать злых?

127. Грех - превышение необходимой меры самозащиты.

128. Тот, кто не видит в жизни ничего, кроме борьбы, всегда не прав. И потому свою правоту он не доказывает, а завоевывает, - и становится не прав в двойне.

129. Не веря в справедливость людей, сжалься над собой - оставь себе хоть веру в высшую справедливость.

130. Отношение к себе подобному - проявление скрытого отношения к себе.

131. Альтруизм - застенчивая форма эгоизма.

132. Следи, чтобы твоя помощь не оказалась утонченным насилием.

133. Пусть это выглядит слишком наивно, но я не имею права не верить людям. Если бы так чувствовал каждый!

134. Не путай веру в людей с верой в их расположение к тебе.

135. Если ты кому-то нужен, то лишь за что-то, что сам ты можешь расценивать и как достоинство, и как недостаток.

136. Не стесняйся своей застенчивости.

137. Протест против потребности нравиться - последнее отчаяние этой потребности.

138. Не возвеличивай себя сознанием своего ничтожества. Быть скромнее всех - уже нескромность.

139. Если твоя добродетель - только средство, можешь рассчитывать в лучшем случае только на плату, но не на любовь.

140. Лучше быть злым, чем добрым из страха.

141. Ты молишь: “Дай мне возможность творить добро и избавь от необходимости творить зло”. Но чем из мнимообладаемого ты можешь поступиться, чтобы находиться в согласии с высшим?

142. Если ты любишь людей, будь счастлив тем, что часть их невзгод падет на твои плечи: люби свое страдание.

143. Скажи: мне не повезло в моей жизни, зато повезло в жизни другого.

144. Сопротивление реальности устремляет к идеальному.

145. Твоя забота не в том, хорошо ли тебе, а в том, хорош ли ты.

146. Глубочайший ад и блаженнейший рай создает человек в своей самооценке.

147. Пусть каждый обжигаемый сосуд соберет все силы, чтобы не треснуть.

148. Я страдаю не за себя, а за человека во мне.

149. Тот, кто любит жизнь, полюбит даже боль, как свидетельство жизни.

150. Не сопротивляйся боли, потому, что боль - это и есть сопротивление.

151. Перешагни предел терпения!

152. Нырнув в глубину боли, попадешь в центр блаженства.

153. Скажи себе: “хочу страдать”, и ты сможешь страдать от отсутствия страданий.

154. Полнота жизни не в высших точках, а в диапазоне её крайних возможностей.

155. Жизнь есть вечная радость, но ценность её в насыщенности страданием.

156. Будь в определённом смысле безутешен! Ибо вполне погрязший в радостях жизни - не способен до конца оценить всю полноту своего счастья и вовремя заметить начало своих несчастий!

157. Душа должна быть выстрадана.

158. Мученик - сточный канал зла в Божье милосердие.

159. Тот, кто подобно магниту упорядочивает движение частиц полем своей мудрости, принимает на себя их удары.

160. Зло существует только для того, чтобы стало возможным высокое явление отказа от блага.

161. Надо быть Богом, чтобы позволить себе быть растоптанным.

162. Я плохой сотворил тебя, Земля. Но и муки творчества создал я сам. Не могу же я, Творец, не испытать на себе всего. Кто же я тогда?

163. Не препятствуй (помоги) себе-Богу принести в жертву себя-человека.

164. Благослови момент твоего отчаяния.

165. Твой Бог есть тот, кто идет за тобой и исправляет ошибки.

166. Видеть мрак впереди - значит не смотреть вверх.

167. Призраки не представляют себе жизни без заломленных рук. Имитаторы жизни все доводят до гротеска, боясь показаться мертвыми (трагедия жизни - театр призраков).

168. Прими трагизм без сожаления, если он нужен для твоего Пути.

169. Сильного несчастья делают добрее, слабого - злее, но и того и другого - сильнее.

170. Не убивай себя жалостью к себе.

171. Если ты заметил, что тебе грустно, не сочувствуй себе, а посмейся над этим ипохондриком.

172. Если хочешь радости и легкости, воспринимай жизнь как танец, а не как драму.

173. Плохое настроение - это неудобное положение представления о себе среди других представлений.

174. Подражай своим удачным дням.

175. Чтобы обрести свою радость, научись радовать других.

