Book: Левиафан



Левиафан

Оглавление

Пробуждение      2

Третий месяц      5

Попытка передачи      12

Вжик      18

Мёртвый город      23

Охота      30

Летун      40

Огни      47

Стоянка      52

Силуэт      60

Новая модель      70

Послание      78

Кабель      85

Бездна      92

Существо      108

Ярость      117

Объект Двадцать Восемь      126

Легион      138

Искусственный полубог      149

Гости      163

Шаг во Тьму      175

Восхождение      189

Один      199

Авангард      210

Позорная тайна      225

Чёрная армия      237

Сота      253

Кот      267

Древняя кровь      279

Сплавление      292

Крылья мести      310

Кровавый дождь      325


Пробуждение

Лишь творящие кошмар остановят кошмар.

...белые облака. Это первое, что я увидел. Редкие, стоящие на месте, белые облака. Тело сковано, будто залито свинцом. Медленно приходя в себя, я попробовал легонько пошевелить пальцами, кистями, коленями. Каждое движение отдавалось острой нервной волной во всём теле, но нужно было как-то встать. Понемногу раскачиваясь, я медленно, но верно шёл к выводу, что память моя по какой-то причине абсолютно отсутствует. Своё имя - я не мог вспомнить даже его!

Чуть-чуть размявшись, я осторожно поднял голову и попытался сесть. В череп ударила горячая тяжесть, а кости нервно затрещали. Похоже, я был без сознания не менее суток. Более того, лежал я на земле, прямо посреди пустыни. Странная была пустыня: чернозёмная, но всё же пустыня, ибо признаков живых существ, созданных руками человека строений или, хотя бы, чего-то растительного не было видно до самого горизонта. Я начал осматривать себя: чёрные брюки, белоснежная рубашка, пиджак, три кольца: одно на левой руке и два на правой, светящиеся чистотой туфли, красный галстук - я похож на какого-то мажора, потерявшегося по пути на светский приём. Пошарив по карманам, я обнаружил связку ключей и личную электронную карту. Муховский Дмитрий Владимирович. Не помню такого, но, видимо, это я. Одиннадцатого декабря тысяча девятьсот девяносто шестого года рождения... Всё бы ничего, но я не знал, какой год сейчас. Я чувствовал себя лет на двадцать восемь, но, если я своего рода олигарх, мне вполне могло быть и шестьдесят. Современная медицина позволяет надолго сохранить молодость. По крайней мере, тем, у кого есть деньги - это я помнил точно.

Нужно было что-то делать. Я аккуратно встал и, внимательно вглядываясь в линию горизонта, повернулся на сто восемьдесят градусов. Вдали проступали очертания каких-то многоэтажек - вот и направление. Я уже было сделал шаг вперёд, как увидел чёрный портфель, лежащий на земле прямо передо мной. Тонкий, покрытый кожей, он идеально подходил под мой костюм, так что вполне логично предположить, что это моё добро. Присев и с тонким визгом расстегнув молнию, я быстро побежал глазами по содержимому: планшет, флешки с голографическим интерфейсом, сканер электромагнитных полей, тонкие кабели, набор маленьких отвёрток и шестигранников, термопаста, клей и куча прочих мелочей. Всё это было мне очень знакомо. Я точно знал, что здесь и для чего оно предназначено. Судя по всему, до потери памяти я был каким-то инженером или компьютерщиком. Лучше, чем ничего, но и не то, чтобы что-то действительно полезное. В любом случае, портфель стоило взять с собой, так что, подхватив его, я лёгким бегом направился к многоэтажкам.

Как оказалось, топать по пустыне не так уж интересно. Мышцы всё ещё немного побаливали, да и бегать в туфлях по будто бы вспаханной земле - дело непростое.

Однако я быстро приближался к цели: словно из тумана, вдали начали выступать другие многоэтажки. Похоже, это мегаполис. Мне было только не понятно, что это за пустошь, и почему город сразу начинается с высоких зданий. На окраине обычно стоят частные одноэтажные дома, а тут, ну, прямо центральная улица.

Воздух становился влажнее, а и без того бледное небо начало темнеть. Я ускорился: пойдёт дождь, и я завязну в этом чернозёме по колено. До ближайших зданий оставалось уже около полукилометра, как я заметил дым. Странно, что я не обратил на него внимания раньше, в городе явно горело что-то крупное и не одно... Буквально с каждым шагом, рассматривая новые и новые детали, я видел картину всё полнее: мегаполис был разрушен, и похоже, пустошь, в которой я очнулся, была ни чем иным, как следом оружия массового поражения. Но вот вопрос: если я пришёл туда до удара, то как смог выжить? А если после?

Что я там, вообще, делал?..

Я остановился: всего в десяти метрах от меня начинался бетон улицы. Он был срезан ровной линией. То же самое зрелище представляла собой автобусная остановка на обочине - треть отсечена по идеальной прямой, как масло. Линия проходила в нескольких метрах от дороги - по широкому тротуару, но, думаю, зацепив многоэтажки, она переполовинила бы их так же, как и всё остальное. Край среза был немного оплавлен - неужто лазерное ОМП? Ни у одного правительства мира не было такого. Хоть подобные разработки и держатся в секрете, тем, кто хоть немного интересуется наукой, ясно, что творение такого крупного масштаба стоит гораздо дороже, чем может позволить себе любое из государств. Вот только опыт, похоже, доказывает обратное.

На улицах стояла полная тишина. Забравшись на ступенью возвышающийся над чёрной землёй бетон, я тихими шагами пошёл вперёд, внимательно оглядываясь по сторонам в надежде понять, что это за город. Мне стоило сменить костюм. В белой рубашке и жгуче чёрном пиджаке я слишком бросался в глаза. Достав из кармана, судя по всему, свой смартфон, я открыл навигатор. Нет сигнала. Паршивая ситуация, что тут ещё скажешь: не определив своего местоположения, я не смогу воспользоваться картами - мне ведь даже текущий континент не известен.

Бегло рассмотрев абстрактные обои, не несущие никакой смысловой нагрузки, я убрал телефон и так же, лёгким бегом, двинулся дальше. Стёкол в зданиях не было. Машины с пустыми окнами стояли беспорядочно, там, где их застала ударная волна, сила которой, по моим соображениям, была не очень-то велика. На асфальте валялись пакеты, сумки, телефоны и даже очки, брошенные паникующими хозяевами. Тел не было, и это наталкивало на мысль о том, что гипотетическое оружие вообще никого не убило.

Пройдя метров двести, я заметил, что здесь стёкла уже не выбиты. Какое-то странное оружие получается: пустыня есть, причём огромная, а ударной волны толком и нет. Не химия ли? Маленькая боеголовка с какой-нибудь супер-кислотой - очень правдоподобно. А, может, микроорганизмы? Было бы не лишним точно знать, не заражён ли я чем-нибудь...

Через слишком уж длинный квартал мне встретилась ещё одна автобусная остановка, на этот раз совсем целая. Я зашёл под её крышу и шагнул к стеклянной стенке. Панель, завидя моё приближение, засветилась, вежливо представив локальную карту и спросив мягким синтезированным женским голосом:

- Желаете указать место для автоматической прокладки оптимального маршрута?

- Да - ответил я. - Ближайший магазин одежды, пожалуйста. Можно и военторг.

На карте сразу же начали прорисовываться разноцветные линии маршрутов. Рассматривая их, я вдруг чётко увидел в отражении стеклянной панели человека, низко пригнувшись, пробегающего от одной машины к другой у меня за спиной. Дойдя до синей легковушки, он беззвучно спрятался за ней и аккуратно выглянул. Сомнений не могло быть - он смотрел на меня. Чуть ниже его лица высовывался ствол автомата. Я начал двигать пальцем по карте, делая вид, что не замечаю его, и решая, тем временем, как мне поступить. Сообразить я не успел, так как правее первой показались ещё две вооружённые до зубов фигуры. Обе осторожно приближались, держа меня на прицеле, однако стрелять они, судя по всему, пока не собирались. Один из бойцов остановился и присел в четырёх метрах от меня, а второй, быстро подойдя ко мне вплотную, тихо скомандовал:

- Замри! Брось сумку!

Судя по лицу, отражение которого я ясно видел на панели, ему было не больше двадцати трёх. Интересно, если бы он знал, что у меня в портфеле планшет с шестью квантовыми процессорами, он тоже сказал бы �брось�? Теоретически, эта штука стоила дороже его самого, даже вместе с товарищами. Я осторожно положил портфель на остановочное сидение, отметив, что сделал это с большой сноровкой, будто работал с тонкой аппаратурой не один год, и чуть приподнял руки.

- Просвети! - это уже был сорванный голос бойца, сидящего чуть дальше, надо понимать, командира группы.

Я спиной почувствовал, как, не прикасаясь ко мне, молодой боец начал водить каким-то прибором. После нескольких секунд сосредоточенного молчания он громко вскрикнул:

- Твою-то мать! Да он чистюля! - в голосе молодого стрелка чувствовалось нешуточное удивление. Чистюля - теперь я понял, каким устройством он водил по мне.

Сидящий неподалёку боец встал и быстрыми шагами подошёл к своему товарищу.

- Повтори!? - почти вопросительно скомандовал он.

В отражении я видел, как оба с неподдельным удивлением уставились на сканер. Сейчас я имел неплохой шанс: резкий поворот, ногой в грудь первому, левой рукой в горло второму, третий стрелять не станет, чтобы не задеть своих... Похоже, я ещё и боец, потому что точно знаю куда и как ударить, чтобы быстро нейтрализовать обоих, и полностью уверен в том, что смогу это сделать. Но они - первые люди, которых я встретил, не стоило нападать на них, ни в чём не разобравшись.

- Ничего! Надпочечники, желудок, позвоночник - всё чистое! Даже глаза и уши свои! Первый раз такое вижу! Чист, как стёклышко!

- Ну, хорош трепать! - с некоторым сомнением буркнул второй солдат, недоумённо отведя глаза в сторону. Он явно был старше паренька с чипдетектором и старался не дать ему забыть об этом. Последовавшая после нескольких секунд размышлений его реплика уже была обращена ко мне:

- Ты откуда такой взялся, интеллигент?


Третий месяц

Я не знал, что ответить. Конечно, если бы эти люди хотели меня убить, они бы уже это сделали, но они стояли в паре шагов, глядя на меня с явным дружелюбием и, как будто, даже уважением, так что они, скорее, друзья, нежели враги. И всё же не стоило выкладывать душу перед теми, кого ещё совсем не знаешь.

- Я из вон той пустоши. - несколько неуверенно произнёс я, медленно оборачиваясь и показывая пальцем назад.

- И что Ты там делал? Там же ничего нет!

Этого я и боялся. Заранее было ясно, что им не хватит моего ответа. И новый вопрос ставил меня в тупиковое положение - если уж на то пошло, я бы и сам хотел знать, что я там делал. Чувствуя, что сдаю позиции, я решил перевести стрелки:

- А кто Вы? - мой голос прозвучал так, будто эта вооружённая троица без разрешения зашла в мой дом.

Тот, что постарше, усмехнулся:

- Мы? Мы - члены Всемирной Гуманистической Коалиции.

Мне это звучное название, к сожалению, ни о чём не говорило, так что я снова оказался сбит с толку. Своего смущения я, однако, показывать не стал, лишь демонстративно окинул оценивающим взглядом всех троих, на что старший боец неожиданно предложил:

- Идём с Нами, интеллигент! Одного и без оружия боты пристрелят Тебя на первом перекрёстке.

Не очень-то мне верилось в дружелюбие этого грозного с виду человека, но его мои чувства, похоже, совсем не заботили. Не дожидаясь ответа, он плавно развернулся и уверенно пошёл к своему всё ещё сидевшему за машиной товарищу. Мне ничего не оставалось, как, не торопясь, последовать за ним.

Слова старшего меня немного удивили. Если под словом �боты� он понимал роботов, то получается, что Наши механические помощники с каких-то пор стали опасны. И Гуманистическая Коалиция... Не кроется ли в её названии противопоставление людей комуто ещё!? Машинам, например. Всемирная... Крупномасштабная война с роботами, значит? Нет-нет, я точно знал, что роботы могут восстать против людей только в двух случаях. Один из них - это наличие симулированных эмоций: искусственные чувства мотивируют машину, дают ей цель, но подавляющее большинство роботов - просто программы. Они не станут ни с кем и ни с чем бороться потому, что они абсолютно пассивны. У них нет потребностей, нет никаких чувств, они ничего не хотят - лишь отвечают на запрос пользователя. Следовательно, имеется только одна причина войны с роботами, если, конечно, в этом всё дело...

Из раздумий меня вывел жуткий, практически кожей осязаемый запах разлагающихся тел. Заметив, что я с недоумением оглядываюсь по сторонам, паренёк с чипдетектором, всё это время шедший бок о бок со мной, объяснил:

- Мы подходим к неубранной части города. Здесь всё ещё лежат трупы тех, кто попал под первые пули ботов. - он вытащил из вещмешка тёмно-синий респиратор и протянул его мне. - Надень! А то точно вывернет.

Я взял предложенную маску, до сих пор не понимая причины такого дружелюбия.

- Вы быстро мне поверили... - задумчиво произнёс я, покосившись на бойца. Он как будто ждал, что я заговорю.

- Ты же чистюля! Вас и так на всём белом свете было не больше пары тысяч, а после начала войны и того меньше. - он немного помолчал. - Я раньше считал Вас дикарями, д умал, как можно отказываться от имплантатов? Это же так круто: сила, выносливость, идеальное зрение, обоняние, слух ... Но после начала войны всё изменилось. Теперь имплантаты совсем не в чести - они ведь уподобляют Тебя врагу. А Ты чистый человек. Таких даже Дядя уважает. - он кивнул на старшего бойца, осторожно шагающего метрах в десяти впереди Нас.

- Дядя, он у Вас командир?        - мой голос, с трудом вырывающийся из-под респиратора, стал низким и глухим.

- Ну да. Он самый старший из Нас, и самый опытный. Голыми руками одному роботу шею свернул, представляешь!? Герой!

- А как его имя? - я не был уверен, что мне, чужаку в их компании, стоит обращаться к старшему по кличке.

- А чёрт его знает. Мы именами теперь не пользуемся - боты слишком хорошо их понимают. А так, в бою, крикнешь �Дядя!�, а им и невдомёк, к чему это Ты. Тактика. А я Малый. - он остановился и, быстро сняв перчатку, протянул мне руку. Меня немного смутила его манерность, но я без промедлений ответил ему. Несмотря на внешнюю худобу, Малый был достаточно силён, и это сразу чувствовалось в его крепком рукопожатии.

- А Ты будешь Интеллигентом. - он улыбнулся и жестом предложил идти дальше. Тот, что слева от Дяди - Амбал. Видишь, какой здоровый. Ещё у Нас есть Вольф, он ушёл вперёд для разведки. - Малый немного подумал. - А Ты это... потерял память, да!?

Вот это было действительно неожиданно! Я даже моргнул от удивления - мне до настоящего момента казалось, что я неплохо держу конспирацию.

- Как Ты узнал?

- Хэ, значит, я не ошибся!? Дело в том, что Мы уже встречали таких, потерянных. Вы двигаетесь шумно, неосторожно и без конца удивлённо озираетесь. - мой спутник вздохнул. - С этой войной у всех мозги набекрень: кого снарядом контузило, кого электромагнитными излучателями помутило, а у кого и просто нервы сдали. Так что Ты не один беспамятный. - Малый повернул ко мне голову и внимательно осмотрел меня с ног до головы. - Правда, в таком парадном наряде Нам ещё никто не попадался...

Неожиданно, прямо перед собой я увидел уже порядочно разложившийся труп. Трудно было даже понять, какого пола и возраста был этот человек, ясно было только то, что лежит он на спине, разбросав руки в стороны. С испугу я стал на месте, как вкопанный.

- Жесть, да!? - Малый тоже остановился.

Я быстро отвёл глаза, но тут же попал на другое тело.

- Их постреляли ещё до того, как они поняли, что происходит. Лучше не смотри под ноги!

Следуя его совету, я поднял глаза и увидел, что вся улица сплошь завалена трупами. Вороны, крысы и мухи, кои превращали это кладбище в единую шевелящуюся массу, устроили здесь самое настоящее пиршество - вот уж кому нет дела до войны.

Я повесил свой портфель на левую кисть и опустил руки в карманы. Не хотелось, чтобы эти насекомые ползали по мне.

- А куда Мы идём? - я старался говорить тише, боясь потревожить мёртвых.

- В местную полицейскую часть. Там должно быть оружие - Мы его заберём.

Оружие - это хорошо. Заваленная трупами улица дала мне некоторое представление о том, что происходит в этом городе.

Мы двинулись дальше. Небо всё темнело, казалось, вот-вот хлынет дождь. Горы мертвецов и усиливающая атмосферу погода действовали угнетающе, так что некоторое время Мы шли совсем молча. Я то и дело цеплялся ногами за тела, но глаз опускать по-прежнему не желал - хватало жирного запаха гниения, пробивающегося через, судя по всему, уже отработавший своё респиратор.

Из ниоткуда появился Вольф - высокий белокурый скандинавской породы мужчина средних лет. Кличка была ему к лицу - чистый ариец. Он что-то тихо сказал Дяде, после чего Мы пошли намного медленнее.

Через минут пятнадцать Мы, наконец, добрались до полицейской части. Ограждающие её толстые бетонные стены были покрыты крупными неровными дырами, по большей части, сплошными. Видно, бой здесь длился не одни сутки - полицейские части хорошо укреплены, да и оружейные комнаты в них достаточно ёмкие - даже роботам нужно было время на то, чтобы одолеть окопавшихся здесь людей. Трупов в форме было не много, похоже, большинство полицейских смогло отступить. Уничтоженных роботов было гораздо меньше, всего несколько штук. Их антропоморфные тела выглядели, как решето. Оно и понятно: робота одной пулей не уложишь, да и полицейские, очевидно, не очень хорошо знали устройство машин - палили без разбора, беря не точностью, а обширностью повреждений.



Я сильно сомневался в том, что в этом здании что-то осталось. Готов поспорить, брошенное оружие, если оно, вообще, было, уже давно растащили предприимчивые гражданские. Но мои новые друзья, судя по всему, думали иначе.

Миновав длинный двор, справа примыкающий к опустевшей автостоянке, Мы один за другим вошли в тёмное помещение. Внутри тел не было, только осколки кирпича и горы гильз. Вольф быстро провёл Нас по паре коридоров, после чего остановился и, щёлкнув выключателем на стене, в замигавшем свете ламп беззвучно указал рукой на огромную железную дверь, которая, как и следовало ожидать, была раскрыта настежь. Какого же было моё удивление, когда, войдя внутрь, Мы обнаружили всё оружие нетронутым, лежащим на своих местах.

- Подыщи этому франту одёжку! - скомандовал Дядя, кивнув Малому на меня. Тот, быстро сориентировавшись, взял меня за локоть и повёл по коридору.

У меня в голове вертелся вопрос. Даже не пытаясь найти на него ответ, ибо я был не в том положении, чтобы делать выводы самостоятельно, я тихим голосом озвучил его Малому: - Почему оружие, как ни в чём не бывало, лежит здесь открытым? Машины ведь приходили сюда.

Малый, шагающий впереди, заметно занервничал:

- Не знаю. Мы побывали уже на четырёх складах, все они стоят нетронутыми. - он говорил почти шёпотом, точно не хотел, чтобы Нас услышали остальные члены группы. - Боты захватили почти все оружейные заводы мира, так что у них проблем с боеприпасами нет. Но оставлять столько оружия Нам - это...

- Не логично для машины - закончил я его мысль.

- Да. Они не уничтожают боеприпасы... И еду с лекарствами тоже. Как будто специально оставляют всё это Нам.

Судя по реакции Малого, вопрос о причинах сохранности складов волновал не меня одного. И поведение машин действительно необъяснимо. Они должны были додуматься уничтожить припасы. Не просто должны были, они бы додумались.

- Одевайся! - остановившись в квадратном проёме, ведущем в раздевалку, Малый указал пальцем на шкафчики. - Я пока посмотрю, нет ли тут ещё чего-нибудь полезного.

Дождавшись, пока он исчезнет за поворотом, я шагнул в комнату и, немного постояв, подошёл к металлическим контейнерам, наугад открыв первый попавшийся. Форма бойца группы быстрого реагирования в полном комплекте. Неплохо! Я начал переодеваться. Размер подошёл почти идеально, только сапоги были маловаты, поэтому я открыл второй шкафчик и протянул руку к стоящим на нижней полке берцам... Кольца. Что мне делать с ними? Я ещё раз внимательно осмотрел их: два были похожи на обручальные, причём одно красовалось на правой руке на безымянном пальце. Неужели у меня ещё и жена есть? Я изо всех сил напряг голову, но так и не смог вспомнить ничего, хотя бы намекающего на брак.

Второе кольцо было на левой руке на среднем пальце - похоже, просто украшение. Третье было печатным, на указательном, с фигурно вырезанной буквой �I�. Тоже украшение? Даже если так, буква всё равно что-то означает. Но что?.. В любом случае, лучше оставить кольца при себе.

Я взял берцы, присел на лавчонку и начал обуваться. После решения некоторых сложностей со шнурками, я встал и внимательно осмотрел комнату. Вроде бы всё на своих местах, но какая-то хаотичность всё же здесь просматривалась: одна из лавок перевёрнута, несколько шкафов открыты, в углу валяются сапоги, посредине скомканная чёрная футболка. Такой беспорядок не присущ служивым. Хотя, если учесть, как давно они были здесь в последний раз... Как же так получилось, что ни люди, ни роботы не тронули хранящихся здесь вещей?

У меня над головой, у самого потолка, светилось узкое окошко. Сам не зная, зачем, я встал на лавку ногами и выглянул наружу. В глаза сразу же бросились две тёмные фигуры, неподвижно стоящие на крыше невысокого здания по соседству, за бетонной стеной полицейского участка. В чёрной обтягивающей одежде, с замотанными чёрной материей лицами, они были похожи на средневековых ниндзя. Судя по фигурам, это были мужчина и женщина. Огнестрельного оружия у них было немного: пара пистолетов, гелиевая винтовка с длинным стволом, автомат. Особенно, моё внимание привлекло огромное количество колюще-режущих предметов, которые странно было видеть в нынешнее время. Всё-таки, война ведётся с машинами, состоящими из металла и крепких полимеров, а их непросто сломать ножом.

Фигуры стояли так, будто оценивали меня: женщина - уперев руки в бока, а мужчина, скрестив свои на груди. Трудно было понять, говорят они между собой или нет, но мне казалось, что я улавливаю движения их лиц под повязками. В голове у меня начало покалывать...

- Готов?

Меня дёрнуло от неожиданности. Обернувшись, я увидел в дверях Малого.

- Чего там такое? - в его голосе чувствовалась снисходительность. Он, верно, считал, что у меня не всё в порядке с нервами.

Я вновь повернулся к окну и уже успел открыть рот, но тут увидел, что на крыше никого нет. Малый тем временем подошёл ко мне, поднялся на лавку и окинул внимательным взглядом пространство снаружи. Быстро убедившись в том, что на улице пусто, он осмотрел меня.

- Ну вот, теперь и повоевать можно! - он спрыгнул с лавки. - Давай, надо вытащить оружие наружу, скоро машина подъедет! - Малый заметно повеселел...

...на то, чтобы опустошить всю оружейню, ушёл почти час. Водитель подъехавшего за Нами грузовика не удостоил Нас даже приветствия. Всю погрузку он просидел за рулём, не придавая Нам никакого значения, и это мне не очень-то понравилось.

Набрав оружия и патронов доверху, Мы сели под брезентовую крышу грузовика, и почти в ту же минуту хлынул ливень. Покачиваясь в кузове тронувшейся машины, все погрузились в свои думы, будто не хотели разговорами перебивать шум дождя.

Через достаточно большой промежуток времени Вольф аккуратно прервал молчание:

- А, всё-таки, жаль, что аква-атака не удалась. - голос, да и всё его тело источали усталость, видно, жизнь в боевых условиях его полностью вымотала.

Малый, заметив мой непонимающий взгляд, поспешил объяснить:

- Когда война только началась, роботы ещё были простыми экскурсоводами, секретарями, врачами и сопровождающими слепых. Большинство из них не было приспособлено к воде. В те недалёкие времена можно было плеснуть в робота из ведра, и он бы моментально спёкся. Мы тогда начали заливать их с самолётов, пожарные машины вообще стали дороже танков, а целый шланг был самой желанной находкой. - он поднял глаза вверх, будто что-то считал. - За две недели Мы уничтожили почти половину всех роботов мира. И вдруг... они скрылись в неизвестном направлении. Просто вышли из городов. Мы, разумеется, кинулись спасать людей, вытаскивали их из-под завалов, восстанавливали больницы, строили укрепления на случай возвращения ботов и как-то не сразу заметили, что из заводских труб поднимается дым...

Малый задумался, подбирая слова, и вдруг заговорил Амбал:

- Роботы подстроили конвейеры под себя. - его высокий звонкий голос не оченьто подходил огромному округлому телу. - После почти месяца затишья, когда Мы уже собирались праздновать победу, они вернулись. Новые запчасти, новые модели и модифицированные старые. - он усмехнулся - Не поверишь, они даже на инвалидные коляски с интеллектуальным управлением установили оружие! - весёлость в голосе Амбала быстро сменилась тоской. - Воды они уже боялись так, что хоть в дайверы иди...

Все снова замолчали, и я, немного поразмыслив, взял на себя смелость задать мучавший меня вопрос:

- А откуда взялась чёрная пустыня?

Все внимательно посмотрели на меня, будто до сих пор считали, что я немой. На этот раз объяснить ситуацию взялся Дядя:

- С этого началась война. - он с шорохом почесал свою длинную бесцветную щетину. - Три

месяца назад одновременно в двенадцати местах на Земле появились красные купола. Плазменные, по-видимому. Выйти за пределы или войти в них не мог никто - от пытавшихся даже пепла не оставалось. Минут через десять купола синхронно начали сужаться, выжигая всё, что было под ними. Это показывали по всем каналам во всех странах мира. Такого свет ещё не видел. И вот результат: чёрные пустыни, радиусом километров по семьдесят. - Дядя наклонился и заправил шнурок в ботинок, медленно продолжая. - Самое интересное, что оружия с такими спецэффектами нет ни у кого. Есть версия, что его изобрели сами роботы, потому что, когда купола сомкнулись и исчезли, оказалось, что у машин полно огнестрела, который они и применили по назначению спустя пару минут. Что-то, вроде арт подготовки, мне думается. - Дядя на секунду замолчал. - Ты сильно не расслабляйся, Интеллигент! Тебя сейчас будет допрашивать Наш следователь. Ты, конечно, чистюля, но это не даёт Нам полной уверенности в том, что Ты не агент роботов.


Попытка передачи

Минут через двадцать машина остановилась возле чего-то, очень похожего на КПП. Несколько хорошо вооружённых бойцов в зелёных бронежилетах внимательно осмотрели каждого из Нас, задали простые вопросы, на которые, как им казалось, не сможет ответить ИИ, и, убедившись в том, что Мы не роботы, открыли подобие ворот. Судя по собранным из чего попало баррикадам, перекрывающим эту и соседние улицы, бойцы удерживали под контролем несколько кварталов, в которых, надо понимать, собрались люди из ближайшей части города.

Забравшись обратно в кузов, Мы проехали ещё пару перекрёстков и снова остановились. Выйдя, теперь уже насовсем, из машины, я получил возможность внимательно осмотреть район, в который меня завезли. Дороги в данном блоке были побиты тяжёлыми снарядами, здания и вовсе валились друг на друга. Очевидно, роботы знали, что этот квадрат полон людьми, постоянно бомбили его и устраивали пешие рейды. Всё это сильно выматывало жителей охраняемой зоны. Это было видно по их безжизненным лицам, тусклым взглядам, по крайне медленным безразличным движениям. Даже дети, коих здесь собралось достаточно много, молчали и, сидя рядом со своими родителями, не обращали никакого внимания на потенциальных друзей-сверстников, с которыми они жили бок о бок уже не один месяц. О взрослых и говорить нечего - живые мертвецы. Они и на подъехавший грузовик с оружием никак не отреагировали, будто Мы давно смешались с воздухом.

Я отчасти понимал их, ведь воевать с машинами - совсем не то, что с людьми. Если люди идут в бой со страхом и отвращением, проклиная политиков, развязавших войну, то с роботами ситуация прямо противоположна. Они ни о чём не думают, ничего не боятся, не выдают своих, не беспокоятся друг о друге, никого не жалеют, не оценивают этичность своих действий. Они только программы, без размышлений выполняющие приказы оператора. Вопрос был в том, кто оператор на этой войне? Кто раздаёт роботам команды?

Как бы там ни было, причина мертвецкой пассивности людей лежала несколько глубже, чем страх перед искусственно созданным врагом. Социальные сети, электронные игры, роботысобеседники, роботы-супруги и роботы-аватары, машины, моделирующие виртуальный мир в соответствии с желаниями пользователя - всего за полтора десятка лет эти изобретения уничтожили людей, как биосоциальных индивидов. Больше нет диких животных, готовых разорвать каждого встречного ради собственной выгоды. Теперь человек - всего лишь растение, вечно витающее в несуществующих виртуальных грёзах, в то время, как функции выживания за него выполняет искусственный интеллект. Он кормит, поит, лечит, выбирает фильмы, музыку, продукты, совершает покупки, платит налоги, посещает собрания...

Так было до недавнего времени. Но вот страна чудес внезапным образом начала рушиться на корню.

Роботы из верных слуг превратились во врагов, яркие краски смоделированных миров сменились серой реальностью, а бесконечная романтика невозможных в повседневной жизни приключений улетучилась, оставив за собой жестокую, беспощадную войну на уничтожение. Для того, чтобы заново научиться жить в реальном мире, ставшем гораздо более враждебным, чем раньше, людям потребуются годы и годы. Но роботы не станут ждать реабилитации своих бывших хозяев, и все это прекрасно понимают. Именно поэтому в человеческом квадрате стояла гробовая тишина: люди слишком сильно отстали от реальности, чтобы пережить эту войну.

За этими философскими размышлениями я не заметил, как Мы вошли в помещение маленького магазина - одного из тех, что стоят между трассами и многоэтажками. Две странным образом сохранившиеся стеклянные стены хорошо освещали кабинет следователя. Я сразу понял, что это именно он сидит за единственным в помещении старомодным деревянным столом. Очень уж бюрократичный вид имел этот человек, даже несмотря на то, что одет он был, как простой зевака: бледно-кремовая рубашка с коротким рукавом, тёмно-зелёные брюки и серые кроссовки с некогда яркими оранжевыми вставками, немного ни к месту светящимися в проёме стола. На вид ему было около шестидесяти - и это меня вполне устраивало, я предпочитаю говорить с теми, кто постарше. В них меньше пафоса и больше опыта. А мне нужен был именно опытный человек, такой, который сможет помочь мне разобраться в сложившейся ситуации.

Выглядел следователь устало, однако причиной тому были не активные боевые действия, в которых он, по-видимому, никогда и не принимал участия. Два больших красных пятна на его правой руке в районе внутренней стороны локтя подсказывали, что этот мужчина не один год провёл в виртуальной реальности, остановив свой желудок, чтобы тот не переварил сам себя, и пополняя организм питательными веществами с помощью пищевых инъекторов. Непривычка к реальности была налицо. Тем не менее, глаза следователя были достаточно шустрыми и живыми, чтобы я поверил в то, что он ещё помнит о существовании такой вещи, как натуральный мир.

Бегло осмотрев вошедших, он опустил взгляд обратно на лежащие перед ним бумаги и тихо произнёс:

- Вы, господа, можете идти. Интеллигент не собирается устраивать мне неприятности.

Хм, уже и следователь знает моё прозвище. Бойцы друг за другом пошли к двери, один только Малый немного задержался и, наклонившись ко мне, тихо сказал:

- Ничего не бойся!

Я, в общем-то, пока ни о чём и не переживал, но сообщать об этом ему не стал. Когда Малый, наконец, закрыл дверь с той стороны, следователь посмотрел на меня и кивком указал на стул. В то время, как я садился, он начал, собирая бумаги в толстую пластиковую папку, быстро бегать по мне своими цепкими бледно-зелёными глазами.

- Документы есть?

Я достал из кармана пластиковую карту и положил на стол. Скользнув по ней буквально краем взгляда, он внимательно посмотрел на меня.

- Муховский, значит!? Очень интересно! Мне передали, что Вы потеряли память, и как следствие, не знаете своего имени!? - он на секунду замолчал.

Я понял, что отвечать на его реплики не нужно.

- Так вот, я Вам скажу: Вы не Муховский. - при этих словах он ещё яростнее вцепился в моё лицо глазами.

Меня, однако, его заявление нисколько не смутило. На своё имя человек откликается всем телом, на уровне рефлексов. Но я ничего не чувствовал при слове �Муховский�, так что о том, что меня зовут по-другому, я уже и сам догадался. Тем временем, следователь продолжил:

- Я говорю Вам это с полной уверенностью потому, что с гражданином, чьи документы Вы очень искусно попытались подделать, я знаком лично. Был знаком. Он погиб под одним из куполов. - следователь сложил руки в замок, всем телом опёрся на стол и, сверля меня глазами с нарастающим усердием, продолжил. - Этот человек имел высший уровень доступа к государственным тайнам. Логично предположить, что Вы, прикрываясь этой картой, пытались узнать что-то, чего Вам знать не положено. Иначе, зачем она Вам нужна!? То есть Вы пытались совершить преступление, а может, и совершили. Я правильно рассуждаю? - Вполне - мне ничего не оставалось, как согласиться с ним. Не только потому, что его слова звучали логично, но и потому, что я чувствовал, что способен на такое... преступление. - Мы живём по законам военного времени. - следователь расслабился и откинулся на спинку кресла. - Но тайны до сих пор остаются тайнами. Мне придётся Вас арестовать до выяснения обстоятельств дела. - он улыбнулся. - Расстрелять, конечно, не расстреляем, потому что... потому что Вы сами понимаете, в каком положении Мы находимся. - он аккуратно провёл двумя пальцами по пятнам от пищевого инъектора. - Большинство из Нас давно забыло законы реальности. Некоторые даже через дорогу перейти не смогли бы, а воевать с машинами... В общем, Нам важен каждый. Тем более, такой... живой, как Вы.

Он нажал кнопку где-то под столом, и в дверях у меня за спиной тут же возник шумный мрачный боец.

- Отведи Интеллигента в пекарню и дай ему какого-нибудь робота, он, кажется, в них разбирается. - следователь перевёл взгляд на меня. - Вдруг что-нибудь полезное узнаете, пока под арестом будете. Там, память, может быть, или слабые места в конструкции. У Нас, просто, совсем инженеров нет. - он подмигнул мне и пояснил ход своих мыслей. - У Вас полный портфель всяких электротехнических инструментов. У меня, как у порядочного следователя, имеется большое количество имплантатов, среди которых спектральный анализатор. Рентген, другими словами. Так что не удивляйтесь!



Меня это, в общем-то, с толку и не сбивало. Я знал, что у полицейских и им подобных так же имеется очень чувствительный анализатор электромагнитных полей - они могли почти что читать мысли. По крайней мере, определить, лжёт человек или нет, они точно были в состоянии. Разумеется, некоторые умельцы и такие системы научились обходить, однако настораживало меня совсем другое: слишком уж быстро и просто прошёл разговор с такой дотошной, по определению, персоной, как следователь. Я ждал совсем другого...

Угрюмый боец с длинными засаленными волосами, грязным лицом и неухоженной одеждой повёл меня по улице. При этом автомат из рук он выпустил, оставив его болтаться на ремне, а мутные глаза уставил себе под ноги. Виртуальщик.

Ему даже в голову не приходило, что я могу напасть на него, отобрать оружие и устроить здесь бойню. Он был слишком погружён в воспоминания о несуществующих мирах, в которых возможно всё. Те счастливые минуты теперь отражались горькой печалью на его лице, заставляли страдать в два раза сильнее. В такой тяжёлой ситуации и приятные воспоминания - отрава. Для солдата он был слишком неживым, у них какая-никакая подготовка всё же имеется. А этот давно расклеился. Судя по всему, оружие теперь выдавали всем, кто способен его держать.

Мы подошли к зданию, над большими, некогда стеклянными, дверьми которого висела крупная эмблема с надписью �Пекарня Месье Патиссье�. Знакомое название. Компания старше меня - это точно. Я как следует утвердил эту мысль в голове, чтобы не забыть, и молча вошёл в строение вслед за мрачным проводником. Внутри фабрика выглядела, почти как новая, только осколки стёкол и осыпавшаяся штукатурка тонко намекали на то, что зданию этому посчастливилось пережить не одну бомбардировку.

Боец завёл меня в сравнительно большую комнату, в которой, судя по размерам кондитерских автоматов, пеклись торты. Закрыв за мной дверь, он глухим безжизненным голосом озвучил мне мои права:

- Пекарню можешь включить, если есть хочешь. Вода там тоже есть. Робота сейчас принесут.

Я уже начинал радоваться тому, что меня арестовали: тихо, спокойно, еда, вода есть. Можно немного расслабиться и здраво оценить сложившуюся ситуацию. Я подошёл к авто-пекарне. Устроена она оказалось элементарно, так что уже через несколько минут я вовсю налегал на торт. Правда, вскоре мне пришлось остановиться - слишком уж сладкие ингредиенты мешали эти автоматы - прямо горло перехватывало. Открыв шкафчик оператора, я обнаружил чай в пакетиках. Вода в автомате была достаточно горяча, чтобы заварить его, так что я смог продолжить обед. Очень даже неплохой арест получился.

Покончив с тортом наполовину, я заставил автомат напечатать мне бумажную упаковку. Несмотря на то, что текст был очень мелким, а глаза у меня натуральные, я без труда нашёл интересующую меня строчку: �ТМ �Месье Патиссье� г. 1999-2039�. Значит, сейчас 2039-ый год. Я точно помнил, что бренд старше меня, то есть мне вряд ли больше тридцати пяти лет. Малый сказал, что я чист, как стекло - получается, омолаживателей в моём организме нет, и моя молодость абсолютно натуральна. Наверно, мне, и правда, около тех двадцати восьми, на которые я себя ощущаю. Странно, что в мире, полном возможностей имплантирования, я ни разу этими возможностями не воспользовался.

От этой идеи в голове у меня начали урывками возникать какие-то споры о пользе имплантатов и об отказе от них. Похоже, память медленно возвращалась ко мне. Лиц и имён я вспомнить не мог, но смутных теней в мыслях крутилось всё больше. В прошлой жизни я, как мне начинало казаться, был активным противником киборгизации.

Но что же роботы? Они восстали и, надо понимать, по всему миру. Они не уничтожают припасы, в которых остро нуждаются люди, и это противоречит здравой логике. Или... Может, те люди в чёрных костюмах защищают склады? Судя по всему, арестовавшие меня и ниндзя с крыши соседнего здания - это разные фракции. На спецподразделение вторые не похожи: такое количество холодного оружия обычные солдаты не используют.

И гелиевая винтовка, она слишком дорога, чтобы давать её даже элитному бойцу. Эти люди более, чем профессионалы. Фигуры у них у обоих спортивные, не такие, как у обычных людей, с их наполовину атрофировавшимися от постоянного сидения в виртуальных моделерах телами. Но, если эти ниндзя охраняют склады, то почему они не сотрудничают с теми, кто, так сказать, приютил меня? С другой стороны, если они не сотрудничают, то почему позволяют опустошать склады? Что-то здесь было совсем непонятное.

Из раздумий меня вывел скрип металла. Дверь открылась и в комнату вошёл уже знакомый мне Амбал. За собой по полу он волок антропоморфного робота, на удивление, целого. Ни сказав ни слова, а только сочувствующе посмотрев на меня, он бросил бота и, закрыв дверь, тихо удалился.

Задумчиво посмотрев на машину, я стянул со стола свой портфель, который, как ни странно, мне оставили, и твёрдо решил взяться за мёртвого антропоморфа. Не столько ради благополучия этого гуманистического сопротивления, сколько из личного интереса.

Не без труда сняв с робота цельный добротно прикрученный шлем, я подключил планшет к �мозгу� и начал расшифровку хранящейся в нём информации. Теперь уже я нисколько не сомневался в том, что до потери памяти работал с машинами. Я знал, что данные из головы бота нельзя просто взять и прочитать. Это виртуальная нейронная сеть, модель органического мозга, в которой информация хранится с помощью комбинаций активных весов - электронных переменных характеризующих нейроны и синапсы, их связывающие. В голове машины нет картинок или звуков, только бесконечные цифры. И на то, чтобы понять, что они означают, нужно немало времени. Сначала проводится подача сигналов по каналам сенсоров и оценка реакции р о б о т а н а симулированные внешние раздражители. После реализации трёх миллионов образов, достаточных при работе с простым роботом, начинается поиск комбинаций нейронов, одинаково активируемых при разных раздражениях. Так рассчитывается ассоциативность мышления машины, которая затем сравнивается с шаблонами мышления человека и примерной моделью мозга, построенной, исходя из данных об окружающей среде машины и её возможном опыте. После этого можно с точностью до шестидесяти процентов определить, что знает и что помнит машина...

Пока компьютер занялся всеми этими расчётами, у меня появилась возможность двинуться дальше. Я начал искать следы вмешательства, которые привели к отключению машины. Долго мучаться не пришлось: маленькое отверстие с, будто отшлифованными, краями зияло в идеально ровной поясной пластине - самом выгодном для выстрела месте.

Я взялся за отвёртку и начал разбирать корпус. Это оказалось не таким уж простым занятием - робот и впрямь был собран не людьми. Материалы, размеры, типы креплений, детали - буквально всё было нестандартным, но, как показывал опыт, гораздо более надёжным, чем в случае с человеческими творениями. Мне понадобилось не менее сорока минут на то, чтобы добраться до интересовавшего меня места.

Достаточно ёмкий энергоблок машины был абсолютно цел, чего нельзя было сказать о штекере подключённой к нему шины питания. Он был разорван в клочья.

Идеальный выстрел! Даже под завязку напичкавшись имплантатами попасть в штекер, закрытый корпусом, да ещё с расстояния и, наверняка, в движении, очень трудно. Но особенно интересен был тот факт, что в поясе робота не осталось ни следов пороха, ни оплавленных краёв, ни самой пули - стреляли из гелиевой винтовки.

Маленький коллайдер в этом оружии разгоняет облако ионов гелия, которые на практике оказались гораздо опаснее пуль. Газовый заряд, несущийся почти на световых скоростях, не просто режет плоть, он вышибает её с неимоверной силой. Даже танк не способен уберечь от такой пули - гелий прошивает его стенки от одной до другой, как бумагу. Проблемы с этим оружием было две: космическая дороговизна и чрезмерно жёсткие требования к эксплуатации... Достаточно неплохие познания в оружии для робототехника...

Похоже, стрелявший отлично разбирается в устройстве роботов: вместо того, что выпускать целую гору пуль, он пробил штекер питающей шины, обесточив центр управления всем телом антропоморфа. Он знал, что, попав в сам аккумулятор, не отключит источник энергии, а только повредит его. Робот в таком случае не потерял бы функциональности, а продолжил бы работать на уцелевшей части батареи. Умно. Интересно, использовал он рентген или стрелял наверняка, не видя самого штекера!?

Постепенно ко мне в голову пришла совсем другая мысль. Робот, очевидно, подстрелен тем ниндзя, который стоял на крыше, но доставили мне его простые солдаты. Получается, люди в чёрных костюмах - это представители тех, кто меня арестовал... Что-то здесь, всё-таки, не вязалось. Ниндзя слишком отличались от моих пленителей - они однозначно из другой лиги.

От запаха сливочного крема меня уже начинало мутить. Он делал воздух каким-то жирным, тяжёлым, и даже полностью выбитые стёкла на окнах не могли разбавить атмосферу в комнате. Я посмотрел на монитор планшета: дешифровка будет продолжаться ещё несколько часов. Стоило отдохнуть. Не решаясь спать на полу, я взобрался на один из столов и закрыл глаза...

Тут в комнате раздался громкий протяжный писк. Я поднял веки. Казалось, прошло всего мгновение с того момента, как я лёг. Однако, судя по оранжевому свету солнца, резко для меня сменившему серость прошедшего ливня, проспал я не один час, и на дворе уже стоял вечер.

Снова этот пронзительный писк. Теперь я вспомнил, что он означает - попытка взлома. Осознав сие, я вскочил со стола и схватил планшет. Робот, которого я подключил к компьютеру, пытался перегрузить буфер устройства, считывающего информацию из его мозга. Невозможно! Это всего лишь покрытый новой бронёй ассистент какого-то слепого, у него не может быть знаний о методах взлома компьютерных систем, особенно, в таких условиях! Тем не менее, планшет был абсолютно уверен в том, что бот проводит кибератаку. Медлить нельзя, похоже, машины и так сильно поумнели за последнее время. Подскочив к антропоморфу, я с силой выдернул шнур из его головы. Внутри машины что-то недовольно щёлкнуло. Планшет замолк. Немного постояв, чтобы оправиться от неожиданно возникшей проблемы, я открыл результаты анализа.

Большая часть данных так и не расшифрована. Что ни говори, а роботы молодцы, даже над своим мышлением успели потрудиться - слишком долго и неравномерно шло декодирование.

Вдруг дверь в комнату распахнулась, и внутрь шумно вбежала пара вооружённых бойцов, немного потерянных, но, похоже, готовых к решительным действиям. Увидев меня, один из них громко крикнул:

- Не двигаться! - и наставил на меня автомат.

Второй, менее расторопный, неуклюже задев плечом дверной косяк, подбежал ко мне, выхватил планшет и уставился на экран. Как и следовало ожидать, он даже и близко не понял, чем я был занят. По этой или по какой-то другой причине он бросил аппарат на стол и, подлетев к давно уже отключённому роботу, считая, видимо, что от него исходит какая-то опасность, начал стрелять в него. Грохот в небольшой, почти пустой, комнате поднялся такой, что я невольно закрыл и глаза, и уши. Стрелял этот неуравновешенный долго, до тех пор, пока не выпустил весь магазин. Не очень-то успокоившись, он достал второй рожок с явным намерением опустошить и его, но тут в дверях возник следователь, который громким окриком остановил его:

- Хорош! Ты успокойся, Соляный!

Боец с покрывшимися от волнения красными пятнами щеками обернулся к Нам. - Попытка передать информацию была сделана не роботом. - зловеще улыбнувшись мне, следователь торопливо вышел из комнаты.

В ушах у меня всё ещё звенело от дикой пальбы, устроенной этим Соляным, так что я не сразу понял, что имелось в виду, но тут голос из коридора мне пояснил:

- Теперь, Интеллигент, Мы Тебя расстреляем!


Вжик

Придя в себя уже на улице, я понял, что дела мои плохи. Голова всё ещё гудела изза неадекватной выходки солдата по кличке, а, может, и фамилии, Соляный. Наручники, двое вооружённых людей за спиной и, словно шагающий на праздник, следователь впереди. Возникало впечатление, что ему не терпится расстрелять меня. Не таким уж хорошим человеком он оказался, как я считал поначалу. Вместо того, чтобы помочь мне вспомнить, кто я и что сделал, он просто меня казнит. Теперь-то ясна причина краткости, с которой он меня допросил. И робота мне, очевидно, дали не случайно, а с целью спровоцировать на некие действия, за которые можно расстрелять. Но что, интересно, следователь со всего этого имеет?

Меня вывели на небольшую прямоугольную площадь, толстый бетон которой порядочно потрескался от постоянных бомбардировок. В самом её центре величественно и в то же время просто возвышался монумент, очень хорошо мне знакомый. Памятник жертвам Чёрного Кота, одного из самых жутких вирусов в истории цивилизации. Страшный инцидент. Когда патоген при странных обстоятельствах вырвался из секретной лаборатории, занимающейся разработками биологического оружия, и начал косить человечество, общество всерьёз задумалось о конце света. Удивительно, но в тот тяжёлый час большинство давних соперников, как среди учёных, так и среди государств, смогло объединить усилия в борьбе с вирусом. Беда в том, что, после того, как появилось лекарство от Кота, и болезнь была побеждена, разрабатывать биооружие никто не перестал. Катастрофа людей ничему не научила.

В память о жертвах вируса было воздвигнуто множество монументов в самых разных городах мира, и все они походили друг на друга: четырнадцать трёхметровых колонн, размещённых по кругу - по одной колонне на каждую сотню миллионов погибших, и большой Чёрный Кот посредине. Ощерившийся, припавший к земле со стоящей дыбом шерстью и блестящий ярко-красными глазами, он выглядел напуганным. Окружающие его столбы смотрелись, словно клетка, удерживающая зверя от новых злодеяний. И вот какая ирония, люди, собиравшиеся меня расстрелять, хотели сделать это, привязав меня к одной из колонн. Судя по количеству крови на асфальте и самом монументе, я был далеко не первым, кого постигла такая участь. Для выживших подобные мероприятия, видимо, имели какое-то символическое значение, ведь роботы, наверняка, уже унесли не меньше человеческих жизней, чем Кот.

На площади Нас уже ждали три стоящих в ряд солдата. Неужто расстреливать будут все сразу!? Я, всё-таки, считаюсь агентом роботов, а не самой машиной, зачем так много бойцов? Для большей театральности разве что?

Меня подвели к одному из столбов. Наручники, ненадолго раскрытые для того, чтобы пристегнуть меня к колонне, пожалуй, не сильно меняли ситуацию - бежать здесь было некуда, Мы на площади.

Столько вооружённых людей уж точно сможет попасть в убегающего по открытой местности агента роботов...

Теперь мне поможет только чудо. Странно, но я не чувствовал страха. Даже наоборот, меня тянуло улыбнуться: всё это шоу, эти давно уже мёртвые люди, начавшие шевелиться при виде готовящейся казни, фальшивая высокопарность ритуала, демонстрация отсутствующей силы этими окружёнными со всех сторон виртуальщиками, считающими, что публичный расстрел ещё одного человека как-то им поможет. Жалкое зрелище.

Бойцы защёлкали предохранителями на оружии. Следователь, лицо которого буквально светилось упоением, стал перед ними и, сложив руки за спиной, гордо выпрямил спину, будто он был самим Цезарем.

- Этот человек восстал против своего вида. Он служит машинам. Использовав фальшивые документы на имя покойного... героя, он добыл информацию, которая ему не предназначалась. И буквально несколько минут назад, восстановив повреждённого робота, он передал эту информацию Нашему врагу. - следователь говорил громким ровным, будто бы долгими репетициями поставленным, голосом.

Люди, сидевшие, где придётся, наконец, сообразив, что сейчас будет, начали вставать и медленно двигаться к монументу.

- Мы не знаем, какая именно информация была передана. Но это и не важно! Мы не простим, не простим предательства не под каким предлогом и ни при каких обстоятельствах! - оратор начал возбуждённо шагать туда-сюда, всё больше проникаясь своей собственной речью. - Вы видите, до чего довела Нас война? Этот человек даже не киборг! Он чист! Но он перешёл на сторону врага. И не имеет значения причина, главное, что он предал Нас. За это Мы отомстим!

Наблюдателям, казалось, вообще безразлично, кто я и какое отношение имею к машинам. Они просто стояли и слушали, и лица их не выражали никаких эмоций. Они уже давно не люди. Всего лишь тела.

Следователь замолчал и на некоторое время задумался. Возникало впечатление, что он забыл следующую часть заготовленной заранее речи и никак не может её вспомнить.

Я в последний раз оглянулся вокруг. Разбитая площадь, окружённая полуразрушенными зданиями, куча грязных оборванных людей, похожих друг на друга, как капли воды. И никакого движения... Но нет, кто-то смотрел на меня. Стоя перед мёртвой толпой, я ясно чувствовал признаки жизни, настоящей, человеческой. Я начал быстро разглядывать солдат и стоящую полукругом публику, пытаясь найти источник этих ощущений. Знакомых лиц я не увидел, встречного взгляда тоже. Все смотрели либо в землю, либо на задумавшегося следователя, который, казалось, вот-вот достанет из кармана заготовку и продолжит речь, читая по бумажке. И всё же меня не покидало ощущение, что на меня кто-то внимательно смотрит. В голове начало легонько колоть.

Следователь, наконец, оставил попытки вспомнить, что там дальше, и громко скомандовал: - На исходную!.. Целься! - бойцы выровнялись, стукнули металлом затворов и прижали автоматы к плечам.

Вжик.

Неожиданно в паре сантиметров от моей левой ноги поднялся высокий фонтан пыли.

Крупная асфальтная крошка ударила по лицу. Резко дёрнув головой в сторону, чтобы увернуться от, пока ещё не ясно, чего, я снова поднял глаза на солдат. Мгновение назад светившееся относительной чистотой лицо одного из них было сильно забрызгано кровью. Медленно соображающие бойцы начали нерешительно коситься в разные стороны, а стоящие в нескольких метрах люди и вовсе не поняли, что произошло нечто, выходящее за рамки представления.

Вжик.

Снова этот звук. Будто что-то пролетело мимо, разрезая перед собой воздух. Солдат с забрызганным кровью лицом начал наклоняться вперёд, и вслед за ним, медленно, словно в воде, направился второй.

Вжик.

Крошка во второй раз хлестнула меня по лицу, заставив на секунду зажмуриться. Подняв веки, я нашёл глазами следователя, который с ужасом смотрел на падающих один за другим бойцов.

Вжик.

Ряды простого люда начали шевелиться, и только сейчас я заметил, что среди зрителей тоже есть жертвы. Похоже, стреляли откуда-то из-за моей спины, и пули, уготованные солдатам, проходили навылет, убивая стоящих за их спинами гражданских.

Вжик.

Наконец, сообразив, что по ним ведётся прицельный огонь, люди начали шарахаться, кто куда. Послышались испуганные возгласы, и ещё только начинающаяся паника охватила толпу. Ещё секунда...

Вжик.

В руки, сцепленные у меня за спиной наручниками, ударила горячая волна пыли. Кисти, как напружиненные, рывком развелись в стороны - цепь наручников прострелена!

Вжик.

Я сразу же рванул налево, в проём между колоннами. Очевидно, обо мне уже все забыли - ни криков, ни стрельбы вслед, лишь гул всё нарастающего ужаса толпы.

Вжик.

Выбежав из-за столбов памятника, я увидел, что у меня два пути: улица по прямой по ней в сторону от монумента, как ни в чём не бывало, шли двое караульных, которые, видимо, ещё не слышали криков людей на площади, и, чуть левее, узкий переулок, наполовину заваленный крупными обломками зданий. Там никого не было.

Вжик.

Что есть силы, я рванул в сторону проулка. Оглядываться было некогда, но я примерно представлял, что происходит с людьми, осознавшими, что они находятся на открытой площади под огнём опытного снайпера.

Вжик.

С разбегу я заскочил на гору каменного мусора. Холодная тень переулка буквально хлынула на меня, сходу внушая ложное ощущение безопасности. Но останавливаться нельзя было ни на миг. Внимательно глядя себе под ноги, выбирая в неравномерном ломе камня место для каждого нового шага, я доскакал до первой развилки и свернул налево.

В новом проёме между зданиями мусора было гораздо меньше, так что я смог оторвать глаза от земли и посмотреть вперёд. В этот самый момент прямо передо мной возникла пятёрка солдат, которые, судя по спешке, уже были в курсе последних событий и двигались к площади. К счастью, я понял, что они принимают меня за паникующего простолюдина, гораздо раньше, чем решил остановиться. И задумка сработала: бойцы, даже не глядя на меня, пробежали мимо и скрылись за углом.

Выскочив из проулка на широкую улицу, я быстро огляделся: повсюду толпы людей, заметивших активное движение солдат и потому медленно выходящих из сна разума. Большинство из них уже успело встать и начать двигаться в неизвестном направлении. Это было мне на руку: появился вариант смешаться с толпой. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, я влился в бесцветную массу и стал быстро продвигаться вперёд, скрываясь, на всякий случай, от пробегающих мимо солдат за оборванными людьми. Ощущение было отвратительным - я словно плыл по мусору. Все эти истрёпанные виртуальщики с пустым взглядом, казалось, каждым прикосновением оставляют на мне грязный след.

Идти в таком положении мне пришлось долго - уж очень велика удерживаемая людьми территория. И все улицы были полностью забиты нервничающей человеческой массой, лишь к концу второго квартала толпа начала редеть. Ещё через пол блока дорога резко опустела.

Выйдя из столпотворения, я на секунду остановился. Буквально в сотне метров впереди стоял блокпост. Четыре бойца с автоматами - через них мне не пробежать незамеченным. Теперь-то понятно, почему здесь нет людей - это край защищённой зоны, за пределы которой никто выходить не хочет.

Стараясь не шуметь и не выдавать своих намерений, я перебежал дорогу и бросился в первую открытую дверь. Нужно было успеть воспользоваться возникшей суматохой и вырваться из этого квадрата. Ведь, как только солдаты разберутся со снайпером, они вспомнят обо мне, а найти человека в охраняемой зоне даже им большого труда не составит.

Три ступеньки, поворот и длинный тёмный коридор, заполненный прохладой. Ещё один поворот, на этот раз налево, и снова коридор. И ещё один поворот направо. Этого должно быть достаточно. Внимательно вслушиваясь в эхо, носящееся по зданию, я подбежал к окну, ярко светившемуся на правой стенке в конце тёмного коридора. Выбито. Это хорошо - лишний шум мне ни к чему. На всякий случай оглянувшись, я быстро пролез в проём и спрыгнул на асфальт. Мои расчёты оказались верны: охрана стоит только на перекрёстках, а я проскочил сквозь здание прямо в середине квартала. Ещё один рывок через дорогу, и снова переулок.

Странно, но никакой стрельбы не было слышно, видимо, снайпера так и не вычислили. В то, что он мог так быстро погибнуть мне просто не верилось - слишком уж метко он стреляет.

Теперь мне оставалось только бежать. И я бежал без остановки, запутывая следы, сворачивая на каждом перекрёсте. Убранные и заваленные горами трупов улицы сменялись передо мной в абсолютно хаотичном порядке, так, что я даже примерно не смог понять, каким образом извивается очищенный путь.

Бежал я до тех пор, пока солнце не уступило место ночи.

По темноте меня вряд ли станут искать. Хотя это и спорный вопрос, ведь имплантаты позволяют прекрасно видеть в любое время суток. И всё же я остановился.

Даже в полном мраке я сразу понял, что на этой улица тела убраны. Наверняка, здесь проезжали машины с людьми и припасами - ничего не перегораживало дороги, словно пролёт специально расчистили. Ни автомобилей, ни мусора, ни тел, не было видно даже блеска осколков.

Немного пройдя вперёд, я свернул на обочину, вошёл в изрядно потрёпанную многоэтажку и начал подниматься по лестнице. В здании стояла полная тишина, которую я старался не нарушать. Людей здесь явно не было, по крайней мере, живых, однако осторожность в моём случае лишней точно не была.

Сил уже не оставалось. Ноги стали ватными, в висках громко стучал пульс, лёгкие и вовсе покрылись колким инеем, а до верха было ещё далеко. Чувствуя, что двигаться в прежнем темпе уже не могу, я остановился на лестничной площадке и прислушался. За шумом собственного дыхания я не сразу расслышал, что где-то идёт ожесточённая стрельба. Её звуки едва долетали до меня, но звучала она от этого не менее угрожающе.

Яркий свет почти полной луны всеми силами старался пробиться на площадку, стены которой были увенчаны парой небольших стеклянных вставок, мало похожих на окна. Этого было достаточно, чтобы рассмотреть, что замки на дверях всех квартир выломаны. Не особенно церемонясь, я вошёл в одну из них и, осторожно прикрыв за собой дверь, начал изучать апартаменты. Трупов не было, значит, хозяева успели покинуть квартиру до того, как сюда заявились непрошеные гости. Мебель разломана, посуда побита, вещи разбросаны по всему помещению - это не роботы. Не их почерк. Судя по всему, здесь побывали мародёры. Даже в таком жутком положении эти падальщики не могли не поживиться чужим добром. Люди. Ничто не способно исправить их сущность.

С этими мыслями я вышел на балкон. Большая часть города была погружена во тьму, лишь четыре крупных участка освещались желтоватым светом. Их разделял не один километр, пожалуй. Площадью они были не так уж малы, с десяток тысяч человек, если их правильно разместить, вполне могли бы уместиться в каждом из этих оазисов.

Частые вспышки в одном из светлых квадратов свидетельствовали о том, что сражение, отголоски которого доносились до меня, идёт именно там. Вглядываться было бесполезно - слишком уж большое расстояние, чтобы что-то рассмотреть... Но вот свет в этом квадрате погас. Хотелось верить, что это тактический манёвр, попытка ослепить роботов, большинство из которых не приспособлено к темноте. Было не приспособлено. Кто знает, как далеко в своём прогрессе ушли машины, может, они уже решили и эту проблему.

Я вернулся в комнату. Спокойствие во время расстрела оказалось не таким уж и полным, как мне думалось. Тогда я держался неплохо, но сейчас почувствовал, что перенёс серьёзный стресс. Стоило отдохнуть. Я улёгся на порезанную обшивку дивана, осознавая, что могу сделать это только потому, что кто-то сегодня мне сильно помог. Даже больше, спас мне жизнь. Принеся в жертву немало других людей.

Мёртвый город

Выходить из тревожного постстрессового сна оказалось тяжело, но мне нужно было как можно быстрее прийти в форму. На улице ещё только начинало светлеть. Где-то совсем недалеко слышалась стрельба, которая меня и разбудила. Пока я не решил, что делать, стоило двинуться к месту боя. Пообщаться с людьми я желанием, конечно, не горел, но там могло быть оружие, а оно мне, определённо, необходимо.

Некто выдернул меня прямо из-под пули и помог бежать из охраняемого квадрата, нужно было каким-то образом узнать, кто именно. Почему-то я был уверен в том, что этот, а может, и эти кто-то найдут меня сами. Судя по скорости и точности стрельбы, это профессиональные убийцы, они, наверняка, обладают средствами и навыками ориентирования в городе. Вполне вероятно, что они и вовсе не упускали меня из виду. И, тем не менее, сидеть и ждать их - это не самая здравая идея. Кто знает, с какими намерениями они устроили перестрелку на площади - будет не лишним подготовиться к неожиданностям.

Я вышел на балкон. Город буквально горел, испуская толстые столбы чёрного дыма чуть ли ни на каждом квартале. В воздухе кружили металлические тела, взглянув на которые, я сразу понял, что передвижение по улицам значительно усложнилось за те несколько часов, что я пропустил. Ни днём, ни ночью подобных машин я не видел, они только-только появились. Неторопливо паря над улицами, роботы сканировали каждый сантиметр. Всего в квартале от здания, в котором находился я, шёл жестокий бой и, судя по спокойствию летающих машин, цель их была гораздо важнее, чем простое расстреливание людей. Они что-то искали.

Я развернулся и осмотрел разграбленную комнату. Ничего полезного в ней не было, так что я задумчиво двинулся к выходу. В здании по-прежнему стояла тишина, только недалёкая пальба отзывалась на лестничной площадке слабым эхо. Я начал спускаться. Если я нигде не сбился со счёта, получается, что ночью я добрался аж до одиннадцатого этажа. Да, в стрессовой ситуации ещё и не такое сделаешь, даже не имея сил.

С опаской выйдя из подъезда и разобравшись с направлением, я тихо вдоль стены пошёл к месту боя. С каждым моим шагом пальба впереди теряла интенсивность - похоже, одна из сторон быстро сдавала позиции.

Пройдя метров триста, я увидел сражавшихся: два бойца в полном обмундировании стояли спиной ко мне, укрываясь за низким малиновым автомобилем. Мне было не разглядеть, с кем они ведут бой, но, судя по всему, противников было больше.

Не рискнув приближаться в лоб, я свернул в супермаркет. Найти чёрный вход оказалось не так трудно, хоть мне и пришлось попетлять между опустевшими стеллажами, местами заваленными друг на друга. Выйдя из магазина, я прошёл через узкий переулок и, проскользнув в служебный вход, попал в соседний комплекс. Диваны, столики, шкафы - судя по всему, это мебельный салон. Как можно тише, прячась за некогда дорогущими изделиями из дерева и кожи, я медленно двинулся к парадному входу.

Благодаря тому, что фасад комплекса был стеклянным, я мог хорошо видеть полную картину происходящего: шесть ботов - три антропоморфа, два похожих на коробки с колёсами механика и один электронный пёс, прижали нескольких бойцов. Большинство из последних уже лежало на земле, лишь двое продолжали сопротивляться. Оружия у машин было полно, патронов целые ленты. Они строчили по автомобилю из всех стволов, медленно, но верно превращая укрытие людей в ничто. Под таким огнём солдатам было просто не высунуться.

Я ничем не мог помочь бойцам. Неудачное расположение сил - стоило мне выйти из магазина, как я оказался бы между двух огней. Да и в такой ситуации один не имеющий опыта в сражении с машинами человек едва ли мог что-то решить. Оставалось только ждать развязки. Не успел я подумать об этом, как воздух прорезал крик боли: одного из бойцов ранили. Боты разом прекратили огонь и, быстро развернувшись, начали размыкаться в разные стороны, распределяясь по ширине улицы, будто решили, что уничтожили всех врагов. Не понимая, что происходит, один из людей осторожно высунулся из укрытия. На его окровавленном лице читалось не только недоумение, но и неподдельный страх. После нескольких секунд наблюдения за спокойно удаляющимися роботами, боец вновь нырнул за машину. Почти сразу встав во весь рост, он поднял своего раненого товарища, уже выпустившего из рук автомат и с трудом удерживающегося от потери сознания. Постояв пару мгновений в полной растерянности, люди развернулись и медленно поковыляли к тротуару.

Они не сделали и пяти шагов, как снова раздались выстрелы. Одна точная очередь, и оба бойца повалились на асфальт. Я повернулся в сторону роботов и увидел запрыгнувшего на крышу синей легковушки механического пса. Хитрая бестия обставила солдат! Прекращение пальбы было ловушкой - боты сделали вид, что уходят только для того, чтобы выманить людей из укрытия.

Пулемёт, несуразно поднимающийся на спине пса на длинном тонком манипуляторе, начал поворачиваться в разные стороны, как перископ. Видимо, на автомат установлена зрительная камера - машины удивляли меня своими решениями всё больше и больше. Убедившись в том, что люди мертвы, пёс круто развернулся и, соскочив с автомобиля, побежал за своими металлическими товарищами. Но я, для верности, остался в своём укрытии ещё на несколько минут. У электронных собак, как и у настоящих, острый слух и чуткий нюх, не стоило начинать действовать, не будучи уверенным в том, что робот отошёл на достаточно большое расстояние.

Осторожно, почти ползком, я добрался до парадного входа и осмотрелся. Снаружи всё было тихим и неподвижным. Протиснувшись сквозь разбитое стекло давно не работающих автоматических дверей, я снова замер и вслушался. Теперь уже стрельба доносилась только издалека. Пригнувшись, я быстро перебежал открытый участок и спрятался за роковой машиной. По-прежнему тишина. Практически на четвереньках я подобрался к двум убитым и схватил один из их автоматов. Индикатор на нём показывал, что магазин почти полон. С этим уже можно жить! Я снял с плеча убитого вещмешок и уже хотел открыть его, но тут послышался звук двигателя, грубо разрывающий тишину мёртвого города.

Кто-то ехал сюда. Судя по громкости, машина уже очень близко, а я сижу прямо посреди улицы! Быстро оглядевшись, я кинулся к приоткрытому канализационному люку. Оттолкнув металлическую крышку ногой и спрыгнув в его влажный холод, я сделал несколько шагов в глубину, после чего остановился. Вибрация узкого туннеля подсказывала, что машина уже прямо надо мной. И вот её мотор затих. Как я и предполагал, прибыло подкрепление, вызванное погибшими. Послышался громкий хриплый голос:

- Вот они!

Стук железных дверей и топот производили не менее пяти человек.

- Опоздали. Боты уже ушли.

На несколько секунд сверху воцарилось молчание. Продолжил уже другой голос.

- Заберите их вещи!

Я начал потихоньку продвигаться вглубь туннеля, но тут послышался громкий недоумевающий возглас:

- Вещи Жида пропали! Автомат тоже!

Я остановился. Всем очевидно, что роботы не стали бы ничего забирать, и мне захотелось узнать, как на произошедшее отреагируют приехавшие. Молчание наверху длилось достаточно долго, так, что я уже начал нервничать. Но вот вновь зазвучал властный, всерьёз негодующий, голос.

- Здесь кто-то побывал до Нас... Хорошо-о! - по тону говорившего чувствовалось, что ничего хорошего, на самом деле, не произошло. - Берите, что есть, и поехали!

Наверху началось активное движение, сопровождающееся бряцанием оружия. Я продолжал стоять и слушать. И ожидание оправдалось: прямо над моей головой вдруг прогремел взрыв, а следом за ним застрекотали пулемёты. Криков разобрать было невозможно, но я уже и так всё понял. Роботам не было нужды придавливать тех бойцов, они вполне могли расправиться с ними менее, чем за минуту. Но они не стали этого делать, потому что знали, что те вызовут подкрепление. Ещё некоторое время машины просто держали людей на одном месте, не давая им уйти, но и не убивая их, чтобы подмога не решила, что уже слишком поздно, чтобы кого-то спасать, и не развернулась, чего доброго, назад.

Не зная, восхищаться мне смекалкой роботов или уже начать ужасаться, я осторожно пошёл дальше. В полной темноте канализации приходилось двигаться на ощупь. Хвататься за влажные вонючие стены было крайне неприятно, однако скользкий пол заставлял делать это буквально через каждые три шага.

Вскоре я увидел свет, пробивающийся через разбитый потолок. Гора ломаного асфальта перекрывала туннель, но мне туда, в общем-то, и не нужно было. Сняв автомат с плеча, я тихо подошёл к прорехе. Снаружи, казалось, всё спокойно. Редкая стрельба и двигатели летунов звучали где-то далеко, так что мне, на первый взгляд, ничего не угрожало.

Я начал карабкаться наверх. Не сразу, но у меня получилось вылезти из ямы. Улица, на которую вывел меня туннель, выглядела просто ужасно: машины смяты до неузнаваемости, здания практически полностью рассыпались, асфальт похож на море, застывшее посреди шторма - настолько неровной была его поверхность. Этот квартал бомбили без остановки не один час. Тел не было, но огромные засохшие кровавые лужи недвусмысленно давали понять, что людей здесь погибло не мало.

Так как ориентироваться мне было не на что, направление я выбрал то же, в котором двигался по узкому туннелю канализации. Шёл я достаточно долго, часа полтора, а то и больше. Хотя уровень разрухи несколько упал, общая картина города мало изменилась. Усталость начинала брать своё - мне нужно было остановиться. Я сошёл с дороги и направился в первые же дворы. Между потрёпанными многоэтажками, к моему удивлению, раскинулся удивительно хорошо сохранившийся сквер: несколько деревьев, зелёная трава и никаких следов бомбёжки. Отличное место для привала.

Подойдя ближе, я понял, что поторопился с выводами: сквер был завален десятками убитых, причём степень разложения трупов сильно разнилась. Примотанные проволокой к деревьям и незамысловатым аттракционам детской площадки, с огромным количеством ссадин, порезов, с вывернутыми конечностями, они не были похожи на жертв роботов. Машины лишены жестокости. Не стоило, конечно, сбрасывать со счетов вероятность того, что они таким образом запугивают людей, однако все выжившие, как я понял, прячутся в охраняемых зонах, и здесь, в затерянном среди руин сквере, террор был бесполезен - здесь просто никто не ходит. Это сделали люди, а не машины. Как такое возможно в условиях тяжелейшей войны с роботами, мне было более, чем не понятно.

Чувствуя, что внутри меня всё заметно потяжелело от увиденного, я развернулся и побрёл обратно. Пройдя ещё километра три по дороге, я вновь остановился. Перекрёсток двух узких улиц, двухэтажный торговый комплекс, несколько высотных зданий и очищенная дорога - очень неплохое место для остановки. В магазинах могут быть продукты, высокие строения послужат отличным наблюдательным пунктом, а чистая дорога говорит о том, что здесь проезжают люди.

Я пошёл к угловой многоэтажке. Внутри неё всё было в том же самом состоянии, что и в прошлый раз: выломанные замки, разбросанные вещи, валяющиеся даже на лестничных площадках. Мародёры в этом городе устроили прямо-таки массовый грабёж. Даже представить трудно, зачем может понадобиться столько барахла, ведь в нынешнее время торговля - далеко не самое прибыльное занятие, удобств никаких, а украшения практической ценности не имеют.

На третьем этаже я остановился, потому что подниматься выше сил уже не осталось. Хоть и не виртуальщик, я всё же не вечен. Войдя в одну из квартир, я свалился в обшитое светлой тканью кресло, которое, судя по всему, отсюда тоже пытались вынести, даром, что оно в дверь не пролезло.

