Book: Маша и Ректор в шоке



Маша и Ректор в шоке

Анна Гаврилова

Маша – звезда наша. Книга вторая. Маша и Ректор в шоке

Пролог

Очнулась я от того, что кто-то аккуратно тряс за плечо и нашептывал, причём весьма обеспокоенным голосом:

– Мари, ты как? Ты встаёшь? Или тебе совсем плохо, и нужно вызвать лекаря? Если лекаря, то только моргни, я сбегаю… Ма-ари? Ты меня вообще слышишь? Только не говори, что ты всё-таки умерла!

Э… я?

Я резко распахнула глаза, чтобы увидеть… ну, для начала, потолок. Он был нетипичным – желтоватым, с явными следами трещин. А после потолка, когда повернула голову, смогла различить пухленькую голубоглазую блондинку, которая надо мной склонилась. Это именно она трясла за плечо и сыпала вопросами.

– А-а-а… – осознав, что я всё же живая, выдала девушка.

– Мм-м? – вторя собеседнице, откликнулась я.

Незнакомка расцвела улыбкой, потом отодвинулась и сказала:

– Ну, слава Владыке Небес! А то я уже испугалась, что ты всё-таки этого… того.

Вот это её «всё-таки» сильно царапнуло, но прежде чем попросить пояснений, я села и огляделась. И поняла – вопрос про «всё-таки» вообще не главный! Куда интереснее узнать:

– А где это я?

Радость девушки моментально сменилась грустью, плечи поникли.

– У-у-у, – протянула она. – Прогноз лорда Нирана оправдался, да? А я так надеялась…

– Надеялась на что?

– На то, что последствий не будет, – со вздохом призналась блондинка. – Что всё обойдётся, и твоя голова… – она кивнула на упомянутую часть тела – …не повредится.

Та-ак.

Я подняла руки, ощупала голову и тихонечко взвыла. Просто процесс оказался довольно болезненным, плюс, я обнаружила повязку. И лишь теперь сообразила, что что-то здесь не так. В смысле, понятно только то, что я снова очутилась в фэнтези. В том же, что касается остального…

– Что произошло? – хмурясь, вопросила я.

Через пять минут я уже не просто сидела на затрапезного вида кровати, а сидела и сияла! Ибо история, поведанная Базилией – а именно так эту белокурую толстушку звали, – была поистине прекрасна!

Впрочем, смысл заключался не столько в истории, сколько в самой, если можно так выразиться, сути моего попадания. То есть в том, как и в каком качестве я в этом новом мире очутилась.

Ведь в прошлый раз было что? Голая степь, голая я, и… ну, собственно, всё, финиш. То есть ни тебе полезных связей, ни какого-нибудь статуса или положения в обществе.

Я была чужачкой, и хорошо, что клыкасто-черноглазые мужчины восприняли моё появление как нечто само собой разумеющееся. А если бы всё сложилось иначе? Если бы они поинтересовались, кто я и откуда взялась?

Угу, вот о том и речь.

В прошлый раз мне повезло, в этот – тоже. Только теперь всё сложилось гораздо приятнее: я оказалась не нищенкой без роду и племени, а вполне себе «своей».

То есть у меня было всё, что попаданке в фэнтези нужно! И кров, и пища, и нормальная легенда о том, почему я ничегошеньки не помню.

Мироздание наградило меня не только повязкой на голову, но и амнезией! Кстати, совершенно «законной».

– Ты упала, – объясняла Базилия. – Причём на ровном месте. Просто так. Без всякой видимой причины. Мы шли в столовую, на ужин, и тут ты ка-ак…

– А дальше? – подтолкнула я.

– Ударилась о каменный пол и потеряла сознание, – сообщила блондинка. Добавила, приложив ладошки к щекам: – Я так за тебя испугалась! Решила, что всё. Умерла. Совсем.

За падением последовало явление лорда Нирана, который волею судеб оказался поблизости. Именно он произвёл первичный осмотр и велел отнести в лазарет. А уже после второго осмотра, в том самом лазарете, заявил, что травма тяжелая и последствия могут быть любыми, включая потерю памяти.

Базилия, озвучивая вердикт лекаря, аж всхлипнула. Я же наоборот – едва сдержала желание радостно захлопать в ладоши.

– Когда стало ясно, что угрозы для жизни нет, лорд Ниран приказал перенести тебя сюда, в нашу комнату. Мол, если очнёшься в знакомой обстановке, то стресс будет меньше, а шансы, что всё обойдётся, наоборот, повысятся. А оно… Вот видишь, как?

Я видела, но грустить по-прежнему не собиралась. Более того, чем дальше, тем сильнее хотелось вскочить с постели и станцевать джигу.

Просто падение, которое случилось при множестве свидетелей, и вынесенный при тех же свидетелях вердикт, это не единственная радость. Куда больший восторг вызвало понимание – я попала не абы куда, а в самое чудесное из всех чудесных мест…

Я, Маша Брехунько, – или Мари Брехунье, как меня тут звали, – являлась студенткой Объединённой Академии Магии. То есть да, я угодила в академку!

А где академка, там что? Правильно, там ректор! Так дайте его сюда! Хочу посмотреть в его грешные глаза и… онеметь!

Я даже зажмурилась, пытаясь вообразить этого самого ректора, но вместо абстрактного харизматичного брутала в отглаженной мантии перед мысленным взором возник совершенно другой, вполне конкретный индивид. Черноглазый, небритый, с нахальной ухмылочкой на лице. Да, мне привиделся Волков.

Настроение тут же просело на несколько пунктов, но я негативу не поддалась. А что толку? Ведь предводитель племени Рейя остался в Степи, и вообще… Он исчез из моей жизни даже не попрощавшись! Вот кто он после этого? Ведь точно не рыцарь.

Ещё подумалось: интересно, он будет по мне скучать?

А я по нему?

Ответа на первый вопрос я знать не могла, а в том, что касается второго… Увы, но что-то внутри сказало «да», и мне пришлось очень постараться, чтобы задвинуть образ наглющего брюнета подальше.

Да, скучать буду! Но не сейчас. Сейчас меня ждёт новый и, в отличие от прошлого раза, по-настоящему позитивный мир. Целая Объединённая Академия. Всамделишная магия! Новые умопомрачительные приключения!

В общем, я выдохнула и, откинув одеяло, соскочила с кровати. Тут же поспешила к большому зеркалу, которое висело на стене возле платяного шкафа. Учитывая изменения в имени, очень хотелось выяснить, что с лицом. Ну и ещё кое-что – а в своём ли я теле?

Глава 1

Встреча с зеркалом показала – изменений нет. Если не считать украшавшую голову шапочку-повязку, я была именно такой, какой увидела себя в последний раз.

Взгляду предстала всё та же длинноволосая шатенка с зелёными глазами и умопомрачительной фигурой. Правда, различить последнюю было сложновато – моё замечательное тело скрывала ночная сорочка в пуританском стиле.

Сорочка, кстати, была так себе. Явно неновая, не слишком белая и без особых изысков. Именно эта непрезентабельность заставила отвлечься от отражения и уделить внимание комнате, в которой мы с Базилией обитали.

Она оказалась довольно простой. Из мебели – две железные кровати, два письменных стола, два стула, то самое зеркало и шкаф. В том, что касается непосредственно интерьера, всё тоже было весьма просто – светлые оштукатуренные стены, покрытый желтоватой краской потолок, паркетный пол и единственное окно.

Но! Вся обстановка чётко указывала – мы не в простой общаге, а в самом настоящем замке. Этот момент вызвал самый неподдельный восторг. Обожаю замки! Ура-ура-ура!

– Мари? – вновь окликнула Базилия, и я из мира грёз выпала.

Улыбнулась блондинке, которая, судя по всему, являлась не только соседкой, но и подругой, и принялась избавляться от повязки. А справившись с бинтами, вновь ощупала и осмотрела голову. Какие-то отголоски боли ещё были, но явных повреждений не наблюдалось. Это воодушевило!

Тряхнув волосами, я уверенно шагнула к шкафу. Распахнула створки, чтобы увидеть ряд коротких платьев разных расцветок. Ну и расположенный посередине, разделённый надвое, модуль с полками. На полках лежало нижнее бельё.

– Твоя одежда справа, – подсказала наблюдавшая за мной Базилия, и я подвинулась. Вытащила первую попавшуюся вешалку и пристально осмотрела наряд.

Платье было опять-таки не новым, но вполне симпатичным – относительно закрытым, с рукавами-фонариками и длиной до колен. Так, ладно. А что с бельём?

Короткая ревизия дала не слишком приятные результаты – трусики-танго и прочие элементы секси-образа в гардеробе отсутствовали. Вместо них студентке Объединённой Академии Магии предлагались панталоны и майки на тонких бретелях.

Я, глядя на такое… нет, не расстроилась, но слегка скривилась. Потом избавилась от ночной сорочки и принялась натягивать приглянувшийся комплект.

А через миг вновь услышала:

– Кхм… Мари?

Пришлось отвлечься от процесса перевоплощения и обратить внимание на предполагаемую подругу. Та была заметно растеряна.

– Хочешь пойти на занятия? – недоумённо спросила она.

Я подарила улыбку и ответила:

– А почему нет?

Блондинка часто захлопала ресницами, сказала:

– Но у тебя же проблемы с памятью. Как ты будешь учиться?

Я улыбнулась шире и беспечно пожала плечами. Как-как… Как-нибудь! И вообще, мне, как читательнице романтического фэнтези, хорошо известно, что учёба в таких случаях не главное. Смысл всех этих академий вообще в другом.

Правда, озвучивать очевидное я всё-таки не стала. Парировала:

– А что делать? Сидеть тут и ждать, когда память вернётся?

Базилия задумалась и отрицательно качнула головой.

– Вот и мне кажется, что погружение в привычную среду – лучшее лекарство, – закончила мысль я.

После чего снова вернулась к шкафу, дабы подхватить с полки чулки и выбрать платье. Пихнуть ноги в одну из двух пар туфель, и…

– Мантию не забудь, – подсказала Базилия.

Сама блондинка была ещё в сорочке, но сейчас, глядя на меня, тоже к шкафу направилась. А я поспешила уточнить:

– Мы с тобою на одном факультете?

– Ага, – ответила девушка.

– А на каком курсе?

– На втором.

Я улыбнулась уголками губ и понятливо кивнула. И, конечно, поинтересовалась:

– А на кого учимся?

– На специалистов по любовной магии.

Я… не то чтоб не поверила, но вытаращилась изумлённо. Да ладно? Да неужели?

– После выпуска нам предстоит заниматься приворотами, отворотами и всякими чарами, – продолжила объяснять соседка. – Готовить любовные эликсиры, создавать специальные отдушки для духов, помогать найти суженого, и всё в таком роде.

Желание взвизгнуть и радостно крутануться на пятке я в себе задушила. Но моя улыбка была красноречивее любых слов!

Любовная магия! Ведь это именно то, что нужно! Гораздо интереснее, чем все остальные специализации. Особенно с учётом того, ради чего я в этот мир пришла.

Вот теперь я потянулась к вешалке с мантией. Отдельно порадовалась глубокому пурпурному цвету, которым сей предмет гардероба обладал, и чудесной, совершенно канонической длине до пят. Нашивка в форме пронзённого стрелой сердца тоже очень порадовала. Всё, как я люблю. Прямо один в один.

Лишь закончив с перевоплощением, я вспомнила о том, что нужно бы ещё и умыться… Спросила у Базилии и опять самой широкой из улыбок расцвела.

Уже понимала, что новый мир по-настоящему хорош, но весть о наличии у нас с соседкой отдельной, собственной ванной, вызвала самые замечательные эмоции.

Оставалась малость – умыться, причесаться и дождаться первого выхода в свет.

И да, что здесь с косметикой? Если она есть, дайте две!


Из комнаты мы вышли где-то через полчаса – просто Базилия оказалась ужасной капушей. Одевалась ну очень медленно, потом с ещё большей медлительностью собирала сумку и помогала собраться мне.

Зато дальше – всё, никаких преград! Мы очутились в широком коридоре, по которому уже ползли парочки и компашки сонных студиозусов обоих полов. Завидев нас, многие остановились, а кто-то из девчонок воскликнул:

– Мари? Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, – растягивая губы в очередной улыбке, сообщила я.

Базилия мой настрой не оценила и устало покачала головой. Она же заявила:

– У Мари проблемы с памятью.

– Да? – отозвался кто-то, однако пояснять блондинка и соседка не стала. Уверенно подхватила меня под локоток и потянула дальше, к арке, выводящей в просторный холл.

Я, разумеется, не противилась. Шла и активно вертела головой, пытаясь составить представление о магическом ВУЗе. Картинка вырисовывалась довольно приятная. Именно такая, как надо.

Во-первых, это действительно был замок. С огромными пространствами, высоченными потолками, нишами и прочими характерными атрибутами. Во-вторых, общение мальчиков и девочек тут точно никто не ограничивал – все обитали в одном и том же «общежитии», вместе. В-третьих, никакого детского сада, все товарищи по учёбе выглядели довольно взросло…

Последнее стало поводом наклониться к Базилии и спросить:

– А сколько мне лет?

– На прошлой неделе исполнилось девятнадцать, – пояснила блондинка.

Я не могла не порадоваться. Минус три года от настоящего возраста? Мелочь, конечно, но приятно.

Когда добрались до холла, в котором, как выяснилось, соединялись несколько коридоров, ещё один момент вскрылся. Оказалось, в моей новой альма-матер обучаются не только люди, но и представители иных рас.

Первыми в глаза бросились эльфы двух мастей – в смысле, и обычные и дроу. Оба вида отличались ростом, королевской статью и длинными острыми ушами. Правда, рот приоткрылся не поэтому. Лёгкое офигение, в которое я впала, было связано с внешностью. Назвать эльфов красивыми? Не-ет… Они были великолепны!

Абсолютно у всех кожа словно фарфоровая, глазища большие, ресницы длинные! Черты лица не просто ровные, а прямо-таки идеальные. А ещё губы, скулы, брови, и вообще всё… Словно самый лучший художник рисовал! А потом допиливал в фотошопе.

Следующими в поле зрения попали гоблины с орками. Они выглядели чуть не так, как виденные в подземельях под дворцом Ирриара. Эти были посимпатичнее и, словно, почеловечнее. По крайней мере, желания завопить и забраться на вершину одной из подпиравших потолок колонн не возникло.

Дальше – этакие змеелюды. То есть товарищи вполне обыкновенные, но с сильно натянутой кожей и истинно змеиными глазами. Внешне они слегка напоминали мумий, но двигались очень плавно, от них буквально веяло гибкостью.

Я, глядя на проплывающую мимо деву из этой народности, аж подвисла. Выпучила глаза и едва не завизжала от восторга. И поняла: богатый читательский опыт в данной ситуации вообще не спасает. Да, листая книжные страницы, я встречала кучу рас, но вживую всё выглядит совершенно иначе.

– Мари! – возмутилась моим поведением Базилия, и я, подумав, поскромнела.

Подобрала потерянную челюсть, перестала таращиться, но спустя пару секунд заметила ещё один объект, при виде которого смолчать попросту не смогла.

– О майн год, – прокомментировала я.

Всё. Обморок. И счастливое подрыгивание лапкой в придачу! Ну а как по-другому? Ведь во-он та группа мощных косматых парней – точно оборотни. А я оборотней страсть как люблю. Местами даже обожаю!

Они же настоящие лапочки. Такие сильные, дикие, горячие… Со всеми этими обнюхиваниями, собственническими повадками, утробным рычанием. Мм-м!

Я очень хотела поделиться своими мыслями с Базилией, но не успела. Просто из арки – той самой, из которой вышли косматые мачо, – вынырнул ещё один косматый тип.

Он окинул пространство стремительным взглядом, а заметив меня, просиял. Потом коротко кивнул соплеменникам и поспешил… ну собственно к нам. А я замерла, шокировано уставившись на это чудо.

Просто парень был совершенно сногсшибательным. Немногим, но всё-таки выше остальных, с невероятным разворотом плеч и такими фантастическими желтыми глазами…

Неудивительно, что я впала в ступор, и даже когда оборотень оказался в полушаге, из этого состояния не вышла.

А он…

– Привет, детка, – сказал хрипло.

От ноток, которые прозвучали в его голосе, по коже побежали не просто сладкие, а прямо-таки сахарные мурашки. Я даже попыталась выдавить из себя ответное «здрасти», но увы…

Едва открыла рот, оборотень обвил мою талию рукой и, притянув к себе, накрыл губы очень горячим, невероятно властным поцелуем.

Я испытала шок. Причём не простой, а какой-то совершенно глобальный. Ну а дальше… Клянусь, это был рефлекс! Чистый, незамутнённый и абсолютно для меня неожиданный!

Ладони упёрлись в широкую грудь оппонента, а коленка сама, без всякого участия разума, взметнулась вверх. Удар пришелся точно в пах, и хватка оборотня резко ослабла.

Я моментом воспользовалась – качнулась назад, давая себе больше пространства для манёвра, а когда желтоглазый начал сгибаться… Захват, разворот, бросок и какой-то невероятный кульбит, в результате которого я осознала себя сидящей на распластанном, уложенном лицом в пол, противнике.

При этом пальцы мои давили на две точки у основания его черепа. Интуиция подсказала – точки вообще-то смертельные, стоит нажать посильнее, и всё, одним брутальным самцом в этом мире станет меньше.

Однако давить я всё-таки не стала, но и проникнуться своим превосходством, увы, не успела. Через пару секунд совершила перелёт на короткую дистанцию – просто весовые категории были несопоставимы, и очнувшийся противник меня сбросил.



Приземлилась я не слишком красиво, однако, едва оказалась на полу, тут же перекатилась и вскочила на ноги. Ещё и стойку боевую приняла! Причём действовала опять-таки непроизвольно, на рефлексах.

И вот теперь, когда между мной и оборотнем образовалась дистанция, осознала – вокруг стало очень тихо. Народ, спешивший в столовую, про завтрак точно позабыл. Студенты Объединённой Академии Магии замерли в неподдельном офигении.

Впрочем, общий шок не шел ни в какое сравнение с тем, который по-прежнему испытывала я. А моё состояние меркло на фоне изумления, продемонстрированного оборотнем.

Скинув меня, желтоглазый тут же вскочил и тоже боевую стойку принял. Внимания на рванувших на помощь соплеменников не обратил, всецело сосредоточившись на скромной, но безусловно опасной воительнице.

Хотя, сосредоточенность – словно всё-таки не верное. Да, облачённый в тёмно-синюю мантию парень взирал исключительно на меня, но глаза напоминали блюдца, а физиономия вытянулась так, словно её невидимой дверью прищемило.

Возможно, мне стоило порадоваться и даже возгордиться, но как-то не получилось. Более того, реакция оборотня вообще не тронула, в данный момент в голове присутствовала лишь одна мысль – ну ничего себе! Вот это я дала!

– Мари? – выдохнул недавний противник. В его голосе прозвучало прежнее изумление.

Я… подумала и тоже выдохнула. Потом выпрямилась, принимая нормальную позу, и огляделась в поисках своей белокурой подруги.

Базилия обнаружилась в нескольких шагах, и выражение её лица чётко свидетельствовало – раньше за мной подобных умений не водилось. Хм… То есть вот эти захваты, броски и прочие убийственные штучки – именно моё? В смысле, Мари Брехунье такого не умела?

– Мари! – вновь позвал оборотень.

Вот теперь я услышала возмущение… Парень тоже выпрямился – то есть прекратил стоять в раскоряку, ожидая нападения, и хмуро сложил руки на груди. А смотрел так, словно я ему задолжала. И не имела никакого, даже малейшего права, драться!

Последнее слегка озадачило и породило закономерный вопрос…

– Это вообще кто? – спросила у Базилии я.

– Эм-м… – откликнулась подруга, а лицо оборотня снова вытянулось.

– Что значит «кто»?! – встрял в разговор он. – Что значит…

Желтоглазый замолчал, захлебнувшись эмоциями, а я, вопреки ситуации, немного поплыла. Просто этот голос… Он звучал настолько сексуально, что остаться равнодушной не получилось.

– Это Хуго, – наконец, выдавила Базилия. Добавила после паузы: – Твой парень.

Я… нет, не поверила. Перевела ошарашенный взгляд с блондинки на оборотня, потом обратно. Открыла рот. Закрыла рот. И начала оглядываться в поисках чего-нибудь такого, на что можно присесть.

Увы, но ни лавочки, ни стула в холле не обнаружилось. Зато в процессе поиска я смогла пронаблюдать лица товарищей по ВУЗу и прийти к однозначному выводу – блондинка не врёт.

Хуго тем временем отмер и окончательно посмурнел. Вслух вопросов не задавал, но его состояние было очевидно. В итоге, Базилия пояснила:

– После вчерашнего, у Мари небольшие проблемы с памятью.

– Небольшие?! – не выдержав, взревел желтоглазый.

Всё. Вот теперь я тоже очнулась! Выключила режим изумления и, круто развернувшись на каблуках, в упор уставилась на хама.

То есть моя травма значения не имеет? И упоминание о вчерашнем не задело? Ну знаете… Я могу понять многое, но вот это…

– Подожди. – Хуго резко угомонился, и даже головой косматой тряхнул. – Так то падение… Всё настолько серьёзно?

– Угу, – откликнулась Базилия.

– Но… – выдохнул оборотень, чтобы через миг вновь уставиться на меня.

А я что? Я ничего! Шагнула в сторону, подхватила потерянную в процессе драки сумку с учебниками и, цапнув растерянную Базилию за локоток, потащила подругу дальше. В смысле, прочь от всяких блохастых идиотов. Вперёд, к завтраку!

И на оклик, в котором отчётливо звучали нотки раскаяния, не отреагировала.


– Мари, ну прости, – вещал сидящий напротив парень. – Я же не знал, что всё так. Меня вчера в академии вообще не было. Вернулся утром, ребята сказали о твоём падении, но кто же мог предположить, что…

– А спросить? – перебила я. – Подойти и поинтересоваться: как ты, милая моя Мари, поживаешь?

– Милая моя Мари… – заметно удивившись вот такому, явно несвойственному мне обороту, повторил Хуго. – Ты выглядела слишком жизнерадостной. Даже мысли не возникло, что с тобою что-то не так.

Я не ответила. Поджала губы и, махнув на оборотня рукой, вновь обратила внимание на заставленный тарелками поднос.

Цезарей с мохитами в моей новой альма-матер, увы, не подавали. Система самообслуживания формата «шведский стол» предлагала нечто из серии домашней кухни, и сейчас мне предстояло эту самую кухню попробовать.

Впрочем, я заранее знала, что мне понравится – блюда выглядели довольно аппетитно, да и ароматы витали весьма приятные. В том же, что касается проблем… В действительности, проблема была лишь одна – источаемые Хуго флюиды!

Да, я злилась на желтоглазого, но игнорировать этакую ауру самца, окружавшую оборотня, не могла. Хуго реально был хорош. Весь такой большой, мощный, в этой тёмно-синей мантии и с нетипичным, по крайней мере для людей, цветом волос.

Его волосы были светло-серыми и словно присыпанными инеем, что создавало иллюзию лёгкого мерцания. Словно хорошая звериная шерсть на солнце искрится.

Это подводило к логичному вопросу – а в кого «мой парень» оборачивается? Однако, интересоваться я из принципа не стала, предпочла сосредоточиться на еде.

Правда, всецело отдаться пороку чревоугодия мне не позволили. Раньше, чем успела прочувствовать вкус выбранного салата, Хуго, который завтракать вообще не собирался и, отколовшись от компании соплеменников, мозолил глаза нам с Базилией, спросил:

– Мари, и всё-таки… Когда и где ты научилась драться?

Я слегка поперхнулась и подарила парню укоризненный взгляд. Хотела съязвить – мол, нашел, что спросить! У меня же амнезия! Но… нет, выпускать колючки всё-таки не стала. Просто пожала плечами и неопределённо мотнула головой.

Меня саму вопрос тоже интересовал, и я даже успела обдумать его по пути в столовую. Тут невольно вспомнились приключения в пещерах под дворцом вероломного вождя племени Ургар, и камни с отпечатками, к которым я столь активно прикасалась.

Камней было много, и с какого-то момента париться, обращая большое внимание на надписи, я перестала. Зато теперь, после происшествия в холле, вспомнила – что-то из разряда «Поздравляем! Вы изучили основы рукопашного боя!» там точно было.

Момент вызвал закономерную улыбку и желание радостно взвизгнуть. Я же теперь совсем крутая. Кому угодно настучать могу!

– М-да, – отозвался Хуго. – А когда твоя потеря памяти пройдёт?

– Понятия не имею, – беспечно откликнулась я.

– А что говорит лорд Ниран? – не удовлетворился ответом оборотень. – Каковы прогнозы?

Пояснить, что с лекарем ещё не виделась, я не успела – отвлеклась на появление в столовой новых персонажей. Глаза опять округлились, а рот изумлённо приоткрылся.

Ещё по дороге сюда, я отметила большое разнообразие расцветок студенческих мантий. Видела всё: пурпурное, желтое, оранжевое, синее, зелёное… А вот чёрных мантий не встречалось, но я точно знала – этот цвет носят какие-нибудь некроманты или иные, подвинутые на мрачняке личности. Ведь именно так положено по канону!

Сейчас я те самые чёрные мантии и наблюдала, но… Впрочем, не важно. Не в одежде дело!

Через пару секунд, когда оторопь прошла, я некультурно ткнула пальцем и спросила, обращаясь к Базилии:

– А это кто?

Блондинка как раз дожевывала булку, поэтому ответила не сразу. Пока она тормозила, я смотрела. Вернее, смотрела и недоумевала. Это что? Это как? Для чего здесь целая толпа дедушек? Этаких седых, морщинистых, согнутых радикулитом старцев?

– Мм-м, – сообщила соседка.

Запила остатки булки чаем и принялась восполнять пробел в моей памяти.

– Это лорд ректор, – кивнув на возглавлявшего процессию старикана, заявила она. – Справа лорд проректор по учебной части, слева лорд проректор по воспитательной. Вон тот четвёртый – лорд декан факультета стихийной магии, а дальше…

Дальше было ещё «круче»! Лорд декан факультета боевой магии, лорд декан факультета ветеринарной магии, лорд декан факультета предсказаний, лорд… В общем, одни лорды, и…

– Подожди! – не выдержав, взвизгнула я.

Получилось нервно и громко. Гораздо громче, чем хотелось бы. Настолько, что гам, наполнявший данную часть столовой, резко стих, а делегация старпёров, которая как раз вооружилась подносами и подошла к столу раздачи, дружно обернулась и уставилась на нас.

Угу, именно на нас! Ибо сидели мы довольно близко. Но суть не в этом, а в том, что один из лордов тут же отложил поднос и заковылял в нашу сторону.

Захотелось взвыть! А ещё забиться в какой-нибудь угол! Нет-нет, я не против старости и отлично сознаю, что все когда-нибудь вот такими скрипучими сухофруктами будем, но…

Я была совершенно не готова! К чему угодно, кроме…

– Это лорд Ниран, – шёпотом подсказала Базилия. – Декан факультета целительства и врачевания.

Всё. Новый обморок. Что за ересь? Куда я, блин, попала?!

Глава 2

К моменту, когда Ниран добрался до нашего стола, я почти сумела взять себя в руки. Даже губы в улыбке растянула, но точно знаю – улыбка выглядела жалко. Просто это явление преподавательского состава взорвало мозг и полностью выбило из колеи. Где мой сексуальный ректор с грешными глазами? Ну или хотя бы куратор курса? Ну хоть кто!

– Мари? – скрипуче позвал Ниран, и я не сразу сообразила, что обращаются ко мне. – Как вы себя чувствуете? Как ваша голова?

Потребовалось несколько секунд, чтобы собраться и проявить вежливость…

– Здрасти, – пробормотала я.

Потом сглотнула и таки ответила на вопрос:

– Так себе. Бывало и лучше.

Ниран недоумённо заломил бесцветную бровь и перевёл взгляд сперва на Хуго, затем на Базилию.

Оборотень промолчал, многозначительно почесав затылок, а вот соседка пояснила:

– Мари всё забыла.

– Всё? – переспросил лорд.

Я поспешно кивнула, лекарь шумно вздохнул, а интуиция буквально заверещала: Машка, ври! И обаяние на полную катушку включай, иначе тебя точно в какой-нибудь лазарет упрячут!

В лазарет не хотелось, так что к совету я прислушалась. Улыбка сразу стала шире, взгляд наивнее, а голос нежней.

– Всё, – подтвердила уже вслух. – Но голова не кружится, реакции нормальные, тошноты нет. То есть в плане физического здоровья чувствую себя прекрасно.

И прежде, чем Ниран успел как-либо отреагировать:

– Да и в остальном всё хорошо, только отсутствие воспоминаний… – вот теперь я подпустила в голос невинности, – немного пугает. Базилия предлагала сразу отправиться к лекарю, но я посчитала, что погружение в привычную среду гораздо лучше. – И уже с чувством: – Это точно поможет!

Декан факультета целительства подарил озадаченный взгляд, а потом подумал и кивнул.

– К сожалению, ваша амнезия спровоцирована механическим повреждением, – сказал он. – Если бы причиной являлась магия, проблем бы не возникло, а так…

Лорд развёл руками, выдержал паузу и резюмировал:

– Хорошо, Мари. Давайте попробуем. Я предупрежу коллег о вашей проблеме, чтобы ситуация не отразилась на оценках. А если память в ближайшее время не восстановится, будем пробовать что-нибудь другое.

Я от этих слов буквально засияла. А как иначе? Ведь по всему выходит, что алиби у меня идеальное!

То есть всё хорошо, превосходно, супер-пупер! Мой заказ выполнен, а мир, в который попала…

Увы, но здесь я запнулась. Просто взгляд непроизвольно вернулся к компашке одетых в чёрное стариков, которые как раз за один из ближайших столов садились, и уровень энтузиазма резко понизился.

Блин. Вот как же так? Почему? Что за…

Впрочем, а может я рано паникую? Может, никакой проблемы нет и всё гораздо проще?

Догадка была внезапной и почти гениальной. Она моментально воскресила умирающий энтузиазм, а меня заставила подскочить с лавки и, обогнув застывшего Нирана, направиться к «ректорскому» столу.

Шла я без халтуры – модельной походкой, красиво покачивая бёдрами. Ну а добравшись до цели, застыла, чтобы вглядеться в морщинистые лица, и…

– О, нет, – тихонько простонала я.

С момента озарения и до этой самой секунды я свято верила, что померещилось. Что с ректором и деканами всё отлично, и проблема не в них, а в моей голове.

Что падение, которым амнезию прикрываю, в самом деле что-то в мозгах подвинуло. Даже с учётом того, что я как бы и не падала, такой вариант был гораздо логичнее. Ибо он, в отличие от стариканов, чудесно вписывался в канон!

Но…

– Кхм-кхм-кхм, – сообщил кто-то из сухофруктов, и я вздрогнула.

Лишь теперь обратила внимание на тот факт, что сидящие за столом преподы дружно припухли и оказались на грани потери вставных челюстей.

Только посочувствовать им не смогла, более того – едва не разрыдалась! А ближайший из дедушек, этакий Хоттабыч с жидкой длинной бородой и впалыми глазами, внезапно отмер.

– Мари? – шокировано спросил он.

Я не ответила, а дедок…

– Мари, – повторил, вставая.

И тут меня окончательно накрыло. Просто я уловила очень чёткий, прямо-таки осязаемый запах нафталина.

А-а-а! За что?

Инстинктивно отскочив от стола, я опять замерла. Надежда на каноничную любовь с загадочным взрослым мужчиной окончательно завяла, а мозг, наоборот, зашевелился.

Мария, не тормози! – строго рыкнул он. – И скажи что-нибудь. Обоснуй, зачем к уважаемым лордам подошла!

Очень хотелось огрызнуться. Ответить: от обоснуя слышу! Но… Мозг был прав, а я выглядела настоящей дурой. Мысли заметались в панике… Зачем я здесь? Для чего? А-а…

Взгляд скользнул по столу, и я сообразила. С трудом, но всё-таки растянула губы в улыбке, а потом произнесла:

– Приятного вам аппетита.

– Что? – Реплика принадлежала изумлённому безбородому дедку с длинными, забранными в хвост волосами – тому самому, которого Базилия назвала ректором.

Но я, опять-таки, не ответила. Подарив ещё одну улыбку, развернулась и поспешила прочь.

Всё, отстрелялась. И обоснование неплохое придумала. Вначале, конечно, чуточку опозорилась, зато теперь… Была дура, а стала – странноватая вежливая девочка. Это, как ни крути, лучше. Старички вежливость уважают!

В столовой стало совсем уж тихо, но я внимания не обратила. Просто вернулась на место, села на лавку и, придвинув к себе плошку с недоеденным салатом, продолжила завтрак.

Глядя на всё это, лорд Ниран печально вздохнул и устало покачал головой.

– Ещё и расстройство поведения, – вынес вердикт он.

Спорить с местным светилом я, конечно, не стала. Да и о чём? Ведь действительно расстройство, причём сплошное.

Но, с другой стороны, количество студенток, закрутивших роман с ректором, в фэнтези буквально зашкаливает, и раз так… Может этот нафталин к лучшему? Может меня ждёт кто-то поинтереснее, чем очередной лорд?

Повинуясь этой мысли, я отвлеклась от салата и взглянула на Хуго. Глаза оборотня вновь напоминали блюдца, однако выглядело вполне красиво, прям как в мультиках-аниме.

Базилия тоже таращилась и, едва декан факультета целительства нас покинул, именно она прошептала:

– Ты что творишь?!

Пришлось выдохнуть и успокоиться. В конце концов, наличие союзницы и информатора сейчас важнее, чем что-либо. Да и Хуго отпугивать не хочется. Нет, к реальным отношениям с оборотнем я пока не готова, но раз уж мироздание наградило меня парнем, пусть будет.

Ещё один выдох, глоток кофе, и я окончательно угомонилась. Более того, улыбнулась и сообщила изумлённой парочке:

– Всё, больше не творю. Веду себя очень прилично!

Базилия глянула недоверчиво, Хуго озадаченно почесал затылок, но, в конце концов, оба кивнули. А я совсем расслабилась и опять вернулась к многострадальному завтраку. В этот раз отвлекаться не собиралась. Твёрдо намеревалась доесть.


Знакомство с местным образованием началось с самого банального и неинтересного предмета – с истории магии. Я даже немного расстроилась, когда узнала, на какую именно лекцию белокурая Базилия меня привела.

Ещё одним поводом для жалобной рожицы стал преподаватель… Профессор Тьюбье был столь же «молод», как и виденные в столовой лорды. А ещё он кряхтел, картавил и одновременно заикался, что делало лекцию поистине невыносимой.

В итоге, даты и имена исторических личностей прошли мимо, но кое-какие полезные сведения из этого занятия я всё-таки вынесла. Например, я узнала, что сейчас самое начало учебного года – с момента старта занятий всего пара недель прошла.

Плюс, в аудитории были огромные окна, и я получила возможность увидеть примыкающий к зданию академии парк. Там, снаружи, ещё царило лето – зелёные листочки, изумрудная травка, яркое солнышко, и прочие прелести.



Третьим относительно важным моментом была возможность слиться в экстазе с коллективом. В смысле, посидеть за партой вместе со всем нашим курсом.

Ориентируясь по цвету мантий, я смогла насчитать около дюжины факультетов, а ещё подметила, что пурпурное носят только девчонки.

Энтузиазма данное открытие не вызвало и подвело к вопросу:

– А парни любовной магии не обучаются? – шёпотом обратилась к Базилии я.

Соседка и… ну всё-таки подруга, отрицательно качнула головой, потом тем же шёпотом сказала:

– Это исключительно женская профессия. У мужчин дара к любовной магии не бывает.

– Никогда-никогда? – уточнила я удивлённо.

– Настолько редко, что считай нет.

Я подумала и поняла – логично. Мужчины, в подавляющем большинстве, слишком примитивны, чтобы хоть что-то в настоящей любви понимать.

Взять того же Хуго. Ведь знал, что я упала и получила травму, и как при этом поступил? Подлетел и засосал! Ещё и обиделся, что по рогам ему настучала.

Увы, но пример типичен. У большинства парней, взгляды на любовь именно такие. И я даже думать не хочу что случится, если доверить им приворотно-отворотные зелья!

Кстати, о Хуго – оборотня в данной аудитории не сидело. «Мой парень» учился на курс старше, на факультете ветеринарной магии. Судя по тем же мантиям, этот факультет предпочитали почти все представители данной расы. Как позже выяснилось, это было связано с направленностью их магического дара.

Воспоминание о Хуго невольно привело к мысли о том, что мы как бы встречаемся. Хриплый голос, прямо-таки пронизанный сексуальными нотками, разворот плеч и этакая поистине звериная мощь тоже в памяти вспыли, но… Кроме закономерных мурашек, побежавших по коже, я ощутила чувство тоски, и с небольшим запозданием сообразила, что тоска связанна с предыдущим приключением. В том числе, с небритой ехидной. С Алексом.

Мы с Волковым ничего друг другу не обещали, да и отношений, как таковых, у нас не было. Плюс, предыдущий мир оказался далёк от эталонов романтического фэнтези – следовательно, я никому ничего не должна!

Тем не менее, желания радостно броситься на шею к желтоглазому Хуго не возникало, и после нескольких минут углублённого самоанализа, я всё же сообразила в чём прикол.

Просто я поумнела. Сделала выводы. Учла предыдущие косяки!

Ведь в прошлый раз было что? Я, как последняя глупышка, запала на первого встречного вождя. Даже не попросила огласить весь список! И к чему это привело?

Ну и ещё один момент: романтическое фэнтези – это не только любовь, но и флирт, симпатии, буря чувств, треугольники и прочие геометрические фигуры. Если сделать выбор вот прямо сейчас, я лишу себя всех этих чудес!

А лишаться не хотелось. Более того, после мира Степи мне точно полагалась компенсация, и раз так…

Я выдохнула и, окончательно позабыв про профессора Тьюбье, принялась разглядывать сокурсников. А что? А вдруг мой герой найдётся прямо здесь?

И он действительно нашелся. Сидел на соседнем ряду, вполоборота, и лекцию по истории магии точно не слушал. Вместо этого, герой взирал на меня и… да, улыбался.

Его фиалковые глаза поразили в самое сердце. Идеальные черты лица, статная фигура и длинные пепельные волосы тоже определённую лепту внесли. Желтая мантия добавила образу солнечности, но самым интересным элементом являлись, разумеется, уши. Невероятные. Красивые. Острые!

В общем, да – на меня таращился эльф. Я сперва усомнилась и, повинуясь природной скромности, подумала, что он просто так, без какой-либо причины взирает. Но когда сокурсник подмигнул, сомнения развеялись. Мне, безусловно, симпатизировали! Та-ак…

Я просияла и невольно подалась вперёд, однако в следующую секунду удостоилась болезненного тычка локтем в бок и строгого:

– Мари! Лекция!

Пришлось угомониться и даже отвернуться от остроухого милашки. Потом, выгадав момент, наклониться к Базилии и спросить:

– Тот эльф в желтой мантии… Как его зовут?

– Ататриэль, – буркнула соседка.

– Как-как? – прошептала не слишком привычная к эльфийским именам я.

Базилия, конечно, повторила. Затем вновь пришикнула и, указав на занудного лектора, сказала:

– Лучше не отвлекайся. Тьюбье, конечно, тюфяк, но он ещё и ужасный ябеда. Накатает жалобу на имя лорда ректора, и всё.

– Что «всё»? Отчислят? – не постеснялась уточнить я.

– Это вряд ли. Но на какие-нибудь мерзкие исправительные работы точно отправят. – И после паузы: – Лорд ректор может показаться добрым, но в действительности он тот ещё упырь. И характер у него… – Базилию заметно передёрнуло, – гадостный.

Сразу вспомнился мой сегодняшний выход, но страшно не стало. И вообще, ректору положено быть упырём – это канон!

Однако нарываться всё-таки не хотелось. Будь глава академии на несколько десятилетий моложе, я бы ещё подумала, а так… Шумно вздохнула и, запретив себе коситься на эльфа, принялась делать вид, будто внемлю лектору.

Зато, когда случился перерыв…

– Привет, – подсаживаясь на нашу лавку, сказал обладатель глаз и ушей.

В его голосе прозвучали нотки, достойные искусного пикапера, и я непроизвольно улыбнулась. Хлопнула ресницами, вздохнула, а эльф…

– Слышал, ты вчера упала и ударилась? Как твоя голова? Болит?

Хм… То есть про амнезию остроухий не знает?

Момент вызвал закономерное удивление, но спросить я не успела.

– Ататриэль, оставь свои уловки для кого-нибудь другого, – вмешалась в разговор Базилия. Причём ответила весьма агрессивно.

Парень осуждающе прищурил свои фиалковые глаза и точно хотел мою подругу проигнорировать, но…

– Думаешь, если у Мари амнезия, то тебе всё простят? – добавила Базилия.

Я слегка растерялась и повернулась, чтобы подарить соседке вопросительный взгляд. А та пояснила:

– Ты встречалась с этим хлыщом, когда училась на первом курсе. Он тебе изменял!

Ах вот как…

Я вновь развернулась, дабы уставиться уже на эльфа. От прежней восторженности не осталось и следа, флёр очарования резко исчез. Вопль «Клевета!» в исполнении сокурсника тоже не впечатлил. Я даже хотела сказать пикаперу недобитому несколько крепких слов, но не успела.

– В светлом лесу научились пришивать оторванные головы? – пробасили рядом. – Надо же, а мы не в курсе.

Эльф, нужно отдать ему должное, не вздрогнул. Медленно, с достоинством перевёл взгляд на подступивших к нашему столу оборотней и презрительно скривил губы. Косматые парни, в количестве шести штук, реакцией не прониклись. Синхронно сложили руки на груди и оскалились, демонстрируя небольшие, но точно опасные клыки.

Это было красиво! Настолько, что захотелось подпереть щёку кулаком и томно вздохнуть. И я своим желаниям поддалась – ну то есть подпёрла и вздохнула. А морда эльфийская парировала злобно:

– А не пошли бы вы?

– О-о-о… – с наигранным удивлением протянул тот из оборотней, что стоял ближе.

Но эльф реально не боялся. Более того, он собирался вступить в драку!

Правда, зацепилась я за другое, и тут же обратилась к главному информатору.

– Они всегда мою честь блюдут, или только в случае этого… как его… Ататриэля?

– Всегда, – с тяжким вздохом сообщила соседка.

Информация вызвала смешанные чувства. С одной стороны, стало дико приятно – как же, такая забота! А с другой…

– Мальчики, спасибо большое, но я сама разберусь, – сказала примиряюще. А когда стало ясно, что намёков оборотни не понимают, добавила с нажимом и громче: – Спасибо, говорю. Свободны!

Косматые опять-таки не шелохнулись. Даже взглядом меня не удостоили! Все шестеро, как и полминуты назад, стояли, сложив ручища на груди, и дружно сверлили глазами эльфа.

Одетый в желтую мантию пикапер отвечал тем же, как бы намекая, что чувство самосохранения у него отсутствует, но смысл в другом.

– Они человеческий язык не понимают? – вновь обратилась к блондинке я.

Базилия покачала головой и выдала… ну, собственно, ожидаемое:

– Всё понимают. Просто слушаются только Хуго.

М-да. Попадос.

Я окинула шестёрку косматых сокурсников взглядом и погрустнела. А как же мои головокружительные романы? Крышесносный флирт? Многочисленные околоэротические приключения, в конце-то концов?

Бычьи шеи и заметные даже под мантиями рельефы мышц намекали – никак. От этого совсем кисло стало. Настолько, что захотелось подняться и проделать с шестёркой всё то, что сделала сегодня утром с их вожаком, но…

Нет, привлекать лишнее внимание к своей скромной персоне не стоило, поэтому я повернулась и с надеждой уставилась на остроухого. Ну же, давай. Объясни им, что жизнь – зебра, и покажи, где у этой зебры хвост!

Эльф моего исполненного надежды взгляда не видел, но, судя по всему, в самом деле намеревался накостылять. При этом появилась твёрдая уверенность, что Ататриэль действительно может. В смысле, у него правда есть шанс завалить всех шестерых.

Только драка не состоялась – в ситуацию вмешался звонок. А профессор Тьюбье, возвратившийся за кафедру, прокашлялся настолько выразительно, что стало совершенно ясно – ещё чуть-чуть и всем капец.

В итоге, Ататриэль пересел на прежнее место. Пронаблюдавшие сей манёвр, оборотни тоже угомонились, вернулись на облюбованную ими «галёрку».

Но на этом история не закончилась. Спустя пять минут, пользуясь тем, что соплеменники Хуго далеко, эльф записку-самолётик на наш стол зашвырнул.

Сказано в ней было следующее:


«Мари! Я тебе не изменял!

Мы расстались потому, что ты была не готова к серьёзным отношениям, и я предоставил тебе временную свободу. Подчёркиваю – временную!»


Перечитав послание дважды, я взглянула на эльфа. Тот опять сидел вполоборота, но уже нахохленный, с поджатыми губами. А в фиалковых глазах отражался укор и та-акая тоска… Точь-в-точь как в глазах Ирриара на утро после нашей первой ночи. Да, той самой, после которой я выпалила:

– И не дам!

Кстати…

Я вновь взглянула на записку, потом на Ататриэля, и подумала: а под этими «серьёзными отношениями» не интим ли подразумевается? Ведь ушастый точно не мальчик-одуванчик, и вопрос близкого общения для него точно важен. А я? Каковы мои взгляды на секс?

Повинуясь закономерному любопытству, я вплотную придвинулась к подруге и спросила. Правда, не про эльфа, а про другого, более актуального парня:

– Мы с Хуго… хм… того?

– Чего «того»? – буркнула Базилия, которую происходящая вокруг движуха явно достала.

– Ну, у нас с ним только поцелуи, или… – толсто намекнула я.

Блондинка глянула как на дуру. Сказала самым тихим и возмущённым шёпотом:

– Он оборотень!

– Э-э… И что?

Подруга не выдержала – закатила глаза, чтобы через миг сказать прямо:

– Все оборотни буквально помешаны на постели. Разумеется, между тобой и Хуго есть всё. Причём гораздо чаще, чем позволяют приличия.

Последнюю фразу я не поняла, а по остальному…

Не есть, а было! – захотелось воскликнуть мне, это во-первых. А во-вторых… Всё-таки, в ситуации, когда оказываешься персонажем уже «вписанным» в фэнтезийный мир, есть свои минусы. Вот как сейчас – лично я с Хуго не спала, а получается, что…

Впрочем, нет. Неважно. Всё, что относится к Мари Брехунье – это прошлое, а у меня, у Маши Брехунько, своя тема и собственные правила. И если кто-то помешанный на постели жаждет меня в эту самую постель затащить, ему придётся постараться.

Более того, это в прошлый раз я дала слабину, а теперь буду действовать исключительно по законам жанра! То есть сначала мучения главного героя, потом романтика, затем опять мучения, и вот где-то после этого я, так и быть, подумаю, стоит нам переходить на следующий уровень или нет.

Здравый смысл, услыхав эти рассуждения, радостно потёр ладошки, а либидо наоборот – взвыло и упало в обморок. Глумиться над чужим горем не хотелось, но я не выдержала – показала болезному язык.

Наблюдавшая за происходящим интуиция, осуждающе покачала головой и, переодевшись в форму сестры милосердия, отправилась убеждать либидо, что всё не так страшно. Мол, Маша может говорить что угодно, но…

В общем, кто-то встал на скользкую дорожку «лжи во спасение». Ну-ну, давайте-давайте.

Глава 3

Остаток второй лекции по истории магии прошел неплохо, а вот дальше везение, увы, закончилось. Просто следующим предметом было юридическое право в области любовной магии, а вёл занятия не кто иной как ректор.

Плюс, предмет был рассчитан не на весь курс – данному специфичному виду права только наш факультет обучался. В итоге, мы с Базилией и группа наших облачённых в пурпурные мантии товарок, оказались в крошечной аудитории. Такой, что никаких шансов пофилонить или отвлечься не оставалось.

То есть как… Сперва я ещё надеялась – ведь ректор человек пожилой, со всеми вытекающими отсюда проблемами, но… Первые же минуты показали – лорд Сирис реально упырь, и уж чего, а расстройств внимания или памяти у него нет.

Едва переступив порог, я нарвалась на прямо-таки сверлящий взгляд синих глаз и вздрогнула. Совершенно непроизвольно, словно поддавшись гипнозу, потупилась и залилась румянцем.

Вслед за Базилией прошествовала к одному из столов, села, и… опять на сверлящий взгляд напоролась! В общем, об инциденте за завтраком никто не забыл, и теперь явно пытался оценить моё умственное и психическое состояние.

Понимание, что на сей раз я точно в позитивное фэнтези попала, какого-либо успокоения не принесло. Всё указывало на то, что в случае ректора отлынивать от занятий не стоит. Более того, мне следует вести себя максимально прилично!

Вот так я и повела… Достала тетради-учебники и, послушно сложив руки на столе, притворилась отличницей.

Правда, чуть позже пришлось из этого образа выйти – я была вынуждена освоить перьевую ручку странноватой конструкции. Чернила сперва растекались и капали кляксами, что по-настоящему взбесило, зато дальше, когда с освоением технологии было покончено, я вновь стала очень хорошей. Даже материться прекратила.

А ещё, невзирая на повадки коршуна, присущие лорду Сирису, я всё-таки успела повертеть головой и сделать некоторые выводы о нашем маленьком женском коллективе.

Увы, но эти выводы не порадовали. Правда, они были предварительными, поэтому паниковать я не стала. Решила дождаться перерыва, чтобы внести окончательную ясность. Опровергнуть или подтвердить собственную мысль!

И вот, дождалась…


Нас было порядка тридцати. Компанию, состоящую из эльфиек обеих мастей и человеческих девчонок вроде нас с Базилией, разбавляли две орчанки, две гоблинши и одна змеелюдка.

А вот представительниц расы оборотней на факультете любовной магии не наблюдалось. Впрочем, за время пребывания в стенах новой альма-матер я вообще ни одной оборотнихи не заметила. Но возможности заморочиться на данном моменте пока не имелось, и он прошел мимо сознания.

Ещё во время лекций профессора Тьюбье, а также в процессе перехода в эту крошечную аудиторию, я отметила, что все девчонки общаются, причём довольно активно. Никаких расовых предрассудков точно не имелось, ну разве что эльфийки держались чуточку высокомерно.

Орчанки и гоблинши, которые на фоне остальных совсем уж страшненькими выглядели, комплексовать точно не собирались. Змеелюдка тоже чувствовала себя отлично, а в коллективе, по большому счёту, царила гармония.

Единственными, кого воспринимали прохладно, были… мы с Базилией.

Раньше я не приглядывалась, зато теперь увидела ситуацию «в полный рост» и слегка офигела. Ну ничего себе! Почему так?

Потратив ещё минутку на наблюдение за девчонками, я не выдержала. Повернулась к подруге и спросила:

– Мы что… лохушки?

Базилия прекратила рисовать в тетради, глянула недоумённо и тут же нахмурилась.

– Кто-кто? – переспросила она.

Я, разумеется объяснила, и блондинка неохотно кивнула.

– Но почему? – окончательно растерялась я.

Базилия поморщилась, выдержала паузу, а потом сказала:

– Причина в твоём отце, Мари. Он категорически против твоей учёбы в академии, и об этом все знают. Есть версия, что благородные и состоятельные семейства, чьи дети учатся тут, получили предупреждение – мол, никаких контактов, чтобы тебе было некомфортно, чтобы ты сама из академии ушла. Но это, конечно, сплетни. На деле всё гораздо проще: зная отношение твоего отца, большинство студентов банально боятся. Не хотят поддерживать тебя, чтобы не навлечь его гнев.

От шока у меня приоткрылся рот, глаза округлились, а брови подскочили зайчиками и замерли на середине лба.

Тем не менее, моральных сил на новый вопрос хватило:

– И кто же мой отец?

– Император Тариус, – со вздохом пояснила подруга. – Наш владыка и господин.

Как всё-таки хорошо, что я не стояла, а сидела на попе. Просто, будь я на ногах, точно бы рухнула, а так…

Я откинулась на спинку скамьи и ошарашено уставилась в пространство. Принцесса? Я? Да не может быть!

Хотя…

Так. Всем стоять. Почему не может? И вообще – что меня так удивило? Принцесса – это такой же вариант канона, как и серая-пресерая мышь! Но так как на мышь я не под каким соусом не тяну, то ничего кроме статуса принцессы и не остаётся.

– Мари Брехунье, – смакуя слова, протянула я, – принцесса… А какой именно империи?

Базилия сперва не поняла, а после моих разъяснений сообщила:

– Просто Империи. Без всяких названий.

Это было несколько примитивно, но я не расстроилась. Ведь «просто Империя» – гораздо лучше, чем какое-нибудь королевство или герцогство!

Ну и ещё один момент…

– А я престол наследую? – поинтересовалась в полголоса.

– Нет, – сообщила Базилия. – Во-первых, ты девушка. Во-вторых, самая младшая. У тебя пятеро братьев и две сестры. Ну и три дяди по отцовской линии, у которых, в случае чего, прав на престол гораздо больше.

Я… нет, не расстроилась, скорее наоборот. То есть я-то могу страной поруководить, но как-то не хочется. Просто ответственность за государство с романтикой и приключениями совершенно не вяжется, а именно за ними я в этот чудесный мир пришла.

Итог разговора? На моём лице появилась нестираемая лучистая улыбка! Правда, лорду Сирису эта улыбка совершенно не понравилась, и весь семинар, который состоялся после лекции, ректор активно косился на меня.

Хуже того! У этого безбородого сухофрукта хватило наглости задать ударенной в голову студентке парочку вопросов по только что изложенному материалу! Но я не растерялась, ответила, лишний раз убедившись, что для человека с уже законченным высшим образованием ничего невозможного нет.

К моменту окончания семинара, сведения, выданные Базилией, окончательно переварились, и у меня созрело несколько вопросов. Вот только сразу же пристать с ними к соседке не получилось…

– Мари! – скрипуче позвал лорд Сирис. – Будьте добры, подойдите сюда.

Подчиняться не хотелось, но как иначе? Стараясь не выпячивать своё недовольство, я приблизилась к кафедре за которой стоял ректор, и замерла в ожидании.

– Как себя чувствуете? – ровно, но с толикой пренебрежения поинтересовался старик.

Я, конечно, ответила:

– Неплохо.

Ректор кивнул и поджал губы. Выдержал паузу, и вот после этого заявил:

– Мари, лорд Ниран убеждён, что ваша потеря памяти скоро пройдёт, и всё вернётся в норму, но я вынужден предупредить, травма – не повод для поблажек. Мы серьёзный ВУЗ. Мы готовим лучших специалистов в Империи! И если вы, по любым причинам, не в состоянии выполнять наши требования, то вам не место в данном учебном заведении. Говоря проще: если ваша успеваемость опустится ниже определённых показателей, мы будем вынуждены вас исключить.

Эм-м… То есть обещание лорда лекаря позаботиться о моей успеваемости – фикция?

– Заваливать вас никто не будет, – словно подслушав мысли, сказал старик. – И пожелания лорда Нирана мы, разумеется, учтём. Но…

Вот это «но» прозвучало крайне многозначительно, только я не испугалась.

– А разве успеваемость не по итогам сессии определяется? – мило хлопнув ресницами, поинтересовалась я.

Лорд Упырь – а иначе эту заразу и не назовёшь! – поморщился, словно от зубной боли. Потом выдал совершенно «чудесное»:

– Для вас мы сделаем исключение, Мари.

Захотелось возмутиться и пригрозить жалобой в Министерство образования, но я сдержалась. Просто появилась одна догадка…

– Это из-за моего папы, да?

Вот теперь ректора буквально перекосило, но…

– Маги высшей категории императору не подчиняются, – уведомил он. – И над академией ваш отец не властен.

– А почему тогда? – изумилась я. И пояснила: – Почему вы хотите меня исключить?

– Не хочу, – процедил Упырь. А потом ка-ак рявкнет: – Но если ваша успеваемость будет недостаточно высокой, вышвырну отсюда без всякой сессии!

Я… аж остолбенела. Ещё через миг поняла: вся эта тема что-то мне напоминает. В голове калейдоскопом закрутились воспоминания о прочитанных фэнтезийных книгах, и я впала в окончательный шок. Потом вгляделась в испещрённое морщинами лицо Сириса, прошлась взглядом по сутулой фигуре, длинным седым волосам, забранным в хвост, и…

Не-ет… Нет-нет-нет!

Новый взгляд, и меня посетило грустное осознание – это отголоски правильного «мира академий». Ведь поведение лорда Упыря совершенно типично для препода с которым студентка-героиня должна закрутить роман.

И блин, как всё-таки обидно. Какого удовольствия меня лишили! Впрочем, как уже отмечала, студенток, втрескавшихся в ректора и иже с ним – тонны, и раз так…

В общем, я подумала и грустить перестала. Но смолчать тоже не могла…

– Лорд Сирис, – тяжко вздохнув, сказала я. – Не надо со мной флиртовать. У нас с вами ничего не получится. Вы не в моём вкусе.

Вот теперь остолбенел он! Ну а я… красиво развернулась и поспешила к двери. Одногруппницы, включая Базилию, аудиторию уже покинули, но в глубине моей души тлела надежда, что соседка по комнате где-то рядом.

Плюс, следующим пунктом в нашем расписании значился обед, что радовало. Во-первых, желудок уже урчал, во-вторых, у меня был шанс получить ответы на вызревшие вопросы.


Когда мы с Базилией входили в столовую, я размышляла над тем, как бы отшить Хуго. Не вообще, а на время обеда, чтобы получить возможность пообщаться с подругой тет-а-тет.

Однако все придуманные аргументы оказались не нужны. Оборотень, который объявился уже после того, как мы с Базилией наполнили подносы и уселись за стол, обедать с нами и не собирался. Он подошел, чмокнул меня в щёку, после чего удалился к своим косматым соплеменникам.

Те, как и в случае учёбы, сидели отдельно. Кстати, оборотни были единственными, кто демонстрировал некоторые признаки расовой нетерпимости. В том смысле, что остальные компании были смешанными, а вот оборотни посторонних не подпускали.

Тут определённо таилось нечто странное, однако интересоваться я не стала. В данный момент имелись другие, куда более важные вопросы и, едва Базилия доела суп, я принялась эти вопросы задавать…

– Базь, а Базь… – позвала я, и блондинка чуть не подавилась.

Она перевела несколько ошарашенный взгляд на меня, а я дружелюбно подала салфетку и уточнила:

– Ведь я могу так тебя называть?

Девушка насупилась, а приняв салфетку, сказала:

– Вообще-то моё имя не сокращается.

Пришлось посмотреть жалобно, в итоге…

– Ладно. – Она даже рукой махнула. – Называй.

Та-ак! Раз более доверительный контакт установлен, переходим к главному!

– Хочу спросить про свою семью, – начала я. – Ты упомянула, что отец против моей учёбы в академии. А как относится мама?

– С пониманием. Это именно она помогла тебе сбежать из дворца, чтобы ты могла сдать вступительные экзамены. Ты сама про это рассказывала.

Я замерла на мгновение и кивнула. И опять спросила:

– А забрать меня отсюда император не может?

Блондинка отрицательно качнула головой. Потом сказала:

– Нет. Видишь ли, Мари, наша Объединённая Академия Магии – это что-то вроде государства в государстве. На академию власть императора не распространяется, тут правит Объединённый Магический Орден и маги высшей категории.

Высшая категория? Да, помню. Лорд Упырь буквально только что упоминал.

Вот только…

– Хорошо, – сказала я. – А если ЧП?

– Мм-м? – откликнулась Базя недоумённо.

– Чрезвычайное положение, – пояснила я, – или ситуация. Нечто из ряда вон. Как моя… – я машинально прикоснулась к голове, – травма?

И опять-таки продолжила:

– Если случается что-то вот такое, отец может вмешаться? На правах родителя, например.

Блондинка ненадолго задумалась и пожала плечами.

– Теоретически родители вмешаться могут, но в том, что касается именно Тариуса, не думаю, что ему кто-то доложит. То, что ты получила серьёзную травму, чревато слишком большими проблемами. Полагаю, руководство академии будет скрывать до последнего.

– Да? А Сирис пообещал меня исключить. То есть пинком под зад, и обратно к папе.

Базилия глянула недоумённо и опять плечами пожала. Кажется, не очень-то в эту угрозу поверила. Ну а я…

– Император Тариус сильно против, – напомнила вслух, – и все студенты стараются держаться от меня подальше. А ты? Ты же со мной дружишь? Почему?

Девушка чуть смутилась, но врать не стала:

– А куда мне деваться? Мы же в одной комнате живём.

Блин. Серьёзно? Ну… ну… А ну и ладно! Не важно почему, зато подруга у меня всё-таки есть!

– А Хуго? – задала новый вопрос я. – Он гнева императора не боится?

– Хуго единственный наследник Вожака Стаи. – Бази усмехнулась. – К тому же, он оборотень, а оборотни все немного того… С особым взглядом на опасность.

В голосе подруги прозвучала толика ехидства, и я невольно улыбнулась.

– А у эльфов? У них со взглядами на опасность как?

– Если ты про Ататриэля, то всё сложно. Он же не просто эльф…

– Да?

Я окончательно забыла про еду и подалась вперёд в надежде на интригующие подробности. Базилия мучить не стала, выдала:

– Ататриэль один из лучших фехтовальщиков и стрелков Империи. К своим тридцати трём годам, что по меркам народа эльфов вообще детство, он добился огромных высот. А теперь – вот, явился, чтобы научиться управлять своим магическим даром. Он маг-стихийник, из тех, кому подвластны ветра, дожди и прочие природные силы.

Я, конечно, задумалась. Тридцать три? А не многовато ли для студента?

– Эльфы все старше, – выслушав эту мысль, сказала Базя. – У них ритмы жизни другие, и взрослеют они позже.

– Но они тоже живут в Империи? – уточнила я. – И тоже подчиняются моему папе?

– Да. Что тебя так удивляет?

Эм-м… Ситуация, когда у эльфов есть собственный король была как-то привычнее, но заморачиваться я всё-таки не стала. Тем более, что вопрос подданства длинноухих был мелочью в сравнении с другим:

– Ладно, допустим я действительно принцесса. Но почему же я одеваюсь как какая-то оборванка?

Базя глянула недоумённо, а мне вспомнилась видавшая виды ночная сорочка, и в мозг реально закралось подозрение, что блондинка наврала. Ведь у принцессы всё должно быть по-другому! Белоснежный шелк, золотая вышивка, бриллианты во всех возможных и невозможных местах.

– Почему? – повторила я, и подруга шумно вздохнула.

Сказала после паузы:

– Так ты же ни денег, ни подарков от отца и прочих родственников не берёшь. Живёшь на одну стипендию и лишь изредка соглашаешься взять что-нибудь у бабушки.

– Я?! – у меня аж глаза на лоб полезли.

Очень хотелось, чтобы Базилия сказала, что это шутка, но девушка лишь кивнула.

– Вот дура, – не сдержавшись, прокомментировала собственное поведение я.

А Базя парировала со вздохом:

– Ты не дура. Ты гордая и принципиальная. И ужасно на всех своих родственников обиженная. За то, что учиться не пускали.

– Я?! – угу, повторяюсь, но… В общем, всё равно дура. Вот как есть!

Блондинка промолчала и, сообразив, что допрос закончен, вернулась к еде. Ну а я погрустнела. Подпёрла щёку кулаком и задумалась: ну что за фигня?

Я – принцесса, дочка императора, но у меня нет ни платьев, ни каких-либо привилегий. Более того, я изгой в студенческом коллективе, и ректор меня явно не любит. Где справедливость? Где заказанный позитив?

Хотя…

Если смотреть на вопрос объективно, для настоящих приключений всё-таки нужны трудности. И героине положено эти трудности преодолевать. Вот была бы я принцессой со всеми положенными фишками и регалиями, и что дальше? А так… фишек нет, зато явно прослеживается квест!

Во-первых, завоевать расположение товарищей по академии, во-вторых, доказать драгоценному родителю, что он не прав! Что я отличный маг, самостоятельная девчонка, и всё такое прочее. То есть стать настоящей принцессой. Всамделишной!

Догадка воодушевила, и я хищно заозиралась по сторонам. Нашла взглядом наших с Базей одногруппниц, которые обедали, разбившись на две стайки, и растянула губы в предвкушающей улыбке.

– Мари? – тут же окликнула заметившая эту улыбку Базилия. – Ты чего задумала?

– Я? Задумала? – моё возмущение было очень искренним. – Вообще ничего!

И ведь реально ничего. Пока. Но направление уже определила.

Подруга и соседка по комнате глянула с подозрением, но через миг выдохнула и расслабилась. Более того, ещё через минуту полностью вышла из образа хмурой буки, в которую в какой-то момент превратилась, и рядом со мой вновь оказалась улыбчивая голубоглазая блондинка.

Это порадовало! Ибо позитивно настроенный союзник – уже половина победы!

Оставалась малость – дотянуть до конца занятий и проверить, какие из прежних способностей у меня остались.

Встреча с Хуго показала – рукопашный бой, изученный в подземельях под дворцом Ирри, мне доступен. А что насчёт левитации, телепортации, умения доставать предметы из пространства и прочих полезных штук?


Проверку своих умений я устроила в ванной. Заперлась там и, для начала, попыталась взлететь.

Получилось! Правда, я немного не рассчитала силу желания и едва не врезалась головой в потолок. Зато дальше, окрылённая этой маленькой победой, действовала скромнее. И умней!

Телепортировалась я в пределах той же ванной, но… смогла. Попытка выудить из пространства флакончик «Шанели № 5» тоже увенчалась успехом. Струйка воды – а ведь какие-то элементы магии стихий в мою светлую голову тоже вкладывали! – подчиняясь воле попаданки, превратилась сперва в спираль, а потом в лёгкий дождик. Я даже заклинание расширения пространства попробовала! И оно тоже результат дало, но…

А вот тут получилась небольшая засада. То есть расширить-то я расширила, а вернуть обратно – увы.

Я честно старалась, однако противоположного заклинания в моём арсенале не обнаружилось. Как итог, ванная комната стала больше раза так в полтора.

С одной стороны, это был повод для радости, ведь лишние несколько метров – всегда неплохо. А с другой… В данный момент, мне дико не хотелось выдавать свои секреты даже Базилии, а внезапное увеличение площади было палевом, да таким, что я непроизвольно состроила жалобную рожицу и сказала:

– Ой.

