Book: Ветер Перемен (СИ)



Ветер Перемен (СИ)

1


Вам когда-нибудь доводилось просыпаться после долгого и глубокого сна? Когда сознание буквально вырывается из бездны — словно ныряльщик с глубин океана, чувствующий, как с каждым метром спадает давление с плеч. Приятного здесь мало, конечно. Когда понимаешь, что ещё чуть-чуть, и ты окажешься на дне, где проведёшь остаток жизни. Но стоит немного поднажать, борясь с затягивающей тьмой — и ты вынырнешь на поверхность. Глубоко вдохнёшь воздух в лёгкие и ощутишь, что ты выбрался, что победил.

Иван открыл глаза, но пришёл в сознание не сразу. Яркий свет ударил откуда-то сверху, зрение расплывалось. Парень с трудом справлялся с новой волной сонливости. В голове будто разлили тягучую жидкость, хотелось снова свалиться в чёрную бездну. Но, нутром Иван чувствовал, что нельзя этого делать. Ни в коем случае.

Надо собраться и преодолеть себя.

Он снова открыл глаза и на этот раз попытался сфокусировать зрение. Тот же расплывчатый свет, но вскоре всё стало проясняться. Иван сумел рассмотреть белый потолок над собой, а также источник света — обычную лампочку, висящую на проводке. Что ж, хоть что-то узнали…

Иван лежал на спине, ощущая под собой мягкий матрас. Попытался подняться, но не смог даже сдвинуть головы. Тело словно налили свинцом, оно казалось необычно тяжёлым. Парень попытался вспомнить, что с ним случилось, но единственная картинка, пришедшая в голову — проклятая лампочка на потолке. Похоже, чем-то накачали, возможно наркотиком. А затем кинули сюда — где он и пришёл в сознание. С большим трудом и не менее крупными последствиями.

Иван некоторое время пролежал, тупо наблюдая за тем, как свет в лампочке становится то ярким, то мигающим. Нет, да сколько уже можно! Ведь сильный и здоровый мужик, а не развалина, неспособная тронуться с места!

Он собрался, сделал рывок и оторвал спину от матраса. Тут же голова закружилась, стало трудно дышать. Иван сжал кулаки и ударил по коленям. Внезапная тупая боль сделала своё дело. Иван полностью овладел телом. Разве что, всё равно паршиво себя чувствовал. Даже после похмелья такого чувства нет. Скорее, реально кто-то вколол большую дозу усыпляющего препарата.

Иван поджал под себя колени и вскочил на ноги.

Он стоял в какой-то маленькой комнате, метра три на пять, абсолютно голой, будто только что с ремонта. Бетонные стены покрыты обычной побелкой, потолок явно подвесной и настолько гладкий, что отсвечивает в лучах одинокой лампы. Всё это не гармонировало друг с другом и выглядело просто дико. Иван бросил взгляд на пол — обычный дощатый настил, наскоро выкрашенный коричневой краской.

Дверей нет и в помине.

И это вселяло тревогу.

Но это чистейшая ерунда, по сравнению с тем, что Иван приметил почти сразу же. Но на что не фокусировал внимание до поры до времени. В свои восемнадцать, он являлся очень умным парнем, прочитавшим уйму детективов. И знал, что в таких ситуациях, главное не впадать в панику и с первого момента начать искать выход.

Выход, которого здесь нет.

Иван вздохнул, протёр воспалённые глаза ладонями. И опустил взгляд на пол, где возле стенки лежал ещё один матрас, укрытый белой наволочкой. На нём вразвалку, будто после долгой и затянувшейся вечеринки, лежала девушка.

Парень опустился на корточки. Рассмотрел лицо девушки получше, пытаясь вспомнить, знакомы ли они. И спустя секунду разочарованно покачал головой.

Красивая девушка, этого у неё не отнять. Молода, скорее всего, ровесница Ивана. Тонкие черты лица, высокие скулы и маленький изящный нос. Глаза закрыты, но веки дрожали, говоря о том, что сон такой же глубокий, как был и у Ивана. Он бросил взгляд на полные и чувственные губы, приоткрытые в усмешке. И завис на минуту, разглядывая лицо девушки и наслаждаясь созерцанием красоты.

В остальном же девушка напоминала обычного рядового подростка, только что вышедшего в юность. Иван видел таких как она множество раз в школе, всё это знакомо. Ветреные, в основном неглупые, но искавшие авторитета, славы и классного парня. И не пропускавшие ни одной дискотеки, ни одной тусовки с друзьями…

Похоже, что именно с такой вот вечеринки её и забрали. Стоило только взглянуть на следы многочисленной косметики на лице, розовую майку с изображением какой-то панковской рок-группы, узкие голубые джинсы и что самое главное — растрёпанную причёску. Длинные светлые волосы с прядями, выкрашенными зелёной краской, торчали в разные стороны. Некоторые пряди забирались в нос девушки, отчего та рефлекторно стряхивала их рукой. Значит, накачали не так сильно, как его… Повезло девчонке.

Иван на секунду задержал взгляд на груди девушки, обтянутой смешной майкой. И тут же ударил себя по щеке. Хватит уже пялиться, честное слово. Нужно будить её и выбираться отсюда.

— Эй! — негромко позвал он. — Ты меня слышишь?

Ответом послужило едва слышное сопение. Девушка явно видела прекрасный сон и не собиралась выныривать из глубины.

— Отлично, — буркнул Иван и прикоснулся к плечу девушки. — Ау, родная! Пора вставать! Подъём!

Та снова засопела и неожиданно перевернулась на другой бок. Иван убрал руку и неожиданно расхохотался. Ситуация на редкость комичная. Один запертый неизвестно кем в комнате, из которой нет выхода. В кампании с красивой и спящей девушкой.

Иван перестал смеяться и поднялся на ноги. Ладно, придётся проявить навязчивое усилие.

Он схватился за плечо девушки руками и стал трясти. При этом, не забывая издавать громкие крики:

— Так, рота подъём! Дорогая, вставай, давай! Да блин, да просыпайся уже!

Неожиданно девушка громко закричала. Она проснулась и ничего не понимая уставилась на Ивана. В красивых голубых глазах читался непомерный испуг.

— Где я? Кто вы? — выдавила она из себя на незнакомом языке.

— Чего? — непонимающе спросил Иван. — Ты по-русски говорить не умеешь что ли?

— Не трогайте меня! — неожиданно взвизгнула девушка и отпрянула к стене. — Что вы со мной сделали? Зачем привели… сюда?

Девушка с расширенными от ужаса глазами осмотрелась по сторонам. Она была в таком же шоке, как и Иван десять минут назад. Только что прекрасно владела своим телом и болтала что-то непонятное.

В школе Иван учил английский, но, как и большинство одноклассников — плохо и абсолютно не интересуясь предметом. В итоге, к выпуску знал лишь несколько слов и выражений, в том числе самое любимое — «Ай Донт Спик Инглиш».

Но и этих малых знаний хватило, чтобы понять какой это язык. Девушка наверняка англичанка. Ну, или хотела казаться такой, кто знает… Может, секретная организация специально подсадила её к нему, чтобы узнать все тайны русского народа…

Парень усмехнулся глупой мысли. И тут же пожалел об этом — девушка испугалась ещё больше.

— Пожалуйста, не трогайте меня! — всхлипывая, произнесла она. — Мой отец друг мэра Оранж-Сити! Если он узнает, что вы меня похитили, да вас в лепёшку сотрут!

Иван разобрал только слово «плиз». Впрочем, по жестикуляциям девушки и так можно понять, что она подумала.

— Так, успокойся! — твёрдо выговорил он. — Я тебя не похищал! Я сам только что очнулся здесь! Меня тоже затолкали сюда!

Девушка с интересом посмотрела на Ивана. Она также ровным счётом ничего не понимала из его слов.

— Просто нам надо спокойно обсудить сложившуюся ситуацию, — скороговоркой проговорил парень. — И попытаться понять друг друга… Давай, сперва познакомимся.

Иван опустился на свой матрас, отчего у девушки случился новый приступ паники. Она вскрикнула и снова вжалась в стенку.

— Да не собираюсь я тебя трогать! — буркнул Иван. — Я не насильник какой! Успокойся! Если будешь и дальше обниматься со стеной, то вскоре вся будешь в побелке!

Девушка скосила глаза на стену, куда указывал Иван. И тут же отпрянула. Оттянула край майки со спины и заглянула. И снова вскрикнула.

— Господи, помоги!.. — взмолился парень, прижимая руку ко лбу. — Да что ж ты всё время орёшь! Я что страшный такой что ли?

Иван не кривил душой, хотя и писаным красавцем себя не считал. Кареглазый брюнет, с самыми обычными, по его мнению, чертами лица. Лоб высокий и прямой. Нос с горбинкой, зато подбородок маленький, заостренный. Тонкие губы завершали картину, да вообще ничего особого…

Высокий парень со средним телосложением. Раньше ходил в качалку, но потом бросил. Зато имел широкие плечи и крепкие ноги. В общем, если что мог постоять за себя, но не особо любил вмешиваться в неприятности. По натуре флегматик, проводящий время в спокойствие и тишине.

Зато вот новая знакомая явно не обладала такими качествами.

— Вот же попала! — запричитала она, обхватив руками колени. — Как в фильме «Пила» … Только камеры не хватает на потолке!

— Да, полностью с тобой согласен, — не поняв ровным счётом ничего, сказал Иван. — Жуткое место. И ни окон, ни дверей. Может нас скрытая камера снимает?

— Ещё этот парень, — продолжала девушка. — Болтает что-то на своём сербском. Как тот эмигрант, приехавший в нашу школу… Лучше бы с эскимосом заперли!

— Хорошо хоть не китаянка ты! — кивнул девушке Иван. — Я-то хоть что-то из английского знаю… О! Точно!

Девушка замолчала и испытующе уставилась на парня. Тот пригладил волосы на голове, застегнул верхнюю пуговицу на рубашке и сказал:

— Майн нейм из Иван. Иван Крылов! Да, как баснописца… Хотя, откуда тебе знать кто это такой, ты же англичанка. В общем, можно просто Ваня.

Девушка усмехнулась. Похоже, что шутку она поняла.

— Майн нейм из Оливия… — стараясь уложить свои кудри, отвечала она. — Оливия Смит. Но друзья зовут меня Лив. И где они только счас…

— Как салат? — с улыбкой спросил Ваня. — У вас там что — принято называть детей в честь блюд? У нас так Борщей Иванычей пока не было!

Оливия хмыкнула. И кое-как завязала волосы в узелок на затылке. Засунула руку в карман джинсов, и тут же снова вскрикнула.

— Да чтоб тебя! — подпрыгнул парень. — Ты что специально?

Девушка вытащила из кармана телефон и победно замахала в воздухе. Волосы упали на лоб, но та даже не обратила на это внимания. Как и взволнованный Ваня.

— Как же я сам не подумал об этом! Дурак! — воскликнул он, роясь в карманах собственных джинсов в поисках телефона. — А вот и мой!

Девушка улыбнулась и стала клацать по большому экрану телефона. Дорогущий, наверняка. Но что тут скажешь — зарубежье!

Мобильник Ивана куда проще — маленький экран, протёртая клавиатура и полудохлая батарея. Юноша набрал номер полиции и поднёс к уху. И услышал до боли знакомую фразу: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

— Фак! — выругалась Оливия. — Как же так!

Ваня посмотрел на экран телефона ещё раз. И расхохотался.

— Ты чего ржёшь? — спросила девушка. — Что тут смешного, придурок?

— Сети нет! — ответил Иван. — Это было бы слишком просто… На кой ляд нашим похитителям оставлять телефоны? Наверное, так они решили лишний раз поиздеваться над нами.

Оливия смешно наморщила носик. И Ваня в очередной раз убедился, насколько же она красива. Даже в таком состоянии. Голубые глаза наполнились разочарованием.

— Да, ты прав! — сказала она, показав экран телефона, где тоже не виднелось полосок работающей сети. — И зарядки к нему нет, так что он бесполезен…

Она кинула мобильник на матрас. И снова начала собирать волосы в узелок.

— Женщины, они везде женщины, правда? — кивнул Ваня. — Ладно, красотка, если ты не против — пройдусь, пощупаю стены!

Он прошёл мимо девушки и обошёл комнату по кругу. Каждую стенку осторожно потрогал, кое-где даже постучал. Глухой и твёрдый бетон. Никаких следов скрытой двери. Интригующий детектив получается!

— Ну, одно хорошо, — сказал парень и указал на небольшой решетчатый проём возле потолка. — Вентиляция есть! Не задохнёмся!

Оливия поднялась и подошла к тому месту. Посмотрела вверх и нервно хихикнула.

— Здесь даже мышь не пройдёт, — сказала она. — Хотя, ты не видел моего младшего брата Дина… Вот уж кто всегда залезет куда угодно! Однажды мы с мамой нашли его в стиральной машине. Двухлетний малыш и такой настырный! Сейчас уже седьмой класс закончил…

Ваня с интересом слушал рассказ девушки. Он пытался вникнуть в смысл слов, но смог понять лишь имя «Дин».

— Права была Анна Николаевна, — пробурчал он. — Надо было учить английский! Только кто ж тогда мог знать…

Девушка надула щёки и расширила глаза. И тут же рассмеялась.

— Смешная ты, — с улыбкой произнёс Иван и присел на матрас. — Только вот нам это сейчас ничем не поможет.

— Никогда не думала, что вот так попаду! — продолжая смеяться, сказала Оливия. — Друзья бы в жизни мне не поверили, а тебе? А хотя, извини, ты всё равно ничего не понимаешь…

— Да, трудности перевода! — сказал Ваня, проверяя карманы. — Не поверишь, у меня остался шоколадный батончик! Будешь? Или ты на диете, счас?

Девушка показала Ивану большой палец. И тоже присела.

— Спасибо, — сказала она, беря протянутую половинку батончика. — Не отравлен, надеюсь? Да я шучу… Извини, что так раскричалась, когда ты меня разбудил. Я не трусиха, просто у нас в Калифорнии всякое бывает. А от копов толку никакого, только вечеринки портят.

— Ешь, давай, — сказал Ваня. — Не болтай много! Всё равно нифига непонятно…

Оливия быстро проглотила шоколадку. Похоже, здорово проголодалась. И неизвестно собираются ли кормить тут. Ничего не скажешь, извращённый ум маньяков понять сложно.

— Так, ты американка? — высказал предположение Ваня.

— Да, я из Штатов, — ответила Оливия, разобрав последнее слово. — А ты откуда? Из Сербии?

— Я с России! — почти гордым тоном отвечал парень. — Магнитогорск. Так, что интересный дуэт получается! Ничего не скажешь…

2


В день похищения Иван пришёл с работы пораньше. В магазине, где он работал грузчиком, всё равно особо нечего делать к вечеру. Разве что пофлиртовать с симпатичными продавщицами, но парню было не до того. Через неделю заканчивался срок подачи документов в университет, а он так до сих пор и не определился с этим.

Причин много, и дело даже не в плохих отметках и провальной сдаче государственного экзамена. В школе он отличался редкой успеваемостью. Несмотря на это шансов на бесплатное обучение всё равно мало. А стоимость обучения в областном универе недешёвая. Семья и так с трудом сводила концы с концами.

Конечно же, всё было не настолько уж плохо. Мать работала секретарём в частной фирме, где платили отлично. Но всё же этого недостаточно, чтобы кормить двух сыновей. Ваня старший, а Петька учился в шестом классе.

Отца парень мало помнил. Тот ушёл из семьи, когда Ивану исполнилось шесть лет. Просто внезапно собрал все вещи, когда жены и сына не было дома, и уехал. Куда — неизвестно. Мать долгое время пыталась его искать, в надежде, что муж не просто так бросил семью. У отца свой бизнес, он перегонял машины с заграницы. Деньги лились рекой, всё собирался переехать с семьёй в Москву. Но в одночасье, всё полетело к чёрту. Похоже, что бизнес, который вёл отец, был не совсем законным. И тому пришлось срочно валить, захватив начальный капитал и оставив мать без средств к существованию. А вскоре она узнала, что беременна Петей. Но она не сдалась. Работала днями напролёт, чтобы ни в чём не отказывать детям.

Поэтому Иван обязан матери очень многим. И ради неё мог хоть в пекло пойти. И как только закончил школу, устроился работать грузчиком. Зарплату обещали не слишком большую, но та вполне облегчала жизнь семье.

Мать была против такого шага со стороны сына. Она почти пятнадцать лет проработала не для того, чтобы сын бросил надежды на учёбу и работал в магазине. Но Иван казался непреклонным. Подумаешь, год пропустит… Зато поднакопит деньжат на учёбу, поможет матери, а также не даст распоясаться младшему брату, которому был за отца.

Квартира, где жила семья, располагалась на краю города, в большом пятиэтажном доме. Не «хрущёвке», как можно подумать. Здешние домики построили уже в перестройку, но ремонта здесь не делали со времён распада Союза. Грязные подъезды, обшарпанные стены, мусор на улице. Ничего хорошего…

Зато есть трёхкомнатная квартира на третьем этаже. Всё, что осталось от отца. Хоть за это спасибо.

Ваня вошёл в квартиру и осторожно прикрыл дверь. Кто знает, может, мама спит. Сегодня ведь выходной у неё.

— Сынок, это ты? — раздался голос матери со стороны кухни. — Ты рано!

— Да, мам, — снимая ботинки, отвечал парень. — Решил, чего зря там сидеть… Дома и так дел много.

— И каких же? — спросила мама, выходя в прихожую.

— Да разных, — неопределённо проговорил Иван. — Надо было давно отнести наш телевизор в ремонт! А мастерская работает до семи как раз…

— Садись лучше кушать! — сказала мать, протирая руки о фартук. — Дела подождут!

— Я не хочу, — покачал головой Ваня. — Лучше попозже.

— Ну как хочешь, — сказала мама, облокотившись о стенку. — А телевизор подождёт! Всё равно смотреть времени у меня нет… А мыльных опер мне хватает и на работе.



Парень посмотрел на мать, замечая на ещё молодом лице новые морщинки. И глубокие мешки под глазами. Значит, не выспалась даже сегодня…

— Мам, снова уборкой занималась? — строгим голосом осведомился Ваня. — Ну зачем! Я бы пропылесосил потом…

— Знаю, как ты убираешься, — буркнула мама. — Потом пыль остаётся под каждым столом. Да ничего со мной не случится, сынок! Ладно, давай мой руки… А я на кухню.

Ваня печальным взглядом проводил фигуру матери. И пошёл в другом направлении, по узкому коридору к ванной комнате. Там включил кран и склонил голову над умывальником. И промыл лицо горячей водой.

— Ты уже дома! — раздался крик младшего брата за спиной. — А чего так рано? Сбежал с работы? Или уволили?

— Петька, не доводи до греха, — незлобно буркнул Ваня. — Ты сам чего дома, кстати?

— Так секцию сегодня отменили! — растеряно отвечал брат, ткнувшись головой в спину Вани. — Тренер приболел…

— Вот не стыдно же тебе врать старшему брату! — сказал Иван, разворачиваясь и хватая за плечи Петьку. — Чего снова прогуливаешь? А зачем тогда записался?

— Так все мальчишки у нас записались на бокс! — буркнул Петя, пытаясь выбраться из рук брата. — А я что хуже, что ли?

— Учиться тебе надо, а не кулаками махать! — сказал Ваня и взъерошил волосы на голове Петьки. — Маме ту же фигню сказал?

— Ага! — кивнул Петя. — Не сдавай меня только!

— А надо бы! — сказал Иван. — Вот какой же ты мелкий врунишка! Двенадцать лет ведь только… Так, давай договоримся! Сегодня я ничего не говорю маме, а завтра ты идёшь к тренеру и говоришь, что уходишь!

— Но… — промямлил мальчик. — Друзья ведь засмеют!

— Они тебя засмеют ещё больше, когда узнают, что ты сачкуешь, потому что боишься занятий, — отрезал Ваня. — А они узнают, уж поверь мне! Так что давай вперёд! Чтобы завтра выписался с секции!

Петька хотел возразить, но осёкся. Он знал, что брат прав, просто не хотел идти у него на поводу.

— Ладно, хорошо! — крикнул мальчик и выбежал из ванной.

Иван улыбнулся. Любил он своего брата, хоть и старался не выдавать этого. Ещё чего, мелкий начнёт на нём ездить сразу. Дисциплина, прежде всего, а то вырастет хулиганьём каким.

Ваня прошёл в свою комнату, расположенную на другом конце квартиры. Рядом находилась кухня, откуда слышалось шипение сковороды, и шёл непревзойдённый запах маминых блинов. Парень облизал губы, пытаясь совладать с позывами желудка. И сел возле компьютера, стоявшего у окна.

— Так, ладно, — произнёс парень, набирая в адресной строке браузера сайт. — Посмотрим, как у вас в универе с подачами заявок на заочное обучение!

Спустя несколько минут, Ваня откинулся на кресле и громко хмыкнул. Обучение на «заочке» стоило в два раза дешевле, но только вряд ли такой расклад понравится матери. Так что предстоит долгий разговор с ней. Но не сегодня… Пусть отдохнёт лучше.

— Ну, а что? — в пустоту произнёс Иван. — По-моему лучший выход для меня! Компромисс.

— Ваня, ты что-то сказал? — спросила вошедшая в комнату мама.

— Я? Нет, просто по телефону разговаривал! — затараторил парень, доставая из кармана мобильник.

— Тогда, если ты уже освободился, — почти приказным тоном сказала мать. — Живо на кухню! Блины стынут!

— Хорошо, иду, — кивнул Ваня. — Только тут закончу…

Мама улыбнулась и исчезла за дверью.