176. Тому кто светит, не видны тени.

177. Мудрец сказал: не надомною вы каркаете, вороны, - просто вы деретесь друг с другом.

178. Секрет здоровья и богатства - приспособление к природе и к людям. Счастье - более широкое приспособление, охватывающее даже отсутствие здоровья и богатства.

179. Философия помогает человеку найти новые связи со своим высшим, взамен ослабевшим старым.

180. Твоя проблема - если не найти, то создать себе бессмертие.

181. Если все в тебе смертно, то непонятно, для кого же существовала эта жизнь, относительно кого ее можно назвать существующей.

182. Мертвое имеет бытие только по отношению к живому.

183. Все моменты жизни - как листья на дереве: ни один не жив без дерева.

184. Те, кто смертны, для себя не существуют: всегда хоронят кого-нибудь другого, но не “меня”.

185. Опыт смерти невозможен. Возможен только опыт бессмертия.

186. Бессмертные Боги - в тебе. Это части твоей души, где бессмертие несомненно.

187. Самое страшное, что ты мог узнать: боги тоже смертны.

188. Скажи себе: пусть меня не будет, но будет жить кто-нибудь другой, а есть ли между нами связь, - не так уж существенно. Почему бы тебе не родиться заново? Разве так уж важна непрерывность, которую ты теряешь каждую ночь? Главное, что тьмы не будет, потому, что небытие - невозможно (принцип субъективного бессмертия).

189. Тьмы нет, есть только слепота.

190. Не утратить не смотря ни на что веру в избавление, в свое бессмертие и даже всемогущество - вот твое испытание. Но самое трудное испытание - не утратить веру в человека.

191. Ничего выше себя не видит тот, кто не смеет поднять глаза.

192. Вслушайся в голос, который произносит твои мысли.

193. Тот, кто сотворил всё, сотворил и мысль о том, кто все сотворил. А не достаточно ли было сотворить только эту мысль?

194. Проблема не в том есть ли Бог или нет, а в том, какой смысл ты вкладываешь в это слово.

195. Бог сотворил человека по своему подобию, а человек Бога - по своему разумению.

196. Религия - это модель вечности.

197. Пусть Бог всего лишь идея, но зато эта идея абсолютная.

198. Суть религии не столько в Боге, сколько в вере в Бога - в чувстве сверхличностного.

199. Прикидывая, сколько стоит вечное блаженство, вспомни, что Бог - неподкупен!

200. Твой рай станет адом, когда ты узнаешь, что большинство твоих жертв излишни.

201. Истинная вера не нуждается в награде. Она сама - награда.

202. Любовь к далёкому - тот предел, где награда становится сомнительной, до исчезновения.

203. Моя вера ведёт меня верно! (Невозможность иных критериев).

204. Куда бы не привела меня моя вера, я буду ей благодарен. Ведь вера - не средство, и целью она быть не может. Вера - это наполненность моей жизни.

205. У верующего больше счастливых дней в году.

206. Вера в источник вечной радости - уже вечная радость.

207. Одни копают лопатой землю, другие царапают ногтями скалу. Первые надеются на себя, вторые верят в чудо.

208. Вера сдвигает горы без затруднений. Трудность - в обретении веры.

209. Веру нельзя понять, не приняв её. Веру нельзя опровергнуть с позиции неверия.

210. Сколько бы наука ни опровергала религию, это всегда оказывается следствием недостаточно глубокого понимания.

211. Тот, кто не может охватить Единство, представляет его как синтез. Тот, кто не может охватить синтез, называет его эклектикой.

212. Единая истина не может быть фактором Единства.

213. “Абсолютной истины нет”. - Но ведь и это быть абсолютной истиной. Тогда: “абсолютная истина есть!”. И это - абсолютная истина. (Если из всякого правила есть исключения, то должно же быть исключение и из этого правила).

214. “Истина есть!” - и нет другой истины, кроме этой. Это - символ веры.

215. Истина - это состояние несомненности. Конкретная вера неразлучна с сомнением. Истина - это вера, не имеющая своего предмета, это - вера в самое себя.

216. Вера дает роботам душу. Осознать нечто выше себя, - то, относительно чего ты - всего лишь робот, - значит быть уже не только роботом.

217. Всякий уровень самосознания с более глубокого уровня видится еще не самосознанием.