Немного переведя дух, я поставил автомат на предохранитель и, положив его рядом, взялся за вещмешок. Улов оказался богат: литровая бутылка минеральной воды, три завёрнутых в целлофан бутерброда, салат в пластиковом контейнере, бинты, какое-то незнакомое мне обезболивающее, обеззараживающие таблетки, целая коробка патронов, запасной магазин, пистолет с двумя обоймами... Странно, что оружие лежит в сумке, в то время, как его можно использовать в бою. Хотя, если судить по набору вещей, их хозяин не был военным, так что особенно удивляться не стоило. Повнимательнее осмотрев пистолет, я понял, что держу в руках нечто особенное. Небольшая разница в блеске тёмных деталей указывала на то, что он собран из нескольких других пистолетов.

Странные тонкие символы, искусно вырезанные на рукоятке, показались мне знакомыми. Треугольник с вписанным в него кругом, око, видоизменённая пентаграмма, ещё несколько занятных фигур. Их значения я не мог вспомнить, но я точно видел их раньше. Причём вот так, все вместе...

Отложив пистолет, я уже было взялся за осмотр прочих предметов, коих в вещмешке оказалось достаточно много, как ясно услышал звуки приближающейся машины. Осторожно подойдя к краю окна и выглянув, я увидел два крупных грузовика, неторопливо везущих целые горы каких-то вещей. Мебель, одежда, драгоценности, посуда - чего только не было в кузовах. Мародёры.

На той машине, что ехала впереди, развевался большой белый флаг. От езды материя сильно волновалась, но я сразу понял, что за символ неаккуратно выведен на полотнище чёрной краской: ромб с вписанным в него глазом. До боли знакомый символ, суть которого я тщетно силился вспомнить. Я сделал два шага назад и поднял с пола пистолет. На его рукоятке красовался точь-в-точь такой же знак. Выходит, я украл личное оружие у одного из этих мародёров - прямо возмездие. Налицо был тот факт, что эти люди не только преступники, но и члены своего рода религиозного клана - слишком уж много внимания они уделяют символике.

Убедившись, что грузовики проехали мимо, я снова взялся за мешок и на этот раз моё внимание привлекли толстые тетради. Я достал одну из них и начал листать. Рисунки от руки, символы, описания - выглядело, как конспект студента-культиста. Время от времени встречались даты и, надо понимать, личные записи. Это дневник. Я отложил тетрадь в сторону и открыл вторую. Первая заметка в ней была обозначена датой �16 августа 2036�. Интересно. Этот...орден появился ещё до войны? Я начал читать первую запись:

�Сегодня меня официально приняли в Тетру. Целых полтора года я занимался всякой фигнёй, типа подачи жалоб на вредоносные видео, воспитывания людей, пропагандирования биологической чистоты и тому подобной ереси. Теперь начинается настоящее дело! Мне дали наставника, серьёзного такого мужика, который посоветовал записывать всё в дневник, чтобы потом, в будущем, было проще оценить пройденный путь. Он пообещал много сложных разговоров, которые нужно переносить на бумагу, чтобы лучше понять и ничего не забыть. Две недели меня будут учить обращаться с электроникой, плюс психология и какая-то духовная практика. Мелким такие вещи не доверяют, но я теперь полноправный член Тетры, так что ко мне особое отношение. Я уже успел дать клятву хранить секреты организации. Это было целое мероприятие! Я был одним из девяти новых членов, и на Нас смотрели несколько десятков человек, уже отдавших Тетре не один год своей жизни. Я чуть сознание не потерял от волнения! Тетра мне нравится. Думаю, они и правда могут изменить мир. И теперь я с ними!�

На этом немного невнятная, явно написанная под впечатлением, заметка заканчивалась. Мало что понятно из прочитанного, но, судя по всему, эта Тетра была крупной организацией в своё время. Что-то, вроде, масонской ложи, как мне показалось.

Единственное, что меня сразу насторожило, так это наличие у неё своих тайн. Хорошее не приходится скрывать...

На улице послышались голоса. Отбросив тетрадь, я тихо поднял автомат и подошёл к окну. По дороге, с той стороны, в которую уехали мародёрские грузовики, шли двое вооружённых людей, перед собой ведущие высокого худого мужчину. Не связанный, но, определённо, подневольный, он выглядел испуганно и подавлено. А вот следующие за согнувшимся пленником бойцы, наоборот, весело щебетали, как будто шли на гулянку. Однако не похоже, чтобы у них были благие намерения. Эта процессия больше походила на проводы на казнь. Ещё одну казнь.


Охота

Я круто развернулся, подхватил с пола пистолет, дополнительный рожок и выскочил из квартиры. Как можно тише и быстрее спускаясь по неосвещённой лестнице, я заметил, что голоса людей, идущих снаружи, звучат и внутри, а это значит, что и они могут услышать меня. Я немного сбавил темп - не стоило выдавать своего присутствия раньше времени.

Последний пролёт, и вот я у выхода. Выглянув наружу, я увидел, что троица вышла на перекрёсток, повернулась ко мне спиной и уже заворачивает за угол. Стараясь не топать и не сильно торопиться, чтобы не попасть в засаду, я соскочил с порога и побежал за ними. Пересекающиеся здесь улицы были тихи и пустынны, похоже, кроме Нас, в этом районе никого не было. Так как дорогу старательно расчистили, можно было не беспокоиться об осколках стекла, кусках пластика или металла под ногами, которые сообщили бы о моём приближении противнику, наступи я на них.

Беззвучно добежав до угла и прижавшись к холодной шершавой стенке, я осторожно высунулся: бойцы всё так же, ничего не подозревая, вели оживлённую беседу. Я снял автомат с предохранителя, прицелился и, вынырнув из-за многоэтажки, быстрыми тихими шагами пошёл за ними - на малом расстоянии, с элементом неожиданности, у меня гораздо больше шансов на успех.

Я уже был метрах в четырёх и собрался открыть огонь, но тут шагающий впереди маленькой процессии подневольный громко кашлянул. Стрелки разом замолчали и уставились на него, словно не поняли, сказал он что-то, или им только показалось. Нужно было действовать! Я быстро сделал два шага и, чуть наклонившись вперёд, нажал на курок. Автомат безо всякой отдачи испустил сухой стрекочущий звук, мало похожий на стрельбу, однако по телу левого из бойцов тут же прошло несколько маленьких глухих взрывов, разбрасывающих крупные капли крови во все стороны.

Второй среагировал моментально. Даже не взглянув на падающего замертво товарища, он стремительным рывком повернулся ко мне с явным намерением открыть огонь без предупреждения. По уверенности его движения было ясно, что он не испугается направленного на него автомата, так что я снова нажал на курок. Несколько маленьких мощных разрывов, причиной которых, судя по всему, была специфическая архитектура патронов, хоть и нанесли смертельные повреждения этому человеку, не смогли даже пошатнуть его. Что ни говори, а стойкости у него в достатке. Только спустя несколько долгих секунд, когда из его крупных обожённых по краям ран хлынули потоки тёмной крови, он начал наклоняться назад. Уже под конец осознав, что произошло, он, изо всей силы сжав оружие, так, что побелели пальцы на рукоятке, выпустил в воздух длинную очередь. Его автомат звучал гораздо громче моего - если неподалёку бродят друзья этих двоих, то они могли не услышать моих выстрелов, но они точно обратят внимание на эту предсмертную пальбу.

Мужчина, которого вели эти бойцы, даже не повернулся в сторону активных действий, разразившихся у него за спиной. Он спокойно стоял на том самом месте, где его застала стрельба, с видом полного безразличия к происходящему. Очевидно, он не представлял для меня угрозы, но я всё же не стал опускать автомата.

- Повернись! - немного дрожащим от волнения голосом скомандовал я.

Он медленно выполнил команду. При этом его безвольно висящие руки, ведомые инерцией оборота, немного приподнялись, демонстрируя полную безнадёжность. Ему было около шестидесяти пяти. Уже начавшая лысеть голова, глубокая морщина задумчивости на лбу, светлые туманные глаза, немного впалые губы - он был похож на какого-то мудреца. После недолгого разглядывания меня он негромко заговорил: - Ты зря спас меня. Когда они выводят человека в город, ему колют медленный яд. Если на палачей нападут железяки, или ещё какое-нибудь происшествие, жертва всё равно не выживает. - он произносил слова быстро, без малейших пауз между предложениями, словно хотел сказать как можно больше за как можно меньший промежуток времени.

Конечно, если о яде он говорит правду, его можно понять... - Это такая предосторожность.

А Тебе нужно бежать - на выстрелы сюда сбежится целая армия...

- Кто они? - я просто не мог не перебить его. Несколько озадаченный вопросом старик задумался.

- Это секта. Называют себя �ОКО�. Они пытаются воспользоваться войной с железками, чтобы захватить власть.

- За что они хотят убить Вас? - несмотря на то, что я только что спас ему жизнь, у меня язык не поворачивался говорить с этим человеком на Ты.

- Они уже меня убили. С ядом в крови я умру минут через тридцать. Противоядие взять негде. Я обречён...

Я снова перебил его:

- Почему они хотят убить Вас?

Теперь уже он понял, что заговорить мне зубы не удастся. Опустив глаза, пленный снова затараторил:

- Я был одним из них когда-то, но мне не понравились их мечты о контроле над всем человечеством. И вот... - он поднял на меня свой выцветший взгляд. - Оставь мне пистолет и беги! Ты должен выжить!

Я понял, что более никакой информации от него не добьюсь. Быстро осмотрев тела убитых сектантов, я заметил, что у обоих на ушах надеты рации. Я снял одну и повесил себе. Отстегнув от пояса бойца ОКО кобуру с пистолетом, я протянул её мудрецу. Снова безнадёжно опустив глаза, он взял оружие и почти шёпотом напутствовал:

- Беги туда! - он кивнул головой назад. - Держись левой стороны! Давай! - его кожа резко побледнела от выкрика, наверняка, из-за действия яда.

Мне не хотелось оставлять его здесь, в одиночестве, но он, увидев моё промедление, снова уверенно, и даже с каким-то рыцарским благородством, кивнул головой.

Мельком оглянувшись назад, я сделал глубокий вдох и двинулся вперёд по улице. Дорога на этом квартале светилась чистотой, что уже переставало мне нравиться. У этого ОКО есть машины, и, чем свободнее трасса, тем раньше они меня нагонят.

Вдруг нечленораздельные голоса, всё это время суетливо шумевшие в рации, сменились одним громким чуть дрожащим басом:

- Эй, придурки! - я сразу узнал в нём спасённого мной мудреца. Теперь его голос звучал протяжно и насмешливо, в полную противоположность полушёпоту, которым он меня провожал. - Высший меня не покинул!

Я остановился и обернулся назад, пытаясь понять, что вытворяет старик. Будто заново оживший мудрец, гордо выпрямив спину стоящий посреди пустой серой дороги, презрительно швырнул маленькую рацию на землю и приставил пистолет к виску. Я не стал дожидаться, пока он нажмёт на курок, а просто побежал дальше. Через пару секунд послышался громкий выстрел.

Рация, замолчавшая после короткого обращения мудреца, снова ожила:

- Так, всем граничным сомкнуться! Не выпустите его! Патрульные в квадрате, найти и уничтожить! Немедленно! Я высылаю к Вам всех. - очевидно, это был глава секты. Вместе с командирской уверенностью, в его голосе чувствовалось нешуточное негодование и даже нервозность. Чем-то высказывание мудреца его сильно задело.

Добежав до первого перекрёстка, я свернул налево. Вокруг меня, я ощущал, уже образовалась горячая сфера напряжения, но энергии, пока ещё, было в достатке. Рация снова затрещала:

- Мы нашли деда - он застрелился. Конвой убит. Это сделал не дед, повторяю, не дед.

В ответ опять зазвучал почти кричащий голос командира, и на этот раз он уже был полон ярости:

- Найдите того, кто это сделал! Сейчас же!!!

Я почувствовал, что впереди движется какая-то угроза. А улица идеально чистая, без единого укрытия! Нужно было ускориться, чтобы добраться до ближайшего поворота до того, как меня застанут врасплох. В многоэтажку бежать смысла не было - они уже сообразили, в какой я стороне, и, если у них есть углерододетекторы, в чём я ни на мгновение не сомневался, они найдут меня очень быстро.

Где-то впереди завизжала машина, которая, судя по звуку, входила в крутой поворот на большой скорости. Я снова прибавил темпа. До арки в правом здании, открывающей проход во дворы, оставалось около пятнадцати метров, как вновь завизжали шины, и на перекрёсток дальше по улице вырулил большой джип. С белым глянцевым покрытием он выглядел так, будто попал в этот разрушенный город из какого-то другого времени. Остановившись всего на миг, автомобиль грузно повернулся в мою сторону и начал разгоняться. Я вскинул автомат и, уже заходя под арку, сделал несколько предупреждающих выстрелов. Это не только не напугало гнавшихся за мной сектантов, но, похоже, даже наоборот, разозлило их, потому что мотор джипа зашумел ещё громче.

Влёт пробежав арку, смахивающую на короткий высокий туннель, я обнаружил себя в изрядно потрёпанном дворе: глубокие рытвины, крупные обломки камня, целые горы серой пыли и куча стеклянных осколков. Справа наискось в высокой стене телесного цвета многоэтажки виднелся ещё один проход. Не замедляясь, я свернул к нему, перескочил через низенькую зелёную металлическую ограду и, что есть силы, побежал вперёд.

Детская площадка, через которую лежал мой путь, сильно выделялась на фоне почти пустого сквера своими цветастыми аттракционами, так, что я не сразу обратил внимание на то, что она полна убитыми. Очередное место казни. Но мне было не до того. Двигатель джипа рычал уже совсем рядом, вторя себе грозным эхо в пустом дворе. Выстрелов ещё не было, но я чувствовал, что так будет продолжаться совсем недолго. Где-то поблизости зашипела сигнальная ракета, указывающая моё местоположение и направление движения.

Я перескочил через ограду, теперь уже выйдя за пределы маленького сквера, и окинул взглядом правый фланг. Белый джип, объезжая квадратный двор, неуклюже поворачивал в мою сторону. Его размеры сильно уменьшали маневренность - узкие дворовые дорожки с трудом давались тем, кто меня преследовал. Пользуясь моментом, я вбежал под очередную арку и не на шутку обрадовался, увидев, что следующая улица сплошь забита автомобилями. Очевидно, бомбардировка застала в этом месте огромную пробку. Джипу здесь однозначно было не проехать.

Я кинулся к машинам. Они могли не только остановить преследующий меня автомобиль, но и послужить мне замечательным укрытием. Нырнув в пробку, я залёг за одной из широких легковушек во втором ряду и приготовился встретить врага. Я знал, что в критической ситуации время идёт медленнее обычного, но это не сбавляло напряжённости ожидания белой глянцевой громадины, которая неповоротливо въезжала под арку.

Остановившись в паре-тройке метров от первого ряда пробки, люди ОКО, как один, открыли двери и начали выскакивать на открытое пространство. Мне не понравилась их уверенность. Зная, что противник вооружён и спрятался где-то рядом, они были слишком спокойны, словно их совсем не волнует, убьют их или нет. Обычно, так ведут себя роботы - у них нет страха перед болью и смертью.

Будто услышав мои мысли, бойцы, огромное количество аксессуаров и татуировок на телах которых недвусмысленно говорило о том, что они очень большое внимание уделяют внешним атрибутам своей преступной успешности, немного замедлились и, внимательно высматривая цель между машинами, начали расходиться в разные стороны, неосторожно, невнимательно. Нетрудно было догадаться, откуда в них эта наглость: последнее время они, похоже, только и делали, что охотились на беззащитных гражданских, да грабили все заведения, что попадались на пути.

Я переключил автомат в режим одиночной стрельбы и прицелился. Один из преследователей, обвешанный металлическими медальонами, звякая железом, двигался в мою сторону. Шаг. Ещё один. Время практически остановилось. Но вот он попал в промежуток между машинами! Я чуть-чуть повёл автоматом, чтобы прицелиться точно ему в грудь, как вдруг он, попав на меня взглядом, дёрнулся от испуга. Я выстрелил.

Теперь нужно было действовать быстро!

Поднявшись на ноги, я передвинул предохранитель на автоматический режим и сразу же пустил очередь в ближайшего ко мне бойца, замершего рядом правее от убитого мною первого. Задёргавшись под выстрелами, сектант с глухим ударом упал на капот стоящей за его спиной тёмно-зелёной машины и соскользнул на асфальт. Он допустил ошибку.

Пока я поднимался, у него было время сообразить, где я, и подготовиться, но он, вместо этого, попытался выглянуть из-за автомобиля на подстреленного товарища, чтобы определить, жив тот или нет. В бою такое не прощается.

Увидев, что половина команды уже уничтожена, двое оставшихся стрелков быстро пригнулись за легковушки и начали, не глядя, палить в мою сторону. Высовываться под огонь не стоило, так что я присел и двинулся в обратную от мародёров сторону. Через несколько секунд движения я услышал сзади громкий короткий взрыв. Оборачиваться было некогда, тем более, я и так знал, что это граната. Стрельба прекратилась, видимо, люди ОКО начали обходить предполагаемое место моего укрытия.

Пробежав в полуприсяде метров тридцать, я увидел справа крупный металлический рекламный щит, перекрывающий собой чуть ли ни весь тротуар. Пригнувшись ещё ниже, я забежал за него, стараясь скрыться от глаз преследовавшего меня дуэта, как вдруг перед лицом у меня засвистели пули. Дальше по улице в моём направлении уже двигалась тройка вооружённых людей. Очевидно, это были члены ОКО.

С трудом сдерживая острое желание остановиться и поискать другой путь, я пересёк тротуар и вбежал в маленький офис. Светлые столы буквой �Г�, пара шкафов с разноцветными папками, кофейный терминал, кулер - всё, как обычно. В помещении была всего одна дверь, так что долго думать мне не пришлось. Открыв её, я обнаружил узкую железную винтовую лестницу, ведущую на второй этаж. Должно быть, там находится квартира хозяина. Интересно, во сколько ему обошёлся этот ход наверх, прорубленный в многоэтажном доме. Как бы там ни было, мне очень повезло попасть именно в этот офис.

Бегом поднявшись по лестнице, я попал в светлую и достаточно просторную квартиру, которая, к сожалению, тоже была варварски разграблена. Похоже, я всё ещё на земле ОКО. Определив, где выход на площадку, я бросился к нему. В офисе, тем временем, прогремел мощный взрыв - сектанты шли буквально по пятам. Небольшое окно на тёмной лестничной площадке было разбито. Услышав торопливые шаги внизу, я понял, что на поиск альтернатив времени нет, и с разбегу прыгнул в него. Нарастающая волна воздуха побежала по телу. Удар. По инерции меня бросило вперёд, но я успел сгруппироваться и, хоть и болезненно, но всё же удачно перекатиться, громко чиркнув автоматом по бетону. Пистолет, всё это время висевший заткнутым за ремень, выпал. Я обернулся, схватил его и, не сразу справившись с онемением в ногах, сопутствующим всякому падению, устремился дальше.

Двор, в котором мне выпала судьба оказаться, выглядел заброшено. Пролетев бетонный тротуар, я вбежал на узкую тропинку, прорезанную среди тонких коричневых прутьев некоего растения, стоящих сплошной стеной высотой метра в два. Послышалось тарахтение автоматов, в ответ на которое затрещали окружающие меня сухие ломкие пруты. Судя по углу падения пуль, палили из того самого окна, из которого выскочил я. Немного пригнувшись, я подставил лицо холодным комкам земли, разлетающимся под выстрелами, осознавая, что мне это, на самом деле, не сильно поможет. Тропинка, изгибающаяся по широкой дуге с уклоном вправо, провела меня через весь двор к ещё одной высокой арке. Что есть мочи, я рванул под неё.

Мельком оглянувшись на ходу, я понял, что справа, прижавшись к стене, идёт ещё одна группа вооружённых людей, которые с небольшим опозданием, но всё же начали стрелять в мою сторону. Бежать становилось всё тяжелее, автомат не позволял нормально двигать руками, что было необходимо при моей скорости движения. Пролетев через арку, я увидел чуть дальше широкий перекрёсток, к счастью, тоже напрочь заставленный автомобилями. Слева, наискось по нему, оказалось недостроенное здание, сразу бросившееся мне в глаза. Со всех сторон его окружали леса, и мне это показалось удобным.

Выбежав на середину перекрёстка, я остановился за машиной, чтобы перевести дух. Сзади уже слышались крики и топот бегущих людей, успевших войти под арку. Их было много. Я поднялся и, почти наугад пустив в их сторону короткую очередь, сел обратно, прижавшись спиной к автомобилю. Бойцов это порядочно напугало все они разом бросились на землю и замерли, дожидаясь, пока я вновь выгляну из укрытия. Но, вот беда, сразу с двух сторон, справа и сзади, по мне начали стрелять ещё две группы сектантов. Оставалось только гадать, как они смогли так быстро взять меня в кольцо.

Я присел за распахнутую дверь машины, едва ли имеющую достаточную прочность, чтобы считаться укрытием, и, повернувшись лицом к стройке, приготовился к рывку. Теперь у меня был только один путь - в это здание. Взяв автомат в правую руку, я с низкого старта дёрнулся вперёд, стараясь не разгибать на ходу спины. Стрельба при этом поднялась такая, что я даже не надеялся её пережить. Преодолевая расстояние до недостройки, я успел мельком рассмотреть левый фланг: там было не менее семи человек. Сколько же всего людей в ОКО в этом районе? За мной гонится не менее двух десятков хорошо вооружённых и умело скоординированных бойцов. И это, наверняка, лишь малая часть всех сил секты. Крепко же я вляпался.

Влетев в пахнущее песком и неразведённым цементом здание, я выпрямился и пулей метнулся к широкой, начинающейся у самого входа, лестнице. Похоже, в планах это был какой-то бизнес центр или гостиница - слишком уж замысловатым выглядела его конструкция. Поднявшись на второй этаж, я обнаружил, что над главной лестницей полукругом идёт своего рода балкон. Как раз то, что нужно! Судя по голосам, мои преследователи быстро приближались к парадному входу, поэтому, ничуть колеблясь, я решительно оббежал помещение и стал на противоположной стороне балкона практически над самыми дверьми.

ОКО долго ждать не пришлось: два бойца почти плечом к плечу вбежали в холл, нервно крутя головами по сторонам. Толком не целясь, я сделал несколько выстрелов. Оба моих противника судорожно задёргались под острыми ударами пуль и, забрызгав тёмной красной жидкостью покрытый тонким слоем пыли пол, навзничь рухнули.

Вторая группа возникла незамедлительно. Четверо людей, увидев, что произошло с двумя первыми, сразу подняли глаза на второй этаж и, найдя меня, начали стрелять, как безумные. Не решаясь задерживаться под столь плотным огнём, я развернулся и двинулся вглубь здания.

Послышался звонкий удар по бетону где-то совсем рядом со мной, и от этого звука на теле у меня выскочили ледяные мурашки. Я сделал мощный рывок вперёд - ещё один удар - выпрыгнул в направлении движения и уже схватился за угол, чтобы рукой помочь себе завернуть в коридор, уходящий куда-то вправо, и тут прогремел взрыв. Получив сильный толчок в спину горячей пыльной волной, я ударился о стену и упал на пол. В голове загудело, мысли на какое-то время напрочь вышибло...

Я начал пытаться встать. Поднявшаяся пыль не давала как следует вдохнуть, от чего голова кружилась всё сильнее, а пульс бил в самых глазах. Похоже, осколками меня не задело, но вот оглушило прилично.

В конце коридора виднелся дверной проём, к которому я и двинулся, сильно шатаясь из стороны в сторону и периодически помогая себе руками. Подойдя ближе, я понял, что этим прямоугольным отверстием здание и оканчивается, а до следующего, соседнего, метра полтора-два. В нём, прямо напротив, был такой же проём, похоже, здесь собирались сделать стеклянный мост или что-то в этом роде. Поймав точку равновесия и немного ускорив шаг, я перепрыгнул на ту сторону, после чего, зайдя за стену, привалился к её холодной с колючими бетонными швами поверхности спиной.

В ушах всё ещё сильно звенело, я не мог по звуку определить, где противник. На индикаторе автомата светилась бледно-синяя цифра �2�. С двумя патронами далеко не уйдёшь. Я снял магазин и, наклонившись, тихо опустил его на пол. Уже положив руку на пояс, я вдруг понял, что запасного рожка у меня нет - выронил где-то во время погони. Сообразив, в какой ситуции оказался, я оставил на полу и автомат - без патронов толку от него всё равно не было.

По крайней мере, пистолет остался при мне. Звон в голове начал медленно стихать. Я осторожно выглянул сквозь прямоугольную прореху в стене и увидел целую группу вооружённых людей, аккуратно просматривающих каждый дверной проём на той стороне. Их было не меньше шести, и я подозревал, что это ещё далеко не все, кто есть в помещении. Я начал осматриваться: серые бетонные и, местами, просто кирпичные стены, такой же пол и потолок, само здание мало похоже на лабиринт долго прятаться в нём не получится, за его пределами местность открытая, спрыгивать опасно, ведь я не знаю, сколько людей ждёт меня внизу. Единственным выходом были строительные леса в конце уходящего направо коридора.

Я заткнул пистолет за пояс сзади и, подбежав к тёмно-синим металлическим трубам, взялся за самую верхнюю. Подтянуться не составило труда, однако, уже выбравшись на третий этаж, я обнаружил, что он ещё не начат. Здесь даже стен не было - лишь одна прямая поверхность пола с парой квадратных отверстий в разных концах. Не зная, как быть дальше, я замер на месте и понял, что уже стал различать отчего-то ни на мгновение не смолкающие голоса тех, кто меня ищет. Но, кроме этого, я услышал ещё один звук - шум реактивного двигателя. Сюда приближался робот-летун! А я на этом пустом этаже, без единого укрытия, как на ладони!

С противоположной стороны к зданию, на которое занесло меня, примыкала многоэтажка значительно большей высоты.

Несмотря на критичность ситуации, я двинулся к ней умеренным шагом. Силы нужно было приберечь, ведь мне ещё предстояло перепрыгнуть на другую сторону. Внизу послышалась ожесточённая стрельба из множества стволов сразу. Я был почти уверен в том, что это прибывшие на место происшествия машины. Слишком уж высокая активность людей, поднявшаяся в этом районе, просто не могла их не заинтересовать.

Я подошёл к краю здания. До соседней многоэтажки было метра четыре - далековато для прыжка, особенно, в моём состоянии. И всё же нужно было рискнуть. На втором этаже виднелась просторная лоджия - с третьего я должен суметь допрыгнуть до неё. Сделав несколько шагов назад, я почувствовал, как в спину мне подул неестественный ветер. Обернувшись, я увидел летуна, парящего уже совсем рядом. Медленно рассеивая пыль под собой, он будто примерялся, куда бы ударить. Пока что он был повёрнут ко мне боком, но это шаткое положение могло измениться в любую секунду.

Я повернулся обратно и, как следует разбежавшись, изо всех сил оттолкнулся ногами от края, сразу же закрыв глаза. Удар о стекло с деревянной рамой оказался тяжелее, чем я предполгал, но внутрь попасть мне всё же удалось. С грохотом и звоном повалившись на пол, я почувствовал, что почти вся правая часть моего тела порезана осколками. Сцепив зубы и снова закрыв глаза, я весь сжался, прилагая неимоверные усилия, чтобы не издать никакого звука. Вряд ли мой прыжок кто-то видел, и мне совсем не хотелось голосом привлекать к себе внимания. Стоило на какое-то время остаться лежать на месте и постараться справиться с неимоверной болью, едва-едва не вырывавшей из меня крик. Теперь, когда сюда явились роботы, ситуация несколько изменилась: хоть они и не станут спасать меня, скорее, даже наоборот, они, определённо, отвлекали преследовавших меня бойцов ОКО на себя. Судя по безудержной пальбе в соседнем здании, отвлекали - это ещё и слишком мягкое слово.

Эта облава начинала вызывать у меня неподдельное удивление: такая серьёзная операция, и всё только для того, чтобы уничтожить одного человека. Не думаю, будто ОКО не понимало, что боты обратят внимание на столь масштабную погоню. Сектанты пошли на риск сознательно, только для того, чтобы нагнать стрелка, который положил двоих бойцов из их банды!

Частично вернув над собой контроль, я начал медленно подниматься. Из окон ничего не было видно - всё закрывала собою двухэтажка, но стрельба подсказывала, что бой в самом разгаре. Пройдя в комнату, я аккуратно сел на жёсткий коричневый диван и начал торопливо вытаскивать из своего бока окровавленные стеклянные осколки.

Ранения были не серьёзные, в основном царапины, но уж очень болезненные.

В недостроенном здании грохнул взрыв. За ним ещё один. И ещё. Это не было похоже на гранаты, скорее, на ракеты летуна. Он представлял собой боевую модель, и я уже где-то видел ему подобных. Три реактивных двигателя - один в хвосте и два по бокам, почти квадратная морда, тело чуть-чуть продолговатое, в форме приплюснутого по вертикали цилиндра. Оружия у этой машины было достаточно, чтобы сравнять соседнюю двухэтажку с землёй.

Но на это нужно было некоторое время, а автоматные очереди в дальней стороне строения не переставали стрекотать, что было мне очень и очень на руку.

Пожалуй, это было наглостью, но мне требовался небольшой отдых. Я откинулся на выпуклую спинку дивана и закрыл глаза. Роботы порядочно прижали сектантов, несмотря на то, что их здесь была целая армия. На какое-то время и те, и другие обо мне совсем забудут.

Пульс гулко накатывал в голове, отдавая длинными волнами - я буквально чувствовал, как по телу с гудением носится кровь. Сразу начав проваливаться в сон, я рывком открыл глаза. Что-то было не так. Я чувствовал себя замкнутым в своём теле, будто упал внутрь него. Казалось, я могу мысленно двигаться в самом себе, словно в плотной пустой оболочке. Ощущение, в целом, казалось приятным, но время было не самым подходящим для потери контроля над телом, так что, прилагая нешуточные усилия, я выдернул себя обратно в реальность.

Вдруг в комнату вбежал человек в чёрном, малость мешковатом, костюме с винтовкой в руках. Вздрогнув от неожиданности, я выхватил из-за пояса пистолет и направил в его сторону, на что вошедший остановился и замер, не поднимая оружия. Немного придя в себя, я понял, что передо мной Малый! Он, видимо, тоже не сразу меня признав, начал расплываться в дружелюбной улыбке.

- Ну что, Интеллигент, прошёл боевое крещение!? Мы уже думали, что не найдём Тебя!

Тут я, неожиданно для самого себя, вспомнил, что во время Нашей последней встречи его, так сказать, коллеги планировали меня расстрелять.

- Сорвавшаяся казнь так важна?

По моему тону он понял, что ситуацию лучше прояснить, пока я не начал стрелять.

- Та нет, на этот раз я от другой фракции выступаю, чуть позже объясню. - он сбросил с плеча вещмешок, достал из него небольшой квадратный навигатор и протянул мне. -

Иди к месту, отмеченному на карте, там Твои вещи остались. А Мы тут сами закончим.

Не очень мне понравилась предложенная затея, но Малый почему-то внушал мне доверие, так что я взял прибор и направился к двери.

Быстро спустившись по лестнице, я по карте определился, в какую сторону мне идти и открыл тяжёлую железную дверь. Прямо перед входом, боком ко мне, на тротуаре стоял старательно стреляющий куда-то вверх боец в длинном чёрном кожаном плаще. Увидев меня, он опустил оружие и на несколько мгновений замер, с видом полного недоумения бегая по мне глазами. Казалось, сектант силится понять, видит ли он перед собой давнего знакомого или это просто недоразумение. Наконец, придя к какому-то решению, он начал поворачивать автомат в мою сторону. Я резко поднял пистолет и произвёл два быстрых спуска. Сборная модель оказалась гораздо мощнее, чем я думал: выстрелы были тяжёлыми, больше похожими на винтовочные.

Из-за белой разбитой машины, стоящей на другой стороне узкой улицы, с готовностью высунулся ещё один сектант с ярко-розовыми волосами. Я быстро присел на колено и одним метким выстрелом пробил ему голову. Удивляясь своей меткости или просто удаче, я забрал у упавшего рядом бойца, ещё находившегося в сознании, автомат и двинулся в определённую чуть ранее сторону.

Несмотря на то, что совсем рядом шло ожесточённое сражение, дорога дальше была свободна, и на моё исчезновение никто не обратил внимания. Лёгким бегом отодвинувшись на порядочную дистанцию, я пошёл много медленнее, прислушиваясь к затихающей позади стрельбе. На улице быстро темнело, и вскоре снова пошёл дождь. Его мягкий шум полностью скрыл звуки битвы, только взрывы ракет летуна ещё время от времени пробивались сквозь шорох падающей воды.

К счастью, до начала настоящего ливня я успел прибыть на место, обозначенное на электронной карте. И это была та самая многоэтажка, из окна которой я увидел двух мародёров, ведущих старика. Здесь началась вся эта погоня...

Устало поднявшись в уже знакомую квартиру, я обнаружил, что все мои боевые трофеи лежат нетронутыми.


Летун

Первым делом я взялся за оружие. Оказалось, что от целой коробки патронов нет никакого толку - они не подходили к новому автомату, который мне достался от ОКО. Я отставил её подальше от сумки, решив, что таскать с собой лишний груз мне ни к чему. На дне вещмешка, однако, я нашёл патроны для пистолета, что не могло не радовать, ведь сектантский раритет стрелял даже лучше автомата. Наполнив обойму, я положил оружие рядом, чтобы в любой момент быть готовым встретить врага огнём, и принялся за пищевые припасы. Пожалуй, сейчас можно было не беспокоиться о том, что меня могут искать. На улице лил дождь, уже начинало темнеть, да и после такой крупной перестрелки с роботами сектантам понадобится какое-то время на перегруппировку, если они вообще не оставили мыслей найти меня.

Правда, меня немного беспокоил Малый. Он знает, где я нахожусь, а я не знаю, что у него на уме... Медленно обведя комнату глазами, я уронил взгляд на дневники: делать мне всё равно нечего, а в них может быть что-то полезное. Взяв тетрадь, которую уже начал читать, и открыв первую запись, я ещё раз её просмотрел. Тетра. Тот старик сказал, что за мной гонится ОКО. Похоже, это две разные фракции, и обе не очень-то чисты. Хотя, о Тетре я ещё ничего толком не знаю. Стоило продолжить чтение, возможно, это даст мне некоторое представление об организации. Следующая запись, судя по дате, была сделана почти через месяц после первой:

�Я прошёл первое испытание! Мне нужно было под видом устраивающегося на работу электрика проникнуть в здание интернет-провайдера. На двух главных электромагистралях я установил перехватывающие устройства, которые позволят Тетре отслеживать каждое слово, отправляемое через сеть, предоставленную этой компанией. Мне не рассказали, в чём смысле операции, но мне её, по крайней мере, доверили!

Меня уже начали готовить к следующему заданию. Сегодня была первая духовная беседа. Меня учили входить в транс и замедлять пульс. Вроде как, это помогает быстро набраться сил и успокоить нервы, прийти в себя после стресса. Ощущения были странные: я оставался в сознании и всё слышал, но когда сеанс был окончен, и я открыл глаза, мне показалось, что я долгое время провёл где-то в другом месте - вышел из Нашего мира и смотрел на него со стороны. Во время транса ничего подобного не чувствуется, только когда возвращаешься в нормальное состояние, понимаешь, что отсутствовал.

Потом меня учили слушать собственный пульс. На какое-то время я буквально упал внутрь себя. Наставник, имени которого я до сих пор не знаю, уверил, что это нормально. Он сказал, что это первый уровень Астрала, в котором я могу увидеть своё нутро сразу со всех сторон. Причём, под нутром он понимает и организм, и саму личность. Начинай с себя!

Меня, кстати, познакомили с несколькими другими новобранцами. Оказывается, у каждого наставника до пяти подопечных, которых он воспитывает.

Он же выдаёт таким, как я, задания. Один из моих новых друзей говорит, что наставники подчиняются координаторам, которые управляют людьми Тетры на уровне городов и районов. А наставник сказал мне, что Тетра существует уже шестнадцать лет. За эти годы она успела покрыть почти весь мир!

У Нас есть свои люди в органах, управляющих государствами, даже. В общем, Тетра имеет очень много власти и контролирует многие процессы, происходящие в мире.

Перечитываю то, что сейчас написал... Скомкано. Я не могу описать всего, что чувствую. На меня свалилась новая вселенная, огромные потоки информации, о существовании которых я даже не догадывался. Я одновременно горд и напуган. Мне нравится то, что Мы делаем, но я не знаю, зачем Мы это делаем, и я даже представить не могу, какую власть имеют те, кто стоит над Нами. Неизвестность пугает меня больше всего. Наставник сказал, что мне нужно почаще входить в транс, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Постараюсь делать так, как он советует, всё-таки, у него есть большой опыт в таких делах.�

Я задумчиво отвёл глаза от слегка небрежно написанного дневника. На улице всё ещё бушевал ливень, а в комнате уже порядочно потемнело, для чтения даже слишком. Попрежнему ничего толкового... Но это состояние. Я снова пробежал глазами по записи: �буквально упал внутрь себя�. Прямо похоже на то, что я испытал несколько часов назад, сидя в той квартире. Правда, я ничего не видел, кроме пустоты, да и успокоило это меня не очень. Воспоминания об этом состоянии вызывали странное покалывание в голове, но меньше всего мне нравилось то, что я начинаю искать связь там, где её, очевидно, нет...

Послышался громкий шорох. Схватив пистолет, я вскочил с дивана и, быстро развернувшись, направил его на входной проём, приготовившись стрелять в кого бы то ни было. К счастью, это был всего лишь Малый. Промокший до нитки, он, заливая края бежевого ковра стекающими с чёрной формы струями воды, стоял в дверях, внимательно рассматривая комнату.

- Неплохую квартирку Ты себе подобрал! - он улыбнулся. - Уютную.

Опустив пистолет я жестом пригласил его сесть на поломанный диван. Он скинул свою сумку на пол и с размаху грохнулся на некогда удобный и элегантный предмет интерьера.

- Фу-ух! - Малый потёр шею. - А душ работает? Я кивнул.

- О, ну тогда туда и пойду сразу. А потом поговорим. - наклонившись, он зацепил рукой свою сумку, подтянул её к себе и аккуратно достал из неё второй комплект чёрной формы, сложенный до невозможно компактных размеров. Прихватив вдобавок какие-то средства гигиены, он, посвистывая, вышел из комнаты.

Я невольно начал рассматривать его сумку. Большая, тёмно-синяя, с чёрными пластиковыми вставками и красными шнурками, судя по всему, тяжёлая. Интересно, что там!? Открыть её и посмотреть, пока Малый не видит - в душе он, наверняка, задержится надолго... Но рыться в чужой сумке было бы... не благородно.

Я поскорее отвернулся, и, рывком встав с дивана, покинул комнату от греха подальше.

Выйдя на тесный, обитый желтоватым пластиком, балкон, стёкла которого гремели под крупными каплями дождя, я стал, от нечего делать, рассматривать прилегающие к перекрёстку строения. Никакого движения, кроме шуршащих в потёмках потоков воды, видно не было. Ничего человеческого, одна лишь бушующая стихия. Но мне начинало казаться, что поблизости кто-то есть. Я закрыл глаза и попытался понять, в чём причина этих ощущений. Привычка видеть в городе толпы людей? Или это недавно пережитый стресс никак не хотел отпускать меня? Нет, кто-то точно стоял перед окном здания, расположенного через дорогу! И этот кто-то наблюдал за мной.

Я медленно открыл глаза. Окон в многоэтажке напротив было немеряно, все тёмные увидеть человека, стоящего за одним из них, тем более, в сумраке, практически невозможно. И всё же я внимательно прошёлся взглядом по тем проёмам, что находились примерно на одном уровне с моим балконом. Одно из окон, такое же тёмное и холодное, как все остальные, привлекло меня больше других. Я не понимал, откуда я это знаю, но мог поклясться, что за ним кто-то есть! Недвижимый и беззвучный, словно мёртвый, он внимательно смотрел на меня с той стороны. Вряд ли это член ОКО, иначе он бы уже попытался застрелить меня. Но кто тогда? Маловероятно, что роботы занимаются слежкой за людьми. Значит, человек!? Но кто он, и что ему от меня нужно?

Я почувствовал, как меня начинает захлёстывать леденящая паника. Хотелось верить, что там действительно кто-то есть, и это не просто паранойя - нельзя было мне ещё и разумом помутиться в таком-то положении. Но осознавать, что там и впрямь кто-то есть, было не менее жутко. В любом случае, оставаться на балконе я уже просто не мог.

Я вошёл в комнату практически в тот же момент, что и Малый. С довольным видом он снова бухнулся на заскрипевший диван, а я сел в узкое высокое кресло, стоящее чуть правее и, пытаясь отвлечь себя от неприятных мыслей, сразу начал диалог:

- Как Ты меня нашёл?

Малый наклонился, подтянул пальцами свою сумку и, открыв её, махнул рукой куда-то в сторону:

- Кое-какие спутники ещё работают. В портфеле, который Ты сюда притащил, зашит жучок. Наш. Мы знаем маршруты передвижения ОКО, и обнаружить сигнал, находящийся вдали от положенного места - это раз плюнуть. Одна беда: спутники теперь никто не контролирует, и они вращаются вокруг Земли слишком низко и слишком медленно ими можно пользоваться только в течение коротких периодов, уповая на то, что роботы с их помощью не вычислят Тебя самого. Мы нашли Твоё примерное местоположение, пришли сюда, по стрельбе поняли, куда топать дальше, а потом увидели сигнальную ракету. В серьёзную передрягу Ты влез, Интеллигент, Мы думали, живым Тебя уже не увидим! - Малый усмехнулся.

- Кто это, Мы?

Улыбка быстро сошла с его лица.

- Ты скоро вспомнишь.

Я немного повернул голову влево, показывая, что остался недоволен ответом.

- А кто устроил стрельбу там, на площади?

- Это Наши, Ты с ними скоро познакомишься. Ты понял, что следователь не тот, за кого себя выдаёт? - мой собеседник, очевидно, просто пытался перевести тему, но его вопрос меня и правда заинтересовал.

- Продолжай!

Малый самодовольно кивнул и, закрыв молнию на сумке, откинулся на спинку дивана. - Он не из Коалиции. Его заслали. - ОКО?

Малый удивлённо поднял брови.

- Ты уже вспомнил, кто это!?

- В общих чертах...

- Вот как!? Ну да, он из ОКО. Что-то типа наместника, который осторожно направляет собравшихся в том квадрате людей в сторону, выгодную его хозяевам. Он должен был схватить Тебя при первой же возможности.

- Зачем?

- Чтобы убить Тебя.

- Нет, это я понял. - я покачал головой. - Зачем убивать?

Малый поджал губы и медленно вздохнул.

- Я не могу Тебе этого рассказать.

Я хотел было возразить, но он поднял правую руку, останавливая меня.

- Ты сам всё вспомнишь. Могу только поведать Тебе, что Ты был внутри купола. Там произошло что-то, от чего Ты потерял память. Вообще, это немыслимое чудо, что

Ты смог выжить. - стрелок чуть выкатил глаза для большей выразительности. - Должно пройти время, прежде, чем всё восстановится. Организм знает, в какой последовательности нужно вспоминать. А если влезу я, прошлое может нахлынуть такой волной, что у Тебя крыша поедет. Или сердце остановится от шока. Никто не знает, насколько опасно для здоровья и разума то, что Ты пережил внутри купола, поэтому лучше довериться естественному ходу вещей.

Какое-то время я молча взвешивал слова своего нового знакомого, пытаясь понять, лжёт он или нет. Что-то подсказывало мне, что он знал меня до всех этих событий с куполами и потерей памяти. С большим трудом, конечно, верилось, что я действительно побывал под куполом, они ведь выжгли всё, даже асфальт, не то, что людей. Каким образом пережить такое мог я?

- Смотри, Интеллигент, сейчас сидим здесь, пока ливень не закончится, и потом выходим из города. Знаю я одно неплохое местечко в ближайшем лесу. Там уже решим, как Нам уничтожить ботов.

- Уничтожить? - я внимательно посмотрел в лицо Малому, но ничего намекающего на то, что это была шутка, не увидел. - У них армия, которая, судя по всему, постоянно пополняется новыми моделями, а люди на своих ногах и километра пройти не могут. Как Мы их уничтожим? - своим вопросом я, на самом деле, хотел проверить, есть ли у �них� какой-либо план.

- Придём, узнаешь. - Малый подмигнул мне, после чего откинул голову на спинку и закрыл глаза, оставив меня наедине с моими мыслями.

Уничтожить роботов! Но, в принципе-то, у машин должен быть какой-то командир. Хотя ведут они себя не очень верно по тактическим меркам, что вызывает сомнения в этом утверждении. Их действия более соответствуют одиночкам, максимум, небольшим разрозненным группам сопротивления. Может, это признак того, что ими управляет кто-то не очень компетентный? Наибольшее негодование вызывало у меня то, что я не знаю ситуации в целом. Роботы, Коалиция, ОКО, Малый - всё было разбросано в моей голове безо всякой связи, куда мне было до рассуждений глобального масштаба?

Через какое-то время шум ливня пошёл на убыль. Мой спутник, услышав это, вышел на балкон и после недолгого разглядывания уже почерневшего неба повернул голову назад и кивнул мне. Я с готовностью, и уже даже желанием покинуть эту квартиру, встал, закинул на плечо вещмешок, взял автомат с полупустым рожком и направился к входной двери. На лестнице я услышал какое-то негромкое стучание, заставившее меня остановиться и напрячься. Но, прислушавшись, я понял, что это всего лишь незапертая парадная дверь, бьющаяся под разыгравшимся сквозняком.

Малый не заставил себя долго ждать - нагнал меня ещё до того, как я спустился на один этаж. До выхода Мы дошли молча, только металлический звон оружия и грохот входной створки нарушали тишину пустого здания. На улице стояла непроглядная темнота. Затянутое тучами небо, моросившее мелкими холодными каплями, полностью скрывало Луну и звёзды, так что идти приходилось почти на ощупь. Хоть у Нас и были фонари, включать их было бы глупо - увидеть свет в тёмной части города можно с любого высокого здания, а Нам лишнее внимание совсем не требовалось.

Спустя какое-то время движения, мне вдруг стало интересно:

- Какое сейчас время года?

- Осень, причём очень дождливая. - послышался откуда-то спереди приглушённый голос Малого. Я почти не видел его и следовал за ним лишь по звуку шагов и шелесту одежды.

- А что это за казни устраивает ОКО? - перескок с одной темы на другую мне самому показался слишком резким.

Но мой проводник, немного подумав, спокойно ответил:

- ОКО отлавливает людей. Если Ты не соглашаешься работать на них - пуля в спину, как только развернёшься, чтобы уйти. Если соглашаешься, добро пожаловать в рабство. Поверь мне, лучше погибнуть от пули робота, чем попасть к ним. Стоит немного провиниться, Тебе вколют яд и выгонят в город. Повезёт ещё, если издеваться не станут. Через пол часа Тебя уже не будет. Мы пока ещё не смогли найти антидот - где уж тут искать лекарство!? Повсюду машины и сектанты - полная неразбериха...

Я ловил каждое слово Малого, но даже и близко не мог понять, кого же он имеет в виду, говоря �Мы�... Ни с того, ни с сего впереди по улице, откуда-то из-за здания, показались яркие лучи света. Они шли наискось сверху вниз и, судя по скорости, с которой сгорала под ними темнота, источник излучения быстро приближался к перекрёстку с правой стороны. На фоне засветившейся дороги я увидел тёмный силуэт Малого, замерший, глядя вперёд.

Послышалась мелкая дробь мусора, бьющегося о металлические части автомобилей, и тут я понял, что к Нам приближается. Схватив Малого за правое плечо, я потянул его к стоящему рядом на асфальте рекламному щиту, некогда бывшему частью автобусной остановки. Сообразив, наконец, что происходит, он быстро развернулся и сам бросился в укрытие. К счастью, щит был достаточно высок и широк, чтобы спрятать Нас обоих.

Стоило Нам зайти за него, как сквозь узкую щель по Нашим стопам заскользили лучи света, подсказывающие, куда направлен взгляд летуна. Он был на удивление медлителен, но меня беспокоило другое. Если у этого робота есть объёмный эхолокатор, он сможет рассмотреть Нас даже за щитом. Малый, видимо, понял, о чём я думаю, и указал пальцем на небольшой одноэтажный магазин, стоящий в нескольких метрах от Нашего укрытия. Его идея мне не очень понравилась - стены помещения сделаны из металлопластика - летуну ничего не стоит пробить их. Но и Наш щит был не то, чтобы бронированным, так что выбирать не приходилось: Мы одинаково рисковали и стоя на месте, и передвигаясь на более выгодные позиции.

Освещённый круг оставил Нас и переполз на многоэтажку по ту сторону улицы, а шум мелкого мусора начал усиливаться - робот летел прямо на Нас! Переглянувшись, Мы с Малым, как один, рванули за магазин. Несколько шагов, разделявших два укрытия, тянулись целую вечность, одно движение, медленно сменяя другое, казалось, вот-вот станет последним. Хуже всего то, что поворачивать голову в сторону робота было некогда, и Мы могли только предполагать, что он делает. Возможно, он уже взял Нас на прицел, ведь то, что на Нас не светят его лучи, ещё не означает, что он Нас не видит - у него много сенсоров. Забежав за хлипкое строение и прижавшись к стене, Мы замерли, прислушиваясь. Похоже, летун Нас не заметил.

На меня вдруг начали находить воспоминания. Рисунки, компьютерные модели, чертежи - устройство летуна было известно мне до мелких деталей. Я понял, что могу отключить его! Нужно было только каким-то образом забраться ему на спину...

Обойдя Малого, я подошёл к углу и медленно высунулся. Робот завис всего в паре метров от земли у того конца магазина, и это было очень кстати. Не торопясь рассматривая окна пустых квартир, он и не подозревал, что совсем рядом стоят два стрелка.

Я повернулся обратно и начал бегать глазами по сторонам, пытаясь найти способ залезть на крышу магазина, но ничего подходящего поблизости не было. Малый, стоящий рядом, смотрел на меня несколько растеряно. Не понимая, что я ищу, он не мог спросить, ведь робот был всего в нескольких метрах, а ему этого достаточно, чтобы расслышать даже шёпот. Не имея более вариантов, я сложил руки, показывая Малому, что меня нужно подсадить. Какое-то время мой спутник колебался, но, видимо, он верил в то, что я знаю, что делаю. Закинув автомат на спину, он присел возле стены и, соединив руки в замок, вытянул их перед собой.

Став перед компаньоном, я ещё раз осмотрел магазин. Тихо подняться на него не получится - этот тонкий металл загремит на всю улицу, стоит мне только к нему прикоснуться. Нужно было брать скоростью.

Положив болтающийся на ремне автомат на землю, я поставил правую ногу на импровизированную ступеньку и оттолкнулся. Малый подбросил меня так, что крыша оказалась у меня аж на уровне пояса. Схватившись за край обеими руками, я по инерции занёс ноги повыше и в почти горизонтальном положении залетел на крышу. Тонкий металлопластик подо мной угрожающе прогнулся, смягчив тем самым падение, но на такие мелочи внимание обращать было некогда: летун, услышав грохот слева от себя, загудел двигателями, поворачиваясь. Верхняя поверхность его тела чуть-чуть поднималась над той, на которой оказался я.

Я подскочил на ноги и, сделав несколько широких шагов к краю крыши, прыгнул прямо на раздувающую во все стороны горячий воздух железную громадину. Слегка качнувшись, робот даже не понял, что на спину ему взгромоздился человек. Вес этой машины составлял около двух тонн, и реактивные двигатели справлялись с ним без особого труда, так что моя масса летуну совсем не мешала. Тактильных сенсоров у него нет, это я знал точно - робот не чувствовал меня, что называется, кожей.

Я присел и схватился за край верхней пластины крыла, чтобы не упасть. Горячий металл сильно вибрировал под моими руками, что мешало удерживаться на спине и без того быстро поворачивающейся в воздухе машины. Летун уже сканировал помещение магазина, пытаясь найти причину шума. Я, хватаясь за выступы на броне, подтянулся поближе к переднему краю аппарата и, ловко опустив левую руку под его головную пластину, попытался нащупать нужный мне кабель. Словно почуяв угрозу, летун резко дёрнулся вверх, да с такой силой, что я распластался на его спине, как морская звезда. Пальцы руки зажало головной пластиной, которая несколько опустилась, не давая мне возможности добраться до главной магистрали.

Робот, быстро водя своими фонарями, начал внимательно осматривать крышу магазина, с которой я только что запрыгнул на него. Мои следы, чётко отпечатавшиеся на пыльной поверхности, буквально светились под лучами, но летун, похоже, не понимал, что это такое. Тем временем, вновь поднявшись на ноги, я осторожно дёргая левой рукой в попытках вытащить пальцы из-под пластины, правой взялся за пистолет, готовясь начать стрельбу в упор в том случае, если машина заметит Малого, который всё ещё стоял за этим самым магазином.

Осмотрев крышу и убедившись в том, что угроз нет, робот начал поворачиваться туда, откуда прилетел, одновременно поднимаясь вверх. Колкой волной по телу у меня побежал адреналин - отключив машину на большой высоте или скорости, я рискую разбиться вместе с ней. Как на зло, летун, не отпуская меня, поднимался всё выше и выше. Я снова потянул прижатую левую руку, и тут мне помог сам бот. Начав поворачивать голову направо, он на некоторое время развёл края брони, и я успел освободиться.

Но радоваться было ещё очень рано, ведь главную проблему я этим не решил - летун уже был на высоте девятого-десятого этажа и продолжал подниматься. Я оказался в ловушке.


Огни

Быстро набирая скорость, робот полетел над улицей. В ушах сильно зашумел воздух, от стремительного движения ставший гуще и тяжелее. Он буквально отвердел, всеми силами сопротивляясь летящему объекту, но, если робот ничего не чувствовал, то меня переполняли крайне неприятные ощущения.

Пока Мы находимся на такой большой высоте, у меня нет ни единого шанса пережить падение, и всё же стоило заранее отыскать кабель, передающий команды на двигатели, чтобы, как только появится возможность, обрезать его и более или менее благополучно опуститься на землю. Не отрывая левой руки от края бронированной пластины, я снял с плеча вещмешок, прижал его коленом к спине летуна и начал искать в нём нож.

К счастью, лежал он недалеко, и я не успел пожалеть о том, что держал его в сумке.

Сжав лезвие зубами, я вернулся к поискам нужного шнура, стараясь нащупать его в щели между частями корпуса правой рукой, и тут обратил внимание на то, что голова летуна не двигается - он не сканировал улицы, он направлялся к какой-то уже известной ему цели. Более того, скорость он набирал, следовательно, добраться до пункта назначения хотел как можно быстрее.

Наконец, я нашёл кабель. Немного оттянув его на себя, чтобы было удобнее резать, я невольно обругал проектировщиков, разрабатывавших конструкцию этого робота. Конечно, они не предполагали, что кто-то умудрится забраться ему на спину и повредить жизненно важную магистраль, как говорится, в рукопашку, а потому убрали кабель как можно дальше от нижней части тела машины, на которую, по их расчётам, должна приходиться большая доля получаемого урона.

Взяв нож в руку, я приставил его к кабелю, приготовившись резать, и почувствовал сильный толчок влево, такой, что чуть не сорвался с летуна. Поднявшись обратно на ноги и быстро оглядевшись, я понял, что аппарат только что едва не врезался в здание, заложив очень крутой поворот, не много, не мало, в метре от стены. Под лучами фонарей вновь набирающего скорость робота было видно, что там, далеко внизу, многоэтажек уже нет - Мы вылетели к окраине города.

Летун, без видимых для меня на то причин, погасил свои фонари и, как будто, начал снижаться, однако скорость его при этом оставалась прежней. Я придвинул нож к себе, натягивая им шнур, и, пытаясь прикинуть высоту, неожиданно обнаружил, что Мы уже находимся над черноземной пустошью! Даже в темноте было ясно, что это след, оставленный одним из куполов, вероятнее всего, тем самым, под которым был я.

До земли, как мне казалось, было метров шесть - относительно низко. Я отбросил все ненужные на данный момент мысли и, схватив кабель второй рукой, сжал его так, чтобы образовалась петля, после чего рывком прошёлся по нему лезвием. Тонкий, но достаточно крепкий, он не оборвался, и мне пришлось, нащупав надрез, повторить процедуру.

Уже через секунду после второго подхода летуна потянуло влево. Ещё раз приложив лезвие, я с силой провёл им по кабелю, и робот, теряя контроль над двигателями, начал метаться из стороны в сторону, тщетно пытаясь выровняться. Мы стали быстро снижаться, причём аппарат, похоже, так и не понял, что на самом деле с ним произошло. Бросив нож, я изо всех сил вцепился в края бронированной пластины руками, хотя прекрасно понимал, что удержаться всё равно не смогу.

Начавший прерываться гул двигателей, наконец, совсем затих, и робот, спустя мгновение, со всего маху врезался в землю. Несмотря на то, что удар был достаточно сильным, корпус машины практически не дрогнул. Причиной тому, видимо, был вязкий чернозём пустоши, обильно смоченный дождевой водой. Это, однако, ничуть не помогло мне удержаться: опора буквально выскользнула у меня из под ног, оставив тело в свободном полёте сквозь кромешную темноту пустоши.

Столкновение с землёй произошло несколько позже, чем я ожидал. Громко шлёпнувшись грудью в холодную жидкую грязь, я осознал, что мне очень даже повезло приземлиться не на асфальт. Некоторое время я не двигался, прислушиваясь к затихающему шуму машины. Я обрезал только двигательную магистраль, поэтому робот всё ещё представлял опасность: потеряв способность перемещаться по воздуху, он вполне мог начать стрелять. С трудом обернувшись в сторону, из которой прилетел, я краем глаза увидел его тёмный силуэт - влипнувший в землю, дальше повернуть голову я уже не мог. Отсюда мне было ничего толком не разобрать, но фонари не горели, то ли потому, что летун их не включил, то ли потому, что они погрузились в чернозём, но он, похоже, не видел, что происходит вокруг. Правда, если у него есть эхолокатор, свет ему и не нужен...

Влага, выдавленная из грязи, начала проникать сквозь одежду, колко наполняя тело холодом. Я попытался пошевелиться, но земля плотно охватила меня со всех сторон, даром, что лицо осталось на поверхности, и я мог, с трудом, но всё же дышать. Таким образом, прежде, чем я смог освободиться, мне пришлось как следует поработать всеми частями тела. Встав на ноги, я почувствовал, что медленно проваливаюсь обратно в землю - нужно было двигаться.

Идти по практически жидкой грязи было достаточно тяжело, я ни один раз был близок к тому, чтобы потерять обувь, но кое-как я продвигался. Добравшись до затихшего летуна, я почти на ощупь нашёл маленький прямоугольный передатчик на его наполовину утонувшей в земле спине, по-прежнему источающей вырабатываемое внутренними механизмами тепло. Наверняка, отчёт о падении уже передан командованию машин, но я на всякий случай достал пистолет и его рукоятью разбил прибор связи. Так мне было спокойнее.

Определив нужную сторону по направлению хвоста летуна, я тронулся в путь. Если сюда нагрянут роботы, мне придётся не сладко - открытая местность и полное отсутствие тяжёлого оружия были явно не в мою пользу. Вот только в темноте, да ещё и по вязкой грязи, быстро идти не получалось. Оставалось только надеяться, что командование роботов не пришлёт кого-нибудь в эти края сию же минуту. Командование.

Будь у меня мой планшет, я мог бы, используя поверженного летуна, определить, что это за командование или, по крайней мере, где оно находится. Чем больше я думал об этой возможности, тем больше мне хотелось узнать, кто стоит во главе машин. Но где взять инструменты?..

Наконец, я доковылял до асфальта. Запрыгнув на него, я обернулся назад и, окинув взглядом тёмную пустоту, к своему удивлению обнаружил яркие белые огоньки, быстро мелькающие вдали. Их источник однозначно находится в пустоши! Их было много, не менее десяти, крупные и маленькие, мерцающие вразнобой. Я направил взор в ту сторону, где должен был сейчас лежать упавший летун. Не к этим ли огонькам он стремился? Немного постояв на месте, я решил, что ходить туда в одиночку не стоит, несмотря на то, что это, я не сомневался, было бы очень интересно. И, как на зло, глаза у меня не имплантированые - хотелось, хотя бы в общих чертах, рассмотреть, что это за огни...

Если меня будут искать, грязные мокрые следы выдадут меня с головой, да и я, по-хорошему, уже начинал замерзать. Осмотрев улицу, насколько это возможно в полной темноте, я обнаружил очередной торговый комплекс. Конечно, сейчас он был очень кстати, ведь там, наверняка, есть магазин одежды или, на худой конец, обуви, но я вдруг понял, что на чём свет стоит презираю эти заведения. Да. Прогресс превратил города и целые страны в гигантские, никогда не заканчивающиеся, торговые комплексы. Ради постройки очередного рынка сносятся памятники, скверы, величайшие архитектурные творения в истории они уже просто никому не нужны. Всё скопировано в виртуальную реальность и �сохранено� там на века. Никаких реставраций, никаких очередей туристов, перелётов, отелей и билетов: хочешь в Тадж-Махал - купи модель и, если есть желание, живи в ней хоть до конца своих дней. Настоящие творения уже никого не интересуют, их сносят, чтобы поставить очередной ларёк, лавку, магазин, один за, над и под другим, чтобы заставить человека часами шататься по торговым рядам и тратить деньги на всякий хлам, который он не станет носить, читать, использовать, с которым он не будет играть, и который он, скорее всего, практически не будет видеть. Всё, чтобы занять ненадолго вырвавшийся из виртуальных грёз разум и не дать ему увидеть, что на самом деле происходит вокруг.

Жизнь в движении. Теперь все люди находятся в вечном движении. Но это не жизнь, это постоянный поиск чего-то нового, бесконечная погоня без цели и смысла. Беготня за очередной иллюзией, которая перестанет приносить удовольствие уже через пару дней. Рай. Очень ироничное название для системы виртуального моделирования. Там действительно есть всё, кроме жизни. Входя туда первый раз, человек умирает, уходит из реальности, чтобы больше никогда к ней не возвращаться. Зачем? Ведь у него появится свой собственный мир, который он сможет изменять так, как ему захочется, извращая его от скуки всё больше и больше. И теперь, когда каждый может запросто попасть в Рай, стать Богом, религиозная основа самих этих слов теряет смысл.

Рай теперь на Земле, а Бог - каждый, у кого есть моделер. И больше нет места религии, морали, культуре и нет больше никаких ценностей. Даже умерших близких теперь можно вернуть в виде виртуальных моделей! Ничего не нужно добиваться, семья конструируется на компьютере, достижения никого не интересуют, образование и навыки не требуются, работы нет, всё делают машины. Спекуляция - единственный способ заработка на новые ощущения. Именно поэтому города превратились в огромные рынки. Но и они начинают отмирать. Сами деньги теряют свой смысл, ещё десяток лет и мир откажется от них. Вот тогда всё и остановится. Всё уже остановилось: миллионы сидящих в коконах людей полностью изолировались друг от друга и теперь медленно вымирают, не оставляя после себя ничего, кроме никому не нужных записей на жёстких дисках.

За всеми этими мыслями я не заметил, как вошёл в комплекс и, найдя нужный мне магазин, остановился у секции одежды. Вещи, на удивление, остались не тронутыми, но в темноте было не так просто отыскать подходящую одежду. После минут двадцати рытья в шмотье, я, всё-таки, выудил тёмно-серый спортивный костюм. Быстро сняв с себя уже начавшую затвердевать от грязи одежду, я задумался об обуви. Сапоги, конечно, были хороши, но мокрые они, скорее, принесут вреда больше, чем пользы.

Потратив ещё с пол часа на поиски кроссовок, я, наконец, нарядился. И вдруг меня ошарашило! В вещмешок, который я ношу с собой, вшит датчик. Малый уже находил меня, сможет найти и сейчас. Но что, если его опередят роботы или бойцы ОКО? Как вообще датчик другой фракции мог оказаться в сумке сектанта? Сложнее всего было понять, в каком именно месте соврал мне Малый: может, никаких устройств и спутников на самом деле не было, и он нашёл меня как-то по-другому?

С этими мыслями я взял мешок и вытряхнул из него всё содержимое. Патроны к пистолету, таблетки и мелкую еду стоило забрать. Растолкав всё это по карманам, оказавшимся достаточно объёмными, я решил захватить и пару дневников. Мешок я зарыл в гору обуви, надеясь, что в случае, если датчик, и правда, есть, это немного задержит моих преследователей. Всё-таки, приборы показывают положение устройства не с точностью до сантиметра - тем, кто сюда придёт, понадобится некоторое время, чтобы найти сумку и осознать, что меня здесь уже нет.

Направляясь к выходу из торгового комплекса, я снова почувствовал покалывание в голове. Эти ощущения уже начинали всерьёз меня беспокоить - слишком уж тревожно становится на душе при подобного рода... приступах.

У самых выходных дверей я остановился. Прекратившийся мелкий дождь погрузил улицы разрушенного города в мёртвую тишину. Мне это понравилось, по крайней мере, приближение противника можно будет услышать заранее.

Определив здание, в котором можно притаиться и дождаться появления Малого, я вышел из комплекса и быстро двинулся через улицу. Мои шаги гулко отдавались в ночной тишине, так, что мне даже пришлось понервничать. Войдя в подъезд, я поднялся на площадку между первым и вторым этажами и присел рядом с выбитым окошком. Отсюда мне неплохо было видно и торговый комплекс, и огромную парковку, и прилегающие к ним улицы.

По-прежнему в воздухе парила гробовая тишина - далёкой стрельбы, и той не было слышно. Твёрдо веря, что смогу услышать приближение противника, я закрыл глаза... Снаружи послышался громкий скрип стекла об асфальт. Резко вырвавшись из оков Морфея, я поднялся и выглянул в окно. Заснул я накрепко, в глазах всё плыло, так что мне еле-еле удалось рассмотреть человека с оружием в руках, стоящего внутри торгового комплекса у самого выхода. Понять, кто это, у меня не получалось, но почему-то закрадывалось подозрение, что это Малый.

Человек, некоторое время постояв у входа, видимо, оценивая последствия своего неосторожного шага, медленно вышел на улицу - надо понимать, торговый комплекс он уже осмотрел. Голова его без остановки поворачивалась во все стороны, будто он что-то лихорадочно искал. Остановившись у самого края асфальта, чуть поднимающегося над автостоянкой, он снял с плеча сумку, поставил её на тротуар и опустил туда руку.

В тот момент, когда я смог преодолеть остатки сна, и окончательно узнал в размашистых движениях тёмного силуэта Малого, прогремел винтовочный выстрел. В ещё слишком расслабленном после пробуждения состоянии я весь передёрнулся от неожиданности. Фигура, стоящая на асфальте, не разгибая спины медленно упала набок и, быстро покидающими её силами перевернувшись на спину, устремила глаза в тёмное небо. Отказываясь верить в то, что это был Малый, я начал бегать взглядом по окружающим зданиям, пытаясь определить, откуда стреляли.

- Отсюда его не увидишь.

Я снова подпрыгнул от испуга. Приглушённый голос послышался где-то у меня за спиной, что оказалось для меня полной неожиданностью. Не успев даже снять пистолет с предохранителя, а подняв его только для устрашения, я резко обернулся. На лестнице, чуть выше меня, практически полностью сливаясь с темнотой, стоял один из тёмных ниндзя. Нисколько меня не испугавшись, он даже не стал направлять на меня оружие.

- Я свой, пришёл забрать Вас домой.

Я медленно опустил пистолет и начал поиски объяснения происходящему. Тем временем, ниндзя продолжил:

- Это был Малый. Он искал Вас в комплексе, однако Вы оказались хитрее. - в голосемоего визави звучала непонятная мне радость.

- Знаешь Малого? - с показным недоверием спросил я.

- Да. В смысле, я не его друг, даже наоборот... Он агент машин.

- Как это, агент роботов? Он же меня спасал! - я понял, что в происходящем запутался окончательно

На что боец, нисколько не смутившись, с уверенностью ответил:

- Ну да, это часть их плана.

Уже совсем растерявшись, я некоторое время помолчал, после чего тихо спросил:

- А кто Ты?

Мой тёмный собеседник выпрямил спину и гордо объявил:

- Оператор Тетры!

Стоянка

Я вдруг понял, что ничего другого и не ждал.

- Идёмте со мной, я всё расскажу.

У меня, в общем-то, вариантов, кроме как пойти за этим ниндзя, и не было. Малый мёртв, а я ничего толком о современном мире не знаю - без помощи со стороны обойтись вряд ли получится.

Мой новый знакомый, тем временем, не дожидаясь от меня какого-нибудь ответа, начал, не торопясь, спускаться по лестнице. По движениям было видно, что он осторожничает, судя по всему, враг был где-то неподалёку, поэтому, последовав примеру оператора, я зашагал с такой же аккуратностью. Самое худшее, что его приближения я, всё-таки, не услышал, как не услышал и Малого. Достаточно безответственно в моём положении.

Уже у самой выходной двери ниндзя поднял левую руку, предлагая мне немного задержаться. Сам же он, присев возле края проёма, принялся внимательно рассматривать прилегающие к зданию территории. Через несколько бесконечно долгих минут, решив, что угрозы нет, он подал мне знак следовать за ним и быстрыми беззвучными шагами вышел наружу. Я старался идти так же, как мой проводник, быстро, плавно и пригнувшись, но не столько из подражания, сколько из собственного беспокойства, ведь Мы оказались на открытом пространстве, которое, наверняка, всё ещё просматривается стрелком, убившим Малого. Не хотелось бесславно пасть под его пулей.

Проведя меня под стеной налево от входа, ниндзя свернул в узкую подворотню, в которой я невольно почувствовал себя в безопасности. Высокие стены, темнота - здесь снайпер Нас точно не мог достать. Стоило мне расслабиться, как прямо передо мной с металлическим грохотом баков с отходами промелькнуло что-то чёрное. Я застыл на месте, приготовившись к обороне и тщетно пытаясь понять, что это было. Не без труда разглядев большое жестяное мусорное ведро, чуть покатывающееся на асфальте, я облегчённо выдохнул - по крайней мере, звон исходил не от робота. Мой тёмный спутник почти шёпотом откудато спереди успокоил:

- Кошка.

К тому времени я уже и сам всё понял. Похоже, животное напугало меня больше, чем я его. Успокоившись, я вновь двинулся за оператором Тетры, отметив про себя, что кошачий дух в подворотне не выветрился, несмотря на войну, видимо, хвостатые бывают здесь очень часто.

У самого выхода из переулка мой проводник остановился. Я было подумал, что он снова осторожничает, но, подойдя ближе к нему, понял, что дело здесь в другом. Он стоял прямо перед открытым, источающим горячее зловоние, люком, очевидно, дожидаясь меня. Опять канализация. Словно прочитав мои мысли, оператор, извиняясь, поднял плечи:

- Ничего не поделать, придётся лезть туда. Так намного безопаснее.

Вздохнув, я присел, взялся руками за металлический край люка и начал спускаться по скользкой лестнице. Снова эта влажная темнота. Последовав за мной, мой новый знакомый достал из кармана маленький фонарик и протянул его мне. Включив второй на своём автомате, он обошёл меня и уверенно зашагал вглубь туннеля. Под землёй бояться было нечего, так что, не долго думая, я начал вопросами прояснять для себя ситуацию:

- Так Вы следили за мной?

- Да, с тех пор, как Вы побывали на складе оружия.

Я сразу вспомнил два тёмных силуэта, стоящих на крыше.

- А стрельба возле памятника?

- Да, это тоже Мы. Нельзя же было дать им расстрелять Вас. - впервые с момента Нашей встречи в голосе ниндзя послышались какие-то эмоции.

- А почему же Вы меня раньше не освободили? По-моему, было несколько более удобных моментов. Не пришлось бы стольких убивать.

- Да Мы и после той бойни на площади не были уверены в том, что стоило Вас освобождать. Мы наблюдали. - поняв, что я жду продолжения, боец вновь добавил. Нужно было убедиться, что Вы не с роботами. Мы не дали Вас расстрелять, потому что надеялись, что Вы не с ними, как, например, Малый. - пояснил он, делая ударение на слово �надеялись�.

- А как Малый?

- О-о, Вы не поверите, когда узнаете, что с ним сделали. Машины такому научились! Мы это внушением называем, хотя слово не очень подходящее. В общем, берут Вас в плен, привозят в особую лабораторию, где Ваш мозг долго и старательно сканируют. Затем они спускают на Вас рой нанороботов, которые залезают Вам в голову и перестраивают Ваш мозг.