Парень вздохнул. Ничего не скажешь — учит младшего брата не врать, а сам же нарушает свои же обеты. Но, что поделаешь. Ведь иногда ложь нужна, пускай и самая маленькая.

Ваня уже собрался идти на кухню, предвкушая сытный ужин, как неожиданно почувствовал лёгкое головокружение. Он встал с кресла и шатающими ногами побрёл к выходу. И с грохотом свалился на пол.

А дальше — темнота.


3


Некоторое время они провели в молчание и тишине. Иван разлёгся на матрасе и смотрел на мигание лампочки над головой. Рано или поздно, она погаснет. И тогда будет куда веселее, чем сейчас. Тьма накроет комнату и кто знает, что будет таиться в ней. Вдруг одна из стен откроется и из неё вылезет…

Оливия громко выругалась.

Парень повернул голову влево и увидел, как девушка трясёт телефоном. Наверное, всё ещё пыталась поймать здесь сигнал сети. Счастливо…

Кто же мог похитить их? И с какой целью? Мало того, они забрали людей с разных концов планеты. А значит, у этих людей очень большие связи и влияние. В детективах и триллерах, которыми Ваня зачитывался в детстве, угадывалась главная мысль — любая тайна, даже самая невероятная имеет простое объяснение. Может, реально всё это один большой прикол? Скрытая камера в стене? А сейчас миллионы людей смотрят на них по ТВ-шоу и едят попкорн?

Оливия встала с матраса и стала ходить туда-сюда по комнате. Она держала в руках мобильник и всюду водила им по воздуху. Упрямая какая! Будто бы это чем-то поможет.

— Милая моя! — громко проговорил Иван. — Не страдай ты ерундой! Не поможет это!

Девушка резко повернула голову. В глазах горел настоящий огонь. Вот так сдаваться не собиралась.

— Лучше бы встал и помог! — буркнула Оливия и продолжила бессмысленное занятие.

— И почему мне не попалась француженка! — почти мечтательно проговорил парень. — У них хоть язык красивый, уши гореть не будут…

Спустя минут пятнадцать, Оливия наконец сдалась. Привалилась к стене и спрятала лицо в ладонях.

— Да расслабься ты! — сказал Ваня. — Скоро придут наши похитители, откроется дверь в стене и слащавый ведущий закричит: «Это была программа «Розыгрыш»!».

Оливия не ответила. Она плакала.

Звук женских рыданий казался пронзительным в тишине пустой комнаты. Девушка скатилась по стене на корточки. И продолжала плакать.

— Так, хорош! — Ваня подошёл к Оливии и склонился над ней. — Давай, вставай! Да мы в дерьмовом положение, но не стоит так…

Девушка подняла залитое слезами лицо. Тушь грязными потёками расползлась от глаз по щекам. Но хуже всего глаза — в них читались невыносимые отчаяние и страх.

— У вас там в Америке, что все такие? — спросил Иван, подавая девушке руку. — Как попадаете в безвыходную ситуацию сразу в слёзы? Ты ещё не бывала у нас в городе в субботу на дискотеке. Когда тебе кто-нибудь норовит кинуть пивной бутылкой в голову…

Оливия схватилась за ладонь парня и поднялась на ноги. Затем вытерла лицо руками.

— Боже мой, — проговорила она, замечая тушь на пальцах. — Вся косметика растеклась… Выгляжу, как чучело, наверное!

— Ты выглядишь отлично! — читая перевод на лице девушки, соврал Ваня. — Все вы женщины одинаковы, что в Америке, что в России…

Оливия выдавила на лице улыбку. И снова пристроилась на матрасе, обреченно разглядывая свои ноги в кроссовках. Девушка просто устала бороться. По крайней мере, на сегодня…

— Держи! — кидая в сторону девушки носовой платок, крикнул Ваня. — Нашёл в кармане вместе с ключами. Не бойся, чистый!

Девушка с некоторой осторожностью осмотрела платок. И тут же начала усиленно тереть им лицо.

— Предлагаю в таком случае, познакомиться поближе, — предложил Иван, переворачиваясь на матрасе в сторону Оливии. — В нашем положении это конечно же несколько смешно. Но думаю, что простой диалог не повредит. Пускай мы даже не поймём ни слова…

Девушка спрятала платок в кармане джинсов. Тушь и помада почти не видны, разве что осталась пара пятнышек. Теперь она выглядела намного лучше.

— Я понимаю, что это прозвучит несколько невежливо, — проговорила она. — Но я очень хочу в туалет! Только вот никто здесь такого не предусмотрел…

— Наверное, ты сейчас рассказываешь мне о том, откуда ты родом, — ничего не подозревая, сказал Ваня. — Ну а я как уже сказал с Магнитогорска. Только не с Урала, город однофамилец так сказать… Хотя, откуда тебе знать, где находится Урал. Ты, наверное, не знаешь где на карте и Россию найти…

— Не знаю, сколько смогу ещё продержаться, — прошептала Оливия. — Всё дело в пиве! Говорила же мне Клаудия, не увлекайся… Почему я никогда не слушаю никого?!

Неожиданно раздался пронизывающий скрип. Парень и девушка вздрогнули, настолько звук выбивался из тишины. Ваня вскочил на ноги и с раскрытым ртом уставился на что-то за спиной девушки.

Оливия повернулась в направление его взгляда и вскрикнула.

Там, где только что была сплошная стена, теперь торчала высокая деревянная дверь. Лаковая краска зеркально блестела в лучах мигающей лампы. Металлическая ручка призывно приманивала к себе.

— Подожди тут, — предостерегающе поднимая руку, сказал Иван девушке.

Та зачарованно наблюдала за тем, как парень нажимает на круглую ручку и поворачивает по часовой стрелке. Дверь медленно и бесшумно отворилась.

Иван сперва подумал, что за ней окажется тот самый слащавый ведущий — блондин с длинными волосами. И ещё куча народу, кричащие, что это всё большой и дебильный розыгрыш. Но всё оказалось куда проще и прозаичней.

Туалетная комната. Небольшая кабинка, в которой с трудом поместились бы два человека. Обычный унитаз стоял в центре, а рядом с ним на отделанной плиткой стенке, висела раковина с краном. Ваня хмыкнул и повернул ручку крана. Вода полилась сразу же, но в этом можно было и не сомневаться….

— Оливия! — крикнул в сторону комнаты Иван. — У нас тут все удобства! По крайней мере, от жажды не помрём…

Девушка отозвалась непонятным английским выкриком.

— О боже! — произнесла она, вставая в дверном проёме. — Это чудо!

— Да не то слово, — отвечал парень. — Сам в шоке! Волшебство ли это или нет, но нам везёт с тобой, красотка!

Оливия не стала долго думать и схватила Ваню за рукав рубашки. И тут же потянула к выходу.

— Эй, ты чего? — непонимающе воскликнул тот. — Только не говори, что ты хочешь попудрить носик!

Оливия отпустила руку парня и посмотрела на него пронзительным взглядом. Тот сразу всё понял и пропустил даму в туалет.

Дверь с грохотом закрылась перед носом Ивана. Тот присвистнул и подавил смешок.

Вот это вляпался!

Несмотря на весь ужас и отчаяние, ситуация становилась всё более комичной. Девушка сильно хотела в туалет — и вот, пожалуйста, нате вам! По мановению волшебной палочки в стене возникает дверь, а за ней, без сомнений — величайшее изобретение человечества! Унитаз!

— Да бред всё это! — громко выкрикнул парень. — Не бывает такого! Слышите меня?! Вы, долбаные придурки?!

Раздался гулкий звук сливаемой воды из туалета. Спустя пару минут оттуда появилась Оливия, вся мокрая, но очень довольная.

— Горячая вода! — сказала она. — Нет, ты прикинь, Иван, там есть горячая вода! Боже, какое блаженство умыть лицо…

— Хот? — переспросил Ваня. — Да, помню такое слово… Горячий! Да нам даже горячую воду провели здесь. Поблагодарю наших похитителей, если увижу… Только сначала дам в репу пару раз, а потом обязательно скажу спасибо. Поверь мне, Оливия!

— Ты такой смешной! — пробормотала девушка и уселась на матрас. — Я почти ничего не понимаю из твоих слов, но ведь у тебя всё на лице написано! Никогда не думала, что буду так легко читать мысли людей. Мой бывший парень Крис… Он был таким тщедушным пнём! Из него вытянуть признание в любви ещё трудней, чем дождь в жаркий день. И потом он постоянно врал мне.

— Прости, я понял только слово «Крис», — сказал Иван. — И не думаю, что ты там говорила про крыс… Ладно, а теперь моя очередь в уборную!

Ваня проскочил в туалет и прикрыл дверь.

Оливия прыснула и легла на спину.

И даже не удивилась тому, что вместо мигающей лампочки на потолке, теперь висел куполообразный торшер. Похоже, что в этой комнате всё меняется с каждым часом…

4


Вечеринка была в самом разгаре. Около тридцати человек, жаждущих халявного пива и бездумного веселья, устроили настоящий гвалт в доме Клаудии Беннет. Музыка ревела так, будто в каждой комнате двухэтажного дома стояло по сабвуферу. Оливия не первый раз задумывалась над тем, как вообще соседи выносят это. Но каким-то чудом, лучшей подруге девушки везло. Ни выговоров от родителей, ни тем более вызовов полиции на дом.

Оливия с подругой сидели на пластиковых стульчиках возле огромного бассейна на заднем дворе дома. Вода, подсвеченная снизу, удивительно гармонировала с темнотой летней ночи. Можно наблюдать, как ветерок колышет поверхность, превращая спокойную гладь в волны.

— Как же ты классно живёшь! — восхищённо сказала Оливия, отпивая очередной глоток горьковатого пива. — У нас никогда не было бассейна. Отец жуткий жмот. Из него вытянуть деньги на новые туфли или платье — это настоящее мучение. Но свой любимый «порш» так вылизывает каждый день. Будто сокровище какое-то.

— Ну, ты знаешь, что моя мама — вот кто настоящий деспот! — протянула Клаудия, миниатюрная брюнетка с большими глазами. — Вечно следит за тем, чтобы я не забивала на учёбу, следила за репутацией и была такой же леди, как она в мои годы… Аж тошнит временами!

— А она в курсе, что ты собираешься поступать в Харбор? — спросила Оливия.

— Да ты что! — фыркнула Клаудия, выбрасывая пластиковый стаканчик на ровный газон между бассейном и верандой дома. — Это же Лос-Анджелес! Да она чокнется от одной мысли! Чтобы её маленькая девочка жила одна в городе, где царит секс, наркотики и рок-н-ролл!

— Скорее уже хип-хоп! — поправила подругу девушка. — А также латинские банды, стрельба по ночам и бесконечное количество красивых парней!

Клаудия улыбнулась.

— Эй! — раздался громкий крик со стороны дома. — Детка, искупаемся?

В тот же миг мимо пролетела молния — полуголый парень в одних спортивных трусах. Со всего размаха он прыгнул в бассейн, расплескивая вокруг воду. Несколько струй попали на девушек, отчего те громко завопили.

— Билл, придурок! — закричала Клаудия. — Моё платье! Ты что творишь?!.

— Твой парень натуральный урод! — выругалась Оливия, стряхивая с себя капли воды.

— Я знаю! Ну счас он у меня получит! — бросила подруга и пошла к бассейну, где плавал на спине Билл.

— Детка, не будь такой суровой! Я аж боюсь! — сквозь смех, крикнул парень. — Такая классная ночь, а ты не хочешь купаться!

— Придурок, а ну иди сюда! — закричала разгневанная Клаудия. — Вот ты у меня счас получишь…

Неожиданно девушка поскользнулась на лужице воды на кафеле. И с громким воплем кубарем полетела в бассейн.

Оливия подбежала к бассейну, с волнением смотря на воду. Спустя секунду оттуда вынырнула голова подруги. Она была в такой ярости, что даже не могла вымолвить ни слова.

— Ну, что крошка? — спросил Билл, подплывая к ней и обнимая сзади. — Как водичка?

— Какой же ты…

Девушка не успела договорить, так как Билл уже целовал её.

Оливия покачала головой и отошла обратно к дому. Значит, примирение близко. Пусть развлекаются…

Неожиданно из дома выскочил ещё один парень. Длинноволосый, с мутным взглядом и покрасневшими глазами. В руках у него была сигарета, от которой шёл сладковатый запах.

— Смотри, как я умею! — закричал парень и пьяной походкой пошёл к бассейну, явно намереваясь туда прыгнуть. — Травка творит чудеса!

— Боже, Клаудия! — прошептала Оливия. — Я же тебе говорила, не зови ты этих торчков… Теперь марихуаной весь дом провоняет… Не дай бог копы приедут!

Между тем, торчок дошёл до края бассейна и стал качаться туда-сюда. Окурок выскользнул из пальцев и упал в воду.

— Какое небо! — пробурчал он, разглядывая звёзды над головой. — Во пришельцы летят!

И парень полетел в воду, размахивая руками, будто собираясь взлететь.

— Да, что же это такое, в самом деле, — сказала Оливия.

Раздались громкие крики и раскатистый хохот. Значит, торчок благополучно вынырнул, нарушив при этом уединение влюблённой парочки.

Оливия посмотрела на звёзды. И заметила низко летящий самолёт, похожий на мигающую гирлянду в Рождество. Странно, не похож он на нормальный самолёт. Скорее на спутник какой-то…

— Лив, — раздался знакомый голос, отвлекая девушку от мыслей. — Это ты?

— Крис? — Девушка обернулась и увидела лицо бывшего парня. — Что ты здесь делаешь? Клаудия тебя не приглашала сюда!

— Прости, — буркнул в ответ тот. — Но, парни настояли. Говорили, что здесь кто-то принёс травки.

— И ты не смог устоять! — фыркнула девушка. — Если хочешь, то загляни в бассейн! Там счас купается торчок один, может у него раздобудешь пару косяков…

— Лив, ты чего? Я же пошутил! — стал оправдываться Крис. — Ты же знаешь, что главная причина — это ты! Я хотел поговорить…

— Я тебе уже всё сказала! — отрезала девушка, сделав шаг в направление дома. — Пропусти, мне нужно в дом…

— Нет! — сказал парень, схватив девушку за локоть. — Ты меня выслушаешь сначала!

— Отпусти! — воскликнула Оливия, пытаясь высвободить руку. — Мне больно!

— Прости, — буркнул Крис. — Но, ты же упрямая! Я тебе звонил раз двадцать вчера…

— Я знаю, — сказала девушка. — Поэтому я отключила телефон! Отпусти!

Крис высвободил руку Оливии.

— Спасибо! — бросила та и пошла к стеклянным дверям дома.



— Лив! — крикнул Крис. — Я всё ещё люблю тебя!

— Ты никого не любишь, кроме себя, — обернувшись, произнесла девушка. — Ты лгал мне! Вот и езжай в Беркли со своей новой подружкой!

— Да не было у меня ничего с ней! — крикнул Крис.

Оливия молча посмотрела на парня. А ведь когда-то, она ему доверяла. Смотрела в эти проникновенные глаза, видела любовь и понимание. А теперь там скрывалась лишь ложь. И такое лицемерие, которого не увидеть и по телевизору в лицах политиков.

— Ну и дура! — резко выкрикнул Крис и сплюнул на траву. — Вали давай…

Оливия почувствовала внезапный приступ тошноты. Сердце учащённо забилось в груди, а ноги стали подкашиваться. Она вбежала в дом, не замечая, как по пути к туалету, сбивает людей. Открыла дверь и вбежала туда.

— За что…

Оливия закрыла дверь на замок и громко разрыдалась. Неужели всем мечтам теперь не суждено сбыться? Никакой учёбы вместе с Крисом, затем свадьбы, отличной работы и маленького домика возле океана? Всё это лишь глупые мечты ребёнка…

Но теперь она уже взрослая. Она сильная и всё переживёт.

В этот момент голова девушки закружилась. Вначале Оливия подумала, что всё дело в переживаниях. Но внезапно ощутила приступ удушья. Она схватилась руками за раковину, пытаясь удержаться на ногах. И тут же провалилась куда-то в темноту…

5


— Хочу есть…

Иван поднял взгляд на Оливию. Та сидела возле стенки, скрестив ноги. Интересно, а её интересует, что вся спина теперь белая от извести? С другой стороны, учитывая всё безумие ситуации — это уже просто смешно.

— Если бы я только мог понять, что ты хочешь сказать, — покачал головой парень.

Оливия посмотрела на Ваню выжидающим взглядом, от которого тому стало ещё больше не по себе.

Прошло уже часа четыре, с тех пор, как в стене появился туалет. Во всяком случае, судя по часам на телефоне Вани было семь вечера. Хотя, конечно, понятие времени здесь растянутое. Их могли похитить и перевезти в страну с другим часовым поясом. Или просто перевести время на телефонах.

В желудке парня было пусто. Он ощущал первые приступы голода. Едва уловимые, как бывает, когда с утра ничего не съешь, а в обед организм требует своё. Но с такими темпами заснут они голодными…

— Думаешь, холодильник с едой тоже сам собой появится? — спросил Ваня. — Если мы попросим, то наши добрые Гарри Поттеры махнут волшебной палочкой…

Девушка кивнула. Может, поняла по интонациям, а может просто хотела, чтобы он заткнулся…

— Куда же нас с тобой занесло? — пробормотал Иван. — Чует моё сердце, нас с тобой не разыгрывают… Это что-то гораздо более крутое.

Парень взглянул наверх. Торшер красивый на вид, но как его успели сюда повесить? А может в потолке, как и в стенах, есть потайные ходы? И вещи выдвигаются из них сами собой?

Ваня живо представил, как где-то наверху сидят несколько людей в тёмных очках и смотрят на них. Стоит только заключённым зазеваться, как они жмут кнопочки под мониторами. И комната начинает меняться. А таинственные люди в чёрном что-то записывают в блокнотики…

— И причём тут блокноты? — улыбнулся мыслям Иван. — Нет, всё это просто догадки. Детектив слишком затянулся…

— Я ХОЧУ ЕСТЬ!..

Крик девушки эхом отозвался от голых стен. Ваня с изумлением уставился на Оливию, которая смотрела по сторонам, будто надеясь увидеть объективы камер.

— Да ты чего? — спросил парень. — Ты что думаешь, это поможет? Да плевать им там на наши крики…

— Не мешай! — буркнула Оливия. — Я знаю, что они меня слышат! Туалет ведь не просто так появился! И лампочка та меня сильно достала… Они слушают всё. И делают то, что мы захотим.

— Так, — сказал Ваня, подымаясь на ноги. — Только не кричи больше! У меня итак голова болит от этого, а аспирина здесь точно не найдётся!

— Вы слышите меня?! — воскликнула девушка. — Вы собираетесь заморить нас здесь голодом? Дайте нам еды!

— Нет, ты меня уже достала…

Парень не успел договорить, как раздался ещё один жуткий скрежет. Ваня обернулся и обомлел. Возле крайней стенки, по другую сторону от двери в туалет, стоял небольшой столик. А на нём лежали две большие тарелки, полные вкусностей. Жареное мясо, салат с овощей, рыба, кусочки какого-то паштета, ещё какая-то лабуда…

— У тебя получилось! — с восторгом произнёс Иван. — Оливия, ты умница!..

— Можешь не благодарить, — сказала девушка и подошла к столику. — Похоже, что стульев нам не дадут…

Она постояла с минуту, явно ожидая ещё одного волшебного появления. Но ничего не произошло.

— Ну, хоть вилки есть! — произнесла Оливия. — Ты что будешь? Мясо или рыбу?

— Мне всё равно что, давай есть! — сказал парень, разобрав слово «фиш». — Но рыбу я люблю больше…

Девушка с улыбкой взяла тарелку с мясом и отошла к себе, где уселась всё в той же «арабской» позе. Ваня же решил поесть стоя, благо спешить всё равно некуда…

Еда оказалась неплохо приготовленной. Сам парень обожал, как готовила мама, но рыба под каким-то сладким соусом, пальчики оближешь. Нет хлеба, но Ваня был рад и тому, что дали. Он с невероятной быстротой проглотил оставшейся паштет, а также съел пару кисточек винограда.

— Кормят здесь тоже недурно, — сказал Ваня, доставая из кармана другой носовой платок. — Знаешь, если они так и будут нас кормить, я подумаю над тем, чтобы остаться…

Оливия спокойно доедала овощной салат, причём работала вилкой медленно, будто растягивала удовольствие. А может дело и в американском воспитании. Хотя, какое уж там нафиг воспитание! Они же все на голову шибанутые!

— Спасибо, — спустя несколько минут произнесла девушка в пустоту. — Еда была вкусной.

Иван, который уже помыл тарелку, с интересом посмотрел на Оливию. Та поблагодарила кого-то… И уж явно не его. Не этих же садистов, что сидят там и наблюдают за их муками?

— Вот моя мама готовит — это супер! Ты бы пробовала её блинчики! — сказал Иван. — А то, что нам дали — подделка! Набрали в ресторане дешёвой еды и кормят нас! Смех…

На самом деле парень приврал. Кушанья понравились, а желудок утробно мурлыкал. Но зачем лишний раз говорить благодарности людям, которые их похитили? Это уже слишком!

— Пойду, помою тарелку, — сказала девушка, задрожав тарелкой в руке.

— Давай, — кивнул Ваня, осматривая столик. — Хм, прикольно…

Это был обычный круглый столик из дерева, стоявший на железных ножках. Белая скатерть без всякой маркировки, да и на самом столике никаких знаков нет. Ничего удивительного — стали бы похитители так легко выдавать себя.

Оливия вышла из туалета и тоже подошла к столику.

— Что ищешь? — спросила она.

— Слушай, — сказал Ваня. — А давай-ка поучимся друг у друга языкам. А то ещё несколько дней с твоим английским я не выдержу… К примеру!

Парень указал на стол рукой и похлопал по дереву.