218. Обрести душу - значит найти ту точку зрения, для которой любое самосознание - иллюзия.

219. Мечта об идеале - душа, дающая жизнь механизму личности.

220. Всякая мечта создает своего мечтателя.

221. Мечта прекрасна, когда она безудержна, а чтобы ей быть таковой, ничего, кроме мечты быть не должно. И всем можно пожертвовать за право мечтать, за право иметь душу.

222. Можно так сжиться со своей мечтой, что в один прекрасный момент окажется уже невозможным вспомнить, где и чьи глаза нужно открыть, чтобы увидеть реальность.

223. Спасители, дарующие жизнь, наделяют верой в идеал, мечтой о прекрасном, а завистливые мертвецы пытаются втиснуть жизнь в закон - балахон без отверстий для крыльев.

224. Твое эго - страх, твоя душа - крылатая мечта, а дух - беспредельное любопытство, творящее миры.

225. Достойней и интересней творить новый мир, чем приспосабливаться к старому.

226. Откровение - это импульс, преодолевающий инерционность общественного сознания (философия как миротворчество).

227. Философия - авангард сознания. Это работа на пределе возможностей, направленная в запредельность.

228. Нетерпеливые долбят гору киркой, терпеливые изобретают динамит.

229. Философия - длинный путь поисков самого короткого и общедоступного пути.

230. Если бы во вселенной был только один человек, её можно было бы назвать наделенной разумом. Если у человечества есть хоть один гений, он придает ему новое качество.

231. Хотел бы ты думать за всех?

232. Ты, стремящийся человек, должен понять, насколько труднее быть ангелом-хранителем человечества, чем просто человеком. И как бесконечно трудно быть Всем.

233. Не пытайся стать рупором Бога. Твой голос настолько правдив, насколько ты остался собой (самотождествен).

234. Твое высшее “Я” - это представление о себе в наилучшем для тебя мире.

235. Оценивая этот мир, ты творишь свою будущую реальность. Смотри не ошибись!

236. Хочешь ли ты быть кем-нибудь другим?

237. Со всеми твоими благими намерениями относительно человечества не уподобишься ли ты простачку, спасающему больного от страшного ножа хирурга?

238. Приводя в порядок мироздание, следует начинать с самого себя.

239. От самого тщеславного самомнения отрекись ради своего маленького долга. Даже самый маленький долг - это долг перед твоим высшим.

240. Выбор твоей реальности определяется неоплаченным долгом.

241. Долг - это прогнозированное хотение.

242. Что бы ты попросил у того, кто всё имеет?

243. Ты чего-то хочешь не только по тому, что можешь хотеть, но и потому, что не можешь не хотеть.

244. Хотение, есть нехотение хотеть (хотение стремится к самоуничтожению в реализации).

245. Осознай, как призраки ловят жизнь в сети желаний.

246. Воля - не только путь к цели, но еще и расстояние.

247. Что делать? Надо идти!

248. Не свобода воли, а свобода от воли!

249. Соверши нежелаемое.

250. Я не знаю, чего я хочу по самому большому счету именно по тому, что по самому большому счету я ничего не хочу, - там я за пределами хотения.

251. Какая разница, владеть большим или малым, если всегда по обе стороны - бесконечность? Но тот, кто ничего не имеет, владеет всем.

252. Нужно ли оставаться самим собой?

253. Ты так боишься попасть под чужое влияние, как будто в тебе есть что-то, произошедшее не от влияний.

254. Весь мир существует за твой счет: ты его представляешь. Почему же тебя возмущает, если некоторые твои представления эксплуатируют друг друга и тебя в том числе?

255. Я существую лишь в моем представлении о представлении меня другими.

256. Человек возникает как представление матери о ребенке, и все в нем говорит её голосом.

257. Твое самое первое представление о себе - это и есть ты, твое настоящее “я”, к которому прилипли все остальные. Найди его! Ты живешь, чтобы искать, ты живешь, пока ищешь. Да и что тебе еще делать, как не искать заблудившееся представление о себе?

258. Прежде, чем спросить “Что есть моё “я”?”, спроси “Что есть “я”?”, что вообще означает это слово?

259. Я - личность настолько таинственная, что я сам не знаю, кто я такой.