А потом выключила пессимизм и, пораскинув мозгами, пришла к выводу – может рано паникую? Вдруг соседка вообще не заметит? Более того – а при чём тут я? Клянусь, ванная была такой ещё до того, как я в неё попала!

Вооружившись этим аргументом и ещё раз протестировав свою способность превращать струйку воды в спираль, я помещение покинула. Вернулась в спальню, чтобы избавиться от пурпурной мантии и устремиться к письменному столу.

Тратить время на учёбу не хотелось, но куда деваться? Для достоверности образа требовалось проявить хоть какой-то интерес. Тем более что подружка моя уже сидела и во всю изучала конспекты. Готовилась к завтрашнему дню.

Я тоже села. Вытащила из сумки листок с расписанием и непроизвольно поморщилась. Затем мазнула взглядом по стопке тетрадей, которые на краешке стола лежали, и даже хотела поискать кое-что, но ровно в этот момент раздался стук в дверь.

Стук был тихим и каким-то вкрадчивым, и Базилия сразу заявила:

– Это к тебе.

Я слегка удивилась и уточнила:

– Откуда знаешь?

– Это Хуго, – пояснила блондинка. – Он всегда так стучит.

Я не то чтоб поверила, но всё же встала и отправилась открывать. На пороге в самом деле обнаружился оборотень – весь такой большой, мощный, желтоглазый.

Взглянув на него, я слегка зависла и даже дышать на какое-то время перестала. Просто Хуго был без мантии, и теперь я могла оценить не только плечи, а всю фигуру целиком.

Это было что-то! Широкая грудь, увитые мышцами руки, узкие бёдра… Мм-м! При взгляде на это великолепие, дико захотелось попросить оборотня повернуться спиной, чтобы ещё и ту, теневую сторону оценить, но…

– Прогуляемся? – невольно перебив мой порыв, спросил обаяшка.

Я глупо улыбнулась и кивнула.

Потом выдохнула:

– Да.

Глава 4

Парк, примыкающий к замку, мы осматривали недолго. Едва рядом с дорожкой вырос большой раскидистый куст, меня за этот куст затащили и начали целовать.

Я подобному развитию ситуации сопротивлялась, но недолго. Просто передо мной стоял довольно щекотливый выбор: слушать ворчание Хуго на тему моего сегодняшнего общения с остроухим Ататриэлем или…

Ну вот это «или» я и предпочла!

Сказать, что выбор был ошибкой? И да, и нет. С одной стороны, действия оборотня обжигали и будоражили, а с другой… я чувствовала себя дискомфортно. Просто в какой-то момент перед мысленным взором возник образ одной черноглазой ехидны, и ожившие было гормоны сказали:

– Да ну нафиг.

И всё. Настроение сошло на нет, дрожь в коленках прекратилась, а ворчание на тему всяких пронырливых эльфов уже не казалось чем-то скучным. Более того, мне очень хотелось эту тему обсудить!

В итоге, желтоглазого я оттолкнула, а лишившись обжигающего тепла его губ, пришла в лёгкое бешенство. Вот какого спрашивается фига, Волков в мои мысли влез? Я же о нём не думала, и вообще не звала!

Впрочем, стоп.

Вдох, выдох, и снова вдох.

Волков – это прошлое, а я в новом, по-настоящему позитивном мире. А ещё я – принцесса! И да, безусловно, звезда!

Ещё миг, и я всё же взяла себя в руки. Выпихнула вождя племени Рейя из головы и обворожительно улыбнулась косматому мачо. А единственный наследник Вожака Стаи, глядя на меня, наоборот нахмурился и вопросительно заломил бровь.

Потом озвучил:

– Мари, что?

В голосе парня прозвучали нотки обиды.

Возмущение тоже слышалось, и это стало поводом тихонечко зашипеть.

Нормально вообще? Я же ещё и виновата!

– У меня амнезия, – сказала сурово. – Забыл?

В глубине желтых глаз промелькнуло нечто непонятное. Такое, что можно было расшифровать как встречный вопрос – и что? Однако в реальности ничего подобного не прозвучало, и от закономерного наезда я воздержалась.

– Не злись, – выдержав паузу, сказал Хуго. – Просто я так по тебе скучал…

Мы уже не целовались, но по-прежнему стояли в обнимку, и в следующую секунду его лапища легла на одну из моих ягодиц.

Прикосновение, как ни странно, понравилось, только продолжить я не разрешила.

– Хуго! – рыкнула сурово. И уже мягче: – Давай просто погуляем и поговорим?

Оборотень обречённо кивнул, и мы вернулись на дорожку. Я водрузила руку на согнутый локоть косматого, а едва куст остался позади, поинтересовалась:

– А в кого ты превращаешься?

– Я?

Нет, про мою амнезию точно не помнили! Демонстрируя тем самым настоящее хамство! Ёлки-моталки, уж не поэтому ли мне Алекс привиделся? Ведь концепция поведения оборотня почти как у соотечественника, и подсознание запросто могло проассоциировать.

Что, не убедительно? А как по мне – вполне!

– Я – ирбис, – наконец, сообщил Хуго.

Я напряглась в попытке вспомнить, как данный зверь выглядит, но увы. После нескольких минут напряженной работы мозга, не выдержала и попросила:

– Превратись, а?

Мне реально было интересно! Настолько, что я мило хлопнула ресницами и вообще лапочкой стала. Из числа тех, кому даже в покупке нового «Майбаха» не отказывают. Но…

– Шутишь? – фыркнул желтоглазый.

А ещё через мгновение, словно что-то сообразив:

– Хм… Мари, ты хочешь увидеть меня обнаженным?

Кто? Я?!

Хотя…

Я остановилась и отступила на два шага. Окинула косматого подчёркнуто-внимательным взглядом и поняла: да, хочу!

Вот только… подобная процедура накладывает некоторые обязательства, а учитывая забастовку моих гормонов и принятые ранее решения… Блин! А можно обнаженку авансом? В смысле, без всяких «расплат» с моей стороны?

Я реально хотела данное предложение озвучить, но вовремя сообразила, что я как бы принцесса, и поскромнела. В результате, схватила оборотня за локоть и потащила дальше, причём тем маршрутом, где не было кустов.

Заодно вспомнила, что у меня есть вопросы! В частности – а он реально моего папу-императора не боится? Только спросить я не успела, отвлеклась на какой-то далёкий, но очень заманчивый звон. Та-ак… А что там у нас?

Хуго тоже услышал и резко посмурнел. Он даже попытался увлечь меня в другую, в противоположную звону сторону, однако я не далась. В итоге, мы продолжили движение по прежней траектории и, спустя несколько минут, оказались на поляне, где происходил тренировочный поединок.

И всё. Меня опять накрыло!

Солнце уже клонилось к закату, небо было фиолетово-серым. Зелень листвы выглядела несколько мрачновато, да и трава, в отсутствие солнца, блеск утратила. Но фон – это ерунда! Происходящее на окруженной деревьями поляне, вот что важно! А там…

Два эльфа, светленький и тёмненький – в смысле, светлый и дроу, – увлечённо тыкали друг в друга острыми, блестящими железяками.

Свидетелей у тренировки было много и, в основном, девчонки. Они вздыхали, прикладывали ладошки к щекам и всё в таком духе.

Я, глядя на этих полуобнаженных дерущихся парней, желание повздыхать тоже испытала, но…

– Р-р-р! – ревниво сообщил стоящий рядом Хуго.

– Угу, – послушно откликнулась я.

Ещё миг, и меня новой волной накрыло. Просто я пригляделась и с некоторым удивлением узнала в светленьком того самого Ататриэля. В памяти моментально вспылили слова Базилии о том, что он один из лучших фехтовальщиков и стрелков Империи, и…

– Так, – рыкнул Хуго злобно. – Всё. Уходим.

Ровно в этот момент, дроу сделал опасный выпад, и все зрительницы женского пола дружно ахнули. Ещё секунда, и увернувшийся от лезвия Ататриэль, ответил на «любезность» противника собственной атакой.

Блондин был таким… таким… Ну просто ух! У меня не только рот приоткрылся, а даже слюна закапала.

И вот этого Хуго стерпеть действительно не мог. Не дожидаясь, когда очнусь, подхватил на руки, закинул на плечо и раздраженно понёс прочь, обратно в академию.

А я… Я даже поспорить не могла! Единственное, на что хватило сил – поднять голову и продолжить любоваться поединком из того положения, в котором оказалась.

Причём дроу я уже не замечала. Только Ататриэль, только хардкор!


В вертикальное положение меня вернули лишь в самом конце пути, когда мы очутились в коридоре, возле двери в комнату. Затем по-варварски к этой самой двери прижали и заявили:

– Р-р-р!

И тут же ещё раз, но выразительней:

– Р-р-р-р!

Только я моментом не прониклась и уж чего, а чувства вины не испытала. Перед мысленным взором до сих пор стоял образ полураздетого эльфа с длинными пепельными волосами, и…

– Мар-ри! – не выдержав, перешел на человеческий язык Хуго.

Вот теперь я немного очнулась и подарила оборотню робкую улыбку. Ещё заметила прожигающий ревностью взгляд желтых глаз, но…

– Мари! – повторил Хуго на порядок требовательней.

Он точно ждал пояснений, но я промолчала. Мол – да, дорогой. Вот такая я сегодня ветреная. Се ля ви.

Единственный наследник Вожака Стаи реакцию не оценил – яростно почесал затылок и засопел обиженно. А через полминуты вообще отстранился, выпуская из захвата. Затем ухватил меня за локоток, дабы отодрать от двери и эту самую дверь распахнул. Впихнул меня в нашу с Базилией комнату и, даже не потрудившись попрощаться, гордо зашагал прочь.

Неужели надеялся, что я за ним побегу? Нет, серьёзно?

Соседка, которая всё так же сидела за письменным столом и готовилась к занятиям, увидав наше прощание изумилась. Выпучила свои голубые глазки, а после того, как я прикрыла входную дверь, выдохнула:

– Мари, что произошло?

– Ничего, – я беспечно махнула рукой. – Просто в парке был Ататриэль…

– А… – протянула Базилия. Дальше была брезгливая гримаса, которая подтверждала – эльфа моя подруга не любит.

Только интересоваться причинами я не стала, вместо этого сбросила туфли и направилась к кровати в намерении прилечь. Но, сделав всего несколько шагов, удостоилась визгливого:

– Куда?!

Я закономерно растерялась, а блондинка…

– В ванную! – указав на дверь санузла, приказала она. – Сейчас!

Всё. Моя растерянность сменилась шоком, ноги будто приклеились к полу. Однако Базилию такая реакция не устроила – сообразив, что подчиняться не собираюсь, девушка подскочила со стула и ринулась ко мне.

Подлетев, Базилия схватила за руку и потащила в том самом направлении. Причём с такой решимостью, что я окончательно прифигела.

Ещё миг, и блондинка распахнула дверь ванной. Щёлкнула пальцами, зажигая свет, и тут…

Упс, но про меня временно забыли. Настала очередь Бази замереть в позе выпрыгнувшего из норы суслика.

– Ы-ы-ы… – тихонько прокомментировала ситуацию я и инстинктивно втянула голову в плечи. – А что тут произошло?

Точно знаю – мой голос прозвучал невинно, но блондинка почему-то не поверила. Повернулась и уставилась настолько внимательным взглядом, что захотелось присесть, а лучше вообще сбежать.

Но попаданки так просто не сдаются, и вместо побега я пошла в наступление!

– А что ты так смотришь? – мой голос прозвучал ещё невиннее, чем прежде. – У меня вообще алиби. Я с Хуго была!

Базя снова вытаращилась, но через миг хлопнула ресницами и отступила. Выдохнула, явно призывая себя к спокойствию, и поспешила к шкафчику, где все наши бьюти-принадлежности хранились.

Минута, и мне в руки впихнули большую такую бутыль с непонятным содержимым.

Потом добавили деловито:

– И одежду продезенфицировать не забудь.

Вот после этого Базилия удалилась, ну а я – наоборот. Осталась! Причём на сей раз уровень моего шока все возможные границы перешел. В итоге, какое-то время я тупо таращилась в пространство, а когда обратила внимание на этикетку…

– Что? – выдохнула ошарашенно. – Какие ещё…

Из ванной я вылетела пулей и замерла на пороге. Для начала изобразила выброшенную на берег селёдку, а когда дар речи вернулся, показала блондинке бутыль и взвизгнула:

– Это что?!

Подруга степень когнитивного диссонанса точно не понимала, и её ответ прозвучал весьма буднично:

– Мари, он же оборотень. А у них у всех…

– Да не может такого быть! – не выдержав, перебила я. – Где угодно, только не здесь! Не в моём…

Увы, но договорить я не смогла – вновь захлебнулась эмоциями. Базилия же глядела с сочувствием и устало качала белокурой головой.

– Мари, они наполовину звери, – вновь заговорила подруга. – А в случае зверей, насекомые – это естественно. Нет ничего удивительного в том, что у Хуго блохи, и тебе, чтобы не заразиться, нужно принимать кое-какие меры. Как и каждой девушке, которая решилась на подобное общение.

– Всё равно не верю!

– А ты не заметила, что Хуго часто голову чешет? – прозвучал новый довод. – И почему, по-твоему, оборотни всегда отдельно сидят?

Увы, но остатки самообладания рассыпались в пыль! Я взвыла не хуже самого матёрого монстра. Невозможно. Вот просто невозможно, и…

Так. Стоп.

Вдох, выдох, и ещё один, блин, вдох!

Спину выпрямить, плечи расправить, а истерику прекратить! Если желания сбылись, и я попала в хорошее, по-настоящему романтичное фэнтези, то тут одно из двух: либо соседка ошибается, либо врёт и не краснеет.

Впрочем, существует и третий, промежуточный вариант – меня разыграли, а я, как наивная школьница, повелась.

Последняя мысль придала оптимизма, и я реально остыла. Отставила предложенный мне шампунь от блох на пол и спросила:

– А комната Хуго где?

– Мм-м… – ответила Базилия. – Следующий жилой коридор, предпоследняя дверь справа.

– Ага! – выпалила я, и…

Ну, собственно, да. Пересекла нашу с Базей спальню, чтобы впихнуть ноги в туфли и решительно выйти в коридор. Дальше была недолгая прогулка, обнаружение той самой двери, и аккуратный стук.

Я отлично понимала, что в случае розыгрыша, ржать надо мной будут долго и со вкусом, но это было мелочью. Единственное, чего в данный момент хотелось – отмести возникшие подозрения!

– Мари? – удивился отворивший дверь Хуго.

Я растянула губы в нарочито-бодрой улыбке и, не дожидаясь приглашения, вошла.


Хуго, как выяснилось, жил один, без всяких соседей. Да и интерьер его комнаты разительно отличался от нашего. Никаких мелких трещин на потолке и видавшей виды мебели тут не имелось. Всё было просто, но точно дорого. И да, довольно стильно.

Разумеется, обстановка была последним, что интересовало, но кое-что я всё равно подметила. Массивный письменный стол, книжный шкаф, спортивную зону с гантелями и подобием шведской стенки… А ещё кровать! Добротную и двуспальную!

При взгляде на эту кровать, меня слегка передёрнуло, однако отвлекаться от главного я не желала. Нервно прошествовав до середины комнаты, развернулась и, сложив руки на груди, уставилась на парня.

Пронаблюдала, как тот закрывает дверь и тоже разворачивается, чтобы подарить не лишённый надежды взгляд. Угу! У меня тоже некоторые надежды есть!

За те несколько минут, что прошли с момента нашего расставания, раздеться Хуго не успел, но рубашку расстегнул, благодаря чему моему взору предстала широкая, покрытая богатой порослью грудь.

Но, фиг с ней, с грудью! Закрыв дверь, оборотень поднял руку и рьяно, с явным удовольствием, почесал затылок. Ну а я не выдержала, выпалила:

– Это правда? Про блох?

Парень застыл и глянул укоризненно. Потом ответил:

– Мари, ну нельзя же так.

– Как? – опять-таки взвизгнула я.

– В лоб, – пояснил Хуго. Потом посмурнел и добавил: – Для нас, оборотней, тема весьма интимная и не слишком приятная…

– Так есть или нет? – вновь сорвалась я.

Короткая пауза, и желтоглазый кивнул, и скривился при этом настолько выразительно, что стало совершенно очевидно – никаким розыгрышем тут и не пахнет.

Какой-то частью мозга я понимала, что подобный исход возможен, но до сего момента не верила. Признание Хуго было подобно удару молотом по голове.

Не в силах справиться с новым знанием, я опустилась прямо на пол и, подтянув коленки к подбородку, обняла ноги руками…

– Мари? – позвал Хуго, но я не ответила.

Ёп…перный театр. Вот что за фигня?

Настроение плавно скатилось вниз и застыло на самой минусовой отметке. Уголки моих губ жалобно опустились, плечи поникли, весь оптимизм издох.

– А… а блохи только на голове? – спросила я бесцветно. – Или?..

Сил не осталось, но я всё-таки указала на мохнатую грудь и ниже.

Оборотень ответил после паузы. И эти его слова…

– Они везде, – сказал он.

Всё. Убейте меня кто-нибудь.

Убейте, ибо я – принцесса-лохушка, которая, кроме прочего, встречается с блохастым парнем. Уж где, а в по-настоящему позитивном фэнтези такого не бывает, следовательно…

Обманули. Опять!

– Мари? – осторожно позвал Хуго.

– Иии! – горестно взвыла я.

Слёзы? Нет, никакой сырости, хотя плакать действительно хотелось. Просто вся эта ситуация была совершенно убийственной. Почему спрашивается? За что?

– А… – начала я и запнулась. Но тут же собралась с силами и сформулировала: – А вывести их нельзя?

Хуго отрицательно качнул головой.

– За тысячелетия, в течение которых народ оборотней борется с этой проблемой, у блох выработался иммунитет от любых средств. Их даже самая сильная магия не берёт, хуже того… Если начинаем что-то применять, блохи совсем звереют, и тогда хоть на стену лезь. Кусают сильнее в несколько раз. Прогрызают, едва ли не до костей.

Парень искренне погрустнел, а я невольно поёжилась. То есть Мари Брехунье встречалась с ним невзирая на риск заразиться вот такими, модифицированными блохами? Это до чего же дочку императора довели!

– А если побриться? – выдвинула новое предложение я. – Ведь в случае полного отсутствия волос, блохам станет негде жить и они уйдут.

Хуго глянул как на врага, потом спросил:

– Знаешь, как я буду выглядеть во второй ипостаси? Лысый ирбис! Да все со смеху помрут!

Кто есть ирбис я по-прежнему не помнила, но вообразить это не помешало. Ну да, не эстетично. Зато без всяких блох!

– К тому же, – вновь подал голос Хуго, – даже если побреюсь, то позже, когда шерсть отрастёт, они вернутся.

– Почему? – удивилась я.

– Потому, что общаюсь с другими оборотнями, – с толикой возмущения заявил “мой” парень. – А они бриться точно не будут. Особенно женщины. Да самки целый бунт поднимут, если только заикнусь!

Я подумала и кивнула. Всё понятно, ситуация тупиковая. И раз так, то делать тут мне больше нечего. Более того – надо валить!

С этой мыслью я поднялась на ноги и потопала к двери, которую Хуго собственным телом загораживал. А приблизившись, мотнула головой и попросила:

– Отойди.

Учитывая характер и повадки парня, я ждала сопротивления, но тема блох, видимо, действительно очень болезненной была, и ирбис отступил. Я же выбралась из комнаты и направилась уже знакомым маршрутом – из этого жилого коридора в соседний, до нашей с Базей двери.

А там – всё, как подруга и хотела! В смысле, мыться со всеми положенными шампунями и распылять над кучкой одежды дизенфицирующий спрей. И тихо грустить, ибо сказка моя реально фигнёй оказалась. Очередное бракованное фэнтези! Ректор – ядовитый старик, потенциальный парень – блохастая кошка, а… а…

Так, погодите. Ведь на горизонте проплывал ещё один тип. Ататриэль!

Увы, но мысль о запасном варианте в лице эльфа никакой радости не вызвала. Более того, я нахмурилась и в сознании вспыхнул вопрос: а с этим-то что?

Помнится, Базя заикнулась, мол ушастый мне изменял, но сам Ататриэль с версией не согласился. Впрочем, я бы на его месте тоже в несознанку ушла, особенно учитывая, что у бывшей пассии амнезия.

А вообще, если вспомнить уровень двух предыдущих обломов, обычной измены как-то мало. Тем более, что данный инцидент если и случился, то в прошлом и как бы не со мной.

Причина должна быть иной, менее очевидной. Может у Ататриэля уникальные глисты, которые воздушно-капельным путём передаются? Или кариес, который при поцелуе тут же перепрыгивает к партнёрше в рот? Или родственники-маньяки, помешанные на убийствах симпатичных Ататриэлю девиц? А может… красавчик с фиалковыми глазами и сам маньяк? Этакий мегамонстр, супер-извращённый мозг эпохи?

В общем, да, вариантов было много! Только они не пугали, а совсем наоборот. К моменту, когда закончила мыться, я пришла в лёгкое бешенство. И поняла – хочу знать! Сейчас!

С этой мыслью я подсушила волосы полотенцем и пошлёпала в спальню, к платяному шкафу. Шла, разумеется, голышом, ничуть не смущаясь присутствия в комнате соседки. А почти добравшись до цели, услышала удивлённое:

– Ой, Мари, это Хуго так тебя «приласкал»?

Пришлось остановиться, дабы взглянуть на себя в зеркало и узнать, что синяк, поставленный Алексом, никуда не делся. Более того – почернел, превратившись в нечто поистине жуткое.

Это был повод помянуть соотечественника очень недобрым словом, но я сдержалась. Вместо этого ответила на заданный вопрос:

– Нет, не Хуго.

– А кто? – уцепилась за слова Базя.

– Никто. Просто ударилась, – состроив кислую мину, солгала я. И решительно шагнула к шкафу в намерении извлечь свежий комплект белья, чистое платье и чулки.

Спустя минут пятнадцать, я уже стояла перед нужной дверью, и очень надеялась, что Базилия, в отличие от меня, лукавить не стала. Что отправила меня именно к Ататриэлю, а не какому-нибудь другому, более приятному лично ей эльфу.

Полминуты ожидания, три попытки достучаться, и я пришла к выводу, что Ататриэль из парка ещё не вернулся. Даже собралась расстроиться, но именно в этот момент дверь открылась, а на пороге возник он.

– Мари? – длинноухий заметно удивился. – Ты?

– Угу, – откликнулась, шмыгнув носом, и вошла раньше, чем меня пригласили.

Эльф, конечно, впустил. Он, как выяснилось, тоже мылся, правда, встретил гостью не в полотенце, а в наскоро натянутых штанах. И, кстати, выглядел не менее шикарно, чем во время тренировочного боя. Весь такой полуобнаженный, рельефный, с распущенными и опять-таки влажными волосами…

Невзирая на состояние лёгкого бешенства, я залюбовалась. А парень подарил лукавую улыбку и, подхватив со стула рубаху, принялся эту рубаху надевать.

Дразнился! Эта информация была написана на его идеально-ровном лбу! Только я в капкан не попалась. Даже прекратила таращиться на Ататриэля и обратила внимание на обитель этого безусловно симпатичного холостяка.

Впрочем, а холостяка ли?

Глава 5

Сокурсник, как и Хуго, точно относился к какой-то элите. В смысле, жил один, и интерьер его комнаты имел мало общего с «казённым стилем», в котором обитали мы.

Чудеснейший белоснежный потолок, светильники эксклюзивной формы, самый настоящий камин с полочкой, и… да-да, кровать! Огромная, точно двуспальная.

Увидав эту кровать, я тряхнула головой и нахмурилась сильней. Потом, повинуясь жесту Ататриэля, проследовала к окну возле которого стояли два кресла и столик.

А опустившись в кресло, сложила руки на груди и спросила прямо:

– В чём подвох?

– Какой такой подвох? – удивился эльф. – Ты про что?

Ушастый тоже в кресло уселся и извлёк невесть откуда бутылку вина. Следом появились два бокала и штопор. Тихое «бдзынь» – это бокалы на столик встали, громкое «чпок» – это Ататриэль бутылку откупорил, и бодрое «буль-буль-буль»…

В общем, кто-то пытался быть гостеприимным. Или наоборот? Желал расслабить девушку, чтобы подло воспользоваться этим её состоянием?

Не удивительно, что я напряглась! Тут же прищурилась и окинула эльфа крайне внимательным взглядом. Но бокал из изящных рук с длинными пальцами всё-таки приняла. Пригубила рубинового цвета жидкость, чтобы повторить:

– Так в чём подвох?

Прозвучало весьма агрессивно, но любезничать я реально не собиралась. Ататриэль слегка выпучил свои фиалковые глазки и переспросил недоумённо:

– Мари?

– Ой, только не надо спрашивать, как я до мысли такой дошла. Просто скажи, что с тобою не так. Ты женат? Болен каким-нибудь неизлечимым эльфийским лишаём? Или, в зависимости от сезона, предпочитаешь то девочек, то мальчиков?

– Мари!

В голосе собеседника послышалось возмущение, и я замолчала. Сделала ещё один глоток и, отставив бокал на стол, внимательно уставилась на ушастого козла.

Ну а кто он, если не козёл? Как ещё назвать парня, который сейчас сильно меня обломает? Который точно поразит коварством! Разобьёт моё и без того израненное сердечко!

– Мари, я не понимаю, – выдохнул эльф. – Что за допрос? Что за обвинения?

Я невольно закатила глаза. Ага! Нашел, блин, дуру. Вот так я и поверила, что никаких подвохов нет.

Но, раз он так отпирается, можем зайти с другой стороны…

– Почему ты мне изменял?

– Кто изменял? Я?!

Вот тут эльфийское возмущение достигло пика. Передо мной возникла этакая оскорблённая невинность, и это точно была не игра. Пришлось подобреть и спросить осторожно:

– Но если ты не изменял, то почему Базилия так сказала?

– Видимо потому, что твоя подружка сильно меня не любит, – складывая руки груди, заявил парень.

– А почему она тебя не любит?

– Когда мы с тобой встречались, эта твоя Базилия постоянно таскалась с нами, – чуть успокоившись, пояснил эльф. – Вот с тех пор всё и пошло.

Увы, но ситуация была знакома. Если у одной из подруг с личной жизнью всё в порядке, а у второй – никак, то такие конфликты очень даже возможны.

Да и слова про измену… если вдуматься, это явно было мимолётное стремление задеть. Ведь сейчас, когда я заявила, что желаю встретиться с ушастиком, Базя ни слова про порочность бывшего возлюбленного не сказала.

Однако, общей ситуации это не отменяло. В смысле, верность я, так и быть, засчитываю, а всё остальное – нет, и ещё раз нет. Тут точно какой-то подвох, и я его обнаружу. Умру, но непременно докопаюсь до сути!

– Лишай? – озвучила одну из прежних версий я. – Три десятка детей от прошлых браков? Повышенный уровень жадности? Пристрастие к опасным видам секса?

– Мари… – теперь в его голосе прозвучало не возмущение, а укор.

Пауза, новый глоток вина, и красавчик с фиалковыми глазами догадался:

– Ты вспомнила о том, что у Хуго блохи?

– А при чём тут… – начала было я.

Блондин договорить не позволил – заржал, причём очень весело. Настолько, что я слегка смутилась и даже глаза отвела, а он…

– Ну наконец-то! А я всё ждал, когда же до тебя дойдёт, что встречаться с блохастым – не нормально!

– А зачем ты ждал? – парировала я. – Не мог просто взять и поговорить? Вразумить меня на этот счёт?

Эльф глянул с толикой снисхождения, ответил:

– Очень сложно разговаривать с тем, кто не желает тебя слышать. Кто возомнил, будто понимает в этой жизни больше, нежели ты.

Ататриэль, безусловно, отмазывался, и я не впечатлилась. Подхватила бокал, сделала ещё один глоток и отставила вино подальше. Просто пьянеть не хотелось – это во-первых, а во-вторых, алкоголь на меня как снотворное действует. А заснуть тут, в обители эльфа, я была не готова.

– И всё-таки, – со вздохом сказала я. – В чём подвох?

На сей раз мне подарили не только взгляд, но и лёгкую, совершенно обворожительную улыбку. Тоже отставили бокал на столик и плавно стекли с кресла.

Парень с фиалковыми глазами, который несколько минут назад скакал по парку, поражая мускулатурой и грацией, оказался у моих ног. Он красиво встал на одно колено и, подхватив мою руку, поднёс эту руку к губам.

По коже сразу побежали мурашки, сердце застучало быстрей, и коленки, как это часто бывает, ослабли. Тем не менее, я нашла в себе силы, чтобы напомнить:

– Ататриэль, и всё-таки, в чём…

– Ты можешь называть меня просто Ат, – перебил парень.

В голосе прозвучали такие нотки, что я едва не застонала. А вот дальше… что-то совсем уж невероятное произошло.

Губы эльфа устремились вверх, к запястью, а я начала таять. Разум затуманился, сердце окончательно сбилось с ритма, а в животе запорхали яркие тропические бабочки.

Ат данный момент словно почувствовал и, перевернув мою руку, пробежался губами ещё выше, до сгиба локтя. Ласка была вполне обыкновенной, но я по-настоящему вспыхнула и одновременно сомлела.

– Уау! – не сумев совладать с эмоциями, заявила я.

Когда бывший возлюбленный поднялся и уселся на подлокотник моего кресла, я не противилась. И губы для поцелуя подставила, причём очень охотно. Ну а ощутив его влажное прикосновение, поплыла окончательно. Мамочки, он же в самом деле пикапер! Нормальные парни вот так целоваться не могут!

Бывший реально творил чудо. Его язык выделывал такое, что внизу живота случился настоящий взрыв. Крылья всех порхавших бабочек резко вспыхнули и осыпались пеплом, а там, внутри тела, начался танец огненного дракона. Крошечного, но крайне жадного.

Этот дракон не просил, а буквально требовал продолжения! Ему хотелось всего, сразу и побольше!

Только я потакать желаниям чудовища не спешила. Более того, отвечая на прикосновения Ататриэля, пыталась анализировать. Хотела сопоставить и понять – как к этому всему относиться, и надо ли оно мне вообще?

Угу. В самом деле пыталась! Правда получалось плохо, ибо эльф отвлекал. Для начала были губы и язык, а потом к делу подключились те самые длинные пальцы… Объектом их интереса стала грудь дочки местного императора. Ну то есть моя.

Лиф платья был выполнен из довольно плотной ткани, но ушастому это не мешало. Ат действовал как ну о-очень опытный диверсант, и ласкал до того искусно, что я едва могла сдержать стоны. А в голове крутились только две мысли…

Мысль первая: и всё-таки, а мне точно это надо?

Мысль вторая: а может никакого подвоха и нет?

А что? Ведь подобный вариант тоже возможен! И вообще, кто сказал, что предыдущие обломы – это какая-то закономерность, а новый мир плох? Вдруг это были лишь совпадения, призванные уберечь меня от всяких левых ухажеров и заставить обратить внимание на Ата?

Сразу вспомнилось как Ат обращался с оружием и мурашки побежали в три раза быстрее. Ну а я не выдержала – поднялась из кресла, чтобы сделать шаг навстречу и вплотную прижаться к этому умопомрачительному парню.

После его поцелуев и прикосновений хотелось всего, но я ещё сомневалась. А дислокацию сменила исключительно потому, что от сидения вполоборота, да ещё с задранной головой, шея и спина затекли.

Ататриэль с желаниями леди не спорил. Едва я приблизилась, властно обвил мою талию рукой и вновь притянул к себе. Вот теперь я, словно в омут, окунулась в аромат его парфюма и совсем сомлела.

Огненный дракон прямо-таки проревел:

– Дай его сюда!

Я… нет, не дала. То есть хотела, но не смогла – длинноухий вцепился в меня словно клещ и вновь принялся целовать, лишая даже малейшей возможности предложить что-нибудь неприличное.

Он проделывал всё то же, что минуту назад, но в этот раз в его действиях было какое-то особое изящество. Я уже не просто таяла, а чётко понимала – капец мне, причём полный и навсегда!

Ещё пара таких поцелуев, и точно влюблюсь. Буду готова бежать за ним хоть на край фэнтезийного света. И замуж за него однозначно пойду. И толпу маленьких полуэльфиков ему нарожаю!

И хотя понятно, что вслух в подобном не признаются, я своими планами всё-таки поделилась. Вернее, хотела поделиться, но отвлеклась на внезапное ощущение какой-то странной фигни.

Эльф по-прежнему целовал, а я стояла в его объятиях и не понимала. Не сразу, но всё же сообразила, что именно не так. Дело в том, что я не чувствовала ничего, кроме губ, рук и прочих очевидных частей тела. То есть «в бедро» ни один твёрдый предмет не упирался. Никак. Вообще!

Это стало поводом сперва удивиться, а потом напрячься и разумно заёрзать в поисках… ну того самого.

Увы, но обнаруживаться предмет не желал, и напряжение сменилось растерянностью. В голове молнией мелькнула мысль: а может у эльфов какое-то особое бельё? Трусы с кармашком, который всё-всё скрывает?

Природная скромность впала в ужас, а любопытство крикнуло:

– Машка, дерзай!

И вот теперь я реально дала. В смысле, протянула руку и цепко ухватилась за эльфийские прелести.

Один из лучших фехтовальщиков и стрелков Империи подобного поворота не ожидал и, прервав поцелуй, ойкнул. Я же замерла в попытке оценить улов.

Пара похожих на вечность секунд, экспресс-пальпация добычи, и я не выдержала. Раньше, чем успела подумать, с губ сорвалось изумлённое:

– А где?

Длинноухий дёрнулся, но решение было не самым удачным – ведь я же по-прежнему его интимную часть сжимала…

– Мари! – возмущённо воскликнул эльф.

Я от неожиданности отпустила и подняла ошарашенный взгляд на бывшего. Увидела, как фарфоровые щёки заливает густой румянец, сама тоже покраснела, ибо, как ни крути, а девочка я скромная! Но…

– И всё-таки, – выдохнула я, – он…

– Он там! – сурово заявили мне.

Ат сложил руки на груди, буквально провоцируя повторить недавний манёвр, но я сдержалась. Нахмурилась, потом состроила самую жалостливую рожицу и спросила дипломатично:

– А сколько он у тебя?

Блондин поджал губы и промолчал, но я отступать не желала…

– Ататриэль, – сказала тихо, но требовательно.

И вот теперь мне всё-таки сообщили:

– Один дюйм!

– Э-э… – ответила я. – Э-э…

Сказала и поняла: мне дико не хватает Интернета. Просто все эти дюймы – тёмный лес. Хотя…

– А в метрическую систему переведи? – попросила я осторожно, чтобы вскоре услышать прямо-таки убийственное…

– Два и пятьдесят четыре сотых сантиметра.

– Сколько-сколько?

– Два и пятьдесят четыре, – сурово повторил эльф.

Всё. Мир рухнул, планета сошла с орбиты, а я с ума. Скажите, что Ат пошутил! Ну пожалуйста!

Увы, но вместо этого мне сказали о другом:

– Мари, в действительности, размер не главное.

– Ага.

Я инстинктивно отступила на полшага. Всё понимаю, никаких предубеждений не имею, и даже смеяться не буду, но… не за двумя с половиной сантиметрами я в этот мир шла!

– Мари, – вновь позвал эльф, и я отступила снова.

Обижать парня не хотелось, поэтому состроила самое невинное лицо и, мило хлопнув ресницами, выдохнула:

– Прости.

Ататриэль сощурил свои фиалковые очи и точно вознамерился прочесть целую лекцию на тему соотношения размерности и искусства, но ему не дали. Послышалась серия мощных ударов в дверь и приглушенное, но выразительное:

– Р-р-р!

О том, что Ат успел запереться я не знала. Правда, испуга данный момент не вызвал – просто, как ни крути, а один дюйм не пугал.

Зато, тот, кто стоял снаружи, моего мнения не разделял. Более того, он реально бесился, и это буйство грозило вылиться в очень громкий скандал.

Думаю, именно поэтому эльф отправился открывать. Только прежде заявил, обращаясь ко мне:

– Наш разговор не окончен!

Я благоразумно кивнула, а через пару секунд, когда дверь комнаты распахнулась, являя нашим взорам взбешенного Хуго, окончательно погрустнела. Увы, но меня реально обманули. Новый мир – ещё большая фигня, нежели мир Степи.

Там хотя бы зажигательный Ирри был, и Хрим с Лааримом. А тут? Один блохастый, второй сильно обиженный природой, а третий вообще старик.

Вот где, спрашивается, справедливость?

И второй вопрос – за что мне это всё?

– Мар-ри! – прямо-таки взревел Хуго, но я внимания не обратила. Меня апатия накрыла, и вообще… Домой захотелось. В собственную мягкую кроватку, к чашке чая и книгам. В мою серую, унылую, лишённую всякой магии Москву.


Следующие три дня я хандрила, причём жестко. Настолько, что плюнула на всю романтику и погрузилась в изучение магических искусств.

Базя, видя моё старание, сильно прифигела и предложила сходить к лекарю, но я была непреклонна. Просто сидела и зубрила, зубрила и сидела, и ни одного шага в сторону противоположного пола или вероятных приключений не предприняла.

При этом я отлично помнила выведенную в прошлый раз формулу о том, что мир во многом зависит от моих на него взглядов, но увы. Пессимизм, поселившийся в сердце, оказался сильней. Хотелось обнять саму себя и плакать.

Вот и утро нового дня я встретила в том же прескверном настроении. Более того…


Проснулась я от того, что в шкафу завелась мышь! Светловолосая такая, голубоглазая, в ночной сорочке и тапках. Она шебуршала и шебуршала, и прекращать своё занятие точно не собиралась. Ну как в таких обстоятельствах уснёшь?

Нет, вначале я всё-таки попробовала. Потянулась, перевернулась на другой бок и вновь закрыла глаза. Но минут через пять стало понятно – без толку. Пришлось откинуть одеяло, сесть на постели и поинтересоваться:

– Базилия, что произошло?

Девушка от вопроса отмахнулась и продолжила рыться. Причём с такой увлечённостью, словно платьев у неё миллион, а обуви ещё больше.

Я же, глянув на будильник и обнаружив, что до подъёма ещё целый час, опять позвала:

– Базя?

Вот теперь внимание на меня всё же обратили. Повернулись, упёрли кулаки в бока и, вместо логичных пояснений, выдали:

– Сколько можно спать?

Я, конечно, опешила и недоумённо приподняла брови. И услышала:

– У нас занятия в восточном крыле.

– Э-э… И что?

Подруга посмотрела, как на дурочку, даже глаза закатила. Ещё через секунду меня удостоили прямо-таки шедеврального:

– Я понимаю, что у тебя потеря памяти, Мари! Но не до такой же степени!

Самое смешное – Базя возмущалась всерьёз. Это было настолько странно, что я искренне растерялась. А блондинка, видя моё недоумение, шумно вздохнула и сжалилась:

– Крыло, где живут и учатся старшекурсники. У нас там занятия.

– А-а… – понятливо протянула я.

Но восторгом не прониклась, скорее наоборот. Просто тему местных парней мы уже проходили, и надежды, что со старшекурсниками всё как-то иначе, не возникло.

А подруга продолжила:

– Если не хочешь выглядеть чучелом, то встань и поторопись. И да, если претендуешь на ванную, иди сейчас. Потом пойду я и надолго.

Вот такого я вообще не ожидала и изумлённо приоткрыла рот. Однако спорить всё-таки не стала и действительно отправилась умываться. А по пути подумала – может мне и правда заморочиться? Соорудить причёску, покопаться в гардеробе, все дела?

Я могла! Вот честное слово! Но здравый смысл оказался сильней. В итоге, ванную я освободила довольно быстро, на радость утратившей адекватность соседке.

Уже вернувшись в комнату, неохотно заплела волосы в косу и подкрасила ресницы. Платье надела самое обыкновенное, и мантию, разумеется, натянула.

Потом, когда Базилия ускакала в ванную, застелила кровать и улеглась поверх покрывала. Старшекурсники говорите? Да ну их в пень!

Я заснула мгновенно, раньше, чем закрыла глаза. А разбудило меня визгливое:

– Маша! Ты опять?!

Вслед за этим ещё одно:

– О, нет… Ты что? Ты вот так в восточное крыло пойдёшь? Маша, это недопустимо! А если нам встретятся парни из Чёрной стрелы?

Пришлось окончательно проснуться и обратить внимание на Базю.

Подруга преобразилась. Не сказать, что сильно похорошела, но было заметно – девочка старалась. Локоны накрутила, лицо наштукатурила, духами с ног до головы облилась…

На фоне этих стараний моя коса выглядела верхом небрежности, но желания исправиться не возникло. Зато появился вопрос:

– Что за «стрела»?

– О-о-о!

Оказалось, что забыть про восточное крыло – это всё-таки не преступление. А вот не помнить про Чёрную стрелу – капец, причём полный.

– Они же не просто крутые, – взвизгнула Базя. – Они самые-самые!

– А поподробнее можно? – подперев щёку, скептически вопросила я.

Вот только времени на разговоры уже не имелось, и подруга в информации отказала. Едва ли не силой заставила меня подняться с кровати и подхватить собранную с вечера сумку.

После этого мы очутились в знакомом коридоре, и тут ситуация приобрела поистине пугающие черты. Оказалось, что вырядились все девчонки нашего факультета. Даже эльфийки и те расстарались!

Не хотелось, но я почувствовала себя мышью. Даже расстроилась поначалу, а потом прикинула и поняла – зря. Да, они все красавицы, а я как бы не очень, но что такого? Зато видно, что я гордая! Что мне эти старшекурсники и даром не нужны!

В итоге, мой путь до столовой напоминал шествие снежной королевы. Я была вся такая гордая, прямая и абсолютно неприступная.

И лишь когда мы с Базей наполнили подносы и оказались за столиком, любопытство взяло верх…

– Так что там со «стрелой»? – повторила прежний вопрос я.

Блондинка расцвела улыбкой и мечтательно закатила глаза. Сказала, отломив кусочек булки:

– Они такие, такие…

– Да какие? – Угу, моё терпение плавно сходило на нет.

– Лучшие, – томно вздохнув, сообщила Базя.

Так, это я тоже уже слышала, и лично меня такая информация не удовлетворяет.

В общем, пришлось устроить небольшой допрос, в результате которого конкретика всё-таки появилась…

Оказалось, что обучение в Объединённой Академии Магии длится четыре года, а пятый и шестой курсы – нечто сродни нашей магистратуре. Туда принимали лишь избранных, самых одарённых и тех, кто, в перспективе, может принести огромную пользу империи.

Именно пятый и шестой курсы тут называли «старшими». Именно они обитали в восточном крыле и пользовались очень значительными привилегиями. Кроме отдельного местопроживания, у старшекурсников имелась собственная столовая, тренировочные залы, и всё-всё.

Плюс, условия размещения были гораздо лучше, нежели у нас – старшекурсники обитали не в комнатах, а в этаких мини-квартирах. Разумеется, отдельно. В смысле, без всяких соседей.

Ещё один плюс – им выплачивали стипендии сопоставимые с жалованием среднего практикующего мага. Чтобы не удрали, не променяли учёбу на какие-то деньги.

Теперь, после ликбеза, причины ажиотажа стали понятнее, но я всё равно не впечатлилась. Более того, прониклась к будущим магистрам некоторым иррациональным отвращением.

В том же, что касается злосчастной Чёрной стрелы, Базя для начала повредничала. Лишь после того, как я пообещала отнять у неё десерт, выдала:

– Их семеро. В команде маги разных специализаций, но костяк составляют боевики. Их лидер… он такой милашка. В прошлом году эти парни поймали банду, которая намеревалась уничтожить главный храм, а силу, которая высвободится после сокрушения алтаря, направить против Ордена и лично императора. Они нас всех спасли. Представляешь?

Я… ну вообще-то да, представляла. Более того, не могла не признать – это действительно неплохо.

– Они вхожи во дворец, – продолжила подруга. – Уже зачислены в штат Управления по обеспечению безопасности Империи. С ними советуется сам генерал Гизли, которому подчинена вся столичная стража, и…

Базилия говорила. Сыпала именами, названиями, фактами. А я слушала и кривилась всё сильней. Ну да, парни явно особенные, но дальше-то что? Нет, вы как хотите, а меня не цепляет. Вот не цепляет, и всё!

В итоге, столовую я покинула в состоянии полного пофигизма. Мне было совершенно плевать, что там со старшекурсниками и в какое-такое крыло мы идём. Зато девчонки дёргались всей одетой в пурпурные мантии толпой, и это выглядело настолько забавно, что в какой-то момент пришлось зажать рот, чтобы не хихикать.

Какая всё-таки умора! Интересно, когда я пыжусь быть красивой, то настолько же по-дурацки выгляжу?

Глава 6

Когда оказались в том самом восточном крыле, веселья во мне поубавилось. Нет, всё было вполне обычно, но в какой-то момент я непроизвольно нахмурилась и даже напряглась.

В чём дело определила не сразу, но тем не менее. Причина напряжения крылась в преподавательнице, которую мы в самом начале, буквально в момент пересечения «границы», встретили.

Не сказать, что она была какой-то совсем уж особенной, но в нашем, западном крыле подобных не обитало. Наши преподши поголовно были неприметные и в возрасте, а эта – молодая, яркая и с очень выразительными… ну пусть будет глазами.

Осознав увиденное, я вынырнула из своей апатии и принялась разглядывать остальных обитателей данной части замка. Подметила, что форменные мантии тут носят далеко не все. Плюс, местные девчонки из привычной картины тоже выбивались.

Их было гораздо меньше, чем парней, но… скажем так, принарядиться, отправляясь на территорию старшекурсников, реально стоило. Ибо попали мы в модельное агентство, блин! Причём нетипичное – такое, где не худышки-вешалки, а вполне себе фигуристые девахи.

Зато с парнями особых метаморфоз не произошло, в смысле, от наших они не отличались. Только держались не в пример наглей и взирали на группу одетых в пурпурные мантии второкурсниц слишком уж внимательно.

В общем, нас оценивали! И делали это открыто, без всякого стеснения! Ну а девчонки лишь радовались – улыбались шире с каждым шагом.

К моменту, когда наша компания добралась до аудитории – вернее лаборатории, ибо нам предстоял практикум по зельеварению, – я посмурнела окончательно. Тут определённо творилось что-то не то. Вот только что именно?

До звонка оставалось несколько минут, однако войти в лабораторию никто из девчонок даже не попытался. Все замерли у расположенных напротив окон и продолжили кокетливо стрелять глазками.

Я отбиваться от коллектива на стала и в лабораторию тоже не полезла. Осталась тут же. Только ушки навострила и опять напряглась.

Проходящие мимо старшекурсники улыбались, а старшекурсницы наоборот кривились. И то, и то девчонки принимали, как должное, ну и я вместе с ними.

А потом всё изменилось – одногруппницы резко подобрались, и по коридору пронёсся дружный вздох умиления. Да! Момент, которого все ждали, но на который не очень-то надеялись, случился. На горизонте появилась та самая Чёрная стрела.

Лично мне было глубоко пофиг, но я обернулась. Застыла и пошире распахнула глаза, чтобы на диво-дивное взглянуть. Дальше всё было точь-в-точь как в фильмах…

Мир словно замедлился, свет стал ярче, а ещё как будто ветер подул, и музыка заиграла. И вот теперь на сцену вышли они – семёрка одетых в чёрно-серые костюмы парней. Красавчики! Однозначно! Но…

Они действительно выглядели суперски – такие мощные, симпатичные, стильные… Однако каждого сопровождала девица, что категорически впечатление портило.

А на парне, который шагал первым, висли аж двое! Причём не простые, а эдакие супер-очаровательные эльфийки-дроу. Именно их, эльфиек, я заметила первыми, и лишь оценив поистине выдающиеся формы, обратила внимание на того, к кому девы прижимались.

Взглянула и… онемела. Хлопнула ресницами в попытке прогнать глюк, но тот не прошел. Зато немота отступила, ладони резко сжались в кулаки и упёрлись в бока. А с языка сорвалось:

– Ну ты и кобелина!

Всё. Музыка с ветром исчезли, замедленная съёмка тоже. Взгляд предводителя Чёрной стрелы скользнул по толпе и запнулся на мне.

Следом запнулся и сам главарь, однако, к большому моему сожалению, не упал. Просто остановился и выпучил свои абсолютно обычные, лишённые всякой тьмы глазки.

А я… Я ощутила себя вулканом! Причём таким, рядом с которым Йеллоустоун – мелочь! Крошечный прыщик на теле Земли!

– Ты! – прошипела злобно. – Ты что себе позволяешь?!

Гомон, наполнявший пространство, резко стих. Все шнырявшие по коридору студенты не менее резко замерли, а мои сокурсницы охнули.

Только я внимания не обращала. Просто стояла и прожигала взглядом этого бессовестного черногривого козла!

Значит, эльфийки! Более того, дроу! То есть две фэнтезийные мулатки! Со всеми этими выпуклостями и…

– Мари-и, – тихонечко простонала Базя.

Я не хотела, но очнулась. И поняла – не в том направлении мыслю!

Эльфийки? Нет-нет, дело, разумеется, не в них. Они вообще ни при чём! Я хотела сказать – так вот откуда в моём чудесном фэнтези все эти жуткие баги! Так вот кто попортил всю романтическую малину!

– Маша? – выдохнул Волков неверяще. – Ты?

В наступившей тишине голос соотечественника прозвучал почти божественно. Невзирая на обуявшую злость, у меня и мурашки побежали, и гормоны воспряли, и вообще всё.

Но приступ слабости длился недолго, и едва он прошел…

– Убью! – взвизгнула я.

Вернее, хотела взвизгнуть. Но не успела. Отвлеклась на внезапную движуху.

Предводитель самой элитной банды нашей академии сбросил впившихся в него эльфиек и стремительно ломанулся ко мне. При этом вид имел совершенно недружелюбный – лицо, которое выглядело принципиально моложе, нежели в прошлый раз, исказила злобная гримаса, глаза недобро сощурились, на покрытых короткой щетиной щеках проступили желваки.

Та-ак! Вот, стало быть, как меня встречают!

Одногруппницы, почуяв опасность, дружно качнулись назад, ну а я наоборот приободрилась. Расправила плечи, выпятила грудь и приготовилась высказать соотечественнику всё, но…

– Как ты тут оказалась? – подлетев, прошипел он.

Нормально вообще? Ну знаете…

– Как, – передразнила я.

Волков ответ не оценил – рыкнул и властно махнул рукой, приказывая всем свидетелям отступить.

А когда толпа, включавшая и его банду, подчинилась, наклонился и, едва не прижавшись лбом к моему лбу, выпалил:

– Маша!

– Тут меня называют Мари! – столь же тихо и злобно поправила я.

Секунда противостояния, потом вторая, третья, и… Волков выпрямился. Он окинул небрежным взглядом с головы до ног и вновь остановился на лице.

Я тоже смотрела, и на какую-то секунду моё раздражение сменилось грустью. Просто тьма из взгляда соотечественника ушла, и теперь было видно, что глаза у него самые что ни на есть обыкновенные. Карие!

Смена причёски тоже на образ повлияла. Алекс остриг волосы, превратившись из дикаря в эдакого стильного офисного клерка. Нет, ему безумно шло, но… Что может быть банальнее?

И на вот эту будничность, которой и в родном мире тонны, я так легко повелась? По вот этому козлине я скучала? И ему же отдала свою новообретённую девственность?

Боже, как я могла… Где были мои мозги?

Впрочем, речь сейчас не об этом, а о том, что…

– Убью, – процедила я.

Волков выдохнул и резко успокоился. Качнулся назад и, окинув меня новым взглядом, заявил:

– Ну всё понятно.

– Что понятно? – не смогла промолчать я.

– После занятий, у колонн, – проигнорировав вопрос, рыкнул он. – И только попробуй не прийти!

Голос прозвучал не только властно, но и обвиняюще. Так, словно это не Алекс, а я во всех смертных грехах виновата.

При том, что вина лежала всё же на нём, я слегка растерялась. Ну а Волков ситуацией воспользовался – издал ещё один рык и, развернувшись, направился к своим ущербным друзьям.

Он подошел, по-хозяйски притянул к себе «мулаток» и, кивнув остальным, повёл Чёрную стрелу дальше. Причём с таким видом, словно ничего особенного не произошло. Будто никакой эпохальной встречи и не было!

Всё это… да, взбесило. И настолько, что я несколько раз пнула пол, сообщив предварительно:

– Ш-ш-ш!

Правда, свидетелей моя печаль не заинтересовала. Просто последние фразы Алекс произнёс достаточно громко, и народ, как вскоре выяснилось, пытался это дело переварить.

Ну а когда до окружающих дошло…

– Алекс пригласил тебя на свидание? – пропищала одна из моих сокурсниц.

– Свидание с Алексом, – повторила другая. Девчонка точно на грани обморока была. – С ума сойти!

Я, выслушав всё это, опять зашипела.

Две мулатки! Две!!! И какие! С такими… талиями. Попами. И, блин, даже не грудью – буферами!

Всё. Решено. Сегодня же пойду и отдамся Хуго. И с Ататриэлем пересплю обязательно! А лучше, с обоими и сразу, в смысле – одновременно. А если кто-то из них будет возражать – привяжу к кровати и заставлю!

А потом убью! Всех! Начиная с этих отвратительных эльфиек!


В лабораторию я вошла в состоянии ядерной боеголовки на взлёте. Мне реально хотелось убивать, причём в извращённой форме. Однако коллеги по факультету опасности не понимали и глядели на меня так, словно я без скафандра в космос слетала.

Во взглядах смешалось всё – от зависти до восхищения. Будто разговор с главарём Чёрной стрелы – самое крутое, что только может случиться в жизни. Величайшее из всех чудес!

Последнее бесило сильнее всего. Я согласна, что Алекс – милашка, но не до такой же степени! Если кто забыл, то я вообще-то принцесса, да и к числу дурнушек не отношусь. Более того, это мой мир! Моё романтическое фэнтези! И уж кого, а Волкова я сюда не приглашала!

А он… А они… А…

В общем, да ну их всех нафиг!

Придя к этому выводу, я надулась и уставилась на преподавательницу, которая в лабораторию вплыла. Дамочку я видела впервые, и она была абсолютно обыкновенной – то есть именно такой, какие в нашем, в западном крыле обитали.

Вот тут до воспалённого мозга дошло… У Волкова же не только мулатки, но и преподши из категории «мечта буйного подростка». А у меня? Сплошные скрипучие сухофрукты. Один «изюм»!

Всё. Нервы не выдержали. Обида отступила, разум снова застелила ярость, а я плюнула на всё и принялась озираться. Осмотрела пол, затем потолок, после заглянула под тетрадь, под учебник и даже под котелок для варки зелий.

– Мари, ты что делаешь? – не выдержав, поинтересовалась Базя. Она стояла рядом, возле соседнего лабораторного столика.

– Справедливость ищу! – взвизгнула я.

Блондинка не поняла, остальные тоже. А преподша так и вовсе – строго постучала указкой по кафедре и заявила:

– Девочки, разговорчики.

Я не хотела, но всё-таки подчинилась. В смысле, замолчала.

Зато Базилия…

– Почему ты никогда не говорила, что знакома с Алексом?

– Хороший вопрос. Особенно учитывая, что у меня амнезия.

Блондинка хлопнула глазами и отстала. Я же выдохнула и попробовала сосредоточиться на занятии.

Не сразу, но смысл речи, которую затянула преподавательница, до сознания всё-таки дошел. Оказалось, с сегодняшнего дня и до конца первого полугодия, нам с девочками предстоит готовить «базовый состав» – тот самый, который является основой для всех приворотных, отворотных и прочих зелий.

Рецепт у состава был один, но тут как с борщом – у каждой хозяйки получается по-своему. Ближайшие месяцы нам предстояло практиковаться, набивать руку, выискивать собственные нюансы рецептуры.

В конце полугодия госпожа Ларатом обещала большой экзамен с привлечением самого ректора. Нет, в любовной магии лорд Упырь, как и любой мужчина, не разбирался, но определить правильность приготовления «базового состава» мог.

Припугнув нас этим фактом, преподавательница назвала страницу учебника и велела приступать. Ну мы и приступили. Все, включая меня.

Не знаю, как остальные, а лично я заданию порадовалась. Мне реально очень хотелось отвлечься от эмоций, и отдельно – от мыслей об Алексе. Вот я и отвлеклась! Налила указанное в рецепте количество воды, активировала магическую горелку и принялась колдовать.

Правда, фокус не удался – я была слишком зла и возмущена, чтобы не думать. Ладно одна мулатка. Но две!!!

И взгляд, которым он меня встретил. И тот совершенно вопиющий тон. А эта стрелка у каких-то там колонн? А главное – как он моё чудеснейшее фэнтези испоганил! Ведь я принцесса, красотка, да ещё и в академии! Тут такой простор для любви, а он…

Две! Целых две мулатки! И это при том, что с момента нашей близости даже недели не прошло!

Я ему… Я же ему всё отдала! А он…

Деревянная лопаточка, которой я жижу помешивала, внезапно хрустнула и сломалась. Только я внимания не обратила – отбросила тонкую часть, досыпала в котёл положенную дозу очередного волшебного порошка и продолжила мешать.

Именно в этот момент в голову пришла новая, по-настоящему светлая мысль. Что если Алекс с эльфийками не спал? Ну а вдруг? А почему нет?

С тех пор, как меня вышвырнуло из мира Степи и засосало в этот, прошло четыре дня. С Алексом, нужно полагать, случилось то же самое, и за это время…

Лопаточка хрустнула ещё раз. Просто не возникло ни малейшего сомнения в том, что это я – тормоз, а он бы за четыре дня точно успел! Более того, в той же Степи Алекс оказался аж на два года раньше. Так где гарантии, что с этим миром вышло иначе? Что у соотечественника было лишь четыре дня, а не пара тысяч лет?

Не выдержав, я повернулась к подруге и прошептала:

– Базь, а Алекс в последние дни головой не ударялся?

Блондинка посмотрела недоумённо, но я не успокоилась…

– Ну может не удар, а что-то другое. Что-нибудь странное с ним в последнее время происходило?

Базя сделала страшные глаза и пожала плечами. Ещё через миг сунула руку в ящик с ингредиентами и протянула мне новую деревянную лопаточку.

Я инструмент, разумеется, взяла, и поняла – трындец котёнку. Убью. Задушу собственными руками!

– Мари? – позвала госпожа Ларатом осторожно. – Мари, с вами всё в порядке?

– Мм-м? – откликнулась я.

– Вы меня пугаете, – сообщила преподавательница. – Вы какая-то не такая.

– Какая не такая? – не постеснялась уточнить я.

Затем прошлась взглядом по лаборатории и поняла, что пугаю вообще всех. По крайней мере, ничем иным эта всеобщая бледность не объяснялась.

Пришлось оскалиться и заявить оптимистично:

– Всё хорошо!

– Точно? – переспросила госпожа Ларатом.

Я кивнула и сразу вернулась к зелью. Интересно, а заклинание магической кастрации в этом мире есть? Просто одного удушения явно маловато. Одно удушение – это только одна эльфийка-дроу, а тут же две!


К концу занятия моё зелье приобрело совершенно замечательный оттенок – оно стало ярко-сиреневым, с красноватым отливом. При этом, пахло не абы чем, а розами. Так, словно нюхаешь ну о-очень большой букет.

Согласно описанию, данному в учебнике, правильно приготовленный «базис» запаха вообще не имеет, но лично я полученным результатом удовлетворилась. Даже хмуриться перестала, и вообще улыбкой расцвела.

А вот госпожа Ларатом, подойдя к моему лабораторному столу, насторожилась, причём резко. Заглянула в котёл, и…

– Ложись! – взвизгнула преподавательница и… ну, собственно, легла.

Девчонки среагировали как рота хорошо натренированных бойцов – в тот же миг слаженно упали на пол. А я не успела. Более того, вообще не поняла, что произошло.

Зато смогла пронаблюдать удивительное явление… Увидела, как котелок затрясся, а потом выплюнул целый столб огня.

Огонь ударил в потолок, и сверху даже что-то посыпалось, но самым важным было то, что я не пострадала. На месте осталось всё – и брови с ресницами, и волосы, и глаза.

– А-а-а… – сказала я, но тут же подумала и замолкла.

– Мари! – донеслось откуда-то снизу. – Вы…

Дальше, вероятно, шел мат, но я не слышала. Просто именно в этот момент поняла жуткое. Я же веду себя как героиня самого типичного романтического фэнтези – то есть ревную, но совершенно этого не осознаю.

Ревную! И кого!

Это было как удар кирпичом по лбу. Я даже пошатнулась и схватилась руками за стол. Всё могу понять, но… какого фига?

Я? Ревную? Алекса?

Ещё секунда, очень глубокий вдох, и владевшая мной ярость отступила. Можно было кивнуть на магию, заподозрить какое-то наваждение, но эмоции точно были мои.

И ключевое слово тут именно «были», ибо ревновать и дальше я не собиралась. Кого угодно, только не этого. С двумя, чтоб им всю жизнь в тесных туфлях ходить, эльфийками!

Новый выдох, и всё, я успокоилась окончательно. Даже некоторое облегчение испытала и взгляд на встающую с пола преподавательницу перевела.

Ну а встретившись с нею глазами, виновато улыбнулась и сказала:

– Честное слово… я не нарочно.

– Верю, – госпожа Ларатом кивнула. Выдержала паузу и добавила: – Из выданных вам ингредиентов сварить что-то взрывоопасное вообще нельзя.

Преподавательница была в шоке, и этот шок подсказывал – тётка не врёт. Вот теперь совсем неудобно стало, и я попыталась загладить возникшую неловкость. С той же улыбкой осмотрела стол и принялась складывать в котёл куски упавшей с потолка штукатурки. Ёлки-палки, зачем же я так зажгла?

Одно хорошо – никаких допросов не последовало. Буквально через полминуты прогремел звонок и студенток факультета любовной магии, включая и меня, отпустили.

Второй плюс – занятия в восточном крыле закончились и нам предстояло вернуться на привычную территорию. Туда, где нет ни старшекурсников, ни каких-либо «стрел»!

Впрочем, без минусов тоже не обошлось. Судя по атмосфере, встретившей в коридоре, о нашей с Алексом стычке знали уже все. Даже каменные горгульи, замершие в нишах, в стороне не остались. Народ очень дружно перешёптывался и косился так, что ух!

Только я внимания не обращала. Жгучее любопытство сокурсниц тоже игнорировала. Единственной от кого не могла отмахнуться, была Базя, но та благоразумно молчала.

Лишь спустя две лекции, на обеде, блондинка не выдержала…

– Мари, так что с твоей памятью?

– В каком смысле? – уточнила я.

Базилия подозрительно прищурила свои голубые глазища, но всё-таки объяснила:

– Тогда, при появлении Алекса, ты назвала его… хм… нехорошим словом. А потом возмутилась, спросила: «Что ты себе позволяешь»? Мари, люди, которые вообще ничего не помнят, вот так на других не реагируют. Ты что-то знаешь.

– Мм-м, – ответила я. – Мм-м…

– И потом, – продолжила не в меру наблюдательная Базя, – он тоже повёл себя необычно. Раньше он никакого внимания на тебя не обращал, зато в этот раз…

Подруга многозначительно замолчала, а я задумалась. Раньше не реагировал? То есть существует вероятность подмены тел? В смысле, истинная Мари Брехунье моей внешностью не обладала.

А существовала ли она в принципе? Вдруг у Базилии и остальных не настоящие воспоминания, а фантом?

Хотя, без разницы. Сейчас важнее другое – что сказать?

– Мм-м, – повторила я, но Базя дала понять, что не отстанет. Пришлось формулировку расширить: – Знаешь, а я и сама не поняла.

– Это как?

Ясно, что врать подругам нехорошо, но тут же такое дело… Я состроила очень жалобную рожицу, пожала плечами и пояснила:

– Я вообще не помню, что на меня в тот момент нашло. Просто в голове перемкнуло, и…

– Хочешь сказать, что назвала его кобелиной неосознанно? – перебила Базя.

Я подумала и кивнула.

– А он? – не пожелала уняться собеседница. – Что он тебе говорил?

– Да ничего. Просто шипел.

Блондинка откинулась на спинку скамьи и на несколько секунд уставилась в пространство. Она выглядела настолько серьёзной, что стало чуточку страшно, и я аккуратно подпихнула подругу локтем.

Не сразу, но та всё-таки расслабилась, и даже улыбнулась уголком рта.

– Значит, у тебя свидание с Алексом Вульфом?

– Как-как его фамилия?

Блондинка окинула недоумённым взглядом и повторила:

– Вульф.

Гульф, блин!

И да, кстати…

– Это не свидание, – уведомила Базю я. – Просто встреча. Он, кажется, поговорить хочет. Только я понятия не имею о чём.

Базя снова подозрительно сощурилась, ну а я благоразумно заозиралась в поисках одного косматого парня. После его явления в спальню Ататриэля мы, конечно, поругались, и я даже заявила, что знать его не хочу, зато теперь поняла – Хуго очень мне нужен!

Нет, отдаваться оборотню уже раздумала – стоило вообразить, как будет ржать Алекс, если подцеплю блох, и желание отпало. Сейчас мне требовалось кое-что иное. Страховка! На случай, если мы с соотечественником действительно подерёмся.

А что? Ведь когда речь о Волкове, возможно всё!

Только желтоглазого ревнивца в столовой, увы, не обнаружилось. Длинноухого пикапера, как ни удивительно, тоже. Данный момент заставил нервно поёрзать и прийти к выводу, что магическую кастрацию в разговоре с соотечественником лучше не упоминать.

Впрочем, стоп. Я же теперь боевыми искусствами владею! К тому же, я – дочка императора, а значит Алекс со своим суровым мужским фэнтези, где всё-всё по правилам, тронуть меня не посмеет. Иначе ему точно кирдык! Абсолютный!

Осознав данный факт, я хищно улыбнулась и всё-таки обратила внимание на заставленный тарелками поднос. Та-ак… Что тут у нас? Рыбный супчик? А давайте!

Глава 7

На «свидание» к Алексу я… нет, не торопилась. Шла величественно и спокойно, именно так, как истинной леди положено.

Следуя указаниям пухленького белокурого навигатора, миновала несколько залов, потом вышла на широченное крыльцо, и слегка удивилась. Просто там, впереди, простирался парк, щедро усеянный студентами.

Вернее, слишком щедро. Чересчур!