— СТОЛ, — громко и внятно произнёс парень. — Это — Стол!

— Чего ты от меня хочешь? — непонимающе осведомилась девушка. — Да, необычно, что стол появился из ниоткуда! Но главное ведь, что мы поели!

Иван почесал в затылке. Вытащил из кармана платок и повертел перед носом Оливии.

— ПЛАТОК! — таким же тоном сказал парень. — По-русски… эм, как это у вас звучит… Раша платок!

Девушка покосилась на Ваню как на идиота. Затем неожиданно на лице проступило прояснение. Она начала понимать, к чему весь спектакль.

— Стол! — сказала Оливия, указывая пальцем на столик. — Повтори за мной — стол!

— Тэйбл, — выговорил Ваня. — Стол!

— Ссстол, — прошипела девушка.

— Нет, не так! Просто — Стол!

— Стойл.

— Да, блин! Ты, что издеваешься что ли? Стол!

— Стойл… Нет! Стол!

— Слава богу!

Иван с улыбкой повторил английское слово и заслужил утвердительный кивок Оливии. Что ж, начало положено. С грехом пополам. И чего ей так даётся русский язык? Тут коверкать словами не надо. Шипеть и прилаживать язык к нёбу…

— Всё, я устала! — бросила девушка и отошла к матрасу. — Боже мой, да неужели нельзя было уже дать нам нормальную постель? Что это за прибежище бродяг с большой дороги?

— Жалуется, наверное, — сказал Ваня. — Не нравится наш язык великий и могучий… Знала бы ты, как мы материться умеем ещё, вообще бы уши в трубочку свернулись!

— Эй, вы слушайте! — крикнула Оливия. — Где кровати? Что это ещё такое?! Раз уж приволокли нас сюда, дайте диван на худой конец!

— Оливия, перестань! — сказал парень. — Хватит уже их дразнить! Мы же не знаем даже, с кем имеем дело!

— Эй, вы! Слышите меня?! — продолжала бесноваться девушка. — Ау!

Раздался громкий писк. Оливия замолчала и опустила в карман руку. Достала мобильник и с раскрытым ртом уставилась в экран.

— Что такое? — обеспокоенно спросил Иван, подходя к ней.

На экране телефона зажглось сообщение. Девушка не решалась его открыть, рука дрожала и с трудом удерживала мобильник. Ваня понимал причину — как чёрт возьми могло прийти смс в недоступной для сети зоне?

— Открывай, — сказал он. — Не тяни резину!

Оливия прикусила губу. И нажала на экран.

Текст сообщения был короток и, что самое главное понятен им обоим. Во всяком случае, девушка вскрикнула. А Ваня молча сжал кулаки, перечитывая строки:

«Заткнись, дура! Не то убьём!»

6


В наступившей тишине, Оливия слышала лишь своё дыхание. Ей стало до того неприятно, что недавний ужин стал проситься наружу. Тошнота подступила к горлу, а руки выронили телефон.

Иван оказался проворным — поймал мобильник в воздухе и прижал к груди. Затем снова уставился в экран.

— Отправитель неизвестен, — сказал он. — Забавно. «Смс-ки» теперь можно отправлять напрямую на телефон! А зачем вообще подключение к сети? Это ж прошлый век…

Девушка глубоко вдохнула несколько раз. Мать работала психологом и часто говорила дочери о том, как бороться с признаками страха или стресса. Сейчас Оливии следовало прилечь на постель, закрыть глаза и представить что-нибудь приятное…

— Думаю, что они там не блефуют, — продолжал Ваня. — Этим маньякам интересно наблюдать за нами и нашим поведением. Изучают как будто… Но зачем? Неужели это такое удовольствие?

— Отдай, — резко выговорила Оливия и отобрала у парня телефон. — Может, удастся с ними поговорить напрямую!

Девушка быстро стала набирать текст на экране. Ваня заглянул за плечо Оливии. На английском пишет! Странно, а ведь сообщение они поняли оба!

— Ладно, попробуем, — прошептала Оливия и почувствовала новый приступ тошноты. — Надеюсь, что меня не убьют за это!

Иван открыл было рот, чтобы предостеречь девушку, но тут же осёкся. Английские буквы на экране расплылись. И вместо них появилась вполне понятная надпись:

«Я поняла. Кто вы и зачем нас похитили?»

Девушка нажала «отправить ответ».

И они стали ждать.

Спустя пару минут телефон издал ещё один писк.

Оливия нажала на «открыть сообщение», готовясь к тому, чтобы снова закричать. Мама говорила, что хорошие выкрики помогают справиться не только со страхом и шоком, но даже с депрессией. Раньше, Лив не верила в это, считала чепухой, которой мама кормила богатых клиентов-неврастеников.

«Ложитесь спать!»

— И всё? — сказал Иван. — Что ж, а они заботливые! Покормили, в туалет сводили, спать уложили…

— Бред, — буркнула девушка. — Они что издеваются над нами? Какой сейчас вообще может быть сон! Да после всего, что случилось, я глаз не сомкну!

— Я бы всё-таки не стал с ними спорить, дорогуша, — проговорил Иван. — Они знают, что делают! Ещё чего доброго снова вырубят нас той хренью… Я с трудом очухался сегодня!

— Да не собираюсь я спать! — не обращая внимания на русский говор парня, сказала Оливия. — Пошли они…

Торшер над головой погас. Вся комната погрузилась в кромешную тьму. Лишь свет от экрана мобильника освящал руки девушки. Лив вздрогнула и отошла на шаг. И упёрлась в грудь Ивана, который тут же схватил её за талию.

— Ай! — выкрикнула она и что есть сил ударила парня локтем в живот. — Отпусти!

— Да ты что бьёшься! — крикнул Иван, разозлённый донельзя. — Больно же блин!

— Прости, — выдохнула Оливия, разворачивая свет от телефона на парня. — Я испугалась! Я вообще не люблю темноту! С детства пугаюсь…

Ваня держался за живот и обиженно уставился на девушку. Лица не видно в тусклом свете, но Лив могла живо представить выражение обиды. Бедный парень…

— Ладно, проехали, — буркнул Иван. — Давай ложиться что ли! Я не боюсь этих упырей, но всё равно лучше предостеречься. Кроме того — смысл нам с тобой тут стоять в темноте.

— Думаю, что ты говоришь мне, какая я дурочка, — сказала Лив. — Честно я не трусиха! Я же несколько лет была чарлидером в группе поддержки «Оранжевых Пчёл». Ну, это наша футбольная команда школьная! Ай, ладно, всё равно не поймёшь… Давай, я посвечу нам.

Девушка как можно ниже опустила телефон, пытаясь найти там пол. И повела тусклым фонариком вперёд, пытаясь отыскать матрасы.

— Вижу! — сказал Ваня. — Вот вроде это мой… Твой, значит немного левее! Да, ближе к стенке!

Оливия опустилась на матрас и привалилась спиной к стене. Вся спина теперь в белом… Да и плевать уже.

— Можем просто полежать и поговорить, — предложил Ваня. — Чтобы тебе не было страшно!

— Я не знаю, — ответила девушка. — За что меня так? Я ведь была отличной ученицей в школе, первой среди чарлидеров, у меня были такие перспективы на будущее! Я ничего и никому не сделала плохого! Почему Я?

— Интересно, как там мама, — проговорил Ваня, ложась на спину и наблюдая за тусклым отблеском от телефона на потолке. — Она же с ума сойдёт от беспокойства! Я ведь пропал из квартиры!

— Это какое-то безумие! — сказала Оливия. — Кто нас похитил? И как они делают то, что делают?

— Думаю, что тебе следует отключить телефон, — сказал Ваня. — Он же разрядится! Неизвестно, когда он ещё нам может понадобиться…

— Осталось половина батареи, — глядя на экран, произнесла Оливия. — Отключаю. Господи, только не это темнота! Иван, говори со мной только! Прошу тебя!

Свет погас и комната погрузилась в темноту. Ваня прикрыл глаза на миг. И когда открыл не увидел ничего. Будто ослеп. Глаза должны привыкнуть к темноте. Но, ведь здесь больше нет никаких источников света! Что он ещё сможет здесь увидеть?

— Похоже на какой-то кошмарный сон, — прошептал парень. — В детстве мне часто снилось, как я иду купаться на речку. А я ведь вообще не умею плавать… и боюсь воды. Я заплываю на середину реки и вдруг ощущаю, как какая-то неодолимая сила хватает меня за ноги и тянет на дно. В глубокую водную бездну, где нет воздуха. И вся моя жизнь там уже ничего не будет стоить… Я просыпался с криком. Теперь правда всё изменилось. Я стал старше, но всё равно держусь от воды подальше.

— Ты шепчешь, а я слышу каждое твоё слово, — проговорила Оливия. — Будто говоришь мне в самое ухо. Удивительная звукоизоляция в этой комнате. Как же здесь темно! Я держу руку возле головы и не вижу её!

— А на дороге — мёртвые с косами стоят! — страшным голосом произнёс Ваня. — И — Тишина!

— Перестань! Чтобы та там не говорил, но от твоего тона у меня мурашки по коже! — сказала Лив, сворачиваясь клубочком возле стенки. — Как будто стало холоднее. А они ведь наблюдают за нами и всё слушают!

— Не волнуйся там, — сказал Иван. — Завтра проснёмся в своих постелях. И будем смеяться… Ведь это всего лишь безумный сон. Меньше потом будем смотреть ужастиков по телеку.

— Если бы только это всё мне снилось, — сказала Оливия. — Но как же теперь заснуть? Так темно, господи…

— Давай-ка, послушаем музыку, — предложил Ваня, доставая телефон. — У меня зарядка полная, а песни короткие. И жизненные. Успокаивает. Иногда. Русскую музыку никогда не слушала? Как там оно говорится — рашн мюзик!

— Давай, — прошептала Оливия, которой больше всего хотелось хоть что-то слышать и чувствовать.

Экран телефона зажегся настолько ярко, что Ваня закрыл глаза. Вот, что значит — кромешная тьма. С трудом парню удалось различить изображение на экране, и он быстро нашёл подходящую песню на карте памяти.

— «Наутилус» классная группа, — произнёс он. — У Бутусова приятный такой голос, тебе понравится. Хоть ты и не поймёшь там ничего. Но, ведь музыку главное чувствовать сердцем. Или вроде того.

Музыка заиграла настолько громко в пустой комнате, что казалось, отскакивает эхом от стен. Ваня немного снизил громкость и вскоре экран погас.

В наступившей тьме слышался монотонный голос. И песня как никогда подходила к ситуации:


Я просыпаюсь в холодном поту

Я просыпаюсь в кошмарном бреду

Как будто дом наш залило водой

И что в живых остались только мы с тобой

И что над нами — километры воды

И что над нами бьют хвостами киты

И кислорода не хватит на двоих

Я лежу в темноте.


Оливия лежала с закрытыми глазами и представила океан. Непонятно почему к ней пришли такие мысли. Может, всё дело в песне, которая напомнила калифорнийские пляжи. И волнистую поверхность океана, настолько голубую и бесконечную.


Слушая наше дыхание

Я слушаю наше дыхание

Я раньше и не думал, что у нас

На двоих с тобой одно лишь дыхание.


Действительно, в кромешной тьме Ваня слышал лишь своё дыхание. И ровные вдохи прекрасной груди девушки. Парень живо представил себе, как где-то там вверху огромные киты бьют хвостами по волнам. И впервые ему не было страшно от этого.


Я пытаюсь разучиться дышать

Чтоб тебе хоть на минуту отдать

Того газа, что не умели ценить

Но ты спишь и не знаешь

Что над нами — километры воды

Что над нами бьют хвостами киты

И кислорода не хватит на двоих

Я лежу в темноте.


Песня закончилась и парень выключил телефон. Оливия рядом издала едва слышный стон, который тут же сменился ровным дыханием. Похоже, что она заснула.

— Спокойной ночи, — прошептал Иван.

Музыка всё ещё играла в голове, когда он провалился в сон. А киты продолжали бороздить просторы бесконечного океана над их головами…

7


Иван проснулся резко, словно облили холодной водой. Открыл глаза и откинул с себя одеяло. Неужели, опоздал на работу? Почему не прозвенел проклятый будильник!

Раздался звонкий смех. Парень повернул голову в сторону и увидел Оливию, застилавшую постель. Он всё вспомнил и чуть не выругался.

— Это ещё, что за…

Ваня выскользнул из-под одеяла и присел на край кровати. Вчерашние матрасы исчезли. И как не заметил подмену в комнате? Его, что подняли в воздух и беззвучно опустили на кровать?

— Как они это провернули? — тупо спросил парень, глядя в пол.

— Я была удивлена не меньше твоего, — сказала Оливия. — И кровати — это ещё не всё! Оглянись вокруг!

Девушка раскинула руки в стороны.

Ваня поднялся на ноги и осмотрел комнату.

Да. Что-то изменилось. И совсем немало.

Комната расширилась. Это видно по двум вещам: кровати стояли в разных углах и между ними большой проход, а в том месте, где раньше виднелась дверь в туалет, теперь был коридор. Стены выкрашены приятной зелёной краской, а вместо дощатого пола ровно положен паркет. Вместо торшера теперь висела огромная люстра, состоящая из сотен разноцветных стёклышек.

— Всё течёт, всё изменяется, — буркнул парень. — Ты уже ходила туда?

Девушка оглянулась на проход в стене и кивнула. Затем поманила рукой Ивана за собой.

Вдвоём они вышли из комнаты и вошли в короткий и узкий коридор. По бокам виднелись две двери, каждая с круглой ручкой. Коридор кончался тупиком, всё той же зелёной стенкой.

— Ты смотри, — сказал Иван. — Расширили нашу комнату, сделали ремонт, притащили кровати. И всё за одну ночь. Прямо волшебники.

— Здесь туалет, — сказала Оливия, открывая левую дверь. — Прикинь, даже туалетная бумага появилась.

Ваня мрачно посмотрел на узкую комнатку, где помещался лишь большой унитаз. А также на крючочке висел рулон бумаги.

— Заботливые, — фыркнул парень. — А в другой комнате — ванная?

— Наверное, ты уже понял, что там у нас джакузи, — сказала Оливия, открывая другую дверь. — Ну, не совсем конечно. Но поваляться в ванной можно. А душ я уже проверила. Пока ты там дрыхнул.

Ваня вошёл в комнату и усмехнулся. Круглая ванная занимала почти половину помещения. Рядом раковина, такая же, что висела вчера. Только что теперь на ней лежала пара разноцветных кусков мыла, две зубные щётки и тюбик с пастой. Полотенца возле раковины аккуратно повешены на крючки. Стены, выложенные белой плиткой, приятно гармонировали с ванной.

— Круто, — сказал Ваня. — Поаплодировал бы им! Только вот тошнит с утра. Слишком всё это смешно выглядит.

— Завтрака пока не нашла, — сказала девушка. — Но думаю, что голодать не будем… В смысле, пойду пока в комнату, может, что там и появилось.

Оливия вышла из комнаты, оставив Ваню в гордом одиночестве.

— Лучше бы переводчик прислали, — сказал парень, поворачивая вентиль крана. — Да даже словарь сгодился бы…

Умывшись горячей водой и почистив зубы, Ваня сгонял в туалет. Затем состроив серьёзное лицо, вышел в комнату. Пусть видит, что он мужик, готовый на всё…

Оливия сидела на стульчике возле стола и что-то ела. Похоже, за минуту, что они отсутствовали, в комнате произошли очередные изменения. Да как они это делают?!

— Что у нас на завтрак, дорогая? — спросил Ваня, присаживаясь на пластмассовый стул возле девушки. — Блинчики приготовила?

Оливия пожала плечами и опустила в рот очередную порцию жареной яичницы на вилке. Выглядела она выспавшейся и бодрой. Даже мешки под глазами не видны.

— Не густо, — проворчал Иван, ковыряясь в тарелке. — Два яйца с ветчиной. Завтрак для чемпионов, блин…

— У меня обычно на завтрак мама готовит омлет и поджаривает два куска хлеба с беконом, — пробормотала девушка. — Так что для меня это почти привычно… А у вас там, в России, наверное, едят картошку с этим… ну, как его там. Читала в журнале одном. «Саала».

— Чего? — Ваня чуть не поперхнулся ветчиной. — Сало может?

— Да, сало! — повторила Оливия. — Какой же у вас странный язык. Хорошо хоть, ты не китаец.

— Много вы америкосы, знаете, — буркнул Ваня. — Сало вообще-то хохлы едят, а не мы! Украина, знаешь?

— Укра? Ина? — Оливия смешно захлопала ресницами. — Это вы едите? И что это вообще такое? Типа вашего «сало»?

— Да, что ты привязалась со своим салом! — раздражённо буркнул парень. — Пей лучше чай… А это точно, чай?

Оливия осторожно хлебнула из пластмассовой чашки. Прополоскала во рту и проглотила.

— Терпеть не могу фруктовый чай, — сказала она. — Особенно, малиновый! Но, выбирать не из чего… Не хлебать же воду с под крана!

— Нет, надо учиться словам, — покачал головой Иван. — Так, давай!

Он поднял чашку на уровень глаз и громко произнёс:

— Чашка!

Девушка отпила ещё глоток. И выговорила:

— Ча-а-ашка!

— Да не тяни ты гласные, — сказал парень. — Просто — чашка!

— Чашка, — протянула девушка. — Какая жуть! Ну у вас и словечки… Ладно, слушай! По-английски чай будет — «ти-и».

— Не понимаю о чём ты вообще, — выпивая чай несколькими глотками, сказал Иван. — Малиновый. Варенье бы лучше…

— «Тии»! «Тии»! — продолжала Оливия.

— «Тити»? — осторожно произнёс Ваня. — Что ещё за «тити»?

Оливия расширила глаза и вздула щёки. Затем поднялась из-за стола вместе с посудой и вышла из комнаты.

— Юмористка нашлась, — фыркнул парень. — Я её языку родному учу. А она мне про «тити»!..

Ваня с трудом подавил подступивший к горлу смешок. Наверное, она имела в виду совсем другое. Нет, нужен переводчик! Неужели так сложно кинуть книжку?

— Садисты, — буркнул он, вставая из-за столика. — Ну, попадитесь мне!

Раздался очередной писк. Иван вздрогнул и осмотрел кровать девушки в поисках телефона. Ничего…

Он откинул одеяло и нашёл мобильник под подушкой. Открыл сообщение и прочёл всего два слова:

«Не жалуйся».

— Очень смешно! — громко выкрикнул Ваня. — Эй, клоуны, вы думаете, я вас боюсь?

Ответом послужила тишина. Да негромкое шарканье Оливии, появившейся из коридора.

— Ты чего орёшь? — спросила она.

Парень пожал плечами. Взглянул на девушку и ахнул — она сменила одежду. Теперь на ней короткая джинсовая юбка в обливку, а также синий джемпер с короткими рукавами. На ногах тапочки. Ей богу! Советские махровые тапки!

— Эй! Ты где это достала? — окликнул Иван. — Неужто гардероб появился?

— Не поверишь, но как будто из воздуха возник, — отвечала Лив. — Я только вышла из ванной, а он стоит стенку подпирает. Открываю — а там чистый секонд-хенд! Никогда в жизни бы такое не надела! Аж тошно… Только не смейся!

— Я уловил только про комиссионку, — брякнул парень. — Ладно, пойду гляну, может мне тапки найдутся.

Иван переглянулся с девушкой. Та улыбнулась в ответ и отвела глаза. Явно между ними уже успела проскочить какая-та искра. Или просто показалось?

Парень прошёл по коридору и остановился возле огромного шкафа-купе. Видно, что из дорогого сорта дерева. Ничего себе! Не поскупились, извращенцы.

— Игры у вас дурацкие, — сказал Иван и открыл дверцы. — Вау! Даже так…

Парень открыл раздвижные двери и оценил множество полочек внутри. Половину шкафа занимала женская одежда, причём на самой верхней заметны всевозможные лифчики. Ваня присвистнул и наскоро запер женскую половину. Зато в мужской нашлось всё, что душе угодно. Тут тебе и шорты, и брюки, летние штаны из хлопка, джинсы… Ваня с удовольствием взял с полки гавайскую рубашку с изображением пальм. Глядишь, Оливия заценит юмор…

Тапочки тоже нашлись. Внизу вместе с ботинками, сандалиями и кедами. Двух расцветок — синие и белые.

— Нет уж, спасибо! Белые тапочки мне ещё рановато! — ухмыльнулся парень, скидывая ботинки. — Так, а носки где?

Искомое нашлось в скрытой секции. Проклятый шкаф таил в себе секретов ещё больше, чем таинственные похитители.

Спустя несколько минут он вышел в комнату. Сейчас американка оборжётся…

Но никого там не оказалось. Лишь две одинокие кровати и столик со стульями. Оливия исчезла!

8


Лив очнулась от яркого света, бившего прямо в лицо. Она вскрикнула и закрыла глаза руками. Девушка не успела ничего понять, как что-то невиданное подняло её в воздух. И безвольное тело рвануло куда-то вперёд.

— Что происходит? — спросила Оливия, стараясь унять дрожь в голосе. — Где я? Что вы со мной сделали…

— Всё в порядке, мисс Смит, — произнёс мягкий и вкрадчивый голос. — Вы в безопасности.

Свет погас. Лив разжала пальцы на лице и взглянула сквозь них. Зрение с трудом разобрало фигуру человека, сидящего по другую сторону стола.

— Вы только что прошли сеанс регрессивного гипноза, — продолжал вещать голос. — Ощущения тяжести в голове и разбитые чувства — это нормально. Мы добрались до ваших скрытых воспоминаний.

— Да что вы такое несёте! — буркнула девушка, протирая глаза. — Где Ваня? Что вы с ним сделали?!