260. Люди - персонажи пьесы, не иначе как по замыслу автора пытающиеся узнать, кто же актеры.

261. Почему я - именно я? Вовсе нет: здесь и сейчас я - это я, там и тогда, я - это он.

262. “Я” - представление о представляющем это преставление (о себе).

263. То, что я существую - только мое представление. И то, что существуют представления - только представление. Но я скрываю это от той части меня, которая говорит “я существую” (самозаклинание).

264. То, что не дается уму, попробуй поймать чем-нибудь другим.

265. Представь: мысль “я” оказывается просто звоном серебряных колокольчиков.

266. В моем сознании есть множество комнат. Сейчас я нахожусь в одной из них. В моем сознании есть множество миров …

267. Тебя примут в любой реальности. Зачем же ты так держишься за эту?

268. Я сплю во множестве миров. Где разбудят, там и буду жить.

269. Представь свою жизнь как сон эмбриона. Сумей во сне почувствовать явь.

270. Реальность тягостна только для тех, кто боится её потерять. Блаженство - это сон, в котором некому и не за что цепляться.

271. Чем страшнее сон, тем он реальнее. Чем радостнее реальность, тем больше она похожа на сон.

272. Абсолютное блаженство - это только момент, потому что в нем нет никого, кто старается продлить время. Потому этот момент тождествен вечности.

273. Степень реальности, а следовательно и трагичности мира, определяется серьезностью отношения к нему. Смелость и безрассудство превращают мир в сказочный сон.

274. Не будь реальнее самой реальности.

275. Представь себе жизнь как “абсолютную книгу”, читая которую, забываешь о себе.

276. Все испытай, чтобы быть уверенным, что ничто не может привязать тебя к жизни.

277. Подводя итоги, ты спросишь себя не о том, приятно ли ты жил, а о том, хорошо ли ты познал жизнь.

278. То, что ты силишься улучшить, - еще не жизнь, а предвкушение жизни. То, что ты силишься продлить, - уже не жизнь, а ожидание смерти.

279. Всякие он-она-оно могут исчезнуть. Пусть они и боятся.

280. Страх - свойство, выделяющее индивидуальность, “я” из Всего.

281. Твое эго - продукт насилия, оно не более, чем страх, боящийся за самого себя.

282. Смерть наступает тогда, когда приходит вера в неё, пока ты в неё не веришь, ты бессмертен. Но ведь в смерть невозможно поверить. Тебе это даже нечем сделать. Это твой страх верит в твою смерть и умирает.

283. Невозможно причинить вред человеку, если он сам не осудил себя.

284. Я в понимании своем выше тех, кто появляется и исчезает, подчиняясь чужой воле (заклинание).

285. Не бойся своего страха, бойся его потерять.

286. Страх подобно пряности придает остроту другим чувствам.

287. В тебе нет иного страха, кроме страха твоего любопытства остаться неудовлетворенным.

288. Жизнь - это эксперимент, но никто не знает, удался он или нет.

289. Можешь считать что жизнь игра. Но что есть выигрыш применительно к жизни?

290. Стоит пожить хотя бы для того, что бы узнать, что это значит.

291. Если есть такое прекрасное чувство, которое заставляет забыть о цеплянии за жизнь, то это любопытство, зовущее выглядывать за пределы жизни.

292. Жизнь есть, когда забываешь о ней. А твоему заботливому вниманию доступны лишь её тени, - призраки, видимости, которые оно конструирует из отживших представлений.

293. Любопытство - любовь, не угрожающая привязанностью. Это любовь к Истине, - любовь освобождающая.

294. Любопытство - это не свойство разума, напротив, разум - инструмент любопытства.

295. Интеллектуальное беспокойство - осторожное стремление освободиться от других видов беспокойства наименее опасным способом. Любопытство знает радость риска, оно бесконечно и отчаянно.

296. Любопытство живет, чтобы узнавать, а не узнает чтобы жить. Эта перестановка акцентов выделяет человека из животного мира.

297. Смотри на жизнь как на задачу, которую надо решить, зная, что ответ - это конец решения.

298. Жизнь задает свои вопросы в форме страдания. Уход от страдания не ответ, а уловка.

299. Страдание есть повеление не подчиниться.

300. Никому не подчиняйся, в том числе и самому себе.

301. Несовершенство любит лишь то, что ему угождает.