Народ точно ждал шоу, однако зевак изображали не все – пресловутая Чёрная стрела, например, любопытства не скрывала. Ещё поблизости отиралась группа оборотней, правда Хуго среди косматых не было.

Кстати, вот теперь-то я отметила, что девчонок-оборотней в академии не водится, и конечно поинтересовалась у Базилии – а где?

– В Стае довольно жёсткие правила, – пояснила подруга. – Девушек никуда, ни в школы, ни в академию, не отпускают.

Я нахмурилась, переваривая ответ, и кивнула. Пока спускались по лестнице, ещё один важный вопрос задала:

– А Хуго? Куда он так часто пропадает?

Ведь реально часто. Пять дней назад, когда Мари Брехунье упала и повредила голову, желтоглазый тоже отсутствовал.

– Он наследник вожака, – напомнила Базя. – Ему необходимо постоянно поддерживать контакт со всей Стаей.

– Не поняла.

– Он уходит в лес, чтобы превратиться в ирбиса и слиться сознанием со всеми остальными, – терпеливо пояснила блондинка.

– А разве находясь в академии слиться нельзя?

– Видимо, нет.

Базилия сказала, а я задумалась. Девушки в заточении, регулярные отлучки, Стая… Мне одной кажется, что тут может быть что-то нечисто? Или это банальная паранойя?

Жаль, но поразмыслить и прийти к каким-либо выводам я не успела – лестница закончилась, а Базя махнула рукой со словами:

– Колонны во-он там.

Я проследила взглядом и невольно поморщилась. Волков уже ждал. Стоял, весь такой стильный, симпатичный и крутой до невозможности.

Не хотелось, но я всё равно почувствовала раздражение. Только на сей раз дурные эмоции не захлестнули… Более того, я расправила плечи и даже улыбку на лицо натянула. Вежливо кивнула подруге и пошла. Угу, прямо к нему, к этому гаду.

А приблизившись поняла – соотечественник тоже угомонился. В смысле, молнии он уже не метал, а вместо ожидаемой гадости выдал обыкновенное:

– Привет, Брехунько.

– Теперь не Брехунько, а Брехунье, – ровно поправила я.

– Знаю, – отмахнулся Волков.

Наверное, стоило промолчать, но…

– А ты у нас Гульф? То есть гульфик?

Я вложила в последнее слово всю ласку, а предводитель Чёрной стрелы не оценил. Резко растратил спокойствие и сообщил, причём на полном серьёзе:

– Придушу.

– Ой, да ладно!

Моя улыбка стала ещё шире, и бывший потомок бога Рейя выдохнул. Дождался, когда подойду ближе, а потом поинтересовался:

– Как ты сюда попала?

– У-у-у… – ответила я.


Колонны являлись частью фасада и с архитектурой замка, на мой скромный взгляд, не сочетались. Зато они были самым популярным местом встреч и располагались где-то посередине, то есть на границе между восточным и западным крылом.

Алекс подпирал плечом одну, а я, повинуясь примеру соотечественника, ко второй колонне привалилась. Между нами оставалось шага четыре свободного пространства.

– После того, как мы с тобой… хм… пообщались, я очнулась дома, – сказала, помедлив. – Сначала не поняла, а когда попробовала встать с кровати, всё случилось вновь. То есть я прошла несколько шагов, а потом… р-раз и упала в обморок. А очнулась уже здесь, в качестве студентки вот этой академии.

– И всё?

Объяснять, что в новое фэнтези угодила уже добровольно не хотелось, и я кивнула.

Тоже спросила:

– А ты?

Волков вздохнул и передёрнул плечами. Он действительно помолодел. Там, в Степи, Алекс воспринимался как мужчина, а тут – как парень. Не слишком юный, но всё-таки.

– У меня всё сложней, – наконец, сказал он. И после нового вздоха: – Ты провела в Степи около недели. Как по-твоему, сколько ты отсутствовала на Земле?

Э-э…

Зная некоторых, возникло желание соврать, но я сказала честно:

– Вообще об этом не думала.

– Не думала? – в голосе Алекса прозвучал оттенок ехидства. – Почему я не удивлён?

Волков точно ждал реакции на шпильку, однако я реагировать не стала. Спустя несколько секунд услышала продолжение:

– Понимаешь, я провёл в Степи больше двух лет, а проснулся утром того дня, из которого исчез. Я оказался в своей квартире. Причём ни татуировки вождя, ни последствий ритуала обретения Тьмы, ни шрамов, полученных во время того приключения, у меня не было. Мышечная масса тоже подрастерялась.

Лично меня его масса как бы не интересовала, но я пригляделась и отметила, что Волков гонит. В действительности он почти не похудел. Одежда, разумеется, не просвечивала, но я чётко видела – и кубики пресса, и бицепсы с трицепсами на месте.

– Я вернулся в своё обычное состояние, – продолжил собеседник. – Единственным доказательством пребывания в Степи стали воспоминания.

– И? – вежливо подтолкнула я.

– И я решил, что фэнтези закончилось, а жизнь возвратилась в прежнее русло. Позвонил начальству, договорился о больничном на пару дней. Успел сходить в душ, выпить кофе, а потом меня срубило. Я сел на диван – и всё, свет померк.

– Ты очнулся здесь?

– Да, – ответил Алекс.

– В ипостаси самого крутого самца? – не удержалась от ответной шпильки я.

Клянусь, ссориться не хотелось, но просто уж о чём, а о нашей ночи Волков даже не обмолвился. То есть ему было совершенно плевать, что между нами произошло!

Алекс глянул косо…

– Нет, Машунь. Очнулся я лузером, а статус самого крутого заработал сам.

Я не выдержала – закатила глаза.

Конечно, сам! А как иначе? Ведь у него настоящий суровый мир, а не какая-то «бабская фигня». У него боль, противостояние, страшные кровавые злодеи! Битвы, супер-артефакты и прочий эпичный трэш.

Но нет, подождите. Кое-что из нашего, девчачьего, кажется, просочилось…

– То есть в этот раз учить язык тебе не пришлось?

– Машунь, – моё имя в его устах прозвучало настолько ласково, что даже чуточку страшно стало. – Не начинай.

Кто начинает? Я?

Я нахохлилась, но спорить не стала. Более того, попыталась забыть про яд и вернуть разговор в конструктивное русло.

– И как давно ты тут? – спросила учтиво.

– Год, – отозвался Алекс.

– Значит с «мулатками» всё-таки переспал…

Реплика вырвалась сама, и я мысленно застонала. А по губам Волкова скользнула закономерная улыбка.

– Ревнуешь? – хмыкнул он.

Я не растерялась.

– Кого? Тебя?

Губы Алекса вновь дрогнули, и моё благоразумие отступило. На глаза словно алая пелена упала. Угу, опять.

– Машунь, что ещё? – заметив смену настроения, вопросил гад.

Я отлепилась от колонны и, возмущённо сложив руки на груди, процедила:

– Ещё? Вообще-то всё то же. Ты портишь моё фэнтези!

Как по мне Алексу следовало устыдиться и покаяться, но вместо этого…

– Уверена? – спросил он вкрадчиво.

– Да!

Секунда противостояния взглядов, и я услышала:

– Машунь, после нашей встречи в коридоре я навёл кое-какие справки. По всему выходит, что ты очутилась тут четыре дня назад, а точкой перехода было падение Мари Брехунье и удар головой.

– Ну, допустим. И что?

– А то, – в голосе Алекса появились особые, откровенно хищные нотки. – То, что фэнтези порчу вовсе не я. Мир, дорогая моя Машенька, портишь ты. – И после паузы: – Как и в прошлый раз!

Я закономерно офигела. Что за бред? Он в своём уме?

А Волков отлепился от колонны и, преодолев разделявшее нас расстояние, застыл, нависая скалой. Так, что я теперь снизу-вверх на него смотрела.

– И сюда, и в Степь, я пришел первым, – прошипел он. – В обоих случаях всё было отлично до тех пор, пока рядом не появилась ты. Данжеоны открывались, между племенами царил мир, и пена из стен дворца не лезла. Сделки не срывались, засады не проваливались, боевые товарищи не подводили. Ни тут, ни там. Никогда!

Соотечественник шумно втянул носом воздух и продолжил:

– И вот явилась ты… Всего четыре дня, Мария, а у меня уже куча накладок! Проблемы одна за другой, причём на пустом месте. Я даже начал подозревать, что нашу группу прокляли, и тут… чудесная встреча в коридоре. При этом ты ещё смеешь на меня рычать!

Про что, а про встречу он напомнил зря. Перед мысленным взором опять появились эльфийки-дроу, и я процедила:

– Кобелина.

Теперь зарычал он! Выразительно так, эффектно. Только я не испугалась. Тоже мне тиран. Тоже мне диктатор.

Алекс стоял слишком близко. Настолько, что я и знакомый аромат его тела ощущала, и даже биение сердца слышала. Правда, таять не спешила, более того, боролась с яростным желанием проделать с Волковым тот же фокус, что сотворила с Хуго.

Чтобы р-раз, и мордой в пол! Вернее, в газон.

Но…

Обидно, однако интуиция подобному повороту очень противилась. Бегала в панике, размахивала руками и верещала – Машка, молчи!

И я реально промолчала, но надулась конкретно. Ну, допустим, что я на мир тоже влияю. Но разве я могу привнести что-то плохое?

– Со мной приходит романтика, – всё-таки не сдержалась я. – А романтикой никакую сказку не испортишь.

Главарь Чёрной стрелы фыркнул и отступил на полшага. Сделал несколько вдохов, призванных вернуть спокойствие, и заявил неожиданно:

– Машунь, а давай дружить?

Я слегка растерялась. Хотела кивнуть, но вспомнив, с кем имею дело, уточнила:

– А это как?

Алекс улыбнулся уголками губ.

– Ты сидишь тише мыши и не отсвечиваешь, – заявил он.

– А ты?

– А я… – Моя рука оказалась в крепком капкане и была галантно притянута к мужским губам. – Отношусь к тебе с любовью и уважением.

Ой, да неужели!

Я качнулась навстречу и аккуратно водрузила свободную руку на его грудь. Нежно погладила оную часть вполне накаченного тела, а потом сделала невинные глаза и своё предложение выдвинула:

– Давай наоборот? Давай, ты сидишь и не высовываешься, а я хожу и развлекаюсь. Посещаю лекции, танцую на балах, купаюсь в обожании, и…

– Губозакаточную машинку? – перебил Волков.

– А есть? – Я опять ресницами хлопнула. – Для себя берёг?

Новая улыбка соотечественника напоминала оскал, и я, глядя на такое, отстранилась. Сказала с подчёркнуто-фальшивой грустью:

– Прости, малыш. Не получится.

Кое-кто подавился, явно не оценив обращение, ну а я лучисто улыбнулась и сказала уже серьёзнее:

– Алекс, я при всём желании не смогу сидеть тихо. Я же принцесса, а принцессы тихими не бывают.

– Принцесса, ага.

В интонациях Волкова прозвучала ирония, и я не сразу догадалась, что брюнет не понял. То есть реально мой статус не сознавал. Совсем-совсем!

Пришлось пояснить:

– Я правда принцесса. Младшая дочка императора.

И после новой паузы, видя, что овладевший Алексом склероз не отступил:

– Тариус – мой как бы отец.

– Что?

Волков не отмер, скорее наоборот. Он чуть наклонился, уставившись на меня в оба глаза, и снова перешел в состояние статуи.

– Ай-яй-яй, – пожурила я. – Целый год в этом мире, а жизнью императора даже не поинтересовался. А вдруг тебе придётся с ним встретиться? Представляешь какой может выйти конфуз?

– Уже встречался, – буркнул вышедший из оцепенения Волков.

Он махнул рукой, подзывая одного из своих приятелей и попросил:

– Имя императора назови.

Парень – симпатичный, кстати, и из числа людей, – недоумённо выпучил глаза, но, напоровшись на предельно хмурый взгляд, озвучил:

– Тариус из династии Брехунье.

Предводитель Чёрной стрелы застонал… Чуть слышно, но всё-таки. Затем снова рукой махнул, предлагая парню вернуться на место, а едва тот ретировался, я вновь удостоилась весьма пристального внимания. Увы, оно было агрессивным.

А я чего? Я ничего! Стояла и недоумевала. Но мне пояснили:

– Четыре дня назад Тариус носил другую фамилию!

– Да-а?

Впрочем, нет. Я не удивилась. По всему выходило, что этот мир немного подстроился под попаданку, однако что тут особенного? Ведь в книжках такое бывает.

Зато Алекс отнёсся к произошедшему иначе – страдальчески застонал.

– Император с фамилией Брехунье!

– Ой, а можно без грязных намёков?

Волков словам не внял, а я, ввиду отсутствия извинений, не выдержала. Шагнула навстречу и мстительно впечатала каблук в его сапог.

Соотечественник, нужно отдать должное, не дрогнул. Правда, через миг ухватил меня за плечи и прошипел:

– Машка, прибью!

– Себя прибей, – не пожелала испугаться я. – Это моё фэнтези, моя сказка, и если ты, как и в прошлый раз…

Закончить, увы, не смогла – меня отвлёк треск. Он был тихим, но прозвучал настолько отчётливо, что даже сквозь пламенную речь расслышала.

Алекс тоже уловил, и уже через секунду мы оба сидели на корточках, разглядывая странную трещину, возникшую на фасаде. Она ползла вверх медленно, но как-то завораживающе. Так, что смотрели и оторваться не могли.

А потом на фасаде появились два пятна. Камни, расположенные справа от трещины, резко потемнели, а фрагмент слева значительно посветлел. Пятна сразу принялись разрастаться, как бы намекая, что к чему, но лично я и без дополнительных подсказок поняла… Поняла и уставилась на Алекса.

Он от созерцания трещины тоже отвлёкся, чтобы заявить «ласково»:

– Сунешься на мою половину, голову тебе оторву.

– Я? В твоё убогое мужское фэнтези? Да нафиг надо!

Я правда не собиралась.

Да, было дико неприятно от того, что Волков даже не вспомнил про нашу ночь, но… Во-первых, для него прошел год, а во-вторых, уж за кем, а за этой ехидной бегать не буду. За кем угодно, только не за ним!

Алекс встал на ноги, затем и мне подняться помог.

– Значит, оборотень? – с усмешкой спросил он.

– Значит, две эльфийки-дроу?

Улыбочка, дрожавшая на губах Волкова, стала чуть заметнее, но продолжать выяснения я не собиралась. Отступила от соотечественника, поправила причёску, расправила мантию и даже попробовала уйти, но…

– Машунь, последний вопрос.

Пришлось остановиться.

– Тогда, в Степи, когда мы с тобою в чёрной башне были… Что там случилось? Почему звучал гонг?

– Гонг? А разве он там был?

– Был, был… – сказал Алекс.

– Да? А я не помню.

Волков подозрительно сощурил свои совершенно обыкновенные карие глаза и протянул:

– Машунь…

Вот тут до принцессы из династии Брехунье дошло, что Алекс переместился домой либо одновременно, либо сразу после меня, однако развивать тему я не стала. И про гонг, в свете нашего с ним спора, ответить могла лишь одно:

– Понятия не имею.

Всё. Теперь я развернулась и потопала к Базилии. Вернее, на свою, на светлую половину. В западное крыло!

Раз мы с Волковым всё выяснили и даже территорию разделили, то… где там мои исполненные романтики приключения? Где моя неземная страсть? Большая чистая любовь?


Увы, но любви не получилось. Вместо неё я удостоилась вызова к ректору. Ввиду амнезии мне даже дали провожатого, однако легче от такой заботы не стало, и порог огромного кабинета я переступала с предчувствием капеца.

Взгляд на лорда Сириса, восседавшего за столом, и предчувствие перешло в уверенность. Ректор был очень не весел. Увидав меня, он строго указал на стул для посетителей и процедил:

– Садись.

– Э-э, – ответила я. – Э-э…

Сразу вспомнила о том, что в случае общения с начальством лучше быть хорошей девочкой, и непроизвольно поправила причёску. Потом ещё мантию от невидимой пыли отряхнула, и вообще самый приличный вид приняла.

На предложенный стул опустилась в образе отличницы, только ректор всё равно не впечатлился. Поджал губы, окинул неприязненным взглядом синих глаз и сказал:

– М-да…

И после паузы:

– Мари, вы что себе позволяете? Вы видели, во что благодаря вам превратилась наша лучшая лаборатория? Думаете, если вы принцесса, то вам всё позволено?

Увы, но после этих слов, из образа хорошей девочки я выпала. Просто это было выше моих сил! Это был канон!

Я придвинулась, водрузила локоть на столешницу и, подперев щёку кулаком, внимательно уставилась на старикана. Интересно, а он в курсе, что…

– Госпожа Ларатом сказала, что сварить нечто взрывоопасное из предоставленных нам ингредиентов было невозможно. То есть я не могла. В смысле, если что-то подобное приготовилось, то там либо какой-то порошок заменили, либо…

– Мари! – возмущённо перебил ректор.

Чему именно возмущался? Увы, не знаю. В данной ситуации я понимала лишь то, что никакой подмены не было, и вина за взрыв реально на мне. Только признаваться, конечно, не собиралась. Но лорд Упырь признаний и не ждал…

– Мари, мне плевать, что сказала госпожа Ларатом. Вы разгромили лабораторию. Едва не уничтожили замок. Подобное поведение заслуживает немедленного исключения!

– Но вы же меня не исключите? – хлопнув ресницами, поинтересовалась я.

Ректор глянул остро, и я, подумав, позу и тон сменила. Опять села ровно, нацепила на лицо маску невинности и уставилась на руководителя академии очень жалобными глазами.

Спустя ещё секунду на моём лице появилось искреннее раскаяние – мол, перед вами студентка-тормоз, но вот теперь-то до неё дошло!

– Лорд Сирис, – пробормотала я.

А он ка-ак рявкнет:

– Штрафные работы! На месяц!

Я улыбнулась и украдкой выдохнула.

И тут же услышала:

– Рано радуетесь, Мари. Поблажек не будет. Никаких!

Ага. Конечно-конечно. Только я-то, как опытная читательница, знаю, что на штрафных работах может быть очень даже интересно. А учитывая наше с Алексом свидание и тот факт, что иных путей к вожделенной романтике как бы не видно…

Короче, я согласна! Штрафуйте сколько влезет!

– И что именно делать? – изобразив испуг, поинтересовалась я.

– Будете помогать в заготовке ингредиентов. Возмещать ущерб в той… хм… сфере, где провинились.

Логично.

– Когда приступать?

Старик окинул новым взглядом, в очередной раз скривил губы и заявил:

– Прямо сейчас.

После этого он подхватил со стола колокольчик и пространство наполнилось звоном. Ещё через миг дверь кабинета приоткрылась, а на пороге возникла грузная мадам-секретарь. Собственно, та самая, которая выдернула меня из общаги и приволокла сюда.

– Проводите Мари в подвальное отделение для заготовок, – сообщил секретарю ректор. – Ближайший месяц она будет отрабатывать по три часа в счёт погашения задолженности за учинённый погром.

К вопросу о том, как рождаются слухи… Уже погром! А несколько часов назад была лишь маленькая дырка в потолке, чуть-чуть штукатурки на полу и обгоревший котёл!

Впрочем, спорить я не стала. Покорно кивнула ректору и отправилась за провожатой. Вышагивая по коридорам и лестницам, незаметно потирала ладошки в предвкушении. Ну всё! Вот сейчас звезде академии точно повезёт!

Именно с этой мыслью я переступила порог гигантского, заставленного стеллажами помещения, продефилировала мимо полок с какими-то сушеными вениками и оказалась возле длинного ряда столов. За самым последним – тем, что располагался у противоположной стены, трудились двое. Моего появления, равно как и появления секретаря, они не заметили.

Но мадам не постеснялась окликнуть:

– Шширум, Сскарум!

Э-э… Чего-чего?

Двое парней – а половую принадлежность я определила сразу, – отвлеклись от своего занятия и взглянули на нас. Спасибо тусклому освещению, но лишь теперь я смогла различить расу, и…

– А может я напишу папе, и он весь причинённый ущерб деньгами возместит? – пропищала жалобно.

Мадам-секретарь глянула с сочувствием, сказала:

– У нашей академии очень большой бюджет, так что вопрос не в финансах. Лорд Сирис хочет, чтобы вы именно отработали.

– Почему? – едва ли не взвыла я. – За что?!

Ответ был банален и «прекрасен» одновременно…

– Ну не любит он вас, Мари. Не любит.

Я нервно сглотнула и перевела взгляд на двух замерших у стола змеелюдов. Это тогда, при первом знакомстве, данная раса вызвала интерес и даже некоторое восхищение, а сейчас стало жутко.

Остаться в полутёмном подвале в компании вот этих? Ёлки-палки.

– Шширум, Сскарум, – продолжила тем временем секретарь. – К вам помощница. Будет отрабатывать наказание. Каждый день, по три часа, на протяжении месяца.

Ребята, которые, как позже выяснилось, являлись лаборантами, меланхолично кивнули. Глядя на их равнодушие, я немного расслабилась. А может сработаемся? Может всё будет хорошо?

Увы, но после того, как помощница лорда Упыря развернулась и направилась прочь, надежда издохла. Просто парни растянули губы в улыбках и синхронно облизнулись, продемонстрировав тонкие раздвоенные языки.

Это было жутко. Вот честное слово! Но то, что случилось дальше…

В общем, языки были не самым страшным. Более того, весь зловещий вид моих новоявленных шефов оказался истинной фигнёй в сравнении с заданием, которое мне дали! Меня обязали обрабатывать плоды некоего «Сороказуба».

Внешне эти плоды напоминали огромные, размером с ладонь, яйца муравьёв. Только оболочка была не гладкой, а кожистой и дико неприятной на ощупь. В мою задачу входило разрезать плод надвое и выдавить мякоть. Этакую бурую слизь, пахнущую… рвотой.

Угу. Именно так. Именно ей!

Вначале, разрезав первое «муравьиное яйцо», я хотела зарыдать и сдаться, однако быстро поняла – этого-то от меня и ждут. Причём не только Шширум со Сскарумом, но и лорд Сирис.

Позволить этим гадам поржать над Мари Брехунье? Нет, я не могла! Поэтому скрипнула зубами и, засучив рукава, принялась за работу.

Глава 8

Утро следующего дня… не порадовало.

Если смотреть объективно, оно было неплохим – за окном вставало солнышко, обещая чудесную погоду, Базя не пыталась разбудить на час раньше и рассказать об очередных секс-символах академии, и вообще, но…

Во-первых, мне всю ночь снились плоды «Сороказуба», во-вторых, ситуация в целом. То есть сначала Хуго, потом Ататриэль, теперь… Короче, понятно.

Неудивительно, что из кровати я выбралась в состоянии бешенства. И к занятиям готовилась выразительно поскрипывая зубами. Но на выходе из комнаты всё же нашла в себе силы вспомнить о хорошем. О том, что мы с Волковым договорились, и теперь у него своё фэнтези, а у меня своё.

Раз так, всё должно наладиться. Может всё уже хорошо?

Увы, но посещение столовой эти чаяния развеяло. Едва мы с Базилией нагрузили подносы и уселись за любимый стол, произошел крошечный культурный переворот. К нам присоединилось несколько девчонок из нашей группы. Да, тех самых, которые прежде воротили носы и предпочитали кушать отдельно.

Разрешения присесть девочки не спросили, однако истинная наглость заключалась в другом…

– Мари, а какой он вблизи? – поинтересовалась светлая эльфийка. Кажется, её Лириэлью звали.

– Э-э? – выразила недоумение я.

А в ответ услышала прямо-таки волшебное пояснение:

– Алекс. Алекс Вульф!

Как удалось сдержаться и не воткнуть в будущую выпускницу Объединённой Академии Магии вилку – не знаю. Но я реально смогла! И даже не зашипела при этом. Ну разве что чуть-чуть.

– О, Мари… Мы даже предположить не могли, что ты с ним знакома, – выдала вторая эльфийка, тоже светлая.

А одна из трёх «человечек» хмыкнула и парировала:

– Как по мне, в их знакомстве нет ничего странного. Ведь Мари – принцесса.

Вот кстати о принцессах.

Раньше с Мари Брехунье не общались, опасаясь гнева её папы, а теперь барьеров как бы нет? То есть желание приобщиться к прекрасному в лице Алекса сильнее, нежели страх перед императором? Ну знаете…

– Мари, – позвала всё та же Лириэль. И буквально взмолилась: – Расскажи!

Угу. Щас.

Я фыркнула, одарила девиц скептическим взглядом и направила всё внимание на завтрак. Просто, когда я ем, я глух и нем. И не надо портить аппетит всякими Алексами!

Нет, в другой ситуации я бы обязательно каких-нибудь гадостей насочиняла, но здесь и сейчас Волков был совершенно неактуален. Мне думалось исключительно о лорде Сирисе. Гадком старикашке, который однозначно нарывался на месть.

При этом я столкнулась с некоторым внутренним конфликтом. С одной стороны, чувство справедливости, которое буквально вопило: Машка, давай! А с другой – воспитание. Оно нашептывало: Машунь, имей уважение к старости. Да, Сирис поступил плохо, но прояви мудрость.

В миг, когда воспитание начало брать верх, в столовой появились Шширум со Сскарумом, и сомнения отпали. Лорд Упырь о своём поведении пожалеет. Вернее, я сделаю всё, чтобы он пожалел!

Придя к такому выводу, я хищно улыбнулась и окончательно сосредоточилась на еде. Теперь меня не могли отвлечь ни девчонки, ни Хуго с Ататриэлем.

В том, что касается блохастого – да, оборотень в академию вернулся. Но, учитывая нашу последнюю ссору, предпочёл держаться в стороне.

Эльф тоже был здесь, но поползновений в мою сторону не предпринимал. Однако в глазах цвета фиалок читалась уверенность альфа-самца, который, невзирая на предложение остаться друзьями, «никуда меня не отпускал».


Занятия пролетели незаметно, а их финала я ждала с трепетом! Чувствовала себя кошкой перед прыжком – той, у которой зрачки на полморды, и задние лапы будто сами собой переминаются.

Только сразу же приступить к делу не получилось – увы, но между мной и счастьем пролегал ещё один барьер. Подвалы Объединённой Академии Магии. Вернее, назначенная лордом Упырём отработка.

Помня о вчерашнем, идти не хотелось. Причём противилось всё, начиная сознанием и заканчивая телом. В итоге пришлось привлечь самого мощного союзника – фантазию. Я представила себя наикрутейшей воительницей, поправила воображаемые броне-трусы и пошла.

В этот раз провожатых не имелось, но я не заплутала. Гордо переступила порог лабораторно-складского помещения, а добравшись до столов, где тусовались змеелюды, улыбнулась и сказала:

– Здрасти.

Потом отбросила сумку с учебниками и добавила:

– Я пришла. Можете издеваться.

Ответом на эту реплику стали две хищные улыбки и всё то же облизывание губ. А спустя ещё секунду, Шширум – он был повыше и помощнее, – выдохнул и спросил:

– Чаю хочешь?

Интонации, прозвучавшие в голосе лаборанта, были настолько нормальными, что я опешила. Хлопнула глазами, пытаясь прогнать глюк, но…

– Мари, насчёт вчерашнего, – подал голос второй, Сскарум. – Ты очень здорово держалась. Не думали, что осилишь.

Э-э… Погодите. Так это что же…

– Это проверка была?

Сскарум кивнул, а Шширум расплылся в новой, на сей раз очень приветливой улыбке.

В том же, что касается меня… Нет, не поверила. Сложила руки на груди и уставилась на змеелюдов с прищуром.

Просто, ввиду всех событий, вера в позитив сильно пошатнулась. Вот и сейчас… Вдруг это какой-то развод? Вдруг меня отравить хотят, или напоить слабительным, к примеру?

Скепсис начал отступать после того, как Шширум наклонился и достал с располагавшейся под столом полки магическую горелку, три чашки и чайник. Тут же, при мне, засыпал в чайник заварку и отошел к небольшой раковине, дабы налить воды.

Ну а Сскарум подвинул два стула и огляделся в поисках третьего. Затем извлёк из своей сумки керамический контейнер, в котором оказалось печенье в форме сердечек.

Но добило не это, а сделанное змеелюдом признание:

– Сам испёк. Специально для тебя.

Мои брови взлетели на середину лба, да там и остались. Просто после этих слов, парни обменялись тёплыми взглядами, а Шширум сказал ласково:

– Хозяюшка ты моя.

Сскарум неподдельно зарделся, даже румянец на излишне натянутой, украшенной едва заметными чешуйками коже проступил. Интерпретация у данного обмена любезностями была лишь одна…

– Вы… – начала я, но запнулась.

А парочка лаборантов вмиг напряглась и посуровела.

– Да, – сказал Шширум. В голосе прозвучал оттенок вызова. – И что?

Что?! Ничего!

Я расцвела самой широкой из улыбок и счастливо подпрыгнула на месте. Ура-ура, у меня снова есть подружки, и какие!

А самое главное, вот такое проявление закона парных случаев явно свидетельствует о том, что наш с Алексом договор всё же вступил в силу. То есть теперь у меня точно своё, позитивное фэнтези! Без всяких багов!

Глядя на мою радость, парни оттаяли, а спустя пару минут мы уже сидели за столом и пили вкуснейший чай с прямо-таки волшебным печеньем. Змеелюды улыбались, я вообще сияла.

Ну, неужели! Наконец-то! Наконец-то у меня всё хорошо!

– То есть у тебя в самом деле амнезия? – спросил Шширум.

– Угу, – подтвердила я.

– Значит, ты не помнишь ни одной истории из жизни нашей академии? – блеснул логикой Сскарум.

Я, само собой, не помнила, и лаборанты принялись этот пробел восполнять. Причём очень воодушевлённо.

Да-да, вместо жуткой работы сегодня были байки! И хихиканье, плавно переходящее в гомерический хохот! И пусть большинство историй сводилось к тому, кто как напился и что при этом учудил, а фигуранты были мне незнакомы, но я рыдала. Даже похрюкивала иногда.

Темы «мужиков» тоже коснулись. Слегка сполоснули кости эльфам обоих мастей, оркам и оборотням. При этом я отметила, что к Хуго парочка нетрадиционно ориентированных лаборантов относится с ну о-очень большим трепетом…

– Он альфа, – сказал Сскарум со вздохом.

– И он та-акой… – мечтательно закатывая глаза, добавил Шширум.

– У него блохи, – поделилась горем я.

– И что? – воскликнули змеелюды одновременно.

А потом Шширум заявил:

– Мари, идеальных не бывает. Более того, если кто-то кажется самим совершенством, и ты вообще никаких недостатков не видишь, жди беды. Этот неочевидный недостаток обязательно всплывёт. И он, вероятно, будет гораздо страшнее, чем можно предположить.

– В тихом омуте Кракен водится, – встрял Сскарум.

Кракен? Эх… ну да. Можно сказать и так.

А вот отношение новых друзей к предводителю Чёрной стрелы не могло не порадовать.

– Алекс, конечно, симпатичный, но всё-таки не то, – сказал Шширум.

– Он какой-то мутный, – добавил Сскарум. – И слишком надменный.

– И эта его неряшливая щетина, – продолжил первый из лаборантов. – Неужели так трудно побриться?

– А манеры? – подхватил второй. – А вечно задранный нос?

Я, слушая эти рассуждения, улыбалась и кивала. Ну слава богу. Хоть кто-то смотрит на личность Волкова трезво, без розовых очков. А то за сегодняшний день меня прямо-таки задолбали. Только ленивый не подошел и не спросил: ну какой же он, этот Вульф, вблизи?

В общем, да, жизнь перестала показывать хвост и повернулась лицом. И из подвала я уходила приплясывая!

Однако изначальных намерений вот такие перемены, разумеется, не отменяли – лорда Упыря по-прежнему ждала месть. И пусть чёткого плана до сих пор не имелось, но в целом я уже знала, что буду делать. Оставалась малость – взять и задуманное осуществить.


В том, что мне повезёт, я не сомневалась. И всё действительно сложилось весьма удачно. Лорд Сирис явился на ужин с большим опозданием, уже после того, как мы с Базилией доели, то есть у меня появилась даже не фора, а полноценная возможность! И это было чудесно.

Когда мы относили подносы с грязной посудой, Сирис только-только приблизился к столу «раздачи». Причём он вообще не торопился. Явно собирался тусоваться в компании уже откушавших коллег ну минимум час.

Второй момент везения – белокурая Базя. Соседка по комнате сообщила, что вот прямо сейчас отправляется в город. На почту. За посылкой от родственников.

А ещё предупредила, что на почте всегда ужасные очереди, поэтому вернётся она нескоро. Как итог – кроме возможности напакостить ректору, мне предоставлялся шанс сохранить дело в секрете.

Это было не менее важно, ибо…

Скажем так, невзирая на симпатии к Базе, проявлять абсолютную откровенность не хотелось. Просто блондинка от расширения пространства ванной ещё не отошла, а я эмоциональное равновесие подруги ценила!

В итоге, отклонив вялое предложение прогуляться на почту вместе, я помахала Базе ручкой и отправилась в комнату.

Ну а оставшись в одиночестве, заперла дверь и озарила мир самой сиятельной из улыбок. Та-ак… Ну что, начнём?

И я вправду начала.

Отбросив сумку с учебниками, подскочила к своей кровати. Шустро избавилась от студенческой мантии, затем от платья, а после, подумав, ещё и от белья. Туфли с чулками тоже скинула, перейдя таким образом в состояние абсолютной обнаженки. Осмотрела себя красивую, и лишь после этого сунула руку в пространство.

Спустя пару минут, на мне оказался офигенный комплект белья – чёрно-белое кружево, крошечные бантики и стразы. Это было необходимо – увы, но собственное бельё, состоящее из майки и коротких шорт-панталон, не подходило никак.

Во-первых, оно совершенно не облегало фигуру, а во-вторых, было довольно страшненьким. А ведь красивое бельё – это как магический талисман! Оно придаёт уверенность, которая, учитывая мою важную миссию, была ой как нужна.

За кружевным комплектом последовала другая, более прозаическая, но не менее нужная вещь – трико глубокого серого цвета. К трико прилагались водолазка, балетки в тон и маска спецназовца.

Последнюю я, закатав край, превратила в шапочку, а натянув эту шапочку на голову, шагнула к зеркалу в намерении оценить свой внешний вид.

Увы, но образ получился не очень. Я была похожа на этакого ниндзя-бомжа. Но…

Нет, времени на переодевание не имелось. Поэтому я скрипнула зубами, выдохнула и зажмурилась, чтобы сказать:

– Хочу в комнату ректора.

Вертикальная полоса, плавный шаг вперёд и… меня обступил полумрак. Просто солнце уже село, а в обители лорда Сирира, в отличие от наших пенат, свет не горел.

Зажигать этот свет было совершенно неразумно, и я застыла, дабы привыкнуть к темноте. А когда поняла, что привыкания не происходит, хлопнула себя ладонью по лбу. Ёлки-палки! Я же заклинание ночного зрения в подземельях изучила!

Ещё мгновение, крошечное усилие и мир обрёл чёткость. На губах вспыхнула невольная улыбка, очень коварная кстати.

Я очутилась в спальне, только, прежде, чем приступать к полноценному осмотру, следовало сделать ещё одну вещь! Движимая этой мыслью, я подскочила к окну, открыла створку и высунулась наружу – хотела прикинуть, на какой половине очутилась, на «светлой» или на «тёмной».

А высунувшись, онемела. Нет, я догадывалась, что те два пятна будут разрастаться, но не думала, что всё случится настолько быстро. Теперь же, учитывая архитектуру здания, я могла видеть невероятную штуку.

Цвет замковых стен полностью поменялся. Граница пролегала чётко посередине, по примыкающей к центральной террасе стене. И это действительно были две половинки: Свет и Тьма, Добро и Зло, Я и… гадкий Алекс Волков.

Причём среди обитателей академии факт смены цветов ажиотажа не вызвал. Не знаю почему, но народ, кажется, вообще не заметил. Впрочем, это и неважно. Сейчас значение имело лишь то, что комнаты лорда Упыря располагались на стороне Добра. То есть обломов и багов не предвиделось!

Моя улыбка стала ещё шире, а уровень серотонина в крови взлетел до небес. Отлепившись от окна, я радостно потёрла ладошки и вот теперь принялась осматриваться.

Телепорт перенёс в спальню, и я с некоторым удивлением отметила, что помещение вполне современное. Тут располагалась большая двуспальная кровать, два платяных шкафа, комод и пара прикроватных тумбочек. На полу лежал ковёр со сдержанным рисунком.

Всё вместе выглядело довольно стильно, и нафталином в этой спальне, как ни удивительно, не пахло. Хотя, не в нафталине суть! Смысл в том, что мне требовалось срочно придумать диверсию, а идей до сих пор не появилось.

У меня была лишь одна – вытащить из пространства несколько плодов Сороказуба и, надрезав, распихать в разных местах. Но, невзирая на то, что благоухал Сороказуб поистине мерзко, наказание казалось недостаточным. Требовалось что-то ещё. Более эпичное!

В поисках вдохновения, я прошествовала к комоду и открыла верхний ящик. И тут же этот ящик закрыла, ибо поняла, что ковыряться в нижнем белье лорда Упыря – выше моих сил.

Заглядывать в платяные шкафы было не менее стрёмно, и я решила проинспектировать двери. Одна, как выяснилось, вела в ванную комнату, а вторая давала возможность перейти в гостиную…

Я возможностью, конечно, воспользовалась. Окинула пространство очень пристальным взглядом и тяжко вздохнула. Может вон ту явно дорогую вазу разбить? Или рога с копытами трём висящим на стенах портретам пририсовать?

Украсить всё розовыми перьями? Или кружевные стринги на люстру повесить? А может… может… Блин. Всё не то! Ну вот как же так? Дорогая фантазия, ну пожалуйста, выдай что-нибудь!

Увы и ах, но фантазия молчала. Я же с грустью осознала неприятную вещь – просто я не мстительная, и гадости делать не умею.

И сразу так грустно стало, так тоскливо… Ведь героини столь любимых мною книг всегда могли, а я…

Додумать и скатиться в депрессию не получилось – меня отвлёк абсолютно неожиданный, но совершенно характерный звук. Двойной щелчок! Он донёсся из соседней комнаты, из примыкающей к гостиной прихожей. Мысли о мести мгновенно улетучились, разум застила паника.

– А-а-а! – чуть присев и выпучив глаза, прошептала я. – А-а-а!!!

Каюсь, но о возможности телепортироваться даже не вспомнила. Взгляд заметался в поисках какого-нибудь укрытия, и в миг, когда в прихожей вспыхнул свет, я бесшумно ломанулась к шкафу.

Он был невысоким и явно узким, зато с непрозрачными дверками! Когда свет зажегся и в гостиной, я уже сидела там и пыталась унять рвущееся из груди сердце.

Ёп…перный театр, неужели спряталась? Неужели пронесло?

Только радоваться было категорически рано…

– Я написал запрос в Орден, – скрипуче сказал кто-то. «Кто-то» – в смысле, не ректор. Его голос я уже знала. – Посмотрим, что ответят.

– Хорошо. – А вот этот скрип однозначно Сирису принадлежал. – Если тебе откажут, тоже запрос напишу. От собственного имени.

Собеседник Сириса не ответил, зато…

– Разговоры о делах предлагаю оставить на послезавтра, – встрял некто третий. – Да и сколько можно работать?

– Согласен, – отозвался… четвёртый персонаж.

– Всё, мы прекратили, – проскрипел лорд Сирис покладисто. И добавил, точно с улыбкой: – Кто что сегодня пьёт?

– А что есть? – уточнил некто… пятый.

– Как всегда. Виски, ром, бренди…

Вот тут я не выдержала. Невзирая на опасность, приоткрыла дверцу шкафа и досадливо закусила губу. Чувство самосохранения забилось в истерике, а главная любительница приключений зачесалась, намекая – это залёт, Машка. Полный!

Щёлка была небольшой, однако разглядеть происходящее это не помешало. В гостиной собралось аж восемь стариканов в чёрных мантиях! С лордом Упырём во главе.

– Ы-ы-ы, – сообщила миру я. Не вслух, разумеется, а мысленно.

Вот как же так? Вот что за подстава? Мы же на светлой половине! На стороне Добра!

Только лорды о расстановке сил даже не догадывались, хуже того…

– Осторожно, – предупредил ректор. Все дружно расступились, а Сирис поднял руку и прошептал какое-то заклинание.

Через несколько секунд, к центру гостиной подплыл огромный круглый стол. Он, если не ошибаюсь, изначально стоял у окна.

За столом в воздух поднялись и стулья, которые тут же рассредоточились по кругу. Это был новый повод взвыть! Просто данные приготовления указывали – расползаться по норкам преподы не желают. Более того, старички точно собирались тусить!

Не выдержав, я прикрыла глаза и легонько постучалась головой о дверцу. Ну почему сразу про заклинание телепортации не вспомнила? Зачем загнала себя в этот тесный шкаф? Ведь тут не то что шагнуть, даже пошевелиться невозможно! И спасибо ещё, что никаких полок нету, а сам шкаф совершенно пустой.

– Та-ак… – протянул тем временем Сирис. Прозвучало весьма самодовольно. – Ну что, готовы обнищать на пару сотен?

– Извини, друг, но сегодня тебе не выиграть, – отозвался старик, в котором я с запозданием узнала лорда Нирана. Да, того самого лекаря. Вернее, декана факультета целительства и врачевания.

– Угу, – хмуро добавил ещё один. Кажется, руководитель стихийников. – Сегодня, Сирис, обнищаешь ты!

Я закрыла глаза и окончательно погрустнела. Просто вспомнила, что завтра единственный положенный при нашей шестидневке выходной, а раз так, преподы могут просидеть до утра.

До утра! А-а-а!

Желание сдохнуть отступило после того, как в наступившей тишине прозвучал выразительный «чпок». А за ним приглушенное «бах», и первое из целой череды «буль-буль-буль».

Едва в воздухе повеяло спиртом, мозг попаданки посетила мысль – отчаиваться рано! Может сухофрукты сейчас наклюкаются, а я под шумок сбегу?

Когда открыла глаза и вновь глянула в щёлку, картинка уже изменилась. Восьмёрка в чёрных мантиях восседала за круглым столом, рядом с каждым стояло по массивному бокалу, наполненному алкоголем. При этом Ниран тасовал колоду, точно намереваясь сдавать, но…

Прежде, чем карты легли на стол, случилось ещё одно событие.

– Так. Амулеты! – сказал кто-то. Старик, которого лично я не знала.

– Кстати-кстати, – поддержал другой. – А то смотреть на ваши рожи…

С этими словами, говоривший стянул с шеи украшенную небольшой бляшкой цепочку, и… морщины с сединой пропали. Теперь на стуле сидел широкоплечий мужик с шапкой рыжих волос, аккуратной бородкой и насмешливыми зелёными глазами.

Я… нет, не офигела. Хуже!

У меня и дар речи пропал, и мысли в анабиоз впали, и вообще.

Зато остальные присутствующие отреагировали совершенно спокойно. Более того, все потянулись к точно таким же неприметным бляшкам.

Ещё пара секунд, и за столом вообще ни одного сухофрукта не осталось! Теперь там сидело восемь шикарных, наделённых модельной внешностью мужчин!

– И нафталин этот дурацкий… – Рыжий щёлкнул пальцами, заставляя приоткрыться ближайшее окно. – Меня уже тошнит от этого запаха.

– Меня тоже, – ответил лорд Ниран. – Но что делать?

Повисла пауза. Лекарь сдавал карты, а остальные участники внимательно за данным процессом следили.

А потом лорд Сирис сказал:

– Личины и нафталин достали всех, но иного варианта, увы, нет. Придётся потерпеть, пока не пройдёт это моровое поветрие. Пока наши драгоценные студентки, – вот тут он сильно поморщился, – не угомонятся.

Сам ректор… он реально был лучшим! Широкоплечий, мощный, с правильными чертами лица, длинными каштановыми волосами, волевым подбородком и глазами насыщенного синего цвета.

Таким, что прямо взять и… съесть! А потом изнасиловать раз пятьсот. Вернее, наоборот. Сначала изнасиловать, а дальше…

– Да, студентки – это кошмар, – поддержал блондин, чем-то похожий на короля Трандуила из «Хоббита».

– Ужас! – согласился второй блондин, напоминающий киношного Тора.

– А ведь раньше подобного не было, – вздохнул рыжий. – Всего несколько лет назад никто и вообразить не мог, что нам придётся прятаться, скрывая внешность и возраст.

– Да, раньше девушки вели себя приличнее, – присоединился к товарищам Ниран. – Раньше ректор и деканы были просто сотрудниками ВУЗа, а сейчас? Излюбленные объекты для охоты! Вот откуда это всё? Что за эпидемия?

– Угу, – подтвердил «Трандуил». Причём выглядел в этот миг совсем грустно. Так, словно регулярно с подобным «произволом» сталкивался и сильно от внимания студенток пострадал.

– И, главное, все такие изобретательные, – добавил черноглазый брюнет. Кажется, проректор по воспитательной части. – То сессию нарочно завалят, то рецепт приворотного зелья, к которому почти невозможно подобрать антидот, сварят, то в смертельные неприятности вляпаются…

– Ага, – опять включился в разговор рыжий. – А ты потом спасай их. Мчись на помощь, теряя тапки. Нафиг нам это надо?

– А самое смешное, эти соплячки всерьез уверены, что они нам интересны, – заявил «Тор». И фыркнул очень выразительно. Настолько, что мой шок моментально сменился возмущением.

Ну знаете! Ну…

– Хм, – лорд Сирис улыбнулся и отпил из бокала, – пусть это непедагогично, но, справедливости ради, интересные среди них всё-таки есть.

– Например? – спросил Ниран.

Я затаила дыхание и подалась вперёд, а лорд Упырь…

Имена, которые он назвал, были незнакомыми и сплошь эльфийскими. От этого так обидно стало, так горько.

Это же моё фэнтези, моя сказка, а он… Да как он вообще смеет забывать про главную героиню! Особенно после того, как сам же меня и кадрил? Поддразнивал обещаниями отчислить!

Я надулась и даже засопела, однако синеглазому шатену с божественной внешностью было плевать. Равно как и остальным. Мужчины вообще с темы соскочили – забыли про студенток и принялись играть в карты.

А я превратилась в мини-вулкан, кипящий самыми разнообразными эмоциями. Отдельное место в этой палитре занимала злость, причём не на преподов, а на Александра Волкова.

Ведь мы договорились! Условились! А он опять портит моё романтическое фэнтези своими гадкими флюидами. Точно он! Ведь иных причин для вот таких багов – нет!

– Кхм, – подал голос лорд ректор. И внезапно исправился: – Кстати, я совсем забыл про нашу принцессу.

– Мари? – переспросил Ниран. – А что с ней?

– Что… – Сирис хмыкнул, растягивая губы в сексуальной улыбке. – Всё.

Следом был весьма говорящий жест – ректор изобразил в воздухе женскую фигуру, сообщая коллегам, что у Мари Брехунье есть и грудь, и бёдра, и талия.

– Мм-м, – ответил кто-то из преподов, а я не выдержала, зарделась.

Неприятные эмоции отступили, а в сердце вспыхнуло желание расцеловать Волкова в обе щеки. Как всё-таки хорошо, что мы разделили территорию. Как замечательно, что он там, в восточном крыле, а я…

Увы, но воспоминание об Алексе было лишним. Нет, можно предположить, что соотечественник ни при чём, но я-то знаю – всё Зло из-за него! Вот и сейчас… Я сидела тише мыши, и проблем не предвиделось, однако стоило помянуть Волкова, и…

Пыль! В шкафу пахло ею совершенно отчётливо, но она на ситуацию не влияла. А после мысли об Алексе, в носу резко защекотало. Причём в самой глубине! Там, где никак, при всём желании, не почесать.

Я резко застыла и зажала нос пальцами. И рот ладонью закрыла, чтобы наверняка. Ещё зажмурилась в яростной надежде погасить устроенную организмом провокацию, но…

– Апчхи! – сообщила миру.

Снаружи, в злополучной гостиной, сразу стало очень тихо. А лорд Сирис спросил:

– Вы слышали то же, что и я?

Вероятно, кто-то из мужчин хотел ответить, но я оказалась проворней. Просто сил сдерживаться уже не было, и…

– Апчхи. Апчхи. А-а-апчхи!!!

Глава 9

Вблизи лорд Сирис оказался ещё симпатичнее. Весь такой большой, с невероятным прищуром синих глаз и лёгкой ехидной ухмылкой. Мешковатая чёрная мантия смотрелась на нём, как наряд от кутюр, а едва уловимый запах крепкого алкоголя добавлял образу брутальности.

В общем, сердце одной попаданки готово было расплавиться. И оно бы непременно так и поступило, если бы не чувство неловкости. Просто, когда сидишь в шкафу, в нелепой позе и превращённой в шапочку маске спецназовца, а он стоит напротив и насмешливо взирает сверху вниз, таять от умиления сложно.

Более того, в подобной ситуации хочется заёрзать и сказать:

– Ой.

Вот я и сказала! А ещё зажмурилась в надежде, что лорд Сирис захлопнет дверцу и уйдёт. Ну а что? А почему нет? Ведь мы в фэнтези, а тут чудеса точно случаются!

Однако на сей раз чуда не произошло, ректор не ушел. Наоборот – сложил руки на могучей груди и сказал:

– Ну надо же какая встреча.

Пришлось распахнуть глаза и подарить шатену самый невинный взгляд. Потом вспомнить о вежливости и добавить:

– Здрасти.

– Угу, – отозвался лорд Сирис весело и протянул руку, предлагая выбраться из убежища.

Ответить на это я могла лишь одно:

– А может тут посижу?

– Не-ет…

В голосе ректора прозвучала высшая степень самодовольства! Выглянув из-за его фигуры, я смогла увидеть – остальные реагируют аналогично. В смысле, лица высших чинов Объединённой Академии Магии были озарены широченными улыбками. Я почувствовала себя мышью, угодившей на вечеринку к восьми кошакам.

– Ы-ы-ы… – сообщила собравшимся я. – Ы…

А потом глубоко вздохнула и успокоилась! Да, это попадос, но безвыходных ситуаций нет. И вообще, мы люди взрослые и, следовательно, можем договориться. С этой мыслью я приняла предложенную ректором руку и выбралась из шкафа.

И вновь проявила вежливость:

– Как поживаете? Как дела?

Улыбки стали шире и коварней, и от этого дико захотелось потупиться, но я удар выдержала. Вновь невинно хлопнула ресницами и сказала:

– Ну я… пойду?

– Ага. Щас! – заявил невероятно довольный «Трандуил».

Вот теперь посетила новая мысль! Вернее, очень логичная догадка…

Взгляд скользнул по брутальному широкоплечему ректору, по его не менее брутальным друзьям, наполненным алкоголем бокалам, разложенным на столе картам, и…

– К интиму склонять будете?

– Кого? – недоумённо уточнил рыжий.

– Ну как… – Я развела руками. – Меня.

Пространство наполнилось громогласным басистым ржачем. Хохотали все, включая подбивавшего в своё время клинья Сириса. От этого стало как-то обидно. Нет, сама-то я против, но неужели они даже не допускали подобный вариант?

Следом вспомнился канон – он такого варианта тоже не допускал, но… В последние годы каноны романтического фэнтези так изменились, что…

Впрочем, нет. Не важно.

Пережив звуковую атаку, я улыбнулась шире прежнего и, так как преподы говорить не спешили, вновь взяла инициативу в свои руки.

– Я никому ваш секрет не раскрою.

– Никому-никому? – хитро переспросил «Тор».

Активно помотав головой, я отступила. В эту секунду меня посетила третья, на сей раз по-настоящему ценная мысль – надо линять!

Так как отпускать студентку не собирались, а процесс переговоров сводился к моим репликам, уведомлять о намерениях я не стала. Просто прикрыла глаза и, мысленно возопив, что хочу в свою комнату, шагнула в портал.

Увы, но вот тут случилась новая подлость. То есть как «новая»? Когда-то со мною подобное уже происходило, но сейчас… Тот факт, что портал не сработал, стал шоком.

Как это? За что? Почему?

Но самым ужасным было другое – лица собравшихся мужчин слегка вытянулись, а лорд Ниран сказал:

– Мне почудилось, или она попыталась применить заклинание телепортации?

– Не почудилось. – Ректор аж зубами щёлкнул, а в синих глазах вспыхнул неподдельный азарт.

– Та-ак, – протянул «Трандуил». – И кто же додумался научить нас высшему заклинанию?

– Мне интереснее другое, – подал голос черноглазый брюнет. Точно проректор! И точно по воспитательной… – У Мари дар любовной магии, то есть овладеть телепортацией она не может. Но ведь владеет.

– Э-э… Кто владеет? Я?

Моё возмущение было очень искренним! Просто интуиция взвыла, сообщая, что здесь какая-то засада и нужно срочно в несознанку идти. Вот я и пошла, а лорд Упырь…

– Владеешь-владеешь, – сказал коварно, но безапелляционно. И припечатал: – Ведь сюда ты именно с помощью телепортации попала. Других вариантов, учитывая, что охранные заклинания на двери были в норме, нет.

Я хотела возмутиться ещё раз, но быстро вспомнила, что мы не где-нибудь, а на стороне Добра. То есть ничего дурного не случится. Всё будет хорошо!

Ну а если так, то…

– Почему заклинание не сработало? – проявила любопытство я.

В ответ услышала ожидаемое:

– Блокировка, – сказал Сирис. – Сюда переместиться можно, а отсюда – только с моего разрешения.

Всё. Вот теперь его улыбка стала не только широкой, но и почти пугающей. Если бы не знала, в каком мире нахожусь, точно бы намочила своё новенькое трико.

– Кстати, Мари, а что на вас надето? – поинтересовался Ниран. – Это какая-то новая мода?

Я шумно выдохнула и закивала. Тут же спросила самым жалобным голоском:

– Может всё-таки отпустите?

– Нет!


Следующие два часа, я сидела за столом, цедила через трубочку морс и наблюдала за карточной игрой с непонятными правилами. А эти «старики-разбойники»… натурально бухали! Дружно опрокидывали стакан за стаканом и играли в те самые карты.

Причём вопросов про заклинание телепортации уже не задавали, и даже о цели визита к ректору не спрашивали. Но меня данные моменты не заботили – куда большее недоумение вызывал тот факт, что руководству академии было совершенно пофиг, что я их секрет узнала.

А ещё – разговоры. Мужчины говорили «без купюр». Так, словно никого постороннего рядом нет. Некоторые – не будем показывать на проректора по воспитательной части пальцем, – даже позволяли себе нецензурные выражения. И на них никто не шикал!

В том, что касается содержания этих разговоров… Нет, ничего криминального не звучало. Единственным, что вызвало хоть какой-то мой интерес, стало:

– Сегодня письмо от генерала Гизли получил. – Реплика принадлежала Сирису.

– И что там? – полюбопытствовал «Трандуил». В действительности, его лордом Дэймоном звали.

– Просит войти в положение. – Ректор выразительно поморщился. – Разрешить Вульфу и компании свободный график. То есть узаконить их вечные прогулы.

– Хм… – подал голос рыжий. Лорд Ванкум, декан факультета ветеринарной магии. – И с чем данная просьба связана?

Сирис поморщился ещё выразительней. Но ответил:

– Чёрная стрела помогает в очередном расследовании. Выслеживают какого-то сто первого маньяка, угрожающего столице и всей империи.

Преподы, услышав пояснения, скривились. Я – тоже.

Впрочем, фиг с ним, с Алексом. Ситуация, в которую попала я сама, была куда важней! И вот такое свободное общение, да вкупе с полным равнодушием к проблеме разоблачения, навевало очень неприятные мысли. Я чувствовала себя неуютнее с каждой минутой. Хотя, «неуютно» – слово не точное. Мне было по-настоящему стрёмно!

К моменту, когда мужчины закончили очередную партию, а взгляд лорда ректора вперился в меня, я едва сдерживала желание завыть! При этом отчаянно твердила себе, что мир – позитивный, а за столом не мафия. То есть принцип «свидетели долго не живут», тут не работает. Не должен работать!

Тем не менее, оказавшись под прицелом синих глаз, перепугалась жутко. А когда лорд Сирис улыбнулся и вальяжно похлопал по собственному колену, предлагая одной студентке пересесть, отчаянно замотала головой.

Через миг услышала:

– Мари… – В голосе ректора пьяные нотки смешались с мёдом и флиртом.

– Нет! – взвизгнула я.

– Мари, не бойся, – зараза улыбался. Причём широко и хищно. – Не укушу.

С места я, само собой, не сдвинулась. Вспомнив, что в ситуации тиран-жертва страх лишь подзадоривает, нахохлилась, дабы скрыть истинные эмоции.

Не боюсь! Вот не боюсь и всё!

– Я даже приставать не буду, – добавил Сирис. – Клянусь.

Пф…

– А смысл мне, в таком случае, к вам подходить?

Ректор застыл. Самодовольство пусть на секунду, но сменилось растерянностью. А потом он догадался…

– Издеваешься?

Я благоразумно промолчала, а лорд ректор улыбнулся шире и заявил:

– Ладно… Сам подойду.

С тяжким вздохом, он поднялся на ноги и действительно приблизился. Затем развернул мой стул и наклонился, позволяя ощутить запах крепкого алкоголя и бесконечно далёких от нафталина духов.

Я нахохлилась сильнее, превратившись в этакого боевого воробья, и невольно вжалась в спинку стула. Даже попыталась пропищать какой-то протест, но ректор слушать не желал. Он хотел говорить!

– Тарантанаэра, – выдохнул Упырь. – Кантанратанта!

Дальше был жест явно магического свойства и длиннющая тирада непонятного значения. В результате этих манипуляций, на глаза словно туманная пелена упала, а вот после неё в сознании возникла очень чёткая картинка.

Пещера, заваленная телами спящих монстров, огроменный отполированный камень с отпечатком ладони, и яркая надпись: «Поздравляем! Вы больше не восприимчивы к магии, воздействующей на разум!»

Вслед за этой картинкой, возникла ещё одна. Алекс Волков, который досадливо сплёвывает прямо на пол и говорит с чувством:

– Сью!

Вот теперь совсем радостно стало. Так, что я разулыбалась во всю ширь!

Дополнительная приятность – ректор прочёл в моей глуповатой улыбке подтверждение тому, что память стёрта. А вот Ниран не порадовался…

– Может не стоило? Ведь у неё и так амнезия.

Сирис выпрямился и пожал плечами, мол – а что я мог? Окинул меня новым насмешливым взглядом и вопросил, обращаясь к собутыльникам:

– Ну что? Кто готов отвести Мари в её комнату?

– Не я, – буркнул «Трандуил».

Остальные энтузиазма тоже не проявили – выпивка и карты были точно важней.

– Ниран? – окликнул лорд ректор.

– Почему сразу я?

Декан факультета целительства и врачевания, который, кстати, обладал короткими тёмно-русыми волосами и глазами цвета весенней листвы, не просто скривился, а прямо-таки скуксился. То есть, тоже не хотел. Совсем-совсем.

– Ты сам сказал, что у Мари амнезия, – блеснул коварством Сирис. – Следовательно, твоё участие в её судьбе будет логично. Если кто-то поинтересуется, где эта милая девушка пропадала, скажешь, что вызывал в лазарет.

– Зачем я её вызывал? – продолжил упираться Ниран.

– Хотел проверить состояние. Узнать, если ли улучшения.

Лекарь закатил глаза и замер на несколько секунд. Кажется, он пытался не обматерить собственное начальство.

Только логика ректора оказалась сильней, и Ниран сдался.

– Хорошо, – процедил он хмуро. – Отведу.

Ниран выудил из кармана амулет, и через секунду перед нами стоял уже не брутальный мужчина, а сухофрукт относительной трезвости. Пользуясь моим бездействием, он цепко ухватил за локоть, заставляя подняться, и проскрипел с подчёркнутым пафосом:

– Пойдём, дитя.

«Дитя» упираться, разумеется, не стало, и послушно направилось к выходу. О том, что произнесённое Сирисом заклинание не подействовало, тоже не сообщило. А зачем?

Оставалась малость – добраться до комнаты и дождаться, когда Ниран отмажет меня от Бази. Впрочем, может снова повезёт, и подруги в комнате не будет? А то лекарь лекарем, но про нестандартный внешний вид рассказывать придётся самой. Ведь блондинка, наверняка, заинтересуется. А уж если она размотает мою «шапочку»…

Но нам всё-таки повезло. В момент, когда лекарь, прикинувшись магом-медвежатником, вскрывал замок, Базилия с почты ещё не вернулась.


Единственный выходной я планировала провести с толком – проваляться весь этот день в постели и никуда, кроме столовой, не выходить. Просто занятия и все переживания ужасно утомили, а стресс от неудачной диверсии – добил.

Впрочем, насчёт неудачности это, конечно, лукавство – учитывая добытую информацию, всё сложилось супер-пупер, и даже лучше. Но желания выбраться из постели это не добавляло. Тут, под одеялом, было слишком хорошо.

Базилия отнеслась к моим настроениям с пониманием, правда сама затею не поддержала. Умывшись и облачившись в халат, подруга сразу уселась за конспекты. Ей, видите ли, хотелось повторить пройденный за эту неделю материал.

– Ты какая-то неправильная студентка, – глядя на её поползновения, пробормотала я.

– В каком смысле? – удивилась Базя.

– В том, что зубрёжка положена исключительно перед сессией, а в остальное время…

Я осеклась, потому что на физиономии Бази появилось скептическое выражение. А потом прозвучало:

– Откуда ты знаешь, как положено вести себя студентам? У тебя же амнезия.

– Мм-м, – ответила я. – Мм-м…

А взгляд блондинки стал очень цепким! Таким, что я испытала инстинктивное желание натянуть одеяло на голову и притвориться, будто меня тут нет. И точно бы данный манёвр провернула, если бы не внезапный стук в дверь…

Блондинка поморщилась и неохотно отправилась открывать. Я же села на кровати – просто разлёживаться при посторонних некультурно, – и сладко зевнула.

Ещё через секунду застыла в недоумении. Просто на пороге нашей комнаты стояла облачённая в тёмно-зелёное платье Лириэль.

– Привет! – сказала эльфийка весело. – Вы уже проснулись?

Базя заметно опешила, я – тоже. А сокурсница изящно прошмыгнула мимо блондинки и с улыбкой уставилась на меня.

Потом заявила:

– Мы сегодня всей группой в кино идём. Хотите с нами?

– Э-э… – прореагировала я. Угу, с внятной речью этим утром были проблемы.

Базилия, как ни странно, тоже растерялась. Ответила столь же «содержательно»:

– Ы-ы?..

– Ну вот и прекрасно! – воскликнула Лириэль. Каким образом она прочла в нашем мычании согласие – не знаю. – Тогда сразу после обеда, у выхода из столовой! При себе иметь немного денег и зонтики. – И после кивка на окно: – Там сегодня дождь собирается.

С этими словами светлая эльфийка развернулась и, вновь протиснувшись мимо растерянной Базилии, исчезла. А мы с подругой остались. Пусть в лёгком, но всё же недоумении.

Да-да, смысл приглашения был предельно ясен: с нами вознамерились дружить! И всё бы ничего, но причиной проявленной симпатии точно являлся Алекс Вульф, с которым я столь неосмотрительно при свидетелях пообщалась.

И я как бы не против помощи, да и с девчонками законтачить хотелось, но…

– Кина не будет, – хмуро сообщила подруге я.

Базя аж подпрыгнула.

– Но почему?!

Следующий час мне банально выедали мозг. Базя вцепилась в приглашение Лириэль всеми конечностями и отступать не желала. Все мои протесты разбивались о железобетонное желание блондинки, и она-таки победила. То есть я согласилась. Выдавила из себя столь нужное Базе:

– Хорошо. Пойдём.

Покорившись обстоятельствам, я натянула платье василькового цвета, причесалась и накрасилась. Затем, глянув в окно, вытащила из шкафа не только зонт, но и лёгкий плащ – благо, в нищенском гардеробе опальной принцессы он имелся.

Затем произошло извлечение заначки, которая хранилась в ящике письменного стола, и на которую я наткнулась пару дней назад, когда что-то в этом столе искала.

Со стороны выуживание худенького мешочка с монетами выглядело как проблеск памяти, и Базилия искренне порадовалась.

– Вау! – воскликнула она. – Ты идёшь на поправку!

Дальше был обед, и ели мы не одни, а в компании нескольких сокурсниц во главе с Лириэлью. Девчонки уселись за стол сами, без приглашения. Однако указывать на бестактность я всё-таки не стала. Хотя хотелось!

Просто… да. Да, причина их интереса к моей скромной персоне по-прежнему бесила. Неужели знакомство с Волковым – единственное моё достоинство? Неужели иных причин проявить интерес к Мари Брехунье – нет?

Тот факт, что выспрашивать про Алекса девчонки пока не пытались, на настроение не повлиял. Короткая прогулка по городу позитивных ноток тоже не добавила: погода окончательно испортилась, с неба даже не капало – лило!

А ещё ветер поднялся, а температура наоборот упала. Короче, осень пришла. Причём внезапно. Как зима для коммунальных служб в Москве.

Ну а когда оказались в кассах кинотеатра, настроение вообще сдохло. Дело в том, что за билет я отдала половину монет и, как следствие, осознала всю глубину финансовой попы, в которой пребывала.

Это было ужасно. И в концепцию позитивного фэнтези точно не вписывалось. В общем, капец. Одно сплошное расстройство!

Сам кинотеатр представлял собой отдельно стоящее здание приличных размеров, и в целом выглядел вполне современно. Тут имелся просторный холл, украшенный всякой всячиной, два кафетерия и несколько кинозалов.

Репертуар тоже был на удивление широким. В данный момент в прокате шли аж четыре ленты. Мы собирались посмотреть некий заграничный фильм, одну из самых, как пояснили девчонки, ожидаемых новинок года.

Лишь очутившись в кресле, перед экраном, я сумела выдохнуть и отринуть негативные эмоции. Ну а когда включились магические проекторы, и на белом холсте появился главный герой, вообще про неприятности позабыла. Просто он был такой, такой…

– Какой же этот Ферран Истэн милашка, – прошептала сидящая рядышком Базилия.

Вся наша компания, состоящая из тридцати студенток факультета Любовной магии, слаженно вздохнула. И не менее дружно погрузилась в просмотр чудесной, красочной истории.


– Какой фильм, – закатывая глазки, сказала Диза. Курносая рыженькая «человечка». Вполне миленькая, точно принадлежащая к богатой семье. – А какой поцелуй в конце!

– О да, – поддержала Фия. Тоже «человечка», но тёмненькая, с грубоватыми чертами и манерами. – Финал шикарный. Режиссёр превзошел себя!

– Ой, ну при чём тут режиссёр? – Лириэль надула губы. – Если бы ни Ферран, никакого шедевра бы не вышло!

– Угу, – поддержала эльфийку Базя. И добавила с очередным сладким вздохом: – Ферран, он… Он такой талантливый! А какой краси-ивый…

Мы сидели в кафе, расположенном напротив кинотеатра и, невзирая на отвратную погоду, ели мороженое. Наш курс занял несколько столиков, а я и Базя оказались в одной компании с настырной светлой эльфийкой, которая на данное мероприятие и приглашала.

Случайность? Разумеется, нет. Лириэль делала всё, чтобы оказаться поближе. Причины её симпатий были всё теми же, но о неприятном я старалась не думать. И вообще, в данный момент куда больше занимал фильм.

Он оказался суперским. Сюжет, конечно, относительный, и сама лента наподобие нашего «Бонд, Джеймс Бонд», но там такую любовь показали, что все лужицами растеклись. Единственное, что было непонятно – финт с пастушкой.

Некая девица, похожая на белокурый одуванчик, несколько раз за фильм спускалась с холма, и… И, собственно, всё. Никакого продолжения. Никакого, на мой взгляд, смысла.

– Ты что? – воскликнула Лириэль, когда я эти соображения озвучила. – Это же авангардный элемент! Тонкий режиссёрский перфоманс!

– Э-э… – ответила на заявление я и, от греха подальше, вернулась к поеданию мороженого.

Вернее, хотела вернуться. Но прежде чем успела вонзить ложечку в посыпанную ореховой стружкой массу, раздался звон дверного колокольчика, и в кафе вошла целая толпа. Семеро парней в стильных тёмных костюмах и несколько холёного вида девиц с большими… хм… глазами.

В общем, да. К нам пожаловала Чёрная стрела. Причём не одна, а с прицепом.

Атмосфера в кафе изменилась моментально. Студентки факультета Любовной магии сразу забыли и про фильм, и про мороженое. Остальные посетительницы тоже ложечки побросали. Персонал – несколько девушек в форменных платьях – начал прихорашиваться и поправлять причёски.

На этом фоне моя реакция выглядела верхом благоразумия – я злобно скрипнула зубами.

Слышно не было – клянусь! Но эмоции, видимо, и на каком-то энергетическом уровне прошли – а чем ещё объяснить тот факт, что Волков резко заозирался и тут же обнаружил меня?

Алекс был весел. Даже не так! Все представители студенческой банды сияли самодовольными улыбками! А сопровождавшие их девицы радостно хихикали. Все, как одна! Включая повисших на Волкове эльфиек-дроу.

Впрочем, последние, отследив взгляд предводителя, хихикать перестали, и даже напряглись, ну а я… Нет, я реально воспитанная, но не показать брюнету неприличный жест не могла.

И пусть сделала это украдкой, но Алекс заметил. Правда, не расстроился, а… ехидно подмигнул! Скот.

Вот теперь я выдохнула и вернулась к десерту, который, кстати, обошелся в четверть всей обнаруженной заначки. Ёлки-палки, вот что за день-то такой? Лучше бы мы без всяких выходных учились.

– О-о-о… – тихонечко протянула Лириэль. И не нужно быть гением, чтобы понять, кому это «О-о-о» посвящалось.

– Они, наверное, тоже в кино ходили, – прошептала Базя. – На тот новый мега-экшн-боевик с элементами ужасов. Он как раз на полчаса позже нашего сеанса начинался.

Пока мои сокурсницы дружно таяли от счастья, представители «стрелы» сдвинули несколько столов и сделали заказ. А я мысленно взвыла, сообразив – уйти из кафе раньше, чем отсюда слиняет Алекс не получится. Девчонки и на миллиметр не сдвинутся, пока он тут!

Под тяжестью осознания, настроение опять в пропасть съехало. Однако, как вскоре выяснилось, это были лишь цветочки! Ягодки ждали впереди.

Через несколько минут, которые лично мне показались вечностью, Волков поднялся и компанию свою покинул. Предводитель Чёрной стрелы направился к нам, вернее, к одному конкретному столику. Тому самому, за которым сидела я.

Он приблизился, вальяжно обогнул стол и, встав за моей спиной, наклонился, чтобы шепнуть в ушко:

– Можно тебя на пару слов?

– Нет! – складывая руки на груди, рыкнула я.

Идейный противник не отстал. Прошептал после паузы:

– Машунь, а давай без детского сада?

Детский сад? Это он обо мне? Ну… ну знаете!

В общем, я подумала и тоже встала. Только причиной была вовсе не подколка – мною двигало желание защитить психику сокурсниц. Просто Алекс стоял слишком близко, а девчонки к подобному не привыкли и оказались на грани коллективного припадка. А мне оно надо?

Молчаливо шипя, я проследовала в указанном Волковым направлении. Увёл он недалеко – к ближайшей стеночке. Тут была пара столиков, но пустых, и мы оказались практически тет-а-тет. В смысле, нас могли только видеть, а слышать – нет.

Я упёрлась в эту стену спиной и устремила на соотечественника сердитый взгляд. Сам Алекс остановился в полушаге, слегка загородив меня от любопытных.

– Чего шипишь? – спросил он. – Чем ты опять недовольна?

– Зато ты слишком доволен, – не выдержав, огрызнулась я.

Настроение Алекса действительно было слишком хорошим. Он буквально сиял, составляя конкуренцию всем зажженным в кафе светильникам.

– А почему бы мне не порадоваться? После нашего разговора, у меня всё наладилось. Проблемы отступили, непонятки решились, косяки ушли.

Я фыркнула – кто бы сомневался!

– Ма-аш… – так и не дождавшись ответа, протянул Алекс.

Я фыркнула снова. Потом сложила руки на груди и сказала честно:

– У меня, в общем-то, тоже всё хорошо.

– Но?

В голосе соотечественника прозвучали нотки предвкушения, и я промолчала. За что и поплатилась…

– Это из-за них? – Алекс кивнул на свою компанию, но было совершенно ясно, что речь не обо всех, а о паре липнущих к предводителю «стрелы» дроу. – Это из-за них ты так расстроилась?

Я от столь возмутительного предположения аж подпрыгнула!

Нет, толика истины тут, конечно, была, но…

– Манию величия выключи, – прошипела сурово.

– Зачем? – отозвался Волков. – Лично мне она не мешает.

Шутил. Нет, ну точно шутил, хотя крупица истины была и тут. И так как потакать фантазиям Волкова не хотелось, я вздохнула и всё же сказала правду…

– Я персона нон-грата, но с некоторых пор со мною хотят дружить. Только причина не во мне, не в каких-то моих качествах, и даже не в титуле принцессы, а в знакомстве с тобой.

Алекс нахмурился.

– То есть? – не понял он.

– То есть девочки надеются подобраться к тебе через меня.

– Уверена?

Увы, но ситуация действительно была однозначной.

– Да, – выдохнула я.

В глазах соотечественника мелькнуло нечто похожее на сочувствие, только легче не стало.

– Тебя это обижает? – спросил Алекс.

Я задумалась и кивнула. Потом добавила:

– И обижает, и бесит, и вообще.

– А как нужно? – задал новый вопрос он.

Очень хотелось сохранить хоть подобие спокойствия, но эмоции на новый виток пошли. Просто мы опять разговаривали на виду у всех, и я представила, какая атака после этого начнётся.

Сокурсницы опять будут ходить за мной и ныть! Ах, ты знакома с самим Алексом! А он же такой расчудесный! Бр-р-р…

– Чтоб отстали! – в итоге, рыкнула я. – Чтоб…

– Помочь? – перебил соотечественник.

– Ой, да чем ты можешь… – начала было я, но осеклась, поймав предельно насмешливый взгляд.

Интуиция взвыла об опасности, но бежать было некуда и поздно. Одна рука Волкова моментально скользнула на мою талию, вторая нырнула в волосы, а губы нагло накрыли неосмотрительно приоткрытый рот.

Да, да, и ещё раз да! Этот гад, этот козлик недобитый, сволочь попаданская, мужлан питерского разлива, поцеловал! И сделал это настолько внезапно, что я искреннее растерялась.

Хуже того, от этой неожиданности у меня случилась лёгкая аритмия и коленки неуместно ослабли.

Минуты через полторы организм всё-таки одумался – вернулся в норму, и я даже попыталась отвесить негодяю пощёчину, но тот подло руку перехватил. И вот теперь отстранился. То есть перестал совать свой язык в мой рот и выписывать этим языком кренделя.

Ну а я…

– Ты! – прошипела злобно. – Ты!..

– Можешь не благодарить, – самодовольно заявил Волков.

Глава 10

Из кафе я вылетела пулей, правда зонтик и плащ не забыла. А оказавшись на улице, помчалась в академию – благо, та находилась недалеко и была очень даже видна.

Причин для побега было несколько…

Во-первых, я спасала Волкова от кровавой расправы в виде разрывания на множество маленьких Алексов, с последующим глумлением над трупом. Понятно, что он как бы крутой, но шансов справиться с моей яростью у идейного противника не было. Никаких!

Во-вторых, я спасала себя. Увы, но предпринятая Волковым провокация достигла цели, девчонки о-очень впечатлились. Не только две «мулатки», но вообще все, взирали на меня такими глазами, что мороз по коже побежал. Младшей дочке императора Тариуса реально грозил трындец.

В-третьих, собственные эмоции вошли в такое пике, что усидеть на месте было абсолютно невозможно. Я не просто кипела – меня прямо-таки распирало от чувств!

Зато было очевидно – теперь Мари Брехунье вновь превратится в персону нон-грата. Девочки не простят. Что угодно, кроме вот такого.

Последнее не огорчало, зато самоуправство Алекса…

Скот! Гад! Полный дебил!

Да чтоб он… Да чтоб у него… Да чтоб ему пусто было!!!

Убью. Вот точно убью. И плевать, что убийство героиней кого-то кроме супер-злодея – не по канону!

Так. Стоп. Подождите. А что если…

Вот тут я споткнулась и едва не полетела в одну из многочисленных луж. Озарение было по-настоящему внезапным, зато настолько логичным, что страшно стало.

Ведь мы с Волковым действительно два полюса, и так как на героя романтического фэнтези он не тянет, то… Получается, Алекс – главный злодей?

Остаток пути я не бежала, а шла. И старательно обдумывала новую гипотезу. А потом поняла: совершенно неважно, к какой из категорий эта кареглазая ехидна относится. Он всё равно подлежит полному, тотальному… нет, не уничтожению. Игнору!

Просто убивать – не моя профессия. Я, увы, пацифист. Наорать – это да, а вот голову открутить – всё-таки не ко мне.

Оставалось надеяться, что сокурсницы придерживаются тех же взглядов. В смысле, убивать меня всё-таки не станут. Пощадят.

Отдельные надежды касались Бази… Увы, но было очевидно: если к вечеру блондинка не оттает, мне придётся искать новое место для ночлега. Просто спать в одной комнате с разъярённой девицей – это очень глупо. Мало ли, вдруг она меня придушит?


Базилия явилась ближе к ночи, но не злая, а ужасно надутая. Подруга реально напоминала воздушный шарик, только верёвочку вокруг поджатых губ обмотать, и всё, сходство сто процентов.

Валяющуюся на кровати меня блондинка проигнорировала – молча выудила из шкафа ночную сорочку и ушла в ванную. Вышла тоже молча и, опять-таки не говоря ни слова, улеглась в кровать.

И хотя всё было предельно ясно, я спросила:

– Мне объявлен бойкот?

– Да, – после ну о-очень долгой паузы заявила девушка.

– А ничего, что инициатива поцелуя принадлежала не мне, а Алексу?

– Ничего, – буркнула Базя.

Я открыла рот дабы указать на несправедливость обвинений, но подруга перебила.

– Почему ты никогда не рассказывала, что знакома с Вульфом? – в её голосе послышались обвиняющие нотки. – Да ещё настолько близко!

Я невольно застонала, а Базилия…

– О чём вы говорили? И почему он…

– Да ни о чём! – выпалила я. – А поцеловал чисто из вредности! Просто видел, как вы все на него смотрите, и…

– А это так заметно? – вмиг растерявшись, спросила блондинка.

Я подумала и тактично промолчала, зато подруга всё-таки сказала:

– Но это ничего не меняет, Мари! Бойкот остаётся в силе, потому что ты…

– Ну что? Что «я»?!

Базя засопела и не ответила, я же продолжать выяснения не стала. Хотят дуться – пусть. Я тоже надуюсь! Тем более что претензии действительно глупые.

С этой мыслью я поднялась с кровати и тоже отправилась умываться и переодеваться. Ну а чего? Раз убивать меня не собираются, то можно и поспать.

А завтра – новый день, и кто знает, может к утру все эти обидки рассосутся? В конце концов, Алекс – не единственный крутой парень в академии. В той же Чёрной стреле, помимо него, аж шестеро брутальных, вполне симпатичных самцов!


Увы, но надежды на адекватность девчонок не оправдались. Утром Базя дулась ещё активнее, и остальные сокурсницы реагировали также.

Едва выйдя в коридор, я натолкнулась на несколько недружелюбных взглядов и подчёркнутое молчание. Составить компанию за завтраком тоже никто не пожелал, более того – Базя переметнулась на сторону «врага».

В смысле, покинула наш маленький лагерь лохушек и присоединилась к остальным девчонкам. Лохушкой осталась я одна! Но…

Нет, я не расстроилась. Моё внимание переключилось на другую, куда более интересную тему. Вернее, на объект. На группу старичков в чёрных мантиях, которые бодрым шагом вошли в столовую.

Первым шествовал лорд Упырь и, нужно отдать должное, увидав меня, отреагировал очень ровно. А вот Ниран с лордом Дэймоном-Трандуилом слегка споткнулись, а дедок за чьим обликом угадывался «Тор», ещё и бровь приподнял.

Я же, глядя на них, подумала о многом. В том числе – а что будет, когда выяснится, что я ничегошеньки не забыла? Ведь информация точно всплывёт – скрывать-то я не собираюсь!

Этот момент стал поводом для коварной улыбки, которую заметили и не оценили. Ниран с «Трандуилом» заметно напряглись, «Тор» тоже спокойствие утратил.

Вот теперь меня посетила новая мысль – я видела восьмерых, но ведь деканов и преподов гораздо больше. Интересно, а остальные тоже под личинами? А как бы на них посмотреть?

За этими мыслями прошел завтрак, и настала очередь лекции профессора Тьюбье. Однако, препода в аудитории не обнаружилось, а после звонка оказалось – наш курс ждал приятный сюрприз. Тьюбье заболел, а заменять препода по истории магии будет лично ректор.

Вот тут я предвкушающе потёрла ладошки и приготовилась к развлечению. Просто смотреть, как красавчик с модельной внешностью изображает из себя старого брюзгу, было реально смешно.

А ещё я собиралась провести эксперимент! И когда лорд Сирис принялся вещать о какой-то исторической личности, к этому эксперименту и приступила…

Сперва глядела на Сириса просто – то есть прямо, без всякого усилия. Затем начала щуриться и оттягивать уголки глаз.

Когда стало ясно, что вот такое смещение «угла» зрения не помогает, попробовала как в ребусах из серии «смоги разглядеть картинку». То есть, когда таращишься в одну точку, а остальное каким-то другим, периферическим зрением видишь.

Угу. Я надеялась, что если посмотреть на человека под личиной как-то иначе, то иллюзия хотя бы приоткроется. Но всё оказалось гораздо лучше! В какой-то момент, когда я ломала глаза особенно сильно, в голове что-то щёлкнуло, и образ старца буквально смело.

Следом пришло воспоминание – среди изученных в подземельях магических штучек, что-то связанное с «истинным зрением» точно было. И теперь это «что-то» включилось! Ай да Маша. Ай да я!

Короче, да: теперь я, в отличие от остальных студентов, могла видеть лорда ректора как есть, без всякого «грима».

Губы мгновенно растянулись в улыбке, а сердце ускорилось. Я прекратила скучать и начала получать эстетическое удовольствие от лекции.

Просто Сирис был таким… таким… Вот даже лучше, чем позавчера! Эти длинные каштановые волосы, широкие плечи, синие глаза… Мм-м!

– Мари? – внезапно окликнул кто-то, и я не сразу поняла, что этот кто-то – сам ректор. – Мари, с вами всё в порядке? – хмуро глядя на меня, уточнил он.

Я улыбнулась и кивнула, а Сирис глянул подозрительно и вернулся к чтению лекции. Весь такой строгий, статный, волнующий…

И хотя привлекать внимание не хотелось, я не выдержала – подпёрла щёку кулаком и продолжила наслаждаться зрелищем. Записывать что-либо в таких условиях было нереально. Воспринимать учебный материал – тоже.

Лорд ректор данный момент точно подметил, однако одёргивать во второй раз не стал. Только смотрел всё подозрительней.

К концу второй лекции руководитель Объединённой Академии Магии, косился на меня с частотой один взгляд в секунду. Ну а после звонка, возвестившего об окончании занятия, проскрипел:

– Мари, подойдите ко мне!

Сокурсники и сокурсницы поспешили прочь из аудитории, ну а я… да, подчинилась. Приблизилась к кафедре возле которой стоял Сирис, дабы услышать:

– Вы ведёте себя странно. Что с вами, Мари?

– Ничего особенного. – Я невинно хлопнула ресницами. – Просто ваше заклинание, лорд Сирис, не подействовало.

– Какое такое заклинание? – тут же нахмурился он. – Что за…

Я рассмеялась, и цирк моментально уехал. В смысле, глава нашей альма-матер перестал изображать недоумение, спросил:

– Ты серьёзно?

– Угу.

Ещё один раздраженный взгляд в мою сторону, и я улыбнулась шире. И добавила:

– Ваш истинный облик тоже вижу.

– Что-о-о?

Ректор действительно не поверил, а едва сообразил, что это не шутка – хищно клацнул зубами.

Следующим, что я услышала, стало:

– В мой кабинет. Сейчас!

Дальше было стремительное извлечение из кармана некоего амулета, сжимание этого амулета в руке, и резкое:

– Ниран, бегом ко мне! И лорда Дэймона прихвати.

Вот тут я могла бы испугаться, но я же помнила, что фэнтези позитивное! Поэтому просто развернулась и, повинуясь жесту синеглазого красавчика, направилась к входной двери.

Ректор, разумеется, поскакал за мною, чтобы вскоре обогнуть и продолжить скакать уже рядом. И это было замечательно, ибо дорогу к кабинету начальства я не помнила.

А спустя несколько минут, мы очутились в знакомом мрачноватом помещении. Сирис указал на стул для посетителей, а сам с тяжким вздохом уселся за стол.

Его образ был не только прекрасен, но и совершенно каноничен! Этакий разгневанный преподаватель, от которого не ясно чего ждать.

Это был новый повод испугаться, но я опять испугу не поддалась. Просто к мысли о позитивности добавилась ещё одна – я же принцесса! То есть сделать мне что-то плохое не посмеют. Иначе обязательно огребут неприятностей от моего отца.

Как итог, явление в кабинет Нирана с «Трандиулом» я встретила новой широкой улыбкой. А мужчины – да-да, мужчины, а не старцы, ибо лично для меня вся их магия иллюзий не работала! – заметно офигели и, ещё не успев прикрыть за собой дверь, хором спросили у Сириса:

– Что?!

Перст ректора указал на скромно сидящую меня, и в наступившей тишине прозвучало:

– Она всё помнит, и личины не видит.

После этого что-то упало, но не разбилось. Как позже выяснилось, это Дэймон-Трандуил какую-то книгу уронил.

Ещё секунда, и красавчики выдохнули. Ниран закрыл-таки дверь, расправил плечи и приблизился к нам. Окинул студентку факультета Любовной магии пристальным взглядом и уточнил:

– Действительно помнишь?

– В деталях, – не стала отпираться я.

Выводы о причинах подобного сбоя были сделаны очень быстро. Впрочем, я даже не сомневалась, какое обоснование подберут…

– Это всё удар, – сказал лекарь хмуро. – Видимо, некое смещение в черепной коробке.

А присоединившийся к компании «Трандиул» заявил:

– Давайте поправим обратно? Поможем девушке упасть ещё раз.

Я скривилась и глянула на блондина осуждающе. Всё понимаю, но он же препод, блин!

– Глупостей не говори, – буркнул Сирис. Через миг, шумно втянул ноздрями воздух и резко успокоился. Потом задумался и выдал, обращаясь ко мне: – Но ведь ты никому не расскажешь. Верно, Мари?

Его голос прозвучал настолько вкрадчиво, настолько сексуально, что у меня и мурашки побежали, и гормоны проснулись, и вообще всё. Только таять вот прямо сейчас попаданка не желала. У меня были дела поважней!

В итоге, я подарила ректору очередную улыбку и… загадочно промолчала.

Брутальный синеглазый самец, вопреки ожиданиям, не занервничал, но намёк всё же уловил.

– Чего ты хочешь? – спросил он. И уже конкретнее: – Сколько?

– Фи, как некультурно. Может я вообще не корыстная! Может…

– Мари! – одёрнул лорд Упырь.

Настала моя очередь шумно вздохнуть…

– Хочу стипендию как у старшекурсников.

– Чего? – встрял «Трандуил». Голос прозвучал возмущённо.

– Успокойся, – прицыкнул на него ректор. И, вновь щёлкнув зубами, пристально уставился на меня.

А я что? Я – ничего! Я же реально не корыстная, и при других обстоятельствах ничего бы подобного не попросила, но… Император дико против учёбы в академии, и денег у него я не беру. А мадам-секретарь говорила, что бюджет нашего ВУЗа огромный, и раз так, то с них точно не убудет.

А уж если вспомнить, что меня совершенно несправедливо подрядили на работы во благо лабораторий, то становится очевидно: эта повышенная стипендия – не шантаж! Её можно считать законной заработной платой.

– Ладно, – поразмыслив процедил Сирис.

И после новой паузы:

– Это всё? Или у тебя и другие желания есть?

Желания действительно были. Причём, учитывая сногсшибательный вид ректора, не самые приличные. Но я промолчала. Ограничилась выразительным взмахом ресниц.

– Раз это всё, то вы свободны, – переходя на официальный тон, сказал Упырь.

Я, конечно, встала, сделала прощальный книксен – вернее, три книксена, по одному на каждого, – и гордо направилась прочь.

Правда, на пороге остановилась, ибо вспомнила о важном…

– Кстати, а ближайшая выплата стипендий, когда? – вопросила я.

Ответом стало шипение какого-то излишне жадного «Трандуила».

Пришлось добавить:

– Нет, и всё-таки?

– Послезавтра, – буркнул Сирис.

Всё. Вот теперь я просияла пуще прежнего и из обители ректора вышла. Вежливо кивнула секретарше, пересекла приёмную, а, выскользнув в коридор, застыла и жалобно округлила глаза.

Дело в том, что мне предстоял квест под названием «отыщи нужную аудиторию», а в пространстве я ориентировалась плохо.

Но главная проблема заключалась в том, что вокруг было совершенно безлюдно – в данный момент шли занятия, и замок словно вымер.

В голову сразу полезли неприятные образы из прочтённых книг. Ведь ситуация, когда героиня начинает блуждать по пустому замку и напарывается на неприятности – очень типична! Даже не так: нет ничего проще, чем нарваться на неприятности, когда все окружающие чем-то заняты, а ты ищешь нужную аудиторию.

Как тут не занервничать?

Тем не менее, паниковать я не стала. Сделала два шага от двери, повертела головой, пытаясь вспомнить, с какой стороны мы с лордом Сирисом к приёмной подошли. А потом в сознании вспыхнула новая мысль! Что если я тоже того… В смысле, не только в фэнтези, но и в книжке? Что если кто-то сейчас сидит и читает? Про меня и мои приключения.

Сразу так волнительно стало, так неловко. Я инстинктивно заозиралась, пригладила волосы, и…

– И… – тихонечко выдала я.

Интересно, а как я со стороны-то выгляжу? Ничего? Не слишком позорно? Может нужно вести себя как-то поприличнее? Или…

Нет, скатиться в рефлексию я не смогла – отвлеклась на пролетавшую мимо окна птицу. Ещё через секунду, выдохнула и, гордо расправив плечи, поспешила по коридору. Если я реально в книжке, то медлить не стоит. А то ещё решат, что героиня какой-то тормоз.

Через несколько секунд посторонние мысли улетучились, а студентка факультета Любовной магии всецело сосредоточилась на дороге. И хотя вела себя очень осмотрительно… В общем, в засаду я всё равно попала.


Мой бойфренд! Он появился совершенно внезапно – выступил из ниши, мимо которой как раз проходила.

Я, конечно, взвизгнула, и даже отпрянула на пару метров, а оборотень сложил руки на могучей груди и опасно сощурил желтые глаза.

– Вот, значит, как, – процедил он.

– Э-э… – ответила я недоумённо.

Через секунду удостоилась пояснений:

– Мало тебе Ататриэля. Ты ещё и с Алексом Вульфом целовалась!

Желание грязно выругаться я в себе задушила. Но потом подумала – а чего сдерживаться-то? И сказала!

И пусть мой словарный запас был не очень велик, но при мысли об Алексе фантазия превратилась в этакий фонтанирующий гейзер. В результате, получилось длинно и настолько мощно, что оборотень позабыл про агрессию и сам едва не отпрянул.

Нет, ну серьёзно! Желтые глаза превратились в блюдца, рот неэстетично приоткрылся. Парню потребовалась добрая минута, чтобы прийти в себя и выдохнуть:

– Мари? Ты чего?

Чего… Вопрос, блин, на грани фантастики.

– Чего слышал! – рявкнула я.

С момента нашей последней встречи прошло несколько дней, и попрощались мы с Хуго не слишком мирно. И если ревность, продемонстрированная при обнаружении меня у Ататриэля была понятна, и даже польстила, то блохи и постоянные побеги в лес – нет.

Ну а раз уж он подкараулил…

– Хуго, прости, но нам с тобой лучше расстаться.

Оборотень столь резкую смену темы сперва не понял, зато, когда дошло…

– То есть? – бухнул он. – Это как?

Я развела руками – мол, вот так дорогой. Увы, но по-другому действительно не получается.

– Я против! – заявил Хуго.

– Прости, – вздохнула я.

На меня вновь уставились с прищуром, только дочь императора Тариуса менять решение не собиралась. Зато, после недолгого противостояния взглядов, чуть смягчилась и принялась объяснять:

– Ты замечательный, но мы слишком разные. Я не готова жить в обнимку с противоблошным шампунем, и вообще… Какие у нас перспективы, Хуго? Ведь ты будущий вожак всех оборотней и тебе понадобится жена, которая все-все твои проблемы, от трансформации в зверя, до фаз Луны, понимает. Плюс, рождение наследников… Ведь от человеческой женщины стопроцентный оборотень не родится, то есть наши с тобой дети вожаками точно не станут. И если сейчас ты смотришь на этот вопрос сквозь пальцы, то с годами, когда повзрослеешь, всё изменится.

– Ничего не изменится, – сказал Хуго. Добавил после паузы: – Мари, мы эту тему уже обсуждали, и раньше она тебя не смущала.

Я опять руками развела. Допустим, зато теперь…

– К тому же, – вот тут я слегка потупилась, ощутив толику вины, – вместе с памятью исчезли и чувства. Я больше не воспринимаю тебя, как возлюбленного. Для меня ты просто офигенно-брутальный самец с классной мускулатурой.

– Э-э, – украл мою реплику он. – Какой-какой?

Расшифровывать слова «офигенно» и «классный» я не стала. Шумно выдохнула и попыталась обогнуть громилу, дабы уйти.

Он не пустил. Заступил путь и лапищи свои протянул в намерении поймать. Я не далась. Даже взвизгнула возмущённо:

– Хуго!

Новая пауза, а после неё…

– Значит, всё забыла и разлюбила?

– Хуго, я…

– Ладно… – перебил он. В голосе прозвучали нотки угрозы. – Ладно!

В следующую секунду случилось непредвиденное – парень резко стянул с себя мантию, а я ошарашенно застыла. Просто рубашки на Хуго не имелось, и взгляду предстал совершенно невероятный торс. Настолько рельефный и красивый, что даже полное отсутствие депиляции его не портило.

Впрочем, нет – кустистую поросль с груди я бы всё-таки удалила. Подмышки тоже не мешало бы в порядок привести.

– Ы-ы-ы, – прокомментировала ситуацию я, однако оборотень разговаривать не желал. Раньше, чем успела сообразить, он сбросил короткие сапоги на мягкой подошве и решительно взялся за ремень.

Вот тут я очнулась и, вытаращив глазки, попыталась заявить протест, однако Хуго не послушал. Очень ловко, с какой-то скрытой грацией, он избавился от штанов и остался в природном варианте.

Смотреть не хотелось! Но взгляд как-то сам скользнул вниз, и… М-да, это не дюйм. Вернее – далеко не дюйм!

Нервно сглотнув, я отступила на полшага и сообщила:

– Если будешь насиловать – закричу. – Нет, ну а о чём ещё я должна была подумать?

Хуго отреагировал кривой улыбкой, а по его телу пошла внезапная дрожь. Ещё миг, и человек исчез. Передо мной появился огромный… котик.

Я аж присела! Тут же вспомнила наш давнишний разговор – когда я просила бойфренда перевоплотиться, а он смеялся. Так вот: те, кто предлагают бояться своих желаний, абсолютно неправы! Некоторые желания просто обязаны исполниться!

– Мррр, – сказал кошак, и сердце попаданки растаяло.

Я скользнула навстречу, завороженно протянула руку, но зверь не дался. Он плавно попятился, лишая возможности прикоснуться к своей чудесной шкуре – белой в чёрные фигурные пятнышки.

Благодаря этой трансформации, я, наконец, вспомнила, как выглядит ирбис. Клянусь, если бы склероз отступил раньше, то вопроса блохастости вообще бы не встало!

Какие паразиты, когда тут такие круглые ушки и настольно выразительная морда? Да пусть он хоть хроническим недержанием мочи страдает, лишь бы давал возможность запускать пальчики в свой искрящийся мех!

Я опять сделала шаг навстречу, а ирбис вновь попятился. Пришлось призвать к порядку:

– Хуго… – гневно, с нажимом, сказала я.

На усатой морде огромной зверюги отразилась этакая нахохленная обида, зато убегать оборотень перестал. Я смогла приблизиться, опуститься на корточки и сделать то, о чём мечтала.

О, да! О… это лучше, чем секс! Этот мех, эти пятнышки, ушки…

– Мррр, – повторил Хуго, а через миг замурчал по-настоящему.

Всё. Капец! Высшая степень умиления, и принцессу можно выносить. К нестерпимому желанию мацать зверюгу добавилось ещё одно – упасть в счастливый обморок и задрыгать ножкой.

Вот не зря говорят: чтобы нравиться девушкам, нужно быть умным, красивым и богатым. Ну или просто котом.

Хуго эту истину точно знал. А я…

Я гладила, почёсывала, слушала мурчание и таяла. Ёлки-палки, какой же это кайф! Настоящая эйфория! И плевать, что мною сейчас банально проманипулировали. На такие манипуляции я согласна. Готова подвергаться им хоть каждый день!

Счастье закончилось внезапно – из нирваны выдернул нарочито-громкий кашель и суровое:

– Что вы себе позволяете?

Я вздрогнула, Хуго – тоже. После этого стало ясно, что котик и сам от моих почёсываний-поглаживаний прибалдел, однако порадоваться данному факту я не успела…

– Совсем совесть потеряли? – переходя на шипение, продолжил ректор. – Устроили! Прямо посреди коридора!

Да-да, лорд Сирис подкрался незаметно. Причём не один, а в компании Дэймона и Нирана. И это, конечно, опечалило, зато я поняла, что выбранное направление было верным. В смысле, я не заблудилась, а шла прямиком к аудиториям.

– Мари! – так и не дождавшись какой-то внятной реакции, рыкнул Сирис.

Пришлось выпустить котика из захвата и подняться. Повернуться, улыбнуться, и… сообразить!

– Тоже погладить хотите?

А чего? А как? Ведь ирбис совершенно сногсшибательный.

– Так давайте, – продолжила я воодушевлённо. – Хуго не против.

Ирбис, услыхав мои слова, вздрогнул и попятился, а преподы дружно скривились.

– Ваше высочество, – прошипел… на сей раз «Трандуил».

– Эм… Ну, не хотите – как хотите, – чуть смутилась я.

А ректор ка-ак гаркнет:

– Мари!

Всё. После этого к студентке факультета Любовной магии подлетели, попутно подхватив оброненную ею сумку, и, крепко взяв сию девицу за локоток, поволокли прочь, дальше по коридору.

При этом скорость, которую развил лорд ректор, образу старичка вообще не соответствовала – я едва поспевала. А вот Ниран и Дэймон с места не сдвинулись. В смысле, остались там, с Хуго.

Котику точно светила головомойка, и я сильно оборотню сочувствовала. Зато о себе не беспокоилась, ведь меня не в кабинет волокли, а к лекционным залам. То есть наказывать не собирались.

Буквально пять минут стремительной пробежки, и мы с Сирисом оказались у двери с номерной табличкой из-за которой слышался бубнёж…

Тут мне пихнули в руки сумку и процедили:

– Мари, это академия, а не бордель! Ещё раз подобное увижу – исключу без права на восстановление!

Дальше состоялось распахивание двери и впихивание студентки в аудиторию. Короткий рык с извинениями в адрес стоящего у кафедры препода, и триумфальное бегство разгневанного лорда Упыря.

И пусть Сирис рычал очень грозно, но испугаться я не смогла. Просто, будучи опытной читательницей романтического фэнтези, чётко уловила в его голосе не только злость, но и… ревность.

Глава 11

К обеду стало понятно – весть о поцелуе с Волковым разлетелась по всей академии и, как итог, на меня теперь не только «свои», а вообще все девчонки с ненавистью глядели.

Однако данный поворот не расстроил, более того – я даже внимания не обратила. Все мысли занимал другой, куда более важный вопрос – я думала о Хуго. Вернее, о его блохах.

Оборотень, конечно, говорил, что блохи неубиваемы, но, во-первых, на тот момент мы существовали по законам чужого жанра, во-вторых, раньше мне этого не хотелось. Зато теперь…

Увы, но как жить без возможности помацать пятнистого котика, я не представляла. Вопрос с паразитами следовало решить! Оставалось лишь понять – как?

Нет, идея-то появилась сразу, только радоваться ей я всё же не спешила. Сперва обдумывала, а потом решила – пусть «дозреет». Отлежится до вечера.

Решение оказалось здравым – к моменту, когда занятия закончились, идея превратилась в уверенность. Поэтому на штрафные работы я словно на крыльях летела, а добравшись до подвала, и увидав Шширума с Сскарумом, выпалила:

– Мальчики, вы секреты хранить умеете?

Лаборанты сперва напряглись, а потом закивали.

– А котёл у вас есть? – задала следующий вопрос я.

Змеелюды недоумённо переглянулись и вновь кивнули. Сскарум тут же шагнул к одному из стеллажей, а Шширум поинтересовался:

– Мари, что произошло?

Я махнула рукой, отбросила сумку и оглядела длиннющий стол в попытке определить, куда именно котёл поставить. Разумеется, могла обойтись и без него, но я же магиня! Да и вообще…

– Хочу приготовить одно зелье, – всё же пояснила змеелюду я. – Только… – Вот тут пришлось отвлечься и строго посмотреть на товарищей. – Только это действительно очень большая тайна. Поклянитесь, что никому не расскажете.

Парни… поклялись.

Потом Сскарум водрузил на стол котёл, а Шширум извлёк знакомый чайник с чашками. Спросил:

– Чай будешь?

Я подумала и кивнула. Тут же встречный вопрос задала:

– Печенье есть?

Печенье нашлось, тема для разговора тоже. Вопреки ожиданиям, отношения к предстоящему процессу зельеварения она не имела. Лаборанты хотели поговорить об Алексе Вульфе. Вернее, о нашем поцелуе.

Я, услыхав про соотечественника, внутренне скривилась и приготовилась отбиваться от новой атаки. Тем приятнее было узнать, что сладкая парочка мнение большинства не разделяет. Змеелюды не позавидовали, а наоборот.

– Он же такой небритый, – морщась, сказал Шширум.

– И с такими отвратительными манерами, – поддержал Сскарум.

– Наглый, невоспитанный, – добавил Шширум.

А Сскарум скривился и выдал:

– И вот этот вонючий мужлан совал свой язык в твой рот? Бедная, бедная Мари! Как же я тебе сочувствую! Как ты вообще этот ужас пережила?

Я развела руками – сама не знаю. Но в том, что получила серьёзнейшую психоэмоциональную травму, сомнений нет. Правда, грустить и распускать нюни всё равно не хочу. Мы ещё повоюем. Он ещё ответит!

Спустя час, когда чайник опустел, а от печенья остались одни крошки, я тихонечко икнула, встала и решительно направилась к котлу.

Лаборанты наоборот остались, только стулья повернули так, чтобы лучше мои действия видеть.

И дружно впали в шок, когда я, зажмурившись, выудила из пространства первый флакончик…

– Мари, – выдохнул Сскарум ошарашено. – Это как?

Я не ответила – просто подмигнула и опять руку в пространство сунула.

– А-а-а, – включился в разговор Шширум, едва я второй флакон, уже другой марки, извлекла.

Пришлось сказать:

– Подождите. Не отвлекайте.

Змеелюды послушно замолчали, но их и без того большие глаза заметно увеличились. Я же принялась выуживать бутылочки разных форм и размеров. Но одинаковых свойств!

Да, я охотилась за шампунями от блох. При том, что в родном мире марок и производителей – сотни, получилась целая коллекция. Остановилась я где-то на пятидесятом пузырьке. И вот теперь отвертеться от вопросов было невозможно.

– Мари, – позвали лаборанты хором. – Как ты смогла?

– Новая способность, – немного слукавила я. – Появилась после удара головой. Теперь я могу зажмуриться, хотя бы примерно вообразить, что нужно, и тут же получить желаемое.

– Откуда оно появляется? – вопросил Шширум.

– Наверное, из пустоты.

Угу, тут я снова слукавила, но не рассказывать же змеелюдам про другие миры. То есть мне-то не жалко, тем более что парни поклялись, но это уйма времени, а нужно ещё «зелье» сделать.

К тому же, а кто знает? Может оно в самом деле из пустоты появляется. А то, что похоже на предметы моего мира, так мало ли. Магия!

– И ты можешь достать что угодно? – выдохнул Сскарум.

– Полагаю, да.

Лаборанты переглянулись в явной попытке придумать, о чём бы таком попросить, а я внезапно осознала себя тормозом. И чего раньше-то не сообразила?

Через миг в моих руках появился большой шоколадный торт, и товарищи охнули. Я же водрузила торт перед ними и вновь вернулась к котлу. Точнее, к котлу и выставленной рядом с ним коллекции.

Мой план был прост и, следовательно, гениален. Я собиралась взять… и смешать это всё в один супер-шампунь! А что? А почему нет? Ведь мы в фэнтези, а тут вот такие, чудесные, методы точно работают.

Но даже если не получится, останется эффект новизны. В смысле, к средствам моего мира у местных блох иммунитета нет, следовательно, шампунь хоть как-то да поможет.

С этой мыслью, я вылила в котёл содержимое трёх флаконов, а ещё через секунду расплылась в счастливой улыбке. Просто жидкость внезапно замерцала, как бы намекая на некий магический процесс.

Да, именно магический, ведь с точки зрения химии сиять там было нечему. И раз так…

Я принялась открывать и лить. Лить и открывать. Потом попросила у мальчиков лопатку для зелий, перемешала всю массу и вновь улыбнулась. Теперь субстанция мерцала гораздо ярче! Плюс, после перемешивания объём уменьшился, что точно являлось указанием – нужно вылить всё.

Ну я и вылила. К моменту, когда закончила перемешивать, содержимое котла «усохло» настолько, что могло запросто уместиться в один флакон. Правда лопатка, которой орудовала, немного обуглилась, но поводов для паники всё равно не имелось.

Шампунь поможет. Главное верить!

Сскарум извлёк из запасников красивую банку, куда я благополучно варево перелила. Потом ещё крышку дал, и со скепсисом уставился на пустые пластиковые флакончики.

– Мари, знаешь, твою способность действительно лучше держать в тайне – она слишком уникальна, и это может привести к проблемам. И вот эти пузырьки… Я думаю, от них лучше избавиться.

Я думала о том же, но как избавляться не представляла. Но через секунду пришло озарение – что если их обратно запихнуть?

Подхватив первый, я попробовала, и вуаля, пластиковая упаковка исчезла в пространстве. Вот кто я после такого? Ну точно гений!

– Мари, – напряженно сказал Шширум. – Ты уверена?

О назначении произведённой субстанции змеелюды уже знали, однако к идее отнеслись со скепсисом. Теперь, глядя на пострадавшую лопаточку, Шширум совсем посмурнел. Но…

– Всё будет хорошо! – заявила я оптимистично.

– А если Хуго облезет? – попытался парировать змеелюд. – Или прыщами покроется?

Я от слов отмахнулась. Не облезет и не покроется. В романтическом фэнтези таких ужасов не бывает.


Из подвальных помещений я вышла в самом чудесном расположении духа и сразу взяла курс на «общагу». Затем нырнула в нужный коридор, а спустя несколько минут уже стучала в дверь оборотня.

Тот открыл практически сразу и, увидав меня, вообще не удивился. Наоборот – губы бойфренда дрогнули в коварной улыбке, желтые глаза полыхнули страстью.

– Та-ак, – невольно попятившись, протянула я. Затем подняла руку в упреждающем жесте и добавила: – Подожди.

Парень изогнул бровь, тут же яростно почесал затылок и шагнул навстречу.

– Хуго, стоп, – повторила строго. – Я не за этим пришла.

Он точно не поверил, но всё же остановился и глянул заинтригованно.

– У меня для тебя подарок, – пояснила уже ласково. – Новейшее средство от блох.

Страсть и улыбки с оборотня сдуло. Более того, Хуго аж передёрнуло! Причём всего, от макушки до пят.

– Мари, – сказал он после паузы. – Я же объяснял, что в случае попыток выведения блох бывает. Они после такого совсем звереют, и я не готов…

– Но, Хуго… – проканючила я.

Следующий час, который провели уже в комнате, ушел на препирательства. Единственный наследник Вожака Стаи сопротивлялся как мог, отнекивался и брыкался.

Однако я возражений не принимала и наседала всё сильней, в итоге, блохастый сдался – выхватил из моих рук банку с волшебным шампунем и направился в ванную.

– Только ты весь, целиком, помойся! – крикнула вдогонку я. И уже тише, так как дверь закрылась: – А не только голову…

Несколько минут ожидания, и Хуго в комнату вернулся. Мокрый, в одном только полотенце на узких бёдрах и с очень кислым лицом.

– Ну? – вопросил он. – Довольна?

Я в средстве не сомневалась, но радоваться всё же не спешила…

– Голову высуши, – скомандовала безапелляционно.

Парень закатил глаза, но послушался. Вновь ушел в ванную, дабы ещё одно полотенце взять.

Я в это время проводила лёгкую ревизию в шкафу – искала подходящую простынь. А отыскав, расстелила оную на полу и схватила лежавшую на письменном столе расчёску.

Дождалась, когда Хуго закончит сушиться и приказала:

– Подойди сюда и наклонись.

Оборотень опять-таки не хотел, но вновь подчинился. Просто понимал, что иначе моя скромная персона не отстанет.

Ну а я потянулась, разминая косточки, и принялась вычёсывать серую шевелюру. Знала, что блохи – не вши, что они мельче и вряд ли из головы выпадут, но…

Ещё несколько минут экзекуции, и на белоснежной ткани появились первые плоды. Вот теперь я отложила расчёску и встала на карачки, дабы разглядеть насекомых.

Предыдущие рассуждения сразу пошли прахом – эти блохи оказались довольно крупными и какими-то не такими. Словно действительно мутировали, приспосабливаясь к самым экстремальным условиям.

При этом, выпавшие шевелились, но довольно вяло. Пришлось обратиться к эксперту, к Хуго…

– Что скажешь? – кивнув на дрыгающих лапками блох, спросила я.

Оборотень состроил недовольную гримасу и тоже на четвереньки опустился. Поглядел несколько секунд, озадаченно хмыкнул и поднялся, чтобы сходить за увеличительным стеклом.

Пока он копался в ящике письменного стола, блохи благополучно издохли, и вот теперь оборотень по-настоящему прифигел.

– Странно, – сказал он. И после паузы: – Не может быть.

– В смысле? – поинтересовалась я.

Зря. Нет, реально зря! Ибо в ответ на вопрос мне прочитали целую лекцию! И про блошиный иммунитет к ядам, и про сроки умирания, и про всё. А затем с большим удивлением заявили, что ни в голове, ни в каких-либо иных местах больше не чешется.

Итогом всех разглагольствований стало:

– Мари, а твой шампунь, кажется, и вправду помог.

Я широко оскалилась, а Хуго внезапно погрустнел…

– Но это всё равно ненадолго, – сказал он. – Пара дней в компании сородичей, и проблема вернётся.

– Не думаю, – парировала я.

Парень подарил вопросительный взгляд, однако рассказывать про законы жанра и тот факт, что шампунь совсем уж уникальный, я не стала. Вместо этого спросила:

– А ваши блохи прям сильно-сильно кусаются?

– Хочешь проверить на себе? – неожиданно предложил он.

Я задумалась, а потом кивнула. Да! Хочу! Только…

– А где нам теперь живую блоху-то достать?

Хуго посмотрел как на дурочку и, поднявшись на ноги, направился к двери. Сказал на ходу:

– Сейчас у ребят попрошу.

И реально попросил! Вернулся с пинцетом, в котором была зажата ну о-очень активная тварь. Она перебирала лапками с такой частотой, что воспринималась как размытое пятно.

В этот миг посетившая меня идея уже не казалась настолько гениальной, и вообще. Но руку я всё же подставила, чтобы через секунду взвизгнуть на всю академию и подскочить до потолка.

Нет, это было не больно – это был трындец! Зато, когда перед глазами перестали танцевать звёздочки…

– Милый, ты не против, если я вот этих, мёртвых, с собою заберу?

– Зачем? – удивился Хуго.

Увы, но сдержать широченную улыбку было невозможно, и взиравший на меня оборотень слегка напрягся. Пришлось успокоить:

– Не волнуйся, – я оскалилась шире прежнего. – Это для опытов. На случай, если эффект от шампуня закончится, и придётся выдумывать что-то ещё.

Мысль о «чём-то ещё» Хуго однозначно не понравилась, тем не менее забрать трупики он разрешил. Даже небольшую прозрачную баночку для складирования выдал, и помог сгрести этих самых блох с простыни.

А едва я завинтила крышку, протянул руки и прошептал:

– Иди сюда. – И столько страсти, столько желания в его голосе было.

Однако…

– Милый, нет, – промурлыкала я. – Не сегодня. Я слишком устала.

Парень прищурил глазища и протянул хитро:

– А если ипостась сменю?

Пальцы тут же зачесались в желании потискать большого котика, но…

– Правда устала, – уверенно сказала я.

Миг, и уголки губ оборотня поползли вниз. Зато препираться он прекратил, а я моментом воспользовалась – поднялась на ноги, шагнула к Хуго дабы легонько чмокнуть в щёку, и отправилась на выход.


Остаток дня, который включал в себя ужин, душ и дезинфекцию собственной одежды – ведь с Хуго я и до акта выведения блох общалась, прошел довольно нервно. Всё это время я мысленно била себя по рукам и молчаливо повторяла истину: месть – это блюдо, которое нужно подавать холодным!

Аутотренинг пусть с перебоями, но всё же действовал. Я даже до кровати добралась. Даже легла и укрылась одеялком! Только уснуть, увы, не сумела.

Сперва просто лежала, потом начала ворочаться, а через пару часов, когда царящая за окном ночь перешла в стадию беспроглядной, не выдержала.

– Базя, ты спишь? – тихонечко позвала я.

– Хррр, – ответила блондинка. – Хррр!

В общем, да, соседка не просто дрыхла, а даже похрапывала. Я попыталась отнестись к данному факту с уважением, но спустя несколько минут выдержка снова дала сбой. Как итог – я щёлкнула пальцами, зажигая висящее над кроватью бра, и позвала в ещё раз:

– Ба-азь?

Подруга не ответила. Пришлось применить более радикальный метод – встать и подойти. Потом ещё за плечо потрогать.

Вот теперь меня услышали – блондинка резко распахнула глаза и подскочила.

– Что? – выдохнула она.

– Базь, мне помощь нужна, – призналась я жалобно.

Выражение девичьего лица сразу стало пасмурным.

– Вообще-то у нас бойкот, – напомнили мне.

Пришлось сделать ну о-очень невинные глаза и взять паузу, поддразнивая Базино любопытство. Фокус, как ни удивительно, удался.

– Что произошло? – вопросила подруга строго.

Я вздохнула. Потом ещё раз, и ещё. Но всё-таки озвучила:

– Ты случайно не знаешь, где расположены комнаты, в которых Вол… ну то есть Алекс Вульф живёт? – И прежде, чем кое-кто успел разозлиться: – Я не в гости. Мне нужны его окна, только и всего.

Подруга, облачённая в закрытую ночную сорочку, выразительно засопела. Ну а я осталась как была – с предельно жалобными и очень невинными глазами.

– Что ты хочешь сделать? – наконец спросила Базилия.

Увы, но ответить на данный вопрос вот прямо сейчас я не могла. Пришлось проявить стратегическую хитрость:

– Покажешь – расскажу.

Базя засопела выразительней прежнего, но я отступать не желала. Спустя несколько минут в тишине нашей комнаты прозвучало:

– Хорошо. Пойдём.

И после новой паузы:

– Но ты же понимаешь, что ночные прогулки администрацией академии не приветствуются?

– Э… В смысле? – уточнила я.

Базя поджала губы и пояснила:

– Выйти из замка через дверь не получится. Нам придётся пройти другим путём.

Вот что, а «другой путь» не пугал. Ради такого, я была готова даже по канализации пролезть! Однако, столь больших жертв всё же не потребовалось. Маршрут, как выяснилось, оказался значительно проще.

Спустя четверть часа, две облачённые в тёмные плащи студентки, прокрались по коридорам и выбрались через окно первого этажа. И тут же немного о своей смелости пожалели – просто лето действительно закончилось, и снаружи было ужас как холодно. Но…

– Нам к восточному крылу, – прошептала Базя. Словно я сама про восточное крыло не знала. Тут же схватила за руку и… нет, не повела, а потащила. Как маленький, но невероятно сильный буксир.

Я не противилась. Бодро вышагивала за блондинкой и боялась лишь одного – выронить банку, которую во второй, в свободной от Базиного захвата руке держала. Подруга, которая банку, разумеется, видела, отнеслась к данному элементу с удивлением, а я…

В общем, да! Воспоминание о слабом даре некромантии, полученном в подземельях, покоя не давало. Я жаждала опробовать его немедленно! И именно на Волкове.

В момент, когда светлая стена закончилась и началась другая, тёмно-серая, я от мыслей о блохах отвлеклась. Меня посетило осознание – а ведь на изменение цвета стен никто из студентов и преподов не отреагировал. То есть я ни единого удивлённого возгласа не слышала. Интересно, почему?

Пришлось вновь прибегнуть к хитрости…

– Базь, а мне мерещится, или наша академия в самом деле в разные цвета окрашена? – прошептала я.

Подруга чуть споткнулась, потом обернулась, дабы подарить очень выразительный взгляд. Мол – Мари, ты совсем дура?

– Что? – моментально надулась я.

– Ну конечно разные! – почему-то возмутилась Базя.

Я подумала и ещё один вопрос задала:

– А они всегда такими были, или…

Блондинка фыркнула.

– Разумеется, всегда. Архитектор, который проектировал этот замок, был прямо-таки помешан на чёрно-белой гамме.

– Эм… А сколько строений этот архитектор создал?

Блондинка на пару секунд задумалась и сказала с некоторым удивлением:

– Кажется, всего одно.

Я, в отличие от подруги, никакого удивления не испытала. Ведь дело не в архитекторе, а его вкусы вообще ни при чём. Фишка в другом – мы с Алексом внесли изменение во внешний вид замка, а здешнее мироздание притворилось, будто ничего не было.

Почему оно так поступило не знаю, но не думаю, что это важно. Зато теперь понятно, отчего все реагируют настолько спокойно.

Ещё несколько минут прогулки и Базя остановилась. Я тоже встала, предварительно налетев на подругу и едва не сбив её с ног.

– Пшш! – заявила Базилия. Потом указа на п-образный выступ, расположенный шагах в сорока, и заявила: – Вон те, последние, под самой крышей.

Посторонние мысли сразу отступили, а передо мной вновь замаячила Цель!

Окна, о которых говорила Базя, светились. В смысле, Волков был «дома» и не спал. Это стало поводом для предельно коварной улыбки и ехидного смешка…

– Мари, – позвала блондинка. – Ну теперь-то ты скажешь? Объяснишь, зачем мы сюда явились?

Я кивнула, однако говорить не стала. Вместо этого открыла банку и, поставив ту на землю, сосредоточилась на мёртвых блохах. Дар некромантии, полученный в мире Степи, откликнулся буквально сразу, вот только…

– И-и-и! – взвыла Базилия. К счастью, не громко, а прежним шепотом.

И после короткой паузы:

– Мари! Это что?! Что там светится?!

Я пригляделась и опять в улыбке расплылась. Содержимое банки действительно окуталось этаким мертвенно-синим мерцанием. А спустя миг, повинуясь силе моего желания, начало из банки выползать. И плевать, что стекло вроде как скользкое.

– Ма-ма-мари… – в голосе сообщницы послышалась паника.

– Там блохи, – всё-таки сказала я. – Мёртвые.

– Но… – проблеяла Базя. Тут же вскинула голову и уставилась очень большими глазами. – Хочешь сказать, что тебе подвластна некромантия? Но откуда? Как?!

Я стукнула себя указательным пальцем по лбу, и Базилия догадалась:

– Удар головой? Всё из-за него?

Вот теперь я кивнула и, выдохнув, опять сосредоточилась на выползающих из банки паразитах. А подруга, невзирая на явное желание продолжить допрос, отвлекать не стала – замерла и принялась наблюдать.

Когда крошечная армия покинула «переноску», я мимолётно загрустила. Просто до стены было около сорока шагов, а с точки зрения крошечных блошек – это ужас как много. Я даже приготовилась к долгому унылому ожиданию, но всё оказалось совершенно не так. Мои питомцы продемонстрировали прямо-таки фантастическую прыть.

Раньше, чем успела пожелать, блохи сбились в этакий мерцающий мячик, который поскакал к стене с удивительной скоростью. Через минуту мячик рассыпался на сотню зомби-бойцов, а я увидела крайне своеобразную картинку…

Замок исчез! Теперь перед глазами была каменная кладка, и я как бы вверх ползла. Причём меня, по ощущениям, было много.

Осознание, что вижу «глазами блох» пришло не сразу. Для начала я перепугалась, и даже попыталась «собственное зрение» вернуть, но…

Зато потом расслабилась, а стоящая рядом и невидимая мне Базя шепнула изумлённо:

– Мари, у тебя тоже глаза светятся. Ты действительно некромант. Настоящий!

– Ага, – коварно подтвердила я.

Ещё пара минут, и темнота окончательно отступила. Кладка исчезла, вместо неё появилась оконная рама сомнительной новизны. А ещё стекло, сквозь которое можно было заглянуть в комнату нехилых размеров и разглядеть много интересного. Добротную мебель в антикварном стиле, шикарный кроваво-алый ковёр, тёмные стены, вычурные светильники, и… его.

Алекс Волков сидел за письменным столом и изучал какую-то внушительных размеров книженцию. Соотечественник выглядел настолько серьёзным, что губы опять в улыбке дрогнули. На сей раз триумфальной!

Отдельным поводом улыбнуться стало полное отсутствие какой-либо защиты на окнах. Кто-то настолько самонадеян, что никаких нападений не ждёт? Ну-ну.

Моя крошечная армия начала просачиваться сквозь тончайшие щели. Затем рассредоточилась, дабы лишнего внимания некромантским свечением не привлекать, и бесшумно поскакала к Врагу.

Ещё несколько минут, и картинка, которую транслировали зомби, исчезла – вместо неё пришли ощущения. Меня было много, и я как бы ползла по Алексу… Причём ползла о-очень осторожно, чтобы Враг точно не заметил.

Когда зомби-бойцы замерли, заняв нужные позиции по всему телу, я глубоко вдохнула и выдохнула. Кто-кто самый крутой в этой академии? А?


Блохи атаковали все вместе, разом! Результат такого нападения был предсказуем – в ночной тишине раздался оглушительный вопль!

И пусть я этого вопля ждала, но всё равно подпрыгнула, а заодно и связь со своими бойцами потеряла. Только где-то на подсознательном уровне осталось понимание – насекомые ещё «живы», и будут кусать до победного. А я…

Я стряхнула остатки магии и, ухватив Базилию за руку, помчалась к западному крылу. Просто слишком хорошо знала, что Волков – тот ещё псих и, в случае поимки, не только поцеловать, но и прибить может!

А новоявленной некромантке дико хотелось жить. Базилии, судя по скорости передвижения, тоже.

Глава 12

Утро следующего дня выдалось чудесным. Впрочем, быть каким-то другим оно и не могло. И дело не в погоде – она как раз оставляла желать лучшего, а в полном удовлетворении чувства справедливости. Я справилась. Я – молодец!

Второй момент – Базя. Блондинка уже забыла про бойкот, но лишних вопросов не задавала. Смотрела на меня со смесью восхищения и настороженности. Ещё ресницами хлопала и робко улыбалась по поводу и без.

Мы встали вместе, по будильнику. Невзирая на ночную вылазку, обе выспались и были очень даже оптимистичны. Поочерёдно посетили ванную, оделись, причесались и подкрасили реснички. Ну а когда принялись собирать сумки, случилось небольшое ЧП.

Стук в дверь. Он прозвучал настолько дипломатично, настолько вежливо, что я невольно напряглась и даже струхнула.

– Не на… – сказала поспешившей к двери Базе, но осеклась и решила промолчать.

Просто вот это «не надо» показалось каким-то совсем уж глупым, и вообще… Чего мне бояться? Особенно сейчас – утром, в наполненной студентами общаге?

Но когда Базилия распахнула дверь, моя храбрость попятилась. Увы, предчувствие не обмануло – на пороге стоял Александр Волков, и замершая на его губах улыбка ничего хорошего не предвещала.

Нет, кому-то другому, совсем уж наивному, она могла бы показаться дружелюбной, но я-то знала!

Мм-м… Кстати о подгузниках. Я же теперь любое гигиеническое средство, и в любых количествах достать могу…

– Привет, – не сказал, а буквально промурлыкал гость.

Блондинка не ответила – нервно сглотнула и, обернувшись, затравленно уставилась на меня. А в следующую секунду…

– Базилия, – голос Волкова прозвучал мягко, – я могу обратиться к вам с небольшой просьбой?

Всё. Затравленное выражение с блондинки сдуло – на пухленьком лице отразился щенячий восторг!

– О… Он знает моё имя, – простонала Базя. И тут же покраснела, ибо сообразила, что сказала вслух.

Волков ответил новой улыбкой.

– Конечно, знаю, – произнёс он. – Но вы могли бы оставить нас с Мари на пару минут?

С этими словами Алекс отступил, давая Базе возможность прошмыгнуть в коридор. А едва девушка послушалась, шагнул в нашу комнату и дверь не просто закрыл – запер!

Казалось бы, вот тут должен состояться глубокий обморок, но я не упала. Просто паника резко сменилась подозрением, и вопрос вырвался сам собой:

– Слушай, ты как-то их приворожил? Или что?

– Кого «их»? – не понял Алекс.

– Девчонок наших, – с чувством пояснила я.

Соотечественник слегка нахмурился и тут же мотнул головой.

– Зубы мне не заговаривай, – резко растеряв благодушие, рыкнул он. И добавил совсем уж угрожающе: – Мар-ри!

Я от этого вопля… едва не описалась. Но потом подумала – а чего так переживаю? Да, предводитель Чёрной стрелы явился в нашу общагу, и он ужасно зол, но… с чего я взяла, что эти эмоции именно мне посвящаются?

И вообще – лично я ничего плохого не делала. С самого вечера тут, в этой комнате сидела, и…

– Машунь, какого фига? – перебил мысленный монолог Алекс.

– То есть? – невинно уточнила я.

Соотечественник моментом не проникся – зло сощурил свои совершенно обыкновенные глазища и руки на груди сложил. Процедил:

– Машунь, побереги свои ужимки для идиотов вроде Хуго. Ты прекрасно поняла, что речь о вчерашнем. И я даже не спрашиваю, где ты нашла некроманта. Просто объясни – нафига?!

Мм-м… Какая прелесть. Но…

Впрочем, нет, отпираться и дальше я не стала. Тоже воинственную позу приняла и спросила:

– А ты как хотел?

– У нас договор, – прорычал Волков. – Перемирие, которое ты нарушила!

Меня захлестнуло прямо-таки безудержное возмущение, ибо…

– Ты нарушил первым!

Визг получился знатным. Таким, что соотечественник слегка вздрогнул, а я…

– На меня вся академия за тот поцелуй ополчилась! Тебя за такое не то что покусать – убить мало!

Алекс застыл и уставился недоумённо. Выдохнул после паузы:

– Что? Из-за такой ерунды?

Я не ответила, но засопела очень выразительно. Зато Волков резко успокоился и сказал:

– Ладно, Машунь. Понял. Согласен. Ты имела полное право отомстить.

Я опять промолчала. Только плечи расправила и подбородок гордо задрала. Вот так. Знай наших! А то ишь… явился он! Твой бы гонор да в мирное русло!

Пока я сопела, собеседнику надоело изображать столб, и он приблизился. Учитывая гадкую натуру Алекса, мне снова боязно стало, но я не дрогнула, осталась где была.

Брюнет замер в полушаге, окинул пристальным взглядом и продолжил:

– Но на этом всё. Больше никаких взаимных подстав и подножек.

– Это угроза или обещание? – не поняла я.

– Предложение, – отчеканил Алекс. – Ну что, договорились?

Я подумала и кивнула. Просто чувство мести было удовлетворено, а большего мне и не надо. Но…

– Но смотри, – я важно погрозила пальцем, – если ещё раз в моё романтическое фэнтези влезешь, я за себя не отвечаю.

– Хорошо. Учту.

А в следующую секунду случилось маленькое чудо – идейный противник подхватил мою руку и, с галантностью истинного рыцаря, потянул оную конечность к губам.

Запечатлев поцелуй, Алекс поднял голову и подарил взгляд от которого и мурашки, и гормоны, и вообще всё побежало.

Я, кажется, зарделась, а в груди вспыхнуло такое сладкое, такое тёплое чувство…

Ещё миг, и…

– Закрепим договорённость?

Если бы не промелькнувшее на лице соотечественника ехидство, я бы из сказки не выпала, а так – очнулась. Только разгадать план и отреагировать не успела, гад кареглазый оказался быстрей!

В общем, да. Меня снова прижали к пышущему тестостероном телу и поцеловали самым наглющим образом. Тот факт, что одна попаданка отчаянно отбивается, норовя укусить, никого не задевал.

Попытки ударить коленкой или провести болевой приём угадывались и пресекались сразу. Отчаянное мычание подвергалось игнору, мысленные призывы прекратить – тоже. В итоге, когда Волков отпустил и отпрыгнул, я чуть ли не молнии метала.

– Ты! – прошипела злобно.

– Заметь, в фэнтези я не влезал, – самодовольно заявил гад.

Хотелось сказать. Выдать все слова и выражения, какие знаю! Только возмущение оказалось настолько сильным, что прямо-таки душило. Я ничего вымолвить не могла.

Алекс ситуацией воспользовался – с показательной ленцой ретировался. Обернулся уже на пороге, чтобы подмигнуть и сказать ехидно:

– Хорошего дня, Мари.

Вот теперь немота прошла, но увы, слушатель уже испарился. Нет, я, разумеется, могла выбежать за ним в коридор и рассказать уже там, при свидетелях, но…

Сразу вспомнилось, что я вообще-то принцесса, а титул обязывает. Плюс, за кем бежать? За кобелиной, который с двумя эльфийками-дроу спит? Ну уж нет!

Так что… я выдохнула, и осталась. Потом выдохнула ещё раз, и ещё…

Заодно прогулялась в ванную, аккуратно, дабы не испортить макияж, умылась ледяной водой. Где-то через четверть часа, я была уже в норме. Более того, приняла одно важнейшее решение.

Всё. Хватит. Больше никаких Алексов. С этого момента Волкова для меня не существует. Только котики и ректор! Только хардкор!


Жаль, но вот так, сходу, выбросить идейного противника из своей сказки не получилось. Мне напомнили о нём буквально через полчаса, за завтраком.

Едва мы с Базей, которая снова за наш, за прежний столик перекочевала, впились зубами в рыбные сэндвичи, аппетит был нарушен появлением стайки сокурсниц во главе с Лириэлью.

Разрешения присоединиться девочки, как и раньше, не спрашивали. Просто водрузили подносы и оккупировали примыкающие к столу лавки.

Я жевать не перестала, но глянула строго. Ждала пояснений. И услышала!

– Мари, – сказала Лириэль. – Прости, мы были неправы. Алекс Вульф выбрал тебя, а мы позавидовали. Но ты же не виновата, что у него к тебе любовь.

Зря! Нет, в самом деле зря я сэндвич при появлении девчонок не выплюнула. Теперь подавилась и закашлялась, причём настолько круто, что слёзы из глаз потекли.

Сокурсницы, включая Базю, наблюдали за процессом с сочувствием, кто-то даже салфетку подал, а я…

– Какая ещё любовь?! – выпалила прокашлявшись.

– Настоящая, – с тяжким вздохом поддержала светлую эльфийку Базя.

Я подавилась опять, на сей раз воздухом вперемешку с возмущением. И тут же подумала – а может местным студенткам какой-то психотропный препарат дают? Некую особую «таблетку для тупости»?

Но вслух сказала мягче:

– Девочки, вы спятили? И вообще, при чём тут я? Вульф, если вы не заметили, не со мной, а с двумя мулатками встречается.

– С кем? – не поняла Диза.

– С дроу.

Девочки застыли, но выражения лиц не поменялись. Через секунду я услышала «чудесное»:

– Гитрида с Занарией не в счёт.

– То есть? – спросила я. – Это как?

Лириэль поджала губы и объяснила:

– Они, как ты правильно заметила, дроу, а женщины этой расы мужчинам не подчиняются. У дроу вообще матриархат. Отношения с Алексом для Гитриды с Занарией, всего лишь статусность. Но долго девочки не выдержат. И да, это точно не любовь, а банальный секс.

Я от таких откровений слегка припухла. То есть и раньше знала, что у дроу матриархат, но…

– Но у Алекса мужское фэнтези и, по законам этого жанра, мулатки ни к какому матриархату не вернутся. Они будут любить этого козла до последнего.

– Мм-м… что? – озвучила общий вопрос Базя.

Теперь в употреблении «таблеток для тупости» заподозрили меня, но объяснять я всё-таки не стала. Просто выдохнула и сказала о главном:

– Между мной и Алексом Вульфом ничего нет, и он в меня не влюблён.

Удивительно, но меня услышали.

– Может и так, – издав новый тяжкий вздох, сказала Лириэль. А едва я расслабилась, добавила: – Но то, что он тебе симпатизирует, это точно.

Всё. Выдержка закончилась, нервы сдали. Я вскочила на ноги, тут же запрыгнула на лавку и, отчаянно сжав кулаки, провизжала на всю столовую:

– Я не имею никакого отношения к Алексу Вульфу! Мы не встречаемся! Между нами абсолютно ничего нет!

Пространство мгновенно затопила тишина, а младшая дочь императора Тариуса опомнилась и почувствовала себя довольно неуютно. Отдельным поводом заёрзать стал взгляд лорда Сириса – ректора точно посетил шок.

Пришлось резко исправиться – выдавить дружелюбную улыбку и добавить бодренько, обращаясь ко всем и сразу:

– Спасибо. У меня всё!

Вот теперь я спрыгнула на пол, а потом опять за стол уселась. В той же тишине хлебнула кофе и яростно вгрызлась в недоеденный сэндвич.

Ещё с минуту народ боролся с немотой, а дальше жизнь вернулась в прежнее русло. Все забубнили, зашептались, зачавкали… Даже сидящие вокруг меня девочки к завтраку вернулись.

Я тоже ела, а прикончив и второй сэндвич, заозиралась в поисках Хуго. Мой ирбис нашелся в привычной компании косматых, и он, в отличие от остальных, не завтракал, а внимательно взирал на меня.

В желтых глазах читались укор и ревность! Словно само упоминание Алекса – уже измена. Это стало поводом фыркнуть и отвернуться обратно. Какой он всё-таки глупый, этот котик.

А на выходе из столовой ко мне ещё и Ататриэль подкрался. Ушастый ухватил за руку и сказал:

– Мари, нам нужно поговорить.

Я глянула хмуро и уточнила:

– Сейчас? Но сейчас занятия.

– Можно вечером, – выдохнул эльф. – А можно в выходной. Прогуляемся, поужинаем где-нибудь в городе.

– Э-э, – ответила я.

Бывший парень смотрел прямо, в фиалковых глазах читалась знакомая решимость. Это было так мило, так трогательно, но…

– До выходного ещё целая неделя. Давай обсудим это чуть позже? – предложила я.

Эльф неохотно, но отпустил. Потом сверкнул глазками и сказал:

– Хорошо, Мари. Договорились.

Я подарила Ату улыбку и выскользнула из столовой вслед за девчонками. Та-ак… Что там у нас сегодня по расписанию? Чему студенток факультета любовной магии учат?


Учили всё тому же – основам магии вперемешку с основами права и прочих необходимых для жизни и работы штук. Но смысл не в предметах! Смысл в том, что у нас опять замена случилась.

То есть мы вновь удостоились внимания лорда ректора, которого по расписанию у нас не стояло. И понеслось…

Запишите то, учтите это. Девочки повнимательней. Разговорчики, блин, в строю.

И совсем уж отдельная тема – наглые, совершенно бессовестные придирки к амнезийной принцессе. Синеглазый Сирис упоминал моё имя при каждом удобном и неудобном случае!

То требовал не отвлекаться. То спрашивал моего мнения по какому-либо вопросу. То просто язвил, прохаживаясь по кое-чьей «соображалке» и умственным способностям вообще.

Сокурсницы, глядя на сей беспредел, искренне сочувствовали, а я прилагала массу усилий, чтобы сдержать широкую улыбку. Просто это для девочек Сирис – гадкий старик, я же видела ректора совершенно другим, «без грима».

Добавить сюда каноны романтического фэнтези, и всё, студентку можно выносить! Ведь как флиртует паршивец. Как флиртует!

– Мари! – вырывая из вот таких счастливых размышлений, рычал ректор.

– А? – отвечала я.

И дальше опять… Снова и снова… На протяжении нескольких академических часов.

К концу двух проведённых ректором замен, я словно пьяная была. Хорошо, что две пары, которые состоялись после обеда, вёл не Сирис, а нормальные, обычные преподаватели.

Финалом учебного дня стала прогулка к расположенной на первом этаже кассе. Вот тут у девчонок – а они, разумеется, тоже за стипендией отправились, – случился ещё один шок. Просто мне не маленький мешочек, а два ну очень объёмных мешка дали!

Я под тяжестью золота аж согнулась. И сильно вспотела, пока донесла монеты до общаги.

И уже там, в комнате, наблюдавшая всю картину Базилия, не выдержала…

– Мари! – взвизгнула она. – Это как? Откуда?

Рассказывать про лёгкий шантаж, которому подвергся руководящий состав академии, я, само собой, не стала. Но объяснение всё равно требовалось. Как итог:

– Помнишь, как у меня котёл на зельеварении взорвался? Так вот, это, – я потрясла двумя тяжеленными мешочками, – поощрение молодого таланта. Лорд Сирис с лордом Нираном и Дэймоном решили, что я очень перспективна.

У Бази от подобных откровений челюсть отпала.

– Перспективна? – визгливо переспросила она. – Но тебя же за тот взрыв наказали!

– Да, наказали, – не стала отпираться я. – Но и наградили тоже!

Блондинка логики не поняла и страдальчески застонала. Я же радостно пихнула мешочки с золотом в ящик письменного стола и, бросив сумку, поспешила прочь.

Просто, как правильно заметила Базя, я – наказана, и отработку в лабораториях никто не отменял. И мне следовало поторопиться, пока Шширум и Сскарум без меня всё печенье не сожрали.


Из подвалов я возвращалась в весьма задумчивом настроении. Нет, ничего особенного не случилось, общение со сладкой парочкой змеелюдов, несло лишь позитив.

Поводом впасть в некоторую меланхолию стало осознание того, что спасённый мною котик ведёт себя как последний свинтус. За весь день он даже не подошел. Даже слова ласкового не сказал!

Нет, понятно, что случай в столовой мог немного ударить по кошачьим нервам, но вот такое поведение он не оправдывал. Тем более, что я не о любви к Волкову кричала, а наоборот. То есть причин вести себя столь вопиющим образом у Хуго не имелось, а он…

А он – вёл! И от этого как-то совсем неприятно стало. Настолько, что, к моменту возвращения в общагу, лёгкая меланхолия окрасилась в самые мрачные тона.

Пересекая большой общий зал, я покосилась на коридор, в конце которого располагалась комната оборотня, и… нет, не свернула. Гордо вздёрнув подбородок, направилась к себе. Ну то есть к нам с Базей.

Подруга обнаружилась за письменным столом. Словно протестуя против стереотипов, блондинка сидела над учебниками и зубрила. Меня встретила слегка затуманенным взглядом. Потом кивнула и опять уткнулась в книги.

Я, глядя на Базю, тоже об учёбе задумалась, но лишь на миг. Тут же добралась до кровати, завалилась поверх покрывала и уставилась в желтоватый, покрытый тонкими трещинами потолок.

Было обидно. Не до слёз, но очень. Настолько, что даже аккуратный стук в дверь ни капли моего внимания не привлёк.

Зато Базилия заметила. Только оторваться от книг не пожелала…

– Мари, – окликнула она. – Откроешь?

Шевелиться не хотелось, но я всё-таки встала. К моменту, когда добрела до двери, в неё успели постучать раз пять.

Где-то в глубине сознания вспыхнула догадка, что это блудный ирбис припёрся, и желание открывать окончательно издохло. Увы, но да, я совсем разобиделась. Надулась капитально!

Тем не менее, за ручку всё-таки взялась и сильно удивилась, обнаружив на пороге не Хуго, а одного из моих косматых сокурсников.

– Привет, – буркнул парень.

– Привет, – хмуро ответила я.

Оборотень вздохнул и, отступив от двери, попросил:

– Можешь выйти?

Пусть на миг, но меня всё же охватила паранойя. Мол, покину комнату, а мне какую-нибудь гадость ка-ак сделают!

Но потом вспомнилось, что мы в густонаселённой студентами общаге, да и Базилия рядом, а до отбоя ещё несколько часов, и… В общем, я всё-таки шагнула в коридор, чтобы сразу услышать новую просьбу:

– Вон туда посмотри.

Парень махнул рукой, а я за жестом проследила. И опять удивилась, ибо в коридоре, в нескольких метрах от нас, стоял Хуго, собственной желтоглазой персоной.

Мой бойфренд был хмур и приближаться точно не собирался. Это стало поводом удивиться ещё сильнее и поинтересоваться:

– А что происходит?

– Ничего хорошего, – сказал сокурсник. – На Хуго блокирующее заклинание наложили.

– Чего-чего? – не поняла я.

– Ему запретили подходить к тебе ближе, чем на десять шагов, а чтобы Хуго не ослушался, подкрепили этот приказ заклинанием. Хуго попросил меня передать свои извинения и сказать, что мы над вопросом работаем. Но снять заклинание пока не получается, потому что…

– Что за бред? – не выдержав, перебила я.

Парень замолчал, а моё настроение достигло точки минимума. Раздраженная, я расправила плечи и устремилась навстречу котику, но не сделав и пары шагов, наткнулась на невидимую преграду. Самым паршивым было то, что преграда оказалась упругой и попаданку отбросило. Как итог, равновесие я потеряла, но встреча с каменным полом не состоялась – меня подхватил подосланный ирбисом переговорщик.

А сам Хуго крикнул:

– Осторожней, Мари!

До сего момента в коридоре было пусто, но после громкого возгласа приоткрылись сразу несколько дверей. Базилия из комнаты тоже выглянула и закономерно выпучила глазки.

– А что будет, если приблизиться попробуешь ты? – крикнула, обращаясь к Хуго.

– То же самое, – сказал ирбис. Через миг даже продемонстрировал.

В смысле, он тоже шаг навстречу сделал и тут же уткнулся в преграду. Правда по оборотню барьер ещё и неяркой молнией долбанул.

– М-да, – сообщила миру я и вновь на переговорщика уставилась. Спросила, как у лица более осведомлённого: – И кто же нас такой «прелестью» наградил?

– Известно кто, – сокурсник выразительно скривился. – Заклинание – дело рук лорда ректора. И так как Сирис один из сильнейших магов в Империи, снять барьер пока не удаётся. Но мы пробуем.

Я не хотела, но выругалась. Ещё через миг поняла: злость отступила, на её место вновь пришла обида.

Какой он всё-таки гад, этот Сирис. Ведь я… я… А он!

Круто развернувшись на каблуках, я прошествовала обратно в комнату. Там снова на кровать забралась и опять уставилась в потолок. Где-то в глубинах души заворочалось чувство справедливости и попыталось призвать к действию, но я отмахнулась. Не хочу. Ничего не хочу.


Апатия развеялась ближе к ужину. Я даже нашла в себе силы подняться и уделить внимание собственному образу.

Сменила платье, переплела косу, поправила макияж… Потом ещё выражением лица позанималась – потренировалась делать самые невинные глазки.

В столовую вошла в образе этакой симпатичной мышки! А что? Ведь именно таких девушек руководители магических ВУЗов и любят.

Но хитрый план по привлечению ректорского внимания, увы, провалился – Сирис на ужин не пришел. Все остальные явились, а он…

Осознав уровень вероломства, я закономерно скривилась. Через миг в мозгу зародился новый план. Ведь ждать встречи совершенно необязательно, я могу сама эту встречу инициировать. Причём, мне даже искать ректора не придётся – достаточно применить заклинание телепортации, и магия сама найдёт.

Эта идея захватила. Чувство справедливости тут же оживилось и, захлопав в ладоши, возопило: да-да, идём! Вот только…

– Нет, – сказал здравый смысл безапелляционно. – Никаких телепортаций.

– Но почему? – воскликнуло чувство справедливости с негодованием.

– Нам и без того неприятностей хватает!

Как по мне, неприятностей не хватало – то есть их уровень был весьма далёк от критического. Но здравый смысл имел собственное мнение и разорался со страшной силой. Мол, только попробуйте! Только посмейте!

Ну и самое, с его точки зрения, веское: если вы это сделаете, то я вообще от вас уйду!

И не то чтоб этот самый смысл был сильно мне нужен, но я подчинилась. После ужина отправилась в комнату, а затем – в постель. Принцессе и студентке Мари Брехунье предстоял новый день и новые приключения. Оставалось понять, что делать со старыми.

Глава 13

Утро нового дня выдалось закономерно хмурым – сложно быть на позитиве, когда в тебе бушует внутренний конфликт. А он действительно присутствовал, ведь чувство справедливости с принятым решением не смирилось. В итоге, оно начало собачиться со здравым смыслом, и спор продлился всю ночь.

Я ощущала себя как та обезьяна из анекдота – вообще не понимала куда, к «умным» или к «красивым», примкнуть. А тут ещё завтрак и новая встреча с лордом Сирисом. Дальше тоже «чудесное» – очередная замена. То есть объект, ставший камнем преткновения, опять перед глазами маячил.

Где-то на десятой минуте первой лекции нервы не выдержали. Я мысленно нарычала на обе конфликтующие стороны и в кои-то веки сосредоточилась на занятии.

Тем более, оно оказалось не таким уж скучным. Лорд Сирис заменял препода по философии, а разбирали мы морально-этические аспекты приворотов.

– Итак, с точки зрения закона, привороты делятся на две группы, – вещал Сирис, – легальные и нелегальные. К легальным относятся привороты на законных супругов, привороты при вступлении в договорной брак, а также привороты, инициированные семьёй или общиной.

С первым случаем всё, думаю, понятно. Привороты этого вида применяются тогда, когда супруги, или один из них, охладели друг к другу, и требуется восстановить чувства. В этом случае, применение магии помогает сохранить семью, привнести в отношения мир и гармонию. Для работы мага достаточно согласия одной из сторон и свидетельства о браке.

Второй случай – приворот при вступлении в договорной брак. Как правило, он совершается на обоих будущих супругов, и всегда является добровольным. То есть объект магического воздействия знает о привороте и, более того, оставляет расписку о своём согласии.

Здесь магия помогает решить проблему отсутствия чувств. Превратить брак из торговой сделки в нечто настоящее. Впрочем, как вам наверняка известно, подобное вмешательство не всегда на пользу. Некоторым парам лучше состоять в деловых отношениях, а сильные эмоции, которые неизменно возникают в случае приворота, союз портят.

Третий случай – редкий, но не уникальный. Он требует согласования с Орденом Магов и множества консультаций. Обычно его применяют в ситуациях, когда дочь или сын влюбляются в совершенно не подходящую личность. Например, наследница богатого рода теряет голову от слуги или какого-нибудь авантюриста. То есть, если велика вероятность бесчестия для семьи, или существуют угрозы жизни.

Остальные варианты – нелегальные. Они караются законом довольно строго, и эту тему мы с вами уже изучали.

Но кроме законности есть ещё вопросы этики. Насколько этично применять любовную магию в каждом из перечисленных случаев?

Ещё столетие назад, – продолжал Сирис, – общество смотрело на ситуацию гораздо проще. Более того, в те времена, привороты были распространены гораздо сильней. А сейчас философы, а вслед за ними и общество, всё чаще поднимают вопрос личной свободы. Эта свобода включает и свободу чувств, и раз так, то…

Лорд ректор говорил. Мы же слушали и конспектировали. Весь первый час был отдан лекционному материалу, а следом случился семинар.

Так как тема была не только животрепещущей, но и спорной, семинар превратился в этакое ток-шоу. Все высказывались, пыхтели, некоторые даже кулаками потрясали. Я тоже сказать могла, но предпочитала отмалчиваться. Правда Сирису подобная линия поведения не понравилась, и несколько вопросов ректор адресовал лично мне.

Пришлось шевелить серым веществом в поисках ответов, потом выслушивать комментарии. И соглашаться с этими комментариями, чтобы Сирис поскорее отстал!

Такая покорность незамеченной не осталась. К концу семинара, синеглазый мачо косился в мою сторону настолько часто, что внутренний конфликт в новую фазу вошел.

Да, здравый смысл и чувство справедливости опять сцепились. В миг, когда их спор начал переходить в драку, прогремел звонок.

С облегчённым вздохом я запихнула тетрадь в сумку и сразу, даже не дожидаясь Базилию, поспешила прочь. Только Сирис удрать не позволил – окликнул, причём громко:

– Мари! Подойдите ко мне.

Пришлось остановиться, скорчить самую несчастную моську и отправиться обратно. Приблизиться к кафедре, за которой стоял ректор, и…

– Мари, что с вами? – спросил Сирис. – Вам нехорошо? Вы больны?

При том, что я, в отличие от остальных, по-прежнему видела лорда «без грима», вопрос мог польстить – как же, такой красавчик интересуется. Но вместо радости я испытала досаду. Он издевается?

– Не больна, – в итоге буркнула я. – Если, конечно, не считать амнезию.

– Что тогда? – не пожелал отступить Сирис. – Почему вы с самого утра с таким кислым лицом?

Очень хотелось проявить сдержанность и показать себя истинной леди, но что-то внутри воспротивилось.

– А сами не догадываетесь? – уперев кулаки в бока, гневно процедила я.

Сирис притворился чушкой – изобразил полное непонимание, и вообще. Только я с места не сдвинулась, продолжила сверлить гневным взглядом… В конце концов, ректор сдался.

– Ну а какой реакции вы ждали? – холодно вопросил он.

Я… аж вскипела! Грозно топнула ногой, сообщила:

– Это нечестно!

– Ага, – едко парировал он. – Вы с Хуго перешли все границы приличий. Я не против отношений между студентами, благо все взрослые, но это лучший в Империи ВУЗ, а не бордель!

– Ой, да чего мы такого…

Сирис неожиданно зарычал, а моё чувство справедливости вырвалось из-под контроля и зашипело в ответ. Потом сообщило:

– Я потратила уйму сил, чтобы составить зелье, исцеляющее от блох, и заслужила награду – возможность ласкать и гладить большого котика! А вы меня этой награды лишили! Вы… вы…

– Большого котика? – руководителя академии буквально перекосило. – Избавьте меня от знания ваших постельных словечек!

Я сперва не поняла, а когда дошло, вскипела пуще прежнего. Взвизгнула:

– Я в прямом смысле! Вы же сами видели – Хуго в ирбиса превращается!

Сирис реплику не оценил и извиниться даже не подумал, а я…

– Как же вы мне надоели, – сказала на порядок спокойнее, с подчёркнутым укором. – Ведь взрослый, состоявшийся мужчина, а ведёте себя, как собака на сене.

– То есть? – проявил незнание фольклора он.

– То есть и сам не гам, и другим не дам, – перефразировала я, чтобы тут же увидеть слегка растерянное выражение мужского лица.

И хотя добивать противника не хотелось…

– Лорд Сирис, я с самого начала сообщила, что ваши ухаживания мне не интересны. После того, как увидела вас без амулета, моё отношение немного изменилось, но сейчас понимаю – первое мнение было верным. У нас с вами ничего не выйдет, поэтому оставьте меня в покое.

– А то что? – процедил глава «лучшего ВУЗа Империи» не выдержав.

– Папе пожалуюсь! – сурово припечатала я.

Тут же развернулась и, красиво покачивая бёдрами, зашагала прочь. По пути поняла – мне реально ничего любовно-романтического от Сириса не хочется. Более того, пошел этот ректор лесом!

Ведь в самом деле дурак. А место неадекватного идиота в моём окружении уже занято! На этом пьедестале стоит Алекс Волков, и его при всём желании не подвинуть!


После разговора с Сирисом, я вновь впала в меланхолию. Весь день о сложившейся ситуации думала, а потом поняла: увы, но, невзирая на договор с Алексом, моё фэнтези всё равно какое-то неправильное. Именно в этом проблема.

Только вычленить корень зла не получалось. Я сознавала, что что-то не так, но что именно, не улавливала. Лишь после того, как занятия закончились, а младшая дочь императора Тариуса очутилась в подземельях, в голову стукнула идея.

Правда, прежде чем приступить к её реализации, я выпила со змеелюдами чашечку чаю и съела одну печеньку. А вот потом…

Я запустила руку в пространство и вытащила любимую книжку про академию. Вернее, первый том замечательной серии, который тут же принялась листать.

Во-первых, хотелось освежить в памяти сюжет, во-вторых, найти отличия. Понять, какие моменты отделяют мою историю от идеала.

Через несколько минут усиленного сопоставления стало ясно – ситуации и обстоятельства слишком разные. То есть при большом желании сравнить можно, но в поиске корня зла данная конкретная книжка не поможет.

Пришлось отложить роман и вновь запустить руку в пространство, выуживая следующий, уже другой, но не менее любимый.

Та-ак… А тут у нас что?

Где-то на пятой книге закралось подозрение, что посетившая меня идея – глупость. Это стало поводом отвлечься и вздохнуть ну о-очень горько.

Наблюдавшие за мной лаборанты сразу оживились и попытались засыпать вопросами, но я отмахнулась. А Сскарум вдруг потянулся и, схватив один из томиков, бодро прочитал название.

Ещё и поинтересовался:

– Мари, а это про что?

Я слегка офигела – неужели змеелюд знает русский? Потом попыталась припомнить, а переходили мы с Алексом на русский в этом мире, или нет?

Увы, но память промолчала, а тот факт, что Сскарум сумел прочесть название, подвёл к мысли – здесь, в Империи, все на нашем родном говорят, но… Может дело в самой книге? Ведь все извлечённые из пространства «академки», прежде всего, про любовь, а она – универсальна.

В общем, ладно. Не важно! Куда важнее то, что змеелюд попросил:

– Можно почитать?

Я, разумеется, кивнула, и тогда Шширум тоже книжку подхватил. Глянув на товарищей, я взялась извлекать из пространства недостающие тома выбранных ими серий. Ну так, на всякий случай, чтобы, если понравится, не страдали в ожидании «проды».

Дальше – опять в пролистывание книг погрузилась. Только корень зла отыскиваться по-прежнему не желал, навевая нестерпимую грусть.

А в миг, когда я собралась отчаяться и даже впасть в депрессию, случилось одно непредвиденное событие – царящую в лаборатории тишину нарушил короткий неприятный звук. Словно сирена рыкнула и сразу замолчала.


Сладкая парочка лаборантов резко замерла и не менее резко подпрыгнула.

– Шухер! – взвизгнул Сскарум.

– Сюда идут! – добавил Шширум.

Я сперва не поняла, а очнувшись, поддалась примеру змеелюдов. Те ловко прятали извлечённые из пространства книги на нижнюю полку длиннющего лабораторного стола.

Ещё несколько секунд, и признаков нашей расслабленности вообще не осталось. Вместо романов и недопитого чая на столешнице появилась гора каких-то сушеных трав и несколько керамических контейнеров.

– Отрываешь цветки и кладёшь их в одну миску, – громким шепотом проинструктировал Шширум. – Листья и стебли – в другую.

Я, не будь дурой, так и сделала. Правда, к моменту появления лорда Сириса, всего пару цветочков обработать успела.

Ректор… был не раздражен, но хмур. Он приблизился к столу и застыл, внимательно глядя на одну деву. И хотя дева общаться не желала, она всё-таки отвлеклась от работы и подарила руководителю академии ответный хмурый взгляд.

Потом вообще не выдержала, спросила:

– Что?

– Что… – фыркнув передразнил он и тут же к змеелюдам повернулся. – Как понимаю, противоблошиное зелье для оборотня Мари варила здесь?

– А при чём тут… – начала было я, но тут же замолкла. Просто увидела, как лаборанты свои и без того выпуклые глаза округлили.

Дальше прозвучало:

– Зелье? Какое зелье? – это Шширум.

– Противоблошиное? Для оборотней? – это уже Сскарум. – А разве на оборотней что-то ещё действует? У них же иммунитет!

– Нет-нет, Мари ничего подобного не делала, – опять Шширум.

– По крайней мере, не при нас, – добавил Сскарум.

Я, выслушав эти отмазки, сперва растерялась, а потом решила – если змеелюды отнекиваются, то и мне надо. В итоге, хлопнула ресницами и спросила невинно:

– Лорд Сирис, вы вообще о чём?

Вздохнул. Шумно и очень тяжко.

– Мари, не прикидывайся, – выдал он. – Ты сама утром про зелье сказала.

Вот теперь и я глаза выпучила. Утром? Сказала? Нет-нет, вам послышалось! Что, впрочем, не удивительно, учитывая ваш возраст.

– Мари! – не выдержав молчания, рыкнул лорд. – Прекратите! Я ведь не ругать собираюсь, а наоборот.

Я подумала, но в мнении не переменилась. А Сирис опять вздохнул, точно призывая себя к спокойствию, потом заявил:

– Созданное тобой средство возымело неожиданный эффект, и весть об этом эффекте уже разлетелась по академии. Мы вызвали нескольких оборотней в лазарет и проверили. Всё подтвердилось.

Э-э…

– Что подтвердилось? – не могла не уточнить я.

– Блохи подохли не только у Хуго, а у всех оборотней, кто контактировал с ним в последние сутки. И это подводит нас к закономерному вопросу – как тебе удалось, Мари? Что за рецепт?

Я чуть смутилась и опустила ресницы.

Ёлки-палки! По всему выходит, что я – гений, и заслуживаю большой-пребольшой награды! Но…

– Вообще не понимаю, о чём вы, – сообщила скромно. – Но за оборотней ужасно рада.

А что? А как? Ведь выдавать рецепт категорически нельзя! Да и повторить состав я вряд ли сумею.

– Ма…ри, – сказал ректор на выдохе.

Потом прикрыл глаза и устало приложил руку ко лбу.

Я, глядя на такое, даже посочувствовать хотела, но руководитель нашего ВУЗа очнулся раньше. Подарил принцессе новый острый взгляд, выпрямился и сказал спокойно:

– Мари, будь добра проследовать за мной.

Вот тут я слегка струхнула и испытала бешеное желание забиться в какую-нибудь щель! Но вовремя вспомнила, что я – попаданка, а мы, девушки с Земли, и не таким рога откручивали. А раз так…

Мари Бренухье отлепилась от лабораторного стола, расправила плечи и кивнула. И, стараясь не удариться в панику, шагнула к ректору.

Я была убеждена, что нам предстоит долгая прогулка по замку под прицелами множества любопытных взглядов, но нет. Едва я приблизилась, Сирис ухватил за руку и окружающее пространство изменилось.

Подвальное помещение, заставленное стеллажами, исчезло, вместо него взгляду предстала знакомая гостиная. Три уже виденных портрета, опять-таки виденные гардины, напольные вазы, шкаф и круглый стол.

Из нового – очень тусклое освещение, благодаря которому я не сразу заметила, что стол сервирован, причём на две персоны. Последнее вогнало в лёгкий ступор – это что? Это как?

Инстинктивно втянув голову в плечи, я повернулась и взглянула на лорда ректора, а он отпустил мою руку и, указав на ближайший из двух стульев, сказал:

– Садись.

– Мм-м… – ответила я. – Мм-м…

Ректор прищурил синие глазища и выразительно втянул ноздрями воздух. Задавать вопросы от этого не расхотелось, но… я всё же промолчала. Более того, подчинилась требованию.

Ну а оказавшись за столом, вздрогнула, ибо стоящие тут свечи зажглись, а остальное освещение наоборот погасло. То есть обстановка стала ещё более интимной. Вернее, совсем интимной. Совсем-совсем!

– Лорд Сирис, а что происходит? – спросила я осторожно.

Мужчина ответил лишь после того, как опустился на соседний стул и выхватил из ведёрка со льдом бутылку шампанского…

– Как «что»? Воспитательная работа с одной из проблемных студенток.

– С «одной из»? – тут же уточнила я.

– С единственной проблемной студенткой! – грозно процедил лорд.

Он сказал, а я… расслабилась и разулыбалась. Выходит, выпытывать состав противоблошиного зелья не будут? Вместо этого станут соблазнять?

Сирис налил шампанского, вновь сверкнул глазищами и приподнял свой бокал, предлагая чокнуться. Я этот жест поддержала, а пригубив совершенно удивительный напиток, спросила:

– А почему вы в лабораторные подвалы не телепортом, а ножками пришли?

– А почему нет? – парировал он.

Я улыбнулась шире прежнего и опять из бокала отпила. Потом окинула взглядом стол и поняла – таю, словно одна из тех свечек. Просто представленные блюда не имели ничего общего с академической столовой. Наш драгоценный ректор точно заглядывал в ресторан.

Пока я смотрела, Сирис допил своё шампанское и тут же переложил на мою тарелку несколько закусок. Затем добавил пару ложек какого-то салата и, одарив очередным строгим взглядом, скомандовал:

– Ешь!

Всё. Сердце забилось пойманной птичкой, коленки задрожали, в животе закопошились бабочки. Как ни посмотри, но есть в таких тиранистых мужчинах нечто ну о-очень притягательное.

Ещё не веря в счастье, я подхватила вилку и попробовала каждое из предложенных блюд. А дожевав, позволила угостить себя горячим – куском красной рыбы с каким-то непонятным соусом.

Новых вопросов пока не задавала, только косилась на Сириса, который тоже чревоугодию отдавался. Плюс, попивала шампанское. Абсолютно чудесное. Очень изысканное!

Чуть позже, когда с горячим было покончено, ректор щёлкнул пальцами и грязные тарелки исчезли. Вместо них перед нами появились вазочки с каким-то десертом, украшенным фруктовыми дольками.

Ректор вновь наполнил бокалы и потянулся, предлагая чокнуться и выпить. Я предложение опять-таки одобрила, после чего услышала одну из любимейших всеми женщинами фраз:

– Прости, я был неправ.

Та-ак… А если поподробнее?

– Я долго думал над сегодняшним, – продолжил Сирис, – и понял, что вёл себя как глупый мальчишка. Стыдно признавать, но в случае с заклинанием блокировки мной действительно двигала ревность. Меня убивает сама мысль о том, что ты можешь… – тут синеглазый красавчик очень выразительно поморщился и процитировал: – ласкать и гладить этого котика. Этого… блохастого, неотёсанного оборотня.

Последние слова лорд буквально выплюнул, а я засияла пуще прежнего. Одно хорошо – успела прикусить язык и не прокомментировать сделанное признание.

А Сирис…

– Мари, я преподаватель и не имею права симпатизировать студенткам. Более того, прежде со мной подобного и не происходило, но ты…

Теперь я засмущалась. Спустя ещё секунду смущение достигло максимального уровня – такого, когда хочется забиться под какой-нибудь коврик и восторженно запищать.

Просто Сирис продолжил, и эти слова… Мм-м! Ради такого не то что в романтическое, даже в трэшевое мужское фэнтези угодить можно!

– Мне кажется, первый импульс настиг в момент, когда Ниран рассказал, что ты упала. Я почувствовал резкое беспокойство и понял – мне очень важно, чтобы ты пришла в себя. Однако помочь я не мог, оставалось лишь ждать и надеяться. Я надеялся. Ты очнулась. Только память потеряла.

В голосе ректора прозвучали такие нотки, что меня немного повело. Улыбка, озарявшая лицо попаданки, стала значительно глупее, по коже побежали мурашки.

– Но настоящий интерес пробудился на следующее утро. – Сирис вздохнул. – В столовой. Когда ты подошла к нашему столу, и… Кстати, а что это было, Мари?

Я вспомнила о своей реакции на делегацию сухофруктов и отрицательно качнула головой. Не скажу. Вот как хотите, а не отвечу!

– А мне думалось, сегодня мы будем честны друг с другом, – внезапно выдал лорд.

Теперь моя улыбка стала загадочной – угу, как же.

Собеседник смерил новым взглядом и ещё более внезапно с моим молчанием смирился.

И вновь заговорил:

– Мари, я решительно не понимаю, что произошло. До того дня я видел тебя много раз, но никаких особых эмоций не испытывал. А тут меня словно какой-то волной накрыло. Просто раз, и всё. Без всякого повода, без причин.

Конечно, вспомнился канон, для которого подобные выверты – норма. Однако, при всём моём уважении к законам жанра, стало немного обидно, и…

– Что, повода для симпатии совсем-совсем нет? – спросила я.

Мужчина шумно вздохнул и взял паузу. Потом признал:

– Причины всё-таки есть, но боюсь, что это прозвучит слишком пафосно.

Та-ак… А мне всё равно интересно!

– Скажите.

И Сирис в самом деле сказал:

– Ты удивительная. В тебе столько энергии и драйва. Один только взрыв в лаборатории чего стоил. А твоё появление в моих покоях и разоблачение нашей маленькой игры? А вопиющий по своей дерзости шантаж?

Мм-м… Как приятно. Говорите, лорд ректор. Говорите!

– А ещё – жизнерадостность, – продолжил он. – Раньше я подобного за тобой не замечал, а теперь… Мари, это плохо поддаётся анализу, но ты совершенно особенная. Я не встречал таких женщин. Никогда. За все пять веков своей жизни.

Я не выдержала, счастливо задрыгала ножкой. Ещё в обморок свалиться хотела, но подумала и решила, что это уже перебор.

Спустя ещё один миг, в памяти всплыл наш сегодняшний разговор в аудитории, и…

– Лорд Сирис, это всё, конечно, прекрасно, но вообще-то я просила от меня отстать.

Увы, но голос прозвучал не строго, а кокетливо.

– Угу, – отозвался он. – Просила.

Всё. Тишина. Вернее, выразительная пауза, наполненная неуместной улыбкой одной попаданки и блеском потемневших глаз одного ректора.

И так как нарушать тишину лорд не собирался, инициативу пришлось проявить мне.

– И мой папа…

– Пожалуйся ему, – перебил собеседник. В его тоне почудился отголосок ехидства. – Обязательно. Император Тариус такое любит.

Я замерла, вопросительно заломив бровь, но ректор продолжать не стал. Вместо этого опять шампанского долил и уставился гипнотическим взглядом.

Меня от этого взгляда вновь повело, однако капитулировать перед мужским обаянием Мари Брехунье не собиралась! Просто, кроме утренней перепалки, в памяти всплыли принятые после перехода в этот мир решения, и…

В общем, пришлось собраться, абстрагироваться от всей эротичной дури и поднять другую, более-менее нейтральную тему.

– Барьерное заклинание с Хуго снимите, – хлопнув ресницами, попросила я.

– Ага. Щас!

Прозвучало экспрессивно, причём настолько, что я невольно зарделась и в которой раз улыбнулась. А заметно посмурневший ректор продолжил:

– Мари, я долго закрывал глаза на твоё излишне вольное поведение, но теперь всё меняется. Пока ты являешься студенткой этого ВУЗа, ты будешь вести себя пристойно.

– Э… Я?

Всё. Смущение отступило. Я почувствовала прилив самого праведного негодования.

Это что за заявления? Что за команды? Во-первых, я на подобное не подписывалась, а во-вторых, это кто мне говорит? Мужчина, который сидит и нагло спаивает собственную студентку?

Сирис, глядя на меня, хмыкнул и, отодвинув бокал, поднялся. С грацией прирождённого хищника обогнул стол и, встав за спиной разгневанной принцессы, наклонился, чтобы шепнуть в ушко:

– Если захочется нарушить правила, ко мне приходи. Я помогу.

Я… аж вспотела! А потом вскипела и стукнула кулаком по столу.

– Это нечестно, – сообщила я.

– А чего нечестного-то?

Вот теперь в голосе ректора прозвучала насмешка. Он отступил, а стул, на котором я сидела, плавно отодвинулся и развернулся на сто восемьдесят градусов.

Вздору соблазняемой леди предстал умопомрачительный мужчина в чёрной мантии. Он стоял, сложив руки на широкой груди, и…

– По-твоему, я должен поощрять собственных конкурентов? Я что, дурак?

Слов не нашлось, зато эмоций – выше крыши. Нет, логика Сириса была понятна, но ё же ты моё!

И хотя сердце за время ужина сильно подтаяло, студентка факультета Любовной магии попыталась воспротивиться:

– С чего вы вообще взяли, что я отвечу вам взаимностью, лорд Сирис?

– Мари, к чему эти титулы? – увиливая от ответа, фыркнул он. – Для тебя просто Сирис. И на «ты».

Я слегка растерялась, а руководитель Объединённой Академии Магии шагнул вперёд и присел на корточки. Теперь он смотрел не сверху-вниз, а наоборот, и я…

Ёпперный же ты театр, вот как у них, у брутальных фэнтезийных самцов такое получается? Впрочем, может дело не в обаянии, а в магии? В смысле, может Сирис, кроме всяких блокировок и телепортов ещё и заклинание повелевания мурашками знает?

Ладони ректора легли на мои прикрытые мантией коленки, и мир подёрнулся туманом.

– Ы-ы-ы! – сообщила этому миру я, чтобы тут же наглющие ладони сбросить.

Потом соскользнула со стула, поднялась на ноги и пропищала:

– Пожалуй, на сегодня хватит!

– Думаешь? – в голосе руководителя нашего ВУЗа послышалась совершенно волшебная хрипотца.

Он тоже поднялся и, прежде чем успела опомниться, оказался ближе не бывает. Руки легли на мою талию, а губы властно накрыли опрометчиво приоткрытый рот.

Злосчастные мурашки побежали с новой силой, гормоны выпрыгнули из засады и пустились в пляс, а я… Мм-м! Как же он целуется! Мамочки, за что мне такое искушение?

Увы, но все принятые решения были моментально забыты. А к танцу гормонов добавились пресловутые бабочки в животе, и даже мозг в кои-то веки не протестовал.

Единственной, кто ситуацию не оценила, была девичья гордость. Она выразительно сопела и грозила маленьким кулачком. Ещё вопрошала истерично: мы что, вот так этому гаду и сдадимся? Прямо сразу? Без всяких боёв?!

К счастью, брать себя в руки не пришлось – в реальность вернул лорд Сирис, лично. Он прервал поцелуй и отступил, беззастенчиво любуясь произведённым эффектом. В потемневших синих глазах блестели искорки страсти и… присущее всем аналогичным героям ехидство. Последнее вызвало дикое желание счастливо запищать и попрыгать на месте, но сильная дрожь в коленках от позора спасла.

А в следующий миг меня схватили за руку и мир опять изменился. Нет, никакой новой атаки мурашек, просто гостиная ректорских покоев исчезла, а вместо неё появился знакомый общажный коридор.

Ещё секунда, и лорд исчез, оставив студентку факультета Любовной магии в очень неадекватном состоянии. Одно хорошо – коридор был пуст, так что неадекватность мою никто не увидел.


В нашу с Базей комнату я вошла покачиваясь. А обнаружив, что подруги нет, активировала магические светильники и сильно напряглась.

Очень осторожно, практически на цыпочках, добралась до собственного письменного стола и изумлённо уставилась на огромную стеклянную банку. Она была наполнена чем-то знакомым, но, ввиду моего состояния, непонятным.

Ситуация прояснилась после того, как я вытащила из-под банки листок, где кривоватым почерком Бази было написано:


«Мари, это от оборотней.

Они собрали блох по велению Хуго, который почему-то уверен, что дохлые паразиты нужны для каких-то важных экспериментов. Я этот “подарочек” брать не хотела, но оборотни настояли. Надеюсь, ты не станешь делать глупостей!»


Окинув банку новым взглядом, я улыбнулась уголками губ и отрицательно качнула головой. Нет, не стану.

Хотя…

Глава 14

И всё-таки я послушалась. То есть банка с потенциальной зомби-армией была убрана в дальний угол, а захмелевшая дева в моём лице стянула ученическую мантию и отправилась в душ.

Дальше состоялось явление Бази – она, как выяснилось, на ужин ходила; ленивое пролистывание одного из учебников и встреча с подушкой. Тихая ночь без приключений и сновидений, пробуждение, умывание-одевание и погружение в новый будний день.

Моё утреннее появление в столовой напоминало выход супер-дивы. Этакой рок-звезды, находящейся в зените славы.

Смотрели все! И студенты, и преподы, и даже кухарки с подавальщицами в общий зал прибежали. Но основное внимание уделяли, конечно, оборотни. Избавленные от блох парни взирали как на богиню, кто-то даже поаплодировал.

Лорд Сирис – а он тут тоже, разумеется, был, – подобный ажиотаж не одобрил. Блондин с фиалковыми глазами и острыми ушами отреагировал аналогично. Ну а предмет вдохновения зельевара в лице Хуго вообще грозовую тучу напоминал. Правда смотрел при этом не на меня, а на «престарелого» ректора.

Когда мы с Базей наполнили подносы, стало ясно – наш стол уже занят. За ним сидели девчонки во главе с неугомонной Лириэлью. Причём не просто сидели, а ждали, и именно нас…

Когда мы с блондинкой к компании присоединились, случилось совсем уж неожиданное – на меня, словно из решета, посыпались самые настоящие благодарности.

– О, Мари! – вещала Фия. – Не знаю, как тебе удалось, но ты самая умная умница на свете!

– О, да! – активно кивала и Диза, и все остальные. – Мари, спасибо тебе огромное!

– Мм-м… – тянула Лириэль. – Мари, мы этого добра не забудем…

В чём именно заключается «добро» я не понимала до тех пор, пока кто-то из девочек не пропищал восторженно:

– Теперь мы можем встречаться с оборотнями!

Вот тут-то и выяснилось, что младшая дочь императора Тариуса была одной из очень немногих, кто отважился на отношения с представителем «звериной» расы. Остальные на подвиг в виде регулярной дезинфекции одежды и пользования противоблошным шампунем не решались.

Наверное, в этот миг я должна была испытать какую-то гордость, но вместо этого ощутила сожаление. Бедная принцесса, неужели это Ататриэль так её довёл?

Взгляд на эльфа, и…

А, ладно. Не важно. Главное, всё закончилось хорошо, а я – герой!

Ещё один бонус прилетел чуть позже, когда кто-то из девчонок упомянул Чёрную стрелу, а за столом прозвучало:

– Чёрная стрела? Ой, да кому они теперь нужны!

Я сперва замерла, хлопнула ресницами, а когда смысл сказанного достиг сознания, глумливо хихикнула. Ну что, Алекс, получил гранату?

С этого момента и без того хорошее настроение взлетело до небес, и на занятия я отправилась с самой широченной улыбкой. Ну а там, в аудитории… Да-да, снова поджидала замена! На сей раз лорд Сирис взялся провести у студентов второго курса физику.

Касательно физики, нам её действительно преподавали. В том числе потому, что здешние школы, как я успела выяснить, сильно от земных отличались. Тут точные предметы не жаловали, да и сама программа была весьма щадящей. Как итог, большую часть знаний приходилось добирать в ВУЗах.

И пусть в родном мире я физику давно отучила, пришлось слушать. Более того, вникать и конспектировать, ибо в противном случае ректор не стеснялся шипеть и даже задавать вопросы по теме.

Угу. Синеглазый зараза вновь прибегал к излюбленной форме флирта, и деться от этих ухаживаний было некуда. Но я не расстраивалась, а совсем наоборот. Лишь где-то в глубине сознания вспыхнул вопрос – а может он к каким-то более взрослым и интересным действиям перейдёт?

Ну там… ресторан, например. Или совместная прогулка в какое-нибудь очень особенное место. Или пикник на крыше во время звездопада. Или ещё что?

Но увы, предпринимать нечто подобное глава академии не собирался. Вместо него это сделал кто-то другой, правда… не со мной.

Когда замена закончилась, мы дружно встали и перешли в следующую аудиторию. И вот там, на парте, которую обычно занимали мы с Базилией, обнаружился красивый розовый конверт. А на конверте – имя, но не моё, а Базино. Блондинка, увидав послание, сперва насторожилась, а потом…

– Да ладно! – заглянув внутрь конверта, неверяще выдохнула она.

Несколько секунд на шок, и блондинка заглянула в конверт снова. Затем извлекла оттуда небольшую бумажку и принялась читать.

Когда закончила, голубые глаза напоминали плошки, а на лице отражалась тотальная растерянность.

Вот теперь я не выдержала, спросила:

– Базь, что там?

Оказалось, послание от поклонника. Причём не абы-какого, а тайного! И не просто записка, а приглашение на свидание. Само свидание, как в таких случаях и полагается, тоже необычным было – поклонник звал Базилию на ночной спектакль с элементами оперного искусства, балета и множества других штук.

Лично я про постановку, которая длится всю ночь и где задействованы самые именитые артисты, конечно ничего не слышала. Зато блондинка была в курсе и, едва шок от приложенного к записке билета прошел, впала в восторг!

Она взвизгнула на всю аудиторию, прижала билет к груди и взвизгнула снова. Потом пояснила, задыхаясь от счастья:

– Это самое модное событие десятилетия! Билетов туда вообще не достать! Я даже не мечтала побывать на этом спектакле!

За подругу я, разумеется, порадовалась, и совершенно искренне. Но отголосок грусти тоже поймала – ведь никто из моих поклонников до подобного не додумался, и вообще… И вообще, всё по-прежнему шло как-то не так. Как-то неправильно!

Хотя, если вспомнить вчерашнее шампанское и поцелуй…

Одно хорошо – возможности порефлексировать мне не дали. Началась новая пара и материал, который там излагался, требовал повышенного внимания. Нам рассказывали про магию в целом – про энергетические потоки, силовые откаты и прочие любопытные вещи.

Нет, как опытная читательница фэнтези я многое из этого знала, но…

Короче, слушала и конспектировала, потом опять слушала. Ну и улыбалась, улавливая тихое, предельно счастливое попискивание Бази.


А закончился этот учебный день, разумеется, в подвалах, на отработке назначенного лордом Сирисом наказания. Только картина, которую я там застала, от привычной была всё же далека.

Шширум и Сскарум сидели за столом и никак на внешний мир не реагировали. Сладкая парочка змеелюдов читала добытые вчера «академки»!

Вид у парней был абсолютно наркоманский. Судя по покрасневшим глазам, эти двое провели за чтением всю сегодняшнюю ночь, и прерываться по-прежнему не собирались. Это был повод похихикать – ведь я сама реагировала на романтическое фэнтези точно так же. Впрочем, а разве можно относиться к нему иначе?

Когда Сскарум всё же сумел отвлечься от книжных страниц, я услышала:

– Мари, я влюбился!

Вот теперь и Шширум от чтения оторвался, заявил:

– И я!

Дальше прозвучало закономерное:

– Мари, но всё же, откуда это? – Шширум.

– А мне пофиг откуда. – Сскарум. – Тут же та-акая любовь!

Я захихикала снова. Затем извлекла из пространства три больших стакана «мохито» и огроменный поднос суши. После чего покопалась на нижней полке, куда мы все романы запихнули, и, выбрав книгу, тоже уселась читать.

Оставалось надеяться, что сегодня никто в лабораторию не явится и в личные покои не утащит. Просто в данный момент возможность погрузиться в чужую историю выглядела гораздо привлекательнее всяких синеглазых мужчин.


Я проснулась задолго до того, как прозвенел будильник, но с кровати не встала. Просто лежала, слушала шум дождя и наслаждалась послевкусием прочитанного вчера романа.

Вернее, не всего романа, а лишь трети – на большее времени не хватило. А так как книгу я читала по второму кругу, жертвовать сном в пользу приключений юной фэнтезийной студентки всё-таки не стала.

Зато успела напитаться позитивом и восхититься чужими приключениями! Ну и чужим ректором, который, если верить роману, целовался, как бог.

Теперь, после такой истории, поцелуев тоже хотелось, но данный момент был не главным. Куда больший интерес вызывало другое: ведь сегодня как бы пятница, а значит – пара по зельеварению в восточном крыле.

Мм-м… Восточное крыло. Территория зла и мужских сказок. И большая вероятность встретить Волкова, а ещё… увидеть его лицо, когда поймёт, что Чёрная стрела никому больше не нужна.

Впрочем, может девчонки ещё передумают? Не станут предавать прежних кумиров и опять падут ниц перед крутыми старшекурсниками? А что, ведь подобное возможно… Особенно учитывая тот факт, что на тёмной половине замка действуют другие, далёкие от ромфанта законы.

Последняя мысль настроение подпортила, и я всё-таки встала. Посетила душ, заплела свою изумительную гриву в косу, накрасила реснички.

Когда вернулась в комнату, будильник уже пропел, и Базилия, сонно покачиваясь, сидела на кровати. Первым, что выдала подруга, стало:

– А чего это ты раньше времени вскочила? Готовишься к встрече с Алексом?

Я закатила глаза и выразительно фыркнула. Потом прошлёпала к шкафу и принялась выбирать бельё. А едва сбросила полотенце, в которое была замотана, удостоилась новой реплики…

– Мари, – в голосе Бази послышалось беспокойство, – твой синяк, он что, зачарованный? Прошло почти две недели, а он даже не посветлел.

Теперь я скривилась. Увы, но исчезать поставленная Алексом отметка действительно не желала.

– Не знаю, – хмуро буркнула я, а блондинка предложила:

– Так ты к лекарям сходи.

– Из-за какого-то синяка? – начала, но тут же осеклась я.

Просто перед мысленным взором возник истинный облик лорда Нирана, и мысль о походе в лазарет приобрела некую прелесть. Следом вспомнился Сирис со своим заклинанием барьера, и у одной попаданки зародился не лишенный ехидства план.

Ага. Ага-ага!

Вот только…

– А лорд Ниран… Он же не просто лекарь? – озвучила свои сомнения я.

– Он декан факультета целительства и врачевания, – милостиво напомнила Базя. А догадавшись к чему клоню, добавила: – Но приём в лазарете тоже ведёт. Два дня, в начале недели.

И снова – ага! Значит, в понедельник и сходим! Покажем ему свою проблему, а заодно над амнезией, которая отступать «не желает», повздыхаем!

Потом расскажем о своём походе лорду Упырю и проверим, так ли он ревнив. Нет, ну а что? Почему от его самодурства только котик-Хуго страдать должен? Пусть кто-нибудь ещё помучается!

А дальше, если удастся довести ситуацию до абсурда… может Сирис вообще все блокировки снимет, и я-таки смогу запустить свои загребущие ручки в белую пятнистую шерсть?

При мысли о второй ипостаси оборотня, по телу побежали мурашки, но не сладкие, как в случае с ректором, а волнительно-предвкушающие. Настроение моментально улучшилось, и даже непроходящий синяк, поставленный Волковым, был забыт! Я же вновь вернулась к прерванному занятию – к натягиванию белья и всего остального.

Ну а спустя час, после того, как мы с Базилией покинули комнату, настроение вообще под потолок взлетело! Просто наши сокурсницы, в отличие от прошлого похода в восточное крыло, принарядиться даже не пытались.

Девочки выглядели совершенно обыденно и шептались исключительно об оборотнях. Ещё глазками в сторону брутальных косматых самцов стреляли, и хихикали предельно глупо.

Я тоже хихикала, но по другому поводу – предвкушала разрыв шаблона, который у старшекурсников случится. Чуть позже, когда мы всё же оказались в пресловутом восточном крыле, моё хихиканье перешло в настоящий ржач!

Девчонки реально не реагировали, а обитатели тёмной половины демонстрировали вытянутые в изумлении лица. Парочка отважных даже решилась подкатить к нашей группе, но была тут же послана.

В том, что касается Алекса и подчинённой соотечественнику банды – они в поле зрения не попали. Однако я не расстроилась, совсем наоборот! Ведь уже решила: Волков мне не интересен и идёт нафиг. А при таком раскладе лишние встречи ни к чему.

И только на практикуме по зельеварению всё сложилось печально…

Во-первых, преподавательница отсадила меня за самый дальний стол, на случай новых взрывов. Во-вторых, моё базовое зелье не удалось от слова «совсем».

Произведённый состав получился бурым и вонял так, что к концу занятия я опять превратилась в персону нон-грата. Сокурсницы регулярно оборачивались и… грозились прибить! Причём грозились вслух, а госпожа Ларатом никого не одёргивала точно это желание разделяя.

А когда мы вышли из лаборатории, и стало ясно, что запах въелся и в волосы, и в мантии…

– Мари! – взвизгнула Фия. – Откуда твои руки растут?!

Я попробовала заикнуться о плечах, и тут же удостоилась двадцати разъярённых взглядов. В общем, пришлось прикусить язык и прикинуться, что меня тут вообще нет.


Последняя пара ознаменовалась нежданчиком – за несколько минут до её окончания, в аудиторию заглянула мадам-секретарь и сообщила, что моя отработка в лабораториях на сегодня отменяется. Вместо этого младшей дочери императора Тариуса следовало явиться в кабинет к начальству. То есть к Сирису.

Я известию не очень-то обрадовалась, но, после того, как нас всех отпустили, двинулась в заданном направлении. Без труда отыскала нужный коридор, вошла в приёмную и ничуть не удивилась, обнаружив, что та совершенно пуста. То есть рабочий день секретарши уже закончился.

Несколько тяжких вздохов, прогулка до двери ректорского кабинета, аккуратный стук, и… я мышкой скользнула внутрь.

И тут же услышала:

– Добрый вечер, Мари. Как поживаешь?

Руководитель нашей академии сидел за столом – весь такой брутальный и притягательный. Синие глаза блестели, длинные каштановые волосы были забраны в хвост, губы изогнуты в улыбке.

А вот мантии на Сирисе не имелось, вместо неё – обычная «гражданская» одежда. Причём вырез светлой рубахи оставался не зашнурованным, позволяя видеть кусочек притягательного мужского тела.

Я это зрелище… ну всё-таки не оценила. Зато гормоны сразу приободрились, а мурашки застыли в позиции «низкий старт». Такая покорность мурашек вновь натолкнула на мысли об особом заклинании, только озвучить догадку я не успела.

– Проходи, – перебив данный порыв, сказал лорд. И, указывая на стул для посетителей: – Садись.

Я действительно подошла, действительно села… Тут же услышала ожидаемое:

– Сегодня отрабатывать наказание будешь здесь.

Вот после этого ко мне подвинули огромную стопку пыльных бумаг и пояснили:

– Твоя задача – разложить их в хронологическом порядке.

– Э-э… – прокомментировала ситуацию я. Потом спросила: – А это вообще что?

Оказалось – служебные записки от преподов и деканов. Но суть, разумеется, не в бумагах, а в том, что кое-кто продолжал выражать симпатию самым глупым образом.

Канон нашептывал: смирись и сделай. Но одна принцесса не выдержала, возмутилась:

– Лорд Сирис, я что, похожа на мазохистку?

– В каком смысле? – не понял он.

– Во всех!

Ректор замер, а я сощурила глаза, сложила руки на груди и вообще надулась. Вот Базю неведомый поклонник на супер-пупер представление пригласил, а меня?

Нет, если Сирис считает, что сортировка пыльных бумаг в его присутствии – это романтично, то спорить не стану. Но блин! Это же не жизнь, а любовное фэнтези! Тут всё должно быть совсем иначе. Так, чтобы сердце замирало. Чтобы пальчики на ногах поджимались. Чтобы прямо «ух»!

– Кстати, а чем это пахнет? – поинтересовался Сирис внезапно.

– Чем? – эхом повторила я.

Хозяин кабинета на равнодушный тон не повёлся и подался вперёд. Он сосредоточенно втянул ноздрями воздух, а я отодвинулась и сообщила:

– Да ничем тут не пахнет. Вам померещилось.

– Не «вам», а «тебе», – сразу поправил лорд.

Ещё пара секунд, и удивлённый взгляд упёрся в меня, а в тишине кабинета прозвучало:

– Мари? Что случилось? Почему ты так ужасно пахнешь?

Быть вонючей девочкой мне в своей жизни ещё не приходилось, и я закономерно растерялась. Надулась пуще прежнего, буркнула:

– Ничего не случилось. Просто на зельеварении чуточку не повезло.

Сирис застыл, словно переваривая, а потом губы в новой улыбке дрогнули…

– Значит, сперва средство для выведения блох, а теперь средство для отпугивания женихов?

Всё. Моё возмущение достигло пика! Как не лопнула – не знаю! А хозяин кабинета беззлобно рассмеялся и, поднявшись, грациозно обогнул письменный стол.

В следующую секунду мне протянули руку, и я, помня о любви некоторых индивидов к телепортации, сразу напряглась. Спросила хмуро:

– Куда?

– Мыться, – сообщил Сирис.

– Чего?! – взвизгнула я.

Только ректор новым витком девичьего возмущения не проникся, более того, махнул перед носом рукой, как бы разгоняя смрад. И тут же заявил:

– Мари, неужели я похож на совратителя?

Взгляд в вырез не зашнурованной рубахи, и…

– Ага! – призналась я честно. – Очень!

Мужчина прищурил свои синие глазища и протянул с укором:

– Мари, ну я же не кто-нибудь, а руководитель твоего ВУЗа…

– И что? – Нет, логики в его заявлении я не нашла!

Ну а следующим, что услышала стало:

– Пока ты сама не захочешь, между нами ничего не будет. Слово лорда.

Та-ак, а вот это уже интересней! Может после таких заявлений я и положенную по канону романтику получу?

Ещё полминуты на раздумья, и Мари Брехунье, спрятав хитрую улыбку, кивнула. А когда потянулась за отставленной на пол сумкой, услышала ещё кое-что:

– Не надо, не бери. Позже сам занесу.

Ожидавшие на низком старте мурашки не выдержали и побежали, а я засияла, как та лампочка. Сомнений в том, что этот подпорченный присутствием Волкова мир расщедрился на романтику не осталось, и раз так…

В общем, да. Руку Сирису я подала, и окружающее пространство изменилось. Кабинет исчез, а вместо него…


Впрочем, сразу разглядеть интерьер я не смогла – просто встать со стула перед телепортацией не удосужилась и, в итоге, едва не упала. Благо ректор сориентировался и подхватил. Но в результате мы очутились в ну о-очень интимной позе.

Тут у меня появилась возможность оценить всё! И температуру мужского тела, и его силу, и запах парфюма. Последний оказался пьянящим, и реальность слегка закружилась.

– Мари, всё в порядке? – вырывая из этого кружения, позвал лорд.

Я благоразумно закивала, нехотя вывернулась из объятий и вот теперь обратила внимание на обстановку. Вернее, обратила и удивилась! И спросила:

– А мы где?

– В моём особняке, – в голосе синеглазого послышалась притягательная хрипотца.

Я… сперва струхнула, а потом вспомнила о «слове лорда» и вновь расслабилась. И заозиралась в попытке понять – мерещится, или всё-таки нет? Просто обстановка была поистине роскошной, почти как в музее. Единственный минус – пространство тонуло в полумраке, так как освещение было выключено, а за окном уже сгущалась серая хмарь.

Щелчок пальцами, и полумрак отступил. На стенах тускло замерцали светильники, добавляя реальности красок. Вот теперь я восхищённо приоткрыла рот, а Сирис…

– Нравится? – проникновенно прошептал он.

Опять мурашки, но на них Мари Брехунье внимания не обратила. И вообще нахмурилась, вспомнив о том, что меня как бы мыться привели.

Руководитель нашего ВУЗа мыслил в том же направлении…

– Пойдём, – проникновенно шепнул он. Прежде чем успела как-то отреагировать, взял за руку и потянул к широкой, уводящей вверх лестнице.

Я… подчинилась, конечно, но опять поймала себя на не самых оптимистичных мыслях. Нет, романтика и забота о героине – это, разумеется, хорошо, но блин. Мыться? В его доме? Да лучше бы он меня в общагу отпустил!

Однако протестовать вслух я всё-таки не стала и, покорно поднявшись по лестнице, позволила увлечь себя в узкий коридор. Затем втолкнуть в ванную комнату, и…

– Офигеть, – едва светильники активировались, сообщила я.

Я сказала, а Сирис улыбнулся и вышел, оставив в одиночестве. И не то, чтоб мой взгляд на вопрос мытья в чужой ванной изменился, вот только… Оказаться в настолько роскошном пространстве и не попробовать? Полагаю, более красивой ванной никогда в жизни не увижу! Так смысл протестовать?

Тут действительно было ну о-очень здорово. Сочетание желтоватого и коричневого мрамора, полуколонны, позолота, несколько удивительных статуй… Сантехника, вписанная в интерьер настолько искусно, что хоть в учебники по дизайну заноси.

А венчала эту роскошь огромная мраморная чаша, установленная ровно посередине. Собственно, в этой чаше и предлагалось мыться. И чаша, кстати, была уже наполнена.

Раньше, чем осознала, что делаю, я избавилась от одежды и преодолела три ведущие к чаше ступеньки. Ну а шагнув в воду, взвизгнула, ибо та оказалась не такой уж комфортной. Зато, едва очутилась в самой чаше, вода начала стремительно нагреваться… Ещё несколько секунд, и я восторженно застонала – о, да… Это истинный кайф!

Пусть на минуту, но из реальности меня унесло. То ли интерьер так на чувство прекрасного повлиял, то ли вода оказалась какой-то особенной, то ли ещё чего – не знаю.

Зато мне точно известно, что очнулась я от странного шелеста, который доносился откуда-то сверху. А, приоткрыв глаза, взвизгнула и всю расслабленность утратила – просто под потолком обнаружилась стая каких-то странных существ.

Маленькие серые человечки с крыльями! Причём в довольно приличном количестве – штук пятьдесят, а может и все сто. Они кружились, словно исследуя территорию, а после моего визга… резко замерли и дружно устремились вниз, к наполненной чаше и сидящей в этой чаше мне.

Вот теперь я не просто взвизгнула, а полноценно заорала. Плюс, попыталась выбраться из ванны в стремлении немедленно удрать, но человечки оказались быстрей. И стало совершенно ясно – всё, трындец попаданке, причём полный. Кажется, Сирис не ухаживать пытался, а… в извращённую ловушку заманил!

Глава 15

Уподобляться ребёнку не хотелось, но… я сидела и дулась. И реагировать на ситуацию как-то иначе не могла ну никак!

А руководитель Объединённой Академии Магии, который сидел напротив, улыбался и даже посмеивался. Он, в отличие от меня, был полностью одет и пил не чай, а вино.

Мы расположились на верхнем этаже его довольно внушительного особняка, в небольшом зимнем саду, укрытом стеклянной крышей. Пока я познавала прелести купания в ректорской ванной, тут накрыли стол, ну и вот…

Кто занимался готовкой и сервировкой – не знаю, возможно, даже сам Сирис, ибо прислуги я не видела. Впрочем, это и неважно. Куда важнее другое – он забавлялся, а у меня нервно подёргивался глаз.

Ну а что? Ну а как? Ведь я понятия не имела о существовании банщиков – а именно так тех крылатых существ называли, – и реально перепугалась. Добавить сюда тот факт, что человечки оказались настолько сильными, что вырваться из их «объятий» не могла, и…

А ещё, это было ужасно щекотно. Настолько, что по телу до сих пор нервные мурашки бежали! И даже результат проведённых процедур не радовал. Вообще не радовал. Совсем-совсем!

Что за результат? Во-первых, я стала очень чистой. Кожа посвежела, словно от курса качественного пилинга, да и волосы какое-то ненормальное сияние приобрели. Запах испорченного зелья тоже, разумеется, ушел. Я перестала быть замарашкой и превратилась в принцессу.

Но, учитывая уровень пережитого стресса, оно того не стоило!

– Не думал, что амнезия может быть настолько забавной, – сделав очередной глоток из бокала, сказал Сирис. Это он на отсутствие знаний про банщиков намекал.

Я не ответила – фыркнула и сложила руки на груди.

Потом не выдержала и позу сменила – мне требовалось придерживать веко, чтобы глаз дёргался не так сильно.

И вот это… Это было совсем уж неправильно. Ведь, согласно канону, нервный тик должен был наступить не у меня, а у него. Это огорчало. Заодно подводило к мысли, что фэнтези, которое мне досталось, всё же бракованное.

– Не дуйся, – вновь попытался привлечь внимание Сирис.

Я, разумеется, не послушалась – надулась сильней. Собеседник весело хмыкнул, а я потянулась к чашке с чаем, потом сжевала маленькое пирожное и отвернулась, чтобы уставиться на город, который накрывала ночь.

Мы с Сирисом сидели при свечах, так что собственное освещение не мешало. Мне предоставлялась возможности видеть, как там, за стеклом, один за другим зажигаются многочисленные огоньки.

Картина была опять-таки красивой, и с каждой секундой этой красоты становилось всё больше. Только легче не становилось!

– Мари… – в который раз окликнули меня.

Я таки не выдержала – отвлеклась от созерцания пейзажа и буркнула:

– Одежду верните.

– Обязательно верну, – губы Сириса дрогнули в очередной улыбке. – Как только она высохнет.

Да-да, одежды меня тоже лишили! Её утащили те же банщики, после того, как отмыли, защекотав почти до смерти. А вместо украденного подали огромный пушистый халат, точно принадлежащий хозяину дома.

И пусть ничего особенного в примерке чужой чистой одежды не было, но этот момент тоже заставлял ёрзать. Или меня всё-таки не халат, а отсутствие белья смущало?

Ещё в голову настойчиво стучалась мысль – мы в магическом мире, и здесь точно должно существовать заклинание сушки! Однако спрашивать, или указывать на данный факт, я не пыталась. Просто, если выяснится, что банщики или прислуга, если последняя таки существует, заклинанием не владеют, то можно нарваться на инициативу в виде высушивания вещей лично ректором.

А к такому я была не готова! Ведь речь не только о платье с мантией, но и о белье!

В общем, нервная система одной студентки скулила, а глаз продолжал дёргаться, и даже вкусный чай с пирожными ситуацию не спасал. От проблем отвлекали лишь огни города и тучные облака на фоне тёмно-синего неба.

Впрочем, вскоре к ним прибавился ещё один, по-настоящему интересный, объект.

Сумеречный мир озарился ну очень яркой вспышкой, и я увидела здание невероятной красоты. То есть я-то и раньше внимание обратила, но до сего момента это здание казалось серым и непрезентабельным. Зато теперь раскрасилось в десятки цветов, вырвав из груди восторженный вздох…

– Нравится? – тут же поинтересовался Сирис.

Отвечать опять-таки не хотелось – я по-прежнему желала дуться! Только прикусить язык не получилось…

– Безумно, – выдохнула я.

Спустя секунду, услышала… ну, в общем-то, ожидаемое:

– Это императорский дворец, Мари. – И после короткой паузы: – Неужели ты и его не помнишь?

Я отрицательно качнула головой и принялась любоваться открывшимся зрелищем. Чудо. Нет, ну реально!

Про папу с мамой и прочих родственников я до этого момента почти не вспоминала, а теперь возникло желание сгонять в обитель императорской четы, чтобы познакомиться и… немного в этой обители пожить! Единственное, что останавливало – амнезия. Вдруг родители отнесутся не так лояльно, как преподы? Вдруг запрут для принудительного лечения?

Сирис словно мысли подслушал – его веселье подвинулось, в синих глазах появилась серьёзность…

– Я не специалист, – сказал он, – но мне кажется, что это отсутствие прогресса не нормально. Мари, тебе следует показаться Нирану.

– В начале следующей недели покажусь, – честно призналась я.

Тут же вспомнила про подлежащий проверке синяк и улыбнулась весьма коварно. Нужно будет вытащить из родного мира кружевные стринги и сексуальные чулки…

– Мари? – среагировал на эту улыбку Сирис. – Ты что задумала?

– Я?

Кажется, в воспоминании не было ничего особенного, но я, наконец, развеселилась. Перестала таращиться в стекло и одарила собеседника ещё одной улыбкой, на сей раз ласковой.

Потом спросила:

– Кстати, в прошлый раз вы подбивали меня пожаловаться на ваше поведение отцу. Почему так?

– Не «вы», а «ты», – попытался исправить он, только я от поправки отмахнулась.

Тогда Сирис хмыкнул, блеснул синими глазами и заявил:

– У нас с Тариусом есть договор.

– Какой-такой… – начала, но тут же осеклась я.

Причина осечки? Собеседник, который заметно развеселился.

После нового глотка вина мне признались:

– Несколько лет назад я оказал его императорскому величеству очень серьёзную услугу, и теперь могу просить, что вздумается. Кстати, после той услуги, в качестве награды, Тариус предлагал руку его младшей дочери, когда та подрастёт.

До сознания попаданки не сразу дошло, что младшая дочь – это я! И, невзирая на некоторое любопытство, расспрашивать расхотелось!

В итоге, мой следующий вопрос был посвящён принципиально другой теме…

– А можно ещё чаю?

– Можно, – ответил лорд. – Но для начала полноценный ужин.

– Что? – я слегка растерялась. – После сладкого?

– А почему нет?

Хозяин особняка хлопнул в ладоши, и через полминуты в зимнем саду появился тучный мужчина в форменном пиджаке. В общем, прислуга в особняке всё-таки имелась.


Вечером, лёжа в собственной постели, я, как ни удивительно, улыбалась. Да, свидание с Сирисом на ТОП-20 свиданий моей жизни не тянуло, однако тенденция нравилась. Я чувствовала – ещё пара заходов и он точно устроит нечто грандиозное. Но главным поводом улыбаться являлся тот факт, что я, невзирая на все подкаты ректора, всё же избежала поцелуя…

Синеглазый красавчик действительно старался! Перед обратной телепортацией в академию, даже поймал за руку и властно притянул к себе! Только я головы не потеряла и от стремительно приближающихся губ увернулась.

Когда же мужская рука погрузилась в мои волосы в явном намерении зафиксировать голову и позволить кое-кому сделать своё чёрное дело, напомнила скромно:

– Вы обещали, что без моего согласия ничего не будет.

– Но не до такой же степени, – попытался найти лазейку лорд.

Я сделала ну о-очень большие глаза и выразительно захлопала ресницами… В этот миг во мне столько невинности было, что Сирис всё же отступил. Правда, пробормотав при этом, что понятия не имеет, почему на столь примитивные уловки ведётся.

Он не знал, а я была очень даже в курсе. Это всё канон! Ну и неземное обаяние принцессы – куда же без него…

А вот воспоминание о долге перед моим здешним как бы папой, и предложение руки, полученное от этого самого папы несколько лет назад, напрягало. Правда, не настолько, чтобы не выбросить слова из головы почти сразу.

Ну и ещё одна причина для улыбки – Базя! Подруга вздыхала на все лады, предвкушая завтрашнее свидание, и сияла как та лампочка. Всецело витала в облаках!

Правда, эта мечтательность не помешала ей подозрительно сощурить глаза и спросить:

– Ты всё это время в кабинете ректора была? – И после моего кивка: – Но почему так долго?

К счастью, про гадостный характер «старикана» знали все, и подозрения сразу отпали. Базилия вновь принялась вздыхать, ну а я с запозданием поняла одну не важную, но всё-таки приятную вещь.

Ведь личная жизнь подруг тоже является частью пресловутого канона. В начале каждой истории подруги героини одиноки, зато потом начинается массовый брачный период. Словно вдохновение приказало автору: «Женим всех!»

Второй момент – лучшие подружки зачастую влюбляются очень удачно. Нет, их кавалеры конкурировать с главным героем не могут, но, как правило, являются людьми добрыми, порядочными и состоятельными.

Это всё заставило задуматься, а потом спросить:

– Базь, а сколько билет на подобный спектакль стоит?

– У-у-у! – ответила девушка. – Очень много. Даже всей твоей новой стипендии не хватит!

Я не могла не ухмыльнуться. Ага! Значит, поклонник и впрямь при деньгах. Ну а так как даже повышенной стипендии мало… Может за Базей решил поухлёстывать кто-то из преподов?

Уж не знаю почему, но на ум сразу пришел лорд Дэймон-Трандуил со своим насмешливо-высокомерным взглядом. Только тут, в академии, он под амулетом, и его истинной внешности Базя не знает, и раз так…

– Мари, ты о чём там хихикаешь? – в голосе блондинки прозвучало возмущение.

– Ни о чём, – заверила я, чтобы тут же добавить: – Поклянись, что расскажешь мне об этом своём поклоннике всё!

– Угу, расскажу, – сказала Базя хмуро. – Только я боюсь… А вдруг он передумает и не придёт? Или у нас будут не соседние кресла, а, например, через несколько рядов друг от друга? Что если он не захочет познакомиться лично? Или… я ему не понравлюсь?

Выслушав эту тираду, я захихикала снова. Вот уж не думала, что в голове подруги столько тараканов!

Пришлось поддержать:

– Не переживай.

– Ы-ы-ы… – пробормотала блондинка жалобно. – Пытаюсь.


Уснула я в самых лучших чувствах, проснулась – тоже. Последний учебный день нашей шестидневки опять-таки порадовал – пролетел, словно миг.

К моменту моего возвращения со штрафных работ в подвалах, Базилия успела приготовить одежду и помыть голову. После ужина занялась укладкой и макияжем.

При том, что делать укладку без фена я не умею, предлагать помощь не стала. Вместо «материальной», оказывала поддержку моральную – шутила, хохмила и вообще пробуждала позитив.

Правда, немного перестаралась, в результате чего Базилия ушла на свидание с неподобающе широкой улыбкой. Но имелась надежда, что пока блондинка доберётся до театра, лицо примет более приличную форму.

Сознавая, что подруга вернётся лишь утром, я благоразумно заперла дверь на задвижку и отправилась в душ.

Чуть позже, уже облачившись в закрытую ночную сорочку и накинув халат, огляделась в попытке понять, чем бы заняться. Просто, невзирая на то, что на мир спустилась ночь, спать категорически не хотелось. Я точно знала – прямо сейчас не усну.

Увы, но выбор занятий был невелик, а стопка лежащих на письменном столе учебников взирала с этаким подчёркнутым укором. После нескольких минут колебаний, я всё-таки сдалась. Ладно, ради разнообразия можно и поучиться.

Усевшись за стол и взглянув на вторую стопку – на тетради с конспектами, я вздохнула снова. Потом вытащила из пространства большую кружку чая и действительно погрузилась в магические науки.

Мне предстояло освежить в памяти важные моменты и дополнить некоторые конспекты материалом из книг. Последним, разумеется, не по собственной воле занималась, это был элемент домашнего задания, оставленного сразу несколькими преподами.

Лишнего энтузиазма действительно не имелось, но занятие внезапно увлекло. Вспомнились студенческие годы в собственном мире, в сердце прокралась ностальгия.

Я вчитывалась в материалы, данные в учебниках, переносила важное в тетрадь и вчитывалась снова. Погрузилась в этот процесс с головой, и отвлеклась лишь в тот момент, когда в наполнявшей комнату тишине прозвучал отчётливый щелчок.

Источник звука я определила сразу – это дверная задвижка отъехала и ударилась о стальной ограничитель. Только с механизмом замка она была никак не связана, то есть заподозрить, что в комнату пытается войти внезапно забившая на спектакль Базилия не получалось.

Спустя ещё секунду, когда дверь плавно открылась, стало ясно – речь о настоящем и весьма наглом вторжении. И встреча с этими визитёршами ничего хорошего не сулила…

Угу, именно с визитёршами. В количестве двух штук. Такими высокими, фигуристыми, наделёнными не только подчёркнуто-спортивными телами, но и серой кожей, и гривами пепельно-белых волос.

В общем, ко мне любовницы Волкова пожаловали, Гитрида с Занарией.

Учитывая отсутствие Бази и поздний час, стоило испугаться. Но я отреагировала иначе – застонала и страдальчески закатила глаза.

Вот что за напасть? Мы же в прошлый раз тему агрессивной ревности проходили! И почему закон парных случаев не может работать только в одном, в хорошем направлении? Из серии встречи с парочкой нетрадиционно ориентированных змеелюдов, например?

Эльфийки-дроу моей реакцией не прониклись – обе растянули губы в нехороших улыбках и поочерёдно скользнули в комнату.

Ещё миг, и дверь вновь оказалась заперта, а я услышала хрипловатое:

– Не спишь?

В голосе то ли Гитриды, то ли Занарии – кто ж поймёт, какая из них кто?! – прозвучала неприкрытая угроза.

Тут я застонала снова и попыталась бессильно упасть на открытый конспект. Но девушки жест опять не оценили – синхронно оскалились!

Одна осталась где была, у двери, а вторая скользнула вперёд и огляделась…

– Фу, какое убожество, – прокомментировала обстановку она.

Следующий пристальный взгляд достался уже не интерьеру, а мне. Итогом этого внимания стала брезгливая гримаса и тихое:

– И вот это чучело пытается соперничать с нами?

Я соперничать, разумеется, не пыталась, но оспаривать заявление не стала. Просто вздохнула, ожидая продолжения.

Девы переглянулись, и первая словно нехотя покинула пост у двери. Тоже обвела комнату взглядом, затем скользнула к нашему с Базей шкафу.

Распахнула дверцы, глянула на одежду и, безошибочно определив, какая из двух секций принадлежит мне, вытащила первое попавшееся платье. Ещё секунда, и вешалка полетела на пол.

Мм-м… То есть нас ждёт ещё и погром?

Вторая, пронаблюдав поступок первой, гаденько хмыкнула. Затем сложила руки на груди и обратилась ко мне:

– Ваше высочество, – прозвучало как издёвка, – вы уверены, что вам нужны такие проблемы?

– А вы вообще кто такие? – не удержалась от шпильки я.

Увы, но актёрского мастерства не хватило. Вернее, я даже не попыталась изобразить удивление.

– Значит, борзая, – резюмировала вторая и бросила на пол следующее платье.

– Ты же понимаешь, что у каждого решения есть определённые последствия, – добавила первая, ловко, словно невзначай, выуживая откуда-то блестящую штучку, в которой я шокировано опознала кастет. – Знаешь, что за всё нужно платить?

Вопроса «а где именно я задолжала?» не возникло. Но не потому что я взяла и догадалась! Не-ет…

Просто, после демонстрации кастета, меня накрыла волна сильнейшего раздражения! У нас с Волковым договор, так какого фига его «мулатки» в мою жизнь лезут?!

Повинуясь эмоциям, я вскочила. Гневно зашипела, сообщая, что ни капли эту парочку не боюсь. А девицы…

– О, да! – со смехом воскликнула первая. – Пошипи, дорогуша. Повозмущайся!

– А я ведь и закричать могу, – сообщила презрительно.

– Можешь, – согласилась дроу. Её губы растянулись в новой предельно неприятной улыбке, в руке опять блеснул ещё не надетый кастет. – Только учти, что мы разбили у твоей двери кристалл тишины.

Что есть «кристалл», я, конечно, не знала. Но не нужно быть гением, чтобы понять.

Намерения эльфиек были ещё яснее, но…

– А сами не боитесь? – в моём голосе прозвучали яд и бешенство. – Ведь я, как правильно заметили, принцесса, и мой отец…

– Не волнуйся. Мы умеем бить так, что ни один лекарь не докажет.

Чувство самосохранения, выслушав данные слова, тут же заявило – плевать, наше кунг-фу круче! Мозг тоже активизировался, шепнул коварно – там, в углу, между стеной и кроватью, стоит громадная банка потенциальных зомби-блох!

Только я советов не послушалась. Вместо этого, прикрыла глаза, вызывая ту самую вертикальную линию, и прорычала мысленно:

– Хочу к Алексу!

После чего благополучно ушла в портал.


Идейный противник обнаружился в этакой гостиной, совмещённой с кабинетом. Собственно, той самой, в которой видела его в прошлый раз, глазами своей маленькой зомби-армии.

Обстановка с тех пор тоже не изменилась – прежняя мебель в антикварном стиле, тяжелые светильники, кроваво-алый ковёр.

Сам объект интереса сидел за опять-таки знакомым письменным столом и увлечённо вычерчивал что-то на листке бумаги. Меня, ввиду бесшумного появления, не заметил. Чтобы обозначить своё присутствие, студентке факультета Любовной магии пришлось выразительно кашлянуть.

Алекс не вздрогнул! Но среагировал моментально. Тут же поднял голову и слегка округлил свои совершенно обыкновенные карие глаза.

Дальше была выразительно изогнутая бровь и тихое:

– Оп-па… Какие люди. – И уже громче, причём без всякого радушия: – Какими судьбами, Брехунько?

Выругаться… нет, не захотелось. Желания взвизгнуть на весь замок, выказывая безграничное возмущение, тоже не возникло. Вместо всего этого я топнула обутой в потрёпанный тапок ногой и, сложив руки на груди, предложила:

– Угадай, кто сейчас громит мою комнату.

Волков отбросил стальное перо, которым чертил, и вальяжно откинулся на спинку кресла. А угадывать отказался – спросил:

– Кто?

Вот теперь-таки захотелось заорать, но я выдохнула и растянула губы в напряженной улыбке. И даже ответила, причём с толикой нежности:

– Твои неадекватные «мулатки».

– Да?

В голосе предводителя Чёрной стрелы прозвучало искреннее удивление, словно раньше девочки ничего более дерзкого, чем надеть белый бюстик вместе с алыми трусами себе не позволяли.

Это был повод для нового витка раздражения, только я кипятиться не стала. Выдохнула ещё раз, улыбнулась шире прежнего и новый вопрос задала:

– Что делать будем?

– Хм… – Алекс чуть нахмурился, но в уголках губ тоже появилась улыбка. – Машунь, это женские разборки. При чём тут я?

– Ах вот как…

Я расправила плечи и заозиралась, а увидав приоткрытую дверь, за которой точно располагалась спальня, бодренько направилась туда.

В спину прилетело озадаченное:

– Ма-аш?

Спасибо, милый. Я в курсе, как меня зовут!

– Машка! – повторил Алекс, только я опять не откликнулась. Переступив порог спальни, щёлкнула пальцами, зажигая настенные бра, и, окинув взглядом огромную кровать, сдёрнула с этой кровати покрывало.

К моменту, когда идейный противник соизволил оторвать свою попу от кресла и проследовать за жертвой эльфийского произвола, я успела сбросить халат и улечься ровно посередине этого роскошного ложа.

А что? А как? Ведь вернуться в комнату, где две его фурии орудуют, я не готова. Плюс, даже если Алекс сейчас одумается и устранит вызванную им же проблему, заснуть там без Бази уже не смогу. У меня теперь глубочайшая эмоциональная травма. Почти фобия!

– Хм, – оценив ситуацию, выдал Волков. На губах заиграла сдержанная, но весьма ехидная улыбка. – Машунь, я, разумеется, не против, но как же твой оборотень? А тот белобрысый Ататриэль? А лорд Сирис, в конце-то концов?

Я не хотела, но всё же приподнялась на локтях, чтобы окинуть соотечественника новым, более пристальным взглядом. Он в курсе моих как бы отношений? И даже про Сириса знает? Ну ничего себе…

– Ты за мной следил? – не смогла не уточнить я.

Волков хмыкнул и… нет, не улыбнулся, оскалился!

– Машунь, о твоих похождениях всей академии известно. И кстати, насчёт ректора, тебе не кажется, что это – перебор?

– То есть? – нахмурилась я.

Собеседник изобразил подчёркнуто-глубокий вдох, потом сказал:

– Машунь, я понимаю, что в вашем бабском фэнтези отношения с древним стариканом в порядке вещей, но со стороны смотрится мерзко. – Волков даже скривиться изволил! – Разумеется, за Сирисом и могущество, и богатство, но неужели никого поприличнее не нашла? И потом… Учитывая твои методы обращения с мужчинами, старикан и откинуться может. Ты уверена, что оно тебе надо?

– Какие ещё методы? – резонно возмутилась я.

И тут же услышала:

– Ирриара вспомни. Бедолага столько от тебя вытерпел. На руках носил, в шелка одевал, всем твоим сказкам верил… И какова награда?

– Крутейший амулет! – напомнила хмуро. Вот ведь! Нашел кого защищать!

Попутно сильно порадовалась тому, что про вторую награду – случайно разбуженный данжеон и ползущих из-под земли монстров, бывший вождь племени Рейя не знает.

Ну а если не знает – значит, не было! Значит, я ни в чём не виновата!

Зато сам Алекс виноват однозначно, и без шуток. Следовательно…

Я вновь откинулась на подушки, подтянула повыше замечательное лёгкое одеяло. Вдохнула аромат точно свежих простыней и, повинуясь желаниям тела, перевернулась на бок.

Но через секунду вновь приподнялась, чтобы окинуть замершего на пороге индивида новым взглядом.

Увы, но Волков был очень хорош. Да, соотечественник остриг волосы, утратил обитавшую в глазах тьму и растерял какую-то часть мышечной массы… Да, теперь он мало напоминал дикого варвара, к ногам которого я упала при посещении «ургарейской» вечеринки, но… Этот слегка утомлённый и потрёпанный вид… Эти узкие тёмно-серые штаны, распахнутая на груди рубаха, короткая щетина на щеках…

В общем, гормоны не выдержали и принялись шустро разбирать баррикады. Либидо надело новый мундир и стильную, украшенную перьями треуголку. Мозг повесил на свою дверь табличку «не беспокоить». А девичья гордость распахнула объятия и прошептала, обращаясь к Волкову: иди же сюда!

То есть все были согласны. Абсолютно все! А я… нет.

Просто я хорошо помнила и про «мулаток», и про совершенно наплевательское отношение к проведённой в мире Степи ночи.

Алекс меня не любил! И это было лучшим поводом вернуться в реальность… Заодно притвориться, будто я никем не любовалась, а приподнялась лишь для того, чтобы сказать:

– Кстати, ты сегодня на диване спишь.

Пауза, и… такая ухмылка, будто ничего другого от меня и не ждали.

Следом предельно ехидное:

– А дивана нет.

Если кто-то намеревался разжалобить нежное сердце принцессы, то он ошибся. Просто смех смехом, но мы, читательницы романтического фэнтези, особы с высоким уровнем морали. Даже круче, чем «руссо туристо»!

– Тогда на коврике, – безапелляционно заявила я.

Ну и чтоб не быть голословной…

Впрочем, ладно. Если честно, решение пришло неожиданно, а осознание, что действительно могу сотворить нечто подобное, вызвало маленький шок.

Однако шок не помешал воздеть руку и, исключительно на инстинктах, сотворить некий довольно сложный пасс, после которого по периметру кровати некая полупрозрачная пелена замерцала. Она тянулась от пола и до самого потолка, так, что точно не пролезть.

Хозяин покоев мгновенно растерял всё ехидство и изумлённо приподнял брови.

– Та-ак… – выдал он. – А это ещё что?

Пусть я сама пребывала в состоянии лёгкого шока, но, как по мне, ситуация была очевидна. Впрочем, сообщать об этом я не стала, дождалась, когда Волков приблизится, протянет руку, и…

– Да ё… … …! – гневно прорычал он.

Я расплылась в счастливейшей из улыбок и окончательно расслабилась. Барьер, который стреляет огненными шариками! Мм-м… Что может быть лучше?

– Маша! – в голосе идейного противника прозвучала злая досада. – Как ты это сделала?!

– Как… – передразнивая, фыркнула я. Затем щёлкнула пальцами, гася бра, и добавила игриво: – Спокойной ночи, милый.

Думала – разорётся. Выдаст все те слова, что юным леди знать не положено. Только Волков поступил иначе – выплюнув совершенно необидное «Сью!», развернулся и потопал прочь, в свой совмещённый с гостиной кабинет.

Я же потянулась, перевернулась на живот и, стараясь не думать о том, что в этой постели бывали мерзкие эльфийки-дроу, попробовала уснуть. Удивительно, но получилось практически сразу. Буквально пара минут, и всё.

Зато проснулась я…

Глава 16

Осознание того, что обнимаю нечто большое и горячее пришло с запозданием. Для начала я сонно помычала, протестуя против такой температуры, потом немного это горячее пощупала.

Обнаружила широкие грудные мышцы, кубики пресса, тонкую дорожку волос, убегающую куда-то вниз, и пупок. Вот на пупке и очнулась. Причём очнулась резко – вздрогнула и подскочила почти до потолка.

А потом бросила взгляд на так испугавшее меня тело, и выдохнула облегчённо. Ну слава богу, всего лишь Волков.

Так, стоп. А как он в кровать-то попал?

За окном было уже светло, хотя солнце ещё не встало. Как итог – зажигать светильники не пришлось, я могла разглядеть происходящее и так.

Смутно припоминая, чем закончился вчерашний вечер, окинула взглядом периметр и посмурнела – полупрозрачной пелены, стреляющей огненными шариками, не было. То есть вообще. Совсем!

В том же, что касается идейного противника, на него случившийся кипиш не подействовал. В смысле, невзирая на все мои резкие движения, проснуться этот гад не изволил. Хуже того…

Выдохнув и взглянув на ситуацию более пристально, я, наконец, сообразила, что Волков не просто рядышком прилёг, он ещё и под одеяло забрался. И дрых на спине, с таким видом, будто имеет полное право тут спать!

Моя реакция? Она была естественной – я раздраженно скрипнула зубами.

Удивительно, но вот теперь меня услышали…

– Машка, – буркнул предводитель Чёрной стрелы, наглец и последний гад по совместительству. – Не шуми.

Дальше – больше. С этими словами Алекс сладко потянулся и тут же перевернулся на бок, спиной ко мне…

Нормально. Он что, даже справедливого возмездия не боится? Или намекает, куда мне стоит пойти?

Впрочем, озвучивать эти вопросы я не стала – скрипнула зубами снова. Потом придвинулась, нависнув над прикрытым одеялом телом и потребовала объяснений:

– Где барьер?

– Барьер? – прозвучало ну о-очень сонно. – Какой барьер? Ты о чём, Машунь?

– Не прикидывайся! – не пожелала отступить я. – Как ты его убрал?

Волков издал тяжкий стон, но, невзирая на давно доказанное скудоумие, понял – девушка не отстанет. С новым стоном переполз ближе к краю этой огромной кровати, и опустил руку, чтобы поднять с пола вполне узнаваемый предмет.

Я, при виде орудия, скривилась и зачем-то уточнила:

– Фомка?

Идейный противник бросил стальную палку обратно и ответил:

– Нет, Машунь. В этот раз лом.

Легче от подобного пояснения, разумеется, не стало. Я бессильно откинулась на подушки и, хотя всё было очевидно, поинтересовалась:

– И как ты сам барьер-то убрал?

– Как… – пробормотал хозяин покоев. – Просто долбанул по нему, и всё, стена осыпалась.

– А где достал лом? Опять прибил какого-то ни в чём не повинного монстра?

– В этом мире… – слова сопровождались ну очень широким зевком, – …из монстров ничего не выпадает. Лом я нашел в одной из оружейных, среди неопознанных артефактов.

– Угу. Понятно, – не без обиды прокомментировала я.

Реально надулась. Просто это было совершенно нечестно. Я же так старалась, возводила эту защиту, тратила время и магию, а он…

Однако Волков моим тоном не проникся и опять перевернулся на спину. Спустя ещё секунду полуголый парень благополучно задрых.

Пришлось приподняться и выразительно засопеть, но…

– Машка, отлепись, – некультурно сказали мне.

Я? Отлепись? Да… да что он себе позволяет?

Желание сделать Алексу какую-нибудь несовместимую со сном гадость было очень сильным, но я сей порыв задушила. Потом окинула соотечественника новым взглядом и, тихонько выругавшись, покинула негостеприимную кровать.

Пихнув ноги в тапки, подхватила отброшенный на стул халат и отправилась на поиски ванной. Просто естественные потребности уже поджимали, плюс хотелось принять душ и привести себя в порядок.

Ванную я, конечно, нашла и воспользовалась. В апартаменты вернулась посвежевшей и даже повеселевшей, но в прежней ночной сорочке и халате.

Да, я могла извлечь из пространства любую одежду, причём без особого риска, ведь Александр Волков был отлично об этом умении осведомлён! Однако благоразумие подсказало – не надо. Успеется.

Зато против завтрака благоразумие выступать не стало, в результате я обзавелась большой кружкой кофе и парочкой свежих круассанов. А завтракать уселась в совмещённой с кабинетом гостиной, отметив при этом, что диван тут всё-таки есть!

Пусть он был узким, неудобным и точно не раскладывался, но про отсутствие дополнительного спального места вожак Чёрной стрелы всё же наврал. Но это не расстроило – разве можно ждать от личности вроде Алекса чего-то другого?

Вот и следующий поступок соотечественника всецело с его сутью гармонировал… Волков учуял кофе и, выбравшись из своей берлоги, заявил возмущённо:

– Не понял. А мне?

Захотелось ответить в рифму, детской поговоркой, но я опять смолчала. Более того, извлекла вторую кружку и дополнительные круассаны, и водрузила всё на низкий, установленный перед диваном стол.

На обнаженный мужской торс и шелковые пижамные штаны при этом старалась не смотреть. На сексуальную помятость его сонной физиономии – тоже. Я вообще предпочла сосредоточиться на еде, и даже общаться с идейным противником не собиралась, но куда же от него в столь ограниченном пространстве денешься?

– Мм-м… какая ты сегодня заботливая, – не без подколки выдал он.

Тут же плюхнулся рядом и потянулся к кружке. А сделав пару глотков спросил:

– Так я не понял, ты на совсем, или это была разовая акция?

Ответом Алексу стал хмурый взгляд, которым идейный противник вообще не проникся. Пришлось сказать словами:

– Не смешно. – И продолжить, действительно переходя к серьёзному: – Алекс, насчёт разборок. Всё понимаю, но твои озверевшие мымры – это перебор. Я не прошу, а требую адекватного наказания и гарантий того, что подобное больше не повторится.

– Так что они всё-таки сделали? – Волков моментом опять-таки не проникся, но тень серьёзности и его накрыла.

– Когда я уходила, эти дуры выворачивали мой шкаф.

Соотечественник промолчал, а я вздохнула и добавила ультимативным тоном:

– Сейчас пойдёшь в нашу общагу и сам увидишь. А потом я требую…

– Маш, – перебил парень. – Твои требования я слышал. Не глухой.

Я покорно замолкла и переключилась на завтрак. Невзирая на выходку дроу, какой-то особой ненависти к ним не питала, но всё равно. В прошлый раз, когда на меня напали тётки из гарема, дело спустили на тормозах, и никакого наказания агрессорши не понесли. Если Алекс поведёт себя так же, как Ирриар, то… Клянусь, я воспользуюсь принесённой оборотнями банкой! Причём мстить буду не Гитриде с Занарией, а их «владельцу».


Когда кофе и круассаны закончились, Волков удалился в ванную. Затем скрылся в спальне, а вышел оттуда уже одетым и причёсанным.

Я, глядя на готовность идейного противника выполнить обещание, повеселела. А когда он шагнул к входной двери, вскочила с дивана и заявила:

– Погоди. Я с тобой.

Алекс обернулся и уставился недоумённо. Потом указал на мою одежду, непрозрачно намекая, что вид не самый приличный. Только я и без подсказок помнила, и никакого смущения не испытывала, даже наоборот – в голове родился крошечный, но весьма ехидный план!

План был элементарен, и спустя пару секунд предводитель Чёрной стрелы задумку раскусил. Он заломил бровь и тут же поинтересовался:

– Ты уверена?

После моего кивка, губы Алекса скривились в одной из бесчисленных ухмылочек, а в тишине покоев прозвучало:

– Машунь, в прошлый раз был лишь поцелуй, и ты мне за него весь мозг выела. Теперь хочешь заявить на всю академию, что ночевала у меня? По-твоему, это нормально?

Я подумала и кивнула. И улыбнулась коварнее прежнего!

Волков глянул как на дурочку, но протестовать всё-таки не стал. Пожав плечами, брюнет отпер дверь и спокойно вышел в коридор. И сразу замер, дожидаясь меня.

Смущаться я по-прежнему и не думала. Вместо этого одёрнула халат, расправила плечи и, задрав подбородок, апартаменты Волкова покинула. Я помнила, что нахожусь на территории вражеского жанра, но всё равно надеялась на удачу.

Мироздание… услышало! Впрочем, возможно дело не только в нём. Просто сама логика вчерашнего происшествия шептала, что «мулатки» прямо-таки обязаны крутиться где-то поблизости, ведь у них вроде как возлюбленного уводят.

Вот дроу и нашлись. Обнаружились у расположенного в конце коридора окна. А так как комната Алекса была последней… В общем, мой выход из покоев главаря Чёрной стрелы не просто заметили, а рассмотрели в деталях.

Серокожие мымры подобного не ожидали и дружно побледнели, а я состроила подчёркнуто-капризную моську и, едва Волков запер дверь, зашагала вместе с ним к выходу. В том же, что касается самого Алекса, он отреагировал на девушек довольно равнодушно – приветственно махнул рукой, и всё.

Покидая покои, на часы я не посмотрела, а теперь сообразила – время близится к завтраку. Это означало, что нас действительно не только дроу увидят, а почти все.

На такой эффект я всё же не рассчитывала и, после того, как очередной встреченный старшекурсник офигел, испытала сильное желание сбежать через портал. Уйти, чтобы дождаться Волкова где-нибудь на подходах к восточному крылу, а может и в самой инспектируемой комнате.

Но потом подумалось – а зачем? Ведь я ничего предосудительного не сделала! И вообще, всё что о нас подумают – это вопрос их испорченности, а вовсе не нашей!

Так что да. Да, я продолжала шагать рядом с Алексом. Сам соотечественник проявил удивительную галантность – двигался неспешно, так, чтобы я за ним поспевала.

Ну а я… плыла. В ночной сорочке, халате и тапках. Последние были довольно изношенными и постоянно норовили соскочить. И несколько раз я тапки реально теряла! В такие моменты идейный противник останавливался, возводил глаза к потолку и ждал.

Ещё приговаривал:

– Машка, вот ты…

А с родным, с восточным крылом всё оказалось чуточку проще – все, кто остался в академии на выходные, были уже в столовой, и нам почти никто не встретился. Коридор, где располагалась наша с Базилией комната, тоже пустовал.

Едва приблизились к нужной двери, я нахохлилась и заявила:

– Открывай сам.

Волков подчинился – дёрнул за ручку, но дверь оказалась заперта.

– Мм-м… – сообщила я. Заодно вспомнила, что, уходя, ключа с собой не захватила.

Соотечественник отреагировал на ситуацию спокойно – шепнул какое-то заклинание, сделал незамысловатый пасс рукой, после чего раздался едва различимый щелчок. Тот самый, с которым задвижка о пластинку ограничителя ударяется.

И пусть Алекс действовал в моём присутствии и по моему желанию, стало чуточку неприятно. Это что же за замки-то такие, что каждый встречный-поперечный открыть может? Нет-нет, проблему нужно будет решить!

Дальше состоялось новое нажатие на ручку, и Волков первым переступил порог. Я храбро скользнула за ним, чтобы тут же застыть и хлопнуть ресницами.

– А где? – выдохнула недоумённо. Через мгновение поймала насмешливый взгляд идейного противника.

Так. Подождите. Вот такого быть точно не может!

Решительно обогнув Алекса, я добралась до середины комнаты и огляделась ещё раз, но погрома всё равно не обнаружила. Даже платьев, выброшенных вчера из шкафа, на полу не валялось.

– Открой, пожалуйста, – указав на дверцу шкафа, попросила Волкова я.

Нет, в благоразумие дроу не верилось, я ожидала подлянки, причём любой, от дохлой крысы, до вываливающегося из шкафа трупа.

Бывший вождь племени Рейя просьбе подчинился. Совершенно спокойно приблизился, распахнул обе створки, и сразу отступил, позволяя увидеть, что… ничего особенного там нет.

Более того, все вещи были сложены, причём вполне аккуратно, а вчерашние платья висели на плечиках.

– Хочешь сказать, что твои грымзы после моего ухода прибрались? – озвучила мысли я.

Волков промолчал, но улыбка стала заметно шире.

Потом у меня поинтересовались:

– Ещё что-нибудь?

– Ванную проверь.

Главарь Чёрной стрелы опять-таки подчинился. Расслабленно и плавно он добрался до нужной двери, распахнул её и щёлкнул пальцами, зажигая свет. Через полминуты заявил:

– Машунь, тут тоже всё чисто.

– Быть не может, – пробормотала я.

Алекс обернулся. Улыбка, озарявшая его лицо, стала прямо-таки запредельной, только я внимания не обратила. Сказала убеждённо:

– Они не могли уйти так просто.

– И что же они, по-твоему, сделали?

«По-моему»? Ну, знаете…

– Алекс, это твои подруги, и тебе должно быть виднее, на что они способны! Я в отсутствие подвоха в любом случае не верю, и…

– Машка-Машка, – со вздохом перебил он.

В следующую секунду предводитель Чёрной стрелы подчёркнуто-тяжело вздохнул и поднял руку, дабы выдать новый магический жест. После этого, с кончиков пальцев Алекса сорвались три крошечных серебристых шарика и медленно заскользили по комнате.

И пусть пояснений никто не дал, но я сразу сообразила – это заклинание поиска. Интересно, а среди моих навыков подобный имеется?

Принцесса сосредоточилась, прислушиваясь к ощущениям, и разочарованно поморщилась. Увы, но мне вот такая штучка точно была неподвластна.

Пришлось поморщиться ещё раз и положиться на качество магии кареглазой ехидны. Той самой, которая продолжала стоять возле распахнутой двери в ванную и… двусмысленно ухмыляться.

А спустя пару минут, когда шарики доплыли до моей кровати, ухмылку с небритого лица сдуло. Брови Алекса скакнули вверх, а сам соотечественник пусть не сильно, но напрягся.

– Та-ак… – протянул он.

Волков стремительно направился к кровати, отогнал зависшие над подушкой и замерцавшие алым светом шарики, и окинул пространство очередным взглядом. После этого и подушка, и одеяло, и даже простыня были содраны, а в руке Алекса блеснул извлечённый из-за голенища нож.

Ещё миг, и послышался выразительный треск ткани – это соотечественник матрас вспарывал. Ну а вслед за треском…

– Да ладно. Да не может такого быть.

Желание приблизиться и заглянуть через плечо, конечно, возникло, но я проявила благоразумие и осталась где стояла. Только шею вытянула, чтобы как следует продолжение банкета рассмотреть.

А оно, ну то есть продолжение, реально случилось! Волков убрал нож, а его правая рука окуталась зеленоватым свечением – будто на неё силовую перчатку надели. После этого Алекс сунул руку во вспоротый матрас и извлёк из него какую-то непонятную фигню.

Всё. Любопытство устроило маленький бунт, а благоразумие издохло!

– Что там? – устремившись к Волкову, вопросила я.

Соотечественник мучить не стал, сразу продемонстрировал паука, выполненного из какого-то красноватого металла.

Я же спросила:

– Это что?

– Пока не знаю, – ответил совсем уж посмурневший Алекс. – Нужно проверять. Но речь, вероятно, об одном из столь любимых дроу проклятий.

Я… нет, не испугалась. Во-первых, чего-то такого и ожидала, во-вторых, магическая гадость обнаружена, следовательно, угрозы нет.

– Есть во что её положить? – спросил Алекс. – Например, какая-нибудь керамическая ёмкость.

Уж с чем, а с ёмкостью проблем не возникло, я достала её из пространства. Ну а протянув добычу Волкову, наконец, осознала ещё одну вещь… Что-что он там после вспарывания матраса говорил? Быть такого не может?

Я отступила на шаг и, окинув идейного противника пристальным взглядом, прищурилась.

– Что? – заметив манёвр, хмуро спросил он.

– Погоди, ты… не верил, что твои мымры ко мне приходили?

– Не верил. – Угу, отпираться этот гад не стал.

– А вчера? – уточнила я. – Когда пришла к тебе и сказала…

Уголки его губ заметно дрогнули, и в наполнившей комнату тишине прозвучало совсем уж возмутительное:

– И вчера не верил. Понимаешь, Машунь, учитывая твою фамилию, верить тебе сложно.

Вот теперь его вопиющее равнодушие к проблеме прояснилось, но…

– Ах вот как! – взвизгнула я.

Ещё миг, и к возмущению добавилось непреодолимое желание убивать! Я сжала кулаки, яростно топнула ногой и заозиралась в поисках чего-нибудь тяжелого.

– Машунь, не злись. Я ведь всё понимаю. Знаю, что есть вещи, которые сильнее нас…

– Ты о чём? – нет, я реально не догнала.

– О твоей непреодолимой симпатии к самому популярному парню академии, и стремлении видеться с ним как можно чаше. И целенаправленном поиске поводов, – тут он выразительно потряс плошкой, в которой лежал металлический паук, – для таких встреч.

Я сперва не поняла, а когда сообразила, на что намёк…

– Какие поводы?! – взвизгнула на всю общагу. – Какие симпатии?! Твои мулатки сами заявились, и…

Я осеклась. Плюс, испытала дикое желание взвыть громче прежнего и удариться головой о стену. Понимание, что идейный противник банально подтрунивает, пришло слишком поздно.

– Эх, Машка, – с улыбкой выдал он.

Теперь, чуть протрезвев, я могла ответить. Объяснить, куда этому гаду пойти, а ещё с кем и в каких позах совокупиться. Однако развивать тему я всё же не стала – от греха подальше. Просто выдохнула и, кивнув на плошку с пауком, процедила:

– Волков, если твои тётки ещё раз…

Продолжать не пришлось – соотечественник моментально посерьёзнел. Более того, его лицо приобрело такое выражение, что за парочку эльфиек-дроу немножко страшно стало.

– Не волнуйся, – сказал Алекс. – Девочки за свой поступок ответят.

Я нахохлилась и сложила руки на груди, а главарь студенческой банды дезактивировал поисковое заклинание, кивнул и направился на выход.

От такой покорности я остыла и даже офигела чуть-чуть. Как? Неужели всё? И даже лезть с поцелуями сегодня не будет?

Насчёт последнего хотелось съязвить, однако язык я всё-таки прикусила. Когда же Волков распахнул дверь, моя злость окончательно отступила… Дело в том, что на пороге обнаружилась Базилия – заметно помятая, в перепачканном плаще и с припухшими от слёз глазами.

– Базя? – ошарашенно выдохнула я. – Что произошло?

Блондинка жалобно всхлипнула и… зарыдала.


Мне было грустно. Прям очень-очень.

А ещё я чувствовала себя законченной тупицей, и вообще…

Просто вчера ночью, когда в комнату заявились Гитрида с Занарией, о Базилии я даже не вспомнила. У меня и мысли не возникло, что это вторжение и полученное соседкой приглашение могут быть как-то связаны.

Или дело не в тупости? Или проблема в том, что я слишком сильно уверовала в канон?

Как бы там ни было, но связь между событиями всё же имелась. После того, как блондинка немного успокоилась и заговорила, это стало очевидно.

– Я пришла в театр, но на сам спектакль меня не пустили, – всхлипывая объясняла она. – Контролёры, которые стояли на входе в зал, заявили, что билет поддельный. Я попыталась поспорить, и тогда мне показали, как выглядит билет настоящий, и он действительно отличался. На моём не хватало таких блестящих штучек… голографических печатей.

Сначала я просто не поверила, – продолжала Базя. – Ведь меня пригласили, и не кто-нибудь, а поклонник… Я даже показала контролёрам записку, опять попыталась объяснить… Тогда один из них и предположил, что меня попросту разыграли.

До этого момента я не понимала, а когда услышала про розыгрыш, всё встало на места… Я прекратила спорить, развернулась и пошла в гардероб, за верхней одеждой. Было очень неприятно, даже заплакать хотелось, но я твёрдо решила, что ещё один повод понасмехаться никому не дам! – Тут Базилия всхлипнула особенно громко и вытерла побежавшую по щеке слезу. – А когда вышла из театра и свернула к академии… я узнала, что главные неприятности ждали впереди.

– Что произошло? – не удержавшись, подтолкнула я.

– Я вышла из театра… потом свернула в переулок, и… кто-то применил магию.

– Какую? – угу, терпение вновь дало сбой.

– На меня набросили силовую сеть, и с помощью этой сети прилепили к стене одного из домов, на уровне второго этажа. Ещё заклинание тишины и отвода глаз применили, и… – Базилия вновь всхлипнула, – и оставили. А я висела и выбраться не могла! Я же не боевой маг, я учусь на факультете Любовной магии!

Всё. Выдержка блондинки закончилась, и плотину вновь прорвало. А у меня сердце сжалось, и тоже слёзы побежали.

Сомнений в том, что Базю обезвредили либо сами дроу, либо по их указанию, не имелось, и этот момент бесил! Ещё стало очень жаль, что Алекс давно ушел и рассказа не слышит.

Зато была надежда – Волков своё обещание сдержит, и тогда эти с…собаки женского пола поплатятся! Очень жестко!


За всеми этими событиями, я совершенно забыла о приглашении, полученном от Ататриэля. Впрочем, ладно, события ни при чём – я в принципе о как бы обещанной прогулке не вспоминала.

В итоге, появление на пороге нашей комнаты светловолосого мачо с фиалковыми глазами стало большой неожиданностью.

– Э-э… – увидав разодетого эльфа, сказала я.

И хотя это было немного низко, но в данный момент я даже порадовалась, что Базя рыдает. Ведь плачущая подруга – железобетонный повод остаться и никуда не ходить.

– Хорошо, – отозвался Ат. – Тогда, может быть, завтра?

– Э-э… – вновь «сумничала» я. – Но завтра учёба.

– И что? – парировал эльф. – Когда это мешало?

Я пожала плечами, давая понять, что не уверена и вообще – завтра будет видно. Пусть с неохотой, но Ататриэль данный ответ принял.

Когда гость свалил, я вернулась к Базилии и продолжила утешать. Мне ещё предстояло как-то признаться в том, что пострадала она из-за меня. Вернее, из-за моего знакомства с Алексом.

Глава 17

Увы, но решение рассказать Базе про вторжение дроу было ошибкой. То есть промолчать я тоже никак не могла, но…

Для начала блондинка жутко обиделась, причём именно на меня, словно это не Гитрида с Занарией, а Мари Брехунье в силовую сеть её заковала. А потом выдохнула, резко успокоилась и принялась сыпать вопросами.

Базилию интересовало буквально всё! Вплоть до того, какой именно конспект я в момент явления «мулаток» писала. Она прямо-таки клещом впилась, выпытывая, как мне удалось избежать побоев, где я провела ночь, как Алекс отреагировал на отсутствие погрома, и дальше по списку.

При том, что мы с блондинкой обитали в одной комнате и, в общем-то, дружили, поводов скрытничать не имелось, но… Сказать ей про телепортацию? Признаться, что провела ночь у Волкова? Нет, этого я не хотела. Просто во избежание.

В процессе учинённого Базей допроса, я вертелась ужом и разыгрывала новые приступы амнезии. Попутно, благодаря её вопросам, поняла одну вещь – сегодняшнее дефиле в халате и тапках действительно было лишним, ведь скоро вся академия узнает…

Ну и последнее, самое раздражающее – блондинка желала знать «почему». В смысле, за что конкретно серокожие мымры пытались наказать принцессу. Мол, просто так, без поводов, подобные вещи не совершаются.

Да, Базю вопрос заботил, а меня – нет! Младшей дочери императора Тариуса было глубоко плевать на какие-то причины. Просто я знала – повторения не будет, да и вообще… какая нафиг разница? Но соседка всё равно не унималась. И, ввиду всей этой движухи, даже спать не легла. Осталась бодрствовать, доводя меня своими «как», «почему» и «за что».

Где-то с середины дня я начала жалеть о том, что не сбежала с Атом. Ну а вечером, за ужином, картина происходящего чуточку изменилась. Просто до нас долетели слухи из восточного крыла…

Эти слухи принесла неугомонная Лириэль. Уж не знаю, как ей удалось добыть информацию, но едва эльфийка оказалась за столом и поставила свой поднос, прозвучало:

– Вы даже не представляете, что произошло!

Мы – то есть вся большая девичья компания, включая нас с Базей, – реально не представляли и дружно навострили ушки. А Лириэль шумно вздохнула, прикрыв на мгновение глаза, и выдала:

– В восточном крыле случилось что-то страшное. Подробностей никто не знает, но… – Девушка выразительно наклонилась вперёд и перешла на шепот: – Алекс Вульф устроил Гите с Зитой какую-то ужасную выволочку. А ещё… – вот тут Лириэль уставилась чётко на меня, – он порвал с ними всякие отношения.

Э-э…

Последнее не зацепило. Слова про выволочку тоже на задний план отошли. Просто…

– Как-как ты их назвала? – переспросила я.

– Гита с Зитой, – возвращаясь к нормальной громкости и подхватывая кусочек булки, повторила эльфийка. И тут же пояснила: – Это не я придумала. Эти прозвища дал Алекс.

Я слегка поперхнулась и уточнила:

– А как давно он называет их этими именами?

– Да с самого начала, – встряла в разговор Диза.

Я шумно выдохнула и сделала глоток чаю. То есть девочки были правы – любовью в отношениях Волкова с дроу и не пахло. Будь это не так, Алекс бы напрягся и придумал менее неоднозначные клички.

И ещё, к вопросу о жанровых отличиях… Вот если мужчина-герой спит с кем-то без любви, чисто ради секса, то это считается нормальным. А если на подобное идёт героиня, то её сразу признают падшей. Почему так? Где справедливость?

Резко захотелось взять и с кем-нибудь переспать. Так, исключительно из вредности. Я даже обвела столовую взглядом в поисках подходящей кандидатуры, но увы. Ни Хуго, ни Сириса не нашлось – кстати, на обеде оборотня с ректором тоже не наблюдалось. Зато обнаружился Ататриэль, и…

Так, ладно. Что там насчёт устроенной «мулаткам» выволочки?

– Он на них кричал? – словно подслушав мысли, вопросила ещё одна пострадавшая сторона, Базя.

– В том то и дело, что нет, – ответила Лириэль. – Если бы кричал, мы бы хоть примерно знали, что там произошло. Но говорят, девочки вышли из комнат Вульфа абсолютно белые. Словно не дроу, а какие-то… присыпанные мелом приведения.

Моё чувство справедливости громко замурчало. Ну и любопытство активизировалось…

– Интересно, чем он им угрожал, – задумчиво протянула я.

Все сидевшие за столом сокурсницы дружно фыркнули и посмотрели, как на дурочку.

Пришлось спросить:

– Что?

– Алекс Вульф никогда и никому не угрожает, – восполняя пробел в знаниях попаданки, заявила Лириэль. – Он предупреждает.

– Ах вот оно как, – не удержалась от комментария я.

И хотя Волков действовал в наших с Базилией интересах, непроизвольно надулась. Не знаю, почему. Просто надулась и всё.

А вот речи о моей утренней прогулке по академии не шло. То ли слух ещё не докатился, то ли по каким-то иным причинам – без понятия. Но, как бы там ни было, это радовало и позволяло расслабиться. Ну хоть один допрос откладывается на потом!


Новый учебный день в нашей Объединённой Академии Магии начался совершенно обычно. Единственным нестандартным элементом была… я.

Вернее, не я сама, а моя погруженность в мысли об учёбе. В размышления о том, что пребывание в этом мире явно затягивается, а раз так, нужно уделить процессу образования больше внимания. Пока не вылетела из «лучшего в Империи» ВУЗа.

Сама возможность отчисления особого ужаса не навевала, но она грозила возвращением во дворец, к родителям, с которыми не всё ясно… Вон, папа, как оказалось, несколько лет назад «сватал» меня за Сириса. И не то чтоб выбор отца совсем уж не устраивал, но, когда к тебе относятся как к собственности, это напрягает. Не может не напрягать!

Если же вдруг выяснится, что с семьёй всё совсем плохо, то диплом может стать едва ли не единственным шансом на достойную жизнь. То есть диплом нужен. Плюс, как говорится, ученье – это свет, а неученье – тьма. При том, что я как бы олицетворяю Добро и светлую половину… я-таки обязана учиться.

А что? А разве нет?

Я размышляла на тему всё утро, и даже в процессе завтрака мозгами шевелила. В итоге, на лекцию по истории магии вошла в самом серьёзном настроении, и страдающего «фифектами фикции» профессора Тьюбье, слушала с повышенным вниманием.

Вторая пара, посвящённая юридическому праву в области любовной магии, тоже в атмосфере серьёзности проходила. Я записывала и внемлила, внемлила и записывала, а ещё – не стеснялась задавать вопросы по теме, чем сильно изумила преподающего это самое право ректора.

После обеда ситуация не изменилась – я была сосредоточена и даже строга! Зато в финале учебного дня, примерно за пятнадцать минут до окончания занятий, губы растянулись в коварной улыбке, да так и застыли.

Просто Базя толкнула локтем в бок и напомнила:

– Ты сегодня в лазарет, к Нирану собиралась.

– А-а… – сперва не поняла я. Зато, когда до попаданки дошло…

Блин! Точно! Мне нужен Ниран!

Надеть утром красивое бельё я, разумеется, не подумала. А возможностью заглянуть после занятий в туалет и переодеться, вытащив нечто подходящее из пространства, всё-таки не воспользовалась.

Я прикинула и решила, что белые короткие шортики, которые на мне в данный момент были, тоже подходят. Просто вопрос ревности Сириса отошел на десятый план – его затмил другой, куда более любопытный.

Вспомнились слова Бази о том, что синяк, вероятно, зачарован. Следом подумалось – а что если именно эта своеобразная метка мешает мне наладить личную жизнь? И что если, убрав постороннюю магию, я полностью избавлюсь от ненавистных багов? Получу в свои цепкие ручки не бракованное фэнтези, а столь желанный канон?

Как итог, отработку в подвалах я отложила. Вместо этого, едва прозвенел звонок, выспросила у Бази дорогу и отправилась в лазарет.

Причём, пока шла, молчавший доселе синяк разболелся со страшной силой, будто намекая: подозрения верны! Неудивительно, что, в приёмный покой я вошла буквально сияя.

А дальше – увы и ах. Облом, причём тотальный. Старушка в белой шапочке, сидевшая за столом в приёмном покое, сообщила, что лорд Ниран тут ещё не появлялся. Я подобного не ожидала и, конечно, растерялась. А старушка спросила участливо:

– Вы по какому вопросу?

– Ы-ы-ы… – ответила я.

Хотела уйти. Отправиться на отработку наказания, чтобы заглянуть в лазарет позже, но в миг, когда я собралась извиниться и попрощаться, из примыкающего к приёмному покою коридора выплыла дородная женщина в белоснежных одеждах.

Это точно была какая-то целительница, но прежде, чем я успела сообразить, женщина заметила студентку факультета Любовной магии и воскликнула:

– О, Мари! – И уже с другой, более деловой интонацией: – Вы-то мне и нужны!

– Мм-м… то есть? – попятившись на полшага, осторожно уточнила я.

Просто врачи… они такие врачи! А я любовью ко всяким медицинским процедурам никогда не страдала.

– Плановый осмотр! – На лице женщины мелькнуло хищное выражение. – Вы его в этом учебном году не проходили. Числитесь у меня в должниках.

Так. Погодите.

– Какой-такой осмотр? – вновь уточнила я.

Но вместо ответа поймала бодрую и какую-то безапелляционную улыбку. Сама же целительница шагнула в сторону и, кивнув на коридор, заявила:

– Пойдёмте.

Идти я опять-таки не хотела. Даже попятилась ещё на полшажка!

Но выражение лица женщины сигнализировало – отнекиваться бесполезно. Пройти осмотр придётся. И вообще…

– Мари, ну что вы как маленькая? – выдала новый аргумент она.

Вот тут я догадалась спросить:

– А что именно осматривать будете?

Целительница сперва удивилась такому невежеству, а через миг хлопнула себя ладонью по лбу и воскликнула:

– Вы же головой ударились. У вас же амнезия.

Я глянула косо, но тут же удостоилась нового, на сей раз практически приказа:

– Идёмте. Осмотреться надо. Иначе я вас завтра с лекций сниму и лично приведу сюда!

Осознав, что тётка не шутит, а более близкое знакомство с ней всё равно неизбежно, я нахмурилась и кивнула. Неохотно, но всё же подошла и нырнула в указанный коридор.

Буквально несколько шагов, неприметная дверь и мы очутились в маленькой светлой комнате с аскетичной обстановкой и характерной мебелью. Я мысленно выругалась и сильно скривилась – блин! Гинеколог.

– Ой, вот только не надо, – прокомментировала целительница. – Понимаю, когда боятся зубодёра, но у меня-то чего дрожать?

Так. Вот про кого, а про зубных ни слова! Иначе я сейчас шортики свои красивые обмочу! И да, между гинекологом и зубным я выбираю первого, хотя бы за то, что он ничего не сверлит.

– Разувайтесь и снимайте бельё, – указав на ближайший стул, скомандовала женщина. – Я пока вашу карту отыщу.

С этими словами она шагнула к письменному столу, отметила меня в каком-то списке и принялась перебирать тонкие бумажные папки. В миг, когда я босая и без трусов очутилась возле кресла, женщина хмыкнула и протянула задумчиво:

– А вашей карточки-то и нет…

И тут же добавила:

– Ах да, её лорд Ниран забрал, после того, как вы головой ударились.

В сердце вспыхнула надежда, что раз карты нет, то меня отпустят. Но…

– Ладно, разберёмся, – заявила целительница. – Напомните, вы же у нас не девственница?

Я…

Я замерла. А ещё ресницами захлопала. Отлично понимала, что девственницей быть никак не могу, но отчего-то растерялась, причём совсем.

– Мари, вы что? – Брови фэнтезийного медика плавно устремились вверх с самым скептическим подтекстом.

Спустя ещё секунду женщина сообразила:

– Ах, у вас же амнезия!

Я… замерла снова. Потом прокашлялась в намерении сказать, что девственности я давно лишилась. Но хозяйка кабинета оказалась быстрей – выудила из ящика стола какой-то амулет и, шагнув навстречу, выдала:

– Чего мучиться? Сейчас проверим.

Подойдя почти вплотную, целительница направила амулет на меня и повела сверху-вниз, от груди и… ну, в общем, до того самого места. В финале данного действа, прозрачный кристалл, украшавший амулет, замерцал зелёным светом.

– И что это значит? – хмуро поинтересовалась я.

Целительница же наоборот просияла и заявила:

– Девственница.

Шок… накрыл резко и с головой. Как девственница? Опять?!

Я распахнула рот, желая сообщить, что быть такого не может, но женщина вновь опередила.

– Девственница, – повторила она. – Причём потомственная.

Последняя фраза вогнала в закономерный ступор.

– Потомственная? – переспросила я. – А это как?

– Что значит «как»? – в голосе врача прозвучало искреннее веселье. – Мама была девственницей, бабушка, прабабушка…

Мои глаза ну о-очень сильно округлились! Что эта дура несёт?!

– Шутка, – пояснила гинеколог. – Узкий целительский юмор.

Я… нет, всё-таки не прониклась. Вместо этого, выхватила амулет и принялась водить им туда-сюда в яростной надежде, что сейчас цвет грёбаного магического датчика поменяется, и диагноз «непорочная дева» с меня снимут!

И цвет действительно изменился. Но лишь тогда, когда я направила амулет на откровенно ржущую надо мной тётку! Для неё кристалл светился алым.

– Да что вы так распереживались? – рассмеялась врач.

Я не ответила. Более того, едва не рухнула на пол.

Девственница. Снова. И… и…

– На кушетку ложитесь, – попыталась вернуть к реальности она.

Требованию я подчинилась – легла, и даже самостоятельно задрала и мантию, и платье. Однако сознание моё было не здесь – в смысле, не в кабинете, а в каком-то космосе.

Всё происходящее, вся пальпация и внешний осмотр интимных мест прошли мимо меня и никакого отклика не вызвали. Шок, посетивший Мари Брехунье, был слишком глубок. Слишком всеобъемлющ!

Девственница. Я… я…


Следующие несколько минут из памяти вообще выпали, а очнулась я от того, что целительница хлопала по щекам и звала:

– Мари? Мари, что с вами? Вам нехорошо?

С большим трудом я сфокусировала взгляд на нависшем надо мной лице и отрицательно качнула головой. Потом кивнула. А запутавшись в жестах, просто сказала вслух, что всё нормально, после чего переместилась в сидячее положение и, встав с кушетки, направилась к оставленному на стуле белью.

Целительница глядела с неприкрытым недоумением, однако выспрашивать всё-таки не стала. Просто сообщила, что осмотр завершен, у меня всё хорошо, я – молодец.

Вердикт «здорова», разумеется, порадовал, однако из лазарета я не шла, а выползала. Чувствовала себя так, будто на меня не то что пыльный мешок, а целый грузовик таких мешков упал!

А чуть позже сознание посетила новая мысль, да такая, что мне совсем уж дурно сделалось. Я уже вышла в коридор и тут никаких лавочек не наблюдалось – пришлось добраться до ближайшего окна и бессильно рухнуть на подоконник.

Увы, но ошибки не было. Достаточно вспомнить все те парные случаи, которое свалились на меня в этом мире, чтобы сообразить: девственность дана не просто так. Хуже того, это мой билет домой. Вернее, не только мой… а наш с Алексом.

Эмоции хлынули через край, и я тихонечко взвыла. Потом взвыла громче и отчаянно вцепилась в собственную незамысловатую причёску.

Вот за что? За что мне такое мучение и наказание?

И самое несправедливое – почему девственности должна лишаться именно я, а не Волков, например?

Здравый смысл тут же активизировался и шепнул что-то про каноны романтического жанра, но я отмахнулась!

Тут же взвыла в третий раз и пришла к окончательному выводу – идеалом новый мир даже не пахнет! Да и все мои приключения в фэнтези – один сплошной баг!

Словно подтверждая данную мысль, в конце коридора появилась статная широкоплечая фигура в чёрной мантии… Страдалицу фигура заметила буквально сразу и стремительно ломанулась к ней. То бишь ко мне.

Через полминуты тишину нарушило выразительное рычание, после чего я услышала:

– Мар-ри, ты совсем совесть потеряла?

– Лорд Сирис, вы вообще о чём? – невзирая на желание промолчать, уточнила я.

Ректор, который домчался до подоконника довольно быстро, напоминал этакого быка на корриде. Он щурил глаза, раздувал ноздри и… заметно пыхтел.

Последнее могло показаться смешным, но мне смеяться не хотелось. Ну а когда услышала его ответ…

– Мар-ри, мы уже обсуждали твоё поведение, и ночёвка в крыле старшекурсников…

– У-у-у, – не выдержав, перебила я.

Синеглазый замолчал, но взгляд был красноречивее любых реплик – лорд Сирис пребывал в бешенстве.

Только мне, в свете полученной информации, выслушивать претензии категорически не хотелось. Более того, было глубоко плевать на всю эту ревность. Здесь и сейчас я знала лишь одно: все мужики – сво…!

Именно поэтому я поднялась на ноги и прошипела:

– Лорд Сирис, идите знаете куда?

Уж чего, а такого от меня точно не ждали. Синие глаза мгновенно наполнились изумлением, ну а я ловко обогнула застывшего мужчину и продолжила путь.

Направлялась, конечно, в подвалы, к Шшируму и Сскаруму. Ведь несправедливо назначенное наказание никто не отменял!


Стремительная прогулка по одному коридору, второму, третьему… Забег по уводящей вниз лестнице, новый коридор и знакомый, заставленный стеллажами подвал… А дальше ждала несколько непривычная, но логичная картина – змеелюды, склонившись над столом, работали. Обрывали те самые засушенные цветки, которые были нашим алиби в прошлый раз.

При моём появлении, оба парня повернулись и облегчённо выдохнули.

– О, Мари, – сказал Шширум.

– Это ты, – добавил Сскарум.

Я удивлённо приподняла бровь, а друзья пояснили:

– Ты опаздывала, и мы решили, что тебя сегодня вообще не будет. И когда сработала оповещалка…

– Ясно, – перебила я.

Змеелюды дружно кивнули и не менее дружно от гербария отступили. Потом вновь окинули взглядами и спросили почти хором:

– Мари, что с тобой?

Я хлюпнула носом и отрицательно качнула головой, поясняя, что обсуждать своё состояние не готова. Только мальчики оставить наедине с трагедией не пожелали.

– Скажи! – в голосе Шширума прозвучали решительные нотки.

– Вдруг поможем? – поддержал товарища Сскарум.

В этот момент вспомнились Хрим с Лааримом – уверена, они бы отреагировали также. А лорд Сирис – мерзкую жабу ему в штаны! – даже внимания на мою грусть не обратил. Вот какой из такого невнимательного мужчины герой?

Я опять-таки не хотела, но хлюпнула носом ещё раз, и змеелюды моментально смягчились. Сскарум стремительно шагнул вперёд в явном намерении обнять, только я не далась. Просто понимала, что если обнимемся, то непременно разрыдаюсь. Если же начну исповедоваться, то тогда и до настоящей истерики недалеко.

В общем, я замотала головой и попросила:

– Пожалуйста, не надо.

Парни взяли короткую паузу, синхронно насупились, но с решением всё же согласились.

– Тогда… чаю? – предложил Шширум.

Я подумала и отказалась снова – увы, но чай с моим настроением тоже не сочетался. Хотелось или плакать, или убивать. И так как первое я себе запретила…

– Лучше растениями займусь, – кивнув на гору сухоцвета, сказала я.

Ребята глянули удивлённо, однако спорить не стали. Пронаблюдали, как сгружаю сумку с учебниками на ближайший стул и, закатав рукава, приближаюсь к гербарию. Потом подхватываю первый цветок и… аккуратно откручиваю ему «голову».

– Мари, так ты расстроенная или злая? – осторожно уточнил Сскарум.

– Всё вместе, – выдохнула я.

Глава 18

Через несколько минут наблюдений за принцессой, лаборанты окончательно сдались. Вернулись к расчищенной от посторонних предметов части длиннющего стола, уселись и… вытащили книги.

Увидав знакомые яркие обложки, я скривилась так, будто горсть дождевых червей проглотила. Плакать мгновенно расхотелось, на первое место вышла злость!

Работа сразу пошла активнее, а в голове случился настоящий бунт. Думалось обо всём и сразу: о магических мирах, академиях, брутальных фэнтезийных мужчинах… А ещё об авторах, которые сочиняют всю эту муть, заманивая читателей в фэнтезийные сети.

Да, заманивают! Ведь не будь всех этих книг, я бы сидела сейчас дома, пялилась в телек или комп, и горя не знала. Я бы рассталась с девственностью один-единственный раз. А теперь?

Три! Три раза пережить этот кошмар! Но главная подлость не столько в количестве, сколько в том, что потеря девственности равносильна шагу в телепорт. То есть, даже не маячь тут Алекс, всё было бы очень и очень плохо.

Вот предположим, что история моего пребывания в Объединённой Академии Магии сложилась совсем иначе. В смысле, никаких приколов, а только любовь – чистая, с долгими красивыми ухаживаниями и прочими со… хм… ну то есть бантами.

Мы с моим героем прошли долгий каноничный путь от первого робкого поцелуя до свадьбы на сто тысяч гостей, и вуаля – наша брачная ночь!

Я влюблена, он – ещё больше, впереди масса новых приключений, дворцовые интриги и яркие акции по спасению мира. Однако, как только между нами случается самое с точки зрения романтического фэнтези интересное, меня сразу уносит домой. И всё. И поминай, как звали!

Нет, можно, разумеется, представить, что после этого мой герой отыщет способ проникнуть в другую реальность, забрать меня обратно, и так далее, но… Но учитывая предыдущие подлости, поверить в подобный исход невозможно. Он слишком оптимистичен.

И где, спрашивается, справедливость?

Но главный вопрос, конечно, в другом – что делать теперь? Ведь смысла общаться с кем-то кроме Волкова всё равно нет! Хотя…

Оторвав головку очередного цветка, я невольно застыла и задумалась. Моя девственность, безусловно, служит порталом, но ведь я не обязана тащить за собой Алекса.

То есть вполне могу взять, и… замутить с кем-нибудь другим, и этому кому-нибудь другому отдаться. А потом переместиться в родной мир, и…

Вот тут я осеклась. Просто представила, что будет, если идейный противник останется здесь один, без меня. Сейчас его фэнтези подобно моему – у него тоже имеются нестыковки и баги. Если же представительница «светлой половины» исчезнет, то… Алекс получит идеальный «мужской» мир? С возможностью бесконечно рубить монстров и… таскать в постель всех встречных мулаток?

Ну… ну знаете!

В том, что касается монстров, мне не жалко и не завидно! В плане мулаток завидовать тоже нечему, но…

Во-первых, как заметил сам Алекс, русские своих не бросают. Во-вторых, а вдруг он подхватит от этих баб какую-нибудь страшную болезнь? Какой-нибудь супер-пупер сифилис? И вдруг этот сифилис тут не лечится? Что тогда с Волковым будет? Умрёт же во цвете лет!

В-третьих, и последних, вопрос морального облика русского попаданца. Сам Волков позаботиться об этом моменте неспособен, а раз так…

Не-ет… Как ни печально, но бросать Алекса одного нельзя категорически. Если сама остаться и присматривать не смогу, то нужно вернуть его в нормальную среду обитания. Домой! В Питер!

Придя к этому выводу, я шумно выдохнула и продолжила обрывать и сортировать цветочки. Настроение пусть чуть-чуть, но улучшилось, хотя вопросы ещё остались.

Вернее, один, прежний, самый актуальный – что делать теперь? При том, что пойти и потерять девственность вот прямо сейчас я всё-таки не готова?

Это была задача-задач, но решение нашлось довольно быстро: то же самое, что делала раньше – жить! Учиться, общаться, строить глазки, флиртовать и наслаждаться приключениями. С одной лишь поправочкой – до постели ни с кем не доводить.

Последний пункт плана… нет, не расстроил. Даже глубоко ущемлённое либидо отнеслось с пониманием, мол: «ну ладно, Алекс так Алекс. И да, если этот интим случится лет через десять, я тоже без претензий. Я, учитывая нашу вновь обретённую девственность, вообще не тороплюсь».

Едва либидо сделало это признание, всё изменилось – злость отступила, я разулыбалась, а в тишине лабораторного помещения раздался неприятный звук оповещающего сигнала.

– Кто ещё? – не спеша прятать книгу, простонал Шширум.

– Не знаю, но я его уже ненавижу, – отозвался Сскарум.

– Думаю, это лорд ректор, – внесла собственную лепту я. И пояснила: – Мы с ним поругались, должен явиться, чтобы замолить грехи.

Только прогноз, как ни странно, не оправдался. Через несколько минут на пороге нашего убежища возник… Ататриэль.

Один из лучших фехтовальщиков и стрелков Империи был одет очень стильно: высокие сапоги с золочёными шпорами, узкие тёмные штаны, белоснежная рубашка, расшитый серебром камзол… Длинные платиновые волосы были заплетены в какую-то умопомрачительно сложную косу, а глаза цвета фиалок сверкали непробиваемой решимостью.

В общем, эльф был хорош настолько, что восторженный стон издали все: и Шширум, и Сскарум, и я.

– Добрый вечер, – сказал блондин. И уже лично мне, с нажимом: – Мари…

– Ы-ы-ы, – единственное, на что попаданки хватило.

Эльф вздёрнул подбородок, щёлкнул каблуками и добавил:

– Мари, ты обещала.

– Я?

Я уже открыла рот, чтобы начать отбрыкиваться, но осеклась. Просто подумала – а почему нет? Ведь теперь, учитывая полную невозможность секса с моей стороны, нашим отношениям ничто не мешает.

Более того, в нынешних обстоятельствах, его дюйм – это не недостаток, а совсем наоборот. И единственное, что не позволяет отправиться на свидание прямо сейчас, это то, что я, в отличие от Ата, не причёсана и не одета.

Как итог, я выдохнула и сказала:

– А давай завтра?

Эльф красноречиво прищурил свои красивые глазки, поджал губы и явно хотел отказать, но я оказалась быстрей.

– Ат, завтра – точно! – сказала убеждённо. – Вот прямо сто процентов. Даже в том случае, если солнце на землю рухнет!

Блондин прищурился снова, но принцесса не лгала и это было видно.

– Хорошо, – после недолгой паузы, выдохнул он. И, чтобы точно с крючка не сорвалась: – Где встречаемся?

– А вот прямо здесь, – подумав, ответила я.

Эльф недоумённо заломил бровь, но уточнять не стал. Тут же кивнул и погрозил пальцем даже не намекая, а уведомляя: капец тебе, если обманешь.

Только я обманывать не собиралась и вообще просияла! Просто у кого как, а у меня точно начинается новая жизнь! Нормальная! Исполненная ухаживаний, томных взглядов и признаний!


Остаток вечера я витала в облаках, весь следующий день – тоже. Даже очередная устроенная лордом ректором замена не впечатлила.

Тот факт, что Сирис, невзирая на примерное поведение студентки Брехунье, вновь придирался, явно выводя на эмоции и добиваясь внимания, не тронул. Мне было плевать! Я предвкушала самое романтичное свидание в своей жизни!

А что? А почему нет? Ведь светлые эльфы, как известно, самые утончённые фэнтезийные индивиды!

Они любят смотреть на звёзды, увлекаются поэзией и музыкой, разбираются в цветах, моде и всём остальном.

Добавить сюда ту настойчивость с которой действовал Ататриэль, и всё, никаких сомнений не остаётся. Уж кто, а он сумеет угодить девушке. Не то что всякие Сирисы и, тем более, всякие Хуго!

Нет, об оборотне я не вспоминала, но тот факт, что этот избавленный от блох котик до сих пор не разобрался с барьером, отметила. Отсутствие знаков внимания в виде взглядов или подосланного гонца с цветами, тоже осознавала.

Более того… в академии этот хвостатый тип снова отсутствовал! Как бы намекая, что неведомые дела Стаи гораздо важнее, нежели я.

Учитывая подвиг зельевара, подобное отношение было поистине обидно и стало дополнительным поводом сосредоточиться исключительно на Ататриэле. Я собиралась не только получить удовольствие от свидания, но и сделать «ответное алаверды». То есть доставить удовольствие Ату.

Не в пошлом смысле! В эстетическом!

В конце последней лекции, я подвинулась к Базе и сообщила, что вернусь поздно, что после отработки наказания у меня дополнительные планы. Подруга глянула удивлённо, но выспрашивать не стала, а я, едва лекция закончилась, поспешила в подвал.

Прошла знакомым маршрутом, миновала коридоры с лестницами, чтобы увидеть ставшую привычной картину: Шширум и Сскарум, погруженные в чтение «академок».

Как «читатель читателя» я их понимала, но…

– Ребят, а можно я вас отвлеку?

Змеелюды сразу оторвались от книг и уставились своими немного выпученными от природы глазами. А я пояснила:

– Нужно образ для свидания с Ататриэлем подобрать. Поможете, а?

Желая замотивировать парней, я сунула руку в пространство, чтобы извлечь тортик и пару бутылок охлаждённого шампанского. Затем ещё три хрустальных бокала вытащила.

– Та-ак… – заинтересованно протянул Сскарум.

Шширум отреагировал иначе – хмыкнул и огорошил:

– То есть Алекс Вульф, несмотря на совместно проведённую ночь, тебе не нравится?

– Откуда… – начала, но тут же осеклась я.

Просто вспомнила вчерашнюю стычку с Сирисом и осознала, что сплетня по академии таки разлетелась.

Вот только портить вечер разговорами о Волкове совершенно не хотелось, поэтому я махнула рукой и сказала:

– Забейте.

Однако Шширум отстать не пожелал…

– Так нравится или нет?

Моё железобетонное «нет» змеелюды приняли со скепсисом. Ещё через секунду у Сскарума родилась прямо-таки гениальная догадка:

– А может наша Мари поступает Алексу назло?

– Идёт на свидание с эльфом, чтобы Вульф приревновал? – развил мысль второй, более брутальный представитель сладкой парочки.

Пришлось вмешаться – красноречиво закатить глаза и выдохнуть:

– Да кому этот дурак нужен?

Вопреки логике, змеелюды вновь не поверили. Более того, на их лицах появились очень ехидные улыбки!

Затем Шширум стукнул ногтем по закрытой книжке и заявил:

– Все вы так говорите.

Я замерла и недоумённо нахмурилась. При чём тут…

– Ой, только не надо, – вмешался в мыслительный процесс Сскарум. И пояснил, также кивнув на книжку: – Благодаря этим романам, мы теперь очень много о женской психологии знаем.

Я бессильно застонала – нашли, блин, пособие. Нет, я понимаю, что со стороны может показаться всякое, но ё же ты моё!

– Волков – самовлюблённый павлин, – озвучила очевидное я. – А ещё дурак, бабник и целуется ужасно.

Улыбки, озарявшие лица лаборантов стали стократ шире, а я уже не застонала, а взвыла. Ну что за фигня?!

– Так. Всё. – Сказала строго, с нажимом. – Сейчас речь не об Алексе, а о свидании с Ататриэлем. Вы поучаствовать в подготовке хотите? Или я сама?

– Поучаствуем, – отозвался Шширум. – Чего уж…

Змеелюд встал, подхватил бутылку и бабахнул пробкой. Затем наполнил бокалы, а после того, как мы чокнулись и выпили, «открывая девичник», спросил:

– Что планируешь надеть?

Я развела руками и встречный вопрос задала:

– А чем можно поразить эльфа?

– Мм-м… – ответил уже Сскарум. – Ну…

Следующий час я занималась тем, что выуживала из пространства платья! Вернее, для начала я эти платья воображала, со слов мальчиков, а потом вытаскивала.

В целом получалось бодро, но «профит» был минимален. В смысле, за целый час я всего два по-настоящему интересных наряда извлекла.

Когда силы иссякли, всё ненужное было возвращено обратно в пространство, а мы с лаборантами зависли, пытаясь решить, какое из двух платьев лучше.

После нескольких минут мозгового штурма, я отправилась за стеллажи для примерки, в результате которой выбрала одно – розовое, с перламутровыми рюшами, рукавами-фонариками и пышной юбкой чуть ниже колен.

Шширум, увидав меня в обновлённом образе, застыл и восхищённо приоткрыл рот, а Сскарум констатировал:

– Всё, Ататриэлю не выжить.

– Думаешь? – переспросила я польщённо.

– Гарантирую! – выпалил змеелюд.

Потом Шширум подвёл к спрятанному за другим стеллажом зеркалу, и я ахнула. Помнила, разумеется, что я – красотка, но не думала, что до такой степени.

Невзирая на отсутствие причёски, мейкапа и каблуков, в зеркале отражалась не просто девушка, а истинная принцесса. Такая, не влюбиться в которую ну просто грешно!

– Та-ак… – протянул Шширум. – А теперь займёмся волосами!

– А вы умеете? – в моём голосе прозвучала неприкрытая надежда.

– Ещё как!


Причёску мне действительно сделали, причём волшебную! Тут было всё: и локоны, и прямые прядки, и безумное количество шпилек, и вплетённые в волосы живые цветы.

Глазки и остальную мордашку тоже накрасили, превратив Мари Брехунье из просто принцессы в Мисс Вселенную! Но прежде, чем это преображение случилось, я вновь сбегала за стеллажи и…

Во-первых, сменила бельё. Нет, интима по-прежнему не предвиделось, но когда на тебе супер-платье, то красивые трусы жизненно необходимы. Во-вторых, натянула новые чулки с широким кружевным краем – опять-таки для того, чтобы соблюсти целостность образа. В-третьих, вытащила из пространства офигические сапоги на шпильках, и плевать, что в этом мире шпилек не существует! Со шпильками платье смотрелось на порядок лучше. Вернее, даже на два порядка.

А вот дальше были уже причёска с макияжем, слаженные восторженные вздохи змеелюдов и моё собственное желание прыгать до потолка. Я реально превратилась в красотку! Самую чудесную на свете!

Предпоследним штрихом стали духи. Конечно, было бы лучше не только побрызгаться, но и помыться, однако уж чего, а душа в подвалах не имелось, а вариант «телепортироваться на полчасика в комнату» не рассматривался. Зачем пугать Базю?

Финал всех этих приготовлений – извлечение из пространства красивого плаща. А что? А как? Ведь Ат, насколько помнится, о прогулке в город заикался.

К моменту, когда упомянутый светлый эльф появился в подвалах, я была готова к свиданию на сто процентов. И испытала закономерную радость увидав, как один из лучших фехтовальщиков и стрелков Империи споткнулся, заметив такую невероятную меня.

– Мм-м… – выдал он. – Мм-мари…

– Привет, солнышко, – подарив улыбку, ответила я.

Вот тут Ататриэль замер, явно призывая себя к порядку, а я, не будь дурой, присела в реверансе. Конечно, в виду отсутствия практики, реверанс вышел кривеньким, но за остальным блеском этого никто не заметил.

– Мари, – вновь выдохнул эльф. Кстати, такой же стильный, как и вчера. – Ты обворожительна!

После этих слов Ат протянул руку, приглашая приблизиться и вложить в эту самую руку свою трепетную ладонь. Я, разумеется, приблизилась и вложила, а эльф тут же потянул конечность к губам.

Облобызав же пальчики, подарил восторженный взгляд и, кивнув умилённо наблюдавшим за картиной лаборантам, повёл меня к выходу. Красотка в розовом платье, украшенном жемчужного цвета рюшами, сперва подчинилась, а потом вспомнила о брошенном на одном из стульев плаще и сказала:

– Ой.

– Что не так? – отозвался Ататриэль.

Я ответила. Однако возвращаться не пришлось, ибо…

– Плащ не понадобится, – пояснил Ат и потянул дальше.

В том, что касается сумки с учебниками, её я не забыла, а оставила – мальчики обещали отнести в комнату, когда закончат здесь. Но сумка-то ладно, а вот плащ… Тот факт, что он не нужен, вызвал лёгкое недоумение. То есть мы не в город идём? А куда же тогда?

Вторым поводом для удивления стала активация Ататриэлем амулета, который висел у него на шее и прежде воспринимался как обычная подвеска.

Когда вмонтированный в подвеску кристалл замерцал синим светом, я поспешила поинтересоваться:

– А это что? Зачем?

– Сейчас узнаешь, – прямо-таки промурлыкал Ат.

Я невольно заломила бровь, однако выспрашивать всё-таки не стала. Плюс, позволила эльфу приобнять себя за талию, превращая нашу прогулку в нечто куда более интимное.

Ну а едва преодолели лестницу и покинули нижний уровень, смысл амулета открылся во всей красе. Просто навстречу шагал лорд Сирис, и… он нас не заметил.

То есть как: при виде ректора, мы с Атом отступили в сторону и замерли, а Сирис прошел мимо, но тут же остановился. Он нахмурился, втянул ноздрями воздух и заозирался в явной попытке отыскать источник чудесного аромата «Шанели № 5».

Однако дева, облитая духами с головы до ног, привстала на цыпочки и, ведомая ушлым длинноухим кавалером, потихонечку смылась. Глава нашей академии так и остался ни с чем.

Остальные встреченные реагировали похоже – то есть не видели, лишь аромат духов ощущали. Но если в случае с Сирисом я порадовалась, то теперь слегка надулась – ведь когда ты истинная красотка, быть невидимой как-то совсем обидно.

Ситуацию смягчало одно – восхищённые взгляды, коими забрасывал эльф. А когда мы добрались до той части замка, где свидетелей не имелось, к взглядам добавились комплименты.

– Мари, ты всегда прекрасна, но сегодня… – выдохнул Ат. – Ты… ты…

И понеслось… Про глаза, про волосы, про похожий на звон колокольчика смех, про всё на свете. Я слушала и млела, млела и слушала, и чувствовала, как настроение неумолимо ползёт вверх.

В том же, что касается нас, мы, как ни удивительно, тоже вверх ползли. Пусть не сразу, но я всё же догадалась – свидание состоится на крыше.

Тут невольно вспомнилось, что в этом мире уже наступила осень, причём не слишком ласковая, и уверения, будто плащ не понадобится, состыковаться с данным фактом не пожелали.

Я даже открыла рот, чтобы сомнения озвучить, но именно в этот момент мы подошли к узкой двери, и Ататриэль спросил, сверкнув фиалковыми глазищами:

– Готова?

Я готова всё-таки не была, но дабы не портить момент, прикусила язык и кивнула. В следующую секунду, когда Ат распахнул дверь и замер, галантно пропуская вперёд, ненаследную принцессу посетил шок.

Насчёт крыши я угадала, однако уж чем, а неприятной осенней погодой тут не пахло. Взгляду предстал огромный купол, часть которого соприкасалась со стеной и, соответственно, дверью, через которую нам предстояло пройти.

Сам купол однозначно был магическим, но прежде я подобной магии не встречала – зеленоватые мерцающие силовые линии переплетались, словно лоза, а ещё на этих линиях росли сотканные из той же энергии листья.

В воздухе парили тысячи крошечных золотистых шариков – они разбавляли свет, исходящий от силовых линий, и добавляли сказочности. И не уверена, но возможно они же принесли под купол настоящее лето – я даже запах этого самого лета ощущала!

Ну а там, дальше, в центре чудесного шатра, находился столик…

– Офигеть, – увидав всю эту красоту, выдохнула я.

Словно зачарованная, переступила порог и заозиралась, некультурно приоткрыв рот. Ататриэль, шагнувший вслед за мной, улыбнулся и ответил:

– Рад, что тебе нравится.

Дождавшись, когда налюбуюсь и совладаю с эмоциями, блондин вновь взял за руку и потащил дальше, к тому самому столу – уже сервированному на две персоны.

Едва приблизились, Ат галантно отодвинул стул, усаживая леди, после чего занял место напротив и красиво щёлкнул пальцами, зажигая свечи.

В следующую секунду, я утратила дар речи и едва не растеклась лужицей – просто тут ещё один сюрприз ожидал. Пламя у этих свечей оказалось очень необычным: во-первых, оно было алым, во-вторых, имело форму сердечка… Ну и третий момент – через несколько секунд, от этого пламени начали отделяться этакие фантомы. То есть сердечки теперь не только на фитилях пылали, но и поднимались в воздух, чтобы растаять где-то под самым куполом магического шатра.

– Ататриэль, это… – начала было я, но длинноухий приложил палец к губам и улыбнулся.

– Позже, Мари. Все разговоры позже. Сейчас предлагаю выпить вина и поесть.

С этими словами он потянулся к ведёрку со льдом и вытащил ещё запечатанную бутылку. Я же закатила глазки и вздохнула, признавая себя самой счастливой попаданкой во всём романтическом фэнтези.

Глава 19

Как ни странно, но идея перейти на целомудренное общение оказалась не так уж плоха. Я думала, что без всяких любовных страстей будет скучно, а всё сложилось совершенно иначе.

Мы с Ататриэлем общались настолько мило, что я сидела и сама себе завидовала. И отдельно радовалась совершенно трезвому взгляду на этого красивого и может не самого брутального, но всё же самца.

Да-да, невзирая на вино, в плане всяких реакций и восприятия я была трезвее стёклышка! Причём точно знаю – окажись на месте Ата любой другой представитель фэнтезийной империи, я бы реагировала также.

Просто, когда тебе точно известно, что продолжение невозможно, относиться иначе при всём желании не получается. Организм банально отказывается генерировать тот розовый туман, который застилает мозг в остальных случаях.

Ввиду отсутствия этого тумана, гормоны уже не пытались склонять к каким-либо непристойностям, мурашки сидели тихо, либидо тоже не возбухало. Но самое смешное – в какой-то момент я поймала себя на мысли, что даже благодарна мирозданию за диверсию с восстановленной невинностью. А что? А почему нет?

Добавить сюда очень тактичное поведение длинноухого парня, и всё, вечер можно считать удавшимся.

Собственно, таким я его и считала. Но… до тех пор, пока не случилась одна фигня.

Мы пили и общались. Однако в какой-то момент эльф отставил бокал, откинулся на спинку стула и, одарив меня взглядом, заявил:

– После удара головой ты сильно изменилась.

Я ответила игривой улыбкой и парировала:

– В какую сторону? В лучшую или в худшую?

– Ну… – задумчиво протянул он.

Ответ заставил слегка напрячься, но пугаться я всё же не стала. Вместо этого, вопросительно заломила бровь и уставилась выжидательно, а Ататриэль…

– Мари, ты другая. Совсем не такая, как прежде. Но мне перемены нравятся, тем более я тоже кое-что от твоего падения получил.

Вот теперь и я бокальчик отставила, а ещё выпрямилась и широко распахнула глаза.

Наблюдавший за реакцией Ат мимолётно улыбнулся, спросил:

– Противоблошиное зелье помнишь?

– Помню, конечно. Но при чём тут ты?

Эльф снова вздохнул и подарил какой-то ну слишком тёплый взгляд.

– Мари, ты сделала невозможное, а для этого нужны или особые навыки, или какие-то принципиально новые способности.

Я непонимающе хлопнула ресницами, а собеседник продолжил:

– Ходят слухи, что приготовление зелья, которое не могли придумать сотни лет, не единственная твоя странность. Говорят, теперь у тебя есть и другие способности. Например, ты можешь взывать к некромантии. Только не отнекивайся, Мари. Я знаю, что это так.

О-очень хотелось удержать лицо, но я откровенно скривилась. Вот Базя трепло!

Хотя…

Воспоминание об амулете невидимости пришло внезапно и заставило строго прищуриться.

– Ты за мной следил?

– Чуть-чуть, – заявил эльф. Голос прозвучал искренне. – Буквально пару раз.

По спине тут же побежал холодок, но выражение эльфийского лица к нервам не располагало. Ататриэль действительно смотрел без подколок, с какой-то особой теплотой.

– А ещё, – продолжил он, причём так, словно ни в какой слежке не признавался, – поговаривают, будто ты и сама о своих новых способностях не знаешь. Вернее, открываешь их по мере использования.

– Ну допустим, – скривившись, подтвердила я.

И всё! Глаза цвета фиалок заблестели неистово, а улыбка, озарявшая лицо блондина стала совсем уж запредельной. Я, глядя на вот такую реакцию, по-настоящему стреманулась, а эльф…

– Мари, я хочу сообщить, что у тебя есть ещё одно умение.

– Э… Какое? – осторожно уточнила я.

Он помотал головой, тут же поднялся со стула.

– Словами передать сложно, – сообщили мне. – Я лучше покажу.

Мои брови подпрыгнули на середину лба, а Ататриэль расстегнул ремень и, раньше, чем успела опомниться, спустил штаны до колен.

Вот тут-то я и увидела, вот тут-то и узнала! И сказала единственное, на что была в такой ситуации способна!

– Ой.

Это был… нет, не дюйм. Сантиметров двадцать пять, если не больше. Причём, взгляду предстал не понурый хвостик, а этакий нефритовый стержень, расположенный под углом в сорок пять градусов, который красноречиво сообщал, что кое-кто ну о-очень рад ужинать со мной.

Щёки словно огнём опалило, и я тоже поднялась на ноги. Отступила на полшажка и, нервно сглотнув, перевела взгляд с… короче, с той штуки, на лицо эльфа.

Там обнаружилась прежняя запредельная улыбка, такая, что прям от одного длинного уха, до второго! Блондин был абсолютно счастлив. Реально сиял!

– Поздравляю, – повинуясь логике ситуации, сказала я.

И хотя пояснений не просила…

– Это всё твоё прикосновение, Мари.

– Думаешь? – пробормотала я.

– Других необычных происшествий в последнее время не было. Только ты и твоя… исцеляющая рука.

Я сглотнула вновь и покраснела пуще прежнего. Просто вспомнила о каком прикосновении речь, а ещё осознала – Ат прав, дело во мне. Только причина, вероятнее всего, не столько в том, что потрогала, а в договоре с Волковым. Мы разделили территорию, и теперь…

Я застонала! Громко и протяжно! А визави, так и не удосужившись натянуть штаны, шагнул вперёд в явном намерении обнять.

Увы, но тут нервы попаданки не выдержали, и в следующую секунду я прикрыла глаза, проверещав мысленно: «Да куда угодно!»

И едва не рухнула, сообразив, что, невзирая на туманные указания, телепортация сработала.


О том, что магия купола исчезла, сообщил порыв холодного ветра, ударивший в лицо. Следом обрушилась целая лавина запахов – от сырости и вечерней прохлады, до запаха хвои и прелых листьев.

Только мне было пофиг и на холод, и на запахи, и вообще на всё. Я стояла зажмурившись и тихонечко выла, пытаясь переварить выходку такого воспитанного и утончённого с виду Ата!

Когда волна эмоций частично схлынула, я шумно выдохнула и глазки всё-таки распахнула. Тут же зябко передёрнула плечами, осознав, что телепортировалась в какую-то жо… хм… ну то есть неведомую даль.

Меня перенесло в лес! Вернее, на какую-то поляну, окруженную высоченными деревьями.

Над головой обнаружилось зловеще-тёмное небо, частично затянутое тучами, а под ногами непонятная мерцающая линия. Линию эту, ввиду бурлящих чувств, я пнула, а через миг…

Через миг до растерянного мозга дошло, что небо, учитывая обстановку, это логично, а мерцающая линия – как-то не очень. Невольно насторожившись, я наклонилась, чтобы рассмотреть получше, и недоумённо приподняла бровь.

Тут был этакий неглубокий желоб, по которому текла некая субстанция отдалённо похожая на магическую энергию.

Так. Погодите. Магия? В такой вот глуши?

Повинуясь любопытству, я двинулась вдоль линии и, буквально через пару шагов, обнаружила воткнутую в землю штучку. Небольшой кристалл – продолговатый и очень красивый.

Жадность, разумеется, встрепенулась, и кристалл я из земли выдернула. Затем выпрямилась, дабы осмотреться и заметить две вещи.

Вещь первая: линия являлась частью некоего масштабного рисунка похожего на пентаграмму, и сейчас этот рисунок начинал таять. Вещь вторая: среди деревьев, расположенных чётко напротив, зажглись два ярких огня, подозрительно похожих на глаза какого-то гигантского зверя.

Так. Стоп. Зверя?

Я шумно выдохнула и непроизвольно попятилась. Тут же взвизгнула, ибо один каблук ушел в разжиревшую от дождей почву, и я, потеряв равновесие, едва не упала.

Следом послышалось исполненное невероятной мощи рычание, а спустя ещё секунду паника достигла пика. Просто злоба, прозвучавшая в голосе зверя, была истинной фигнёй в сравнении с приглушенным, но яростным:

– Брехунько. Я тебя прибью!

– А?! – воскликнула я.

Развернулась уже в прыжке, но, ввиду царящего вокруг мрака, людей, бегущих с противоположной стороны поляны, увидела не сразу.

Точнее, фигуры я различила лишь после того, как в их руках появились яркие огненные шарики. Тот факт, что это не просто шарики, а боевые фаерболы, тоже дошел с запозданием.

А потом – всё, мир взорвался!

Но не болью, нет… В самом прямом смысле.

Причём причина взрыва крылась не в фаерболах – их мчащие навстречу люди в количестве семи штук, не отпускали. Это тут, в гаснущем контуре, что-то сработало.

По периметру тающей пентаграммы начались вспышки, сопровождаемые громогласными «бабахами», и я взвизгнула громче прежнего. И хотя разум орал, что Волков не шутил, что он действительно прибьёт, но инстинкт самосохранения погнал именно туда, к нему.

Учитывая каблуки и панику, бежать было трудно, но я летела ракетой! Плюс, продолжала визжать, ну и руками старательно размахивала.

А вокруг… взрывалось! Фонтаны огня и искры взлетали к небу, норовя поджарить не то что попаданку, а сами звёзды! И это было так жутко, что сердце колотилось уже не в груди, а где-то в горле. Правда, как ни парадоксально, вопить подскочившее сердце не мешало.

– Р-р-р! – доносилось откуда-то сзади.

– Дура! – слышалось впереди. – Придушу!

– Уи-и-и! – отвечала на всё это я, но остановиться не пыталась.

Когда же семёрка парней отпустила боевые заряды, я траекторию движения сменила. Ломанулась уже не к Алексу, а к другому представителю Чёрной стрелы.

К кому именно? Да без понятия и, честно говоря, без разницы! К любому, кто, в отличие от Волкова, не станет сразу сворачивать мою красивую, надушенную «Шанелью № 5» шею!

– Р-р-р! – а вот эта реплика принадлежала уже не зверю, а кому-то из парней, но я внимания не обратила.

Со всего маха налетела на одного из представителей студенческой банды, крепко-крепко обняла и прижалась щекой к груди.

Индивид, кажется, опешил, а где-то очень близко прозвучало яростное:

– Брехунько! Ты хоть понимаешь, что натворила?!

Я? Натворила? Ой, а… а почему, чуть что, так сразу Брехунько?

Правда, озвучить этот вопрос я всё же не решилась. Просто чувство самосохранения шепнуло, что если открою рот, то меня прямо на этой полянке и прикопают. Пришлось обнять пойманного старшекурсника ещё крепче и, втянув голову в плечи, зажмурить глазки. Невиноватая я! Оно… само.

Рядом взвыли, причём настолько выразительно, что я восхитилась и экспрессии, и тембру. Спустя ещё секунду осознала, что громогласных «бабахов» уже не слышно, рычания зверя тоже как бы нет.

Это стало поводом зажмуриться крепче и сжаться…

– Всё. Ушел, – сокрушенно выдохнул кто-то из парней.

Пауза. Не очень долгая, но выразительная.

Потом меня попытались деликатно отцепить от мужского тела – собственно сам обладатель тела попытку и предпринял.

Я, не будь дурой, не далась, даже наоборот, умудрилась подпрыгнуть, чтобы обнять ещё и ногами. Неведомый представитель элитной группировки нашего ВУЗа, отреагировал явно на рефлексах – подхватил под попу и даже поднял выше, чтобы я именно бёдра, а не его коленки, ногами обвивала.

– Кхм… – прозвучало рядом.

А вслед за этим:

– Мы вам не мешаем?

Хотелось промолчать, но это было бы слишком невежливо, особенно учитывая тот факт, что Алекс говорил спокойно.

– Нет-нет, – в итоге ответила я. – Всё хорошо.

– Уверена? – столь же ровно переспросил он.

Я глубоко вдохнула, выдохнула. Затем неохотно открыла глаза и повернула голову, дабы взглянуть на соотечественника.

Предводитель Чёрной стрелы стоял в нескольких шагах. Руки были сложены на груди, а на небритом лице застыло весьма хмурое выражение.

А вот убивать меня, невзирая на все угрозы, кажется, не собирались. Это стало поводом вздохнуть ещё раз и аккуратно сменить позу обезьянки на другую, более пристойную.

То есть ноги я расцепила, и даже перешла в стоячее положение. Через пару секунд, сообразив, что убивать по-прежнему не спешат, я не только ноги, но и руки разжала. В смысле, перестала обнимать незнакомого парня, и даже отошла от него на полшага.

Затем опять огляделась, скромно одёрнула платье и обняла плечи руками – увы, но погода не радовала. Было холодно, даже пар изо рта шел.

Пронаблюдав последний манёвр, Волков закатил глаза и, стащив с себя куртку, протянул мне. Отказываться от помощи я, разумеется, не стала – накинула одёжку, чтобы тут же в ней утонить.

И уже после этого удостоилась не ровного, а очень усталого:

– Как ты здесь оказалась?

Врать было бессмысленно, поэтому ответила честно:

– Порталом пришла.

Усталость с Волкова сдуло моментально. Я различила отчётливый скрип зубов и, невзирая на сгустившийся мрак, заметила, насколько недобро сверкнули такие обыкновенные карие глаза.

Впрочем, нужно отдать соотечественнику должное – на крик он всё же не сорвался.

– Машунь, про портал мы сами поняли, – процедил Алекс. – Меня интересует причина твоего появления.

– Мм-м… – ответила я. – Мм-м…

Потупилась. Более того, покраснела жутко! Просто перед мысленным взором возник Ататриэль со спущенными штанами, и…

– Всё понятно, – в голосе Волкова вновь прозвучала усталость. А потом и раздражение: – Машунь, я, разумеется, рад, но я тебя действительно придушу. Ты хоть представляешь, сколько времени мы готовили эту операцию? Мы месяц уводили монстра-убийцу от жилых поселений и истратили полсотни кристаллов, чтобы напитать пентаграмму силой! И тут ты. Привет, не ждали! Зверь уже шел в ловушку, понимаешь? Но явилась ты, сбила силовой контур, и вот. Монстр сбежал!

Сбежал?

Я невольно заозиралась.

– Хотите сказать, что эта зверюга бродит сейчас где-то здесь и может вернуться, чтобы всех нас убить?

– Нет, – буркнул Волков. – Монстр не вернётся, эта поляна теперь самое безопасное место в округе. После всех взрывов, он будет обходить её за десять километров.

– Угу, – встрял в разговор кто-то из парней. – А нам теперь заново выслеживать и направлять в засаду…

Прозвучало хмуро, но без злости, и я сразу уставилась на представителей банды. Пригляделась, чтобы заметить – эти реагируют на моё появление куда спокойнее, нежели главарь. Более того, невзирая на провал операции, парни улыбались.

Хм. Они радуются? Но чему?

Я застыла на секунду. Потом прокрутила в памяти последние реплики Волкова и нахмурилась.

– Погоди, – сказала тихо. – Что значит «всё понятно»?

– В каком смысле? – отозвался соотечественник.

Он действительно не догонял. Пришлось пояснить:

– Причина моего появления здесь. Ведь я её не назвала, а ты сказал…

Я запнулась. Увидела, как губы идейного противника растягиваются в не лишенной самодовольства улыбке, и кусочки пазла сложились.

А вслед за догадкой пришла волна поистине бешеного возмущения! Он что же, решил, будто я хотела телепортироваться к нему?!

Я? Нарочно? К нему?! Ну… ну знаете.

– Всё было не так! – принцесса разгневанно зашипела. – Я не ради тебя! Я…

– Да ладно, Машунь, – перебили меня весело. – Не смущайся. Люди взрослые, все всё понимают.

После этих слов был не менее вопиющий, подчёркнуто-оценивающий взгляд, и резюме:

– Классно выглядишь.

– Думаешь, ради тебя старалась? – принцесса по-прежнему шипела.

– А разве нет?

Интонации Волкова намекнули – в возражения он, хоть убейся, не поверит, и я взвизгнула на всю округу. Уже открыла рот, желая вывалить на соотечественника всю правду, но вновь осеклась.

Просто вообразила, как это будет.

Я ему: Алекс, понимаешь, я случайно пощупала интимное место одного парня, и оно значительно увеличилось в размерах. Я такого не ожидала и, испугавшись, телепортировалась с формулировкой «куда угодно», а теперь…

Не-е-ет! Нет-нет-нет. Волков от такого признания попросту уписается. Потом ещё подкалывать будет! А оно мне надо?

В общем, я промолчала. Только руки на груди сложила и сощурилась настолько злобно, насколько могла.

Ответом на этот жест стал шумный вздох и уже совсем спокойное:

– Ладно, проехали.

Дальше ещё один вздох и обращённое уже к парням:

– Возвращаемся в лагерь.

– А она? – спросил тот, на ком я недавно висела.

Мужлан в лице Волкова окинул очаровательную леди новым взглядом и заявил:

– А Мари, видимо, через портал уйдёт.

– Хм… А почему она сразу через портал не ушла? – поинтересовался другой представитель банды. – Тогда, когда вся заварушка началась?

Я ответила без всякого стеснения:

– Не сообразила.

Потом подумал и поняла – уйти, разумеется, могу, но я же никуда не тороплюсь! Ну а раз так…

– Я с вами, – заявила, хлопнув ресницами.

Волков недоумённо приподнял бровь, однако возражать не стал. Остальные отнеслись более эмоционально – улыбки сделались шире, причём значительно. И пусть дара телепатии среди моих талантов не имелось, причину такой реакции поняла сразу. Эти наивные юноши решили, будто Мари Брехунье за Волковым бегает. Ну-ну.

Следуя распоряжению Алекса, группа развернулась и бодро зашагала к стене деревьев. Я намеревалась поступить также, но сначала…

– Ой, а подождите минутку! – воскликнула я. После чего водрузила ногу на обнаруженный поблизости крупный булыжник, и принялась поправлять чулки.

Нет, ну а чего? Они же в самом деле слегка сползли!

Улыбки, озарявшие лица парней, сразу притухли, а глаза наоборот зажглись. Волков так вообще посерьёзнел.

– Машка, совесть имей, – ровно сказал он.

Пришлось отвлечься от процесса, дабы подарить соотечественнику очередной подчёркнуто-невинный взгляд. А при чём тут совесть? И вообще – что особенного?

Ответом на невысказанную мысль стали сложенные на груди руки и насмешливое:

– Машунь, тут не Степь, а я не Ирриар.

Я не поняла и нахмурилась, чтобы сразу услышать пояснение:

– Со мной такие фокусы не пройдут.

– Уверен? – Блин. Я что же… вслух сказала?

Волков хмыкнул и резво шагнул навстречу. Через секунду студентку факультета Любовной магии некуртуазно ухватили за локоток и потащили к лесу.

Я… сначала подчинилась, а потом завозмущалась, ибо поспевать за обутым в сапоги Алексом не могла. Хуже того – земля была по-прежнему мокрой и шпильки периодически проваливались. Я имела все шансы упасть и пропахать землю носом.

Первой реакцией на мои протесты стало:

– Брехунько, шла бы ты в портал!

Но дел в академии действительно не имелось, и я от предложения отказалась.

В награду за стойкость, меня сперва обозвали идиоткой, а потом взяли на ручки. Вот после этого стало гораздо лучше, даже настроение поднялось.

Теперь я могла болтать ногами и вертеть головой. Только ничего нового или интересного всё равно не увидела, кроме одного – небо стремительно темнело, мрак сгущался.

Когда же ступили под свод деревьев, вокруг совсем черно стало. Где-то на задворках памяти вспыхнула мысль о способности к ночному зрению, но я подсказку проигнорировала. Зачем она мне?

Ещё чуть-чуть, буквально тридцать шагов вглубь леса, и Алекс остановился. Рядом вспыхнули сразу три крупных пульсара, благодаря свету которых я сумела различить разбитую прямо среди деревьев туристическую стоянку.

И теперь меня-таки поставили на ноги. Потом отошли к ближайшему бревну и, подхватив с него какую-то тёмную тряпку, заявили:

– Машунь, куртку отдай.

Оказалось, тряпка не простая… Выяснилось, что это длинный шерстяной плащ.

Учитывая тот факт, что я была в платье, плащ был гораздо лучше куртки, и я согласилась. А закутавшись в обновку, уселась на поваленное бревно и в оба глаза уставилась на парней.

Те не смутились. Спустя пару минут, один из представителей Стрелы поджог уже сложенный костёр, а другой вытащил из запасников фляжку…

– Ну что? – вопросил он. – Отметим попытку?

Алекс шумно вздохнул, но возражать не стал.

Глава 20

Никогда не любила походы – весь этот въедливый дым, антисанитарию, клещей… Но в этот раз всё было как-то приятно, почти по-домашнему. Даже тот факт, что Волков уселся рядом, при этом нагло подвинув мою пострадавшую от их ужасной пентаграммы персону, не раздражал.

Потом бывший спаситель – тот самый, на котором я недавно висела, – произвёл серию сложных пассов и сотворил стопки… причём из воздуха! Не в том смысле, что достал их из неоткуда, а заставил воздух уплотниться до такой степени, чтобы получились вполне реальные сосуды.

Другой, который заведовал флягой, тут же эти стопки наполнил, а первый сделал ещё один пасс, в результате которого магическая посуда разлетелась по кругу. Вот после этого мы выпили, и я-таки спросила:

– А что за монстр? И, кстати, а мы вообще где?

Старшекурсники переглянулись, но промолчали. Право просветить девушку досталось, разумеется, Волкову. Вот он-то и сказал:

– Монстр – кровожадное порождение Хаоса. Убийца, который терроризировал мирные поселения в течение нескольких месяцев. Он наделён некоторыми магическими свойствами, поэтому выследить его никому не удавалось.

– А вы смогли? – задала риторический вопрос я.

Соотечественник кивнул, я же расплылась в закономерной улыбке.

Ну да, ну да. Конечно! Задачка, которая не под силу лучшим магам Империи, легко поддаётся ушлому альфа-самцу из другого мира.

– Мы и выследили, – проигнорировав мою улыбку, продолжил Алекс, – и разработали схему ловушки, с помощью которой эту тварь можно уничтожить. Но есть подозрения, что монстр появился не просто так. Что его кто-то послал.

Мой опыт как читателя мужских книг был не так уж велик, но я всё равно просияла.

Потом не выдержала и озвучила:

– Боже, как предсказуемо.

Товарищи из Чёрной стрелы не поняли и глянули недоумённо, зато соотечественник смысл подколки, разумеется, уловил. Только не проникся! Расплылся в новой улыбке и парировал ехидно:

– Хочешь сказать, в вашем фэнтези всё иначе?

Я задумалась на миг и скривилась. Даже намеревалась согласиться, ведь, если приглядеться, принципиальной разницы действительно нет. Но потом вспомнила собственную историю и резко повеселела – уж у кого, а у меня реально по-другому! Так что нечего разбрасываться намёками! И подколки при себе оставь!

В итоге я ответила:

– Ага!

Идейный противник глянул с весёлым скепсисом, а его друзья таки не выдержали.

– Вы вообще о чём? – спросил обаяшка, который костёр недавно поджигал.

Я беззаботно пожала плечами, Волков махнул рукой – мол, не важно. Затем наклонился ко мне и шепнул с намёком:

– Брехунько!

Кто-то… надулся. Причём сильно и по-настоящему. И больно пихнул предводителя Стрелы в бок, ибо тот заслужил.

Только Алексу показалось мало, и вместо того, чтобы извиниться, он вновь наклонился к моему ушку и выдал:

– А я знаю, почему ты именно в романтическое фэнтези попала…

Я удивилась, но объяснить, что мне причины тоже известны, не успела. Идейный противник продолжил раньше:

– Если бы я был девушкой с фамилией как у тебя, мне бы тоже ну о-очень сильно замуж хотелось.

В этот миг стало невероятно жаль, что к поданному в воздушной стопке коньяку не прилагался стакан с каким-нибудь компотом. А лучше с чаем! И погорячей!

Клянусь, будь у меня чай, я бы обязательно выплеснула его в эту наглую небритую физиономию. Просто моя фамилия…

– У меня отличная фамилия, – прошипела злобно. – Уникальная!

– Очень, – весело фыркнул гад.

Наблюдавшие за нами парни многозначительно переглянулись и вновь не выдержали.

– И всё-таки, что происходит? – спросил уже не обаяшка, а другой. Впрочем, тоже весьма симпатичный брюнетик.

Алекс попытался провернуть прежний фокус – то есть отмахнуться и промолчать, – однако парни не дались. Говоривший окинул нас новым внимательным взглядом и продолжил, обращаясь к предводителю:

– В прошлом году ты её не замечал, а тут у вас вдруг общие секреты, совместные ночёвки, прилюдные поцелуи…

Под конец этого спича, улыбка, озарявшая лицо старшекурсника, стала прямо-таки запредельной, а в голосе появились слишком многозначительные нотки. Такие, что в пору засмущаться и покраснеть, но…

– Бор, мы уже обсуждали эту тему, – неожиданно парировал Алекс.

Та-ак. А поподробнее можно?

– Обсуждали, – признал провокатор. – Но, как вижу, ты сказал нам далеко не всё.

– А что именно он вам сказал? – не выдержала я.

Увы, но вот тут ждал облом. Мне досталось шесть излишне весёлых взглядов и только.

Пришлось обратиться к Волкову:

– Алекс… – протянула с нажимом.

Через секунду услышала:

– Машунь, ну а что я мог сказать? Правду, и ничего кроме правды.

Новый тычок в бок был очень сильным, однако Волков даже не пошатнулся. Вместо этого нахально водрузил руку на мою талию и сказал строго:

– Брехунько, не буянь.

Парни из Чёрной стрелы засияли пуще прежнего, а я вновь надулась. Поёрзала, потом буркнула, причём без шуток:

– Руку убрал!

– А что так? – прижав крепче, шепнул гад. Издевался, вот честное слово!

Новый взгляд на студенческую банду, и попаданке захотелось взвыть. Просто на лицах всех шестерых парней проступило ну о-очень красноречивое выражение. Оно сообщало: всё с вами ясно.

И это при том, что ясно не было ничего!

Я фыркнула ещё раз и подскочила, дабы избавиться от руки Волкова и вообще на другое бревно перебраться. А устроившись, кивнула заведующему флягой и скомандовала:

– Наливай!

Он налил.

Ну а после того, как снова выпили, бывший спаситель отошел от костра, чтобы зарыться в один из сложенных под деревьями рюкзаков и вернуться с двумя объёмными свёртками. В одном обнаружился большой кусок мяса, в другом – хлеб.

Я, наблюдая за процессом нарезания бутербродов, слегка поморщилась, а идейный противник…

– Машунь, – позвал ласково. – А может по шашлычку?

Тот факт, что Алекс предлагает мне добыть из пространства мясо, дошел сразу и вызвал закономерное удивление. Я красноречиво заломила бровь и тут же услышала:

– Можешь не бояться. Парни никому не скажут.

Упомянутые товарищи заинтересовались мгновенно! Уставились с таким любопытством, что я невольно заёрзала опять. И хотя Ататриэль, прежде чем похвастаться апгрейдом своего тела, милостиво накормил ужином, поняла – да, шашлыка тоже хочу. Вернее, очень хочу. Аж рот слюной наполнился!

Зато желания сразу же поддержать инициативу Волкова не имелось, поэтому…

– А сигаретку не достать? – едко парировала я.

Алекс застыл и даже затаил дыхание, но через секунду расслабился и отрицательно качнул головой.

Ответил с привычной ухмылочкой:

– Спасибо за заботу, Машунь, но я предпочту последовать рекомендациям Минздрава.

Короткая война взглядов, и всё, я сдалась. Вернее, не я, а мой желудок, решивший, что жить без шашлыка не может. В итоге, зажмурившись, пихнула обе руки в пространство и со стоном вытащила большое пластиковое ведро с полуфабрикатом от известной «мясной фирмы».

Водрузив ведро на землю, потянулась снова и достала уже шампуры. Лишь после этого взглянула на представителей Чёрной стрелы и невольно зарделась.

Парни офигели! Причём настолько искренне, настолько выразительно…

– Но как такое возможно? – выдохнул Бор.

– О… – протянул Алекс, – у Марии очень много талантов.

Я глянула на соотечественника с прищуром и, гордо задрав подбородок, отвернулась. А когда ведро с маринованным мясом у меня нагло свистнули, а один из старшекурсников принялся модифицировать костёр, дабы организовать не только освещение, но и угли, спросила:

– Кстати, почему мы в лесу сидим?

– А где нам сидеть? – доброжелательно отозвался Бор.

Мастер-бармен вновь наполнил воздушные стопки, и те опять полетели по кругу, поэтому ответила я не сразу, а уже после того, как опрокинула пятьдесят граммов коньяка.

– Ну как «где»? Дома, в академии.

– Машунь, мы в паре сотен километров от столицы, – сообщил уже Алекс. – А транспортный дракон прилетит только утром.

Ага. Вот теперь поняла. И невольно заозиралась, всматриваясь в окружающую темень. Где-то вдалеке ухала какая-то птица, чуть ближе кто-то стрекотал. В воздухе висела сырость, а и без того тёмное небо затягивало ни то облаками, ни то тучами.

– Транспортный дракон? – переспросила я. – Это что-то вроде нашего такси?

– Угу, – подтвердил Алекс.

– Но почему только утром? Сейчас вызвать дракона нельзя?

Предводитель Чёрной стрелы развёл руками, поясняя, что всё действительно сложно, и я отстала. А парень, на котором недавно висела, тяжко вздохнул и сказал:

– Да, дракон прилетит утром, и в академии будем только к обеду, а потом этот дурацкий бал… – И после паузы, обращаясь, прежде всего, к главарю: – Может не пойдём?

– Надо, – ответил Алекс. – Генерал Гизли очень расстроится, если не явимся.

Я не хотела, но сразу приободрилась и навострила ушки. Бал? Какой бал? По случаю чего?

Последний вопрос, не выдержав, озвучила и тут же услышала пояснения:

– У дочери генерала день рождения.

– Хм… а при чём тут вы? – не могла не поинтересоваться я.

Парни отреагировали спокойно, а губы Волкова дрогнули в очередной ехидной улыбочке. Он же, ну то есть Алекс, и сказал:

– Генерал Гизли отвечает за безопасность столицы, а мы сделали для обеспечения безопасности довольно много. Разумеется, нас временами приглашают на подобные приёмы. Это вежливость, Машунь.

Он замолчал, а я вспомнила об упомянутой дочери и испытала не самое приятное чувство. И пусть развивать тему не хотелось, уточнила:

– А сколько этой леди лет?

– Завтра исполнится восемнадцать, – подсказал соотечественник.

Голос Алекса прозвучал ровно, а Бор внезапно хмыкнул и выдал:

– Но ведёт себя на все двадцать девять.

– Очень ушлая девица, – поддержал его другой, который нанизывал мясо.

– И о-очень настойчивая, – поморщившись, добавил третий, симпатичный блондинчик с зелёными глазами. – Я в прошлый раз от неё еле удр… хм.

Парень резко осёкся и затих, а я ощутила прилив совершенно неуместной злости. Значит, ушлая. Значит, не по годам развитая. Плюс, активно интересуется симпатичными брутальными парнями. Ну, знаете! Ну…

Резкий взгляд на Волкова, и я заставила себя отвернуться. Сказала, обращаясь к мастеру-бармену:

– Наливай!

Тот опять-таки налил.

Пара минут тишины, дружное наблюдение за действиями кострового, который уже организовал угли. Ещё более дружное созерцание размещения над углями шампуров…

Потом новый полёт воздушных рюмок, и извлечение из пространства пары пузатых бутылок. Полётом рюмок заведовал один из представителей банды, а новую порцию алкоголя доставала, разумеется, я.

Вот после этого прозвучало:

– Ваше высочество, а вы действительно чудо! – Бывший спаситель.

– Мари, а не хотите навсегда присоединиться к нам? – Тот самый блондин.

Я польщённо зарделась, заулыбалась во все тридцать два зуба… И ничуть не удивилась, услышав нарочито-страдальческое:

– Не-ет, только не это!

Протест, разумеется, Волков выражал.

В этот миг в голову стукнула новая мысль: вспомнились каноны мужского фэнтези, расставание с «мулатками», не по годам развитая девица и категоричное нежелание Алекса пропускать завтрашний бал в доме генерала Гизли… И всё, внутри произошел взрыв!

Кобель. Гадкий, мерзкий, бессовестный, вонючий! Я ему девственность отдать собираюсь, а он…

От нового витка эмоций спасла очередная воздушная рюмка и байка, которую начал рассказывать Бор.

За этой байкой последовала и вторая, и третья, и даже четвёртая. Не то чтоб мне было прям очень интересно, но я слушала и подхихикивала. Очень быстро к байкам добавился аромат поспевающего шашлыка, и жизнь стала на порядок лучше.

Правда забыть о кобелизме идейного противника я всё равно не могла, и временами непроизвольно посылала ему испепеляющие взгляды.

Алекс эти взгляды ловил, а в какой-то момент даже не выдержал, поинтересовался:

– Машунь, что не так?

– Всё чудесно, – ответила невинно.

– Точно? – скептически переспросил он.

Принцесса промолчала и, подхватив протянутый ей шампур, временно из реальности выпала. Шашлык получился слишком вкусным, чтобы совмещать поедание с мыслями о распутных гадах!

А дальше… опять коньяк! Плюс, новые байки от представителей студенческой банды. И всё бы хорошо, но вот неприятность: я была несказанно красива, а состоящие в Чёрной стреле мужчины даже не пытались передо мной выделываться.

Хуже того, с какого-то момента, прежде чем заговорить, все косились на Алекса, как бы спрашивая позволения. Пусть реагировать на бывшего вождя племени Рейя не хотелось, но вот это прямо-таки взбесило.

При чём тут Алекс? Кто он такой, чтобы давать разрешение на общение со мной?!

Как итог, жахнув очередную рюмку коньяка, я не выдержала и красноречиво на Волкова зашипела. Идейный противник словно этого и ждал – подарил лёгкую улыбку и грациозно поднялся с бревна.

Потом приблизился, протянул руку и заявил:

– Пойдём прогуляемся.

– Угу. Щас, – буркнула я.

Только заразу отказ не впечатлил…

– Мар-рия, – тихо, беззлобно, но крайне выразительно, сказал он.

Я наморщила нос, а потом подумала и кивнула. Ладно, прогуляемся. Но если кое-кто снова полезет с поцелуями, я его придушу!

С этой мыслью ненаследная принцесса вложила руку в ладонь кареглазого негодяя и благополучно место дислокации покинула. Встала, чтобы тут же перебраться через бревно и позволить увлечь себя в тёмный-тёмный лес.

А вот там…


Ушли мы недалеко, всего на несколько метров. Вероятно, Алекс хотел утащить дальше, однако коньяк, помноженный на каблуки-шпильки, возможности не дал.

Я спотыкалась слишком часто и пару раз едва не упала. Более трезвому Волкову пришлось ловить, сжимая в объятиях, что лично меня вообще не радовало!

Когда остановились, соотечественник совсем уж гадкую гадость сделал – прислонил девушку к дереву. Я сперва запротестовала, замахала руками, а потом поняла, что шевелить конечностями совершенно лень, и вообще…

В том же, что касается Алекса, он этой заминкой воспользовался и спросил не без подколки:

– Ну и чего ты шипишь?

Очень захотелось послать его подальше, но мысль о собственном высоком титуле заставила собраться и ответить культурно:

– А почему бы нет?

Волков хмыкнул, однако продолжать допрос не стал. Просто стоял напротив и ждал непойми чего.

Я тоже ждала, попутно понимая – увы, но коньяка было многовато. Впрочем, будь шанс переместиться в прошлое, я бы всё равно употребила столько, сколько употребила.

– Ма-аш… – всё-таки не выдержал Волков, и я гордо вздёрнула подбородок.

Тут, вдали от костра, было на порядок темнее, но глаза уже начали привыкать к мраку, и лицо идейного противника я видела вполне отчётливо. На нём застыла знакомая раздражающая улыбочка.

– Машка, – вновь позвал он, и вот теперь я откликнулась…

– Что?

– Ничего. Хочу понять, почему ты такая злая.

Я непроизвольно наморщила нос и сказала, повинуясь не столько эмоциям, сколько парам коньяка:

– Да не почему. Просто бесит твоё вопиющее хамство.

Брови идейного противника красиво подскочили на середину лба, а в следующую секунду прозвучало:

– Когда это я тебе хамил?

– Да каждый раз. При каждой встрече.

– Ма-аш… – вновь потребовал пояснений он.

Лично у меня желания общаться с этой кареглазой ехидной по-прежнему не было, однако выпитый коньяк смотрел на вопрос иначе. Да и чувство справедливости резко взыграло.

– Ты невыносим, – сообщила в итоге. – Ведёшь себя, как последний кобелина, да ещё и гордишься этим! Нет, я понимаю, что в вашем мужском фэнтези беспорядочные половые связи – норма, но всё равно. Должны же быть хоть какие-то границы!

Брови собеседника приподнялись ещё выше, придав лицу выражение этакой оскорблённой невинности. Последнее вызвало новую волну раздражения.

– Не прикидывайся, – прошипела я. – Там, в Степи, у тебя был целый гарем, а тут, в Империи, ты сразу двумя мулатками обзавёлся. Если считаешь, что подобное поведение пристойно, то…

– Ну надо же, – перебили меня. – Действительно ревность. Кто бы мог подумать.

Я аж подпрыгнула. И лёгкое опьянение вкупе с неудобными каблуками этому манёвру не помешали.

– Не ревную! – выпалила грозно. – Просто пытаюсь понять, как я-то умудрилась попасть в этот список!

Как по мне, вот тут должны были прозвучать заверения из серии «Маша, ты не такая». То есть не рядовая и, значит, сравнивать нечего.

Но собеседник в лице Волкова повёл себя совершенно неадекватно – расплылся в очередной улыбке и сложил руки на груди, как бы сигнализируя: «давай, Машка, продолжай».

Это был перебор! Причём такой, что я вновь зашипела от негодования!

– Я… Да я… А ты!

– Ну что «я», – поддел Казанова недобитый.

В общем, пришлось сказать прямо:

– Я отдала девственность человеку, который даже не помнит про нашу ночь! Который перешел в другой мир и сразу завёл себе аж двух любовниц! Тому, кто…

Здесь я осеклась, захлебнувшись эмоциями и некоторой нехваткой аргументов. Вернее, склерозом – ведь аргументы точно были, я только вспомнить их не могла.

А Волков вдруг посерьёзнел и даже нахмурился немного.

– С чего ты решила, будто я забыл?

– Да с того! – грозно рыкнула я.

Удивительно, но новой ехидной улыбки на физиономии не проступило. Вместо этого я услышала:

– Маша, а что в твоём понимании «помнить»? Что я должен делать? Ходить и орать на каждом углу, что мы с тобой переспали и это было офигенно? Рассказывать друзьям, какая ты страстная и сладкая? Хвастаться трофеем в виде твоей девственность? Или попытаться затащить тебя в постель ещё раз?

– Мм-м… – умно ответила я.

Вопреки алкоголю, услышала всё, но зацепилась за единственное слово – «офигенно»! Блин, он правда так считает? Нет, ну честно?

Настроение как-то резко выползло из-под руин и начало расправлять крылья, а идейный противник…

– И про подружек-дроу… Что значит «сразу»? Машунь, это для тебя с момента нашего расставания до встречи прошло несколько дней, а я в этой дурацкой Империи уже год кукую. И откуда мне было знать, что снова пересечёмся? Единственное, что мне было известно: я опять угодил в чужой мир, и чёрт знает, выберусь ли отсюда хоть когда-нибудь.

Увы, но логика в признании соотечественника действительно имелась, только вопиющего поведения всё равно не отменяла.

– Две. – Я даже на пальцах показала. – Две девки. Одновременно!

Всё. Вот теперь его серьёзность опять отступила, а губы дрогнули в ухмылке, за которую хотелось прибить.

Ответ прозвучал совсем уж вопиюще:

– А почему нет, Машунь? Мы в фэнтези, и тут можно позволить себе то, что вряд ли будет уместно и осуществимо дома.

Настроение снова попыталось издохнуть, но зацепилось за прежнее «офигенно», и выжило. Однако демонстрировать данную перемену я не собиралась! Особенно после того, как собеседник заявил:

– Но вообще ты и сама хороша, Машунь. То с оборотнем по углам зажимаешься, то светлому эльфу глазки строишь, то… – тут предводителя Стрелы прямо-таки перекосило, да так, что он даже с мысли сбился. Выдал: – Зачем тебе этот дряхлый старикан?

Я, конечно, не сдержалась. Расплылась в коварнейшей из улыбок и едва не вернула Алексу его собственную фразу – мы в фэнтези, и тут можно позволить себе то, что неуместно дома.

Но быстро сообразила, что Волков, в силу присущего всем героям мужских книг скудоумия, вряд ли поймёт, и промолчала.

Вернее, сказала правду:

– С чего ты взял, что лорд Сирис дряхлый? Вдруг он любому, включая такую знаменитость как ты, фору даст?

Идейный противник не поверил и глянул насмешливо. Ну а я по-настоящему расцвела и испытала бешеное желание покрутиться на пятке.

Алекс, конечно, гад бессовестный, но тот факт, что он считает нашу ночь офигенной… Впрочем, стоп. Стоп ещё раз! Настоящего прощения бывший вождь племени Рейя ещё не заслужил. Во-первых, он мне изменял; во-вторых, непроходящий синяк на попе поставил; в-третьих, я слишком хорошо понимаю, чем наше общение может закончиться. И раз так…

Я гордо тряхнула волосами и уточнила:

– Всё? Допрос окончен?

– Допрос? – нелогично возмутился он. – Машунь, а ты ничего не путаешь?

Я если и путала, то виду не подала – просто отлепилась от дерева, обогнула собеседника и, по параболической траектории, потопала обратно – к коньяку и мясу.

Волков удерживать не пытался, но сразу догнал и зашагал рядом. В этот момент в моём мозгу родился ещё один невероятно важный вопрос.

– Кстати, о твоих подружках-дроу. Ты, когда с ними разбирался, случайно не спросил, почему они на меня напали?

– Бывших подружках, – поправил Алекс, и эти слова стали каплей бальзама. – Конечно, спросил.

– И? – подтолкнула я.

Прежде чем ответить, Волков поймал принцессу за локоток, лишая возможности споткнуться о какой-нибудь корень, и заставляя сменить параболическую траекторию на более прямую.

– Дроу всё не так поняли, – с явным неудовольствием заявил он. – Решили, что раз не уделяю им внимание, то это из-за тебя.

Я слегка зависла и глянула вопросительно. Тоже не понимаю. Он что хотел сказать?

– У нас с парнями шла подготовка к вот этой засаде на монстра, – с ещё большей неохотой принялся объяснять Алекс. – Как следствие, времени и сил на Гиту с Зитой не было. Но эти дуры решили, что раз в их постели не появляюсь, то получаю удовольствие где-то на стороне. Точнее, в твоей, Машунь, постели.

Я зависла снова. Нет, тот факт, что меня назначили разлучницей не удивил – я слишком красива, чтобы не приревновать. Причиной недоумённо нахмуриться стал другой момент.

– А как давно ты лишил девчонок секса?

– Какая разница? – попытался уйти в отказку Алекс.

Только я на суровый тон не купилась! Более того, заставила идейного противника остановиться и развернуться, чтобы в глазища его бессовестные посмотреть.

– Алекс… – позвала с нажимом.

– Машунь, – в голосе соотечественника зазвучала насмешка, – боюсь, ты тоже поймёшь неправильно. Но честное слово, невзирая на то, что ты мне симпатична, это было совпадение.

– Ага, – выдохнула я. – То есть где-то со дня нашей эпохальной встречи?

Волков промолчал, но было ясно, что догадка верна. И хотя чувств к заразе кареглазой не имелось, сердце сразу окрылилось, душа запела, и далее по списку.

Тот факт, что с момента моего появления Алекс на воздержании, реально радовал: просто, во-первых, мне с ним девственность терять, а во-вторых, хоть какая-то справедливость!

Когда же мы почти добрались до костра, в мозгу ещё один вопрос зародился…

– Ты не спал с дроу с момента моего появления, потому что готовил охоту на монстра, и ни сил, ни времени у тебя не было, – повторила суть услышанного я. – А на кино и кафешку время нашлось?

– Хм, – отозвался Алекс. – Представь себе.

И после паузы:

– Машунь, ты не поверишь, но в жизни и не такое бывает.

Я действительно не поверила и засияла пуще прежнего. Совпадение или нет, но оно реально радовало. Вот прямо очень!

Глава 21

В общагу я вернулась очень поздно, часа в три ночи. Причём пришла не столько порталом, сколько чудом! Вот реально – понятия не имею, как мне удалось воспользоваться магией, да ещё не расщепиться в процессе перехода. Но даже если бы меня расщепило, это точно лучше, чем взять и подчиниться Волкову.

А соотечественник тиранил, да… Когда коньяк и байки закончились, а представители Чёрной стрелы начали ну очень заразительно зевать, Алекс попытался склонить меня к неприличному. Начал утверждать, будто я пьяна и уговаривать забраться в спальный мешок.

Пел ну о-очень сладко! Мол, мешок тёплый, а подстилка из лапника настолько мягкая, что никакой разницы с обычной кроватью не заметишь. Однако любовь к комфорту, помноженная на чувство противоречия, оказалась сильней, и я всё-таки ушла.

При этом мне хватило смекалки телепортироваться не просто в комнату, а в примыкающую к ней ванную. Выглянуть и, убедившись, что Базилия спит, раздеться до белья и на цыпочках прошествовать к кровати.

Я шла бесшумно! По параболе, но с ловкостью женщины-кошки! Правда, эта ловкость не помешала пару раз споткнуться, и один раз даже упасть, но… Блондинка не проснулась. Только храпеть перестала, что, вообще-то, порадовало.

Дальше был прыжок под одеяло, встреча с подушкой и всё, забвение. Единственное, после засыпания сразу начал мерещиться огонь костра и комары, которых в том лесу вообще не наблюдалось.

Ещё снился Алекс – но так, обрывочно. Он сперва ехидничал, а потом с поцелуями полез. Гад.

Только смысл не в Алексе, и даже не во тьме, которая поглотила чуть позже, даря невероятное удовольствие. Смысл в пробуждении, которое… В общем, оно было каким-то не таким. Странным!


Проснулась я абсолютно внезапно, без всякой причины, словно по щелчку пальцев. То есть, всего секунду назад сознание пребывало в полной расслабленности, а тут р-раз, и всё.

Организм отреагировал аналогично – никакой утренней слабости или сонливости, никакой боли в мышцах или желания хоть на секунду прикрыть глазки. Плюс, никакого похмелья. Вообще! Словно вчера ни капли алкоголя не пила.

Последнее, разумеется, порадовало, однако чувство какой-то нереальности никуда не делось. В итоге, я аккуратно приподнялась на локтях и огляделась, пытаясь понять, что здесь и как.

Наша с Базей комната тонула в утреннем полумраке, а стрелки большого будильника подсказывали – время очень раннее, до подъёма целый час. На этом фоне, пустая кровать соседки вызвала огромное недоумение.

Тот факт, что кровать не застелена, свидетельствовал – Базилия где-то рядом. Только на уровень недоумения это не повлияло, и вообще…

Непроизвольно нахмурившись, я огляделась снова и лишь теперь заметила тонкую полоску света, которая из-под двери ванной пробивалась. Этот момент вызвал новый прилив необъяснимо-странных чувств. Причём сильнейший!

Раньше, чем сообразила, что делаю, я выскользнула из-под одеяла и покралась к той самой двери. Шла не как вчера, а действительно тихо – так, что и сама себя не слышала.

А добравшись до пункта назначения, прильнула ухом к замочной скважине и прифигела. Белокурая Базя с кем-то общалась, и речь… шла обо мне.

– Да, очень поздно и абсолютно пьяная, – вещала соседка. – Пока добралась до кровати, половину комнаты разнесла.

Пауза, а потом продолжение:

– Не знаю. Судя по запаху от одежды, она возле какого-то костра сидела. Но где этот костёр нашла – ума не приложу. Вообще, она должна была встречаться с Ататриэлем.

Новая короткая пауза, и дальше:

– Угу, с тем самым эльфом.

Тут Базя замолчала опять, а я прифигела сильнее. Правда, с выводами спешить всё-таки не стала, а спустя несколько очень долгих секунд, услышала:

– Из нового… Во-первых, вот это появление. Я-то уже спала, но клянусь, Мари не через дверь входила. Такое чувство, что её телепортировали, а может она и сама… Что? Ну да, сама освоила телепортацию. После той некромантии лично я ничему уже не удивлюсь.

Опять пауза, а следом:

– Во-вторых, тут очень странная одежда, такой в гардеробе Мари точно не было. Причём обувь… я подобной никогда не видела. Даже в заграничных журналах!

Снова тишина, и…

– Каблуки, как гвозди. Ещё какая-то очень хитрая застёжка вдоль всей ноги… Нет, технология незнакомая… Простите, но я правда не знаю, где она эту обувь достала. Это было без меня, и вообще…

Теперь Базя сильно понизила голос, но я всё равно слышала:

– С некоторых пор, есть такое чувство, будто Мари намеренно от меня скрывается. Клянусь, я веду себя как обычно, но она словно заподозрила что-то… Что? Нет, я не уверена, что это хорошая идея… Ваше величество, но ведь она… Но… Мм-м… Простите, конечно вам видней!

И после очередной паузы:

– Разумеется, доложу! Сразу же! Как только что-то новое или непонятное, тут же свяжусь с вами по амулету! Да-да. Конечно-конечно. Я…

Слушать дальше я не стала – зачем, если смысл и так ясен? Возможностью вернуться в постель, притвориться спящей, а потом напичкать шпиона какой-нибудь вопиющей дезинформацией, тоже не воспользовалась. А нафига?

Вместо этого, я разогнулась и, отступив на пару шагов, привалилась плечом к стенке. Значит, лучшая подружка. Ну-ну.

Дверь ванной комнаты открылась минут через пять. Блондинка выходила крадучись, как воровка. А заметив замершую рядышком меня, вздрогнула всем телом и даже подпрыгнула. Я отреагировала куда спокойнее – растянула губы в ласковой улыбке и сказала:

– Привет.

– При… – начала было Базя, но осеклась.

Секунда, глубокий вздох, и девушка взяла себя в руки. Испуганное выражение с пухленького лица сдуло, губы растянулись в ответной улыбке, да и голос зазвучал совершенно иначе. Так, словно ничегошеньки не произошло!

– Ой, – выдала блондя. – А ты чего не спишь? Чего вскочила в такую рань? И…

Вот тут взгляд стукачки упал на моё бельё, и наигранное благодушие отступило под действием шока. Просто бюстиков и кружевных трусиков современного фасона в этом мире не имелось, не удивительно, что Базя опять в некоторую прострацию впала.

Но самое интересное, что блондинка этой своей прострацией воспользовалась! Она указала пальчиком на меня и выдохнула:

– Это что? Откуда?

– Оттуда же, откуда и сапоги, – доброжелательно ответила я. И прежде, чем Базя попробовала развить тему: – Ты ни о чём не хочешь мне рассказать?

Блондинка, нужно отдать должное, сообразила сразу. Невинное изумление тоже буквально тут же, причём с высочайшим профессионализмом, разыграла.

Голубые глазки округлились, рот слегка приоткрылся, брови плавно поползли вверх, чтобы замереть, достигнув середины лба.

– А-а… – сообщила соседка.

– Не прикидывайся, – перебила этот порыв я.

Теперь Базя нахмурилась. Спросила:

– Мари, что случилось?

Всё. Играть в благодушие я перестала. Отлепилась от стенки и, грозно уперев кулаки в бока, потребовала:

– Рассказывай!

– О чём?

Соседка мило захлопала ресничками, превратившись в этакую куколку. Признаваться точно не собиралась, даже с учётом того, что её с поличным поймали.

Пришлось кивнуть на руку, в которой было зажато нечто крупное и точно магическое. То есть тот самый амулет, с помощью которого Базя императору стучала.

Только блондинка опять-таки не впечатлилась и отрицательно качнула головой. Мол, я не – не я, и вообще – не знаю, что ты тут навоображала, а я просто в туалет ходила!

– Ах так…

В моём голосе послышалось шипение, но это фигня. Куда интереснее другое – ощущение, которое в глубинах души возникло. Это была чёткая убеждённость – вывести Базилию на чистую воду можно! Нужно… просто пожелать.

Я, разумеется, пожелала. А в следующую секунду в действие вступили рефлексы. Почти как в случае с избиением Хуго и некромантией, рука сама взметнулась вверх, пальцы сложились в некий магический жест, а с губ слетела этакая заковыристая абракадабра.

И всё! Блондинку овеяло зеленоватым туманом, под действием которого…

– А чему ты возмущаешься? – выпалила Базя. – Или ты всерьёз верила, что его величество Тариус может оставить тебя без присмотра? Ты настолько глупа?!

Я аж отшатнулась. Просто не думала, что заклинание подействует настолько быстро. В том же, что касается глупости и веры… Ну, вообще-то, у меня тут позитивное женское фэнтези, в котором и не такое бывает.

– Да, я следила! – продолжила соседка. – И докладывала обо всём, что посчитаю нужным! Делала это с самого начала, с того дня, как нас заселили в одну комнату!

Мм-м… Какая прелесть.

– А его величество платил! Ещё обещал титул и хорошую должность после окончания академии! Только ничего предосудительного тут нет. Если бы я не согласилась на сотрудничество, они бы кого-нибудь другого в оборот взяли!

Я невольно скривилась. Просто вспомнился разговор о том, что дружба с принцессой считается опасной и возникший тогда вопрос – а почему со мною дружишь ты? Базя ответила, что мы соседки и раз так, то куда от дружбы деваться? Я ей поверила. А теперь… Эх, ну что же она так?

Впрочем, вероломство лучшей подруги было не единственным поводом для печали – после признаний Базилии в мозгу вспыхнула ещё одна догадка, и настроение плавно поползло вниз.

Я же поспешила уточнить:

– А что можешь сказать насчёт Хуго?

Облачённую в ночную сорочку собеседницу аж перекосило! Кажется, Базя очень хотела промолчать, но зелёный туман подобной возможности не дал.

– Урод! Грязный вонючий оборотень!

– Но я с ним встречалась, – напомнила, клацнув зубами. – И ты, как понимаю, ничего против не имела.

Вот действительно. Мою привязанность к косматому Базилия воспринимала совершенно спокойно, а я этому спокойствию верила. Только где-то на самой грани сознания жил червячок – ведь настоящая подруга вряд ли станет поощрять подобную связь. Настоящая подруга должна отговаривать от встреч с блохастым, заразным индивидом!

– Имела! – заявила блондинка. – Только показывать настоящее отношение не могла!

– Почему? – уточнила я хмуро.

– Хуго предложил хорошую сделку. Он оценил моё содействие в десять золотых ежемесячно.

Увы, но к такой правде я была не готова. Даже в ступор на пару секунд впала, и не сразу сообразила, о чём именно речь.

Ну а когда информация дошла, я спросила:

– Деньги? Опять? Но зачем тебе столько?

– Что значит «зачем»? – в голосе собеседницы очень ядовитые нотки прозвучали. – Это ты у нас принцесса! Это у тебя, при желании, всё что захочешь будет! И тысяча нарядов, и счета во всех банках, и принц с родословной на пятьсот листов! А мы – люди простые. У нас таких привилегий нет! И чтобы получить хоть сотую долю того, что имеешь ты, я вынуждена крутиться, как ужаленная под хвост белка!

Базя замолчала, а я задумалась. Вспомнилась жизнь в родном мире – уж где, а там я принцессой не была. Училась, как все, потом, опять-таки как все, работала. Однако мне бы и в голову не пришло продать кого-нибудь из подруг-приятельниц. Это было где-то далеко за гранью.

– Что? – выдала Базя агрессивно. – Будешь осуждать? Читать морали? Рассказывать, как мне нужно жить?

Я, конечно, могла, но поступила проще – продемонстрировала блондинке оттопыренный средний палец и, развернувшись, направилась к шкафу. Мне требовалось чистое бельё, чулки и платье. А ещё ванная, чтобы привести себя в порядок перед неминуемой встречей с одним излишне щедрым оборотнем.


В коридор, в котором располагалась комната единственного наследника Вожака Стаи, я вошла истинной красоткой. Платье яркое, туфельки начищены, реснички и губки накрашены, грива каштановых волос заплетена в пусть несложную, но тугую косу.

Ещё от меня «Шанелью» пахло – духи были призваны заглушить флюиды злости. Ведь у каждой эмоции есть свой запах, а животные такие запахи распознают, разве нет?

А злилась я очень сильно. Готова была рвать и метать! Казалось, поднеси ко мне спичку, и всё, капец, причём полный!

Зато лицо оставалось спокойным, словно ничего особенного не произошло. Будто так и надо. Будто никаких продажных подруг и подлых драных кошаков в моём окружении нет!

Общага уже просыпалась. По пути я встретила целую кучу народа, и это невзирая на то, что до завтрака оставалось больше часа. Кстати, косматые тут тоже были – двое из них провожали наших, человеческих девчонок. То есть процесс единения народов, спровоцированный моей скромной персоной, начался.

Последнее могло порадовать, а я наоборот испытала чувство глубочайшей досады. Ведь для себя старалась, а Хуго… мало что сволочь, так ещё и с барьером до сих пор не разобрался!

Впрочем, уж от чего, а от разговора с обманутой принцессой, никакие барьеры не спасут. Хоть сто, хоть тысячу магических вуалей поставьте!

С этой мыслью я… замедлила шаг. Просто комната гадкого ирбиса была довольно близко, а врезаться в тот самый барьер со всего маха не хотелось. Такая осмотрительность дала плоды, и встреча с преградой получилась мягкой. А вот после этого…

Я огляделась и, убедившись, что отирающиеся поблизости студиозусы в мою сторону не смотрят, аккуратно пихнула руку в пространство. Что именно воображала? Ну, разумеется, лом!

Спустя ещё секунду, я ощутила прохладу и тяжесть металла. Губы сразу растянулись в предвкушающей улыбке за которой последовал замах и негромкое, но внушительное:

– Бздынь!

А после ещё кое-что:

– Шррр… – с таким вот звуком разрушенный магический барьер осыпался.

«Бздынь» и «Шррр» точно слышала не я одна, однако оборачиваться и что-то кому-то пояснять Мари Брехунье не стала. Вместо этого, смело преодолела последние шаги до двери и постучала. Причём не кулаком, а тем же ломиком.

Дальше были минуты ожидания, распахнутая дверь, полуголый мачо с широкой волосатой грудью и изумлённое:

– Мари?

– Привет, кошачёк, – бодро оскалилась я. И, не дожидаясь приглашения, шмыгнула в апартаменты оборотня.

Вообще, учитывая всё происходящее, ожидала многого! Клянусь, я бы ни капли не удивилась, обнаружив здесь какую-нибудь полуголую красавицу или даже красавца в неглиже.

Однако комната оказалась совершенно пуста, а кровать застелена. Первое однозначно свидетельствовало в пользу того, что Хуго здесь один, второе подсказывало – оборотень ночевал не в общаге.

– Опять в лес бегал? – уточнила я.

Лишь после этого развернулась, дабы взглянуть на брутального мачо с атлетичной фигурой. Хорош, зараза. Нет, в самом деле хорош! Но…

Хуго ответить не потрудился. Вместо этого прикрыл дверь и собственный вопрос задал:

– Мари, как ты прошла? Куда исчез барьер?

Я машинально похлопала ломиком по раскрытой ладони и… тоже не сказала. Ведь он мой вопрос проигнорировал, так почему я откровенничать должна?

Кошак застыл в недоумении, ну а сообразив, что всё точно непросто, шагнул навстречу и позвал обеспокоенно:

– Мари?

Я разумно отступила и оскалилась пуще прежнего. А потом вдохнула глубоко-глубоко и обратилась к полученным в подземном данжеоне знаниям!

Какой-то магический пасс, непередаваемая абракадабра заклинания, и Хуго овеяло уже знакомым зеленоватым туманом. Следом прозвучал концептуальный вопрос:

– Котик, а ты меня любишь?

– Ну, разумеется, нет, – ровно ответил он.

Сказал, а желтые глаза прямо-таки из орбит полезли от изумления. Кажется, он хотел исправиться, поменять ответ, но… Нет, не смог.

Так как иллюзий уже не имелось, я отреагировала спокойно. Даже не расстроилась! Ну разве что слегка…

– А про десять золотых для Базилии – правда?

– Да, – ответил косматый. – Но откуда ты знаешь?

Я указала на туман и пояснила милостиво:

– Всё оттуда же.

Хуго дёрнулся! Однако туман удивительным образом уплотнился, и оборотень остался там же, где и был. Вытаращился пуще прежнего, яростно махнул руками, а ещё через миг выдал уже испуганное:

– Мари!

Я ответила очередным оскалом. Да-да, я Мари, а ты – подлый, совершенно бессовестный совратитель!

Впрочем, это сейчас неважно. Куда интереснее понять…

– Хуго, а зачем ты это сделал? Зачем тебе вообще понадобился роман со мной?

Котик, опять-таки, воспротивился. Только магическому мареву было глубоко плевать на все поползновения этого волосатого мачо. В итоге я услышала правду, и… Блин, ну что же мне так не везёт?

– Присоединив земли оборотней к Империи, Тариус оставил нам право жить по законам Стаи. Только этого недостаточно. Этого мало! Мы не имеем никакого влияния, и это ставит суверенитет народа под угрозу. Нам необходимо усилить позиции и получить рычаг влияния на корону. Для этого и нужна ты.

И после паузы:

– Найти подступы к другим принцессам не удалось, а ты оказалась отличной добычей. Я даже в академию ради тебя пошел! Правда, первое время ты сопротивлялась, цеплялась за этого уродливого эльфа, но потом, благодаря моим ухищрениям и влиянию Базилии, сдалась. Ты стала моей женщиной, и…

– Погоди, – перебила я. Даже руку в упреждающем жесте выставила. – Давай без интимных подробностей.

Кошак действительно замолчал, а я брезгливо поморщилась. Потом спросила:

– А дальше-то что? Что ты намеревался делать? Уволочь меня в свой тёмный лес?

– Ну да, – признался гад.

– А что насчёт свадьбы?

На лице оборотня появилась не самая приятная улыбка…

– Я бы женился. Но только по законам Империи.

Сразу вспомнились книжные каноны, и интриги, увы, не вышло. Ведь совершенно ясно, что в Стае законы Империи никакой силы не имеют, ну а раз так, то… Хуго мог параллельно жениться на какой-нибудь оборотнихе. Той самой, которая бы родила ему полноценного альфу с «чистой» кровью, и считалась единственно-законной супругой в Стае. А я… Я бы ширмой была. Этаким парадно-выходным костюмом.

Да, всё было ясно! Только допускать ошибку из серии «сама придумала – сама поверила» я не стала, и мысли озвучила.

Ну а когда Хуго выводы подтвердил, испытала бешеное желание подойти и… ка-ак треснуть ломиком промеж глаз!

– Скот, – выдохнула я. – Грязный, вонючий и… блохастый!

– Уже не бло… – начал было он, но тут же заткнулся. А ещё лицо жалостливое сделал, и вообще.

Только я на уловку не купилась – спасибо, но после всех признаний, никакая актёрская игра не поможет. Даже смена ипостаси и демонстрация чёрных пятнышек не спасёт!

Желания узнать детали, уточнить есть ли кандидатура на роль будущей «настоящей жены» не возникло. Смысл? Ведь главное уже известно – меня не любили, а купили, и собирались использовать, как козырь в политической игре.

Ну а учитывая, что Базилия плотно сотрудничала с императором, и тот явно платил больше… В общем, не удивлюсь, если «папа» о плане оборотней знал. То есть я имела шанс увязнуть в самом грязном и неприятном – в политике.

Фу-у-у!

Пользуясь ступором, который навевал магический туман, я обогнула оборотня и направилась к двери. Я намеревалась нанести ещё один визит вежливости – посетить Ататриэля.

Глава 22

В столовой нашей Объединённой Академии Магии было, как всегда, шумно. Представители нескольких фэнтезийных рас поглощали пищу, общались, перешучивались и обменивались взглядами.

Все чувствовали себя отлично, и только я пребывала в состоянии этакой унылой грусти. Плакать не хотелось, но упаднические настроения лезли из всех щелей.

Общаться тоже не желала, именно поэтому, наполнив поднос, отправилась не к «своему» столику, а к другому, к пустующему. Уселась, потом поймала взгляд Лириэли и отрицательно качнула головой, когда эльфийка показала, что хочет подойти.

Сокурсница послушалась, и я вздохнула свободней, а едва сделала первый глоток кофе, настроение окончательно сдохло. Нет, напиток был отличным, и дело не в нём. Просто в столовой объявились Хуго с Ататриэлем.

Первый выглядел пришибленно, второй радостью тоже не пылал и, хотя между нами всё было уже ясно, парни не постеснялись расположиться за противоположным столиком и пристально уставиться на меня.

Они… словно извинялись и предлагали забыть услышанное, но я не могла. Да и не хотела, если честно.

Угу, эльф с глазами цвета фиалок тоже проштрафился. Не так сильно, как оборотень, но всё равно. Допрос с применением тумана показал: ушастый закрутил роман с принцессой дабы компенсировать свой «маленький недостаток». Доказать и сородичам, и всем остальным, что он не только один из лучших стрелков-фехтовальщиков, но и пользуется успехом у «высокопоставленных женщин».

То есть не любил! А теперь, когда у него всё там отросло, намеревался гулять направо и налево! Хотел отыграться за те восемьдесят с лишним лет в течение которых женский пол относился к нему с некоторой насмешкой.

Я желания Ата понимала, но легче от этого всё равно не делалось. Гад он. Гад и негодяй! Впрочем, на фоне Хуго…

А вот Базилия на завтраке не появилась, что, конечно, настораживало. Только настороженность была очень смутной – её вытесняли мысли о моём соотечественнике, об Алексе Вульфе.

Какой он всё-таки зараза. Какой бесчестный человек! Ведь мы договорились, что друг к другу не лезем, а он… взял и снова испортил всё моё замечательное, почти идеальное фэнтези!

Ведь ситуация с подкупами и стукачеством – однозначно баг, а багами именно он, Волков, заведует. То есть его мерзкие мужские флюиды просочились на мою территорию, невзирая на договоры. Пришли и всё перевернули!

Клянусь, если бы Алекс был сейчас в академии, я бы пошла и всё-всё ему сказала! Но бывший вожак племени Рейя как раз летел на драконе, и телепортироваться было стрёмно.

Поэтому приходилось сидеть и негодовать, негодовать и сидеть! А ещё созерцать двух фэнтезийных дебилов в лице Хуго и Ата.

Когда эмоции достигли пика, я не выдержала. Сложила полупустые тарелки на поднос, отнесла всё на стол для грязной посуды и отправилась к аудитории, в которой должна была состояться первая лекция.

Я надеялась, что учёба поможет отвлечься от неприятного, и у меня были все шансы, но… Попаданка совершенно забыла о присутствии в её сказке ещё одного персонажа. А зря! Вернее, очень зря…


Лорд Сирис не выпрыгнул и не выскочил – он появился не внезапно, а очень даже планово. Я увидела ректора задолго до того, как тот приблизился. Он шел по коридору, навстречу мне.

Мысли о том, что столкновения лучше избежать, не возникло, желания помандражировать – тоже. Вообще, после полученных с помощью зеленоватого тумана признаний, я ничегошеньки не боялась.

Куда хуже-то?!

Вот и не свернула! Наоборот – расправила плечи, задрала подбородок и растянула губы в невинной улыбке. А когда Сирис оказался в паре шагов, притормозила и сказала вежливо:

– Доброе утро, лорд.

Ректор доброжелательно кивнул.

Затем остановился и тоже улыбку подарил, но какую-то слишком уж спокойную.

А потом с тем же спокойствием спросил:

– Мари, а где ты вчера была?

– Э-э… – ответила я. – Э-э…

Сирис, который лично для меня по-прежнему выглядел молодо и брутально, сложил руки на груди и слегка, вот самую малость, прищурился. В этот миг интуиция резко встрепенулась и шепнула: Ма-а-аш, мы, кажется, влипли.

– Думаешь? – уточнила я.

На лице ректора отразилось недоумение, а принцесса, сообразив, пояснила:

– Извините, это я не вам.

– А кому? – спросил синеглазый.

Студентка факультета Любовной магии благоразумно промолчала, а лорд…

– Мари, нам нужно поговорить!

Интуиция вздрогнула и состроила жалобную моську. Мозг активизировался в судорожной попытке придумать что-нибудь, что способно нас спасти, но… руководитель ВУЗа возможности поразмышлять не дал – крепко ухватил за локоток и потащил к ближайшей лестнице.

Ёп…перный театр! Да что же за день сегодня? Международный день обломов и неудач?


К ректорскому кабинету я шла, словно на каторгу. Через приёмную, где обитала мадам-секретарь, как через камеру пыток проходила.

Очутившись в знакомом помещении и усевшись на опять-таки знакомый стул, удовольствия тоже не испытала. Просто в воздухе появился отчётливый запах какого-то глобального капеца.

Некоторое облегчение я почувствовала лишь после того, как Сирис подарил ещё одну улыбку и спросил:

– Чаю хочешь?

– А… я только что из столовой, – сказала на выдохе.

Кстати, самого ректора в столовой не видела. Или не заметила? Впрочем, не в этом суть. Куда интереснее другое – зачем меня сюда привели и что за разговор будет?

Хоть бы банальная сцена ревности! Хоть бы…

Я инстинктивно скрестила пальчики наудачу и сделала самое невинное лицо. А лорд глянул как-то ну о-очень загадочно, потом спросил:

– Боишься?

– А надо? – жалобно пропищала я.

Пауза. Не то чтоб пугающая, но боязливые мурашки всё равно побежали.

– Как прошло свидание с Ататриэлем? – спросил Сирис.

Я шумно выдохнула и скорчила жалобную гримасу. Спустя ещё секунду, вздрогнула, ибо ректор спросил:

– А по лесу-то с кем гуляла?

Уж не знаю почему, но мысль о том, чтобы выдать Алекса и Чёрную стрелу, вызвала прилив паники. Зато эмоции подстегнули мозг, и решение нашлось почти моментально.

– Я? По лесу? – И после того, как стало ясно, что в невиновность ректор всё равно не поверит: – С Хуго. С кем же ещё?

Улыбка, озарявшая лицо синеглазого лорда, превратилась в оскал, зубы зловеще клацнули…

– Мари, зачем тебе этот оборотень? Неужели ты до сих пор не поняла, что он тебя использует?

Ыыы. Что на такое ответить? Рассказать про магический допрос и признаться, что теперь-то уже понимаю? Или притвориться дурочкой? Или перестать защищаться и самой в атаку пойти?

После всех утренних событий, в позитив вообще не верилось, но я собрала волю в кулак и выбрала последнее. Даже рот открыла, желая спросить – а что насчёт самого лорда ректора? Он искренне в мою чудесную персону влюбился, или как?

Но Сирис сказал быстрей:

– Мари, я понимаю твою горячность – тоже молодым был. Но давай так: разбираться со всеми твоими иллюзиями насчёт парней будем позже, а сейчас примем решение.

Увы, но запах капеца стал на порядок отчётливей, да и мурашки с новой силой побежали. И я, разумеется, спросила:

– Какое решение?

Руководитель нашего ВУЗа грациозно присел на краешек стола и, выдержав короткую паузу, заявил:

– Мари, час назад мне пришла бумага от твоего отца. Мы, маги высшей категории, императору, конечно, не подчиняемся, но тут иной случай. Ситуация предельно серьёзная, а приказ уже согласован с Орденом. То есть проигнорировать волю Тариуса я не могу, но…

Я сглотнула. А ещё съежилась и приготовилась услышать нечто мерзкое.

– Есть лазейка, – после новой паузы, продолжил Сирис. – В данный момент ты дочь своих родителей и не больше. На тебя распространяются все законы Империи, ну и воля отца в придачу. Однако если статус поменяется, то я смогу отказать и Тариусу, и Ордену, и всем остальным.

– А если попонятнее? – не выдержав, попросила я.

Синеглазый кивнул и заявил:

– Ты можешь стать моей женой, Мари.

Шок? Всё-таки нет. В конце концов, предложение было вполне в рамках канонов. Форма близкая к ультиматуму в каноны тоже укладывалась, а единственный баг заключался в том, что замуж я категорически не хотела. То есть действительно! Вообще! Никак! Даже в глубине души!

Более того, после вопиющего намёка о необходимости смены фамилии, сделанного Волковым, тема брака мною не рассматривалась. Дать Алексу ещё один повод для подколок? Ну уж нет!

В итоге я спросила осторожненько:

– А если женой не становлюсь?

– Тогда я буду бессилен, – вздохнул ректор.

– А… если вы будете бессильны, тогда что? – задала новый вопрос я.

Руководитель нашего ВУЗа вздохнул ещё раз и подарил новую несколько пугающую улыбку. Лишь после этого пояснил, но…

Вот лучше бы я этих пояснений не слышала!

– Видишь ли, Мари… Дело в том, что Тариус каким-то образом узнал о твоей травме. О ряде других моментов, включая обретение новых магических умений, ему тоже известно. И теперь император утверждает, что речь идёт не об амнезии, а о подмене. То есть, что ты не Мари Брехунье, а вселившийся в её тело демон.

– Э-э… – прокомментировала ситуацию я. – Э-э…

– А самое неприятное, что обвинения не лишены смысла, – продолжил Сирис. – Изменения, которые произошли в тебе, действительно слишком велики, и это заметил весь преподавательский состав. Но мои подчинённые промолчали, потому что я попросил не вмешиваться.

– А почему вы попросили не вмешиваться? – вновь полюбопытствовала я.

После короткой паузы услышала:

– Чувства, Мари. Я очень давно ничего подобного не испытывал.

С одной стороны стало приятно, а с другой сердце слегка похолодело. Я нервно сглотнула, потом кивнула, потом отрицательно помотала головой. А собравшись с мыслями очередной вопрос задала:

– И что будет, если вы отдадите меня Тариусу?

– Пытки. – Прозвучало настолько ровно, словно речь о какой-то прогулке, или банальном походе в булочную. – Серия специфических истязаний, которая будет длиться до тех пор, пока Мари Брехунье не вернётся в обычное состояние ума, ну или… умрёт.

Я сглотнула снова, и почувствовала, как к мурашкам добавилась сильная дрожь.

Вот блин. Действительно день обломов. Но самое обидное и несправедливое – заподозрить во мне какого-то демона. И это при том, что я практически ангел во плоти!

– Мари? – позвал синеглазый, но я промолчала. Просто сидела и пыталась полученную информацию переварить.

Ректор такой реакцией не удовлетворился, спросил:

– Что, совсем замуж за меня не хочешь?

Я подумала и промолчала. А он…

Руководитель нашего ВУЗа плавно отлепился от стола и не менее плавно шагнул навстречу. Затем опустился на одно колено, подхватил мою дрожащую руку и принялся её целовать.

Вернее, поцелуй был вначале, а после него мне подарили загадочный взгляд и принялись поочерёдно облизывать ни в чём неповинные пальчики.

Ыыы!

– Лорд Сирис, – не выдержав, пропищала я, и конечность из капкана выдернула. Спустя ещё секунду, не выдержала снова – аккуратненько вытерла оную часть тела о мантию.

Ректор, разумеется, всё видел, и совершенно не порадовался.

– Значит, не хочешь, – вслух заключил он.

Я опять-таки промолчала, и даже невинное лицо сделала. Ну а справившись со шквалом эмоций, собственный вопрос задала:

– То есть вы в моей сущности тоже не сомневаетесь? И, тем не менее, хотите жениться? А не страшно жениться на демоне?

Новая подаренная мне улыбка была какой-то совсем уж особенной, а лорд ректор отстранился, чтобы тут же подняться на ноги и отступить на пару шагов. Он шумно втянул ноздрями воздух, раскинул руки, и…

– Ой, – панически выдала я.

Просто свет внезапно померк, а через миг передо мной возникло существо, место которому в ночных кошмарах, причём самых жутких!

Массивные загнутые назад рога, провал вместо носа, синее свечение в прорезях глаз! Рост тоже увеличился, а руки превратились в уродливые когтистые лапы. Плюс, добавился запах смешанной с аммиаком серы, и ещё какого-то не менее вонючего вещества.

– Ыыы! – сказала уже вслух, и едва в обморок не упала – дело в том, что Сирис приоткрыл рот, продемонстрировав толстый раздвоенный язык и острые желтоватые клыки.

Мозг забился в истерике, чувство самосохранения – тоже. А где-то на грани сознания вспыхнуло воспоминание о гигантской твари, которую Алекс и Ко по лесам ловили. Как он там говорил? Порождение Хаоса?

Пусть в местных проблемах я не разбиралась, но возникло чёткое ощущение, что от лорда Сириса именно Хаосом веет. Потом опять гигантская тварь вспомнилась, и…

– А собачка-людоед, которая по Империи бегает, случайно не ваша?

– Случайно моя, – радостно отозвался лорд.

Всё. Дева очутилась на грани самого настоящего обморока, а ещё в туалет захотела, причём очень сильно. Параллельно в её голове сложился незамысловатый пазл – вот же он, главный гад, подлежащий уничтожению «героическим» Алексом!

Ещё подумалось – а ведь как шикарно всё могло сложиться! Я замужем за главным гадом, Волков выступает против нас обоих, а мы троллим этого фаната мужского фэнтези и регулярно оставляем с носом, но…

Во-первых, девственность. Я же имею все шансы перенестись в родной мир после первой брачной ночи. Во-вторых, абсолютное отсутствие нежных чувств к Сирису, а замуж без любви я не могу. Ну и третье: читать про роман с вот таким вот рогато-демоническим мужчиной – это одно, а впустить такого в свою жизнь и постель… Не-ет, я всё-таки против. Можно мне кого-нибудь попроще? Побанальнее?

Повинуясь охватившей панике, я закусила губу и глянула на Сириса ещё раз. Вдохнула, выдохнула, и вот после этого нашла в себе силы изобразить улыбку.

– Ой, у вас такие красивые рога, – сказала с придыханием. Прозвучало очень искренне! Так, что и сама почти поверила! – И глаза… Мм-м… лорд ректор, я поражена.

Тьма, окутавшая кабинет, плавно развеялась, а Сирис вернулся в прежнюю, человеческую форму. И руки на груди сложил! И заинтригованно заломил бровь – мол, давай, Машунь, продолжай.

Ну я и продолжила!

Вспорхнула со стула, подлетела к нему и, завороженно погладив прикрытый рукавом чёрной мантии бицепс, нежно заглянула в глаза.

– Вы открылись для меня с новой стороны, – сказала опять-таки с придыханием. – Не думала, что вы такой. Теперь ваше предложение выглядит гораздо привлекательнее.

– Но? – верно уловив интонации, подтолкнул Сирис.

– Я не могу так сразу. Мне нужно чуть-чуть времени, чтобы подумать.

Угу. Реально чуть-чуть. Буквально до обеда! Ведь к обеду Алекс точно в академию вернётся, и тогда…

– Мари. – Прозвучало очень сладко. Вернее, настолько сладко, что аж жутко сделалось!

В следующую секунду руководитель ВУЗа взял меня за подбородок и наклонился, чтобы опалить дыханием губы.

– Времени на раздумья нет, – прошептал он. – У меня приказ.

Бли-ин! А по папу-то я и забыла!

Мозг вновь заметался в панике, но решение нашлось быстро.

– Но вы же такой большой и могущественный…

– Конечно могущественный, – подтвердил ректор. – Однако ввязываться в драку с целым Орденом не готов. Это слишком затратно, Мари. К тому же, это разрушит мою легенду.

Пришлось прибегнуть к самому жесткому из всех каноничных методов – сделать большие и о-очень жалобные глаза.

Секунда. Две. Три. И… брутальный красавчик сдался.

Он отпустил мой несчастный подбородок и сказал:

– Ладно, Мари. Думай. Но только до утра!

Я чуть не подпрыгнула от счастья! Ура! Дело сделано, осталась малость – дождаться Волкова и…

А вот закончить мысль я не успела. Просто Сирис взял за руку, и окружающее пространство изменилось. Светлый просторный кабинет исчез, вместо него появился мрачный коридор, грубая каменная кладка и факелы.

Ну и ещё кое-что! Массивная деревянная дверь с небольшим, закрытым стальной решеткой окошком.

– А… – начала было я, только ректор возможности спросить не дал. Он стремительно распахнул эту самую дверь и впихнул меня в крошечное, дышащее сыростью помещение.

Ещё миг, и дверь захлопнулась, а я услышала, как проворачивается ключ в замке.

Погодите! Это что? Это как?!

Я резко развернулась и уставилась на Сириса в оба глаза. Он тоже смотрел – сквозь ту самую решетку.

На брутальной физиономии читались печаль и сочувствие, легче от которых, конечно, не стало. Выданный ректором комментарий, радости тоже не принёс:

– Тут немного темновато, – сказал он, – но поверь, это лучшее место для размышлений. Здесь гораздо чаще рождаются умные мысли, к тому же, сама понимаешь, учитывая твою способность к телепортации, оставить тебя на свободе не могу.

Я очень хотела ответить, но слов не нашлось. Вернее, слова-то были, но эмоции зашкалили, и единственное, на что оказалась способна – беззвучно открывать и закрывать рот.

Вот же скот! Гадкий, мерзкий, лишенный всякой совести Упырь! Да как он вообще смеет поступать со мной подобным образом! Ведь я… я…

– Я принцесса! – Нет, с эмоциями не справилась, но сказать всё-таки смогла.

Ректор улыбнулся уголками губ и кивнул, соглашаясь.

– А ещё тебя к пыткам приговорили, – напомнил он.

Очень хотелось выглядеть приличной, но я не смогла – крепко сжала кулаки, вскинула голову и взвыла. Попутно вспомнила весь запас бранных слов, однако выдать этот запас оказалось некому – переодетый человеком демон уже исчез.

То есть да! Он ушел, а я осталась! В крошечной грязной камере без окон. Но самое неприятное – я уже знала, что тут, как и в покоях самого Сириса, телепортационные заклинания не работают. И раз так, то… как же я с Волковым свяжусь?!

Осознав степень засады, я взвыла снова.

Потом подумала про предстоящее изгнание из Мари Брехунье демона, и захотела зарыдать.

Это что за нафиг? Что за незапланированные баги? Что за бракованное фэнтези?! Ведь я была хорошей девочкой, а они!.. Они!

– Мама… – пропищала я.

Громко хлюпнула носом, вытерла этот самый нос рукавом мантии и поняла, что сейчас действительно расплачусь. Просто это было нечестно. Несправедливо! И, главное, никаким позитивом тут уже и не пахло!


Следующие полчаса ушли на метания по камере и попытки взять себя в руки. Последнее было особенно сложно, ибо эмоции бурлили, как лава в жерле проснувшегося вулкана, и били чётко в мозг.

Такая атака давала весьма неприятные плоды – мозг соображать отказывался! Я могла только нарезать круги в тесном пространстве, махать руками и истерически визжать.

А спустя полчаса – всё, выдохнула и резко успокоилась. Постояла с минуту, вглядываясь в зарешеченное окошко на двери и, зажмурившись, призвала магию огня.

А что? А почему нет? Ведь точно помню, что я эту магию изучила! Ну а там, где магия огня, там что? Правильно! Боевые фаерболы!

Именно такой фаербол я и попыталась призвать. К полному счастью попаданки, всё получилось, и почти сразу в тюремную дверь впечатался увесистый, точно опасный огненный шар.

Только эффект от удара оказался совсем не таким, как рассчитывала. Дерево не обуглилось, а дверь с петель не слетела. Более того, вместо положенного грохота, я услышала басистое и раздраженное:

– Да ты достала!

Я… растерялась и даже слегка присела. Кто это сказал? Я разве не одна?

Увы, но очень скоро выяснилось, что я действительно в компании – в закрытом решеткой окошке зеленоватая орочья морда показалась. Тюремщик – а это точно был он, – хищно оскалился, демонстрируя некрасивые зубы, и рыкнул:

– Ты чего орёшь? Неужели настолько дурная, что до сих пор не поняла?

– Не поняла чего? – совсем растерялась я.

– Эти камеры рассчитаны на магов, – рыкнул орк. Кстати, невероятно рослый для своей расы. – И ваши заклинания тут не работают!

– Совсем-совсем? – уточнила… ну так, на всякий случай.

Орк оскалился шире прежнего и не ответил, а я…

Выдохнула, потом опять вдохнула. Расправила плечи, одёрнула мантию и подарила хмурому индивиду самую нежную улыбку. И спросила:

– А ты знаешь, кто я такая?

– Понятия не имею, – отозвался орк.

Пришлось задрать подбородок и объяснить:

– Я – принцесса.

– И что? – парировал детина нагло.

Все интонации тюремщика говорили – на титул он не купится, но я всё равно попробовала.

– Я принцесса, и меня посадили в эту камеру незаконно. Если ты поможешь мне выб…

– Ага, щас! – перебил гад.

Продолжил после паузы:

– Мы в этих стенах и не таких видали. Вот придёт лорд ректор и сам с тобой разберётся. А пока лорда нет, советую сидеть тихо. Иначе и обеда, и ужина лишу!

Ёп…перный же ты театр! Вот что за непруха? Неужели так сложно помочь маленькой, точно неповинной принцессе?

– Маленькой? – переспросил орк, и я лишь теперь сообразила, что сказала вслух. – Невинной? Дурака-то из меня не делай, куколка. Наш ректор, конечно, тот ещё упырь, но невинных в камеры не сажает.

Э-э… «наш»? То есть мы сейчас…

– То есть мы в академии?

– А где же ещё? – удивился орк. А потом подумал и спросил не без ехидства: – Или ты сразу в центральную тюрьму столицы хотела?

– Я? Да я вообще не…

– Цыц! – вновь перебил детина. – Хватит. Достала уже. Рот закрой и сиди!

Прозвучало настолько грубо, что рот я не закрыла, а наоборот распахнула. Только сказать ничего не смогла, потому что эмоции опять зашкалили, лишив возможности издавать звуки и связывать их в слова.

Тюремщик этой немотой воспользовался и от окошка отошел, ну а я… Я снова осталась! В той же темноте, тесноте, сырости и прямо-таки глобальном возмущении.

Зачем в Объединённой Академии Магии тюрьма? Нет, такого вопроса не возникло – в конце концов, замок большой, а студенты разные бывают. Зато всё остальное было вне всякого понимания. Ну ладно Базя, ладно Хуго с Атом, но тюрьма, из которой не могу выбраться – это точно слишком. Такого в позитивном романтическом фэнтези не бывает!

А ещё…

Я опять вспомнила об «отце» и участи, которую он для меня приготовил. И если раньше слова о пытках воспринимались как-то вскользь, то теперь настоящий ужас пробил.

Что если дальше всё тоже пойдёт не по плану, и меня действительно поймают и начнут «изгонять демона»? Что если я в самом деле окажусь в камере пыток? В окружении всяких причиняющих боль железяк и жутких машин?

Я знала, что давать волю воображению нельзя, но оно извернулось и одну картинку всё-таки подбросило – представилось, как мне иголки под ногти вгоняют, и…

Увы, но ужас перешел в новую стадию – меня даже в холодный пот бросило! Мама дорогая, это что же получается? Меня могут по-настоящему покалечить или… даже убить?

Вот теперь я вздрогнула всем телом и едва не упала, потому что ноги ослабли. Спустя ещё минуту, огляделась и поплелась к брошенному у дальней стены тюфяку. В голове стало очень пусто, а остатки позитивного настроя рассыпались в пыль.

Ну и самое мерзкое – надежды на то, что кто-то придёт и спасёт, не возникло. Вместо неё появилось чёткое ощущение: выбираться нужно самой, причём не только из тюрьмы, а вообще. Из всей этой жуткой сказки!


Время, выражаясь книжным языком, превратилось в кисель. Оно текло настолько медленно и уныло, что выть хотелось. Только я не выла, а совсем наоборот – сидела и, невзирая на вакуум в голове, думала. Ведь безвыходных ситуаций не бывает, значит и из этой выход найдётся.

В процессе обдумывания, снова попробовала снести дверь. Сперва использовала уже знакомые фаерболы, а потом к магии воздуха и земли обратилась. Я применила сильный воздушный поток и лёгкое землетрясение. Первый поднял в воздух всю пыль, заставив кашлять весь следующий час, а землетрясение вообще не сработало.

Телепортация тоже, увы, не подействовала, равно как и фокус с выниманием вещей из пространства. То есть мне предлагалось сидеть на вонючем тюфяке, и… ну, собственно, всё.

Но самое мерзкое – отсутствие оружия для самообороны. Вломись тот же тюремщик в камеру, и я буду бессильна. Ну разве что рукопашный бой чем-то да поможет.

Ощущение беззащитности нервировало особенно сильно. Когда орк открыл дверь, чтобы поставить на пол поднос с обедом, я вообще от страха чуть не померла.

Когда же детина ушел, а я встала с тюфяка и ознакомилась с содержимым подноса… Бли-ин! Сирис реально думает, что я после такого обращения замуж за него пойду?

Просто пленнице предлагали миску какого-то явно несвежего супа, корку хлеба и кусочек плесневелого сыра. Причём плесень была вовсе не благородной, а самой что ни на есть бытовой.

В общем, побег был не прихотью, а жизненной необходимостью! Только идей не имелось. Никаких! И чем дальше, тем чаще посещало чувство паники. Я была уже на грани слёз, когда вспомнила один хороший метод.

Памятуя приключения в Степи, я прикрыла глаза и расслабилась. Вдохнула-выдохнула и расслабилась вновь. А потом выбросила все мысли из головы и принялась ждать озарение! И оно, к моему великому счастью, в самом деле случилось!

…Идея была чуточку безумной, но заставила подпрыгнуть и исполниться самых светлых чувств. Нет, ну это точно шанс, и совершенно реальный!

Глава 23

«Исчезновение» пленницы орк заметил очень нескоро, часа через три. При этом отреагировал со скепсисом – то есть для начала он меня несколько раз позвал, потом пробормотал нечто из серии: ну да, конечно, так я и поверил, что она сбежала.

После этого тюремщик ушел, дабы вернуться с ярчайшей лампой и, поднеся эту лампу к окошку в двери, осмотреть камеру ещё раз.

Я в этот момент зажмурилась и принялась молиться, потому что навык маскирующей магии был не очень-то велик. Если правильно помню, надпись на камне вообще об изучении основ этой магии сообщала.

Действительно опасалась. Думала – вдруг свет фонаря отразится каким-нибудь хитрым образом, и тюремщик увидит, что я реально здесь, прислонившись к стеночке стою?

Однако удача перестала демонстрировать хвост и, наконец, повернулась лицом. Детина с зеленоватой кожей не только не заметил, но и, очень заковыристо выругавшись, поступил именно так, как мне хотелось. Прежде чем вызывать начальство, он отпер камеру и вошел, желая ещё раз убедиться в моём отсутствии…

Я стояла почти у самой двери, а орк буквально сразу прошел дальше, оказавшись к узнице спиной. И хотя в этот момент сознание застелил истинный ужас, я не сдрейфила!

Отлепившись от стены, я подкралась и резко врезала тюремщику ладонью по шее. Била ровно так, как подсказывали инстинкты – вернее, навыки рукопашного боя, приобретённые в той же Степи.

Секунда – очень долгая, невероятно пугающая – и противник рухнул на грязный каменный пол. Ну а я инстинктивно схватилась за сердце – просто оно окончательно с ума сошло и попыталось выскочить из груди.

Ещё пара секунд, пинок, отвешенный бездвижному телу, и я обошла орка, чтобы подхватить выпавшие из его лапищи ключи. Теперь оставалось надеяться, что детина не сможет поднять тревогу слишком быстро. Что успею провернуть задуманное до того, как меня начнут искать.

Шумно выдохнув, я развернулась и помчалась к двери. Оказавшись в коридоре, сразу эту дверь закрыла и заперла на ключ.

Огляделась, чтобы узнать – коридор очень длинный и, к счастью, совершенно пустой. А ещё нашла гвоздик, на который добытую связку ключей и повесила.

Ну а дальше – самое главное! Я прикрыла глаза и, вообразив вертикальную, похожую на разрыв в пространстве линию, шепнула:

– Хочу к Алексу!

В том, что телепортация сработает, не сомневалась – ведь меня сюда именно телепортом привели! И… да, тюремный коридор исчез. Только всё оказалось не так просто…


Я сперва не поняла. Нахмурилась, зажмурилась, потрясла головой и вообще растерялась. Когда же до мозга дошло, облегчённо выдохнула и исполнилась истинной благодарности!

Не знаю почему, но телепортация сработала немного не так, как обычно. И не нужно быть гением, чтобы понять – этот «сбой» спас мой чудесный план от провала, а меня саму от позора и насмешек.

Дело в том, что, сидя в темнице, я слегка потерялась во времени. Реально не подозревала, что уже вечер, а о намерении Чёрной стрелы посетить приём в особняке генерала Гизли вообще забыла!

Как итог, точка выхода из телепорта удивила безмерно. Я осознала себя в просторной и весьма роскошной… туалетной кабинке.

Сначала, конечно, тупила. А чуть позже заперла дверь и принялась учащённо дышать. Затем воспользовалась удобствами и сильно повеселела – просто в камере из «сантехники» было лишь ведро, прикасаться к которому я не желала. Там, в тюрьме, я решила терпеть до последнего, а теперь – вот. Испытала офигенное удовольствие!

Едва мочевой пузырь опустел, мозг воспрял и начал шевелить извилинами гораздо активней. Пользуясь его подсказками, я избавилась от мантии, платья и поношенных туфель, после чего вытащила из пространства расчёску и начала приводить в порядок свою длиннющую гриву.

Ну а когда снаружи послышались голоса, приоткрыла дверь кабинки, дабы заглянуть в щёлочку и оценить наряды местных леди.

Ага. Ага-ага!

Ещё несколько минут, и в моих руках оказался вполне подходящий случаю наряд – длинное кремовое платье, расшитое кружевами и стразами. Плюс, пышный искусственный цветок на руку, светлая лента для волос и новенькие красивые туфли.

Зеркало, косметику и духи тоже достала без проблем, и тут же погрузилась в наведение марафета. Впрочем, марафет – слово не самое подходящее, в данный момент речь шла скорее о маскировке. Ведь я как бы беглянка и, следовательно, привлекать лишнее внимание нельзя!

Правда, когда покончила с приготовлениями, запихнула всё лишнее в пространство и, выбравшись из кабинки, подошла к рукомойникам, стало ясно – остаться незамеченной не получится. Я была слишком хороша! Сказочно хороша, если быть точной.

Тон лица ровный, носик припудрен, изумрудного цвета глазки не просто блестят – сияют! Ещё губки бантиком, красиво подведённые бровки, подхваченные лентой роскошные волосы, заметная талия и весьма провокационное декольте.

Глядя на своё отражение в огромнейшем, расположенном над рукомойниками зеркале, я сперва охнула, а потом улыбнулась и подмигнула этой удивительной красотке.

Спустя миг, улыбка сделалась ещё шире, ибо стало совершенно понятно: Волкову не устоять!


Тот факт, что в особняке генерала Гизли праздник, был более чем очевиден. Я ощутила эту атмосферу ещё до того, как покинула туалет. Уже от двери слышалась зажигательная музыка струнного оркестра и звон бокалов.

Впрочем, со звоном я, конечно, гоню, зато две тётки, с которыми столкнулась на выходе, выглядели ну о-очень нарядно!

К сожалению, тётки меня тут же узнали… Они сильно удивились, но быстро опомнились и присели в реверансах. Я тоже присесть хотела, а потом сообразила, что я как бы принцесса, и ограничилась кивком. Заодно поняла – действовать нужно очень быстро. Так, чтобы никто не успел доложить о моём появлении «папочке».

Как итог – выскользнув в украшенный разноцветными гирляндами коридор, я быстро огляделась и тут же направилась в сторону, откуда доносилась музыка. А очутившись на пороге зала, где и происходило веселье, споткнулась и изумлённо приоткрыла рот.

Это было очень красиво! И… абсолютно нечестно.

Да, адреналин по-прежнему бурлил, а ещё у меня была цель, но я всё равно надулась. Просто вот это всё… все эти кружащие на паркете пары, стайки гостей, распивающие вино из красивых бокалов, ленточки и гирлянды – это было моё!

В смысле, точно относилось к самому романтическому фэнтези, а никак не к мужской сказке с её кроваво-брутальными фишками. То есть это я должна была в вот таких кругах вращаться, а… А меня на праздник даже не пригласили!

Миг, и я надулась ещё сильней. Даже носом обиженно хлюпнула! Но тут же взяла себя в руки и вновь нацепила на лицо улыбку – причём не простую, а самую милую из всех.

Ладно-ладно! Пускай веселятся! Я… тоже повеселюсь! Вот только вернусь домой и сразу откупорю спрятанную в заначке бутылку коллекционного шампанского. Такого, какое здешнему «высокому» обществу и не снилось!

С этой мыслью, я гордо задрала нос и опять огляделась. И шагнула вперёд, чтобы вновь споткнуться.

Только теперь причиной затыка стали не интерьеры, а обнаружившийся в поле зрения идейный противник. Вот никогда бы не подумала, что могу сказать такое, но Волков был очень хорош.

Невольно вспомнилась наша самая первая встреча – та, в мире Степи. Я же его за бога приняла и слюной едва не захлебнулась. Но самое удивительное – сейчас начинало происходить что-то похожее… Едва взгляд упал на Волкова, сердце пропустило удар, а душа… крутанулась на пятке и тихонечко запела.

Лично мне вот такая реакция вообще не понравилась! Однако призывать себя к трезвости, пытаться вытащить на поверхность здравый смысл, я не стала.

Вместо этого, улыбнулась ещё обаятельней и, забив на ошарашенные лица опознавших меня гостей, поплыла к нему.

Угу. Именно поплыла. Иначе не скажешь.

Я… была лебедью! Шагала плавно и красиво. Вкупе с расшитым бесчисленными стразами светлым платьем в пол, длинной гривой каштановых волос и ярко-зелёными глазами, всё точно выглядело великолепно.

Впрочем, ладно… Ладно, как мой выход смотрелся для остальных – не знаю, не видела. Зато реакция Волкова от внимания не укрылась! И стала настоящим бальзамом на моё измучанное багами сердечко.

Идейный противник, облачённый в какой-то невероятно стильный парадно-выходной костюм, стоял в компании своей банды и пил из бокала. Беды не чуял, но в какой-то миг один из его соратников дёрнул за рукав и указал на меня.

Волков неохотно обернулся, да… так и застыл.

То есть просто замер, и всё! Словно замороженный!

Я, конечно, приободрилась. Плюс, испытала большое желание ускорить шаг, а лучше вообще вприпрыжку к нему помчаться.

Но сдержалась, чтобы… очень скоро о своём решении пожалеть. Просто, пока доплыла, Алекс успел прийти в себя, и вместо желанного – Мария, ты великолепна! Позволь упасть к твоим ногам и сложиться в одинокий штабель! – я услышала пусть заинтригованное, но всё-таки настороженное:

– Машунь? Что происходит?

– А? – невинно откликнулась я.

Потом посмотрела на парней из Чёрной стрелы, одарила всех дружелюбной улыбкой. Вдохнула, выдохнула, и… сделала ещё один шаг навстречу Волкову, сократив разделяющее нас расстояние до минимума.

Алекс отстраняться не стал, только бровь заломил и заинтригованно сверкнул своими очень обыкновенными глазами.

– Ма-аш… – вновь попытался позвать он, и я таки сказала…

– Мы можем поговорить наедине?

Идейный противник думал недолго. Буквально через секунду дал знак парням, и те дружно отступили. А Бор ещё и бокал с вином у Алекса отобрал, и вот это – ну то есть свободные руки, – было очень кстати!

Едва представители Чёрной стрелы ретировались, я сделала последний шаг навстречу и, ухватив Волкова за лацканы навороченной парадной куртки, выразительно хлопнула ресницами.

И тут же услышала:

– Так и будешь кота за хвост тянуть? Или всё-таки скажешь?

В голосе Волкова прозвучали тёплые нотки, но смутилась я, разумеется, не поэтому. Просто то, зачем я к нему пришла… И вся эта ситуация… И…

– Машунь? – вот теперь Алекс наклонился и даже на шепот перешел. А ещё руки на мою талию положил, от чего как-то совсем приятно стало.

Наверное, из-за этих рук я и решилась! Сделала ещё один ну о-очень глубокий вдох и прошептала:

– Саш, у меня к тебе одна маленькая, но очень важная просьба.

– Что такое? – откликнулся он.

А я…

– Секса хочется. Очень. Так, что сил никаких нет.

Сказала и крепко зажмурилась. Ещё и краской залилась – будто между нами никогда ничего не было, а девственность у меня не третья, а… ну максимум вторая.

Бывший вожак племени Рейя замер, потом растерянно кашлянул и задал совершенно вопиющий вопрос:

– Машунь, а при чём тут я?

Голос прозвучал опять-таки ласково, однако легче от этого не стало. Более того, я растеряла добрую половину своей скромности и едва не взвизгнула от возмущения!

Хотела спустить на этого «волка» всех собак, но, вспомнив о тюрьме и грозящем изгнании демона, обороты сбавила. В очередной раз вдохнула, выдохнула, и…

– Ну а кто кроме тебя?

Рук с моей талии не убрали, и даже попытку отстраниться пресекли. И сказали с толикой ехидства:

– А как же Хуго? Ататриэль? Лорд престарелый ректор академии?

Я закономерно поморщилась и, задвинув гордость подальше, принялась «объяснять»:

– У меня романтическое фэнтези, понимаешь? А в нашем фэнтези секс без последствий невозможен. То есть, если я кого-то выберу, мне точно придётся выходить замуж, а я к подобному не готова. Я… ещё не определилась. А организм не железный, и мне… В общем, мне действительно надо!

На последних словах, впавшее в спячку либидо резко очнулось. Оно радостно оскалилось и, натянув на голову треуголку, воинственно махнуло саблей, давая команду гормонам.

Те повиновались мгновенно, а я оказалась в самом эпицентре взрыва! Ощутила всё и сразу – и холод, и жар, и слабость, и прилив сил вкупе с забегом неугомонных мурашек.

Говорить, переживая вот такую атаку, было совершенно невозможно, тем не менее, мысль я завершила:

– А ты – свой. Ты из нашего мира, и к сексу относишься проще. С тобой нежелательных последствий не будет, и поэтому…

Я осеклась, ибо Волков… в общем, да. Он заржал!

И хотя хохотал беззвучно, на мои ощущения это не повлияло…

Я снова залилась жгучим румянцем и поняла важное – да ну его нафиг! Лучше я к императору Тариусу, на ритуал изгнания демона, чем терпеть вот такое издевательство!

Дальше была решительная попытка вырваться из захвата и, послав Волкова лесом, гордо ушуршать в туман.

Только меня не пустили! Причём ржать при этом не перестали.

Вторая попытка успехом опять-таки не увенчалась, единственное – захват стал крепче.

Ну а после третьей, самой яростной, кое-кто окончательно охамел. Спросил:

– Машунь, куда ты так стремишься?

– Туда! – заявила я визгливо.

И тут же услышала:

– Не знаю, как в вашем, бабском фэнтези, а у нас за базар нужно отвечать. Ты сказала, я тебя услышал. И теперь…

Я перестала беситься и хмуро посмотрела на идейного противника снизу вверх. А вот желания задать традиционный вопрос про совесть не возникло – ведь ясно, что нету!

– Машунь, прекращай, – шепнул Алекс. Уже не ржущий, а просто сияющий, словно лампочка. – Лучше скажи, к тебе или ко мне?

– Ни к кому! – выпалила я.

– Мм-м, – протянул гад задумчиво. – Извини, но отмазки не принимаются. Ты сама напросилась. И отказываться уже поздно.

С этими словами, меня прижали к мужскому телу таким образом, что стало совершенно понятно – секс у меня действительно будет. Просто при том уровне боеготовности, в которую вошел Волков, других вариантов вообще не предусмотрено!

Вырвусь – поймают, убегу – догонят. Вот точно догонят! И реально заставят «ответить за базар».

Осознав сей возмутительный факт, я засопела. А гормоны похватали маракасы и принялись танцевать румбу, причём все сразу, массово! Мозг, к которому обратилась за помощью, от меня попросту отмахнулся, а здравый смысл заявил: Машка, ну что ты развозмущалась? И вообще – не позорься! На вас люди смотрят!

Лишь теперь я вспомнила о том, где находимся, и огляделась. Увы, но незамеченной наша с Волковым борьба не осталась – народ, разодетый в парадные костюмы и бальные платья, таращился ну очень активно.

И глазки у всех этих леди-джентльменов блестели так, что ярче и не бывает. Высший свет уже получил шикарный повод для сплетен, а теперь жаждал продолжения! Ведь речь не только о брутальном мачо из какой-то там академии, но и о дочке императора.

Единственными, кто сплетничать точно не собирался, были парни из Чёрной стрелы. Они просто кучковались в сторонке и озаряли мир предельно красноречивыми улыбками! Такими, что хотелось показать кулак, а лучшее вообще фаерболом в них запустить. Но времени на фаерболы всё-таки не было…

– Разумеется, к тебе, – состыковав все факты, выдохнула я.

Потом подумала и, приподнявшись на цыпочки, обвила его шею руками…

Шепнула:

– Глаза закрой.

Алекс, как ни удивительно, подчинился, ну а я… Я вообразила знакомую, совмещённую с кабинетом гостиную, и сделала шаг вперёд, заставляя идейного противника инстинктивно отступить, дабы не потерять равновесие.

В следующую секунду звуки музыки исчезли, а картинка окружающего мира изменилась. Никакого нарядного зала с тысячей расфуфыренных гостей! Мы… в комнатах Волкова оказались.

Светильники были погашены, но луна висела ровно напротив расшторенного окна, и её света вполне хватало, чтобы рассмотреть помещение. Алексу понадобился всего миг на осознание, а вот дальше – всё. Капец попаданке. Причём полный!

Волков наклонился и разгорячённым хищником впился в губы. От этого поцелуя не то что я, а, кажется, само мироздание дрогнуло. Голова неуловимо закружилась, а ниточка, связующая с реальностью, начала стремительно таять…

Я не заметила, как поддалась на эту ласку. Тот факт, что уже умудрилась стянуть с кареглазого брюнета куртку и нетерпеливо рву шнуровку его рубахи, дошел опять-таки не сразу.

Однако никакого стыда или неловкости я не почувствовала, наоборот – опьянела сильней. И тихонечко застонала, когда идейный противник, не прерывая поцелуя, потянулся к застёжкам моего платья.

Едва расшитая стразами ткань упала к ногам, оставляя меня в одном белье, эмоции достигли пика – я отстранилась, чтобы хлебнуть воздуха и застонать ещё громче.

Алекс этой паузой воспользовался – подхватил на руки и потащил вглубь своей берлоги, в утопающую во мраке спальню…

В процессе передислокации я потеряла туфли, но это так, мелочь. Новый взрыв эмоций, случившийся после того, как оказались на кровати – вот что важно! Я изогнулась, извернулась, вновь обвила мужскую шею руками… а Волков щёлкнул пальцами, зажигая тусклые настенные бра, и опять впился в мой приоткрытый рот.

Новый поцелуй был стократ горячее – я почувствовала себя и жертвой, и охотницей, и демоницей, и ангелом одновременно. Мне хотелось проклинать и благословлять, убивать и любить!

Но самое, пожалуй, ценное – возникло чувство, что с Алексом все эти желания осуществимы. Вернее, они осуществимы только с ним!

Когда виток буйства прошел, Волков отстранился. Приподнялся, удерживая собственный вес на руках, и заглянул в глаза. Что увидел он – не знаю, а я… буквально утонула. Вот уж не думала, что такие обыкновенные карие глаза могут превратиться в настоящий омут!

И опять поцелуй… только на этот раз не горячий, а чувственный и почти нежный. Такой, после которого не скажешь, что всё случилось исключительно из страсти, нет… Это была уже осознанность, сильное обоюдное желание. И тот факт, что Волков действительно меня хотел, добавил происходящему особый, очень ценный оттенок.

С застёжкой бюстика Алекс справился на раз, зато нижнюю часть кружевного комплекта стягивал невероятно долго. Процесс сопровождался поцелуями и такими ласками, что я не просто ёрзала, а извивалась змеёй.

Идейному противнику такая реакция точно нравилась, но возмутиться мужскому коварству я не могла. Я была занята. Я таяла и плавилась! И получала, наверное, куда большее удовольствие, нежели истязающий моё тело Алекс.

Едва кружевные трусики оказались отброшены в сторону, Волков скатился с меня, а потом вообще на ноги поднялся. Стянул, для начала, рубаху, затем избавился от сапог и штанов.

Причём, раздевался нарочито медленно, словно давая возможность опомниться и передумать. Только я передумать уже не могла. Всё! Это был предел!

Вместо попытки удрать, я пихнула руку в пространство и извлекла запаянный в фольгу контрацептив. А когда Алекс снова оказался рядом, лично этот контрацептив вскрыла.

Волков намёк понял и, вопреки ожиданиям, не воспротивился. В смысле, продолжать эту бешеную, изводящую прелюдию не стал – он послушно перешел к главному.

Несколько секунд на то, чтобы сделать наш секс защищённым, и Алекс очутился сверху. Накрыв мои губы поцелуем, он провёл ладонью по внутренней стороне бедра и… Ну, собственно, всё. Началось!

Предводитель Чёрной стрелы входил медленно, явно желая, чтобы я прочувствовала это его движение по полной программе, и я действительно ощутила, но… В определённый момент к удовольствию добавилась боль. Да, та самая, которая, учитывая новообретённую девственность, была неизбежна.

Где-то в глубине души я очень надеялась, что Волков преграду не заметит, однако надежды пошли прахом – Алекс резко застыл, на лице отразилось изумление, а взгляд карих глаз прямо-таки впился в меня.

Только я, невзирая на сильнейшее опьянение и боль, к подобному повороту была готова… Сперва я крепко обхватила бёдра партнёра ногами, лишая его возможности отстраниться, а потом взмолилась:

– Пожалуйста, продолжай!

Секунда, вторая, третья, и… Алекс сорвался. Инстинкты оказались сильнее разума, и справиться с ними идейный противник не смог.

Опять боль. Жуткая, почти нестерпимая! Но и удовольствие такое, что хочется не просто стонать, а кричать в голос.

А ещё… безумные поцелуи, жар мужского тела и сладкий туман, застилающий мысли. Резкие сильные движения, прикосновения и нереальное желание раствориться, остаться в этом моменте навсегда.

Да, остаться! Несмотря на боль и понимание, что кое-кто кое-кого немножечко обманул… И совершенно наплевав на очередное проявление закона парных случаев – звуки набата, которые в наше наполненное стонами пространство ворвались.

Впрочем, лично я это зловещее «бом-бом» почти не слышала. Мысль о том, что тревога явно связана с побегом одной принцессы из темницы, в голове тоже не задержалась.

Мне было слишком хорошо, чтобы обращать внимание на такие мелочи – я горела и плавилась! И неумолимо приближалась к высшей точке этого сладкого полёта…

А потом – всё. Оно, то самое.

Вернее, он. Который похож на фейерверк и маленькую, невероятно приятную смерть.

Ну и бонус – Волков, который, добравшись до финиша, совершенно обессилел. Он скатился с меня, упал рядом, и… ни одного вопроса не задал.

То есть, пока не задал. Не успел!

Я на идейного противника не смотрела, но точно знала – он пытается восстановить дыхание и привести в порядок мысли. Ещё было совершенно очевидно: долго его бездействие не продлится, Алекс вот-вот оклемается и непременно устроит допрос.

И тем приятнее было ощутить, как собственное сознание меркнет под действием навалившейся после взрыва усталости… Ещё секунда, и всё. Я уплыла в сон.

Эпилог

Очнулась я… да, дома. Причём не на полу, а в собственной кровати. Как и в прошлый раз, лежала поверх покрывала и в одежде. В тех же поношенных джинсах и футболке, украшенной невыводимым пятном.

Книга в пёстрой обложке, над которой задремала перед тем, как переместиться в Степь, обнаружилась здесь же, на прежнем месте, что, впрочем, не удивительно, ведь убрать её я не потрудилась. Плюс, снова тянуло внизу живота, однако теперь иллюзий не было, я хорошо понимала, почему там болит.

Вслед за ощущением боли пришло воспоминание об Алексе. Какой он всё-таки бессовестный и невыносимый! Но… безумно притягательный тип.

Остальные персонажи «сказки» тоже не забылись, однако при мысли о них, меня буквально перекосило. Ректоры, говорите? Оборотни и эльфы? Магические академии и принцессы? Ну-ну!

Выждав несколько минут, я осторожно села на кровати, а потом встала. Пихнула ноги в мягкие домашние тапочки и, тряхнув длинной гривой каштановых волос, неспешно потопала к двери.

В коридоре столкнулась с сестрой, которая отреагировала на мою обретённую в фэнтези внешность абсолютно спокойно, словно я всегда такой была.

А возмутилась она другому:

– Машка, ты чего спишь весь день? Понимаю, что сегодня выходной, но всё-таки!

– Уже не сплю, – заверила я насуплено. – Уже проснулась.

Дальше была прогулка на кухню и вдумчивая ревизия одного из шкафчиков. И пусть не сразу, но искомое нашлось!

Очень большие и очень прочные мусорные пакеты покупались для субботника в нашем дворе, и часть из них мы не израсходовали. В данный момент это было кстати, ибо я точно знала, как пакеты применить!

Возвратившись в комнату, раскрыла первый и, подскочив к книжному шкафу, принялась перекладывать туда романы в ярких обложках. Просто поняла: сестра, родители и друзья были правы, фэнтези – это жуть!

А романтическое фэнтези – вообще капец, и до добра однозначно не доводит! К тому же, в нём абсолютную неправду пишут. Ведь в книжках всё хорошо, а на деле совершенно не так!

Вот попала я в другой мир, и что дальше? Где обещанная любовь, где принц на белом коне, где позитив? Нет, я понимаю, что истории разные бывают, но ё же ты моё!

Сначала подсунули дикаря-мутанта, который продал меня за какое-то колечко, потом целую компанию не менее корыстных ухажеров! Добавить сюда покушения на убийство, угрозы пытками и вызванные присутствием Волкова баги, и… Не-ет. Вы как хотите, а я с этого момента пас.

Я теперь вообще фэнтези читать не буду! Даже закладки на странички любимых авторов из браузера удалю! Я… я…

Я схватила с полки очередную книжку и уже собралась пихнуть её в пакет, к остальным, как мир перед глазами поплыл. Причём поплыл он очень знакомо – вот точно так же, как перед перемещением в Империю.

Сориентировалась я мгновенно! Застыла, а сообразив, что головокружение сразу прекратилось, сделала большие глаза и аккуратно вернула книгу на полку.

Потом виновато улыбнулась и, задрав голову к потолку, сказала вслух:

– Всё. Намёк понят. Беру свои слова назад.

Вот только… нет. Раскаяние не помогло! Уверения в том, что фэнтези читала и читать буду, на результат тоже не повлияли. Мироздание точно обиделось, и…

Реальность опять поплыла, комната закружилась. Я, как и в прошлый раз, попыталась закричать, но опять не успела – тьма оказалась шустрей. Просто взяла и… да, поглотила. Накинулась, накрыла с головой, и капец.


home | my bookshelf | | Маша и Ректор в шоке |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 29
Средний рейтинг 3.9 из 5



Оцените эту книгу