— Это я хотел спросить у вас, где он и что вы сделали с его телом! — холодно протянул незнакомец, лица которого девушка не могла разобрать из-за лампы, висящей над столом.

Оливия поёжилась. Что-то здесь не так. Она попыталась встать, но не смогла даже двинуться. Кто-то привязал ноги к стулу!

— Это вы нас похитили, да? — с лёгкой истерикой спросила девушка.

— Никто вас не похищал, мисс Смит, — сказал незнакомец. — Вы выдумали всю эту историю с комнатой и русским юношей, чтобы загладить ваше чувство вины!

— Какое ещё к чертям чувство вины! — со злостью вскрикнула Лив. — О чём вы вообще?

— Меня зовут доктор Чарльз Мэтьюс, — протянул мужчина. — Я психиатр городской клиники. Думаю, что вы о ней слышали.

— Да, лучшая в Калифорнии, — кивнула Оливия, у которой были мурашки от слов Мэтьюса. — Там когда-то работала моя мама.

— Именно по её просьбе вас и направили сюда, — отозвался доктор. — Полиция хотела отправить вас в Лос-Анджелес на экспертизу. Если бы не влияние вашего отца вы бы счас пускали слюни в комнате с мягкими стенами.

Оливию стал нагнетать страх. Она полжизни наслушалась жутких рассказов матери о психически ненормальных людях. О том, как люди сходили с ума после того, как забивали насмерть своих родных и любимых. И что-то ей подсказывало, что доктор Мэтьюс говорит именно об этом.

— Это всё чушь! — не сдавалась девушка. — Моя мама никогда бы так со мной не поступила! Она меня любит!

— Если бы она вас ненавидела, мисс Смит — мы бы с вами не разговаривали, — сказал доктор и положил руки на стол. — Вы больше месяца не могли отойти от шока. Наши врачи безуспешно пытались разговаривать вас. Помните, как мы пытались подсоединить вам капельницу? Ведь вы отказывались, не только есть, но и пить!

Оливии стало дурно. К горлу подкатывала тошнота, хотелось выбраться из этой комнаты на воздух.

— Пришлось связать вас и бросить в постель, — продолжал Мэтьюс. — А как поранили двух санитаров, тоже не помните?

— Это всё подстроено, — прошептала девушка. — Это вы нас похитили! Хотите довести нас до сумасшествия своими экспериментами? Да вы маньяк!

— Отрицание — самая лучшая защита в вашем случае, — проговорил доктор. — Только вы не сможете придумывать ситуации и жить в виртуальном мире вечно! Рано или поздно это закончится и вы всё вспомните. И упаси господь, если вы не будете готовы к правде. Она может убить вас.

— Да что это ещё за правда, вы можете мне сказать или нет?! — Голос Лив сорвался на крик. — Вы привязали меня к стулу, не даёте и лица вашего увидеть и говорите, что я чокнутая!..

— Это не совсем так, — загадочно протянул Мэтьюс. — С вашим сознанием всё в порядке. Но часть вашего разума ушла в себя после инцидента. Она скрыта там — в глубине души. Наша задача сейчас найти эту часть, вывести на свет и не дать ей контроля над вами.

— Света как раз здесь достаточно! — фыркнула девушка. — Может, выключите вашу лампу? Или будете меня пытать?

— Мы же не варвары! — с наигранной обидой сказал доктор. — В нашей клинике даже лоботомию не проводят. А вы говорите — пытки!

Что-то внутри подсказывало девушке, что этот тип лжёт. Причём как будто специально даже не старается…

— И что, по-вашему, я такого сотворила? Сбила кошку на машине? — съязвила Оливия.

— Юмор здесь не уместен, моя дорогая, — ледяным тоном отвечал доктор. — И я не могу так запросто вам всё сказать. Это может вызвать новый приступ. И уже не шока, а неконтролируемой агрессии.

— А я хочу рискнуть! — усмехнулась Лив. — Кроме того, я же связана! Чем вы рискуете?

Мэтьюс глухо расхохотался. Девушка вздрогнула и прижалась к спинке стула. Внезапно её охватила паника, совладать с которой было почти невозможно. Этот человек пугал до чёртиков! Никакой он не психиатр…

— Как пожелаете, мисс Джонс! — Голос Мэтьюса изменился, стал грубым и ледяным. — Сорок дней назад вы убили своего парня Криса Диксона. И не просто убили. Видит бог, вы настоящая извращенка! В припадке ярости нанесли ему полсотни ножевых ранений. Нам пришлось опознавать его личность по отпечаткам пальцев, так было изуродовано лицо…

— НЕТ!!!

Оливия чуть не вскочила вместе со стулом. Верёвки держали крепко.

— Вот видите! Я же говорил, что так и будет, — усмехнулся доктор. — Не волнуйтесь. Сейчас мы сделаем вам небольшой укол успокоительного! Это не больно…

— Вы всё врёте! Я такого не делала! — Лив попыталась схватить руку Мэтьюса, лежавшую на столе. Но тот тут же одёрнул её. — Верните меня домой!

— Вы уже дома! — рассмеялся Мэтьюс. — Санитары!

Кто-то схватил девушку за голову и наклонил шею. Она не успела даже двинуться, как чьи-то сильные, но грубые пальцы вкололи иглу в вену. Оливия покачнулась, перед глазами стало всё расплываться.

— Сволочи! — прошептала девушка и отключилась.

9


Иван легонько похлопал девушку по щекам. Та поморщилась и открыла глаза.

— Ты в порядке? — спросил парень.

— Да, просто в голове гудит, — ответила Оливия.

— Что? — Ваня расширил глаза. — Ты меня понимаешь? Повтори, что ты сейчас сказала!

Девушка осмотрелась по сторонам. Она лежала на кровати всё в той же проклятой комнате — разве что на стены теперь обклеены обоями. Оливия поднялась и спустила ноги на пол. И тут же покачнулась. Иван поспешил удержать её за плечи.

— Отпусти меня! — вскрикнула Лив. — Отпусти!

Парень опешил и ослабил хватку. Оливия встала и сделала несколько нетвёрдых шагов по комнате. Голова кружилась, а в горле стоял комок.

— Да что с тобой случилось? Где ты была? — спросил Ваня. — Я думал, что тебя забрали навсегда!

Оливия хотела что-то сказать, но зажала рот ладонью. Лицо позеленело и она упала на колени. И её вырвало прямо на новый ковёр, появившейся недавно.

— Да боже, Оливия, что с тобой! — Ваня подскочил к девушке и опустил руку на её спину. — Тебе совсем плохо?

Девушка издала едва слышный стон.

— Уже получше, — ответила она. — Только колотит…

— Давай руку, — сказал парень. — Не будешь же ты теперь там вечно сидеть.

Лив повернула голову. Кожа на лице приобрело оливковый оттенок, а в глазах читался непомерный страх. Она секунду смотрела на протянутую ладонь и схватилась за неё.

— Прости за всё это, — сказала она. — У меня такое впервые. В смысле, раньше бывало, что я напивалась до такой степени… Но никто меня не видел в таком состоянии, кроме подруги.

— Американцы, — протянул Иван, отпуская тёплую ладонь девушки. — А теперь рассказывай, что случилось. Тебя четыре часа не было! А потом внезапно ты появилась на кровати, что тот ковёр…

— Четыре часа? О, боже! — Оливия отступила на шаг. — Этого не может быть… И почему мы теперь понимаем друг друга?

— Я удивлён не меньше вашего, мисс, — попытался перевести разговор в шутку Ваня. — Зато я счастлив, что ты вернулась. Я уже думал, что они тебя…

— Только не называй меня «мисс»! — оборвала Лив. — Меня и так колотит…

— Так может, расскажешь всё? — спросил парень, присаживаясь на край кровати. — Я же волнуюсь за тебя!

— Да неужели? — фыркнула Оливия. — Ты меня знаешь всего второй день… Постой! А почему я должна вообще тебе верить? Может, это он тебя подослал? Этот маньяк!

— Какой маньяк? О чём ты? — Ваня покачал головой. — Лив, мы с тобой здесь в одной лодке! Клянусь, что я ни при чём!

— Или ты просто плод моего воображения, — продолжала иронизировать девушка. — И всё это сон. На самом деле я лежу сейчас связанной в психушке…

— Да что эти уроды с тобой там делали? — Иван резко подошёл к девушке. — Лив…

— Не подходи! — Девушка отскочила к стенке и задрожала всем телом. — Ты заодно с ним? Скажи!

— Да с кем с «ним»?! — воскликнул парень. — Оливия, это Я! Иван Крылов, которого заперли вместе с тобой! Помнишь, как мы лежали в темноте и слушали музыку с моего телефона?

Оливия закрыло лицо руками. До Вани донеслись громкие всхлипы. Девушка плакала и вся тряслась.

— Успокойся, — сказал парень. — Всё хорошо! Я же здесь…

— Я не знаю этого! — крикнула Лив, показывая залитое слезами лицо. — Я не знаю, где здесь реальность, а где выдумка! Понимаешь — не знаю!..

Иван так и застыл в метре от Оливии. Он ничего не мог понять и был в шоке. Даже, когда впервые они встретились здесь, у девушки не было такой паники, как сейчас. Чтобы не случилось, похитители её сильно задели.

— Так, красотка, возьми себя в руки! — буркнул он. — Ты дома и никто тебя больше не тронет! Я обещаю!

Оливия посмотрела на Ваню и прикусила губу. И неожиданно поддалась вперёд, крепок обняв.

— Только, не оставляй меня, пожалуйста! — прошептала она ему в ухо. — Прошу тебя!

— Да никуда я не денусь, — сказал Иван, поглаживая девушку по спине. — Всё будет хорошо, Оливия! Я с тобой!

— Спасибо тебе, — произнесла девушка. — Ты не представляешь, что со мной там было!

— Расскажи, — сказал парень. — Только перестань так ко мне прижиматься…

— А что? — усмехнулась девушка. — Возбудился?

— Вот старая Оливия вернулась, — сказал Иван. — Да у меня уже рёбра трещат!

Лив хмыкнула и выпустила парня из объятий. Похоже, ответ Вани ей не слишком понравился.

— Ладно, мне надо сходить в ванную, — сказала она. — Умыться и всё такое…

— Да, а то изо рта у тебя ещё тот запашок! — поддакнул Иван.

— Вы все русские такие грубияны? — фыркнула девушка.

— Нет, только когда нам скучно, — улыбнулся парень. — Да, извини. Я просто хотел сгладить паршивость ситуации…

— И это тебе удалось! — кивнула Лив. — Ты не проводишь меня? Я всё ещё боюсь оставаться одной…

— Конечно! Могла бы и не спрашивать! — Ваня проследовал вслед за девушкой по коридору. — Кстати, прикинь — наши с тобой телефоны теперь заряжаются!

— В смысле? — не поняла девушка. — Ты о чём вообще?

— Ну помнишь они разряжались, а зарядного устройства у нас не было, — сказал парень. — Так вот, мой уже был на грани выключения, как неожиданно зажегся светом и зарядился за пару секунд.

— Всё лучше и лучше с каждым часом, — пролепетала Лив и скрылась за дверью ванной комнаты.

— А вообще, мне даже страшно подумать, что будет завтра! — крикнул Ваня. — Может, у нас уже будет трёхкомнатная квартира со всеми удобствами!

— Скорее сразу пентхаус, — ответил голос Оливии за дверью, который погас на фоне шума льющийся воды.

Девушка вышла через пять минут. Мокрая, с растрёпанными волосами, но улыбающаяся. Водные процедуры пошли ей только к лицу.

— Хотела помыть волосы, но раздумала, — сказала она. — Мне так много надо тебе рассказать! Только ковёр давай прочистим. А то совсем нескладно получилось.

— Да брось! С кем не бывает! — пожал плечами Ваня. — Пойдём, всё расскажешь…

Они вышли в комнату и застыли в дверях. Ковёр исчез, а его место занял чистый блестящий паркет.

— Пора бы нам уже перестать здесь, чему-нибудь удивляться, — сказал парень и присвистнул. — Хотя бы заботятся о нашей санитарии! Какие молодцы…

— Если бы, — вздохнула Лив и присела на свою кровать. — Боюсь, что всё намного хуже. Мы для них хуже, чем лабораторные крысы. И ты сейчас во всём убедишься.

Парень присел и вопросительно уставился на девушку.

Безусловно, в ней что-то есть. Она гораздо смелей, чем сама о себе думает.

— Я очнулась от яркого света, бившего в лицо, — начала девушка и не останавливалась, пока всё не рассказала.

10


Ночь прошла спокойно. Иван даже не заметил, как заснул, хотя обещал Оливии сторожить её покой. С другой стороны всё равно не смог бы помешать. Если бы они хотели забрать девушку, то сделали бы это.

Парень проснулся от громкого писка. Он открыл глаза и достал из-под подушки телефон. Будильник сработал и то хорошо.

Ваня обернулся, и хотел крикнуть Оливии, чтобы она просыпалась, но опешил. Кровать оказалась пустой и не застеленной. Девушки нигде нет.

— Лив! — крикнул он, падая с кровати на пол. — Блин, только не это!

Руки ощутили мягкий ворс ковра. На этот раз другой расцветки.

— Оливия! — закричал Иван, открывая дверь в коридор. — Ты тут?

Ответом послужила тишина. Юноша слышал лишь громкий стук в груди. Как же так! Идиот! Не надо было дрыхнуть!

Ваня схватился рукой за голову и взъерошил волосы. Только не паниковать!

— Ты меня звал? — раздался мягкий женский голос за спиной. — Я просто была в ванной…

Иван резко обернулся. Оливия стояла в дверях, ведущих в коридор. В одном хлопковом халате и с полотенцем на голове.

— Ты меня напугала! — сказал парень. — Я проснулся, а тебя рядом нет… Я подумал, что тебя снова забрали!

— То-то я смотрю, вы такой бледный, мистер! — усмехнулась девушка. — А обещали всю ночь сторожить мой покой!

— Что? — не понял Ваня. — Ой, да перестань шутить! Я действительно переживал!

— В таком случае, — протянула Лив и неожиданно поцеловала парня в щёку. — Я рада. Иди, умойся.

Ваня кивнул и вышел в коридор. Некоторое время в ступоре простоял возле дверей в ванную. Быть может это сон? Ведь по правилам любого хорошего детектива, Оливия бы оказалась коварной женщиной, подстроившей похищение парня. Нет, нельзя так просто влюбляться!

Восторженный крик оторвал Ивана от мыслительного процесса. Он ринулся назад в комнату, чуть не столкнувшись с девушкой в дверях.

— Что такое? — спросил он, хватаясь за её талию.

— У нас кухня появилась! — радостно отвечала Лив. — Сможем приготовить что-нибудь сами!

— Тьфу ты! — Ваня выпустил девушку. — А я уж подумал… Ты прекратишь меня пугать, сегодня?

— Я только начала! — приторным голоском сказала Оливия. — Пойдём, сам увидишь!

Дверь на кухню появилась прямо за кроватью Ивана. Белая, лакированная с золотистой круглой ручкой. То ли у похитителей дрянной вкус, то ли они просто издевались. Но премию архитектора года никто из них бы точно не получил…

Они зашли в просторную, и светлую комнату. Глаза юноши оглядели стены, выложенные кафельной плиткой, а также ламинатный пол. Круглый деревянный стол стоял возле левой стены, кто-то услужливо постелил там скатерть и положил вазочку с искусственными цветами. А возле другой стены расположился высокий холодильник, соседствовавший с газовой плитой. Несколько тумбочек висели над плитой, наверное с посудой.

Но внимание Ивана приковали не эти вещи. А окно, из которого сочился солнечный свет.

Он быстро пересёк комнату и заглянул через стекло.

Взгляду открылась удивительная картина. Чистое голубое небо над верхушками деревьев. Они располагались совсем близко от окна сплошной стенкой. То ли лес, то ли парк. Зелёная поляна, заросшая цветами, простиралась до деревьев. Ваня даже заметил порхающих бабочек, витающих над цветами.

— Забавно, — произнёс он и осмотрел окно. — Ручки нет? Ну да это было бы слишком просто…

— Я уже пробовала его открыть, — сказала Лив, снимая с головы полотенце. — Оно как будто запаяно.

— Счас посмотрим, — буркнул Ваня и подошёл к плите. — Лив, отойди-ка подальше…

— Что ты ещё такое задумал? — насторожилась девушка, но всё же сделала пару шагов назад.

Ваня криво улыбнулся. Оливия стала слаживать волосы, стараясь не пропускать ни одного движения юноши.

— Фен нужен, — сказала она. — Раньше думала, что без него и дня не протяну…

Лив не договорила. Парень схватил сковородку с плиты и обрушил на стекло. Раздался громкий протяжный удар, будто ударили по колоколу. Ваня с криком повалился на ламинат, выронив сковороду.

Стекло даже не треснуло.

— Ваня! — Девушка подскочила к парню. — Дурак! Ну зачем ты это сделал?

— Думал, вдруг прокатит, — проговорил Ваня, хватаясь за руку. — А оно как будто каменное…

— Больно? — обеспокоенно спросила Оливия. — Ты же мог и руку сломать!

— Да ни хрена, — фыркнул парень, вставая на ноги. — Максимум бы вывихнул… Но ты подумай, красотка! Всё предусмотрели они…

— Я не думаю, что это вообще окно, — сказала Лив. — Быть может нечто вроде экрана, на котором показывают изображение летнего утра.

— Каменный монитор? — сказал Ваня, присаживаясь на табурет возле стола. — Никогда ещё не видел такой реальной картинки. Как живое всё.

— Для убедительности поставили, — кивнула девушка. — Знаешь, технологии не стоят на месте. Я слышала, что японцы придумали нечто подобное.

— Чушь, — буркнул Иван. — Люди не могли такое придумать. Лет через пятьдесят, возможно…

— Ты считаешь, что это пришельцы? — нахмурилась Оливия.

— А ты что думаешь?

— Не знаю. Возможно. Просто невероятно слишком.

— Ты не веришь в инопланетян?

— Не больше, чем в бога. Нет, ты не подумай! Я не атеистка какая-нибудь. Я даже в церковь по воскресениям с родителями всегда ходила. Просто считаю, что, если бог и есть, то нам от этого мало проку. Хотя, для многих — вера единственное, что ещё осталось в жизни.

Ваня кивнул. Он несколько секунд молча наблюдал за тем, как девушка расчёсывает волосы. И где она только успела достать расчёску?

— Но, знаешь, — произнесла Лив. — Перед тем, как меня похитили, я видела странный объект в небе. Подумала, что самолёт сначала… Но ты же не считаешь, что-то была летающая тарелка?

— Моя дорогая, — прошептал парень. — Я уже ничего не могу сказать с полной уверенностью. В любом случае, будь то пришельцы или правительство — нам это счас не особо поможет.

— Я тоже так думаю, — сказала Оливия. — Потом, может я нанюхалась травки от того торчка… Я тебе вчера рассказывала.

— Американцы, — покачал головой парень. — Но ты мне мало рассказала о своём парне. О Крисе.

— Я не хочу говорить на эту тему, — изменившимся тоном проговорила Лив. — Мне хватило вчерашнего…

— Ты же ещё не считаешь, что это всё твой кошмар? — насторожился Ваня.

— Нет. — Оливия отошла к окну. — Я верю тебе. И верю своим чувствам и интуиции. Что-то здесь не так.

— Ты заметила? — с иронией усмехнулся парень.

— Да и потом, — сказала девушка, обернувшись к Ване. — Я бы просто не смогла столько выдумать. Фантазии бы не хватило…

— Ладно, — сказал Иван и хлопнул ладонью по столу. — Пойду уже умоюсь, наконец! Жаль, что здесь нет моей мамы. Она бы такие блинчики нам сморганила!

— А моя вообще готовить не умеет, — сказала Лив. — Как-то раз решила приготовить индейку на День Благодарения. С тех пор возле плиты стоит только папа!

— Как думаешь, как они сейчас? — спросил Ваня. — Моя мама наверное места себе не находит. Сын пропал прямо из комнаты…

— Думаю, что весь Оранж-Сити теперь на ушах, — протянула Оливия. — Уж папа это устроит! Он же дружит с мэром, а мэр дружит с полицией… Представляю, заголовки в газетах — «Дочь директора окружной больницы сбежала из дома!»

— Он врач?

— Да. Хирург. Почти всё время в больнице проводит.

— А мой отец…

Иван застыл на полуслове. Он не любил вспоминать об этом.

— Я счас что-нибудь приготовлю, — сменила тему Оливия. — В холодильнике есть яйца и свежее молоко. Омлет будешь?

— Конечно, спасибо, — улыбнулся Ваня. — Я в ванную. Если что кричи погромче, а то вдруг ещё не услышу!..

— Очень смешно! — фыркнула Лив. — Иди уже, клоун!

Иван показал девушке большой палец и вышел.

11


Ваня отключил воду и протёр лицо полотенцем. Заглянул в зеркало над раковиной и не узнал себя. Весь зарос щетиной, а под глазами залегли глубокие круги. Не порядок…

Парень собирался уже выходить, как вдруг ощутил порывы ветра над собой. Он с удивлением огляделся по сторонам. Дуло откуда-то со стороны ванной, но как такое возможно? Воздух казался чистым и прохладным, такой какой обычно бывает в парке.

— Бредятина, — буркнул Иван, ощупывая стены. — Ничего здесь нет. Плитка одна…

Порыв ветра усилился. Юноша услышал знакомый запах хвои. Может, идёт из вентиляции?

Ваня вошёл в ванную, привстал на край и осторожно заглянул в вентиляционный проём под потолком. И присвистнул. Из дыры шёл солнечный свет. Похоже, что там выход наружу.