302. Не угождай даже высшему в себе, воля которого в том, чтобы ты никому не угождал.

303. Не может Бог любит подхалимаж!

304. Не тот благодетель, кто учит повиноваться, а тот, кто призывает бороться против любых иерархий. Но только победив себя, ты станешь Всем.

305. Если ты не умеешь владеть собой, тобой завладеют другие.

306. Возненавидь себя за свою любовь к себе и возлюби свою ненависть.

307. Остерегайся коварных надежд. 308. Будь безнадежен!

309. Сила духа не только в самообуздании, но и в свободе от страха последствий.

310. Истинно сильный дух всегда добр к своим маленьким слабостям.

311. Будь беспристрастен к своим пристрастиям и бесстрастен к своим страстям.

312. Научись смеяться и рыдать по любому поводу (Эмоциофония - искусство игры на своих нервах).

313. Нужно быть достаточно взрослым, чтобы чувствовать, в чем можно остаться ребенком.

314. Высшая невозмутимость делает доступными (безопасными) самые сильные чувства.

315. Я мыслю - значит существую, я чувствую - значит живу.

316. Самопародирование - проба истинности (искренности) чувств.

317. Утрирование до абсурда легко уничтожает любые нежелательные эмоции.

318. Насмешка приводит в ярость злое, и в умиление - доброе.

319. Смех ближе запредельности, чем любые серьезные рассуждения.

320. Способность себя высмеивать - твоя свобода от себя.

321. Непривязанность рождает любовь.

322. Не будь привязан к своей непривязанности.

323. Твоя крепость - это твоя тюрьма.

324. Что есть свобода духа? - Смелость!

325. Истина не в смирении, а в приятии, не в поклонении, а в любви, не в “страхе божьем”, в божественном бесстрашии.

326. Бог боящихся всемогущ и грозен, Бог честных и утонченных - справедлив и прекрасен.

327. Пусть твой всемогущий смех не нарушит твоего вселюбящего благоговения.

328. Будь достоин своей любви.

329. Цель не оправдывает средства. Высока и прекрасная цель достигается только прекрасным путем.

330. Чистое не нуждается в оправданиях. Если ты оправдываешься, значит ты не прав.

331. Ни на мгновенье не повернись спиной к своей звезде!

332. Прямые пути не могут пересечься дважды.

333. Недостойный сам не допускает себя к святыне, спотыкаясь о ступени своих добродетелей.

334. Человек - это Бог в процессе самоискания (самотворчества, саморазоблачения).

335. Человек хочет видеть себя божественно-прекрасным, а не общественно-правильным. Можно отрицать любые установки внешней этики, но внутреннее чувство прекрасного - непререкаемо.

336. Существу, спеленатому моральными предрассудками, пришло время распеленаться. Хоть и опасно поначалу, но ведь иначе не научишься ходить.

337. Твори зло и не заставляй себя делать добро если ты действительно зол.

338. Добро и Истина неразделимы. Если они в противоречии, значит в одном из них изъян.

339. Боги развенчаны, не перед кем притворяться.

340. Будь тем, кто ты есть, и ты будешь Всем, ибо ты есть - Идущий.

341. Твой путь неповторим, иначе в нем нет смысла.

342. Играй свою роль со вкусом!

343. Попробуй наблюдать за людьми так, как будто ты не человек. Увидишь много интересного.

344. Никакие явления (состояния) не определяются как нормальные или не нормальные, но как возможности, желаемость которых тождественна их новизне.

345. Жизнь не терпит рамок жанра.

346. Не будь последователен даже в осуществлении твоей непоследовательности.

347. Соверши алогичный поступок!

348. Доверяй себе, но не своим убеждения.

349. Не торопись обзавестись собственным мнением по любому поводу. Каждое мнение повышает автоматизм в ущерб сознательности. Каждое мнение - ступенька к смерти.

350. Честность имени - высокое искусство быть несогласным с собственными мнениями.

351. Не изменять себе - значит позволить себе изменяться (Все усилия себя изменить - только борьба присущих тебе программ).

352. Совершенствование - стремление к неустремленности.

353. Неустремленность не есть покой. Она подобна урагану в свободе своей непритязательности.

354. Находясь в движении, не останавливай себя мыслью о том, что надо двигаться.