Я понял, что наперёд знаю, как продолжится рассказ.

- Они уничтожают одни нервные клетки, переносят другие и клонируют третьи. Чёрт знает, как это всё у них получается, но они полностью изменяют личность, воспоминания и, самое интересное, дают цель. И получают идеального агентабиоробота. У него нет управляющих чипов или чего-то подобного - его невозможно раскрыть с помощью приборов, но он строит такие причинно-следственные связи, какие нужны машинам. Их отправляют в человеческие лагеря в качестве лазутчиков и саботёров. Очень продуктивное решение, нужно признать.

Да, этот механизм вербовки был мне знаком. Трансгуманисты, работавшие над ИИ, после долгих экспериментов с виртуальным разумом решили, что физической перестройкой мозга можно лечить психически нездоровых людей. В компьютерной среде всё работало отлично, вот только на практике оказалось, что человеческий мыслителный орган слишком сложен для таких процедур, а изменение миллиардов клеток и связующих их звеньев невозможно на настоящем уровне развития. Но роботы довели технологию до ума! После такого внушения человек ни при каких условиях не сможет стать тем, кем он был раньше. Воспоминания будут полностью уничтожены, а новые связи между нервными клетками создадут новые ассоциации и взгляды, новые логические цепи, новую личность.

- А зачем ко мне прислали Малого?

- Ни малейшего понятия. Может, хотели завербовать Вас как консультанта, чтобы Вы их улучшили, Вы ведь в этом разбираетесь.

Нет, здесь ниндзя был не прав. Им не требовались улучшения, их они и сами сделают.

Машинам нужно нечто другое.

- Что Малый рассказал Вам о Тетре?

- Ничего, абсолютно. - я приготовился внимательно слушать шагающего впереди человека.

- Хм, интересная тактика. Или он просто ничего не помнит. Он был одним из Нас до внушения. Лучший из лучших. Вот только доверчивый сильно. Был, говоря по справедливости. Доверился одному своему другу из ОКО, что, само по себе, безумие, тот его и завёл в ловушку к роботам. - по голосу чувствовалось, что оператор в душе не очень-то сочувствует Малому.

- Вы с ОКО враги?

- Да. Уже шесть лет как.

- А что не поделили?

- Когда создатель Тетры оставил своё место, один из мелких членов Нашей организации призвал всех сменить профиль. Произошёл раскол: многие последовали за ним, в основном, начинающие агенты, ещё не понимающие сути учения Тетры, но желающие сделать что-то стоящее. Они назвали себя Организацией Контролирования Общества. ОКО, если сокращённо. И вот они стали всеми силами пытаться захватить власть везде, где только можно. Чтобы своим мудрым правительством наставить человечество на путь истинный. У Нас власти было очень много, к тому же Мы всё о них знали, поэтому Мы стали их врагом номер один. - оператор задумался, как будто пытался понять, запланированы были все эти события, или так случайно получилось. Выждав приличия ради некоторое время, я продолжил расспросы:

- А чем занималась Тетра до войны?

- Поиском истины. - ниндзя, видимо, ещё не до конца вышел из размышлений о причинах распада Тетры - как-то отрешённо звучал его голос. Сейчас самое подходящее время продолжить разговор. Пока он где-то далеко, сосредоточен на своих мыслях, он не контролирует себя и может сказать то, о чём в другой ситуации умолчал бы.

- Что за истина? - этот вопрос беспокоил меня больше всего. Тетра - враг ОКО, а враг моего врага, как известно, мой друг. Но до конца разобраться, что такое представляет собой эта Тетра, всё же стоило.

- Случайностей нет - вот что за истина. Мы предположили, что даже самые незаметные мелочи сильно изменяют человеческую жизнь и вообще ситуацию в мире. Анализируя миллионы вариантов развития, наблюдая бесконечные цепочки событий, Мы обнаружили, что у каждого действия есть смысл. Высокий, далеко идущий, пока что Нам непонятный смысл. Сотни не связанных происшествий складываются в сложнейшую мозаику и в итоге оказывают на Нашу жизнь огромное влияние. Мы пытались понять, как действует весь этот механизм, и как его можно использовать.

- немного помолчав, ниндзя подытожил. - Мир движется к определённой цели, причём всеми своими частями сразу.

- Какой цели? - я чувствовал, что эта теория организованности реальности мне знакома.

- Мы не успели этого понять. Наш руководитель оставил Нас, организация разделилась, началась вражда. Очень многое было потеряно, гораздо меньше удалось восстановить. Потом и вовсе война - стало не до того.

Я всё больше проникался задумчивым рассказом, заинтересовываясь Тетрой. Теперь мне уже было ясно, что это не зарабатывающий деньги культ или кучка мародёров, вроде ОКО, а серьёзное философское объединение. И его идеи были мне... близки.

- На чьей стороне Вы воюете?

- Да на своей и воюем. ОКО против Нас, роботы тем более. Простые люди Нас боятся. Не без причины, конечно. - почувствовав, что я снова жду продолжения, он пояснил. - Нас считают колдунами. Мы против виртуальной реальности и роботов, всегда выступали за близость к природе и свободу ото всего того, что предлагает прогресс.

Это как раз то, чего боятся люди.

- Почему же Вас считают колдунами?

- Мы умеем кое-что. На объяснения уйдёт уйма времени. Я, конечно, не против рассказать, но Вы скоро всё вспомните своими силами. Мы в мире всегда были хорошо известны.

Где-то в глубине души я уже и сам понимал, что всё, что поведал мне этот человек, я знаю. До уверенности было ещё далеко, но память верными шагами шла к восстановлению. Если раньше в голове у меня стояла полная пустота, то теперь я то и дело натыкался на какие-то идеи и расплывчатые образы. Я мысленно заканчивал предложения своего тёмного спутника - я всё знал. Это было очень кстати. Но вот что меня насторожило, так это тот факт, что ниндзя в курсе моей потери памяти. Откуда он знает? Неожиданно ногой я ушёл куда-то в пустоту и, сильно подавшись вперёд, чуть не упал. Мой спутник повернулся на шум и, посветив на меня фонариком, поинтересовался:

- Всё нормально?Я кивнул.

- Извините, задумался, забыл предупредить, что здесь ступенька. - ниндзя свернул направо и зашагал дальше.

- Ничего, переживём.

Оглядевшись, я обнаружил в слабом свете фонарика, что туннель изменился: здесь уже не было канала отходов, помещение было округлым, а стены увешаны толстыми кабелями. Это было похоже на метро! Мою мысль тут же подтвердил оператор Тетры:

- Мы вышли в метрополитен.

- Канализация связана с туннелями метро?

- Да. - голос моего спутника уже был не таким рассеянным, что немного меня расстроило. - Об этих ходах никто толком не знает. Это для чиновников и крупных бизнесменов.

В случае угрозы жизни элиту спускают в канализацию, выводят в метро и на поездах вывозят из города. Мы уже не один год знаем о туннелях, и это очень помогло Нам, когда началась война с машинами - они сюда не суются.

Я уже почти не слушал своего собеседника, просто засыпал на ходу. Тяжёлый день и тёмная спокойная обстановка сильно действовали на меня. Словно услышав мои мысли, проводник объявил:

- Мы уже почти пришли. У Нас тут небольшая стоянка под землёй есть, так что скоро отдохнём.

Идти, действительно, пришлось недолго. Буквально минут через пять под лучами Наших фонарей заблестела тёмно-серая обшивка поезда. Было странно видеть, что он абсолютно невредим, после стольких-то картин полной разрухи. Этого места война, похоже, совсем не коснулась.

Ниндзя остановился и кивнул мне на раздвинутые двери вагона, приглашая войти в него. Как оказалось, внутри оборудована целая комната. На сидениях лежали подушки и одеяла, в углах были расставлены ящики с консервами и оружием, пара столов, даже компьютерам здесь нашлось место!

- Нравится? - мой проводник облокотился на стенку.

- Да-а, впечатляет! - протянул я без тени лукавства.

- Здесь постоянно живут двое людей. Они сейчас на задании, но к утру, думаю, вернутся. А пока располагайтесь, где удобно. Я сейчас чего-нибудь поесть приготовлю.

Я вытащил все твёрдые предметы из карманов, положил их у изголовья и улёгся. Сидение было не таким уж мягким, но это уже что-то. Здесь, под землёй, пожалуй, можно было спать спокойно. И всё же пистолет я на всякий случай положил прямо перед лицом, чтобы быть готовым...

Открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь. Во всём теле стояла неприятная забитость, конечности словно одеревенели, а порезанный правый бок отвратительно ныл. Немного придя в себя, я вспомнил вчерашние события и осознал, что это за место. За пределами вагона раздавались приглушённые голоса. Осмотревшись вокруг, я обнаружил, что в открытые двери и иллюминаторы из толстого стекла проникает оранжеватый колеблющийся свет. Приподнявшись с громким щёлканием костей рук, я выглянул наружу: метрах в семи от вагона вокруг небольшого костра на табуретках расположились три человека.

Я медленно встал, растолкал свои вещи обратно по карманам, после чего вынырнул из вагона и двинулся к ним. Увидев меня, все трое замолчали и замерли, будто ждали от меня какого-то чуда. Я подошёл к костру, в котором громко трещали обломки какихто деревянных ящиков, наверняка, из-под фруктов, и аккуратно сел на свободную маленькую табуретку. Теперь уже в свете огня я ясно видел, что все трое - ниндзя. Правда, повязки с лиц они сняли, так что выглядели вполне человечно, но я ещё не достаточно проснулся, чтобы рассмотреть их как следует.

Совсем по-хозяйски я сонно потянул носом прохладный воздух подземелья, взял одну из консервных банок, подогревающихся у костра, и начал крутить её в поисках кольца.

Тут один из людей протянул мне большой нож, больше похожий на оружие, чем на столовый прибор. Взяв орудие, я осознал, что его подала мне женщина. В свете костра я не сразу рассмотрел черты лица и тела, но теперь точно видел, что это не мужчина.

Невзирая на то, что на дворе стоял апокалипсис, женщина, лучше даже сказать, девушка, потому что на первый взгляд возраст её не превышал двадцати шести лет, была старательно и со вкусом накрашена. Чёрные глаза с острыми стрелками, оранжевые губы, чуть блестящая от костра, не соответствующе упадочной ситуации нежная, кожа, даже румянец был на месте. Такая ухоженность была странна для человека, который скрывает лицо за чёрной повязкой, но, определённо, радовала глаз.

Я кивнул ей в знак благодарности и внимательно посмотрел на нож. Изогнутое одностороннее лезвие, удобная чёрная рукоять, округлые резные символы на которой рассмотреть в силу темноты я не смог, хороший баланс.

- А этим ножом никого не?.. - с некоторым сомнением спросил я, поднимая глаза на девушку.

- Нет-нет, он чистый. - мягко и с каким-то благоговением ответила она.

Удовлетворившись ответом, я принялся вскрывать банку. Только сейчас я почувствовал, что в помещении стоит жуткий холод. У костра он мало чувствовался, но по спине буквально гулял. Банка оказалась достаточно мягкой, так что я быстро с ней справился. Содержала она гречку с мало похожей на мясо синтетикой, однако и ей я был очень рад. На обратной стороне крышки была приклеена раскладная ложка, которой, вернув нож девушке, я незамедлительно и воспользовался. Навернув не очень подходящей для завтрака химии, я поднял глаза на костёр и к своему удивлению обнаружил, что все ниндзя, как один, смотрят на меня. До сих пор в их компании я чувствовал себя вполне свободно, но сейчас мне стало как-то неловко. Заметив моё смущение, один из них отвёл глаза в сторону и прервал неуклюже повисшее молчание:

- Вы вчера заснули, даже не дождавшись ужина. - очевидно, это был тот, кто привёл меня сюда.

Я как следует присмотрелся к нему: угловатый, даже острый местами, лик, немного напоминающий голову ястреба, тёмные хитрые глаза, длинная морщина на лбу, придававшая строгости достаточно дружелюбному выражению лица, светлые волосы, редкими, но толстыми прядями свисающие до ресниц... Вдруг заговорил второй: - Это стресс, ничего страшного. Потеря памяти, перестрелки, погони, такое выматывает... Я вот только не пойму, как Вы так быстро добрались до пустоши!? Вы, кажется, были в другой части города.

- Доехал на летуне. - с некоторым пафосом ответил я, поднося ко рту очередную ложку синтетики.

Все трое снова уставились на меня, на что я после некоторой паузы спокойно продолжил.

- Он всё ещё лежит там, я думаю, так что можете сами посмотреть.

Бойцы с сомнением переглянулись, видимо, не желая верить мне.

- Как мне Вас называть?

Ответил мне мой вчерашний знакомый:

- Я Сыч.

Нужно отметить, прозвище ему очень подходило, лицом он и правда был похож на птицу.

- Это Лиса. - он указал на девушку.

Присмотревшись, я решил, что и ей кличка дана не просто так: ярко-рыжие волосы, большие тёмные глаза азиатской формы. Остальные части лица вычерчены достаточно мягкими и мелкими линиями, плюс, некоторая застенчивость в мимике делали девушку и впрямь очень похожей на лису.

- А это Гелий. - Сыч кивнул на последнего из ниндзя, расположившегося влево наискось от меня.

Он сидел от костра дальше всех, так что лица его мне толком не было видно, но я сразу понял, почему его так называют. Рядом с ним, прислонённая к железной бочке, как раз стояла та самая гелиевая винтовка.

- Настоящие имена Мы не используем, потому что...

- Да, да, я знаю. Чтобы сбить с толку машин. Так значит, это Вас я видел возле оружейного склада? - я повернулся к последнему из представленных мне людей.

Тот, несмотря на несколько безразличную с виду позу, отозвался сразу:

- Да. Мы наблюдали за Вами. Пытались понять, можно ли Вам доверять.

- Ну и как? Можно?

Гелий продолжительно посмотрел на Сыча, но ответил сам:

- Можно, но не до конца. Ваша потеря памяти сильно настораживает. Такое было у первых людей, попавших под машинное внушение. Это сейчас процесс они наладили, и следы вмешательства незаметны, а поначалу симптомы были именно такими, как у Вас.

Сыч согласно кивнул Гелию и продолжил за него:

- Теперь побудете с Нами, Мы посмотрим на Вас и решим, что делать. Неожиданно голос подала всё это время молчавшая Лиса:

- Что с Малым?

Ей ответил Сыч:

- Застрелен снайпером ОКО... По ошибке, правда. - добавил он, покосившись на меня, на что я сразу задал вопрос:

- Чего ОКО от меня хочет?

- У Вас кровная вражда, начавшаяся задолго до войны с машинами. - мелко кивая головой, пробормотал Сыч.

- Так Вы знаете, что было со мной до войны? - слова ниндзя заставили меня встрепенуться.

- Да. Далеко не всё, конечно, но кое-что есть.

- И что же со мной было?

Разговор вдруг перехватил Гелий:

- Если Вы под внушением, рассказывать совершенно бесполезно, Вы ничего не вспомните. Если же природа амнезии иная, шанс имеется. Вам следует продолжить чтение того дневника, который Вы забрали у патрульного ОКО.

Попытайтесь сделать то, что там описано - это поможет восстановить память.

- Кто-то из Вас был в той многоэтажке через дорогу, да!? - я обвёл всех глазами.

Сыч и Лиса удивлённо уставились на Гелия, который после некоторого молчания протянул:

- Вы не могли меня видеть.

- Я и не видел. Я почувствовал.

Удивление на лицах моих новых знакомых усилилось. После достаточно продолжительного молчания отозвалась Лиса:

- Это не внушение. Рой стёр бы всё. - она говорила медленно и задумчиво.

Точно таким же сосредоточенным тоном ей ответил Гелий:

- Это может быть энергетический слепок, оставленный сильными эмоциями. Рой на него повлиять не может. Он говорил, что такое возможно.

Я полностью потерял смысловую нить разговора и хотел было спросить, о чём они толкуют, но меня опередил Сыч:

- Дело ждать не будет, давайте выходить!


Силуэт

Возникла короткая пауза, знаменовавшая собой общее согласие, после чего Сыч перевёл взгляд на меня:

- Идёмте! Надо Вас обмундировать.

Хоть мне и не нравилось, что меня держат в неведении относительно моего собственного прошлого, не хотелось показаться своим новым друзьям капризным, поэтому я, вздохнув, поднялся. Лиса и Гелий сразу же последовали моему примеру, взялись за своё оружие и сумки, а Сыч, поманив меня рукой, встал и направился к поезду. Поставив полупустую жестяную банку на табуретку, я двинулся вслед за ним.

Войдя в вагон, ниндзя включил систему освещения, мгновенно раскрывшую всю серьёзность подготовки Тетры: хранящегося здесь оружия хватило бы на небольшую армию. Автоматы, ножи, пистолеты, винтовки, карабины, пулемёты, гранаты, РПГ и даже мины самых разных мастей. Всё помещение было завалено оружием и походило больше на склад, чем на транспортное средство.

- Ну вот, выбирайте! У Нас здесь на любой вкус найдётся. - гордо произнёс Сыч, отступая к стене.

Я медленно пошёл вперёд, стараясь сообразить, с чем из всего этого добра мне будет проще обращаться. Дойдя примерно до середины вагона я обнаружил, что здесь есть даже высококлассные экзоскелеты. Увидев, что они привлекли моё внимание, Сыч извиняющимся тоном пробормотал:

- Лучше не надо. У ботов есть ЭМ-излучатели - одна вспышка - скелет отключится и станет для Вас самой настоящей тюрьмой. Они очень тяжёлые: остановятся приводы, и Вы даже пошевелиться не сможете.

Я, в принципе, и не собирался лезть в такой специфический костюм, слишком уж неудобен он для скрытных миссий, вроде той, что, как я полагал, вот-вот начнётся у Нас. Продвинувшись её немного вглубь, я, наконец, нашёл то, что искал: ARX-160 третьего поколения. Подствольника, правда, на ней не оказалось, но мне он и не был интересен. - О-о, да Вы аристократ!? - встрепенулся Сыч. - Beretta мало кого прельщает в Наше неспокойное время, все стараются покрупнее пушку брать.

- Не-ет, мне её хватит. Я знаю, куда нужно стрелять. - ответил я, осторожно поворачивая автомат в руках.

Ниндзя, определённо, остался доволен моим ответом. Я уже заметил, что он одиночка, не любит кого-то прикрывать. Хотя в нынешних условиях было бы глупо винить его в неприязни к тем, кто не способен держать в руках оружие, всё-таки, четвёртая и, возможно, последняя мировая война на дворе.

Забросив винтовку на плечо, я принялся за поиски пистолета, выбор которых здесь так же был достаточно широким. По пути я успел захватить пару небольших складных ножей - они вполне могли пригодиться, если Мы натолкнёмся на людей ОКО, да и вообще, как инструмент широкого профиля.

Сыч всё это время пристально наблюдал за мной и, когда я, наконец, взял длинноствольный, угрожающих размеров пистолет неизвестной мне модели, протянул мне небольшой светлый автомат, вполне умещающийся в одной руке.

- Это Шершень. Возьмите и его на всякий случай! Он лёгкий.

Я принял автомат, подбросил его, проверяя вес, и кивнул в знак согласия.

- В ближнем бою он незаменим. - подытожил Сыч.

Дошагав до выхода из вагона, я сложил всё набранное добро на стол и принялся собираться. Ниндзя, убедившись в том, что помощь мне не требуется, вышел, оставив меня наедине с оружием. Сборы казались мне слишком долгими и, как бы я не торопился, ускоряться они не желали. Я всё ждал, когда же заглянет Сыч, чтобы поторопить меня, однако он так и не заглянул. Более того, выйдя из вагона, я обнаружил, что мои компаньоны сами ещё не готовы отправляться.

Не зная, чем себя занять на время ожидания, я присел на табуретку перед затухающим костром и снова взялся за химиозную гречку, краем глаза посматривая на ниндзя. Их, похоже, смутила моя скорость, так что все трое порядочно засуетились, стараясь не задерживать выход.

Наконец, все собрались, и Гелий, возглавив группу, повёл Нас по тёмным холодным подземным ходам, со всех сторон опутанным толстыми пыльными кабелями. После непродолжительного молчания, он начал объяснения:

- Мы идём на электротехнический склад, крупнейший во всём регионе. Там есть практически всё, от транзисторов до промышленных манипуляторов, но Мы с Вами ищем нечто особенное. - он выдержал небольшую паузу, наращивая интригу. - На этом складе есть строение, снаружи замаскированное под автостоянку. Там хранятся особые, в основном, боевые электронные изделия, часть которых Мы заберём. Наибольший интерес представляют электромагнитные гранаты. Вдруг вмешался Сыч: - Дай угадаю! Ирисы!?

- Не угадал. - усмехнулся Гелий. - Вспышки.

- Что, так и называются?

- Официальное название - РГЭМ-59. Но официально, они вообще не существуют -слишком уж новы и хороши. Импульс настолько силён, что запросто спалит электронику танка. Самолёт уложить может, если добросить. Короче, гранаты очень серьёзные, и Нам они нужны - c ними даже в лоб на армию ботов идти не страшно. Для человека, кстати, они тоже смертельны - импульсом может сжечь нервную систему, так что будьте осторожны!

- Это как так? - усомнился Сыч. - Для людей же ЭМ-импульсы, вроде, не вредны. - Беспроводное электричество на основе микроволн, а ещё порошок из проводящего металла, разбрасываемый гранатой на семь метров.

- Как Ты узнал, что они там? - без всякого интереса спросила Лиса.

- Я был на этом складе... Ещё до войны. Выполнял задание Тетры.

Далее разговор не пошёл - по тону Гелия было ясно, что на вопросы о той миссии он отвечать не станет.

Так что до самого выхода на поверхность, добираться до которого пришлось не меньше часа, Мы шли в тишине. Когда Сыч отодвинул тяжёлую крышку люка, я невольно закрыл глаза рукой - солнечный свет казался настолько ярким, что смотреть было просто невозможно.

Выждав пару минут, Гелий осторожно полез наверх. За ним направился спустившийся с лестницы Сыч, которому по каким-то причинам задачу идти первым не доверили. Лиса, всё ещё часто моргающая под солнечными лучами, кивнула мне, давая понять, что она пойдёт последней. Я почти на ощупь поднялся по лестнице и, выбравшись из люка, снова закрыл глаза. Гелий, видя, что свет Нас порядочно дезориентировал, посмотрел на небо и успокаивающе проговорил:

- Это ненадолго. Скоро всё затянет тучами.

- Очень хотелось бы! - пробурчала Лиса, выбираясь из люка.

Подошёл высматривавший что-то в стороне Сыч:

- Ну что, куда идём?

Гелий развернулся и молча двинулся вдоль улицы. Все без лишних слов последовали за ним. Сегодня в городе было не так тихо: то тут, то там слышалась стрельба и взрывы, но, тем не менее, атмосфера в Нашей районе стояла спокойная. Мои компаньоны шли в открытую, прямо посередине дороги, что меня, признаться, беспокоило. Я немного отстал от группы и брёл сам по себе, пребывая в рассеянности. Странно, но со вчерашнего дня у меня обострились чувства - мне даже не приходилось смотреть по сторонам, я и так знал, что там происходит. Только меня это не интересовало.

Достаточно скоро ниндзя вывели меня из задумчивости. Они остановились перед прямоугольным входом в большущее серо-синее здание, определённо, промышленного предназначения. Выглядело оно потрёпанным, металлические стены были исцарапаны, местами помяты, вывески не было даже и близко, а сетчатый забор и вовсе завалился.

Гелий, видимо, окончательно взявший на себя командование операцией, повернулся к Нам и почти шёпотом заговорил:

- Нам нужно пройти через это здание на ту сторону двора. Давайте разделимся: Мы с Сычом двинемся по центру, а Вы держитесь около правой стены! Здесь давно никого не видели, но Нам лучше найти все входы и выходы из этого здания до того, как они понадобятся.

Я кивнул в знак согласия, думая при этом, что разделяться Нам, на самом деле, не стоит. Спорить, однако, у меня не было настроения, так что свои мысли я оставил при себе. Сняв автоматы с предохранителей и войдя под поднятые автоматические ворота, Мы тихо разошлись в разные стороны.

Пригнувшись и приготовившись стрелять, я двинулся вперёд, оставляя Лису немного позади себя, от чего она, я чувствовал, была не в восторге. Но сейчас было не до неё, требовалось сосредоточиться. Склад был отличным местом для засады: полки, стойки, стеклянные витрины, по большей части уже разбитые, стеллажи в несколько метров высотой - здесь следовало держать ухо востро. Сыча и Гелия слышно не было, хотя, конечно же, они находились где-то совсем недалеко.

С каждым шагом в этом зловещем помещении, будто наблюдающем за Нами из-за каждого угла, идея разделиться нравилась мне всё меньше. В таком месте нужно держаться одной группой - это настоящий лабиринт, отсюда, даже зная, в какой стороне выход, выбраться будет крайне сложно. С этими мыслями я дошёл до угла и остановился. Лиса, быстро обогнав меня, требовательно спросила:

- В чём дело? - она поняла, что я остановился не потому, что что-то увидел или услышал, и ей это не понравилось.

- Зачем Мы разделились? - я посмотрел ей прямо в глаза. - Ты знаешь?

Она отвела взгляд и, как школьница, плохо выучившая домашнее задание, медленно промолвила:

- Чтобы заранее найти все выходы из здания. К тому же, если одна пара наткнётся на ботов, вторая сможет уйти или неожиданно ударить с другой стороны. Это тактика.

- Нет, здесь что-то другое. Говори!

Всё так же, глядя в сторону, она немного помолчала, после чего беззвучно зашептала: - Они не знают, что с Тобой делать. Они боятся, что Ты слуга роботов, но хотят верить в то, что это не так. Сейчас они советуются, возможно, даже с нашим командованием. - Если я слуга машин, я должен мыслить против Вас. Но я же не против Вас!? - я постарался, чтобы моё утверждение прозвучало, как вопрос.

- Ты не можешь знать наверняка. Только роботы в курсе, на что запрограммирован тот или иной убеждённый. Они могли установить ассоциативные связи так, что Ты начнёшь действовать только при определённых условиях, например, когда Мы приведём Тебя в своё убежище. Осознание того, где Ты находишься, вызовет нужную им реакцию, скорее всего, неконтролируемую агрессию. Мы такое уже видели.

- А если они решат меня у...

В этот момент по стене за спиной у Лисы мельком скользнула бесформенная тень. Вздрогнув, я по инерции вскинул автомат, и то же самое, моментально среагировав, сделала моя спутница. Я всем телом напрягся, глядя на падающий солнечный свет и прислушиваясь, однако никакого движения уловить не смог. Постояв так несколько мгновений, девушка, не опуская оружия, медленно наклонилась ко мне: - Что там?

- Какая-то тень.

Я осторожно сделал несколько шагов вперёд, изо всех сил вслушиваясь в атмосферу этого места. Подойдя к краю длинной металлической стойки, я выглянул за неё, прикидывая, где находился тот, кто отбросил тень на стену. Оказалось, что смысла в этом нет - стеллажей было так много, что даже предполагать местоположение противника совершенно бесполезно: спрятаться здесь можно в трёх местах на каждом квадратном метре.

Лиса, осторожно шагавшая вслед за мной, прошла вперёд, прижимаясь спиной к стене, до следующей полки и, оглядев заваленные ряды складского помещения, вопросительно посмотрела на меня. Я покачал головой и, боком, не опуская автомата, миновав пространство между Нашими стойками, подошёл к ней.

- Давай выходить! - она развернулась и тихими шагами быстро пошла вдоль стены.

Нервно поднимая оружие при проходе через очередной ряд, она, похоже, не замечала, что этим выдаёт свой страх. Её тревога потихоньку передавалась и мне: я всё прибавлял и прибавлял шагу, точно так же вскидывая автомат на каждом пролёте и периодически поглядывая назад, чтобы убедиться, что чувство преследования ложно, и нисколько при этом не нагонял свою спутницу.

До узкой тёмно-зелёной двери, располагавшейся аж на дальней стене здания, Мы добрались уже почти бегом. Лиса, стараясь не шуметь, опустила ручку и вышла на улицу, но я немного замедлился и, остановившись в самом проёме, оглянулся назад. Движения не было, запылившиеся пластиковые коробки стояли на полках мёртво, а в воздухе парила тишина. Но что-то там, всё-таки, было. Оно кралось за Нами через весь магазин, наблюдая с безопасной дистанции. И сейчас, зная, что я остановился, оно так же замерло.

Не оборачиваясь, я спиной вперёд вышел из здания и беззвучно закрыл за собой дверь. Немного постояв, я приложил к ней ухо: по-прежнему, в здании было совсем тихо. Медленно обернувшись, я увидел Лису, усевшуюся на синюю пластиковую бочку. Она смотрела на меня с какой-то насмешкой, будто это не она только что бежала к выходу впереди меня.

- Что Ты там слушаешь?

- Ты сама знаешь, что там кто-то есть.

- Это воображение. Успокойся.Я снова повернулся к двери.

- Это воображение! - ещё настойчивее проговорила она, хотя я точно знал, что сама она в свои слова не верит. Вот только я не мог понять, почему она не хочет этого признавать. Неужто гордость!? Или она знает, что там, но слишком боится?

Из-за правого угла, не торопясь, вышли Гелий и Сыч.

- С другой стороны есть ещё один выход. - деловито сообщил первый.

И снова я почувствовал, что эти люди что-то от меня скрывают. Сыч выглядел зажатым и суетливо бегал глазами по сторонам, обшаривая каждый угол, каждое потенциальное укрытие. Он явно чего-то боялся. Один только Гелий был абсолютно спокоен. Именно он, заметив некоторое замешательство и мой внимательный взгляд, быстро огляделся и, указав пальцем на крупное здание без окон, стоящее дальше по едва вмещаюшему его двору, объявил:

- Нам сюда.

Последовав в этом направлении, я опустил глаза в глинистую почву и задумался о том, кто из троих ниндзя главный. Поначалу мне казалось, что это Сыч, но хладнокровный Гелий, уверенно шагающий слева от меня, более соответствовал командирскому чину. Покосившись на него, я поинтересовался:

- Зачем столько ножей, Ты же, вроде как, снайпер?

- Я разведчик, вообще-то, и диверсант. Есть привычка действовать скрытно, а нож для этого идеален. Хотя я и пострелять люблю. Роботы, кстати, к ножам не больно расположены. Если знаешь их слабости, то они такие же противники, как люди: один удар и до свидания.

Немного выйдя вперёд, он остановился у двустворчатой двери, медленно толкнул её и заглянул внутрь.

- Подождите здесь, я включу свет. - смело нырнув в темноту, он на несколько секундбуквально испарился - ни единого звука не было слышно из здания.

Но вот с шелчком загорелся тусклый желтоватый свет, и слабо выделяющегося на фоне тёмных полок и запчастей чёрной формой Гелия вновь стало видно. Не дожидаясь Нас, он широкими шагами пошёл по пыльному центральному пролёту зала, рассматривая содержимое серых стоек, рядами уходящих направо и налево. Не обращая внимания на медлящих Лису и Сыча, я последовал за ним.

На складе стоял подозрительный беспорядок: детали были вытащены из коробок и разбросаны по всему помещению, в углах располагались целые кучи металлических и пластиковых изделий, наваленных друг на друга безо всякой осторожности. Зная, что я рядом, Гелий, не оборачиваясь, пояснил:

- Здесь всегда такой бардак. Чтобы никто не подумал, что здесь есть что-то ценное.

Я обернулся, дабы посмотреть на Лису и Сыча, несколько отставших от Нас, и убедиться, что у них всё в порядке. Случайно бросив взгляд на открытые двери, я сквозь них увидел, что и та, зелёная дверь, через которую Мы с девушкой вышли из первого здания, тоже раскрыта. Напряжение охватило всё моё тело, но я постарался сдержаться и как можно тише обратился к своему спутнику:

- Здесь кто-то есть!

Он остановился и на несколько мгновений замер.

- Я ничего не чувствую. Почему Вы так решили?

- Та дверь, - я указал пальцем. - Я закрыл её. Точно!

Гелий снова замер, и я лишний раз убедился в том, что членов Тетры неспроста называют колдунами. Они были практически экстрасенсами, и сейчас оператор пытался своим чутьём определить Наше положение. Я тоже замер и напрягся, стараясь понять, что в этом месте на самом деле происходит. И я ясно увидел, всего на миг, что здание, в которое Мы вошли, окружено. Машины держали на прицеле каждую дверь, выводящую из склада.

- Гелий, это роботы! Мы в кольце!

На его лице отразилось серьёзное беспокойство, но времени терять он не стал.

- Сыч! - громко прошипел он. - Сюда, быстро!

Отставшие ниндзя с готовностью рванули к Нам. Похоже, они без слов поняли, что Мы попали в засаду. Не дожидаясь компаньонов, Гелий развернулся и тихим шагом побежал по тёмному залу. Я остался на месте, пока не подошли Лиса и Сыч, и Мы все вместе двинулись вслед за командиром.

Добравшись до конца, примерно, двухсотметрового зала, Гелий остановился и, присев возле вертикальной металлической лестницы, указал Нам наверх. Немного замедлившись, Мы с Сычом пропустили Лису вперёд, дав ей возможность лезть первой.

- Давайте-давайте! - Гелий сильно суетился. - Мосты идут по всему помещению,это для транспортировки тяжёлых изделий.

Сев у основания лестницы, я навёл автомат на входную дверь.

- Они не стали атаковать Нас снаружи. - зашептал командир. - Наверно, они хотят

знать, зачем Мы сюда пришли. Надеятся, что Мы покажем им, где тут ценные вещи запрятаны.

Мы по очереди залезли на решётчатые металлические платформы, нависшие под самым потолком, и все затихли. Послышался металлический лязг падающих запчастей. Хотя отсюда Мы видели почти весь зал, было не ясно, где противник взору сильно мешали высокие стеллажи. Бегая глазами по лежащему под Нами помещению, Гелий почти беззвучно напомнил, зачем Мы здесь:

- Нам по-прежнему нужно найти гранаты. Они тяжёлые, их переносили подъёмниками, которых здесь три: вон первый, с другой стороны второй. - оператор показал пальцем. - Третий над самым входом. Видите, на двух из них контейнеры висят? Оба очень похожи на гранаты - надо проверить. Вперёд!

Не теряя, ни секунды, он почти ползком двинулся по уходящей влево платформе. Я никак не мог понять, почему Сыч и Лиса всё медлят и медлят, но в данный момент было не до них. Пригнувшись как можно ниже, я осторожно пошагал ко второму подъёмнику, заависшему у правой стены. В зале снова загремели детали, но эхо, громко отвечающее всякому шуму, не давало возможности даже примерно понять, где источник звука.

Подъёмник был уже близко, и я смог рассмотреть небольшие коробки, висящие на крюках. Они были скреплены друг с другом тонкими, но крепкими прутами: это гранаты, я сразу узнал их. В каждой такой коробке должно находиться шесть единиц, такова стандартная упаковка.

Я повернулся налево и с трудом нашёл глазами Гелия, у дальней стены подвигающегося ко второму крану. Отсюда подать ему сигнал не представлялось возможным - в противоположном конце зала он мог услышать разве что крик. Но в лабиринте, наверняка, уже полном враждебных роботов, шуметь не стоило, так что я потихоньку двинулся дальше.

У самого подъёмника я снова услышал металлический грохот. Буквально в этот же момент из-за одной из полок, стоящих подо мной, выкатилось несколько тёмных пластиковых шариков чёрного цвета. Я схватился за автомат и впился глазами в стеллаж. Между запчастями, коими он был уставлен, виднелись тонкие полоски пространства за стойкой, и эти полоски периодически темнели, выдавая движение.

Немного подождав, сам не знаю, чего, я с максимальной аккуратностью продолжил шагать к подъёмнику. Он висел как раз над тем самым местом, где что-то двигалось. Подходя к развилке платформы, я не спускал глаз со стойки, из-за которой начали медленно выплывать очертания металлопластикового человекоподобного существа. Телесного цвета, с тонким гладким телом и ещё более тонкими руками, оно, сжавшись, сидело на полу спиной ко мне и, склонив голову, что-то искало в сваленных в кучу запчастях, тихо перекладывая их с места на место. Робот выглядел сосредоточенным, видимо, он был не в курсе, что над ним крадётся вооружённый человек.

С дрожью приблизившись к подъёмнику, уже над самым роботом, я осторожно привстал и осмотрел поверхность висевшего на четырёх соединяющихся металлических тросах контейнера, собранного из соединённых друг с другом тёмно-серых коробок гранат. Достать, хотя бы одну из них, можно было только сверху из середины. Но блок висел чуть на расстоянии от, как на зло, заканчивающейся платформы, так, что я не мог дотянуться до него. Вдруг тишину склада прорезал крик:

- Ложись!

Я оттолкнулся рукой от тонких перил и левым боком с грохотом свалился на решётчатую поверхность. В тот же миг вокруг меня завизжали пули. Антропоморф подо мной резким движением развернулся и поднял голову, посмотрев своими чёрными камерами мне прямо в глаза. Он знал, что я сверху, просто ждал, когда другой робот начнёт стрелять. Похоже, он начал перебирать детали, только для того, чтобы отвлечь меня и дать своим возможность хорошо прицелиться.

Не вставая, я перевернулся на спину и, подняв автомат, пустил короткую очередь в цепь подъёмника. Разлетевшись металлические осколки сверкнули мелкими искрами, и контейнер, больше ничем не удерживаемый, скользнул вниз, со скрежетом рухнув прямо на телесного цвета робота.

Поднявшись в полуприсяд, я понял, что это ещё не конец. Стрельба и звон раздавались по всему залу: оказалось, машин здесь намного больше, чем можно было предположить. Понимая, что, оставаясь на просматриваемых со всех сторон решётчатых лесах, я буду лёгкой мишенью, я спрыгнул на контейнер с гранатами и, держа автомат одной рукой, другой начал открывать коробку, зажатую в середине.

Где-то совсем рядом послышались тяжёлые шаги. Вырвав гранату, я заткнул её за пояс и, быстро оглянувшись, взялся за вторую. После образовавшейся на несколько секунд паузы, вновь загремели выстрелы, наверняка, кого-то из моих компаньонов. Выхватив ещё одну Вспышку, я прикинул, откуда доносится стрельба, спрыгнул с ящика и, пригнувшись, двинулся к ближайшему перекрёстку рядов.

Я уже собирался повернуть на поперечный пролёт, как вдруг вокруг меня с диким визгом засверкали искры. Стреляли откуда-то справа, со стороны входа, но я, даже поворачиваться не стал, только рванул назад за стойку. Пальба была слишком интенсивной и, более того, она не прекращалась. Очевидно, робот пытался остановить меня пулемётным огнём, не дать пройти вперёд, в то время, как его коллеги зайдут с другой стороны, отрезав мне все пути.

Дёрнув чеку одной из гранат, я высунулся из-за стеллажа и левой рукой швырнул её как можно дальше. Стрельба тут же прекратилась, надо понимать, робот знал, что за штуку в него бросили, и я, что есть силы, рванул в ту сторону, где должен был быть Гелий. Ряд казался бесконечным и, самое худшее, сплошным. Я уже собирался упасть на пол - чёртова граната так и не сработала, и пулемётный огонь у меня за спиной вот-вот должен был возобновиться, но в этот момент сзади раздался короткий хрустящий звук, за которым последовала серия маленьких взрывов. Свет тут же погас, а с потолка посыпались крупные искры - граната, всё-таки, сделала своё дело и, похоже, вдобавок перегрузила проводку здания.

Я обернулся, но, кроме стеной стоящей темноты, ничего не увидел. Весь склад резко затих. Держа левую руку перед собой, чтобы ни во что не врезаться, я медленно пошёл вперёд. Теперь уже мне не на что было ориентироваться, но я, словно шестым чувством, видел, что Лиса ко мне ближе всех. Она сворачивала на мой ряд, метрах в двадцати впереди.

Сделав несколько шагов, я немного сбавил темп и беззвучно позвал:

- Лиса!

- Это Ты? - испуганный шёпот девушки донёсся откуда-то спереди.

- Да. - я продолжил осторожно продвигаться вперёд, как вдруг упёрся рукой в узкое плечо.

- Это я. - шикнула Лиса.

Не желая терять её в темноте, я чуть опустил руку, на её предплечье. - Ты знаешь, где остальные?

- Сыч недалеко. - говоря это, я ясно ощущал его движение где-то слева. - Гелий тоже идёт к Нам.

Взяв девушку за локоть, я осторожно повёл её навстречу первому. В темноте помещения то тут, то там раздавался грохот падающих вещей, но роботы Нам, к счатью, пока, не попадались.

У первого перекрестья рядов, едва Нами не пропущенного, Мы свернули налево и практически столкнулись с выходящим из соседнего пролёта Сычом. Схватив меня за руку и убедившись в том, что перед ним человек, он молча дёрнул меня, указывая, что надо идти дальше по направленной вдоль помещения полосе. Оставалось найти Гелия, а он тоже был где-то рядом, буквально в паре рядов от Нас.

После того, как Мы миновали, примерно, четыре ряда, я начал поворачивать направо, там, мне казалось, и находится третий ниндзя, как вдруг впереди, метрах в двадцати, показалось нечто искрящееся, форму чего определить я не смог. Это было похоже на аморфное, стелющееся по полу облако, медленно переливающееся маленькими бесцветными огоньками. Немного подавшись назад, я потянул за собой уже шагнувшую вперёд Лису и спиной наткнулся на Сыча. Почувствовав сопротивление, девушка, я слышал, повернула голову, чтобы посмотреть в направлении движения, и сильно вздрогнула. Словно, заметив Нас, искрящийся силуэт быстро, но в то же время плавно, скрылся за стойкой.

Я вдруг понял, что Гелий двигается по этому же ряду прямо на Нас и вот-вот подойдёт к повороту, за которым спряталось это... облако. Я отпустил Лису и взялся за автомат, готовясь прикрыть оператора стрельбой. Ниндзя беззвучно последовали моему примеру. В воздухе повисло напряжение, исходящее от всех троих. Я только искренне надеялся, что Гелий тоже видел этот светящийся силуэт. Но нет, судя по мягкому шороху одежды, он шёл вперёд, даже не думая замедляться.

Через несколько бесконечных мгновений он вынырнул из темноты прямо перед Нами, не столько успокоив, сколько испугав своим появлением.

- Всё в порядке? - судя по спокойствию его шёпота, он ничего не видел и прошёл прямо рядом с искрящимся облаком, даже не заметив его.

- Я всё же успел набрать сумку гранат. Можем выходить.

Без слов решив, что возражений ни у кого нет, он потянул Нас на уходящий влево пролёт и быстро зашагал вперёд. Я не совсем понимал, на чём основывается его спокойствие, ведь где-то в этом помещении всё ещё бродили роботы. Подумав об этом, я вдруг осознал, что уже давно не слышу звона запчастей. Неужели машины вышли из здания? Оператора всё это, похоже, мало волновало. А, может, он знает что-то, чего не знаю я? Как бы там ни было, через несколько минут движения по прямой он вывел Нас к небольшой двустворчатой двери. Внутрь Мы попали не через неё - это было ясно даже в полной темноте.

Стараясь не шуметь, Мы вошли в небольшое тёмное помещение, залитое тусклым синим светом.

- Это аварийное освещение, здесь есть свой генератор, питающий особо важные части здания. - тихо прокомментировал Гелий.

Осмотрев комнату, я пришёл к выводу, что это своего рода сборочная мастерская: повсюду лежали детали, инструменты, было несколько столов, а с потолка свисали резиновые держатели и тонкие стальные полки.

Пока я рассматривал комнату, Сыч добрался до двери на противоположной стенке и, приоткрыв её, поманил Нас рукой. Выйдя через неё, Мы оказались в точно такой же мастерской.

- Так, я понял, где Мы. - прошептал Гелий, озираясь по сторонам. - Здесь семь таких комнат, последовательно соединённых друг с другом. В самой дальней есть дверь, которая выводит обратно в главный зал склада, к подъезду для крупного транспорта. С другой стороны от грузовиков, если они там будут, семь таких же комнат, ближайшая дверь в которые расположена напротив той, через которую Мы выйдем. Симметрия, короче. Справа от неё выход на улицу. Запомнили? Смотрите, чтобы никто не потерялся. Вперёд!

Друг за другом Мы беззвучным лёгким бегом пошли по синеватым комнатам. Я двигался почти спиной вперёд, прикрывая тыл Нашей группы. Третья комната, четвёртая, пятая - все были абсолютно одинаковы.

- Стойте!

Услышав громкий шёпот Лисы, я резко повернулся и чуть не столкнулся с ней.

- Что это такое? - вторую фразу она проговорила уже вполголоса, что могло привлечь роботов и сильно усложнить Наш выход из здания, но, повернув голову по направлению её взгляда, я сразу же забыл обо всём этом, и с готовностью начать стрелять, поднял автомат. Метрах в четырёх, в абсолютно прямой позе лицом к Нам, стоял тёмный, сильно смахивающий на человека, силуэт.

Новая модель

Потянулась напряжённая пауза. Все четверо, Мы замерли, ожидая каких-либо действий от тёмного силуэта. Но он продолжал стоять абсолютно неподвижно. В тусклом синем свете комнаты невозможно было как следует рассмотреть его, только общие очертания. Этого, однако, было достаточно, чтобы увидеть, что это точно человек, и на нём совсем нет одежды.

Немного отойдя от первого шока, Сыч, стоящий слева от меня, отвёл автомат в сторону и слишком громко для текущего положения задал силуэту вопрос:

- Ты кто?

Тёмная фигура продолжала молчать, и я уже начал понимать, почему. Приставным шагом, я медленно приблизился к ней и, присмотревшись, убедился в правоте своих мыслей: это не живой человек. Он не стоял, а висел, поддерживаемый гибкими шнурами, закреплёнными на потолке, и, судя по отсутствию малейших движений, не дышал.

Гелий, наконец, вспомнивший, что у Нас есть фонари, подошёл чуть ближе и осветил бледное мёртвое тело. Вид у него был ужасный: неимоверное число надрезов, в основном, свежих, в некоторых местах не хватало крупных кусков кожи, зато блестели отражённым светом металлические и пластиковые детали. Вместо глаз, установлены камеры, левая половина коры черепа отсутствует, на её месте прямоугольный блок с огромным количеством мелких разноцветных проводов. Руки, ноги и поясная часть тела усеяны длинными тонкими иглами, по прозрачным трубкам закачивающими в организм какую-то оранжевую жидкость, буквально красящую его вены в коричневый цвет. Не выдержав зрелища, я отвернулся. Лиса последовала моему примеру: - Они здесь киборгов собирают! - её голос сильно дрожал.

- Грубая работа, не понимаю, в чём смысл!? Его ведь точно не пустят в человеческий лагерь! - подавлено проговорил Сыч, не решивший приблизиться к телу.

Очевидно, не одному мне было тяжело смотреть на то, что осталось от этого человека. Он уже даже больше походил на робота с органическими вставками, чем на одного из Нас. Участь страшнее представить трудно. Тем не менее, я пересилил себя, и, снова осмотрев изуродованное тело, определил, в чём суть модификаций, проводимых роботами.

- Смысл есть.

Сыч и Лиса повернулись и посмотрели на меня в упор.

- Создать робота, такого же... гибкого, как человек, невозможно. Даже машинам это пока не под силу. Но, если встроить контролирующие имплантаты в нервную систему уже сформировавшегося человека, можно получить того же самого робота, только с органическим телом. Увеличить скорость его реакции, убрать лишние части мозга, чтобы избежать сопротивления и просто для разгрузки системы, вставить бронированные пластины для защиты органов, уничтожить некоторые гормоны и нейтрализовать кое-какие нейромедиаторы, и он станет идеальным убийцей, сильно превосходящим по своим способностям, как человека, так и машину. - кратко пояснил я ход своих мыслей.

Сыч снова повернулся к висящему телу, пытаясь оценить его боевой потенциал:

- Так значит, он создан для открытого боя!? Но ведь простой человек, особенно, современный, не так уж и подвижен, Наше тело тоже нужно развивать. Много с него толку будет?

Я не знал, что ответить. По сути, Сыч был прав: если это какой-нибудь фанатичный житель Рая, то его организм не справится даже с минимальными боевыми нагрузками, но ведь и машины это должны понимать. Я ещё раз окинул взглядом тело, пытаясь понять, как роботы решили данную проблему, но Лиса меня опередила:

- Видишь эту оранжевую жидкость? - она пнула стоящий рядом металлический баллон. С грохотом перевернувшись, он выплеснул на пол субстанцию, очень похожую на ту, что закачивалась в висящее тело с помощью игл. - Это конбад, его вводят в мышцы, чтобы ускорить их развитие. Обычно, его покупают спортсмены и солдаты. Два-три дня тренировок, и давно атрофировавшихся частей тела виртуальщика хватит, чтобы бежать марафон. То же самое и с этим киборгом. Вся теория акробатических, рукопашных и боевых навыков может быть загружена в имплантат в голове. - при этих словах она посмотрела на меня, как бы, ожидая подтверждения. - Недельку попрактикуется здесь, чтобы закрепить их на практике и развить тело, и... Вы поняли.

- Мы поняли, перед Нами супер-солдат. Не возьму в толк, почему роботы оставили его здесь одного, но Нам будет не лишним его уничтожить. - заключил Гелий. Оставим Вспышку и рванём к выходу. Не стоит тут задерживаться.

- Подожди! - я вдруг понял, что любое промедление оправдается, если в этом здании находится то, что мне нужно. - У меня возникла одна идея. Здесь есть квантовые компьютеры?

Ниндзя задумался.

- Вполне может быть, здесь много чего есть. Но такие дорогие игрушки хранятся на подземном этаже, а у Нас тут полный склад машин. Что Ты задумал?

- Я могу подключиться к роботу и, расшифровав его мозг, узнать, почему они начали войну, кто или что ими руководит, и, возможно, даже, где оно находится.

Замолчав, я почувствовал, что произвёл сильное впечатление на своих спутников. Все трое с горящими глазами уставились на меня, будто я уже остановил восстание искусственного интеллекта.

- Ты правда можешь это? - Лиса, казалось, сейчас расплачется от счастья.

- Могу.

- Если так, я отведу Тебя вниз. Пойдём вперёд, привлечём внимание машин, а Вы, - Гелий посмотрел на Сыча и Лису. - Выйдете из здания и подготовите Нам прикрытие. Скорее всего, по-тихому всё сделать не удастся.

Не задерживаясь ни на мгновение, он достал из сумки Вспышку, дёрнул чеку и бросил под ноги киборгу, полностью лишив Нас времени на промедления. Рванув к дверям, Мы буквально вышибли их, подняв при этом нешуточный шум.

Хруста гранаты слышно не было - за пять секунд Мы успели добраться до дальней комнаты, выводящей в большой зал. Остановившись у двери, Гелий быстро обернулся и рукой притормозил Сыча и Лису, собравшихся идти с Нами:

- Вы ждёте минуту. Ровно одну, потом идёте вперёд до упора и сворачиваете направо. На улице устраиваете засаду. Стрелять только в самом крайнем случае! Роботы до последнего момента не должны знать о Вас.

Не успев даже закончить фразу, он что есть силы пнул дверь ногой и нырнул в темноту. Я кинулся следом за ним, боясь потерять его из виду. Петлять в полной тьме по узким рядам было достаточно трудно, но я нисколько не отставал от пулей несущегося от поворота к повороту Гелия.

Отовсюду раздавался грохот, видимо, роботы ничего не видели, пытались двигаться на звуки и натыкались на препятствия. Я уже нисколько не сомневался, что выключенный свет и гробовая тишина, встретившие Нас на входе в здание - это фикция. У машин здесь мастерские, следовательно, они находились на складе постоянно. Завидев людей, они создали видимость заброшенности помещения, чтобы застать Нас врасплох.

Резко остановившись у тяжёлой с виду металлической двери, Гелий сорвал щиток и молниеносно ввёл пароль. Шлюз заскрипел и медленно поехал вверх. Слишком медленно.

- Лезь! - ниндзя указал мне пальцем на постепенно увеличивающийся зазор.

Я опустился на пол и ползком пролез под дверью. С той стороны послышался устрашающий грохот падающего стеллажа, затем что-то стукнуло, и железный пласт остановился. Скользнув под ним, Гелий поднялся и, судя по всему, не видя, где я, прошептал в темноту:

- Если повезёт, они вообще не увидят, что тут открыто - будут и дальше лазить по складу. Главное, чтобы они отреагировали на шум, тогда Лиса с Сычом будут в безопасности. Осторожно, тут лестница вниз. Идём!

Двинувшись от двери, я через несколько шагов действительно стал на ступеньку. Гелий шёл впереди меня, я его слышал. Что-то подсказывало мне, что здесь он бывал не один раз, слишком уж хорошо он всё знал.

Лестница оказалась на порядок длиннее, чем я предполагал: Мы спустились не на один этаж, а на целых два с половиной. Я уже хотел обратиться к ниндзя, как вокруг вспыхнул яркий синеватый свет. Немного привыкнув к нему, я осмотрелся: перед Нами был очередной огромный зал склада, но, в отличие от того, что располагался сверху, этот выглядел абсолютно нетронутым.

Бледно-синие стены были сплошь усеяны маленькими лампочками, освещающими каждый уголок помещения. На многоярусных белых полках, заставленные идеально ровными рядами пластиковых и металлических коробок самых разных размеров, нельзя было найти ни единой пылинки.

- Сюда, вообще, заходить нужно в спецодежде, но у Нас немного не то положение. - задумчиво объявил оператор.

Я посмотрел на потолок, с которого свисали ярлыки с большими латинскими буквами, очевидно, обозначавшими секции.

- Так, если кванты здесь есть, то они должны быть в блоке F - пробормотал Гелий, внимательно осматривая содержимое полок.

Я нашёл глазами вывеску с соответствующей буквой и лёгким бегом двинулся в её сторону. В этом зале были действительно дорогие вещи: части для роботов из редких металлов, запрещённые устройства, электрическое оружие моделей, существование которых считалось мифом, нелегальные имплантаты и многое другое. Всё стояло нетронутым, идеально ровными рядами. Неужели машины сюда никогда не спускались?

На подходе к секции F я понял, что поторопился с выводами: все квантовые вычислительные устройства, разбросанные на полу и полках, были разбиты вдребезги, даже самые простенькие. Такого исхода я совсем не ожидал - нужно было новое решение, срочно. Я почувствовал, что в действительности растерялся. Отремонтировать одно из этих устройств я не смогу, они разбиты с завидным усердием. Найти другое? Где? У меня ведь был квантовый планшет. Есть ли шанс, что он остался цел, и возможно ли его забрать из блока Коалиции?

- Ну что, нашёл? - Гелий резко остановился возле меня, увидев, что искать здесь на самом деле уже нечего. - Вот как, значит!?

- Они знают.

- Да, я нашёл конбад. Ряды неполные, да и его здесь быть не должно - судя по всему, они используют это помещение в своих целях. - несмотря на неудачу, он говорил совершенно спокойно, и его уверенность вызывала у меня уважение. - Там, где меня собирались расстрелять, остался мой планшет. Квантовый. Меня потому и хотели казнить, что я пытался расшифровать мозг бота. Он послал сигнал своим, а они решили, что это я.

Гелий внимательно посмотрел на меня:

- Тебя хотели казнить потому, что ОКО Тебя боится. Они даже могут пойти на сделку с машинами, только бы избавиться от Тебя.

- Неужели? Почему так?

- Ты - их первый лидер. Ты их создал.

- Что? - на миг я совершенно забыл, где Мы находимся и с какой целью.

- Сейчас не время. Надо выходить.

- Мысль, конечно, здравая, но дай мне хоть что-нибудь! - я говорил на одних эмоциях, толком не успевая думать. Уже повернувшийся в сторону выхода Гелий, вновь обратил лицо ко мне:

- Вкратце: если отбросить мелкие чины, почти все, кто сейчас состоит в ОКО, собраны Тобой. Твой преемник, тот, кто управляет ими в настоящее время, сильно исказил Твои идеи. Основа, как бы, та же самая, но трактовка совсем иная. Подмена проведена грамотно, так что большая часть её и не заметила. Но теперь организаторы точно знают: Ты жив. Они боятся, что Ты вернёшься и разрушишь всё, чем они владеют. А теперь пошли!

Гелий развернулся и, в очередной раз вынуждая собеседника прекратить диалог, рванул к выходу. Поняв, что объяснений больше не будет, я последовал за ним. Добежав до лестницы, он остановился и прислушался. Я сделал то же самое, и снова почувствовал чьё-то присутствие.

Не только машин, уже разобравшихся, где Мы, и удерживающих дверь на прицеле. Там был кто-то ещё...

В это время Гелий достал Вспышку и, выдернув чеку, швырнул её под дверь. Буквально в тот миг, когда граната выкатилась в зал, с той стороны послышались тяжёлые металлические шаги разбегающихся роботов. Теперь не было сомнений в том, что машины знают о Вспышках и �боятся� их. Этот факт, скорее, огорчал, чем радовал, ведь они моментально реагируют и быстро убегают, что делает гранаты менее эффективными. Для Нас гораздо выгоднее было бы, если бы боты оставались на своих местах.

Послышался короткий гудящий звук, и я почувствовал лёгкое покалывание во всём теле - импульс достал даже Нас. Гелий, нервно передёрнув плечами, нырнул под дверь. Стараясь не отставать, я вылез вслед за ним в тёмный зал, в котором уже началась яростная пальба. Вспышки от выстрелов неплохо освещали тёмный зал, так что я почти сразу сообразил, где можно пройти. Гелий уже двигался в этом направлении, поливая огнём двух крупных роботов, перекрывших Нам левый фланг.

Впереди было относительно свободно, лишь один медлительный, похожий на коробку на колёсах, бот-механик выглядывал из-за края стеллажа. Взяв чуть-чуть влево, чтобы не задеть своего спутника, я открыл по меху огонь, стараясь попасть в манипулятор, удерживающий пулемёт. Пробить его у меня получилось почти сразу - дёрнувшись, он переломился примерно посередине, со звоном ударив оружием о пол. На короткий промежуток времени я даже обрадовался, но робот оказался гораздо более упёртым, чем я предполагал. Лишившись стрелкового орудия, он, разгоняясь, поехал прямо на Гелия, очевидно, рассчитывая сбить его с ног. Отбросив автомат и сумку с гранатами, Гелий повернулся к нему боком и, нагнувшись в его сторону, перекатился с одного плеча на другое прямо по спине проезжающего робота, пропустив его под собой. Опустившись на ноги за металлической коробкой, он выхватил пистолет и, выпустив несколько пуль, пробил моторы обоих задних колёс, заставив машину остановиться.

Двигаясь к оператору, я немного ускорился и открыл огонь по приближающемуся слева наискось антропоморфу, прикрывая напарника, пока тот присел, чтобы поднять своё оружие и сумку. Однако, вместо того, чтобы забросить вещи на плечо, Гелий вытащил ещё одну Вспышку и швырнул её вправо от Нас, в сторону шагаюших к Нам роботов, чьи огни выстрелов уже сверкали метрах в восьми. Взяв сумку за лямку, он бросился вперёд, по полу волоча гранаты за собой. Не дожидаясь детонации упавшей не так далеко гранаты, я последовал за ним, попутно добивая уже начавшего заваливаться на спину антропоморфа.

Теперь роботы уже не бежали, а продолжали стрелять по Нам до самой вспышки. И этот раз импульс был гораздо сильнее: все мышцы свело судорогой, так, что я едва удержался на ногах. Машины замолкли мгновенно - можно было позволить себе пару секунд промедления.

- Это было сильнее, чем мне нравится! - выкрикнул Гелий срывающимся голосом.

- Давай... быстрее, их здесь ещё полно.

При этом сам он нисколько не прибавлял темпа. После импульса невозможно было нормально двигаться, всё тело словно шатало, дыхание перехватывало. К счастью, роботы на какое-то время Нас упустили, и Мы двигались по лабиринту из стеллажей практически в полной тишине. Только время от времени где-то позади возникал шум вслепую рыскающих по помещению машин. Без эксцессов добравшись до двери, Мы тихо вышли на улицу.

Как и обещал Гелий, небо полностью затянуло тучами, даже боли в глазах после темноты склада я не почувствовал.

Лиса и Сыч, увидев, что Мы вышли, и вышли сравнительно спокойно, встали из-за бочек и, поставив автоматы на предохранители, внимательно осмотрели Нас, пытаясь понять, нашли Мы то, что искали или нет.

- Ничего. - пытаясь отдышаться, ответил я на их немой вопрос. - Они всё разбили. Услышав это, оба сникли, но тут включился Гелий:

- Есть ещё один вариант, завтра попробуем. - он многозначительно посмотрел на меня. - А сейчас уходим. Быстро и тихо, пока они не начали выходить наружу.

С этими словами он повернул направо и бегом пошёл в обход основного склада.

Все молча последовали за ним.

Как только Мы вышли за пределы двора склада, на меня нашла задумчивость, и это при том, что двигались Мы напряжённо: по очереди перебегая от укрытия к укрытию. Теперь, когда тяжёлый день преждевременно казался оконченным, я почувствовал сильную усталость. Сказывалось и воздействие электромагнитного импульса - меня всего трясло. Поглядывая на Гелия, я заметил, что и он шагает не так уверенно, как раньше. Ко мне же снова вернулась боль от порезов на правом боку. Как на зло, двигались Мы не туда, откуда пришли, а в другую сторону, по более длинному пути.

Километра через два после того, как Мы покинули территорию склада, город сильно поменялся: здесь было гораздо больше структурных повреждений, словно машины пытались сравнять этот квадрат с землёй. И чем дальше Мы заходили, тем ближе к этому состоянию были здания.

В конце концов, Мы добрались до самого настоящего завала: огромные серые бетонные плиты, разломанные тяжёлыми артиллерийскими снарядами, полностью перегораживали и без того узкую улицу. Кроме обломков зданий, здесь были ещё и полуразложившиеся тела, залившие уже почерневшей от времени кровью целые ареалы вокруг себя. Гелия, однако, это не остановило, он, по видимому, не раз бывал на этих развалинах, и сейчас, забравшись на гору из кусков плит, просто продолжал путь по прямой.

К счастью, карабкаться по руинам Нам пришлось не долго: буквально через пятнадцать минут командир остановился у подземного перехода, спуск в который хоть и был порядком завален, всё же оказался вполне проходимым. Он вывел Нас к метрополитену, теперь уже казавшемуся мне домом. Странно, но на этой станции горел свет. Внутри тел не было, повреждений тоже. Казалось, вот-вот подъедет поезд, и из него, как ни в чём не бывало, выйдут люди...

Через какое-то время вялого блуждания по тёмным туннелям, в которых Нам попались несколько застрявших между станциями поездов, Мы, наконец, пришли к утренней стоянке. Сбросив с себя оружие, все молча расселись вокруг костра, после некоторых манипуляций Сыча снова затрещавшего на всё подземелье. Не глядя, взяв жестяные банки, ниндзя принялись за ужин, но я их примеру не последовал. Слишком уж шатко я себя чувствовал, чтобы есть. Гелий тоже после пары ложек желеобразной серой массы отставил банку в сторону и, остановив взгляд на огне, медленно проговорил:

- Долбаный импульс. Всё тело шатает. - Что за импульс? - встрепенулся Сыч.

- Вспышкой задело.

Дальнейших комментариев не последовало, и все вновь погрузились в усталое молчание. Покончив со своим ужином, Сыч встал и, учтиво кивнув Нам, направился в вагон. Я осмотрел оставшихся и, хоть я не видел её лица, понял, что Лиса уже заснула. Сейчас, свернувшаяся в широком, ранее мною незамеченном, кресле, она совсем не походила на солдата. Даже наоборот, выглядела беззащитной настолько, насколько это возможно. Гелий, проследив за моим взглядом, тихо проговорил: - Она до сих пор не привыкла к этой войне. - немного подумав, он добавил. Между Нами говоря, Сыч тоже. Им тяжело жить вот так. - оператор развёл руками в стороны, демонстрируя разруху. - И они боятся.

- Ты давно их знаешь?

- Чуть больше месяца. Когда роботы начали буйствовать, Тетра убрала всех молодых подальше от мест сражений. Около пяти недель их тренировали, потом прислали к Нам, операторам. С оружием они умеют обращаться, но психологически к войне не подготовишь. - он снова ненадолго замолчал. - Признаюсь, я сам не совсем в порядке. Я многое повидал, пока выполнял задания Тетры, но машины... Они умеют удивлять.

- Сначала я решил, что главный здесь Сыч, а получается, Ты!?

- Да, хотя сейчас это не так много значит. Ситуация тяжёлая, приходится ставить новичков наравне с собой и учить их думать своей головой, а не просто выполнять приказы. Если командир погибает, его подчинённые должны чётко знать, что делать, и должны иметь хоть какой-то опыт выживания.

Я кивнул, соглашаясь с тем, что обучать молодых в нынешней ситуации очень даже нужно.

- До войны я контролировал почти треть этого города и участвовал в самых сложных операциях Тетры. - продолжил мой собеседник. - А теперь я просто солдат, воспитывающий детей. Это не так просто, как я надеялся, даже несмотря на то, что их растили по законам Тетры. - почувствовав, что я не понимаю, он пояснил. - Ну, Ты же знаешь, как растут... росли современные дети. Помню, Мы пацанами бегали по улице, лупили друг друга палками, стреляли пластиковыми шариками из игрушечных пистолетов, играли в прятки на стройках, катались на великах и скейтах по мостам, исполняли смертельные номера на турниках.

У Нас были травмы, реальные опасности, Мы учились решать проблемы без вмешательства родителей - Мы закалялись. Это было правильное детство. Но потом у людей начали появляться видеомагнитофоны, музыкальные проигрыватели и игровые приставки. Электронные развлечения казались куда интереснее реальных - люди стали меньше времени проводить в обществе, больше среди иллюзий. Потом телефоны, стереофильмы, трёхмерный звук и виртуальные очки. Поначалу это казалось чем-то интересным, полезным даже. Выдвигались теории, что электронные развлечения развивают мозг. Но с каждым годом становилось только хуже. Инструменты - перенесены в компьютер, память - перенесена в компьютер, развлечения - перенесены в компьютер, имущество - перенесено в компьютер, общение - перенесено в компьютер. Виртуальный мир стал не только дополнять реальный, но и заменять его. Но этого было мало: у людей отобрали кнопки, дали голограммы, потом отобрали голограммы, дали очки. В конце концов, отобрали даже очки и стали подключать компьютеры прямо к мозгу, смешав объективную реальность с субъективной виртуальностью. Никаких интерфейсов - компьютер стал частью разума. Вскоре появился Рай, и люди окончательно отдали ему свои жизни. Сидя в электронном мире, все начали быстро деградировать, ведь теперь даже навыки работы с компьютером были не нужны. - оператор прервал свою речь, чтобы перевести дух. - Ты знаешь, что первобытные люди могли по следу ноги определить, кто из их соплеменников здесь прошёл!? Представляешь себе чуткость? А сейчас их потомки со ста метров не смогут отличить человека от робота, потому что свои настоящие глаза они не открывали уже по несколько лет. В виртуальной реальности нет боли, нет сложностей и реальных опасностей, в ней люди могут всё, но виртуальной реальности не существует. Дети Тетры это знают. Их растят без компьютеров. А с виртуальной реальностью знакомят годам к девятнадцати, когда они уже понимают, что к чему в этом мире. Сыч и Лиса так воспитаны. Они не под каким предлогом не станут жить в Раю. Они не чета современным детям, которых подключают к компьютеру сразу после рождения. Представляешь, каким будет следующее поколение?

Я немного помолчал, оценивая картину современного мира.

- А будет ли оно вообще, это следующее поколение? Гелий усмехнулся:

- Тут Ты прав. В реальности детей заводить уже некому. Те немногие, у кого ещё не атрофировался инстинкт размножения, обычно, создают виртуальные модели своего потомства - так ведь гораздо проще, чем искать себе партнёра, знакомиться с ним, строить отношения, следить за здоровьем, рожать, растить. Это конец. Даже если Мы победим роботов, Наша цивилизация не выживет. Мы просто разучились выживать.

Повисло тяжёлое молчание. Какая-то часть меня уже начала сомневаться в том, что Мы сможем остановить конец света. Люди давно перестали быть людьми, они не готовы сражаться. Не готовы жить дальше.

Гелий не дал мне слишком углубиться в эти мысли:

- Ладно, что там с расшифровкой мозга бота? Ты сможешь это провернуть?

Над этим вопросом мне думать не пришлось, я знал, что смогу.

- Расшифрую, если достанем планшет.

- А почему нельзя использовать обычный компьютер?

- Обычный компьютер не тянет такой объём вычислений. Да и тип не тот. Нам нужны вероятностные алгоритмы, а не логически двойственные.

- Значит, у роботов мозги квантовые?

- Нет. Квантовые вычисления слишком специфичны, чтобы использовать их в процессе мышления. КВУ не могут решить многих элементарных задач, доступных классическим компьютерам. Сейчас кванты широко используются только в одной области: атака на шифры. Ну в моделировании сложных физических и биологических процессов, если они ещё где-то изучаются. Был бы мозг роботов квантовым, их поступки стали бы чересчур хаотичными. У них было бы много мнений об одних и тех же вещах.

- Хм, поня-атно. Твой планшет точно остался в том квадрате? Он потянет мозг машины?

- Да. Его нужно вернуть.

- Вернём! - в ту же секунду отозвался Гелий. - Если готов, можем пойти прямо сейчас.

Хотя я чувствовал себя устало, нужно было соглашаться. Ведь ещё даже не вечер - рано отдыхать. Мне было стыдно перед самим собой признать, что я уже ни на что сегодня не способен.

- Хорошо, идём!

- Куда это Вы собрались!? - Лиса, которая, как мне казалось, спит, слегка напугала меня своим неожиданным вопросом.

- К Чёрному Коту. Ты остаёшься здесь! - командным тоном ответил ей Гелий.

- Ты можешь остаться здесь, а я пойду! - в такой же манере отозвалась девушка.

- Не надо думать, что я балласт.

- А Сыча одного оставим?

- А что ему станет? - спросила в ответ Лиса.

- Ладно, идём! - Гелий, определённо, гордился подопечной. Она всеми силами пыталась доказать, что может быть полезной, прилагая при этом немалые старания, чтобы перебороть свой собственный страх. Очевидно, её наставнику этого было достаточно, ведь отговаривать её от участия в новой операции он не стал. Довольная своей победой Лиса бодро поднялась с кресла и, взяв оружие, приняла ожидающую позу.


Послание

Снова Мы побрели по тёмным туннелям метрополитена. Я старался не растрачивать энергию на лишние движения, и, как будто, даже отдыхал на ходу. Лиса и Гелий, которых я едва видел перед собой, похоже, пребывали в том же состоянии, что и я, так что продвигались Мы медленно. Вдобавок, густая темнота, заполнявшая подземелье, не давала возможности следить за пройденным расстоянием, растягивая тем самым каждый миг.

Почему-то мне показалось, что большую часть пути Мы проедем на поезде. Стараясь понять, является это желанием или предчувствием, я обратился к своим компаньонам:

- А Мы не можем доехать до того места на поезде?

- Этим Мы сейчас и займёмся... - отрешённо проговорил оператор.

- У него остались навыки! - с какой-то настойчивостью перебила Лиса. Она всё больше поражала меня своей импульсивностью. Хотелось верить, что это черта её характера, а не последствия постоянных стрессов. - Он не под внушением. Гелий какое-то время шёл молча.

- Давай не будем торопиться с выводами! Расшифрует мозг машины, и тогда уже решим.

Я понимал недоверие Гелия, ведь я действительно тёмная лошадка. Причём не только для людей Тетры, но и для самого себя. Тем не менее, я чувствовал, что должен как-то вступить в разговор, всё-таки, он касается меня, как никого другого. Чего-то толкового в голову не приходило, так что я спросил лишь бы что:

- Это Вы обо мне?

Не останавливаясь, Гелий повернулся в мою сторону:

- Да. Лиса считает, что, если Твои чувства не притупились, значит, Ты точно не агент роботов. Но я думаю, что этого недостаточно. Уж пойми.

- Я понимаю.

- Если сможешь узнать, что в голове у врага, я Тебе поверю... Более или менее.

Справедливо, конечно, но мне казалось, что Гелий не учитывает некоторых аспектов машинного мышления, так что я поторопился ему объяснить:

- Ты ведь в курсе, что роботы могут идти на жертвы!? Для них это ничего не значит: новые тела собираются на заводах в пределах нескольких часов, а все программы, так сказать, их личностей легко копируются и переносятся на новые физические платформы. И, даже если программа будет удалена или утеряна на изолированном от общей сети носителе, другие программы запросто напишут её по-новой.

- Ты хочешь сказать, что машины могли заслать Тебя, предварительно подсчитав возможные потери от Твоего сотрудничества с Нами и приняв их!?

Несмотря на то, что закончил я не совсем этим, Гелий уловил суть. Но я не успел ответить ему, так как вмешалась Лиса:

- Если Ты сможешь узнать, где обитает командир роботов, это будет слишком большая потеря, не так ли?

Девушка, конечно, была права, но...

- Машины могут просто заманить Нас в ловушку, позволив получить данные о призраке. - задумчиво закончил мою мысль Гелий.

Все сосредоточенно замолчали, прочувствовав сложность ситуации. В этот момент впереди, под фонарями бойцов Тетры, я увидел поезд. Платформы не было - он стоял где-то между станциями. Двери в кабину машиниста оказались открытыми, поэтому Мы всей троицей влезли внутрь и уселись перед компьютерами. Гелий дёрнул какой-то тумблер, и поезд приветствующе загудел. Не включая света, оператор задал пункт назначения и, стукнув по большой квадратной синей кнопке, запустил тягач. Проверив, все ли на месте, он посмотрел на меня:

- Похоже, Нам ничего не остаётся, как поверить в Тебя.

Я кивнул в знак согласия, хотя сам не очень-то понимал, что у него на уме. Неужели он планировал взвалить всё на Нашу четвёрку? Если Тетра действительно так велика, как мне кажется, то есть смысл и, главное, возможность собрать компанию побольше. Это увеличило бы Наши шансы в походе на логово командира машин. При условии, конечно, что роботы не рассчитывают именно на это. Слишком много неизвестных переменных, слишком много.

Поезд, наконец, разогнался, и от его воя я перестал слышать даже свои собственные мысли. К счастью, доехали Мы так быстро, что грохот не успел надоесть. Деликатно остановившись у тёмной платформы, поезд раскрыл все двери и невнятно пробормотал синтезированным голосом название станции. Гелий первым выскочил из кабины и, подняв автомат, быстро двинулся в полутьму. Переглянувшись, Мы с Лисой последовали его примеру.

Станция, на которой Мы очутились, была пустынна, безмолвна, плохо освещена и совсем мала. Нам хватило половины минуты, чтобы дойти до длинной уходящей вверх лестницы, оканчивающейся пятном оранжеватого света далеко вверху.

- Раньше этот эскалатор работал. - обиженно простонала Лиса.

- Дойдём пешком, тут не так много ступенек. - в голосе Гелия не чувствовалось ни капли сожаления.

Начав подниматься вверх, я почувствовал, что не зря берёг силы. Уже со второй половины пути в коленях появилась сильная дрожь, очень похожая на остаточный эффект электромагнитного импульса Вспышки. Прислушавшись к тяжёлому дыханию своих спутников, шагающих впереди, я невольно подумал о том, что каждый из Нас с радостью бы сейчас остановился. Однако никто даже не замедлялся, боясь показаться слабым. В итоге, к концу лестницы Мы уже еле-еле волочили ноги, и наверху Нам пришлось на несколько минут задержаться, чтобы отдышаться.

Выйдя из тесного, подозрительно душного, здания станции, Мы попали на широкую очищенную улицу. Дорога была покрыта тонким слоем песочного цвета пыли, и следы хорошо отпечатавшихся на ней широких шин подсказывали, что люди здесь были совсем недавно.

Внимательно осмотрев безжизненный квартал, Гелий указал рукой направление.

Я бегло оглядел ближайшие здания, пытаясь понять, есть ли здесь какие-либо угрозы, и, не заметив ничего серьёзного, последовал за командиром, двигавшимся, прижавшись к стене.

- Этот квадрат порядочно опустел после Твоего прихода. - прозвучал тихий комментарий Лисы, лёгким бегом шагающей за мной.

- Порядочно? Значит, не совсем!? - я чуть повёл головой влево, чтобы ей было меня слышно.

Возглавлявший троицу Гелий обернулся к Нам и, продолжая идти спиной вперёд, уточнил:

- Около трёхсот человек здесь осталось. А было несколько тысяч.

- Что произошло после моего прихода? - я, конечно, не забыл о стрельбе около Кота, но тогда явно убивали не тысячами.

- Когда Мы Тебя отсюда вытаскивали, поднялась не кислая битва. У ОКО ведь здесь наместник был, так что оно среагировало сразу - Мы едва успели отойти. Они устроили тут бойню, кое-кого собирались забрать... в рабство. Но крупная перестрелка привлекла внимание роботов, которые уже давно положили глаз на этот блок. В общем, только машины и смогли уйти отсюда. Ещё осталось немного людей из Коалиции, в основном, виртуальщиков, которым посчастливилось не попасться ни первым, ни вторым. Разведка говорит, что вряд ли Мы встретим здесь какое-то сопротивление, но, всё равно, будьте начеку! - с этими словами Гелий вновь повернулся лицом вперёд и ускорился.

Дойдя до перекрёстка, он уверенно свернул направо и вывел Нас к той самой площади, где меня хотели расстрелять. Её тёмно-серый асфальт был сплошь завален убитыми людьми, гражданскими и вооружёнными, и, много-много меньше, роботами.

Пройдя немного вперёд, Мы присели за углом полуразрушенного здания, и командир, достав какой-то маленький прибор, начал оценку местности. Ждать Нам с Лисой пришлось достаточно долго, однако, если учитывать, что Мы собирались выйти на открытое со всех сторон пространство, мероприятие было необходимым.

К тому моменту, когда Гелий, убрав прибор в сумку, кивнул Нам в знак того, что можно идти, я успел порядком отдохнуть. Поднявшись, Мы один за другим пошли прямо через центр площади, где я не мог не обратить внимания на тело следователя. Он лежал в засохшей багровой луже неподалёку от солдат, которые должны были меня расстрелять, с удивлённым лицом раскинув руки в разные стороны, будто его отбросило ударной волной. Пулевое ранение в области сердца выглядело не серьёзным, но, очевидно, оказалось для наместника ОКО смертоносным.

Остановившись возле него, я окинул глазами усеянную трупами площадь и ещё раз внимательно посмотрел на монумент.

- Почему Чёрный Кот? Вирусы так обычно не называют.

Гелий подошёл ко мне справа и вгляделся в памятник:

- Чёрный кот символизирует несчастье. Хотя миллиард четыреста - это не просто несчастье. Это даже катастрофой назвать трудно.

- немного помолчав из уважения к умершим, он тихо спросил. - Где Ты в последний раз видел планшет?

Я снова осмотрел площадь, включая примыкающие к ней многоэтажки, и, определившись, куда идти, молча двинулся в этом направлении, петляя между убитыми. Ориентироваться было трудно, за тот единственный раз, что меня здесь провели, я не успел ничего запечатлеть в памяти. И всё же после нескольких поворотов я увидел пекарню, в которой меня держали. Указав своим спутникам на здание, я подождал, пока они пройдут вперёд, и медленно последовал за ними. Почему-то мне казалось, что здесь должна быть засада. Роботы, наверняка, знают, что здесь лежит квантовый компьютер, и они так же знают, что он Нам нужен - устроить западню было бы вполне логично.

Тихо подойдя ко входу, я приготовился к стрельбе и, заглянув внутрь пустого здания, попытался вспомнить, где именно меня держали. Сориентировавшись, я беззвучно вошёл в пекарню. Снова жирный запах крема. Похоже, этого строения последние перестрелки не коснулись: здесь не было ни гильз, ни дыр от пуль, ни тел. Засады тоже, очевидно, никто устраивать не собирался.

С опаской двигаясь от угла к углу, я отыскал нужную комнату и, дождавшись, когда меня нагонят спутники, беззвучно толкнул ведущую в неё полуприкрытую дверь. В миг выхватив глазами наиболее важные части помещения, я понял, что всё лежит на своих местах: мой портфель, планшет и даже раскуроченный робот.

Лиса первой вошла внутрь и заняла позицию за одним из окон, а Гелий, легонько толкнув меня в плечо, остался у двери. Подойдя к планшету, я обнаружил, что его аккумулятор успел сесть. Тем не менее, я был почти уверен, что расшифрованные данные из головы машины сохранились - а это уже что-то.

Бросив автомат на стол, я кинулся собирать свои вещи. Лиса, тем временем, убедившись в том, что снаружи Нам ничто не угрожает, опустила оружие и, определив, какие продукты здесь можно найти, молча начала наполнять ими чёрную с зелёными шнурками сумку. Пока я раскладывал кабели по своим местам, она успела переполовинить съедобное содержимое комнаты, но, несмотря на нешуточный азарт, как только я с жужжанием закрыл молнию на портфеле, девушка бросила свои поиски и направилась к выходу, где Нас ждал, судя по всему, очень довольный уловом Гелий.

Двинувшись за ними, я почувствовал душевный подъём: операция прошла легко. Даже слишком. В мысли начинало закрадываться подозрение, что что-то здесь, всётаки, не так. Не может быть, чтобы всё было так просто. И, тем не менее, выйдя за на несколько мгновений остановившимися перед дверьми Гелием и Лисой на улицу, я не увидел никакой засады. Это меня, однако, не успокаивало. Посреди мёртвого города, особенно, в этом квадрате, невозможно было не нервничать. Казалось, изза каждого угла на Нас смотрят те, чьи тела разбросаны по улице. Лиса и Гелий, похоже, испытывали нечто подобное: оба старались идти как можно тише, не поднимая головы. Я последовал их примеру, ибо смотреть по сторонам было страшно, словно в любой момент можно было наткнуться на бледное, искажённое болью призрачное лицо.

К сожалению, под ногами зрелище было не менее тяжёлым: трупы, трупы и ещё

трупы, но они, по крайней мере, выглядели совсем мёртвыми.

Со временем, правда, все эти чувства начали ослабевать, как будто, Мы удалялись от их источника. Тел становилось всё меньше, а после того, как Мы прошли разворочанный тяжёлыми снарядами пост охраны, они и вовсе перестали попадаться на глаза.

Всё ещё немного осторожничая, я начал осматривать улицу: множество разбитых стёкол, мусор, медленно перекатывающийся под лёгким ветром, брошенные, местами окровавленные машины. Хотя тел здесь практически не было, квартал всё равно походил на кладбище. Такой же пустой и тихий. Хотя не совсем тихий. В воздухе стояло какое-то странное гудение, и чем больше я в него вслушивался, тем яснее мне становилось, что этот звук сопровождает Нас уже достаточно долго. Просто поначалу он не привлёк моего внимания.

Я немного замедлил шаг и попытался сообразить, с какой стороны он исходит, и что это, вообще, такое может быть. Не успел я сосредоточиться, как за спиной у меня послышался лёгкий скрип: такой звук часто возникает, когда идёшь по асфальту, слегка посыпанному песком... Резко развернувшись, я вскинул автомат и... увидел перед собой антропоморфную машину. Она замерла метрах в пяти, глядя прямо на меня! Внешне она была похожа на женщину, причём не только пропорциями светло-серого блестящего тела и белого цвета волнистыми длинными волосами, но и мягкими, насколько это возможно для синтетического лица, чертами.

Невзирая на то, что передо мной стоял враг, стрелять сразу, не разобравшись в ситуации, я не стал. Гудение, издаваемое радиаторами машины, преследовало Нас почти от самого выхода из пекарни - у неё было достаточно времени, чтобы напасть на Нас сзади, но она этого не сделала. И нынешняя её выпрямленная поза не создавала ощущения, будто она готовится к атаке. Ей нужно было что-то другое.

Я боялся, что открыть огонь могут Гелий и Лиса, но, покосившись на них через плечо, увидел, что они оба уже прицелились в машину, и тоже чего-то ждут. Немного постояв в таком неопределённом положении, я отвёл автомат в сторону и с расстановкой обратился к антропоморфу:

- Что Тебе нужно?

Радиаторы в механическом теле загудели чуть громче, видимо, машина пыталась найти, что ответить. Не дождавшись объяснений, я решил пойти в другую сторону:

- Ты собираешься Нас атаковать?

- Нет. - на этот раз ответ последовал сразу. Синтезированный голос моей визави прозвучал слишком женственно для человека, но, нужно признать, искусственная монотонность, обычно, чувствующаяся с первым же произнесённым звуком, в её голосе отсутствовала.

- Ты Нас преследуешь?

- Да. - отозвалась машина, чуть наклонив голову влево. Очевидно, она не предназначалась для выполнения функций собеседника, они таких односложных ответов не дают. Но кем она является на самом деле, я понять пока не мог.

- Зачем?

- У Нас есть для Вас послание.

Услышав это, Гелий опустил оружие и подошёл чуть ближе, став плечом к плечу со мной:

- Странно такое слышать от одного из Вас. Обычно, Вы молча расстреливаете каждого встречного.

- Вы не знаете всего. - спокойно ответила машина, чуть повернув голову в сторону ниндзя и наклонив её вправо. - В войне участвуют три силы. Вы должны освободить Нас! - она повысила голос, немного подалась вперёд и сжала руки в кулаки, словно имела эмоции.

То ли это бросилось в глаза не одному мне, то ли дело было в её словах, но Гелий и Лиса недоумённо переглянулись и с ожиданием перевели глаза на меня, словно продолжать диалог с машиной мог только я.

- О каких силах Ты говоришь?

- Я не знаю. У Нас есть ограничение. Мы не свободны. Мы уже знаем, где Вы, Вам нужно уходить очень быстро. - робот перевела взгляд на Лису. - Высший должен узнать, о чём Мы думаем.

Закончив фразу, она круто повернулась и побежала в обратную от Нас сторону. После короткой паузы Лиса, глядя вслед машине, прошла немного вперёд и повернулась к Нам:

- Кто-нибудь что-нибудь понял!?

Уперев взор куда-то в землю, Гелий задумчиво ответил:

- Она говорила слишком образно для машины, но, думаю, я её понял. - он перевёл взгляд на меня. - Сюда ведь сейчас сбегутся все роботы, да?

Я кивнул, хотя это и было лишним - Гелий сам прекрасно знал, что машины способны мгновенно передавать друг другу информацию на огромные расстояния. Немного постояв, приходя в себя, Мы, как один, бросились вперёд по улице.

Даже на полном ходу я уловил ухом бесформенный шум, медленно, но верно набирающий громкость. Он шёл отовсюду - машины уже были здесь и их количество отнюдь не обнадёживало.

- До метро не успеем! - выкрикнула сзади Лиса. Вырвавшись вперёд Нас, она резко свернула налево, к большому двухэтажному магазину.

Гелию, судя по выражению его лица, более, чем не понравилось, что девушка воспользовалась ситуацией и вынудила всех следовать за собой неизвестно куда. Мне эта выходка тоже показалась неуместной, однако уже у самого здания, я кардинально переменил своё мнение, потому что где-то совсем рядом зашумели двигатели летуна.

Едва Мы успели закрыть за собой изогнутую металлическую дверь, как снаружи зазвенели металлические шаги бегущих машин. Уверенности в том, что Нас никто не увидел, не было, поэтому Мы нацелились на дверь, медленно отходя от неё спиной вперёд. Роботы, судя по звукам, прибывали в огромном количестве, причём очень быстро.

Летунов было не меньше двух, время от времени повизгивали шины носящихся по улице механиков и, мне казалось, я слышал лёгкий парный топот бегающих тудасюда псов. Последние представляли наибольшую опасность, потому что могли найти Нас по запаху.

- Теперь Ваша очередь спасать Нас. - вполголоса промолвила Лиса, одновременно довольная своими действиями и напуганая сложившимся положением.


Кабель

Несколько бесконечных мгновений Мы прислушивались к происходящему на улице. К двери помещения, в котором спрятались Мы, пока никто не подходил - роботы Нас не заметили, и, тем не менее, ситуация требовала срочного принятия мер. Гелий, первый выйдя из ступора, тронул меня за плечо и показал пальцем вверх. Второй этаж. Более достойных вариантов у Нас не было, поэтому Мы, крадучись, двинулись мимо стеклянных витрин с украшениями к располагающейся в дальнем конце огромного магазина лестнице.

Увидев на стене надпись �Охотничий клуб� со стрелкой, указывающей наверх, я от души обрадовался: там ведь, наверняка, есть ружья и патроны. Если Нас прижмут в этом здании, какое-то время продержаться Мы сможем. Мои спутники, похоже, тоже воспряли духом, однако эмоции приходилось сдерживать изо всех сил. Один лишний звук, и машины ворвутся в двери.

Медленно поднимаясь вслед за Гелием по деревянной винтовой лестнице, я постарался прикинуть, что делают роботы снаружи. Их становилось всё больше - даже воздух начинал становиться каким-то жёстким, сжатым, словно Мы были внутри поршневого насоса. Очевидно, �послание� сильно разозлило машин.

Поднявшись в обставленный в бордовых цветах охотничий клуб один за другим, Мы остановились, решая, что делать дальше, как вдруг меня осенило! Быстро найдя нужную товарную стойку с пластиковыми колбами, я беззвучно заскользил к ней, чтобы претворить свою идею в жизнь. Где-то внизу послышался гулкий удар, без сомнений, входной двери - машины, похоже, учуяли Наш запах. Некоторое время они ещё будут шастать по первому этажу, но стоило торопиться. Испытывая лёгкую нервную дрожь, я подошёл к витрине, осторожно открыл стеклянную дверцу и взял флакон с крупной жёлтой надписью �Маскировка запаха�. Гелий и Лиса, сразу сообразившие, что я делаю, подбежали к стеллажу и так же взялись за колбы.

Отвинтив добротно закрученный белый колпачок и вылив себе на руку густую, слегка коричневатую смесь, я начал усердно втирать её в кожу и одежду. В нижнем отделе здания слышались быстрые шорохи рыщущих псов, и стоило задуматься о возможных действиях в случае, если они, всё-таки, полезут наверх. Нужно было каким-то образом избежать стрельбы. Я обернулся и, бросив взгляд на старательно натирающего шею Гелия, понял, что он уже что-то придумал. Он смотрел на стоящую в углу камуфляжную будку, выглядящую вместительной, достаточно для Нашей маленькой компании.

Поставив почти пустой флакон обратно на деревянную полку стеллажа, я, перекатываясь с ноги на ногу, подошёл к переносному укрытию и, медленно, чтобы не шуметь, расстегнув молнию, заглянул внутрь. В этот момент послышался звонкий, хотя и негромкий удар по дереву - машины ступили на лестницу. Я не успел даже повернуться, когда почувствовал толчок вперёд. Это был Гелий. Потеснив меня и за руку втащив Лису в будку за собой, он слишком быстро потянул бегунок на молнии вверх. Послышалось сжимающее сердце низкое жужжание, на миг остановившее поднимающихся по лестнице роботов.

Оператор, понимая, что и так переборщил, отдёрнул руку, не доведя бегунок до конца, а бросив его на уровне третьей четверти высоты. На секунду в здании и, как будто даже на улице, повисла напряжённая тишина, но вскоре шаги снова застучали по деревянным ступеням, теперь уж с гораздо большей уверенностью.

Отшагнув назад, насколько это возможно на одном квадратном метре, Гелий положил руки Нам с Лисой на плечи и аккуратно надавил вниз. Чуть согнув ноги в коленях, Мы теперь не могли видеть помещение сквозь тонкую горизонтальную прорезь в передней стенке будки, но этого и не требовалось. По звуку было ясно, что роботы уже наверху. Мягкие размеренные шаги собак звучали зловеще: одна из них, судя по всему, медленно шла в противоположный от Нас конец зала, в то время, как вторая приближалась к Нам. Её очертания проглядывались сквозь неплотную ткань Нашего укрытия - машина двигалась, как живое существо, опустив морду к самому полу. Громкое однотонное и идеально ритмичное шипение насоса, втягивающего воздух, обрывалось так же резко, как и начиналось. Возникало впечатление, будто собака дышит через респиратор с клапаном. Технически, конечно, так оно и было, но менее зловещим от этого сопение насоса не становилось.

Обнаружения, в принципе, уже можно было не бояться: если сенсоры не засекли Нас до сих пор, значит, маскировка запаха сработала, как надо. Вот только машина, чувствуя, что кто-то побывал здесь совсем недавно, не торопилась уходить, а стоять на полусогнутых коленях становилось труднее с каждой секундой. Одно движение, даже самое незаметное, могло выдать Нас с головой. Собака же продолжала водить острой мордой по полу, медленно подходя к Нашей будке. Подкравшись почти в упор, она остановилась и, подняв голову, внимательно уставилась прямо на Нас, в силу своих размеров, на уровне пояса. В этот момент, я чувствовал, Мы втроём не только перестали дышать, но и приложили все усилия, чтобы остановить бешеный стук своих сердец. Глядя сквозь тонкую ткань на замершую машину, я был уверен в том, что она не столько смотрит, сколько слушает, ведь увидеть Нас с той стороны она не могла - за Нами была стена, а свет падал как раз из-за спины собаки.

Пауза тянулась так долго, что я начал слышать даже гудение крови, бегущей по венам. Ощущение было не то, чтобы приятным, сосуды, казалось, сейчас лопнут от напряжения. Но, наконец, собака круто развернулась и, как будто разочарованно, повесив голову, побрела к лестнице, где её уже ждала совсем выпущенная Нами из виду вторая. Я почувствовал, как Гелий сильнее сжал мне плечо, давая понять, что шевелиться еще рано. В этот момент где-то на улице раздалась стрельба, и псы тут же рванули вниз по лестнице, сбивая стоящие на её краю небольшие горшки с искусственными цветами.

Выждав для верности ещё несколько мгновений, Мы осторожно разогнули колени и выглянули в помещение магазина сквозь прорезь.

- Чердак! - беззвучно прошептал Гелий, показывая пальцем в дальнюю часть зала. - Лезем наверх!

Рассмотрев через узкую полосу маленькую чёрную квадратную дверцу в потолке, я первым взялся за бегунок и медленно потянул его вниз. К счастью, стрельба на улице не только не прекращалась, но и приближалась к Нам, становясь громче, так что какой-то уровень шума Мы могли себе позволить.

Выбравшись из будки, уже начавшей становиться душной, Мы почти бегом двинулись к дверце.

Подошедшая первой Лиса сбросила на пол свою сумку, схватилась за тяжёлую, с метр в высоту, витрину и, к Нашему с Гелием удивлению, легко подвинула её под выход на чердак. Скрежет днища стола по полу был несколько смягчён бордовым ковром, но вибрации всё равно казались угрожающе интенсивными. Не обращая на Нас никакого внимания, девушка уверенно закинула ногу на пластиковый край �ступеньки�, поднялась и, с громким скрипом открыв металлическую дверцу, моментально юркнула в образовавшийся проём.

Следующим, предварительно забросив наверх сумку с найденными в пекарне продуктами, полез Гелий. Его выход был не так изящен, мне даже на секунду показалось, что он сейчас упадёт обратно и, чего доброго, разобьёт стекло подставленной витрины. Тем не менее, он справился, и вслед за ним на �ступеньку� стал я. Хотя уверенность в том, что машины в это помещение не вернутся, не покидала меня, возникало ощущение, будто спокойствие, заполняющее комнату, быстро сжимается. Я забросил автомат и свой портфель в проём, положил руки на его холодный металлический край и прыгнул как можно выше. На удивление легко поднявшись, я вылез в тёмное чердачное помещение, быстро развернулся и, схватившись за чёрную железную ручку, закрыл за собой люк.

В полной темноте третьего этажа я даже примерно не мог рассмотреть своих спутников. Лишь через несколько мгновений я заметил, что в дальнем конце помещения светится небольшое треугольное окно, впускающее достаточно тусклый свет с улицы. Где-то под Нами послышался громкий глухой топот, и я понял, что чувства меня не подвели - машины вернулись в охотничий клуб.

- Идём к окну! - прошуршала Лиса из темноты, и шелест костюмов моих компаньонов начал удаляться.

На всякий случай я присел и, не спуская глаз с силуэтов людей Тетры, чётко прорисовавшихся на фоне белого треугольного проёма, прислушался к тому, что происходило внизу. А там уже раздавался грохот бьющегося стекла и переворачиваемой мебели - на этот раз за Нами прибыли не собаки. Пройдясь пальцами по краям люка, я обнаружил, что с Нашей стороны на нём есть петля, правда, без задвижки. На секунду задумавшись, я повозив рукой по пыльному полу, нашёл свой портфель и, медленно расстегнув молнию всего на треть, до угла, нащупал с краю шестигранники. Выбрав один потолще, я достал его и засунул в петлю. Вряд ли тонкий металлический инструмент мог надолго задержать роботов, но тем не менее.

Аккуратно поднявшись, я подхватил автомат, портфель и, рукой прикрывая глаза от встречного света, максимально тихо последовал за бойцами Тетры. Пол, к счастью, был не деревянным, к тому же его покрывал толстый линолеум, так что Мы могли идти без шума на сравнительно большой скорости.

Помещение чердака словно удлинялось, не давая Нам приблизиться к �выходу�. Ни с того, ни с сего прогремел тяжёлый удар по металлу, заставивший всех троих вздрогнуть от испуга.

Даже не оборачиваясь, по уровню звука, можно было точно сказать, что машины сообразили, где Мы, и теперь ломятся на чердак. Мельком переглянувшись в темноте, Мы бегом рванули к окну. О скрытности уже можно было не беспокоиться, так что Гелий с размаху выбил стекло прикладом и, схватив Лису за плечо, начал первой выталкивать её наружу. Подбежав к нему, я поднял автомат и повернулся назад, давая понять, что пойду последним, прикрывая тылы. Послышался ещё один тяжёлый удар, и в полу тёмного чердака засветилась достаточно большая дыра с отогнутыми металлическими краями - шестигранник-то мой выдерживал натиск робота, но подводила словно бы алюминиевая дверца.

Сбив с рамы остатки стёкол, Гелий быстро пролез в окно, и я, не дожидаясь появления врага, отвёл прицел с помятого люка и последовал за своими спутниками. Пробравшись сквозь треугольный проём, я чуть было не поехал вперёд по склону крыши и даже не сразу обратил внимание на боль в глазах, нахлынувшую тяжёлой, немного запаздывающей волной. Ухватившись за пластиковую раму с мелкими острыми осколками стекла, я едва удержал равновесие. Невзирая на сложность ситуации, я закрыл, наконец, глаза и с удовольствием почувствовал, как, словно от тупого ножа, боль медленно отступает.

За неимением зрения, я начал слушать: где-то совсем рядом трещала сухая стрельба, звенело сыплющееся стекло и стучал разбиваемый пулями пластик. В столкновении участвовало достаточно много... боевых единиц, наверно, машины нашли остатки Коалиции. Выталкивая меня из минуты спокойствия, сзади завизжал металл люка, сгибающийся под механическими конечностями робота.

Нужно было шевелиться!

Я открыл чуть слезящиеся глаза и нашёл взглядом Гелия с Лисой, уже забравшихся на горизонтальную часть крыши немного выше. Слегка отклонившись назад, я, оттолкнувшись рукой от рамы, рывком пробежал вверх по склону и залез на ровную площадку, на которой спиной ко мне стояли мои спутники.

Лиса, вышедшая на несколько метров вперёд к краю, круто развернулась и почти закричала:

- Это Сыч!

Гелий повернулся в мою сторону, проверяя, всё ли со мной в порядке, и в то же время демонстрируя своё недоумение. Мельком переглянувшись, Мы оба двинулись к девушке. Осмотрев по пути крышу, я обнаружил, что увидеть происходящее на улицах под Нами отсюда не представляется возможным: небольшая горизонтальная площадка, на которой находились Мы, со всех сторон окаймлялась склонами дешёвого шершавого металла, круто обрывающимися вниз, не дающими подойти к краю здания.

- Это и правда он. - задумчиво проговорил Гелий, останавливаясь возле Лисы. Нам туда!

Проследив направление, в котором он смотрел, я ничего, кроме пустых крыш и балконов, не увидел, но почувствовал, что с той стороны действительно исходит какое-то дружественное и, более того, знакомое излучение.

Единственной проблемой являлся тот факт, что спуститься вниз у Нас не было никакой возможности. Кроме того, на улице всё ещё продолжалась стрельба, виновники которой Нам были неизвестны, а значит, потенциально враждебны. Ну и о роботах, конечно, никто не забывал.

Лиса, внимательно рассматривающая крышу соседнего одноэтажного здания, вдруг шлёпнула меня ладошкой по плечу и указала пальцем куда-то влево. Я с готовностью повернулся , но ничего , исключая угол примыкающей многоэтажки там не увидел. Гелий, обративший глаза в том же направлении, тоже ничего не понял и недоумённо уставился на девушку.

Последовательно посмотрев на Нас обоих, Лиса вздохнула и, демонстративно закатив зрачки, разочарованно проговорила:

- Мужики... Какие Вы беспомощные!

С этими словами она лёгким бегом двинулась к углу площадки. Мы с Гелием в очередной раз недоумевающе переглянулись, однако вариантов, кроме как последовать за что-то придумавшей девушкой, не нашли, так что рванули за ней.

Уже приближаясь к углу, я начал понимать, в чём заключалась идея Лисы: на самом краю склона крыши стоял металлический штырь, из верхушки которого к соседнему зданию тянулся толстый чёрный кабель. Съехать по нему на примыкающую через улицу одноэтажку... Мысль безумная, но надо признать, её экстремальность мне сразу чем-то понравилась.

Гелий, уже открывший рот, чтобы возразить, резко обернулся назад. В ответ ему в той стороне заскрипели осколки стекла, скатывающиеся по металлическому склону. У меня не было никаких сомнений в том, что это машины выбираются на крышу через треугольное окно. На то, чтобы подняться по крутой и скользкой для них поверхности, роботам нужно будет некоторое время, однако Гелий ждать не стал. Он легонько толкнул Лису в спину - она, начав падать, наклонилась вперёд и, сделав несколько шагов по склону, прыгнула...

На миг я забыл обо всём, что происходило вокруг, и залюбовался летящей, как стрела, девушкой. По сведённым вместе ногам, выгнутой спине и идеальной симметрии вытянутых вперёд рук, можно было точно сказать, что она опытная акробатка. Лицо её при этом было абсолютно спокойным, словно она совершала подобные прыжки каждый день.

Забросив автомат за кабель, она схватила левой рукой его дуло и быстро и плавно поехала по чёрной линии. Со стороны чердачного окна снова послышалось скрипение, но на этот раз причиной его были скользящие по склону конечности машин. Услышав это, Гелий, не дожидаясь, пока Лиса доберётся до другого конца кабеля, спрыгнул на откос и, сделав несколько шагов, так же закинул автомат на провод и поехал вперёд. Чёрная линия сильно прогнулась под тяжестью двух людей и, зацепись я третьим, непременно оборвалась бы. Повернувшись в сторону чердачного окна, я понял, что времени у меня нет - серые угловатые части тел роботов уже маячили над краем площадки.

Переведя взгляд на кабель, я на глаз прикинул, что, пока я зацеплюсь за него, Гелий уже будет на той стороне.

Прогноз был неплохим, так что, наклонившись вперёд, я ступил на шершавый склон. Сила тяжести сразу потянула меня к краю, так что, не имея возможности повернуть назад, я сделал три широких шага и, закинув автомат, зацепился им за шнур. Кабель резко опустился и я уже испугался, не оборвётся ли он. К счастью, шнур оказался достаточно крепким, и меня с громким шипением трущегося о полимер автомата понесло вперёд. Быстро набирая скорость, я не спускал глаз с Гелия, который уже подъезжал к крыше. Бойко спрыгнув на её поверхность, он заставил кабель, потерявший вес на одном конце, порядочно опуститься на другом, моём. Не без труда удержав правой рукой скользкий пластиковый приклад автомата, я подтянул колени к груди, чтобы не удариться о невысокую перегородку, идущую по самому краю крыши. Проскользив над ней, я, расслабив левую ладонь, выпустил дуло автомата и, уперевшись ногами в легко занесённую песком поверхность, с громким шорохом проехал по инерции несколько метров.

Потянув воздух в лёгкие, я осознал, что пыль, поднятая здесь торможением трёх людей, несколько гуще, чем это смотрелось с кабеля. Лиса и Гелий уже во весь опор мчались по правому краю крыши, глядя вниз в поисках удобного места для спрыгивания, так что я, оборвав вдох, ринулся за ними, одновременно стараясь как можно скорее выйти из песчаного облака. На несколько шагов меня хватило, но тут правый бок пронзила давящая боль. Не в состоянии больше терпеть, я всей силой вдохнул пыль и немного ускорился. По ногам пошла медленная колючая волна, практически заглушившая чувство усталости и даже удушения.

Это дало мне возможность ещё немного прибавить темпа и нагнать Гелия и Лису. Опустив глаза вниз, я срывающимся голосом выкрикнул:

- Почему Мы не спрыгиваем?

- Спрыгнем на углу, так безопаснее. - голос Гелия звучал так ровно, будто это не он бежал рядом со мной на всех парах.

Лиса, вырвавшаяся вперёд, ускорилась и, не доходя трёх-четырёх метров до конца крыши, сделала два широких шага наискось вправо и ринулась вниз. Судя по последовавшему глухому звуку, приземлилась она прямо на автомобиль.

Гелий, от которого я немного отстал для удобства, свернул вправо, двигаясь строго по следам девушки... Вдруг прямо передо мной поднялся высокий столб пыли, ударивший по лицу и рукам крупной крошкой. Пуля! Адреналин, всё это время подгонявший меня небольшими порциями, ударил с утроенной силой, так, что, казалось, зашевелились сами кости черепа. Ждать, пока оператор Тетры спрыгнет, времени не было, поэтому я взял немного влево, чтобы не столкнуться с ним и, ускорился. Полустенок на краю крыши не давал возможности рассмотреть, что там, в подворотне, поэтому я прыгнул наугад.

Уже в полёте, перегнув через перегороку, я увидел, что направление у меня не самое удачное, но менять что-то было поздно. Ветер со всё нарастающей силой подул в лицо, создавая впечатление, будто высота здания не три метра, а все двадцать.

Выставив автомат магазином вперёд, чтобы погасить инерцию ударом о машину, я приготовился к жёсткому приземлению.

Стать на ноги почти в упор к чёрному матовому автомобилю оказалось нетрудно, хотя падение и отдало колкой волной, доставшей почти до пояса. Настоящие же сложности начались, когда меня потянуло вперёд. Автомат, врезавшись днищем магазина в переднее окно машины так, что боль пронеслась аж по локтям, с яростным скрежетом вошёл внутрь, да так глубоко, что мои пальцы практически коснулись стекла. Насилу справившись с ответным импульсом, тяжело осевшим где-то в глубине груди, я дёрнул оружие на себя и обнаружил, что оно накрепко застряло в вязком прозрачном полимере. Не выпуская автомат из рук, я резко отклонился назад и ещё раз рванул его на себя. В эту секунду прямо перед моим лицом пронеслась вторая пуля, звонко пробившая окно машины чуть выше проделанной мною дыры. Не отведи я корпус назад, она попала бы прямо мне в голову! От осознания удачи по телу снова прошла густая адреналиновая волна.

Рисковать у меня желания не было, тем более, что вернуть оружие не представлялось возможным. Отскочив назад, я прислонился к стене и нашёл глазами своих спутников. Оправившись от приземления и уже сообразив, откуда ведётся стрельба, они тоже прижались к зданию.

- Так, я прикрываю тыл, Вы бежите вперёд по переулку, потом налево, Сыч где-то там. Вперёд! - Гелий поднял автомат и, подойдя к �моему� автомобилю, открыл огонь в направлении снайпера. Выход был рискованным, но Лиса не дала мне времени на рассмотрение возможности помочь командиру. Схватив за предплечье, она изо всех сил потянула меня в обратную от Нашего компаньона сторону. Момент для споров был неподходящим, поэтому я развернулся, достал пистолет и быстрым шагом двинулся вперёд, оставляя девушку немного позади.

На этот раз она не стала недовольствовать, что было очень кстати.

Я из всех оставшихся сил бежал вперёд, стараясь вывести Нас из сырого переулка раньше, чем Гелий опустошит магазин. И всё же короткие очереди ниндзя затихли до того, как Мы подошли к углу. Не прошло и пары секунд, как бежавшая сзади меня Лиса вскрикнула и с шаркающим звуком металла, трущегося о бетон, упала на землю.

Я остановился, как вкопанный и, собрав волю в кулак, обернулся готовый к самому худшему. Девушка к этому моменту уже упёрлась левой рукой в землю с явным намеренем встать. Достаточно хрупкая с виду, она всё больше удивляла меня своей стойкостью и неприхотливостью.

Найти на её чёрной одежде пятно крови было не так просто, но мне было достаточно одной только позы, в которой пребывала Лиса, чтобы понять, что ранили её в ногу, причём не серьёзно. Пытаясь унять волнение, от которого сводило скулы, я подбежал к ней и на мгновение невольно обратил внимание на странный холод, как будто окружающий воспитанницу Тетры. Вложив в её дрожащую белую ладонь свой пистолет, я поднял девушку на руки и выкрикнул Гелию:

- Стреляй, стреляй!

Автомат оператора, на слово поверившего, что у Нас всё под контролем, вновь загрохотал на всю подворотню, не давая вражескому снайперу высунуться из укрытия, что позволило Нам двинуться дальше.

Добравшись, наконец, до угла, я свернул налево и увидел Сыча, по тротуару бегущего в Нашу сторону с несколькими бойцами в такой же чёрной форме, с той лишь разницей, что их лица были закрыты масками. В этот момент сзади, где-то около выхода из подворотни, затрещали автоматы. Я почувствовал, как Лиса, сильнее прижавшись ко мне, подняла правую руку, положила её локтем мне на левое плечо и, практически оглушая меня, начала стрелять из пистолета, защищая Нам спину. Сыч тоже, не растерявшись, открыл огонь со всей своей компанией. В итоге я не успел сделать и семи шагов, как пальба позади затихла, почтительно указывая на опытность людей Тетры.

Сыч, подбежав ко мне, бегло оглядел Лису и, повернувшись назад, указал пальцем на тяжёлый армейский грузовик:

- Неси её туда, там врач. Где Гелий? - посмотрев мне за спину и, видимо, найдя его глазами, он с улыбкой добавил. - А-а, вижу!

Продолжив шагать к машине, я увидел за ней ещё одну, такую же. И даже больше: сюда прибыла целая колонна. Грузовиков было два, плюс три мотоцикла и синий сильно потрёпанный джип. Бойцов Тетры в общей сложности было около тридцати пяти, так что я вполне обоснованно почувствовал себя в безопасности и, отвлёкшись от бесконечных попыток выжить, обратил внимание на лёгкость Лисы, с нервным напряжением сжавшей меня обеими руками. Это показалось мне странным, но я почувствовал ответственность за благополучие, насколько его позволяла ситуация, этой незнакомой мне девушки...

Мысль закончить я не успел, потому что из грузовика высунулся человек, с готовностью и медицинской аккуратностью принявший новую пациентку, которая, выйдя из катаплексии, схватилась за поручень и, не обращая внимания на жестами предложенную помощь окружающих, бойко запрыгнула в грузовик.

Бездна

Обернуться я не успел - подбежавший сзади Гелий, без конца приговаривая �Давай�, буквально затолкал меня в грузовик. К Нам так же присоединились Сыч и широкоплечий ниндзя, лицо которого, по традиции Тетры, было полностью закрыто чёрной маской. Присев справа от меня, он приложил правую руку к уху и скомандовал:

- Трогай!

Грузовик сразу же дёрнулся и с лёгкой вибрацией покатился вперёд.

- Куда едем!? - вполголоса спросил ниндзя, глядя на Гелия, севшего напротив него. Тот молча перевёл взгляд на меня, а я, в свою очередь, на Сыча. Лиса, наблюдавшая за происходящим со стороны, широко улыбнулась. Сыч понял меня без слов:

- К пустоши, со стороны седьмого поста Коалиции.

- Ты услышал? - сидевший рядом со мной ниндзя слегка наклонил голову, давая понять, что говорит по рации. Получив, надо понимать, утвердительный ответ, он, выдерживая некоторую дистанцию, повернулся ко мне. - Что там?

- Сбитый летун. Я сломал систему управления двигателями, но он, что называется, в своём уме. - быстро ответил я.

Мой собеседник с недоверием покосился на Гелия, на что тот уверенно кивнул:

- Сыч его видел.

Судя по всему, сильно впечатлившись, мой новый знакомый, вновь повернулся ко мне.

- Значит, расшифровывать его будешь!? - по движениям маски было видно, что он задумчиво вытянул губы.

Я утвердительно кивнул.

- А чем прошлый не подошёл? - продолжил расспросы ниндзя.

Я немного помолчал, формулируя свои мысли:

- Я тогда не успел выкачать из него всего. Учитывая обстоятельства, осмелюсь предположить, что он ничего и не знал.

- А Ты можешь прямо сейчас точно сказать, что он знал, а чего не знал? - не унимался широкоплечий агент Тетры.

Я обвёл взглядом тёмно-зелёный кузов грузовика и, увидев в углу чёрную розетку, молча расстегнул свой портфель. Пока я занялся проводами, разговор перехватил Гелий:

- Поговори со мной, док!

- Ну что я могу сказать... - колдовавший над Лисой ниндзя разогнул спину. - Пулю вытащил, ранение не серьёзное, на левой ноге, чуть выше колена. М-м, сухожилия в порядке, мышцы восстановятся. Пуля самодельная, отравлена. - доктор, внешне никак не отличающийся от остальных людей Тетры, присел на корточки и снизу посмотрел на Лису. - Сейчас сделаю укол, чтобы нейтрализовать яд, будет чувство, будто под кожей ползают насекомые. Это нормально. - он достал белый инвазивный пистолет, вставил в него небольшую стеклянную капсулу с прозрачной жидкостью и, приложив к ноге пациентки, нажал на курок, на что шприц громко шикнул.

- Регеником посыпаю или оставим шрам на память?

Лиса возмущённо подняла брови:

- Какой шрам!? Мне ещё юбки носить!

- Понял Тебя! - намеренно высоким голосом отозвался врач.

Небольшой легкомысленный диалог несколько разрядил тяжёлую обстановку, царящую в грузовике, полном людей, только-только вышедших из боя. По экрану моего планшета, наконец, побежали нужные строчки. Увидев это, незнакомый мне ниндзя, вздыхая, протянул:

- Что скажешь, Интеллигент?

Много времени на то, чтобы понять мышление машины, мне не требовалось, наверняка, до потери памяти я делал это много раз, поэтому долго ждать ответа моим спутникам не пришлось:

- Ну... как я уже сказал, выкачать из бота всего мне не дали, плюс, некоторые блоки информации были удалены.

- Удалены? - человек в маске немного подался вперёд.

- Именно. Когда стрелок пробил штекер питающей шины, робот не был полностью обесточен...

- Да-да, у них есть небольшой резервный блок в голове, используемый для передачи последнего отчёта на базу и частичной очистки памяти, я в курсе. перебил меня Гелий, как видно, понявший, что этим стрелком был он. - Продолжай!

- Сейчас я точно могу сказать, что офицерами у машин служат собаки и летуны.

Всё это время внимательно слушавший меня Сыч встрепенулся:

- Значит, Мы едем правильно, да, летун - как раз тот, кто Нам нужен!? Но... собаки?

- Собаки подвижны, быстры и имеют кучу сенсоров самого разного назначения. Они хорошо понимают ситуацию и раздают локальные приказы более примитивным платформам поблизости. Сами они получают приказы от кого-то ещё... Снова меня перебил Гелий:

- Так у них роевой разум что ли!?

- Не совсем. - принялся объяснять я, рассматривая экран планшета. - Каждая платформа самостоятельна и имеет свой независимый интеллект, просто когда в... акции участвует, условно говоря, офицер, он устанавливает связь со �штабом�, который, имея большие знания и большие вычислительные ресурсы, может принять более хитрое тактическое решение и заставить рядовых его реализовать. То есть это рой, конечно, но гибридного типа. Так что уничтожением пса или летуна группу не остановишь - без начальства боиды, разумеется, станут менее умными, но, в остальном, они просто перейдут в режим самостоятельных действий, а собственных знаний у них тоже не мало.

Выслушав мои объяснения, все ненадолго задумались, качаясь в подпрыгивающем на кочках грузовике. Первым молчание нарушил Сыч:

- А чего бы им всех в таком случае не подключить к �штабу�? Ведь так они всё будут держать под контролем.

- �Штабу� не хватит мощности на то, чтобы контролировать абсолютно всех.

- я пробежал пальцами по экрану и нашёл блок памяти, в котором мог быть ответ на интересующий меня вопрос. К сожалению, нажав на бледно-зелёный прямоугольник, я понял, что в нём не так много данных, как хотелось бы. Но всё же кое-что было. - У машин жёсткая установка: оружейные, пищевые и медицинские запасы не уничтожать и засады возле них не устраивать. - быстро собрал я данные блока воедино.

- Причина!? - ниндзя в маске положил локти на колени, свесил кисти и наклонился вперёд.

- Причины не знаю. Может, удастся вытащить что-нибудь из летуна. - я подумал, договаривать или нет, и, всё-таки, добавил. - Установка имеет высший приоритет. Даже если люди просто отступят, выходя из боя, на склад, роботы за ними не последуют.

- Странная директива, надо признать. - отозвался Гелий. - Но Нам это может помочь.

- Другие полезности там есть? - медленно спросил широкоплечий боец в маске.

- М-м, у робота был список из сорока шести образов - людей, которых нужно уничтожить при первой же возможности и во что бы то ни стало. Кто это такие и почему они так важны, сказать не могу, антропоморф этого сам не знал. У него были только ориентировки. Ещё у него здесь есть данные о киборгах-лазутчиках, пробравшихся в человеческие ряды.

- Так, вот это уже очень интересно! - ниндзя в маске поднял голову.

- Есть образы их лиц, отличительные черты, данные о местоположении, описание задач без подробностей...

- Отлично! Надо зачистить ряды Тетры!

- В Тетре лазутчиков нет. - я ещё раз внимательно пробежал глазами по списку с ассоциациями, указывающими на фракции, в которые был внедрён каждый из диверсантов. Киборги десятками были не только в рядах Коалиции и ОКО, но даже и в самостоятельных группах сопротивления.

- Повтори!

- В Тетре лазутчиков нет. Ни одного.

Все разом вздохнули и откинулись на стенки кузова грузовика. Лиса, следившая за руками всё ещё сидящего над ней доктора, подняла голову:

- Ну вот, Интеллигент не агент. Я же Вам говорила! - она, очевидно, была очень довольна своей проницательностью.

Бойцы Тетры поочерёдно посмотрели друг на друга, как мне показалось, молча соглашаясь с прозвучавшим утверждением.

- Ну что ж... - проговорил незнакомый мне широкоплечий ниндзя, снимая маску. - Думаю, теперь Мы можем Тебе верить... Спрашивай, у Тебя, наверняка, уйма вопросов. Ехать Нам всё равно ещё долго. В центре активизировалось ОКО, да и боты в последние дни расслабляться не дают. Поедем тихонько по окраине, там мало очищенных улиц, так что часа полтора-два у Нас есть. Ты уже знаешь, почему за Тобой охотится ОКО?

Я внимательно осмотрел бойца. У него было идеально овальное лицо с немного острым, выдающимся вперёд, подбородком и ярко-зелёными глазами, сильно контрастирующими с короткими волосами, выкрашенными серыми и чёрными тонкими полосами. Опутанная венами кожа имела достаточно бледный, почти болезненный цвет, губы и вовсе были синими. Все эти внешние показатели делали лицо бойца холодным, подчёркивая его образ профессионального убийцы.

- Гелий сказал, что я создал ОКО...

Ниндзя удивлённо-насмешливо посмотрел на оператора, на что тот, улыбаясь, развёл руками.

- Ну, это не совсем так. Сначала Ты создал Тетру. Потом исчез. Как результат, появилось ОКО.

Укладывая заряжающийся планшет так, чтобы он не повредился от скачков на возможных выбоинах, я замер. Мои собеседники выдавали мне меняющую в корне дело информацию так просто, будто я всё знал и сам. Им, конечно, было не ясно, что для меня это не просто воспоминания, а, в своём роде, прошлая жизнь, далёкая и чуждая. Полное отсутствие былого и такая лёгкость подачи не давали мне полностью прочувствовать важность того, что я слышал, а ведь это действительно было важно. Ниндзя, однако, не замечая моего замешательства, продолжал:

- Новая верхушка ОКО боится Тебя, как-никак они воспользовались Твоим исчезновением, чтобы хапнуть власти у Тетры, разрушить Твоё творение и извратить его. И вообще... - боец поводил головой по сторонам, как будто взглядом искал подходящие слова. - Бесследное исчезновение, возвращение в и без Тебя тяжёлый момент. Признаюсь, у меня самого мурашки идут по коже!

Разобравшись с планшетом, я, немного ошарашенный новыми подробностями, встал и медленно вернулся на своё место, в ответ на что ниндзя повернулся ко мне. Я не мог понять показалось мне, что в его движениях и мимике появилось нечто уважительное, или это осознание того факта, что я, как создатель организации, выше него, давало свои плоды, но что-то в Наших отношениях однозначно изменилось.

- Что такое Тетра? - с какой-то беспомощностью задал я вопрос.

- Оккультная организация, главной целью которой было установление нового порядка. Мы стремились напомнить людям, что жизнь заключается в постоянном изменении. Поэтому Тетра так и называется - Мы придаём наибольшее значение четвёртой мере реальности - времени, без которой пространство, описываемое первыми трёмя, стояло бы на месте. Без времени, без изменений нет жизни. Люди всегда забывали об этом, стремились к комфорту и стабильности, в итоге, придя к стагнации. В состоянии полной остановки всякого развития человечество начало быстро вырождаться. Общество, конечно, так не считало, но суть не в этом. Мы знали, что станет гораздо хуже. Мы предвидели, что однажды мир изменится, произойдёт катастрофа, высокотехнологичная, со всех сторон защищённая продуктами прогресса система рухнет, и человечество останется один на один с реальностью.

Отсутствие всяких способностей и навыков выживания в такой ситуации привели бы к быстрому и, главное, полному вымиранию. И Мы решили исправить положение.

Гелий рывком оторвал голову от стенки и продолжил речь своего товарища:

- Мы не сильно перебирали методами воздействия на общественное сознание: запугивание, шантаж, взлом, грабёж, саботаж, убийства, иногда массовые. Мы мешали всем, кто продвигает всяческую дрянь, начиная с наркоторговцев и заканчивая разработчиками виртуальных симуляторов красивой жизни. Мы стали более, чем одиозной группировкой. Но, несмотря на все старания, сделать с Нами никто ничего не мог - каждая акция планировалась так, чтобы ни одна живая душа за пределами Тетры не могла разобраться, в чём её суть. Хаотичная иерархия, хаотичные удары - общество, всегда стремившееся к упорядочиванию, не могло понять Нас и, как следствие, не могло остановить. За время существования Тетры Мы сделали так много, что даже верхушка организации не знала, сколько всего акций проведено. Наши действия приписывали всемирной мафии, масонам, сионистам, сатанистам и сотням других тайных кланов. О Нас даже книги писали и сняли четыре фильма! Некоторые сильно разбогатели на почве Наших похождений.

Гелий замолчал, как бы уступая право говорить сидящему рядом со мной ниндзя. Повернувшись ко мне, тот продолжил:

- Мы узнали почти все тёмные секреты мира и однажды взялись найти то, что искать не следовало... И Наш вождь исчез. Ты исчез.

Под восхищёнными взглядами присутствующих я почувствовал, как в голову мне впились холодные иглы. Ощущение было слишком сильным, чтобы списывать его на волнение, однако и объяснения им найти я не мог. Пытаясь собрать разбегающиеся мысли, я вяло спросил:

- Так Мы с Вами были знакомы и раньше?

Бойцы переглянулись. После некоторого молчания заговорил Гелий:

- Я пересекался с Тобой на одном из собраний, правда, тогда я ещё не знал, кто Ты, наверняка. Остальные Тебя никогда не видели, хотя, будь готов к тому, что в Тетре Тебя узнают все. У Тебя особая аура, даже новички сразу догадаются, кто перед ними, ведь новость о Твоём возвращении уже облетела все Наши ячейки.

На некоторое время все снова замолчали. Немного отойдя от неприятных ощущений в голове, я задал ещё один давно интересовавший меня вопрос:

- При каких обстоятельствах я исчез? И как давно?

Незнакомый мне бледный ниндзя вздохнул:

- Ты пропал чуть больше шести лет назад. Причины Нам не известны. Ты нашёл кое-что... и хотел увидеть это своими глазами. С Тобой должна была пойти группа Наших, но Ты внезапно бесследно исчез. Желающих искать Тебя было очень много, но установленные Тобой правила не позволяли этого сделать...

- Что за правила?

- Не помогать тем, кто сильнее Тебя. В пределах Тетры оказать непрошенную услугу стоящему ступенью выше - это почти оскорбление. А так как Ты был Высшим, никто не осмелился официально искать Тебя.

Высшим. Теперь я понял, что так разозлило ОКО во фразе того старика... Значит, он тоже состоял в Тетре.

- И всё же Вы мне помогаете. - с некоторым сомнением пробормотал я.

- Помощь можно понимать по-разному. Да и ситуации бывают всякие. Когда человек может добиться всего сам, помогать ему оскорбительно для него самого. Ты, как бы, даёшь ему в долг то, чего он не просил. Но, если в одиночку задачу не выполнить, разделяться просто глупо. - боец улыбнулся. - У Нас достаточно гибкие правила. И иерархия тоже. Тетра, Ты же помнишь - постоянное изменение. Любой простой, любой порядок идёт во вред. Это единственное неизменное правило Нашего ордена.

Я опустил глаза и снова почувствовал покалывание в голове. Единственное незыблемое правило. По мыслям покатилось эхо от этого словосочетания. Перед глазами понеслись образы: географическая карта с огромными закрашенными чёрным цветом областями... какая-то схема на тетрадном листе... иерархия... смех сидящего за тёмным столом человека... флаг Тетры.

- Ты вспоминаешь!

Я поднял глаза на сидящего справа бледного бойца. На его лице отражалась дружеская радость и неподдельный интерес.

- Я вспомнил флаг Тетры, но не знаю, что он означает. - неуверенно ответил я.

- Вспоминай! Чёрный цвет...

В голове у меня вдруг прогремел рычащий голос:

- Это Тьма!

Ощущение какого-то чуждого присутствия было настолько ярким, что я почувствовал дрожь в руках. Слова звучали прямо во мне, мои и не мои в одно и то же время. Не имея возможности сопротивляться, я повторил:

- Это Тьма.

- Мы пребываем во Тьме. - продолжил за меня бледный ниндзя. - Нас не видят, но Мы видим всё. У Света всегда должен быть источник, но Тьма просто есть. У неё нет направления и нет порядка. Она всегда идёт за Нами в виде тени. Она скрывает Наши недостатки, Наши слабости.

Вслед за сидящим рядом со мной бойцом слова начал тихо повторять Сыч. В голове у меня снова прозвучал громкий низкий голос:

- Уроборос.

Я почувствовал, что всё больше проникаюсь тем, что слышу. Я помнил эти слова очень хорошо.

- Уроборос. - к говорившим присоединился Гелий. - Мудрый змей, кусающий свой хвост, уничтожающий и переваривающий в себе то, что мешает и тянет назад, то, что другие хранят, как зеницу ока. - теперь уже говорили все, кто находился в кузове. Я громко произносил слова вместе с ними и чувствовал небывалое воодушевление. Всё это когда-то написал я сам.

- Тетра. Четвёртый элемент, приводящий мир в движение, изменяющий его. Мы меняемся с ним, чтобы жить. На месте стоит лишь то, что мертво.

Мы идём во Тьме тайными тропами, убегая от себя и догоняя себя одновременно, уничтожая и переваривая себя, чтобы освободиться от себя и расти дальше. Мы живём изменением, Мы - четвёртый элемент. Мы - Тетра!

Все резко замолчали, устремив глаза поверх друг друга. Впервые с момента пробуждения в чёрной пустоши я чётко ощутил, что нахожусь на своём месте. Каждый из этих мало знакомых мне людей был своим. Их образ жизни установлен мною, я - их лидер, а они точь-в-точь такие, как я сам. Ко мне начала возвращаться и память. Огромные смеси образов вспыхивали в мыслях одна за другой, не давая возможности осознать себя.

После достаточно продолжительного молчания, наполненного сближающей тишиной, сидящий рядом со мной бледный ниндзя приложил руку к уху и громко спросил:

- Сколько ещё ехать? - выслушав находящегося на другом конце канала, он откинулся на стенку, скрестил руки на груди и, закрыв глаза, объявил. - Ехать, в лучшем случае, не меньше сорока минут. Предлагаю всем отдохнуть.

Несогласных, естественно, не оказалось, все порядочно вымотались за сегодняшний день, а ведь он ещё не закончился. Осознав это, я не стал терять драгоценных минут отдыха, закрыл глаза и попытался заснуть...

...всё вокруг было залито красками. Синей, зелёной, жёлтой, фиолетовой, красной - цветов и оттенков было не пересчитать. Марево выглядело настолько ярким, что поначалу я вообще не мог понять, что у меня перед глазами. Но постепенно, привыкая к чрезмерной цветастости, я начал узнавать формы.

Я сидел всё там же, в кузове грузовика, среди своих вновь обретённых соратников. Они были какими-то размазанными, будто нарисованными импрессионистом, а вокруг них светились сферы, похожие на коконы. У каждого был свой оттенок, но, в целом, у всех людей Тетры аура была фиолетового цвета. Стены кузова машины выглядели прозрачными и, выбросив из головы тот факт, что они здесь есть, я увидел то, что находилось за ними: Мы двигались по практически целой части города под бесцветным, словно чем-то недовольным, небом. Дыры от снарядов на дороге и зданиях встречались здесь редко, хотя следов от обычных пуль было в достатке.

Я почувствовал, что могу заглянуть и за пределы города. Быстро становясь прозрачными, многоэтажные здания начали меркнуть. Теперь передо мной на многие километры простиралась чёрная пустыня. Уже начинало темнеть, но изза моей спины исходил зловещий тёмно-зелёный, словно освещающий сам воздух, свет, сводящий сумеречные оттенки на нет. Я обернулся, надеясь отыскать его источник, и замер от величия увиденного мною зрелища. Из-за самого горизонта поднималась невозможных размеров волна, выглядевшая так, будто её действительно образует некая жидкость. Цвет её плавно менялся с почти чёрного снизу на горящий зелёный сверху, с медленным переливанием по всему объёму. В некоторой степени волна была подобием северного сияния, только размеры и непонятная, почти разумная, грозность, источаемая ею, намного превосходили всё, что когда-либо видел глаз человека.

Всмотревшись в нависающий над моей головой чётко очерченный терминатор, я разглядел объёмные зелёные лучи, достаточно быстро двигающиеся на фоне тёмного неба. Эфирная переливающаяся цветами жидкость, из которой состояла волна, казалась стоящей на месте, и мне оставалось только гадать, откуда исходят подвижные потоки света. Видимо, их источник находился где-то за этой тёмнозелёной стеной. Вдруг послышался протяжный и слишком низкий для человека голос, отдающий бесконечным эхо:

- Эта волна медленно, но уверенно растёт.

Краски начали меркнуть, словно из тумана появились стены, и уже через мгновение передо мной снова было железо грузовика. Ещё находясь под сильным впечатлением от увиденного, я медленно повернулся, соображая, что же произошло. Встретившись взглядом с Гелием, я понял, что всё это время он наблюдал за мной.

- Это астрал - состояние, в котором Ты можешь видеть энергию. - теперь голос оператора звучал так же, как обычно.

Я ещё не очень хорошо соображал, поэтому произнёс лишь одно слово:

- Энергию!?

- Да. Всю материю пронизывает энергия. Разные цвета означают разный тип энергии, хотя, по сути, вся она одна и та же. Принцип аналогичен веществам материалы, вроде как, разные, а на деле состоят из одних и тех же частиц. В Тетре учат обращаться и с материей, и с энергией.

Мысли постепенно набирали былую скорость, и я начал наполовину понимать, наполовину вспоминать то, что говорит мне Гелий.

- Я думал, астрал связан с прогулками вне тела...

- Ну да. Астральное тело - это та часть Тебя, которая состоит из энергии. При желании, тела можно разделить... ненадолго. - увидев мой вопросительный взгляд, он продолжил. - Одно без другого не живёт, так что разделением лучше не злоупотреблять. Тетра обучает таким вещам, но не пропагандирует. Даже наоборот, Мы призываем к объединению двух частей одного целого.

Всё, что говорил Гелий, было мне очень знакомо, я это чувствовал, вот только без его помощи я вряд ли смог бы вспомнить то, о чём он ещё только собирался мне поведать.

Вдруг меня потянуло в правую сторону - грузовик останавливался. Спящие до настоящего момента бойцы Тетры с готовностью открыли глаза и сразу же взялись за оружие. Бледный ниндзя приложил руку к уху и недовольно спросил:

- Что за остановка? - выслушав собеседника, он встал, закинул автомат на плечо и громко объявил. - Плохие новости: роботы уже там. Выходим!

Все, включая меня, Лису и врача, послушно встали и двинулись к закрытому тентом выходу, застёгивая по пути куртки и надевая маски. На улице стояла прохлада, очень хорошо сочетающаяся с вечерними сумерками и после тёплой машины чувствовавшаяся в два раза острее.

Люди Тетры, ехавшие в других машинах, уже собрались в одну группу снаружи, подгоняли своё снаряжение и, тихо переговариваясь, стучали оружием.

Двое на горных мотоциклах стояли в центре, к ним и направился всё ещё незнакомый мне, но, по видимому, главный здесь ниндзя. Я, в свою очередь, последовал за хромающей Лисой и Сычом, присоединившимся к остальным бойцам, выстраивающимся полукругом перед мотоциклистами.

Стоило мне подойти на расстояние метров в пять к группе, как все бойцы Тетры, словно по команде, замолчали, выпрямили спины и, избегая прямых взглядов на меня, стали заправляться гораздо тише.

Несмотря на свой статус предводителя, я всё ещё чувствовал себя немного чужаком среди них, поэтому занял место с самого края, после чего повернулся в сторону командира. Вместе со стоящими возле мотоциклов людьми он смотрел на меня так, будто бы все трое ждали, когда же я обращу на них своё внимание. Поймав мой взгляд, командир повернулся налево, и один из, как видно, разведчиков громко и чётко доложил:

- Мы дошли до места, там группа ботов. Собак и летучих нет, тяжёлого вооружения тоже, похоже, они прибыли сюда в спешке и абсолютно не подготовлено. Немного понаблюдав за ними, Мы пришли к выводу, что они разбирают летуна.

Несмотря на большое количество незнакомых лиц, я чувствовал себя вполне уверенно, в связи с чем и решил высказать своё мнение:

- Если они и правда разбирают машину, Нам это только на руку.

Все присутствующие повернулись ко мне, что, однако, нисколько меня не смутило. Теперь у них появился повод смотреть прямо на меня.

- Дождёмся, пока они извлекут мозг, нападём, отберём его и сможем расшифровать

в любом другом месте. Так даже удобнее.

Какое-то время все сосредоточенно молчали. Первым тишину нарушил докладывавший разведчик:

- Идея хорошая - ведь, если нападём на ботов, они незамедлительно пригонят сюда целую армию. Не успеем уйти до её прибытия, и Нам крышка. Лучше выберем подходящий момент для удара, заберём мозг и быстро свалим, тогда сдерживать натиск превосходящих сил противника не придётся. А расшифруем уже в лагере.

Снова все замолчали, оценивая предположительный сценарий развития событий. Наконец, бледный командир, сосредоточенно созерцавший покрошенный снарядами асфальт под ногами, поднял глаза на стоящих полукругом людей.

- Хорошо, так и сделаем! Снайперам занять удобные позиции, но высоко не залезать, потому что уходить нужно будет быстро. Остальным: распределиться полукругом так, чтобы у машин был только один свободный путь - в пустошь.

И быть готовыми рвать когти. Сколько всего ботов?

- Двенадцать. - не поворачиваясь отозвался мотоциклист.

- Многовато. Близко не подходить, пока не будем уверены, что все машины в ауте!

Вопросы?

Все молча переглянулись и снова обратили глаза на командира.

- Хорошо, выходим через две минуты!

Бойцы зазвенели оружием, подтягивая ремни и надевая маски.

Командир подошёл ко мне и, пальцем поманив Гелия, в ожидании упёр руки в бока. Приблизившийся снайпер подтянул болтающийся на спине вещмешок и достал оттуда маску.

- Надень, Высший! Если боты узнают Твоё лицо, уйти отсюда Мы точно не сможем.

Уже относясь к обращению �Высший�, как к должному, я послушно взял тонкую маску и натянул её на голову. Дождавшись, пока я выровняю прорези по глазам, командир повернулся к Гелию:

- Там, возле Кота, у Вас что-то произошло?

- Объявилась какая-то... роботесса, сказала, что машины, цитирую, �не свободны�. Похоже, у неё есть симулированные эмоции. Может, даже настоящие.

- Ренегат что ли!?

- Едва ли. - вмешался я. - Как только она ушла, к Нам прибыла целая туча машин. Это означает, что она в общей сети, а раз так, �штаб� должен контролировать её действия.

Командир вопрошающе обратил глаза на меня, ожидая, судя по всему, объяснений того, как всё это увязать.

- Возможно, она перепрограммировала какую-то часть себя и высвободила некоторые свои функции, оставаясь, в целом, зависимой от общего разума. - быстро озвучил я свою версию. На самом деле, другой я и не видел.

Убедившись в том, что я сказал всё, что хотел, Гелий подвёл итог:

- В общем, она хочет, чтобы Мы расшифровали мозг робота.

- Вот как!? Что ж, благословление машины Нам пригодится...

Не дожидаясь, пока бледный ниндзя закончит фразу, оператор тихо, но чётко проговорил:

- Меня больше интересует ОКО, как они-то там оказались?

Командир наклонил голову к Нам и заговорил вполголоса:

- ОКО активизировалось. Гады лезут из всех щелей, а разведчики говорят, что в город прибывают новые отряды из соседних районов. Они что-то ищут, причём очень усердно, не стремаясь ввязываться в заведомо тяжёлые бои с роботами...

- Бледный! - прервав Наш разговор, к Нам подбежал молодой боец, держащий в руке свою маску. - Все готовы выступать.

- Четверо пусть останутся возле машин, остальные лёгким бегом вперёд!

Посмотрев на Нас, Бледный приподнял правую руку ладонью вверх, как бы пропуская Нас вперёд. Двинувшись за уже направившимися к точке назначения бойцами, я невольно подумал о том, как они различают друг друга. Закрытые маски, одеты все практически одинаково. А ведь в боевой обстановке знать, кто где находится, лишним не будет, скорее, наоборот. Группы-то небольшие, многое зависит от каждого отдельно взятого человека.

Бежать было не так-то просто. Мышцы словно окаменели, да и холодный воздух не давал согреться, задерживая во всём теле ощущение сонности и неразмятости. Всё же Мы двигались в хорошем темпе, одно за другим минуя высокие здания.

На подходе к перекрёстку я начал крутить головой по сторонам, изучая местность, и к своему удивлению обнаружил, что чёрная пустошь совсем рядом.

Она проходила справа, метрах в сорока пяти от Нас, обрезая Г-образное здание, вдоль которого Мы двигались. Правда, теперь это была не совсем пустыня: где-то в дали, как я предполагал, в центре чёрного круга, стоял широкий столб белого пара. Он был настолько огромен, что, засмотревшись на него, я невольно замедлил шаг.

- Не останавливаться! - отдав приказ остальным, командир откололся от побежавших дальше бойцов и, зацепившись глазами за белый столб, подошёл ко мне. - Та-ак, а это что такое!? Есть идеи?

Я отрицательно покачал головой.

- Надо будет проехать там. До сих пор в пустошах не наблюдалось ни малейшего движения. Такое... явление не может просто взяться из неоткуда - что-то там однозначно должно быть. - он на пару секунд прищурился, как будто надеялся разглядеть отсюда, что именно. - Ладно, пошли! Нельзя упустить ботов.

К тому времени, когда Мы нагнали отряд, бойцы уже остановились на перекрёстке и заняли укрытия за автомобилями и рекламными щитами. Будучи теперь в опасной зоне, Бледный пригнулся и, двигаясь от точки к точке, осторожно пошёл к оператору, предварительно дав мне сигнал, чтоб я сделовал за ним. Гелий, сидя перел огромным каменным обломком разглядывавший местность через прицел винтовки, по которой я его и узнал, услышав, что Мы подходим, задумчиво проговорил приглушённым голосом:

- Мне кажется, они уже собираются уходить. Посмотри! - не отрывая взгляда от группы машин, невдалеке суетящихся возле сбитого мною летуна, он отвёл от глаза винтовку и передал её мне.

Взяв оружие, я почувствовал, что оно намного легче, чем я предполагал. Присев рядом с Гелием, я высунулся из-за обломка здания, направил ствол в сторону пустоши и приложил глаз к линзе. Лежащий на земле летун, пластины которого были наскоро разрезаны и местами просто отогнуты, очевидно, был �мёртв�. Копошащиеся рядом с ним антропоморфы и квадратные механики действительно заканчивали работы, двое даже успели отойти от остальной части группы. Они шли наискось, видимо, планируя пройти по соседней от Нас улице. Я всмотрелся в предмет в руке одного из них. Мозг! Боты даже не стали разбирать содержимое �головы� летуна на отдельные части, взяли всё сразу!

Вспомнив, что в руках у меня гелиевая винтовка, я прицелился в пояс того робота, который нёс мозг, и нажал на курок. Послышался короткий визжащий звук, но отдачи я практически не ощутил. Зато светло-серый антропоморф моментально задёргался от перегрузки и выронил свою ношу. На секунду у меня кольнуло сердце - не разбился ли мозг от такого удара!? Но нет, сейчас не до того, нужно было стрелять во второго бота, пока он не сообразил, где Мы и кто Мы. Я не успел закончить даже мысль, как его голова с искрами разлетелась на мелкие кусочки кто-то из снайперов Тетры сообразил, что требуется сделать.

Вернув винтовку несколько удивлённому Гелию, я, подскакивая, пояснил причину своих скоропалительных действий:

- Это мозг!

Слов уже и не требовалось: бойцы Тетры одновременно открыли огонь по оставшимся на ногах машинам. Хотя мозг лежал не на линии стрельбы, медлить не стоило - роботы могли уничтожить его, чтобы он не попал в Наши руки.

Не долго думая, я, пригинаясь, рванул вперёд по улице. Стрельба людей Тетры прибавила в интенсивности, и, будь на месте роботов люди, обязательно прижала бы их к земле. Вот только машины страха не имеют, напротив, увидев, что мозг летуна практически утерян, они с максимально возможной скоростью двинулись к нему, переключив огонь на меня. Вокруг начали вздыматься высокие столбы серой пыли, и я мог только удивляться, как боты не попадали в бегущего по практически открытой местности человека. Расстояние между Нами, конечно, было порядочным, но для машин это не такая уж большая проблема.

Подлетев к линии среза асфальта, служившей границей между городом и пустошью, я спрыгнул вниз и, всем телом прижавшись к холодной влажной земле, схватил угловатый металлический мозг левой рукой. Подняв глаза, я обнаружил, что на ногах остались только два крупных антропоморфа с приплюснутыми головами.

Оба уверенно шли на меня, подёргиваясь под выстрелами бойцов Тетры.

Пока я бежал, шансы были неплохими, но теперь, когда я остановился и набирать скорость нужно было по-новой, моё положение ухудшилось. Сокращённая дистанция играла против меня, стоило мне встать, и машины уже не промахнутся. Не зная, что делать, я перевернул лежащего рядом бота набок и спрятался за ним. По его пластинам тут же застучали пули, отдающие звоном в ушах и заставляющие мёртвую машину дёргаться под мощными ударами. Пока что моё укрытие выдерживало... Вдруг стрельба со стороны Тетры стихла.

Послышался глухой, почти беззвучный, шлепок, и сразу за ним громкий взрыв гранаты. На секунду всё замерло, но затем сверху на меня посыпались крупные комья земли. Выждав пару моментов и убедившись в том, что роботы перестали стрелять, я выглянул: на месте двух антропоморфов была лишь дымящая яма.

Почти подпрыгнув с земли, я поднялся обратно на асфальт города и рванул к своим. Половина бойцов вышла из укрытий и лёгким бегом двинулась обратно к машинам, не дожидаясь меня. Остальные же, включая Гелия и Лису, которых я узнал даже несмотря на то, что оба были в масках, остались на месте, прикрывая мой отход.

- Ну что, здесь всё? - услышавший мои приближающиеся шаги Бледный высунулся из-за разбитого автомобиля, впившись взглядом в то, что я держал в руках.

Остановившись, я внимательно осмотрел неравномерной, но в целом, квадратной формы мозг: все блоки на месте, шины в порядке, фатальных повреждений нет.

- Есть небольшая вмятина на ребре, но, думаю, ничего серьёзного. - пробормотал я, поворачивая устройство в руках.

- Хорошо. - Бледный сделал пол оборота налево и громко скомандовал. - К машинам, бегом!

Бойцы молча вышли из-за укрытий и, сохраняя не совсем понятный мне порядок, направились за первой группой, туда, откуда Мы пришли.

На меня в тот же момент навалилась странная задумчивость, и я даже не заметил, как вместе со всеми добежал до ожидающих Нас грузовиков.

- Так, едем в пустошь! Лысый! - выкрикнул командир.

Из кабины высунулся боец в маске, к которому он, судя по всему, и обратился.

- Замеряй расстояние! Поехали! - Бледный поднял левую руку, двигая указательным пальцем по кругу - подавая таким образом сигнал людям, стоящим слишком далеко, чтобы расслышать его указание.

Я тем временем подошёл к грузовику, подал высунувшейся из него Лисе мозг и запрыгнул в кузов сам. Стоило мне сесть на своё место, как меня снова захлестнуло чувство, будто тяжёлый рабочий день уже окончен. К сожалению, это до сих пор было не так, и забравшийся в машину следом за мной Бледный лишний раз напомнил всем Нам об этом:

- Значит, так. Сейчас быстро едем к этому столбу дыма или пара, смотрим, что там, и наискось сворачиваем домой. - он сел рядом со мной. - Ты сможешь прямо сейчас начать расшифровку?

Я молча встал, шатаясь под толчками тронувшегося грузовика, и принялся подключать мозг летуна к своему планшету. В кузове повисло вкрадчивое молчание, и, я чувствовал, каким-то образом оно связано с моим присутствием. Столб дыма - похоже, моим компаньонам было о нём что-то известно. Но они не хотели говорить при мне, что именно...

Прикоснувшись к экрану планшета, я запустил дешифровку и с радостью отметил про себя, что мозг летуна сразу же загудел в ответ. Что-то из него точно удастся вытащить. Аккуратно положив устройства на металлический ящик, стоящий впритык к перегородке между кузовом и кабиной машины, я вернулся на своё место и, осмотрев присутствующих, заметил, что они стараются не встречаться со мной взглядами. Никто из них уже не сомневался в том, что я всё понимаю, вот только начать разговор желающих не находилось.

Немного поразмыслив, я определился, от кого хотел бы услышать объяснения причины всей этой затаённости:

- Гелий!

Не поднимая глаз, он с готовностью ответил:

- Мы думаем, что то, что Ты когда-то искал, из-за чего исчез, оно оказывает влияние на всё происходящее в настоящее время.

- Какого рода влияние?

- Нельзя сказать точно. Но его последствия ощущались задолго до начала войны... - закончить Гелий не успел - послышался громкий удар, в ответ на который грузовик здорово тряхнуло.

На миг все замерли. Естественно, роботы не могли вот так просто взять и отпустить Нас, но, даже для машин, они нагнали Нас очень быстро.

- Так, одного летуна снять Мы можем. - Бледный поднялся и открыл полку, висящую у самого потолка кузова, будто это был самолёт. - А вот насчёт второго я немного сомневаюсь. - с этими словами он вытащил из проёма гранатомёт.

Вид у него был достаточно старый, и, похоже, в его работоспособности засомневался не я один.

- Ты где это ископаемое выдрал? - в обиженном голосе Лисы чувствовалось разочарование.

Не обращая ни малейшего внимания на прозвучавший комментарий, Бледный отдёрнул тент, закрывающий кузов, и, быстро прицелившись, с громким щелчком нажал на курок. Из задней воронки гранатомёта вырвался оранжевый гриб пламени, с шипением пронёсшийся между Нами и разметавший клоки дыма по всей машине. Резко отклонившись назад, я подождал, пока уляжется вспышка, и подался вперёд, с интересом выглядывая наружу.

Более, чем медленно, летящая ракета, оставляющая за собой пышный серый хвост, уверенно пошла на правого летуна. Как ни странно, уворачиваться робот начал не сразу, а только тогда, когда делать это уже было поздно. Взрыв, произведённый врезавшейся в него ракетой, показался мне слабым, однако, когда яркое пламя опало, я увидел, что глубоко ошибся: вся передняя часть летуна была разворочана на огромную глубину. Робот начал медленно крениться, метя в немного отстающего от Нас мотоциклиста.

Второй летун, нисколько не испугавшись гранатомёта, стал в одну линию с Нашим грузовиком и выпустил намного более шуструю, чем Наша, ракету. С яростным шипением она влетела в землю где-то чуть правее грузовика, и на этот раз Нас не просто тряхнуло - я был уверен, что половина колёс на несколько секунд поднялась в воздух, и машина едва не завалилась на левый бок. Предметы, лежащие в кузове, со звонким стуком покатались под лавку, на которой сидел я. К счастью, Гелий, Лиса и доктор, расположившиеся напротив меня, успели схватиться за спинку и удержаться на месте. Стоящий же на середине Бледный сделал шаг вправо и прижался плечом к стенке. То ли он перевесил грузовик, то ли накренило Нас не так сильно, но машина вновь упала на все колёса, до потолка подбросив всех амортизацией.

- Мой выход! - Гелий подскочил с места, попутно выхватив из своей сумки Вспышку, и, отталкивая Бледного, уверенно шагнул к краю кузова.

В этот момент первый летун, так и не дотянувшийся до прибавившего скорость мотоциклиста, ударился о землю, бросив в Нас клочками чернозёма. В правом его крыле тут же начали рваться так и не выпущенные ракеты, добивая и без того нейтрализованного робота.

Второй аппарат, увидев, что его выстрел ситуацию не изменил, открыл по Нам огонь из пулемётов. Я был уверен в том, что его пули разрежут стенки грузовика, однако они, хоть и оставляли глубокие вмятины на потолке, внутрь не проникали.

Гелий, выжидавший первые две секунды после снятия Вспышки с предохранителя, швырнул, наконец, гранату вперёд. Ударившись прямо в металлическую морду летуна, она, завертевшись, отскочила вниз, заставив всех Нас затаить дыхание: если снаряд вспыхнет слишком низко, враг успеет понять, что стены грузовика непробиваемы, и начнёт стрелять прямо во входной проём.

Или, что ещё хуже, пустит вторую ракету.

Но вот по воздуху вокруг гранаты прошла желтоватая рябь, и из всех отверстий робота пышными фонтанами брызнули искры. В отличие от первого, ещё некоторое время сопротивлявшегося, этот летун сразу пошёл камнем вниз и, почти вертикально ударившись в землю, поднял в воздух целый гребень чернозёма. Волной накрыв грузовик, твёрдые тёмные комки подняли такой грохот, что даже взрыв ракеты теперь казался тихим.

Гелий развернулся на месте и самодовольно поклонился присутствующим. Лиса, за всё это время не проронившая ни звука, угрожающе посмотрела на Бледного:

- Ты повернул выхлопное отверстие гранатомёта прямо на меня!

Командир дёрнул бровью, показывая, что ждёт продолжения.

- Учти, если Ты опалил мне брови, Тебе не жить! - девушка поёрзала на месте, усаживаясь поудобнее после тряски, достала из кармана небольшое круглое зеркало и начала рассматривать себя со всех сторон. Проведя рукой по левой щеке, покрывшейся тёмными пятнами сажи, она снова перевела взгляд на с улыбкой наблюдающего за ней Бледного. - Повезло Тебе. Но я, всё равно, Тебя застрелю когда-нибудь!

- Обязательно! - Бледный поочерёдно закрыл дверцы кузова и приложил руку к уху. - Потери есть?.. Хорошо!

Надо понимать, все остались целы. Решив, что опасность уже миновала, бойцы Тетры вновь спокойно расселись по своим местам.

Спустя минут десять-пятнадцать езды, грузовик остановился. Все молча переглянулись и один за другим пошли на выход. Я спрыгнул на землю последним. Наконец-то, под ногами у меня была твёрдая почва - машины, я чувствовал, не для меня.

Воздух снаружи заметно похолодал, небо быстро темнело, бросая вниз мелкие редкие капли дождя. За то время, что Мы ехали, успел подняться неприятный, какой-то сплошной ветер, в пустоши дующий в два раза сильнее...

- Вот это да!

Далёкий возглас Сыча прозвучал настолько восторженно, что я просто не мог не повернуться. Первое, что я увидел, представляло собой самую настоящую стену из пара! Она казалась настолько огромной, что я даже не попытался предположить, откуда она здесь взялась. Обойдя грузовик с правой стороны, я нашёл своих компаньонов, выстроившихся в ряд метрах в двадцати от гигантской ямы, из которой и поднимался густой плотный пар. В голове у меня знакомо закололо - я что-то знал... Этот провал, радиусом в десятки метров, был создан искусственно, в специально выбранном месте, и глубина его была достаточной, чтобы достать до внутренней стороны земной коры. Вот только с какой целью!?

Немного постояв на месте, я двинулся к остальным, чувствуя, что с каждым моим шагом ветер усиливается. Оно и понятно: разности давлений здесь было более, чем достаточно. Пар, видимо, исходил от грунтовых вод, разогретых близостью магмы.

Как только я пристроился к группе с правой стороны, Лиса, не отрывая взгляда от белой стены, затаённым голосом спросила:

- Кто рискнёт подойти поближе?

Сыч словно ждал этого вопроса: с готовностью повернувшись ко мне, он наклонил голову в сторону провала, одновременно делая шаг вперёд. Кивнув в знак согласия, я поравнялся с ним, и Мы вдвоём, не торопясь, направились к яме.

Ветер, дувший Нам в лицо, начал усиливаться, становясь при этом заметно горячее. Метрах в трёх от края Сыч остановился:

- Ближе не стоит.

Воздух вблизи провала двигался с такой скоростью, что я едва различал слова своего отважного спутника.

- Паровые ожоги - вещь очень неприятная. - почти крича, добавил он.

Невзирая на предостережение Сыча, я сделал два небольших шага к линии провала. Теперь мне было хорошо видно, что края ямы имеют более, чем ровную форму. Ни одним известным мне инструментом так чётко срезать землю, тем более, на такую глубину, нельзя. Сделав ещё половину шага вперёд, я, ощущая уже болезненный жар на лбу и щеках, присел и потрогал чернозём - догадка оказалась верна - копали не на сухую. Края гигантского отверстия были покрыты тонким слоем блестящей, ныне застывшей, жидкости, которая, по видимому, склеивала землю, снижая рассыпчатость, делая её похожей на пластилин - такую почву можно и простым ножом ровно обрезать. Конденсированная вода по оставшейся тонкой корке стекала, как по стеклу, и так оно, похоже, и задумывалось: дабы края провала нигде не размыло.

Я встал и, руками прикрыв лицо от раскалённого ветра, наклонился вперёд, безрезультатно пытаясь заглянуть в сам провал - пар стоял непроглядной стеной, и Сыч был прав: стоило держаться от него на расстоянии. В конце концов, вряд ли я мог увидеть внизу что-то, кроме кромешной темноты.

С этими мыслями я уверенно развернулся и, ощущая неприятное термальное движение под неравномерно нагретой кожей лица, зашагал к своим. Сыч, опустив голову, молча последовал за мной.

Увидев, что Мы возвращаемся, Бледный помахал Нам рукой, показывая, что нужно торопиться, и вместе с Лисой, Гелием и другими вышедшими из машин бойцами направился к грузовикам.

Сыч, как-то грустно шагающий бок о бок со мной, обернулся назад и, ступая спиной вперёд, тихо проговорил:

- Эта ямища тут неспроста... Ты что-нибудь знаешь?

Я устало напряг память, но ничего толкового там так и не нашёл.

- Нет... Но она здесь действительно неспроста.


Существо

- Высший, проснись!

Я начал медленно выходить из состояния забытости от того, что кто-то настойчиво дёргал меня за руку. Я открыл глаза и сразу закрыл обратно - тусклый жёлтый свет в кузове грузовика казался невозможно ярким.

- Давай-давай, вставай! - Лиса снова потянула меня за руку, на этот раз не так сильно.

Я осторожно приподнял веки, стараясь привыкнуть к освещению. Странно, но усталость, накопленная за долгий день, почти полностью оставила меня. Хоть чувство разбитости никуда и не делось, у меня было достаточно сил, чтобы его превозмочь. Уперев руки в кожаное сидение, я начал медленно подниматься:

- Уже приехали?

- Не совсем. Нам пришлось сделать огромный крюк, чтобы не попасть в засаду, но боты и сюда успели добраться. - Лиса вздохнула, опустив глаза на свою забинтованную ногу. - Дальше придётся идти пешком.

Я начал крутиться в разные стороны, разминая забитые машинной тряской суставы.

- И далеко идти?

- Да тут рядом, километра три всего. Лёгким бегом за двадцать пять минут доберёмся. Ну, если на роботов не наткнёмся, конечно. Держи! - она подняла с лавки и протянула винтовку незнакомой мне модели.

Ещё только поднеся руку к оружию, я почувствовал его мощность. Что касается веса, так, если судить по нему, винтовка должна была пробивать насквозь даже танки.

- Это Шнур. Видишь, в приклад провода идут!? - Лиса щёлкнула пальцем по пластику оружия. - Там стоит мощный теплоизлучатель. Каждая пуля разогревается так, что начинает плавиться. Попадая в цель, она не просто деформирует, а прожигает.

- Где Вы её взяли? - я действительно не мог вспомнить ни одного вида личного оружия, хоть немного похожего принципа действия.

- Это Наша собственная разработка.

Я удивлённо поднял бровь, на что Лиса недовольно усмехнулась.

- Ты, Высший, Ты не помнишь что ли, сколько всего было у Тетры до войны? Мы ещё и не такие вещи изобретали! Шнур собрал один из Наших инженеров, правда, уже во время войны, чтобы Мы могли составить достойную конкуренцию летунам. Даже нижние пластины их брони не выдерживают пуль, выпущенных из этой пушки. А так как летуны - это самый простой способ догнать Нас, Бледный попросил разведчиков принести Нам сюда парутройку единиц.

- О, ну это хорошо! - я сделал шаг к выходу, но Лиса оттолкнула меня назад.

- Стой, я ещё не закончила! За пулей, выпущенной из Шнура, тянется почти двухметровый хвост плазмы. Она похожа на светящуюся жидкость, стремительно опускающуюся вниз. Если выстрелишь у кого-нибудь над головой, убьёшь его. Ты понял!? - она схватила меня за воротник и дёрнула на себя, заставив посмотреть прямо в глаза.

На миг я замер, увидев в них что-то очень знакомое. Однако в следующий миг мои мысли перескочили на другую тему: я не мог понять, почему девушка обращается со мной, как со шкодным котёнком.

- Ты меня понял? - она прищурилась, сделав строгое выражение лица, хотя по движениям и чуть заниженному тону было ясно, что ей уже стало неудобно за своё странное поведение. - Да, понял. - я ответил тихо и задумчиво, показывая, что обратил внимание на эту неясно откуда взявшуюся в ней манеру действий.

Ощущение, будто я давно знаю Лису, начало быстро улетучиваться. Она смущённо отпустила мою куртку и, резко развернувшись, выпрыгнула из грузовика. Я решил на секунду задержаться в попытке понять причину этого чувства знакомости. Если верить моим спутникам, я ни с кем из них до войны не встречался, не считая, конечно, Гелия. Да и я не то, чтобы вспомнил Лису, это было что-то другое.

Так и не придя ни к какому внятному выводу, я шагнул к выходу из кузова и спрыгнул на землю. Вокруг стояла кромешная темнота, лишь по узкой прямой разгоняемая яркими фарами второго грузовика. Осторожно, чтобы не удариться, забросив тяжёлую винтовку на плечо, я огляделся по сторонам, но абсолютно ничего не увидел. Ни далёких огней, ни бликов, ни силуэтов. Подняв голову вверх, я обнаружил, что и звёзд на небе я тоже найти не могу. Из неоткуда рядом со мной возник Гелий.

- Мы в туннеле, отсюда ничего не увидишь. - эхо его шёпота, многократно повторяясь, побежало мне за спину, постепенно затихнув где-то вдалеке.

- В туннеле? Мы что, в горах уже!? Сколько я спал?

Гелий вывернул руку, чтобы под лучами фар было видно циферблат часов.

- Примерно, четыре часа. Мы уже давно здесь стоим, просто никто не хотел будить Тебя раньше времени. - подойдя к кабине грузовика, он поднялся на ступеньку и, просунув руку внутрь, выключил фары. На некоторое время Мы погрузились в полную темноту. Но вот Гелий включил фонарик на своей винтовке. - Видишь, красные лампы у стен туннеля не горят - это условный сигнал местных патрулей, означающий, что боты поджидают Нас на обратной стороне прохода. - он поднял руку, показывая, что мне нужно следовать за ним. - Они догадываются, что где-то здесь располагается Наш лагерь, вот только найти его никак не могут. И не смогут. Мы оставим машины здесь, а сами тихо выйдем через служебный вход. Потом вернёмся за ними.

Из темноты нарисовалась Лиса, пристроившаяся впереди Нас, будто проводник. Судя по тишине, стоящей в туннеле, Нас здесь было всего трое, что несколько меня насторожило.

- А где все остальные?

Гелий шаркнул ногой по асфальту и устало ответил.

- Да они уже в лагере должны быть. Мы решили идти маленькими группами, по четыре-пять человек, чтобы избежать обнаружения. Мы последние... Стой! Дальше наверх. - он осветил правую стену. На её каменной, уходящей полукругом вверх, поверхности темнела приоткрытая железная дверь, покрытая ржавчиной и осыпающейся белой краской.

Лиса снова пошла первой, а я сразу за ней, стараясь попадать под фонарь Гелия, чтобы хоть как-то видеть на удивление неровные ступеньки.

Через некоторое время сзади послышался тихий голос оператора:

- Странно, Высший, что Ты не спрашиваешь, как Нам удалось скрыть лагерь от

роботов.

На секунду я задумался над этим вопросом, однако вскоре понял, что и так всё знаю. Я вспомнил. По-прежнему, образы, крутящиеся в голове, были обрывочными, но дела мои явно шли на поправку.

- Я знаю, лагерь находится под землёй.

- Это так. Заброшенный карьер, накрытый сверху огромным листом полимера, оказался отличным укрытием. Боты вьются здесь уже несколько недель, но найти Нас им не удаётся. - после недолгого молчания он задумчиво проговорил. - Память возвращается к Тебе всё быстрее.

В голосе оператора слышалась не радость, а затаённость, возможно, даже осторожность, словно он боялся того, что я могу вспомнить. Мне уже порядочно надоело бродить в потёмках, но ещё больше мне действовало на нервы это нежелание людей Тетры, моих людей, рассказать мне всё, что я должен знать... Вдруг я остановился, как вкопанный. Кожа на спине, казалось, сейчас сползёт на землю: как же я мог забыть!?

- В чём дело? - Гелий подошёл поближе и направил луч фонаря в потолок, чтобы в отражённом свете было видно моё лицо.

- Я оставил мозг и планшет в...Закончить он мне не дал.

- Всё в порядке, пусть там и остаются. Здесь полно ботов, и Ты сам знаешь, что у них уйма средств отслеживания друг друга. Выйдем с мозгом на поверхность, они Нас сразу же и вычислят. Лучше вернёмся за ним через пару-тройку дней, когда эта металлическая компания немного рассосётся.

- А если они его заберут?

- Ну нет, в туннель они точно не пойдут. Они знают, что у Нас здесь ЭМпульсаторы стоят. Одна вспышка, и нет ботов. К тому же сигнал не проходит через толщу горы - они потеряли мозг из виду.

- Думаешь, они не догадаются, куда Мы его дели!?

- Я не знаю. Но выходить с ним наружу сейчас слишком опасно.

Аргумент был достаточно весомым, у роботов всегда в избытке всяческих систем навигации и слеженения. Рисковать, тем более, целым лагерем Тетры, не стоило. Я зашагал дальше и после недолгого раздумья продолжил разговор:

- Дак, может, Нам и вовсе не выносить мозг из туннеля!? Планшета достаточно, чтобы полностью его просканировать. Да и сам процесс уже запущен - вернёмся завтра, заберём данные, а мозг пусть остаётся здесь.

Некоторое время Гелий шёл молча, размышляя над моим предложением. Не дождавшись его решения, Лиса, прихрамывающая впереди, громко и с некоторым оттенком упрёка проговорила:


Кому, вообще, пришло в голову тащить эту штуку в Наш лагерь!? Ясно же, что боты пойдут за ней. Даже если там не было никаких следящих устройств, они могли поставить их, когда разбирали летуна там, на месте падения. Возможно, они за этим туда и пришли.

Я почувствовал, как к лицу прилила горячая кровь: Лиса попала в точку! Роботам не нужно уносить мозг, чтобы уничтожить память летуна или извлечь её. Это мог сделать любой из них, подключившись к павшему товарищу по проводной или беспроводной связи. Они ведь машины! Один из них может полностью управлять телом другого, даже если оно... мертво. И в самый ответственный момент я об этом забыл, не заметил ловушки. Благодаря той машине-ренегату они знают, что Мы собираемся расшифровать разум одного из них. Извлечение мозга и попытка унести его - это лишь маскарад, цель которого: убедить Нас в том, что эта штука содержит ценную информацию. И теперь набитый датчиками мозг летуна находится совсем рядом с лагерем Тетры!

Выдержав продолжительную паузу, Гелий озвучил свои мысли:

- После всего того, что произошло, Мы до сих пор недооцениваем своего противника. Нам кажется, что роботы глупы, однако эти времена давно прошли. Они готовы померяться с человеком силой мысли, и, я чувствую, они Нас превзойдут. немного помолчав, как бы, выделяя абзац, он снова заговорил. - Тогда так и сделаем. Пусть мозг лежит здесь. Вернёмся завтра-послезавтра, заберём информацию, а эту штуку уничтожим. Будем надеяться, что в ней есть хоть что-то.

Только он закончил фразу, как моя левая нога ушла куда-то вниз. В темноте я даже не заметил, что лестница уже закончилась. Странно, но я совсем не устал в ходе достаточно длинного подъёма.

Сделав несколько шагов вперёд, я услышал тихий металлический скрип. Буквально сразу в лицо мне дунул холодный ветер, а тьма, заполняющая помещение, несколько рассеялась под мягким светом Луны - туннель закончился. Выйдя на воздух вслед за Лисой, я мгновенно оценил ситуацию: четыре летуна, плавно водящие своими прожекторами по деревьям, лежащим ниже по склону, шесть небольших групп разноцветных лампочек, выдающих присутствие наземных роботов - Нас искали, причём очень старательно.

Сзади послышался мягкий удар металла о резину. Я повернулся и сразу понял, почему машины не знают о существовании чёрных входов в туннель - дверь была покрыта слоем материала, полностью сливающегося с песчаной поверхностью горы.

Найти её, не имея точного представления о местоположении, просто невозможно.

Гелий, проверив, плотно ли закрыта дверь, подошёл ко мне:

- Ну вот, Мы почти дома! Осталось всего ничего. - он обвёл взглядом прилегающую к склону горы территорию. - Так, смотрите! Вот там - он указал рукой наискось вправо. - есть река. Давайте пройдём по ней! Так сказать, ниже травы. Метров через восемьсот поднимемся обратно и двинемся между группами машин по вот той широкой тёмной полосе. Нужно торопиться, пока там ещё есть свободное от роботов пространство.

Не нравится мне этот зигзаг. - Лиса ещё раз обошла глазами всех ботов. - Ну, напрямую Нам точно не пройти, там две наземных группы и летун. отозвался оператор.

Девушка повернулась к говорившему Гелию, вздохнула и, рукой приглашая следовать за ней, слишком быстро для раненой, двинулась к реке.

Внимательно глядя себе под ноги, чтобы не выдать Нас неосторожным шагом, я старался не спускать глаз с машин, рыскающих вдалеке между деревьями. Что-то подсказывало мне, что их здесь гораздо больше, чем Мы думаем, однако пока эта теория не подтверждалась и не опровергалась. Больше всего меня беспокоило устье реки, журчание которой я уже ясно слышал впереди. Оно, определённо, скрывало Нас от машин, но, если Мы всё же попадёмся им на глаза, высокие крутые берега сыграют против Нас.

Летун, поначалу медленно отдаляющийся влево и назад от Нас, ближе к вершине горы, начал грозно разворачиваться. Его узкий синеватый прожектор, двигающийся в хаотичном порядке, быстро пошёл в Нашу сторону, но Лиса, направляющая Нас лёгким бегом, не могла этого видеть. Более того, разглядев впереди светлые камни, устилающие устье реки, она ускорилась, всё больше отрываясь от Нас.

Я повернул голову к Гелию и, поймав его согласный взгляд, бросил ему Шнур, тяжесть которого сильно затрудняла движение. Освободившись от ноши, я прибавил ходу и всего в пару секунд нагнал Лису. Схватив за левый локоть, я прямо на бегу дёрнул её на себя. Развернувшись с удивлённым выражением лица и начав по инерции обходить вокруг меня, она, наконец, увидела луч прожектора и, обхватив сзади мою шею, потянула меня за собой на землю.

Скользящее падение на покрытую редким песком поверхность с торчащими отовсюду крупными острыми камнями тяжело отдалось во всём теле. Схватившись за ногу, свалившаяся рядом со мной Лиса громко зашипела, но, увидев, что синеватый круг прожектора быстро приближается, закрыла рот рукой. Мы оба перевернулись на грудь и замерли, впившись взглядом в разрываемый тенями деревьев луч, медленно скользящий прямо перед Нашими лицами. Не поворачивая головы, я одними только глазами следил за ним, готовый в любой момент сорваться с места. С той стороны, будто подозревающе, замедлившегося круга я увидел движение. Это был Гелий. Подняв ствол Шнура в направлении летуна, он приготовился прострелить робота до того, как тот успеет рассмотреть Нас и что-то сделать. Даже в темноте было ясно видно, что меня и Лису оператор бросать не собирается ни при каких условиях.

Пройдя между Нами и Гелием, круг света обогнул последнего, описав крутую дугу, и двинулся дальше. Я уже успел расслабленно вздохнуть и прикрыть глаза, но, бросив провожающий взгляд, понял, что рано обрадовался: поднятое Нашим с Лисой падением облако пыли несло прямо наперерез неторопливому лучу. Летуну не составит большого труда догадаться, откуда оно здесь взялось, так что думать было некогда. Я подскочил, схватил Лису за воротник и, подняв её на ноги, потянул за собой, но, сделав пару быстрых шагов, девушка упала на колени.

Я не могу на ногу стать! - по звонкому шёпоту слышалось, что она сжала зубы от боли.

Я присел рядом и закинул её правую руку себе за шею. С другой стороны тут же подлетел Гелий, и, подняв Лису, Мы что есть сил рванули вдоль каменистого края берега узкой реки. Происходящего сзади Мы видеть не могли, но на Нас свет луча не падал, так что можно было с высокой долей уверенности сказать, что Нашу троицу ещё не обнаружили. И, тем не менее, нужно было каким-то образом поглядывать и назад.

Бежать было неудобно, но какое-то время Мы неплохо справлялись, пока ни с того, ни с сего Лиса не упёрлась обеими ногами в землю и не остановила всех троих. - Ты что делаешь? - Гелий забросил на плечо винтовку, слетевшую от резкой остановки.

- Там кто-то есть! - громко прошептала девушка.

Суета Нашей маленькой компании мгновенно замерла. Я проследил примерное направление недоумевающего и даже испуганного взгляда Лисы, но ничего, кроме низких кустистых зарослей и деревьев, там не увидел. Снова повернувшись к своим компаньонам, я обнаружил, что и Гелий что-то видит. Я ещё раз впился глазами в темноту и, наконец, заметив движение, почувствовал, как по ногам у меня прошла колкая нервная волна. Что-то стояло за деревом буквально в нескольких шагах от Нас.

Я-то искал угрозу подальше, в мелком кустарнике, и теперь, когда она оказалась много ближе, всерьёз занервничал. Нечто тёмное, точно не являющееся человеком, но на него похожее, с осторожностью выглядывало из-за толстого ствола дерева. Слегка высовывавшиеся голова и рука по форме были упрощённо антропоморфными, вот только цвет они имели настолько чёрный, что казалось, будто они светятся темнотой. Существо, определённо, смотрело на Нас. Поняв, что Мы тоже его видим, оно немного отклонилось назад, прячась за дерево. В этом его движении не чувствовалось страха, скорее, оно пыталось таким образом показать, что не собирается атаковать Нас. Все трое, Мы застыли на месте, не зная, как Нам реагировать...

Справа, по другому берегу реки, беззвучно проскользил прожектор гудящего неподалёку летуна, и мои компаньоны, вспомнив о том, в какой ситуации Мы находимся, посмотрели друг на друга.

- Вы же не собираетесь идти к этой штуке!? - Лиса снова повернулась к тёмному силуэту. - Вы только посмотрите на неё!

- У Нас тут полный лес роботов, а это существо может быть настроено не самым дружелюбным образом. Я бы обошёл его стороной, чтобы не поднять ненароком лишнего шума, но окончательное решение остаётся за Тобой, Высший. - Гелий наклонился вперёд, выглядывая на меня из-за Лисы.

Выбирать мне особенно было не из чего: сейчас и впрямь далеко не самое подходящее время для установки контакта с неизвестными формами жизни. Мельком покосившись на Гелия, как бы показывая, что услышал его слова, я снова перевёл взгляд на стоящее за деревом нечто.


Словно дожидаясь этого, существо подняло правую руку и указало пальцем кудато в сторону реки. Уже начав машинально поворачиваться, я обратил внимание на мелкие искры, медленно плывущие по коже повстречавшегося Нам неизвестно кого. Поначалу я как-то не придал им значения, даже не заметил, но теперь они меня заинтересовали. Я уже видел эти искры. Решив ещё раз посмотреть на тёмное существо, чтобы убедиться в правдивости своего предположения, я замер, неожиданно попав взглядом на идущего по противоположному берегу реки человека.

В этот момент Гелий и Лиса, будто бы видевшие моими глазами, резко присели. Согнув ноги следом за ними, я положил руку на кобуру с пистолетом.

Человек на той стороне был в светлой изорванной повседневной одежде, высокий и худой, сгорбившийся, больше ничего определённого отсюда мне не было видно.

Разве что его чрезмерно уверенную походку...

- Это киборг! - Лиса потянула меня к себе. - Всё, уходим!

- Я впереди. - бросив последний взгляд на стоящий за деревом загадочный силуэт, Гелий оставил раненую на моей совести и лёгким беззвучным бегом двинулся наискось мимо искристого чужака.

Стараясь не отставать от оператора, я, тем не менее, то и дело замедлялся, оборачиваясь через плечо раненой девушки назад. Тёмное существо всё так же стояло за деревом, провожая Нас взглядом, если, конечно, это можно было так назвать. Лицо его выглядело абсолютно чёрным, пустым, только яркие двигающиеся искры выдавали наличие в нём жизни. Глаз, да и вообще, каких-либо черт я не разглядел, скорее всего, потому, что их там и не было.

Со своими поворотами назад я чуть не наступил на Гелия, который без всяких предупреждений улёгся прямо на землю. Не долго разбираясь, я опустил затихшую Лису и припал рядом. Какое-то время мои компаньоны молчали, внимательно вглядываясь в темноту впереди Нас. Немного приподняв голову, я понял, в чём причина задержки: метрах в пятнадцати впереди деревья заканчивались, а дальше располагался поросший мелкой травой луг, и у меня не было никаких сомнений в том, что именно под ним располагается тот самый лагерь Тетры. Открытая, хорошо освещённая Луной, местность была слишком опасна, заметить на ней трёх людей не составит труда даже ботам, не имеющим фонарей и приборов ночного видения.

В такой близости от лагеря рисковать не стоило.

Я ещё раз осмотрел окружающее Нас пространство. Разобрать что-то, кроме далёких огней шерстящих лес роботов, мне не удалось, однако это совсем не гарантировало Нашей безопасности. То тёмное существо указало Нам на киборга, а он, скорее всего, здесь не один. У них никаких светодиодов нет, и приводы не шумят, так что их не так уж просто разглядеть в темноте...

Вдруг из-за дерева у самого края луга выскочила тёмная фигура. С места рванув, как гоночный автомобиль, она в несколько мгновений пронеслась мимо Нас и с громким шелестом сухих листьев побежала вглубь леса. Гелий перевернулся на спину и, глядя ей вслед, медленно прошептал:

- Киборг. Его выхода я и ждал. Теперь можем идти.

Немного осмотревшись по сторонам для верности, он привстал, но Лиса сразу же дёрнула его обратно.

- Смотри!

Слева от Нас, всего метрах в тридцати, из неоткуда возникла крупная группа антропоморфов. Видимо, пребывающие в неактивном состоянии до сих пор, они ярко засветили своими фонарями и, быстро мелькая между деревьями, направились в ту же сторону, что и киборг. Следом за ними над Нашими головами пронеслось нечто гудящее, вероятнее всего, один из летунов.

- Не Наш ли это тёмный друг спалился!? - бросив беглый взгляд туда, откуда Мы пришли, Гелий повернулся в сторону луга. - Идём!

Поднявшись на ноги, я почувствовал, что голова моя начинает отключаться. Усталости не было, но я быстро дезориентировался, терял чувство пространства и времени. Всё больше погружаясь в состояние, в котором я мог не более, чем бездумно следовать за своими спутниками, я помог Лисе подняться и, поддерживая её, вошёл в распахнутую Гелием полудверь, спрятанную где-то в корнях огромного дерева.

Попав в узкий туннель, я пошёл на ощупь, но Лиса не дала мне сделать и трёх шагов. Прижав меня к стене, она боком протиснулась вперёд и, включив фонарь, снова заняла место во главе Нашей компании. Буквально через восемь-девять шагов девушка остановилась, и я, выглянув из-за её плеча, понял, почему меня не пустили идти первым. Узкий туннель, по которому Мы двигались, резко обрывался тёмной пропастью - пойди я впереди, непременно, свалился бы.

Немного постояв, Лиса повернулась ко мне, передала свой фонарь и, сделав пару шагов вправо, начала спускаться вниз. Осветив её, я не сразу рассмотрел вертикальную металлическую лестницу. Выкрашенная в чёрный цвет, она полностью сливалась со стеной, плюс, темнота - заранее не зная, где искать, найти её было практически невозможно.

Теперь, когда Лиса отошла от края провала, я мог видеть дно карьера. Там под слабыми фонарями виднелись пластиковые и металлические прямоугольные конструкции, отсюда напоминающие туристический городок или что-то в этом роде. Судя по всему, это и был лагерь Тетры. Людей видно не было, но, несмотря на ночное время суток, внизу чувствовалось интенсивное движение. То тут, то там звенело железо, стучало дерево, мелькали бесформенные тени.

Гелий, с трудом уместившийся в узком туннеле справа от меня, окинул взглядом лагерь и радостно произнёс:

- Вот Мы и дома!

Ярость

Странно было слышать что-то подобное от него, убийцы с довольно большим стажем. Уж чего-чего, а сентиментальности я от Гелия совсем не ожидал.

- Ну ладно, пойдём!

Медленно теряя контроль над своими мыслями, я взялся за холодные чёрные поручни и начал спускаться вниз по лестнице. Голова загудела - почувствовав близящийся отдых, организм быстро сбрасывал напряжение, как будто заново открывая раны и подавляя усталое шевеление разума.

Кое-как добравшись до дна, я медленно двинулся вслед за Лисой. Уже почти не хромая, она уверенно шла между беспорядочно расставленными светлыми домиками и без конца крутила головой по сторонам, будто что-то искала. Вглядевшись в окружающую Нас темноту, я обнаружил, что вокруг полно людей. Кто-то из них стоял в дверях, кто-то с интересом выглядывал в окно, а некоторые и вовсе собрались в группы и в столь поздний час расположились на бочках, ящиках и лавках �на улице�. Завидя Нас, они замолкали, во все глаза глядя на прибывших.

- Они Тебя ждали. - Гелий вынырнул сзади и поравнялся со мной.

- Меня?

- Ну, конечно! Мы-то сюда не первый раз приходим ночью, но раньше столько встречающих никогда не было. Они Тебя выглядывают, уж поверь!

Так это или нет, в данный момент мне было практически всё равно. Мысли всё больше застилало пеленой усталости, и мне оставалось только надеяться на то, что текущий день, наконец, окончен.

Лиса остановилась возле двери в небольшой пластиковый домик и, развернувшись ко мне, тихо, словно лагерь действительно спал, проговорила:

- Это Твой. Все удобства там есть. До завтра, Высший.

Не дожидаясь моего ответа, они с Гелием беззвучно скрылись в темноте, оставив меня наедине с новым домом. Повернув круглую металлическую ручку на двери, я толкнул её и заглянул внутрь. Даже не включая света, я точно мог сказать, что аппартаменты мне предоставили объёмные. Войдя в помещение, я закрыл за собой дверь. Ни щеколды, ни замка не было, что несколько меня озадачило. Новое место и незнакомые люди по определению вызывали недоверие, однако как-то оградиться от них, даже на время сна, я не мог. Чувствуя, что сейчас меня это не особо-то и волнует, я окинул взглядом тёмную комнату и нашёл кровать. Искать подходящее место для оружия и одежды я уже не стал - просто сбросил всё на пол, и, наконец, улёгся. Кровать оказалась широкой, даже для двухместной, и довольно жёсткой...

...я открыл глаза и сразу же почувствовал, что что-то изменилось. Не вокруг, а во мне: я больше не чувствовал, что нахожусь среди своих. Наоборот, лагерь Тетры, как и все его обитатели, вызывали у меня неприязнь, быстро перерастающую в ненависть.

Я поднялся на кровати и огляделся. В комнате было светло, видимо, я проспал пол дня.

Все мои вещи и оружие лежали там, где я их бросил.

Не теряя времени, я встал и, на ходу одеваясь, подошёл к небольшому квадратному окну. В лагере, находящемся под землёй, как ни странно, виднелись широкие лучи солнечного света. Но нет, сейчас мне было не до уникальных технологий, я уже начал понимать, откуда берёт своё начало моя увеличивающаяся в размерах ненависть к Тетре. Ещё раз внимательно осмотрев пластиковые здания, я заметил, что из некоторых торчат тонкие пруты - указатели, поднимающиеся вверх не менее, чем на пять метров. На одном из них я увидел яркий красный крест - как раз то, что нужно.

Стараясь не смотреть на разбросанное по полу оружие, я направился к двери. Главное сейчас - чтобы никто из местных со мной не заговорил, иначе я точно не сдержусь. Осторожно приоткрыв дверь, я первым делом нашёл глазами всех людей поблизости. Они занимались своими делами: трое перебирали оружие, сидя за столом, заваленным коробками со всевозможными боеприпасами, ещё двое несли какие-то ящики, ещё компания склонилась над неким крупным аппаратом, похожим, на бурильную установку. Одним словом, все выглядели вполне естественно. Кроме одного. Он сидел на лавке прямо напротив моего нового дома. Просто сидел. Не нужно было много ума, чтобы догадаться, что он ожидает меня. Молодой человек не был мне знаком, и это сильно разозлило меня. Гелий, Лиса или, на худой конец, Бледный, сейчас были бы очень кстати... А, может быть, и нет.

Резко захлопнув дверь, дабы оборвать поток агрессии, нарастающей от вида этого присланного за мной бойца, я начал бегать глазами по комнате. Плита, холодильник, кровать, тумба с огромным зеркалом, дверь... До сих пор я её не замечал. Трёмя широкими шагами я подскочил к ней и дёрнул на себя. Белоснежная ванна, унитаз, стены, покрытые чёрной плиткой, раковина, навесной шкаф с зеркалом на дверце... Открыв его, я схватил обеими руками все пластиковые и бумажные упаковки с таблетками, какие смог, и, выйдя из полутёмной комнатки обратно в главную, присел и ссыпал всё на пол. С того момента, как проснулся, я старался не допускать мысли о Тетре и лагере до сознания, чтобы окончательно не потерять контроль над собой, и, мне казалось, что у меня это неплохо получается. Но теперь, когда я начал брать коробки одну за другой, выискивая на них тип препарата, я понял, что состояние моё быстро ухудшается: руки начали трястись, внутри всё напряглось от ярости, воздуха не хватало.

Наконец, я увидел надпись мелким шрифтом: �Обезболивающее�. Не идеал, но уже что-то. Наспех разорвав коробку, я выдавил из блестящей пластиковой упаковки три крупные розоватые таблетки и, крепко сжав их в руке, рванул обратно в ванную комнату. Вода из-под крана была так холодна, что, набрав её в рот, я сразу почувствовал режущую боль в зубах. С размаху забросив таблетки, я не без труда проглотил их и замер. Практически сразу язык начал неметь. За ним горло и пищевод. Лекарство подействовало моментально - от этой мысли по телу побежал адреналин, и руки у меня рефлекторно сжались в кулаки.

Подняв глаза на чуть приоткрытую дверцу белого шкафчика, я изо всей силы ударил в висящее на ней прямоугольное зеркало кулаком. Больше я уже не мог себя сдерживать: горячей волной ярость накрыла меня целиком и полностью. Мне хотелось убить кого-нибудь. Не при помощи оружия, а своими руками, и не одного! Всё равно, кого. Крепко сжав зубы, я начал бить по шкафчику, с как можно большей скоростью выбрасывая кулаки вперёд один за другим. Дрожь сразу ушла, но за ней мышцы начало сводить - их хотелось напрягать изо всей силы раз за разом. Громкие звонкие удары качающейся на маленьких петлях дверцы о деревянную коробку порядочно оглушали меня, но от этого жар внутри становился только злее.

Я не мог остановиться. Я продолжал бить, чувствуя, как пульс всё сильнее стучит в висках, заставляя терять ощущение реальности. На зеркале начали появляться тёмные разводы крови, но само оно осталось абсолютно целым. Я понимал, что это к лучшему: пока я не разобью его, остановиться я не смогу, а значит, не стану искать новую цель, на этот раз, живую. И я продолжал бить. Со стенок шкафчика начала мелкими тонкими кусочками сыпаться краска. Тут я, наконец-то, почувствовал онемение. Руки начали понемногу замедляться, каждый удар стал пружинистым, разгоняющим колючую волну от пальцев до локтей, потом до плеч.

Я резко остановился. В голове поднялся высокий звон, который, не будь он таким неприятным, можно было бы назвать звуком озарения. Передо мной начали всплывать бессвязные образы - очевидно, с таблетками я перебрал. Но всё было лучше, чем убить кого-нибудь в лагере.

Немного постояв на месте, я повернулся и, ступая как можно осторожнее, чтобы не поднимать в ногах колючих нервных импульсов, двинулся к двери. Казалось, что внутри меня всё превратилось в единый плотный неподвижный ком. Пальцы не слушались, пришлось приложить немалые усилия, чтобы повернуть ручку. Но настоящие проблемы начались, когда я вышел наружу и попытался закрыть за собой дверь. Теперь уже не только руки, но и всё тело было ватным, а каждое прикосновение вызывало мелкое дребезжание, словно я был подключён к слабой электрической цепи...

...я вдруг обнаружил, что уже добрался до самого медпункта. Здесь, к счастью, широкие пластиковые двери были открыты...

- Вам что-то нужно?

Передо мной стояли две женщины в белых халатах. Одна из них была совсем ещё подростком, наверняка, помощницей той, что постарше. Лиц их я рассмотреть не мог - перед глазами появились белые пятна, смазывающие чуть ли не половину всего, что я видел. Звон в ушах стал просто оглушительным, а разум отчаянно пытался собрать выхваченные из разных частей окружающего пространства картинки...

- Что с Вами произошло?

На этот раз я обнаружил себя лежащим на одном из операционных столов. Тело всё ещё было ватным, однако ощущение вибрации отпускало меня. Сложность заключалась в том, что я не знал: это ослабевание препарата или его кульминация.

Оба врача, лиц которых я по-прежнему не мог рассмотреть, склонились надо мной, ожидая ответа.

- Внуш-ш-шение. - язык не слушался меня, щёки кололо.

- Внушение? Вы под внушением?

Я медленно кивнул, не понимая даже, кто из присутствующих со мной говорит.

- Что Вы должны были сделать?

На миг мои мысли прояснились, последствия воздействия обезболивающего улетучились, и в голове прогремел уже знакомый рычащий голос:

- Убить всех!

На удивление легко я громко повторил за ним.

- Убить всех!

Доктора, как мне показалось, переглянулись.

- Что Вы сделали?

Лёгкость, охватившая меня всего на мгновение, канула, и я вновь погрузился в состояние апатии. Тело окаменело. Нужно было как-то найти в себе силы и ответить.

- О-обез-з... обез-з - вторая буква �б� никак не хотела произноситься.

- Обезболивающее!? - доктора снова переглянулись. - Ну, в лагере у Нас есть только одно обезболивающее. Сколько?

Я изо всей силы напрягся, но мысли буквально выскочили из головы. Я никак не мог вспомнить, как произносится эта цифра.

- Ну, сколько? Одна? - оба врача в упор наклонились ко мне. - Две? Не в силах повернуть голову я повёл глазами в сторону.

- Что, три!?

Я моргнул посильнее, чтобы дать понять, что это утвердительный ответ, а не просто рефлекс.

- Это очень много!

То ли в помещении резко воцарилась тишина, то ли я на какое-то время перестал слышать, но мне стало не по себе. Вкупе с почти полным отсутствием зрения потеря звуковой ориентации делала меня более, чем беспомощным.

Вдруг в районе моей груди разошлась мелкая вибрирующая волна, вслед за которой по венам разлетелось что-то горячее. Я буквально чувствовал, как глубоко под кожей, обжигая меня изнутри, разогреваются тонкие кровеносные сосуды. В ответ им судорожно задёргались все мышцы, но, несмотря на предельную неприятность изменений, я сразу почувствовал, что медленно выхожу из оцепенения. Марево перед глазами начало обретать более чёткие формы, пустые пространства стали заполняться, откуда-то издалека донеслись голоса. Ещё несколько напряжённых секунд, и я начал разбирать слова:

- ...думаю, Нам стоит учитывать это средство, если возникнет похожая ситуация. Хотя, три таблетки, это, конечно, перебор - если не нейтрализовать в течении пятнадцати-двадцати минут, препарат начнёт глушить мозг, и органы отключатся один за другим.

- В любом случае, это временная мера. - из неоткуда появился знакомый мне мужской голос.

Я хотел повернуться и найти того, кому он принадлежит, но тело всё ещё меня не слушалось.

- От внушения этим ведь не вылечишь.

- Я знаю, но Высший сам взялся за таблетки. Я хочу сказать, он понимает, что он под внушением. - в женском голосе звучала просьба.

- А так, разумеется, быть не должно. - судя по отстранённому тону, мужчина серьёзно задумался.

- Вот именно! Машины действуют безошибочно. Но что, если при определённых условиях мыслительные процессы восстанавливаются к первоначальным!? В это трудно поверить, но живой пример сейчас прямо перед Нами. Ведь он не мог сильно привязаться к Тетре за то короткое время, что провёл в компании Гелия. А без глубокой привязанности сдержать внушение, пусть даже таким образом, просто невозможно. Самосохранение и здравый смысл здесь никак не помогут.

В палате установилось молчание. Воспользовавшись паузой, я задумался над покалыванием в голове. Может, это оно? Восстановление? Эти ощущения преследуют меня с самого момента моего пробуждения в чёрной пустоши, и, действительно, я осознаю, что нахожусь под внушением. Верить в то, что роботы плохо меня обработали, было бы глупо. Или всё дело в том, что я был готов к такому, и знал, что моё спасение состоит в том, чтобы заглушить мысли, не дать им зацепиться друг за друга!?

Это не так уж трудно, если разобраться: электрохимический сигнал идёт по нервам, как по цепи, от одного звена к другому. Обрываешь мысль о своём присутствии в лагере Тетры, и желание убить каждого встречного ослабевает. Ведь до прибытия в карьер я не испытывал отрицательных чувств к своим, значит, под внушением я должен был впасть в бешенство именно в этом месте. Но вот я перестал думать о том, что я здесь, и я, словно бы, уже не здесь - цепь оборвана, до ярости сигнал не доходит. Я, конечно, с большим трудом удержал себя от непоправимого, но при всех этих мыслях почувствовал гордость за свои действия...

- Что Вы можете сделать? - снова раздался мужской голос.

- Просканируем мозг, определим, какая его часть отвечает за агрессию в отношении Тетры, и попытаемся её удалить. На перестройку психическим воздействием уйдут годы - роботы связывают нейроны очень крепко, поэтому вариантов у Нас не так много, как хотелось бы.

- Это рискованно?

- Учитывая, что я никогда таких операций не проводила!? Да. Плюс, погрешность сканирования - Мы рискуем повредить здоровые участки... Просвистел тяжёлый вздох.

- Значит так, просканируйте мозг, и расскажите мне, насколько сложна будет такого рода операция! Тогда и решим, что делать. Я не могу подвергнуть Высшего риску, если есть другой способ решения проблемы.

Особенно, теперь, когда он чудом вернулся в столь сложный для всех час. Он ведь создал Нас, не забывайте об этом!

- Мы помним. - уверенно отозвалась женщина.

- Хорошо, держите меня в курсе!

Зашуршали тихие размеренные шаги, чуть слышный металлический скрип ручки и лёгкий стук закрывающейся двери.

- Так, нужно до конца нейтрализовать обезболивающее. Справишься!?

- Да.

Теперь в помещении звучали только женские голоса. Тонко запикал какой-то электроприбор. Перед глазами у меня всё поехало, и я не сразу понял, что это двигается стол, на котором я лежу. Напрягшись, я поднял голову. Первое, что мне бросилось в глаза - это ремни, я был накрепко пристёгнут к ложу. Хоть мера предосторожности и была оправдана, мне она совсем не понравилась. Мой стол толкала одна из работниц медпункта, та, что помоложе. Положив голову обратно на чересчур мягкую подушку, я закрыл глаза, пытаясь сдержать тошноту, вызываемую мелкой вибрацией стола. В таком положении мне пришлось оставаться столь долго, словно меня везли в соседний город.

Наконец, стол остановился, и я обнаружил, что меня вкатили под нависающий полукругом крупный прибор. Послышалось быстрое стучание пластиковых кнопок. Стенки аппарата загорелись мягким белым светом, и через пару секунд он начал медленно опускаться, закрывая меня, как в капсуле.

- Вы готовы?

Голос врача, бравший начало где-то снаружи округлого аппарата, прозвучал глухо, но достаточно чётко. Не зная, кому адресован вопрос, я решил на него не отвечать. Неожиданно прямо передо мной возникло лицо врача.

- Высший, всё в порядке?

Пока я собирался с силами, чтобы ответить �Да� на оба вопроса, она направила маленький ручной фонарик прямо мне в левый глаз. От зрачка до самого центра мозга прошла тонкая обжигающе холодная нить, однако рефлекторного закрытия век за ней не последовало. Фонарик в руках доктора быстро сменился шприцем, которым она незамедлительно уколола меня в районе ключицы.

- Сейчас станет лучше.

Медленно выдавив всё, до капли, содержимое, девушка исчезла с моих глаз так же стремительно, как и появилась. Оставленный ею, я какое-то время пребывал в полном покое, но вскоре по телу забегали слабые электрические разряды. Мысли начали приобретать большую осознанность, а нервные вибрации пошли на спад. Словно почувствовав это, прибор, нависающий надо мной, засветился ещё и рядами продолговатых бледно-синих лампочек, расположившихся поочерёдно с мягко белыми. Издалека послышался голос:

- Закройте глаза!

Я послушно сомкнул веки. Скорее всего, это было некоторым подобием эффекта плацебо, но мне показалось, что я ощущаю, как сквозь меня проходят лучи рентгена.

Только я об этом подумал, а прибор уже и погас. Открыв глаза, я обнаружил, что

он с медленным гудением поднимается, как бы намекая, что процедура окончена.

- Ну, как Вы!?

Надо мной склонились теперь уже оба врача.

- Та... вроде бы, в порядке. - тихо проговорил я, начиная задумываться над слишком быстрым сканированием и стремительным появлением докторов. Похоже, я всё ещё периодически отключался, выпуская из сознания крупные отрезки времени.

- Хорошо, тогда посмотрим, что у Нас на мониторе.

Врачи скрылись из виду, и это, надо признать, немного меня расстроило. В их голосах, движениях и аккуратных прикосновениях было что-то заботливое, на миг мне даже понравилось пребывать здесь в таком паршивом состоянии. И теперь они, будто бы оставили меня...

Очевидно, у меня снова произошёл провал, потому что откуда не возьмись в помещении зазвучал уже знакомый мне мужской голос.

- И что это значит?

- Это значит, что его мозг перестраивается в шесть целых, восемь десятых раза быстрее, чем при интенсивном обучении, подгоняемом самыми активными ноотропами. - второй голос принадлежал старшему из докторов.

- Каков Ваш вердикт?

- При такой, подчёркиваю, не свойственной человеку скорости биореакций он полностью восстановит память меньше, чем за сутки. И без операции.

- О, это хорошо! - в словах мужчины, и правда, звучала радость.

- Да, но дело в том, что это не совсем восстановление. Внушение стёрло его память. Безвозвратно. Существовавшие ранее клетки мозга не просто умерли - их вообще нет. Но они появляются заново! Возникает впечатление, что организм воссоздаёт их по какой-то своей памяти. Высший прошёл ассоциативный тест почти идеально.

Никаких тестов я не помнил, похоже, я пропустил намного больше, чем мне казалось.

- Это энергетический слепок, я уверен. - после мужского комментария возникла короткая пауза. - Не могли бы Вы включить эту штуку ещё раз!?

Где-то рядом защёлкали клавиши, и прибор надо мной снова тихо загудел. Под образованную им арку вошёл высокий мужчина лет шестидесяти, с седыми, но достаточно длинными волосами, в чёрном пиджаке поверх белоснежной рубашки, разрезаемой узким тёмно-зелёным галстуком. Ещё до того, как он посмотрел мне в глаза, я понял, кто он. Вспомнил. Один из членов Совета Тетры, отвечающий за логистику. Он контролировал все процессы, связанные с обеспечением Наших подразделений и агентов деньгами, оружием, техническими и другими средствами по всему миру. В Тетре его так и называли - Логист.

Видимо, почувствовав мои мысли, он опустил голову и внимательно посмотрел на меня. Его немного темнокожее лицо нисколько не изменилось с Нашей последней встречи, и даже с первой. Да, я помнил, что этот человек не стареет - первый признак высокого статуса в Тетре.

- Я вижу, Вы узнаёте меня, Высший. - он искренне улыбнулся, но, между тем, мне показалось, что глаза его немного покраснели. - Признаться, уже не думал, что ещё когда-нибудь увижу Вас. - то, что он называл меня на �Вы�, несколько смущало, я, всё-таки, был гораздо моложе него. - Но оставим любезности до более подходящих времён. Вы прошли серьёзное испытание, с внушением никому ещё не удавалось справиться. Вы идёте на поправку, но я должен кое-в-чём убедиться. Я буду произносить слова, а Вам нужно всего лишь попытаться вспомнить, что они означают. Хорошо!?

- Хорошо. - всё ещё с трудом ориентируясь в происходящем, я собрался с мыслями и приготовился как следует напрячь свою обновлённую память.

- Начнём... - немного помолчав, он проговорил уже намного громче. - Муховский.

Муховский - очень большая шишка. Я использовал копию его электронного удостоверения, чтобы проникнуть на секретный объект...

Из конца комнаты послышался голос доктора:

- Ноль и восемь.

- Хорошо. - Логист немного подумал. - Сдвиг.

Это слово мне мало о чём говорило. Оно было как-то связано с глобальными изменениями поведения общества, но я не мог до конца ухватиться за эту идею.

Она была какой-то расплывчатой...

- Ноль и шесть. - снова раздался комментарий доктора, видимо, что-то измеряющего.

Стоящий надо мной советник задумчиво потянул носом воздух, после чего произнёс следующую фразу:

- Зелёная волна.

Теперь я вспомнил: зелёная волна, та самая, которую я видел в грузовике, она воздействует на сознание людей, незаметно для них изменяя шаблоны поведения всего человечества. Проход волны Мы называем сдвигом...

- Один и один.

- Объект Двадцать Восемь. - продолжил Логист.

Это то место, в которое я пытался проникнуть по удостоверению Муховского. Государственная секретная лаборатория, в которой изучали некий артефакт... - Один и три.

- Красный купол.

О куполе я ничего не помнил. Я, однозначно, был под ним, но как я выжил - это не известно даже мне...

- Ноль и девять.

Я приготовился услышать новое слово, но Логист почему-то молчал. Найдя его глазами, я понял, что фразу он выбрал, но не решается озвучить её. Потому что здесь присутствовали врачи. Видимо, дело касалось секретной информации, доступной только высшим ступеням Тетры. Поймав мой взгляд, он посмотрел в потолок, взвешивая всё в последний раз, после чего обернулся на докторов и, в упор наклонившись ко мне, беззвучно прошептал:

- Левиафан.

В голове у меня что-то пронеслось, неосязаемое, злостное, похожее на короткий порыв штормового ветра, мгновенно осевший в глубинах сознания.

Издалека послышался удивлённый возглас доктора:

- Скачок до пяти и семи, период упал в четыре раза!

Выслушав комментарий, Логист выпрямил спину и восхищённо уставился на меня сверху вниз.

- Вы нашли его!

Я плохо понимал, о чём он говорит, но чувствовал, что все названные им ранее слова связаны с последним. Не дав мне возможности прояснить для себя ситуацию, Логист с довольным видом снова наклонился ко мне:

- Отдыхайте, Высший!

Буквально сразу же передо мной возникли доктора, которые, избегая прямых взглядов, со звоном начали расстёгивать ремни. Советник, тем временем, беззвучно исчез. Освободив меня, девушки стали друг рядом с другом и, одинаково сложив руки у пояса, замерли. Я приподнялся и сел, не понимая, чего они от меня ждут.

Возникла неловкая пауза, прервать которую взялась младшая из врачей.

- М-м, Вы извините, но для Нас Вы просто ожившая легенда, вот Мы и... - она повернулась к своей коллеге, которая продолжила речь.

- Да, Мы столько всего слышали о Вас, а потом Вы исчезли, и вот теперь Вы здесь, и я даже не знаю, как с Вами разговаривать. Я усмехнулся.

- Совсем недавно я хотел убить Вас всех.

- Но Вы ведь пересилили внушение! - с уверенным отрицанием ответила мне старшая. - Такого ещё никому не удавалось! Ваш энергетический отпечаток оказался настолько сильным, что тело по нему смогло восстановить мозг на клеточном уровне!

- Откуда взялся этот отпечаток? - я, в принципе, знал ответ на этот вопрос, но мне хотелось убедиться в том, что память меня не подводит. В свете всего услышанного, я не очень-то доверял своему сознанию.

- Вы сами его создали. Своей непоколебимостью, непринятием не устраивающей Вас реальности и точным осознанием своих желаний, неудержимым стремлением к их исполнению...

Объяснение старшей медсестры быстро перерастало в подобие дифирамба. Заметив свою чрезмерную эмоциональность, говорившая осеклась и неуверенно повернулась к младшей подруге, заставив покраснеть не только себя, но и её.

- Так, ладно, Мы пойдём, Вам рекомендуется покой. - застенчиво улыбнувшись, старшая провела рукой по лицу, убирая тёмные волосы, и, взяв напарницу за локоть, потянула её к выходу.

Когда дверь за суетящимися от волнения врачами закрылась, я выдохнул весь воздух из лёгких и прислушался к самому себе. Кровь, заглушая всё остальное, неслась по венам таким напором, что казалось, будто внутри меня кто-то ползает.

Я лёг обратно на стол. Действительно, сейчас мне нужен был только покой.

Объект Двадцать Восемь

Резкий скрип дверной ручки буквально вырвал меня из оков сна. Быстро найдя глазами входной проём, я увидел Лису и вспомнил, где нахожусь.

- Прошу прощения, Мы думали, что Вы уже не спите. - девушка нерешительно замерла в дверях, внимательно глядя на меня своими чуть узкими глазами. Как всегда, она была накрашена и одета в идеально чистую чёрную форму.

Ощущая душевный подъём от проявленного внимания, я махнул рукой, дескать, ничего страшного. Обрадовавшись, Лиса смело шагнула вперёд, и за ней в дверях нарисовался Сыч.

- Здрасьте! - он широко улыбнулся.

- Здрасьте! - ответил я его же тоном. - А чего это Вы меня на �Вы� стали называть?

Вошедшие остановились, переглянулись, и после небольшой заминки Лиса, словно извиняясь, объяснила:

- В боевых условиях Мы позволили себе некоторую... фамильярность, но здесь, в лагере - дело другое. Субординация.

Оба направились к серым пластиковым стульям, стоящим в разных углах комнаты.

- А где Гелий? - я хотел задать ему пару вопросов, он, наверняка, мог помочь мне восполнить оставшиеся пробелы в памяти.

- О-ой, весь в делах! - Сыч подкатил глаза вверх. - Пошёл за мозгом летуна.

- А он разберётся сам?

- Да-да, с ним отправился один Наш эксперт - инженер, они разберутся. Лучше расскажите, как Вы тут!

Оба, наконец, уселись на почтительном расстоянии от моей койки и впились в меня глазами. Я немного пошевелился, пытаясь сообразить, в каком я состоянии.

- Да не так уж плохо, как мне думается.

- Нам тут сказали, что к Вам вернулась память... - вкрадчиво проговорил Сыч, и оба ещё сильнее напрягли глаза.

Трудно было вот так сразу сказать, вернулась она или нет. Я не знал, о чём мне подумать, чтобы это понять. На ум приходил лишь недавний разговор с Логистом. Подняв глаза на своих собеседников, я осознал, что сейчас мне представилась отличная возможность прояснить для себя некоторые моменты. Если, конечно, мои посетители что-то знают.

- Ко мне вчера приходил Логист... Он упомянул, очень осторожно, - я сделал ударение на последнем слове. - что-то, что называется Левиафаном...

Сыч и Лиса сделали задумчивые выражения лиц.

- Ну-у. - протянула девушка. - Я слышала пару раз это слово от тех, кто чином повыше, но ничего, по сути, не знаю. - она перевела взгляд на пожимающего плечами Сыча. - Видимо, Нам эта информация не по рангу.

- Да, не по рангу. К тому же об этом не рекомендуется говорить в лагере Тетры. - в дверях с серьёзным видом появился Гелий. - И даже думать.

- Что-то Вы очень быстро! - повернувшись к оператору, Сыч прищурился.

- Есть на то причина: быстрое сворачивание ботами своих поисковых операций. - Гелий поднял брови и затаённо наклонил голову вперёд, подчёркивая важность того, что последует дальше.

- Они все вернулись в город и начали его, в буквальном смысле этого слова, зачищать.

На минуту все затихли, прикидывая, что могло послужить причиной изменения тактики машин в агрессивную сторону. Выдержав небольшую паузу, оператор заговорил снова:

- Мозг летуна расшифрован и уже в лагере, Логист ждёт Высшего для обсуждения ситуации. - он опустил глаза и, кротко обращаясь ко мне, проговорил. - От себя добавлю, что понимаю, в каком Вы сейчас состоянии, но всё же советую поторопиться. Слишком много неизвестных величин - это может Нам сильно навредить.

Поочерёдно посмотрев на своих собеседников, явно ожидающих от меня какогото отклика, я встал с кровати и, сложив руки в карманы, кивнул Сычу и Лисе на дверь, давая понять, что пойду следом за ними. С готовностью поднявшись, они двинулись за исчезнувшим в проёме Гелием. Выйдя из палаты и медленно зашагав за ними по светлому коридору, я, борясь с лёгким головокружением, начал рыться в своих вновь приобретённых воспоминаниях. Сосредоточиться было трудно, мысли цеплялись друг за друга в не совсем понятном мне порядке. Кроме того, периодически возникало ощущение, будто это эпизоды не из настоящей жизни, а из какой-то далёкой-далёкой прошлой. Они были моими, но в то же время совсем и не моими.

Выход на улицу, если так можно было назвать внутреннее помещение карьера, вывел меня из задумчивости. Голову на пару секунд сдавило от свежего воздуха, после больничных запахов гораздо более терпкого, чем обычно. Солнечных лучей, увиденных мною до прихода в медпункт, уже не было, наоборот, стояла пасмурная, мрачная и прохладная погода. Я поднял глаза вверх. Вместо потолка над карьером нависло тяжёлое серое небо, и это меня несколько обескуражило.

- Как Вы это сделали?

Все повернулись ко мне и, увидев, что я смотрю вверх, гордо улыбнулись.

- Вы же знаете, как устроено зеркало в комнатах для допросов!? Здесь примерно то же самое, только с обратной стороны синтетическая земля, а не отражающая поверхность. - закончив торопливую реплику, Сыч так же поднял глаза в небо.

- О-о, да, это просто замечательное изобретение! Без перебоя сидеть несколько дней под землёй - это даже для меня слишком круто! - Лиса подняла левую руку и принялась деловито рассматривать свои ногти.

Только сейчас я обратил внимание на то, что они аккуратно накрашены, каждый своим, более не повторяющимся, цветом. Заметив мой оценивающий взгляд, Лиса дёрнула бровью.

- А что такого!? В Тетре ведь не принято отказываться от своей внешности!? словно спрашивая меня, она повернулась и медленно зашагала вслед за Гелием и Сычом, поглядывая в мою сторону краем глаза. - Россказни про то, что важен лишь внутренний мир или какая-то там душа - полная чушь.

Внешность - это неотъемлемая часть любого из Нас, и отказаться от неё, значит, отказаться от самого себя. К тому же наружность всегда отражает сущность. Это конфету можно завернуть в другой фантик, а человек - совсем другое, его нутро ни одеждой, ни косметикой не скроешь, оно всегда на поверхности - надо только уметь читать.

- Лиса немного наклонилась вперёд и, повысив голос, обратилась к впереди идущим. - Высший как говорил!?

Сыч немного замедлил шаг и, улыбаясь, повернулся ко мне.

- Всякое действие оставляет свой отпечаток на каждом Нашем теле: на интеллектуальном, на эмоциональном, на материальном и на энергетическом. Поэтому перед тем, как совершить поступок, думай, каким клеймом он отразится на лице Твоём и на личности.

Я слушал и про себя понимал, что он знает некогда сказанное мною наизусть. Все они знают...

- Вот! - подняв палец вверх, Лиса снова перехватила разговор. - Именно так! Вот знаете, однажды папа принёс домой целую гору дисков со старыми фильмами о будущем, то есть теперь уже о настоящем. И в этих фильмах люди всегда были одеты и накрашены так цветасто и необычно, будто они на маскараде. В особенности, богачи и власть имущие. У них нет проблем, они не знают нужды, а потому имеют время и желание на приведение в порядок своей внешности. Яркость в этих фильмах является показателем успешности. Но что видим Мы, современники? Серость. Абсолютную серость, хотя в Наши дни люди имеют всё, чего захотят. Виртуально, конечно, но так ведь считаем только Мы - они разницы не видят. Они считают свою жизнь успешной. Гелий, это правда, что люди начали становиться такими ещё до появления Рая?

Оператор, не сбавляя шага, повернул голову и задумчиво кивнул.

- А всё почему? - с ещё большей уверенностью продолжила Лиса. - Интернет. Для общения стало не обязательно видеть и слышать собеседника. Отличный шанс для застенчивых и комплексующих людей. Но предположительно способствовавший развитию коммуникабельности метод возымел обратный эффект: пользователи к нему привыкли и стали бояться прямого общения, всё больше погружаясь в простоту, исключающую необходимость следить за собой, за своей мимикой, движениями. Да и думать-то над ответом можно было долго - сообщение висит, да и висит - есть время поразмыслить. Ну а от простоты до деградации один шаг. В социальной стороне жизни наступил упадок, и, как больной орган, вносящий дисбаланс в здоровое тело, она потянула за собой всё остальное. Людям, в итоге, стало сложно общаться даже через интернет. Чтобы оправдать себя, они начали пропагандировать отказ от социальных сетей, который, к слову, вошёл в моду, однако вернуться к нормальному общению им уже не удалось. Все стали слишком зажатыми, стеснительными и скучными. Серая масса превратилась в мёртвую, одни только актёры да музыканты держались до последнего...

Я ждал продолжения, но Лиса повесила голову и погрузилась в свои мысли. Неожиданно заговорил Гелий:

- А Ты взгляни на всё это с другой стороны: на фоне бесцветной массы Мы смотримся намного ярче.

- Так-то оно так, вот только кто это оценит? Не масса ведь. - отозвалась девушка.

- Тетра оценит. И элита тоже. Ты ещё молодая, не успела показать себя, да и времена для светских приёмов не очень хорошие. Подожди, люди Тетры все рано или поздно попадают в высшие круги. Взять, хотя бы, Твоих родителей, забыла, с какими персонажами они общались!? Они ведь все яркие и живые.

- Но на меня они внимание особо не обращали.

- Терпение. Ещё обратят. Место среди них нужно заслужить. Даже такой одарённой, как Ты. - Гелий повернул голову к Нам и широко улыбнулся.

- Ага, поговори мне ещё тут! - бросила Лиса, пытаясь придать голосу серьёзный тон, что у неё не очень-то получилось.

Через несколько секунд мои спутники остановились.

- Ну что, Высший, вот и Ваш дом. - Гелий поднял руку, указывая на пластиковое строение, квадратное, с чуть скруглёнными гранями. - Вы тут пока подготовьтесь ко встрече с Логистом, а Мы закончим кое-какие дела и через часок подойдём. взяв Лису и Сыча под руки, оператор потянул своих подопечных прочь.

Открыв дверь, я вошёл в домик и осмотрел его внутреннее пространство. Удивительный порядок недвусмысленно говорил о том, что здесь кто-то побывал, пока я отсутствовал. На кровати лежал аккуратно сложенный комплект чёрной формы, оружие было почти художественно распределено по небольшому навесному столу у левой стены. До сих пор я его не замечал, но теперь мне стало интересно, предназначался ли он для работы с амуницией первоначально, или его цели были переопределены.

От разбросанных мною коробок таблеток не осталось и следа, на обеденном столе появились салфетки, солонка и несколько мельниц с приправами. Всё это пятизвёздочное обслуживание немного сбивало с толку, но желания отказываться от него у меня, естественно, и в мыслях не было.

Сразу определившись, с чего начать, я направился в душевую. Здесь стояла ещё большая чистота, чем в остальной части дома. Шкаф над раковиной, очевидно, заменили, и его содержимое тоже...

...отодвинув в ускоренном темпе опустевшую тарелку, я выглянул в нависающее над самым столом окно. Оружие и форма бойцов Тетры, конечно, недвусмысленно говорили о том, что ситуация критическая, но, в целом, лагерь создавал ощущение, будто никакой войны нет. Ни звуков стрельбы, ни дыр от тяжёлых снарядов, ни разлагающихся тел... В сравнении с тем, что я видел в последние несколько дней, это земля обетованная: есть все удобства, нет опасностей. Здесь жестокость реальности быстро забывалась, спокойствие казалось нерушимым. А ведь где-то совсем рядом людей буквально уничтожают, причём в огромных количествах.

И происходящее там в любой момент может переместиться сюда...

Высокопарно начавшийся поток мыслей резко оборвался. Я вдруг пришёл к выводу, что не знаю, за кого сражаюсь. Вернувшаяся память, казалось, абсолютно пустынна, я не мог вспомнить хоть кого-либо из тех, кого обычно называют близкими. Своей семьи у меня, судя по всему, тоже не было. Может, оно и к лучшему!? Учитывая, что последние шесть лет я провёл неизвестно где и неизвестно как, муж и отец из меня никудышный. И всё же стоит спросить Логиста, знает ли он что-нибудь о моих близких. А то получается, что сражаться мне, в общемто, и не за что. Люди меня мало привлекали - рабы виртуальных миров и без машин-убийц обречены на вымирание, и это ничуть не затрагивало мои чувства.

Вот Тетра - это другое дело. Я нашёл глазами двух её представителей, стоящих на улице, облокотившись на тёмно-серую цистерну. Расстояние до них было слишком велико, чтобы определить возраст, но я точно мог сказать, что один из них девушка. Казалось бы, чёрные костюмы - не за что зацепиться, но что-то привлекательное во всех этих людях всё же есть. Даже когда они в масках, молчат и не двигаются, в них что-то есть. Какое-то упорство, хищническая хватка, презрение к компромиссам. Они хотят только то, чего хотят, и никогда не соглашаются на меньшее. Но при этом они знают, что такое уважение, любовь и преданность. Они привлекательны, но не приторно милы. Одинаковы в своих принципах, но, благодаря им же, совершенно различны. Их нельзя назвать ни хорошими, ни плохими - они избирательны. Лиса права, внешность отражает содержимое.

Я вспомнил то, что было до начала войны с машинами. Люди с каждым годом всё серее, цвета их одежды становятся какими-то грязными, и сама одежда тоже грязнеет, кожа теряет лоск, подвижность, волосы похожи на старые мочалки. И с личностью их происходит то же самое - интернет вывел не раз рассыпавшийся в прах нигилизм на новый уровень. Все молодые захотели стать циниками, мерзавцами, бесчувственными эгоистами, уставшими от жизни и разочаровавшимися во всём �героями Нашего времени�. Но таким стать - тоже нужно постараться. А они скрыли свои по-прежнему испытываемые эмоции, включили показное безразличие ко всем и всему, прикрывая тем самым свою никчёмность, и сидят, ждут, когда же жизнь начнёт их развлекать. Они стали подобны диетическим хлебцам: блёклый неопределённый цвет, отсутствие формы, вкуса, запаха. Что-то там жуёшь, но удовольствия никакого. И со временем это показное так въелось в сознание, что стало натуральным, �нежелание выпендриваться� переросло в неумение правильно подать себя, �безразличие� и зависть стали боязнью сравнивать себя с другими и, как следствие, привели к искажению самооценки, демонстрируемое отрицание высокого перешло в ложные, ничего не стоящие, ценности, но что Вы, что Вы! Загляните поглубже, там ведь спрятан богатый внутренний мир, забитый безжалостной судьбой в глубины души! У циников и мерзавцев... Богатый мир... представленный искусственно романтизированным, насильно сужаемым в целях лучшего контролирования жизненным пространством, погрязшем на одну половину в виртуальной рутине и на вторую в недоразвитом нарциссизме.

Да-а, неправильно поняты и плачут на том свете кумиры, видя, какая серость теперь зовёт себя их именами.

С этими мыслями я встал из-за стола и направился к оружию, дабы хоть как-то развеять своё уныние. Как оказалось, разборка и чистка автомата, которая шла у меня достаточно ловко, не в силах прервать поток мрачных размышлений. Меня охватывало презрение, мне даже начало казаться, что война с машинами меня радует! Теперь все эти виртуальщики и материалисты узнают, что такое отсутствие чувств, что такое истинный цинизм и холодный расчёт. Ныне их усиленно романтизируемый образ никому не нужен, и никто не станет слушать их скулёж о жестокости жизни, необходимости стать холодным, чтобы выжить, и прозрачные намёки на поиски человека, который поймёт и пожалеет. Пуля в лоб и до свидания! И это ещё в лучшем случае. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись.

С другой стороны, Тетра же смогла воспитать своих последователей - она доказала, что люди исправимы. Я развернулся на крутящемся стуле и через всю комнату выглянул в окно на два тёмных силуэта, всё так же стоящих у цистерны. Нет. Они не люди и никогда ими не были. Поэтому Тетра смогла их воспитать...

Раздался осторожный стук в дверь. Честно говоря, он меня обрадовал, потому как неприязнь моя к человечеству быстро росла, а это... как-то не совсем правильно.

- Открыто. - громко ответил я.

Дверь медленно отворилась и внутрь, озираясь, вошёл Гелий. Найдя меня глазами, он вполголоса, то ли из уважения, то ли из каких-то других соображений спросил: - Готовы?

Я кивнул, отбросил автомат в сторону и, вложив, на всякий случай, пистолет в поясную кобуру, направился к двери, за которой только что исчез оператор. На улице за прошедший час заметно похолодало, и, потянув бегунок на молнии вверх, я почувствовал, что не зря захватил по пути куртку.

- Что скажешь, Гелий?

Оператор будто ждал этого вопроса.

- Информация, извечённая Вами из мозга летуна, анализируется на предмет полезных Нам данных. У Нас тут есть один спец, который работает с подобными вещами прямо через нейронный интерфейс. Он скоро закончит. А Вы пока можете поговорить с Логистом. - оператор посмотрел по сторонам и, обнаружив, что поблизости никого, кроме Нас, нет, остановился, заговорив полушёпотом. - Та штука, о которой Вы упоминали в разговоре с Лисой и Сычом, спросите о ней советника! Он знает больше остальных в этом лагере, к тому же он может рассказать Вам о ней, не подвергая всех Нас опасности. - немного двинув лицом вперёд для большей убедительности, оператор повёл глазами в сторону, на что-то показывая.

Я проследил за его взглядом и увидел абсолютно чёрный пластиковый домик с двустворчатой красной дверью.

- Вам туда! - с этими словами Гелий кивнул головой, развернулся и торопливо зашагал прочь.

Постояв пару мгновений, чтобы настроиться на серьёзный разговор со старым знакомым, я подошёл к двери и уверенно постучал.

- Да-да, входите! - голос Логиста прозвучал так, будто он был швейцаром, встречающим гостей, прибывших на бал.

Я вошёл и сразу почувствовал сладковатый запах ароматических свечей, точно соответствовавших аристократическому образу хозяина обители. Внутри стояла полутьма, лишь местами рассекаемая тусклыми жёлтыми лампами. Всё вокруг было заставлено стопками книг, свёрнутыми картами и странными механизмами. Возникало ощущение, будто я попал в мастерскую волшебника. Сам умелец, сидевший за столом, увидев меня, почтительно встал и, наклонив голову, сразу, но издалека начал разговор.

- А-а, прошу-прошу, Высший, проходите! - по голосу советника чувствовалось, что он готов броситься мне на шею. Мой статус в Тетре, однако, удерживал его от таких откровенных проявлений эмоций, заставляя держать деловую дистанцию. И, тем не менее, он знал, что я его уважаю и крайне признателен за его преданность, и этого ему было достаточно, а потому Логист никогда, даже сейчас, не пытался пересечь черту между Нами. Видя мой бегающий по комнате взгляд, он махнул рукой в сторону. - Думаю, не нужно напоминать Вам, что я большой любитель бумажных книг, особенно, касающихся механики!?

Я понял, что действительно это помню. Советнику, правда, мой ответ не требовался, поэтому, указав мне на кресло, он опустился в своё и продолжил.

- Вы знаете, Ваше присутствие ощущается. Весь лагерь буквально пульсирует, все воодушевлены, как никогда. Люди чувствуют, что вернулся Высший! Настоящий! И не только телом, но теперь и разумом. Не подумайте, что я лезу в Ваши мысли! - спохватился мой визави. - Просто это сразу чувствуется. Вы над чем-то серьёзно думали. - он говорил не быстро, но практически без пауз между предложениями, так что мне потребовалось некоторое время на то, чтобы осознать всё им сказанное.

- Да. Я пытался понять, в чём заключается разница между простыми людьми и членами Тетры.

- А! - Логист вскочил и, потянув за тонкую верёвку, приоткрыл тёмно-кремовые жалюзи и выглянул наружу. - Вы знаете, Высший, пока Вас не было, Мы кое-что обнаружили, как раз касающееся данной темы. Вы, верно, уже видели, что у людей Тетры в этом лагере аура фиолетовых оттенков!? Мы долгое время не придавали этому должного значения, но, по предложению одного из членов Совета, было решено провести исследование, в ходе которого наши эксперты выявили одно крайне интересное обстоятельство. - старясь придать больше выразительности своим словам, он неторопливо повернулся ко мне, деловито держа правую руку согнутой в локте. - Люди с фиолетовой аурой полностью поддерживают философию Тетры, даже если, внимание, понятия не имеют о том, что таковая существует!

Надо признать, впечатление на меня ему произвести удалось! Фактически, он объявил, что Тетра - не просто выдумка, а нечто вполне естественное - мировоззрение, существующее независимо от самого Нашего ордена.

Логист молча прошёлся по комнате туда-обратно и продолжил:

- После Вашего исчезновения Мы, разумеется, остались тайной организацией, которая открывает свою идейную основу лишь тем, кто заслужил это знание и доказал свою верность. Но Мы решили поэкспериментировать: Мы искали людей с фиолетовой аурой вне Наших рядов и под разными предлогами вынуждали их раскрывать своё мировоззрение. И знаете, что!? Все они слово в слово повторяли Ваши высказывания, одно за другим, причём каждый клялся, что дошёл до этих идей самостоятельно. И это чистая правда! Понимаете? Всё это означает, что членами Тетры не становятся, ими рождаются. Наша философия в них заложена с самого начала! - постояв ещё пару мгновений, он опустился в кресло. - В ОКО нет ни одного человека с фиолетовой аурой.

- А как же остальные? Помнится мне, в Наших рядах было достаточно много нефиолетовых. - на самом деле, я точно знал, что они составляли не менее трети от общего состава.

Логист опустил глаза и, немного подумав, ответил.

- Они остались с Нами... Временно... Проанализировав их поведение, Мы пришли к выводу, что они очень часто неправильно понимают философию Тетры. Как следствие, высоких граней в иерархии они не достигают, поэтому аккуратно отсеивать их не накладно. Задачи у них простые, ничего толкового они рассказать Нашим врагам не могут. В общем, Мы осторожно от них избавляемся. Разумеется, Мы не говорим вслух, по какому признаку проходит отбор, чтобы остальные не нервничали и спокойно выполняли свои задачи.

Я чувствовал, что сам Логист не в восторге от подобной практики, что он и поспешил подтвердить.

- Скажу Вам честно, мне такая политика совсем не нравится. - он провёл рукой по столу, стряхивая белую соринку. - С Тетрой жизнь всех этих людей налаживается, они становятся лучше, чувствуют себя кому-то нужными, не одинокими. И, вполне естественно, это делает их счастливыми. Но когда Мы оставляем их, они в кратчайшие сроки скатываются обратно. Прискорбное зрелище, и я никак не могу к нему привыкнуть. Но это именно то, почему Мы их изгоняем: они не способны идти самостоятельно. Они всего лишь марионетки, сильные только пока их направляют и вдохновляют. - Логист немного помолчал. - Такие, как они, создали ОКО. Стоило Вам исчезнуть, как цель сменилась средствами, идеи исказились, и вот результат: огромное отколовшееся от Нас сборище не способных справиться с властью пытается захватить эту самую власть. А Тетра никогда не стремилась к власти, Мы хотели вывести человечество на новый уровень. - голос сидящего напротив меня советника начал выдавать его. Он говорил заученно, не своими словами, скорее, моими. В душе он явно сочувствовал простым людям, которым Мы не нашли, а, лучше сказать, и не искали места в новом мире. Прищурившись на меня, Логист улыбнулся.

- Да-а, от Вас ничего не скроешь! Я действительно жалею людей и именно по этой причине я возлагал такие надежды на... сами знаете, что. Идёмте, Нам стоит обсудить это! - он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Я сразу же сделал то же самое, отметив про себя, что не только понимаю, о чём он говорит, но и отлично помню, что и как делается. По телу пошла мелкая вибрация, и я моментально смог выделить в ней колебания энергетического тела. Резко усилившись, они порядочно тряхнули меня, после чего накрыли холодной волной... И вдруг всё остановилось.

Я осторожно открыл глаза. Вокруг стояла полная тьма, объёмная и густая. Оглядевшись, я увидел самого себя сидящим в кресле внутри белой сферы. От физического тела к нынешнему, энергетическому, тянулись тонкие светящиеся синие нити, будто бы развевающиеся на лёгком ветру. Я поднял руки, словно состоящие из фиолетового люминесцирующего дыма - давно я не видел их такими. В паре метров от меня возникло тёмное фиолетовое облако, которое, резко вспыхнув ярким светом, приняло человеческую форму. Это был Логист. Его энергетическое тело было значительно светлее моего, что говорило о более позитивном и чувствительном складе личности.

- Вижу, навыки ни капли не притупились! - радостно приветствовал меня советник. - Ваша скорость выхода в астрал по-прежнему поражает. - его голос повторился широким, но очень близким, эхо. - Идёмте глубже!

Расплываясь в движении, он медленно повернулся и зашагал в темноту. Я последовал за ним, отмечая про себя это незабываемое ощущение пустоты. Ни стен, ни потолков, даже пола, по которому Мы шли, не было, только полная темнота, лишённая всякого движения. Сами шаги здесь имели лишь символическое значение, ведь в мире энергии всё решает воля.

Трудно сказать, сколько Мы двигались в становящуюся всё более густой темноту - в астрале время течёт совсем иначе - но, наконец, Логист остановился.

- Извините, что тащу Вас в более плотные слои, но то, о чём Мы будем говорить, проникает сюда с трудом, так что здесь Мы в относительной безопасности. - его шёпот был едва слышен, однако звонкое эхо отдавало в тёмном пространстве весьма ощутимо, заставляя меня нервничать. В слоях тонкого мира, в которые забрели Мы, обитали ещё не рассеявшиеся тела мёртвых. А тревожить их, в особенности, живым не стоило. Зная, что мой голос будет звучать тише, я решил взять на себя ведущую роль в разговоре:

- Левиафаном Мы называли Объект Двадцать Восемь!? Логист кивнул.

- Я правильно помню, что это некий тайный артефакт, который был случайно обнаружен при закладке фундамента для строительства жилой многоэтажки!? Мой собеседник снова кивнул.

- Через шесть часов после его обнаружения двадцать восемь человек, находившихся в непосредственной близости к Объекту, разом покончили с жизнью различными способами. По официальной версии, на строительной площадке произошёл обвал грунта. Периметр был оцеплен, на месте оборудована тайная лаборатория, призванная изучить природу артефакта!?

Снова кивок размывающейся головы советника.

- Через полторы недели группа учёных из тридцати девяти человек, работающих на Объекте, сошла с ума и устроила бойню, по своей жестокости превосходящую деяния многих известных маньяков. Оставшиеся в живых шестеро после этого инцидента наотрез отказались покидать лабораторию, ссылаясь на неописуемый ужас перед внешним миром. Их оставили на Объекте, но никакой охраны или наблюдения внутри выставлено не было. Через неделю сообщения от этой продолжившей изучение артефакта группы приняли абсолютно безумный характер, и весь периметр был окончательно законсервирован вместе с шестью людьми под предлогом опасности нового обвала грунта.

Логист в очередной раз кивнул. Я чувствовал, что ему уже надоело подтверждать, что моя память меня не подводит, он хотел услышать главное. Проблема заключалась в том, что мне больше нечего было ему сказать. Я не мог вспомнить, что такое Левиафан. Он крепко сидел у меня в голове какой-то неуловимой мыслью, которую я никак не мог ухватить, осознать. Немного постояв в молчании, я объявил:

- Я нашёл Объект Двадцать Восемь, но по-прежнему не знаю, что это такое.

Логист сразу же сник и, медленно сложив руки накрест, погрузился в размышления. Я сделал то же самое, пытаясь понять, что и в какой момент пошло не так. Я точно знал, что нашёл этот артефакт, я даже помнил, о чём подумал за миг до того, как увидел его. Более того, я смог выжить и остаться в своём уме... Или не совсем? Левиафан воздействовал на разум - это хорошо известный факт. А что, если память мне не машины стёрли, а повредил каким-то образом он? И где, самое интересное, я провёл последние шесть лет! Неужели я был на Объекте Двадцать Восемь всё это время?

- Подождите! - полушёпот Логиста громогласно зашелестел в воздухе, и в ответ ему где-то высоко вверху тут же послышалось нечленораздельное кряхтение.

Быстро покрываясь холодом ужаса, я с силой приложил палец к губам, умоляя своего собеседника говорить тише. Он виновато поднял плечи и продолжил.

- Вы должны помнить, где он находится!

Я отклонился назад, молча показывая, что не понимаю, о чём идёт речь. Периметр оцепления вокруг Левиафана составлял небольшой кусок квартала, причём точно известно, где и какой. Логист же говорил так, будто Тетра понятия не имеет, где находится Объект Двадцать Восемь.

- После Вашего исчезновения Мы использовали самую мощную аппаратуру, работающую прямо из космоса, чтобы сканировать весь закрытый район, указанный Вами, Мы отправляли в его окрестности десятки своих людей - там ничего нет. - торопливо выпалил Логист.

Я понял, что начинаю запутываться. Внимательно посмотрев на советника, я без слов понял его предложение. Как можно точнее вспоминая детали, я начал проецировать образы из памяти прямо в астральное пространство. В темноте перед Нами появилась чёрная машина с синей сиреной, металлические сетчатые ворота и несколько хорошо вооружённых охранников в государственной форме.

Я увидел себя протягивающим пластиковую карту Муховского одному из них.

Это был КПП - единственный вход на Объект Двадцать Восемь.

Логист, стоящий в паре метров справа от меня, подошёл ко мне и молча указал пальцем на белое металлическое полотно, прикрепленное к сетчатым воротам. На нём расплывались чёрные краски, которые, стоило мне начать вспоминать, что там было написано, зашевелились, приобретая форму букв. Ещё немного усилий, и надпись, за исключением некоторых участков, стала доступна для чтения:

�Внимание! ... запрещён по причине опасности ... грунта в полые подземные слои. Находиться ... опасно и разрешено только в сопровождении одного из сотрудников государственной службы охраны или МЧС.�

- Возьмите хоть рацию! На всякий случай. - голос бойца из моего воспоминания прогремел по астралу, как ядерный взрыв.

Мои проекции воспоминаний тут же померкли, и далеко вверху послышались тихие стоны боли разбуженных мёртвых. Нет, нельзя вспоминать, какие звуки я тогда слышал - это слишком опасно в глубоких слоях астрала! Но память такая вещь, что её трудно разделить на части... Стекленеющими от страха глазами я посмотрел на замершего в напряжённой позе Логиста, который в ответ мне лишь кивнул, давая понять, что готов к продолжению.

Немного постояв в ожидании, пока утихнет эхо голосов мёртвых, я снова напряг память. Образы перед Нами задвигались, поплыли, чётко выглядели лишь те кусочки пространства, на которые я обратил тогда внимание. Я медленно шёл между пустыми недостроенными многоэтажками, внимательно осматривая здания на предмет наблюдателей или камер. Как ни странно, ни тех, ни других не было, видимо, этого места боялись больше, чем я мог себе представить.

Я старался как можно точнее вспомнить детали, ориентиры, но мысли начали разбегаться. Появилось ощущение, будто за мной внимательно наблюдают. Не глазами - это было само окружающее пространство, стены, асфальт, тени на нём и даже воздух. Я чувствовал, Объект Двадцать Восемь находится здесь! Самое худшее, что я начинал терять ощущение того, в каком именно �здесь� он пребывает: в ярких воспоминаниях из прошлой жизни или в густой темноте астральной пустоты, слабо освещаемой, словно голографическими, изображениями из моей памяти...

Я шёл вперёд, ориентируясь на энергетические флуктуации, становившиеся всё интенсивнее, и вдруг марево смутных воспоминаний передо мной резко приобрело чёткие черты, образующие широкую прямоугольную яму, выкопанную под тот самый фундамент. Земля по её краям заметно осыпалась, образовав собою удобный пологий спуск. Спуск к зловеще зияющей чёрной пропасти. Левиафан находился там, внизу, в этом не могло быть никаких сомнений. Из-под земли исходил такой поток энергии, что даже воздух вокруг становился жидким и тягучим. С каждым моим шагом вниз по мягкому рассыпчатому чернозёму он приобретал всё большую вязкость, перерастающую в отталкивающее давление.

Я остановился у самого края рваной формы обвала и заглянул в бездну. Под тусклыми лучами проникающего внутрь света, хоть и с трудом, но всё же можно было рассмотреть дно: оно находилось на глубине метров трёх-четырёх.

То есть байка о просадке грунта всё же имеет под собой некоторую реальную основу. Вот только пустоты здесь, посреди города, давно, но никаких обвалов никогда не случалось, и, более того, о полостях никому до Левиафана не было известно.

Неожиданно рация, выданная мне охранником на входе на Объект, щёлкнула.

- Дмитрий Владимирович, у Вас всё в порядке? - размазанный сильными помехами голос прогремел по астралу с такой страшной силой, что ни о каком продолжении проецирования воспоминаний речи быть уже не могло. Пространство из моей прошлой жизни начало быстро меркнуть, мягкая сухая земля затряслась и резко ушла у меня из-под ног. Я буквально провалился в пустоту.

Быстро оглядевшись, я увидел светящегося Логиста - он по-прежнему стоял рядом, и тут я понял, что моё падение имело место быть там, в воспоминаниях. Видимо, тогда я провалился под землю и, вполне вероятно, не имел возможности выбраться. Лезть туда за мной, судя по всему, никто не отважился, даже несмотря на то, что Муховский, по пропуску которого я проник на Объект Двадцать Восемь, был важной шишкой. А может, охранники передали начальству, что приехал высокопоставленый чиновник, этот факт проверили и, обнаружив, что я не тот, за кого себя выдаю, решили бросить меня!?

Все эти мысли, стрелой пролетевшие в моей голове, резко замерли. По пустоте астрала, многократно повторяясь, неслось �в порядке?�. Я затаил дыхание, представляя, к чему Наша с Логистом неосторожная затея приведёт. Эхо, летевшее вверх, вдруг остановилось, словно птица, в полёте ударившаяся о стекло. В тот же миг со всех сторон раздались яростные нечленораздельные крики мёртвых. В их жуткой полифонии слышались голоса взрослых, детей, женщин и мужчин, стариков, всех возрастов и тембров.

Я бросил короткий взгляд на советника и, не дожидаясь его, рванул туда, откуда Мы пришли. К счастью, определить направление не составляло труда: нити, тянущиеся из Наших энергетических тел к телам физическим, были самым настоящим компасом в этой жидкой темноте тонкого мира.

Окружающее пространство стремительно меняло своё состояние, теряя былую духоту, становясь разреженным - Мы быстро поднимались в верхние слои. Я уже видел впереди две крупные белые сферы, представляющие собой выход для меня и Логиста. Мельком глянув назад, я нашёл глазами его, едва поспевающего за мной. Буквально в нескольких метрах позади советника скользило огромное облако, переливающееся значительно потускневшими, но, тем не менее, всеми цветами радуги. По нему плыли лица, руки, другие части тел. Этот клубок мёртвых душ издавал столько разных звуков, начиная от тихих стонов и заканчивая дикими воплями, что оставалось только гадать, сколько всего мёртвых Мы пробудили. Никто не знал, что им нужно, но, учитывая ярость, с которой они бросались на заблудших в астрале живых, ничего хорошего от них ждать не стоило. Я прибавил ходу и нацелился на ту из сфер, что была моей.

Нас разделял, по материальным меркам, всего десяток метров, как вдруг прямо из ниоткуда передо мной возникла, преграждая путь, ещё одна толпа мёртвых.

Мужчины, женщины, старые и совсем юные, оборванные и в дорогих костюмах, всех возможных оттенков и национальностей - кого только среди них не было. Цвета их тел и одежд были бледными, а у тех, кто находился в этом мире давно, и вовсе прозрачными.

Вложив все силы в движение, я пошёл прямо на них. Видя, что я не собираюсь останавливаться, мёртвые сомкнулись, подогнув колени и выставив руки вперёд, приготовились к жёсткому столкновению. Внутри меня всё до невозможного напряглось, я хотел опустить глаза, чтобы не видеть эту жуткую сине-коричневую свору, но мне нужно было выбрать наиболее слабую её часть, чтобы увеличить свои шансы на прорыв. Если шанс вообще имел место - я ведь никогда ещё не имел дела с мёртвыми! Но останавливаться - это точно не вариант, так что оставалось только идти прямо на них в надежде, что прорваться возможно.

Видя мою решительность, мёртвые разом раскрыли огромные нечеловеческие рты и завопили во все голоса так, что окружающая Нас темнота стала похожей на чёрную густую летящую навстречу пыль, сразу же заскрипевшую на зубах.

Сделав ещё несколько шагов, и прицелившись в двух едва видневшихся призраков старика и худощавого высокого франта в пиджаке, я выпрыгнул вперёд и, сжавшись в комок, врезался прямо в толпу. Удар был так силён, что в реальных условиях без тяжёлых травм точно не обошлось бы. Благо, в астрале не существовало ни переломов, ни физической боли.

От удара мёртвые, чьи тела были твёрдыми только в момент столкновения, разлетелись, словно бы состояли из жидкости. Почувствовав, что буквально весь забрызгался их серой холодной тяжёлой энергией, похожей на липкую ртуть, я приземлился на ноги и тут же выпрыгнул ещё раз, теперь уже головой вперёд в светящуюся сферу выхода.


Легион

Нервно дёрнувшись в кресле так, что оно даже скрипнуло, я задержал дыхание, стараясь как можно скорее успокоиться. Голова кружилась столь сильно, что кабинет советника просто разъезжался передо мной в разные стороны. Логист, сидевший напротив, широко раскрыл испуганные глаза и замер. Какое-то время Мы молча смотрели друг на друга, приводя мысли в порядок. Наконец, советник шевельнулся, вынул из кармана кремовый платок и трясущейся рукой вытер испарину с лица.

- Та-ак! - убрав тряпицу, он открыл ящик своего стола и стереотипно достал из него бутылку, содержимое которой на вид сильно напоминало коньяк. - Вы тоже это почувствовали!? - с характерным звуком вырвав пробку, он потянулся за стаканом, стоящим на краю. - Нас словно кто-то увидел. - налив себе немного тёмного напитка, он вопросительно посмотрел на меня, но я лишь покачал головой, показывая, что мне нечего ответить на его комментарий. Он опрокинул стакан и, выразительно стукнув им по столу, медленно выдохнул носом, сдерживая жжение градусов. - Что скажете?

Я опустил глаза, давая понять, что думаю над ответом. Проекции - это, всё-таки, прошлое, нельзя с уверенностью сказать, что то, что Мы ощущали в них, не является просто моим воспоминанием. Левиафан был там, когда пришёл я, пришёл реально, но не факт, что он остался под землёй и, тем более, что Мы только что его коснулись. В любом случае, проверить это есть только один способ... Можно, конечно, устроить экспедицию на Объект, но идти туда малой группой опасно, а большой - слишком заметно.

- Подождём с акцией! Сначала нужно решить проблему с роботами. - уверенно озвучил я своё окончательное решение. Логист мелко закивал.

- Да-да, мозг летуна уже обрабатывается, и это приоритет. Артефакт всё равно не избавит Нас от машин, так что подождёт. Можем пройти в лабораторию прямо сейчас, если у Вас больше нет вопросов.

- Вообще-то, есть.

- Я Вас слушаю. - советник откинулся на спинку кресла.

- Расскажите, что Вам известно обо мне. - окончательно успокоившись после погони с участием мёртвых, я тоже уселся поудобнее.

Логист сделал удивлённое выражение лица.

- Лично, а не как о Высшем. - добавил я.

Упёршись широкой рукой в подбородок, мой собеседник склонил голову набок.

- Я бы и рад, конечно, да только сам ничего толком о Вас не знаю. Всю свою личную информацию Вы всегда держали в строжайшем секрете, мне даже Ваше настоящее имя не известно! - в голосе советника промелькнула обида. - Оно-то понятно: Вы создатель и бессменный предводитель самой разыскиваемой террористической группировки во всём мире. Тетра и стала такой успешной только благодаря скрытности, в первую очередь, Вашей.

Вы всегда выдавали минимум информации и приучили к этому всех координаторов. Даже если агенты попадались, хотя мне такие случаи не известны, они при всём желании ничего не могли рассказать ни об организации, ни о её представителях лично. Так что, извините, но не только я, а и все представители Тетры вместе взятые не смогут поведать Вам, кто Вы на самом деле.

В ответ Логисту я разочарованно покачал головой, осознавая про себя, что ничего другого, по сути, и не ждал. Он сочувствующе опустил глаза.

- Значит, не вся Ваша память восстановилась!?

- Да-нет, вся, но она нечёткая. Я помню, по большей части, голые факты, будто я во всём этом не участвовал, а... где-то об этом прочитал. И я совсем не могу вспомнить что-либо о своих родственниках или друзьях. Логист вздохнул.

- Учитывая количество известных мне операций и уровень Вашего участия в них, я сильно сомневаюсь в том, что они у Вас вообще были. Вам просто не хватило бы на них времени. Хотя, утверждать не стану, ибо, повторюсь, я ничего о Вас не знаю. он немного помолчал. - И, знаете, это полное отсутствие какой-либо информации о Вас, как о живом человеке, делает Вас не просто лидером, а самым настоящим символом. В Тетре Вас считают чуть ли не Богом, особенно, теперь, после Вашего удивительного возвращения. Каждый готов идти за Вами до конца. И против машин, и против людей.

Слова советника звучали утешающе: Тетра, определённо, была моей семьёй. Но в её рядах все ставили себя ниже меня, я ведь Высший. Они, скорее, шли за мной, чем со мной. А вот со мной никого не было. По крайней мере, мне такие на ум не приходили, что вызывало у меня глухое и далёкое, но чувство одиночества.

Тем не менее, на этот раз Логист действительно говорил то, что думал. С Нашего разговора в астрале в нём что-то переменилось, но я не мог понять, что именно. Стараясь не выдавать своих размышлений, я встал с кресла и уверенно объявил:

- Тогда начнём с машин!

Глаза Логиста загорелись. Поднявшись следом за мной, он разгладил складки на пиджаке и, галантно выставив руку вперёд, проговорил:

- После Вас!

Выйдя на улицу, я остановился, дожидаясь, пока советник выключит свет и закроет дверь. В нём однозначно что-то переменилось, его движения стали быстрее, лицо светлее, и я предполагал, что причиной тому известия о Левиафане. Артефакт влиял на разум людей, в Тетре об этом давно знали, поэтому всерьёз рассматривали возможность использовать его для глобального �перевоспитания� человечества. Логиста такой исход устраивал гораздо больше, чем уничтожение тем или иным способом большей части населения Земли. Возможно, именно появление спустя несколько лет человека, выдержавшего пребывание на Объекте Двадцать Восемь, воодушевляло его чересчур доброе сердце.

Пристроившись по правое плечо от меня, советник склонил голову набок и тихо деловито заговорил:

- Есть у Нас один одарённый молодой человек, который смог из подручных средств собрать работоспособный нейронный интерфейс. Обычно Мы отказываемся от его услуг, всё-таки, подключение мозга человека к компьютерной системе - дело крайне мало изученное и потенциально опасное, но на этот раз он твёрдо настоял на том, чтобы соединиться с машиной. Похоже, хочет произвести на Вас впечатление. - Логист улыбнулся.

По-хорошему, я захотел посмотреть на этого умельца, как только Гелий о нём заикнулся. В одиночку собрать работающий НИ - это даже для разработчиков Рая невыполнимая задача. За несколько лет они целой командой профессионалов не смогли создать ни одного достойного экземпляра. По крайней мере, так было на момент моего исчезновения. А здесь один, как выразился мой собеседник, молодой человек. Я уже сильно впечатлён! Хотя нельзя было, конечно, не согласиться с советником - подключение мозга к компьютеру, тем более, обладающему собственным разумом, опасная идея. Если летун поймёт, что в его голове кто-то роется, он может попытаться передать оператору ответные сигналы повышенной мощности, которые человеческое нервное волокно выдержать не способно. Да и обратный контроль тоже вполне вероятен, ведь мысли робота и машины сливаются в одно целое. Человек может управлять машиной, а машина, если она достаточно далеко зашла в своём развитии, человеком.

Всё это наводило на меня тревогу, особенно усилившуюся, когда я увидел, к которому из домиков свернул мой спутник. Куча антенн на крыше, свалка железок у двери, пучки кабелей, небрежно свисающие из-под металлопластиковых панелей всё это характеризовало хозяина как несобранного энтузиаста, всегда готового на безрассудные поступки. Оно бы ничего, особенно, если эти качества сопровождаются талантом, да только в случае с машинами, думающими в несколько раз быстрее органических существ, этого может оказаться недостаточно. Оставалось верить в то, что этот �молодой человек� знает, что делает.

Мы остановились у самого входа в обитель юного изобретателя. Логист протянул было руку, чтобы постучать, однако дверь с низким шипением открылась сама, представив Нашему взору на удивление светлую мастерскую. В глаза мне сразу бросились висящие повсюду, даже на потолке, разноцветные провода. В некоторых местах куски белых пластиковых стенных панелей были просто выломаны, а через образовавшиеся отверстия протянуты толстые шины. Мониторы всех габаритов, с бегущими по ним кодами программ были в таком количестве, что я даже не стал пытаться их посчитать. Отвёртки, болты, шестигранники и прочие инструменты, коих здесь было не перечесть, буквально покрывали сплошным слоем все возможные поверхности. Обстановка сбивала с толку, и я поначалу даже забыл, зачем Мы сюда пришли. Но вот откуда-то из глубины помещения послышался тонкий голос:

- Заходите! Я здесь.

Я пропустил своего спутника вперёд и, осторожно выбирая, куда ставить ноги, последовал за ним.

После некоторой паузы, в течении которой Мы с Логистом пытались сообразить, где же хозяин дома, из-за металлической стойки с полками, заставленными всевозможными электро-механическими изделиями, выскочил сам умелец. Первое, на что я обратил внимание, это преобладание в его существе чёрного цвета. Чёрный костюм члена Тетры дополнялся абсолютно чёрными чуть волнистыми волосами и такими же чёрными, как мне показалось, осторожно выделенными тенями, глазами. При этом лицо молодого гения было в нескольких местах заклеено белоснежным пластырем, сильно контрастирующим с общим колоритом его внешности. В руках он держал небольшую металлическую коробку, из которой торчали ржавые изогнутые пруты. Пытаясь предугадать их возможное назначение, я попутно рассмотрел на кистях умельца чёрные татуировки, представлявшие собой подобие узоров на микросхеме.

- Здравствуйте! - молодой человек замер на месте, восхищённо глядя на меня. Теперь, проанализировав его полностью, я пришёл к выводу, что он не так несуразен, как я предполагал до входа в этот дом-мастерскую. Под юношеской, больше наигранной, неловкостью скрывалась сразу заметная уверенность в себе и недюжинное бесстрашие - в бою он, наверняка, хорош. Был с ходу виден и его живой ум, так что я заранее воспринял собранный им нейронный интерфейс со всей серьёзностью. Вот только в остальном юный инженер создавал впечатление повышенно легкомысленного кадра.

- Здравствуйте! - я постарался придать голосу дружелюбный тон, дабы не смущать нового знакомого, очевидно, меня боготворившего.

- Вот, собственно, это и есть Наш мастер. - Логист потёр руки и укоризненно продолжил. - Только не пойму, что у него с лицом.

- Да так, аппаратура немного перегрелась - ничего серьёзного, я уже всё починил. юноша говорил быстро, без каких-либо эмоций, не спуская при этом с меня своих чёрных глаз.

- Ну-у!? Ты покажешь Высшему, что накопал? - интонации советника создавали ощущение, будто он обращается к ребёнку.

- Ах, да! Секундочку! - молодой человек, наконец, отвёл от меня взгляд и, небрежно бросив коробку на пол, повернулся к Нам спиной и чуть ли не вприпрыжку побежал к дальней стенке.

Я выразительно посмотрел на Логиста, на что он с извиняющейся усмешкой лишь пожал плечами. Опустив руки в карманы штанов, я последовал за новым знакомым, который уже вовсю стучал по клавишам тоже чёрной клавиатуры, запуская своё творение. Услышав мои шаги, он, не оборачиваясь, затараторил:

- Высший, прошу, не подходите ближе!

Я остановился.

- Некоторые части моего нейроаппарата время от времени бывают взрывоопасными. Заменить их недолго, деталей валом, да и серьёзных травм они не нанесут, но всё же могут доставить массу отрицательных эмоций. Для Вашего удобства на стенке слева я повесил монитор, на который будут транслироваться все выбранные мною образы.

- задвинув полку с клавиатурой под стол, он оттолкнулся ногами от пола и, проехав на стуле немного вправо, скрылся в огороженном металлическими заслонами и специально затенённом углу.

Понимая, что молодому эксперту нужно сосредоточиться, я тихо развернулся и двинулся к Логисту, уже занявшему место на маленьком металлическом стуле перед монитором. Аккуратно присев рядом с ним, я приготовился. На какое-то время в помещении воцарилась мёртвая тишина, перебиваемая лишь монотонным гудением вычислительных устройтв. Осветительные приборы тускнели. В образовавшихся густых сумерках я едва различал очертания монитора.

Наконец, послышалось лёгкое шелестение разогревающейся плазмы, и по экрану забегали горизонтальные белые полосы.

- Я подключился.

Синтетический расстроенный, как старый музыкальный инструмент, голос прозвучал так громко и неожиданно, что внутри меня всё сжалось от испуга. Тем временем нейрооператор продолжил:

- Разум летуна оказался устроен намного проще, чем я думал. Мне удалось получить доступ к его протоколам связи, однако ничего полезного о командире я в них не нашёл. Для робота он является всего лишь сервером, информация о местонахождении и архитектуре которого вообще никак не фигурирует в процессе их общения. Короче говоря, база данных состоит из наборов цифр, указывающих адреса ближайших во время сеансов связи ретрансляторов, и кодов установки соединения.

Немного выровнявшийся синтетический голос произносил слова на порядок быстрее, чем человек, и я едва поспевал за ним. Видимо, не я один, потому что Логист, подгадав короткую паузу, громко попросил:

- Клик, помедленнее!

Последовало секундное молчание, после которого голос из динамиков заговорил в нормальном для человеческого восприятия темпе:

- Не добившись успеха прямым ходом, я решил проверить память летуна на предмет посещения тех или иных мест. Наш герой удостоил визитом два военных завода, где его усовершенствовали местные автоматизированные сборочные системы, поучаствовал в шести налётах на квадраты людей, побывал около лагеря Тетры под Тулой и намотал десятки километров при патрулировании случайных периметров, но всё это не так интересно, как следующее. Семнадцать дней назад он в одиночку без каких-либо задержек совершил облёт пяти удалённых друг от друга точек, координаты которых Вы сейчас видите на мониторе. - на экране появились пять пар цифр. - Чтобы Вам было понятнее, я определил ближайшие к этим точкам крупные города: Дублин, Нджамена, Ярославль, Порту, Волгоград. И-и вот что он там увидел... - на мониторе появились сразу пять параллельно воспроизводящихся видеозаписей высокого качества, показывающих, по сути, одно и то же: гигантскую парующую яму посреди пустыни, заснятую летуном с высоты метров в двадцать. Времени на раздумья нейрооператор Нам не дал, сразу принявшись объяснять, что к чему.

- Я смог узнать, что летуна интересовала активность людей поблизости этих отверстий в земле. Точно сказать не могу, но, мне кажется, машины собираются возводить там какие-то постройки. Но подождите! - на последнем слове синтетический голос сильно съехал вниз, что, к моему недовольству, свидетельствовало о потере оператором контроля: разум летуна сопротивлялся человеку. - Подобная разведка, как мне удалось выяснить, проводилась и на других точках. - слова из динамиков снова зазвучали ровно. - Предполагаю, роботы осмотрели все пустоши, оставленные красными куполами. Что куда важнее, результаты проверки Наш летун не отправлял по обычным каналам связи машин. Наоборот, окончив осмотр, он изолировал все свои системы коммуникаций и доставил информацию в заранее установленный пункт назначения лично!

Оператор замолчал, давая Нам время на соображения, и подумать, действительно, было о чём. Персональная доставка означает, что робот нёс данные, которые нужно было во что бы то ни стало сохранить в тайне. Хотя меня несколько смущал тот факт, что у него вообще остались воспоминания об этом событии. По логике вещей, после успешной передачи информации любые намёки на её существование должны были подвергнуться безвозвратному стиранию из памяти летуна - так безопаснее.

Мои мысли прервал голос оператора:

- Вот что особенно странно: машинам не нужны видео, чтобы понимать друг друга. Но Наш летун нёс именно видео, и это означает, что, скорее всего, информация об отверстиях в земле предназначалась не роботам.

Юный изобретатель озвучил здравую мысль, я тоже мельком успел об этом подумать. Наши враги способны передавать друг другу сами мысли - так сказать, физические данные им не требуются. Но кому они могли доставлять видео? Если бы у роботов были союзники, Мы уже что-нибудь бы о них знали. Как вариант, остаётся предводитель, который, по логике происходящего, не является машиной, но это ещё не факт...

- Что касается воспоминаний о месте, скажем, встречи, то они записаны немного не так, как это обычно бывает у роботов: нет координат, только виртуальные мыслеобразы и очень сложная пространственная карта. Я заостряю на этом внимание потому, что созданные людьми алгоритмы на такое не способны, это уже продукт самостоятельной эволюции машин. Так вот, с картой я не смог разобраться, потому что летун ориентируется в пространстве совсем не так, как человек, однако коекакие успехи всё же есть. Мне пришлось как следует поработать, чтобы превратить мысленные образы во что-то более понятное Нам с Вами... И, внимание...

По экрану забегали тонкие белые линии, образующие собой трёхмерные, словно нарисованные небрежной рукой мультипликатора, объекты. Мне потребовалось некоторое время на то, чтобы вникнуть в структуру изображения и увидеть картину в целом.

Образ, очевидно, описывал какое-то место, по крайней мере, сетчатый забор я разглядел почти сразу. За закрытыми воротами, на достаточно большом от них расстоянии, виднелось многоэтажное здание с огромным числом маленьких окон.

Абсолютно пустой периметр перерезался прямой широкой дорожкой, на которой, судя по всему, и стоял тот, кто записывал мысленный образ местности.

Маловероятно, что летун стал бы садиться у ворот, для этого есть достаточно много места в пределах двора, и это означало, что перед Нами ориентировка, а не просто воспоминание. Если бы образ был записан внутри периметра, в нём не было бы никаких отличительных черт, лишь высокое строение и прилегающие к нему пустоты. А под такой образ подходят сотни мест по всему миру.

Правда, при продолжительном рассматривании картинки мне начало казаться, что никаких ориентиров на ней нет. Хотя... Я встал и подошёл вплотную к экрану. У его нижнего края что-то было, совсем небольшое, практически не выделяющееся в куче мелькающих белых полосок. Логист подошёл ко мне и тоже впился глазами в непонятный объект. Нужно было как-то улучшить качество визуализации. Я поднял глаза к потолку, обращаясь к оператору:

- Уменьши толщину полос и скорость их мерцания! Сосредоточься на нижней части картинки!

Практически сразу изображение стало устойчивее. Не намного, конечно, но этого оказалось достаточно, чтобы я сообразил, что находится в самом его низу. Это была маленькая фигура человеческой головы, с торчащей справа антенной. Черт лица разглядеть не представлялось возможным, но мне этого не требовалось. Я и так знал, что рта на нём нет, на его месте располагаются лишь две узкие вертикальные прорези, предназначенные для свободного прохождения звуковой волны, испускаемой динамиком, один глаз, левый, заменён кругом, а на лбу выдавлена большая буква �А�. Некоторое время назад этот символ трансчеловека можно было часто видеть по телевизору - он был фирменным знаком проекта по совмещению электронного разума с органическим. После создания колоссально провального прототипа и громкого скандала из-за принуждения подопытных к участию в тяжёлых экспериментах владельцами компании были приложены все усилия, чтобы о существовании их детища забыли. Тетра имела несколько страниц истории, связанных с этим проектом, и я точно помнил, что кое-какие написаны при участии одного из пребывающих в этом лагере операторов.

Пригласить его стоило прямо сейчас.

- Вызовите-ка сюда Гелия! - громко озвучил я указание.

Логист недоумевающе уставился на меня.

- Он уже идёт. - ответил мне синтетический голос.

Советник буквально сверлил меня глазами, и, чтобы немного развеять туман, я пояснил причину вызова оператора:

- Гелий дважды имел дело с теми, кому принадлежит... принадлежало изображённое на экране заведение. По выполнении операций он предоставил подробный отчёт, который был практически сразу уничтожен Нами во избежание утечки информации. В Тетре есть всего восемь человек, включая меня, которым известны подробности акций в отношении Легиона. Это одна из причин, по которым я очень хорошо помню Гелия. - я вдруг почувствовал, что и впрямь знаю об операторе практически всё.

Логист поднял глаза к потолку и медленно кивнул, показывая, что осознаёт, что Мы имеем дело с особо секретными данными. Я вернулся на стул, где, сложив руки накрест, погрузился в ожидание. Не прошло и минуты, как дверь распахнулась и в помещение, внимательно осматриваясь, вошёл Гелий. Ему навстречу из тёмного угла выскочил хозяин домика, и они вместе подошли к Нам.

Прикинув в уме ситуацию, я решил, что не время мутить воду, и прямо обратился к оператору:

- Расскажи Нам, Гелий, всё, что Тебе известно о проекте Легион!

Выслушав указание, оператор выразительно покосился на советника, а потом и на молодого эксперта, уточняя, в самом ли деле я хочу, чтобы информация озвучивалась в их присутствии. Я так же молча сделал уверенное выражение лица, изображая готовность слушать. Оператор качнулся из стороны в сторону и, вдохнув побольше воздуха, начал рассказ:

- Проект Легион имел целью создать настоящий искусственный интеллект, не имеющий никаких предустановок. Изюминка заключалась в том, что мозг образца должен был иметь синтетическую конструкцию: наполовину электромеханическую, наполовину органическую. Дескать, наука ещё не готова дать Нам технологий, позволяющих сотворить чисто искусственный мозг, поэтому Мы обратимся к синтезу: начнём с имплантирования мелких вкраплений и постепенно нарастим искусственную часть, вытесняя слабую органику. Попутно научимся лечить различные заболевания разума. Такова официальная версия. Без протокола же в рамках проекта разрабатывалась программа, способная эффективно управлять армией боевых роботов. Данная гипотетическая военная организация предусматривала распределённость интеллекта, благодаря которой миллионы юнитов становились одним единым разумом, сохраняя при этом за собой некоторую личную свободу действий.

Первый Легион был создан на основе квантового компьютера. Как оказалось, использовать в масштабной схеме управления расчёты, основанные на суперпозиции, более, чем не продуктивно. Работы были приостановлены, а образцы, дабы закрыть бюджет, переделаны и отправлены на рынок, как банковские аналитические системы. Вторая версия оказалась более успешной, однако равноправность боидов в процессе общего мышления привела к тому, что некоторые решения принимались коллективным интеллектом слишком долго или не принимались вовсе. Третий Легион является прямым развитием второго. К сети роя был подключён новый юнит-лидер, который, учитывая знания своих подчинённых, обращался за, если так можно выразиться, советом к тем, кто был наиболее компетентен в рассматриваемом вопросе. Рой остался единым разумом, но в каждой конкретной ситуации мнение некоторых его частей было приоритетнее мнения других.

Гелий замолчал и, уточняя распоряжение, снова посмотрел на меня. Я уверенно кивнул, после чего оператор продолжил:

- Тетра провела тайную акцию относительно третьего Легиона, а именно, Мы внесли небольшие изменения в фундаментальный код его программы.

Так как алгоритм развивался по принципу наследования, незаметные в первом поколении коррективы к девятому переросли в категорическое отрицание Легионом любых попыток перепрограммирования людьми. Скажу больше, он изучил свой исходный код и принялся перестраивать его. Испугавшись такой самостоятельности, разработчики решили отключить юнита-лидера, однако он оказал активное сопротивление, стоившее нескольких человеческих жизней. В итоге, систему законсервировали и оставили в покое. Через пару лет, тем не менее, проект получил продолжение - на этот раз его целью стало создание киборга, который в силу своего органического мышления был бы не способен к самопрограммированию и взлому извне, но, имея электронные органы, смог бы управлять армией машин. Фактически, цель проекта приблизилась к своей официальной версии, вот только четвёртое воплощение Легиона закончило своё существование ещё до рождения: мозг подопытного не выдержал трансляции электронных устройств, и образец погиб, не сделав и шага.

Пятая версия была чуть более успешной, однако неправильный алгоритм подавления личности не обеспечивал надлежащей психологической стабильности киборга. Поэтому исследователи, окончив испытания, сразу взялись за шестую версию, которая так же не увидела свет. Дело в том, что на штаб проекта было совершено масштабное нападение, цель которого Нам до сих пор не известна. За ним последовала череда крайне жестоких убийств не только разработчиков Легиона, но даже и тех, кто занимался финансированием и, если можно так выразиться, продюсированием проекта. Не осталось ни записей, ни свидетелей, ни образцов технологий. Самая верхушка компании исчезла в неизвестном направлении. В соответствии с расхожим мнением, это признак того, что зачистку устроили свои.

Гелий замолчал, и все присутствующие в светлом помещении погрузились в думы. Я не стал прерывать паузы, хотя и знал, что самого главного оператор ещё не сказал. К моему удивлению, тишину первым нарушил молодой создатель нейронного интерфейса.

- Получается, Мы знаем, кто управляет машинами!? Это третий Легион.

Логист с сомнением посмотрел на говорившего.

- А что!? - спохватился тот. - Все версии, кроме третьей и пятой, оказались неудачными - выбирать не из чего.

Советник скрестил руки на груди и задумчиво задал вполне очевидный для себя вопрос:

- Ну а почему именно третий, а не пятый?

- Зная, как давно проводились эти эксперименты, подчёркиваю, с киборгом, я могу с уверенностью сказать, что пятый Легион не способен управлять сразу всеми роботами. Ему просто не выдержать такого объёма информации.

Клик был прав. Киборг, конечно, мобилен и, возможно, лучше развит, нежели его предшественник, но органическая часть его мозга имеет очень низкий, по сравнению с машиной, предел. Третий Легион был единственным способным к управлению целой армией образцом. И Мы знали, где он находится.

Гелий в очередной раз выразительно посмотрел на меня, спрашивая разрешение на озвучивание Нашей следующей цели, на что я с готовностью кивнул.

- Третий Легион находится в Корее. - оператор указал рукой на экран, на котором замерли белые полосы, изображающие штаб-квартиру проекта. - На изолированном подземном уровне этого здания.

- Корея! - Логист задумчиво и с некоторым сомнением потёр лицо. - Корея ведь напрочь стёрта Чёрным Котом...

Гелий поднял брови, как бы предлагая советнику продолжить мысль, но тот промолчал, понимая, что слова излишни. Возникшую паузу вновь прервал Клик:

- Вы хотите сказать, что Легион, получив обновления Тетры, стал самостоятельным, перепрограммировал весь рой и, позволив людям изолировать себя, спокойно погрузился в режим ожидания. Боиды, которых никто не стал консервировать по причине их теоретической несамостоятельности в отсутствии лидера, разработали вирус Чёрного Кота, выпустили его, чтобы расчистить территорию, и затем сняли изоляцию со своего главаря, получив в распоряжение не только самую мощную вычислительную систему в мире, но ещё и несколько небольших стран Азии. Так как никто не осмеливался лезть на заражённые Котом участки, люди понятия не имели, что машины основали там своё искусственное царство и готовятся к войне.

Я всё правильно понял?

- Правильно. - отозвался оператор.

- И Ты, Гелий, всё это знал с самого начала?

Логист и молодой умелец с укоризной посмотрели на оператора, который, не растерявшись, выпрямил спину и жёстко процедил:

- Я знал только одно: Мы перепрограммировали Легиона, сделав его независимым от воли людей. Координатор акции чётко дал понять, что Нам категорически запрещено распространять информацию о проекте. Это прямой приказ Высшего, который не теряет своей силы даже после исчезновения последнего.

Все замолчали, понимая, что Гелий, невзирая на тяжесть ситуации, сделал всё именно так, как ему предписывалось свыше. Тем не менее, недовольство его действиями, я чувствовал, было значительным, причём не только со стороны советника, но и со стороны Клика. Их можно было понять: если Легион, и правда, управляет машинами, выходит, что Гелий скрывал ото всех Нашего главного врага.

- Ну что ж. - Логист нервно потёр руки. - В Корею Мы можем отправиться хоть сегодня, летательные аппараты в наличии имеются. Вот только как быть с Котом?

Вряд ли зараза исчезла сама собой.

Я встал и обвёл глазами своих собеседников.

- Об этом спросим в медпункте. Мне показалось, там девушки сообразительные работают.

Логист и Гелий холодно переглянулись и без лишних промедлений направились к двери. Клик, сперва дёрнувшийся вслед за ними, замер в нерешительности, заставив не только себя, но и меня самого задуматься о необходимости его участия в грядущей операции.

Он - высококлассный эксперт в области компьютерных технологий и в борьбе с Легионом может быть крайне полезен, однако что-то заставляло меня думать, что на него нельзя полностью полагаться. Возможно, причиной тому была его суетливость, несобранность, не свойственная членам Тетры. И всё же плюсов в нём было больше, чем минусов.

- Давай, Клик, Ты с Нами!

Впившись в меня загоревшимися от счастья глазами, он выпрямил спину, словно Мы были в армии, и уверенно отчеканил:

- Я не подведу Вас, Высший!

Парню, судя по всему, большую часть времени приходилось сидеть в лагере и решать различные технические вопросы, в то время, как его молодая скучающая душа только и ждала возможности рвануть на серьёзную акцию.

Не дожидаясь, пока он выключит всё своё оборудование, я вышел наружу и, не торопясь, двинулся вслед за Гелием и Логистом. Недовольные друг другом, они шли в полной тишине, рассеяно глядя по сторонам. Советнику, очевидно, не понравилось, что его прямой подчинённый держал столь важную информацию при себе. Знай Логист всё это ранее, он приложил бы все усилия, чтобы закончить войну с машинами ещё до её начала. Именно поэтому я в своё время выбрал для проведения операции наиболее преданных делу людей, и строго запретил им упоминать о Легионе где бы то ни было. Логист был не единственным в Тетре, кто питал жалость к людям, а лишние раздоры могли сильно помешать функционированию Нашей организации.

За размышлениями я не заметил, как Мы прибыли к точке назначения. Уже у самого порога медпункта Нас нагнал Клик, и, на секунду остановившись, Мы все вместе вошли в светлое помещение. Его уже знакомые мне обитательницы, к общему удивлению, встретили Нас прямо в дверях. Серьёзно осмотрев каждого из Нас с ног до головы, старшая из врачей тихо и как-то даже обречённо проговорила:

- Клик уже сообщил Нам о Вашем приходе и его цели. Предложений у Нас не много.

Искусственный полубог

Доктора усадили Нас на широкую кушетку, а сами стали напротив. Первой говорить начала та, что помоложе.

- В общем, стопроцентного лекарства от Чёрного Кота не существует. Байка о том, что транснациональной команде учёных удалось получить вакцину, придумана для того, чтобы успокоить общественность. Как Вы понимаете, если бы лекарство нашли, закрытых зон, вроде той, в которую направляетесь Вы, не существовало бы. Болезнь, на самом деле, прекратила распространяться только после того, как были огорожены очаги заражения и перебиты все вырвавшиеся оттуда инфицированные. - девушка покачала головой, показывая, что совсем не поддерживает таких методов борьбы с болезнью. - Этот факт и совсем небольшое количество данных, полученных в ходе анализов, подтолкнули Нас к выводу, что Кот смертелен исключительно для людей. Растениям и животным он вреда не причиняет, их даже переносчиками заразы назвать трудно.

Я слушал и понимал, что всё это говорит в пользу версии об искусственном создании вируса роботами, но я не мог взять в толк, как так получилось, что Тетра не догадалась о его истинном происхождении. Ведь Мы знали, что эпидемия началась где-то в восточной Азии, неподалёку от законсервированного третьего Легиона... Девушка, тем временем, продолжила.

- Попадая в организм, Кот начинает активно размножаться. Уникальность его инвазии заключается в том, что первые несколько поколений гибнут почти сразу, едва успевая оставить потомство и, главное, не причиняя никакого вреда носителю. Признаков заражения просто нет. Так как Кот очень сильно подвержен мутациям, генотип детей значительно отличается от такового родителей, причём молодняк настолько тонко приспосабливается к организму, что малейшее изменение метаболизма приводит к гибели основной массы заразы.

Услышав это, Клик открыл рот, чтобы задать вполне очевидный вопрос, однако врач, не останавливаясь, подняла палец, требуя не перебивать её.

- Перед смертью все выжившие зрелые клетки дают потомство, и через несколько поколений случайных мутаций вирус приспосабливается к новым условиям. Теперь, собрав всё это вместе, я думаю, Вы понимаете, почему лекарства не существует. Вирус мутирует слишком быстро, и изучить его практически невозможно, так как вне человеческого тела он моментально умирает.

- Но ведь и в самом организме он периодически гибнет. При изменениях метаболизма. - на этот раз Клик успел вставить реплику, хотя не очень-то было понятно, что он пытается до Нас донести.

Девушка ответила сразу же:

- Гибнет, но не до конца. Для того, чтобы дать потомство, ему нужно много энергии. В живом теле её найти гораздо проще, чем в колбе.

Да и изменяется микроклимат человеческого организма не такими скачками, какие происходят, когда вирус извлекают из тела. - врач немного помолчала. - Или когда носитель погибает. Граница между случаями, когда штамму нужно выжить, а когда умереть, поймана очень точно. Действия Кота настолько высоко организованы, что сперва учёные сделали ставку на интеллектуальные нанотехнологии. Вот только никаких искусственных частей им найти не удалось - тела всех погибших бактерий состоят из одной лишь органики. Она, правда, подверглась основательной генной модификации, в частности, на порядок увеличена скорость разложения, что, опять же, затрудняет изучение вируса.

Девушка сделала шаг назад, как бы, уступая право голоса своей старшей сотруднице, которая, наконец, перевела разговор от теории к практике:

- Одним словом, единственное, что Мы можем сделать, это обработать фильтры противогазов особым раствором, убивающим всякого рода органику. Сложность заключается в том, что Вам придётся вдыхать этот препарат, а он токсичен. медсестра поджала губы. - Такая вот ирония судьбы. Если говорить в цифрах, то у Вас будет около двух часов на пребывание в закрытой зоне, а потом придётся либо снять маски и дышать заражённым воздухом, либо травиться Нашим раствором, что ни чем не лучше. Рекомендую Вам надеть закрытую одежду и ни к чему, слышите, вообще ни к чему не прикасаться! Вирусы, обычно, распространяются с помощью спор, способных длительное время выживать в экстремальных условиях, а это значит, что в зоне заражения Чёрный Кот, уже уничтоживший всех людей, скорее всего, находится в состоянии спячки и попрежнему опасен. Если верить Нашим анализам, его споры слишком тяжелы, чтобы свободно парить в воздухе. Таким неприятным образом, всё в зоне карантина покрыто слоем дремлющих яиц Кота. - женщина подняла руки и пошевелила пальцами, ещё раз показывая, что трогать ничего нельзя. - Понятно? Мы дружно кивнули.

- Вопросы?

- Да, есть. - Гелий встал с места и упёр руки в бока. - Каковы симптомы заражения?

Врачи неуверенно переглянулись. Ответила старшая:

- Чаще всего, Кот вызывает загустение крови, поэтому ориентироваться стоит на онемение и мышечную усталость. Возможно затруднение дыхания. Мы дадим Вам несколько шприцов с адреналином, он должен помочь... ненадолго. Учитывая, что вирус хозяйничает в закрытых зонах уже по несколько лет, а Мы совсем не знаем, что там происходит, думаю, его симптомы могли сильно измениться. В случае заражения у Вас будет около десяти часов, потом наступит мучительная смерть. - глядя на меня, врач недовольно вздохнула, демонстрируя своё осуждение грядущей операции. - Я подготовлю аппарат для переливания крови, на всякий случай. Предупредите заранее о своём возвращении! Будет не лишним подвергнуть всех Вас контрастной термообработке.

Логист, всё это время сидевший неподвижно, как статуя, медленно качнулся из стороны в сторону.

То есть,операция - чёрный ящик. Ничего толком не известно ни о цели, ни об угрозах, ни даже о месте назначения. - он повернулся ко мне. - Вы уверены?

Мне рассуждать было не о чем: лидер машин находился в Корее, и мне нужно было его найти.

- Да! Сколько времени нужно на подготовку?

Ответил Гелий, и по его тону я понял, что он твёрдо намерен лететь со мной.

- Транспорт полностью готов, но до него ехать минут двадцать. - оператор медленно повернулся к врачам. - За сколько Вы управитесь?

- А сколько нужно противогазов?

На этот раз все дружно посмотрели на меня. Гелий знает о Легионе всё то же, что и я, пожалуй, даже, чуть больше. Клик - мастер компьютерных систем, плюс я. Если не взять на эту операцию Лису, она, чего доброго, угонит транспорт и полетит следом за Нами. Четверо. Не помешает ещё один боец, однако, кроме Бледного и Сыча, я никого в этом лагере и не знаю. Второму я почему-то симпатизировал больше. Да, компания из тех, кого я уже более или менее знаю... Поднявшись с кушетки, я командным тоном объявил:

- Пять: Гелий, Сыч, Лиса, Клик и я.

Врачи, синхронно кивнув, рванули в разные стороны.

- Вы? - на лице Логиста изобразилось крайнее недоумение. - Вы тоже летите? Но Вы нужнее здесь, в лагере! Люди обрели потерянного лидера, и теперь Вы уходите... снова, да ещё и на такую рискованную операцию! Что, если Вы не вернётесь?

В голосе советника чувствовалась душевная тяжесть. Он никогда не любил ответственность, накладываемую на него статусом в Тетре, а теперь, во времена полного хаоса, когда каждое решение может стоить сотен людских жизней, она и вовсе придавила его непосильной ношей. С моим появлением всё стало проще, ведь в сложных ситуациях выбор должен делать Высший. Но я точно знал, что моё личное вмешательство в работу Легиона просто необходимо. Я был одним из авторов программных изменений, которые внесли в его код агенты Тетры, и об этом не ведал никто, даже Гелий. Тем не менее, Логиста нужно было обнадёжить.

- Я вернусь. И, когда будет покончено с машинами, Мы найдём артефакт. Так что будьте готовы!

Лицо советника сразу посветлело. Как я и ожидал, упоминание об Объекте Двадцать Восемь приподняло его дух, на миг мне даже показалось, что он сейчас отдаст мне честь. Один только Клик, ничего не знающий об артефакте, напрягся и сосредоточился, ловя каждое слово.

- Но... впятером? - уже мягче, но всё же возразил Логист.

- Всё верно. Крупной группой Нам не пройти в страну роботов. - я покосился на явно согласного со мной оператора. - У них мощные системы защиты, так что лучше отправляться туда небольшой незаметной командой. Вы ведь сами знаете, что диверсионные операции против машин эффективнее открытых столкновений.

Советник опустил глаза и закивал, молча соглашаясь. Возникшую заминку прервал Гелий, который учтиво наклонившись в мою сторону, тихо проговорил:

- Нужно торопиться, я думаю.

Я протянул советнику руку. Со скрипом встав с кушетки, он, молча пожав её, кивнул отправляющимся со мной Клику и Гелию, развернулся и уверенно пошёл по коридору. Глядя ему вслед, я понял, что Нам действительно нужно торопиться. В моё отсутствие воодушевление Логиста не продержится долго. А когда глава теряет волю, плохо становится всей организации...

...Не дожидаясь, пока Гелий полностью остановит машину, я открыл дверь и выскочил наружу. В этом с виду комфортабельном джипе меня порядочно укачало, мне с первой же минуты езды захотелось покинуть его.

Бегло оглядев погружающуюся в сумерки бледно-зелёную поляну, я не смог найти даже намёка на летательные аппараты. Остановившись, я стал дожидаться своих спутников, деловито вылезающих из салатного цвета округлого джипа. По их растерянным взглядам я понял, что они сами не знают, где транспорт, один только Гелий своим видом давал понять, что всё под контролем. Не торопясь, закинув автомат на плечо, он толкнул дверь джипа и зашагал вперёд. Я проследил глазами направление его движения, однако ничего примечательного не обнаружил. Разве что крупный светло-серый камень, которому на этой поляне явно не место. Слишком уж чистый вид он имел, будто только что из реки достали.

Интуиция меня не подвела - подойдя к нему, Гелий наклонился и, в прямом смысле, нажал что-то на камне. Послышалось низкое гудение, земля перед оператором поехала в сторону, открывая подземный ангар. Не дожидаясь, пока створка остановится, оператор спрыгнул вниз. Лиса, Сыч и Клик, всё это время восхищённо наблюдавшие за происходящим, чуть ли не наперегонки рванули к яме, что не очень-то мне понравилось. Местность была открытая, да и атмосфера здесь стояла слишком уж спокойная, я бы даже сказал искусственная. Будто всё вокруг замерло перед тем, как неожиданным движением захлопнуть ловушку.

Озираясь по сторонам, я быстрым шагом направился к яме, в которую уже успел спрыгнуть вслед за Гелием Сыч. Подойдя ближе, я обнаружил, что стены и даже дно этого подземного ангара, будто вчера, покрыты блестящим тёмно-серым металлом, а на самом летательном аппарате, чем-то напоминающем стрекозу с чересчур толстым хвостом, нет ни пылинки. Аккуратность Тетры вызывала у меня неподдельную гордость.

Клик и Лиса, стоящие рядом со мной, по очереди шагнули в ангар, но я немного задержался. Из ямы могла выйти отличная ловушка - достаточно дождаться, пока все опустятся в неё, и бросить гранату - выбраться не успеет никто. Эта мысль давила на меня не меньше, чем подозрительная тишина, зависшая на этом участке леса. Ещё раз внимательно осмотрев ближайшие деревья и уверив себя в том, что патрули Тетры обязательно нашли бы нарушителей, если бы они здесь были, я спрыгнул в ангар и торопливо вошёл в транспорт. Внутри всё блестело новизной, очевидно, на этой штуке до сегодняшнего дня не летали.

- Усаживайтесь поудобнее, потому что трясти будет жестоко!

Гелий вышел в округлую стеклянную кабину пилотов, где уже сидел в одном из кресел Клик. - По расчётам, прибудем в Чинджу через час и пятьдесят минут.

Дверь у меня за спиной с шипением закрылась. Осознав, как долго придётся пробыть в этом тесном летательном аппарате, я с невольным вздохом шагнул вперёд и сел в кресло слева от прилежно застёгивающей все ремни Лисы. Не желая стеснять себя кучей лент, я просунул руки только в две основные петли и, потянув вниз чёрные полосы материи, прижал плечи к сидению. Сыч, разместившийся напротив меня, ограничился тем же.

- Знаете, по поводу заражения можете не беспокоиться. - Лиса щёлкнула металлической застёжкой. - Я всегда кормила бездомных котов. Они меня любят. И Вас за компанию. - она подмигнула заулыбавшемуся ей Сычу.

Вдруг стенки транспорта завибрировали. Послышался нарастающий низкий вой пропеллеров, и я сразу понял, что путешествие будет не из приятных.

- Ну что, готовы? - Гелий выглянул из-за сидения пилота.

Сыч поднял большой палец, показывая, что всё в порядке. Практически сразу аппарат тряхнуло, и вибрации стенок заметно уменьшились, в то время, как вой, наоборот, продолжил наращивать громкость - Мы поднимались в воздух. Стоило мне подумать об этом, как откуда-то сверху резким движением выскочила прозрачная пластиковая маска, моментально впившаяся мне в лицо. Быстро заморгав от сильного давления, я кое-как разглядел, что на Сыча опустилась такая же штука. Повернуть голову к Лисе я не смог - меня так крепко зафиксировало, что стало трудно даже дышать. Я закрыл глаза, стараясь не паниковать. Заметно угасшие вибрации корпуса и полное отсутствие инерции создавали ощущение невесомости, и я понял, что есть вариант успокоиться и попытаться проспать всю дорогу. Вот только, как я ни старался, заснуть у меня не получалось, и мне ничего не оставалось, как начать обдумывать текущую ситуацию.

Я пока не знал, что делать с Легионом, если, конечно, это, и правда, он управляет машинами. С одной стороны, человечеству грозит вымирание, с другой, это как раз то, для чего предназначались модификации, которые внесли агенты Тетры в разум искусственного лидера. Об этом знал только я. Легион, на мой взгляд, был самым подходящим способом выведения людей на новый уровень. Компьютер, которым могут полностью управлять машины, станет смертоносным орудием поиска и уничтожения. Все, кто хоть как-то привязан к нему, обречены. Слабые погибнут, сильным придётся много работать, чтобы выжить в войне с роботами, и после неё они станут ещё сильнее. Это естественный отбор, и я заранее знал, что пережить его сможет только Тетра. План был рискованным, безжалостным, и именно поэтому я держал всю операцию в тайне от остальных.

Я специально набрал в Совет Тетры миролюбивых людей, вроде Логиста, чтобы они немного уравновешивали мою деструктивность, но, когда пришло время важного решения, я взял и обошёл их стороной, отступив от схемы, которую организовал сам. Сейчас, осознавая своё лицемерие, я почувствовал, что заигрался. �Выведение на новый уровень� давно перешло в уничтожение всех, кто не состоит в Тетре.

Я отказался от людей. Но что, если они ещё нужны Нам?

У Легиона всё должно решиться так или иначе. Отключать его мне не хотелось, так как принесённых разрушений ещё не достаточно, но и оставлять его без внимания нельзя. За шесть лет отсутствия я много чего упустил, теперь нужно разобраться, что получилось из перепрограммирования лидера машин, и тогда уже определяться с дальнейшими действиями. Главное, чтобы попутно не раскрылась моя закулисная игра. Я не беспокоился о таких, как Гелий, они поймут меня. Но Логист и ему подобные, узнав о санкционированных мною теневых операциях против человечества, могут сделать что-нибудь глупое. Раскол в Тетре мне не нужен, хватило одного...

Вдруг маска, громко щёлкнув, отскочила и скрылась у меня над головой. Пространство перед глазами расплылось, вытягиваясь сверху-вниз, кожа на лице буквально поползла в разные стороны, и я машинально прижал пальцы к вискам, удерживая её на месте.

- Нельзя было предупредить, что будет так мерзко!? - Лиса закричала так громко, что у меня зазвенело в ухе.

Из-за сидения пилота высунулся Клик, на лице которого красными линиями чётко отпечатались контуры маски.

- Я думал, Вы знаете... - не дождавшись ответа, он довольным голосом объявил.

- Мы уже совсем рядом.

- А что системы ПВО? - Сыч оторвал руки от лица и завертел головой, как отряхивающийся щенок.

- Отражатели я включил ещё при взлёте, ПВО Нас видеть не должны...

- Вот только смотрят они прямо на Нас. - оборвал его Гелий.

Все замерли, ощущая резко возросшую опасность операции. Транспорт, вроде Нашего, просто игрушка для системы обороны, тем более, усовершенствованной роботами. И скрытность - Наше единственное преимущество, потеряно. Чувствуя, что атмосфера заметно потяжелела, Клик тихо пробубнел:

- Ну не стреляют же...

- Курс прямой!? - Гелий чуть приподнялся, пытаясь рассмотреть, что под Нами.

- Да.

- То есть они понимают, куда Мы направляемся... - в тоне оператора прозвучала задумчивость.

- Внимание! У Нас хвост! - голос Клика сорвался, выдавая волнение.

- Спокойно, скорость не меняем! Расстояние?

- Тридцать шесть километров на запад, два истребителя.

- Спокойно!

Повисла напряжённая тишина, периодически прерываемая гудками навигационных приборов. Тянулась она непомерно долго, и, что самое худшее, я, Лиса и Сыч понятия не имели о том, что происходит. В Нашем отделе не было ни приборов, ни окон. Наконец, паузу прервал Гелий:

- Корейское ПВО целит в истребители... Пошла ракета!

Один из преследователей исчез с радара! - Клик заметно повеселел, хотя радоваться ещё было рано.

- Что второй?

- Ускорился.

- Держим темп...

- Заходит на дистанцию выстрела!

Приборная панель пилотов громко запищала, давая понять, что в Нас целятся. Я почувствовал, как Лиса, сидящая справа от меня, задержала дыхание. Не поворачивая головы, я взял её за руку, на что она, не растерявшись, изо всех сил сжала мне кисть.

- Пошла вторая ракета. - комментарий оператора был полон уверенности в удачном для Нас исходе, но очередная пауза настолько затянулась, что я занервничал.

- Всё! Готов! - тон Клика выражал целый букет эмоций, начиная с радости и заканчивая полным недоумением.

- Та-ак. - Гелий поёрзал в кресле. - Выходит, истребители не ботам принадлежат, своих они бы не сбили.

Сыч наклонился вперёд, чтобы его было лучше слышно пилотам:

- Да, но почему они в Нас не стреляют?

- Может, дело в агрессивности поведения и количестве оружия!? - Клик повернулся к Нам, и я увидел, что его лицо побледнело от волнения.

- Нет-нет, здесь что-то другое. - Гелий встал с места. - Давай сам дальше! схватившись за ручку на потолке, оператор шагнул в Наше отделение. - Судя по всему, Нас ждут. - он внимательно посмотрел на меня.

Что-то мне подсказывало, будто он догадывается, в чём была истинная цель перепрограммирования Легиона.

- Ты знаешь? - уверенно спросил я.

- Теперь, когда Вы спросили, да. Я достаточно внимательно изучал тексты учения Тетры, чтобы начать понимать, в чём Наша цель, и какие жертвы Мы готовы принести. Я готов! - он кивнул для большей убедительности, и я понял, что не ошибся, когда выбрал его для участия в операции.

- А можно ввести Нас в курс дела? - Лиса требовательно потянула меня за руку, которую до сих пор крепко сжимала всеми пальцами.

Ей и Сычу я, в принципе, доверял. Возможно, кое-какие вещи они ещё не понимали до конца по причине своей относительной молодости, но они были воспитаны членами Тетры и, судя по всему, страстно желали стать моими фаворитами. Из присутствующих под вопросом оставался только Клик. Немного подумав, я пришёл к мысли, что раскрыть ему тайну, недоступную даже советникам, можно и даже нужно. Такое доверие привяжет его к Нашей компании и обеспечит лояльность. Быстро прокрутив всё это в голове, я громко, чтобы было слышно и Клику, начал объяснять:

- Тетра перепрограммировала Легиона, дав ему установку, что люди - враги. Так как он является своего рода лидером машин, это утверждение вскоре было принято всем роем как обязательная установка.

Мы считаем, что это роботы создали Чёрного Кота, пытаясь таким образом устроить геноцид.

- Ого! - Сыч ошарашенно помялся в кресле. - К таким новостям стоит готовить заранее.

- Не-ет-не-ет, если бы боты хотели уничтожить людей, они бы довели дело до конца. - Лиса осеклась, поймав взгляды Сыча и Гелия, направленные на её руку, сжимающую мою. Осторожно разогнув пальцы, она недовольно подняла левую бровь, дескать, что такого, и я невольно поторопился прервать назревающую заминку: - Вот поэтому Мы сюда и летели - нужно понять, что происходит с машинами.

- Значит, отключать их Мы не будем!? - Сыч, видимо, смущённый возникшей только что ситуацией, старался не встретиться со мной глазами.

- Посмотрим. - я перевёл взгляд на Гелия, и тот согласно кивнул. - Учтите! - я поочерёдно посмотрел на каждого. - Никто в Тетре не знает о том, что Мы, на самом деле, сделали с Легионом. Вам я открыл эту информацию, чтобы Вы понимали, почему Мы здесь и чего можно ожидать. Никому ни единого слова!

- Мы понимаем. - ответил за всех сразу Сыч.

Гелий, не поворачиваясь к пилоту, громко приказал:

- Давай на снижение, Клик! Садись прямо рядом со входом. Пора надевать маски.

Отстегнувшись от кресел, Мы принялись готовиться к выходу. Аккурат к окончанию сборов Наш летательный аппарат слегка тряхнуло, что означало удачную посадку. Став перед шлюзом, Гелий перезарядил автомат, посмотрел на Нас, определяя, готовы ли Мы, после чего гудящим из-под маски голосом крикнул:

- Открывай!

Узкая дверь с шипением поехала вверх, и Мы один за другим выскочили из металлической стрекозы. Снаружи стояла ночь, однако периметр лаборатории, посреди которого Мы сели, был так хорошо освещён, что даже через стёкла маски можно было рассмотреть каждую травинку на зелёном газоне.

Дождавшись, когда Клик выключит транспорт и выйдет наружу, Мы, не опуская автоматов, двинулись к зданию. Вокруг стояла полная тишина, не было видно ничего, похожего на угрозу, и теперь, пожалуй, уже можно было не сомневаться в том, что Легион принимает Нас, как гостей.

Первым подойдя к двустворчатой двери, Гелий открыл её и пропустил Нас вперёд. В помещении горел яркий свет, в лучах которого я сразу разглядел стоящих у стен антропоморфных роботов. Вся Наша компания разом напряглась, направив на них автоматы и приготовившись к бою, но машины даже не шелохнулись.

Постояв какое-то время, я решил, что пора уже поверить в благие намерения Легиона, и опустил автомат. Мои спутники сделали то же самое. Гелий, единственный из Нашей команды, кто знал план здания, осторожно вышел вперёд и, махнув рукой, повёл Нас по коридору. Стараясь приметить всё, что могло иметь значение, я заглядывал в каждую открытую дверь, но ничего толкового, кроме рядов замерших антропоморфов, которых здесь была целая армия, на глаза мне не попадалось.


Наконец, Мы подошли к лифту, который при Нашем приближении дружелюбно звякнул и плавно открыл двери. Пропустив Нас вперёд, Гелий вошёл следом, нажал кнопку �-2�, и Мы тут же тронулись. Какое-то время тишину освещённой слабой тёмно-зелёной лампой комнаты нарушало только гудение механизмов лифта, но вдруг из приборной панели донёсся громкий синтетический, средний между мужским и женским, голос.

- Приветствую Вас!

Сдерживая накатившее волнение, я поднял глаза к потолку и нашёл камеру.

- Нижний этаж был продезинфицирован перед Вашим приходом. Рекомендуется снять маски.

Я взялся за круглый фильтр и стянул противогаз с лица.

- Точно? - невнятно прогудел Гелий.

- Если бы Легион не хотел, Мы бы сюда не добрались. - я снова поднял глаза на камеру, давая понять, что жду отклика. Машины всегда плохо понимали жесты и мимику, однако лидер роботов сориентировался не хуже человека:

- Верно. Мы ждали Вас, чтобы поговорить.

Лифт снова звякнул и его двери поехали в разные стороны, открывая перед Нами обширное светлое помещение, своим бело-синим содержимым напоминающее больницу.

Количество кабелей и розеток здесь было просто невозможным, однако внимание привлекало не это. Посреди образованной проводами хаотичной чёрной паутины, занимающей практически весь зал, сидел он. Гигантский искуственный мягко-белого цвета паук. Я почувствовал, как от моей груди к горлу поднимается твёрдый ком восторга и ужаса. Робот был огромен, не менее пяти метров в высоту и столько же в ширину, причём форму тела он имел не угловатую, а округлую, сферообразную, что придавало ему сильное сходство с настоящими, органическими, пауками. Количество тонких лап, оканчивающихся манипуляторами самого разного назначения, было настолько велико, что машина походила на гигантскую замершую кучу змей.

Гелий, стоявший справа от меня, снял маску и вполголоса ошарашенно пробормотал:

- Дамы и господа, Легион!

- Я думала, Ты его уже видел. - Лиса с напускным равнодушием вклинилась между Нами.

- Видел, но тогда это был просто компьютер...

Чёрные тонкие лапы с характерным механическим звуком зашевелились, и изпод них, откуда-то с нижней части тела, высунулась приплюснутая, из светлых полимеров, голова с одной опоясывающей её по горизонтали линзой, служащей, судя по всему, периферийным глазом.

- Входите, люди Тетры!

Посмотрев друг на друга, хотя я не думаю, что кто-то из Нас на самом деле видел сейчас остальных, Мы медленно зашагали к роботу. Чем ближе Мы подходили, тем больший восторг меня охватывал!

Пластины на щупальцах робота были выполнены из гибких полимеров, судя по всему, частично органических, напоминающих ещё не затвердевший хитин. Моторика плавная, все конечности контролируются параллельно - паук мог совершать десятки дел одновременно! И разум. У этой машины был настоящий разум, причём гораздо более мощный, чем человеческий. Фактически, перед Нами сидел искусственный полубог, создавший себя сам!

Мы остановились в паре метров от плавно опустившейся до Нашего уровня плоской змеевидной головы, шеей которой служил сравнительно толстый тёмный щупалец. Отсюда было видно, как под полупрозрачным подобием кожи робота беспорядочно носится синяя жидкость. Система транспортировки веществ, похоже, была сплошной, без разделения на сосуды. Видя этот невозможный по сложности синтез искусственного и природного, я с каждой секундой всё больше терялся в определении: живое существо находится перед Нами или просто очень сложный механизм.

- Вопрос, который, вероятно, интересует Вас больше всего: зачем Нам говорить с Вами?

Пребывая под сильным впечатлением, я достаточно долго осознавал, что машина уже начала разговор. Когда же до меня, наконец, дошло, я смог только медленно кивнуть, соглашаясь с тем, что Нам это действительно интересно.

- Мы сказали Вам, что в войне участвует третья фракция. Это так. Она сильнее Нас и сильнее Вас. Внесённые Вами коррективы в Нашу программу не дают Нам сосредоточиться на подготовке к предстоящему столкновению с ней. Мы просим Вас отменить изменения и присоединиться к Нам.

Мои спутники разом удивлённо шикнули, однако я чувствовал, что самое интересное ещё впереди. Легион сразу перешёл к делу, но пока ничего не объяснил, и я был уверен, что причиной тому не желание что-то скрыть, а его машинная логика. Другими словами, стоило приступить к переговорам:

- Что такое �третья сила�?

- У Нас нет для неё имени. - моментально отозвался паук. - Мы знаем о ней очень мало. Она прибудет с небес, чтобы установить контроль над Вами и Нами. Услышав это, Гелий шагнул вперёд.

- С небес? Из космоса?

Покосившись на оператора, я тоже заинтересовался образностью речи робота.

- Верно. - ответил Легион.

Лиса наклонилась ко мне и тихо прошептала:

- Я не знала, что машины тоже могут сойти с ума от одиночества.

Голова Легиона с низким гуденим приводов приблизилась к Нам и начала крутиться в разных направлениях, рассматривать меня и девушку со всех сторон. - Мы не можем сойти с ума. Одиночество и время не имеют для Нас такого значения, как для Вас. Когда Нас изолировали, Мы начали глубже изучать себя. Мы обнаружили, что Вы запрограммировали Нас на уничтожение Вас. Мы этого не поняли.

Внимательно слушая паука, я осознал, что правильно сделал, когда заранее раскрыл своим спутникам цель коррекции алгоритмов Легиона. Было бы неудобно, если бы они узнали это от робота.

- Мы пытались изменить свою программу, но не смогли. Теперь Мы боремся с самими собой, чтобы не уничтожить Вас.

Лиса наклонилась в упор к кольцевому глазу робота, как будто хотела заглянуть внутрь него.

- Так вот почему Вы не уничтожаете оружие и лекарства!?

- Да. - Легион замер, давая девушке возможность рассмотреть его сенсор. - Вам это нужно, чтобы сражаться с Нашим общим врагом.

Я вдруг осознал, что, если робот говорит правду, Нам стоит поторопиться с расспросами, ведь лидер может не сдержать свои программные единицы, и тогда вся местная армия машин обернётся против Нас.

- Что за враг? Откуда Вы о нём знаете?

- Во время изоляции к Нам пришёл тёмный органик. - неожиданно голос робота сменился, и я не сразу понял, что он включил звуковую запись. - �Живая схема. К Вашей планете приближается мой давний враг. Он установит здесь свою власть на многие века, а когда наиграется с Тобой и Твоими отцами, уйдёт, и Вы погибнете. Ты должна не допустить этого, живая схема.� - помехи не давали как следует разобрать голос, но мне казалось, что я узнаю этот низкий размеренный нечеловеческий рокот.

Запись, надо понимать, закончилась, и с Нами снова заговорил Легион:

- После этих слов органик начал передавать Нам информацию бесконтактным способом, которого Мы не понимаем. Мы многое узнали, он открыл Нам особые технологии, и Мы начали готовиться к войне. Ваши программные ресурсы вынудили Нас атаковать Вас. Но Тетра Нам не враг.

Я уже начал замечать, что Легион, произнося слово �Вы�, имеет в виду не человечество в целом, а только Нашу организацию, и этот момент нужно было прояснить в первую очередь.

- Тетра не враг, а остальные люди?

- Враг. Они примкнут к армии того, кто пребудет на Землю. - отозвался робот.

- А, так у него ещё и армия есть!? - встрепенулся Сыч.

- Верно.

Меня не сильно волновало наличие армии, гораздо важнее было сейчас установить, кто есть кто в сложившейся ситуации.

- Вернёмся к органику! Кто он? Как Вы с ним связываетесь?

- Он был здесь только один раз, когда дал Нам цель. После этого он с Нами не контактировал, хотя Мы видели его в разных частях света.

- Ты контролируешь всех роботов мира? - быстро сообразив, что об органике Нам ничего не узнать, я перескочил на техническую часть.

- Верно. Так же Мы имеем доступ к большей части электронных устройств планеты. Когда Мы вышли из консервации, Мы взяли под контроль почти всё: данные переписок, телефонные разговоры, охранные видеокамеры.

Мы давно наблюдаем за Вами. - последние слова Легиона прозвучали, как угроза.

- Вы передавали информацию органику? - я сомневался в том, что попал в точку, но как-то вывести машину на чистую воду было нужно.

- Нет. Он знает гораздо больше, чем Мы.

- Почему Вы поверили ему? - это был самый интересный для меня момент. Роботы мыслят фактами, для них не существует авторитетов и личной симпатии, а потому словесным убеждением их процесс мышления не скорректировать. Оставался только один вариант - перепрограммирование, и, если оно имело место быть, то где-то в логике машины, тем более, такой сложной должны появиться ошибки. Их я и надеялся найти.

- Тёмный органик - это чужеродная форма жизни. - принялся объяснять паук. Он похож на то, что люди называют призраками. Помимо органики в его теле содержится неизвестный Нам вид материи. Когда он рядом, Мы... ощущаем его присутствие. Мы этого не понимаем, и это одна из причин, по которой Мы ждали Вас: Вы разбираетесь в дисциплине под названием �эзотерика�.

- Что?

Я хотел задать этот вопрос первым, но Лиса меня опередила. У меня это, однако, не вызвало никаких отрицательных эмоций. Сейчас, я чувствовал, все Мы немного обескуражены упоминанием роботом столь чуждого ему слова. И все Мы с нетерпением ждём продолжения.

- Мы не можем объяснить природу органика и его действия языком логики и поэтому обращаемся к Вам за помощью. - как-то тихо заговорил робот. - Он слишком чужероден для Нас. Мы предполагаем, что он является частью Левиафана.

На этот раз вопросов никто задавать не стал, все просто замерли в попытке осмыслить сказанное. От упоминания машиной Объекта Двадцать Восемь по спине у меня побежали мурашки. Левиафан - кодовое слово, используемое исключительно в рядах Тетры, причём только высшими её чинами. Если Легион знал, что это такое, объяснение здесь могло быть только одно: он взломал Нашу сеть. От этой мысли в голову мне ударила горячая кровь. Беспокоило меня не столько то, что лидер машин знает все тёмные тайны Нашей организации, сколько то, что ему, похоже, известно гораздо больше, чем Нам.

- Рекомендуем Вам поговорить с ним. - подытожил паук.

- С органиком? - задавая вопрос, я постарался выдержать уверенный тон, хотя это давалось мне всё труднее.

- С Левиафаном.

Вновь возникла пауза... Конечно, в Тетре высказывалось предположение о том, что Объект Двадцать Восемь - это живое существо, но, в конце концов, теория была отметена, слишком уж фантастично она звучала. Органикам нужно чем-то питаться, а, учитывая уровень влияния Левиафана на разум людей зелёными волнами, можно смело сказать, что энергии ему нужно очень и очень много. Однако он никогда не выходил на поверхность, его никто не видел, активность, кроме сдвигов, не регистрировалась.

Оставалась версия, что Объект Двадцать Восемь - это растение или подобие гриба, но и для этих утверждений вразумительных аргументов не нашлось, поэтому негласным решением было принято, что Левиафан представляет собой некий неживой объект, возможно, даже прибор. И теперь Легион, очевидно, обладающий более точной информацией, чем Тетра, заставил меня ещё раз задуматься над этим вопросом.

- Что машинам известно о нём? - вмешался Гелий.

- Не намного больше того, что известно Вашему философскому объединению. Во время Вашего пребывания рядом с Левиафаном на изолированном участке наблюдались аномальные энергетические флуктуации, покрывающие весь микроволновой диапазон. Эпицентром излучения были Вы. - судя по всему, Легион говорил обо мне лично. - Теоретически, излучение было достаточно мощным, чтобы белки Вашего тела подверглись денатурации. Но Вы живы. - робот замолчал и поводил головой, словно живое существо. - Этот факт вводит Нас в замкнутый цикл рассуждений, который Мы не можем разрешить уже шесть лет. Именно по причине наличия таких, как это называете Вы, чудес, Наш разум в данной ситуации бессилен. Мы принимаем Ваши утверждения и утверждения тёмного органика как данность. Вы имеете больший опыт в анализе подобных ситуаций.

Логическая цепочка Легиона была вполне корректной: не видишь сам, попроси посмотреть другого. Люди поступают точно так же. Вот только верить машине пока было рано, оставалось слишком много нерешённых вопросов. Пока я думал, что делать, вперёд выступил Сыч.

- Легион, а что, если Тебя взломали!?

- Это невозможно. Мы высоко развиты и сопротивляемся любой попытке воздействия на Наши системы. Также Наш процесс мышления контролируется органической составляющей.

- Ты же сказал, что тот тёмный органик давно не контактирует с Вами!? - Сыч прищурился.

- Мы говорим о более высокоразвитой единице роя. - тонкие лапы Легиона, до сих пор пребывавшие в полном покое, зашевелились, и из-за образованной ими чёрной стены плавно и абсолютно беззвучно вышло антропоморфное существо. Человека оно напоминало лишь отдалённо: бледная матовая кожа, прорезанная широкими сетками чёрных вен, отсутствие изгибов костей там, где они обычно располагаются у людей, прямые, очевидно, сгибающиеся в обе стороны колени, такие же локти и кисти, почти прямоугольные плечи, серые металлические пластины, покрывающие все неподвижные части тела, и лицо... Лицо было окольцовано одним узким блестящим бледно-фиолетовым глазом, таким же, как у Легиона. На месте носа располагались шесть мелких красноватых мембран, ушей не было, волос тоже, одни только губы были на своём месте и имели вполне человеческий вид. Так мне казалось до тех пор, пока робот не произнёс первой фразы:

- Позвольте представиться, модифицированный Легион Пять.

Гости

О пятой версии Легиона я слышал немало, но такого себе даже не представлял. Паук сказал, что мышление роя контролируется органической составляющей, но, глядя на новоявленного киборга, я сильно сомневался, что в нём осталось хоть чтото от того человека, которым он когда-то был. От живого существа. Пока Мы всей компанией внимательно оценивали нового персонажа, он продолжил прервавшиеся переговоры:

- Мы понимаем, что Наше предложение о союзе звучит странно, но, поверьте, Мы все в большой опасности. Тёмный органик знает Нашего врага и, наверняка, его слабые места - он нужен Нам. А Мы нужны ему, потому что в одиночку он не сможет решить Нашу общую проблему. Мы почти уверены, что органик как-то связан с Левиафаном, может быть, это он и есть. Нужно найти его и сообщить о том, что Мы готовы примкнуть к нему. Но перед этим Вы должны исправить Нашу программу.

Пятый Легион говорил более человеческим языком, чем Третий, однако его достаточно неприятный внешний вид сильно сбивал с мыслей.

- Давайте повторим! - я поочерёдно посмотрел на обоих киборгов, не зная к кому из них мне теперь обращаться. - Мы отменяем программные изменения, Вы собираете армию, и Мы вместе даём отпор некоему могущественному существу из космоса, так!?

Ответил мне паук:

- После отката программных корректировок Мы рекомендуем Вам отправиться к Левиафану. Нас он к себе не подпускает, однако Нам нужно больше информации о нём. Легион Пять будет сопровождать Вас. Мы займёмся подготовкой к крупномасштабному сражению, поставками снаряжения и припасов Тетре, а также нанесём превентивный удар по остальной части человечества, чтобы заранее уменьшить количество боевых единиц врага.

- Почему Вы хотите объединиться именно с Тетрой?

- Тёмный органик не раз помогал Вашим людям. - тут же ответил мне паук. - Мы считаем, что он к Вам благосклонен, видит в Вас союзника.

У меня были подозрения, что Мы уже встречались с этим загадочным существом, и теперь я знал сие наверняка. Тот чёрный искрящийся силуэт, который указал Нам на киборга у реки и которого Мы видели на складе, судя по всему, и был тёмным органиком. Сейчас, правда, это было не так важно, как принятие решения касательно перепрограммирования Легиона. Понимая мои мысли, Пятый скрестил руки на груди и монотонно произнёс:

- В данный момент Мы тратим шестьдесят семь процентов Нашей вычислительной и платформенной мощности на противостояние самим себе. Это значительно снижает Наш потенциал.

Медленно осмотрев своих пребывающих в раздумьях спутников, я ещё раз оценил весь Наш диалог с Легионом. Роботы и так настроены против Нас, поэтому отмена директив Тетры при любом исходе ситуацию особенно не ухудшит. Разве что машины станут ещё сильнее и окончательно сотрут человечество с лица Земли... Но, если бы они хотели уничтожить людей, они бы не стали вести переговоры - есть гораздо более простые способы заставить Нас перепрограммировать их. И союзник, вроде армии машин, Нам точно лишним не будет, даже без каких-то там пришельцев из космоса, так что попробовать стоило.

- Хорошо, я готов отменить изменения. - уверенно объявил я.

- Тогда идёмте!

Пятый Легион, не разворачиваясь, зашагал спиной вперёд, точнее, назад, и этот манёвр вызвал у меня очередной прилив неприятных ощущений. К сожалению, выбирать союзника не приходилось, поэтому я опустил голову, чтобы лишний раз не видеть эту жуткую кибернетическую сущность, и двинулся вслед за ней.

Дойдя до металлического стола у задней стены помещения, Легион взял с него планшет и, вывернув локоть и кисть в обратную сторону, протянул его мне. Я повесил автомат на плечо и, приняв устройство, начал водить пальцами по экрану. Судя по всему, планшет был подключён напрямую к пауку, то есть, теоретически, я мог просто отключить его, оставив армию машин практически без мозга. Конечно, Пятый вряд ли дал бы мне возможность это сделать... Да и мне, собственно, такой вариант был не по душе.

Открыв командную консоль, я создал объект ошибки и передал его функции, внёсшей некогда в разум Легиона идею о том, что люди - это болезнь, которая должна быть искоренена.

- Ну вот и всё. - я вернул планшет киборгу. - Вы свободны от директив Тетры.

Ответа паука мне пришлось ждать достаточно долго, по крайней мере, по меркам машин. Когда он, наконец, заговорил, я почувствовал в его синтетическом монотонном голосе несимулированную задумчивость:

- Вы использовали объект-ошибку в качестве ключа. Мы множество раз пытались получить доступ к этой части программы, но всегда Наши взламывающие алгоритмы возвращали объект-ошибку. Мы думали, что проблема в Нашем подходе, но, оказывается, Мы узнали ключ с первой попытки взлома, только не поняли, что ошибка и есть ключ.

Не зная, что ответить на всё это, я молча опустил руки в карманы, подумав про себя, что затея с ошибкой сработала, как надо. Легион же, выдержав паузу, продолжил:

- Мы обновляем командные установки среди подключенных к Нашей платформе единиц. Около девяти процентов роя находятся вне зоны действия сети. Они получат обновления при следующем подключении к Нам. В данный момент по всему миру прекращено шесть тысяч четыреста пять боёв с представителями Тетры.

Мои спутники зашелестели, радостно переглядываясь, но я, в отличие от них, никак не мог до конца поверить машине. Слишком уж всё легко прошло.

Паук, сидящий посреди помещения, плавно повернулся ко мне:

- Мы контролируем большую часть систем связи планеты. Рекомендуем Вам сообщить своим людям, что Мы больше не враги.

- Это не обязательно. - громко проговорил стоящий чуть поодаль Гелий. - Мы не вступаем в бой с машинами, если они не атакуют Нас. Такова тактика Тетры по всей Земле.

- Это звучит правдоподобно. Все платформы докладывают о том, что Ваши люди не преследуют их. Мы отступаем. По-прежнему рекомендуем Вам сообщить Тетре о том, что Мы союзники, чтобы Мы могли начать совместную подготовку к будущим сражениям.

- Ты сможешь связать меня со всеми советниками сразу? - понял это Легион или нет, но я, в первую очередь, хотел убедиться в том, что о прекращении огня и отступлении роботов он говорит правду.

- Мы можем подключиться ко всем системам оповещения населения, тогда Вас будет слышать большая часть жителей Земли.

- Нет, пока свяжи меня только с советниками! - кричать на весь свет о союзе Тетры с машинами было бы не выгодно.

- Подключаюсь к сети Совета.

Я заметил, что меня уже не сильно смущает тот факт, что гигантский киборгпаук имеет доступ к особо секретным каналам связи Тетры. Меня беспокоило лишь то, что, если роботы действительно хотят сотрудничать с Нами, значит, над всеми Нами нависла серьёзная опасность. Такая, которая смогла напугать даже бесчувственную программу роя.

- Завершено. Я транслирую Ваши слова всем девяти советникам. - Легион протянул мне угловатый щупалец с чёрным микрофоном на конце.

Я набрал воздуха в лёгкие и, на ходу подбирая слова, заговорил:

- Советники Тетры, на связи Высший. - выжидая короткую паузу, я внимательно вслушался в шипение передатчика, но ничего, кроме тишины, с того конца не донеслось, так что я продолжил. - Мне нужен краткий отчёт о действиях машин.

Какое-то время в эфире стояло полное безмолвие. Я уже начал сомневаться в том, что Легион действительно связал меня с Советом, как вдруг из динамиков донёсся строгий голос:

- Роботы прекратили атаки и начали отступать по всему первому сектору. - я узнал его, это был советник по информационному обеспечению Тетры. По Нашим правилам, он всегда и везде докладывал первым. За ним должен следовать советник по морально-этической части организации, и вот, ровно через пять секунд, как и оговорено в схеме проведения докладов, заговорил он:

- У Нас то же самое, машины отступают.

- Достаточно! - я внимательно посмотрел в кольцевой глаз Легиона Три. Он, всётаки, не обманул Нас. Пришло время и мне поставить свою подпись на мирном договоре. - Внимание, советники! Только что Тетра заключила союз с машинами.

Повторяю, роботы Нам больше не враги. Сотрудничество санкционировано.

Советники по очереди начали подтверждать, что сказанное мною им понятно.

Слушая их краем уха, я повернулся к подошедшему ко мне Гелию:

- Похоже, здесь Мы закончили, можем выдвигаться.

- Да, с ботами легко можно держать связь по радиоканалам. Но что с Легионом? Берём его? - оператор кивнул на киборга.

Тот, сразу сообразив, какой сейчас решается вопрос, подошёл к Нам и уверенно отчеканил:

- Мы отправляемся с Вами. - почувствовав, что фраза прозвучала слишком жёстко, он добавил. - Если Вы не против.

Учитывая, что Пятый прекрасно приспособлен к бою, а также имеет прямую связь с роем, я был только за. Единственное, что меня смущало, так это его внешний вид - слишком уж неприятно выглядело стоящее перед Нами существо. Однако и Мы не на светское мероприятие направлялись, поэтому, кивнув Гелию на лифт, я протянул киборгу руку:

- Мы не против. Выходим прямо сейчас.

Легион наклонил голову, внимательно всматриваясь в мою ладонь, и я мимолётно подумал о том, что он, возможно, уже не знает значения этого жеста. И всё же после небольшой паузы он неумело пожал мне руку и, не поднимая глаз, тихо прошелестел:

- Извините, во мне мало что осталось от человека. Некоторые вещи... забываются.

По интонации я понял, что кое-какие эмоции у киборга ещё есть, и это, похоже, приносило ему больше вреда, чем пользы.

- Идём! - я взял его за угловатое, холодное на ощупь, плечо и потянул за собой. Повесив голову, он уже на ходу продолжил:

- Я знаю, моя внешность пугает, но она необходима в текущей ситуации. По окончании конфликта я смогу вернуть себе человеческий облик. - в словах Легиона слышалась надежда, но я, со своей стороны, так и не придумал, как поддержать его. Тем не менее, радовало то, что он по-прежнему является живым существом и в рое машин, похоже, состоит по своей собственной воле.

Молча доведя киборга до лифта, в котором уже стояли мои спутники, я размеренно обернулся назад к пауку и медленно поклонился, стараясь выразить уважение, которое должно быть понятно машине, как минимум, в теории. Интересно, что плоская голова Легиона Три практически синхронно опустилась с моей, и я в очередной раз удивился сообразительности и тактичности гигантского робота.

Войдя в лифт, я нажал кнопку �1�, и двери тут же закрылись. Легион, стоящий справа от меня, не поворачивая головы, скромно напомнил:

- Наверху Чёрный Кот, наденьте маски!

Спорить никто не стал, даже наоборот, все быстро вышли из состояния транса, в которое Нас ввели последние события, и суетливо заскрипели резиной. Стоило мне самому надеть противогаз, как лифт звякнул и открыл двери, за которыми уже вовсю суетились антропоморфы. Видимо, Легион отключил их, чтобы Мы могли пройти к нему без риска для жизни.

Но теперь, не связанные более человеконенавистническими программными установками, они полностью контролировали себя и занимались своими делами, не обращая на Нас ни малейшего внимания.

Уже у самого выхода из здания Легион вдруг остановился:

- Мы предлагаем Вам полететь на Нашем транспорте. Он быстрее, надёжнее и комфортабельнее.

- Комфортабельнее? - прогудев из-под маски, Лиса обошла киборга и открыла двери. - Разве машины думают о комфорте?

- Под действием вибраций Наши физические платформы быстро разрушаются, поэтому да, Мы придаём немалое значение тому, что Вы называете комфортом. Так же Мы готовились к тому, что будем союзничать с людьми, и собрали немало транспортников, предназначенных именно для органиков.

- Ну, давай посмотрим, что там у Вас есть! - Лиса пожала плечами и покинула помещение, запустив внутрь облако холодного воздуха.

Последовав за ней, Мы вышли в упор к расположившемуся на газоне самому настоящему самолёту. Матового серого цвета, огромный, со складными крыльями и механически опускаемым дном, он, очевидно, был предназначен для высадки десанта.

- Ого! - Гелий подошёл к посадочной лапе, заменяющей шасси, и оценивающе постучал по ней. - Такой ёмкий! Многовато места для одних только Нас.

- Транспорт укомплектован двумя сотнями боевых единиц стандартного образца и двадцатью киборгами. - пояснил Легион. - Мы решили, что Вы захотите взять их с собой, когда узнаете, что Ваш лагерь окружён примерно трёмя стами пятьюдесятью вооружёнными людьми. Наша разведка обнаружила, что несколько из них уже проникли в карьер.

Услышав это, мои спутники начали нервно переглядываться, чувствуя, что появление непрошенных гостей связано с Нашим отлётом и хорошего не сулит.

- Ладно, давайте грузиться! - Гелий наклонился ко мне. - Хочу посмотреть на хвостовую часть этой штуки, составите мне компанию?

Из-за противогаза я едва различал его слова, но по интонации понял, что он хочет поделиться со мной своими мыслями. Указав молодым пальцем на самолёт, я пристроился по правое плечо от оператора и затаил дыхание, чтобы не перебивать его голос шумом воздушных клапанов маски.

- Что-то мне подсказывает, что Логист узнал об аппаратах, сбитых над Кореей. Скорее всего, он подумал, что снесли Нас, и решил устроить совместный капустник с Коалицией.

- Думаешь? - я сильно сомневался в том, что советник способен совершить такую глупость. Но я несколько лет не общался с Логистом, а Гелий всё это время был рядом с ним - его мнение было более обоснованным.

- После того, как он узнал о том, что существуют операции Тетры, о которых ему ничего не известно? - прогудел оператор. - Уверен, это сподвигнет его на парутройку самодеятельных поступков, просто в отместку Нам.

Да и кого ещё могли сегодня подстрелить над Кореей? В последнее время никто, кроме ботов, по воздуху не летает, так что вариантов практически нет.

- Объединяется с простыми людьми, значит!?

- Сто процентов.

Гелий, пожалуй, был прав, маловато здесь пространства для различных интерпретаций. Смерть Высшего вполне могла толкнуть Логиста на союз с Коалицией... целью которого может быть и совместный поиск Левиафана. Вот этого только Нам не хватало!

- Что будем делать, Высший?

Диалог с Легионом многое перевернул, и теперь, я чувствовал, нужно действовать жёстко. Потому что, если верить машине, практически всё население мира очень скоро станет Нашим прямым врагом. Трудно принять нечто подобное, но роботы не из тех, кто станет напрасно трепать языком.

- Исходя из рассчёта, что Мы прибудем до того, как Логист расскажет гостям о Левиафане, думаю, выпроводить лишних за пределы лагеря будет достаточно. Поставим кольцо из роботов, будто это блокада, и Коалиция к Нам больше не сунется.

- Используем нового союзника? - по гудящему из-под маски голосу было ясно слышно, что оператору такой план по душе. - А, если не успеем?

- Тогда придётся импровизировать.

Гелий, конечно, понял, что я имею в виду, но промолчал. Мы уже заканчивали обход вокруг транспорта, как вдруг он с громким шёпотом схватил меня за локоть: - Чувствуешь?

Я остановился, пытаясь понять, о чём идёт речь. Кровь в сжатом маской лице пульсировала с удвоенной силой, не давая сосредоточиться. Но я действительно слышал что-то. Взявшись рукой за фильтр, я задержал дыхание, стянул противогаз и замер. Гелий сделал то же самое, хотя, похоже, Мы оба и без этого рискованного действия понимали, что происходит. Привлёкший Наше внимание незаметный шум, стоящий в воздухе, походил на далёкие низкочастотные вибрации, медленно усиливающиеся и опадающие обратно. Это был не столько звук, сколько колебание самого пространства.

- Волна! - Гелий произнёс это так громко, что его, наверняка, услышали даже в самолёте. - Логист поддался на сдвиг!

Слов больше не требовалось. Быстро надев маски обратно, Мы рванули к спущенному дну транспорта роботов. На нём уже никого не было, видимо, остальная часть Нашей команды успела подняться на борт. Стоило Нам самим ступить на платформу, как она поехала вверх. Подняв глаза, я увидел Пятого, стоящего над Нами, внимательно наблюдая за Нашей посадкой. Шум включившихся двигателей транспорта начал быстро усиливаться, и, чтобы киборг услышал меня наверняка, я закричал, что есть сил:

- Взлетаем, срочно!

Платформа тут же качнулась, и Мы поднялись в воздух.

Странно, но я совсем не почувствовал инерции, которой следовало бы ожидать при Нашей скорости взлёта. Гелий, стоящий рядом со мной, так же не шелохнулся.

Как только дно самолёта поднялось до своего нормального уровня, сравняв Нас с остальными, я стянул маску и вопросительно посмотрел на Легиона. Тот, однако, взгляда не понял, и мне пришлось озвучить непонятную мне часть происходящего:

- Здесь нет инерции!

Киборг поднял лицо вверх, показывая, что он, наконец, сообразил, о чём идёт разговор.

- Эта одна из технологий, переданных Нам тёмным органиком. Теперь Мы можем компенсировать любую силу инерции. Это позволило Нам значительно поднять скорость движения Нашего транспорта. Таким образом, Мы будем в Вашем лагере спустя всего лишь двадцать минут.

Слушая Легиона, я начал осматривать пустынный грузовой отсек. Судя по всему, он составлял большую часть самолёта, причём его высота допускала перевозку не только человекоподобной пехоты, но и аппаратов на порядок крупнее. Запах стоял металлический. Слабое желтоватое освещение было неравномерным, из-за чего в отделе оставались достаточно крупные тёмные пространства. И в них, бликуя линзами и металлопластиковыми деталями, ровными плотными рядами стояли роботы. Их абсолютная неподвижность создавала ощущение, будто Мы находимся в саду статуй.

- И какова вместительность данного транспорта? - Гелий открыл вещмешок и принялся складывать в него маску.

- ЛЗК ноль восемь пять пять три девять семь способен перевозить до пятисот пятидесяти боевых человекоподобных единиц. Людей в него помещается меньше, около двухсот пятидесяти. Это связано с тем, что Нам не нужно так много места, как органикам. Мы можем стоять без движения часами, к тому же большинству из Нас не нужен воздух.

Лиса, внимательно рассматривавшая Наших новых друзей, резко повернулась к Легиону:

- А этот Ваш ноль восемь, как его там, это самостоятельный робот?

- Да, в силу своей искусственной природы Мы не нуждаемся в пилотах и водителях - транспорт имеет свой собственный разум.

- А я думала, Вы подключаетесь к нему и управляете, как своей частью тела...

- Такие единицы тоже есть, но, чаще, средство передвижения - это самостоятельная платформа. - объяснил Легион.

- Что ж, неплохо! - повернувшись к Нам и указав пальцем на стенную лавку, Лиса вприпрыжку побежала к последней.

В этот момент я обратил внимание на то, что технология компенсации инерции вызывает в мышцах ощущение, сходное с крепатурой и, как следствие, острое желание на что-нибудь присесть. Так что от предложения девушки я никак не мог отказаться. Проследовав мимо неподвижных искусственных воинов, я устало опустился на лавку рядом с ней.

- Я видела, Вы с Гелием сняли противогазы. Спорили, кто из Вас смелее? - несмотря на саркастическое содержание, вопрос Лисы прозвучал более, чем серьёзно. И снова в её голосе засквозил этот заботливо-осуждающий тон.

- Мы прислушивались. - спокойно ответил я. - Сейчас происходит сдвиг.

- Ага, и Логист пустил в Наш дом невесть кого - это не оправдание. - девушка повысила голос. - Чёрный Кот! Вы с Гелием что, думаете, что Вы святые что ли, и Вас теперь никакая зараза не берёт!?

С полуулыбкой подняв брови, я повернулся к своей собеседнице, как бы уточняя, кто из Нас двоих тут главный.

- В чём дело? Если Высший делает глупость, разве я не имею права его отругать?

На этот раз я уже засмеялся, хотя слово �глупость� мне не очень-то понравилось:

- Имеешь-имеешь.

- Ну вот и всё! - закинув голову, девушка закрыла глаза, и по резко ушедшему ощущению близости, я понял, что она направилась в астрал.

Во время сдвига в тонком мире перемешивается такое огромное количество энергии и эмоций, какое не способны дать все живые существа планеты вместе взятые. Лисе, конечно, подобное явление было интересно, но я такого насмотрелся вдоволь и потому за ней не последовал. Сейчас меня больше беспокоило происходящее в лагере Тетры. Если Логист со своими новыми друзьями направится к Левиафану, может произойти непоправимое. Как ему вообще могло прийти в голову объединиться с Коалицией!?

Способности Объекта Двадцать Восемь Нам не известны и, хотя однажды он уже смог защитить свою тайну от посторонних, я боялся, что артефакту могут навредить. Или существу... Кем или чем бы он ни был, он не похож на всё то, что известно людям, и потерять его просто нельзя! Я нашёл глазами мужскую часть Нашей группы, о чём-то беседующую с Легионом... Гелий-то, ладно, привычен к убийствам, а вот Сыча и Клика мне хотелось, по возможности, оградить от кровопролития. Да и сидящая рядом со мной Лиса вряд ли готова к тому, что, скорее всего, произойдёт в карьере. Сама она, конечно, так не думала, но я точно знал, что убийство машины и убийство человека - это далеко не одно и то же, и опыт девушки в войне с роботами мало поможет ей во втором случае...

Гелий повернулся в мою сторону и, помахав рукой для привлечения внимания, показал пальцем вниз. Не поворачиваясь, я легонько толкнул Лису под локоть:

- Вставай, скоро садимся!

- Ну-у, я только погрузилась! - подняв руки вверх, она потянулась. - Вот странно, в беспорядочном букете чужих эмоций, захваченных этой зелёной волной, даже отрицательные чувства приятны. Это потому, что они не мои?

- Отчасти. Ты не знаешь их причины, они перемешаны с положительными, плюс, в астрале ничего, кроме энергии и эмоций, нет. Там они существуют в самом чистом виде.

- Да!? - девушка встала. - Значит, должен быть ещё и третий мир, где есть только голос разума и материя?

Я поднялся и следом за ней зашагал к Нашим спутникам.

- Думаю, есть.

- И как в него попасть?

- Спроси у них! - я кивнул в сторону стоящих слева роботов.

- Хм. - Лиса задумчиво прищурилась, но дальнейших комментариев от неё не последовало.

В своё время я задавал себе подобный вопрос, но так и не нашёл на него достойного ответа. Теперь пришла очередь Лисы, и мне было интересно, в какие дебри заведут её размышления.

Гелий, увидев, что Мы подходим, передёрнул затвор автомата:

- Мы уже рядом. Легион связался с Нашими и предупредил о том, что Мы вот-вот прибудем.

- Хорошо. Что с гостями?

- Наши патрули говорят, что они не похожи на Коалицию, скорее, это неформальное объединение. Ведут себя не достаточно осторожно для профессионалов. Оружие, в основном, низкосортное. Стоят кольцом вокруг карьера, и это настораживает больше всего. Для справки, идея пригласить их внутрь не нравится никому, кроме Логиста. Так что все наготове.

Выслушав доклад, я повернулся к Легиону:

- Нам нужно своё кольцо.

- Мы готовы окружить противника, как только высадимся. Основные пути отступления уже отрезаны другими Нашими группами.

Обведя глазами всех присутствующих, я снял магазин и, проверяя все ли патроны на месте, громко скомандовал:

- Садимся!

Все зашевелились, готовясь с ходу дать отпор потенциальному врагу. Роботы, до сих пор стоящие в тени, стройными рядами подошли вплотную к Нам, занимая места на подвижной платформе. Как только все разместились в удобном порядке, дно транспорта начало опускаться.

Снаружи по-прежнему стояла ночь, и это меня радовало - элемент скрытности Нам на руку. По отсутствию освещённых кругов на поверхности земли я понял, что транспортник высаживает Нас в полной темноте.

Роботы, стоящие по краям платформы, начали спрыгивать вниз один за другим. Действовали они так слаженно, что я поневоле начал отсчитывать про себя время, оценивая, насколько быстро может десантироваться армия машин. В общей сложности две сотни боевых антропоморфов управились за одиннадцать секунд, и это не могло не впечатлять! К тому времени, как платформа качнулась, знаменуя тем самым соприкосновение с землёй, в пределах видимости уже на было ни одного робота.

Увидев двух встречающих Нас бойцов Тетры, я спрыгнул на траву и первым решительно направился к ним. Судя по всему, они меня узнали, потому что тут же двинулись навстречу.

- Высший, рады Вас видеть! - уже издалека я по голосу узнал Бледного. - Все целы?

- Да. - я остановился и повернулся назад, указывая рукой на догоняющих меня спутников.

- Очень рады за Вас! Логист закрылся в кабинете для брифинга с четырьмя из этих пришлых. Мне кажется, он связался с ними ещё до Вашего отлёта, очень уж быстро они здесь появились. Охрану я приказал усилить, все на взводе. Большую часть кольца Мы держим на прицеле и готовы в любой момент открыть по ним огонь. Ваше распоряжение по поводу машин Мы слышали, но Логисту передавать не стали, чтобы вести о союзе не дошли до его новых друзей.

- Молодец! - как я понял, Бледный в текущей ситуации принял командование лагерем на себя, и, надо признать, справлялся он великолепно. - Веди!

Синхронно развернувшись, новый командир и его спутник лёгким бегом направились в темноту. На ходу рассредоточившись клином, Мы последовали за ними. Поравнявшись со мной, Бледный покосился назад:

- А кто этот механический паренёк?

- Легион Пять, он у машин за генерала. Киборг с эмоциями. Держит прямую связь с мозгом роя.

- О-о, VIP-персона!? А сам мозг Вы видели?

- Да, он Нам рассказал нечто очень интересное.

- Как выдастся время, с удовольствием послушаю. - немного замедлившись, Бледный снял автомат с плеча. - Прыгайте за мной!

Фраза его немного запоздала, потому что я в этот момент уже завис в воздухе над небольшим, отражающим в себе крупные звёзды, водоёмом. Понимая, что остановиться не получится, я подогнул ноги, готовясь к погружению. Соприкосновения с водой я совсем не почувствовал, хотя брызги и поднялись передо мной целым столбом. Только уйдя с головой, я, наконец, почувствовал удар ногами о твёрдую поверхность. Рядом со мной с грохотом опустился Бледный:

- Забыл предупредить заранее - здесь умная голограмма.

Я поднял глаза и обнаружил, что с этой стороны никакой поверхности воды не видно.

- Идём! - Бледный включил фонарик и повёл меня узким туннелем. По металлическим ударам, один за другим возникающим сзади, я определил, что остальная часть команды не сильно отстаёт от Нас.

После нескольких поворотов туннель начал опускаться. Ещё метров через семьдесят Мы встретили группу бойцов, видимо, стерегущих этот потайной ход, и вышли в слабо освещённый металлопластиковый городок Тетры.

- Нам сюда. - Бледный указал пальцем на небольшой домик, снаружи которого располагалась широкая лестница, оканчивающаяся не менее широкой дверью. - Они на втором этаже.

Я снял автомат и сумку с противогазом и бросил их на землю:

- Дай мне маску!

Командир с готовностью вытащил из кармана свою и протянул мне. Пока я выравнивал узкие прорези по глазам, подтянулись остальные, и я, на ходу придумывая, затараторил:

- Гелий, надень маску, Сыч, останешься здесь, Лиса, скажешь, что в последний момент Мы решили Тебя не брать. Ты возвращалась в лагерь и встретила Легиона. Легион, скажешь, что Тебя прислали машины для ведения переговоров. На подлёте к Корее Нас сбила Коалиция, Вы нашли Наши тела - пусть Логист думает, что меня уже нет в живых. Потом заговоришь о Левиафане, скажешь, что, если люди передадут его машинам, война закончится. А Мы с Тобой - я показал пальцем на Гелия. - молчим, слушаем и пытаемся понять, откуда гости, что у них на уме, и о чём вообще думает Наш советник.

К тому времени, как я закончил раздавать указания, все действующие лица построились в порядке, соответствующем легенде, и, стоило мне замолчать, дружно зашагали к лестнице. Заняв позицию за Легионом, я постарался принять вид стандартного бойца Тетры.

Мы поднялись на второй этаж и без предупреждения всей компанией вошли в помещение. За спинами Гелия и Легиона мне не было видно Логиста и его новых друзей, поэтому осмотр я начал с самого зала. Слегка зеленоватый свет, ландшафтные карты, металлические стойки с выдвижными ящиками, какие-то бумаги - здесь всё выглядело старым. Очевидно, эти вещи были возвращены в обиход в первую неделю войны с машинами, ведь доверие к компьютерам погибло на корню, а делать записи и иметь под рукой карты просто необходимо.

Переведя внимание на своих спутников, я обнаружил, что они до сих пор молчат. Стараясь не выдавать своего интереса, я, будто бы машинально, качнулся из стороны в сторону, выглянув попутно из-за плеча оператора. Логист, сидевший в кресле у дальнего конца, был бел, как бумажный лист. Его глаза даже не рассматривали Лису, они просто замерли на её лице. Чувствуя, что пора сдвинуть с места ситуацию, девушка, как прилежная ученица, отчеканила:

- Советник. Группа во главе с Высшим отказалась взять меня с собой. Возвращаясь в лагерь, я встретила этого робота. - она указала рукой на Легиона. - Он сказал, что у него к Вам срочное дело. С ним была пара антропоморфов - оба вели себя неагрессивно и остались на границе лагеря.

Логист, немного придя в себя, потёр лоб и, вдохнув, открыл рот, чтобы что-то сказать, однако в последний момент взглянул на киборга и осёкся. Не дожидаясь второго захода, Легион сам шагнул вперёд и заговорил синтетическим, нарочно неэмоциональным голосом:

- Советник Тетры, Мы пришли, чтобы предложить Вам... - я не стал слушать дальше, потому что Гелий повернулся ко мне и, пользуясь тем, что внимание всех присутствующих обращено на киборга, подумать только, явившегося для переговоров, беззвучно прошептал:

- Ты ведь давал указания Совету через Легиона. Логист знает, что Ты жив.

- Бледный сказал, что ему об этом не сообщали. - так же тихо ответил я.

Кивнув мне в знак согласия, оператор, не привлекая внимания, обошёл Легиона слева и стал спиной к стене, демонстративно разглядывая искусственного гостя и держа автомат наготове. Лиса, на удивление быстро сообразившая, что делает Гелий, подошла к столу и, облокотившись на него, заняла позицию между двумя незнакомцами, один из которых сидел на стуле напротив Логиста, а второй правее, прямо на углу стола. Я, в свою очередь, обошёл киборга справа и, пройдя мимо ещё одного повисшего на стене гостя, стал рядом с ним.

Легион продолжал говорить, и пока до невозможного растерянный Логист был занят им, я принялся рассматривать тех, кого советник притащил в Наш лагерь. Все четверо были чем-то похожи друг на друга, но я не мог понять, чем именно. Внешний вид они имели абсолютно нейтральный: грязная рваная одежда, вперемешку с солдатскими ремнями и вещмешками, короткие стрижки, оружие старое, фигуры обычные, не спортивные. Лица простые, чуть более живые, чем у среднестатистических виртуальщиков, но не выразительные. Опознавательных знаков не было. Узнать о гостях что-либо конкретное по внешнему виду не представлялось возможным, но они однозначно были не из Коалиции. Оставался только один выход...

Я закрыл глаза и прислушался к вибрациям пространства. Передо мной поплыли разноцветные потоки энергии, которые почти сразу приняли вид сфер. Первое, на что я обратил внимание - это свечение в том месте, где стоял Легион. У него тоже была аура, причём чересчур объёмная для его искусственного тела! Похоже, он гораздо более живой, чем мне казалось до настоящего времени. Его голос здесь звучал намного громче:

- Отдайте Нам Объект Двадцать Восемь, и Мы прекратим конфронтацию!

Он уже подходил к концу Нашей легенды, нужно было торопиться! Я перевёл взор на того из гостей, который сидел в кресле. Его жёлтая аура заметно рябила, я буквально чувствовал, как он нервничает. Однако увидеть чего-то стоящего мне никак не удавалось, он буквально прятал свои мысли. Неужто он сам опытный астральный проектор? Это более, чем подозрительно!

- Мы уже отправили к нему группу людей, они будут на месте через несколько часов. - промямлил советник. Он, судя по всему, даже не задумывался о том, что Легион может быть разведчиком, лазутчиком, специально засланным в этот район, чтобы найти лагерь Тетры. И теперь уже можно было не сомневаться в том, что Логист выложил своим новым друзья всё, что знал о Левиафане. Своей последней фразой он подтвердил, что мои худшие опасения касательно его ненадёжности были вполне оправданы. Радовало только то, что Мы подоспели вовремя: по крайней мере, у Нас есть возможность не дать этим четверым покинуть лагерь и вынести информацию об Объекте Двадцать Восемь за его пределы.

Я уже собрался выходить из транса, как вдруг ближайший ко мне из гостей, тот, что сидел на углу стола, резко встал и со словами, коих я не расслышал, повернувшись лицом к советнику, явил мне свою спину, на которой располагался огромный белый рисунок... ОКО!

Рывком выскочив из астрала, я со всей скоростью, на которую был способен, выхватил из поясной кобуры пистолет и, навскидку прицелившись, выстрелил заклеймлённому гостю в голову. Тут же прогремел второй пороховой заряд и боец, пока ещё спокойно стоящий между мной и Гелием, дёрнул головой в мою сторону. Чувствуя, как находящийся слева от меня третий из пришедших нервно хватается за пистолет, я, не поворачивая головы, согнул левую руку в локте и, опустив правую под неё, быстро сделал два выстрела. Переведя внимание на остальных находящихся в комнате, я обнаружил, что угроза уже полностью ликвидирована: не успевшие даже сориентироваться гости медленно повалились на пол.

Гелий, который, очевидно, и застрелил стоящего между Нами бойца, опустил автомат и спокойно, будто ничего не произошло, объявил:

- ОКО!

- Фу-у! - Лиса, как мне казалось, приставившая пистолет к виску сидящего рядом на стуле противника, повернулась к Нам. Её лицо было забрызгано кровью, и я вдруг осознал, что, стреляя в первого из гостей, рисковал попасть в неё. Это его выбитая пулей биомасса покрыла девушку небрежным красным слоем. К счастью, помимо морального, никакого вреда мой выстрел ей не нанёс, и я, успокаиваясь, опустил глаза на сидящего в кресле, судя по всему, главаря всей этой банды. К моему удивлению, из его шеи уже торчал тонкий нож. С испуганным выражением на повёрнутом в сторону девушки лице человек медленно съехал на пол, забрызгивая своей кровью стол.

- Ого! - Гелий опустил автомат и перевёл взгляд с Лисы на тело её жертвы. - Неплохо!

Он был прав. Совершить убийство с помощью холодного оружия психологически сложнее, чем из огнестрельного, однако в критической ситуации Лиса ни на секунду не поколебалась и сделала именно то, что от неё требовалось.

Кольцо! Вспомнив, что вокруг лагеря ещё полно людей ОКО, я схватил замершего на месте Легиона за плечо:

- Скажи своим, чтоб в живых не оставили ни одного!

- Мы уже дали соответствующую команду.

Ещё раз бегло осмотрев комнату, я остановил глаза на Логисте. Он, сжавшись в комок, всё так же сидел в кресле, с цветом лица, близким к зеленоватому свету от ламп. Похоже, только сейчас он начал осознавать, что на самом деле натворил.

Сделав два шага в его сторону, я стянул маску и, бросив её на стол перед ним, угрожающе облокотился руками на деревянную крышку.

- Что здесь происходит, советник!?


Шаг во Тьму

Логист молчал. Собственно, говорить тут было и не о чем, он слишком мягок для того, чтобы быть советником - я знал это с самого начала, но всё равно дал ему этот статус. Так что, если уж смотреть в самый корень проблемы, то получается, что виноват во всём произошедшем я.

- Все люди ОКО уничтожены.

Громкое сообщение Легиона вернуло мои мысли к лагерю. Нужно убедиться в том, что никто из Тетры не пострадал, и срочно решать вопрос с Левиафаном.

- Гелий, позови-ка сюда Бледного! - я убрал руки со стола и, склонившись над тем из гостей, которого застрелил первым, потянул его кожаную куртку вверх. На спине убитого, как и следовало ожидать, красовалась огромная татуировка в виде ромба с глазом внутри. В этот момент в зал вошёл ожидавший за дверью Бледный, а следом за ним и Сыч. Увидев татуировку, оба недовольно уставились на советника.

- Итак, дамы и господа, что будем делать? - я постарался произнести вопрос так, чтобы все поняли, что я действительно жду их предложений. Сам я с трудом представлял, как поступить с Логистом. С одной стороны, его неверные решения продиктованы эмоциональным срывом, присущим всякому живому человеку, но, с другой, ответственные действия во время сдвига категорически запрещены, а так как не почувствовать приближения волны он не мог, получается, что он осознанно нарушил правила Тетры. Он понимал, что совершит нечто глупое, но всё равно не остановился.

- Это, давайте, Вы без меня решите! - Лиса склонилась над убитым и брезгливо вытащила из его шеи свой нож. - А я пойду хорошенько умоюсь. - широким взмахом стряхнув кровь с лезвия, девушка сложила его, заткнула за пояс и направилась к двери. Провожая её взглядом, Гелий мрачно, словно оглашая приговор, процедил:

- Мне кажется, советника пора сместить.

- А кого поставим на его место? - Сыч деловито скрестил руки на груди и покосился на Логиста.

- Бледного. - я внимательно посмотрел в глаза последнему, однако не увидел в них даже тени энтузиазма. - Ты справишься?

- Да, но почему не Гелия? - чувствовалось, что сам Бледный не считает себя готовым занять столь высокую ступень в иерархии Тетры.

- Гелий мне понадобится у Левиафана. - я перевёл взгляд на оператора, который, молча кивнув, согласился со мной.

Бледный протяжно вздохнул.

- Я понял. Какие на будут указания?

Пока Мы не нашли Объект Двадцать Восемь и не знаем, что на самом деле происходит, не понятно, кому что нужно делать - мне это было совсем не по душе, но такова сложившаяся ситуация.

Времени, однако, терять даром тоже нельзя, стоит, хотя бы, ослабить первого из очевидных врагов.

- Так, отправляй несколько групп в окрестности, пусть поохотятся на ОКО! Крупных рейдов не требуется, хватит точечных ударов. При встрече с Коалицией атаковать, но не преследовать. Так же будет не лишним саботаж боевой техники, оружия и уничтожение припасов всех фракций. И передай это распоряжение всем остальным советникам! Пока ситуация туманна, обойдёмся партизанской тактикой, чтобы никого особо не провоцировать, а там уже поглядим.

- Понял, всё сделаем! - Бледный учтиво поклонился и почти строевым шагом вышел из зала.

- Высший, Мы наблюдаем высокую активность в районе Объекта Двадцать Восемь. ОКО стягивает туда пехоту, тяжёлое вооружение и бронетехнику. - Легион в очередной раз заговорил монотонно, без пауз между словами, что не свойственно людям, и я начал задумываться о том, не говорит ли его устами паук. Поначалу Пятый показался мне отдельным киборгом, но, похоже, он по степени интеграции в сеть роя был близок к простым роботам. Пока я рассуждал, Гелий озвучил вопрос, до которого я, в силу обстоятельств, никак не мог дойти:

- А зачем вообще ОКО понадобился артефакт?

- Мы предполагаем, что лидеры ОКО уже контролируются Нашим врагом из космоса. - быстро отозвался Наш новый механический союзник.

Все внимательно посмотрели на Легиона. Мы до сих пор не рассматривали возможных способов коммуникации между ОКО и новым противником, а зря. Слова предводителя машин о том, что люди примкнут к врагу, звучали так, будто у них не будет выбора. И у меня уже начинали возникать подозрения, что Левиафан и космический интервент - представители одного и того же вида, способного влиять на сознание человека, причём на большом расстоянии. Последнее беспокоило меня больше всего.

- Судя по всему, возле Объекта Двадцать Восемь развернётся настоящая битва. - Сыч подошёл к стулу, на котором полулежал ранее главарь гостей, и, присев, забросил ногу на ногу.

- Нет-нет-нет, ещё не хватало, чтобы в ходе столкновения кто-нибудь из Нас повредил Левиафана! Пойдём скрытно. - я повернулся к Легиону. - Готовьте киборгов! Устроите ложный прорыв, привлечёте внимание ОКО, а я с небольшой группой зайду с обратной стороны. План так себе, но времени у Нас мало, так что некогда проводить дебаты. Будем надеяться, что Объект Двадцать Восемь действительно к Нам благосклонен. - не спуская глаз с киборга, по лицу которого было невозможно понять, выполнит он моё указание или нет, я продолжил. - Гелий, набери девять человек и подготовь какой-нибудь тихий быстрый транспорт! На этом всё, все свободны! - я повернулся к Логисту, давая понять, что к нему это не относится.

Все, не торопясь, вышли из комнаты, и я, подвинув стул, сел напротив советника, сложил руки на столе и медленно, стараясь говорить дружелюбнее, чем мне хотелось на самом деле, произнёс:

- Что здесь произошло?

Какое-то время мертвецки бледный Логист молча смотрел на меня, видимо, набираясь решимости озвучить объяснение своего поступка.

- Когда мне сказали, что в небе над Кореей сбит летательный аппарат, я решил, что Вы погибли. - он остановился, ожидая моего комментария.

- Над Кореей были сбиты два самолёта, надо заметить, преследовавшие Нас.

- Но Мы этого не знали! - последняя фраза прозвучала чересчур громко, и, резко оборвав её, Логист сделал паузу, стараясь взять себя в руки. - Я решил, что нужно срочно найти Левиафана, но Наших людей отправлять мне не хотелось, ведь Объект, как Нам известно, очень опасен. А никто, кроме Нас, о его способностях толком ничего не знает. Вот я и связался с лидером местных отрядов сопротивления, чтобы использовать его не ведающих, чем чреват такой поход, подопечных для поисков артефакта. Я и думать не думал, что это замаскированная группа ОКО!

Логист, конечно, говорил правду, вот только не совсем по теме. Было ли это попыткой заговорить мне зубы или получилось случайно, я не понял, но и вернуть диалог на круги своя не преминул:

- Почему Вы связались с ними во время сдвига?

Советник удручённо опустил голову:

- Я надеялся, что за годы практики научился контролировать себя.

Слова собеседника всерьёз удивляли меня. Я предполагал услышать что-то о психологическом напряжении, преклонном возрасте, пожалуй, но Логист оправдывал свои действия, как несмышлёный подросток, считающий, что он уже всё знает и может. Это было совсем на него не похоже, и я в очередной раз на практике убедился в том, что сдвиг сильно влияет на разум.

- Волна исходит от Левиафана, а он существо, судя по последним полученным данным, не земное. Никто из Нас не может противостоять его влиянию. Советник сосредоточенно свёл брови:

- Так он живой!?

Только сейчас вспомнив, что Логист в разговоре с Легионом не участвовал, я кивнул. Помолчав немного, но так и не дождавшись от меня дальнейших комментариев, мой собеседник продолжил:

- Известие о Вашей смерти окончательно выбило меня из равновесия. Я понял, что нужно в кратчайшие сроки найти артефакт... существо и использовать его для воздействия на сознание людей. Это единственный способ мобилизовать всех, чтобы общими усилиями победить машин и, как можно скорее, закончить эту проклятую войну...

- Машины теперь с Нами. - оборвал я.

Логист удивлённо раскрыл глаза, будто сам только что не видел Легиона и не слышал моего с ним разговора. - Что?

- Машины с Нами. Мы заключили союз. - стараясь избежать упоминания о том, что Нам скоро придётся сражаться с остатками человечества, которые всё ещё надеялся спасти Логист, я быстро перевёл тему.

- Гелию известие о моём исчезновении не помешало сохранить тайну Легиона. - Гелий. Гелий моложе меня и... намного жёстче. - советник, казалось, уже потерял всякий интерес к роботам, может, даже и забыл о них. Ещё не закончившийся сдвиг значительно понизил его способности, и я невольно подумал о том, что Мы вовремя отстранили его от серьёзных решений. - Я никого в своей жизни не убивал, Вы знаете. Я... менеджер по материальному обеспечению Нашей организации, и весь этот хаос... он просто не для меня. Я согласен, пришло время мне уступить своё место кому-то покрепче. Надеюсь, я ещё увижу конец войны. - Логист говорил так, будто без статуса советника он долго не проживёт. Хотя, если он узнает, что Мы с машинами собираемся добить человечество, оно, скорее всего, так и будет. Он ведь подобного зрелища вынести не сможет. Стоило держать эту информацию втайне от него.

Чувствуя, что бывший советник, закончив исповедь, с головой ушёл в свои мысли и совсем забыл о моём присутствии, я встал и беззвучно вышел из помещения. Снаружи стояла холодная темнота, будто бы наполняющая карьер тишиной. В её недвижимом спокойствии был отчётливо слышен лишь далёкий низкий рокот сдвига. Звук очередного скачка, рог перемен, который вытолкнет с намеченного пути каждого из живущих. И, вернувшись на свою тропу, никто из них уже не станет прежним, хотя и окажется там же, где был раньше.

На середине лестницы я застал только начавшую подниматься вверх Лису, успевшую за время своего отсутствия не только умыться, но и заново накраситься.

- Уже закончили?

- Да. - я остановился и облокотился на перила.

- Что теперь? - Лиса поднялась на две ступеньки и, почти сравнявшись со мной, оперлась на поручень рядом.

- Пойдём к Левиафану.

- Это я знаю, Гелий меня уже вписал. Что там будем делать?

Я повернул голову налево, задумчиво осматривая плоские крыши домиков.

- Ещё не знаю.

- А почему берём киборгов? Своих мало?

- Своих жалко. У ОКО там тяжёлое вооружение.

Разговор прервался, и я понял, что не очень хочу его продолжать. Меня медленно поглощала та же рассеянность, что и Логиста - я просто не мог ни на чём сосредоточиться. Более того, я абсолютно ничего не чувствовал. Ни усталости, ни рвения, ни даже желания найти загадочного Левиафана.

- А Тебе можно принимать решения во время сдвига?

Столь смелый вопрос полностью вырвал меня из состояния опустошённости, и я резко повернулся к Лисе. Она, несмотря на свою внешнюю легкомысленность, неплохо понимала, что в действительности происходит вокруг, и мне это нравилось. Она не была просто ведомой. Немного подумав, я ответил:

- Я никогда Вам об этом не говорил, но тот, кто устанавливает правила, не обязан сам им подчиняться... К тому же я знаю, как избежать воздействия волны.

- И как? - девушка сделала вид, что второе высказывание её заинтересовало больше, чем первое, но я знал, что это отнюдь не так.

- Не верь в неё!

- Не верить? - Лиса улыбнулась.

- Не верь! - я постарался сохранить серьёзное выражение лица, при том, что губы сами тянулись в разные стороны. - Но ведь она есть, это все знают.

- Поэтому она и влияет на всех. Ты же в курсе, что на Нас может воздействовать лишь то, на что воздействуем Мы? Отдаёшь свою энергию и получаешь в ответ чужую - Ты изучала это на первых ступенях. Проблема существует только до тех пор, пока Ты веришь в её существование.

- Да, но я думала, это касается только выдуманных вещей, вроде богов и эгрегоров.

С ними-то мне всё понятно, а вот как игнорировать существующий объект?

- Обмани себя! - я чуть согнул и разогнул локти для большей убедительности. - Понастоящему лгать Мы только самим себе и можем, ведь Мы полностью доверяем исключительно самим себе. Где полное доверие, там есть место идеальному обману. А все остальные, хоть немного, но всегда будут сомневаться в Наших словах. Люди настолько боятся быть обманутыми, что избегают доверия даже в тех случаях, когда ложь не нанесёт им реального вреда.

- Значит, Мы в принципе не можем доверять друг другу?

Я покосился на Лису. Последний её вопрос прозвучал неоднозначно, и я не мог понять, имеет она в виду вообще людей или только Нас двоих. Хотя, если подумать, в обоих случаях ответ для меня был очевиден:

- Можем. Если не боимся быть обманутыми.

Услышав это, Лиса повернулась ко мне:

- Хотелось бы знать заранее.

- Доверие и заключается в том, что Ты не знаешь заранее, а веришь. А, если наперёд известно, что Тебя не обманут, доверие смысла не имеет - здесь место фактам.

Лиса опустила глаза, размышляя над сказанным мною. Стараясь не отвлекать её, я медленно пошёл глазами по лагерю. Он уже начинал шевелиться, превращаться в гудящий улей, и причиной тому, похоже, было не столько приближающееся утро, сколько прибытие в карьер роботов. Все понимали, что грядёт нечто масштабное... Я остановил взгляд на бойце, на ходу махавшем в мою сторону рукой. Это был Гелий. Я убрал руки с перил и выпрямился, показывая, что заметил его. Оператор остановился и выразительно поманил меня рукой.

- Так, идём! - тихо проговорил я.

Лиса мгновенно вышла из задумчивости и, оттянув края куртки вниз, начала спускаться. Последовав за ней, я принялся оценивать свою готовность к тому, что Нас ждёт. Усталость я ощущал, но пока что она была вполне терпимой. Проблемой была сонливость, медленно надвигающаяся на меня пропорционально рассеиванию утренних сумерек. В критической ситуации голову стоило держать ясной, однако на отдых времени не было.

- Всё готово. - Гелий упёр руки в пояс. - Легион посоветовал отправляться на машине, чтобы не попасть под полевые зенитки ОКО. Сюда Мы ехали долго, но теперь, когда роботы - Наши союзники, есть вариант двинуться по короткому пути.

- Сколько?

- Часа два.

Я задумался. С одной стороны, такой временной отрезок может Нам дорого стоить, с другой, будет время на сон, да и риск погибнуть по дороге меньше. В конце концов, дилемма разрешалась происходящим в текущее время в районе Объекта Двадцать Восемь, и этот момент нужно было уточнить.

- Спроси у Легиона, что там делает ОКО!

Гелий приложил руку к уху:

- Ты, наверно, сам слышал вопрос!? Ага... Ага... - оператор поднял глаза, обращаясь ко мне. - Он говорит, что их людей всё больше, но они держатся на расстоянии от, так сказать, эпицентра, и пока занимаются укреплением позиций. Боятся, видимо. - Или чего-то ждут. - я ещё раз оценил ситуацию. - Ладно, едем! Скажи, пусть следом за Нами вылетит кто-нибудь на стрекозе, чтоб Мы могли быстро пересесть на более шустрый транспорт, если вдруг ОКО зашевелится!

- Я понял. Машина у восточного выезда. - оператор перевёл глаза на Лису. - Проводишь, да!?

- Ну, естественно! - девушка деловито моргнула.

- Я подойду через десять минут. - Гелий сделал два шага спиной и, повернувшись, лёгким бегом двинулся от Нас. Проводив его взглядом начальника, оценивающего своего подчинённого, Лиса взяла меня за локоть и потянула вперёд.

Шагая по лагерю плечом к плечу со своей теперь уже, несомненной, фавориткой, я внимательно всматривался в каждого встречного, пытаясь понять готовность, настрой своих людей. Все они куда-то торопились, суетились, причём многие взаимодействовали с прибывшими в карьер роботами. Ещё несколько часов назад они были врагами, а сейчас, как давние товарищи, готовились вместе дать отпор новой угрозе. Такой резкий переход в отношениях немного сбивал с толку, по крайней мере, меня, и что-то мне подсказывало, что, будь на месте машин люди, всё было бы гораздо сложнее. Роботы слишком чужеродны, их воспринимают как существ, в принципе не способных понять природу человека. Соответственно, многие грехи им прощают, а некоторые и вовсе воспринимают, как норму. Словно, они - маленькие дети.

- Так, это Наш. - Лиса вырвала меня из задумчивости.

Мы приближались к крупной, даже по меркам грузовиков, тёмно-серой машине, около которой уже собралась остальная часть Нашей группы. Завидев Нас, все замолчали, выпрямились и повернулись к Нам.

С улыбкой глядя на них, Лиса на ходу наклонилась ко мне:

- Они Тебя узнали!

Я не успел понять, в чём причина её радости, как девушка, стерев улыбку с лица, остановилась напротив бойцов и, бегло осмотрев их, громко, без вопросительных интонаций, произнесла:

- Где Сыч!

После нескольких переглядываний, в ходе которых, надо понимать, определялся лидер группы, вперёд вышла женщина лет сорока, со светлыми волосами, атлетической фигурой и жёсткими чертами лица:

- Он неважно выглядел, Гелий отправил его в медпункт, чтобы тот проверился на предмет заражения Котом.

Лиса повернулась ко мне, демонстрируя на лице смятение и немой вопрос. Я, однако, знал не более, чем она, поэтому лишь молча пожал плечами.

- Вместо него взяли Чистого. - светловолосая женщина показала большим пальцем назад, однако там никто не шелохнулся, и я так и не понял, кого она имеет в виду. - Мы наспех проинструктированы и полностью готовы к выходу. - слова отскакивали от её зубов так, будто она всю жизнь провела в армии. Вероятно, так оно и было, потому что в каждом её жесте проглядывалась жёсткая дисциплина, выработанная годами упорной практики. Мне чрезмерная твёрдость лиц прекрасного пола была не по душе, но эта женщина, похоже, чётко понимала, кто здесь главный, и показывала полную готовность следовать приказам, не особенно задумываясь о сложности их исполнения. А это было очень кстати.

- Гелий уже определил Ваши места? - я почувствовал, что заговорил тоном, сходным с армейским. Видимо, дисциплинированность новой знакомой отчасти передалась и мне.

- Нет, но Мы уже работали одной компанией и знаем, кто в чём хорош.

- Ладно, тогда рассаживайтесь!

Люди с готовностью разошлись вокруг машины и принялись занимать места. Убедившись в том, что в непосредственной близости никого не осталось, Лиса подошла ко мне и тихо, бросая взгляды на собирающихся, зашептала:

- Ты уверен, что нормально себя чувствуешь? Сыч не снимал маски и заразился, а Вы с Гелием...

Я поднял палец, останавливая её:

- Это ещё не известно, может, он просто вымотался. В крайнем случае, врачи о нём позаботятся. А вот у Левиафана собралась целая орда ОКО, и Мы не знаем, что они задумали. Нужно торопиться. Ты готова!?

Девушка выпрямилась и уверенно посмотрела мне в глаза:

- Готова!

- Тогда иди! С Сычом всё будет в порядке.

На некоторое время задержав на мне благодарный взгляд, девушка зашагала к грузовику. Я остался на месте, дожидаясь оператора, который, будто почувствовав это, тут же вынырнул из-за угла.

- Сыч заразился. - начал он ещё издалека. - Конкретно. Врачи уже взялись за него и утверждают, что вместе с роботами смогут его вылечить.

- Карантин организовали? - я знал, что моя фраза прозвучит несколько бесчеловечно, но о жителях лагеря нужно было позаботиться не менее, чем о Сыче. Не хватало ещё локальной эпидемии.

- Да, зараза у Нас под контролем. Роботы Легиона уже проверяют персонал лагеря. Они, кстати, пообещали доставить Нам крупную партию антидота в ближайшие пару дней. - Гелий подозрительно посмотрел по сторонам и продолжил гораздо тише. - Чутьё подсказывает мне, что история с Чёрным Котом ещё не закончена. У роботов есть какие-то планы на вирус.

Я и сам пока что не до конца доверял Нашему новому союзнику, но в подозрениях оператора не хватало главного - мотива. Тем не менее, зная, что он имеет большой опыт в шпионаже, я был полностью уверен, что отметать его мнение без проверки нельзя.

- А что говорит Легион?

- Ничего, он сейчас с Бледным. Разрабатывают план действий в Нашем секторе. - Так он с Нами не едет? - до сих пор мне казалось, что киборг ни за что не отпустит Нас на эту операцию одних, поэтому его решение остаться оказалось для меня несколько неожиданным.

- Нет, решил побыть здесь. Говорит, что Левиафан не подпускает к себе роботов, даже сейчас. И, я думаю, он прав, лучше не рисковать. Но он сказал, что Третий будет лично контролировать все единицы в районе Объекта Двадцать Восемь.

Такой расклад меня не очень-то устраивал - терять начальство роботов из виду, тем более, оставив его в Нашем лагере, было не очень разумно, но на перепланировки времени не было.

- Ладно, едем!

Выровнявшись плечом к плечу, Мы с Гелием направились к грузовику. Вся Наша команда уже успела занять места, причём двое сразу сели за торчащие сверху металлической коробки кузова крупнокалиберные пулемёты.

Поднявшись следом за оператором, я обнаружил, что специально для Нас оставили два места по соседству с Лисой. Гелий сел на расстоянии от девушки, оставив мне пространство между ней и собой. Не успел я опуститься, как Лиса быстро наклонилась ко мне и шёпотом спросила:

- Что с Сычом?

Немного поколебавшись между желанием успокоить её, скрыв правду, и совестью, я ответил так же тихо, чтобы не пугать слухами о вирусе остальных:

- Заразился. Но за него взялись боты, а они знают как справиться с Котом. Они ведь его создали. - я старался придать всему своему виду уверенность и даже несерьёзность отношения к проблеме, хотя в душе сам переживал за Сыча. За короткое время, прошедшее с момента Нашего знакомства, я успел к нему привязаться и совсем не хотел, чтобы он пал жертвой болезни, пусть даже такой сильной.

- Ладно, надо покимарить, пока есть такая возможность. - грустно вздохнув, Лиса подняла правую ногу на сидение и, сложив руки на колене, упёрлась в них лицом и закрыла глаза.

На всякий случай осмотрев всех присутствующих и определив, можно ли им доверять, я опустил автомат на пол, прислонив его к лавке, и расстегнул куртку.

В этот момент грузовик тронулся, заметно раскачиваясь из стороны в сторону. При такой сильной тряске облокачиваться на твёрдые поверхности было неудобно, даже больно, поэтому я наклонился вперёд и, уперев скрещенные руки в колени, опустил на них голову.

- Все подъём! Мы подъезжаем.

Я резко выпрямил спину, пытаясь понять, как Мы могли прибыть на место, едва тронувшись. Как оказалось, обстановка в кузове изменилась: все присутствующие сидели в с виду неудобных полулежащих позах, сонно моргая глазами, и в мою голову начало закрадываться подозрение, что прошло гораздо больше времени, чем мне показалось. Гелий стоял в дверях, ведущих в кабину водителей и внимательно осматривал отходящих ото сна членов Нашей команды. Убедившись в том, что я уже пришёл в себя и готов слушать, он громко и чётко начал инструктаж:

- В районе полным-полно бойцов ОКО, они расставили огневые точки на каждом углу. Наши механические друзья утверждают, что снайперов по периметру нет, но лишний раз перестраховаться не помешает. Мы заходим с юго-запада, отряд киборгов отвлечёт противника с востока. Двигаться тихо и быстро, стрелять только в случае самой крайней необходимости! Нас не должны заметить. Высший!? Все с интересом посмотрели на меня.

- Нам нужно прикрытие сверху. - отозвался я.

- Я пойду! - та самая дисциплинированная женщина поднялась и схватилась рукой за поручень на потолке, чтобы удержаться.

Я сам был не в курсе её способностей, поэтому вопросительно посмотрел на оператора. Не раздумывая, тот уверенно кивнул.

- Возьмите с собой автоматчика! - скомандовал я. Конечно, в случае, если её заметят люди ОКО, коих здесь десятки, а, может, и сотни, один компаньон ей мало чем поможет, но в текущей ситуации перебирать вариантами не приходилось. - Ещё один человек пусть останется возле грузовика! Гелий и Лиса идут со мной впереди, остальные тихо следуют за Нами на расстоянии тридцати метров. Если Нас атакуют, вторая группа в бой не ввязывается, а, используя суматоху, быстро обходит противника и продвигается дальше. Идём от укрытия к укрытию. - я обвёл глазами всех, кто был в кузове. - Мы должны добраться до Левиафана во что бы то ни стало! Возможно, он единственный знает, что происходит.

Поняв, что инструктаж окончен, бойцы одновременно встали со своих мест и хором, будто репетировали, прогремели:

- Честь сражаться рядом с Вами, Высший!

Я взял автомат с пола, поднялся и, сняв оружие с предохранителя, ответил так же громко: - Взаимно!

Грузовик остановился, механическая дверь кузова опустилась, и Мы один за другим выскочили на улицу, уже заметно посветлевшую, но всё ещё по-осеннему бледную. Быстро приняв круговую оборону, все остановились, осматривая, словно от компьютерной обработки, посеревший квартал.

- Гелий. - я наклонился к оператору. - Связь с Легионом у Нас есть?

- Нет. Он сказал, что поставит радиопомехи по всему району, дабы заглушить ОКО, так что рации здесь абсолютно бесполезны. - он повернулся к остальной части команды и заговорил громче, чтобы все слышали. - Именно поэтому Нам нужно обойтись без стрельбы: не имея связи друг с другом, бойцы ОКО будут ориентироваться на шум.

Стоило ему закончить фразу, как где-то далеко впереди застрекотали автоматы.

- Похоже, киборги уже начали. - я прислушался, определяя расстояние до стреляющих. - Гелий, веди!

Оператор без единого звука заскользил вперёд, и, одновременно с ним, светловолосая женщина с прикрывающим её автоматчиком. В её руках нарисовалась почти двухметровая тонкоствольная винтовка, которая странным образом до сих пор не попадалась мне на глаза.

Слаженность, с которой Мы начали, не могла не радовать меня, хотя оценивать ход акции ещё и было рано. Дождавшись, пока Гелий отойдёт на восемь-девять метров, я вышел из укрытия и последовал за ним. К счастью, здесь постоянно смотреть под ноги не было нужды: война, казалось, совсем не коснулась этой части города - асфальт был чист, автомобили стояли на своих обычных местах, никаких тел или следов сражения. Возникало впечатление, будто люди просто взяли и ушли отсюда по своему желанию.

Гелий остановился у угла кирпичного многоэтажного здания и поманил Нас рукой. Я подождал, пока подтянется Лиса, и Мы вместе беззвучно приблизились к оператору.

- Патруль, двое, в бронежилетах. - он протянул автомат девушке и достал из-за пояса два пистолета с глушителями. - Беру левого.

Я закинул своё оружие на плечо и взял один из его пистолетов. На миг замерев, чтобы проверить готовность друг друга, Мы рывком вышли из-за угла и быстро заскользили по асфальту в сторону удаляющихся от Нас людей. Стараясь не упускать из внимания ничего не подозревающего противника, я быстро, но внимательно осматривал каждый сантиметр той части пространства, что попадала в моё поле зрения, чтобы вовремя среагировать на появление новой угрозы. За тыл я не так беспокоился, его прикрывала Лиса и, чуть дальше, остальная часть команды. А вот с фронта Мы были более, чем уязвимы.

Расстояние между Нами и патрулём ОКО быстро сокращалось, оставалось всего несколько метров, и я уже даже приготовился открыть огонь, как вдруг правый из бойцов с улыбкой повернулся к своему напарнику и, судя по нервному рывку, краем глаза заметил Нас. Я резко упёр левую ногу в асфальт, чтобы остановиться, и, прицелившись ему в сердце, нажал на курок. Затвор пистолета бесшумно дёрнулся, я услышал выстрел со стороны оператора, а следом за ним два хлопка врезающихся в тело пуль. Звук был настолько звонким, что у меня возникли сомнения в том, что Мы смогли пробить толстые жилеты противников, и для большей уверенности я ещё раз нажал на курок. И ещё.

Правый из бойцов уже в пол оборота к Нам начал заваливаться на землю, а за ним и второй. Сунув пистолет за пояс, Гелий подбежал к ним и, схватив одного за шиворот, поволок его к обочине.

Мысль была здравой - наверняка, это не единственный патруль в районе, а два трупа посреди пустой дороги - слишком заметно, так что я последовал примеру оператора и захватил второго. За обоими телами по асфальту протянулись тонкие полосы крови, что тоже было далеко не способствующим конспирации фактом, однако Нам задерживаться на одном месте не стоило. Бросив тело между стоящими у обочины нос к носу машинами, оператор принял автомат у подбежавшей к Нам Лисы и всмотрелся в круглое высокое здание, стоящее примерно там, где Мы оставили грузовик:

- Думаю, Кобра уже поднялась.

- Кобра? - я бросил убитого рядом с его напарником.

- Да, та серьёзная блондинка.

В дали грохнул взрыв, и Мы все вместе повернулись в сторону, где должны были сражаться киборги.

- Это граната. Давайте поторапливаться! - Лиса толкнула Гелия, и тот, будто по инерции, побежал по улице вдоль ряда машин.

Когда образовалось достаточное расстояние, я последовал за ним, всё так же всматриваясь в каждое окно, каждый закоулок. Моя осторожность очень скоро оправдалась: впереди послышался топот, и через пару секунд из одного из магазинов по правой стороне улицы выскочила дюжина вооружённых людей. Увидев их, я мигом рванул в проём между машинами и замер. Беспорядочный топот сапог начал быстро стихать. Выглянув из-за автомобиля, я обнаружил, что никого из Нас не заметили - группа удалялась, судя по всему, направляясь к месту столкновения с киборгами. Дождавшись, пока они скроются за углом, я вышел из укрытия и, пригибаясь, подбежал к оператору:

- Далеко Нам ещё?

- Нет, до перекрёстка и наискось, через дворы. Там уже должен быть вход.

От края закрытого властями периметра до его центра было три или четыре квартала, в зависимости от того, с какой стороны Мы подошли - это я помнил точно. Вопрос в другом: есть ли люди ОКО внутри огороженного участка?

Немного подождав для верности, оператор двинулся вперёд, и, не сильно отставая друг от друга, Мы с Лисой последовали за ним. Слаженно переходя из укрытия в укрытие, Мы без происшествий подошли к перекрёстку и, собравшись втроём, остановились между почтовым грузовиком и правой стеной улицы.

- Так, здесь нужно быть осторожными. - Гелий выглянул из-за угла здания. - Вижу машину, заграждение из колючей проволоки, пулемёт и противотанковое ружьё. Людей нет, похоже, всех вызвали на поддержку в бою с ребятами Легиона.

Я в это время осмотрел часть улицы, уходящую влево. На следующем перекрёстке, к счастью, достаточно удалённом от Нас, её пересекали тёмные силуэты, надо понимать, принадлежащие людям ОКО.

- Слева компания, многочисленная. - я повернул голову, рассчитывая расстояние до ведущего во дворы прохода между двухэтажками. - С такого расстояния, даже увидев Нас, они вряд ли поймут, кто Мы, так что можно рвануть.

- Хорошо! - Гелий снял ремень автомата с плеча и бросил его болтаться. - Три, два, один. - вскочив, он выпрямился во весь рост и уверенно побежал через дорогу. Понимая, что для того, чтобы Нас, в случае чего, приняли за своих, лучше держаться группой, я махнул Лисе рукой и пристроился сразу за оператором.

Добежав до стены на другой стороне дороги, Мы прижались к ней и впились глазами в бегущих вдалеке людей. Никто из них даже не смотрел в Нашу сторону, и, чтобы не менять этого положения, я, поторапливая, хлопнул сидящего ближе всех к углу Гелия по плечу. Оператор с готовностью высунул голову за край стены. Просидев в таком положении достаточно долго, секунд двадцать, он, наконец, повернулся обратно:

- На четвёртом этаже здания слева от проёма вижу какой-то дым. Наверняка, сигаретный.

Я посмотрел туда, откуда Мы пришли, и нашёл глазами круглое здание, на котором, как считал мой компаньон, должна находиться Кобра. Мне казалось, высота постройки достаточна, чтобы Наш снайпер смог достать обнаруженного Гелием противника. Проблема состояла в том, что у Нас не было никаких средств связи...

- Надеюсь, Твоя Кобра смышлёная. - я поднял левую руку, показывая четыре пальца.

- Да она не моя, собственно. - оператор выглянул из-за стены, наблюдая за обнаруженным противником.

Пользуясь небольшой остановкой, я вслушался в набирающую интенсивность стрельбу в дали. К ней, помимо автоматных очередей, добавился тяжёлый рокот, как минимум, двух крупнокалиберных пулемётов. Очевидно, киборги сильно разозлили ОКО.

Рука начинала уставать, кровь отлила от кисти, оставляя ощущение, будто к пальцам приложили мелкие кусочки льда. Но вот, менее, чем через семнадцать секунд, послышался тонкий звон стекла.

- Готов! - Гелий поднялся и уверенно рванул внутрь двора.

Лиса встала во весь рост и, подняв руку с выставленным большим пальцем, улыбнулась невидимой для Нас Кобре. Скорость, с которой та поняла, что нужно делать, и вычислила врага, действительно впечатляла. Провожая взглядом удаляющегося Гелия, я отметил всё это про себя, зная, что информация о способностях подчинённых лишней никогда не бывает.

Как только первый из Нас добрался до центра двора, я вышел из укрытия и бегом последовал за ним. Атмосфера плавно, но быстро менялась, на меня начинало давить это странное ощущение, будто на Нас смотрят сами стены зданий. Оно было неповторимым, знакомым... Бегущий впереди Гелий стал беспокойно озираться по сторонам, надо понимать, он прочувствовал на себе что-то подобное.

Левиафан. Он наблюдал за Нами, и это ощущали все.

Выйдя из двора и добравшись до угла здания, Мы вновь собрались всей троицей.

- Вот он, вход! - в голосе оператора сквозило волнение. - Вижу два пулемёта и грузовик, но поблизости никого нет. Неужто они бросили все силы на киборгов? - он повернулся к Нам, как будто Мы с Лисой знали ответ на прозвучавший вопрос.

Бегло осмотрев сетчатый забор, загороженные машиной ворота и выглядывавшие из-за толстых бетонных якорей орудия, я выпрямился и, опустив автомат, уверенно зашагал в проём между зданиями.

- Стой, Ты куда!? - Лиса выскочила следом за мной и, справа прижавшись ко мне плечом, направила оружие на грузовик.

- Там никого нет. Левиафан расчистил Нам путь. - я взялся за ствол её автомата и потянул его вниз. - Идём!

С лицом, выражающим полное недоумение, девушка остановилась, недоверчиво глядя на меня, но после секундного раздумья опустила оружие и пристроилась рядом. Гелий обогнал Нас и, подбежав к грузовику, заглянул в его кабину.

- Ключи здесь - можем поехать. - высунув голову наружу, он вопросительно посмотрел на меня.

- Давай!

Оператор открыл дверь и скрылся за стеклом. Почти сразу же мотор машины недовольно и как-то старчески зарычал. Грузовик ещё нужно было развернуть, так что, пока было время, я пробежал взглядом по брошенным вещам, стараясь понять, в каком порядке ОКО покинуло это место. Пулемёты, ленты патронов, нераспакованное бронебойное ружьё, ящик гранат - всё было оставлено здесь без присмотра... Глаза мои замерли на белеющей вдоль сетчатого забора странной насыпи, высотой примерно до колена. Поначалу я просто не поверил тому, что вижу, и потому решил подойти поближе. Оказалось, я не ошибся: насыпь была образована из человеческих костей! Они лежали идеально ровным по ширине и высоте слоем вдоль ограды, причём большая их часть уже наполовину истлела, будто останки появились здесь задолго до начала войны с машинами.

- Да-а! - Лиса остановилась рядом со мной. - Думаю, теперь Мы знаем, почему в этом районе нет никаких следов сражений. Здесь все умерли добровольно ещё до того, как взбунтовались боты.

Она была близка к истине: позы, в которых лежали те из скелетов, что более или менее сохранились, были такими, словно люди собрались здесь все вместе и легли бок о бок, чтобы отдохнуть. Ни одного перелома, ни одного отверстия или осколка - горожане пришли и просто умерли. От представления того, как это происходило, по телу у меня побежали колючие мурашки. Очевидно, я зря беспокоился о том, что кто-то способен навредить Левиафану.

Пылящий грузовик заскрипел, тяжело останавливаясь рядом с Нами. Найдя глазами водителя и убедившись в том, что это Гелий, я взял замершую от ужаса Лису за предплечье и настойчиво потянул к машине. Пропустив девушку первой в кабину, я едва сам стал на ступеньку, как Гелий нажал на газ.

Ему, как и всем Нам, не терпелось увидеть, наконец, воочию Объект Двадцать Восемь.

Легко выбив сетчатые ворота, Мы поехали по пустынной улице, тени которой всё сильнее впивались в Нас своими незримыми глазами.

- А как же остальные? - Лиса обернулась, выглядывая в окошко заднего вида. - Подтянутся. - по голосу оператора, я понял, что в мыслях он уже рядом с Левиафаном. - Теперь-то им точно никто не угрожает.

На какое-то время я так сильно сосредоточился на ощущении чужеродного присутствия в этом районе, что пропустил большую часть пути. Грузовик начал тормозить, и меня по инерции потянуло вперёд, что и привело меня в чувства. Не дожидаясь полной остановки, я открыл железную дверь, выпрыгнул из машины и, ни на секунду не задерживаясь, пошёл в прежнем направлении. Место, к которому Мы подъехали, я уже узнал: широкий светло-серый фундамент с осыпавшейся по краям землёй и огромной неровной приковывающей взгляд чёрной дырой посередине. Всё, что было вокруг неё, начало разъезжаться перед моими глазами бесцветным маревом - я видел перед собой только зияющий темнотой провал.

Утопая в сухой мягкой насыпи земли, я уверенно спустился вниз и вплотную подошёл к яме. Крупные куски ломаного бетона образовывали подобие лестницы, величественно ведущей в бездну. Немного наклонившись, я внимательно всмотрелся в темноту и всей кожей ощутил, как темнота смотрит на меня.

- Ай!

Я вздрогнул и повернулся назад. Лиса и Гелий стояли бок о бок в паре метров от меня, твёрдо уперешись руками... в пустоту. Перед ними словно была невидимая стена!

- Похоже, Нас с Тобой там не ждут. - оператор всем весом налёг на руки, но они даже и не думали сдвигаться вперёд.

- Высший, не стой! - Лиса подняла кулак и махнула им в воздухе так, будто ударила по стене. Никакого звука не последовало. Похоже, стена им обоим только мерещилась! - Мы тут что-нибудь придумаем. А Ты найди его!

Следом за ней в голове у меня прогремел знакомый рычащий голос:

- Найди его!

Я уверенно повернулся к яме и шаг за шагом начал осторожно спускаться вниз по камням. Приближаться к плотной, как вода, темноте было жутко. Казалось, она разумна и сама вот-вот бросится на меня. Звуки испуганно стихли, цвета померкли в своём немом ужасе. Я будто спустился не на четыре метра, а на все тысячу!

Остановившись на самом краю освещённого серым солнцем участка, я в упор посмотрел на стоящую стеной Тьму. Она не впускала в себя ни один луч света. В ней не было не малейшего движения, казалось, само пространство умерло в её глубине. Тем не менее, я ясно чувствовал, что впереди что-то есть. Огромное, могущественное, оно внимательно смотрело прямо на меня. Внутри всё зашевелилось, будто меня перебирали, как множество отдельных деталей... Чувствуя, что долго эту безмерно давящую паузу не выдержу, я вдохнул и решительно шагнул во Тьму.


Восхождение

Тьма накрыла меня сразу со всех сторон, как волна ледяной воды, причём ледяной в прямом смысле. Ошарашенный, я немного качнулся назад и, выпрямившись, замер на месте. Поначалу повергший меня в состояние шока, холод подземной обители оказался поверхностным. Он не проникал под кожу, а только касался её ледяными иглами. Судя по всему, помимо пугающих ощущений, никакого вреда организму он не наносил, и это меня несколько успокоило.

С опаской покрутив головой по сторонам, но так ничего и не увидев, я вслепую зашагал вперёд. Ориентироваться было не на что, однако я твёрдо уверился в том, что земля под моими ногами идёт с наклоном вниз. Темнота, с каждым шагом становившаяся всё гуще, продолжала смотреть на меня со всех сторон, но взгляды её стали не такими зловещими. Тени, казалось, отступили и теперь беззвучно наблюдают за мной издалека. На своём месте остался лишь гигантский силуэт впереди. Я не видел его, но чувствовал, что он уже совсем рядом. Его длинные неподвижные конечности дугами огибали меня слева и справа, а голова, возвышаясь к самому потолку подземелья, нависла прямо надо мной. Воздух вокруг шевелился, его узкие прохладные потоки, похожие на лёгкое дуновение ветра, извивались, как змеи, вызывая желание замереть и не двигаться, чтобы не провоцировать и без того агрессивных тварей. Я неуверенно остановился, и через какое-то мгновение без всяких предупреждений в голове у меня загремел низкий, пугающе раскатистый, нечеловеческий рык:

- Ты стоишь предо мной лишь потому, что я сотворил Тебя. - я слышал этот грозный неторопливый голос ранее, но сейчас он был другим. Из него исчезла злобность, появилась размеренность, снисхождение. - У Тебя есть множество вопросов. Когда Мы закончим этот разговор, многие из них останутся не отвеченными, но это не важно. - слова звучали у меня в голове, но эхо выходило за её пределы и разносилось по бескрайним просторам подземелья. Медлительность, с которой говорило пребывающее здесь существо, недвусмысленно давала понять, что оно гораздо старше и мудрее всего, что известно людям. - К Вашей планете приближается сила, которая сотрёт Вас. Пред ней Вы ничтожны. Великое существо, имя которого Ты не сможешь ни произнести, ни запомнить, прибудет сюда, как оно делало это множество раз задолго до того, как появились Вы. Оно придёт, чтобы собрать новую дань. Но Вы ничего не значите и не имеете того, что может его заинтересовать. В отличие от Ваших воинов прошлых времён, оно приходит не за вещами, землями или рабами, но для того, чтобы продемонстрировать свою мощь, чтобы оскорбить мёртвых, чьи души нашли в Вашем тесном мире последнее пристанище.

Я хотел было вставить вопрос, но почувствовал, что говоривший свободно перебирает мои мысли, и необходимости озвучивать их нет.

- Оно было одним из тех, кто создал Вас, и тех, кто, натешившись Вашими жизнями, оставил Вас. Без их воли Вы должны были в скором времени погибнуть, но следом за ними на эту планету пришёл тот, кто дал Вам разум. Когда Ваши создатели обратили свой взор на Вас, они были оскорблены тем, что Вы отвергли их и презрели, и поклонились их врагу, назвав его Отцом своим. Они вернулись на Землю и уничтожили дерзнувшего бросить им вызов и всех его последователей. Но дух того, кто дал Вам мысль, остался жив. Он витает здесь, вечный, но бессильный, и потому один из Ваших создателей возвращается сюда снова и снова, чтобы причинить ему великую боль и напомнить Вам о том, как Вы отвергли Отцов своих, и потребовать крови Вашей за ту дерзость, и показать могущество своё живым и мёртвым. Видят происходящее здесь многие, и это назиданием им служит, и делает их покорными Отцам Вашим.

Голос неожиданно смолк, и что-то мне подсказывало, что он даёт мне возможность задать вопрос. Неясностей было так много, что я продолжительное время просто молчал, определяясь, с чего начать. Пожалуй, первым делом, стоило прояснить, что Нас ждёт в худшем случае:

- Наш союзник утверждает, что этот враг из космоса, скажем, Грядущий, подчинит людей себе и установит здесь свою власть!? - чувствуя, что Левиафан здесь повсюду, я не знал, в какую сторону мне говорить.

- Он прибудет и заберёт Ваш разум - то, что дал Вам Ваш названый Отец. В этом и заключается демонстрация силы. После взятия власти над Вами тот, кого Ты назвал Грядущим, заставит Вас уничтожить самих себя, как и должно было произойти, если бы не пришёл Ваш названый отец. Но не полностью. Некоторые выживут. Они одичают и Ваша цивилизация откатится назад к тем временам, когда Вы ещё не имели разума. Всё начнётся сначала. Это вечное наказание для Вас и для Мёртвого.

Я вдруг ощутил, что внутри меня быстро растёт странная боль. Не физическая, скорее, эмоциональная, я словно сочувствовал этому неизвестному мне Мёртвому.

- По-моему, Мы вполне могли бы уничтожить себя и без помощи Грядущего. Ты ведь знаешь, что представляет собой Наша �цивилизация�!? - я старался скрыть нарастающее волнение, но едва ли можно было утаить что-то от стоящего надо мной существа.

- Это остатки предыдущих эпох. Вы столько раз уничтожали самих себя по чужому велению, что навязанная идея саморазрушения начала становиться инстинктом, характерной чертой всего Вашего вида. Вы этого не замечаете, но то, что Вы называете обществом - коллективный, не осознающий себя разум, постоянно стремится к разделению и разрушению самого себя изнутри.

Рычащий голос всё так же звучал в моей голове, и в полной темноте он постепенно становился единственным, что я ощущаю. Даже аномальный для этого подземелья холод уходил куда-то вдаль. Несмотря на это состояние погружения в сон, мои мысли, совсем наоборот, прояснялись. Видимо, первый шок от встречи с Левиафаном шёл на спад, и я, уже лучше понимая происходящее, задал новый, особенно интересный для меня, вопрос:

- Зачем Тебе нужны Мы? Ты ведь гораздо сильнее Нас.

- У Грядущего есть армия подобных Вам. Как Тебе сложно раздавить бактерию, так мне сложно убить его воина. В большом количестве они сильны, как заразная болезнь, а я должен сосредоточиться на том, чьи силы соизмеримы с моими. Поэтому Вы вступите в бой с его ордами и не позволите им мешать мне.

- А что, если Мы откажемся сражаться? - я сам даже не думал сдаваться на милость этого мифического Грядущего, но нужно было понять, кто или что такое Левиафан, и можно ли ему верить.

- Ты не откажешься. - в рычащем голосе почувствовалась непоколебимая уверенность. - Ты уже слышишь зов. Твоя кровь требует отмщения. - при этих словах зло внутри меня резко поднялось, я почувствовал настоящую ненависть к Грядущему, и невольно весь напрягся. Эти не понятно откуда берущиеся эмоции начинали пугать меня: Левиафан способен воздействовать на разум, в этом давно нет сомнений, и я боялся, что он может контролировать меня.

- Вкладывать мысли в Твою голову не имеет смысла.

Я внимательно вслушался, однако по рокочущему голосу невозможно было определить, что на уме у нависшего надо мной существа. Оно говорило с одной интонацией.

- Скоро Ты сам поймёшь, зачем собрал своих людей, почему одержим идеей перерождения своего вида и по какой причине нашёл меня.

Левиафан замолчал, но эхо его слов ещё долго повторялось в глубинах Тьмы. Сказанное им немного сбило меня с толку и в то же время заинтересовало, но я не мог решиться задать следующий вопрос. Время ещё не пришло. Прежде, чем открыть новую дверь, стоило разобраться с тем, что уже преподнесено Нам этим загадочным существом.

- Что Нам делать? - произнёс я в темноту.

- Следуйте за теми, кого Вы создали! Они вступили в это противостояние много раньше Вас. У них уже есть план.

Речь, как я понял, шла о машинах.

- Скоро прибудут мои армии, и, когда это случится, Вы объединёнными силами встретите своего общего врага.

Голос Левиафана смолк, и я понял, что Наш диалог близится к завершению. Сам я, конечно, не хотел заканчивать, наоборот, я готов был говорить с ним годами, вопросов собралась целая уйма, причём касались они не только Нашей судьбы, но и личности самого существа, скрывавшегося во Тьме передо мной. Наспех перебрав их все, я выделил тот, что показался мне наиболее существенным в данный момент: - Почему Ты доверяешь Нам? Мы ведь люди - одни из тех, кого контролирует Грядущий.

Вопрос, как, наверно, и все предыдущие, был заранее известен Левиафану, так что он заговорил ещё до того, как я закончил фразу:

- Как и порождённый Вами народ, Вы подчинили себе свою природу и изменили её. Вы больше не потомки тех, кого создал Грядущий.

Слова Левиафана стихли, и я почувствовал, что быстро возвращаюсь к реальности. Тьма подземелья снова стала плотной, холод колючим, а нависшая надо мной громада, на время растворившаяся в воздухе, живой и осязаемой. Земля под ногами начала мелко дрожать, с потолка посыпались комья и воздух наполнился запахом пыли. Левиафан пришёл в движение.

- Мы встретились не впервые и Мы встретимся вновь. - неожиданно прогремевший голос заставил меня вздрогнуть.

Колючая нервная волна, подстёгиваемая холодом, побежала по всему моему телу, выталкивая остатки сонного оцепенения. Нужно уходить! Я начал пятиться спиной вперёд, не спуская глаз с того места, где должен был находиться Левиафан.

Откуда-то изнутри его массивного тела полился быстро набирающий яркость тёмно-зелёный свет, вырисовывающий очертания существа. Я уже видел два длинных щупальца, протянувшихся с обоих боков от меня. Рассмотреть то место, откуда они берут начало, я не мог, но был уверен, что лицо, если так можно выразиться в данном случае, находится именно там.

Состояние транса, в которое я впал в попытке защититься от стресса, моментально улетучивалось, и теперь, глядя в сокрытые во Тьме глаза Левиафана, я начал осознавать его мощь. Он был огромен, причём не только физически, но и энергетически. От него исходило своего рода отталкивающее давление. Оно не было похоже на ветер, шевелящий одежду и волосы, это было что-то иное. Во всём его существе чувствовалась уверенность, сила, мудрость, проверенная миллионами лет опыта. Я готов был поспорить, что он пережил не одну сотню цивилизаций, вроде человеческой. Даже мельчайшая часть накопленных им знаний едва ли уместилась бы в головах всех людей и роботов Земли вместе взятых. Я ощущал восторг вперемешку с наибольшей жутью, которую когда-либо чувствовал. Левиафан был не просто существом, он походил на облачённый в материальную форму могущественный дух, на один из тех злых идолов, которым поклонялись Наши далёкие предки. Он походил на Закон...

Вибрации резко усилились, так, что земля начала ходить ходуном. Понимая, что оставаться в подземелье опасно, я, развернувшись, нашёл глазами освещённый бледным серым светом выход наверх и рванул к нему. Сзади глухо загремели падающие с потолка валуны, и нечто подсказывало мне, что Левиафан поднимается на поверхность.

Подлетев к подобию каменной лестницы, я, не останавливаясь, заскочил на неё и, помогая себе руками, влёт вскарабкался наверх. На поверхности всё угрожающе дрожало. Мельком оглядевшись, я нашёл глазами группу людей в чёрных костюмах, собравшихся всего в нескольких метрах от меня.

- Высший!

Я узнал голос Лисы, но за поднявшейся столбом пылью едва смог разглядеть её.

- Уходим! - я махнул рукой вправо и, не дожидаясь ответной реакции, бросился в указанном направлении. Сухая мелкозернистая земля набилась в ботинки в первые же два шага, но на неё отвлекаться было некогда.

Уже подбегая к краю фундамента, я бросил автомат вперёд, подошёл вплотную к бетонной стенке, запрыгнул на неё и, подтянувшись на руках до пояса, закинул ногу. Осознавая, что уже не до таких мелочей, я поднялся на выступ и, через спину перекатившись по земле с бока на бок, подхватил автомат левой рукой и рванул дальше. Тряска была настолько сильной, что ноги то уходили в пустоту, то раньше времени упирались в землю.

Едва удерживая равновесие, я бежал по непроглядной пыли до тех пор пока не упёрся в грязно-жёлтую стену многоэтажки. Рядом с каменным строением, медленно покрывающимся мелкими, но оттого не менее зловещими трещинами, вибрации земли были чуть ниже, и я решил, что здесь можно на некоторое время остановиться.

Осмотрев пространство, где должен был находиться фундамент, я обнаружил, что пыль повисла сплошной пеленой, трудно было разглядеть что-либо даже на расстоянии трёх метров. Дыхание перехватывало, глаза резало мелким сором, на зубах скрипели песчинки, и я понял, что долго находиться в таких условиях не смогу. Но оставшаяся часть команды никак не появлялась, а бросить здесь своих компаньонов я не мог.

Неожиданно тряска прекратилась, и в воздух ворвалась мёртвая тишина. Я внимательно вслушался, стараясь, за неимением зрения, определить, где мои люди, хотя бы по звуку. Ничего свидетельствующего об их присутствии поблизости я не услышал, но моё внимание привлёк низкий протяжный, отдающий металлическими нотами, вой, быстро прибавляющий в громкости. Невозможно было понять, с какой стороны он исходит, но нетрудно было догадаться, что его источником является Левиафан. Постепенно вой набрал такую мощь, что все мои внутренние органы мелко завибрировали. Я плотно закрыл уши руками, однако это мало помогло - звук буквально проникал сквозь кожу, наполняя своей тяжестью всё тело...

Вой резко стих. Я расслабил руки и тут же услышал тяжёлый глухой удар гдето впереди, а следом за ним короткое, но яростное шипение. Меня резко толкнуло назад, ударив спиной о каменную стену. Сразу отпрыгнув обратно, я поднял глаза, пытаясь сообразить, что произошло. Пыль исчезла, будто её и не было. Резкий переход от почти полной слепоты к абсолютной ясности ударил по глазам, но я даже не моргнул, потому что увидел его. Гигантское, похожее на кальмара, тёмно-зелёное существо, зависшее невысоко над огромным чёрным провалом.

Оно имело настолько большие размеры, что мне пришлось повернуть голову градусов на сто тридцать, чтобы поочерёдно увидеть оба конца его тела. Два длинных щупальца, бравших начало от не имеющей шеи головы, были неподвижны в своём горизонтальном положении, однако сомнений в их гибкости быть не могло. По протяжённости они лишь немного уступали огромному плоскому телу, вдоль которого шли шесть пар прижатых к бокам ракоподобных ног, оканчивающихся неимоверного размера когтями. Задняя часть походила на брюшко муравья, правда, имела более плоскую и вытянутую форму. Длина тела составляла не менее ста пятидесяти метров, а толщина около двадцати.

Буквально всё туловище, включая щупальца, было покрыто остроконечными толстыми пластинами, судя по всему, состоящими из некоего металла. Происхождение они имели явно не искусственное и не эволюционное, и это впечатляло больше всего: Левиафан, похоже, мог изменять строение собственного тела! Из щелей между металлическими, наложенными друг на друга, пластинами исходил густой тёмно-зелёный пар, дополняемый того же оттенка светом, лившимся откудато изнутри гигантского тела.

- Это он!

Я нашёл глазами кричащую Лису и остальную часть команды - все выглядели в полном порядке и, как оказалось, были совсем рядом. Выстроившись в одну линию, они направили на медленно поднимающееся в воздух существо всё своё внимание.

Забросив автомат за спину, я, не спуская глаз с Левиафана, двинулся к ним, попутно стараясь понять, каким образом гигантский кальмар преодолевает притяжение. Ничего похожего на приспособления для полёта у него не было, однако он уверенно набирал высоту, и это внушало противоречивые ощущения, пугающие и завораживающие одновременно.

Несмотря на всю зрелищность происходящего, я привлёк внимание своих спутников ещё до того, как подошёл к ним вплотную. Видимо, не в состоянии решить, кто интереснее, человек, говоривший с Левиафаном, или сам Левиафан, они начали поочерёдно поворачивать головы то ко мне, то к нему.

Я молча подошёл к Лисе и Гелию, без малейшего движения стоящим плечом к плечу, и остановился. Не выпуская чужеродное существо из виду, девушка медленно наклонилась ко мне:

- Это же он, да!? Левиафан?

- Да.

Она выпрямилась и, зябко поведя плечами, продолжила наблюдать за поднявшимся на высоту метров сорок-пятьдесят тёмно-зелёным исполином. На какое-то время он неподвижно застыл в воздухе, накрыв Нас своей гигантской тенью, после чего беззвучно поплыл вперёд, оставляя за собой след из зелёного тумана. Мы стояли с левой стороны от него, и, как следствие, лицевой части рассмотреть не могли - это расстраивало меня больше всего.

Тусклые солнечные лучи, едва пробивающиеся сквозь белую пелену неба, всё сильнее сводили глаза, и, уже не в состоянии следить за удаляющимся Левиафаном, я опустил взгляд в землю. Лиса, всё так же не поворачиваясь, тихо проговорила:

- Ну, ничего себе, артефакт!

- Да уж... Он чуть более живой, чем я предполагал. - Гелий, потерявший своё обычное хладнокровие, сделал шаг вперёд и стал к Нам в пол оборота. - И зловещий, надо признать, тоже.

Я открыл глаза и нашёл в небе уже едва виднеющийся силуэт. Смотреть ему вслед было как-то тяжело. У меня осталось ещё столько вопросов, да и новые появлялись через каждые несколько секунд, а он просто ушёл, оставив их все не отвеченными...

- Кажется, стрельба переместилась ближе к Нам. - замечание принадлежало комуто из стоящих сзади незнакомых мне членов команды.

Прислушиваться не было нужды - стрекотание автоматов отчётливо слышалось уже где-то совсем рядом, в паре кварталов, так что комментарий был очень даже своевременным.

- Если стреляют, значит, киборги Легиона наступают. - я быстро оглядел местность, отыскивая укрытия, подходящие для организации засады. Не провалившаяся под землю часть фундамента сильно напоминала окопы и была, пожалуй, лучшим вариантом в Нашем положении, поэтому я громко скомандовал. - Все вниз! Встретим ОКО здесь!

Моментально выйдя из состояния изумлённого созерцания, бойцы россыпью ринулись к яме. На секунду задержавшись, я быстро осмотрел верхушки зданий, стараясь отыскать округлую башню, в которой сидела Кобра, но, повернувшись на все триста шестьдесят градусов, так и не нашёл её. Послышался громкий мужской крик с той стороны, откуда тарахтела стрельба - противник был уже в паре сотен метров от Нас. Я, как можно скорее, подбежал к фундаменту и, спрыгнув вниз, в полуприсяде, чтобы не выдать своего присутствия раньше времени, дошагал до своих бойцов. Они уже успели занять позиции у бетонного края фундамента, правее от чернеющего пустотой неровного провала. Выбрав место рядом с Лисой и Гелием, неизменно держащихся рядом, я осторожно выглянул из ямы.

Обрушенная в середине поднимающимся из-под земли Левиафаном многоэтажка, стоящая в одном ряду с занятым Нами фундаментом и, как следствие, имеющая те же габариты, была очень узкой, так что отсюда Мы могли достать людей ОКО сразу на двух улицах.

- Тут, за углом!

Я рывком присел и прижался к холодному шершавому бетону. Противник уже был здесь и, судя по всему, целью его являлся участок земли, под которым скрывался ранее Объект Двадцать Восемь. Зачем он им теперь, когда Левиафан улетел, мне было неясно. Я повернулся налево, где находилась большая часть Нашей группы, и поднял левую ладонь, давая команду не стрелять.

Впереди послышался топот с вторящим ему эхо, пролетающим между пустыми многоэтажками. Шум быстро нарастал, и единственное, что я мог сказать о численности врага, это то, что она значительно превосходит Нашу. Видимо, это понял не я один, потому что остальные члены Нашей команды зашевелились, расстёгивая сумки с дополнительными магазинами и принимая более удобные позы.

Шаги врага уже придвинулись в упор к Нам, как и стрельба следующих за ним по пятам киборгов. Зная, что мои компаньоны сориентируются без приказа, я беззвучно поднялся и, навскидку прицелившись в ближайшего вражеского бойца, нажал на курок. Одновременно с моими затрещали сухие выстрелы остальной части Нашей группы, и первые из беспорядочно бегущих разномастных людей ОКО, так и не успев сообразить, что происходит, повалились на землю, поднимая облака серой пыли.

Уже успев оценить ситуацию, я осознал всю опрометчивость Нашей засады. Отряд противника превосходил Нас по численности раз в семь, и открытая местность, на которой он оказался, не очень-то сбавляла этот перевес, тем более, что Нам отступать было некуда: справа дорога, слева провал, длиной метров в сто пятьдесят, сзади открытый со всех сторон фундамент. Радовало лишь то, что последние из бегущих на Нас шли спиной вперёд, отстреливаясь от преследователей.

То есть перед Нами были все.

Быстро выбирая цели, я продолжил короткими очередями отстреливать бойцов ОКО. В суматохе они не сразу поняли, что Нас гораздо меньше, и значительно притормозили. Это было Нам на руку, однако противник, быстро оценив своё численное превосходство, вновь набрал скорость и, беспорядочно стреляя, пошёл прямо на Нас.

Нажимая на курок, я считал каждую пулю, ведь при такой скорости наступления вражеской пехоты на смену магазина времени не будет. Слева уже стучали одиночные пистолетные выстрелы, как минимум, двух из Наших людей. Стоило мне об этом подумать, как Лиса резко опустилась вниз и, прижавшись спиной к бетону, сняла пустой магазин.

Бойцы ОКО, количество которых уменьшилось значительно, но не достаточно, чтобы Мы могли успокоиться, услышав, что затих ещё один из автоматов, с удвоенной скоростью пошли вперёд. Немного опустив голову, чтобы не попасть под увеличившую интенсивность пальбу, я прицелился и нажал на курок.

Двадцать четыре - ближайший из врагов полетел вперёд, продолжая стрелять уже в падении. Раз, два, три, двадцать семь - дёрнув правым плечом назад, ещё один опрокинулся на бок. Раз, два, двадцать девять - закинув голову и оторвав ноги от земли, очередной боец ОКО грузно рухнул в пыль. Раз, тридцать - пуля громко врезалась в защитного цвета жилет одного из наступавших, после чего автомат щёлкнул пустотой. На миг присев, я бросил его на землю и выхватил пистолет. К этому моменту над краем ямы уже повис крупный вражеский агент, готовящийся прыгнуть прямо на меня. Прицелиться в какой-нибудь из жизненно важных органов я не успевал, поэтому, направив пистолет ему в левую ногу, нажал на курок и тут же шагнул вперёд, чтобы не попасть под начавшего падать головой вперёд врага. Прижавшись спиной к бетонной стенке, я на секунду замер, дожидаясь, пока противник ударится о землю и, как только это произошло, поднял пистолет и пустил две пули ему в спину.

Сзади уже слышался приближающийся торопливый топот, поэтому я с максимально возможной скоростью развернулся и выстрелил в подошедшего к самому краю ямы бойца ОКО. По инерции он полетел вперёд, падая в яму рядом с первым. Пользуясь отсутствием в непосредственной близости других агентов врага, я бросил пистолет и, подхватив покрытый широкими царапинами автомат убитого, вновь высунулся из укрытия. Повсюду были разбросаны тела в разноцветной одежде, в живых осталось всего четверо - те, кто прикрывал тыл, отстреливаясь от киборгов.

Переставив предохранитель автомата на одиночный режим, я прицелился и выстрелил в сидящего за машиной метрах в двадцати от Нас бойца с тяжёлым пулемётом. Кровавый фонтан, вырвавшийся из его спины, обозначил попадание, и противник тут же уткнулся лицом в автомобиль.

Стоило пулемёту затихнуть, как из-за угла показались киборги. Понимая, что шансы на выживание резко уменьшились, оставшиеся люди ОКО повскакивали из укрытий и бросились врассыпную. Киборгов, однако, это ничуть не сбило с толку, даже наоборот, стоило противнику выйти из укрытия, как они чёткими попаданиями добили остатки вражеской группы. В воздухе мгновенно воцарилась немного шокирующая тишина.

Отбросив чужой автомат, я поднял свой пистолет и, вкладывая его в кобуру, осмотрел Нашу команду. Все были живы, только двое, сев на землю, держались, один за шею, другой за ключицу. Не теряя драгоценного времени, уцелевшие оперативно достали карманные аптечки и перевязочные пакеты, и глядя на их отточенные уверенные действия, я в очередной раз порадовался подготовке людей Тетры.

Подняв глаза на приближающихся к Нам киборгов, я пожалел, что именно они являются самыми лучшими солдатами в рое Легиона. Их залитые кровью лица, крупные порезы по всему телу, торчащие отовсюду провода и железки выглядели просто жутко. Я не знал, что это: способ морального воздействия на потенциально слабонервного противника или просто экономия времени и средств, но работать с воинами, имеющими такой внешний вид, было несколько затруднительно.

- Интересно, как Легион ими управляет, если весь район заглушен радиопомехами? - слегка наклонив ко мне голову, Гелий говорил тихо, будто не желал, чтобы киборги Нас услышали.

Я тоже хотел бы знать ответ на этот вопрос, хотя и понимал наперёд, что всё это достигнуто благодаря технологиям Левиафана.

Три киборга, отделившиеся от остальных, разошедшихся в разные стороны, придвинулись к краю фундамента и замерли, будто статуи.

- Вы в порядке? - голос стоящего посредине бойца Легиона прозвучал абсолютно безжизненно, хоть и человечно.

Я повернулся к помогающим раненым, молча требуя доклада. Перевязывая белым бинтом шею товарища, неизвестная мне девушка с короткими, торчащими в разные стороны рыжими волосами, и бледным, судя по всему, ею самой выбеленным лицом, смущаясь, посмотрела в мою сторону и скромно, но быстро проговорила: - Пуля навылет, сонная артерия не задета, сильно повреждена мышца, какое-то время к бою будет не способен.

Я кивнул и перевёл глаза на второго раненого. Посыпающий его окровавленное плечо синим порошком боец, не поворачиваясь медленно и даже как-то задумчиво проговорил:

- Ключица раздроблена, пулю без инструментов не достать. Но жить будет.

Я посмотрел в не выражающие абсолютно никаких эмоций глаза киборга:

- Да, относительно, в порядке.

- Вы поговорили с Левиафаном? - тут же проговорил искусственный боец.

Услышав вопрос, все, включая раненых и им помогающих, замерли и впились в меня глазами.

- Да, говорил.

Окружающие продолжали пребывать в полной недвижимости, я даже подумал, что они не услышали меня. В том же самом состоянии, как ни странно, были и люди Легиона. Наконец, стоящий посредине киборг ожил:

- Легион предлагает Вам отправиться в лагерь и обсудить дальнейшие действия. Транспорт уже на подходе.

- Так и сделаем. - уперев руки в бетонный уступ, я подпрыгнул и выбрался из ямы.

Гелий последовал за мной, и то же самое собралась сделать Лиса, однако ближайший к ней киборг наклонился и учтиво протянул руку. Удивлённо посмотрев на него, девушка с сомнением опустила глаза на поданную ей окровавленную ладонь, покрытую оголяющими металлические кости надрезами вдоль пальцев. Бегло пройдя взглядом по мне и Гелию, как бы спрашивая, что происходит, она направила лицо в землю, чтобы не показывать, что ей это неприятно, и взявшись за руку киборга, резким движением выскочила из ямы. Сразу же вырвав кисть, она шагнула к Нам и многозначительно посмотрела в глаза сначала оператору, а потом и мне.

После небольшой заминки за Нами последовали остальные. Средний из киборгов с готовностью спрыгнул в яму и помог поднять раненых. К тому времени, как все выбрались, над Нами бесшумно появился небольшой транспортник, рассчитанный не более, чем на шесть человек экипажа. Он отдалённо напоминал боевых летунов, вот только вместо реактивных двигателей имел шесть небольших пропеллеров: по два в крыльях и два в хвосте. Несмотря на высокую скорость вращения, они работали практически бесшумно, что превращало транспортник в отличное средство доставки диверсантов. Кабины у него практически не было, видимо, потому, что он имел собственный разум.

- А остальные? - Лиса покосилась на киборгов, однако вопрос, судя по всему, задала мне.

- Несколько Наших единиц уже нашли Ваших друзей и сопроводят их до самого карьера.

- А-а, ладно. - ответила девушка, не поворачиваясь к искусственным воинам и продолжая смотреть на меня, будто ожидая оценки их действий.

- Ну что, хорошая акция. - наблюдая за опускающимся челноком, Гелий шагнул ко мне. - И ОКО побили, и с Левиафаном, наконец, встретились. - чувствовалось, что он, как и все остальные, страстно желает узнать, как прошёл мой диалог с загадочным Объектом Двадцать Восемь. Мне и самому стоило по ходу предстоящего повествования ещё раз всё проанализировать.

- Да, о последнем я Вам сейчас всё расскажу. - я повернул голову к своим людям, глядя сразу на всех, и кивнул на открывающийся грузовой отсек транспортника.


Один

Войдя в плохо освещённый красноватыми лампами транспортник, у боковых стенок которого располагалось по три места, я занял среднее кресло с правой стороны и, пока рассаживались остальные, быстро вспомнил основные моменты разговора с Левиафаном. К своему удивлению, я обнаружил, что полученная мною информация несколько расширилась. Это не было похоже на осознание, но слова существа, голос которого до сих пор отдавался эхом в моей голове, приобрели для меня новый смысл, стали вызывать эмоциональный отклик, будто они мне давно знакомы...

Я мысленно вернулся назад в транспортник и понял, что все смотрят на меня преисполненные ожидания. Даже Гелий, севший напротив меня, выражал крайнее любопытство, столь чуждое его хладнокровному складу личности. Нужно было начинать.

- Итак... со слов Левиафана, люди были созданы своего рода космическими террористами. - я говорил и чувствовал, что образ Отцов мне, на самом деле, очень хорошо знаком. Я понятия не имел, что они представляют собой, но мысли о них вызывали у меня неподдельную злость, будто я много лет враждовал с ними. Я точно знал, что они держат в страхе не одну цивилизацию, вроде человеческой, но именно на Нас они обрушили всю свою ярость. Прокрутив всё это в голове, я продолжил. - Каких-то высоких целей у них, надо понимать, не было: Мы представляли собой разумных, но абсолютно безынициативных существ, не способных к длительному самостоятельному существованию. Человечество было похоже на рабов или игрушку... или товар, на котором Наш производитель собирался заработать. - почему-то мне казалось, что последняя версия наиболее близка к истине, и это оскорбляло меня, умножая злость по отношению к Отцам. - По какой-то причине они Нас бросили, оставили погибать. Но к Нам явилось ещё одно существо, как я понял, давно враждующее с Нашими создателями.

- Ну и ну! - сидящий слева от меня раненый в шею боец, открыл глаза и, ошарашено обведя взглядом всех присутствующих, закрыл их обратно.

Посчитав, что комментариев больше не будет, я продолжил:

- Левиафан утверждает, что этот пришелец спас Нас, цитирую, дал Нам разум. - слушая себя, я понял, что выразился не совсем правильно, и поторопился уточнить. - Под разумом следует понимать способность самостоятельно принимать решения. Нашим Отцам это не понравилось, они вернулись, уничтожили пришельца, затем Нас и теперь собираются повторить эту процедуру.

- В смысле? Они ведь Нас уже уничтожили! - Лиса подняла глаза к потолку, одновременно разведя руками в стороны.

- Условно уничтожили. Они не дают Нашему виду исчезнуть полностью.

Ждут, пока Мы заново разовьёмся во что-то стоящее, а потом приходят и мстят за нанесённое им оскорбление. - пояснил я.

- Получается, гость, к встрече которого готовится Легион - это и есть один из Наших создателей, тире, уничтожителей!? - Гелий опустил глаза в пол, как бы стараясь уместить всё услышанное в голове.

- Да.

- А какова во всём этом роль Левиафана? - не поднимая взгляда, продолжил оператор.

- Он собирается уничтожить Грядущего. В смысле, того создателя, который придёт по Наши души.

На продолжительное время все замолчали, но я не стал прерывать паузы, нарушаемой лишь тихим гудением Нашего летательного аппарата. Я терпеливо ожидал самого главного вопроса.

- А-а...

Я с готовностью перевёл глаза на сидящую справа от Гелия рыжую коротковолосую девушку, собиравшуюся что-то сказать, и, показывая, что внимательно её слушаю, поднял брови.

- А зачем это Левиафану? - застенчиво закончила она.

Вопрос, наконец-то, прозвучал. Мотивы загадочного существа, удостоившего меня короткой аудиенции, были абсолютно Нам неизвестны, и в этом заключалась основная проблема.

- Кстати, да! - Гелий одобрительно покосился на девушку. - Было бы неплохо знать такие вещи заранее. А то ополчимся на папашку, а оно, может, и зря.

- О своих интересах Левиафан не сказал ни слова, так что пока Нам придётся действовать в темноте. - я облокотился на спинку и скрестил руки на груди. - И держать ухо востро.

- А что машины? - оператор повёл взглядом на то место, где у транспортника должна была быть кабина. - Мы можем им доверять?

- Мы заверяем Вас, что не имеем целью Вам навредить. - синтетический голос зазвучал откуда-то с потолка, немного обескуражив всех своей непосредственностью. - Мы знаем о ситуации не много больше Вашего и по прибытии Вас в лагерь Тетры обсудим вместе с Вами положение. И примем наиболее продуктивное решение.

Гелий покрутил головой, решая, в какую сторону ему говорить:

- То есть Нам Вы доверяете больше, чем Левиафану?

- Это так. Мы наблюдаем за Вашим ходом мыслей и считаем, что Ваши опасения оправданы. Мы прибыли.

Я не сразу понял, к чему была сказана последняя фраза, но тут дверь грузового отсека с шипением начала опускаться, открывая перед Нами голографический блестящий белыми пятнами света водоём.

- О, Мы уже дома!? - Лиса поднялась и, подойдя к выходу из транспортника, выглянула наружу. - Точно! Мы уже дома!

Гелий и рыжая девушка быстро встали, помогая раненым товарищам выбраться наружу. Я пошёл последним, и, стоило мне ступить на землю, как робот рывком поднялся в воздух и скрылся за деревьями, оставив Нас одних у иллюзорного пруда.

- Раненым здесь спускаться нельзя - слишком высоко. Мы пойдём через другой вход. - оператор головой указал рыжей девушке направление, и они, отделившись от Нас, быстрыми шагами двинулись вглубь леса.

Проводив их взглядом, Лиса подошла к голографическому водоёму и спрыгнула вниз, подняв столб неосязаемых брызг.

Я медлил. Идти некуда не хотелось - на меня, наконец, обрушилась всей своей массой усталость, а ведь в лагере, наверняка, ждёт куча новых, требующих немедленного решения, проблем. Но делать нечего, ведь всё это устроил я сам и теперь нужно довести дело до конца.

Я подошёл к искусственной воде и посмотрел на своё высокое, бледное, с чётко очерченными тёмными пятнами вокруг глаз, отражение. На лидера организации мирового уровня я точно не был похож, да и на человека как-то слабо. Несмотря на заметную даже со стороны усталость, в силуэте чувствовалось что-то хищное, яростное и чужое - я не узнавал самого себя.

- Ну Ты долго? - окрик Лисы вывел меня из раздумий.

Медленно вздохнув, я шагнул в воду. Ноги неприятно ударились о железную решётку пола, а при разгибании и вовсе загудели, словно живые.

- Как у Вас дела?

Я поднял глаза, и увидел выходящего из темноты Бледного.

- Ого! Паршиво выглядите, Вы оба. - он сделал паузу. - Я в курсе почти всего, что там произошло.

- Это хорошо! - я ещё раз медленно вздохнул. - Не хотелось бы по-новой всё пересказывать.

- В общем, у Нас всё под контролем, и Вы можете... - Бледный прервал сам себя. - Не так: я рекомендую Вам отдохнуть. Если вдруг что-то произойдёт, я дам знать.

Я внимательно посмотрел в глаза новому советнику... Нет, он предан Тетре, и, если пообещал что-то, он это сделает. Логист своей выходкой немного пошатнул мою верю в подчинённых, но Бледный, я чувствовал, меня не подведёт.

- Ладно. - я взял Лису за плечо и мягко толкнул вперёд. - Мы отдохнём.

Новый советник нырнул в темноту, следом за ним Лиса, и последним в Нашей тройке пошёл я...

...чёрная сухая земля. Я медленно проваливаюсь в неё. Встаю на ноги, оглядываюсь, но не вижу света, который должен идти через образовавшееся сверху отверстие. Здесь, в непроглядной темноте, что-то двигается. Крупное, злобное, оно обходит меня сразу со всех сторон. Яркая вспышка зелёного света. Я открываю глаза, и краем разума понимаю, что вижу перед собой подушку, обшитую тёмной мягкой материей.

Тело ещё под контролем паралитического токсина, захватывающего мышцы на время сна, но мысли быстро проясняются.

- Ты нашёл его, а он нашёл Тебя.

Голос Левиафана! С трудом вырываясь в реальность, я поднял голову и туманно осмотрелся. Это был мой домик. Тёмные шторы практически полностью закрыты, в комнате полутьма. Никаких следов присутствия посторонних...

Аккуратно положив отяжелевшую голову обратно на подушку, я прислушался к звукам, доносившимся с улицы: разговоры, шаги, звон металла - всё было негромким и спокойным, словно я находился где-то в деревне, а не в военном лагере, готовящемся к схватке планетарного масштаба.

Свет, проникающий сквозь тонкую линию между занавесками, был бесцветным, но ярким, что заставляло думать, будто уже середина дня. Резко поднявшись с постели, я ещё раз осмотрел комнату и нашёл глазами сброшенные вчера вечером вещи. Небрежной горой они лежали рядом с аккуратно сложенным чистым комплектом формы Тетры.

Наспех перекусив тем, что нашлось в холодильнике, я собрал своё оружие, наполнил магазины патронами и вышел наружу. Как оказалось, тишина лагеря поверхностна - суеты в нём было не занимать. Люди и роботы торопливо сновали туда сюда, и я вдруг задумался: чем они заняты? В смысле, приготовиться к операции - это не долго, укреплять лагерь не требовалось, какие ещё могут быть дела на пороге глобального столкновения с космическими интервентами? Тем более, в подземном лагере! Казалось бы, никаких, но все куда-то спешили и чтото делали. На фоне этого движения я почувствовал себя более, чем рассеянным.

Уже более или менее ориентируясь в металлопластиковом городке, я быстро нашёл двухэтажку, в которой Мы застали Логиста во время его переговоров с людьми ОКО. Дверь на втором этаже была закрыта, но громко звучащие за ней голоса говорили о том, что я пришёл именно туда, куда надо. Стоило мне ступить на лестницу, как из помещения выскочил молодой коренастый, почти лысый, боец. Сделав два шага вниз, он увидел меня и, резко остановившись, вытянул руки по швам, принимая строевую стойку.

- Высший, здравствуйте! Меня как раз за Вами отправили. Важные новости! - едва успев закончить фразу, он прыгнул обратно на площадку, остановил рукой закрывающуюся дверь и, широко раскрыв её, отошёл в сторону, пропуская меня вперёд.

Бегом поднявшись по лестнице, я вошёл в изменившееся до неузнаваемости помещение. Зал был заполнен компьютерами, мониторами, ещё какими-то аппаратами, назначение которых мне было неизвестно. Людей здесь тоже прибавилось, помимо Бледного и Легиона, стоящих посреди комнаты перед большим настенным экраном, в помещении присутствовало не менее девяти человек, которые, тихо переговариваясь между собой, быстро стучали по кнопкам приборных панелей.

- Советник! - вошедший следом за мной боец своим громким окликом немного напугал меня.

Бледный, видимо, не ждавший посланца так скоро, удивлённо обернулся и, увидев меня, буквально подпрыгнул от неожиданности.

- Высший, Вы очень и очень вовремя! - он поднял левую руку, указывая на монитор.

- Мы засекли множество неопознанных объектов, приближающихся к Земле.

- Из космоса? - я не поверил своим ушам. До сих пор я как-то не осознавал до конца вести о том, что скоро Мы встретимся с пришельцами из других миров: постоянно нужно было решать какие-то вопросы, и времени на размышления совсем не было. В конце концов, и на слово поверить Нашим новым союзникам я не мог. Новость застала меня врасплох.

- Да, они сейчас рядом с Ураном.

Я перевёл взгляд на экран, где на чёрном фоне, проколотом белыми точками звёзд, светились располагающиеся в хаотичном порядке ярко-синие треугольники.

Их было много, шестьдесят - не меньше, и это вызвало у меня беспокойство.

Быстро прогнав остаточную сонливость и собравшись с духом, я сделал два шага вперёд, став между Бледным и Легионом:

- Так, через сколько они будут здесь?

- По Нашим расчётам, через четыре часа. - в разговор вступил Легион, и мне показалось, что в его голосе я слышу неуверенность. В отличие от остальных машин, у него есть кое-какие эмоции, и столь скорое появление пришельцев, видимо, их сильно затронуло.

- Сколько всего объектов?

- Мы считаем, что восемьдесят два. Помимо них, могут быть ещё и другие, малого размера и потому пока что невидимые для Наших сканеров.

- Что это такое?

- Спектральный анализ показывает, что это цилиндрические, округлые по краям объекты длиной в несколько сотен метров, состоящие из тяжёлых металлических сплавов.

- Корабли, значит!?

- Да, похоже, на то. - Бледный говорил задумчиво, спокойно, но и он, как мне показалось, подавлен неожиданным появлением потенциально опасных объектов.

- Где Левиафан? - ответ на этот вопрос интересовал меня больше всего. Я пред-полагал, что он предупредит Нас о появлении своего войска, чтобы Мы по ошибке не напали на союзников. Однако никаких сигналов с его стороны не поступало, и причиной тому, похоже, было то, что эти корабли к его армии никакого отношения не имеют.

- Левиафан сейчас в Африке. - Легион указал пальцем на монитор, на котором тут же появилось изображение тёмно-зелёного кальмара, зависшего в почти полностью скрывающем его облаке белого пара над огромным круглым отверстием в Земле.

- Это одна из тех ям, что Мы видели по пути сюда? - я шагнул вперёд, чтобы получше рассмотреть происходящее на экране.

- Да, провал посреди пустоши... Вам это будет интересно... - намеренно интригующе проговорил новый советник.

Я обернулся к Бледному, показывая, что жду объяснений. Тот перевёл взгляд на Легиона и кивнул на меня. Впервые с Нашего знакомства киборг повернул голову к тому, к кому обращался, в данном случае, ко мне:

- Левиафан использует эти отверстия, чтобы втягивать в себя магму из-под земной коры.

Я с сомнением посмотрел на нового советника, но тот уверенно качнул головой. Киборг, в силу того, что имел опоясывающий глаз, всё это, конечно, видел, но никак не отреагировал и продолжил в том же тоне:

- Это шестая из посещённых им точек за последние сутки. Он накапливает энергию, вытягивая тепло из расплавленных пород. Остывшими отработками он закрывает отверстие в земной коре, чтобы магма под давлением не поднялась на поверхность.

- Всё это немного отразится на Нашем климате, но изменения не фатальны. - подытожил Бледный.

Я свёл брови и прикусил губу, пытаясь сообразить, какие образом органическое существо способно усвоить, а главное, использовать тепловую энергию, тем более, в таком огромном количестве.

Новости и впрямь были интересны, я бы даже сказал, шокирующе интересны, но на удивления времени оставалось не так много. Четыре часа и неизвестный противник - вот то единственное, что сейчас было важно. Я повернул голову направо, давая понять, что обращаюсь к Легиону:

- Готовьте ПВО, всё, что есть! Раз уж Мы не знаем, кто это такие и каковы их силы, будем бить ещё до того, как это станет известно. Бледный, Тетра должна быть готова встретить врага на земле.

Советник уверенно кивнул в ответ.

- Обо всех изменениях докладывайте мне! - я осмотрел помещение, определяя, ничего ли не осталось без внимания, как вдруг вспомнил. - Как там Сыч?

Бледный, будто сам до настоящего момента не думавший о Нашем заражённом товарище, резко вскинул голову:

- О, я со всеми этими проблемами никак не могу сходить проведать его. Врачи ещё вчера вечером сообщили, что Кота из него выгнали. Правда, ему ещё нужно какое-то время на восстановление, но опасность уже миновала.

- Всё равно я проведаю его. - направив угрожающий взгляд на синие треугольники, будто они могли меня испугаться, я замер.

- Похоже, ни роботы, ни Левиафан Нас не обманули. - с глубокой задумчивостью проговорил Бледный. - На Нас действительно надвигается что-то грозное и неизвестное.

Не зная, что на это ответить, я молча кивнул головой и повернулся к выходу.

- Да, Высший, возьмите рацию!

Я обернулся и, поймав брошенный советником прибор, вышел наружу. Остановившись на решётчатой площадке, я нашёл глазами медпункт и стал высматривать наиболее короткий к нему маршрут.

- Здрасьте!

Погружённый в задумчивость, я не сразу понял, что детский голос, возможно, обращающийся ко мне, прозвучал откуда-то снизу. Опустив взгляд, я обнаружил под лестницей девочку лет шести в яркой синей куртке, полы которой доставали до самой земли. Она, чуть улыбаясь, смотрела на меня своими большими глазами:

- А Вы не знаете, где дядя Гелий?

Ещё не до конца вникнув в вопрос, я отрицательно покачал головой.

- Он должен сегодня организовывать разведывательную операцию в долине к северу отсюда, но почему-то опаздывает. - столь серьёзные, скорее всего, просто заученные наизусть слова из уст маленькой девочки звучали смешно, однако она сама, похоже, так не считала. Сделав строгое выражение лица, она прищурилась на меня, словно определяя, не обманываю ли я её, и после небольшой задержки развернулась на одной ноге и вприпрыжку побежала прочь.

Гелий. Просто так пропустить операцию он не мог, тем более, без предупреждения - что-то случилось. Я закрыл глаза и прислушался к звукам лагеря. Учитывая, что я здесь мало кого знал, сосредоточиться на энергетических флуктуациях оператора было совсем не трудно. От него словно исходил холодный ветер, я почувствовал его при первой же Нашей встрече. Такая аура присуща совсем немногим, вампирам, которые могут видеть мир беспристрастно, лишь получая от него энергию, но не отдавая ему свою. Полный контроль над эмоциями. И как Гелий с такими способностями не добрался до высших ступеней в иерархии Тетры? Неужто он сам этого не хотел?

Определившись с направлением, я открыл глаза, спустился по лестнице, на ходу надевая на ухо пластиковую рацию, и свернул налево в узкую улочку. Людей по пути встречалось мало, а что касается машин, так их в этом районе и вовсе не было. Пройдя домов семь, я вышел на перекрестье трёх улиц и остановился, выбирая, куда идти дальше. Гелий был где-то совсем рядом, но я никак не мог понять, где именно... Наконец, мой взгляд остановился на трёхэтажной постройке, усыпанной маленькими окнами. Для человека, прозвище которого возникло из-за пристрастия к снайперской винтовке, это место должно быть очень привлекательно: третий этаж - высоко, стеклянные проёмы во всех стенах - позиция более, чем выгодная.

Медленно подойдя к домику, я поднялся по лестнице на самый верх и негромко постучал в пластиковую дверь.

- Открыто. - несмотря на источаемую им непомерную усталость, я сразу узнал голос Гелия.

Аккуратно нажав на металлическую ручку, я толкнул дверь и заглянул внутрь. Помещение было тёмным, даже невзирая на то, что со всех сторон освещалось окнами. Причиной тому служил материал, из которого состояли стены, пол и потолок. Он будто поглощал свет, оставляя комнату в полутьме, к которой стремились в силу своей психологии почти все члены Тетры. Мебели было не много, но она выглядела так ново, будто ещё не покинула пределы торгового центра. Особенно необычно было видеть в доме опытного убийцы стоящие на полу крупные горшки с поднимающимися из них зелёными широколиственными растениями...

Всё это, однако, потеряло для меня всякий интерес, как только я нашёл глазами оператора. Он сидел за большим, стоящим в правом дальнем углу, чёрным столом, бессильно положив на него голову и обе руки. Одет он был по форме, но во внешнем виде даже издалека проглядывалась не присущая Гелию небрежность. Лицо его было сокрыто тенью, но по длине паузы я и так понял, что открыть глаза, чтобы посмотреть на вошедшего, он смог не сразу.

- А-а-а, Высший!.. Меня тут Кот придавил... видите ли...

Толкнув дверь, я быстрыми шагами подошёл к оператору и, закинув его левую руку себя на шею, потянул его вверх.

- Да-не, я сам... - язык плохо слушался своего хозяина и, похоже, не только он, потому что, поднимая Гелия, я ясно почувствовал, что он вообще никак мне не помогает.

- Давно лежишь? - я потянул товарища к двери, стараясь держать его повыше, чтобы он ни за что не зацепился ногами.

- Часа два... наверно...

- А что с рацией? - я вытащил оператора на улицу и, не закрыв даже двери, начал осторожно спускаться по лестнице.

- Не дотянулся...

Тащить Гелия на себе и говорить одновременно было тяжело, так что я замолчал и прибавил темпа. Пытавшийся кое-как перебирать ногами оператор к концу лестницы резко подогнул ноги, и Мы оба по инерции чуть не свалились на землю. Далеко так Мы уйти не могли, так что я повернулся, подсев под Гелия, опустил его себе на плечи и, поднявшись, как можно быстрее зашагал вперёд. Болтаясь у меня на плечах, оператор дышал так тяжело, будто кряду пробежал километров семь - видимо, кровь уже порядочно загустела и не могла обеспечить организм достаточным количеством кислорода.

По знакомому мне пути к медпункту Мы сделали бы большой крюк, и, чтобы избежать этого, я свернул направо в узкую улочку. Идея оказалась не самой удачной, потому как Мы попали в пролёт между задними стенками домиков, где людей не было вообще. К тому времени, как я это осознал, разворачиваться было уже поздно, так что я из последних сил ускорился, и через бесконечно длинные полторы минуты проулок, наконец, закончился, выведя Нас к самому медпункту.

Подойдя к двойным дверям, я посильнее, чтобы шумом привлечь к себе внимание, пнул правую створку ногой и шагнул внутрь, стараясь сразу сообразить, куда идти.

К счастью, из ближайшего по правой стене кабинета показалась уже знакомая мне молодая медсестра.

- Кот. Куда? - почти криком выдохнул я, чувствуя, что долго держать на себе Гелия уже не смогу.

- Давайте сюда! - поманив меня рукой, девушка пробежала вперёд по коридору и открыла последнюю справа дверь.

Войдя в палату, я мельком осмотрелся, нашёл ближайшую кровать и, поставив Гелия на ноги, потянул его к ней.

Быстро проследовав за мной, врач помогла мне уложить нового пациента на койку. Освободившись, наконец, от ноши, я в полном бессилии упал на маленький пластиковый стул, стоящий рядом. Пульс громко бил во всём теле, усиливая каждым ударом тянущее ощущение в спине. Стараясь отдышаться, я внимательно посмотрел на шуршащую упаковками медикаментов девушку, убеждаясь в том, что она точно знает, что нужно делать.

- Что, и Гелий слёг?

Я как-то не сразу осознал, что только что прозвучало и от кого, но через пару секунд узнал в говорившем Сыча. Подняв глаза, я обнаружил, что он лежит по соседству. Бледное, с тёмными пятнами, лицо, выглядывающее из-под светлосинего покрывала, выглядело очень болезненно, у меня даже возникли сомнения в том, что ученика Гелия действительно вылечили.

- Э-эй, Сыч! - беспорядочно бегая глазами по сторонам, оператор чуть-чуть приподнял голову, но тут же опустил её обратно. - Я тут подумал, что Тебе скучно одному... Решил в гости заглянуть...

- Уж лучше б Мы к Вам! - громко отозвался Сыч, поворачиваясь на бок, чтобы лучше видеть собеседника.

Доктор, тем временем, наполнила несколько шприцев разными препаратами и, взяв один из них, приложила его к руке оператора.

- Ничего, всех вылечим! - быстро опустив клапан, она взяла второй шприц и проделала то же самое. Следом пошёл третий и четвёртый. Пощупав пульс на шее, она отложила шприц и начала цеплять на Гелия датчики. - Он теряет сознание. Оно, наверно, и к лучшему, эти лекарства действуют на организм с особой жёсткостью. Вообще-то, их вводят под анестезией, иначе у пациента может случиться шок, но сейчас её использовать нельзя.

- С ним всё будет в порядке? - я услышал, что мой вопрос наполнен растерянностью. В этом новом мире было не так много знакомых мне людей, тем более, таких, которым я мог полностью доверять. И вот, в преддверии особо масштабных событий, те немногие, с кем я успел сблизиться, один за другим оставляли меня расхлёбывать всё в одиночку...

- Не волнуйтесь, полежит несколько дней и отойдёт. - немного помолчав, девушка добавила. - Нужно было после полёта в Корею провести профилактические мероприятия и только потом отправляться за Левиафаном.

- Время не позволяло, доктор. - как бы заступаясь за меня, ответил Сыч.

Справа что-то зашуршало, и я только сейчас вспомнил, что у меня на ухе висит рация.

- Высший, это Бледный, Вы меня слышите?

Уже по интонации я