— Ничего себе, — сказал парень, и новый порыв ветра снаружи ударил в лицо. — Надо позвать Лив…

Ваня попытался разглядеть в проёме что-нибудь кроме голубого неба и солнечного света. Зрение тщетно пыталось найти знакомые очертания. Он уже собирался спускаться, как вдруг там появилась чья та голова.

Лицо бледное, осунувшееся со впалыми щёками как у мертвеца. Глаза навыкате, а изо рта торчит синий язык. Голова улыбнулась парню. Иван вскрикнул и свалился вниз.

Он не ударился о край ванной и не потерял сознание. Даже не ощутил никакой боли. Спина опустилась на что-то мягкое, под майкой укололо что-то колючее.

Ваня открыл глаза и увидел над головой верхушки сосен. Они медленно покачивались под гнётом прохладного ветерка. По небу проскакивали кучевые облака, всё словно в замедленной съёмке.

Юноша вскочил на ноги и осмотрелся.

Он в лесу. Десятки стволов деревьев окружают со всех сторон. Ковёр из хвойных иголок и мха лежал под ногами, изредка перемежаясь с кустиками черники. Ваня отряхнул одежду, сбросив с себя тонну иголок.

— Значит и до меня добрались?! — громко выкрикнул он. — Давайте, поиграем!

Иван пошёл вперёд, стараясь не думать, куда приведёт такое решение. Он один в незнакомом лесу, который может занимать сотни километров. Быть может, это вообще тайга!

Он прошёл минут пять, но картина не менялась. Сосновый бор казался бесконечным, лишь в некоторых местах можно заметить кустики можжевельника. И тихо. Ни пения птиц, ни стрёкота насекомых. Только звук качавшихся от ветра сосен…

— Ваня! — раздался мужской голос. — Постой, сынок!..

Юноша вздрогнул. И остановился. Незнакомец был у него за спиной. Глаза Вани скользнули по земле. Небольшая, но толстая палка валялась рядом с ногой.

— Что же ты застыл? Я здесь! — продолжал настаивать голос.

Иван резко опустился и схватил палку. Развернулся и приготовился нанести удар по незнакомцу.

Но так и застыл с поднятой рукой на месте. Палка выскочила из ослабевших пальцев.

В двух шагах стоял его отец.

Ни постаревший ни на день, выглядел таким, каким Ваня запомнил его в последний раз. В круглых роговых очках, из-за чего всегда напоминал сыну безумного учёного. Только что причёска всегда казалась идеальной — отцовский бзик. Волосы расчёсывал по десять раз ко дню. Он даже одет как в день своего ухода. В тёмное пальто из кашемира и серые брюки.

— Тебя здесь нет! — с трудом выговорил парень.

— Это не так, сын, — покачал головой отец. — И ты это знаешь!

— Чушь, — буркнул Ваня. — Ты просто плод моего воображения. А скорее всего я просто ударился головой и лежу без сознания в ванной!

— Как всегда ищешь лёгкие пути? — усмехнулся отец. — Ты всегда таким был. Помнишь, мы с тобой поехали на рыбалку? Тебе было три, и ты никак не мог уразуметь, зачем столько сидеть и ждать, когда клюнет. Ты думал, что рыба ловится просто так, без всякого труда. Мать разбаловала тебя!

— Не смей говорить о ней! — раздражённо выкрикнул юноша. — Ты бросил нас! Свалил вместе с деньгами и наплевал на семью!

— Это она тебе так сказала! Но всё было не так, — покачал головой отец. — Выслушай меня, прежде чем ставить ярлык. Хотя, что я говорю? Ты уже давно его поставил!

— Я не собираюсь тебя слушать, — сказал Иван. — Потому что тебя здесь нет! Со мной говорит мой ослабевший разум. Оливия сказала бы, что я лежу в психушке вместе с ней…

— Девушки — это хорошо, сынок! — сказал отец. — Но ты должен услышать правду.

— Какую ещё правду? — бросил парень. — О чём ты? Просвети меня! Ведь иначе я от тебя не избавлюсь…

Отец ничего не ответил. Он молча смотрел на сына. Облизал просохшие губы и Ваня с ужасом заметил цвет языка. Он был синим!

— Мать солгала тебе, — сухим тоном произнёс отец. — Да я ушёл от вас. Но не так, как считал всё это время.

— О чём ты? Пытаешься оправдаться передо мной? — фыркнул Иван, чувствовавший первые признаки страха. — Не думай, что тебе это удастся! Ты бросил беременную женщину с ещё одним ребёнком на руках! Без всяких средств к существованию! Да как ты мог!..

— Ты же знаешь, что я вёл бизнес в девяностые, — не обращая внимания на обвинения, продолжал отец. — А тогда это было куда опаснее, чем сейчас. Я связался с нехорошими людьми. И задолжал им огромную сумму. Я бы не смог выплатить всё в срок.

— И ты взял билет на самолёт и свалил на Багамы? — фыркнул Ваня, но нутро подсказывало, что это не так.

— Ты меня не понял, — сказал отец. — Эти люди достали бы меня, откуда угодно. А долг рос с каждым днём, меня поставили на счётчик. У меня не было другого выхода. И я бросил вас, сын. Только я никуда не уезжал.

— В смысле? — спросил Ваня. — Ещё скажи, что ты просто залёг на дно!

— Очень глубокое дно, — протянул отец. — Пойдём со мной, сын! Я покажу тебе…

Парень сжал кулаки. Он не хотел идти с отцом. Но любопытство куда сильней злобы.

И они пошли через лес. Ваня шёл сзади и наблюдал за тем, как отец перешагивает через упавшие стволы деревьев. Казалось, лишь ему одному известен маршрут здесь.

Парень с трудом поспевал за ним. Сосновый бор становился всё более густым и заросшим. Они вошли в кусты ежевики и Ваня оцарапал руки. Но отец как будто этого и не замечал — упорно шёл вперёд к своей цели.

Наконец, они вышли на небольшую поляну, освящённую солнцем. Деревья образовали здесь круглое кольцо. А в центре поляны…

— Это ещё что за хрень? — ошарашенно воскликнул Ваня.

— Моё любимое место здесь, сын, — отвечал отец, выходя на середину. — И скоро ты поймёшь почему…

В центре поляны, словно две сестры стояли сосны. И в этом не было бы ничего удивительного, если бы не то, что на них висели две верёвки. Ваня почувствовал, как спина под майкой покрылась липким и холодным потом.

— Ну что, Иван? — сказал отец, вставая на пень и просовывая голову в петлю. — Давай сделаем это вместе! И избавим себя ото всех проблем! Как я это сделал тогда!

— Нет! Отец, не смей! — Ваня побежал вперёд, готовясь схватить отца за ноги.

— Одну верёвку я приготовил для тебя! — рассмеялся отец и спрыгнул с пня.

Ваня споткнулся о какую-то корягу и упал. А когда поднял голову — увидел то самое лицо, что в вентиляции. Тело отца болталось на верёвке, но лицо всё ещё было живым! Глаза уже вылезали из орбит, а синий язык болтался во рту…

— Нет!!!

Парень схватился руками за голову. Никогда он ещё не был в таком ужасе.

И в этот момент всё завертелось перед глазами, Ваня словно проваливался в какой-то тёмный туннель, из которого нет выхода…

12


— Как ты? — спросила Оливия, помогая Ване подняться. — Я уже стала беспокоиться, что ты не очнёшься…

— Но я же дышал, ведь так? — спросил тот. — Знаешь, мне надоело постоянно терять сознание.

— А мне думаешь нет? — фыркнула девушка. — Смотри осторожней. Наверное, ты ударился головой.

Иван пощупал голову. Никаких следов шишек или повреждений кожи. Чистый скальп, которому бы позавидовал любой индеец…

— Как я сюда попал? — спросил парень, присаживаясь на край кровати. — Только не говори, что я возник здесь чудесным образом…

— Если бы, — буркнула Лив, выглядевшая изрядно уставшей. — Ты всё не возвращался. И я пошла проверить. Когда вошла в ванную, ты лежал в ванной и блаженно улыбался…

— Чего я делал? — нахмурился Ваня.

— Да шучу я, — сказала Оливия. — Ты просто был без сознания. Пришлось доставать тебя оттуда и тащить сюда.

— А ты сильная! — присвистнул юноша, оценивая расстояние от ванной до комнаты.

— А ты тяжёлый! — парировала Лив. — Я обработала твои царапины на руках. Где тебя так угораздило? Будто гвоздями…

Иван расширил глаза. Поднял вверх руки и осмотрел. Вся кожа испещрена мелкими порезами.

— Зудит? — спросила девушка. — Я обработала перекисью водорода. Нашла аптечку в ванной.

— Немного, — пробормотал Ваня. — А почему перекисью? Йода что ли не было?

— Чего там не было? — захлопала ресницами девушка. — Не знаю о чём ты. Но у нас ранки обрабатывают так. Потом не забывай, что я дочь врача…

— Бедные люди, — пробурчал парень. — Не знают, что такое йод даже… А про зелёнку слышала?

— Трава такая? — спросила Оливия. — А йод — это же важный элемент в организме человека. Его недостаток ведёт к заболеваниям щитовидной железы…

— Всё с тобой ясно, — глухо произнёс Ваня. — В любом случае, всё это значит, что мне это не приснилось.

— Ты о чём? — спросила девушка. — Постой… Тебя тоже забирали?

— О да! — Иван встал на ноги и прошёлся по комнате. — У меня была очень приятная встреча с моим отцом.

— Ты же говорил, что не видел его с детского сада, — осторожно заметила Оливия.

— Я так думал, — сказал Ваня. — И знаешь, лучше бы я поговорил с тем психиатром. Они ведь это специально подстроили. Ублюдки…

Гнев стал распирать парня изнутри. До этого момента он мог его сдерживать, но с каждой секундой терпение лопалось…

— Ваня, да что там с тобой произошло? — Девушка побледнела и притронулась к руке юноши. — Где ты был?

— В лесок ходил погулять с папой, — ответил тот, отстраняясь от Оливии. — И знаешь, мне понравилось! Особенно, когда он подвёл меня к петле и предложил повеситься вместе с собой!..

Девушка вскрикнула и поднесла руку ко рту.

— Для них это всего лишь комедия, — продолжал Иван. — Тупой фарс, в котором мы с тобой, Лив — главные актёры. Они ловят кайф, смотря за нашими мучениями! Только я больше не собираюсь играть под их дудку!

— Ваня, успокойся! Они ведь всё слышат! — попыталась успокоить юношу Оливия.

— И видят, не забывай, красотка! — усмехнулся Иван.

— Я понимаю, что ты там пережил, но…

— Лив, не мешай!

Девушка лишь обречённо сложила руки на груди.

— Вы меня слышите, твари?! — закричал Ваня в потолок. — Выпустите нас отсюда! Мы больше не собираемся играть по вашим правилам!

Раздался приглушённый писк. Лив засунула руку в карман шортов и вытащила телефон.

— Не вздумай читать! — буркнул парень, оборачиваясь к девушке. — Плевать, что они там пишут. Если не трусы — пусть появятся и скажут в лицо!..

— Не сходи с ума! — сказала Лив. — Они могут разозлиться и убить нас!

— Пусть только попробуют. — Ваня сжал кулаки. — Знаешь, что русские не сдаются! Я им так просто не дамся!

— К чему этот героизм? — Оливия схватила парня за плечи. — Или хочешь на меня впечатление произвести?

— Не иронизируй, мы и так в полной заднице…

Иван со всего размаха ударил ногой по стене. Он был готов разгромить всю комнату, лишь бы сорвать на чём-то клокочущую ярость.

Девушка открыла сообщение и прочла: «Утихомирь своего парня, иначе мы примем меры!»

— Ты должен успокоиться, — произнесла Лив. — Ты меня слышишь?

— К чёрту всё, — прошипел в ответ Ваня и перевернул кровать. — Я хочу домой!

— Я тоже хочу домой, но я же не кричу об этом на всю комнату, — резонно произнесла девушка. — Ваня, ты ничего этим не изменишь! Давай просто поговорим…

— Я с ними хочу поговорить! — оборвал юноша. — Вы меня слышите, козлы безрогие?!

— Ваня…

Девушка не успела договорить. Резкий толчок повалил её на пол. Ваня вскрикнул и схватился рукой за стену, которая стала дрожать вместе с полом.

— Землетрясение! — воскликнула Лив. — Прижмись к полу!

Парень не стал спорить и растянулся на ковре рядом с девушкой. Вся комната заходила ходуном. Кровати со скрипом откатились друг к другу. Оливия схватила руку Вани и больно сжала её.

— Да что происходит!

Раздался ужасный скрипучий звук, заставивший парочку закрыть уши. И внезапно потолок стал опускаться.

— Этого не может быть! — вскрикнул Ваня.

— Вот видишь, что ты наделал! — Оливия стала впадать в истерику. — Они нас раздавят в лепёшку!

Потолок продолжал двигаться вниз, сокращая расстояние с каждой секундой.

Иван вскочил и поискал глазами, что можно подставить под него. Но ничего нет!

— Я не хочу умирать! — крикнула Лив. — Боже, только не так!

— Я с тобой, — прошептал Ваня, обнимая забившуюся в углу девушку. — Только не моли у них прощения. Умрём, как свободные люди…

Потолок тут же остановился. Раздался очередной скрипучий звук, и он отодвинулся назад.

— Они блефовали, — проговорил Ваня. — Сволочи…

— Не думаю, — сказала Лив, протягивая парню мобильник. — Прочти.

Иван взял в руки телефон и посмотрел на экран.

«Всё в порядке. Тест пройден. Можете отдохнуть!»

— Дерьмо, — бросил Ваня. — Куда же мы попали, Оливия…

— Если бы я знала, — покачала головой девушка и разрыдалась.

13


Иван поставил картину на пол возле стены. Разметил место вроде неплохо. Осталось только забить пару гвоздей.

Парень достал из коробки с инструментами молоток. Как всё-таки хорошо, что стены здесь деревянные, а не кирпичные как внизу. Гротескно получилось, но таков уж извращённый вкус похитителей. Ваня посмотрел вниз — широкая деревянная лестница вела в обширную гостиную, где совсем недавно была лишь маленькая комнатка без окон и дверей. Как же быстро всё меняется…

Прошла неделя после последнего случая с потолком. С тех пор похитители не давали о себе знать. Да и Иван не особо хотел с ними разговаривать. В какой-то миг, он вдруг понял — нужно просто смириться. Хотя бы до поры до времени. У этих садистов явно какой-то план. И уж точно он не подразумевал спокойную и размеренную жизнь людей в этой клетке.

А жилище росло не по дням, а по часам. Если раньше они думали, что это будет многокомнатная квартира, то теперь просто не могли поверить глазам. Главная комната превратилась в гостиную, кровати исчезли, а их место заняли мягкие диваны. Стены из бетона поменялись, теперь там находилась ровная кирпичная кладка. Потолок теперь не так пугал как раньше, выкрашен приятной зелёной краской. И что самое главное — появилась шикарная лакированная дверь. А рядом окошко с видом на природу.

Конечно же, всё было лишь для виду. Входная дверь так же не открывалась и не проламывалась, как и окошко.

Коридор, ведущий в ванную комнату и туалет, никуда не пропадал, а лишь уменьшился в размерах. Теперь через него можно попасть в одну из смежных комнат. Сначала Иван хотел поселиться там, но Оливия настояла, чтобы он спал рядом — в соседней комнате, что в другой стороне дома. Трусихой она не была, просто так ей спокойнее.

А в той комнате Ваня устроил мастерскую. Просто подумал об этом — и вуаля! На следующий день там появились полки и столы, на которых валялась куча всяких инструментов и деталей. Чудеса продолжались…

Кухня подверглась явному евроремонту. Чистая, белая комната, стены выложены фартуком из керамической плитки. Пол устлан дорогим паркетом, мебель того же белого цвета, начиная от стульев и заканчивая фасадом кухни. Холодильник, газовая плита, микроволновка, даже кухонный комбайн — всё о чём может мечтать любая хозяйка.

Лестница на второй этаж появилась только вчера. И вела в никуда, упираясь ступеньками в потолок. Здесь Ваня и решил повесить картину. А почему бы и нет? Так даже приятнее будет подыматься по лестнице…

С первого этажа слышалось громкое пение Оливии. Фальшивить она не умела. Ваня любил её послушать, почему-то песни на английском языке он не понимал. А вкусные запахи с кухни наводили мысли о приятном ужине.

— Так, отлично! — произнёс парень, забивая последний гвоздь. — Теперь попробуем.

Картина почти без проблем встала на стенку. Только пришлось выровнять немного.

Ваня отошёл к перилам и опёрся о них руками. И с улыбкой осмотрел картину. «Мона Лиза» глядела на него с нескрываемой улыбкой. Бог его знает, может это и подделка, но смотрится отлично. Хотя, с похитителей станется прислать и подлинник. Прямиком из парижского музея!

По всем канонам детективов, всё должно быть не так. Где же скелеты в шкафу? Где оторванные руки, висящие в скрытых комнатах на крюках? Нет должной интриги, всё стало слишком скучным и предсказуемым. Любой читатель бросил бы чтение и захлопнул книжку.

Ваня ожидал, что со временем что-то случится. Быть может, похитители покажут свои лица. Либо пошлют нового участника реалити-шоу, на этот раз китайца. Какой смысл давать им двоим целый дом? Этакий тест на семейную жизнь?

Иван хмыкнул, собирая инструменты. Закрыл ящичек и стал медленно спускаться по ступенькам.

И уже на подходе к гостиной услышал музыку. На этот раз пела не Оливия. И парень мог поклясться, что это и не звук из телефонных динамиков. Ревело громко, на весь дом. Звуки музыки разносились по комнатам, эхом отражаясь от стен.

Иван быстро пересёк гостиную, ориентируясь на звук. Он доносился из комнаты Оливии, открытой настежь. Юноша вошёл в комнату и с раскрытым ртом застыл в проёме.

Оливия прыгала по кровати в такт музыке. Но не как какой-нибудь ребёнок, решивший порезвиться. Она танцевала в каком-то бешеном, одной ей известном ритме, котором бы позавидовала любая дискотека. Размахивала руками и улыбалась во весь белозубый рот. Будто не существовало ничего больше. Кроме неё и этой безумной весёлой музыки.

Сама музыка лилась из динамиков музыкального центра. Он подпирал стенку в двух метрах от кровати, которая трещала под гнётом прыжков девушки. Что ж это лучше, чем оторванные руки скелета в шкафах…

Ваня неожиданно для самого себя расхохотался. Впервые за время, проведённое с Оливией, он понял, как же сильно привязался к ней. И наблюдая сейчас за ней, ощутил приятную дрожь в груди. Он влюбился…

А Кэти Перри продолжала напевать в динамиках, приглашая парня присоединиться к вечеринке:


You make me feel

Like I'm livin' a

Teenage dream

The way you turn me on

I can't sleep

Let's run away and

Don't ever look back,

Don't ever look back


Оливия заметила парня и жестом поманила к себе. Давно она так не была счастлива. Быть запертой в клетке, без всяких шансов выбраться и попасть домой! Но эта музыка давала шанс не только отбросить все эти тревоги, но и выпустить накопившийся пар из души и тела.

Ваня не был любителем танцев и громкой музыки. Но, чем чёрт не шутит? Пошло всё!

Коробка с инструментами с лязгом упала на пол. А юноша пустился в бешеный пляс, даже не понимая, что делает.

Оливия показала большой палец.

Всё просто замечательно. Музыка напомнила ей золотистые пляжи Калифорнии, где она могла сутками купаться и загорать в жарких лучах солнца. Мягкий рокот волн Тихого океана и приятный лёгкий бриз…



Myheartstops

Whenyoulookatme

Justonetouch

NowbabyIbelieve

This is real

So take a chance and

Don't ever look back,

Don't ever look back


I'mma get your heart racing

In my skin tights jeans

Be your teenage dream tonight

Let you put your hands on me

In my skin tight jeans

Be your teenage dream tonight

(Tonight, tonight, tonight, tonight, tonight, tonight)


Оливия неожиданно соскочила с кровати. И растянулась бы на полу, если бы не подхвативший её Иван. Они застыли в объятиях, смотря в глаза друг другу. И одновременно потянулись, в то время как губы слились в длинном поцелуе.

— Ничего себе, — произнёс Ваня, оторвавшись от Оливии. — Не думал, что наш первый поцелуй будет таким!

— Плохой же с вас романтик, Иван Крылов! — рассмеялась Лив и они снова поцеловались.

— Постой, постой. — Ваня с улыбкой остановил девушку. — Ты чувствуешь запах?

— Запах? — Девушка смешно зафыркала. — Ох, чёрт! Мой рулет сгорел!

Оливия легонько оттолкнула парня и полетела к кухне. А тот так и остался на месте, продолжая слушать музыку.

Он был счастлив.


14


В следующие несколько дней парочка наслаждалась жизнью, любовью и полной свободой.

На втором этаже появилась просторная комната. В ней возникла целая библиотека. Что было очень даже к месту и ко времени. Ваня давно хотел перечитать несколько триллеров, где описывались похожие ситуации. Вдруг найдёт что-то интересное, что поможет разобраться со всем?

Оливия же продолжала наслаждаться жизнью в свойственном ей оптимизме. Целыми сутками носилась по дому. То пропадала на кухне, готовя очередное блюдо собственного изобретения. То врубала музыку на всю катушку. И пока Ваня прятался в библиотеке, стараясь прочесть как можно больше, девушка громила гостиную, играя в гольф шваброй. Только вот пробить оконное стекло теннисным мячиком так и не удалось…

Огромный плазменный экран появился на третий день. Вначале, Ваня подумал, что ему показалось. Он вышел в гостиную, чтобы сходить на второй этаж за очередной книжкой. И тут заметил над входной дверью большой прямоугольный монитор. Только вот включить его так и не удалось. Не было ни пульта, ни каких бы то кнопок на самом телевизоре. То ли похитители решили вновь поиздеваться, то ли экран должен был врубиться в своё время.

Спустя сутки они вдвоём сидели всё в той же гостиной и занимались любимыми делами. Иван нашёл книжку, где описывалась схема склеивания различных фигур из спичек. Он давно мечтал этим заняться, только вот не находил на это время. Теперь же он мог заниматься этим хоть весь день напролёт, не забывая при этом находить время на любимую девушку.

Оливия сидела по другую сторону стола на диване и рисовала портрет парня. Когда-то, ещё в детстве, она проводила за этим занятием львиную долю времени. Даже когда-то мечтала поступить в художественную школу. Но в старших классах приоритеты изменились…

— Не вертись, — сказала Лив, рихтуя карандашом по блокноту. — Неужели так сложно?

— Извини, дорогая, но я тут тоже занят, — ответил юноша, нанося тонкий слой клея на спичку. — Видишь? Домик выстраивается вначале как колодец, сверху ложится один слой спичек по всей поверхности и…

— Я поняла, спасибо! — оборвала Оливия. — Надеюсь, что получится копия нашего с тобой дома! Не забудь про гараж только!

— Не ёрничай! — фыркнул Ваня. — Ты думаешь, что эта легко? Не дай бог поставишь спичку не там, где надо, она склеится и фенита ля комедия!

— Итальянский, знаешь? — усмехнулась Лив, осторожно проводя карандашом по верху бумаги. — Хочешь, тебе усы приделаю? Как у Марио?

— Тоже в «Денди» играла в детстве? — усмехнулся Иван. — Я думал, что у вас там каждый ребёнок уже в три года имеет по два компьютера! А тут какая-то доисторическая приставка…

— У меня на «айфоне» есть, — буркнула девушка. — А компьютер, между прочим, у меня появился только в шестом классе! Родители не давали мне играть, считая, что это повредит моим глазам и детской психике! Не забывай, что они врачи…

— Лив, можно у тебя спросить интимный вопрос? — осведомился Ваня. — Ты курила когда-нибудь?

Девушка прикусила нижнюю губу. Надо ему точно усы пририсовать!

— Конечно, — сказала она. — Пробовала когда-то, как и все. Но бросила через месяц. Не моё это, дурно от табачного дыма. А вот Клаудия, моя подруга до сих пор дымит, как паровоз… сколько бы я не уговаривала её бросить!

— Да я не про сигареты, — покачал головой Иван, приклеивая спичку. — Про «травку».

— Марихуана? — улыбнулась девушка. — А с чего это тебя заинтересовал этот вопрос? А вот не отвечу тебе! Не хочу врать!

— Смеёшься? — нахмурился юноша. — Я же серьёзно, Лив!..

— Так и я серьёзно! — бросила Оливия. — Да я же тебе говорила, не моё это! Сигареты, «травка» и всё такое…

— Ну я просто всегда считал, что вы там, в Америке только и делаете, что пьёте пиво, курите, занимаетесь сексом на вечеринках…

— Ты это сейчас про кого?

— Про школьников ваших. А судя по твоим рассказам о Оранж-Сити у вас там, что ни день то большая тусовка.

— Ты слишком много раз смотрел «американские пироги», — усмехнулась Оливия. — Ты правда считаешь, что мы там только живём в своё удовольствие? Что нас больше ничего не интересует, кроме прожигания жизни?

— А что в ваших тупых комедиях всё выдумано? — спросил Иван.

— В основном, — пожала плечами девушка. — Хотя, что греха таить! По большому счёту там показана наша реальная жизнь. Просто пойми, не все у нас там такие. Некоторые учатся, хотят добиться успеха в жизни, поступить в колледж. Да, у нас есть футбольная команда в школе. Но, там играют нормальные парни! В основном… Мы вообще трудолюбивый народ, Ваня!

— Судя, по вашим «Макдональдсам» такого не скажешь. У вас нация жиреет с каждым годом всё больше, питаясь всякой дрянью!

— Думаешь, что мы там с жиру бесимся? От хорошей жизни? А ты в курсе, что по уровню преступности наша страна опережает многие страны? Это просто никто не хочет признавать в Штатах…

— А всё от чего? От всё той же хорошей жизни! — парировал Ваня. — Вам американцам мало того, что у вас уже есть! Хотите всё больше!

— Да с чего ты взял? — буркнула Оливия, которую уже стал раздражать этот разговор. — Мы не такие! Каждый трудится ради себя и своей семьи, чтобы обеспечить лучшую жизнь! Ты думаешь, что моему отцу большие деньги достались щелчком пальцев? Он великолепный хирург, спас десятки жизней! А моя мама? Да она днями напролёт вправляет мозги всяким менеджерам и несчастным домохозяйкам, которым кажется, что им изменяют мужья!

— Да я не имел в виду твоих предков! — бросил Ваня. — Я говорил в общем смысле. Извини, Лив! Просто у нас в России все так думают.

— Откуда у вас там такая неприязнь к нам? — спросила Лив. — Что мы вам такое сделали?

— Быть может, дело в «холодной войне», — пожал плечами Ваня. — Нас полвека учили, что вы американцы — капиталистическая угроза. Угроза ядерной войны и всё такое…

— Но война давно закончилась! — буркнула девушка. — Советский Союз распался, а мы вообще новое поколение! Это не должно нас касаться…

— Ну, что ты знаешь о русских тогда? Расскажи!

— Эм? — запнулась Лив. — Просто до тебя я ещё никого не встречала. Жил у нас там один серб. И всё. Знаешь, я всегда считала, что вы русские живёте в огромной снежной стране. Я смотрела в фильмах, что у вас там люди живут в каких-то серых тусклых городах, ходят в одинаковых одеждах, пьёте водку вместо воды, а медведи…

— Ужас! — оборвал девушку Иван. — Вашим режиссёрам давно пора бы оторвать кое-что… Да, возможно, у нас всё не так классно и радужно, как в Штатах. Нам приходится жить от зарплаты к зарплате, у нас много алкоголиков… Но у нас прекрасная страна! И наша Москва мало чем отличается от вашего Нью-Йорка!

— И на балалайках не играете больше?

— Играем! В народных ансамблях! Господи, Лив, да вы же за людей нас там не считаете! А ведь мы великий народ с тысячелетней историей! Возьми, прочти в библиотеке пару книжек русских. И ты всё поймёшь!

— То есть водку у вас там не выпивают бочками? — продолжала гнуть своё Оливия.

— А как будто бы у вас там нет алкоголизма! — раздражённо буркнул парень. — Да вы там виски хлебаете похлеще наших! Общества Анонимных Алкоголиков устраиваете, потому что боитесь, что кто-нибудь об этом узнает! Да ты сама! Тебя же похитили с вечеринки, где толпа подростков выпивала пиво!

— И что?! По-твоему, я алкоголичка?! — вскрикнула Оливия.

— Да нет же! — испугался Ваня. — Лив, я не хотел тебя обидеть…

— Но сделал это! — буркнула девушка, бросая блокнот на пол. — Вы нас там всех презираете, да? Значит, я тоже тупая американка, которая наслаждается жизнью?

— Нет! — Юноша вскочил и подбежал к девушке. — Ты не такая! Прости, дурак я!

Лив хотела было уйти, но Ваня обхватил её за плечи и прижал к себе. Поцеловал и обогрел своим дыханием. Девушка обмякла и сильнее прижалась к нему.

— Не знаю, почему мы так думаем об американцах, — пробормотал парень. — Это как будто уже вложено в нас, на уровне подсознания. А то и в генах. Вы — тупые. И всё тут. Спроси любого в моём городе. Даже у пропащего алкаша. Ответит так же. Русские терпеть не могут американцев, а они о русских того же мнения.

— Бред, — сказала Лив. — Это надо изменить! Ты так не считаешь?

— Мало ли, что мы с тобой считаем, — печально протянул Иван. — Это надо две страны посадить в комнату, как нас и…

Ваня замолчал. Взгляд сделался пустым, но в то же время сосредоточенным.

— Ты чего? — Оливия встряхнула парня. — Что с тобой?

— Вот почему мы здесь! — провозгласил тот. — Лив! Вот зачем нас с тобой сюда посадили! Ты — американка! Я — русский! Они хотят нас стравить друг с другом… Козлы!

— Ты так думаешь? — Девушка ещё сильней прижалась к Ивану. — В таком случае, что нам делать?

— Бороться, — буркнул Ваня. — И знаешь почему? Потому что я люблю тебя! И ничто не изменит моих чувств…

— Спасибо, — протянула Лив и поцеловала юношу. — Мне это было так нужно услышать. Думаешь, они нас когда-нибудь отпустят отсюда?

— Когда поймут, что их план не удался! — ответил Ваня.

— Я так соскучилась по семье, — жалобно произнесла девушка. — Даже по брату! Мне так надоели эти стены…

— Мы вернёмся домой! — твёрдо выговорил парень. — Я обещаю!

Оливия подняла с пола блокнот.

— Ну как? — спросила она.

— Так, усы стереть! — рассмеялся Иван. — А то защекочу!

— Нет! — закричала Оливия. — Не буду!

— Сама напросилась…

15


Оливия всегда мечтала о таком жилище. Уютный двухэтажный загородный дом, в котором можно растить детей. В свои семнадцать лет она являлась не по годам взрослой девушкой. Жаль, только никто в семье этого не замечал. Вернее, не хотел замечать. Мать вообще относилась к ней как к ребёнку, которому постоянно требуется психологическая помощь. А ведь могла относиться как к дочери, а не как к клиенту-неврастенику…

Так что Лив наоборот, устраивала всевозможные бунты против родителей. Вела себя как обычный подросток — капризный и самонадеянный. Даже к окончанию школы не поменяла поведения, хоть это ей и сидело в печёнках.

Зато здесь, запертая и спрятанная ото всех, Оливия впервые ощутила себя по-настоящему одинокой. Несмотря на присутствие парня, в которого по уши влюбилась. Девушка скучала по семье и по друзьям, которых может больше никогда не увидеть.

Не хватало свежего ветерка, обдувавшего лицо, солнечных лучей, ласкавших кожу. Нельзя вечно торчать в помещении!

Оливия соскочила с кровати и надела тапочки. Смешные — с кроличьими ушками, торчавшими в стороны. Ваня нашёл их случайно, когда рылся в шкафу. Похитители продолжали снабжать новыми вещами, словно угадывая мысли. Лив ненавидела этих мразей, но не могла не благодарить за то, что они им давали. Каждый день в доме появлялось что-то новое, а планировка менялась, словно по ночам здесь работал невидимый архитектор. От этого мурашки по коже шли…

Ваня пропадал в библиотеке, где искал очередную книжку по склеиванию спичек. Похоже, совсем сдвинулся на этом деле. Но Лив могла его понять — чем ещё можно заняться в этой тюрьме?

Она вышла из комнаты и направилась на кухню. Можно приготовить что-то невообразимое на обед. Самое забавное, что дома Оливия терпеть не могла торчать на кухне. Заставить себя сделать яичницу с беконом являлось непосильной задачей. Зато здесь это стало новым хобби, от которого не могла оторваться.

По пути она скосила глаза на плазменный экран. Какой смысл от телевизора, если его невозможно включить? Похитители забыли дать им пульт? И смех и грех, как говорил Иван…

На столике между диванами лежал мобильник парня. Забыл, наверное. Вот дурёха!

Оливия уже подходила к кухне, как услышала отчётливый мелодичный звук. Резко развернулась, ощущая, как сердце в груди отбивает барабанный бой. С момента прибытия в этот дом, она ничего так не боялась, как извещения о приходе обычной смс-ки…

Экран мобильника осветился на несколько секунд.

Лив подскочила к столу и схватила телефон. Увидела изображение конвертика и тихо вскрикнула. В душе нарастала паника. После случая с потолком, похитители не давали о себе знать…

— Ва…

Оливия замолчала. Ведёт себя как трусливая дурочка! Не хватало ещё, чтобы Ваня увидел её в таком состоянии. Стоит успокоиться, открыть сообщение и пойти в библиотеку. Ничего плохого не случится.

Она нажала на кнопку. Секунда — и глаза пробежались по тексту:

«Всё идёт отлично. Девушка ничего не подозревает. Можешь приступать ко второй стадии. Затащи в постель, заставь безоговорочно тебе доверять. Мы гордимся тобой.»

Мобильник выскочил из дрожащих пальцев девушки. Горло сдавил спазм, воздух с трудом проходил в лёгкие. Оливия покачнулась и упала на просторный диван. В глазах темнело, а сознание уходило в никуда…

Лив с трудом подняла руку. И со всего размаху ударила себя по щеке. Острая боль разогнала мглу, застилавшую разум. Нельзя падать в обморок, только не сейчас…

— Боже мой, этого не может быть… — прошептала она, вцепляясь пальцами в волосы. — Только не он… пожалуйста…

Глаза заслезились, но Оливия безжалостно протёрла их пальцами. Нужно вести себя как обычно, не то Иван может заметить. И тогда ничто её не спасёт.

Девушка сделала несколько дыхательных упражнений, как учила мама. Теперь как никогда Лив нуждалась в поддержке родного человека. Но здесь она одна. Одна против всего мира, с человеком, который её предал!

Отчаяние сменилось гневом. Как он мог! Они столько всего прошли вместе, наладили крепкую связь, стали друзьями, а теперь ещё и влюбились в друг друга… Неужели он всё это время лгал ей? Подсадили к ней, словно троянского коня, но зачем? Почему она так нужна похитителям?

Послышались громкие шаги по лестнице и свист. Ваня спускался из библиотеке, готовясь к очередному акту комедии.

Только вот Оливия больше не собирается действовать по их сценарию.

Когда парень вошёл в гостиную, она сделала вид, что наслаждается созерцанием ногтей, положив ногу на ногу. В ярком летнем платье это выглядело соблазнительно, только теперь Лив думала об этом в самую последнюю очередь…

Ваня остановился в дверном проёме. В линялой футболке и рваных джинсах выглядел рядовым подростком, которые толпами заполняли улицы Оранж-Сити. Только что скейтборда не хватает…

— Привет, — поздоровался он. — Лив, у меня для тебя сюрприз!

Девушка подняла взгляд на Ваню. Тот держал руки за спиной, явно что-то скрывая. На миг у Оливии потемнело в глазах, а тело покрылось липким потом. Она живо представила, как парень достаёт длинный армейский нож…

— И что же это? — Оливия взяла себя в руки и не выдала дрожи в голосе. — Нашёл выход из нашей камеры?

Иван поморщился.

— Плохая шутка, — бросил он. — Подойди и закрой глаза…

Лив вздрогнула. Не собиралась она подставляться под удар!

Но с другой стороны у похитителей явно другие планы, не включавшие жестокого убийства девушки. Так бы прислали совсем другое сообщение…

Оливия спрыгнула с дивана. Твёрдыми шагами пересекла комнату, прежде чем новый приступ страха заполнит сердце.

Ваня улыбался во весь белозубый рот. Господи, как она обожала это! Совсем недавно это вызывало приятную дрожь, предвкушение новой встречи и нового общения…

А теперь лишь отвращение.

— Закрой глаза, — произнёс Ваня.

— И не подумаю! Я честная девушка! — с вызовом бросила Лив.

Уловка удалась. Ваня рассмеялся, не заподозрив перемены. Пусть думает, что всё нормально. Старая добрая Оливия никуда не уходила…

Парень опустил руки. Поднял вверх красивый фиолетовый цветок, с беловатыми вкраплениями на длинных симметричных лепестках.

— Боже! Какая прелесть! — фальшивым тоном заголосила Лив. — Где ты его достал?

— Рылся в библиотеке, наткнулся на книжку по ботанике, — ответил Ваня. — Вспомнил, как ты обожаешь альстромерии… И цветок возник из воздуха. Ну то есть, я не видел, но он лежал на столике…

— Они решили нас побаловать? — с иронией заметила Оливия, поднося цветок к лицу. — Что-то не вяжется с их поведением… В последний раз чуть не сделали из нас лепёшку.

— Они просто не могли не отдать дань вашей красоте, мисс, — прошептал Иван и сделал дурацкий полупоклон.

— Ой, да перестань! — захихикала девушка. — Как же приятно пахнет… Надо найти вазу…

Оливия резко развернулась. Притворная улыбка поникла. Глаза увлажнились, в груди щемило от душевной боли. Цветок возник просто так, как же… Всё по плану, который Иван составил вместе с похитителями! Чёртов лицемер!

— Эй! — с лёгкой обидой крикнул парень. — А благодарность?

Лив крепко сжала стебель цветка.

— Сначала цветок, не спеши! — с трудом вымолвила она и сделала несколько шагов в сторону кухни.

— Первым делом самолёты, — загадочно пробормотал Ваня. — А ты случаем не видела мой телефон? Посеял походу, пока торчал на втором этаже…

— Нет, — ответила Лив и поспешила к кухне.

— А вот же он! — с радостью воскликнул парень. — Блин, валяется на самом видном месте… Всё как всегда!

Девушка выронила цветок. Сглотнула слюну и повернулась.

— Ой! Сообщение открыто… Кто это прислал…

По мере чтения на лице Вани отразилась целая гамма чувств. Кожа приобрела оливковый оттенок, а глаза расширись от ужаса.

— Лив, я…

Девушка ринулась к своей комнате, прежде чем парень среагировал. Хлопнула дверью и щёлкнула наружным замком.

— Оливия! Это не я! — раздался возбуждённый голос Вани, в котором сквозила паника. — Не глупи, открой дверь! Я всё объясню…

— И не пытайся! Ты лгал мне! Урод! Я верила тебе, а ты провёл меня, как последнюю дуру…

Оливия кричала так громко, что ничего больше не слышала, кроме звука собственного голоса. Все чувства разом вырвались наружу, прошибая все мыслимые преграды. Нет ничего хуже быть преданной любимым человеком.


16


Ваня последний раз стукнул кулаком о дверь. Отошёл и попытался успокоиться. Если он будет так себя вести, то Лив точно ему не поверит.

Но что он мог поделать? Ярость заполняла каждую клеточку, кожа на лице горела, а пальцы сжимали проклятый телефон. Вот это подстава! Браво! Эти сволочи рассчитали всё точно, подобрали момент, когда связь между парой укрепилась. Эксперимент продолжался.

За дверью слышались тихие стоны девушки. Наверняка плакала, зарывшись головой в подушку. Иван прекрасно представлял её чувства сейчас. Чтобы он сделал, если бы сообщение пришло на «айфон» Оливии?

С другой стороны, Лив намного хуже, ведь она девушка. И тем паче американка. Правда, национальная принадлежность давно не смущала парня.

— Ну ладно…

Ваня покосился на потолок. Кинул телефон на диван и выставил вперёд руку, показывая длинный средний палец.

— Что? Нравится? — прошептал он, уверенный что похитители не только прекрасно его видят, но и слышат.

Подошёл к двери, собираясь с мыслями. Чтобы убедить девушку, нужно сказать нечто невероятное. То, что заставит её безоговорочно поверить в слова Вани.

— Лив, родная, — кашлянув, произнёс он. — Давай поговорим.

Ответом послужила тишина.

— Неужели ты и вправду поверила какой-то дурацкой смс-ке? — спросил Ваня. — Разве ты не понимаешь, что эти уроды специально прислали её, когда меня не было рядом…

— Убирайся! Ничего не хочу слышать!

Крик Лив пронёсся по гостиной, в нём сквозило упрямство и горечь.

— У вас в фильмах любят мусолить эту тему, — продолжал парень. — Подстава и всё такое… Герой попадает впросак, кажется вляпался далеко и надолго, но в финале доказывает свою невиновность. И все счастливы, а злодеи висят в петле…

Ваня прикусил язык. Воспоминание об отце-самоубийце промелькнуло перед глазами.

— Ты с самого начала был заодно с ними, — затараторила девушка, глотая некоторые слова. Похоже, что плач только повышал свой децибел. — Притворялся напуганным щеночком, улыбался мне, говорил комплименты… А на деле разыгрывал комедию. Ты блестящий актёр, Иван Крылов!

— О да! «Оскара» за лучшую мужскую роль! — съязвил парень.

— Пошёл ты! Можешь передать своим дружкам, что план сорвался! Я лучше умру здесь от голода, чем выйду к тебе…

— Ох, какие гордые слова! Может ещё американский гимн споёшь?

— Когда меня найдут тебя посадят на электрический стул!

— Жду не дождусь!

В дверь ударило что-то тяжёлое. Ваня отскочил в сторону и услышал громкий лязг. Похоже, Лив испытывала новый атлетический снаряд — колонку от музыкального центра. Слава богу, в её комнате не валялись гантели…

— Ладно, Лив, побесились и хватит! — крикнул парень. — Поразмысли своими калифорнийскими мозгами! Если они наблюдают за нами, то на кой хрен им присылать смс-ку мне, когда телефон рядом с тобой? Может, они и сволочные козлы, но не далеко не идиоты!

— Откуда мне знать! — буркнула в ответ Лив. — Вы же русские чокнутые извращенцы!

— О чём ты? Причём тут это…

— Думаешь, я не поняла? Ты наверняка агент русских спецслужб! Похитили меня, привезли в лабораторию и ставите надо мной эксперименты! О, я всё знаю! Меня не проведёшь больше дешёвыми фокусами и романтической чепухой…

— Ты рехнулась? Какие спецслужбы? По-твоему, откуда у нас подобные технологии? Дом, способный расти на глазах, язык, который вкладывают в мозги за одну ночь…

— Уходи… прошу…

Голос девушки стал всё более неразличим на фоне всхлипываний. Ване оставалось со злостью ударить ногой по углу дивана, ощутив жгучую боль в большом пальце. Но пожар внутри разгорелся гораздо жарче.

Парень присел возле двери, прислонившись к поверхности спиной. Прикрыл глаза, издав тихий стон отчаяния.

— Когда мне было лет шесть мы с родителями поехали в парк развлечений, — произнёс Ваня. — Отец ещё не покончил с собой, а брата и в проекте не было. Счастливая молодая семья проводит воскресный день. Помню, как катался на карусели, поедая огромный комок сахарной ваты розового цвета. Стрелял в тире из пневматической винтовки, хоть мама строго запретила это. Но мой отец никогда её не слушал, тогда я был его любимчиком. Помню высокого клоуна на ходулях, махавшего детям рукой в огромных перчатках. И американские горки, на которые так и не попал. Ты никогда не задумывалась почему аттракцион у нас называют «американскими», а у вас наоборот «русскими»?

— Мне плевать, — буркнула Лив.

— А я специально залазил в интернет, чтобы удостовериться. Странный парадокс, да? Оказывается, американцы позаимствовали идею с наших катаний на санках. Поэтому назвали «русскими», а когда этот же аттракцион завезли в Россию, то мы какого-о лешего обозвали их «американскими» …

— Что такое «санки»? — В голоса Лив впервые прозвучал интерес, а не страх.

— О! Это ты не можешь пропустить! — заулыбался Ваня. — Как только выберемся отсюда, непременно приедешь ко мне зимой. Прокачу с ветерком со снежного склона… там есть одна горка, где я катался с братом…

— Хочешь запудрить мне мозги? Не дождёшься! — крикнула девушка. — Моя мама рассказывала мне об этом, фокус с отвлечением внимания, чтобы получить доверие…

— А вот с твоими родителями знакомиться мне хочется всё меньше и меньше… Они явно не водили тебя в парк аттракционов!

— Да какое твоё дело…

Лив замолчала. Значит, Иван попал в точку.

— Я рассказываю тебе это потому, — продолжал Ваня, — что это было моим последним счастливым воспоминанием. Меньше чем через год, мама родила брата, а отец ушёл от нас… как оказалось не в другую страну, а вообще из жизни. Я так и не прокатился на проклятых горках, о чём до сих пор сожалею. Не знаю почему! Может из-за того, что тогда бы помнил отца другим? Не возненавидел был его… за то, что он бросил нас с мамой. Или просто хочу в это верить, потому что это единственная мысль, что согревала меня по ночам. Наши счастливые и ошарашенные лица в трясущемся вагончике на огромной высоте…

— У моих предков не хватало времени на подобные вещи, — проговорила Лив. Парень ощутил, что голос стал ближе, словно она тоже прислонилась спиной к двери. — У нас в городе постоянно проводили ярмарки, с колёсами обозрения, «русскими» горками, гадалками и фокусниками… Но ходить туда я могла только в сопровождении няни. А это совсем другое, словно меня выкидывали из дома, как ненужную вещь, а затем возвращали бумерангом к недовольным хозяевам. Однажды я отравилась хот-догом, в то время, как моя няня обнималась с парнем на колесе обозрения. Неделю провела в больнице, а мать запретила посещать ярмарки. Конечно, в старших классах я сотню раз нарушала правило, но на «горках» ни разу не покаталась. Боялась…

Девушка замолчала. Минуту они просидели в тишине, нарушаемой прерывистым дыханием Вани.

— Тогда мы прокатимся вместе, окей? — спросил парень. — Нам не будет страшно, я возьму тебя за руку и честное слово, никаких хот-догов… А потом прокатимся на санках, разбрызгивая мокрый снег…

— Уходи! Я не могу больше слышать твой голос…

Но Ваня не собирался сдаваться. Он чувствовал, что стена непонимания треснула. Оставалось разбить её одним решительным ударом.

И он запел. Чем чёрт не шутит, он терпеть этого не мог, да и фальшивил до жути. Но не мог справляться со словами, идущими из сердца:


Невозможный холод за балконом


Наши тени бьются на обоях


Разливая воск на бархат кожи


Мы с тобой похожи


Так похожи


Настроение снова где-то сверху


Или где-то снизу и по ветру


Ничего смешного


Мы смеемся


Мы опять друг другу поддаемся


Ваня остановился, чтобы перевести дух. Сердце учащённо билось, адреналин горячей струёй расходился по венам.

Оливия за дверью затихла, словно прислушивалась.


Счастливей меня нет на Земле


В моих руках ты весь мир мой в тебе


С тобой мы создали очаг на ветру


С тобой я дышу с тобой живу


Счастливей меня нет на Земле


В моих руках ты весь мир мой в тебе

С тобой мы создали очаг на ветру

С тобой я дышу с тобой живу


Щёлкнул замок. Дверь слегка приоткрылась. Рука Оливии немного помедлила, прежде чем распахнуть настежь.

Она стояла там — несчастная и одинокая, с мокрым от слёз лицом, поникшим взглядом и дрожащая, словно осиновый лист.

— Ты правда не один из них? — спросила она.

— А как ты думаешь? Спроси у своего сердца, — ответил Ваня, осознавая, что говорит жгучие банальности. Но когда любишь и боишься потерять, не всё ли равно? — Они хотят нас разлучить, но я не позволю. Пусть подавятся! Я не представляю, как проведу здесь остаток дней без тебя, Лив…

Он не договорил. Девушка кинулась к нему в объятия, крепко прижимаясь маленькой грудью. Поцелуй длился долго, минуты потеряли всякое значение.

Оставалась только любовь. Единственная вещь, что у них не отнять.

17


На следующий вечер Ваня сидел на диване и поедал мороженое из стаканчика. Темнело быстро — за окном наступали первые сумерки. Смена дня и ночи здесь происходила исправно. По крайней мере, не запутаешься.

Да и мороженое появлялось в холодильнике каждое утро. Новые вкусы, новые впечатления. Лабораторным крысам ведь нужно лучшее питание, не так ли?

Оливия после ужина решила заняться подбором гардероба на следующую неделю. Иными словами — устроить модельный подиум, прям посреди гостиной. И помучить Ивана вопросами, какое же лучше!

Вот и сейчас она вышла из комнаты в лёгком летнем платьице. Встала напротив Вани и несколько раз развернулась на каблуках. Парень чуть не проглотил ложку. Платье короткое и можно прекрасно рассмотреть длинные загорелые ноги девушки.

— Как тебе? — спросила Лив, расправляя складки платья. — Из шифона! Ты только представляешь!

— Мне это ни о чём не говорит, — закашлялся Ваня и поставил мороженое на стол. — Шифон, нейлон мне всё одинаково…

— Чурбан, — буркнула девушка. — Шифон — это ткань, из которой лучшие модельеры мира шьют свои платья. Чистый шёлк! Ты только потрогай!

Ваня поморщился. Но всё же пощупал. Действительно, приятно.

— Такое должно стоить не меньше пятисот долларов! — восхищённо продекламировала девушка. — Знаешь, мы с моей подругой Клаудией постоянно слонялись по модным бутикам Оранж-Сити, но такой красоты позволить себе не могли…

— Трудно поверить! — закивал головой Ваня.

— Только вот цвет не очень подходит к этим туфлям, не находишь? — озабоченным тоном спросила девушка, поднимая ногу. — Красный с зелёным не очень сочетаются…

— Да, дорогая ты права! — механически отвечал юноша.

— Так, ты что издеваешься? — Лив положила руки на пояс. — Если тебя это раздражает, я могу вообще уйти отсюда!

— Да нет, — покачал головой Ваня. — Просто без него тебе было бы намного лучше! Уверяю тебя!

Оливия громко фыркнула.

— А что? Ты же сама говорила, что ещё не готова к такого рода отношениям со мной, ведь так? — протянул юноша. — Ладно, ты же, знаешь я терпеливый и понимающий, до свадьбы подожду…

— Как же с тобой бывает сложно! — В голубых глазах девушки появились оттенки грусти. — Я знакома с тобой только вторую неделю! А тебе всё не терпится! И это по-твоему моя нация настолько плохая?

— Шуток ты не понимаешь, — пошёл на попятную Ваня. — Но всё равно, без платья ты выглядишь намного лучше!

— Хам! — Девушка отошла к входной двери. — Так что мне надевать другое или это оставить? Ну посмотри получше!

— Не, это самое крутое из тех, что я видел на тебе! — честно соврал Иван. — Да и потом! У тебя там целый шкаф в комнате, забитый одеждой! Так ты меня до утра не отпустишь…

— Да что ж вы мужчины все такие одинаковые, — вздохнула Лив. — Ладно, это так…

— А всё-таки хорошо, что ни стирать, ни убираться в доме нам не надо, — пробормотал Ваня. — Всё делают за нас, как по волшебству. Вот смотри, я счас запачкаю ковёр мороженым, а завтра здесь уже будет всё как новенькое…

— А ты и рад этому. — Лив присела рядом с парнем. — Лентяй! Лишь бы не убираться…

— Вообще-то, — парировал Ваня, — дома я был настоящим хозяином. Ты бы знала, сколько оставалось мусора после моего братца… Хоть бы мать пожалел, мелкий!

— Всё-таки ты молодец, — сказала Оливия и опустила руку на колено юноши. — Не каждый бы решил пойти работать, вместо учёбы.

— Так было нужно, — кивнул Ваня. — Не всё же на мать одну… Сколько можно.

— Ты думаешь твой отец правда покончил с собой? — неожиданно спросила девушка.

— Это уже не важно, — помрачнел парень. — В любом случае, он нас бросил. А это не прощается.

Лив замолчала. Зря она вообще завела этот разговор…

В этот момент телевизор включился.

Иван непонимающе уставился в плазменный экран. На нём появились сплошные помехи — белый шум. Оливия с раскрытым ртом переводила взгляд с парня на телевизор.

— Мы же не могли найти пульт от него, — прошептала она. — Он что сам?

— Похоже, что так, — сказал Ваня. — Что это значит?

Ответ пришёл спустя секунду. Белый шум пропал, а на его месте появилась чёткая картинка, изображавшая симпатичную телеведущую.

— Эй! — крикнула Лив. — А я её знаю! Каждый день вижу по телеку. Она ведёт вечерние новости по CNN.

Ведущая рассказывала о каких-то пожарах на тихоокеанском побережье из-за сильной жары. Неожиданно, она сменила тему:

— Только что нам стало известно, что русские войска перешли через границу Грузии. Это был неожиданный шаг с их стороны. Судя по данным, полученным от наших корреспондентов в этом регионе, это был неправомерный акт со стороны российского правительства. Вот, что сказал по этому поводу министр обороны США.

Картинка со студией сменилась на изображение седовласого человека в форме Вооружённых Сил. Он стоял над трибуной, за которой можно было заметить американского орла.

— Мы резко осудили действия российского правительства. Президент прервал свой визит в Европе и вылетел назад. Многие считают, что это тревожный знак, но уверяю вас, что ни о какой конфронтацией с Россией не может быть и речи! Форпосты НАТО в Грузии не находятся в состояние боевой готовности. Но если российские войска не выйдут из Южной Осетии в течение трёх суток, нам придётся принять меры.

— Министр! — раздался голос одного из корреспондентов в зале. — Вы считаете, что действия российских военных имеют прямое отношение к размещению систем ракетной обороны в этом регионе?

— Я ничего не могу утверждать в должной уверенности, — сказал министр. — Русские утверждают, что чеченские боевики скрываются в Южной Осетии. Эту информацию ещё нужно проверить.

Изображение тут же померкло. Картинка сменилась, на этот раз там появился российский телеведущий.

— Первый Канал, — глухо промолвил Ваня.

Оливия ничего не ответила. Она зачарованно наблюдала за экраном.

— Президент России резко осудил вторжение американских войск в Иран, — тараторил ведущий. — Многие считают, что это очередной ошибочный шаг со стороны американских военных. Тегеран подвергается серьёзным бомбардировкам.

Картинка сменилась. На этот раз показывался российских министр Обороны, отличавшимся от американского, лишь меньшим количеством волос на голове.

— Мы считаем, что военные действия США призваны усугубить положение в Средней Азии. Наши контакты в Иране говорят о том, что американцы хотят занять важные стратегические точки на пути к нашей стране. Военные конфликты в таком случае неизбежны…

Телевизор выключился. В гостиной повисла мрачная тишина, прерываемая лишь частым дыханием Оливии.

— И ни слова про Грузию, — сказал Ваня. — Это даже забавно.

— Зачем они нам это показали? — спросила девушка.

— Откуда мне знать? — буркнул парень. — Но знаешь, это даже к месту.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Лив.

— Вы американцы вечно лезете туда, куда вас не просят! — раздражённо проговорил Ваня. — Считаете себя венцом творения природы! Сверхдержавой, которая имеет право вмешиваться в дела других стран и навязывать свои условия!

— Да чего ты? — Оливия вжалась в спинку дивана. — Я-то тут причём?

— Притом, что все вы одинаковые, — произнёс парень и стал ходить взад-вперёд по комнате. — Считаете себя лучше других, хотите править миром. Вторгаетесь в страны из-за бредового повода, только чтобы завладеть нефтью. И ещё смеете обвинять русских в том, что они хуже вас!

— Это не так! — крикнула Лив, которой это уже надоело. — Наше правительство может и не самое идеальное в мире. Но оно заботится о безопасности нации! 11 сентября мы все убедились в том, насколько мы уязвимы…

— Лишний повод нашли, чтобы переделывать мир, — буркнул Иван. — Лишь бы только «демократию» миру давать! Под гнётом своего каблука!

Оливия вскочила. Лицо покраснело, а глаза пылали яростью и болью.

— Как будто бы вы лучше! — крикнула она. — В Грузию вторглись без повода! Может, вы хотите захватить её? Откуда мне знать! Да вы ещё хуже… а ты… ты…

— Ну что я?!

— Идиот ты!..

Оливия заплакала и выбежала в коридор.

— Лив, нет! — опомнился парень. — Постой! Я не хотел!..

Громкий и жуткий вопль девушки заставил Ивана подпрыгнуть на месте. Он схватил бейсбольную биту, лежавшую у стены, и побежал в коридор.

Оливия стояла возле входа в ванную. На лице застыл ужас. Из комнаты вылезало нечто серое и мохнатое, размером с кошку. Ваня остановился на полпути и почувствовал, что не может сделать ни шагу. На девушку надвигалась огромная крыса. Будто бы вылезшая из городских легенд о мутантах из канализаций Нью-Йорка. Лив часто рассказывала юноше такие истории.

— Лив, не двигайся! — закричал Иван. — Я уже иду!..

Девушка слабо кивнула. Она не могла даже повернуть головы, крыса как будто гипнотизировала её.

Иван покрепче сжал биту в руках. И осторожно пошёл вперёд, стараясь не вспугнуть чудовище.

Крыса издала громкое шипение. И приготовилась к прыжку, поджав под себя задние лапы.

— Эй, ты! Я здесь, грызун недоразвитый! — крикнул Ваня и побежал вперёд.

Крыса повернула морду. Большие чёрные глаза смотрели на парня, в них читалась неприкрытая злоба. Рот раскрылся, обнажая крупные и острые клыки. И она прыгнула на Ваню, готовясь впиться зубами ему в горло.

Бита со всего размаху опустилась крысе на голову. Получилось эффектно — она отлетела к стене. Юноша подбежал к крысе и стал равномерно наносить удары. Кровь заляпала стену, но он продолжал бить. Вся злоба, кипевшая в гостиной, выходила…

— Она мертва! — Девушка схватила Ваню за руку. — Перестань!..

Иван отбросил окровавленную биту в сторону. И крепко прижал к себе Оливию. Спустя мгновение они целовались.

— Я так за тебя испугался! — пробормотал парень. — С тобой же всё хорошо? Она тебя не укусила?

— Нет, только испугала до смерти, — ответила девушка. — Спасибо, что спас меня! Я захожу в ванную, а она там сидит на умывальнике и на меня смотрит. Никогда мне ещё не было так страшно!

— К чёрту всю эту политику! — произнёс Ваня. — Пусть дерутся, обливают грязью друг друга, воюют… Это их дело. Ничто нас не разлучит, Лив! Плевать мне, что ты американка. Я люблю тебя!

— А как же я тебя люблю…

Иван подхватил девушку на руки. Оливия обвила руками его шею и приникла к груди парня. Тот с улыбкой понёс её дальше от мёртвой крысы, прошёл коридор, гостиную и остановился возле дверей.

— В твою? Или в мою? — прошептал он.

— Всё равно, лишь бы с тобой! — ответила девушка.

Ваня ногой открыл дверь и занёс Оливию в комнату. Мягко опустил на кровать и снял шёлковое платье. Несколько секунд смотрел на девушку и рассмеялся.

— Ты чего? — спросила Лив.

— Следующий раз устроишь мне показ своей коллекции нижнего белья! — сказал Ваня.

— Посмотрим, — улыбнулась девушка, снимая лифчик. — Ты так и будешь стоять?

Парень опустился вниз и стал осыпать тело Оливии поцелуями.

Они занимались любовью всю оставшуюся ночь…


18


Наутро Ваня проснулся в отличном расположении духа. Он откинул с себя одеяло и посмотрел в фальшивое окно. Оттуда в комнату лился солнечный свет, от которого шло летнее тепло. Ветви деревьев, качавшихся на ветру, создавали причудливые тени на потолке.

Он повернулся на бок, чтобы разбудить Оливию.

Но другая половина постели оказалась пустой.

Иван с минуту пролежал без движения. Затем отдёрнул себя — паниковать рано. Наверное, проснулась раньше и пошла приготовить завтрак.

И действительно — дверь комнаты приоткрылась и оттуда вышла девушка в халате. Ваня собирался уже приветливо окликнуть её, но слова застряли в горле. Он с раскрытым ртом уставился на Оливию.

Светлые волосы с зелёными прядями исчезли. Теперь там космами висели чёрные как смоль волосы.

— Ты чего? — спросила Лив, заметив беспокойство на лице юноши. — Как будто первый раз меня увидел!

— А где… — Ваня не договорил, а лишь показал на свои волосы.

— А! Ты об этом! — рассмеялась девушка. — Так, краску свела! Это мой настоящий цвет волос!

Ваня хмыкнул.

— Выходит, что я спал с блондинкой, а проснулся с брюнеткой! — пошутил он.

— А ты у нас Казанова я смотрю! — сказала Оливия и присела на кровать. — А ну колись! Сколько у тебя до меня было девушек?

— Не поверишь, — произнёс Иван. — Но ты первая! В смысле, я встречался до тебя с одной девушкой. Ещё в школе.

— И что у вас пошло не так? — спросила Лив.

— В десятом классе она уехала с родителями в Москву, — ответил парень. — Мы пытались какое-то время держать связь в интернете. Но, сама понимаешь — расстояние. Это всё и решило в итоге.

— Мне жаль, — произнесла Лив. — Хотя, что я такое говорю! Да я рада, иначе у нас с тобой ничего бы не вышло. Ты же не такой как Крис!

— А что Крис? — поинтересовался Ваня.

— Мы встречались с ним ещё со средней школы, — изменившимся тоном отвечала Оливия. — Наслаждались нашей любовью. Только как оказалось — это у меня была любовь. Этот козёл… он трахался с каждой чардилершой в школе! Однажды я застала Криса с такой на заднем сидении его машины. Это было отвратительно.

— Лив, да он не стоил твоих слёз! — Иван схватил девушку за руку. — Он не ценил тебя! Не понимал, что у него есть…

— Как раз-таки хорошо понимал, — грустно улыбнулась Оливия. — После того случая он меня несколько месяцев преследовал. Пытался вину загладить. И оправдаться. От Клаудии я потом узнала, что эта сволочь действительно собиралась на мне жениться. Просто перед этим он хотел хорошо погулять.

— Знакомо, — фыркнул юноша. — У меня в классе тоже был такой один. Емеля Федосеев. Так он каждую неделю девушку менял. Только вот доигрался потом. Одна из девушек залетела.

— Слава богу, что я от него не забеременела, — сказала Лив. — Сейчас тошно вспоминать, что я с ним спала.

— Вот и не вспоминай! — Ваня поцеловал девушку в губы. — Теперь у тебя есть я. А я с тобой никогда бы так не поступил.

— Я знаю, — благодарно прошептала Оливия. — Что тебе приготовить?

— Яичницу, — ответил Ваня, натягивая штаны. — Завтрак для чемпионов!

— Хорошо, — кивнула девушка. — А ты куда счас?

— Душ приму, — ответил юноша. — А то ночка у нас была о-го-го!..

— Иди давай! — рассмеялась Оливия. — Не подлизывайся!

Иван вышел из комнаты. А девушка осталась одна в пустой комнате.

Кто бы не похитил их, но Оливия была им благодарна. Может у этих садистов и были дурные планы… Но, несмотря на это они всё равно проиграли. Потому что вместо ненависти, в этом доме возникла любовь.

Девушка вышла в гостиную и направилась на кухню. Яичница как же… В такое утро нужно приготовить что-нибудь повкусней.

Оливия кинула взгляд на входную дверь. И остановилась.

А где телевизор?

На том месте, где ещё час назад висела плазменная панель, теперь ничего. Зачем её забирать?

Оливия покачала головой. Не стоит думать об этом. Всё равно это ничего не даст.

Она сделала несколько шагов и услышала громкий и отчётливый стук в дверь.

Страх заполонил душу девушки. Лив простояла на месте, прислушиваясь. Показалось…

Тут же в дверь заколотили с удвоенной силой. Кто-то настойчиво хотел зайти с той стороны.

Девушка на цыпочках подошла к двери. Прикоснулась к блестящей лакированной поверхности ладонью. Новый удар в дверь заставил её отпрыгнуть.

Что теперь делать? Бежать за Ваней?

— Кто там? — неожиданно для самой себя произнесла Оливия.

Ответом послужила гнетущая тишина.

Что-то подсказывало девушке, что дверь нельзя открывать. Интуиция, шестое чувство или просто ужас. Но она не могла противостоять другому чувству. Гораздо более сильному. Любопытству.

Оливия схватила круглую ручку. И потянула на себя.

Дверь со скрипом отскочила в сторону, впуская в гостиную столп ослепляющего света. Девушка инстинктивно закрыла рукой глаза.

Спустя несколько долгих мгновений, Лив приоткрыла веки. Дверь уже закрылась. А на пороге стоял высокий мужчина в строгом чёрном костюме.

Оливия отошла на шаг. И с удивлением стала разглядывать незнакомца.

Лицо человека наполовину скрывала широкополая шляпа, надвинутая на глаза. Длинные руки сложены на груди. Но больше всего девушку поразили белые ботинки, совершенно не гармонирующие с чёрным костюмом. То ли у этого человека не было вкуса, то ли…

— Кто вы? — выдавила из себя Лив.

— Моё имя вам ничего не скажет, — глухим голосом отвечал незнакомец. — Но можете называть меня мистер Икс. Ведь в вашей стране любят такие сравнения, не так ли?

Оливия сглотнула слюну. В горле будто появился комок.

— И что вам надо? — спросила она.

— Полагаю, что вы хотите выбраться отсюда и попасть домой! — ответил мистер Икс. — Я могу с этим помочь.

— Неужели? — буркнула девушка. — И как же?

— Как вы поняли, я отношусь к тем самым садистам и маньякам, что вас похитили, — спокойно проговорил мужчина. — Не надо! Не отрицайте! Вы нас ненавидите. В любом случае, это сейчас не важно. Важно лишь моё предложение.

— Что вы хотите? — спросила Оливия, боясь услышать ответ.

Мистер Икс поднял голову и снял шляпу с головы. Девушка издала сдавленный крик.

Лысая голова, вытянутая, будто огромное яйцо. Серая, словно резиновая кожа покрывала лицо. Глазные впадины глубокие и в них с трудом различалось подобие глаз. Носа нет — лишь пара сквозных дырочек надо ртом с тонкими, едва видными губами.

— Вас пугает мой вид? — осведомился мистер Икс. — Успокойтесь! Я не причиню вам вреда!

Девушка стала отходить назад и неожиданно наткнулась на диван.

— Присядьте! — с нажимом произнёс незнакомец.

Оливия почувствовала, как подкашиваются ноги. Она упала на диван и с ужасом наблюдала за тем, как мистер Икс прохаживается по гостиной.

— Неплохо у вас тут всё обделано! — сказал он. — Мне нравится! Вы ведь о таком доме всегда мечтали, мисс Смит?

— Это не ваше дело, — попыталась взять себя в руки девушка. — Сейчас вернётся Ваня и…

— Ох, и мне стоит чего-то бояться? — усмехнулся мистер Икс и тёмных глазницах вспыхнул красный огонёк. — Я пришёл к вам, а не к нему. Потому что вы мне больше нравитесь. Поэтому и готов предложить вам разумный выход из ситуации.

— Какой? — спросила Оливия.

— Убейте Ивана Крылова, — холодно отвечал незнакомец. — И вы вернётесь домой.

— Что-что, простите? — Лив не верила своим ушам.

— Я же сказал — убейте парня! — буркнул незнакомец. — Чего тут непонятного? Перережьте ему глотку. Ударьте тостером по голове. Утопите в ванной! Мне вас учить, что ли?

Оливия в ужасе не могла вымолвить ни слова.

— Думаю, вы умная девушка и поступите так, как того требует здравый смысл, — сказал незнакомец, надевая шляпу. Девушка с отвращением заметила длинные и острые пальцы. — Я вернусь завтра ровно в 12 часов. Ориентируйтесь по этим часам.

Оливия заметила большое электронное табло на том месте, где когда-то висела плазменная панель.

— Вам решать, — бросил мистер Икс, открывая дверь. — До встречи!

Дверь захлопнулась.

Оливия просидела на диване несколько минут. Она всё ещё смотрела в ту точку, куда скрылся ужасный человек. Шок проходил медленно.

Наконец Лив встала с дивана. И направилась на кухню, даже не разбирая дороги. Она зашла в светлую комнату и включила электрочайник.

Взгляд девушки остановился на подставке с кухонными ножами. Она схватилась за один и вытащила. Осмотрела металлическое лезвие, бросавшее отблески в оконном свете. И тут же выронила нож.

— Лив? — раздался голос Вани за спиной. — Ты в порядке?

Девушка вскрикнула и отбежала в угол. Присела на корточки и закрыла лицо руками.

— Оливия, что случилось? — Иван подбежал к ней и схватил за плечи. — Ну же расскажи мне…

Девушка издала сдавленные рыдания. Юноше с трудом удалось разжать её пальцы. Лицо девушки ужасно бледное, глаза покраснели от слёз.

— Он приходил, — прошептала Оливия.

— Кто он? О ком ты? — Ваня присел на пол рядом с девушкой. — Он тебя обидел? Это были они, да?

— Он был ужасен! Ты бы его видел… Он сказал, чтобы я… чтобы я… убила тебя! И тогда он вернёт меня домой!

Иван вздрогнул и бросил взгляд на нож, валявшийся на полу.

— Ублюдок, — прорычал юноша. — Так, давай руку! Сейчас сядем и выпьем чаю.

Оливия с трудом поднялась на ноги. Её сильно тошнило и знобило. Парень усадил её на стул и быстро сморганил чай в кружке.

— Пей! — приказал он.

Девушка не стала спорить. Постепенно она стала отходить от ужаса.

— Опиши мне всё, что сейчас происходило, — твёрдо сказал он.

Оливия быстро пересказала историю.

— Так, — протянул Ваня и постучал пальцами по столу. — Значит, завтра он вернётся узнать результат?

— Да, ровно в 12 часов, — ответила Лив.

— Значит, покажем ему, как мы хотим домой, — улыбнулся парень.

— Что ты задумал? — обеспокоенно спросила девушка.

— Не стоит об этом говорить, — сказал Иван и кивнул на потолок. — Они нас прекрасно слышат. А может, даже и мысли читают…

— Как же тогда мы собираемся…

— У нас уже нет выбора. Потом это наш единственный шанс! Завтра всё решится. А теперь иди поспи. Я буду рядом, не бойся.

19


Часы на электронном табло показывали «11.55». Ваня осмотрел дверь и даже несколько раз нажал на ручку. Не поддавалась.

— Ты уверена, что тебе вообще это не привиделось? — спросил он.

— Издеваешься? Мы же с тобой всю ночь только об этом и говорили! — фыркнула Оливия. — Или по-твоему я совсем уже из ума выжила?

— Я просто имел в виду, что они могли внушить тебе это, — пожал плечами юноша. — Как в тот раз с тем психиатром.

Оливия гневно вздёрнула бровь. Так же, как и Иван, она оделась по-походному — в кроссовки, джинсы и тёплую куртку. Никто не знал, что может ожидать за той дверью.

— Ладно, Лив, прости, — сказал Ваня, поднимая с пола биту. — Не верится, что они так просто решили показать свои лица.

— Ты забыл, что он сказал мне сделать, — сказала девушка, проверяя на поясе кобуру с ножом. — Они получают от этого удовольствие. Небось, очень разочарованы, что мы не поубивали друг друга.

— Или они ожидали такого шага, — сказал Ваня. — Как тебе кобура? Сам сшил на той неделе. Специально для такого случая.

— Отлично, — кивнула Лив. — Вань, ты уверен в том, что мы делаем? Может, не стоит?

— Мы обсудили всё ещё вчера, — отрезал парень. — Так, уже минута осталась! Занимай позицию!

Девушка обречённо вздохнула. Отошла на два шага от двери и сложила руки на груди.

Иван встал возле стены по правую сторону от входа. Если повезёт — всё произойдёт быстро и эта сволочь свалится с проломленным черепом. Да уж, до чего они дошли…

— Время! — крикнула девушка.

Ваня перекрестился. Он никогда не отличался особой религиозностью, но сейчас был готов молиться.

Раздался громкий стук.

— Войдите!.. — произнесла Оливия.

Дверь распахнулась. Ослепительные потоки света ударили из проёма. Лив закрыла глаза.

Ване повезло больше. Он всё прекрасно видел. Высокая фигура в шляпе вошла в дом.

И парень ударил. Размах получился не очень широким, но сильным. Раздался громкий треск сломанных костей. Мистер Икс упал на пол головой вниз. Шляпа отлетела в проём и скрылась в потоке света.

— Бежим!!!

Ваня схватил девушку за руку. И они вбежали в проём, ничего не видя и не слыша за собой.

Свет погас. Они стояли в приятном полумраке.

— Где мы? — прошептала Лив.

Ваня осмотрел длинный извилистый коридор, который простирался по обе стороны. И судя по множеству дверей в стенах, это являлось чем-то вроде тюрьмы.

— Темновато здесь, — фыркнул парень. — Идём!

— Но куда? — В голосе девушки слышалась паника. — Здесь всё одинаково!

— Какая на хрен разни…

Ваня не договорил. В коридоре зажегся яркий белый свет. Теперь всё стало гораздо лучше видно. Стены, пол и потолок облицованы каким-то серебристым металлом.

— Молчи и побежали!

Они зашагали по коридору, слыша лишь звонкий отголосок металла. Коридор казался бесконечным. И что примечательно, с каждым метром он как будто сворачивал в сторону. Будто они бежали в какой-то округлой плюшке.

Неожиданно Ваня остановился. Крепко сжал биту перед собой и сделал шаг вперёд.

Коридор закончился. Прямо на них смотрел огромный чёрный экран.

Свет стал постепенно угасать. Оливия сдавленно всхлипнула.

— Ты это видишь? — спросила она. — Этого не может быть!

— Почему же? — глухо произнёс юноша. — Мы же об этом говорили. Только вот я не думал, что всё окажется так не просто.

Они подошли к экрану вплотную. Оливия даже притронулась к нему и тут же одёрнула руку.

— Колется, — бросила она. — Будто какой-то энергетический барьер. Не стекло!

Ваня молчал. Он широко открытыми глазами наблюдал за приближавшейся планетой. Чем-то она напоминала Сатурн, только вот фиолетового оттенка. Широкие кольца из мелких камней обволакивали её пояс. А на фоне громадины заметны планеты поменьше — явно спутники.

— Мы в космосе, — произнесла Оливия. — Красиво…

— Да уж, — буркнул Ваня. — Знаешь, что это значит, дорогая? То, что мы застряли здесь!

— А может это всё иллюзия? — предположила девушка. — Изображение ненастоящее…

— Уверяю вас, мисс Смит, всё реально, — раздался знакомый голос сзади. — Экран сдерживает вакуум за бортом.

Ваня мигом развернулся и поднял биту вверх.

Мистер Икс стоял в нескольких шагах от них и безмятежно улыбался. На лице не осталось ни малейших следов от удара Вани. Только в глазницах горело что-то красное и страшное.

— Вам это больше не нужно, товарищ Крылов! — усмехнулся мистер Икс и щёлкнул длинными пальцами.

Бита исчезла. Иван сжал руку в кулак на том месте, где она только что находилась.

— Вы не тронете нас! — сказал Ваня и встал перед девушкой, закрывая собой. — Мы больше не будем частью вашего дурацкого эксперимента!

— Эксперимента? — произнёс незнакомец. — Мы таким не занимаемся. Во всяком случае, с живыми разумными существами.

— Тогда что вы делали?! — вскрикнула Оливия. — Похитили, заперли в комнате, мучили видениями, заставляли такое делать…

— Это всего лишь безобидные тесты, — сказал мистер Икс. — Мы проверяли вашу способность чувствовать и переживать эмоции. Многие не верили в то, что ваша раса такая неординарная…

— Наша раса? — переспросил Ваня. — Кто вы такие? Инопланетяне?

— Да, вы так нас называете, — кивнул незнакомец. — Меня зовут К’Голах. Я старший научный сотрудник на этой космической станции. Мой народ называет себя Ишани. Когда-то очень давно мы мало чем отличались от вас, вели бесконечные войны на своей планете. Но потом смогли объединиться ради общей цели. Исследования Вселенной.

— И раз вы такие добрые исследователи, — сказал Иван. — Тогда какого рожна похитили нас? Это есть в вашем кодексе инопланетном?

— Нет, что вы, — покачал головой К’Голах. — Мы никогда не принуждаем другие расы к чему бы то ни было. Мы мирная раса! Потом, мы входим во Всегалактический Совет. А там чёрным по белому написано — никогда не причинять вреда разумным существам. Особенно вашего уровня технического развития.

— А вы оказывается лицемер! — фыркнула девушка.

— Вы, правда, считаете, что вам угрожала какая-то опасность? — спросил Ишани. — Мы пугали вас, согласен. Но лишь для тестов. Никогда бы не сделали того, что могло вам навредить.

— А как же крыса? — заметила Оливия.

— Она была безопасна, — сказал К’Голах. — Мы воссоздали её облик из ваших воспоминаний. Так же, как облик вашего отца, молодой человек.

— Уже за это стоило бы вас убить! — гаркнул Ваня.

— Вот видите! Вы доказываете моим коллегам, что они были правы. Вы жестоки, агрессивны и готовы убить себе подобного ради… да чего угодно! Это свойство вашей расы известно нам, именно наши наблюдения использовались для вынесения решения. Всегалактический Совет не собирается входить с вами в контакт. Вы слишком дикий и непредсказуемый народ. И представляете угрозу другим расам в галактике.

— Если честно мне плевать, что вы там о нас думаете, — буркнул Иван. — Потому что вы намного хуже нас! Мы люди больше всего ценим свободу воли! А вы пленили нас и издевались…

— Я сделал это не для того, что вы подумали, — твёрдо выговорил Ишани. — Я решил дать вашей расе шанс. Думал, что смогу доказать моему народу, что для вас ещё не всё потеряно. Что вы чистые, добрые и благороднейшие существа! Способные на одно из самых редчайших эмоций в галактике — на Любовь!

— О чём вы? — спросила Лив. — Причём тут наша любовь?

— Дело в том, что наша раса потеряла способность к любви столетия назад, — отвечал К’Голах. — Вместе с множеством других эмоций. Мы научились воспринимать мир с научной и рациональной точки зрения. Только вот это привело к тому, что наша жизнь стала приобретать однообразный характер. Большинство разумных рас в галактике пошли по тому же пути. Лишь немногие сумели сохранить эмоции и чувства вкупе с развитием цивилизации. Вы — одни из них.

— И что? — спросил Ваня. — Это повод нас запирать в клетке?

— Это повод дать вашей расе шанс на что-то лучшее! На вашей планете сотни народов, множество рас. Но вы продолжаете воевать друг с другом, раскалываться на новые страны, придумывать новые религии только чтобы доказывать своё превосходство над остальными. Ты — русский! Оливия Смит — американка! Ваши народы терпеть друг друга не могут? И из-за чего?

— Это всё философия, — покачал головой Иван. — Могли бы запереть двух президентов. Или солдат… Почему мы?

— Вы обычные молодые представители своего вида. Я хотел, чтобы было именно так! Ведь, как не с вас рисовать общую картину? И вы двое доказали, что человечество — это одно целое. Вы способны преодолеть любые разногласия, стереотипы и прочую чепуху. Ради того, чтобы чувствовать и жить! Это самое главное. И вы бы стали приятным дополнением в Совете Галактике. Жаль только, что не все так думают.

— Вы отпустите нас? — осторожно спросила Оливия.

— Моё начальство считает, что вас нужно продержать здесь ещё какое-то время, — проговорил Ишани. — Ваш поступок, Крылов не добавил очков в вашу пользу. Хорошо, что я успел поставить мысленный блок вашему удару. Впрочем, я прекрасно знал о ваших планах.

— Мы не останемся здесь! — с нажимом произнёс Ваня.

— Они стерут вам память. Как уже делали раньше. И всё начнётся сначала!

— Стерут снова? — спросила Лив. — Что это значит?

— Вы уже почти полгода здесь по вашему летоисчислению, — отвечал К’Голах. — Вам стирали память множество раз. Но с каждым стиранием всё происходило так же. Между вами возникала любовь, вы сбегали и оказывались у этого окна. Но этого всё время оказывалось недостаточно. Тесты могли быть ошибочными…

— Боже мой! — вскрикнула Оливия, хватаясь за руку Вани. — Как вы так могли?! Это ещё хуже, чем я думала! Мама, папа… брат! Они думают, что я мертва!

— Вы те ещё ублюдки, — произнёс юноша. — И ещё спрашиваете, почему мы вас ненавидим!

— Не волнуйтесь! — поспешил оправдаться Ишани. — Ваши семьи в полном порядке. Мы стерли им память, они даже не знают о вашем существовании. Никаких тревог и волнений.

— Посадите нас снова в клетку, значит? — с омерзением спросил Ваня. — Учтите, в следующий раз я вас точно убью!

— Нет, — сказал К’Голах. — Хватит с вас. Лично я был уверен в тестах, ещё с первого раза… Вы должны бежать отсюда.

— В смысле? — одновременно спросили парень и девушка.

— Держи. — Ишани кинул Ване какую-то коробочку. — С помощью этого вы телепортируйтесь на мой личный корабль. Он доставил вас на Землю.

Юноша с интересом осмотрел предмет в руках. Металлическая коробка с двумя красными кнопками.

— Нажмёшь левую кнопку, и вы окажитесь на корабле, — объяснил пришелец. — Только возьмитесь за руки. Другая кнопка активирует автопилот корабля. Ничего не трогайте там главное, он долетит до Земли и посадит себя сам.

— Почему вы нам помогаете? — спросила Оливия.

— Потому что я верю в вас. И верю в человечество! — отвечал Ишани. — Вы лучшие представители своего вида! Вы несёте Ветер Перемен. Быть может, ваши лидеры никогда не поймут то, о чём я вам говорил здесь. Но Вы поняли!

— Вообще-то, — растерялся парень. — Мы не особо вникали…

— Уходите! Быстро! — оборвал Ишани, поднимая руку с браслетом к голове. — Они знают, что я задумал. И скоро будут здесь!

— А как же вы? — спросила Оливия.

— Вы научили меня снова что-то чувствовать, юная леди, — отвечал пришелец. — Я уж как-нибудь прорвусь… Удачи!

— Спасибо! — крикнул Ваня, обнимая девушку.

Парень нажал на кнопку. Пространство вокруг наполнилось цветочными всполохами. И они оказались в креслах возле какой-то приборной панели.

— Ничего себе, — присвистнул Иван. — Оливия, ты в порядке?

— Да! Жми на другую кнопку! — крикнула девушка.

Ваня исполнил приказание любимой девушки. На приборной доске зажглись десятки лампочек. На главном мониторе, что находился в центре, появились надписи на неизвестном языке.

— Смотри! — воскликнула Оливия и указала вперёд.

В широком иллюминаторе появилось изображение газового гиганта. Они отлетали от него всё дальше. Неожиданно корабль развернулся и набрал скорость. Звёздная россыпь в окне засияла новыми цветами. Теперь они не похожи на блестящие точки. Они расплывались перед глазами в тонкие линии.

— Мы движемся всё быстрей, — произнёс парень. — Глядишь, к ужину уже будем дома!

— Дома! — мечтательно прошептала Лив, прижимаясь к Ване.

— Как думаешь, что он имел в виду по тем, что «мы поняли»? — спросил Иван.

— А ты разве не понял? — спросила девушка и хихикнула. — Какие же вы мужчины тугодумы всё-таки. Что русские, что американцы…

Ваня непонимающе уставился на Оливию.

— То, что наша Любовь — самая сильная штука во Вселенной! — сказала Лив и поцеловала парня в губы.

— Приятно думать, — улыбнулся Ваня. — Как думаешь, наши семьи нас вспомнят?

— Думаю, что он не стал бы нас отпускать, если бы не вернул им память, — сказала Оливия. — Знаешь, я думаю, что он всё задумал уже давно.

— Так, это и есть тот самый голливудский «хэппи-энд»? — спросил Ваня, обнимая девушку рукой за плечи.

— В реальности такого не бывает, — ответила Оливия. — Но я рада, что ты со мной!

— Даже, если мы не долетим? — иронично заметил юноша.

— Какой же ты пессимист! — рассмеялась Лив. — Тебе ещё надо будет познакомиться с моим отцом!

— Вот чёрт! — вздохнул Ваня. — Тогда лучше — айда на другую планету?

— Размечтался! — сказала девушка. — А чего ты телефон достал? Решил позвонить в глубоком космосе кому-то?

— Ты будешь смеяться, — сказал Иван, нажимая на кнопки. — Но у меня есть песня как раз в тему.

— Давай, — кивнула Оливия, поцеловав юношу в ухо. — Русские песни у вас хорошие, проникновенные…

— Особенно, если это «Наутилус»! — сказал Ваня и положил телефон на приборную панель. — Я люблю тебя, Оливия!

— А я тебя! — ответила девушка, прислушиваясь к нарастающим звукам чудесной музыки:


Когда умолкнут все песни


Которых я не знаю


В терпком воздухе крикнет


Последний мой бумажный пароход



Гудбай, Америка, о-о


Где не был никогда


Прощай навсегда


Возьми банджо, сыграй мне на прощанье



Мне стали слишком малы


Твои тертые джинсы


Нас так долго учили


Любить твои запретные плоды



Гудбай, Америка, о-о


Где я не буду никогда


Услышу ли песню


Которую запомню навсегда


Март-Июнь 2013.

Доработано — Июнь 2014.


В повести использованы тексты песен группы «Наутилус Помпилиус», «Мои НЛО» и Katy Perry .



home | my bookshelf | | Ветер Перемен (СИ) |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 2.3 из 5



Оцените эту книгу