355. Быть стремительной в своей неустремленности может лишь безграничная вера, ничего о себе незнающая.

356. Представь магический импульс как имеющий конечную цель, религиозный - как бесцельный и бесконечный.

357. Цель - только создание некоторых удобств для достижения другой цели. Но все это в целом пребывает в бесцельности.

358. Мудрость - дар, а не товар.

359. Насытить беспредельное любопытство бесконечной мудростью - это не значит “узнать все”. Достаточно узнать, что узнавать больше нечего.

360. Туннель целенаправленности - это только мираж в просторе беспредельности.

361. Бесцельность беспрепятственна.

362. Стремление выбирает тебя, а не ты - стремление. Его направленность определяет твою высшую цель, а не наоборот. Прикидываясь твоим свободным выбором, призрак превосходства обольщает тебя иллюзией высшей цели, чтобы удалить от твоего высшего - твоей высшей бесцельности.

363. Высшее там, где нет ни верха, ни низа. Быть выше различения высшего - значит не отличать себя от различающего (не различать в себе неразличающего).

364. Взмывая в небо, не забывай о земле (Твоя высшая бесцельность - это твоя цельность, ничего не исключающая из круга своей любви).

365. Не трудно назвать реальность иллюзией, труднее понять, что значит “реальность”.

366. Не поддавайся иллюзии иллюзорности!

367. Увидеть все, как оно есть, - мнимая проблема. Увидеть все, как видишь, - проблема реальная.

368. На самом деле нет никакого “на самом деле”. Мир - это точка зрения, хватающая самое себя, а точка зрения - самозацикленность мира.

369. Этого не надо понимать, с этим надо делать что-то другое!

370. Пусть ум осознает себя бездушным автоматом, не знающим любви.

371. Пусть разум умолкнет в объятиях Истины.

372. И ложь, и истина - правда, и правда, и неправда -Истина.

373. Есть заблуждение о том, что есть истины и есть заблуждения. Есть Истина о том, что всё - Истина.

374. Свет Истины открывается в тучах заблуждений, если на них подуть.

375. Истина, о которой ты скажешь: “Так это я всегда знал! Знал, но не знал, что знаю” (Тот, кто вошел в Истину, знает, что он был там всегда).

376. Когда разум замолкает, все оказывается истинным, поскольку вместе в разумом замолкают его сомнения.

377. В каком бы аспекте мы ни взяли истину - она всегда перспектива, но не тупик. Истина - это более чем Истина, она всегда более самой себя.

378. Все философские рассуждения - просто попытки доказать бытие, Истину “я существую”. Но доказав это, они тут же доказывают и противоположное.

379. Существует ли сознание, не осознающее себя? Как же еще может существовать сознание (абсолютно субъективное), если не в своем представлении? Пусть самосознание заблуждение сознания, но это единственная возможность быть.

380. Я существую лишь на столько, на сколько представляю себе противоположное.

381. Философия - поиски сквозного канала между жизнью и смертью.

382. Если ты устал служить проводником идеи, смени проводник.

383. Смерть - самое интересное приключение в этой жизни.

384. Не страх смерти, а страх последнего страха.

385. Умереть от счастья - этого бы ты хотел?

386. Если я нахожу себя недовольным, желающим, страждущим, значит я еще не вышел из себя. Если я нахожу себя несвободным, значит я еще не нашел себя.

387. Свобода - это не только вечная жизнь, но еще и вечное одиночество.

388. В свете духа форма продолжает существовать только для того, чтобы доказывать себе свою нереальность. Победа духа над формой - это победа формы над самой собой.

389. Правильно производи сотворение своего “я”- сведение к нулю всех твоих “за” и “против”.

390. Переход к высоким абстракциям не напоминает ли постепенную потерю сознания?

391. Равна ли нулю равнодействующая всех сил?

392. Не подобен ли возврат к первопричине превращению автомобиля в кусок руды?

393. Если я не могу найти себя, значит я уже нашел себя (обрел себя).

394. Блаженство - это восторг перед совершенством Всего Сущего.

395. Пусть голос, который произносит твои мысли станет голосом Бога - бесконечно близким, бесконечно понятным, бесконечно прекрасным.

396. Когда ощущаешь себя бесконечным, всё же хочешь, чтобы оставалось это конечное “я” для других конечных. Это творящая воля Абсолюта.

397. Творения всемогущего должны бесконечно превосходить своего Творца.

398. Разрывая золотые цепи жизни, не дай сковать себя алмазной цепью вечности.

399. Будьте прекрасны и умрите в восторге от прекрасного…


ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА НАСТАВЛЕНИЯ

“Предостерегая от иллюзий “высшего авторитета” (который пребывает только в нас самих), хочу напомнить, что в соответствии с Учением - нет лучшего и худшего представления о мире; но есть другое, - которое, не исключая, а дополняя наше мировоззрение, представляется нам откровением, как и всякий новый способ видения.

Фантастическое учение не пытается учить тому, что “на самом деле”: оно - только метод, позволяющий взглянуть на себя и мир с другой точки зрения.

Этот новый взгляд не лучше и не хуже прежнего, по каким-либо внешним критериям, но способствуя пересмотру привычных мнений, он может оказаться полезным человеку на его современном уровне развития.”


“Личность Кротонуса, и тот фантастический способ, которым он передал мне свое Учение, - не освещены достаточно ясно не из-за секретности и не ради таинственности, а только по причине невозможности сделать это средствами человеческого языка, ограниченный круг представлений которого, естественно, не исчерпывает безграничных возможностей Всего.

Несомненно, когда-нибудь найдутся средства для выражения того, что не сон и не реальность, не галлюцинация и не фантазия, нисколько не похоже ни на людей, ни на “пришельцев”, не может быть причислено ни к богам, ни к духам, ни дэвам и прочим мистическим сущностям, и что даже в наше понятие “существо” вписывается с большим трудом.

Поэтому пусть пока Кротоно Сумус останется для нас именем Благородного Рыцаря Истины, символом его удивительного Учения (названного фантастическим за неимением более подходящего слова), а так же заглавием книги, открывающей Учение всем, кто в нём нуждается”.


_1987

ПОСЛЕСЛОВИЕ РЕДАКТОРА

...Однажды, после знакомства с автором, при одной из случайных встреч на улице, я спросил Григория, какой жизни бы он не хотел для себя.

Фенерли ответил:

- Никогда не хотел бы быть "серой", заурядной и предсказуемой личностью, какими ныне является большинство людей(!)...

Эти сытые, удовлетворённые своей посредственностью и мнимым благополучием на первый взгляд милые люди, которые ныне заправляют миром и государствами, либо копошатся в непрестанном, часто бессмысленном и малооплачиваемом, труде человеко-муравьи - самое огромное зло нашего мира! Ибо их ужасающая посредственность, духовная пустота, пресыщенность и само-удовлетворённая своими материальными благами или своим рабством жизнь - превращает весь окружающий их мир и людей, живущих с ними рядом в этом мире, - в зловонную клоаку, или изредка испускающее через бульканье вонючие газы болото, которое ведёт себя и живущих в них к неизбежной гибели и истреблению!

Помолчав некоторое время и подумав немного - он добавил:

- Надеюсь и верю в то, что Высшее Провидение Божие и моя настырность в поиске выхода из этой "серости", посредственности и самоудовлетворённости своей тупостью и посредтвенностью - не дадут мне превратится в одно из этих существ-особей, уверенно считающих себя людьми...


В завершение книги хочу сказать очень важные слова Григория Фенерли, произнесённые им чуть позже, при следующей встрече со мной, в одной из бесед:

"Не надеюсь на то, что меня все поймут, - я к этому и не стремлюсь!... Но если часть людей сможет воспользоваться моими знаниями, постижениями и приобретениями в поисках Духовного и более Совершенного жизнесуществования, чтобы подняться над своей обыденностью и посредственностью - я буду вполне счастлив, и скажу себе, что моя жизнь была не напрасной и помогла хотя б небольшой группе людей (!)... Ведь это здорово! Не правда-ли?! - Не в этом ли настоящий смысл жизни?!!"...


Добрых приобретений и познаний - желаю всем читателям, читающим эту книгу!

С наилучшими пожеланиями к читателю, искренне ваш - Роман Юркив.

Ваши пожелания, благодарности и письма с мыслями присылайте на gmail:

[email protected]


home | my bookshelf | | Аспекты Запредельности. О Трансцендентных Состояниях. Часть 2 |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу