Book: Сведи меня с ума



Сведи меня с ума

Тори Озолс

«Сведи меня с ума»

Пролог

Сухой летний ветер обволакивал мужчину, донося такой любимый аромат его женщины, смешанный с запахом молодого волка. Зверь внутри него рвал и метал от злости и ревности, желая выбраться наружу и уничтожить соперника, посмевшего прикоснуться к его паре, а человек испытывал чувство глубокой вины перед молодым самцом. Незрелый волчонок, скорее подросток, нежели мужчина, еще только учащийся контролю над своим зверем, подвергся сексуальной агрессии со стороны взрослой женщины. Вот только его животному доводы рассудка были чужды. И мужчина давно бы лишился своего контроля, если бы не опасность, нависшая над его самкой. Опасность, причиной которой была она сама.

Темноволосая женщина стояла на краю крыши. Ветер трепал ее волосы и легкую ткань ночной рубашки. Ее кожа была неестественно бледной, а ладони исцарапаны до крови. В руках она изо всех сил сжимала его пистолет, который должен был быть надежно запертым в сейфе. Направляя дуло своей дрожащей рукой прямо на него, она лихорадочно дышала. Его бета и маршал стояли позади него, готовые к любому повороту событий, но первоочередной их задачей была защита своего альфы.

— Я ненавижу тебя, Алек Кепшоу! Боже, как я тебя ненавижу! — кричала ему в лицо обезумевшая женщина.

Ее прекрасные карие глаза, сейчас наполненные беспредельной яростью, злобой и отчаянием, горели безумным огнем, заставляя сердце мужчины леденеть в груди.

— Милая, пожалуйста… — спокойно начал говорить Алек, хотя это спокойствие давалось ему с большим трудом, но он не хотел давить на нее своей силой альфы, заставляя подчиниться и тем самым, возможно, полностью ломая ее волю.

— Ты животное! Монстр во плоти! И я теперь такая же… — голос женщины сорвался, переходя в хрип.

— Химена, пожалуйста, спускайся оттуда, — умасливал он, — мы все решим, я обещаю.

— Это невозможно решить! — снова взорвалась она. — Я все еще чувствую его запах на себе, все еще желаю снова ощутить его внутри. Я — животное, гребаное животное, и это ты сделал меня такой!

— Химена, я приказываю! — зарычал Алек, видя, как утекают сквозь пальцы драгоценные минуты ее благоразумия. Еще чуть-чуть и безумие, что поразило его пару, станет уже необратимым и он навсегда потеряет ее.

— Да кто ты такой, чтобы мне приказывать?! — прозвучал в ответ злобный рык, сразу же перешедший в истерический хохот. — Не действуют на меня твои узы, альфа. Не действуют, слышишь меня?! Я не принадлежу тебе! Ты никто для меня! Никто!

— Химена, сегодня полнолуние, это все из-за него, — снова примирительно начал мужчина, стараясь твердостью своего голоса успокоить ее, вернуть в свои объятия. — Я обещаю, что как только мы соединимся сегодняшней ночью, тебе станет легче. Обещаю, любимая!

— Легче? Мне уже никогда не будет легче, потому что я попаду в ад. Ты был послан мне самим Сатаной. Его цепной зверь, испоганивший мою душу. Да лучше бы я умерла!

Красные глаза, ясно свидетельствующие об охватившем женщину безумии ликантропии, метали в него молнии. Расширенные зрачки и появившиеся на пальцах когти свидетельствовали об утрате контроле. Капли крови падали на разогревшуюся под летним солнцем крышу. Рука с пистолетом дрожала от усилий удержать холодный металл непослушными пальцами с острыми когтями, что от этих попыток ранили руку самой женщины.

Измученная женщина, что была его истинной парой, смотрела на него с ненавистью и осуждением, убивая последние надежды на светлое будущее. Он устал. Так долго противостоять судьбе, что дала ему в пару больную человеческую женщину, было слишком изматывающе для его души. Зверь же с каждым днем все больше презирал слабую самку, но все равно не мог отказаться от нее. Он желал сделать ее ровней себе, хотел видеть власть и силу в ее глазах, хотел доказать глупым ничтожным членам своей стаи, что выбранная им «луна» достойна его, увидеть наконец в их глазах должное уважение, признание. А еще он хотел, чтобы она жила. И вот сейчас мужчина видел цену, которую ему пришлось заплатить за осуществление своего желания. Видел и презирал. Себя. Ее. И все равно не мог отпустить.

— Химена, я же люблю тебя. Я так сильно люблю тебя! — с надрывом произнес Алек, делая шаг по направлению к женщине и медленно протягивая руку.

— Не смей подходить! Ты монстр! — почти выплюнула она, словно ощущала омерзение от одного его вида.

— Родная, не смей перечить мне! — снова рык разъярённого зверя и маленький шаг в ее сторону.

— Я убила его… Собственными руками… — тихие слова, как в бреду.

Его бесконечно бедная пара разрывалась между своей человеческой природой и новой животной сущностью вместо того, чтобы принять зверя и стать с ним единой. И это сводило ее с ума. До сих пор его народ не мог объяснить возникновение безумия ликантропии. А разве можно излечить то, что не поддается конкретному объяснению? Нет, нельзя. Можно только искоренить. Стереть с лица земли и не позволить заразе распространяться.

— Он будет жить. Мы исцеляемся, ты же помнишь об этом.

Алек увидел легкую нерешительность и затаил дыхание, надеясь образумить ее. Женщина замотала головой, и проблеск надежды погас, словно его и не было. Вся его жизнь была сосредоточена в этом миге, в этом моменте. Все его существование. И пусть зверь внутри него уже сдался, смирился с безысходностью ситуации, мужчина все еще не мог признать свое поражение.

— Я искалечила ему жизнь! Из-за тебя! — выкрикнула она.

— Это твое первое превращение. Только перетерпи его и все изменится, — умолял ее он.

Да, гордый и сильный альфа клана волков Оруса опустился до мольбы и просьб. Он даже был готов, несмотря на презрение зверя, склонить перед ней голову. Все, что угодно, лишь бы удержать, заставить вернуться.

— Что изменится? Я с каждым днем теряю себя. Я хочу секса. Грубого, жестокого секса. Я хочу, чтобы мужчина корчился от боли и кончал снова и снова. А еще я хочу мяса. Но не бифштекса, нет! Я хочу свежего, еще теплого мяса с кровью, мяса добычи, которую я убью в пылу охоты. Это изменится?

— Прошу…

Алек видел приговор в ее взгляде, видел решительность. Краткий проблеск разумности не был спасением, он лишь окончательно добил эту сломленную женщину. Он знал, что сейчас теряет самое важное в жизни. Свою любовь. Свою пару. Свою жену.

— Монстр, я гребаный монстр. Но больше этого не будет. Я больше никогда никому не причиню боль.

Рука быстро поднялась, пистолет прижался к виску. Громкий выстрел прозвучал над крышей, ярко-алые брызги окрасили серый бетон.

— Не-е-е-е-ет!!!

Крик мужчины слился со звуком выстрела. Он кинулся к ней, но было уже поздно. Тело женщины качнулось назад и полетело вниз. Так быстро и так чертовски медленно. Впервые Алек Кепшоу был полностью бессилен перед судьбой. Все, что ему оставалось, это смотреть, как хрупкое тело с силой ударяется об асфальт и застывает в неестественной позе, как под ним медленно расползается лужа крови, и чувствовать, как терпкий запах смерти пропитывает место, где должны были царить покой и любовь. Дикий вой, полный невыносимой боли, разнесся над всей территорией стаи, сообщая ее членам, какую тяжелую потерю понес их вожак.

Глава 1

Официальная часть приема, на котором Дрэйк Белл представил всему миру свою жену, подошла к концу, и нахальных журналистов мягко выпроводили за дверь. Но Сара, как родственница виновницы торжества, да еще посвященная в семейную тайну, с легкостью порхала между особенными гостями, пока, наконец, не заметила свою счастливую сестру в компании мужа и его друзей.

«Мать твою, да это же настоящие самцы!» — восхищенно подумала Сара, пожирая глазами троих мужчин, стоящих напротив ее свояка. Да, ничего не скажешь, Соня заполучила редкостный экземпляр. Мало того что богат, красив и успешен, так еще и оборотень. Ожившая легенда во плоти. А Сара до безумия любила всякие легенды и мифы. И благодаря сестре теперь могла приобщиться к их миру.

Месяц назад ее сестра Соня неожиданно появилась на пороге родного дома и объявила о скоропалительном замужестве, представив родителями своего мужа. Да не просто мужа, а мужчину, о котором мечтательно вздыхала половина жительниц их славного города. Что правду таить, и Сара, и мама обеих девушек тоже принадлежали к их числу. Дрэйк Белл был богат, красив, успешен, наделен властью и животным магнетизмом. О том, что его харизма напрямую связана с наличием второй ипостаси, девушка узнала лишь три дня назад. И то только благодаря своему неуемному любопытству и неспособности усидеть на месте, когда и сестра, и ее муж неожиданно прервали ужин и скрылись. Естественно, Сара последовала за ними и стала свидетельницей превращения раненого оборотня.

И даже по прошествии этих трех дней Сара все еще окончательно не уверилась в том, что увиденное ею правда, но всплывающая в памяти во всех подробностях картина удивительного зверя, которого девушка увидела накануне, доказывала, что она еще не сошла с ума. В итоге она пришла к выводу, что такая тайна слишком захватывающа, чтобы отвергать ее.

Лучше принять это знание и постараться как можно больше выяснить о скрытом от человечества мире оборотней. Ведь не каждому выпадает такая возможность — приоткрыть занавес над ожившим мифом и увидеть целый мир, спрятанный от глаз человечества. Слишком сильно она любила все необычное и слишком мало его было в ее обычной жизни. И кто бы мог подумать, что первой в этот мир окунется ее старшая закомплексованная сестра, которая всегда была чересчур серьезной и больше походила на их замкнутого отца, чем на энергичную мать. Эх, нет в жизни справедливости! Конечно, девушка была безумно счастлива, что Соня обрела такую любовь. Но капелька белой зависти в ее душе все-таки присутствовала.

Пока Сара пробиралась сквозь толпу незнакомых ей людей («Или нелюдей», — отметила про себя девушка) к тому месту, где стояли Дрэйк и Соня, ее сестра успела скрыться. Девушка покрутила головой, пытаясь отыскать ее и не желая мешать мужскому разговору свояка с его близкими друзьями, когда неожиданные резкие слова одного из мужчин, стоящего к ней спиной, привлекли ее внимание. Минуту девушка прислушивалась, вникая в разговор и постепенно закипая от негативных высказываний, и в итоге, не сдержавшись, громко заявила:

— Если ты, псина, произнесешь еще одно слово в адрес моей сестры, то твои собачьи яйца будут валяться на полу на обозрение всем!

Что поделать, вспыльчивость была у нее в крови, а обижать сестру, пусть и старшую, она никому не позволит, тем более какому-то обрастающему шерстью мифическому существу.

Под громкий смех своих друзей мужчина резко обернулся, сверкая желтым взглядом, полным звериной ярости. Свояк, быстро взяв себя в руки, представил ее друзьям, радостно усмехаясь и выглядя при этом так, словно получил дополнительный приз:

— Познакомьтесь! Это Сара, сестра моей пары, и она недавно узнала об оборотнях.

— Дрэйк, ты и ей рассказал?! Может, еще дашь объявление в местной газете?! — возмущенно поинтересовался разгневанный мужчина, но его нахмуренные брови лишь больше распалили девушку.

Дрожащие коленки всегда были первым признаком того, что некий образец рода мужского произвел на нее впечатление. Но на этот раз они не просто задрожали. Ее ноги налились тяжестью и подкосились, и только ценой огромных усилий она продолжала как ни в чем не бывало стоять напротив незнакомца. Боже, он был просто невероятен! «Неужели все представители ожившего мифа об оборотнях выглядят именно так?» — задумалась она. Сексуальная энергия так и клубилась вокруг него, взывая к ее телу. Дрожь мурашками пробежала по спине и остановилась внизу живота, опаляя жаром.

И все бы ничего, если бы она не вспомнила вдруг слова Дрэйка о невероятной чувствительности слуха, осязания и обоняния оборотней. Быть пойманной на страстном томлении девушке не хотелось, и поэтому она постаралась вызвать в себе новую волну негодования.

— Песик, ты имеешь что-то против? — бросила вызов Сара.

— Да как ты смеешь?! Девочка, больше уважения! — зарычал мужчина. Да-да, именно зарычал, и ей в тот же миг захотелось ощутить этот рык возле своей нежной кожи, почувствовать, как его дыхание щекочет ее холмик, покрытый жесткими волосками.

— «Мальчик», то, что ты можешь покрываться шерстью, еще не значит, что ты — пуп земли. А уважение нужно заслужить, — снова сделала выпад девушка, переплавляя свое возбуждение в злость и стервозность.

— Она тебя сделала, брат! — привлек ее внимание веселый голос белокурого мужчины. — Позвольте представиться, о прекрасная и смелая, я — Грег, альфа стаи Южных холмов.

Сара любила вот таких весельчаков, так как и сама относилась к их породе, потому так быстро сдружилась и с Яном, бетой стаи (еще одно новое определение, появившееся в ее лексиконе). И этот мужчина тоже не прогадал, первыми же словами располагая ее к себе.

— Очень приятно, большой пушистый волк, — кокетливо улыбнулась она, глянув на мужчину.

Его внешность была столь же привлекательной, как и у Дрэйка, но, к сожалению, не вызвала в ее теле ни капли сексуального отклика, в отличие от того невероятного грубияна. Возможно, если он продолжит заигрывать, то привлечет ее внимание, но пока это была простая симпатия.

— Дрэйк, если ее сестра такая же, то тогда я понимаю, почему ты с ней соединился, — Сара наконец-то услышала голос третьего из этой компании и поняла, что враждебно по отношению к ней настроен только один. — Оскар. Обо мне можете сказать — большой и страшный волк.

— Ну, только если вы покажете свои зубки, — игривость ее голоса была ответом на его легкий флирт.

Девушка не чувствовала ни капли стеснения, хотя впервые оказалась в компании сразу трех таких великолепных экземпляров. Правила этой игры Сара выучила давно и сейчас не задумываясь воспользовалась ими.

— Если «бешеный пес» и «фу, песик, сидеть» считается, то тогда мы с сестрой очень похожи, — произнесла, подходя к ним, Соня.

Дрэйк сразу же взял руку жены и поднес к губам. Нежность, с которой это было проделано, не укрылась ни от кого, и Сара еще сильнее зауважала свояка, который не стесняется проявлять свои чувства на публике, не думая о том, что это может умалить в глазах друзей его мужественность.

— Соня, пользуешься положением? — спросил Дрэйк, поднимая бровь.

— Есть немного, дорогой. Увидела, что без меня тебе тут несладко, и решила присоединиться. Так сказать, выслушать в открытую все претензии. Ну так как? — с вызовом бросила Соня, уставившись на насупленного мужчину, что так пока и не представился.

Сара сразу передернула плечами. Ее сестра никогда раньше не была такой решительной. Это качество явно появилось в ней уже после замужества. Она с восхищением посмотрела на Соню, еще раз убеждаясь, как много зависит от мужчины, если дело касается способности женщины раскрыться. Правда, ей над этим пришлось поработать самой, но они с сестрой всегда были слишком разными.

— Человек не способен соединиться с оборотнем. И я не боюсь сказать тебе это в лицо. Альфа не может бояться слабой человеческой женщины.

«Ой, ой, ой, — мысленно поцокала языком Сара. — Где же ты, такой умненький, прятался все это время?».

— Фу, песик! Такой красавчик, а гадишь, где не следует.

О да, ее слова достигли цели. Девушка увидела это по его вспыхнувшим глазам и сладко улыбнулась, радуясь начинающейся пикировке.

Минутная тишина, а потом последовал взрыв хохота со стороны Оскара и Грега. Даже Дрэйк и Соня не выдержали и присоединились к ним. Мужчина лишь зарычал и злобно исподлобья посмотрел на нее. Только вот девушку это нисколько не напугало. Наоборот, послало по всему телу новую волну страстного трепета.

— Сидеть, мальчик, сидеть. А то надену намордник, — добавила она, сбивая озлобленного волка с толку.

Мужчина был явно озадачен ее поведением, и Сара сразу же поняла, что он из той породы самцов, которым трудно даже представить, что женщина может дерзить им открыто, в лицо. Слишком властен, слишком привык подавлять, слишком доминант. Она была на сто процентов уверена, что секс с ним доставил бы ей колоссальное удовольствие, и даже задрожала от предвкушения. Она хотела его. А у нее по жизни было правило — получать то, чего очень хочется.

— Тебе разве не говорили в детстве не дразнить диких животных?! — прорычал мужчина и тут же посмотрел на Cоню, которая громко фыркнула и рассмеялась, а вот зять, наоборот, насупил брови.

— Это что, коронная фраза оборотней? — сквозь смех спросила сестра, и Сара сразу догадалась, что той не раз приходилось слышать данное выражение.

— И твой пушистик тоже такое говорит? — тут же поинтересовалась, желая подтвердить свою догадку.

— О да, постоянно. Это что-то вроде брачных игр, — весело ответила Соня, пристально глядя при этом на недовольное лицо Дрэйка.



Если это был призыв к брачным играм, то Сара готова поиграть, главное только обойтись без самого замужества. Как бы ее ни привлекал этот мужчина, о браке и речи быть не могло. Да и в общем ей всегда казалось, что она не создана для семейной жизни. Слишком любит свободу и в той же степени терпеть не может перед кем-то отчитываться, ставить в известность о своих замыслах, планировать будущее и обустраивать гнездышко. Нет, это не для нее.

— Ага, приглашение для самки, — не удержавшись, с умным видом добавила девушка.

— Боже, они друг друга стоят, — снова засмеялся Грег. — Поздравляю, Дрэйк, ты просто счастливчик. Алек, сдайся уже, тебе в этой схватке не победить, будь ты хоть трижды альфой.

«Значит, Алек, — подумала Сара. — Вот и познакомились».

Мужчина сердито посмотрел на друга и уже повернулся, чтобы уйти, когда Сара в неожиданном для себя порыве схватила его за руку, останавливая. Он, выгнув бровь, посмотрел на нее с немым вопросом. Черт, она не знала, какая зараза ее укусила и заставила так действовать, но просто не могла дать ему исчезнуть из ее поля зрения. Еще нет. Вдруг ей в голову пришла идея.

— Ну, песик, ты куда? Покажи мне, что кроме рычания ты еще что-то умеешь. Пошли танцевать, — и она потянула его в сторону танцпола.

Это был отличный повод ощутить на себе его сильные мужские руки, а такое желание просто распирало ее изнутри. Никогда с девушкой такого еще не происходило, но она была из тех людей, которые смело идут навстречу неизведанному, а не бегут от него.

Как ни странно, но, удивив друзей, на лицах которых легко читалось изумление, мужчина устало вздохнул и пошел танцевать. Его рука легла на ее талию, и Сара вздрогнула от электрического разряда, который пробил ее тело. Как могло одно прикосновение так подействовать на нее? Она ничего не понимала, но приготовилась ощутить еще больше, когда он, повинуясь медленному ритму музыки, притянет ее к себе.

И вот воздух словно потяжелел, тело налилось горячим вожделением, а сердце бешено застучало в груди. Одной рукой он властно сжимал ее талию, второй же нежно держал руку. Их движения были размеренными, они плавно скользили по паркету под легкую ритмичную мелодию.

— Деточка, каждый оборотень поблизости от нас уже понял, что ты готова раздвинуть передо мной свои ножки и отдаться прям здесь, на танцполе, — с придыханием прошептал мужчина, опустив голову к ее волосам.

Сара улыбнулась. Возможно, он ожидал, что она взорвется и устроит шоу, оставив его одного. Но Сара не была бы собой, если бы была настолько предсказуемой.

— Я же не виновата, что вместе со скверным характером ты получил от природы такое сногсшибательное тело. Хотя, понаблюдав за твоими друзьями, могу предположить, что для оборотней это норма. Вот она, насмешка жизни, — все потрясные мужики имеют шерсть и блох.

— К твоему сожалению, нимфоманка, нам запрещено спать с человеческими самками.

— Гм, я не страдаю бешенством матки, хотя для тебя сделала бы исключение.

— Черт, ты даже не краснеешь, когда такое говоришь!

— Моя душа полностью отдана пороку, — засмеялась девушка. И неожиданно увидела, как он отвечает ей легкой улыбкой.

— О! Да ты что, умеешь улыбаться?! Я думала, тебе природой предопределено быть угрюмым и недовольным.

— А ты встречала веселых волков?

— Ну-у… — Сара сделала вид, что задумалась. — Ян, например, очень даже веселый парень.

— Лишь потому, что ты не объект его желаний. Уверен, та самка, с которой он сейчас танцует, совсем не считает его весельчаком.

Сара бросила заинтересованный взгляд в сторону беты, который танцевал недалеко от них с симпатичной женщиной. Девушка вспомнила, как сестра рассказывала о своем враче и лучшем друге Дрэйка, и предположила, что именно этот врач сейчас и находится в объятиях Яна. И выглядела она не совсем радостно, скорее наоборот: казалось, еще немного и бета скорчится на полу от ее убийственного взгляда.

— Ну да, сейчас это неудачный пример. Но как я успела заметить, твои друзья…

— Мои соседи, — поправил ее Алек.

— Оскар и Грег, — продолжила она, — очень веселые ребята.

— Деточка, не обманывайся. Мы все угрюмые и злые, готовые укусить в любую минуту.

— Милый, можешь кусать меня, когда тебе захочется, — вдруг с вызовом вырвалось у нее.

В его глазах мелькнуло удивление и искра какого-то чувства. Она понадеялась, что это был проблеск ответного желания. Тело молниеносно отозвалось на этот пылающий огонь и дыхание снова участилось, полностью выдавая ее. Девушка всегда придерживалась принципа: если ты не можешь чего-то скрыть, не позорься попытками, а гордо заяви об этом вслух, словно так и было задумано. И сейчас она тоже не собиралась жеманничать и играть в невинность, тем более из полученной ею информации следовало, что оборотни сверхчувствительны, а значит, ложь он распознает сразу.

— Черт побери, я ощущаю, что ты на самом деле этого хочешь! Я прав, деточка?

— Я вышла из того возраста, когда отрицают свои потребности.

— Запрет никуда не делся.

— Но это не значит, что нет других способов доставить друг другу удовольствие.

Сара почувствовала, как после этих слов затвердели мужские руки, крепче прижимая ее к горячему телу. Его губы оказались возле ее уха, обжигая дыханием и вызывая новую волну сладкой дрожи.

— Хочешь почувствовать мой рот на твоей шее? Как он спускается к торчащим вершинкам, уже затвердевшим от желания? А после, когда они станут красными от моего внимания, я отпущу их и прохладный воздух ночи будет твоей наградой. И тогда мой рот спустится еще ниже, к самому центру желания, и я получу подтверждение твоих дерзких слов и попробую, насколько влажной ты стала…

Саре показалось, что она готова кончить прямо сейчас. Девушка до боли закусила нижнюю губу, стараясь прийти в себя от страстного шепота. Что ж, в этом раунде выиграл он. Один-один. За вызов всегда приходится платить, а она бросала ему словесную перчатку уже не раз. Вот только мужчина оказался не таким холодным, как она предполагала. Нет, скорее диким и необузданным, как сама природа. И это возбуждало еще сильнее.

— Хочу — если ты и правда сумеешь воплотить свои слова в жизнь. А то знаю я, как вы, мужики, разбрасываетесь обещаниями, а когда доходит до дела, то сразу сдуваетесь.

— Сомневаешься в моих способностях?

— Еще не видела им подтверждения, поэтому да, сомневаюсь!

Ей показалось или и правда в ответ на ее вызов глаза мужчины блеснули желтым? Незаметно для нее они оказались на краю танцпола, и Алек, резко остановившись, потянул девушку в сторону. Большая теплая рука сжимала ее локоть все время, пока он вел ее за собой. К удивлению Сары, мужчина, похоже, был хорошо знаком с планировкой дома ее свояка, потому что быстро нашел дверь, через которую они попали в небольшой коридор, ведущий к комнатам прислуги. Так как все сейчас были заняты обслуживанием гостей, в помещении было тихо и темно. Лишь одна небольшая лампочка создавала мерцающий полусвет, позволяющий Саре разглядеть состояние мужчины.

Достигнув желаемого результата, а именно получив возможность уединиться, Алек резко прижал девушку к стене, перекрыв руками ей путь к отступлению. Она усмехнулась, давая понять, что побег не значится в ее приоритетах, и с восхищением произнесла:

— Быстро сработано.

— Многолетний опыт.

— Используешь дом друга для встреч?

— Только если дама сама напрашивается.

— А ты всегда угождаешь?

— Грешно отказывать жаждущей женщине.

— Кобель.

— Сучка.

Горячий рот обрушился на нее, пропустив этап первого знакомства, сразу резко раздвигая языком податливые уста и грубо проникая внутрь. Разница в росте заставила ее запрокинуть лицо в желании предоставить больший доступ, при этом она умудрялась еще и слегка двигать головой, руководя их поцелуем. Но мужчина рукой сильно сжал ее затылок, фиксируя положение головы, не оставляя девушке ни капли власти и контроля. Язык проворно прошелся по нёбу, встречаясь с ее языком, в одно мгновение сплетаясь с ним и отталкиваясь от него в другое.

Ее руки вцепились в лацканы его вечернего костюма, а нога поднялась вверх, зацепляясь за его ногу, чтобы уменьшить расстояние между ними. На ее счастье, низ платья был из легкой воздушной ткани, не сковывающей движений.

Когда нехватка кислорода заставила его прекратить наконец эту безумную атаку на ее рот, оба уже тяжело дышали.

— Ну что ж, у тебя есть шанс показать мне, на что ты способен, — заявила Сара, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойней, но признавая, что дается это ей с трудом.

— Ты еще будешь молить о пощаде, — предупредил он и так облизал губы, словно ее соки уже были на его устах.

Это нехитрое действие вызвало прилив ноющей боли внизу живота, поэтому девушка сильнее прижалась к выступающему бугру на его штанах. И с радостью заметила, как дернулся кадык, показывая, что мужчина не остался равнодушным.

— Поспорим?

Глава 2

Его руки крепко сжали женские ноги, под пальцами ощущалась нежность кожи. Словно самый дорогой шелк. И сейчас к этому шелку грубо прикасались когти дикого зверя. Он резким движением закинул их себе на плечи и заставил девушку скрестить их за своей шеей. Да и принуждение было лишь видимостью, ведь Сара сама с радостью проделала эти нелегкие манипуляции. Ей не верилось, что она, опираясь спиной на стену, практически висит в воздухе, придерживаемая лишь одной его рукой.

«Сильный мужик — находка для женщины, а оборотень — тем более», — вспомнила собственную, некогда брошенную сестре, фразу.

И вот сейчас она получала подтверждение этому. Ее пальцы в поисках опоры вцепились в плечи Алека, а в это время его голова исчезла под складками ее юбки. Горячее дыхание обжигало кожу возле тоненьких стрингов, посылая по всему телу миллионы возбуждающих мурашек. Легкий стон сорвался с искусанных до крови губ. Необъяснимая потребность в мужских прикосновениях была неконтролируемой и ненасытной. Одно небрежное движение и ее трусики разорваны, а на пол падает лоскуток ткани.

Освободив себе доступ к средоточию женской страсти, Алек уткнулся в ее промежность носом. Он резко втянул в себя аромат девичьего желания и ощутил, как закипела в венах звериная кровь. Такого запаха не было ни у одной из самок, которых он когда-либо встречал в своей жизни. Даже его пара так не пахла. Пряный сильный аромат отдавал буйством красок и вызовом, призывал вкусить эту сладость, поглотить ее суть и сделать своей. Невозможно, чтобы человеческая женщина так пахла для него. Это просто не поддается объяснению ни логикой, ни законами их природы. Но Алек уже не мог мыслить настолько здраво, чтобы задуматься об этом. Ее аромат ударил ему в голову как самое изысканное вино, пьяня, искушая и притягивая.

Он больше был не в силах сдерживать порыв испробовать девушку на вкус. Слишком манящим казался его зверю ее аромат. И уже стало не важно, где они находятся и что она человек. Все стерлось под влиянием этого женского дурмана, усиливающего дикое вожделение. Как только шершавый язык прошелся по влажной щели и он ощутил во рту ее сладкий вкус, животное в нем полностью вышло наружу, задвигая остатки разума за стену звериных инстинктов. Остался только безумный порыв взять эту суку, заклеймить своим запахом, поглотить ее экстаз. Его животное было ненасытно. Движения мужского языка стали сильными и напористыми. Он то лизал ее, поглощая выделяющиеся любовные соки, то сосал, втягивая плоть глубоко в рот, смакуя ее, как некий деликатес.

— О боже, да! — кричала Сара, изнемогая от невероятного ощущения его рта на своей промежности. — А… ле… к!

Голова девушки сильно откинулась назад, макушка вдавливалась в твердую стену. Кровь стучала в висках, в ушах шумело. Лицо заблестело от пота, а глаза практически закатились. Окружающая действительность исчезла, смылась волной жаркого наслаждения, которое дарил ей этот алчный рот. Интенсивность чувств была такой, что задрожали все нервные окончания в ее теле. Руки вцепились в его плечи, пальцы сминали ткань платья, мешающую добраться до его мускулов. И все же этого почему-то казалось слишком мало. Ей хотелось большего, намного большего.

— Еще! Пожалуйста, хочу еще! — она срывала голос и изо всех сил стискивала его голову ногами.

Зверь, реагируя на требования своей самки, недовольно зарычал прямо в ее плоть. Здесь он был хозяином и только он решал, как поступить. Пальцы больно впились в девичьи икры, разрезая выступившими когтями ткань. Контроль, которым Алек всегда так гордился, был безнадежно забыт. Зубы во рту увеличились, превращаясь в звериные клыки. Он впился ими в клитор, причиняя адскую боль, и Сара закричала от агонии, смешанной с безумным экстазом. Это было настоящее сумасшествие! Никогда в жизни она не испытывала такого. Невероятное, дикое наслаждение!

— А-а-а-а! Господи! — ее голова бесконтрольно билась об стену, на этот раз от конвульсий наслаждения, начавших сотрясать тело, когда в нем свирепой бурей взорвался неожиданный оргазм. — Алек!!!

Еще никогда она не кончала настолько быстро и интенсивно. Никогда и ни с кем. Словно он нажал в ней на таинственную кнопку, и от этого прорвало плотину запретов и ограничений. И еще, как ни странно, невероятное удовольствие имело болезненный привкус. Сара никогда не любила боль и не понимала тех, кто получает от нее наслаждение. До сегодняшнего дня. Потому что сейчас от ощущения его зубов на своем интимном месте она просто обезумела.

— Алек… — его имя хрипом слетело с ее уст, когда ураган блаженства утих до небольшого дождика.

Вот только этот доминирующий самец еще не закончил с ней. Он наслаждался вкусом соков ее оргазма, которые бурным потоком изливались прямо в его рот. Но как только почувствовал, что дрожь стихает, снова провел своим длинным шершавым языком по мокрой промежности, медленно облизывая ее, словно уже был не человеком, а животным, вычищающим свою самочку после совокупления.

— Что ты… о… ах… да… еще… еще… — сначала девушка мимолетом удивилась возобновившимся ласкам, но невозможно длинный и гибкий язык заставил удивление уйти, заменив его новыми порциями удовольствия.

Он лизал ее щель, двигая языком вверх-вниз, и шероховатость этого языка вырывала у нее все новые и новые порции гортанных стонов. А после вдруг резко вошел языком в напряженный канал. Это было невероятное ощущение! Он так глубоко проникал внутрь, что это казалось просто невозможным. Но он делал это. Новый взрыв оргазма прошелся по телу, и девушка забилась в немыслимых судорогах. Нечеловечески сильные руки пригвоздили ее к стене, зафиксировав в этом положении. Мужчина сжимал ее с такой силой, что когти царапали бедра и капельки крови потекли по белоснежной коже, пропитывая тонкую ткань платья. Но эта боль не смогла прояснить рассудок девушки, скорее наоборот, приблизила к неведомой ранее границе безумия.

Врываясь в нее языком, полностью имитируя половой акт, Алек умудрялся еще и рычать так, что нежная кожа вокруг интимного места покрылась мурашками. Дурманящие соки, которыми он наполнил свой рот, бежали в его крови, заставляя зверя желать покрыть ее собой. Она была настолько сладкой и настолько сильно текла в своем желании, словно требовала его член. «Чертов запрет!» — крутилась в его голове ненавистная мысль. И если бы он только знал, что это не повредит девушке, то тут же поставил бы ее на колени и ворвался бы в эту мокрую тугую щель, которая стискивала его язык своими мышцами так, словно просила о большем.

Пряный аромат секса наполнил помещение, стены впитывали в себя громкие девичьи крики. Голос Сары уже звучал хрипло, с надрывом, но она не могла заставить себя замолчать. Ей нужно было выплеснуть наружу всю ту мощь, что сотрясала тело. Голова ныла от неосторожных ударов об стену, а глаза постоянно закатывались. Горячие слезы текли по щекам, смачивая пересохшие губы. Они не были вызваны болью. Просто ее тело настолько переполнилось феерическими ощущениями, что они искали выход наружу в любых проявлениях. В криках, стонах, конвульсиях, слезах…

Словно обезумев, он снова и снова врывался в нее своим проворным языком, ударяя его кончиком по чувствительной точке. Животное в нем упивалось своей властью над девушкой, полностью покоренной им. Больше не было вызывающих слов и вызывающихся движений. Крики Сары постепенно перешли в хрипы, а тело обмякло, словно силы покинули ее. Он знал, что экстаз был слишком сокрушительным для ее человеческого организма, но зверь желал показать всю свою силу, чтобы она никогда не смогла забыть о нем, никогда бы не посмела сравнить его с кем-то и возжелать кого-то другого. Заклеймить ее, оставить метку принадлежности себе. И после этого Сара навсегда запомнит, как опасно дразнить дикого зверя.

Сделав последний сильный выпад языком и услышав неестественный хрип, он вышел из нее и, повернув голову вправо, укусил в бедренную вену. Металлический привкус крови разлился во рту, затопляя сознание небывалым доселе экстазом, и Алек взорвался, впервые в жизни кончая в собственные штаны. Оргазм настолько потряс его сознание, что мужчина не удержался на ногах и опустился на пол, падая на колени. Вслед за ним и Сара сползла по стене. Удерживая девушку одной рукой, вторую он опустил на свой извергающийся в штанах член и сильно сжал его. Вздрогнув от последней струи, мужчина почувствовал под пальцами мокрое пятно.



Невероятное блаженство окутало его тело и душу, успокаивая довольного зверя. Его язык методично и нежно зализывал место укуса. Он просунул руку себе под пояс штанов и увлажнил в своем семени. После чего его рука вновь вернулась к телу девушки и погладила голое бедро, на котором красовались следы царапин. Алек втирал в ее кожу свою сперму, жалея, что этот способ не действует долго и скоро его запах покинет поры ее кожи.

Тело девушки расслабилось в его руках. Она почти выскальзывала из сознания, паря в своем волшебном мире. Ее переполняли неистовые ощущения, болезненные и тревожные в один момент, сладкие и греховные в другой. Глаза затуманились, тело все еще дрожало от интенсивности произошедшего. Бедро ныло от боли, а лоно трепетало от пережитого оргазма. Каждая ее косточка настолько расслабилась, что, казалось, она не сможет собрать себя до кучи. И если бы не поддержка Алека, то она сползла бы вниз и растеклась лужицей.

Алек выпутался из разодранной ткани ее юбки и посмотрел на девушку снизу вверх. Поистине картина была восхитительной. Мужчина и не предполагал, что на него так подействует вид ублаженной им женщины. И вот в этот идиллический момент к нему пришло осознание собственного поступка. Он переступил грань. Если оральные ласки еще можно как-то объяснить, то укус был верхом слабоумия. Как он позволил этому случиться? Страх побежал по венам, в которых секунду назад пылал огонь страсти и наслаждения.

А что, если он заразил ее ликантропией?! Нет, этого не может быть! Он лишь слегка прокусил кожу, недостаточно сильно, чтобы изменить девушку, в этом он был уверен. Но все равно это было грубейшим нарушением их закона. Наказание за такой проступок варьировалось от лишения свободы до казни, в зависимости от состояния жертвы. Только факт сцепления служил смягчающим обстоятельством, но не в его случае. Ведь у него никогда не будет пары, потому что его истинная пара вот уже пять лет как мертва.

«Черт возьми, если Дрэйк узнает, что я сделал с сестрой его пары, то просто оторвет мне яйца, а мою стаю заберет себе», — промелькнуло в голове Алека.

Мужчина быстро поднялся сам и поставил девушку на ноги, сразу же отодвигаясь от нее. Веки Сары дрогнули от этого движения. Взгляд девушки был все еще затуманен экстазом, но в нем уже проглядывал вопрос. Он сделал шаг назад и увидел, как ее ноги подогнулись и она снова осела на холодный пол. Еще один шаг и лицо, сияющее от неизведанного доселе удовольствия, нахмурилось. Ошеломленный происходящим, Алек, запустив пальцы в волосы, отступал все дальше и дальше. Ее сладкий аромат взывал к нему. Зверь под кожей ревел от желания закончить начатое. Развернуть ее спиной к себе, поставить на колени и грубо покрыть, клеймя собой. Он замотал головой, избавляясь от этого наваждения, и уперся спиною в дверь.

Сара смотрела на него глазами, полными смятения. Пытаясь стряхнуть остатки пережитого наслаждения, она силилась понять, что происходит. Не мог мужчина, который только что подарил ей самый волшебный оргазм в мире, уходить от нее. Не мог. Но он это делал. Она разглядела сожаление и страх в его взгляде и уже открыла рот, чтобы спросить, какого черта происходит, когда тихое жестокое слово слетело с его губ:

— Прости…

— Что? — выдохнула пораженная Сара.

Но мужчина уже повернулся к ней спиной. Быстро схватившись за ручку двери, он вылетел из помещения, сбегая, как последний трус. Сара ошарашено уставилась на дверь, не понимая, как с ней могло такое случиться. Вот только что она встретила, казалось бы, идеального мужчину, а он бросил ее посреди предварительных ласк сразу после крышесносного оргазма. Ну и что, что дальше заходить они не собирались! Предполагалось, что они потратят еще пару часов на удовлетворение друг друга, а после, поправив одежду, разойдутся как взрослые цивилизованные люди.

В итоге она сидит на полу, жестоко оттраханная его ртом, все еще ощущая негу наслаждения, в то время как он убежал от нее со скоростью света. Урод! Лохматый паранормальный урод!

Дрожащая девушка попыталась подняться, опираясь рукой на стену. Ноги были слабыми и неустойчивыми, а мысли порхали, как бабочки, от удовольствия к негодованию. Между ног после пережитого оргазма было влажно, настолько, что казалось, ее соки текут по ногам. Прическа испорчена, как и макияж. Вернуться на прием просто невозможно. Да даже если бы по ее виду и нельзя было бы определить, чем она только что занималась, то сверхобоняние мохнатого общества сразу бы раскрыло ее ложь. Поэтому Сара отбросила идею привести себя в порядок в ближайшей уборной и попытаться обмануть тех, кого обмануть нельзя.

Нащупав на полу свой клатч, она неровной походкой поспешила покинуть место преступления. Выйдя в коридор, девушка осмотрелась, вспоминая, где именно находится. Когда поняла, что именно этот коридор может вывести ее к черному ходу, которым пользуются слуги, у нее вырвался вздох облегчения.

Шатаясь, побрела к выходу. К счастью, ей повезло выбраться на задний двор и не наткнуться ни на кого из тех, кто мог бы учуять произошедшее с ней. Отойдя от дома в тень деревьев, Сара достала из сумочки телефон и вызвала такси. Механический голос диспетчера сообщил ей время прибытия машины, и девушке ничего не оставалось, кроме как устало прислониться к дереву и ждать.

Через полчаса заказанное такси наконец показалось возле ворот имения. Даже несмотря на то что сегодня был прием, его не пропустили на территорию просто так. Водителю пришлось связываться с ней, а ей в телефонном режиме подтверждать, что это именно она вызвала машину. Только после этого охранники согласились пропустить его. В противном случае Сара не представляла, как бы доковыляла в своем нынешнем состоянии до ворот.

Таксист странно посмотрел на нее в зеркало заднего вида, но благоразумно промолчал. Девушка прекрасно понимала, что выглядит как жертва изнасилования в своем порванном платье, с растерзанной прической и расцарапанными бедрами. К счастью, водитель оказался из числа тех людей, что предпочитают не лезть в чужие неприятности, и в полной тишине доставил ее домой.

Тихо крадясь к своей комнате, Сара молилась, чтобы не встретиться с родителями. И свободно вздохнула, только когда закрыла за собой дверь спальни. Да, давно следовало подумать о собственном жилье, но так как ее лень видела в проживании в родительском доме несомненные плюсы для себя (а именно готовку и уборку, которыми в основном занималась мама), то и переезд постоянно откладывался. Да и не могла младшая дочь выпорхнуть из дома раньше старшей, никак не могла.

Но теперь в этом отношении путь ей открыт. Соня замужем, и все внимание и кудахтанье матери переносятся на нее, Сару. Поэтому не сегодня, так завтра ее могут застать в компрометирующей ситуации, чего девушка никак не желала.

Вздохнув и прижавшись на мгновение к двери, Сара на ватных ногах все же поплелась в ванную. Аккуратно и медленно стягивая порванное платье, стараясь не задеть при этом мелкие царапины, она горестно сокрушалась о дорогой сердцу вещице. Потому что лучше горевать о вещи, чем предаваться постыдным воспоминаниям. Но стоило под теплыми струями душа лишь на мгновение прикрыть глаза, как перед внутренним взором вставала картинка удирающего от нее мужчины.

Это приводило в бешенство, пробуждало в душе злость и негодование. А какой женщине понравился бы такой поступок? Какая не чувствовала бы себя растоптанной? И как после такого не заиметь кучу комплексов? Зная, что сегодня от нее стремительно сбежал самый потрясающий мужчина из всех, что встречались в ее жизни? Что с ней было не так? Что она сделала неправильно?

Неужели в какой-то момент ему стала противна ее доступность, и, ощутив презрение, он решил не заходить еще дальше? А его поспешное тихое «прости», прозвучавшее как гром среди ясного неба? Прости что? Прости, ты не достойна меня? Прости, но твое тело не пришлось мне по вкусу? Прости, я не хочу тебя? Что? Что? Что?!

Большой знак вопроса поселился в ее мыслях с того момента, как это слово сорвалось с его уст. Самое отвратительное слово, которое ей говорили во время секса. Самое разрушительное. Ведь, в отличие от него, она впервые испытала что-то запредельное. То, из-за чего ее тело до сих пор млело в сладкой истоме, желая еще большего. Почти требуя этого. Настолько, что хотелось просто протянуть руку и самой приласкать себя. Единственное, что останавливало, — понимание, что этого будет недостаточно. Ничего не будет достаточно. И никого.

Да как он посмел показать ей врата рая и так жестоко спустить на землю?! Затмить собой всех предыдущих любовников, какими бы искусными они не были? Просто в один миг стереть их из ее памяти, оставив там лишь свой образ?

Большой плохой волк!

Она просто ненавидит его. Ненавидит и желает.

За своими гневными мыслями Сара и не заметила, как натерла мочалкой кожу до покраснения. Еще немного и разодрала бы ноющие царапины до крови. Легким движением провела пальцами по раздраженной коже, а после скользнула ими на внутреннюю поверхность бедра. Нет, не для того, чтобы приласкать себя, а скорее из-за любопытства, потому что вспомнила, как касались там ее кожи острые (если верить ощущениям) зубы.

Нахмурившись, попыталась вспомнить, укусил он ее или нет, но воспоминания были затянуты мутной дымкой безумного наслаждения. И все же мелькнувшая тогда резкая боль наводила сейчас на мысль, что он попробовал ее плоть на зуб. Сара не знала, чем это ей грозит. Заразил ли он ее, сделав оборотнем, или это всего лишь привычное для него поведение во время предварительных ласк? Только двое могли дать ей ответ на этот вопрос, и ни к одному она не желала с ним обращаться. Первым был сам Алек, а вторым — ее зять, Дрэйк.

Она просто сгорит от стыда, если рискнет спросить о таком у мужа сестры. Нет, лучше подождать и посмотреть, изменится в ней что-то или нет. И только если не останется другого выхода, тогда она обратится к Дрэйку.

Глава 3

Неяркий утренний свет прокрался в комнату через щель между гардинами и упал на постель, где, свернувшись калачиком, лежала девушка. После продолжительного душа Сара долго ворочалась на кровати, пытаясь успокоить дрожащее тело. Подаренный Алеком оргазм был самым мощным, интенсивным и всепоглощающим из всех, когда-либо пережитых ею. Даже теплая вода не смогла успокоить разбушевавшуюся плоть. Отголоски наслаждения, словно не желая покидать женское тело, пробегали по нему будоражащими мурашками. Девушка надеясь, что хотя бы сладкий сон утихомирит ее либидо, но к утру ей стало только хуже.

Зябко вздрогнув, Сара натянула на себя простыню и это при 35 градусах жары. Ее трясло, словно в лихорадке, кости крутило, а пот холодной струйкой стекал по спине. Но самой неприятной была тянущая боль внизу живота. Она жгла внутренности, связывала в узлы мышцы и посылала по венам пламя. Дыхание было тяжелым. Рывками втягивая в себя воздух, Сара скулила от накатывающей волнами боли.

Опустив руку вниз, девушка прижала ее к своему распухшему от прилива крови клитору. Ощутив на пальцах вязкие выделения, Сара быстро подсчитала дни и поняла, что до месячных еще примерно неделя. Противозачаточные отлично регулировали их, помогая не сбиваться и приходить вовремя. Да и не было у нее никогда таких болей при месячных, не было. Тогда что же с ней происходит?

— Твою ж мать! — громко закричала Сара в подушку, когда интенсивность боли снова возросла.

Через несколько часов ее уже трясло настолько явно, что зубы стучали. Сара не знала, что и где она подхватила, только надеялась, что это никак не связано с вчерашним происшествием. Хотя мысль позвонить сестре и ее мужу все-таки всплывала, девушка вновь и вновь отвергала ее. Рассказывать Дрэйку и Соне, что она вытворяла с практически незнакомым мужчиной в их доме да еще посреди приема?.. Сестра такого не поймет, а выслушивать нравоучения Сара терпеть не могла.

«Просто это, скорее всего, какой-то дурацкий вирус и ничего более», — успокаивала она себя. Постепенно сознание стало уплывать, растворяясь в агонии, но что-то не давало полностью провалиться в такую спасительную темноту. Словно специально удерживало на краю, заставляя ощущать всю глубину непрекращающихся мучений.

Время утекало как песок сквозь пальцы. Сара не представляла, сколько это продолжается. Минуты и часы перестали иметь для нее значение. Остались только боль и огонь, сжигающий дотла ее внутренности. Где-то на периферии сознания девушка услышала далекие голоса. Мелькнула мысль, что это не могут быть родители, так как по идее оба уже давно должны находиться на работе. Но и версию, что в дом залезли воры, Сара тоже отбросила. Ее измученный болью мозг практически моментально забыл о голосах, вновь сосредотачиваясь на очередном приступе.

Вот только настойчивый стук в дверь не давал сконцентрироваться, врываясь в сознание так неумолимо, что девушке пришлось напрячься в попытке уловить, чего от нее хотят. И она поняла, что слышит взволнованный голос сестры.

— Что она тут делает? — простонала девушка, выгибаясь на кровати, чтобы посмотреть на дверь.

— Сара!!! — обеспокоенный крик Сони, а вслед за ним твердый голос ее мужа с нотками стали и четкий приказ:

— Сара, открой дверь!

Она действительно хотела ответить им, но в горле першило, а губы настолько пересохли, что, сколько бы она ни проходилась по ним языком, это ни капли не помогало.

— Дрэйк, ломай дверь! — краем уха услышала девушка, и хмурая складка обозначилась на ее лбу.

«Что значит — ломай дверь? — удивилась она. — Зачем это делать?»

— А-а-а-а-а… — болезненно застонала она, когда очередной приступ новой усиленной волной ударил в ее тело.

Секунда и один удар — и белая дверь валяется на полу.

— Твою ж мать! — выругался мужчина, когда аромат, пропитавший помещение, ударил ему в нос. — У нее течка!

— Как течка? — ошарашено переспросила Соня, врываясь в комнату вслед за мужем.

«Такой же вопрос», — сквозь нестерпимую муку подумалось Саре, но мысль сразу же затерялась в приступе боли.

— Такая же, что была и у тебя. Течка при спаривании.

Соня быстро подскочила к сестре и опустилась рядом с ней на кровать, а Сара протяжно застонала, потому что даже такое незначительное движение возле нее вызывало боль. Ей хотелось замереть в одной позе и не двигаться. Поймать тот миг, когда боль отступает, и жить только в нем.

— Соня, не трогай ее! — приказал Дрэйк, все еще обнюхивая спальню, пытаясь определить, кто причастен к возникновению такой ситуации. — Ей будет только хуже от твоего прикосновения.

— Сара… Сестричка…

Веки девушки дрогнули, но так и не поднялись. Она практически скулила, не отдавая себе в этом отчета. Голос сестры доносился словно издалека. Единственным желанием девушки в этот момент было умереть, чтобы не чувствовать больше такой боли.

— Дрэйк, как это могло с ней случиться? Ты же говорил, вы не спариваетесь с людьми! Почему моя сестра сейчас страдает? — гневно закричала Соня, ощущая собственную беспомощность.

Она не знала, как помочь младшей сестре, а единственный мужчина, который, можно сказать, был ответственен за это, в задумчивости стоял в стороне. Гнев и злость на Дрэйка поднялись в ней.

— Это могло произойти только в том случае, если ситуация сложилась, как и с тобой, — спокойно начал мужчина, словно и не замечая ярости жены. — Она чья-то истинная пара. Осталось выяснить чья и отвезти ее к нему.

— Так выясни это! — заорала Соня, когда сестра в очередной раз болезненно замычала.

— Этим я и занимаюсь. Стараюсь уловить и распознать аромат самца, который вызвал у нее течку. Но вокруг слишком много феромонов, да еще и ты немного отвлекаешь!

Соня от гнева прикусила нижнюю губу, но промолчала. Дрэйк снова втянул в себя воздух. Его ноздри трепетали, мужчину не покидало ощущение чего-то знакомого. Словно это кто-то близкий. Тот, кто совсем недавно был рядом. Постепенно исключив все поверхностные ароматы, он наткнулся на четко узнаваемый запах сильного самца.

— Твою ж мать! Алек!

— Какой Алек? Это же не тот хам, что вовсю критиковал нашу женитьбу? Не тот, с которым препиралась Сара? — возмущенно поинтересовалась Соня.

— Именно тот, — стиснув зубы, процедил Дрэйк.

— Как такое могло случиться? Он же презирает людей!

— Об этом лучше спросить твою сестру.

— Она сейчас не в состоянии отвечать мне! — в панике вскрикнула Соня, и в этот момент Сара снова застонала от жгучей боли и начала метаться по постели в поисках успокоения. — Я убью его!

— Я сам это сделаю. Но сначала необходимо помочь Саре и желательно это сделать до того, как ее учует какой-то другой оборотень.

— Что значит — другой оборотень? — не сводя глаз с сестры, переспросила Соня.

— А то, что он сделал ее желанной для любого свободного оборотня, который находится в пубертатном периоде или прошел его и теперь просто ищет подходящую для спаривания самку. Нынешний запах Сары делает ее не просто подходящей, а очень желанной. Это словно аромат самого изысканного деликатеса, особенно для голодающего.

— Твой друг — мертвец, — спокойно пообещала Соня, но голос ее звенел от гнева и злости.

— Он мне больше не друг. Семья прежде всего, — твердо ответил ей Дрэйк, не упомянув, правда, что Алеку, скорее всего, придется войти в эту семью, несмотря на желание (или нежелание) ее членов.

— Как мы можем убрать это? Помочь ей?

Глаза девушки, стоило ей бросить взгляд на сестру, наполнились слезами. Она помнила свои мучения, но эти воспоминания были словно в дымке. Их перекрывали воспоминания о страсти и неземном наслаждении, что дарил ей ее супруг, убирая боль и сводя с ума.

— Никак. Это не лечится. У обычных самок все проходит только после спаривания. Если же они хотят избежать спаривания, то просто терпят мучения. Но Сара не самка оборотня и течка у нее не обычная. Поэтому я сомневаюсь, что ей можно терпеть и что это пройдет само собой, — Дрэйк пожал плечами, и эта его спокойная реакция подействовала на Соню еще более угнетающе.

— Тогда что нам остается? Подложить ее под кого-то?

— Я даже сомневаюсь, что кто-то со стороны подойдет.

— Но ты же сам сказал… — Соня в растерянности нахмурилась.

Вопрос «Что делать?» крутился в ее голове, словно заезженная пластинка. Она была готова пойти на все, лишь бы помочь сестре, потому что понимала, что не может ни вызвать «скорую», ни даже рассказать родителям. Она ввела сестру в этот мир и только она в ответе за произошедшее.

— Я сказал, что она желанна для одинокого самца, но не сказал, что спаривание с ним спасет ее от боли и уберет течку. Если она истинная пара Алека, а только так он мог принести течку человеческой женщине, то это вызвало перестройку в ее организме, делая ее сопоставимой только с ним. Так же, как было с тобой, родная.

— То есть секс с другим оборотнем может быть еще более опасным для ее здоровья, чем эта течка?

— Возможно, — выдохнул Дрэйк и снова бросил взгляд на свояченицу. — Я не уверен. Слишком мало пар с человеческими женщинами, и в основном самец знает, что необходимо его паре. Я на инстинкте знал, что тебе это не причинит вреда, но как будет в этой ситуации, я не могу утверждать. Необходимо поговорить с Эмилией, может она знает больше меня.

То, о чем они говорили, мало интересовало Сару. К ней долетали лишь обрывки некоторых фраз, и те терялись в потоке боли. Настолько сильной, что терпеть дальше было невозможно. Сейчас девушка была согласна на все, лишь бы спастись от этих мук.

— По-ж-жа-лу-йста… — еле выговорила она сквозь слипшиеся губы, которыми даже шевелить было невероятно трудно.

— Боже, Дрэйк, что же делать? — Соня смотрела на сестру и ее глаза наполнялись слезами.

Неестественно бледная кожа и впалые глаза, блестящие от страданий и страха не справиться с ними. Еще только вчера в этих глазах светилось озорство и жажда жизни. Соня винила в происходящем себя. За то, что позволила Саре увидеть мир оборотней, войти в него.

— Я вызываю Эмилию, — Дрэйк достал из кармана телефон и стал быстро искать нужный номер. — Мы постараемся усыпить Сару, чтобы ее можно было перенести в машину, и отвезем к Алеку.

— То есть положим под него? — с презрением переспросила Соня, глядя, как ее муж подносит телефон к уху и вслушивается в гудки.

— Ты помнишь, насколько тебе нравилось быть подо мной? Как боль уходила из твоего тела и стиралась из памяти? Так будет и с Сарой, — произнес он, на вызов пока никто не ответил.

— Я помню, что все прекратилось только тогда, когда я забеременела! — гневно воскликнула Соня.

— Это естественный результат спаривания. Так задумано природой и от этого никуда не деться! — с нажимом сказал мужчина. — Нет, Эмилия, это я не тебе. Мне необходимо, чтобы ты срочно приехала в дом родителей «луны». Ян знает адрес. Он отвезет тебя.

Соня выжидающе смотрела на мужа, пока тот отдавал необходимые распоряжения.

— Сара, сестра «луны». У нее началась течка. Дело серьезное, как ты понимаешь, — он прервался, чтобы выслушать свою собеседницу. — Нет, я знаю оборотня, которой стал причиной. Ты права, нам просто необходимо выиграть время, чтобы доставить ее туда. Ждем тебя.

Дрэйк закончил разговор, спрятал телефон снова в карман и лишь после этого вновь обратил внимание на рассерженную жену.

— Эмилия тоже говорит, что лучший вариант — это доставить ее к самцу, с которым произошла случка.

Соня при этих словах скривилась от отвращения.

— То есть мало того, что мы отвезет мою сестренку к этому волчаре для его удовольствия, так еще и она тоже окажется обрюхаченной и привязанной к нему?! Ты это пытаешься мне объяснить? Ни за что! — взвизгнула девушка.

— Соня! — Дрэйк быстро подскочил к девушке и сжал ее плечи, заставляя смотреть на себя. — То, что они связаны и она его истинная пара, уже свершившийся факт и последствия этого у нас налицо. Мы можем оставить твою сестру мучиться, и ты по себе знаешь, что эти страдания хуже смерти. Мы можем отдать ее волку из нашей стаи, но этим рискнем ее здоровьем. Или же мы можем отдать Алеку, ее истинной паре, которому по закону природы она уже принадлежит, и знать, что она будет жива и здорова. Пусть беременная, пусть связанная с ним — это их отношения и им их выяснять — но она будет жить без этих мук!

В комнате воцарилась тишина, которую нарушило болезненное мычание Сары. Соня снова посмотрела на свою сестренку.

— Решай скорее, иначе может начаться болевой шок, что еще хуже. Я не знаю, сколько может выдержать ваше человеческое тело.

— Хорошо, давай отвезем ее к Алеку, — сдалась девушка, принимая одно из самых тяжелых решений в своей жизни. — Как мы объясним это моим родителям?

— Тебе придется включить свое актерское мастерство.

— Как же я ненавижу ваше мохнатое сообщество! — сквозь зубы тихо прошептала Соня.


Чистая прозрачная вода ни капли не искажала звериные глаза, что напряженно уставились в потолок. Ни одного пузырька воздуха. Дыхание задержано на до невероятности долгий срок, и если бы он был человеком, давно бы захлебнулся. Или замерз от переохлаждения. Но обжигающая кровь волка, бегущая по венам, заставляла сжимать руки в кулаки так, что вздувались вены, ярко выделяясь на теле толстыми синими змейками.

Даже холодная вода не приносила желанного успокоения. Зверь внутри него с бешенством рвался на волю, требуя уступить контроль ему. Давно Алек не чувствовал такого безумства. После потери Химены у него не было ни дня раздора с внутренней сущностью. До вчерашнего вечера.

Второй раз за его длинную жизнь именно человеческая женщина подрывала его силу воли и взывала к его дикой стороне, к волку. И если первый раз это было закономерно, предопределено самой природой, то сейчас мужчина не понимал ни своего порыва, ни своего зверя, который требовал пойти и найти эту девушку. И не просто найти, а взять ее, сцепиться по животным законам и сделать своей. Каким бы невозможным это ни было.

Чтобы избежать искушения, он и погрузился в ванну с ледяной водой, что должна была охладить горящую в венах кровь и помочь ему вернуть контроль над своим телом. Но стоило мужчине мысленно представить образ наглой чертовки, как снова, словно наяву, слышал ее протяжные хриплые стоны, ощущал притягательный аромат и наслаждался сладким вкусом нежной плоти. И это сметало все усилия к черту.

Алек еле вырвался из дома друга. Выбежав из подсобки, он понесся к чёрному выходу, расталкивая по пути людей и срывая двери с петель. Он бежал с такой скоростью, словно за ним гнался сам дьявол. Выскочив на улицу, мужчина не остановился. С каждой минутой все больше теряя контроль, он кинулся в сторону леса. Человеческая одежда рвалась на нем, мышцы трансформировалась в процессе бега, а глаза заволакивало красной пеленой. Из-за внутреннего конфликта, спровоцированного борьбой зверя и человека, превращение проходило очень болезненно. Алек сдерживался изо всех сил, стараясь уйти как можно дальше от территории друга.

На ходу ломались кости, волк безумствовал, вырываясь наружу, практически перехватывая контроль. И это внутреннее сражение стало для Алека одним из самых тяжелых в жизни. Он — тот, кто учит всех членов своей стаи держать себя в руках, тот, который славится единением со своим зверем, сейчас нарушал все собственные правила и наставления.

Удалившись в глубь леса на несколько километров, мужчина резко остановился на небольшой поляне и, когтями разрывая на себе остатки одежды, наконец сдался превращению. Зверь задрал морду к небу, и устрашающий вой понесся по лесу, заставляя всю живность прятаться по своим норам. Дикий первобытный хищник, страдающий от одиночества. Даже самому сильному вожаку необходима своя самка, а сейчас ему казалось, что свою он потерял вновь.

Несколько часов он бежал в сторону собственной территории, пока в обращенном виде не пересек, возвращаясь, границу поселения своей стаи. Он рычал и брызгал слюной, заставляя собратьев с опаской смотреть на своего альфу. Никто не мог понять, что с ним произошло, но никто и не рисковал подойти достаточно близко, чтобы выяснить это. В один миг их уравновешенный альфа превратился в опасного зверя, и это настораживало и пугало.

Только на рассвете возле своего дома Алек нашел в себе силы вновь вернуться в человеческое обличье. Поднявшись наверх, в свою комнату, он даже не смог заставить себя завалиться в постель и проспаться. Вместо этого начал метаться в четырех стенах, ощущая настолько сильный призыв вернуться на территорию друга и найти девушку, что это сводило его с ума. Поэтому он и выбрал ледяную ванну, как один из способов усмирить себя.

Алек резко вынырнул из воды, расплескав ее по кафелю. Волк внутри него до сих пор был полон ярости. Он обезумел, в голове метались бессвязные мысли, Алек смог различить только инстинктивный порыв к охоте и поимке добычи.

Стоя посреди комнаты и ощущая, как стекают по телу и падают на мягкий ковер капли, он понимал, что и это было зря. Ни в чем он не найдет успокоения, пока не поддастся животному призыву и не пойдет за ней. Вот только человек в нем не собирался так поступать. Ни за что. Он не был убийцей и не собирался им становиться.

Посмотрев в окно на полуденное солнце, Алек подсчитал, что провел в воде около двух часов, выныривая только дважды, дабы пополнить запас кислорода, и снова погружаясь в холодную жидкость. И это не смягчило ни одну мышцу в его теле, не говоря уже об очень твердом и пульсирующем органе, который после вчерашнего вечера ни на минуту не переставал болеть.

Мужчине казалось, что он просто взорвется и останется импотентом. Но даже угроза этого не меняла принятого им решения. Он не рискнет девушкой. Какой бы желанной она ни была. Какой бы притягательной ни ощущалась. Никогда он не повторит своей ошибки. Для его совести достаточно одной смерти, для его души и этого было слишком много.

Алек давно принял решение остаться одиноким и, как ни странно, его волк поддерживал это решение. Он мог покрыть самку на одно полнолуние, ту, которая хоть и желала места альфа-суки, но после не требовала ничего. Удовлетворив животную похоть, он оставлял волчицу, и, бывало, что та, испытав разочарование из-за отказа вожака связаться с ней, находила себе другую пару.

И все равно каждая ждала, что именно с ней зверь сорвется. Каждая надеялась. Но вот проходил период его горячки, а зверь так и не выбирал пару, словно в его стае не было волчицы, достойной его силы. И теперь, словно в насмешку, его волк снова сгорал от желания к человеку. Возможно, с ним что-то не так? Может это быть болезнь наподобие безумия или сказа? Почему после настолько жестокого урока и потери истинной пары его снова тянет к человеческой женщине?

И Алек пришел к выводу, что, скорее всего, его зверь сходит с ума. И если ситуация не изменится, то ради блага стаи ему придется подумать об отставке с поста главы. А так как сила зверя не позволит ему подчиняться другому, то единственный путь, который он видел перед собой, это изгнание.

Возможно, одиночество — это его рок? За ошибки и грехи необходимо платить, а он слишком долго избегал наказания. Зверь завыл внутри. Дикий. Необузданный. И мужчина со злости пнул деревянную тумбочку, та от силы удара разлетелась на щепки.

Тяга к человеческой девушке была практически непреодолимой. А сопротивление грозило новыми терзаниями. Можно ли с такой силой желать женщину? Как будто прошедшая стороной горячка вернулась в его тело с удвоенной силой: «Покрой ее или же сойди с ума от неистраченного семени, в одиночестве, без потомства и пары».

Запустив руки в волосы, он с силой сжал их и с диким ревом упал на колени. Запрокинул голову. Вой полетел далеко за пределы комнаты, и стая ответила горестным скулением, показывая, что его боль нашла отражение в сердце каждого члена стаи.

Глава 4

Металлические кованые ворота медленно разошлись в разные стороны, открывая путь черному джипу. Охрана уважительно кивнула Дрэйку, приветствуя альфу дружественной стаи. Для любого вожака такие знаки почтения были вполне привычными, поэтому, никак не среагировав, он плавно нажал на газ и въехал на чужую территорию. Зверь внутри недовольно завозился, чувствуя вокруг силу другого самца, но все же остался спокойным. Ведь это теперь не просто стая, вожак которой его друг и собрат, а стая, альфа которой, скорее всего, станет еще и родственником. Несмотря на негативное отношение Сони к данному факту.

— Потерпи, дорогая, мы практически на месте, — ласково приговаривала Соня, платком стирая пот с бледного лица сестры.

Автомобиль петлял по внутренней дороге, направляясь к главному дому, что уже показался впереди. Сара затуманенным взглядом пыталась что-то разглядеть, но мозг, измученный болью и пришибленный лекарствами, слабо осознавал, куда ее привезли. Сознание то и дело уплывало, голова кружилась, а мысли путались, как при алкогольном опьянении.

— Дрэйк, что с ней? — встревожено спросила Соня.

— Скорее всего, реакция на успокоительное. Эмилия предупреждала, что не знает, как оно подействует на Сару. Реакцию человеческого организма на сочетание в человеческой крови наших гормонов и медикаментов предвидеть тяжело.

— Она то стонет от боли, то смеется, то бормочет что-то невнятное… Меня пугает ее состояние.

— Зато большую часть пути она проспала. Я не представляю, как бы мы по-другому смогли ее довезти.

— Да, но…

— Соня, успокойся. Вот увидишь, рядом с ним ей сразу же станет легче. Кстати, Алек нас уже встречает. Прошу тебя, будь сдержанной.

— Не указывай, как мне себя вести! Это моя сестра, и по его милости с ней произошло такое.

— Ты являешься членом моей стаи, моей парой и должна поступать по нашим законам. Помни об этом, пожалуйста, когда решишь высказать альфе чужой стаи свое мнение о нем.

Соня надулась, но промолчала. Они припарковались перед домом, Дрэйк снова повернулся к ней и предупреждающе посмотрел.

— Посидите пока в машине. Сначала я с ним поговорю, а после выходите. Хорошо?

— Дрэйк…

— Сделай, как я прошу!

— Как скажешь.

— Спасибо. И не думай, что я не волнуюсь за Сару. Теперь она и моя сестра тоже, и я буду говорить с ним не только как альфа, но и как ее брат.

Соня пожала плечами, но больше не спорила. Все ее внимание вернулось к младшей сестре.


Алек вышел на крыльцо встречать друга. Когда ему доложили, что прибыл альфа Северной стаи, он не усомнился, что случилось что-то непредвиденное. Вариант, что причина этого — его небольшое приключение с золовкой Дрэйка, Алек откинул сразу. Если бы друг и разгневался на него из-за того, что они с Сарой переступили определенные границы, то точно не примчался бы впопыхах и без сопровождения. Для того чтобы альфа так поспешно ступил на территорию другого вожака, не заручившись при этом его разрешением, требовалось что-то посерьезней неудачного траха.

Джип резко затормозил перед домом. Дрэйк выскочил из него и быстро направился к Алеку. Агрессия так и сквозила в движениях друга, что полностью опровергало умозаключение Алека относительно цели визита. Ему все-таки приехали бить морду, подытожил мужчина. Его бета, Нисан, тихо зарычал за его спиной, чувствуя исходящую от чужого альфы угрозу, но Алек своим авторитетом вожака подавил его защитные рефлексы как раз перед тем, как кулак друга рассёк воздух и со всей силы обрушился на его лицо.

— Сукин сын!

— Маму не тронь, — предупредил Алек, ощупывая челюсть.

— Я тебя на куски порву!

— Это вызов нашему альфе? — прозвучал за его спиной встревоженный и сердитый голос друга и беты.

— Нет, семейные разборки, — бросил Дрэйк, и бровь беты удивленно выгнулась, а глаза загорелись любопытством.

Но, в отличие от беты, Алек понимал, что к чему, поэтому сразу же настроился на компромисс. Друзьям такие удары прощают, альфам — нет.

— Дрэйк, я все понимаю, — он поднял руки в примирительном жесте, — я поступил глупо…

— Глупо?! Ты вызвал у нее течку. Это не глупость, это катастрофическая тупость!

— Прости, что я у нее вызвал? — не веря услышанному, переспросил Алек.

— У нее овуляция, как у самки оборотня. Такая же началась у Сони, когда я с ней соединился.

— Это невозможно, — он отрицательно мотнул головой.

— Да неужели! Сомневаешься в моих словах? Посмотрим, поверишь ли ты тогда собственному нюху, — иронично произнес Дрэйк и, повернувшись к машине, крикнул: — Соня, выходите!

— Дерьмо, Дрэйк, я… — он запустил пальцы в волосы, пытаясь собрать мысли до кучи и найти слова, которые смогут вернуть подорванное доверие друга, но моментально застыл, когда дверца машины резко открылась и Соня помогла сестре вылезти наружу.

Что-то словно взорвалось в его крови, побежало по венам прямо к звериному сознанию, нашептывая и маня. Нектар. Чистый и сладкий настолько, что казалось, он ощущает его вкус на языке. Самый желанный аромат для его зверя. Аромат готовой к зачатию самки. Зверь раскрыл пасть и громко завыл в его голове. Но тут же Алек понял, что сделал это и вживую, так как услышал, что его вою вторит такой же жаждущий вой его беты. Молодой сильный самец еще не был связан, и пьянящий аромат Сары подействовал и на него. По правде сказать, он подействовал на всех, кто находился в радиусе нескольких метров от них. На всех, кроме Дрэйка.

Алек громко рыкнул, заявляя о своем первенстве, и бета, подчиняясь, опустил голову. Это удовлетворило зверя. Никто не имеет права засматриваться на то, что принадлежит ему. Никто!

И вдруг при этих мыслях его человеческая суть словно очнулась, и он в ужасе уставился на девушку. Его?! Она не его! Не может быть его! Ни за какую гребаную вещь в мире у него не может быть пары. Да еще и человека. Природа не дает второго шанса, а свой он уже упустил.

Зверь внутри него метался в замешательстве. Ему были безразличны выверты природы, второй шанс и невозможность происходящего. Все, что он знал, так это то, что эта самка идеально подходит для обзаведения потомством. Готовая к соединению с ним. Жаждущая его. Самого сильного самца в этой стае.


— Сестренка, мы приехали. Пора выходить, — Соня пыталась растормошить сестру, то и дело ловя ее блуждающий затуманенный взгляд.

— Куда приехали? — облизывая пересохшие губы, переспросила Сара.

— К Алеку.

Соня с опаской наблюдала, как сестра пытается стряхнуть дурман, вызванный лекарствами вперемешку с неестественной болью, наполняющей ее тело. Девушка не понаслышке знала, насколько ужасна эта агония, насколько требовательна и жестока. Она сжигает все на пути к своей цели, а цель у нее одна — сцепление. Словно природа специально ставит пару в такие условия, не давая им ни единого шанса отказаться от своего предназначения.

— Зачем? — Сара вздрогнула, когда внизу живота все стянуло в крепкий узел.

Пустота внутри нее, казалось, была осязаемой. Ее взгляд метнулся к стеклу и остановился на двух совершенных мужчинах, спорящих между собой. Один стал ей братом, а вот ко второму ее тянуло как магнитом.

— Эм-м-м, — замялась Соня. — Он поможет тебе.

— Как? — Сара в непонимании уставилась на сестру, стараясь при этом дышать неглубоко.

Боль постепенно возвращалась, напоминая о себе все чаще, усиливаясь с каждой следующей волной.

— Ну-у-у, вам… эм…

— Соня, пожалуйста, скажи как есть! — требовательный тон с нотками страха был совсем не характерен для этой веселой и задорной девушки.

— Чтобы тебе стало легче, вам необходимо переспать, — выдала на одном дыхании ее застенчивая сестра.

Сара на это заявление лишь выгнула бровь. В другой раз она бы даже посмеялась над залившим щеки сестры румянцем стыда.

— Ты же говорила, что у оборотней запрет на секс с человеком.

Сара снова посмотрела через затемненное стекло в сторону мужчин. Ее тянуло туда. К нему. Прикоснуться хоть раз. А лучше потереться об него всем телом. Потрогать те твердые мышцы, ощутить их силу. За этими мыслями она теряла нить разговора. А сами мысли с каждой секундой становились все откровенней. Сара желала пробежаться пальчиками по его идеальному прессу, посчитать кубики, опустить руки ниже, к его твердости. Невольно она задышала чаще и сильнее сжала ноги, ощущая собственную влагу, покрывшую пульсирующее лоно.

— Да, это так и есть. Но ты оказалась таким же исключением из правил, как и я. И сейчас у тебя… эм… течка, — тем временем говорила Соня, — и ее причина — Алек.

— Что? Что, ты сказала, у меня?

— Течка.

— Прости, мне не послышалось? Течка? Как у сучки?

— Да. Они ведь наподобие волков. И это в их природе тоже общее. Только у оборотней это сильнее, мощнее в разы, и со своими условиями и особенностями.

— Как? Как она у меня появилась?

— А вот об этом лучше спросить у тебя! — гневно воскликнула Соня с нотками порицания. — По себе знаю, что для этого необходим интимный контакт. Насколько интимным он был у вас?

— Если ты пытаешься вогнать меня в краску, то зря, — сквозь подступающие слезы усмехнулась Сара. — Да, я испытала на себе его искусный язык, и это было потрясающе.

— Вот теперь мы и расхлебываем последствия твоего сумасбродства!

Сара горько усмехнулась, но промолчала.

— Если, чтобы избавиться от этой боли и зуда, мне просто необходимо переспать с ним, то я не вижу проблемы со своей стороны. Правда, Алек, скорее всего, пошлет нас к черту, невзирая на мое состояние.

Как ни старалась Сара скрыть горечь, но та все равно проскальзывала в ее словах. Девушка и не представляла, что ее настолько заденет его поступок. Быть отвергнутой в такой способ — слишком жестокий удар для ее женского самолюбия.

— О, в этом я сомневаюсь. Потому что эта штука с течкой влияет и на него.

— Неужели? — слегка ехидно спросила Сара, но тут же забыла о своем ликовании, когда потребность в этом мужчине заставила ее согнуться пополам.

Этот жар так обжигал, что хотелось кричать от боли. Ее половые губы раскрылись, клитор затвердел, требуя внимания, а матка судорожно сжималась, ноя от пустоты. Губы пересохли и потрескались от постоянного облизывания. Глаза практически закатывались, а руки сжимались в кулаки с такой силой, что собственные ногти впивались в кожу.

— И, чтобы ты была готова… — начала Соня, видя, как ее пара кивает на машину. Их время заканчивалось, и девушка хотела хотя бы подготовить сестру к тому, что ее ждет. — Это не пройдет после одного раза.

— Сколько? Сколько раз мне необходимо трахнуться с ним, чтобы эта агония оставила меня в покое?! — Сара уже кричала, не в силах больше сдерживать эмоции.

— Столько, сколько понадобится для того, чтобы ты забеременела. Пока этого не случится — течка не уйдет.

— Что? Так, кроме того, что он меня трахнет, он еще должен меня обрюхатить?!

— Сара…

— Да лучше я стану свиноматкой, чем сучкой для этого кобеля! — в гневе бросила девушка, но тут же согнулась от сильной боли. — Ох, да что же это такое?!

— У нас нет больше времени на обсуждения, — взволнованно произнесла Соня, глядя через стекло на мужчин. — Дрэйк зовет нас. Пора выходить.

— Соня, пожалуйста, я не могу этого сделать.

Девушка с сожалением посмотрела на сестру, и в ее взгляде Сара прочитала всю безнадежность своей ситуации.

— Прости, — тихий шепот Сони слился со звуком открывающейся двери.

Мужчины замерли, стоило девушке вылезти из машины и повернуться к сестре. Сара, опираясь на подставленную руку и морщась от боли, потихоньку вылезла из своего убежища. Впервые эта гордая и уверенная в себе девушка боялась поднять взгляд, и все же не выдержала даже пары минут, чтобы не взглянуть на Алека. Словно внутри звучал его настойчивый приказ: «Посмотри на меня!».

Со стороны мужчины, стоящего за Алеком, донесся рык, но он никак не зацепил сознание девушки, в отличие от того момента, когда Алек ответил более грозным звуком. По телу Сары тут же разлилась сладкая дрожь, несущая с собой волны возбуждения. Каждая клеточка откликнулась на это предъявление прав, а что это было именно оно, девушка почему-то не сомневалась. Она даже не заметила, с какой силой сжала руку сестры. Нет, она просто не могла отвести взгляд от дикого хищника, что пробуждал в ней неизвестные доселе первобытные инстинкты.

Они сделали пару шагов, становясь наравне с Дрэйком. Алек впился взглядом в эту непревзойдённую блондинку, что, несмотря на свой довольно помятый и потрепанный вид, сейчас казалась самой желанной в мире. Зверь рвался внутри него, требуя не просто сделать шаг навстречу, а грубо схватить и прижать к себе. Оторвать от Дрэйка, который хоть и не представлял опасности, но раздражал непосредственной близостью к ней. Скрыть от взглядов самцов своей стаи, что вроде бы и поняли свое место и уступили, но слюни пускать не перестали. И только благодаря невероятному самоконтролю, натренированному за долгие годы, он остался стоять на месте, упорно подавляя желание приступить к спариванию. Это было невероятно тяжело для зверя, которого манила течка желанной самки.

Напряжение вокруг них все нарастало, его можно было уже ощутить на ощупь. Даже самые маленькие волоски на теле Сары встали по стойке «смирно», потянувшись в его сторону. Ощущая безудержное желание и темный голод между ног, девушка с жадностью прошлась взглядом по крепкому подтянутому телу.

Казалось, что от одного взгляда на этого мужчину она становится настолько влажной, что сокровенные соки просто текут по ногам. И это должно было ее смутить. Но Сара находилась в таком страстном безумии, что в ней не осталось практически ничего, кроме желания раздвинуть перед ним ноги.

Словив на периферии сознания эту мысль, девушка испугалась до чертиков. А что она делает, когда боится? Правильно! Начинает трепать языком!

— З-здраствуй, песик, — приветствие получилось хриплым и неуверенным, и это настолько было не похоже на нее, что она разозлилась и страх сменился гневом. — Я вижу, ты уже готов меня обрюхатить!

— А ты даже в таком состоянии остра на язык! — он выгнул бровь, заскрипев зубами от неуважительного обращения.

— У меня — язык, у тебя — зубы. Чудесные у нас получатся детки, — сарказм в ее голосе отдавал ядом, и Алек неожиданно признался себе, что это задевает.

— Дети рождаются у пары, а ты вряд ли можешь быть моей.

Сара скривилась, когда его слова болью отдались в ее теле. Как физической, так и душевной. С каждой секундой ей все тяжелее было стоять на месте. Руки тянулись пробежаться по рельефным мышцам, ощутить их твердость. Посчитать те четкие кубики брюшного пресса и спуститься вниз, к органу, в котором она нуждалась сейчас больше всего.

— Жаль, что вас не кастрируют в детстве! — в сердцах выпалила, злясь на себя, на него и на всю ситуацию в целом.

Боль, которая при виде мужчины притупилась, сейчас снова вступила в свои права, словно требуя от нее прекратить просто стоять и пялиться на него и начинать уже действовать.

— Сара, не говори глупостей! — упрекнула пораженная Соня, но смотрела она на сестру сочувственно. По себе знала, что той предстоит пройти нелегкий путь, и ощущала свою вину за то, что не смогла ее от этого оградить. Жизнь несправедлива, но теперь судьба Сары находится в руках альфы соседнего клана и такая дерзость по отношению к нему не упростит ей жизнь в стае.

— Соня, нам пора, — голос Дрэйка звучал твердо и уверенно.

И только теперь Сара поняла, что сестра не шутила, и они и правда оставляют ее на милость этого мужчины.

— Дрэйк! — Сара повернулась к свояку и с ужасом в глазах уставилась на него. — Ты не можешь оставить меня здесь, с ним! Я признаю, что мне нужна помощь, но не от него!

— Сара, только он может помочь тебе, — усталость в голосе мужчины сказала ей, что не стоит ждать от него большей помощи. Все, что могли, они уже сделали. Теперь очередь Сары и Алека улаживать то, чему они сами стали причиной.

— Соня, попрощайся с сестрой, — твердо добавил он, не отводя взгляда от своего друга.

— Прости меня, родная, — Соня со слезами повернулась к Саре, и девушка ощутила вину за то, что заставила свою беременную сестричку так поволноваться.

Она сама завела себя в эту ловушку. Сама возжелала неизведанного. Мужчину со звериной сущностью. В отличие от Сони, она знала, что им не позволено вступать в интимную связь с людьми.

— Ты не виновата, — голос Сары дрожал, терпеть приступы боли становилось все труднее и труднее. — Все будет хорошо. Я справлюсь и с этим. Я же твоя неуправляемая торпеда, постоянно попадающая в неприятности.

— Да, ты такая, — утирая слезы, согласилась Соня, — но я люблю тебя.

Соня быстро обняла сестру, поцеловала в щеку и отстранилась, подтолкнув к Алеку. Сара резко качнулась назад и, наверное, не удержала бы равновесие, если бы мужчина не подскочил и не схватил ее за плечи. Как только его руки коснулись ее тела, мир взорвался яркими красками, а дыхание просто вышибло из груди. Боль снова притупилась, словно довольная тем, где Сара сейчас находится. И только голос свояка, в котором звучала неприкрытая угроза, вернул ее к реальности.

— И не дай бог с моей свояченицей что-нибудь случится, то кроме моей личной мести тебя ожидает война между стаями! — грубо предупредил Дрэйк, а после с задоринкой добавил: — Поэтому будь гостеприимным и оттрахай ее как следует. Мы будем ждать приглашения на празднование по случаю образования новой пары.

— Ты же знаешь, что это невозможно. Моя пара мертва! — возразил Алек, поджимая губы в своем упрямстве.

— Я знаю, что оборотень не может принести течку человеческой девушке, если только та не является его парой. Включи мозги и не думай только членом! Я оставляю свою новообретенную сестру на твое попечение. За ее состояние ты будешь отвечать передо мной. А если потребуется, то и перед Советом старейшин.

— Дрэйк…

— Я все сказал.

Прощальным кивком закончив разговор, Дрэйк сжал руку своей пары и потянул ее к автомобилю. Дальнейшая судьба Сары от него не зависит, он больше не несет за нее ответственности. Теперь она принадлежит стае Алека, пусть еще и остались некоторые формальности. Соня, перед тем как забраться на переднее сиденье, бросила на сестру последний печальный взгляд и глубоко вздохнула, а сев в автомобиль, громко хлопнула дверцей.

Черный джип резко рванул с места, оставляя Сару на попечении малознакомого мужчины, имеющего ко всему прочему шерсть и клыки. Впервые девушке стало страшно.

— Я чувствую запах твоего страха. Можешь даже не пытаться его скрыть.

— А я и не пытаюсь! — Сара гордо вскинула подбородок. — Но это не значит, что я поддамся ему и не буду сопротивляться.

Алек прищурился, тогда как его зверь довольно зарычал от такой смелости, присущей его самке. ЕГО? Почему он не может избавиться от этого чувства собственности в отношении ее? Что настолько привлекает его зверя в этой слабой человечишке? Ответов просто не существовало в природе, но само наличие этих вопросов порождало уйму проблем.

— Заходи в дом.

— Да что ты…

— В ДОМ — я сказал! — грозно заорал мужчина.

— Пошел нахер! — обойдя его по дороге к двери и обернувшись, просто ему в лицо выкрикнула Сара.

Нет, она не из страха решила выполнить его приказ и не из неожиданного смирения. Просто безумно не хотелось устраивать новое шоу перед незнакомыми мужчинами, а в том, что перепалка между ними закончится феерично, девушка не сомневалась. Поэтому, оставив последнее слово за собой, она вошла в свою новую обитель.

Глава 5

Сара вошла в гостиную и, пораженная, застыла. В отличие от дома сестры, где преобладало излишнее величие, здесь царил совсем не сочетающийся с образом хозяина уют. Когда ее босые ступни коснулись невероятно мягкого ковра, девушка обрадовалась, что по привычке разулась в небольшом тамбуре, который предусмотрительный архитектор этого дома не забыл спроектировать. Шелковистость тысяч ворсинок дарила невероятное наслаждение измученному телу, вызывая желание упасть на пол и просто поваляться на этом чуде.

Но низ живота, который тянуло уже привычной болью, не давал забыть о причинах приезда. Сара за это время успела классифицировать свои мучения по степени их интенсивности. Сейчас ее состояние можно было охарактеризовать как «на грани терпимости», когда она еще не теряла разум от боли, но уже стискивала зубы, чтобы пережить новую волну, накатывающую на тело.

Пытаясь отвлечься, Сара продолжила изучение гостиной. Здесь преобладали теплые мягкие оттенки, ничего сверхизысканного, и в то же время она готова была поспорить, что каждая вещь обошлась владельцу недешево. Замечательное сочетание качества и простоты.

— Нам вон в те двери. К лестнице, — ворвался в ее мысли ворчливый голос Алека. — У меня еще очень много дел. Я покажу тебе твою комнату.

— По-моему, меня привезли сюда, чтобы ты избавил меня от этой заразы! — Сара, пылая праведным гневом, резко развернулась к нему, но она не ожидала, что мужчина стоит так близко.

Рефлекторно руки девушки поднялись и уперлись в крепкую грудь. Ощущение было такое, словно из ее легких вышибли весь воздух. Алек же, наоборот, резко втянул в себя ее аромат. Глаза его хищно заблестели, начиная отливать золотом.

— Ох! — вскрикнула девушка.

И пусть ее ладони отделяла от его кожи легкая ткань рубашки, но даже это соприкосновение заставило тело задрожать и потянуться к нему навстречу. Лоно судорожно сжалось, губы пересохли. Жар его тела, находящегося так близко, обжигал. Сара на самом деле почувствовала себя кошкой во время течки, и ей безумно захотелось поддаться наконец инстинкту и потереться об это сильное тело, провести языком по крепким мышцам, заставить желать себя с такой же ответной силой.

Мужской взгляд впился в ее губы и больше не покидал их. Ноздри непрерывно двигались, а грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Накатившее вожделение сдавило Алеку яйца, а зверь, сойдя с ума, требовал контроля над телом. И лишь ценой невероятного усилия он отвел взгляд, чтобы тут же наткнуться им на набухшие женские соски. Эти твердые горошинки так четко проступали под футболкой, оттопыривая ткань… Лишившись на пару минут дара речи, Алек чуть не допустил непоправимую ошибку. Очнулся он только тогда, когда женские ладони заскользили по его груди, а у него самого в ответ вылезли когти и начали перестраиваться кости. Понимая, что теряет контроль над собой, он отступил назад и тряхнул головой.

— Какого черта?! — зарычал он.

Сара словно очнулась от сна. Лишившись его тепла, она тут же ощутила холод, поэтому до боли сжала руки в кулаки, только бы не протянуть их к нему. Позориться еще больше и терять последние остатки гордости девушка не собиралась!

— Это мои слова! Какого черта со мной происходит, а ты ничего не делаешь, чтобы это прошло?! — заорала она.

— Женщина, ты хоть понимаешь, что это не пройдет по мановению пальца? Чтобы течка прошла, мне необходимо трахнуть тебя, находясь в своей второй ипостаси, да еще и сцепиться! Это если именно я подойду тебе, а я все еще не верю, что течка из-за меня. Ты ни с кем больше не зажигала той ночью?

— УРОД! — девушка попыталась замахнуться, но ее ладонь, останавливая, с легкостью перехватили на полпути.

— Красотка, не смей никогда поднимать на меня руку! — зарычал он.

— А то что? — Сара вздернула подбородок.

— Для нас это вызов. А в твоем случае это призыв к тому, чтобы я превратился и хорошенько отодрал тебя!

— Себя е*и, это в вашей, собачьей, природе!

— Девочка, я и так на пределе терпения. Ты явно не понимаешь, на что напрашиваешься. Твои феромоны заполнили каждый уголок этой комнаты, призывая меня превратиться и взять готовую самочку. А если я тебе не подойду, это будет очень болезненно.

— А то, что сейчас со мной происходит, думаешь, приятно? — отчаянье сквозило в ее тоне.

С одной стороны, она не желала добровольно ложиться и раздвигать перед ним ноги, особенно после того, как он покинул ее прошлой ночью, но в то же время боль, притупленная успокоительным и присутствием самого Алека, снова нарастала, грозя полным уничтожением контроля. Никогда она не сможет забыть, на что это похоже. Все, что остается в голове в такие моменты, так это понимание, что она готова сделать что угодно — трахнуться с оборотнем, забеременеть, наколоться, перерезать себе вены в конце концов, лишь бы эта боль прекратилась.

— Я верю, что у тебя началась течка, — спокойно начал он, — чувствую ее в каждой грануле воздуха, но я — альфа и я уже потерял пару, поэтому спаривание со мной грозит тебе смертельной опасностью. Я найду для тебя слабого самца с меньшим потенциалом, от которого ты вряд ли залетишь, но сможешь пережить течку на вершине наслаждения, а не в агонии боли.

— Кого ты мне найдешь? — не веря своим ушам, переспросила девушка.

— Да, это идеальный выход из ситуации, — продолжал рассуждать Алек.

— Ну, знаешь ли, песик, мне хватило того, что мой свояк подался в сутенерство, но чтобы меня еще и как ненужную вещь уступали другому — это уже сверхиздевательство. Себе самца ищи, потому что, как я вижу… — она обласкала его с ног до головы долгим изучающим взглядом, — самки тебе явно не по зубам.

Не позволив ему ответить, Сара быстро отвернулась и направилась к лестнице, увеличивая расстояние между ними. И как бы ее тело ни просило об обратном, в ней еще оставались силы на показную гордость. Это же надо! Мало того, что он унизил ее своим побегом, так теперь еще и другому мужику передать собирается! Неслыханное оскорбление! Такого в ее жизни еще не было.

— Вторая дверь справа — твоя комната! — крикнул Алек, но не стал провожать ее, желая избежать искушения.

Теперь уже мужчина не верил, что сможет удержать себя в руках. Он либо затрахает ее до смерти, либо отшлепает! Не язычок, а острый ножик! Да ни одна самка не позволяет себе так по-хамски к нему относиться, даже если она сильна от природы, а тут — какая-то человечка. И все же против всех доводов разума он втянул в себя витающий вокруг сладкий аромат готовой к спариванию самки. Дурманящий, сводящий с ума, заставляющий внутреннего зверя рваться с цепи.

Алек покачал головой, пытаясь сбросить наваждение, но ноющая твердость в штанах свидетельствовала о тщетности этих попыток. Все вокруг начало давить на мужчину. Казалось, что его загнали в тупик, и поспособствовал этому его друг. Алек до сих пор не мог понять, чем руководствовался Дрэйк, привозя эту девушку сюда. Ведь он как никто другой был осведомлен о трагической странице его жизни и все равно поставил на кон жизнь члена своей новообретенной семьи из-за слепой уверенности в собственной правоте.

Мужчина покачал головой, усомнившись в разумности друга. Внезапно его чувствительные уши дернулись, улавливая слабый, до боли нежный, женский стон. Стон наслаждения. Внутренности мужчины скрутило, и он бросил взгляд на дверь, подумывая, не сбежать ли из дому. Но только именно этого зверь ему не позволил сделать. Словно говоря: «Обрекаешь на мучения меня — мучайся и сам», — он требовал контроля над телом, и Алек сдался. Направляясь в свой кабинет, мужчина убегал от навязчивого видения обнаженной девушки, удовлетворяющей себя. Жаль, дальше этого помещения ему не скрыться, а стены не обеспечивают достаточной звукоизоляции.

Нервный, дерганый, он схватил графин с виски и плеснул в бокал. Как никогда пожалев, что на организм оборотней алкоголь практически не действует, все же решил попытаться оспорить давно установленный факт. Зарываясь в папки с отчетами, он попытался увлечь себя работой, понимая, что всего лишь оттягивает решение проблемы. Но в данный момент ему необходимо было просто привести в порядок мысли.

К счастью для его самоконтроля, через пару минут девушка затихла, и Алек решил, что, получив хотя бы такое маленькое удовольствие, она на некоторое время уснет. Вряд ли надолго, но все равно это хоть немного позволит ему перевести дух.

Отложив бумаги в сторону, так и не сумев разобрать ни одной буквы, Алек сцепил руки перед собой в замок и опустил на них голову. Он обдумывал сложившуюся ситуацию, искал выход из нее и четко понимал: у этого тупика нет выхода, а у болезни — лечения. Это даже не болезнь. Просто природа, а ее обмануть невозможно. Сегодняшней ночью Сара спарится с оборотнем. Больше всего он боялся, что она не переживет этого. Еще одна смерть на его совести. Сможет ли он пережить такое? Стать причиной ее гибели?

Как он мог принести ей течку? Как?! Со злости мужчина ударил кулаком по столу, и сила удара была такова, что дерево не выдержало и предмет мебели развалился на две части.

— Твою мать! — выругался он. — Еще и часа не прошло, как она поселилась в моем доме, а я уже крушу все, что попадется под руку.

— И с чего бы это, альфа, если она не твоя пара? — веселый голос Нисана, его беты, заставил Алека еще больше нахмуриться.

— Разве я разрешал приближаться к моему дому? Или ты теперь нарушаешь мои приказы? — прорычал он, чувствуя, как зверь внутри исходит яростью от одного осознания, что другой самец находится настолько близко к Саре.

— Прости, альфа, — заместитель покорно склонил голову, признавая свою ошибку. — Зная, насколько пуст холодильник в этом доме, я принес тебе много провизии и поговорил с Рокой, чтобы после спада течки она приходила и готовила для вас.

— С какого перепугу мне это может понадобиться? Сара не моя пара и не останется в этом доме!

— Скажи мне, ты решил отдать такую ценную самку кому-то другому или просто в своей ослиной манере до сих пор отрицаешь факт вашего спаривания? — иронично поинтересовался Нисан.

— Ты только что назвал меня ослом или мне послышалось, бета?

— Тебя тянет к ней. Стоило ей появиться и ты тут же заявил права, уступая контроль над телом зверю, а сейчас ты не подпускаешь никого и близко к месту ее нахождения и все еще думаешь, что не ты с ней сцепишься? Альфа, ты никогда не был глупцом, но сейчас я просто поражаюсь твоей невероятной тупости.

— При других обстоятельствах я бы уже вырвал твой язык и скормил его тебе, — буркнул Алек, сверкая золотом во взгляде. — Но ты лучше других должен помнить, что моя пара умерла.

— Природа благосклонна к оборотням. Она подарила Дрэйку человеческую пару и, возможно, она дала тебе второй шанс. Нашему народу это необходимо. С каждым годом мы теряем и веру в будущее и в возможность найти пару и иметь детей, а оборотень без потомства — обозленный бесчувственный зверь. Я не хочу, чтобы мы уподобились ликанам, и сейчас вижу подтверждение тому, что наша мать-природа тоже не хочет для нас такой судьбы.

— Когда ты стал таким философом? Неужели ради своей теории ты рискнешь жизнью невинной девушки?

— Если бы ее жизни что-то угрожало, Дрэйк не оставил бы ее здесь. А так, единственное, от чего она страдает, так это от твоей дурости. Неужели не слышишь ее болезненных стонов?

И, словно в подтверждение слов беты, со второго этажа послышалось тихое стенание. При этом Алек был уверен, что девушка все еще спит, просто неугомонная течка снова разгоралась в ее теле, подвергая его выдержку невероятному испытанию.

— Вали отсюда со своими советами! Это приказ! — гневно заорал Алек, словно боясь, что друг может оказаться прав, и желая прогнать его прежде, чем он посеет семена сомнения, способные, прорастая, разрушить его самоконтроль.

— Ну-ну, как скажешь, альфа. Только не один ты имеешь право голоса в этом вопросе, не забывай об этом!

— Чертов мудак!


Тик-так, тик-так! Идиотские часы действовали на нервы последние два часа, пока он прятался. Все-таки да, Алек признался себе, что в кабинете он именно прятался. Он просто сидел и слушал, как усиливаются стоны девушки, переходя из тихих всхлипов в довольно громкие крики. С каждой минутой ей становилось все хуже, с каждой минутой его внутренний зверь все сильнее рвался на волю, теперь Алек уже с трудом удерживал его внутри.

Что это за насмешка судьбы? Злая и жестокая? Неужели матери-природе мало было наказать его смертельной болезнью Химены, а впоследствии и ее сумасшествием, что теперь она столкнула его с этой девушкой? Сколько раз за последние часы он проклинал себя за прошлую ночь, ненавидя своего зверя. Ведь страдала не только Сара. Его мышцы — напряженные, застывшие, готовые к трансформации — разрывали кожный покров. В паху от прилива крови жгло огнем, и он знал, что в этой беде ему не поможет ни рука, ни даже другая самка.

Очередной болезненный крик донесся со второго этажа, и стакан с виски треснул в руке Алека, так сильно тот его сжал. Он был на пределе контроля. Ее потребность в нем взывала к нему, заставляя зверя метаться под кожей, словно в клетке. Ей было больно. Очень больно. Течка безумствовала в ее крови, снова вступив в свои права, подтачивая физические и моральные силы организма.

Алек знал, что ему необходимо скрыться, убраться как можно дальше от своего дома, оставить ее на произвол судьбы, ведь как только самый сильный самец покинет желанную для всех самку, остальные слетятся сюда как мухи на мед. Ведь именно это ему и нужно. Или, по крайней мере, он мог бы лично определить того, кто облегчит муки девушки. Но каждый раз, как только начинал обдумывать, кого же позвать ей на помощь, кому предоставить возможность спариться с ней, начинал сходить с ума от неконтролируемого гнева и дикой ярости.

Единственный раз, когда он сорвался и, злясь на своего упрямого зверя, приказал Кевину, самому слабому одинокому самцу стаи, явиться в свой дом, волк перехватил контроль и разгромил его кабинет, чем настолько сильно напугал Кевина, что тот вряд ли когда-либо решится показаться ему снова на глаза. Невольно он показал всем, что эта девушка его и только его, и да спасет его после этого Господь Бог.

И все же тогда он еще смог вернуть контроль себе, лишь пообещав волку, что больше и не подумает о другом самце. После этого Алек решил, что сможет попытаться переспать с девушкой не превращаясь, но для этого необходимо было увидеться со строптивицей и оговорить некие правила, дабы не сорвать свой контроль к черту. Но, как оказалось, он опоздал с этим решением.

Все началось с глухого протяжного стона-призыва, что застал его на лестнице, когда он собирался подняться к ней наверх, чтобы поговорить. Этот ее призыв сказал ему, насколько Дрэйк был прав, потому что одного лишь тихого звука хватило, чтобы его зверь обезумел от первобытного желания и потянулся к ней.

Еле удержав его под контролем, он снова вернулся в свой кабинет и с этого момента находился в аду. Все в нем активизировалось, пришло в полную готовность. Слух обострился настолько, что даже стены больше не могли скрыть ни одного, даже самого тихого, звука. Он слышал, как она крутилась на кровати, как била подушку, как снова попыталась утолить свою жажду собственной рукой и как, наконец, сдалась и открыто стала звать его.

Алек знал, что долго такой пытки не выдержит. Просто не сможет. Зверь не позволит ему. А он уступит его требованию. Уступит и предаст память о Химене. Как такое могло произойти с ним? Как? На этот вопрос не было ответа. Но то, что природа повторно наградила его парой, уже не казалось таким сказочным и нереальным. Наоборот, с каждой минутой ее страданий он все больше верил в это. И теперь даже не знал, благословение это или же проклятие.

— Алек!!!

Дикий крик прервал блуждание его мыслей, и он, стряхнув осколки с руки, наконец-то уступил требованиям волка и кинулся к ней.

Но, поднявшись на второй этаж, оборотень вдруг остановился. Его ноздри затрепетали, принюхиваясь. Чудный пряный аромат, манящий своей сладостью, к его удивлению исходил не из комнаты, которую он выделил для девушки, а из его собственной спальни. Вот только ожидаемого гнева на девушку, посмевшую нарушить границы его личного пространства, Алек не ощутил. Наоборот, зверь был весьма доволен ее поступком, даже слегка расслабился, словно самка признала свою принадлежность ему. Да только мужчина все еще отрицал как факт принадлежности ему девушки, так и само желание сделать ее своей.

Дверь с грохотом ударилась об стену, и Сара повернулась на постели, чтобы взглянуть в ту сторону. На фоне светлого проема выделялась темная фигура. Мужчина. Но ей не надо было вглядываться в его лицо, чтобы понять, кто это. Алек.

Все ее естество тянулось к нему. Каждая клеточка тела словно пела для него, маня, как сирена рыбака. И по тому, как поднималась и опускалась в тяжелом дыхании его грудь, Сара поняла, что ее пение достигло его сущности. Дикой. Необузданной. Это был силуэт не человека. Таких фигур не бывает у мужчин людской расы.

Он был просто огромен. Мускулистые руки вцепились в лутку, грозя попросту вырвать ту из стены. Просто невероятная сила! И все равно она не боялась. Возможно, из-за своего врожденного бесстрашия, возможно, что эта штука под названием «течка» все-таки сотворила что-то с ее мозгами, а возможно, втайне она желала, чтобы это произошло при любых обстоятельствах. Сара не могла со стопроцентной уверенностью поклясться, что не завидовала сестре и подсознательно не желала себе подобного. И сколько бы мама ни повторяла ей «бойся своих желаний», девушка снова и снова наступала на те же грабли.

Очередная волна жара накрыла ее, подталкивая измученное сознание, лишая последних сомнений. Закусив губу, Сара впилась взглядом в мужчину, который на последних остатках контроля удерживал себя на одном месте. И это не устраивало ее. Ей было необходимо, чтобы эта почти нестерпимая боль внизу живота ушла, чтобы потребность, заставляющая гореть кровь в венах, была удовлетворена, чтобы всепоглощающая пустота в матке наконец-то заполнилась. И если единственное лекарство от мук — член этого мужчины, то Сара дошла уже до того состояния, когда была готова молить его трахнуть ее уже.

Когда-то его рот бушевал на ней, словно пытался съесть заживо, поглотить. И она знала: он может. Потому что сейчас ясно видела перед собой не просто страстного мужчину, а дикого зверя с ярко-жёлтыми глазами и острыми когтями. Но тут вдруг поднял голову последний отголосок утерянной гордости, которая еще пару часов назад протестовала против такой капитуляции. Нет, если терять контроль, то вместе, а не только ей одной.

Резко выдохнув, Сара пристально уставилась на напряженного мужчину и откинула в сторону простыню, позволяя ему насладиться своей наготой. Одежду девушка стянула с себя еще несколько часов назад. Материя раздражала чувствительную кожу, вызывала зуд, заставляющий запускать руки под ткань для его утоления. Еще через час, полностью голая, она поняла, что ее раздражает сама комната, в частности кровать. Чистые простыни имели какой-то неприятный запах. Чужой. Раздражающий. И тогда она просто выбралась из комнаты в коридор, не заботясь о том, что гуляет в костюме Евы, и открыла соседнюю дверь.

Оказавшись внутри, Сара сразу же догадалась, что попала в спальню хозяина дома. Но это ей подсказал не столько интерьер комнаты, сколько неповторимый запах, пропитавший каждую вещь. Когда она начала так реагировать на аромат мужчины, девушка не знала, но винила во всем ту же проклятую течку.

Упав на смятую постель, пропитавшуюся его запахом, Сара почувствовала небольшое удовлетворение, но даже это лишь ненадолго помогло ей. Тогда она замоталась в хозяйскую простыню, пропустила часть ткани между ног и начала тереться об нее влажным лоном.

И вот сейчас, с вызовом глядя на объект желания, она так развернулась, чтобы оказаться к нему ногами, и широко развела их в стороны, обнажая каждый сантиметр своей плоти. Полностью открытая для его взгляда, Сара опустила руку к сочащейся промежности и раздвинула гладкие розовые губки, предоставляя великолепный обзор на свое ноющее лоно. Алек поморщился и передёрнул плечами, отрываясь наконец-то от двери и делая шаг к ней.

Когда же он снова остановился, Сара стиснула зубы и принялась скользить пальчиками по своей плоти. Ее припухшие половые губы раскрылись, словно лепестки цветка. Изящные пальчики окунулись в вязкий секрет, которого было настолько много, что он практически вытекал из ее дырочки, и принялись размазывать его по ноющей плоти, подбираясь к набухшему от притока крови клитору.

Из горла мужчины вырвался низкий утробный рык, он в пару шагов сократил расстояние между ними и грозной тенью навис над девушкой. Воздух вокруг нее был пропитан феромонами, они проникали глубоко внутрь его сущности, соблазняя и мешая сконцентрироваться, полностью отключая разум. Ее нежнейший аромат кричал ему: «Возьми меня, я твоя!». Были в этой сладости нотки чего-то по-настоящему дурманящего.

Жалобно хныкая, Сара тем не менее не прекращала своих действий и смотрела все это время прямо в жуткие нечеловеческие глаза. Расширенный зрачок, узкая полоска радужки, светящаяся желтым цветом, будоражили что-то глубоко внутри.

Его дыхание было настолько тяжелым, что, казалось, она даже видит, как воздух вырывается из его носа и рта. Каждая черточка в лице обострилась, стала резче, человеческая красота сменилась завораживающей звериной, позволяя прочувствовать животную сторону этого мужчины. Жесткая линия челюсти подсказала ей, что Алек находится на грани и сейчас она проверяет на прочность остатки его самоконтроля. Вот только сама Сара дошла уже до того состояния, когда его самоконтроль ей на фиг не сдался. Она мечтала о дикости зверя. Грубом жестоком обладании и заявлении прав.

И по его глазам видела, что скоро получит все это. Но девушка всегда отличалась нетерпением и сейчас тоже собиралась ускорить процесс. Резко введя в себя два пальца, глухо застонала, подаваясь тазом к нему навстречу. Это стало последней каплей, сломившей стену контроля, что сдерживала зверя.

Алек упал перед кроватью на колени и сразу же уткнулся лицом в мокрое от желания лоно. Руками разведя женские ноги как можно шире, он полностью раскрыл Сару для себя. Как только его язык толкнулся в ее дырочку, девушка вцепилась пальцами в простыню.

Он был диким, неукротимым. Он вкушал ее, словно она — источник его жизни, и. наверное, в эту минуту так оно и было. Сладкая. Невероятно вкусная. Для его зверя она стала всем, о чем он только мог мечтать.

Длинный, нечеловечески гибкий язык бешено врывался в ее промежность, дразня напряженный канал толчками. Заострившиеся зубы чувственно царапали половые губы, и каждый раз, когда они задевали разбухший от прилива крови клитор, это посылало электрические разряды по венам и вырывало из уст отчаянные вскрики.

— Твою ж мать! — выругалась Сара.

Локти, на которые она опиралась, дабы иметь возможность наблюдать за его действиями, задрожали. Казалось, еще немного и она без сил повалится на постель. Но Алек не следил за ней. Он был слишком увлечен своим лакомством. На его лице блестели женские соки, нос упирался в кучерявый лобок. Ему понравилось, что она поступала не так, как многие человеческие женщины, что сбривали растущие от природы волосы. Он втягивал аромат, полный желания, на интуитивном уровне отмечая, когда в нем преобладают тягучие нотки наслаждения, а когда он становится резковатым от потребности в чем-то ином.

В бешеном раже ударяя языком по ее плоти, зверь сходил с ума от девичьей беспомощности в этом сражении за удовольствие. Будучи самцом и доминантом, он упивался своим контролем над ее телом. Тем, что именно он решает, когда она получит свою дозу экстаза и насколько сильным он будет.

— Пожалуйста, пожал… — Сара никогда не умоляла, но сейчас была бессильна против своей потребности в нем.

Она не столько просила позволить ей взлететь наконец-то на вершину оргазма, сколько молила утолить боль, обжигающую низ ее живота. Потому что чем больше наслаждения она получала, тем сильнее ныло чрево от собственной пустоты.

Довольный мольбой, он с силой втянул в рот ее плоть, посасывая и кусая. Когда девушка с криками неистово кончила и ее соки брызнули, попадая ему на лицо, это заставило зверя полностью сорваться с цепи.

Ткань затрещала под напором увеличивающихся мышц и обрывками попадала на пол. Представ перед девушкой в полуобороте — еще не зверь, но уже и не человек — Алек не напугал ее, нет. Наоборот, Сара зачаровано следила за ним без капли страха, в глазах светилось лишь потрясение наряду с непонятным восхищением. Она не могла понять: это и есть его вторая ипостась или всего лишь промежуточная стадия? Но задрожала от осознания, что хочет увидеть все. И не просто увидеть, а получить в полное пользование.

— Срань господня! — пораженно выдохнула она, уставившись в сузившиеся глубокие темно-желтые глаза невероятного существа.

Ошарашенный взгляд прошелся по потемневшей коже и замер на наиболее интересующем ее предмете. Оборотень поднялся, словно специально позволяя ей оценить всю свою животную красоту, осознать, кто овладеет ее телом. Большая округлая головка, выглядывающая из-под крайней плоти, венчала ярко-красный длинный орган с четко выделяющимися на нем переплетениями синих вен. Его член не был похож на член ни одного другого мужчины. Нереальный, фантастический, словно сошедший со страниц эротических книг!

Его обладатель устроился между ее ног, нависая над ней, и тихо рыкнул, приказывая расслабиться. Откинувшись на кровать и разведя руки в стороны, Сара словно признала его власть над собой, и оборотень одобрительно заурчал. Потребность доминировать была в его природе. Полное обладание самкой, признание ею его власти и тотальный контроль.

Огромная головка прижалась к влажной сердцевинке, слегка надавливая, но не проникая внутрь. Ритм дыхания у партнерши сбился, и пристальный звериный взгляд проследил, как дернулось при сглатывании ее горло. Течка заставляла самку действовать инстинктивно и Сара не стала исключением. Бросая вызов, она потерлась своей промежностью об его твердость. Призывая действовать и одновременно увлажняя своими соками.

Ее оборотень предупреждающе качнул бедрами, заставляя нежную плоть уступить напору и позволяя своему фаллосу неглубокое проникновение. Он ввел одну только головку, но этого хватило, чтобы девушка выгнулась дугой, моля о большем. От прилива крови к голове заложило уши. Пальцы комкали простыню. Лоно болезненно напряглось и, казалось, зудело от нетерпения. Зверь заурчал, когда внутренние мышцы сжали головку члена, пытаясь втянуть его глубже. Жгучее желание спариться требовало поддаться инстинкту, и Алек не собирался ему противиться.

Агрессия бурлила в крови волка, мощным толчком он проник до упора, ударяясь о девичий лобок своим. Сара пронзительно закричала, не в силах сдержать эмоции в себе. Он сводил ее с ума рваным, неравномерным ритмом своих ударов, еще и потирал при этом головкой члена чувствительную точку в ее лоне.

Бессвязно хныча, она инстинктивно подстраивалась под эти чувственные движения. Оборотень словно выбивал воздух из ее легких. Его низкий утробный рык, сопровождающий каждое проникновение, будоражил все ее нервные окончания. От этого первобытного звука подгибались пальчики на ногах и закатывались глаза. Женское тело плавилось от дикого животного ритма.

Саре просто не верилось, что это могучее существо имеет такую власть над ее телом. У разума не хватало времени осознать один неистовый толчок, как тут же следовал еще один, сильнее и глубже, хотя казалось, что глубже уже просто некуда.

Но все же Сара как-то ухитрилась вдохнуть такой необходимый воздух и запрокинула голову, так как очередной резкий выпад его плоти внутрь ее тела подвел ее к грани абсолютного экстаза. Она не понимала, как такой огромный орган может не просто помещаться в ней, но и двигаться с первобытной дикостью, доставляя при этом нечеловеческое наслаждение.

— Ты моя! Моя женщина! Моя сука! — сквозь звериное рычание она еле разбирала его слова, но ее внутренняя сущность, словно зная их заранее, затвердив наизусть, беспрекословно соглашалась с этими требованиями.

— Да! Да! Да!!! — кричала она, но мужчине этого было мало.

И все равно Алек не собирался позволять ей видеть, каким он станет, превратившись полностью. Страх, что девушка в ужасе отвернется от него, еще зудел на краю сознания. Поэтому он обхватил ее и резко, одним движением, перевернул на живот. Сара, распростертая ничком на кровати, ощутила вес тяжелого тела, когда он залез на нее сзади и, подняв ее зад вверх, несколькими резкими рывками вернулся в тепло промежности.

Девушка зашипела сквозь зубы, но оборотень на этом не остановился. Удерживать частичную трансформацию больше не было сил. С безумным воем, погружаясь до упора в женское тело, он полностью превратился в зверя. Сознание Сары уловило треск ломающихся костей, и одновременно она увидела, как пальцы, удерживающие ее руки, видоизменяются. Острые когти, способные с легкостью лишить ее жизни, украсили кончики пальцев. И когда они вонзились в мягкий матрац, девушка облегченно выдохнула — чтобы тут же со свистом втянуть в себя воздух. Член, который и так был огромным и невероятно сильно растягивал мышцы, словно удлинился внутри нее и стал еще толще. Теперь ощущения граничили с болью, но в то же время дарили сладкое удовлетворение, словно ее тело именно этого и ждало. Получив желаемое, ее организм успокоился, интенсивность течки снизилась, жар из болезненного превратился в тлеющий и только матка сжималась, требуя большего.

Девушка не представляла, как невероятный орган сможет теперь покинуть ее тело, но он вроде пока и не собирался этого делать. Размеренно двигаясь в ней, он скользил вдоль внутренних мышц, усиливших свой захват. Вдруг, ударив по болезненно чувствительной точке, он послал по ее телу первые импульсы зарождающегося оргазма. Невероятно! Потрясающе! Будучи не в состоянии выйти из ее тела, оборотень продолжал трахать ее в том же необузданном темпе. Горячее дыхание обжигало шею, язык оставлял влажные дорожки на спине, уделяя при этом больше внимания местечку соединения плеча с шеей. А после девушка ощутила там болезненный захват зубов. Но к укусу Сара отнеслась уже безразлично.

Сокращение мышц влагалища предупредило оборотня о приближающемся оргазме. Девушка находилась уже на самом краю, не хватало совсем чуть-чуть, чтобы она сорвалась в полет.

— Боже, боже, дай мне это! Дай! — рыдая, взмолилась она, и, рыкнув на приказной тон, все еще сжимая ее плоть зубами, Алек проник максимально глубоко, доставая до шейки матки.

Начав извергать в нее горячее семя, он дергал тазом, помогая себе. Девичья кровь наполнила его рот, и зверь стал быстро зализывать рану. У Сары под веками вспыхнуло белое сияние, глаза закатились от ошеломительного оргазма. Сила удовольствия была такова, что отправила на перезагрузку все ее чувства, и девушка уплыла в небытие, где-то на задворках сознания продолжая ощущать тепло, разливающееся внизу живота, и то, что сама она все еще соединена со своим любовником.

Зверь моментально ощутил, когда тело подруги расслабилось под ним. Он перекатился на бок и прижал хрупкую человечку к себе, продолжая извергаться в ее глубинах. Удовлетворенный вой вырвался из его горла, сообщая стае, что их альфа только что соединился со своей парой. Далекий тихий ответ стаи приветствовал вожака. Еще около часа захват соединял их тела, пока, наконец, он не отдал ей всего себя и не смог снова вернуть себе человеческий вид.

Слишком уставший, чтобы анализировать произошедшее, Алек прижался к девушке, ласково поцеловал ее в макушку и закрыл глаза, позволяя себе соскользнуть в сон, чтобы восстановить силы.

Глава 6

Возможно, если бы он не был настолько удовлетворенно расслабленным, то среагировал бы лучше. Возможно, если бы страстное спаривание не вымотало не только человека, но и зверя, альфа бы проснулся одновременно с ней. Но сон Алека впервые за долгое время был таким крепким и спокойным, что, когда он неожиданно оказался на полу, все, что он мог, это хлопать глазами и взирать снизу вверх на закутанную в простыню разгневанную девушку.

— Что такое, черт возьми?! — заорал он.

Резкое пробуждение от падения с кровати лишило альфу слов. И как только в этой хрупкой девушке нашлось столько сил, чтобы спихнуть его?

— Пора вставать, блохастый! У меня к тебе нарисовалась парочка вопросов, и ты ответишь на них, иначе, клянусь богом, пожалеешь, что вообще встретил меня на своем пути! — на таких же повышенных тонах ответила ему Сара.

Растрепанная, раскрасневшаяся, подтягивающая белоснежную простыню к подбородку, маленькая хулиганка буквально светилась в сиянии солнечных лучей. Мужское тело моментально откликнулось на эту красоту, тогда как мозг все еще не мог собрать воедино фрагменты того, как он оказался на полу.

— Я жалею об этом, женщина!

Сара совсем не элегантно фыркнула и задрала свой курносый носик.

— Какого черта ты… Тьфу ты, нет. Что это… это… — она махнула рукой в сторону его паха, и Алек вопросительно выгнул бровь, — это было?

— Это? — он глазами указал на орган, который давно проснулся и теперь демонстрировал свое отношение к прекрасной особе с отвратительным характером. — В нашем обществе это называется спариванием, а то, что ты ощущала в себе во время моего оргазма, — сцепление. Это когда самец, выбрав себе пару, раздувается в ней в момент извержения, дабы гарантированно оплодотворить самку.

Девушка скривилась от грубых слов и животных сравнений. События последних суток были покрыты в ее памяти толстым слоем тумана, даже после алкогольного опьянения у нее в голове никогда не было такой путаницы.

— Ты хочешь сказать, что я уже залетела? — визг Сары заставил оборотня прочистить уши пальцем.

Тряхнув головой, Алек попытался подняться, но на него моментально нацелился изящный указательный пальчик.

— Сидеть!

— Эй, я тебе не собака! — взъярился мужчина, но при этом и удивился благодушию собственного волка.

Зверя, похоже, забавляло поведение пары. И осознание того, что он полностью уверен в их узах, поразило Алека. Но все же вопрос, заданный Сарой, был немаловажен и для него. Оборотень втянул воздух, но тот слишком пропитался их общими феромонами, чтобы дать ему четкий ответ. Необходимо было приблизиться к ней, оказаться вплотную, уткнуться носом в этот идеально-плоский животик, спуститься ниже. Вот только вряд ли эта рассвирепевшая нимфа подпустит его сейчас к себе.

— Я не знаю.

— О боже, но это возможно? Да? — Сара нервным движением заправила за ухо прядь кудрявых волос. И Алек понял, что желает проверить, такие ли мягкие они на ощупь, какими кажутся. Потому что из-за быстрого превращения выяснить такие подробности ему не удалось.

— Это все из-за тебя! Ты, псина, что ты сделал со мной? — Алек открыл, было, рот, но девушка еще не закончила. — И не отпирайся, я знаю, что это по твоей вине со мной такое происходило.

— Это называется течка, — признавая свое поражение, выдохнул мужчина. — Соня разве не рассказывала тебе по пути сюда?

— Рассказывала. Но я тогда была не в том состоянии, чтобы нормально воспринимать ее слова!

— Течка приходит к нашим самкам в определенный период времени. Так природа подготавливает их к материнству и дает самцам об этом знать, сводя их с ума от инстинктивной потребности спариться. У истинных пар этот процесс проходит мощнее. Дрэйк говорил, что это не просто сводит зверя с ума, а полностью отключает мыслительную часть нашего мозга. Волк не успокоится, пока не удовлетворит свою самку и не сцепится с ней.

— Твою ж мать! — выругалась девушка. — Как это произошло со мной?

— Когда я ласкал тебя в доме Дрэйка, я инстинктивно укусил за бедренную вену.

— Это когда ты смылся как последний трус? — ехидно поинтересовалась Сара и могла бы поклясться, что услышала тихий рык мужчины.

— Я не смывался, — сквозь стиснутые зубы процедил он.

— А что ты сделал? Оставил меня на полу, растрепанную, растерзанную, похожую на жертву изнасилования! — наконец-то она позволила своему гневу и ярости вырваться наружу.

— Это не было насилием и ты это прекрасно знаешь! — возразил Алек, вскакивая с пола.

— Да? А выглядело именно так, когда я садилась в такси и водитель странно косился в мою сторону, — девушка слегка пожала плечами.

— Нужно было привести себя в порядок!

— Там туалет в другом конце здания, идиот! Ты что, хотел, чтобы остальные оборотни увидели и ощутили, что ты со мной делал?

Он запустил руки в волосы, вспоминая, в каком состоянии оставил ее в тот вечер. Видения с Сарой в главной роли преследовали его, не покидая ни на минуту. И вот к чему в итоге это привело.

— Да чтоб тебя!

— Вот именно! Поэтому мне пришлось быстро выскользнуть из здания и вызвать такси. А дома начался этот ад и… О боже, что я родителям скажу?! Я же пропала практически на сутки!

— Тс-с-с, успокойся, — миролюбиво начал Алек. — Вопрос с родителями решила Соня, с работой — Дрэйк. Официально ты на больничном. Все улажено. Кстати, что это за должность такая — помощник ассистента?

— Нет, дело пахнет керосином. Теперь меня точно выпрут из издательства. Гейб не терпит ни болезней, ни прогулов, — не обращая внимания на пристально следящего за ней мужчину, она взволнованно рассуждала сама с собой.

— Сара.

Никакой реакции, одно бормотание.

— Сара.

Снова игнорирование. А такой сильный волк, как он, не переносил, когда его игнорировали.

— Сара!

— Да что ты разорался, мужик? Иди на щенков своих ори, а на меня даже отец голос не повышает! — взорвалась девушка, и Алек уже готов был ей ответить и за щенков, и за повышенный голос, но в этот момент его взгляд наткнулся на ярко-синее пятно со следами собственных зубов и покраснением вокруг.

Он был настолько заворожен девичьей горячностью и эмоциональностью, что не сразу увидел эти следы деяний своего зверя. Да еще то, что она так отчаянно куталась до этого момента в простыню, скрывало отметину, но когда Сара в порыве спора забыла об этой детали и белая ткань съехала вниз, у мужчины челюсть чуть не встретилась с полом, настолько сильным было удивление.

Метка! Не сознавая, что делает, он поставил на ее теле метку спаривания! Зверь привязал ее к себе. Сделал своей парой. Вот почему это слово так легко и естественно мелькало в его мыслях. Он провел рукой по лицу, начиная осознавать, в какой угол сам себя загнал. Неужели все повторяется вновь? И как, черт возьми, такое возможно? Имея пару, погребенную в земле, встретить еще одну и снова человека! Может, он проклят? И природа вот так забавляется с ним, нанося удар за ударом?

И все же Сара пережила эту ночь. И не просто пережила, а еще и вон какая бодрая с утра. Словно между ними и не было яростного первобытного спаривания. «Ага, тешь себя», — посмеялся внутри него зверь, до ужаса довольный соединением со своей самкой.

— Алле! — эта наглая пигалица откровенно насмехалась, махая перед его лицом ладошкой.

— Сара, прояви больше почтения, — сквозь стиснутые зубы потребовал Алек. — Я понимаю, что ты совсем недавно узнала о нашем сообществе, но такое поведение в отношении альфы недопустимо. И другой давно бы указал тебе на твое место.

Девушка в ответ снова фыркнула, раздражая его этим звуком.

— Во-первых, я не принадлежу к вашему «особенному» (она показала пальцами в воздухе кавычки) сообществу, чтобы соблюдать его правила. Во-вторых, я прекрасно знаю себе цену и без тебя! В-третьих, раз, к счастью, мое сумасшествие прошло после веселенького дикого траха и я надеюсь, что судьба милостива и я не залетела, то хотелось бы получить что-то из вещей и покинуть, наконец, твое высокопоставленное общество.

Алек покачал головой, разминая шею. И усмехнулся, поймав разгневанную девушку на наблюдении за собой. Ее взгляд ощущался на теле физически, заставлял каждую клетку реагировать на вожделение пары. А мужское самолюбие безмерно тешило то, насколько она наслаждается зрелищем.

— Нравится то, что ты видишь, принцесса?

— Фу-у-у, — девушка скривила носик, — когда это мы дошли до прозвищ? И твое эго не нуждается в дополнительной подпитке. Как я успела убедиться, вы, оборотни, обладаете чертовски идеальными телами.

— Тогда, когда я стал «песиком». И наши тела — это следствие постоянной трансформации и силы зверя, оттачиваемой годами.

— Бла-бла-бла и так далее.

Снова взмах руки, и Алек поймал себя на мысли, что с радостью связал бы эту фурию. Ее любовь к жестикуляции порядком выводила его из себя. Но после следующих слов мужчина понял, что в ней все бесит его до крайности.

— Так что там с моим отъездом?

— Это невозможно! — твердо заявил он и сложил руки на груди.

— Что-о-о-о?

— Раз ты так любишь считать, то, во-первых, твоя течка притихла, но еще не ушла. Я чувствую ее магнетическое притяжение в твоем сладком аромате, смешанном сейчас с моим. Во-вторых, вон тот огромный синяк на твоей шее — что-то типа брачной метки, так что для моих соплеменников ты, к сожалению, считаешься теперь моей женой (мне однозначно «повезло» заиметь постоянно пилящую мегеру). И в-третьих: я сказал, что не уверен в твоей беременности, но на девяносто девять процентов могу гарантировать, что мой щенок уже зародился в твоей маточке. А если нет, то скоро мы точно повторим попытку исправить ситуацию, так как течка для этого и предназначена природой. И еще, привыкай к дому, теперь ты будешь жить здесь. Со мной!

Сара даже лишилась дара речи. Она прочистила горло, которое оказалось способно издавать только хрип, и беспомощно захлопала глазами, стараясь переварить все, что этот несносный мужчина ей наговорил. Он же, воспользовавшись ее замешательством (и предполагая, что вряд ли с Сарой такое случается часто), быстро покинул комнату, громко хлопнув напоследок дверью.

— Об одежде я позабочусь, а ты пока не выходи из спальни, — крикнул он за закрытой дверью и тут же услышал, как что-то громко ударилось в нее с другой стороны.

«Хорошая была ваза», — подумал альфа. И удивился, как она уцелела после этой ночи, тогда как, насколько он заметил, сама комната после всего выглядела словно руины.

Качая головой от улавливаемых сверхчувствительным слухом эпитетов в свой адрес, выдаваемых сумасшедшей парой, полностью нагой Алек спустился вниз. Зная, что на кухне сейчас развалились два его лучших друга, а по совместительству еще и бета и маршал стаи, мужчина направился прямиком к ним.

— Блин, чувак, мне хватает любования «Алеком-младшим» и в полнолуние, а тут ты еще и в обычные дни светишь своим достоинством, — упрекнул друга, как только тот вошел в кухню, Нисан.

— Ему пока разрешается. Вряд ли его «богатство» сейчас поместится в брюках, — в свою очередь подколол вожака Гарнер, маршал стаи и третий по рангу.

— Мудаки!

Алек, качая головой, подошел к холодильнику и достал оттуда огромную бутыль апельсинового сока.

— И, походу, не мы одни, — Гарнер, намекая на громкие крики Сары, взглядом указал на потолок.

— Черт, надо ей еще раз напомнить о нашем слухе. Так она меня опозорит перед всей стаей.

— По-моему, девчонка в курсе и именно этого и добивается, — Нисан открыто рассмеялся, когда до них в очередной раз донеслось слова «шавка».

— Избалованная, дерзкая, наглая пигалица! — пробурчал себе под нос Алек, отрезая огромный кусок запеченного стейка.

— Наверное, именно такая и была необходима нашему надменному и вечно хмурому альфе, — поддел его друг.

— Нисан! Свое мнение оставь при себе!

Мужчина поднял руки, показывая, что сдается, но глумливая улыбка свидетельствовала, что он еще не раз подколет друга.

— Альфа, так ты сцепился с девчонкой? — аккуратно спросил Гарнер.

И хотя аромат секса витал в воздухе, ни один из оборотней не мог понять, обрел их вожак свою «луну» или нет. И оба страшились ответа альфы. Потому что стая тяжело пережила предыдущее соединение, а повторное казалось невозможным. При этом на Алека много лет давило старшее поколение стаи, требуя, чтобы он соединился с достойной волчицей, но альфа был непреклонен. Потеряв пару и день за днем живя с этой болью, он не собирался предавать ее память.

А когда у вожака кровоточащая рана в сердце, вместе с ним страдает вся стая, как бы он ни пытался ментально закрыть их от этой боли. И вот сегодня впервые это ноющее ощущение в душе каждого члена стаи уменьшилось.

— Я…

— Если эта рана на моей шее считается сцеплением, то да, ваш бешеный альфа сделал это! — громко заявила Сара, останавливаясь на пороге.

Девушка предстала перед мужчинами, закутавшись в белоснежную простыню, пропитавшуюся их смешавшимися запахами. Своим дерзким видом она пробудила в Алеке дикую ревность и чувство собственничества. Волк внутри грозно рыкнул, требуя спрятать свою пару от взглядов других самцов. А его наглая пара, словно почувствовав его негодование, лишь вздернула носик, тряхнула задорными кудряшками и подтянула простыню на груди, притягивая взгляды всех трех мужчин именно к этому месту.

— Может, кто-то из вас перестанет таращиться на меня и скажет, где мне взять аптечку? Если вы не забыли, то я человек и моя шея безумно болит.

— Пошли вон! — рыкнул Алек, понимая, что дурманящий аромат течки пробивается даже через мешанину их запахов.

Саре было непривычно видеть, как эти мужланы, не имеющие ни капли стыда, слегка склонили головы, признавая волю вожака, и отступили к двери. Вот только их ехидные улыбочки не понравились девушке.

— Стоять! — инстинктивно приказала Сара и ее вдруг послушались.

Мужчины резко остановились и удивленно посмотрели на нее. В их глазах плясали искорки смеха.

— Сара! — Алек, скрипнув зубами, походкой хищника обогнул стол и теперь подбирался к девушке.

— Круто!

Энтузиазм в голосе Сары вызвал смешок у Нисана, чем привлек к нему ее внимание.

— А я теперь тоже как-то числюсь в вашей стае? И имею право голоса?

— Женщина! Имей совесть! — простонал Алек, неожиданно оказавшийся очень близко к девушке.

Он резко притянул ее к себе, отчего его пара болезненно воскликнула:

— Ай, моя шея! Аккуратней, волчара!

Алек наклонил голову к потемневшему участку кожи. Высунув язык, ласково прошелся по свежей ране. Девушка над его плечом смотрела на радостно улыбающихся мужчин и впервые за очень долгое время ощущала, как ее щеки краснеют. В основном Сара избавилась от этой привычки еще в пятнадцать, но сейчас почему-то тело среагировало против ее воли. Действия этого неандертальца показались такими интимными… Он нежно облизывал рану, и кожа под его губами немела, переставала болеть. Только сейчас Сара осознала, что оборотень обнажён, а его оживший орган сильно вжимается ей в живот, позволяя прочувствовать свою твердость и жар через тонкую ткань, которая совсем не защищала.

— Да, барышня, ваш голос имеет силу для нас, — усмехнулся Нисан, отрывая девушку от крамольных мыслей и возвращая ее внимание к посторонним оборотням.

— И-и… почему? — мурашки побежали по ее телу, шершавый язык дарил настоящее наслаждение.

— Потому что теперь вы — наша «луна», — и сколько радости было в голосе мужчины, столько же светилось и в его глазах, словно этот факт доставлял ему неописуемое счастье.

— Вон!!!

Алеку не понравилось, что его пару отвлекают, и он грозно зарычал, тем не менее не отрываясь от нежной кожи девушки.

Его друзья, громко захохотав, выскочили из кухни через вторую дверь. Довольно рыкнув от радости, что их наконец оставили одних, альфа вернулся к своему занятию. А вот его пара неожиданно вцепилась пальцами ему в плечи в тщетной попытке отстранить от себя.

— Не рыпайся! Я лучше любой аптечки и пока не закончу — не отпущу, — приказал он, и девушка задохнулась от такой наглости.

— Эй, это негигиенично, в конце концов!

— Наша слюна имеет целебные свойства. Правда, на тебя она подействует не в полной мере, но все же в твоей крови сейчас циркулирует мой ген, поэтому должна помочь в любом случае, — пояснил альфа и вернулся к своему занятию — облизыванию раны.

Сара в замешательстве закусила нижнюю губу. С одной стороны, сейчас, когда ее мозги чуть встали на место, нужно было бы отдубасить этого наглеца и больше не подпускать его к себе. Как-никак, а гордость у нее еще осталась. С другой же… Да катись оно все в пропасть, но его действия заставляли пальчики на ногах поджиматься от удовольствия. Внизу живота все вновь ожило, словно ее матка имела собственное мнение и теперь демонстрировала его. И это тогда, когда казалось, что бурный секс уже позади и можно спокойно пожать друг другу руки и разойтись в разные стороны.

— Ум-м-м, — промычала девушка, когда шершавый язык двинулся ниже, прокладывая дорожку к заостренным вершинкам, что словно тянулись к нему.

Температура в кухне моментально накалилась. Руки, которые раньше отпихивали, теперь прижимали Алека ближе. Вены на руках мужчины вздулись от усилий удержать контроль, потому что зверь снова грозился вырваться наружу. Горячий рот втянул в себя одну вершинку. Алек перекатывал ее языком и посасывал, тогда как рукой сжал другую грудь, грубо массируя всей ладонью.

— Черт бы подрал твой собачий хвост! — возмутилась Сара, выгибаясь навстречу ласке.

Алек внутренне усмехнулся такому нестандартному ругательству, его привлекательные брови изогнулись в немом вопросе, но своего занятия мужчина не прекратил.

— У нас не будет больше секса, мистер! — снова запротестовала девушка, одновременно просовывая одну ногу между краями простыни и закидывая ему на бедро, упираясь пяткой в голую упругую задницу.

Мужчина только слегка кивнул, словно соглашаясь с ней, и переместил рот на другой сосок, что так настойчиво требовал его внимания. Эти действия чуть успокоили волка, довольного теперь поведением своей человеческой сущности. В мыслях Алек уже прикидывал, как поднимет ее повыше, откинет надоедливую ткань и заставит обхватить себя двумя ногами. Тогда он прижмется к сладкой сердцевине ее желания и снова сольется с ней в первобытном танце похоти и страсти. И именно в этот момент живот девушки издал бурчащие звуки.

Другой бы на его месте не обратил внимания на голод партнерши и продолжил бы такое занимательное действо, но волк внутри него, как бы ни желал свою пару, в первую очередь заботился о ее комфорте. Алек резко отстранился от девушки и сделал шаг назад. Ее грудь тяжело поднималась и опускалась, дыхание сбилось. В глазах горел огонь неистовой страсти.

— Что…

— Ты голодна, — перебил ее оборотень. — Перед тем, что нас ждет дальше, тебе необходимо хорошенько подкрепиться.

— Не будь таким самоуверенным, песик!

— Черт возьми, еще раз отнесешь меня к собачьему виду и я клянусь, что перекину тебе через колено и надаю по твоей аппетитной заднице! — взорвался Алек.

Пришлось отметить, что девушка ни капли не испугалась. Наоборот, выражение ее лица можно было толковать как «давай попробуй!». Вызов. Прямой вызов распаленному зверю. И не просто зверю. Вожаку. Только альфа-самки могли быть насколько бесстрашными. Но Сара просто человек. Хрупкий и слабый. Как Химена. Вот только его погибшая пара при одном намеке на угрозу забилась бы в угол и дрожала там от страха.

Боль потери вспыхнула в нем, напоминая о незажившей ране. Волк недовольно заворчал, раздраженный этими воспоминаниями, а мужчина перестал улыбаться. Ведь он в некотором роде предал свою возлюбленную. Чтобы заглушить чувство вины, Алек попытался воскресить в мыслях ее образ. Миловидное круглое личико, бледную вследствие болезни кожу и иссиня-черные волосы, часто туго стянутые в ненавистный ему пучок. Сара же была полной противоположностью Химены. Она гордо стояла напротив него со своими непослушными золотистыми кудряшками, курносым носиком и бездонной глубиной голубых глаз. Казалось, природа посмеялась над ним, не только подарив второй шанс на обретение своей пары, но и сведя его с полной противоположностью, совершенно не отвечающей его вкусам. Все в ней раздражало, все бросало вызов.

Взгляд мужчины потускнел, и это не укрылось от внимания Сары. О чем бы он ни подумал, это причинило ему боль, и ее сердце откликнулось на нее. Она потянулась к Алеку в непреодолимом желании утешить, и это до чертиков испугало саму Сару. Он для нее никто. Просто случайный секс из-за определенных обстоятельств. Результат глупой ошибки. Как его, так и ее. Но как это объяснить глупому сердцу? Симпатии, что зародилась в ней? Химии между ними?

— Кхм, — Сара прочистила горло. — Так что там с обедом?

Алек тряхнул головой, избавляясь от непрошеных мыслей. Волк внутри бушевал от желания позаботиться о своей паре. Постоянное противостояние со своей второй сущностью изводило мужчину. Он уже и не помнил, когда они были едины и не требовалось постоянно контролировать себя.

— Садись, — мужчина кивнул на стул, и девушка, поправив свою временную одежду в виде простыни, проследовала туда.

Ткань волочилась по полу, но девичьи плечи при этом оставались полностью открытыми, что позволяло любоваться мягкой кожей и хрупкими лопатками. Понимая, что снова отвлекается, Алек отвернулся и подошел к холодильнику. Открыв его, мужчина застыл, задумавшись, чем же лучше накормить человеческую пару. Волк требовал выбрать для своей подруги самое свежее мясо, но вряд ли Сара оценит такую еду.

Девушка тем временем оценивала открывшийся ей вид. И у нее появилось сильное желание засвистеть от восхищения, как это делают мужчины. Не стесняясь своей наготы, Алек блистал перед ней первоклассной задницей, упругой, с идеально-гладкими полушариями. Сара невольно провела языком по пересохшим губам, а со стороны холодильника послышался рокот.

— Ты же понимаешь, что мы не закончили? — не поворачиваясь к ней, прохрипел мужчина. — Я все еще ощущаю, как жар желания заполняет твое тело, испуская определенные флюиды и привлекая меня. И пусть пока это словно тихий ветерок против бури, но то, что произошло ночью, в скором времени вновь повторится. Ты будешь стонать подо мной, требуя, чтобы я хорошенько трахнул твое жаждущее лоно.

От страстных слов мужчины девушка задышала чаще, осознавая, что вновь возбуждается, но понимание того, что он абсолютно прав, лишь еще больше подогрело в ней дух противоречия.

— Ты больной на всю голову, если считаешь, что я вот так просто лягу перед тобой и раздвину ноги! — возмутилась она, наблюдая за тем, как мужчина достал-таки из холодильника четыре яйца, тарелку с беконом и половинку хлеба.

Он действовал, по-прежнему не глядя на свою жену. О боже, слово «жена» в мыслях звучало как сладкая песня, хотя произнести его вслух Алек еще не решился бы. Во-первых, это было дико даже для него, хотя в их мохнатом сообществе браки всегда заключались скоропалительно и не всегда волки сцеплялись с теми самочками, которых выбирала человеческая половина. Во-вторых, ему не нужно было еще одной разбитой вазы. Сара оказалась одной из самых импульсивных девушек, что он встречал на своем веку. Ее характер прекрасно соответствовал нраву сильной волчицы, а те, как правило, всегда показывали зубки. Но для альфы именно эта черта являлась одной из самых привлекательных. Волку неинтересна слабость и на примере своей погибшей возлюбленной Алек знал, что зверь может возненавидеть из-за этого даже истинную пару.

— Хотя с кем я разговариваю? С мужиком, что постоянно покрывается шерстью? Боже, ты мне еще и блох передашь?! — ужаснулась девушка, обращаясь к его спине, так как мужчина продолжал готовить ей завтрак, при этом она не прекращала облизываться на аппетитную мужскую задницу.

Алек лишь испустил стон, говорящий о его поражении, и процедил сквозь зубы:

— У меня нет блох! Ни у кого из нас их нет, могла бы у сестры поинтересоваться!

— В том-то и дело, что не успела! Когда бы? Когда я только узнала о вашем существовании, она занималась пострадавшим. Когда Дрэйк рассказывал о вас? Так я тогда вообще только общую информацию еле переварила! В остальное время мой деверь практически не выпускает ее из спальни! Потом был прием, — Сара эмоционально махала руками, выплескивая на Алека все свое негодование. — Ты со своими тараканами, укусивший меня и оставивший в подсобке! А после началась вся эта хренотень! Да я только сейчас мозги в кучу собрала! И тут мой мохнатый любовник заявляет, что мы вроде бы теперь как женаты и еще я, скорее всего, забеременею от него, если этого уже не произошло.

Длинная отповедь закончилась, и теперь Сара тяжело вздыхала, глядя на мужчину. Он, как ни странно, был полностью спокоен. Неспешно поставил перед своей парой тарелку с жареной в хлебе яичницей с беконом, и девушка удивилась: когда он только успел? Неужели за своим взрывом она упустила его из виду?

— Приятного аппетита.

Сара тихо взяла вилку и, отломив кусочек, положила в рот. До этого момента она и не представляла, что настолько проголодалась, но теперь просто накинулась на еду.

— Ум-м-м, вкусно! Ты еще и превосходно готовишь. Не муж, а сказка!

Сарказм в ее словах не задел Алека, он наблюдал за своей парой с совсем другим голодом в глазах. На подтверждение этого голода девушка наткнулась, как только подняла взгляд.

— Даже не думай! — нацелив на него вилку, предупредила она.

— Я объяснял тебе и прежде, дорогая: альфе нельзя приказывать.

Сара задрожала от его манеры растягивать слова. Девушка отметила, что так он говорит, только находясь в состоянии сильного возбуждения, словно специально дразнит и соблазняет. И против ее воли тело моментально попалось на эту удочку. Вот так просто: он накинул лассо — и она в его руках. Нет, так не пойдет. Мстительно улыбнувшись, Сара подцепила на вилку еще кусочек завтрака и медленно поднесла к губам, удерживая зрительный контакт с этим, по ее мнению, «настоящим засранцем».

Маленький розовый язычок высунулся, подхватил лакомство и втянул его в рот. С губ девушки слетел протяжный сладкий стон, кадык мужчины дернулся, когда он тяжело сглотнул. Пальцы оборотня вцепились в столешницу, и не известно, чем бы все закончилось, если бы какой-то хруст не прервал изысканную пытку.

— Какого? — уставившись на кусок дерева в руках, возмутился Алек.

— Да, ремонт тут не помешает, — девушка продолжила завтракать как ни в чем не бывало.

Алек выкинул в мусорный ящик кусок от до недавнего времени ровной поверхности и, повернувшись, злющими глазами уставился на эту невозможную пигалицу. У него неожиданно даже руки зачесались от желания отшлепать эту наглую попу, из-за которой настолько пострадал интерьер его дома.

— Ты… ты…

— Что, муженек, товар уже не кажется таким привлекательным? Это ты со свекром еще не знаком! У него уже имеется именное ружье для Дрэйка, твое станет рядом.

Сара практически вылизала тарелку и отодвинула ее от себя.

— Спасибо, я наелась.

А потом с гордым видом встала со стула, поправила простыню и направилась к выходу из кухни. И все это время спину ей буравил тяжелый мужской взгляд, что лишь сильнее разжигало в ней желание противостояния. Усмехаясь, Сара предположила, что новую столешницу придется-таки заказать — характерный звук свидетельствовал о том, что кусочков стало больше.

Глава 7

Алек, скрипя зубами, смотрел на свой дом глазами собственного зверя. Измученный жаждой по своей самке, он, вместо того, чтобы броситься за ней наверх и продолжить начатое, выскочил из дома, словно за ним гнался сам дьявол. Сдерживая своего зверя, постоянно контролируя его, мужчина рисковал однажды полностью обезуметь и утратить человеческую суть.

Поэтому он, так сказать, вывел себя на прогулку. Очутившись среди древних деревьев, окунувшись в естественный запах величественного леса и втягивая его в себя, Алек с радостью отметил прячущуюся неподалеку дичь, способную заинтересовать его волка. Тогда он превратился, выпуская зверя. И этот зверь был зол. Яростный гнев бежал по его венам, прорываясь диким рыком и протяжным воем. Никто бы сейчас не решился приблизиться к альфе. И даже находящаяся в отдалении от вожака стая прекрасно ощущала его состояние.

Алек знал, что сам довел себя до такого, что внутренний конфликт для создания с двумя сущностями не закончится ничем хорошим, и все равно не мог до конца уступить требованиям волка.

«Чего ты еще от меня хочешь? — мысленно заорал он. — Я взял ее, заклеймил, сделал своей парой! Угомонись! Этого достаточно!».

Но сильный зверь, ведомый инстинктами, возмущенно огрызался на его слова. Ему этого было мало. Волки обладают своей парой полностью. И, ощущая призыв к обзаведению потомством, они слепо следуют ему. А сейчас, когда его пара мечется в доме, борясь с болью течки, готовая понести от него, зверь гневался на свою вторую сущность из-за того, что тот лишал их этого. И не только их. Он заставлял самку страдать. Мучиться от боли в одиночестве. Ощущать себя покинутой в этой жажде, что сжигала ее изнутри.

Волк уже развернулся по направлению к дому, когда слабый шум в кустах привлек его внимание. Поведя носом, он учуял кролика и решил, что в знак примирения преподнесёт своей самке свежепойманную добычу. Покажет, как он заботится о ней и насколько не согласен со своей рациональной человеческой половиной. Зверь застыл, отмечая местоположение дичи. Приготовившись, хищник, ведомый древними инстинктами, начал охоту на ничего не подозревающего кролика. У того просто не было ни шанса скрыться от самого опасного охотника, созданного природой. Молниеносное движение, несколько секунд и в пасти зверя еще теплая тушка.

Победа была легкой для вожака и малоинтересной, но все-таки слегка утолила гнев и бушующую ярость. Ведомый четкой целью преподнести этот дар своей паре, оборотень направился в сторону дома. Поводя мордой, вымазанной в крови убитого животного, зверь с мощной аурой хозяина леса вальяжно шел по своей территории. И те оборотни стаи, что встречались на его пути, преклоняли головы перед вожаком, не смея оспорить его власть.


Сара закрылась в комнате и свернулась калачиком на постели. Жар вернулся в ее тело, расползаясь по нему ядовитой змеей, жалящей в самых чувствительных местах. Девушка задавалась вопросом: «Неужели это никогда не прекратится?». Ведь Алек обещал, что после секса станет легче, но пока, наоборот, все было только хуже.

В этот раз она знала, чего желает. Боль перестала быть невнятной тенью и приобрела очертания. Ей необходимо мифическое существо, дабы прекратить эту пытку. Только он — хищный зверь, дикий и необузданный — мог дать облегчение. Сара не боялась его и не ощущала омерзения, хотя раньше даже представить себе не смогла бы, что когда-то переспит с получеловеком. Но теперь, сжигаемая неестественным вожделением и страстью, мечтала только о нем. О его крепком теле, что придавит ее к постели, о резких неистовых движениях, с помощью которых он заполнит все ее естество и подарит наслаждение, явно придуманное в самом аду. Потому что пережить такое можно, только находясь при смерти и воскресая вновь и вновь.

Но Сара не была бы собой, если бы ее дух противоречия не восстал и не показал себя во всей красе. Именно поэтому она не просто закрыла дверь на замок, а еще и забаррикадировалась, придвинув к дверному проему тумбочку и стул. Одно дело — пережить ночь страсти в объятиях оборотня, второе — стать его племенной кобылой.

Нет, детей она, конечно, любит. Но вот так заводить их, не по любви, а чисто из физиологических потребностей, не собирается. А со слов Алека девушка поняла, что зверь не успокоится, пока не произойдет зачатие.

Вот только силы свои она переоценила. И когда, болезненно застонав, упала на кровать, просовывая руку между ног в попытке ослабить боль, то поняла, что уже согласна на что угодно, лишь бы это закончилось.

— Господи, за что ты меня так наказываешь?! — яростно заорала она в никуда и сразу же заскулила от огненных спазмов внизу живота.

Ей представлялось, что ее матка пульсирует, сильно сжимаясь и ноя в потребности быть заполненной. И сила этого голода была такова, что даже пальцы на ногах поджимались от напряжения. При каждой волне накрывающей ее боли девушка замирала в позе эмбриона и просто мечтала вырубиться и спастись от этих мук.

— Гребаный Алек со своими укусами! — крик завершился очередным хныканьем. — Мама, мамочка, сколько это будет продолжаться?

Покрывало под ней повлажнело от слез и скомкалось от метаний. Тело девушки покрылось потом, она горела в лихорадке и содрогалась от конвульсий. Вдруг ее внимание привлек мощный удар в дверь. За ударом последовал гневный рык, и Сара слабо улыбнулась, наслаждаясь пониманием, что Алек ее не бросил и все равно пришел, и в то же время радуясь, что «виновнику» ее мучений придется постараться, чтобы добраться до нее.

— Вали отсюда в свою конуру! — испытывая прилив ярости, крикнула она, тогда как собственное тело обозвало ее последней дурой и просто молило мужчину не слушать. — Я тебе не самка, не сучка и не кобыла, чтобы меня объезжать! Поэтому можешь засунуть свой пёсий…

На этих словах дверь разлетелась в щепки, а мощные лапы с легкостью откинули в сторону стоящую на пути тумбочку. Сара поморщилась при виде вмятины, оставшейся, когда та со всей силы врезалась в тонкую перегородку между комнатами. Но внутренне девушка смачно выругалась, потому что ее тело наполнилось сладкой истомой и предвкушением. Ее женскую суть ничуть не смущал ни мертвый кролик в зубастой пасти, ни сверкающие желтым звериные глаза. Нет, ее озабоченная девочка полностью сошла с ума и мысленно уже раскрыла объятия этому первобытному самцу.

К счастью, прежде чем двинуться к ней, он гордо выплюнул кролика на пол, и девушка догадалась, что это было что-то вроде подношения. Ее волк принес ей пищу. Истерический смешок сорвался с губ Сары, полностью убеждая ее в собственном полном сумасшествии.

— О, какой подарок, дикий мой, — игриво произнесла она, стараясь игнорировать скапливающийся между ног жар и обильную влажность.

Но оборотень такое пропускать не собирался. Он приподнял голову и втянул в себя влекущий аромат, довольно урча от подтверждения ее желания. Это все, что ему необходимо было знать. Он хищно двинулся к ней. Инстинктивно выставив перед собой руку, Сара начала медленно отползать по постели все дальше, пока не уперлась в спинку. Последние остатки разума бились в истерике от предстоящего. И хотя она благополучно пережила вчерашние брачные игры, сегодня это ничуть не успокаивало.

— Тише, пушистый, — мягко проворковала девушка.

Бежать-то было некуда. Она оказалась загнанной, только не совсем в угол, а на кровать, которая одними своими размерами намекала, что создана не только для сна.

— Ты же не причинишь мне вреда, правда? — неуверенно поинтересовалась Сара, вглядываясь в оскалившуюся морду.

Именно в этот момент ее физиология решила, что она слишком долго сомневается, и подтолкнула новой вспышкой обжигающей боли внизу живота.

— Да что же это такое? — девушка согнулась пополам и горестно захныкала. — Я так устала от этой боли… Так устала!

Не в ее привычках было сдаваться, но болезненный зуд сводил с ума. Тело окатывало жаром, и девушке казалось, что температура у нее сейчас не меньше тридцати девяти градусов, а то и выше.

— Ну чего ты встал и смотришь на меня? Иди уже! Закончи начатое! — в порыве гнева закричала Сара, сворачиваясь калачиком.

Оборотень медленно подошел к ней. Потершись мордой о простыню, он предусмотрительно стер следы крови, а после забрался на кровать. Краем уха Сара услышала, как затрещало под его весом дерево, но никак не отреагировала на этот шум, полностью сконцентрировавшись на своих страданиях.

Тяжелое горячее дыхание коснулось ее затылка и от этого заколыхались короткие прядки волос. Девушка замерла, не представляя, чего ждать от своего мифического любовника. Шершавый язык мягко прошелся по ее шее, вызвав сотни мурашек, упоительно пробежавшихся вдоль позвоночника. Невольно тело выгнулось и потянулось к нему, но она не спешила оборачиваться, застыв в ожидании.

А дальше все тот же проворный язык скользнул по подбородку и спустился по шее вниз. Тихий возмущенный рык, требующий предоставить больше доступа, подтолкнул девушку и она, зажмурив глаза, раскинулась перед ним на постели.

Оборотень сразу же воспользовался этим заманчивым предложением, начав нежно ласкать ее. В эту минуту он был предельно собран и сосредоточен. В кои-то веки мужское начало объединилось со звериной частью, ведомое одним желанием — удовлетворить свою пару и принести ей желаемое освобождение от течки.

Ноги Сары невольно сами разошлись в стороны, так же как и полы махрового халата. Девушка предоставила ему полную свободу действий, открыто предлагая свое тело. А он, ее оборотень, нависал над ней хищной тенью, опуская свою морду все ниже и по пути то обволакивая шершавым языком торчащий сосок, то проникая во впадинку пупку, то скользя по гладкому лобку и, наконец, добираясь до распухших губок, что приветливо раскрылись навстречу.

— Да, вот так… Вот так… — поощряла его страдалица.

И уже было не важно, что это не обычный мужчина, что в ее кровати полузверь. Его действия приносили успокоение. Ее телу нравилось это. Она млела от ощущения его языка, скользящего по разгоряченной коже. А таз предательски приподнимался, подстегивая его. И в немой мольбе языком тела Сара просила доставить ей удовлетворение там.

Ощутив первое касание, натянутая как струна девушка пронзительно закричала от простреливших тело острых стрел удовольствия. Пальцы сжались в кулаки, сминая покрывало, а таз приподнялся, приветливо встречая источник, дарящий наслаждение.

Ее зверь вылизывал ее долго, с какой-то присущей только человеку методичностью, хотя Сара помнила, как прошлой ночью он демонстрировал ей всю свою дикость и страстность. Теперь же он подготавливал ее, заставляя плавиться от нескончаемого наслаждения и вызывая жжение глубоко внутри матки. Что это, как не самая изощренная пытка?

— Небо на твою голову! — закричала девушка, когда только-только утихший экстаз начал нарастать снова. — Трахни меня, наконец!

Желтые глаза блеснули между ее ног опасным звериным блеском, предупреждая быть осторожной. Никто не смеет приказывать альфе! Никто! Но только ей единственной он не бросит вызов, он накажет ее по-другому. Чувственно, но не менее жестоко.

— Пожалуйста, достаточно…

Мольба волку понравилась чуть больше, и он снова вернулся к своему пиршеству. Ее изменившийся запах наполнил его легкие, проникая в каждую клеточку и заставляя ее оживать в ответ. Сладкий душистый жасмин. Еще не распустившийся, но молящий его о внимании. Обещающий щедрый урожай. Неосознанно он начал дышать быстрее и быстрее, словно в бреду, двигать языком.

Голос Сары сорвался на хрип и стал тише. Сотни мелких иголочек нечеловеческого наслаждения покалывали ее, даря и счастье, и боль. Он резко перекатил ее на живот, ставя в свою любимую позу, но девушка встретила эти действия с радостью. Ее нутро истосковалось по твердому органу, способному подарить чувство небывалой наполненности.

И вот он вторгается в нее, полностью накрывая собой. Необузданный, дикий зверь. Он не ищет удовлетворения, нет. Цель, к которой стремится его волк, выше и важнее. Потомство.

Эта ночь изменит его жизнь навсегда. Пустоту заполнит наличие пары. А тишину дома — громкий детский крик. И возможно, это будет крик не одного ребенка, ведь оборотни просто обожают большие семьи.

Прерывисто вскрикивая и изнемогая от неконтролируемых движений своего любовника, Сара не думала ни о чем. Ее мысли растворились в потоке плотской радости и экстаза. Жар, мучивший тело, превратился в лаву, обжигающую и рождающую совсем другие желания. Теперь ей было мало ощутить себя заполненной им. Каждым своим прогибом, каждым движением навстречу она подталкивала зверя к потере последних остатков контроля.

— Сильнее! Сильнее! — требовала, интуитивно осознавая, насколько это раздражает мужчину. — Еще!

Борясь с першением в горле, девушка все ужесточала свои приказы под утробный низкий рык взбешенного альфы. Тот резкими рывками погружался в нее до упора, обещая себе в будущем научить пару повиновению и кротости. Но это в будущем. Не сейчас.

— Давай же!

Чистый животный инстинкт спаривания бушевал в его венах, требуя подчинить пару своей воле, и альфа, следуя порыву, сцепил зубы на девичьем плече. В том месте, где уже красовалась поставленная им метка.

— Ай! Боже! Д-а-а-а-а! — боль смешалась с удовольствием, что зародилось между ее ног и распространилось дальше, захватывая в плен не только все нервные окончания, но и саму душу.

— Моя! Моя! Моя! — еле улавливалось в зверином рыке, но слух Сары поймал это слово, и оно подействовало на нее как дополнительное возбуждающее средство, позволяющее поймать все ускользающий оргазм.

Кровь ударила в виски, в глазах замелькали звездочки. Оторвавшись от земли, Сара воспарила в облаках экстаза. Секс с этим существом был настолько всепоглощающим, что она сомневалась в том, сможет ли хоть когда-то покинуть постель. Скорее всего, ей этого и не захочется. Так и проживет жизнь во власти безумного зверя.

Даже вцепившись в ее плечо, волк не перестал врываться в податливое девичье тело. Только когда сладчайший металлический вкус крови заполнил рот, он раздулся в ней, соединяя их тела и гарантируя беременность.

Оторвавшись от нежной кожи, он закинул голову и триумфально завыл. В мыслях он уже видел маленьких мальчиков, дерущихся друг с другом. Ощущение полного удовлетворения и душевного спокойствия накрыло волка. И тоска, которая долгие годы впивалась в него своими когтями, наконец-то развеялась от удовлетворения из-за образовавшейся связи.

Хрупкое тело его пары дрожало под ним. Оборотень, все еще соединенный со своей половинкой, перевернулся на бок и притянул ее ближе к своей горячей груди. Измученная, уставшая, она тут же провалилась в сон, а волк успокаивающими движениями принялся медленно зализывать рану.

Красные пятна и кровоподтёки свидетельствовали о его грубости и несдержанности, и он ощутил прилив вины и раскаянья. Становление метки всегда довольно болезненный процесс для партнерши, но для человека это тяжелее вдвойне. Потому что поначалу организм старается избавиться от чужеродных компонентов, а после принимает их, изменяя девушку, дабы та соответствовала оборотню и могла подарить ему потомство наравне с самками, рожденными оборотнями.

Алек слышал, как этот процесс проходил у Сони, сестры его пары. И все же надеялся, что Сара перенесет изменения легче. Как в физическом плане, так и в душевном. Волей судьбы они теперь связаны. И душистый аромат распустившихся цветков жасмина подтверждает это.

Девушка точно забеременела после их брачных игр.

Неожиданно природа не только дала Алеку второй шанс на обретение пары, но сразу же подарила в придачу полноценную семью.

Он — и вдруг отец, это казалось таким же нереальным, как и лежащая рядом девушка. Но вот она мирно спит в кольце его рук, совсем не страшась ни зверя, ни соединения с ним. Невозможно. Неестественно. Это просто не укладывалось в голове и не поддавалось логическому объяснению. Как могла мирная и спокойная Химена дико возненавидеть его и считать чудовищем, а взбалмошная дерзкая Сара доверчиво согреваться в тепле его тела? Две девушки. Две пары. Первую он подвел и потерял. Вторую не заслужил, но она соединилась с ним и приняла.

Что ж, назад пути нет. Она принадлежит ему. И этот факт больше не подлежит оспариванию. Никем. Даже им самим.

И да поможет ему бог, потому что более несдержанной, взбалмошной, наглой и диковатой девушки природа не могла ему послать. Она словно была в душе истинной альфа-сукой, а двум альфам всегда тяжело находить компромисс. Зато какими приятными будут попытки!

Алек оскалился, предвкушая. Его волк требовал подчинения, но безумно любил борьбу и противостояние. Слабая волчица не смогла бы привлечь его. И пусть Сара не была волчицей и физически намного уступала им, но ее дух просто поражал своей стойкостью.

Казалось, ей было все равно, что он не человек, что может одним движением руки лишить ее жизни. Ни капли не боясь его гнева, она бросала направо и налево дерзкие, иногда оскорбительные фразы — и его волк молчал. Нет, он, конечно, мог поворчать, пообещать наказание, но каждая такая угроза сводилась к фантазиям, в каких позах он возьмёт ее. Да пропади оно все пропадом, он — альфа! Устрашающий хищник и вожак большой стаи! А эта женщина не выделяет его среди других. И только аромат возбуждения говорит о ее расположении.

В ходе своих размышлений мужчина незаметно сменил форму, и его орган выскользнул из расслабленного тела. Руки в защищающем жесте обвились вокруг Сары, привлекая ее к сильному телу. Хрупкая спина прижалась к крепкой мужской груди.

Так идеально.

Словно ее место всегда было здесь, в его объятиях.

Алек вспомнил тот момент, когда увидел ее на приеме у друга. Порхающей среди своих собратьев, с опасным знанием и без капли страха. Тогда один взгляд на нее заставил тело мужчины застыть, а волка хищно оскалиться. И теперь эта совсем не нежная фея стала его парой. Женой. И матерью его детей.

Ох, да поможет ему матушка-природа и сам Господь Бог, но он просто уверен: эта пигалица теперь каждый день будет сводить его с ума. Алеку остается только набраться терпения и уповать на выдрессированную выдержку.

С восходом солнца жизнь кардинально изменится. И не только его.

Глава 8

К утру Алеку спалось неспокойно. Чего-то не хватало, и подсознательно он ощущал это. Но сон мешал сосредоточиться, а сладкий дурманящий запах сбивал с толку. И только когда аромат потерял насыщенность, дразня своим уходом, мужчина резко открыл глаза.

Проведя рукой по смятой простыне в том месте, где должна была лежать его пара, Алек подскочил и осмотрелся вокруг. Комната выглядела так, словно пережила ядерную войну, хотя ему казалось, что вчера они были более аккуратными.

— Сара!

Тишина стала ему ответом, и волк недовольно завозился под кожей. Понимание, что девушка не смогла бы сама покинуть территорию, успокаивало и позволяло не мчаться сломя голову на ее поиски. Но то, что она покинула их ложе, раздражало альфу. Мало того что он проспал этот момент, так еще впервые мужчина нервничал, проснувшись в одиночестве. Тело хранило память о теплых объятиях, и Алек ощутил укол разочарования, не получив с утра их дозу.

«К хорошему быстро привыкают, правда?» — мысленно хмыкнул он.

— Сара!

Он быстро вскочил с постели и направился вниз.

— Альфа, да сколько можно светить своими причиндалами?! — в притворном ужасе вознегодовал Нисан, встречая вожака в холле.

— Если тебе так не нравится мой вид, нечего появляться в моем доме! — последние слова были сказаны на тон выше, но бета лишь усмехнулся.

— Если бы ты ограничивался одним домом, это бы не было настолько запоминающимся.

— О чем ты? — озираясь по сторонам в попытке поймать веяние запаха своей пары, непонимающе поинтересовался альфа.

— Что? Ты не помнишь, как вчера превратился среди дня и в звериной ипостаси поспешно направился к дому?

Теперь Нисан, наконец, привлек к себе все внимание вожака и тот стрельнул в него прищуренным взглядом.

— Ты запугал полстаи! Женщины взволнованны, а мужчины взбудоражены из-за распространяемого тобой требования к подчинению. После такого яркого представления никто еще долго не усомнится в твоем праве вожака.

Еще секунду Алек сомневался в словах своего заместителя, но поняв, что тот не издевается, устало провел рукой по лицу. Он слабо помнил события после того, как проиграл во внутренней борьбе и выпустил волка на волю. Более четкие воспоминания начинались уже с того момента, когда он лежал в постели рядом с уснувшей девушкой. Но четче всего запомнилось утро в пустой комнате, наполненной ароматом бурного секса и густым сладковатым запахом Сары.

— С этим я разберусь потом. Где Сара?

— «Луна» потребовала выделить ей в пользование свободный дом, ибо «ноги моей больше не будет рядом с этим озабоченным псом», — имитируя высокий женский голосок, передразнил девушку Нисан, на что Алек гневно сдвинул брови.

— Сбежать не пыталась?

— «Куда мне бежать? Когда сам свояк скинул меня ему на шею! Умыл руки, родственничек! Тем более без алиментов я точно не уйду!» — снова повторил слово в слово Нисан.

— Алименты? Ты думаешь, она поняла, что…

— А она точно уже понесла?

— Волк уверен, что да, — выдохнул Алек. — А ты как думаешь?

— Альфа, я не посмел ее обнюхивать! — мужчина осторожно сделал шаг назад и поднял руки перед собой.

Каждый оборотень знал, что в первые дни после сцепления самец чересчур ревнив и раздражителен. Любой необдуманный жест или же слово по отношению к его паре может показаться ему оспариванием их связи и настоящим вызовом. А если этот оборотень вожак, то все эмоции усугубляются, делая его еще более опасным и агрессивно настроенным.

Алек запустил пятерню в волосы, удрученно озираясь по сторонам и обдумывая сложившуюся ситуацию. Спальня, конечно же, выглядела так, словно в ней произошел Армагеддон. Он надеялся только на то, что в момент своего бегства Сара не задумывалась о разрушительной силе их страсти. Да и вообще, зачем было убегать из дому? Если верить рассказу Нисана, она прекрасно понимает, что ситуация между ними кардинально изменилась. И доказательства просто неопровержимы. Первое: она — его истинная пара. Как и почему это произошло, непонятно, но связь между ними реальна. И то, что в ее теле проснулась течка, и то, что они спарились без физического вреда для Сары, свидетельствует об этом.

Даже его волк не просто признает ее своей парой, но желает все время находиться рядом, быть защитником и добытчиком. И теперь человеческой половине необходимо найти путь к волевой девушке, уговорить ее не просто на отношения, а на полноценный брак и, главное, достичь взаимопонимания.

О, матушка-природа, разве он похож на того, кто может найти общий язык с человеком? Единственный раз, когда он попытался, все закончилось слишком печально, и Алеку не хотелось больше идти по такому пути. Волк же внутри него, можно сказать, просто умыл руки. Или лапы? Он доказал своенравной самке свою силу, показал заботу и установил господство. Мужчине было труднее. Здесь был необходим разговор, конструктивный, с правильно подобранными словами. И в этом заключалась вся сложность.

Второе: он практически стопроцентно уверен, что после этой ночи Сара забеременела. А ребенок для оборотня — это все. Он никогда не позволит ей уйти и забрать с собой их сына (хотя, скорее, сыновей), чтобы выделить пару часов в неделю для встреч. Такому не бывать.

Но даже не этого больше всего боялся Алек. Он не знал эту девушку, особенно ее отношение к детям. Дрэйку повезло, что его пара приняла его и радуется будущему потомству. Но какой окажется ее сестра? Не захочет ли она сделать аборт? И сможет ли он ей в этом помешать?

«Идиотские мысли!» — выругался Алек.

Они вились в его голове, словно стая коршунов, клевали и тревожили. Волк же в свою очередь недовольно возился под кожей из-за отсутствия пары рядом. Ему не нравилось, что она оставила его одного и, пока он мирно спал, тихо скрылась. Да, зверя бесил сам факт, что он не проснулся, не ощутил ее отсутствие на подсознательном уровне. Он корил себя за это. А для гордого животного с душой альфы признавать свою оплошность — словно наступать на лежащие грабли. Больно и позорно. Алек еще раз оглядел комнату и устало вздохнул.

— Нисан, попроси, чтобы тут кто-нибудь прибрался до того, как я верну эту взбалмошную пигалицу назад.

— Кто-нибудь… — пробубнил мужчина. — Грейс ведь покинула стаю, а девушки выполняли обязанности из желания попасть в твою постель.

— Боже, — устало простонал Алек, — неужели в моей стае не найдется ни одной женщины, которая согласится занять место экономки? Предложи приличное жалованье. Или прикажи! Мне надо со свалившейся на голову истинной парой разобраться, а не о порядке в доме думать!

— Будет сделано, альфа.

— Отлично! — огрызнулся раздражённый Алек и целенаправленно поспешил на встречу со своей парой.

— Альфа! — крикнул ему вслед мужчина, желая привлечь внимание.

— Не сейчас. С остальным разберемся позже, Нисан! — донесся крик с лестницы.

— Алек!

— Да что такое?! — рыкнул тот, останавливаясь на последних ступеньках и оборачиваясь, чтобы грозно посмотреть наверх.

— Натяни штаны. Человеческие девушки не любят такую обнаженность при свете дня.

И Нисан расхохотался, наблюдая, как его вожак и друг, бормоча под нос проклятия, снова поднимается на второй этаж.

Явно было, что его голова забита совсем не мыслями о приличиях и поиске одежды. Нисан четко расслышал некоторые фразы, типа «надавать по аппетитной попке» и «привязать к постели», которые заставляли мужчину с удовольствием наблюдать за вышибленным из зоны привычного комфорта другом.

Очень часто альфа и бета были не просто предводителем и заместителем, они становились воистину близкими друзьями, почти братьями. И, несмотря на то что они с Алеком выросли не в одной стае, такая связь достаточно быстро установилась и между ними, когда Нисан отвоевал себе место второго в иерархии. Поэтому сейчас бета радовался происходящему с другом. И пусть половина стаи нервно перешептывалась, встревоженная повторением прошлой ситуации, Нисан видел разительное отличие между ними.

Эта девушка была вспыхивающим огнем. Яркая, как безоблачный рассвет, манящая, как полная луна. То, что она сейчас давала альфе, это не просто связь и потомство. Нет, самое важное — это встряска. Ни у кого не было достаточно сил, чтобы дать вожаку под зад и вытащить из депрессивной ямы, в которую он сам себя затолкал. Но в этой девушке крылась такая внутренняя сила, что Нисан даже боялся, что от дома в конечном итоге ничего не останется. «Это если судить по виду спальни», — хмыкнул мужчина, поднявшись наверх и осматривая устроенный там погром.

Так, теперь он не просто бета стаи, но и экономка, дворецкий и служанка в одном лице. До чего же он докатился! Ах да, он чуть не забыл о последнем приказе альфы, который тот озвучил уже на выходе из дома:

— И еще, наверное, стоит позаботиться о вещах Сары. Обратись к Дрэйку, пусть Соня соберет ей сумку. В спешке они явно не подумали об этом.

— Альфа Северной стаи опять запишет тебя в должники, — предупредил он друга.

— Да хоть пожизненно, — голос звучал приглушенно, свидетельствуя о том, что Алек отдаляется от дома. — Мне, походу, и так теперь от него никуда не деться.

— Ах да, родственные связи!

Комментария не последовало, и Нисан понял, что вожак уже скрылся за поворотом, направляясь к своей паре. И даже не спросил, который дом он отдал девушке. Полностью ведомый инстинктом, волк устремился за своей самкой по запаху. Лучшей добычи, чем Сара, для него сейчас и быть не может.


До момента, когда дверь дома сорвали с петель и грозно рычащий мужчина ворвался внутрь, девушка успела принять длительный душ и заварить кофе. Благо, на кухне оно нашлось. Что за утро без порядочной дозы кофеина? Особенно, когда с ее жизнью творится черте что!

Она налила дымящийся напиток в обнаруженную чашку и, закутавшись в одолженный махровый халат, устроилась в гостиной на диване. Дом, как и предупредил Нисан, никому не принадлежал, об этом говорила покрытая чехлами мебель. Но обустроено здесь все было так, что можно было тут же въезжать и жить. И пару минут, наслаждаясь глотком кофе, Сара еще рассматривала этот вариант — до того, как от входной двери остались щепки.

Нет, этот упрямец ей такого удовольствия не позволит. Но попробовать стать в позу девушка все же собиралась. Ее взгляд еще раз прошелся по волчаристому индивиду, который волей судьбы достался ей. Красавец, ни дать ни взять! Взгляд нельзя бросить, чтобы не облизаться. Особенно сейчас, когда он пылает праведным негодованием.

Низко сидящие джинсы с незастегнутой пуговицей открывают взгляду дорожку темных волос. Рельефные кубики брюшного пресса, твердые мускулы на руках и выделяющиеся на шее вены. Крепко стиснутые губы и яростный прищур глаз. Кулаки сжимаются и разжимаются. Весь такой страшный, плохой волк.

Неожиданно его гневный вид породил в душе волну спокойствия и веселья. Делая очередной глоток, девушка из-за чашки смотрела на мужчину и пыталась скрыть улыбку. Если он собирается всегда в таком виде за ней прибегать, то деньки здесь обещают быть веселыми.

— Ты покинула нашу постель… — начал, было, он, но его тут же перебили.

— То, что от нее осталось. Ага.

Снова глоток. Ноги закинуты на журнальный столик, попа поудобней умостилась на диване, а сама Сара, полностью расслабленная, откинулась на спинку. Мужчина стушевался. Не такого приема ожидал от нее Алек. Он подозрительно смотрел на девушку, удивляясь тому, что она не психует и не кричит, хотя за время их знакомства (если то, что между ними происходило, можно назвать этим словом) он понял, что у девушки взрывной и своенравный характер. Она скорее выскажет все, что думает, тебе в лицо, нежели будет таить злобу. А еще лучше — кинется в бой, даже зная, что противник превосходит ее по силе. А тут налицо спокойствие и рассудительность.

Алек, не заботясь о белом чехле, устало опустился в кресло напротив девушки, настраиваясь на конструктивный разговор.

— А вдруг течка не прошла…

— «Бешеная» матка успокоилась. Все твоя заслуга. Ага.

И опять небольшой глоточек изысканного напитка. Хороший тут все-таки кофе.

— Еще одно «ага» и я заклею твой рот скотчем! — неожиданно озверел мужчина, посылая к черту весь самоконтроль.

— Для таких игр мы еще недостаточно знакомы, дорогой. Но я подумаю.

— Сара! Ты моя жена, черт возьми!

— Ах, жена, значит, да?

— Да, — Алек удивился ее мягкому тону.

— Тогда твой дом — мой дом.

— Да, — снова осторожно согласился он. — Не было необходимости покидать его.

— Ага.

Желваки заходили на скулах от силы, с какой он стиснул зубы.

— А когда мы пожениться успели?

— Женщина, по нашим обычаям в тот момент, когда я поставил на твоей шее метку! Осталось лишь официальное представление стае во время полнолуния.

— Ну, так это по вашим обычаям, а по человеческим я еще свободная женщина, — легкое пожатие плечами.

— Это легко исправить, — пригрозил Алек, ощущая раздражение от того, куда именно она клонит.

Осознание, что существует еще пара нюансов, из-за которых она не считается полностью его, раздражало волка. Ему хотелось заклеймить ее полностью, всеми возможными способами — от брака и до беременности. Подумав о беременности, он резко поднялся, одним движением отбросил в сторону журнальный столик и опустился перед девушкой на колени.

— Что ты дел…

Широко разведя ей ноги, он притянул ее таз к себе и уткнулся носом в мягкую плоть.

— Я же сказала, что твоя так называемая бешеная течка прошла! — возмутилась Сара и в порыве гнева вылила остатки кофе ему на голову.

Алек приподнял лицо и впился злым взглядом в девушку.

— Это не течка бешеная, а ты! — проревел он. Похоже, с момента их встречи он только и делает, что повышает голос, кричит и рычит. — Я тут пытаюсь убедиться, залетела ты или нет! Можешь посидеть хоть пару минут спокойно?

Сара в задумчивости прикусила губу. С одной стороны она не хотела снова подпускать его так близко к себе, потому что после серьезных утренних размышлений пришла к выводу, что этот мужчина действует на нее как афродизиак, независимо от привнесенных в нее генов оборотней. И сейчас это подтверждалось. Несмотря на то что привычного за эти два дня болезненного возбуждения и желания ощутить его внутри не возникло, ее тело все равно налилось предвкушением. Соски моментально затвердели и гордо уткнулись в мягкий халат. Лоно увлажнилось и напряглось в предвкушении. Вот же дурацкая «сумеречная зона»! И течка прошла, а желание быть с ним осталось на месте.

Алек усмехнулся, хотя его ухмылка спряталась в ее плоти. Сладкий, манящий аромат ее возбуждения достиг его ноздрей, и мужское эго запело фальцетом от гордости. Эта маленькая петарда все еще хотела его, даже когда гормоны успокоились. Но он заставил себя отвлечься от этого аромата, все больше погружаясь в ее естественный запах, раскладывая его на составляющие и выискивая то, в чем сам волк был полностью уверен. Оборотень практически зарылся в лоно носом, чуть лизнул плоть и тяжело задышал. Его ноздри трепетали и вот тягучий, чуть приторный компонент ударил в самую суть мужчины. Она беременна. Сомнений нет. Два крохотных зародыша уже поселились в ней, еще только начиная расти, но уже неся в себе всю наследственную информацию. Его детеныши.

Это было удивительно, прекрасно, просто идеально. Алек никогда не ощущал подобных эмоций. Словно он покорил вершину мира, стал всесильным. Сам мир теперь сосредоточился для него в двух еще слабеньких жизнях. В этот миг он пообещал сделать все, от него зависящее, чтобы защитить их. Он привезет сюда врача Дрэйка, Эмилию Райдер, дабы та осмотрела Сару. Он убедит девушку, что ее место рядом с ним. Точнее, с ними. Он сделает все, чтобы она захотела тут остаться. Даже усмирит свою альфа-натуру.

Алеку казалось, что он наконец обрел себя. После всех этих лет душевных метаний, боли и одиночества он нашел смысл своего существования, стал цельным и единым. И хотя страхи никуда не ушли, а тоска по Химене все еще обжигала, но теперь, по крайней мере, это была далекая, ноющая боль, которую можно легко приглушить.

Гордость, удовольствие, радость смешались в мужчине, и он в приливе эйфории снова лизнул сладкую плоть своей пары. Сара протяжно захныкала в ответ. Она понимала, что если срочно не прекратить, они снова окажутся в горизонтальном положении. И все бы хорошо, но пора брать контроль над своей жизнью в свои руки, не пролеживать же ее под мужчиной. Девичьи пятки уперлись в плечи Алека, стараясь оттолкнуть его, но это было подобно тому, как если бы она упиралась в бетонную стену. Он не сдвинулся ни на миллиметр, лишь наоборот, сильнее зарылся ртом в ноющее из-за растущего желания местечко.

— Озабоченный осел! Да ко всем твоим собачим предкам, Алек, прекрати и озвучь мне свой вердикт!

Мужчина послушался и оторвал лицо от лакомства, но так и остался стоять на коленях между ее бедер. Шершавые ладони прошлись по гладким ножкам девушки, наслаждаясь ощущением нежной кожи под пальцами. А идеальные мужские брови изогнулись в недоумении, когда он тихо переспросил:

— Мои собачьи предки? Женщина, ты доиграешься со своими ругательствами, я просто перекину тебя через колено и отшлепаю!

— Я тебе сказала: не тот уровень доверия для таких игр! Оторвись от меня! — девушка снова забрыкалась в его руках и потянулась, чтобы запахнуть разошедшиеся края халата, хотя от голодного взгляда Алека соски уже призывно затвердели.

— Ты моя пара, я не могу от тебя оторваться! — вскипел мужчина, когда обворожительный вид голого тела скрыла от его взгляда плотная ткань. — Я хочу тебя каждую секунду! Что бы ты ни делала, мой дружок реагирует и встает по стойке. Да мне даже видеть тебя не надо, достаточно запаха!

— Поэтому ты озабоченный!

— А почему осел?

— Потому что скрываешь от меня важную информацию!

Алек заметил, что, несмотря на дерзкую браваду, его пара нервничает. Поэтому он моментально успокоился и опустил ее ножки со своих плеч. Сара тут же подтянула их под себя и выпрямилась, садясь ровнее. Ее взгляд был кристально чистым и серьезным, и Алек ответил ей таким же.

— Ты беременна. Двойня.

Она со свистом втянула в себя воздух, и мужские уши уже приготовились к полному ругани высказыванию. Но через секунду девушка выдохнула и предстала перед ним с другой стороны. И то, с каким мужеством она встретила новость, что кардинально изменила ее жизнь, заставило мужчину восхититься ею. Зверя же просто распирало желание выть от триумфа и счастья.

— Хорошо. Я… нет, мы станем родителями. Нет, я конечно не думала, что это произойдет так скоро и при таких обстоятельствах. И вообще… Ух, они есть, они во мне и я…

Ее руки легли на живот, Сара никак не могла прийти в себя. Все утро она уговаривала себя, что это, скорее всего, уже произошло. Мама с подросткового возраста твердила: «Не будешь предохраняться — залетишь». Не важно, с человеком бы она была или, как в ее случае, с оборотнем. А ведь такой всплеск гормонов, безусловно, мог поспособствовать этому. Просто узнать о зачатии так скоро, не получив времени на сомнения и обдумывание процентов вероятности… По одному запаху раз — и определил.

— Тебя нужно продавать вместо тестов на беременность, — вырвалась у нее неудачная шутка. — Постой, ты сказал двойня?

— Да, волк уверен, что у нас двое щенят. Вот только у меня есть сомнения, что они из разных яйцеклеток. Я не могу быть точен как врач, или анализ, или как там это делается, но мне кажется, это настоящая двойня.

— У Сони тоже двойня предполагается, — нервно хихикнула она. — Походу, это семейное.

— Нет, у твоей сестры не двойня, а просто два щенка. Они будут похожи между собой, но не идентичны. Тогда как наши могут быть близнецами. Я не знаю.

Он зарылся руками в волосы, не понимая, как ей объяснить то, что ощущал на интуитивном уровне.

— Как ни крути, их все равно получается двое, да?

— Да.

— Вот же ты меткий стрелок! — яростно закричала она и изо всех сил ударила мужчину по плечу: — Ай!

От удара рука заболела и девушка затрясла ею.

— Дай посмотрю.

Алек взял покалеченную руку в свои ладони и нежно поцеловал.

— Не мышцы, а камни, — пробубнила девушка.

— Может, пора перестать меня бить?

— Это рефлекс. Ничего не могу с собой поделать.

— Боже, ты такая хрупкая. Я теперь постоянно буду бояться, что ты можешь пораниться или покалечиться. Пошли домой.

— Стоп, стоп, стоп! — она вырвала свою руку из его ладоней и выставила перед собой. — Я так понимаю, что теперь ты меня домой — в мой дом! — не отпустишь.

Подтверждая ее слова, Алек кивнул.

— И понимаю, что мне и правда лучше пока остаться тут. Но не для того, чтобы быть с тобой! — быстро уверила его Сара, и брови мужчины сошлись на переносице. — Я видела Соню и понимаю, что беременность оборотнями протекает не так как обычная. Ко всему прочему и к врачу не обратишься. Поэтому признаю, что в том, чтобы пока поселиться здесь, есть резон. Но я не могу жить с тобой в качестве супруги! Пойми, Алек, мы не знаем друг друга.

— Ты спала со мной и была явно не против. Сама предложила себя.

— Давай обойдемся без взаимных оскорблений. Да, я девочка взрослая, а ты пробудил во мне определенные желания, поэтому я и предложила на приеме подарить друг другу обоюдное удовольствие и разойтись. И к чему мои добрые побуждения привели? Я застряла здесь с тобой, беременная и вырванная из своей зоны комфорта. Поэтому я хочу хоть немного приватности и понимания в ответ на мои уступки. Я остаюсь жить на твоей территории, но не в твоем доме — или ты принимаешь это, или будь готов к моему побегу.

Алек одарил ее тяжелым взглядом. Волк внутри раздраженно ворчал, требуя перекинуть своевольную самку через плечо и утянуть в свое логово. Мужчина бился со зверем за сохранение здравомыслия. Он понимал необходимость уступок именно сейчас. Она растеряна, среди чужих людей, которые не совсем и люди, поставленная перед фактом сцепления и беременности. Еще парочка неожиданностей и нервный срыв обеспечен.

— Ты знаешь, что альфе не приказывают и не ставят ультиматумов? — Сара фыркнула, но насторожилась. — Соглашаясь жить на нашей территории, ты должна выучить несколько правил и следовать им. Первое — никогда не смей делать такое публично. Авторитет для самцов все, и если моя собственная пара не подчиняется мне, то как я смогу удержать власть над стаей?

Он поднялся и последние слова произносил, уже возвышаясь над ней. Эффекта добавила еще и серьезность, с которой мужчина говорил, поэтому Сара тут же утвердительно кивнула. Вот эта его доминантная черта безумно импонировала девушке и вызывала в теле трепетные мурашки. Крылья его ноздрей затрепетали, и она поняла, что Алек уловил ее реакцию, но решил проигнорировать. И за это Сара была благодарна ему. Он сознательно шел на уступки, хотя это было противно его природе, и такая уступчивость нашла отклик в ее перепуганном сердце.

— Во-вторых, двери этого дома для меня всегда открыты. И не только двери дома, но и двери твоей спальни. Со своей стороны обещаю не переступать ее порог без твоего согласия, но только если твое «нет» будет осознанным и категоричным, в противном случае я воспользуюсь любыми средствами, чтобы повлиять на твое решение.

И от обещания, прозвучавшего в его голосе, девушка невольно задрожала. Ее тело даже после бурной ночи снова захотело испытать на себе эти средства. Уши Сары запылали, когда она поняла, куда заводят ее мысли, сейчас она сама почувствовала себя озабоченной, хотя лишь пару минут назад упрекала в этом пороке Алека. Тот понимающе хмыкнул и продолжил:

— Ты можешь остаться здесь. Пока! — особое ударение на последнем слове. — Дом подготовили для молодой пары, но девушку неожиданно увели из-под носа нашего Стива. И пока щекотливая ситуация не разрулится, это место полностью в твоем распоряжении. Но я хочу, чтобы ты понимала, что я соглашаюсь на эти условия, желая дать тебе время привыкнуть ко мне и к мысли, что ты теперь моя. А мы, волки, назвав самку единожды своей, никогда не отступаем от своего слова и не отпускаем ее.

После этих слов явно недовольный мужчина резко развернулся и выскочил из гостиной, Сара услышала только хлопок двери.

— Эм… Спасибо, — в пустоту промолвила девушка, но неожиданно ее поразила совсем другая мысль: — А мои вещи? Как быть с ними?

— Нисан позаботится об этом, — долетел до нее приглушенный ответ, свидетельствуя, что мужчина задержался на крыльце.

Глава 9

Алек пытался обуздать яростное возбуждение, усугубляемое раздражительностью и гневом. Еще и волк внутри добавлял хлопот, рыча и брыкаясь, протестуя против принятого решения. Где это видано, чтобы самка жила вдали от своей пары? Да еще если ее пара — альфа! Его же засмеют не только члены стаи, но и ближайшие соседи. Правда, по меркам оборотней соседи — это совсем не те, кто живет на противоположной стороне улице, а, скорее, те, чья территория в сотнях километров от твоей, поэтому был шанс, что новости о его сцеплении до них не долетят.

В то же время, если он вожак, тогда кто они такие, чтобы оспаривать его решения? Ну, пришла блажь его паре в голову, что он, не может порадовать беременную женщину, тем более ради зарабатывания очков в свою пользу?

Но, зайдя в собственный дом, Алек сразу ощутил груз пустоты. Как то, что раньше казалось желанным, всего за две ночи начало вызывать печаль и отчаяние? Альфа всегда был в определенном смысле одинок, даже когда находился среди членов своей стаи. Груз ответственности, невозможность позволить себе безрассудство, забыть об обязанностях и просто отдаться велению души сковывали мужчину по рукам и ногам, заставляя загонять себя в жесткие рамки. Сара же ворвалась в его жизнь как легкий игривый ветерок и теперь бросала вызов каждому наложенному им на себя ограничению.

Ее дерзкий язычок, не имеющий костей и не поддающийся контролю, отличался прямолинейностью и дерзостью. Но мысль о том, что до скончания лет ему придется выслушивать ее, как ни странно, вызывала в душе сладкое предвкушение. И только когда Алек остановился напротив зеркала в гостиной и увидел на своем лице глупую улыбку, он притормозил воображение.

— Да чтоб тебя! — выругался, потирая лицо.

— Ты быстро вернулся, альфа, — крикнул со второго этажа Нисан, наблюдающий за взбудораженным из-за женщины другом.

Бета тихо посмеивался над тем, как поразила их вожака эта девушка. Словно удар молнии. Теперь стоило опасаться за душевное равновесие волка. Ведь ни один оборотень не остается абсолютно адекватным, находя свою истинную пару.

— По-моему, я оставил тебе четкие распоряжения!

— И я выполняю их. К моей радости, Элина согласилась заняться уборкой в вашем доме, альфа, и теперь мне приходится выслушивать, какой вы негодник, потому что портите прекрасную мебель.

— Ты нарываешься, Нисан!

— И не скрываю этого, — расхохотался бета. — Впервые за столько лет вижу тебя таким несдержанным.

От расправы заместителя спасла появившаяся в коридоре женщина, что волочила за собой собранное в узел постельное белье.

— Ой! — пискнула она, ощутив витающую в воздухе вибрацию силы. — Альфа.

Женщина почтительно склонила голову и остановилась, глядя со второго этажа вниз на своего вожака.

— Элина, я благодарен тебе, что ты взялась за эту работу, — утихомиривая рвущееся изнутри раздражение, произнес Алек. — Но я бы хотел попросить тебя отложить пока уборку здесь. Сходи к дому Стива и помоги «луне». И не только сегодня, — он проигнорировал удивленно поднятую бровь Нисана. — Некоторое время она поживет там. Я бы хотел, чтобы ты заходила к ней и убиралась. Твое время будет соответственно оплачено.

— Что вы, альфа, это честь для меня! — с долей предвкушения возбужденно заверила женщина.

В стае уже поползли слухи о том, что у альфы появилась пара, притом человеческая. Некоторые были встревожены этим фактом, некоторые возлагали надежды на то, что девушка окажется все же достойной, а некоторые просто сгорали от любопытства и желания познакомиться. Но никто не смел и на пушечный выстрел подойти к дому альфы до процедуры официального представления. И теперь ей выпала возможность увидеть «луну» раньше. Ох, все подруги умрут от зависти!

— Ты проиграл этот бой? — спросил Нисан, как только Элина выскочила из дома.

Женщина явно спешила на помощь «луне». Нисан был наслышан о ее прискорбном любопытстве, но пока работа выполнялась хорошо, его это не волновало. Хотя, может быть, в этот раз ее недостаток послужит ко всеобщей выгоде, еще больше подогревая интерес стаи. Им всем давно нужна встряска!

— Она попросила дать ей время. Взамен обещала не пытаться сбежать.

— И ты не перекинул ее через плечо и не притащил сюда?

— Слушай, отвали! — озверел Алек.

— Ха, да я просто рад видеть, как ты становишься здравомыслящим, альфа! Это было мудрое решение, дружище.

— И что же тут мудрого, по-твоему?

— Человеческие женщины любят, когда ценят их свободу и независимость. А ты показал сегодня своей паре, что готов пойти на компромисс ради общего будущего.

— Забыли, — отмахнулся Алек, внутреннее признавая, что бета прав. — Что там с ее вещами?

— С Дрэйком созвонился, к вечеру их привезут.

— Отлично, — Алек кивнул. — Как проходит отгрузка леса?

Покончив с текущими вопросами, связанными с парой, альфа принял решение на некоторое время отвлечься от Сары и вернуться к своим прямым обязанностям. Хотя, слушая отчет Нисана, то и дело ловил себя на мыслях о ней. Волк все еще недовольно ворчал, но его сдерживало то обстоятельство, что девушка осталась на его территории, в нескольких метрах от их дома.

То, что даже свой дом в мыслях Алек уже воспринимал как общий, означало, что их связь с каждой минутой крепнет. Оставалось надеяться, что этот эффект окажется двухсторонним.

— Парни отправили первую партию, но со второй вышла заминка. Заказчик решил повторно удостовериться в качестве и теперь направляется на лесопилку. Твое присутствие необходимо.

В отличие от Дрэйка, который владел целым холдингом с компаниями, работающими в разных отраслях, Алек занялся более естественным для оборотней бизнесом, а именно обработкой древесины и поставкой леса по всей стране. Он имел соответствующую лицензию и владел сотнями гектаров дикого леса и лесных насаждений, и бизнес его стаи процветал. Все члены стаи были больше работягами, нежели представителями офисного планктона.

Алек до сих пор удивлялся, как друг выдерживает все эти визиты в удушливые мегаполисы, занудные собрания и постоянные бизнес-встречи. Даже его бета, Ян, больше походил на ковбоя, чем на правую руку миллиардера. Но это дела Дрэйка. Алеку никогда не было нужно столько денег, его стае вполне хватало того, что они имели. Правда, и стая его была меньше, нежели Северная.

— Хорошо, тогда через полчаса выезжаем. Приготовь все.

— Конечно.


Как только Сара осталась одна, ее былая самоуверенность испарилась и девушка устало откинулась на диван. Тело, взбудораженное близостью мужчины, все еще дрожало от его прикосновений. Она прекрасно понимала, что такая реакция обусловлена их связыванием, и задавалась вопросом, какие еще сюрпризы преподнесет ей эта связь.

Сара не заблуждалась насчет существования между ними брачных уз. Если Соня отличалась папиным упрямством, то ей досталась мамина способность к быстрому принятию реалий. То, что Алек ее не отпустит, Сара поняла еще утром, когда проснулась в его крепких объятиях. Как она успела подметить за время недолгого наблюдения за сестрой и Дрэйком, оборотень очень ревниво относился к своей жене и постоянно крутился рядом с ней. Если она такая же пара этому мужчине, как свояк Соне, то он будет претендовать не просто на часть ее времени, но на каждую минуту. Поэтому девушка осознавала, что попытки сбежать бессмысленны, так же как и надежда, что все происходящее — просто страшный сон. Да и был ли этот сон таким уж страшным?

Неожиданно она заполучила одного из самых желанных мужчин, и этот мужчина уверен, что их брак уже заключен и у них будут дети. Теперь просто необходимо понять, что со всем этим делать. Ведь возвращение домой категорически невозможно. Как она объяснит родителям наличие в спальне то голого мужика, то звероподобного существа?

Да еще и беременность. Понимать разумом, что это правда, легче, чем осознавать в действительности. На самом деле каких-то изменений в своем теле Сара пока не замечала, поэтому и сомневалась в реальности зачатия. Скорее всего, в полной мере осознать свое состояние она сможет позже, когда появятся хоть какие-то симптомы и округлится животик. Сейчас это было теоретическое знание. И прежде чем что-то с этим знанием делать, нужно разобраться с остальной своей жизнью.

Так, в борьбе за свою независимость она по крайней мере отвоевала некую свободу в виде отдельного дома. Сара прекрасно понимала: стоит уступить сейчас и придется уступать постоянно. В итоге этот мужчина задавит ее своей властной натурой. А это не те отношения, к которым она всегда стремилась. Раньше она вообще об отношениях как-то не задумывалась. Но с Алеком ей хотелось попробовать.

Девушка верила в судьбу и обожала всякие мистические штучки. Поэтому немного завидовала сестре, когда открылась правда о ее муже. И теперь, когда нечто похожее происходило и с ней, она не собиралась упускать своего шанса. Но и поступаться принципами тоже не хотела. Им придется найти с Алеком золотую середину, а с такими характерами это непросто. Вот потому Сара и не собиралась сразу же с головой окунаться в замужнюю жизнь и соглашаться со всеми правилами альфы.

Тем более что девушку обижало недовольство Алека выбором природы, тем, что именно в ее лице он нашел свою пару. Он явно не прыгал от счастья, не пел ей дифирамбов и не уверял в том, как долго ее ждал. Нет, этот мужчина выглядел перепуганным, раздраженным и сбитым с толку. А это удар по женскому самолюбию! Потому что она, в отличие от него, ощущала животное притяжение по отношению к этому мужчине, отдавалась ему всем своим существом (даже без пресловутой течки) и млела от одного его взгляда. И пока это не будет взаимно, она не выдаст своих слабостей.

Сара вздохнула, осознавая, какой тернистый путь предстоит ей пройти в отношениях с этим оборотнем, и поднялась, решив, что пора отвлечься от тяжелых мыслей и осмотреть временное место жительства. И именно в этот момент входная дверь резко открылась и в гостиную ворвалась какая-то женщина.

— Ой, «луна», простите мою невежливость, — склонив голову, произнесла невысокая, чуть полноватая дама.

Сара приподняла бровь, наблюдая, как та теребит в руках края фартука и переминается с ноги на ногу.

— Я должна дать вам какое-то разрешение? Я не совсем понимаю правила поведения в вашем обществе.

— Да что вы, «луна», — отмахнулась женщина, радостно поднимая взор. — Вы сами можете устанавливать любые правила, а мы им подчинимся. Меня зовут Элина, альфа прислал меня вам в помощь. Конечно, негоже это жить истинной паре раздельно, но вы человек и мы все понимаем. Вот привыкнете и вернетесь в дом вожака. Да и Стив не очень обрадуется, что вы заняли его дом. Он вон, какой гордый ходил от того, что уже есть куда молодуху привести. Кто же виноват, что молодуха та сбежала от него? Значит, рано еще пару заводить! Ума набраться сначала надо.

Женщина так тараторила, что Сара еле улавливала смысл ее слов. В то же время она заставляла девушку невольно улыбаться. Такая суетливая, но открытая особа, всеми своими движениями демонстрирующая животную грацию.

— Ох ты, боженьки, а сколько же тут пыли набралось! Хорошо хоть мебель в чехлах. Сейчас я возьмусь за это дело. Я, конечно, и с комнатой в главном доме не успела закончить, но альфе ваше удобство важнее. Жалко, что вы не волчица и связывались не на природе. Там теперь дорогая мебель полностью изничтожена. Но то бардак естественный, спаривание — оно такое. Помню, когда мой Роб за мной гонялся, столько деревьев зацепил! Так он по силе в середине иерархии, а тут вожаку крышу-то полностью снесло.

Сара впервые покраснела настолько густо. Но женщина, занятая стягиванием чехлов с мебели, этого совсем не замечала. Она была так возбуждена тем фактом, что ее подпустили к «луне», что болтала без умолку. Девушка поняла, что именно эта Элина столкнулась с тем ужасом, в который превратилась спальня в доме Алека, и тут неожиданно вспомнила:

— А кролик там был?

Женщина хихикнула.

— Принося дичь паре, волк показывает ей, каким он может быть добытчиком и как в будущем будет заботиться о своей волчице. Вам это, конечно же, показалось варварством…

— Цветы были бы приятней, — пробормотала Сара, слушая эту неугомонную женщину.

— …но в нашей природе есть такие звериные повадки. Просто попробуйте понять нас. Ведь то, что мы покрываемся шерстью, ощущаем большее единение со всем живым вокруг и действуем инстинктивно, не значит, что мы дикие звери без души и чувств. Бедняжка Химена так и не смогла увидеть нас в ином свете.

Сара нахмурилась при этих словах. Элина, принеся из кухни приспособления для уборки, кружила вокруг нее, сноровисто уничтожая слои залежавшейся пыли. Девушка просто сидела на диване и наблюдала.

— Химена?

— Да, пара нашего альфы, — автоматически выдала женщина и резко замолчала, когда поняла, что сболтнула лишнее.

— У него уже была пара? — искренне удивилась Сара.

— Я… кхм… не знаю. Вам лучше расспросить об этом альфу, — Элина опустила голову и продолжила уборку уже в молчании.

— Я не расскажу Алеку, что вы со мной поделились этой информацией. Обещаю, что не сдам вас! Просто мы с ним еще не смогли ни разу нормально по-человечески поговорить.

Сара попыталась сделать голос как можно жалобнее, в надежде, что женщина пожалеет ее и поделится желанной информацией. Девушка поймала себя на мысли, что ее неприятно кольнул тот факт, что у Алека уже была пара. Конечно же, этот мужчина не монах, но пара — это не просто любовница. Он сам объяснил ей, что пара — это жена. А это то же самое, как неожиданно узнать, что твой муж уже был женат. И разве у оборотней возможны разводы?

— Подождите, но где же она? Как он мог объявить своей парой меня, если у него уже есть одна пара? — возмутилась Сара, даже вскочив из-за накатившего возмущения с дивана.

— Она умерла, «луна», — тихо произнесла Элина, и весь гнев мгновенно улетучился.

Сара сдулась, словно воздушный шарик.

— Оу…

— Это печальная история, «луна». Вам лучше спросить об этом альфу. Я не имею права рассказывать о таком.

— Это сильно его задело, да?

— Да.

Любопытство снедало девушку, но кроме него внутри разгоралось еще одно чувство. Ее душа болела за него. И появилось желание обнять, утешить, сделать все, чтобы из его глаз исчезла та боль, объяснение которой она только что получила.

— Он изменился с того момента. Поэтому мы так рады, «луна», что альфа нашел вас. Вы — его спасение.

— Скорее наказание, — рассмеялась девушка.

— Несмотря на то что вы тоже человек, многие из нас теперь верят, что именно вы — его настоящая пара.

— А она была человеком? Да? — Сара выхватила из потока слов нужную информацию, уже понимая, что только так у Элины можно выудить все, что та знает.

Женщина тут же покраснела и забубнила под нос, что длинный язык — ее проклятие. Сара откровенно забавлялась. Ей безумно нравилась эта добродушная, хоть и излишне болтливая волчица. Она вызывала у девушки откровенную улыбку и позволяла надеяться, что в будущем они станут хорошими друзьями.

— Эли… Можно мне так тебя называть?

— Конечно-конечно, «луна».

— Честное-пречестное, — Сара положила руку на сердце, — я не сдам тебя альфе. А если ненароком проговорюсь, то обещаю — в жизни не признаюсь, откуда я узнала эту информацию.

— Да не в том дело, «луна». Некрасиво это — обсуждать альфу за его спиной.

Сара вздохнула и кивнула, соглашаясь с ней.

— Так что там с моим кроликом?

— Я отнесла его на кухню. К сожалению, выпотрошить не успела, но если хотите…

— Хочу! Я могу приготовить ужин из обработанного мяса, но самой заниматься его обработкой… — Сара с отвращением скривилась, и женщина рассмеялась.

— Городская вы барышня, «луна»!

— Ну, раз мой будущий муж принес пищу в дом, то надо его этим накормить. И тут у меня дилемма… — Сара прикусила палец, якобы раздумывая. — Накормить так, чтобы он всегда питался дома, или же так, чтобы больше никакой гадости в семейную постель не тащил?

Глаза Элины округлились от страха за взбалмошную «луну».

— Если необходимо, я могу приготовить его для вас. Зачем переводить такое замечательное мясо?!

— Не переживай, Эли, я справлюсь.

Женщина после этого заверения ничуть не успокоилась, но перечить «луне» не стала.

— Так, что-то я засиделась и все сбросила на тебя.

Сара поднялась с дивана и уперла руки в бока, оглядывая наполовину очищенную комнату.

— Пора браться за дело!

— «Луна», не нужно…

— Мой дом — моя уборка. Но против помощи я ничего не имею. Вдвоем быстрее.

Девушка улыбнулась и закатала рукава махрового халата.

М-да, не то, в чем принято наводить чистоту, но выбирать не приходится. Сара только надеялась, что к вечеру часть ее гардероба будет при ней. А вот как это устроят, ее не интересовало. Потому что думать сейчас о нравоучениях, которым ее подвергнут родители, она не желала. Знала: сестра ее отмажет. А мама и так поймет, что птички, наконец, упорхнули из гнездышка.

Давно перевалило за полдень, когда они сняли чехлы со всей мебели, аккуратно их сложили и спрятали в кладовку. После убрали пыль из всех доступных мест, застелили в спальне постель, благо чистое белье лежало в шкафу, а потом уже занялись злосчастным кроликом, который Элина принесла из дома Алека.

Когда все, что оставалось Саре, это присмотреть за мясом, что тушилось на медленном огне, да посыпать запекающийся картофель тертым сыром в последние минуты выпекания, она отправила уставшую Элину домой. Хотя, стоя на крыльце и провожая ее, девушка с улыбкой заметила, что женщина свернула в сторону главного дома. То ли путь к ее коттеджу был в той стороне, то ли она не все дела переделала для Алека, то ли ей просто было приказано доложить о Саре. И даже если правильным было последнее предположение, девушка не обиделась.

Элина оказалась не только прекрасной женщиной, которая очень ей помогла, она была еще и кладезем бесценной информации. За это время Сара узнала, что стая состоит из ста двадцати человек. Причем преобладают в основном мужчины и работают они в большинстве своем на лесопилке, принадлежащей стае. Некоторые из них числятся в службе безопасности и охраняют территорию. Женщин насчитывается всего около двадцати. И среди них нет ни одной, которая хоть раз спала бы с альфой, хотя несколько молоденьких были бы очень рады такой возможности. Но вожак четко дал понять каждой самке, что место альфа-суки всегда будет пустовать. И вот сейчас он сцепился с ней. Поэтому Саре стоит ожидать встречи с парочкой ревнивых девушек, у которых прав-то на ревность и нет.

Даже запомнить всю информацию было тяжело, не то что переварить. Но Сара четко вычленяла из потока слов самое важное. К сожалению, Элина ни разу больше не заикнулась о бывшей жене Алека, и теперь девушку грызло любопытство с горькой капелькой ревности и обиды из-за того, что он сам об этом не рассказал. Впрочем, о последнем стоило забыть, так как, объективно говоря, времени поговорить у них практически не было.

Махнув напоследок еще раз рукой, Сара отряхнула некогда белый халат, который теперь по градации цвета больше напоминал серый, и уже хотела вернуться в дом, когда посторонний звук привлек ее внимание. Спустившись с веранды и заглянув за дом, Сара увидела молодого мужчину, сидящего на бревне, выполняющем, судя по всему, роль лавочки. В руках у него был небольшой нож, которым он стругал кусок дерева, уверенно вырезая из твердого материала фигурку волка.

По остававшейся на виду части лица было тяжело определить, сколько ему лет, но Сара решила, что около двадцати пяти-двадцати восьми. Длинные темно-русые волосы были собраны на затылке в хвостик и только несколько коротких прядей падали на лицо, привлекая к нему внимание. С правой стороны через всю щеку тянулся белый шрам, и девушка резко втянула в себя воздух, догадавшись, что он оставлен когтем. Мужчина быстро поднял голову и уставился на нее. Его ноздри затрепетали, и, хотя она стояла поодаль от него, Сара догадалась, что незнакомец с легкостью «прочитал» ее аромат. А Алек говорил, что теперь она пахнет им, своей парой.

Вот только этот факт, казалось, не успокоил мужчину, а наоборот, напугал. В его глазах застыл ужас, смешанный с чистым удивлением и замешательством. Он вскочил на ноги и принялся быстро собирать свои инструменты и незаконченные изделия.

— Прости, пожалуйста, если я напугала тебя, — Сара, на ходу извиняясь, поспешила к нему, но это ни капли не подействовало.

Он уже сложил все в свою тряпичную сумку и закинул ее на плечо, когда девушка подошла ближе. Повернувшись к ней спиной, мужчина попытался скрыться, но ее следующие слова заставили его застыть на месте.

— Подожди! — крикнула она. — Это некультурно с моей стороны так приставать к тебе, но так как я недавно в стае… (у нее вырвался смешок) всего-то три дня, то не знаю ваших правил и я бы хотела познакомиться. Позволь представиться, как положено в культурном обществе.

Вздохнув, мужчина повернулся к ней, но глядел настороженно, ожидая любого подвоха.

— Да не смотри ты на мою одежду, — девушка махнула рукой, — у меня нет тут ни одной вещи, а те, в которых я приехала, твой альфа благополучно разорвал. Поэтому я нашла этот халат, но, к сожалению, он не пережил столкновения с уборкой.

Сара мило улыбнулась, продолжая быстро тараторить:

— Так вот, меня зовут Сара Ливерст, и ваш альфа уверяет меня, что теперь я — его пара.

Девушка протянула руку, чтобы поздороваться, но мужчина уставился на нее так, словно она была прокаженной. Ей следовало бы обидеться на такую реакцию, но что-то подсказывало девушке, что это неспроста.

— Ну ладно тебе, я, правда, мыла руки, — пошутила она, снова протягивая ладонь. — Или вы, оборотни, не так знакомитесь?

— Ты — человек, — хриплым голосом буркнул он, и девушка не поняла, это вопрос или утверждение.

— Ага, — засмеялась она, опуская руку, понимая, что рукопожатия так и не дождётся. — Я то же самое твердила Алеку.

— Ты не можешь быть парой альфы.

— Оу, какие замечательные слова! К сожалению, ваш вожак настаивает на том, что это свершившийся факт.

— У него уже есть пара.

— Есть? — а вот это заинтересовало Сару.

Элина сказала, что пара Алека умерла, но может, женщина что-то не договорила? Девушка напряглась в ожидании ответа.

— Она умерла.

— Ты так «многословен», — облегченно выдохнула Сара. — Ну, я вроде как вторая. Как сказала Элина: «дарованная ему природой за мучения», хотя, боюсь, она просто не разглядела мой характер.

Мужчина склонил голову, рассматривая эту веселую девушку. Запах альфы четко прорисовывался в ее аромате, говоря его волку, кому она принадлежит. И хотя это было невозможно, аромат не врал.

— Так что, у вас не только здороваться не принято, но и знакомиться?

— Я занят, — буркнул мужчина, пытаясь отвернуться от Сары.

Волк внутри него хоть и боялся до ужаса, все же раздражённо вздохнул от явного непочтения к «луне». В их природе уважение и стремление подчиняться «луне» заложено наравне с подчинением альфе. И теперь от собственной грубости на душе скребли кошки, снова и снова напоминая ему, насколько он не достоин быть оборотнем.

Что-то было неправильно с этим мужчиной. Что-то, что заставляло Сару волноваться о нем, заботиться. На высшем, необъяснимом ей уровне девушке казалось, что это ее долг. Глупо. Но даже если отбросить инстинкт, Сара всегда заводила дружбу вот с такими людьми. Словно ее хлещущего через край энтузиазма, ее заразительной энергии для обычного человека было слишком много, и она старалась поделиться ими с теми, кто в этом нуждался.

— Подари мне фигурку!

Мужчина замер. Его спина напряглась, но он все же повернулся к ней.

— Что?

— Фигурку волка, которую ты делал. Подаришь мне?

— Зачем она тебе? — его бровь выжидающе выгнулась, в каждом движении прослеживалась готовность принять оскорбление с гордо поднятой головой.

— Она очень красива, — искренне ответила Сара, и мужчина растерялся. — Я бы поставила ее над камином. Такое своеобразное напоминание о новой жизни и людях, окружающих меня.

— Она еще не готова.

Девушка расстроилась, понимая, что так и не достучалась до незнакомца, но следующие его слова заставили ее улыбнуться.

— Когда закончу, она будет твоей.

— Спасибо.

— Даррел…

Улыбка Сары стала еще ярче.

— Даррел Джонс.

— Приятно познакомиться, Дар…

Ее слова заглушил громкий крик, полный гнева и ярости.

— Сара, отойди от него!

Даррела, который только начал расслабляться, снова сковало напряжением. Его голова опустилась, и он, практически дрожа, сделал шаг назад от девушки. Сара повернулась и с недоумением посмотрела на стремительно приближающегося Алека. Он остановился в паре метров от них, словно ему было противно подходить ближе. Вся его поза говорила об угрозе. Глаза ярко сверкали опасным янтарным цветом, показывая, насколько близок его волк.

За альфой, сжимая руки и опуская голову, как провинившаяся, следовала расстроенная Элина. Она замерла подальше от альфы, рядом с ней остановился и Нисан. Бета напряженно наблюдал за разворачивающимся представлением, прекрасно зная его причины. Да, что и говорить, все были хорошо осведомлены о причинах бешенства вожака. Все, кроме нее.

— Сара, ты слышишь меня? Отойди от него! — практически рыча, потребовал мужчина, сжимая кулаки.

Его мускулы напряглись, стали больше, рельефно проступая под тканью рубашки, что того и гляди треснет.

— И не подумаю! — Сара сложила руки на груди, поворачиваясь боком к Алеку, и заметила, как вздрогнул от ее слов Даррел. — Я только что завела нового друга и еще не успела вдоволь с ним пообщаться.

— Ты никогда больше не будешь с ним говорить! И близко не подойдешь!

— Да неужели? — бровь приподнялась и плавно изогнулась в искреннем удивлении. — И кто мне запретит?

Движимый гневом и ревностью, Алек не заметил опасных ноток в ее голосе и ступил на зыбкую почву.

— Я!

Нисан за его спиной закатил глаза, понимая, что сейчас грянет буря. Их уже заметили некоторые члены стаи из тех, что днем не покидали территорию, имея здесь свои обязанности. Чувствуя, как накаляется от силы гнева альфа, они боялись подойти ближе, но уши навострили. Дивное знакомство с «луной»! Пока дойдет до официального представления, все до единого уже узнают о произошедшем. Мнение сложится еще до знакомства. И дай бог, чтобы оно было в пользу Сары. «Луна» без поддержки стаи — жалкое зрелище.

— Да чтоб тебя покусали пьяные ежики! Кто ты такой, чтобы запрещать мне что-либо?! — закричала Сара.

И даже несмотря на сложность ситуации Нисан улыбнулся ее дивному ругательству. Иногда девушка выражалась до ужаса смешно.

— Я твоя пара и вожак стаи!

— Да хоть царь зверей! Мне-то что? Я — человек и все твои пары и вожаки мне до лампочки! Я осталась только из-за понимания и надежды, что наше знакомство и правда может перерасти во что-то большее. Но пока вот здесь, — она подняла правую руку и пошевелила пальчиками, — не будет кольца, а судья не зарегистрирует наш брак по человеческим законам, я — свободная женщина!

— Сара, не выводи волка! Иначе я сейчас же перекину твою наглую задницу через плечо и обеспечу себя всеми возможными правами на тебя!

— Ха! Да попробуй только! Я не Соня, со мной принуждение не пройдет! — девушка задрала голову, с вызовом уставившись прямо в лицо взбешенному мужчине. — Лучше прекрати рычать и объясни мне, в чем дело! Ты же сам пожелал, чтобы я влилась в ваше мохнатое общество, привыкла, подружилась… Так в чем сейчас проблема?

— Я скажу вам, «луна», — раздался шепот за ее спиной.

Голос Даррела звучал хрипло, был напряжен и полон горечи. Сердце девушки сжалось от жалости к этому молодому мужчине. Она не видела в нем слабости, наоборот, ее поражала сила, нужная, чтобы выдерживать такое отношение. Возможно, если бы некий раздражающий ее мужчина не засел уже глубоко внутри, она бы обратила на нового знакомого не только дружеское внимание.

— Даррел, заткнись! — пригрозил ему Алек, но в ту же минуту мужчина произнес:

— Я трахался с его парой.

Глаза Сары округлились, губы сложились в тихое «о», но она не спешила делать выводы. Что-то подсказывало, что в этой истории не все так просто.

— С той, что умерла? С Хименой?

— Откуда ты… — начал Алек.

— Знаю и все. Надеюсь, было бы у нас время, ты бы сам мне рассказал.

По сжатым губам Сара догадалась, что вряд ли. Он бы не открылся ей, и это неожиданно больно кольнуло сердце.

— Да. С Хименой.

— Она изменяла Алеку с тобой? А потом это открылось?

— Нет, Сара, все было не так, — устало выдохнул альфа, смиряя свой гнев и ревность. — Пошли в дом и я расскажу тебе.

— Это была не совсем измена. Я… Она…

— То есть ты ее…

Даррел стиснул зубы и замотал головой.

— Она изнасиловала меня.

Сара резко выдохнула, с ужасом глядя на этого сломленного мужчину, который смог признать такое вслух. Теперь она четко увидела его ношу, опустошение в глазах и печаль в каждом движении.

— Поэтому альфа не выгнал меня из стаи. Но его зверь все еще помнит мой запах на своей паре. Ревность у волков — это страшное чувство. Мы такие собственники, что даже взгляд другого в сторону нашей пары вызывает желание выцарапать ему глаза.

— Я… Мне жаль.

Он усмехнулся с горечью.

— Вам не стоит общаться со мной, «луна». Делайте так, как делает вся стая. Не обращайте на меня внимание.

— Но это неправильно! — возразила Сара и в поисках поддержки посмотрела на Алека.

Тот стоял и напряжение ощущалось в его позе. Грудь поднималась и опускалась от тяжелого дыхания. Черты лица заострились, стали выразительнее, резче. Хищное животное, готовое к нападению, вот кем он был сейчас. И Сара не могла этого понять. Она с вызовом вздернула подбородок и, глядя на Алека, четко произнесла:

— Я имею полное право выбирать себе друзей сама! И Даррел теперь входит в их число. Если у тебя с этим проблемы, то… — Сара втянула в себя воздух, — ты можешь вдоволь рычать и брызгать слюной, но не в моем доме!

— Женщина, не испытывай мое терпение. У него тоже есть пределы, а ты еще слишком мало знаешь об оборотнях!

— Мне все равно, оборотни вы или нет, но то, как поступаешь ты и твоя стая, я считаю низким и достойным только порицания. Если таким людям ты собирался представить меня, то я сама не желаю их знать. Даррел, ты приглашен на ужин, — не отводя взгляда от Алека, твердо проговорила Сара. — Сегодня у меня замечательный сочный кролик в сметане и запечённый картофель.

— Я не могу…

Сара повернулась к мужчине и слабо улыбнулась.

— Я, правда, хочу, чтобы ты отужинал со мной. Пожалуйста, — голос девушки зазвучал мягко, по-дружески. — Я одна здесь. Вернуться домой не могу. Мне навязали непонятные узы и убеждают в беременности. Мне нужен друг. Правда.

Она пыталась показать Даррелу, что это не жалость с ее стороны, а такая же потребность в обычном общении, как и у него. А то, что эта нужда присутствовала в его душе, девушка видела четко и ясно. Сара не понимала, как его близкие могли так жестоко поступить с ним — взять и отвернуться от искалеченного мужчины. Она осознавала, что Алек страдал ничуть не меньше и то, что несмотря на все обстоятельства он позволил Даррелу остаться в стае, было достойно уважения. И в то же время, если он желает видеть ее своей парой, ему необходимо отпустить прошлое и помочь этому оборотню пережить событие, полностью опустошившее когда-то мужчину.

— Я не могу пойти против альфы.

— Алек? — Сара повернулась к мужчине, который перевернул весь ее мир, но пока сделал недостаточно, дабы помочь ей смириться с этим и принять его.

Казалось, что стоит им продвинуться в отношениях на шажок вперед, как они тут же отступают на два назад. Легко предаться страсти и провести вместе бурную ночь, тяжелее строить доверительные и крепкие отношения.

— Ты можешь пойти на ужин, — процедил альфа сквозь стиснутые зубы, а потом резко развернулся и бросился прочь.

Сара печально вздохнула вслед разгневанному мужчине и посмотрела на других невольных зрителей.

— Элина, Нисан, присоединитесь к нам? — спросила она.

— Простите, «луна», но меня ждет моя пара, — опустив голову, отказалась женщина.

— Да, конечно, — Сара понимающе кивнула.

— Нисан?

Мужчина же выглядел озадаченным.

— Как бете мне лучше присоединиться к вам, дабы своим присутствием хоть немного уменьшить ярость вожака…

— Но?

— Честно? Ты это затеяла — тебе и расхлебывать, — с этими словами он развернулся и тоже оставил их.

— Как видишь, Даррел, нам предоставляют пространство для общения, — Сара посмотрела на застывшего мужчину и улыбнулась. — Пошли, кролик уже заждался нас.

— Может…

— Ну уж нет! — девушка уперла руки в бока. — Я не буду покинута всеми! Тебе так просто не отвертеться.

Уголки губ мужчины слабо изогнулись в подобии улыбки, и он, подобрав свои инструменты, пошел за своей новой, необыкновенной, «луной». Даррел был уверен: отныне спокойствие покинет их стаю, но, возможно, именно такой ураган им просто необходим? Сара — это неукротимый дух, свежий ветер, дерзкий бриз. Она несет смех, радость и счастье. Именно этих эмоций лишились они в тот страшный день. А без них жизнь пуста и нелепа.

Глава 10

От ярости Алек пнул со всей силы кресло, оно опрокинулось. Стоя посереди гостиной, сдерживая порыв обернуться, мужчина тяжело дышал. Казалось, еще немного и пар пойдет из его ноздрей, настолько он был зол. Волк внутри него рвал и метал в дикой ревности, требовал пойти и избавиться от соперника. Подстегивая Алека, зверь то и дело воскрешал в его памяти тот момент, когда ощутил чужой запах на Химене. Терпкий, приторный аромат спаривания. Колючая боль предательства и потери, осознание своего проигрыша и горечь печали из-за разрушенного будущего.

Нужно было растерзать наглого мальчишку еще тогда, злобно твердил ему взбешенный зверь. Но разумная часть мужчины рассудительно напоминала о том, что мальчишка был не виновен в произошедшем. В случившемся тогда не было ничьей вины. Лишь происки злой судьбы и его желание удержать пару на этом свете любым способом.

Самое страшное — это смотреть на бледное лицо любимой и понимать, что все, конец. Что от той хоть и серьезной, но улыбчивой девушки с иссиня-черными бровями и карими глазами осталась лишь тень, нервная, охваченная безумием, которое несет с собой ликантропия.

Ее последние слова звучали в его ушах не только во сне. Бывало, он ловил себя на том, что наяву слышит ее отчаянный крик: «Я ненавижу тебя, Алек Кепшоу! Боже, как я тебя ненавижу!».

— И я ненавижу себя, — отвечал он ей снова и снова.

Но сейчас хриплый голос с мексиканским акцентом изменился, он превратился в сладкий, чисто американский выговор с шелковистыми нотками. И теперь казалось, что это не Химена, а Сара твердит ему, как сильно ненавидит его.

Алек упал на колени и заорал. Болезненный, нечеловеческий крик разнесся по дому, отразившись от стен. Мужчине казалось, что все вокруг сдавливает его голову, вырывает душу. Он метался от дикой животной ревности к безмерному чувству вины и презрения к самому себе. Словно его заточили в клетку из бесконечного мучения.

Альфа вспомнил, как до встречи с Хименой учил Даррела вместе с другими щенками контролировать превращение. Насколько мальчишки были горды присоединиться в первой своей пробежке в полнолуние к остальной стае, занять свое место, определить ранг. Именно поэтому Алек не смог ни убить Даррела, ни изгнать из стаи после всего случившегося. Волки не очень трепетно относятся к законам, никогда не докапываются до сути проблемы. Они действуют инстинктивно, как предназначено самой природой. А это означает растерзать чужого самца, посмевшего прикоснуться к тому, что принадлежит тебе.

И Даррел, как и все остальные, знал, что своей жизнью обязан лишь превосходному контролю Алека над своим зверем. Но дабы не дразнить взбешенное животное, альфа начал сторониться его, а верная стая во всем поддержала своего вожака. В итоге паренек превратился в изгоя, уверенного в правильности своего наказания.

Даже шрам на лице парня не излечился, хотя такие раны на оборотнях заживают бесследно. Старина Грег как-то заметил, что это у Даррела, скорее всего, произошло на психологическом уровне. Наверное, волк сам не хотел избавляться от этого шрама, оставив его в наказание себе.

«Но в чем парнишка был виноват?» — в который раз спрашивал себя Алек.

Еще совсем щенок, только достигший возраста совершеннолетия, он получил сильную травму, которая нарушила развитие волка, задушив зачатки звериной силы и опустив его по положению в стае на самое дно. Но изменить что-либо в случившемся альфа не мог.

И вот теперь Сара словно вскрыла гноящуюся рану, выдавила наружу всю затаившуюся боль. И не только его. Возможно, в этом и состоит замысел природы? Может быть, Сара послана ему как лекарство? Ведь для настоящего исцеления рану сначала нужно вскрыть и лишь потом позволить ей затянуться окончательно.

А его рана слишком долго кровоточила. Слишком.

— Боюсь, до того момента, как вы заживете нормальной семейной жизнью, в доме не останется ни одной целой вещи, — заметил Нисан, прислонившись к косяку двери и взирая на друга с плохо скрытым беспокойством.

— Тебе лучше оставить меня сейчас в покое! — прорычал Алек.

— Ты же знаешь, что я не могу. Во-первых, мы вернулись домой лишь на время обеда и на лесопилке нас еще ждут дела. Во-вторых, ты мне не только вожак, но и друг, и я не могу спокойно смотреть, как ты губишь зарождающиеся отношения с «луной».

— Какие, к черту, отношения?! — Алек резко развернулся к бете. — Ты видел, что она прогнала меня?

— Потому что ты повел себя как ревнивый болван!

— Иди ты…

— Да. Но только с тобой, альфа!

— Мудак.

— Возможно. Но тебе пора успокоиться и пораскинуть мозгами. Если они у тебя еще остались.

Алек грозно рыкнул.

— Ладно-ладно, — Нисан поднял руки, — сделаем вид, что остались. Тогда давай спокойно порассуждаем. Очевидно, что у тебя теперь есть пара. И не обычная самка, а человеческая.

— Ты — Мистер очевидность, — фыркнул мужчина.

— Дослушай до конца, — попросил Нисан, оторвавшись от двери и подойдя к креслу.

Поставив предмет мебели на место, мужчина умостился в нем и посмотрел на взбудораженного друга.

— Но даже если она человек, то связь между вами все равно начала формироваться. Стоит глянуть только на нашего соседа Дрэйка, его пара привязывается к стае, занимая свое законное место. Так и Сара должна уже ощутить зачатки единения с нашими волками. Я видел, что она легко сошлась с Элиной и та подчинялась ей, как и положено подчиняться альфа-суке.

— Не пойму, к чему ты клонишь? — Алек в замешательстве уставился на друга.

— Мужик, как же туго до тебя все доходит, — Нисан покачал головой и усмехнулся, когда волны силы вожака заскользили по коже, напоминая, что его слова могут аукнуться ему прекрасной схваткой.

Давно они не разминали свои кости.

— Быстрее всего к «луне» начинают тянуться самые слабые члены стаи, а Даррел еще и травмирован. Я считаю, что твоя пара просто ощутила его потребность в общении и, следуя природному инстинкту, потянулась к нему. Вожак — сила и мощь стаи, «луна» — ее понимание и тепло.

В конце своей речи Нисан пожал плечами, словно все и так было ясно, без его слов.

— И что, мне радоваться тому, что моя пара находится рядом с тем самым самцом, которого предыдущая посчитала достаточно привлекательным, чтобы утолить свой сексуальный голод?

— Не будь глупцом и не сравнивай их, — серьезно посоветовал Нисан. — Сара — это совсем другая история. Она не будет превращаться в ликана, у нее нет ни присущего этому процессу безумия, ни характерной жажды крови и сексуального удовлетворения. Она твоя пара, и все ее порывы будут направлены только на тебя.

— Черт возьми! Когда ты стал таким мудрым?

— Когда мой альфа отупел, — усмехнулся друг.

— Не нарывайся, щенок!

— Ха, да я просто поддаюсь тебе, чтобы не нести груз такой ответственности.

— Это мы еще проверим, — хмыкнул Алек, чувствуя, как успокаивается его зверь.

Слова беты были разумными и правдивыми, а сознание того, что узы, связавшие его и его пару, начали действовать, успокаивало ревнивого волка.

— Вечером привезут ее вещи. Бери их и навести ее в новом доме, — подал идею для примирения бета.

— Ты — волк, а не купидон, если ты еще не забыл.

— А что, белые крылышки мне бы пошли! — расхохотался Нисан, поднимаясь с кресла и с намеком поглядывая на часы.

— Да знаю я, что мы задержались. Пошли, закончим на сегодня с делами, дабы я мог вернуться к своей непредсказуемой паре.


Сара, упрямо поджимая пухленькие губки, поставила перед молодым мужчиной тарелку и положила на салфетку столовые приборы. Глаза Даррела то и дело пугливо перебегали со стены на тумбочку, а потом и на дверь. Куда-нибудь, лишь бы не на нее. Его нервозность почему-то раздражала девушку, хотя на самом деле была закономерной. Интуитивно она подняла руку и почесала место укуса, которое все еще немного пекло, хоть и не болело. И это возымело должный эффект, мужчина наконец-то пристально посмотрел на нее.

— Неприятная штука. Греется и чешется, — пояснила свои действия Сара.

— Брачная метка. Наши самки носят ее с гордостью.

— И что она означает?

Сара отвернулась к кастрюле с ароматным тушеным кроликом, удивляясь тому, насколько проголодалась сама, а тихое урчание живота лишь подтверждало это наблюдение. И хоть с момента, когда ее жизнь полетела в тартарары, прошло всего несколько дней, ей казалось, что минуло не меньше месяца. Жизнь необратимо изменилась. Каждая минута приносила что-то новое. Большое количество информации, которую мозг не успевал перерабатывать, наряду с постоянными всплесками эмоций просто не позволяли заметить, как летит время, буквально сжигали его.

Девушка пыталась впитывать новые знания, но обдумать, разложить по полочкам, просто не успевала. Вроде Алек уже рассказывал ей об этом укусе и суть Сара ухватила, но в очередной раз пыталась выведать что-либо новое. Больше знаний — больше козырей в рукаве.

— То, что наш альфа заявил на тебя свои права. Теперь ты являешься его парой, а значит, ни один оборотень не может прикоснуться к тебе, не бросив перед этим вызов Алеку.

— И вот скажи, где там написано, что эту метку поставил именно Алек? — поинтересовалась девушка, наполняя тарелку гостя едой и усаживаясь напротив него со своей.

— Это ощущается в твоем запахе. Некий фермент, присущий только нашему вожаку и сейчас покрывающий твою кожу.

— Прекрасно, — недовольно буркнула она. — И, как я поняла, развод эта штука не предусматривает? А я не уверена, что хочу всю жизнь оставаться связанной с этим мужчиной. Мне не нравятся те подробности о нем, которые всплывают.

— Что ты! — эмоционально вскрикнул Даррел, чем поразил девушку.

Он вроде показался ей замкнутым и тихим, а тут такой неожиданный всплеск.

— Алек — замечательный альфа! Он не покинул свой пост и не ушел вслед за парой, хотя многие самцы так бы и поступили. Но у нашей стаи не было возможного претендента на его место, и если бы он так поступил, неизвестно, что стало бы с нами. Стаю растаскали бы чужие хищники. Но он переборол свое горе и столько лет трудился на благо всех нас. С ним мы защищены, живем в достатке и с уверенностью в завтрашнем дне. Нет вожака более достойного этого места.

Сара удивленно рассматривала этого искалеченного мужчину, поражаясь глубине его преданности стае. Той самой, которая отвернулась от него. Девушка видела эту слепую привязанность в тусклых мужских глазах. Она медленно отложила вилку и, склонив голову, прямо посмотрела на него.

— Ты сказал, что ты — изгой в своей стае. Почему же тогда так яростно защищаешь Алека и всех тех, кто отвернулся от тебя?

— Ты еще не понимаешь, «луна», наши звериные законы и тонкости взаимоотношений. Но со временем это придет к тебе, — и он уверенно кивнул головой.

— Так объясни мне! Соня тоже в большинстве случаев отмалчивалась в ответ на мои вопросы, отговариваясь тем, что это дела мохнатого сообщества и мне этого не понять. Теперь же я вынуждена вникать во все в ускоренном режиме. Поэтому хоть один волчара может мне четко и доступно все разложить по полочкам?!

Даррел тяжело вздохнул. Сила, которая еще совсем тонкими нитями окутывала девушку, уже ощущалась в ней, заставляя оборотня подчиняться и стремиться удовлетворить все пожелания своей «луны». И с каждым днем это будет становиться все сильнее. А когда стая признает ее и вожак проведет в полнолуние ритуал окончательного сцепления, эти нити станут настолько крепкими, что позволят девушке ощущать всех на ментальном уровне.

— Сложно объяснить то, что для меня является естественным. Стая — это как закрытая община. На самом деле в основном мы общаемся с такими же как мы и очень редко с людьми, живем обособленно и придерживаемся звериных законов, в основе которых волчьи инстинкты. Каждый выполняет свою роль, принося пользу и внося свой вклад. Но у самцов их место в стае обуславливается силой зверя, по ней определяется статус. Прикоснуться к чему-то, что принадлежит более сильному самцу, означает бросить ему вызов.

— Но ты ведь не желал этого, — тихо проговорила Сара, опустив глаза к тарелке и медленно водя по ней вилкой.

— Нет, не желал, но мог сопротивляться ей. И когда альфа ощутил мой запах на ней, он имел законное право растерзать меня. Более того, каждый ожидал, что так и будет. Мама уже мысленно похоронила мое тело… — его голос сорвался, показывая, насколько тяжело мужчине говорить об этом.

— Прости, я не имею права спрашивать о таком. Давай просто поужинаем.

— Ты — «луна». Я ощущаю твое желание узнать об этой истории, и мой волк хочет поделиться ею. Это естественно для меня, даже несмотря на то что мы познакомились только сегодня. Ты несешь тепло и успокаиваешь душу. Не знаю, какими словами объяснить тебе твою же роль для стаи.

Сара обдумывала его слова, ища в своей памяти похожие ассоциации. И только одно слово приходило на ум.

— Как мама, да?

— Да, — улыбнулся Даррел. — Именно как она.

— Святые угодники, я же еще слишком молода, чтобы иметь столько детей!

Неожиданно Даррел тихо рассмеялся. Девушка была такой непосредственной, такой естественно открытой. Она лучилась добротой с примесью детского озорства и капелькой безумства.

«Наш сумасшедший ураган», — подумал Даррел и неожиданно понял, что его мысль поймали другие члены стаи.

Он так долго не слышал их, что даже забыл, как это ощущается — когда ты не одинок. Теперь, когда новая «луна» приняла его, стая тоже могла сделать шаг навстречу, словно поступок пары вожака оправдывал их перед альфой. Мужчина резко втянул воздух, когда несколько эмоций ударили в него с силой штормовой волны. И самой яркой была любовь его матери. Отчаянье из-за страха, что он никогда не простит ее. Что он не понял, почему она так поступила. Что она пыталась таким образом сделать все, чтобы он остался в стае, а не был выкинут в чужой техногенный мир людей и не блуждал там изгоем, тоскуя по своим. Большинство волков погибали от такой жгучей тоски.

Многие тянулись к нему из любопытства. Каждому в стае была интересна их новоиспеченная альфа-сука, а он одним из первых оказался настолько близко к ней. И даже этому Даррел был рад.

Скупая слеза собралась в уголке глаза, и мужчина лишь силой воли сдержал ее. Он улыбнулся девушке и наконец-то взялся за вилку, чтобы попробовать ее стряпню.

— Ум-м-м, очень вкусно, — прожевав сочное мясо кролика, похвалил он.

— Можно сказать, ты сейчас ешь мой свадебный подарок.

Ее друг тут же подавился и закашлялся. Его рука потянулась к стакану с водой, и он сделал спасительный глоток.

— Что такое? Мой волчок принес это в нашу брачную ночь. Так что да. Это мой подарок.

— Тогда стоило первым накормить его, — аккуратно предположил Даррел, представляя, насколько сейчас взбешен их вожак.

— Не заслужил! — Сара поджала губы и вздернула подбородок.

— Я же объяснил тебе причины его поступка…

— Ой, я все равно ничего не поняла, кроме того, что он вроде не полный ублюдок. Но это не значит, что я простила ему ту ненавистную течку и ситуацию, в которой оказалась. Так что, — Сара махнула рукой, — кушай и не бойся. Будет ваш альфа хорошим мальчиком — получит свою долю.

— Вот не знаю, радоваться за вожака, что ему попалась такая взбалмошная дамочка, или посочувствовать?

— Сочувствуй. Ведь он пока еще находится в неведенье, какой подарок попал ему в руки.

Девушка подмигнула Даррелу и принялась посвящать его в подробности своей жизни. Начала, конечно, с рассказа о своей необычной семейке, и мужчина старательно пытался сдержать смех, представляя, через что проведет альфу его юная, по меркам оборотней, пара.

Даррел и не заметил, как через пару часов такого оживленного разговора тугой узел одиночества в его душе стал потихоньку ослабевать. Как просто и естественно она понемногу убирала горечь и печаль, освещая все собой, как ярким солнышком.

Сумасшедший ураган и теплое солнце — взрывная смесь энергии и доброты, именно то, в чем так нуждается их стая.

Прощался Даррел с легкой душой и с верой в лучшее. И пусть это лишь первый, практически незаметный, шажок к примирению с прошлым и принятию самого себя, но благодаря Саре мужчина его сделал. И не только он. Стая тоже откликнулась на этот призыв к прощению и пониманию.

Конечно, должно пройти еще некоторое время и Сара потратит еще немало усилий, но в итоге она, сама не осознавая того, залечит эту ноющую рану, сплотит новую семью, становясь ее неотъемлемой частью. Ведь начало уже положено.


Сара провела Даррела, стребовав с него обещание на днях еще раз посетить ее. На самом деле она хотела бы встретиться уже завтра, но, видя смущение парня, уступила в этом вопросе. В отличие от Алека, рядом с которым она остро ощущала его животный магнетизм, к этому парню у Сары моментально возникла дружеская привязанность. То, что они одногодки, лишь укрепляло ее уверенность в правильности этой симпатии.

В Алеке отчетливо ощущался груз прожитых им лет. И пусть внешне он выглядел едва ли на тридцать пять, Сара догадывалась, что ее мужчине давно перевалило за это число.

Стоп! Ее мужчина?

Как за пару дней в ней успела поселиться эта уверенность в своем праве на обладание им? Вот только чувство правильности этого утверждения накрепко проросло в глубине души и не собиралось ее покидать.

Поэтому и не нравилась ей эта история с бывшей парой. Соревнования за внимание мужчины с живой конкуренткой Сара не боялась, а вот как выиграть у мертвой, просто не представляла. И да, опасалась остаться в проигрыше. Когда ее жизнь настолько запуталась? И у кого просить совета? Привычка все решать самой сейчас действовала против нее.

А больше всего девушку настораживало то, что она никак не могла разобраться в происходящем. Сара закусила губу, признаваясь себе, что было неуважительным по отношению к любовнику, не зная всей истории с Даррелом, сразу же обвинить Алека в самом плохом. Ее новоиспеченный друг оказался прав, говоря о ее непонимании законов мохнатого сообщества и о принятых сгоряча необдуманных решениях.

Но врожденная потребность бросаться на защиту слабых толкнула ее на необдуманные поступки и, возможно, этим пошатнула только зарождающиеся между ними с Алеком отношения. Ведь, признаться честно, он уже сумел поселиться в ее мыслях, заставил, хоть и на мгновение, мечтать о возможной семейной жизни.

— Глупая, возьми себя в руки! Не будь столь категорична на его счет и, возможно, вы найдете общий язык! — приказала сама себе Сара, и словно ответ на ее боевой настрой в дверь мягко постучали.

Так как ее вероятных нынешних посетителей можно было бы пересчитать по пальцам, Сара догадывалась, что за дверью, скорее всего, Алек. По крайней мере, надеялась на это. Инстинктивно она поправила прическу, пригладила потрепанный халат и застонала от безысходности своего положения. Вот дожила, даже переодеться не во что!

Стук повторился снова. Посетитель не стал врываться в дом, хотя у нее и было открыто. Это насторожило Сару. Ведь она уже успела уяснить, что Алек — хозяин всего здесь, поэтому утром так бесцеремонно и ворвался в дом, а тут хоть и настойчивый, но все же стук.

Распахнув дверь, Сара облегченно выдохнула, увидев на пороге своего мужчину. Злого, всклоченного, нервного, но пытающегося держать свои эмоции в узде. И только янтарный блеск глаз, который так завораживал ее, свидетельствовал о состоянии Алека.

Тишина обжигала своим напряжением, а вот тело бурно реагировало на присутствие мужчины. И вроде горячка прошла, а влечение все равно осталось. Первой придя в себя, Сара сделала шаг назад, пропуская мужчину внутрь.

— Ты постучал.

— Ты же хотела, чтобы я был более цивилизованным, — пробормотал Алек, проходя в дом и резко втягивая в себя воздух.

Альфа моментально успокоился, как только слабый аромат другого самца сказал ему о том, что тот покинул дом. И дальше кухни Даррел при этом не ходил. Еще один плюс в пользу возвращения спокойствия.

Вдруг Алек резко развернулся, снова вышел на веранду и вернулся, внося в гостиную две большие дорожные сумки.

— Это то, о чем я думаю?

— Твои вещи.

— Слава небесам! — Сара радостно хлопнула в ладоши. — Занеси в спальню, пожалуйста.

— Мой второй визит, а ты уже приглашаешь в свою спальню? Если так пойдет и дальше, то, считаю, тебе не стоит спешить и раскладывать вещи в шкафы.

— Не зарывайся, мужчина! — фыркнула девушка, но в ее голосе сквозило удовольствие.

Сара, безумно обрадованная тем, что Алек вроде расслабился и больше не мечет молнии, маячила за его спиной, пока он поднимался наверх.

— У тебя двадцать минут на сборы, — предупредил он, как только опустил сумки в спальне на пол.

— Что? На какие сборы?

Не успела Сара задать вопрос, как оказалась лежащей на спине посреди кровати. Ее глаза широко распахнулись, а ресницы затрепетали, словно крылья бабочки. Вот она стоит рядом с Алеком, а в следующую секунду он молниеносно разворачивается, хватает ее, бросает на постель и приземляется сверху. Настоящая животная скорость и грация!

— Ух!

— Женщина, за день я прошел несколько кругов ада, испытывая чувства, о которых забыл так давно, что даже не знал, что еще могу их испытывать. И сейчас больше всего я хочу стянуть с тебя эту тряпку, впиться поцелуем в пухленькую покусанную нижнюю губку и снова подтвердить наши брачные узы. Но так как ты, даже будучи не представленной стае, начала влиять на нее, то сейчас тебе предстоит применить нечеловеческие возможности по приведению себя в порядок и через двадцать минут спуститься вниз. Стая собралась возле моего дома, ожидая официального представления альфа-суки.

— Ты только что назвал меня сукой? — возмутилась Сара, толкая его в плечо. — Пушистый чурбан! Слезь с меня!

— Это все, что ты услышала из моей речи?

— Да я…

Алек тут же впился в ее рот своим. Мягко, но настойчиво раздвинул языком девичьи уста и проник внутрь. Пару секунд Сара для приличия сопротивлялась, ударяя своими маленькими кулачками по его спине, но стоило мужскому языку столкнуться с ее, как девушка отринула все разумные мысли и отдалась во власть чувств. Она и не предполагала, что всего лишь за день успеет настолько соскучиться по его вкусу, по ощущению его силы и звериной страсти.

Затвердевшая выпуклость через ткань штанов яростно вдавливалась в ее живот, выдавая мужское желание. Осознание того, что именно она так действует на Алека, хмельным вином играло в крови, заставляя цепляться за футболку мужчины. Жадное желание ощутить его голую кожу требовало разодрать ткань в клочья.

Мужчине в этом плане повезло больше. Потому что ее халат сразу же предательски разошелся в стороны, открывая полный доступ к ее телу. И хотя одна сильная рука крепко сжимала ее горло, накрывая ладонью место укуса, вторая как раз и пустилась в фривольное путешествие по мягким холмикам с торчащими вершинками.

Вдруг так же резко, как оказался на ней, Алек и отскочил от девушки. Дезориентированная Сара обескуражено уставилась в белый потолок. Но спустя минуту нашла силы и села на кровати, при этом даже не пытаясь прикрыться. В душе девушки не было ни капли смущения. Наоборот, казалось очень естественным предстать его взору открытой.

— Твои перепады настроения доведут меня до нервного срыва, — облизав припухшие губы, произнесла девушка.

— Господи, женщина, больше всего на свете я хочу сейчас раздвинуть твои ножки и ворваться в твое тело! Но в таком случае на это уйдет вся ночь! А тебе ведь не хочется заставлять стаю стоять под моим домом до утра?

Мужской взгляд не поднимался на ее лицо, а так и остался на уровне груди. От такого пристального внимания к своим «девочкам» Сара даже захихикала. А после резко запахнула халат и наконец-то удостоилась хмурого взгляда. Словно у ребенка отобрали любимую игрушку. Очень любимую.

— Ты хочешь сказать, что они будут стоять там и ждать даже до утра?

— Слово альфы — закон! Если я приказал им собраться перед домом и ожидать нас, то они будут там, пока я их не отпущу.

— Обалдеть! — пораженно выдохнула Сара. — Ясно теперь, почему ты так высокомерен!

Алек провел рукой по лицу, пытаясь унять раздражение. Иногда эта девушка доводила его до белого каления одними лишь словами. И он понимал, что не в состоянии разгадать ее. Понять, что творится в этой светлой головке.

— Двадцать минут, женщина! — рыкнул он, разворачиваясь и покидая комнату.

Как только дверь за ним захлопнулась, Сара сразу кинулась к сумкам, не желая терять на размышления ни минуты. К счастью, ее вещи были аккуратно сложенными и расфасованными по пакетам, наряду с косметикой и женскими принадлежностями. Наверное, сейчас дома ее спальня полностью пуста, и Сара задалась вопросом, что же сказали родителям и как отец воспринял ее отсутствие. Хмурая складка залегла на лбу, но проблемы стоит решать по мере их поступления. А если ее папа до сих пор не заявился сюда с ружьем в руках, значит Соня все уладила.

Взгромоздив кучу пакетов на кровать, девушка быстро перебирала их, пока не нашла нужное. Повертев в руках свое любимое темно-синее платье длиной выше колен с глубоким декольте, Сара фыркнула.

— «Женщина», — перекривила она Алека и скорчила рожицу. — Фу, словно мне сорок лет. Вот же наглый самец! Ничего, я покажу тебе, какая я женщина!

И, захватив большую косметичку, уверенно направилась в ванную.

Что ж, познакомиться со стаей девушка была не против. Во-первых, понимала, что она тут надолго, поэтому знать местных жителей в лицо полезно. Во-вторых, она имеет здесь особый статус. И пусть самой называть себя сучкой более привычно и менее обидно, все же Сара определила себя как жену главного босса. А когда на ее работе появлялась такая дамочка, многие вели себя настороженно, приглядываясь и оценивая. Поэтому девушка не собиралась отнекиваться от предложенного ей статуса. Возможно, он придется ей впору и она задержится в этом звании. Чем черт не шутит! А значит, поставить себя необходимо с самого начала.

Вести себя как стерва Сара, конечно же, не собиралась, но дать понять, что унижать себя она не позволит, способна была вполне. Ведь, понаблюдав за оборотнями, девушка уже поняла, насколько в стае ценят статус, а если сестра находится на втором месте после Дрэйка, то Сара предполагала, что ей отводится такое же.

— О, Соня, получается, у нас тоже альфа-сука? — усмехнулась девушка. — Интересно, как она еще не расцарапала муженьку лицо за такой титул?

Глава 11

Алек нервно ходил туда-сюда. Бормотание своей пары он прекрасно слышал, но чисто из уважения к словам не прислушивался. Мужчине было достаточно слышать мягкий голос, в котором ощущались озорство, раздражение и дерзость. И все же он надеялся, что на Сару снизойдет благоразумие и при представлении стае она поведет себя достойно.

Нервозность остальных оборотней ощутимо давила на ментальный канал. Силой альфы Алек пытался всех успокоить, но слухи, что их новая альфа-сука опять человек, будоражили многих. И все равно у них не было права выбора в этом вопросе, впрочем, как и у него самого.

Природа иногда любит насмехаться. Но сейчас казалось, что она явно подталкивает их к принятию определенного решения. Вопрос об обнародовании факта существования их расы стоял давно, но новость о том, что Дрэйк нашел себе пару среди людей, всколыхнула Совет еще больше. Масла в огонь добавил еще и тот факт, что его друга выдвинули как претендента на освободившееся место старейшины.

Какое Дрэйк примет решение, Алек не знал. Соня кардинально поменяла в его жизни все, а теперь ее сестра делает то же самое с его, Алека, жизнью. Золотоволосая нахалка за короткое время смогла не только окрутить его, но и подобраться к правилам стаи, смело нарушая их. Как его оборотни примут эту дерзкую девчонку, он не представлял, но со своей стороны собирался четко дать понять, что неуважения не потерпит.

Алек и его зверь признали Сару своей парой. Он спарился с ней и его самка понесла потомство, доказав, что они действительно созданы друг для друга. Недовольным придется или придержать языки, или покинуть стаю.

На этих мыслях Алек и застрял, когда до него долетел сладко-ванильный аромат пары. Он поднял голову и уставился на греховное соблазнительное создание, спускающееся по лестнице. Тяжело сглотнув, прошелся взглядом по стройным длинным ножкам, подобрался к неприлично короткому платью, обтекающему изящные изгибы и округлые холмики, созданные, кажется, именно для его ладоней.

— Подбери слюни, мой страшный волк, и прикрой свой рот, а то язык вот-вот вывалится, — поддразнила его Сара, подходя ближе и проводя пальцем по его нижней губе, словно вытирая ее.

Алек резко схватил девушку за руку. Его глаза замерцали янтарем, но Сара не испугалась. Ее безумно завораживал этот дикий блеск, настолько, что внизу живота в предвкушении начала скручиваться пружина желания.

— Ты не справилась с заданием! В таком виде нельзя появляться перед стаей! — огрызнулся ее мужчина, но этим лишь заставил Сару удовлетворенно улыбнуться.

— Ты же не думал, что я пойду представляться на роль хозяйки, выглядя словно побитый котенок? Дорогой, я прекрасно знаю, что предстану сейчас перед большими злыми волками и заявлю, что теперь самая главная тут.

— Ты не самая главная!

Сара капризно надула губки, показательно поддразнивая его. И Алек призвал весь свой самоконтроль, дабы удержать волка в узде. Потому что зверю уже было наплевать, чего ожидает стая. Он жаждал поставить эту нахалку на колени и показать, кто тут главный!

— Конечно, после тебя, дорогой. Я хоть и плохо ориентируюсь в законах вашего мохнатого общества, но этот факт осознаю четко. Неужели Дрэйк обманул Соню и это неправда?

— Правда, — буркнул Алек и, махнув на все рукой, схватил ладонь девушки и потянул ее за собой.

— Помедленнее, ворчливый мой! Мои каблуки не выдержат такой скорости, — продолжала дразнить его Сара.

Алек сквозь зубы выругался и, резко повернувшись к девушке, подхватил ее на руки. Сара с радостью обвила его шею руками и залюбовалась мужчиной. Все в ней оживало рядом с этим оборотнем. Каждая клеточка тела начинала парить, стремилась к нему. Но это происходило не только на физическом уровне. Внутри нее, в глубине души, зарождалось тепло, собственнические чувства и ощущение правильности происходящего.

Сара не верила во внезапно вспыхнувшую любовь, но была вынуждена признать, что оказалась на пороге чего-то большего, нежели простая химия и симпатия. Она боялась поспешить и довериться мужчине. Боялась позволить себе окунуться в водоворот отношений с головой, поэтому и тормозила их. Но язык при этом чесался назвать его своим, а в мыслях она это уже сделала.

Когда они подошли к главному дому, Сара оторвала наконец-то взгляд от своего оборотня и обратила внимание на взволнованную толпу. В основном преобладали мужчины, но были и молодые девушки, и дети, и пожилые. И каждый смотрел на нее с любопытством, настороженностью и удивлением. От них исходила аура единства, силы и звериной власти. И Сара резко втянула в себя воздух, когда в абсолютной тишине неожиданно услышала внутри своей головы неразборчивый гул.

Она нахмурилась, снова прошлась взглядом по лицам, но губы ни у одного не двигались, тогда как в ушах все отчётливей различались отдельные слова и обрывки фраз — «молоденькая», «человечишка», «неужели опять», «глупая», «кукла».

Под напряженными взглядами членов стаи Алек быстро поднялся по ступенькам и бережно поставил девушку рядом с собой, после чего повернулся к соплеменникам. Вожак гневно нахмурился, так как в отличие от Сары прекрасно расслышал каждое слово и каждую фразу, даже сейчас они не перестали мысленно атаковать его. Он понимал, что сам является причиной их недовольства и волнения. Недалече как пару дней назад Алек точно так же высказывал Дрэйку свое отношение к его сцеплению, и вот природа явно пнула его под зад, поставив в сходное положение.

— Я, ваш…

— Кто пнул тебя под зад? — шепотом спросила Сара. Если бы не сверхчувствительный слух, мужчина не услышал бы этих слов.

Он запнулся на первом же предложении и повернулся к своей паре. Ее нахмуренное лицо и прижатые к виску пальцы не понравились Алеку. Волк взволнованно завозился под кожей, желая обеспечить комфорт своей подруге.

— О чем ты, родная?

— Ты сказал, что кто-то пнул тебя под зад. Просто из этих перешептываний я не смогла разобрать кто.

— Сара, все молчали, — встревожено пояснил Алек.

— Да? — девушка чуть нервно рассмеялась, понимая, как не вовремя выставляет себя дурой. — Прости, пожалуйста. Продолжай.

Она положила ладонь ему на плечо и улыбнулась. Не обнаружив на лице своей пары никаких признаков расстройства или болезни, мужчина снова повернулся к стае.

«Ну и выскочка! Прерывать нашего вожака! Как посмела?!».

Сара никогда не отличалась особым спокойствием. И уж совсем не умела молчать в ответ на оскорбления, а тут словно какая-то внутренняя сила подтолкнула ее. Она сделала шаг вперед и впилась глазами в женщину, которой принадлежали услышанные ею слова.

— Меня зовут Сара Ливерст! Я не «выскочка», не «человечка», не «глупая» и не «кукла». Только Сара и никак иначе! Я здесь среди вас по воле случая и, как вы любите упоминать, самой природы! Вы для меня все такие же чужие, как и я для вас. Но даже в такой ситуации я требую уважения! — ее голос звучал твердо, достаточно уверенно и с той силой, которой наделил девушку ее статус.

И если Алек был одним из самых уравновешенных и спокойных вожаков, то его пара оказалась настоящей петардой и взрывалась от малейшей искры. Перешептывания прокатились по рядам членов стаи, но мужчину это уже не волновало. Он никак не ожидал, что естественная связь «луны» с оборотнями стаи так быстро сформируется в ней, в простой человеческой девушке. Теперь Алек осознал, что Сара слышит их. Пусть еще слабо и урывками, но узы проявили себя, в очередной раз доказывая силу их сцепления. Больше не оставалось никаких сомнений в том, что они — истинная пара. Волк внутри порывался завыть от радости и гордости. Но не только он осознал этот факт. Стая тоже притихла, не зная, как реагировать на такое проявление осведомленности у девушки.

Алек стал рядом со своей парой и, взяв ее ладонь, поднес к губам и нежно поцеловал. После снова вернул свое внимание сородичам.

— Сара — моя истинная пара! Я принес ей течку и соединился с ней, поставив брачную метку. Она не просто пережила спаривание со мной во второй ипостаси, но и забеременела в ту ночь. А сейчас, уловив ваши мысли, она доказала, что является истинной «луной». Я не буду спрашивать вас, поддерживаете вы меня или нет, так как знаю: прошлый горький опыт научил стаю быть такой же подозрительной и недоверчивой, как и я. Поэтому я не спрашиваю, а как вожак требую: либо вы признаете ее своей «луной», либо покидаете стаю!

На минуту воцарилась тяжелая тишина, а после все присутствующие уважительно склонили головы, признавая слова альфы и выказывая свое уважение новоиспеченной «луне».

— Ты — часть нас, «луна», в тебе моя кровь, в тебе мое потомство, — Алек произнес традиционные слова и притянул девушку в свои объятия. — Пусть следующее полнолуние окончательно докажет это. Ты будешь рядом со мной во время пробежки стаи. Именно ты поведешь самок, как истинная альфа-сука.

— Мне не нравится этот титул, — тихо прошептала Сара, вцепившись в футболку мужчины, но в ее голосе слышалась неприкрытая угроза.

— Ты теперь — часть клана волков Оруса. Мы — твоя семья, «луна», позаботься о нас, — Нисан стал перед альфой и его парой и поклонился им.

— Нисан, мой бета. Бета означает заместитель. Он третий в стае.

— Мы уже знакомы, — хмурая складка пролегла между бровями девушки.

— Конечно, Сара, — мужчина подмигнул, — но теперь мы знакомимся заново, ведь ты официально приняла свой статус.

— И мне сегодня надо перезнакомиться с каждым? — ужаснулась девушка, посмотрев на смиренную толпу.

— Нет, лишь с ближайшим окружением вожака. Остальных ты узнаешь постепенно, если проявишь такое желание.

Девушка обвела всех собравшихся взглядом и, не найдя знакомого лица, нахмурилась.

— Почему здесь нет Даррела?

Как только этот вопрос сорвался с девичьих губ, глаза Алека опасно блеснули, но, стиснув кулаки, вожак удержал в узде проснувшуюся ревность.

— Это все, что тебя волнует на данный момент?

— Мне претит несправедливость, а она так и витает в воздухе.

— Рейна! — громко крикнул вожак, не отводя взгляда от своей суженой.

— Да, альфа, — на его зов откликнулась миловидная женщина низковатого роста с печальным выражением лица, но при этом довольно ухоженная и молодая.

В этот момент Сара осознала, что не только эта женщина выглядит так. Все члены стаи были подтянутыми и крепкими. Даже старики отличались поразительной свежестью и моложавостью. Неужели на них так влияет наличие второй сущности? Сделав себе мысленную пометку разузнать об этом побольше, девушка снова обратила внимание на мать своего нового друга. Что это именно она, Сара не сомневалась. Знала на подсознательном уровне.

— Где твой сын? Когда я объявил сбор всей стаи, то предполагалось, что появятся все! Без исключения!

— Но, альфа, я не знала, что ему позволено посещать такие мероприятия, — тихим подавленным голосом ответила та.

— Разве я когда-нибудь лично запрещал ему это? — озверел Алек, теряя терпение.

Чувствуя напряжённость мужчины, Сара непроизвольно прижалась к нему, действуя на инстинктах пары, желающей успокоить своего самца.

Девичья рука мягко легла на вздымающуюся грудь, пальчики начали выводить на белой ткани невидимые узоры. Звериная ярость тут же оставила альфу, сменяясь умиротворением.

«Черт, — подумал Алек, — такими темпами я скоро окажусь под ее каблуком».

Но даже эта мысль не заставила его отодвинуться от своей пары. Волки жили прикосновениями. Дышали ими. Для них поддержать друг друга объятьями так же естественно, как и оставлять свой запах на близких существах.

— Нет, альфа, не запрещали, — выдохнула, наконец, женщина, опуская голову и скрывая тем самым счастливую улыбку. — Я приведу его.

— Не нужно, — и Алек приказал: — Нисан, позови его.

Бета мысленно послал приказ появиться перед домом вожака, и тот дошел до молодого волка. Через несколько минут перед застывшей в напряжении толпой появился мужчина. Он замер в стороне, опустив голову и не решаясь приблизиться. Алек впился в него взглядом, зверь внутри недовольно заворчал. К его удивлению, волка больше волновал нынешний интерес Сары к этому самцу, нежели давняя болезненная рана.

— Даррел, ты — член стаи и должен подчиняться моим приказам. Твое отсутствие на сегодняшнем представлении моей паре можно расценивать как оскорбление.

Сара, недовольная словами мужчины, сильнее сжала его футболку, но, к счастью, удержала свой дерзкий язычок за зубами.

— Прости, альфа. Я не знал, что это приглашение относится и ко мне. Ни в коем случае я не собирался наносить вам оскорбление.

— Хорошо, я принимаю твои извинения. В будущем ты обязан следовать за стаей.

Слова Алека показались девушке жестокими, но когда она глянула на лицо Рейны, то поразилась блестящим на ее глазах слезам радости и улыбке, полной облегчения. Ох уж эти оборотни! Все у них не как у людей!

Даррел приблизился к своим сородичам и слился с толпой. Вперед вышел очередной оборотень, в котором Сара узнала второго из тех, что находились на кухне Алека в утро после завершения ее течки (первым, конечно же, был Нисан). Широкоплечий мужчина с рельефными мускулами и крепкой фигурой замер перед ней. Нос с горбинкой и светлые глаза смягчали грубую внешность, делая ее менее свирепой. А веселое подмигивание окончательно расположило ее к нему.

— Сара, познакомься, это Гарнер — маршал нашей стаи.

— Маршал? — переспросила девушка, наблюдая, как перед ней в очередной раз уважительно склоняют голову.

— Маршал — защитник стаи, он отвечает за безопасность, распределение караульных и круглосуточную охрану нашей территории. Он теперь четвертый по рангу.

— Получается, с моим появлением вы все сдвинулись на ступеньку вниз? Некрасиво получилось.

— Нам только в радость, — весело отозвался мужчина. — Без тебя стая неполная, ведь «луна» — наше сердце. Тем более что понижение ранга не изменило моего положения в стае, просто добавилась одна дерзкая девчонка, которую я обязан защищать.

— Кажется, на кухне тогда звучал также вопрос о подчинении…

— Сара! — возмутился Алек, но остальные закашлялись, пытаясь скрыть смешки.

— Только если твое слово не будет противоречить слову альфы.

— Ясно. И тут облом, — выдохнула она.

Гарнер, посмеиваясь, отошел к бете, и Сара увидела, как перед ней готовится предстать очередной оборотень. Прикинув, что сегодня причислить себя к ближайшему окружению вожака захочет половина стаи, а ей придется стоять и с каждым знакомиться, девушка расстроилась. Дело было в том, что модельные туфли привычно жали и ей безумно хотелось скинуть любимые пыточные приспособления. Да и по оголенным плечам гулял прохладный ветерок, заставляя ее прижиматься к источающему тепло телу Алека.

Прикусив губу, девушка отчаянно искала выход и, когда новый мужчина уже практически встал перед ней, подняла руку.

— Я безумно рада познакомиться со всеми вами, несмотря на странные и непредвиденные обстоятельства, благодаря которым я оказалась здесь. Правда, по сравнению с вами всеми я молода и нетерпелива, поэтому вряд ли всех запомню. Особенно после Гарнера, — толпа посмеялась над ее шуткой. — Для меня в новинку не только мой новый статус, но и само ваше общество, и я не могу обещать, что четко понимаю свои обязанности. Да, до сегодняшнего дня я и понятия не имела, что такое слово, как «обязанности», коснется меня. Как вы видите, я плохо организованна, легкая на подъем и всегда режу правду-матку в глаза. Но раз я здесь и пытаюсь подстроиться под новый для меня мир, то надеюсь, что и вы простите мне мои ошибки. Я постараюсь стать достойной «луной» не только для вашего вожака, но и для всех вас. И прошу для начала — давайте знакомиться постепенно, день за днем узнавать друг друга, дабы стать ближе, чем просто знакомые, живущие на одной территории.

Алек заворожено слушал свою пару и поражался, сколько всего скрыто в ней. Сейчас Сара говорила рассудительно и серьезно и была совсем не похожа на ту девчонку-сорванца, которой хотела казаться раньше. Нет, иллюзий относительно того, что ее дерзость и наглость резко иссякли, он не питал. Но теперь он ясно видел, что ее острый язычок спокойно может сочетаться и с другими качествами девичьего характера. Волк внутри него ощутил прилив гордости. Эта девушка была достойной парой вожаку, могла стать опорой и верной подругой, поддержкой и помощницей.

— Спасибо за теплый прием. Надеюсь лишь, что наше с вами общение не будет зависеть от моих отношений с вашим… кхм… альфой. Боюсь, я еще не раз выведу его из себя. Так же как и он меня, — Сара закончила свою речь и получила в ответ волну тепла, что проникла в душу и согрела каждый ее уголок.

Девушка почувствовала себя невероятно комфортно среди этих малознакомых ей существ, словно находилась сейчас на своем месте. И это немного испугало ее. Так быстро привязываться к мужчине и его окружению было неправильно и могло обернуться катастрофической ошибкой. Оборотни, улыбаясь, стали потихоньку расходиться, а Алек тем временем, не обращая на них ни капли внимания, зарылся лицом в короткие волосы и провел кончиком носа за ушком, вдыхая сладкий аромат своей пары. Легкий, как перышко, поцелуй пробрал до самых костей, вызвав сотни мурашек.

— Ты великолепна, — прошептал он, и Сара залилась краской от комплимента, потому что он не имел сексуального подтекста, мужчина, наоборот, оценил ее отношение к своей семье.

Но теперь это и ее семья тоже, и девушка не просто знала это, а ощущала на интуитивном уровне.

— Алек…

— Ум-м? — его заигрывания стали интенсивней, поцелуи откровеннее.

В расходящейся толпе девушка заметила идущего рядом с матерью Даррела. Та что-то увлеченно говорила ему, а мужчина лишь счастливо улыбался в ответ. За ними шла Эрин со своим парой, который по-хозяйски придерживал женщину за талию. Постепенно их оставили наедине. Даже Нисан с Гарнером, кивнув Саре, поспешили по своим делам.

Алек заправил непослушный локон ей за ушко и прошелся языком по мочке. Девушка задрожала в его руках, осознавая, что довольный мужчина откровенно ластится к ней. Может, в ее словах и правда звучала готовность покориться судьбе и признать этот союз, но не так скоро, как ему бы того хотелось.

— Алек, отведи меня домой, — еле смогла выдавить из себя Сара.

— Хочу тебя! — страстно прошептал ей в ответ мужчина, прикусывая кожу на месте укуса.

И лишь из природной вредности Сара удержала себя в руках при таком сексуальном натиске и, оттолкнув его, твердо произнесла:

— Обломишься!

— Женщина!

— Пора тренировать выдержку! А то ты не волк, а кролик какой-то! — огрызнулась Сара, чуть не прыснув от смеха из-за комичности выражения его лица.

Такое высказывание задело волчью гордость, а там явно было что задевать. Прям раздуто все до размеров земного шара.

— Ты только что сама признала, что готова стать достойной «луной». Я был уверен, что после такого ты, как послушная пара, вернешься в мой дом и в мою постель!

— И с чего тебе пришло такое в голову? — удивилась Сара, зная, что не давала мужчине повода так думать.

— Ты — моя супруга! Это естественно и ожидаемо!

— Я — человек! (Девушка показательно ударила себя рукой в грудную клетку.) И признаю законы только моего вида! Поэтому пока на моем пальчике нет твоего колечка, — Сара выставила руку и пошевелила перед его лицом пальцами, — своим мужем я тебя не признаю! Соответственно, жить буду отдельно!

Она вскинула подбородок и, резко развернувшись, направилась назад, в свой коттедж.

— Если только эта блажь удерживает тебя, то я с радостью завтра же ее выполню! — с яростью крикнул ей вслед альфа, и его слова еще больше распалили девушку.

В нескольких метрах от него она резко развернулась и гневно уставилась на этого невозможного мужчину. Это же надо быть таким тугодумом, чтобы не понять, что ей, как и любой девушке, хочется внимания, ухаживаний и романтических моментов. Нет, этот неандерталец закоснел в своем доминантном поведении, заладил свое «моя», а так ничего и не сделал, чтобы подкрепить слова действиями. Но ничего, Сара была готова заняться перевоспитанием. На самом деле сам факт того, что девушка упомянула о кольце, должен был сказать ему о ее согласии узаконить их отношения.

Да, сегодня Сара приняла решение связать свою жизнь с этим мужчиной. Пусть оно казалось скоропалительным и необдуманным, принятым под влиянием чувств и, возможно, в будущем она пожалеет о нем. Но она всегда действовала под девизом «Лови момент» и сейчас тоже не желала упускать возможность обрести свое счастье. А что-то глубоко внутри подсказывало, что Алек мог стать ее единственным.

— Еще чего! Со мной не пройдет вариант Дрэйка! Замуж я буду выходить как положено, с аркой и аллеей из цветов нежных оттенков, с родителями и друзьями рядом, в белом платье. Я уверенной походкой подойду к выбранному мной мужчине и он услышит четкое «да» из моих уст! Запомни, волчара, — только так и никак иначе!

И, озвучив ему эти условия, Сара оставила своего волка обдумывать услышанное. Пусть пораскинет мозгами и решит для себя, хочет он видеть ее в своей жизни постоянно или нет. В крайнем случае они сумеют как-то совладать с притяжением, да и она может привыкнуть к жизни на их территории и будут они воспитывать детей как разведенная пара. Ничего, не она первая, не она последняя.

Потому что Сара не привыкла довольствоваться малым. Она желает получить все или ничего.

Глава 12

Две недели пролетели так незаметно, что Сара даже удивилась, осознав сколько времени прошло с ее приезда на территорию оборотней. Не сказать, что эти дни прошли легко и беззаботно. Исполняя свое обещание, она постепенно знакомилась с членами стаи, узнавая их быт и течение жизни.

Правда, каждый раз, когда перед ней оказывалась очередная симпатичная волчица, сердце девушки замирало от тревоги. Сара понимала, что Алек был зрелым, самодостаточным мужчиной, который не вел монашеский образ жизни. Причем со слов Элины, которая помогала ей по хозяйству, оборотни одни из самых страстных и раскрепощённых рас, и во время полнолуния выпускают на волю все волчьи инстинкты. Поэтому она и ожидала, что в скорее встретиться с бывшей любовницей и возможно не одной. И Сару приятно удивило то, что среди всех них такой барышни так и не оказалось.

Это знание позволило новоиспеченной «луне» расслабиться и стать более открытой при знакомствах. И только единогласное молчание об умершей паре Алека, заставляло задуматься и кусать губы от любопытства. И то, что мужчина так же молчал, лишь подливало огонь.

Сара вздохнула, вспомнив их последнюю сору, что произошла недалече как вчера вечером. Легкий летний ветерок трепетал ее волосы, даря ощущения неги. Девушка развалилась под древним деревом, окутанная его тенью и предалась размышлениям о том, как Алек неукротимо пытался взять бастион, носивший ее имя.

Каждый вечер он появлялся на пороге ее дома, создавая из этого некий ритуал. Уставший или разгневанный, угрюмый или же полон спокойствия, он неизменно приходил к ней. И цель его визита была прозрачно ясной. Мужчина откровенно соблазнял ее, дарил сладострастные поцелуи, заставлял тело откликаться на ласки, тем самым доказывая, как четно ее упрямство, что ее вагина настоящая предательница.

От этого Сара становилась еще упрямей, демонстрирую свой взбалмошный характер. Но когда вчера девушка осознала, что стоить на пороге поражения, готовая умолять его сделать своей, то она воспользовалась запрещенным методом и ударила ниже пояса.

— Расс-скажи, — с придыханием прошептала Сара, откинувшись на спинку дивана, ногами упираясь в мужские плечи. — Расскажи мне о Химене.

Алек тут же застыл. Его тяжелое дыхание обжигало ее плоть, вот только теперь в нем присутствовало не желание, а холодная ярость. Мужчина моментально закрылся от нее. Он резко поднялся на ноги и отвернулся от Сары, смотря куда угодно только не на нее.

— Тебе не зачем о ней знать.

Девушка встрепенулась, сразу же поправив одежду. Его отстраненность больно задела Сару, но она старалась этого не показать.

— Ты настаиваешь на том, что наши жизни связаны. Убеждаешь переехать к тебе. Называешь своей парой, супругой. Но делиться своим прошлым не собираешься. Это унизительно для меня и больно. Уходи, пожалуйста.

— Сара…

— Уйди.

Алек до боли сжал кулаки, но все же выполнил ее требование. Через минуту девушка осталась одна, и только гордость и сила воли не дали ей расплакаться.

Сейчас вспоминая вчерашний эпизод, Сара пришла к выводу, что тоже не права. Она слишком сильно давит на мужчину, хотя на самом деле сама не спешит открываться. Они словно два упрямых барана — оба стоят на своем и не хотят поступаться. Еще на нее давило чувство вины из-за того, что так и не рассказала Алеку о своем состоянии.

Как бы она не отрицала такой быстрый результат, но признаки уже появились. И хотя человеческий разум кричал, что еще слишком рано, стоило признать — с оборотнем в качестве отца стоит забыть обо всех познаниях в этой области, потому что его гены перечеркнут традиционное положение вещей. Поэтому появившейся токсикоз на второй неделе беременности, наверное, дело естественное.

Об этом как раз Сара и хотела расспросить вчера. Также выпросить поездку к сестре и ее врачу. А если не поездку, то хотя бы телефонный разговор. Она устала от этой изоляции и безделья. Из-за этого становилась раздраженной и нервной. Даже Даррел сегодня пытался не попадаться ей на глаз, а остальные с натянутыми улыбками обходили стороной. Напряжение их «луны» оборотни ощущали напрямую, и лишний раз не желали бередить дурное настроение. Вот бы и к Алеку долетели эти эмоции.

Особенно, так как ей долетают обрывки фраз и мыслей. Еще одна часть мохнатого общества, а которой ей подробно не рассказали. Нет, Алек что-то такое бросал, типа это естественно и так и должно быть, но как бороться с таким явлением не удосужился объяснить. Она не хотела стать одной из сумасшедших, которые говорят вслух, а Сара ловила себя на том, что начала так делать.

Ощущение присутствия кого-то ворвалось в укромный уголок ее мыслей, и она прищурено открыла глаза, прищурено смотря снизу вверх на мужчину. Алек возвышался над ней. Угрюмый. Сосредоточенный. Его лицо хмурое, как осеннее утро, до которого к счастью еще целый месяц, подавляло своим выражением. Он молчал несколько секунд, достаточно, чтобы Сара потеряла терпение.

— Ты, кажется, говорил, что днями безумно занят на лесопилке, — раздраженно проговорила девушка.

— Что значит «признаки уже появились»? — этот вопрос вывел ее на очередную ступень кипения.

— Так теперь ты и мои мысли читаешь?

Сара села прямее, пронзая альфу злым взглядом.

— Мы оборотни. В основе стаи заложено понятие «связаны мысленно». Когда волк изгнан из стаи или добровольно покидает ее, такая привязка обрывается. С тобой же наоборот. Ты вошла в стаю, еще и статусе «луны». Фразы перестанут быть обрывками, когда мы завершим обряд сцепления в полнолуние, которое, кстати, уже на через три дня.

— И после него эта телепатия исчезнет? — с робкой надеждой поинтересовалась девушка, зная, что у мохнатых во всем скрыт подвох.

— Она не исчезнет. Ты — моя пара. Это навсегда. Но она сформируется полностью, и превратить в канал связи, от которого ты научишься отгораживаться и закрываться.

— Камень на твою ногу! — воскликнула Сара, резко подрываясь, но тут же земля закружилась и она вцепилась в мужчину двумя руками.

— Сара?

— Тссс, сейчас мой вертолет приземлится и мы продолжим.

— У тебя головокружение? Не стоило так подскакивать. В твоем состоянии это противопоказано.

— Я знаю, умник. А бегать по лесу в полнолуние мне не противопоказано?

— Свежий воздух дикой природы придаст тебе сил, и я же буду рядом, — он слегка улыбнулся, словно его присутствие все упрощало.

— Фух, отпустило.

Сара убрала руки и сделала шаг назад, упираясь спиной в стол дерева.

— Почему признаки появились так рано?

— Признаки чего? — не понял мужчина.

— Лунатизма! Господи, дай мне сил. Беременности, Алек, беременности! — девушка понимала, что повысила голос на целую октаву, но не могла с собой ничего подделать. Скорее всего, во всем виноваты чертовы гормоны, которые последние дни полностью взбунтовались.

— Так теперь ты признаешь, что забеременела? — его мужественная бровь иронично изогнулась.

— Если ты еще не заметил, то и так не отличаюсь милым характером, но сейчас мне в одну минуту хочется наброситься на тебя и избить, а во вторую оседлать твои бедра и объездить их. При всем этом, меня еще и тошнит по утрам. Да и в течение дня, еда встает поперек горла.

— Прекрасно.

— Что в этом прекрасного, ты бесчувственный чурбан?

Алек приблизился к ней, находясь на расстоянии пары сантиметров. Его глаза налились диким, янтарным светом, сверкая, словно неоновая вывеска. Девушка не только себя довела до предела за эти дни, но и его. Причем обе части его души, как звериную, так и человеческую. Взбалмошная пигалица не хотела отступать и признать их полноценной парой, тогда как узы между ними с каждым днем сплетались все сильнее, становясь неразрывными.

— Сегодня собираем твои вещи и переносим в мой…кх…наш дом. Никакого больше раздельного жилья и сомнений по поводу наших отношений. Я дал тебе достаточно времени.

— Когда это я соглашалась на такое? Не помню, чтобы говорила «да»! — Сара вздернула подбородок, снова бросая альфе вызов.

Волк зарычал под кожей мужчины. Его сознание приходит в полное недоумение от упрямства своей пары, и он подталкивает Алека или, наконец, дать ей то, что она желает, или перебросить через плечо и просто унести в свою берлогу. Проще говоря, заставить ее подчинится.

Но Алек не желал навязывать ей свою волю. Обжегшись однажды, теперь он стал очень настороженно относиться к своим доминантным порывам. Вот только и его терпение было на пределе.

— Женщина, да сколько ты будешь упрямиться! Ты беременная моими детьми! — закричал альфа, упираясь руками в дерево, по обе стороны от головы Сары, тем самым заключая ее в свой плен.

Вот только упрямая девчонка была не из пугливых. Ее глаза с достойной «луны» яростью прищурились, и она осталась на своем, с вызовом спросив:

— И?

— И для всех оборотней ты законно моя жена! — бросил ей в лицо свой довод Алек.

— И?

— Черт, женщина, мне и так тяжело! — его зубы заскрипели от силы с которой он их стиснул.

— Я жду того, что последует дальше.

Сара равнодушно пожала плечами, хотя они оба знали, что это напускное спокойствие.

— Я договорился с судьей Джефферс и в следующие выходные нас распишут, — с неким поражением выдохнул мужчина.

Не так он хотел преподнести ей эту новость, но видит Бог, она сама его спровоцировала.

— Это все еще не то, что я хочу услышать.

Печально вздохнув, Алек признал свое полное поражение.

— Завтра мы едем к твоим родителем!

— Луну тебе на голову, волчара! — Сара ударила кулаком в его плечо.

Но губы помимо воли складывались в улыбку, а гнев покинул ее окончательно. То, что это мужчина все-таки подумал о ее родителях, и как видно уже все подготовил, послало тепло по ее телу. Оно согревало изнутри, прогоняя мучившее ее сомнение. Одна фраза так резко изменила ее отношение, и гормоны вдруг снова взбунтовались. Глаза наполнились слезами, и Сара быстро замахала веками, пытаясь удержать их поток. Хмурая складка пролегла на лбу Алека, а взгляд тревожно всматривался в ее лицо.

— Да, что такое женщина! Чем еще ты недовольна!

— Где мой романтический вопрос согласна ли я или нет! — сквозь слезы спросила Сара, зная, что лучшая защита — это нападение, ведь она совсем не хотела объяснять, что ее так растрогало.

— Ты моя, Сара! Речь о твоем согласии здесь не стоит!

— Ах, так, да? Ну я…

Алек угомонил свою пару единственно возможным способом. Просто закрыл рот поцелуем. Первые секунды девушка барабанила руками по его плечам, а после сдалась, крепко обхватив за голову, и притянула к себе. Ее ноги оторвались от земли в попытке обхватить стан мужчины, а Алек помог ей, подхватив руками под ягодицами. Как только она оплелась вокруг него, словно лиана, а его затвердевший от прилива крови орган поместился напротив ее расщелины, упираясь в то место, которое вскоре собирался покорить, Сара протяжно застонала. Они целовались самозабвенно, отдаваясь друг другу и бушующей между ними страсти.

Почувствовав недостачу воздуха в легких, Алек разорвал поцелуй, тяжело дыша в ее губы. Уткнувшись лбом в ее лоб, альфа ощущал полное удовлетворение. Словно не было на земле ничего более важного, нежели Сара в его руках.

Так естественно держать ее, упиваться чувством дерзких пальчиков, что скользили по его затылку, слышать ее сбитое дыхание, чувствовать дрожь тела и его призыв, знать, что она его. Только его.

— Хорошо.

— Что? — с опаской переспросил Алек, прекрасно осознавая, что они еще не научились понимать друг друга с полуслова, но для этого необходимо полное доверие и открытость, а они только на пути к этому.

— Поедем завтра к моим родителям, — он ласково поцеловал ее в висок, все так же удерживая на себе и не желая отпускать.

— Это значит, что ты скажешь «да» перед судьей?

— Ты такая наглая морда, — расслабленно выдохнула Сара, положив голову ему на плечо.

Алек оторвал ее от дерева и направился куда-то, но девушка закрыла глаза и не волновалась по этому поводу. Все неважно, пока он так крепко и нежно держит ее в своих объятиях. Но когда они резко опустились на что-то, Сара вскрикнула:

— Ой! А откуда у тебя эти диван-качели? — девушка огляделась. — И веранда? Вроде раньше заднее крыльцо было пустым.

Теперь вместо простых ступенек выход из кухни был увенчан деревянной верандой с навесом и большой качелей на цепях, что в размерном ритме покачивалась под ними. Такой себе уютный, семейный уголок.

— Наши плотники всю неделю делали ее для тебя. Чтобы я мог вот так сидеть с тобой на руках и смотреть на лес и звезды. И если бы ты больше интересовалась жизнью стаи, то заметила это.

Сара покраснела от заслуженного упрека. В основном местные жители сами приходили к ней, приносили вкусности и знакомились. Но она признавала, что ей самой претила такая аморфная жизнь.

— Я исправлюсь, — пообещала, старательно избегая удивленного и немного ироничного взгляда альфы.

— Я был бы рад, — тихо прошептал он. — Вон там, под тем деревом можно поставить арку.

— Какую арку? — Сара проследила глазами за его кивком, не совсем понимая, куда изменилось течение их разговора.

— Ну как, ту цветочную, что ставят люди на бракосочетание.

Девушка отстранилась и посмотрела на Алека, пока он пытался придать себе невозмутимый вид. Хотя слова о цветах вызывали на его лице смешную гримасу.

— И родителей пригласим? И Соню с Дрэйком?

— Родителей обязательно. Насчет твоей сестры не уверен. Дрэйк вряд ли решится сейчас оставить стаю, что-то непонятное твориться возле их территории. Но мы заедем к ним после визита к твоим родителям. Я хочу, чтобы тебя осмотрела доктор Райдер, но бета включил защитника и отказывается пускать ее на нашу территорию. Боится засранец отпускать ее от себя.

— Ян и Эмилия вместе?

— Да, они явно истинная пара, но девушка сопротивляется.

— И что с нами, девушками, не так? — иронично фыркнула Сара, чем заслужила усмешку альфы.

— Вот и мы задаемся этим же вопросом, — со смешком заметил Алек, уткнувшись носом в ее макушку.

Ласковые, легкие поцелуи послали дрожь по девичьей коже. Сара откровенно млела от такого отношения, чувствуя невероятно умиротворение. Этот момент был настолько идеальным, и таким необходимым для них. Они наконец-то пришли к некому взаимопониманию в их совместном будущем. И Сара, которая была не приверженцем брачных уз, с удивлением осознала, что хочет этого с ним. Только с ним.

Конечно, девушка отмечала риск от таких отношений со скоропостижно принятыми решениями. Но казалось, оборотни не умели поступать обдуманно и размерено. Ведомые инстинктом, они сразу видели цель и шли к ней напролом.

— Это будет праздник не только для нас, но и для всей стаи? — задумчиво поинтересовалась Сара, понимая, что в придачу к этому мужчине шла не простая семья, а огромная община.

— Все как ты захочешь. Я могу обратить к нескольким женщинам, чтобы они помогли тебе с приготовлением к нашему мероприятию.

— Через неделю?

— Не днем позже! — произнес Алек голосом, не принимающим возражений. — Ты уже моя жена в глазах всех оборотней. Они чувствуют запах, видят метку. Но так как мы двух разных видов, то я хочу, чтобы и в глазах твоего мира ты принадлежала мне.

Сара растаяла от этих властных ноток и предъявлений собственничества в отношении нее. Как бы девушка не любила свою независимость, как бы не показывала ее, вот эта чисто мужская сила в нем покорила ее сердце. Оно сдалось в добровольное рабство, и осознание того, что для Алека она единственная и другой больше не будет, только добавляло масло в этот огонь из чувств. И лишь один призрак прошлого темной тенью нависал над их маячившим вблизи счастьем.

Девушку настораживало то, что альфа не желал отпустить свою бывшую любовь. Именно так она называла его нежелание рассказать ей честно всю правду и предать земле былую боль. Он словно специально удерживал ее в себе, как живое напоминание. Саре оставалось только надеется, что она не пожалеет о своем доверии и вскоре мужчина сам придет к тому, чтобы поделиться с ней этими мучениями. Горе нужно принимать и отпускать. Особенно перед шагом в новые отношения.

Задумавшись, Сара и не заметила, как выводит пальцем невидимые узоры на его крепкой руке. И только его хриплый голос смог прорваться сквозь эти мрачные размышления и привлечь к себе внимание:

— Маленькая моя, о чем так упорно работает твой мозг?

Девушка даже вздрогнула, а после резко повернулась и посмотрела на своего волка. Алеку безумно нравилось, как ее кудрявые, светлые волосы пружинились в такт ее активным движением. Сара была воплощением энергии и жизни, и этот ее свет мог заражать окружающих ее людей.

— Я не маленькая! Это во первых! — она пригрозила ему пальцем, и мужчине захотелось зажать этот дёргающий пальчик между своими зубами, дабы он так откровенно не соблазнял.

— Угу.

— Во вторых, мне только что пришла в голову идея, что я ничего не знаю о твоих родителях, тогда как ты собираешься встретиться с моими. Или у вас, оборотней, к семье не такое отношение как у людей?

— В основном, оборотни замечательные семьянины и всегда живут вблизи своих родственников. Часто, семьи из одной стаи или связаны с соседними. Но с альфами никогда не бывает просто. Мы слишком тянемся проявить свою силу, доказать возможность стать вожаком. Поэтому когда твой родитель становиться слабее или же вообще показательно уступает тебе, уже невозможно находиться рядом. Зверь хочет покорить более слабого, а отцы стремятся оставаться для своих детей авторитетом.

— Так было и у тебя? — вглядываясь в его лицо, спросила Сара.

— Да. В природе щенков, рожденных быть альфами, покидать дом и искать свой собственный путь. Мое время пришло в тот момент, когда я не подчинился приказу не только отца, но вожака той стаи.

— Стой! Получается твой отец не альфа? — девушка удивилась этому факту.

— Нет.

— Но я считала, что альфы рождаются только у вожаков!

— Не обязательно, — объясняя своей паре устрой общества оборотней, Алек уперся подбородком в плечо девушки, водя носом по линии ее овального лица и вдыхая блаженный аромат ее кожи. — То же самое когда у двух алкоголиков рождается гениальный ребенок. Насмешка природы.

Он слегка пожал плечами, а Сара скривилась на такое сравнение, чем вызвала у него смешок.

— Не удачное сравнение. Мне не нравиться, — пробурчала она.

— Это жизнь, родная.

— Ладно, — Сара отмахнулась от его философствования. — И что произошло дальше? Альфа увидел в тебе конкурента и выгнал из стаи?

— Не совсем так. Коннор и правда опасался меня, как возможную угрозу в будущем, но при этом относился с пониманием, — голос Алек зазвучал ровнее, спокойней, и Сара поняла, что мыслями он перенеся в свое прошлое, вспоминая тот момент, который привел его к тому, кем он был сейчас. — Он переговорил с Советом и навел справки об одной стае, у которой был стареющий альфа и отсутствовали возможные претенденты на этот пост. Тогда он переговорил с Биллом и тот согласился принять меня к себе. Не скажу, что это прошло просто. Для обоих нас. Поначалу было тяжело находиться рядом с чужим вожаком на незнакомой зверю территории. Я ощущал себя чужаком. Срывался, рычал, в общем, вел себя как большинство тинэйджеров, — с уст Сары вылетел смешок от такого сравнения. — Но вскоре мой зверь осознал, что моя стая от меня не избавилась, а наоборот дала шанс реализовать себя. Билл общался со мной на равных, обучая и показывая, что альфа — это не просто сила, а большая ответственность. И если я пойду на поводу своей молодой, горячей крови, то никогда не достигну этого статуса. Зверь смерился на время. И хотя в большинстве случаях мы сталкивались в спорах, как два барана, а не волка, Билл оказался терпеливым наставником. Через пару лет, видя, что я полностью контролирую стаи и справляюсь со своими обязанностями, он сложил с себя свои полномочия и покинул нас.

Сара завороженно слушала историю жизни своего мужчины, поражаясь волчьим законам. Но благодаря его рассказу, девушке казалось, что она стала намного ближе к Алеку. Словно он наконец приоткрыл дверь в свой внутренний мир, который так бережно охранял. Ей безумно хотелось увидеть того вспыльчивого молодого Алека. Потому что она столкнулась уже с уравновешенным и угрюмым мужчиной. Как же ее раздражала его маска невозмутимости! Девушке постоянно хотелось подвести его к краю своего контроля и заставить перешагнуть границу. И она радовалось, что в большинстве случаев ей это удавалось. Словно она была рождена, чтобы сводить его с ума.

— А твои родители? — спохватилась Сара, резко поворачиваясь к нему лицом и вглядываясь в спокойные омуты.

— А что с ними? Они все еще живут в стае Коннора. Отец его бета. Иногда навещают меня, и я также стараюсь заезжать и проведывать их. Я обязательно вас познакомлю.

— Мы можем пригласить их на церемонию, — робко предложила Сара, все еще до конца не понимая в каких он отношениях с близкими, но радуясь, что они у него есть.

— Они будут польщены, и я уверен обязательно приедут. Главное предупредить их о том, что ты человек и гости с твоей стороны не посвящены в нашу тайну, — мужчина пожал плечами, но она видела, что ее идея пришлась ему по душе.

— Тогда так и сделаем! — уверенно добавила его пара, и тут же улыбнулась от легкого поцелуя, подаренного ее лебединой шее.

Трепет от такого проявления нежности со стороны сурового мужчины, будоражили душу, лишая желания сопротивляется ему. Возбуждение пробежало по крови, и Сара цеплялась за последние силы дабы не сдастся. Пока еще рано. И так видно куда привели ее порывы страсти и необдуманные поступки. Поэтому пытаясь отвлечь мужчину от целенаправленного соблазнения, она поинтересовалась:

— Постой, мне кажется, что Соня говорила о том, что статус альфы необходимо завоевать. А ты получается свой просто получил?

— Твоя сестра права, — он подтвердил ее предположения. — Зверь никогда не будет удовлетворен полученным статусом в наследство. Ему необходимо доказать, что он достоин своего статуса. Ощутить свою силу и власть. И у меня была такая возможность, потому что как только вокруг разнеслось известие, что Билл оставил свой пост, сюда стали съезжаться одиночки в надежде отхватить себе кусочек территории.

— И ты с радостью встречал их, — догадалась Сара, и в ответ мужчина разразился смехом, в котором отчетливо звучали нотки триумфа.

— Каждому, кто считал меня слабым щенком, я доказал, кто хозяин этих земель. И главное, стая поддержала меня. Они не желали оказать под властью чужака. А меня, за мои года обучения, признали своим. Именно их уверенность в способности моего зверя защитить, обезопасить и отстоять наши границы помогла мне избавиться от тех наглых самцов. После четвертого слух о новом, сильном альфе достиг любителей наживы, и вызовы прекратились.

— Ух ты, — ошеломленно выдохнула Сара. — У вас оказывается все не так просто.

— Просто, родная. Мы живем за законом природы — выживает сильнейший. Это заложено в нашей сути.

— А бета? Правая рука Билла, он тоже принял тебя?

— Помнишь ты недавно жаловалась Нисану на бурчавшего мужчину, который заявил, что тебе нужно больше есть, потому что для альфа-суки ты уж слишком хиленькая.

— Такого бугая забудешь еще! — фыркнула девушка. — А твой друг откровенно с меня посмеялся и даже не подсказал, что в таких случаях мне разрешено сделать, чтобы достойно ответить на это нахальство.

— Конечно, он промолчал. Это же его отец, — Алек рассмеялся. — Теперь он опасается за его здоровье. Ты хоть и маленькая, но кажется любого можешь приструнить.

— Как его отец? — от наглого обмана щеки девушки вспыхнули. — Он обвел меня вокруг пальца! Я придушу твоего бету.

— Тихо, тихо, кровожадная моя! — успокаивая ее, Алек все еще посмеивался. — Ты видела, сколько в Дейде грубой силы. Он еще тот силач!

— Он посмеет меня обидеть? — насторожено спросила Сара.

— Нет, дорогая. Ни один волк в стае не рискнет на это. Но Дейд часто грозит нам с Нисаном надрать уши, несмотря на то, что мы выше его в иерархии. Для него мы просто мальчишки, и он считает, что должен за нами присматривать.

— Такой себе дедушка?

— Да.

— Но он не ушел как Билл, и смог признать тебя альфой, — констатировала факт Сара.

— Бете в этом вопросе легче. Их волки более смирены и уравновешены. В них нет порыва бороться за власть, доказывать свою силу. Поэтому, Дейд спокойно уступил свое место сыну, оставшись в роли советника при молодых.

— И теперь я понимаю, как он убеждает вас следовать его советам, — она развеселилась, представив, как мужчина одной рукой тянет Нисана за ухо, а второй — Алека.

— По крайней мере, он пытается. Но последнее года такое уже не выходит. Остается только ворчать и угрожать.

— Чувствую, мне будет весело среди вас!

— Я надеюсь, что это место станет для тебя домом, — серьезно проговорил мужчина, зажав ее подбородок пальцами и смотря своим твердым взглядом прямо в ее глаза.

И Сара знала, что за теми карими глазами скрывается звериный янтарь, который действовал на нее магнетически. Губы неожиданно пересохли. Мягкость и расслабленность между ними перешла в сексуальное напряжение. Вот так легко. По щелчку пальцев.

— А я — единственным мужчиной в твоей жизни!

Ей хотелось спросить будет ли она единственной? Но Сара знала, что он не задумываясь скажет «да». Даже не подозревая, что она спросит о прошлом, а не о будущем. Но не хотела портить такой момент своими тревогами.

— Я хочу этого, — тихо согласилась она, и ее губы тут же были атакованы его ртом.

Яростно, дико, так как умеет только он. Со своей звериной властью воюя с ее языком, показывая кто среди них ведет. Зубы сталкиваются, ненасытные губы и языки переплетаются между собой, сливаясь в безумном порыве страсти. И все же она покоряется ему, уступает в его жажде, позволяя вести. Но Сара не ощущает ни грамма недовольства по этому поводу. Наоборот, в этом ее сила.

Когда же воздух в легких закончился, и они заныли, требуя сделать нормальный вдох, Алек отпустил ее.

— Моя! — тяжело дыша, прорычал он.

Стиснув пару в своих объятиях, мужчина крепко прижал ее к себе. Сара положило голову ему на грудь, слушая учащенный ритм его сердца. Гордость заполнила ее душу от сознания, что она тому причина. Но чертово либидо было еще той сучкой, своим зудом и тяжестью внизу живота показывая насколько ей мало одного поцелуя.

«— Тссс! Заткнись, предательница!» — мысленно приказала она ему, прекрасно зная, что только одно может успокоить эту жажду. Но пока она не готова была отступить, и Алек понимал и уважал ее решение, тем самым завоевывая доверие. Потому что вместо того, что как оголодавший накинуться на нее. Он напряженно застыл на качелях, раскачивая их из стороны в стороны и сжимая ее до хруста костей своими руками. Но даже это довольно-таки не нежное объятие приносило Саре столько удовлетворения.

Идеальность момента пугала. И девушка, отодвигая свои страхи, призналась себе, что ее отношение к Алеку вышло за рамки привязанности, желания и даже влюбленности. Оно ступило на зыбкую дорогу любви. А любовь несла в себе столько осложнений, с которыми ей непременно придется скоро столкнуться.

Глава 13

— Так как ключей у меня с собой нет, придется звонить, — Сара заметно нервничала, поднося палец к звонку на двери.

Еще на рассвете Алек разбудил ее и приказал собираться. Девушка и не предполагала, что им придется ехать в такую рань, поэтому естественно была застигнута врасплох. Да и будильник из Алека своеобразный. Конечно, когда к вам во сне вдруг прижимается твердое мужское тело, которого не было в вашей постели вечером, да еще и распускает руки, вы не просто удивитесь. Вот так и Сара, осознав, что ее нагло «насилуют» в ее же постели, резко села, открыла глаза и попыталась отпихнуть наглеца.

— Что ты здесь делаешь? — с укором поинтересовалась она, когда ее кулак был остановлен крепкой мужской ладонью.

А он еще и посмел поцеловать его!

— Бужу тебя, — мужчина невинно пожал плечами.

— Это я уже знаю. Что ты делаешь в моей постели?

Сара пробежалась взглядом по голому рельефному торсу и остановилась на линии брюк, не зная, радоваться, что он не полностью разделся или расстроиться. Неугомонное либидо явно было за второй вариант, печально прося больше зрелища.

— Родная, я только что сказал — бужу тебя, — насмешливо повторил Алек, развалившись на кровати, словно для него было естественным находиться здесь.

— Я запирала дверь, точно помню! — бурчала девушка, недовольная тем, как началось ее утро.

— Только ты так делаешь, — хмыкнул он. — Нам замок не помеха. Кстати, теперь его в твоей двери нет.

— Ну, спасибо большое! — злобно крикнула Сара, падая обратно на подушки и упрямо желая вернуться к прерванному сну.

Но тот просто бессовестно сбежал от нее. Его нагло прогнал этот невозможный мужчина! Да еще и с таким радостным выражением лица, что это только еще больше раздражало. Она злобно бурчала в подушку, подбирая разные «лестные» эпитеты, чтобы охарактеризовать неких оборотней, не уважающих личное пространство.

— Ты такая угрюмая по утрам. Даже непривычно! — рассмеялся он, притягивая ее к себе и целуя в оголенное плечико. — Пора нам уже встречать каждое утро вместе.

— Ты хочешь постоянно получать кулаком по лицу?

— Ум-м, злючка! — Алек усмехнулся. — Нет, я желаю будить тебя поцелуями и поцелуями же разглаживать хмурую морщинку на лбу.

И он принялся доказывать свои слова делом, переворачивая ее на спину и стягивая одеяло вниз. Его губы легкими поцелуями прошлись по лбу, подули на непослушные прядки, коснулись кончика носа и накрыли пухленькие губки.

— Такая сладкая, но колючая, — смеясь, заметил он, почувствовав, как в плечи впиваются ногти.

— Вообще-то это ты должен быть колючим по утрам. Но я ни разу не наблюдала на тебе щетины!

— Это потому что я могу весь покрыться мехом, зачем еще во второй ипостаси лишняя волосатость?

Сара звонко рассмеялась. На душе было настолько легко и хорошо, что девушка боялась спугнуть этот радостный момент. Казалось, так просто быть счастливой рядом с ним. Все просто, пока ты не заходишь на закрытую территорию. А Сара пока не нарушала границ дозволенного. Но так чесались руки, так подталкивало любопытство и желание просочиться во все уголки его души…

— Ладно, даю тебе полчаса, чтобы собраться. У нас впереди долгая дорога, — предупредил Алек, поднимаясь с девушки.

Вот так они и оказались перед ее родным домом. Мужчина излучал невероятную уверенность. Ему даже пришлось вытягивать Сару из машины и уговаривать идти, хотя вообще-то это она хотела сообщить все родителям.

— Видишь, никто не отвечает. Наверное, никого нет дома. Заедем в другой раз, — девушка резко развернулась, дабы поскорее уйти, но крепкий захват мужчины не позволил ей этого.

— Я слышу шаги внутри. Сейчас нам откроют, — он лучезарно улыбнулся.

И правда, через минуту дверь распахнулась и Сара зажмурилась, оказавшись лицом к лицу с матерью.

— П-привет, мама, — втянув голову в плечи, прошептала девушка ошарашенной женщине.

— Силена, кто там? — из гостиной донесся громкий голос отца.

— Твоя дочь!

— Которая? — голос мужчины на этот раз прозвучал уже ближе, подсказывая Саре, что отец тоже спешит к ним.

— Сара, — выдохнула Силена, внимательно рассматривая дочку, а после переводя взгляд на ее спутника.

Не прошло и минуты, как отец появился за спиной жены. Его густые брови изогнулись в удивлении, а глаза подозрительно сощурились.

— Мать, у тебя нет ощущения дежавю?

— Ты прав, муженек, — женщина кивнула. — Только теперь другая дочь решила удивить нас так же, как сестра. Во всем старшенькой подражает.

— Эй, непр…

Но ее тут же перебил отец, качая головой.

— И в кого же они такие непутевые? Нет чтобы повстречаться с полгодика, походить на свидания, оценить кавалера… Нет, они сразу же тянут мужиков с родителями знакомиться. Уже поженились, небось? — с опасливыми нотками спросил он.

В свои пятьдесят девять лет отец Сары выглядел подтянутым и физически сильным. А закалённый характер наряду с нетипичным чувством юмора всегда вызывали у Сары восхищение. До того момента, как она оказалась по другую сторону баррикады, и теперь оставалось лишь пытаться предугадать, как поступит родитель.

— Никак нет, сэр! — отчеканил Алек, удивляя любимую уважительными нотками, но в то же время его голос не лишился и своей естественной властности. — Но я женюсь на вашей дочери в ближайшие выходные.

Молчание родителей заставило Сару начать продумывать планы спасения и скорейшего возвращения домой, на территорию стаи. Ее отец еще раз окинул взглядом Алека, а после ступил ближе и положил руку ему на плечо.

— Да поможет тебе бог, сынок! — воодушевленно пожелал он.

— Папа, что это такое?! Где ружье и угрозы? — возмутилась Сара, не веря своим ушам.

— Ты и есть воплощение самой непредсказуемой угрозы, которая может существовать в мире. И если нашелся вдруг тот смельчак, который берет тебя в жены, то мне стоит оказать ему поддержку и восхищаться его смелостью. Или дуростью.

— Папа!

— Питер Ливерст, — отец протянул руку, не обращая внимания на недовольство дочери.

— Алек Кепшоу, — жених в ответ крепко пожал протянутую руку, чем вызвал улыбку у будущего тестя.

— Что же вы стоите в дверях? Проходите! — всплеснула руками мама Сары, толкая мужа локтем в бок.

Алек быстро воспользовался приглашением, ведя за собой надутую девушку. Ее мать счастливо улыбалась, бросая взгляды на строптивую дочь. Они удобно устроились в гостиной. Отец Сары развалился в любимом кресле, всем своим видом показывая, кто хозяин в доме, а мама засуетилась, бормоча что-то о чае.

— И почему такая спешка с этим радостным событием? Я, конечно, рад, но никогда не слышал от Сары упоминания о вас.

— Тебе она вообще никогда о своих ухажёрах не рассказывала, — вставила свою реплику Силена, внося поднос с чашками и снова возвращаясь на кухню.

— Конечно, ведь мое ружье еще при мне. Я бы им объяснил, как необходимо обращаться с моей девочкой.

— П-папа! — простонала Сара, откинувшись на спинку дивана и желая провалиться сквозь землю.

Она знала, что знакомство пройдет неловко. Но надеялась, что хотя бы в первые минуты отец не будет ставить ее в неудобное положение. Хотя чего еще можно было ожидать от ее эксцентричного родителя?! Теперь девушке вдвойне стало жаль сестру, ведь Соне, кроме как от отца, надо было еще и от ее слов отбиваться. А они с папой слишком похожи в своей прямолинейности и сарказме.

— Не папкай! Я лучше знаю, кто подходит моим девочкам. Этот экземпляр выглядит крепким и здоровым. Думаю, он сможет удержать тебя в руках и не будет давать спуску.

— На самом деле ваша дочь сводит меня с ума своим упрямством и строптивостью. С ней тяжело договориться и приходится идти на уступки, — сразу же сдал ее Алек, а отец важно закивал, соглашаясь с каждым словом. — Поэтому я надеюсь получить от вас совет, как лучше с ней справляться, ведь у вас опыта побольше.

Сара задохнулась от такого наглого подхалимства со стороны своего волка. Она даже представить не могла, что этот властный самец может так нагло втираться в доверие. Казалось, это не в его характере.

— Мам! Они уже спелись! Вернись к нам, пожалуйста, а то я чувствую себя ущемлённой! — закричала Сара, видя признание в глазах отца, а следом за ним опасный блеск.

И правда, стоило Силене войти с подносом, неся заваренный чай, как ее родитель повернулся к ней и спросил напрямик:

— Так что, родная, это залет?

Девушка растерялась, не зная, что ответить, и кинула на Алека взгляд, полный мольбы о помощи. А этот наглый волчара откровенно забавлялся, ни капли не смущенный неловким вопросом.

— Сара, что, и ты туда же?! Неужели все забыли о предохранении? — возмутилась ее мама, и девушка спрятала лицо в ладонях, напоминая себе, от кого она унаследовала такой характер.

— Силена, я хотел бы…

— Так, стоп! — девушка подскочила, выставляя перед собой руки. — Может и беременна, может и нет, еще рано судить, — бровь ее альфы вопросительно изогнулась, напоминая, что как раз таки не рано, а поздно, но Сара уже выбрала линию поведения и отступать от нее не собиралась. — Мы и правда были слегка увлечены друг другом и не вспомнили о… эм… защите. (Глаза Алека озорно заблестели, обещая еще не раз слегка увлечь ее этим приятным занятием.) Но свадьба не из-за этого. Если я действительно забеременела, то мы будем только рады! И, я уверена, вы тоже!

— Конечно, дорогая, — успокоила ее мама. — Мы с твоим отцом очень ждем внуков.

Силена поставила поднос на столик, подошла к своей младшей дочери и крепко обняла ее. Пусть Сара всегда была более самостоятельной и целеустремленной, сейчас ей были необходимы поддержка матери и ее понимание.

— Только слишком часто их к нам не привозите, а то дом не выдержит нашествия шустрых спиногрызов, — пробормотал Питер Ливерст, и девушка прикусила губу, мысленно прикидывая, насколько шустрыми будут маленькие оборотни.

— Что ты такое говоришь, Питер?! — разозлилась Силена на мужа. — Мы будем рады нянчиться с внуками хоть каждый день!

— Пожалуйста, давайте пока оставим тему детей! — взмолилась Сара, вцепившись в ногу сидящего рядом мужчины.

Ее коготки впивались в кожу даже через ткань брюк, прозрачно намекая Алеку, чтобы тот вмешался и увел разговор в другое русло.

— Что ж, — громко произнес он, сжалившись над своей парой, — раз я получил ваше благословение, тогда в субботу я пришлю за вами машину.

— Вонючего скунса тебе на голову, и этот из тех! — возмущенно выкрикнул отец Сары. Девушка моментально осознала ошибки Алека и мысленно застонала от досады.

— Простите, сэр, из кого? — напряжённо переспросил жених, предполагая, что, возможно, Дрэйк уже посвятил новых родственников в тайну существования оборотней.

— Ну, этих, белых воротничков, что кичатся своим статусом, — отмахнулся отец, с прищуром глядя на кандидата в зятья.

— Эм, простите? — Алек никак не мог понять, в чем его обвиняют.

— Ты же буржуй?!

— Кто?

— Алек, папа имеет в виду, что у тебя много денег, — смущённо пояснила Сара.

— Да. Ты тоже миллионер? — наконец-то найдя определение, на радостях отец аж вскочил с кресла.

— Кхм, нет, я не настолько богат. Мне, правда, принадлежит деревообрабатывающая фирма и добрый кусок земли, который я сдаю в аренду своим служащим. Но, даже имея хороший доход, я не могу назвать себя баснословно богатым.

— И ты тоже работаешь на своей лесопилке?

— Конечно. Как я могу управлять людьми, не зная дела изнутри?

Питер Ливерст подошел к будущему зятю и одобрительно похлопал его по плечу.

— Вот это наш человек! Уважаю! Хорошего мужика ты себе нашла, доченька! Не то что Сонин красавчик-белоручка!

— Как хорошо, что Дрэйк этого не слышит, — прошептала себе под нос девушка, качая головой при виде такой простоты собственного отца.

— Алек, вы пейте чай. И печеньем угощайтесь, — Силена подтолкнула к мужчине тарелочку с домашней выпечкой.

Отец Сары быстро вернулся в свое кресло, довольный и задобренный. Дальше разговор между мужчинами потек плавно и спокойно, с обоюдным подшучиванием они обсуждали планируемый праздник. Обведя родных взглядом, девушка поразилась тому, насколько быстро Алек завоевал их доверие и стал казаться неотъемлемой частью крепкой семьи. Напряженность, присущая общению малознакомых людей, быстро испарилась, и казалось, они не впервые сидят вот так, в тесном кругу, попивая чай и обсуждая текущие вопросы.

Сердце Сары защемило от счастья. Сейчас здесь не хватало только сестры с ее мужем для полноты картины родственных посиделок. Но она надеялась, что скоро они исправят эту оплошность.

Время пролетело очень быстро, и через два часа Алек тактично намекнул, что им пора возвращаться домой. Так привычно для девушки оказалось называть территорию стаи своим домом. В этом было что-то правильное, естественное.

Воспользовавшись возможностью, Сара поднялась в свою комнату, чтобы собрать те вещи, которые в спешке забыла сестра. Обвела взглядом родные стены, прекрасно осознавая, что больше не вернется сюда. Скорее, родители сделают из ее комнаты еще одну гостевую, чтобы было где размещать внуков, но Сара сомневалась, что они будут оставлять детей с ночёвкой. Правда, родителям пока об этом не говорила.

— Здесь так сильно ощущается твой запах, — произнес Алек, подходя к ней сзади.

— Это моя комната.

— Здесь остались следы твоей течки. Уже слабые, еле уловимые, но все равно в витающем здесь аромате можно различить ее сладковато-приторный, манящий вкус.

— Потому что тут я мучилась от этой заразы, которую ты оставил мне в подарок. Думала, здесь и умру!

В яростном негодовании Сара повернулась к мужчине, который просто пожал плечами на ее выпад, что еще больше задело девушку. Его пара принадлежала к тому типу людей, что моментально вспыхивали и так же быстро остывали, и Алек уже прекрасно изучил эту особенность ее характера.

— Тебе все равно?

— Нет, — спокойно ответил он на ее возмущение, — но оборотни следуют природе и зову, поэтому никогда не думают над тем, «что было бы, если бы…». Инстинкт свел нас, значит так и должно было быть. Все это привело нас к тому, что мы имеем сейчас. У меня будет пара и щенки, у стаи наконец появится так необходимая им альфа-сука, а у тебя — верный защитник и поддержка целого клана.

Злость Сары моментально испарилась, но вместо нее в душе поселилась некая горечь. Пара, щенки — эти его слова должны были бы радовать девушку, но неожиданно она осознала, что этого ей мало. Она не оборотень и ей в первую очередь нужны чувства. Любовь. Может ли он полюбить ее? Знает ли, что это такое?

Если верить рассказам о его первой паре, то можно предположить, что знает. Ее смерть оставила болезненный след на сердце мужчины, и девушка до сих пор не располагала всей информацией по этому поводу. И все же давить на него не желала. Доверие — это не то, что ты выпрашиваешь, а то, что отдают добровольно.

Словно чувствуя, в какой растерянности его пара, Алек прижал ее к себе и мягко поцеловал в макушку.

— Ты все собрала?

— Практически. Остальное, думаю, можно будет докупить.

— Конечно. Только скажи, что тебе нужно.

Сара кивнула и уткнулась носом в мужскую грудь. Втягивая в себя терпкий, мужественный аромат — естественный, в отличие от запаха человеческих мужчин, привыкших пользоваться туалетной водой, — девушка внезапно всем своим естеством ощутила, насколько этот оборотень — ее. Все в ней кричало о ее исключительных правах на этого самца. И она не собиралась от них отказываться.

Вдруг низом живота Сара ощутила твердую выпуклость и понимающе хихикнула.

— Ты очень плохой серый волк! — с игривыми нотками произнесла она. — Нельзя приставать к девушке в доме ее родителей.

— Я же сказал: здесь ярко ощущается твой аромат, а он оказывает на меня возбуждающий эффект.

— Боюсь, если папа об этом узнает, все набранные тобой очки устремятся к нулю. Для него я все еще его маленькая девочка.

Алек, дразня девушку, потерся носом об ее лицо. Мягкие губки призывно приоткрылись, маня к себе, но мужчина не спешил испить их сладость.

— Если хоть один самец когда-либо подойдет к моей дочери с такими же фантазиями, какие мелькают в моей голове, я оторву ему его мужское достоинство.

— Да вы тиран, господин волк! — притворно удивилась Сара, сильнее прижимаясь к проснувшемуся органу.

— Сара! Алек! — прозвучал снизу голос Силены, девушка вздрогнула и с разочарованным стоном отстранилась от своего жениха.

— Не здесь. Определенно.

Алек с болезненной гримасой поправил верх брюк, рассмешив Сару крайне печальным выражением лица.

— Ты заплатишь за это, маленькая дразнилка! — угрожающе рыкнул он.

— Я выиграю для тебя время, а ты пока успокой своего дружка. Не стоит подвергать его опасности. Знаешь, он мне еще пригодится.

И, чтобы не быть пойманной раздраженным волком, со смехом быстро выскочила из комнаты, захлопывая за собой дверь. У подножия лестницы ее ждала мама, лукаво поглядывающая на раскрасневшуюся дочь.

— Умойся, пока отец не увидел.

— Мам, мне же не шестнадцать! — простонала Сара.

— Да. И мы прекрасно осознаем, какая ты взрослая. Но все же оставь папе хоть немного иллюзий.

Сара кивнула и завернула в ванную, что была за лестницей на первом этаже. Мама шла за ней по пятам.

— Не верится, что и ты уже решила создать свою семью! — женщина всплеснула руками.

— А чем я хуже Сони?

— Ничем, дорогая. Мы любим вас одинаково. Просто Соня всегда была такой серьезной, и мы с отцом предполагали, что первый ее мальчик станет и ее мужем. Но ты — наш задиристый цыпленок. Ты помотала нервы множеству парней. И я всегда считала, что именно тебе будет тяжело остепениться. Но, наверное, для этого просто нужен был особый мужчина.

— Ты права, мам. Нам с Соней нужны были особые мужчины, и когда они нас нашли, мы просто не смогли устоять.

Сара обняла маму и они вместе звонко рассмеялись. Родители и не представляли, насколько изумительные у них зятья.

— Пошли, я приготовила вам корзинку провизии в дорогу.

— Ма-ам, — протянула Сара, — ну что ты выдумываешь?

— Ничего-ничего, вот будут у тебя свои дети и ты поймешь, как естественно беспокоиться об их здоровье.

Наконец Алек спустился вниз и поторопил Сару с отъездом. Приняв целую корзину с домашней выпечкой от будущей тещи, мужчина искренне поблагодарил женщину, а после обменялся крепкими рукопожатиями с отцом Сары.

— И все же меня радует, Силена, что мы избавились от нашей головной боли о будущем девочек в течение одного месяца. Как легко их оказалось распихать замуж, да еще и не потратив на это ни цента, — довольным тоном заявил Питер, когда они все вместе подошли к автомобилю Алека.

— Папа, ты невыносим!

— А что такого? Самым большим страхом вашей матери было, что вы так и не выйдете замуж. А моим — что придется заложить дом, чтобы отпраздновать две свадьбы. И то, и другое теперь решенный вопрос! — продолжил подтрунивать над Сарой отец, а после заключил дочь в медвежьи объятия. — Главное, чтобы ты была счастлива, обезьянка.

— Я буду, пап. Обещаю.

Отец мягко поцеловал ее в лоб, а после отпустил.

Еще около двадцати минут молодые люди пытались распрощаться с родителями Сары и наконец, вдоволь наобнимавшись, выслушав все наставления и советы, сели в автомобиль. Выруливая из узких улочек пригорода, Алек целенаправленно ехал в сторону, противоположную трассе, ведущей к их территории.

— А разве мы не домой? — забеспокоилась девушка.

— Я говорил тебе, что договорился с Дрэйком и его бетой о нашем приезде. Тебя необходимо показать врачу, а Эмилия — единственный во всей округе доктор нашего вида.

— О, так значит, я и с сестрой сегодня увижусь?

— Боюсь, что нет, — выдохнул мужчина, понимая, что этот разговор может привести к новому спору.

Глава 14

Напряженная тишина в машине, когда они подъезжали к территории Северной стаи, вызывала у Алека раздражение. Его пара демонстративно уставилась в окно и игнорировала все его попытки снова начать разговор. Как мужчина и предполагал, известие, что им с сестрой не удастся увидеться, сильно задело Сару, тем более когда они оказались почти рядом.

Но Алек знал, что Дрэйк, поддерживая его, увез Соню на прогулку. Единственное, на что мужчина надеялся, что его пара поймет: такое ограничение не навсегда и он сам с радостью будет доставлять ее на встречи с сестрой. Но пока в их отношениях не установилось полное доверие, он не мог допустить и малейшего колебания в сторону ухудшения достигнутого прогресса. Слишком хрупка еще их связь.

У оборотней существовало негласное правило — в отношения пары не имеет права влезать никто, какими бы плохими они ни были. Только вызов на бой за самку был допустим, в противном случае волк мог даже загрызть пожелавшего вмешаться. А Соня на правах старшей сестры слишком волновалась и стремилась встрять в их отношения, тогда как сама еще полностью не приняла своего суженого. И хотя человеческая часть Алека оправдывала действия девушки, оба мужчины знали, что волк будет возмущен и это приведет к конфликту между друзьями.

— Сара, — выдохнул мужчина, кивая в окно впустившей их на территорию Северной стаи охране. — Хватит дуться. Ты обязательно встретишься с сестрой, никто не собирается отдалять вас друг от друга.

— Сегодня? — с вызовом спросила девушка.

— Нет! — его ответ звучал категорично и не допускал возражений.

Поэтому Сара вздёрнула упрямый подбородок и снова отвернулась к окну.

— Твоей сестры сейчас нет дома. Они с Дрэйком уединились, и никто не знает где.

— Вы это с ним вместе спланировали? Не так ли? Моя сестра никогда бы никуда не уехала, если бы знала, что мы приедем.

— Дрэйк поддержал это решение, так как Соня сейчас очень впечатлительная. А две беременные женщины с взрывными характерами — это ядерная бомба. Он не хочет, чтобы его пару сейчас что-либо волновало, а наши с тобой отношения и то, как они начались, очень сильный раздражитель. Дрэйк только на таких условиях разрешил нам приехать на свою территорию, чтобы увидеться с Эмилией, — в который раз объяснил мужчина, но теперь возлагая большую часть вины на своего друга, чтобы перенаправить на него гнев пары.

— Соня еще узнает об этом и Дрэйку ох как не поздоровится! — предвкушение мести, прозвучавшее в ее голосе, заставило Алека вздрогнуть.

Но лучше пусть на этот раз страдает друг и его имущество, нежели собственный дом. И так Алек переживал, что, скорее всего, в их будущей супружеской жизни изменения в интерьере будут частыми, с таким-то взрывным характером Сары.

— Я обещаю, что как только Дрэйк согласится, я привезу тебя к сестре. Тем более мы соседи и это не составит труда, — умасливал Алек свою пару.

— Соседи? Ты шутишь?

— По меркам оборотней «соседи» — это не те, что живут на другом конце улицы, а те, что обитают в сотнях километров от нашей территории, — пояснил он. — Потому что волки не терпят, когда другая стая находится настолько близко, что до нее можно дойти пешком.

— А как же…

— Вот мы и приехали! — перебил ее Алек, останавливаясь возле двухэтажного коттеджа с медицинской эмблемой — чашей со змеей.

— Ух, — девушка, повернув голову, узнала стоящего на крыльце Яна.

Тот приветствовал их своей озорной улыбкой.

— Все-таки добился этот черт своей девушки, — радостно заметила Сара.

— О чем ты? — в голосе Алека отчетливо прозвучало недовольство.

Мужчине не понравилось, как по-свойски девушка отозвалась о другом волке. Даже несмотря на то, что бета Северной стаи объявил о своих брачных правах на молодую волчицу-доктора. Сара глянула на своего угрюмого волка и лишь покачала головой при виде его ревности.

Бурча себе под нос проклятия в адрес неких несносных девчонок с голубыми глазами, Алек вылез из машины и направился навстречу бете. Девушка поспешила присоединиться к нему, чтобы ничего не пропустить.

— Приветствую, альфа стаи Оруса, — Ян уважительно кивнул, приоткрывая горло в знак признания высшего статуса мужчины.

— Бета, — Алек усмехнулся, отвечая на приветствие. — Поздравляю с нахождением своей пары.

— Спасибо. В ближайшее полнолуние мы скрепим наш союз. Но думаю, не мы одни, — Ян кивнул на Сару и услышал тяжелый вздох альфы, что не могло не повеселить мужчину.

У девушки в этот момент на лбу залегла хмурая складка, показывая, что, даже не будучи оборотнем, она прекрасно распознала это проявление эмоций.

— Мы что, перенесем нашу церемонию на полнолуние?

— Нет, — отрезал Алек, показывая, что вдаваться в подробности не намерен.

— Брачный обряд волков происходит в полнолуние… — начал Ян, но стушевался под тяжелым взглядом альфы.

— И?.. Что же ты не продолжаешь? — переводя взгляд с одного мужчины на другого, поинтересовалась девушка.

— Сара, я расскажу тебе об этом дома. Мы здесь по другой причине и не хочется зря тратить время, — мягкость, с которой говорил Алек, могла бы успокоить любую другую, но Сара не позволила провести себя такой уступчивостью.

— Если ты думаешь, что прикрыл свои яйца и я забуду об этом, то и не надейся. Дома нас ждет долгий разговор, альфа!

Ян тут же расхохотался, разряжая накаляющуюся атмосферу.

— Судьба — та еще насмешница! Такому угрюмому волку досталась в пару этакая петарда с острым язычком!

— Бета, ты переходишь границы! — рыкнул Алек, раздраженный двойной дозой остроумия.

— Да, я — язва. И горжусь этим!

— Так его, девочка! Дай пять!

Ян поднял руку для символичного удара, и Сара тут же ответила ему, хлопнув по ладони.

— Давно пора было вытащить этого угрюмого волка из его норы. А то он при жизни превращался в старикашку!

— Да у моего отца и то побольше юмора в крови, а ему уже шестьдесят!

От смеха Ян сложился пополам, а после похлопал помрачневшего альфу по плечу.

— Что? Это же правда. Алек вдвое моложе, а иногда ведет себя, словно ему уже за восемьдесят перевалило.

— Почти.

— О чем ты? — Сара удивленно посмотрела на своего мужчину, на его стиснутые губы, что выдавали звериную свирепость, и тут ее глаза расширились от удивления. — Ты хочешь сказать, что тебе восемьдесят лет?!

Она практически кричала, заставляя мужчину морщиться. На ее крик из дома выбежала взволнованная девушка и устремилась к ним.

— Ян, что тут у вас происходит?

— Восьмидесяти нет, но еще пару лет и будет, — Алек заговорил одновременно с незнакомкой и их фразы слились в одну.

Сара переводила взгляд с девушки на своего волка, пытаясь понять, с кем поговорить важнее, и, конечно же, ее выбор пал на Алека.

— Подожди, — она выставила ладонь. — Как тебе может быть столько? Ты выглядишь не больше чем на тридцать!

Взволнованная девушка даже протянула руку и потрогала его лицо, проверяя кожу на ощупь, вызывая тем самым у Алека ироничную ухмылку.

— Обалдеть!

— Вы что, специально нервируете мою пациентку перед приемом? Чтобы я могла сразу накачать ее успокоительными? — недовольно спросила Эмилия, наблюдая разворачивающуюся возле собственного дома сцену.

— Родная, это все вожак соседней стаи. Он явно не научился за эти годы обращаться с девушками, — поддел Ян. — Алек, познакомься, это моя пара — Эмилия.

Альфа отметил, как неодобрительно заблестели глаза девушки, но чужие отношения мужчину мало интересовали, тут хоть бы со своей парой разобраться. Доктор, как и положено оборотню, склонила голову, слегка приоткрывая горло.

— Приятно познакомиться, — произнес Алек, сжимая при этом ладонь недовольной Сары в своей большой руке и успокаивающе поглаживая.

Его пара прищурилась, но переключила внимание на доктора.

— Привет, я наслышана о тебе, но мы так и успели познакомиться. Некий вредный волк, пытаясь удовлетворить меня орально, взял и укусил, тем самым заставив мучиться от течки, и в итоге обрюхатил! — со сладчайшей улыбкой скороговоркой выдала Сара.

На минуту повисла тишина. Потом Эмилия мягко рассмеялась и протянула руку в человеческом приветствии.

— Привет. Да, Соня много рассказывала о твоей прямолинейности, но, знаешь, у меня под боком сейчас живет похожий индивид, так что это уже не эксклюзивное качество и я привыкла. Рада, наконец, с тобой встретиться.

Улыбаясь, девушки пожали друг другу руки.

— Прошу, проходите в дом. На первом этаже я оборудовала приемный кабинет. Там есть все необходимое, чтобы осмотреть тебя и убедиться, что течка и правда дала результаты.

— А моя утренняя тошнота хорошее подтверждение этому? Или есть шанс, что это самовнушение?

— Сомневаюсь. В основном волки меткие стрелки. И часто супруг по запаху определяет, забеременела ли самка.

— Вот же проклятые везунчики! Теперь ясно, почему их самомнение раздуто до размеров земного шара!

Алек молча закатил глаза, пока бета откровенно над ним посмеивался. Альфа в который раз настраивал себя на привыкание к таким всплескам со стороны девушки. Она — яркий лучик, который своим теплом может не только согревать, но и обжигать. На самом деле Саре можно позавидовать. Немногие находят в себе смелость быть настолько открытыми. Ведь никогда не знаешь, кого ты впускаешь в свою душу.

Следуя за Эмилией, они прошли в дом и очутились в просторном кабинете, явно оборудованном самыми дорогими медицинскими приборами.

— Я вас оставлю на время обследования, — задержавшись в дверях, предупредил Ян. — На всякий случай, если не получится больше сегодня увидеться, то я рад снова встретиться с тобой, Сара. Особенно, не как с сестрой «луны», а как с полноправным членом нашего мохнатого сообщества.

— Спасибо, Ян. Не знаю, правда, радоваться данному факту или завывать от горя?

— Можешь попросить своего альфу научить тебя выть на луну! — своей шуткой Ян заработал недовольный рык от Алека, но бета просто отсалютовал другу и закрыл за собой дверь.

— Твоя пара — наглый и невоспитанный оборотень. Дрэйк слишком распустил своего бету.

— А то я не знаю, альфа! — проворчала Эмилия, и Сара не выдержала, рассмеялась. — Раздевайся и ложись на кушетку.

— Кушетка? Не кресло? — девушка кивнула в сторону гинекологического смотрового кресла.

— Начнем сразу с УЗИ, поэтому кушетка. Альфа, можете взять стул и присесть рядом.

Алек незамедлительно так и сделал под неодобрительным взглядом своей пары. Он чувствовал ее незначительную стеснительность и желание выпроводить его за дверь, но в то же время было в ней и осознание того, что Алек, как будущий отец, заслуживает того, чтобы быть рядом. Эти эмоции девушки наполнили его зверя теплом и умиротворением. А последнее он не ощущал настолько давно, что сейчас у него даже задрожали руки.

Его пара. Его дитя. Семья.

Это все, к чему так стремился раненый зверь.

— Разве УЗИ делают не на более позднем сроке? — допытывалась Сара, пока раздевалась.

Оставшись в бюстгальтере и приспустив джинсы, она умостилась на кушетке и смотрела теперь на Эмилию снизу вверх.

— Да, человеческим женщинам первый ультразвук назначают, начиная с девятой недели. Но ты, Сара, должна себя настроить и четко понимать, что твой ребенок не человек. Он — оборотень. Возможно, альфа. А значит, если ты надумала накупить кучу литературы о беременности, то это будут зря потраченные деньги. Даже сейчас, наблюдая беременность твоей сестры, я не могу точно предсказать, насколько ваши случаи будут похожи. Но я уверена в том, что плод будет развиваться быстро и твой срок с девяти месяцев сократится практически вполовину. Поэтому мы можем уже сейчас сделать первый снимок и увидеть эмбрион.

— Ты пугаешь ее, — тяжело проговорил Алек, подавшись вперед и сжав руку своей пары.

Все веселье Сары испарилось, сменившись тревогой перед неизвестностью и необратимостью происходящего.

— Прости.

— Нет, все хорошо. Мне необходимо все выслушать и понимать, что со мной происходит. Это ведь не шутки.

— Я уверена, причин для беспокойства нет, — Эмилия мягко улыбнулась, включая аппарат и подготавливая его к использованию. — Мы, оборотни, очень зависим от природы. И если она соединила сильного волка с человеком, то значит, и для продолжения рода создала все условия.

— Как представитель прагматичного человечества, могу сказать, что первая твоя речь звучала более убедительно.

Эмилия мягко засмеялась, качая головой.

— Я знала, что человек оценит подход с научной точки зрения. Ну что ж, гель слегка прохладный, но, думаю, это терпимо.

Доктор капнула на еще плоский живот Сары густой прозрачный гель и опустила на него датчик, начиная растирать вещество по коже.

— Так, а вот и наша фасолинка, — сладко проговорила Эмилия, уверенно водя прибором по животу Сары. — Оу…

— Что? — одновременно всполошились будущие родители, Алек даже подался вперед, всматриваясь в черно-белый монитор.

— В полости матки точно одно плодное яйцо, но… — пробормотала девушка, внимательно всматриваясь в экран.

В кабинете мгновенно повисла тишина. Минуты тянулись непривычно долго. Сара задержала дыхание, ощущая озноб, бегущий по спине. Алек напрягся, но не подгонял доктора.

— Да! Это невероятно! — радостно вскрикнула, наконец, Эмилия, поворачиваясь к ним. — Вижу два эмбриона!

— Не может быть, — пораженно выдохнула Сара, уставившись на сраженного наповал мужчину. — Да чтоб на твой детородный орган бетонная стена упала!

— Сара! — Эмилия впервые наблюдала такую реакцию на столь важную новость.

— Меткий стрелок, да? Я только привыкла к мысли об одном ребенке, а ты мне сразу два подарил.

Девушка откинула голову на кушетку и уставилась в потолок, начиная считать воображаемых барашков.

— Раз барашек, два бараш…

— Сара, что ты делаешь? — к Алеку, кажись, вернулся голос, пусть он и звучал хрипло.

— Успокаиваюсь! Мне же теперь нельзя волноваться. Вдвойне!

— На самом деле, — деловым тоном начала пояснять Эмилия, — для оборотней свойственно иметь до пяти плодов. Поэтому то, что я обнаружила сразу два, неудивительно.

— Ты меня успокоила, — пробурчала девушка, продолжая свой глупый счет: — Пять барашек…

— Удивительно другое…

— Теперь я снова нервничаю!

— Пока еще рано говорить, но, скорее всего, это однояйцевые близнецы.

— Ну, это не меняет сути того, что их двое.

— Сара… — Алек, впервые оказавшись в такой ситуации, не знал, как ему поступить.

Сейчас он невероятно остро понял, как глупо было насмехаться над другом и как судьба отплатила ему за его резкость и категоричность. Она дала ему двойной пинок под зад. Ведь и правда, несмотря на то что у их самок считалась нормой беременность целым выводком, Алек был полностью уверен, что с человеческой парой у него будет только один щенок. Потому что в этом плане природа была к оборотням жестока. И если их сильным самкам удавалось выносить максимум троих, и это в самых редких случаях, то простой женщине и с одним будет тяжело. А Алек не хотел подвергать свою пару опасности.

— У оборотней не бывает близнецов, Сара, — тихо произнесла Эмилия, и эти слова словно приговор упали на сердце мужчины.

Алек сильнее стиснул руку своей пары, а волк внутри беспокойно зашевелился. Тревога за пару сжала его внутренности.

— Почему?

— Каждое следующее оплодотворение происходит с другой яйцеклеткой, тогда как появление близнецов предполагает деление на две части одной. У самок оборотней такого деления не происходит никогда. Чаще всего у нас бывают множественные оплодотворения, когда одна часть яйцеклеток оплодотворяется при одном совокуплении, вторая — при другом. Так у самки образуется целый помет.

— Бр-р-р! Достаточно, слишком много информации для меня. Причем пугающей. Скажи просто: с ними все нормально?

— По результатам первого наблюдения все отлично, — доктор ласково улыбнулась.

— Фух, — выдохнула Сара, ощущая, как от необычной информации начинает кружиться голова. — А я могу посмотреть на них?

— Конечно, — Эмилия повернула монитор так, чтобы девушка видела изображение. И показала пальцем. — Вот эти две…

— Креветочки, — подсказала Сара, и на нее удивленно уставились и альфа, и ее новый, теперь уже постоянный (девушка сомневалась, что когда-либо наведается вновь в обычную клинику), врач. — Ну а что? Мне отсюда кажется, что это креветочки.

— Женщина, не называй так моих щенков!

Сара отмахнулась от возмущения своего мужчины. Встревожено, но с трепетом она, не отрываясь, смотрела на монитор.

— Привет, мои малыши, — ее голос звучал настолько нежно и ласково, что Алеку даже не верилось, что его пара может так говорить. — Вам досталась буйная и чокнутая мамочка, но я обещаю, что буду любить вас, какими бы вы ни были. А также дрессировать вашего папочку, чтобы он стал более спокойным и уравновешенным.

— С тобой это невозможно, — буркнул мужчина, слегка отвернувшись, но этим он просто хотел скрыть тот факт, что его глаза неожиданно заслезились.

Мужчины не плачут. А вожаки тем более. А то, что глаза защипало, так это просто ресница сломалась и попала под веко.

— Вот, возьмите, — Эмилия протянула новоиспеченной паре распечатанное небольшое черно-белое изображение. — Я возьму у тебя еще пару анализов и тогда отпущу вас.

— Тогда я оставлю вас на время.

Алек быстро поднялся и, избегая взгляда своей пары, покинул помещение.

— Такое чувство, что за ним волки гнались, — буркнула девушка при виде позорного отступления своего мужчины.

— Кажется, новость о близнецах в большей мере затронула его, нежели тебя. На самом деле, хоть вы с Соней и сестры, но ты реагируешь на все с большей долей оптимизма и спокойствия.

Эмилия подала своей новой пациентке полотенце, чтобы та вытерла гель, и принялась подготавливать инструменты для взятия анализа крови и мазка.

— Просто я не вижу смысла буянить и пытаться сбежать. Все равно догонит, все равно не отпустит и третье все равно — мы уже связаны. Это случилось по воле обстоятельств, моего взбалмошного характера и его неосторожности. Изменить прошлое нельзя, нужно смотреть вперед и стараться наладить отношения. Тем более что этот мужчина мне нравится и даже больше. Он вызывает много неоднозначных чувств. Таких… таких…

— Раздражающих? — подсказала Эмилия и девушки пристально посмотрели друг на друга, а после рассмеялись.

— Да, именно это слово, — вытирая слезы, согласилась Сара. — Но ты знаешь, мой папа часто повторял, что я рождена для того, чтобы свести своего мужа с ума. И я решила, что Алек достоин такой участи.

— Это точно. Ложись и мы продолжим.


Альфа, слушая разговор девушек, только покачал головой. Эмилия была прекрасно осведомлена о том, что их слух поможет ему уловить каждое слово, и, скорее всего, специально завела эту беседу. Сара, по-видимому, об этой их способности забыла. Ну и пусть. Иногда полезно узнать, что о тебе думает твоя пара, потому что иначе попробуй еще пойми эту барышню.

А Алек был представителем того типа мужчин, что очень плохо разбирались в женских мыслях и поступках. Он оперся руками о деревянное ограждение веранды и загляделся на успокаивающую зелень леса.

Близнецы. Мальчики. Его плоть и кровь. Он уже и не надеялся когда-либо даже помыслить о собственных детях, не то что реально подойти к их появлению. Но природа распорядилась по-своему.

И впервые тугой комок в его груди, сотканный из боли от потери и безысходного одиночества, расслабился. Алек еще не был готов полностью забыть о нем и простить себя, но наконец-то осознал, что, возможно, он достоин второго шанса. Может, пора отпустить Химену и перестать наказывать себя?

Их отношения закончились чудовищно и до ужаса печально, но волк внутри давно ощущал лишь равнодушие по отношению к погибшей паре и горечь. И только человеческая половина продолжала скорбеть, оплакивая последние дни жизни женщины, которую он называл своей.

Парадоксально, но теперь другая получила этот статус, и зверь под его кожей рычал об этом снова и снова.

«Моя!» — билось в его крови, наполняя вены.

«Моя!» — стучало в ушах и отзывалось в пульсе.

«Моя!» — четко и властно, чтобы сам Алек не мог усомниться в ее значимости для волка.

И зверь ждал, с жадным предвкушением ждал полнолуния, чтобы доказать это окончательно. Скрепить их союз под светом луны в окружении своей стаи. Правда, Алек опасался реакции девушки после того, как он объяснит ей, что ее еще ожидает. Поэтому и настаивал на бракосочетании перед полнолунием. Дабы успеть надеть на тонкий пальчик свое кольцо и перед людьми уже официально считаться ее супругом.

Потому что после этого, когда Сара начнет крушить в приступе гнева их дом, он смело сможет объявить ей, что она портит общее имущество. И если его вещей будущая жена не жалеет, то он надеялся, что когда они в ее глазах перейдут в разряд ее личной собственности, их ценность увеличится.

Через пятнадцать минут девушки смеясь вышли на крыльцо, и Алек порадовался прекрасному настроению невесты. То, что Сара не устраивала сцен, не психовала по поводу открывшихся фактов и даже с долей ответственности приняла это, успокаивало и давало надежду на благополучное будущее. А ведь альфа очень боялся, что она потребует аборта. Волк чувствовал, что его пара никогда на такое не пойдет, но рациональная часть все равно опасалась подобного исхода.

И он признался себе, что облегченно выдохнул, услышав ее слова, обращенные к еще нерождённым детям.

Бета Северной стаи вернулся как раз перед их отъездом. Алек успел перекинуться с ним парой слов и из разговора сделал вывод, что не все так гладко на их территории. Но между вожаками, что состояли в дружеском и партнерском альянсе, действовало негласное правило — в дела и заботы чужой стаи не лезть, пока не попросят твоей помощи. А так как Дрэйк к нему не обращался, то Алек и не собирался вникать в его проблемы. Не маленькие, разберутся.

Пожав напоследок Яну руку, он обошел автомобиль и открыл переднюю дверцу.

— Сара, нам пора! — позвал альфа свою заболтавшуюся пару, в ответ получил недовольный взгляд.

— Я хотела бы дождаться сестру!

— «Луны» нет сейчас на территории, но я могу передать ей все твои слова, — бета сладко улыбнулся.

— Если на Эмилию твоя улыбочка не действует, то почему ты решил, что я на нее поведусь?

— Потому что иногда нужно смириться и принять сложившуюся ситуацию, а не пытаться добиться своего.

— Ян! — постаралась пристыдить мужчину Эмилия, но на того ее злой окрик не подействовал.

— Все же ты наглый волчара! И месть моя будет страшна! — Сара пригрозила ему, но улыбка выдала девушку с головой.

Сдавшись, она села в автомобиль, Алек захлопнул за ней дверь и обошел машину спереди. Когда отъезжали, Сара помахала на прощанье рукой и лишь потом повернулась к своему жениху.

— Ты вел себя грубо.

— Я — альфа, мне можно, — усмехнулся он.

— И не думай, что я забуду о том, как ты изолировал меня от сестры.

— Не сомневаюсь. Будешь мстить?

— Не-а, просто выйду за тебя!

— Жду не дождусь этого, — весело рассмеялся мужчина, в который раз осознавая, как много он веселится в обществе своей неугомонной пары.

Эта девушка привнесла в его жизнь яркие краски, и Алек чувствовал, что с годами они будут становиться только более сочными и зрелыми, но никогда не потеряют своей яркости.

Глава 15

— Ты никуда не поедешь и точка! — оглушительно ревел Алек, сверкая желтыми от гнева глазами, выдающими сейчас его животную суть.

Последние дни всей этой подготовки к свадебному торжеству, казалось, предназначались для испытания его выдержки на прочность. Стая уже даже не реагировала на яростные крики будущих супругов, которые ругались практически по любому поводу. Единственным плюсом этих ссор были, конечно же, такие же яркие примирения. Но даже эти примирения не утоляли раздражение мужчины до конца, так как Сара все еще категорически отказывалась переезжать к нему. Поэтому вот уже четвертое утро подряд альфа спозаранку уходил из дома своей пары в свой, чтобы принять душ и переодеться.

— То, что я выхожу за тебя, не означает, что ты можешь запереть меня на своей территории и никуда не выпускать. В нашей стране свободу передвижения еще никто не отменял, даже для оборотней! — Сара гордо вздернула подбородок и скрестила руки на груди.

— Просто подожди до завтра, и я сам съезжу с тобой в город!

Возможно, доводы Алека и были разумными, но они полностью шли вразрез с планами девушки, поэтому она и не собиралась отступать.

— Ни за что! Я отправляюсь в торговый центр сегодня же! Сама!

— Черт, до чего же ты упрямая! — вскипел мужчина и в попытке успокоиться провел руками по голове, пропуская сквозь пальцы короткие волосы.

— Да! И тебе пора привыкать к этой моей черте!

— А тебе пора усвоить, что никто не оспаривает мое слово! Я — альфа этой стаи, и мои решения не подлежат обсуждению!

— Будь ты хоть президентом, мне все равно! — Сара даже ногой притопнула для убедительности.

Нисан и Даррел вздрогнули и сделали вид, что не слышат, как их вожаку противостоит человеческая девушка, тогда как все остальные самки просто склонили бы голову и сделали, как он велит. Очевидно, что альфу поведение избранницы сбивало с толку и выводило из себя. Потому что тот перешел на рык, чего старался не делать из-за беременности подруги. Кстати, последним он еще больше раздражал Сару, которая пыталась доказать, что беременность не болезнь, и гиперопека, которой ее окружили, абсолютно лишняя.

Поэтому большинство членов стаи тщательно избегали необходимости оказываться рядом в такие моменты. Под разными предлогами они скрывались с мест, где пара вступала в конфликт, сводя с ума не только себя, но и всех остальных. Сегодня же удача отвернулась и от беты стаи, и от друга «луны».

Первый присутствовал здесь, потому что вместе с Алеком собирался на лесопилку, когда тот столкнулся со своей будущей женой. И произошло это как раз в тот момент, когда девушка пыталась угнать их автомобиль. Второй оказался рядом, так как намеревался отговорить неугомонную «луну» от глупой идеи выехать в город без разрешения вожака. В итоге оба стали свидетелями очередной стычки.

— Женщина! Да как ты не поймешь, что я волнуюсь за тебя?! Ты беременна, и это естественно для моего волка — стараться защитить тебя и оградить от всех возможных опасностей!

После таких слов Сара не могла больше дуться, но и сдаваться тоже не собиралась.

— Поездка в торговый центр не несет никакой угрозы, — более миролюбиво начала она.

— А если у тебя закружится голова и ты упадешь в обморок? Или начнет тошнить? А вдруг к тебе пристанут какие-то уроды? Я не желаю, чтобы ты без меня находилась среди толпы людей!

Она закатила глаза, услышав такие глупые причины, но, мысля рационально, была вынуждена признать, что пока не успокоит его внутреннего защитника, то и шага за территорию стаи не сделает.

— Тогда приставь ко мне какого-нибудь оборотня в охрану и дело с концом!

В глазах Алека заблестели ревнивые огоньки, показывая, что и этот выход не кажется ему идеальным.

«Вот же чертов собственник! — мысленно выругалась девушка. — Но это так заводит!».

И тут поза мужчины моментально утратила свою напряжённость, а идеальная бровь вопросительно изогнулась.

— Что?

— Мои действия заводят тебя? — он самодовольно хмыкнул, делая шаг к девушке.

— Как ты… А, не важно, — Сара отмахнулась от вертевшегося в голове вопроса и заставила себя сосредоточиться на насущной проблеме. — Это не изменит моего решения поехать сейчас же в торговый центр! Так что убери с лица эту улыбочку и отпусти меня на шопинг! В конце концов, мне необходима расслабляющая терапия после пребывания среди вас — блохастых неандертальцев!

— Сара! Теперь ты оскорбляешь не только меня, но и нашу стаю!

— Да мне все равно…

— Альфа… — неожиданно подал голос Даррел и закашлялся, прочищая горло, что сжалось от страха перед силой вожака, рыкнувшего на него.

— Не рычи на моего друга!

— Простите, альфа. Кхм. Я тоже считаю решение «луны» необдуманным, но раз она так уперлась, то я могу составить ей компанию.

— Вот видишь, вопрос решен. Я буду не одна. И, Даррел, я тебе еще припомню «необдуманное»!

Алек снова недовольно рыкнул, готовясь высказать все, что он думает об общении этого самца со своей парой. Ревность клубилась в его душе густым туманом, и только реальное отсутствие сексуального интереса к Даррелу со стороны девушки напоминало, что эти опасения беспочвенны.

— Не хочешь, чтобы это был Даррел, отправь Нисана.

Последнего явно не радовало такое развитие событий, но он смолчал, готовый выполнить любой приказ вожака.

— Нисан нужен мне на лесопилке! — сквозь стиснутые зубы процедил Алек.

— Тогда я еду сама!

— Нет! Ладно, бери с собой Даррела, — альфа, наконец, сдался, и в его груди потеплело от радостной улыбки будущей жены.

— Спасибо, дорогой, — в порыве благодарности она поцеловала его в щеку и побежала к машине.

— Можешь взять мою кредитку!

— Она уже у меня, — спокойно сообщила ему Сара, забираясь на место водителя и ожидая, когда друг присоединится к ней.

— Невозможная женщина, — покачал головой Алек под тихий смешок своего беты и повернулся к Даррелу, который все еще не верил в то, что Сара смогла переубедить их вожака.

— Глаз с нее не спускаешь! Отвечаешь головой!

— Конечно, альфа.

— И если только ты позволишь себе что-то личное… — предупреждающе рыкнул Алек.

— Никогда, альфа! Я знаю, что она всецело твоя. Никто не решится перейти тебе дорогу.

— Хорошо. Можешь идти.

Даррел быстро подошел к автомобилю и запрыгнул на переднее сиденье. Как только дверца за ним захлопнулась, Сара тронулась с места. Еще и посигналила своему мужчине на прощанье.

— Наглая, невыносимая, дерзкая девчонка!

— Но зато твоя истинная пара, — Нисан успокаивающе похлопал друга по плечу.

— Да я с ней поседею раньше времени!

— Зато теперь ты не можешь нарекать на серую обыденность и ежедневную рутину. Она — твои яркие краски.

— И моя головная боль. И как теперь сосредоточиться на работе, когда моя беременная пара находится чёрте где?

Нисан лишь рассмеялся, глядя на расстроенного друга. Сегодня на лесопилке ни одна оплошность не будет прощена. С таким ярым желанием вожака поскорее закончить работу никто не поспорит. Ох и жаркая же предстоит смена!


Даррел, оглядываясь по сторонам, словно дикарь, нес несколько пакетов с логотипами брендовых бутиков. На лице мужчины застыло выражение глубокой обреченности. Девушка же забавлялась его реакцией на привычное для торговых центров скопление людей. Вертя в руках рожок с мороженым, она практически готова была пожалеть друга и закончить на сегодня с покупками. Практически. Не считая последнего, но самого важного, по ее мнению, пункта.

— Ты уверена, что нам стоит туда идти? Может быть, ты закажешь все, что тебе необходимо в этом бутике, через интернет? — с надеждой спросил Даррел.

— Я хочу сделать будущему мужу в нашу брачную ночь особый подарок.

— Избавь меня от подробностей! — он смущенно откашлялся, вызывая у девушки очередной приступ веселья.

— Тогда посиди вот здесь на лавочке, я зайду на пару минут, куплю все необходимое и вернусь.

Даррел посмотрел на металлическую лавочку, потом на бутик с эротическим женским бельем. Его брови сошлись на переносице, а лицо насупилось.

— Альфа приказал не отходить от тебя.

— Я же не спорю, — девушка пожала плечами, заканчивая при этом поедать свое мороженое. — Хочешь — пошли!

— Сара, это издевательство чистой воды!

— А по-твоему, почему я настаивала на самостоятельной поездке? Мне нужно, чтобы Алек не знал о подарке. Все, я пошла, а ты решай: ждешь здесь или присоединяешься?

Не успел мужчина оглянуться, как Сара уже скрылась в бутике. Всеми фибрами души ощущая величину подставы, Даррел все же уселся на лавочку и приступил к пристальному наблюдению за стеклянной дверью, ведущей в магазин женского белья. От смущения его шея постепенно наливалась красным цветом, но он подавил чувство стыда, просто представив, как альфа откручивает ему голову после того, как узнаёт, что он оставил его пару одну. Но стоит признать, что результат был бы тот же и если бы Алеку сказали, что он пошел за ней внутрь бутика. Как ни крути, а все равно Даррел попадал впросак. После такого мужчина зарекся доверять девушкам с хитрыми улыбками.

Сара внимательно изучала ассортимент магазина, перебирая откровенные комплекты. Ее фантазия то и дело подкидывала жаркие картинки того, как будущий муж срывает эти прозрачные кружева с ее тела. К сожалению, такие дорогие вещи не переживут брачной ночи, превратившись в жалкие обрывки ткани.

— Сара Ливерст?

— Да? — девушка повернулась на звук своего имени и увидела молодую пару.

Мужчина пристально оглядывался вокруг, весь такой напряженный и угрюмый. И Сара даже восхитилась его храбростью и отсутствием комплексов, позволившими зайти в женский магазин. Девушка же нервничала, но при этом слабо улыбалась и смотрела только на нее, чем вызвала у Сары интерес. В памяти их лица не всплывали, а значит, они точно не были знакомы до сегодняшнего дня. Так что же эти молодые люди хотят от нее?

— Я понимаю, что, возможно, мои слова прозвучат странно, но прошу вас, выслушайте. Мы можем вам помочь.

— В чем помочь? — Сара нахмурилась.

— Мы можем помочь также и вашей сестре. Наши люди, — она явно выделила последнее слово, — следят за ней, но, к сожалению, ее муж, — снова выделение статуса Дрэйка, — не оставляет ее ни на минуту. Оказалось, что к вам легче подступиться.

— Я все еще не пойму, чего вы от меня хотите.

— Кита, заканчивай с этим побыстрее! Он может учуять меня в любую минуту, — вдруг резко произнес мужчина, и эти слова заставили Сара встревожиться.

Потому что было предельно ясно, о ком он говорит и что имеет в виду. Вот только осознать происходящее оказалось тяжелее.

— Мы работаем на правительство, которое давно присматривается к определенным люд… личностям. И то, что вас втянули в этот животный мир, невероятно жестоко. Поэтому мы предлагаем вам свою помощь. Сейчас возле черного входа находятся наши люди, готовые увезти вас и спрятать от преследования. Мы побеспокоимся и о ваших родителях. Защитим их от преследования со стороны этих существ.

Сара насупилась, обдумывая слова девушки.

— Вы говорите об Алеке? Это от него вы собрались меня защищать?

— Да! Этот зверь удерживает вас в плену, заставляет стать своей племенной (простите за сравнение) кобылой. Мы можем спасти вашу жизнь от этого монстра и избавить вас от его щенков! — лицо девушки исказила гримаса отвращения.

— Пошли!

Она резко двинулась вперед и, схватив Сару за руку, дернула ее к себе.

— Отпусти меня! Ненормальная! Я никуда с вами не пойду! И тем более не позволю навредить моим детям!

— Поздно, Кита, ей промыли мозги. Пора убираться! — прокомментировал мужчина, оглядываясь на дверь бутика.

— Да пойми же ты! Они — мерзкие животные! Мы можем помочь тебе!

— Они — люди! Такие же, как и мы, просто особенные! — возмутилась Сара.

В ее душе поднялось нешуточное негодование на тех, кто посмел унизить ее мужчину. У Алека были свои тараканы в голове и да, иногда он покрывался шерстью, но это не делало его «мерзким животным». Она не могла понять, кто эти люди и как они узнали об оборотнях. Но чувство тревоги, которую вызвало их заявление, заставило девушку отступить на шаг, обдумывая, как бы побыстрее добраться до Даррела. Крик Сара оставила напоследок.

— Значит, тебе нравится трахаться со зверем? Тебя нужно уничтожить, как и их! Такие больные не поддаются лечению! — злобно прошипела ей девушка, в то время как ее сопровождающий попытался увлечь Сару за собой.

— Даррел! — Сара не выдержала, и хотя явной опасности не было, ее уже трясло от пережитого напряжения.

— Сука! — выругался мужчина, бросил на нее яростный взгляд и вместе с девушкой быстро устремился к служебному помещению.

Перепуганный Даррел ворвался в бутик и кинулся к Саре. Увидев, что его «луна» в порядке, он принялся обнюхивать воздух вокруг нее. Продавщицы, тоже напуганные ворвавшимися к ним людьми, подозрительно косились на них.

— Я уже вызвала охрану. С вами все в порядке? — спросила подошедшая к ним женщина, на бейджике которой виднелась надпись «администратор».

— Сара, с тобой все хорошо? — взволнованно поинтересовался Даррел, подавляя желание кинуться в погоню за врагами.

Оставлять «луну» в одиночестве сейчас было нецелесообразно. Лучше упустить обидчиков, нежели подвергнуть опасности девушку.

— Со мной все отлично. Они ничего не сделали. Просто говорили, — Сара попыталась успокоить друга вымученной улыбкой, но тот лишь бросил на нее встревоженный взгляд.

Девушка чуть заметно отрицательно покачала головой, не понаслышке зная, какие эти оборотни сверхзаботливые. На самом деле она не столько испугалась, сколько была сбита с толку. Она и не подозревала, что есть люди, посвященные в секрет существования оборотней. А эти люди, как оказалось, еще и пропитаны ненавистью. Необходимо срочно переговорить об этом с Алеком.

— Они ушли по служебной лестнице. Можно посмотреть записи с камер видеонаблюдения, но, думаю, их уже и след простыл. Проверьте, не пропало ли что-нибудь, дабы мы могли вызвать полицию и оформить кражу, — охранник явно запыхался, его слова звучали с паузами, он прерывался, чтобы отдышаться. Явно нечасто ему на работе выпадали такие испытания.

— Нет, все на месте. Возможно, девушка вовремя их спугнула, — ответила женщина-администратор, и охранник, разведя руками, быстро распрощался с ними.

— Простите за причиненные неудобства. Если вы все еще желаете сделать у нас покупку, наш магазин с радостью предоставит вам двадцатипроцентную скидку, — сладко пропела администратор, обращаясь к Саре.

— Да, вот этот комплект, пожалуйста, — девушка указала на темно-бордовый пеньюар, полностью прозрачный, с трусиками из кружев.

— Желаете примерить?

— Нет, поверю указанному здесь размеру. Вот кредитка.

— Сейчас оформим.

Женщина улыбнулась и направилась к стойке. Воспользовавшись этим, Даррел наклонился к Саре и зашептал:

— Ты точно в порядке? Черт, альфа оторвет мне голову, если это не так. Пожалей мою башку, ответь честно!

— Дар, все нормально. Успокойся. Я же говорю, они просто разговаривали, а когда попытались потащить меня за собой, я позвала тебя. Так что ничего страшного не случилось.

— Сам факт того, что они подошли к тебе, уже пиздец какое дело.

Сара отвела взгляд от стойки с терминалом и посмотрела на друга, вопросительно изогнув свою красивую бровь.

— Кто они?

— Не знаю, — процедил мужчина. — Точно люди. Запаха другого оборотня я поблизости не чую. Но что-то в их аромате было специфическое. Такое чувство, что они сами долго находились среди представителей моего вида или нечто в этом роде. Характерный оттенок слишком въелся в их собственный человеческий запах и теперь хорошо прослеживается.

Носик девушки сморщился, когда она подумала о таком четком определении запахов. Мысли путались в голове. Ненависть, с которой чужаки отзывались об оборотнях, исключала возможность их тесного сотрудничества с ними. Что-то во всем этом не сходилось.

Черт, и как раз перед ее свадьбой! Словно нервотрепки с торжеством было мало, добавился еще и этот ребус. Теперь Алек и на шаг ее от себя не отпустит. Гиперопека в квадрате, вот что ее ждет.

— Возьмите, — администратор протянула ей бумажный пакет с эмблемой бренда и кредитку Алека.

— Спасибо.

— Надеюсь, данный инцидент не повлияет на ваш выбор и вы предпочтете наш бренд в качестве своего любимого.

— Все зависит от моего будущего мужа, — с улыбкой пояснила Сара, и женщина тут же покосилась на Даррела. Ах, миленькую леди заинтересовал ее спутник и теперь огонек в ее глаза притух. — Отпустит он меня еще раз за покупками сюда или предпочтет запереть за семью замками.

— Я не ее муж, — отчеканил мужчина. — Если ты закончила, поехали домой.

Даррел потянул посмеивающуюся Сару за собой, по пути подбирая брошенные пакеты.

— А ты явно понравился Миссис администратор.

— Мы не заводим отношений с людьми, — упрямо глядя только вперед, буркнул мужчина.

— Ах, скажи это Дрэйку и Алеку.

— Они — особый случай.

— Ну конечно. Я уверена, что твой «особый случай» тоже ходит где-то рядом.

Мужчина никак не прокомментировал эти слова, уверенно направляясь на парковку. Нарушил молчание Даррел, только когда открыл для Сары дверцу автомобиля.

— Этим разговором ты никак не изменишь тот факт, что мы сейчас позвоним вожаку и сообщим о произошедшем.

— Блин, дай девочке попробовать, — пробормотала себе под нос Сара, зная, что он все равно ее услышит.

Но Даррел лишь хмыкнул и сел на место водителя, настраивая телефон на громкую связь. Сара демонстративно сделала глубокий выдох как раз перед тем, как на весь салон прозвучал грозный голос ее будущего мужа:

— Даррел?

— Альфа, с нами в одном бутике случился неприятный инцидент…


Как только машина припарковалась возле их дома, Алек подскочил к ней и резко открыл дверцу переднего сиденья.

— Как ты, малышка? — ласково спросил он, вытягивая Сару из автомобиля и нежно прижимая к себе, словно боясь, что она сейчас растает в воздухе.

Девушка послушно позволила этим крепким рукам сжать свое тело. Она положила ладонь на его грудь напротив сердца и начала поглаживать круговыми движениями, успокаивая яростный стук. Ее волк волновался. А какой женщине не понравится такая забота? Наверное, той, которая знает, что это может вылиться в тотальный контроль. Слишком впечатлителен ее избранник.

— Алек, все хорошо, — Сара говорила спокойным уверенным голосом, без единой шутки и подколки, словно общаясь с разъяренным животным.

Хотя в этот момент он именно так и выглядел. Ей необходимо было успокоить своего обезумевшего от волнения волка. Его тревога клубилась вокруг них, да еще и по узам затрагивала всю стаю. Она и не представляла, что мужчина до такой степени испугается. Но его страх был очевиден всем. Липкий привкус остался, кажется, даже на ее коже, заставляя задыхаться в сильном обхвате крепких рук.

— Дорогой, мне нечем дышать, — тихо прошептала она, легкими касаниями пройдясь по его спине.

— Прости.

Алек с трудом выпустил свою пару из рук, но оставался достаточно близко. Его ладони обхватили ее лицо, и он приподнял его, заставляя посмотреть себе прямо в глаза.

— Тебе точно ничего не сделали?

— Нет. Они просто говорили.

— И что они хотели? — вопрос прозвучал с рыком, потому что зверь из-за ощущения опасности подобрался слишком близко к поверхности.

— Спасти меня, — Сара невольно пожала плечами, но когда глаза Алека вспыхнули янтарем, поняла, что нужно быть аккуратной в своих словах и действиях.

Складывалось впечатление, что альфа сейчас сорвется с места и бросится в город, выискивать тех, кто посмел подойти к его паре и напугать ее. Инстинкт защитника в нем был настолько силен, что пугал самого Алека. Ведь если когда-нибудь с его парой хоть что-то произойдет, он просто не сможет пережить этого. Когда умерла Химена, то только стальной самоконтроль помог мужчине собраться и продолжать жить. Но одна мысль о том, что Сара в опасности, и яростное безумие охватывает его разум.

— Спасти тебя? От чего?! — прогремел он.

— Слушай, родной, не кричи! У меня лопнут барабанные перепонки, и я больше не смогу тебя слышать! — возмутилась Сара, пытаясь своей непосредственностью заставить его свернуть с «тропы войны».

— Пожалуйста, ответь мне.

— От тебя спасти! От кого же еще? Женщина сказала, что они работают на правительство, вот только я не уверена, можно ли верить этим словам. Но то, что они знают о существовании оборотней, это сто процентов. Она с таким презрением говорила о неких личностях, за которыми они следят… Каждый раз, когда она произносила «животные», ее лицо кривилось от отвращения. Я думала, что никто из людей даже не подозревает о вашем мире, но, оказывается, есть те, кто хорошо осведомлен.

Взгляд Алека потяжелел, а линия челюсти напряглась. Он с минуту обдумывал слова Сары, испытывая внутренний страх: а вдруг бы она пошла с ними? Может, она желает избавиться от него и втайне разделяет мнение этих людей? Но тут его пара прильнула к нему, доверчиво и свободно.

— Люди не должны испытывать такую ненависть. Это расизм в чистом виде. Я не понимаю такого.

Алек снова прижал ее к себе, расслабляясь и отпуская тяжелые мысли.

— Мне не нравится это. Вчера звонил Оскар. Что-то странное происходит около его территории, и он уверен, что это проделки людей. А теперь еще и случившееся с тобой. Необходимо снова связаться с ним и выяснить, что он думает по этому поводу.

— Оскар — это один из тех мужчин, которые стояли рядом с тобой и Дрэйком на приеме? Второго, по-моему, звали Грег.

— Да. Они вожаки соседних стай и мои друзья, — пояснил Алек. — Даррел!

Альфа посмотрел на стоящего за машиной мужчину. Тот, виновато опустив голову, мялся в стороне.

— Как ты мог не заметить их?

— Альфа, это огромный магазин, — вина сквозила в его голосе. — Он кишит людьми. И когда я ощутил их запах, то просто решил, что это еще одна парочка, явившаяся за покупками. Прости, виноват.

— Он не виноват! — быстро встала на защиту друга Сара.

— Он был обязан не отходить от тебя ни на шаг! — прорычал Алек.

— Я приказала в этот бутик со мной не идти. Это был магазин женского белья, — шепотом добавила девушка. — Или ты бы хотел, чтобы он присутствовал при примерке?

— САРА!

— Ну все, не рычи. Я шучу. Поэтому и попросила его остаться возле входа.

— Больше никаких поездок без меня!

— Так и знала, что ты это скажешь! — девушка резко отстранилась от мужчины и скрестила руки на груди. — Тиран!

— Значит, ты выходишь замуж за тирана! Но это мое последнее слово! Один раз я пошел у тебя на поводу и вот к чему это привело.

Сара скривилась, демонстративно молча достала из багажника свои пакеты и прошла мимо альфы в сторону своего дома.

— Сара!

Его окрик ни к чему не привел. Девушка не остановилась и не обернулась, ясно показывая, насколько считает его неправым.

— А чтоб тебя! — мужчина со всей силы ударил ногой по колесу автомобиля, даже не заметив, как быстро скрылся Даррел, боясь попасть под горячую руку.

Но у Алека сейчас были проблемы поважнее, нежели умасливание вздорной пары. Он снова напомнил себе, что Сара еще слишком молода по сравнению с ним и ее пустые обиды пройдут. Главное — ее безопасность. И об этом он позаботится в первую очередь.

Глава 16

Алек вошел в кабинет, мысленно призывая к себе Нисана. Сам тем временем устроился за своим рабочим столом и, открыв ноутбук, запустил авторизацию в программе скайп. То, что оборотни тяготеют к природе, не означает, что они пренебрегают людскими технологиями. Иконка Оскара горела зеленым, подтверждая, что друг в сети. Можно было бы, конечно, заодно вызвать Грега и Дрэйка, но у последнего и без того проблем хватало, а первый сейчас был вне доступа. Поэтому Алек решил, что стоит в первую очередь переговорить с Оскаром, который как раз и заметил странности, а потом при необходимости посвятить и остальных вожаков.

Сигнал вызова прозвучал в комнате. Через пару секунд он смолк, на экране возникло изображение Оскара и друг приветливо кивнул:

— Алек.

— Привет, дружище.

— Я слышал о будущем бракосочетании и твоем спаривании. Поздравляю с нахождением истинной пары.

— Спасибо. По человеческим обычаям я должен был бы пригласить твою наглую рожу на наше маленькое семейное торжество, но по законам стаи тебе у нас делать нечего, — хмыкнул Алек, и его друг расхохотался.

— Мне стоит обратиться за приглашением к твоей невесте? — подколол Оскар, посмеиваясь над грозным оскалом всегда сдержанного альфы.

— Только попробуй!

— Я уверен, она будет рада видеть меня на этом мероприятии. А вспоминая ее остренький язычок, это будет то еще зрелище!

— Смейся, смейся, но твой черед тоже придет.

— Эх, я рожден, чтобы дарить радость многим волчицам. Вряд ли какая-то из них сможет обуздать моего волка, — пафосно заявил мужчина.

— А если это будет человек?

— Несмотря на новую тенденцию, не думаю, что нашим краям снова так повезет. Вы с Дрэйком уникальны. А ты — тем более. Надеюсь, ты уже поделился с будущей женой своим прошлым?

— Зачем? Это прошлое. Нет смысла его ворошить, — в голосе Алека прозвучали стальные нотки.

Его губы сжались в твердую линию, а выражение лица потеряло былую мягкость. В этот момент дверь открылась и в кабинет вошел его бета.

— Достаточно обсуждать мою жизнь, есть более важные вещи.

— Что-то произошло? — Оскар моментально стал серьезным, настраиваясь на предстоящий разговор.

— Я попросил Нисана присоединиться к нам, чтобы не рассказывать дважды, — Оскар кивнул, соглашаясь с присутствием заместителя стаи Оруса. — Сегодня у моей пары состоялась неожиданная встреча. В магазине, где она делала покупки, к ней подошли двое. Со слов Даррела, который сопровождал ее, это были люди.

— Разве он не был рядом с ней и не сумел рассмотреть их?

— В том-то и дело, что это был бутик нижнего белья, — Оскар понимающе хмыкнул, — и Даррел остался дожидаться Сару на выходе. А так как торговый центр и так кишит людьми, то присутствие этих не вызвало у него подозрений.

— И что они хотели от твоей пары?

— Спасти ее от дикого животного, которое удерживает ее в плену.

— Даже так! — брови мужчины в удивлении приподнялись, и он подался вперед, теперь безмерно заинтересованный данным событием.

— Эти люди сказали, что они представители правительства, и обещали Саре защиту. Если верить ее ощущениям, от них исходила волна ненависти к оборотням.

— Они прекрасно осознавали, кто ты?

— Сара в этом уверена.

Нисан молча слушал рассказ альфы, пораженный такими известиями. Считалось, что их мир хорошо скрыт от людей. Все возможные каналы утечки информации подчищались. Не допускалось даже намека на то, что миф о них на самом деле реальность. Но оказывается, Совет все же не смог сохранить их существование в тайне.

— Думаешь, они не соврали и их действительно прислало правительство? — задумчиво поинтересовался Оскар.

— Все возможно, — Алек пожал плечами, — но если правительство, то это полбеды. В скором времени Дрэйк, вероятней всего, войдет в Совет, а ты знаешь его позицию по вопросу нашей легализации. И если власть уже в курсе, переговоры стоит начинать немедленно.

— Тогда ты должен был сообщить о произошедшем в первую очередь ему. Но ты набрал меня. Почему?

— До меня дошли слухи, что в твоей стае кое-что произошло.

Оскар удрученно выдохнул и на секунду прикрыл глаза.

— Да. К сожалению, это так. У меня пропало два члена стаи. Сначала самец, а на днях и самка. Вокруг нет ни намека на другого оборотня или ликана. Но мы обнаружили дротик с транквилизатором, и теперь я склонен предположить, что здесь замешаны люди.

— Если это не власть, то дела могут обстоять хуже, чем мы думаем, — заметил Алек, обдумывая полученную информацию.

— Мои самцы обыскивают прилегающую к нашей территорию в поисках зацепки. Но теперь я более чем уверен, что необходимо искать людей. Размышляя логически, я думаю, они не могли увезти их далеко. Транквилизатор действует на нас слабее. У них в запасе было не больше часа, а значит, их база должна быть близко.

— Держи меня в курсе. Если это одни и те же личности, то они приблизились к моей паре и это не случайно. Я не позволю, чтобы Саре и нашим щенкам угрожала опасность.

— Хорошо, друг, — пообещал Оскар. — Грега и Дрэйка предупредим, когда раздобудем больше информации.

— Согласен. Сейчас от них толку все равно не будет. А у Дрэйка и так сложности с новыми соседями.

— Неспокойно нынче вокруг.

— Поэтому нам нужно быть наготове, — заявил Алек. — Судьба дала мне второй шанс, и в этот раз я уберегу свою пару любым возможным способом.

— Не волнуйся. Мы поддержим тебя. Еще раз поздравляю со спариванием и будущим отцовством. Я рад за тебя, Алек. Искренне. Ты как никто заслуживает этого.

— Спасибо. До связи, дружище, — попрощавшись, Алек отключил связь.

— Ну, что ты думаешь по поводу этой ситуации? — спросил он своего бету.

— Хвостом чувствую, это связано с произошедшим в стае Оскара.

— Черт возьми! Только этого не хватало. Мне и так тяжело удерживать Сару от необдуманных поступков, а теперь еще над ней и угроза непонятная нависла. Зверь с ума сходит, под кожей беснуется, — в голосе вожака были слышны рычащие нотки, подтверждающие его слова.

— Держи себя в руках. Лишние споры сейчас ни к чему. Вы и так скандалите по поводу и без. Никогда не думал, что наш всегда уравновешенный и спокойный альфа слетит с катушек из-за своей пары, — с дружеской насмешкой поддел альфу Нисан.

— Потому что это не пара, а заноза в заднице. Она словно рождена, чтобы сводить меня с ума!

— Мать-природа знает толк в истинных супругах, а значит Сара именно такая, какая нужна тебе.

— Еще бы выдержать ее характер и не повеситься в процессе. Она же до сих пор не согласилась переселиться в мой дом! Мы женимся через два дня, а она все еще живет в своем гребаном коттедже! — взорвался Алек, хлопком закрывая крышку ноутбука.

— Аккуратней. Мы, конечно, можем позволить себе периодически обновлять технику, но этот компьютерный монстр и так последней модели.

— Хватит паясничать. Я хочу, чтобы ты съездил в торговый центр и достал записи с видеокамер. Еще расспроси охрану и служащих, пусть опишут тебе этих людей.

— Будет сделано, альфа.

Нисан поднялся, готовый выполнять приказ вожака, но тот его остановил.

— И еще… — Алек непривычно замялся.

— Да, альфа?

— Приобрети свечи, лепестки роз и всякую воняющую хрень, — выдавил из себя он.

— Какую именно хрень? — переспросил с ухмылкой Нисан.

В его глазах, пока он смотрел на своего нахмуренного вожака и друга, плясали озорные смешинки.

— Ту, которую любят человеческие женщины. Короче, я хочу сделать Саре сюрприз в нашу брачную ночь, и мне необходима разная ерунда, с помощью которой человеческие мужчины создают романтику, — лицо Алека исказила гримаса, и бета не выдержал и рассмеялся, за что был награжден гневным взглядом. — Забудь!

— Альфа, у меня есть знакомая — человек, она поможет мне все приобрести. Но, зная твою пару, может стоит запастись бронежилетом и каской?

— Зачем?

— Я так понимаю, о полнолунии ты еще не рассказал? А оно близко-о… — Нисан протянул последнее слово.

Услышав в ответ гортанное рычание, он поднял руки в жесте капитуляции, но веселиться при этом не прекратил.

— Я представляю, что с тобой сделает человеческая пара, когда узнает, что ей предстоит голышом бежать под луной и вести за собой наших самок.

— Сначала я переживу свадьбу, а после займемся и вопросом полнолуния. В отношениях с Сарой нужно продвигаться маленькими шажками, иначе не избежать ядерного взрыва.

— Ну, удачи тебе, альфа.

Нисан закрыл за собой дверь, все еще посмеиваясь над другом. Если бы ему кто-то сказал, что их угрюмый вожак будет устраивать паре романтический вечер со свечами и благовониями, которые, кстати, оборотни терпеть не могут, он бы расхохотался тому в лицо. Но мир сошел с ума, когда в их тихую стаю ворвался ураган по имени Сара. И это единственная стихия, которую все они готовы приветствовать с раскрытыми объятьями. «Луна» влила в их стаю энергию и жизнь.


Сара волновалась. Крутясь перед большим зеркалом, она все еще не верила, что этот день настал. День ее свадьбы. Настоящей. С торжественной церемонией, белым платьем и свадебным тортом. Все как у обычных людей. Вот только жених у нее особенный. Волк. Ее волк.

Но даже это вписывалось в ее детские мечты. Не зря она всегда была помешана на всяких фантастических историях, ведь теперь и сама оказалась героиней подобной истории. Правда, здесь сестра ее немного опередила, но разве сейчас это важно?

Девушке слегка взгрустнулось, когда она вспомнила, что ее близкого человечка не будет рядом в этот праздничный день. Но приходилось мириться с законами и устройством жизни оборотней, так отличающимися от людских. И если Алек сказал, что пока Соня не родит, свояк не выпустит ее за пределы территории стаи, то приходится это просто принять.

Мама тоже не была довольна таким положением вещей и постоянно ворчала, поминая Дрэйка, что заставляло Сару улыбаться и предвкушать те минуты, когда теща будет выносить ему мозг. Наглый родственничек еще поплатится за свое решение. В остальном же ничто не могло омрачить этот сверкающий яркими красками день.

Сара еще покрутилась перед зеркалом, улыбаясь своему отражению. Платье идеально подходило к ее вздорному характеру и прекрасно гармонировало с внешностью. Пышная юбка длиной до колена словно кричала о девичьей дерзости и сумасбродстве. А приподнятая расшитым бисером корсетом грудь добавляла сексуальности. Подобранные в тон к платью босоножки на высоких каблуках обеспечат ей идеальный рост для первого супружеского поцелуя. Но главным завершающим штрихом служила пышная, но короткая фата.

Весь образ в целом презентовал девушку как энергичную, веселую, счастливую невесту.

— Ты прекрасна, — сдерживая подступающие слезы, произнесла мама, обнимая ее со спины.

— И не будет нареканий на отсутствие элегантности и чувства стиля?

— В тебе есть и то, и другое, дочка. Просто твое. Родное. Длинное в пол платье и высокая прическа подошли бы Соне, пусть она и лишила меня счастья увидеть ее такой, но ты в своем наряде выглядишь идеально. И если Алек не оценит, значит он недостоин тебя.

— Думаешь, ему может не понравиться? — с затаенным страхом спросила Сара, снова посмотрев на себя в зеркало.

Мучаясь сомнениями, она невольно прикусила нижнюю губу. Невеста в свой главный день должна блистать, но если в глазах ее мужчины не будет восхищенного сияния, это станет большим ударом по ее женскому самолюбию. Платье подбиралось с таким расчетом, чтобы, когда она будет идти к своему мужчине, тот отчетливо видел именно ее. В свой самый счастливый день Сара не хотела быть кем-то другим.

Она еще успеет стать чуточку серьезней. Как раз после рождения детей. И в то же время знала, что всегда останется такой же сумасбродной. Возможно, в этом и кроется секрет того, почему ей так хорошо с ее волком? Они дополняют друг друга. Ее безумство сталкивается с его стальным контролем и происходит ядерный взрыв. Тот, что делает жизнь полной эмоций и впечатлений.

— Алек будет в восторге. Кажется, этот мужчина дышит тобой. Когда вы находитесь в одной комнате, то любой увидит, что его глаза неотрывно следуют за тобой, даже если он увлечен разговором. И я вижу, как при твоем приближении напряжение отпускает его, а на лице разливается умиротворение. Это притом, дочь моя, что ты — воплощение хаоса и беспорядка.

— Спасибо, мам, — шепнула Сара, прижимаясь к родному человечку.

— Хм, вот только что-то ты прибавила в весе, моя дорогая, — взгляд Силены прошелся по затянутой в корсет фигуре.

— Здесь хорошо кормят, да и ты давно меня видела, — как можно беспечней отмахнулась Сара, надеясь провести свою наблюдательную родительницу.

— Ну-ну, — мама лишь поцокала языком, но не стала развивать эту тему, позволив Саре облегченно выдохнуть.

Не хотелось бы на собственной свадьбе слышать угрозы отца в сторону будущего мужа. Они скажут им. Обязательно. Просто чуть позже. Тогда, когда придумают, как объяснить сокращение срока беременности. А это непосильная задача. Поэтому Сара нуждалась в сестре. Возможно, вдвоем им удастся уговорить своих мужчин открыть их секрет родителям.

В дверь тихо постучали, и она сразу же открылась, пропуская внутрь нарядную Элину. На лице женщины сверкала яркая улыбка, глаза светились радостью.

— Такое счастье для нашей ст… общины. Такое счастье! — возбужденно причитала она. — Сара, бог мой, ты так красива! Истинная пара для Алека.

— Это моя девочка! — гордость в голосе матери заставила девушку улыбнуться.

— Да, сразу видно, что красота передалась по наследству. Но наш жених тоже не уступает невесте. Он в своем костюме такой важный и уверенный! Ох, о чем это я? Пора, Сара. Все заняли свои места, и Нисан сказал, что они с Алеком направляются к арке. Он ждет тебя там. Ты готова?

От волнения Сара не могла выдавить ни слова и просто кивнула, сжав руку матери. К арке из нежно-розовых цветов, которую вчера установили на поляне за главным домом, ей предстоит дойти из своего коттеджа. Алек до последнего настаивал на ее переезде, но его пара была непреклонна. В дом вожака она войдет только как законная супруга, даже несмотря на то, что в глазах стаи давно является ею.

— Я пойду, родная моя, — мама расцеловала Сару в щеки, как делала это в детстве. — Отец ждет на крыльце.

Женщина, вытирая уголки глаз, снова окинула взглядом дочь.

— Пойдемте, Силена, — позвала Элина на выходе из комнаты, и они ушли, оставил девушку в одиночестве.

Сара прижала руку к груди над бешено колотящимся сердцем. Никогда в жизни она так не нервничала. Но при этом в душе не было ни единого сомнения в правильности принятого решения. Пусть все происходит слишком быстро и в быту им еще придется притираться к привычкам друг друга, девушка была уверена: это ее, родное. Они связаны не только волчьими узами, но и самой судьбой.

Кивнув напоследок самой себе, Сара вышла из дома навстречу своей новой жизни.

— Дочка, еще не поздно все отменить, — пробурчал отец, прижимая локтем ее холодную руку.

— Я люблю его, папа.

— Тогда идем. Пора сделать мою девочку счастливой.


Алек, затаив дыхание, смотрел на дивное видение, застывшее в начале прохода, который сотворили, расставив стулья и выложив цветочную дорожку. Когда они вчера готовили поляну к торжеству и Нисан время от времени посмеивался над его излишней романтичностью, так не свойственной оборотням, альфа и сам задумывался, не переборщила ли Сара. Но сейчас, ожидая свою пару возле свадебной арки, мужчина не жалел ни об одном потраченном центе. Ее улыбка стоит того.

Сара напоминала сгусток солнечной энергии и заряжала своей радостью всех вокруг. Ее наряд удивительно гармонично сочетался с взбалмошным характером и лишь еще сильнее подчеркивал ее молодость и энергичность. Хрупкая девушка со стальной волей, которая поймала свирепого волка и теперь держала его в своих нежных ручках. Она обещала ему жизнь, наполненную смехом и улыбками, дурачествами и перчинкой, радостью и настоящим счастьем.

Ее глаза, светящиеся непередаваемым восторгом, захватили его в плен, оставляя в этом мире лишь их двоих. То, что Алек прочитал в глубине девичьего взгляда, вышибло почву из-под его ног и сбило дыхание.

Он видел любовь. Ощущал ее на физическом уровне через их связь. И его сердце моментально откликнулось на этот призыв. На краткий миг мужчина испугался и попытался вспомнить лицо бывшей возлюбленной, но оно смылось мощным потоком чувств, которые вызывала в нем его пара. И не было никого важнее нее.

Каждый ее шаг навстречу отдавался в его сердце громким стуком. Руки сжались в кулаки, и он боролся с диким желанием волка броситься вперед и встретить ее на полпути. Не дать передумать. Не позволить убежать. Хотя она и не собиралась.

Сара шла уверенно и целенаправленно. Словно ничто не могло сбить ее с выбранного пути. Порой казалось, это она ведет отца, а не он ее. Со стороны членов стаи даже доносились смешки, но девушка не обращала на это внимания. Как только к ней долетели слова, произнесенные мысленно ее женихом, она забыла обо всем.

«Я люблю тебя».

Да, он еще не сказал это вслух. Не позволил себе окончательно распрощаться с прошлым. Но того, что мужчина смог хотя бы мысленно, посредством волчьей связи, дать ей знать об этом, было для Сары достаточно. Она отбросила все страхи и сомнения и смело ринулась навстречу своей любви.

Отец подвел ее к единственному мужчине, которому она была готова сказать «да».

— Ух, дочка! Это был слишком быстрый темп, — пожаловался Питер Ливерст, выравнивая дыхание.

За спиной альфы засмеялся Нисан, выступающий сегодня в роли шафера. Подружкой невесты стала молодая волчица из стаи. И пусть до этого Сара упрямо хотела позвать своих друзей, все же она пошла на уступки и согласилась на присутствие рядом с собой незнакомки. Ее жизнь менялась, так же как и круг общения. Она многое не смогла бы объяснить своим человеческим друзьям, а врать раз за разом не хотелось. У каждого из них была своя жизнь. А та, которую выбрала Сара, оказалась охраняемой тщательнее других.

— Кхм, — прокашлялся священник, напоминая застывшим молодым о причине, по которой они здесь собрались.

— Ах да! — спохватился отец. — Передаю в твои руки мое драгоценное сокровище. Дикое, неприрученное, оно может показаться тяжелой ношей, но если ты сумел заглянуть за окружающую его высокую стену, то должен был увидеть всю красоту и чистоту скрывающейся там души.

— Я видел, — серьезно кивнул Алек, и, если бы ее отец обернулся, то заметил бы, что, поддерживая своего вожака, все присутствующие оборотни кивнули вслед за ним.

— Береги ее и цени. Иначе мое ружье может поменять свое имя.

— И какое же имя оно носит сейчас? — поинтересовался Нисан, не вовремя проявляя любопытство.

— Дрэйк.

Присутствующие весело хмыкнули, а Питер Ливерст торжественно вложил руку своей дочери в ладонь другого мужчины.

— Я обещаю защищать ее, оберегать от всех невзгод и… — Алек сделал глубокий вдох, — любить так, как она того заслуживает. Потому что для меня ты, Сара — единственная супруга на всю жизнь, и мне не будет жизни без тебя.

На глазах Сары моментально выступили слезы и она быстро заморгала, не позволяя себе расплакаться. Они вместе повернулись к священнику, который уже жаждал начать обряд бракосочетания. Его монотонный гулкий голос произносил торжественные слова, но девушка уже не вникала в них, успевая только в нужные моменты говорить «да». Все, что ей было необходимо, Алек уже произнес. Это была лучшая клятва, о которой Сара могла только мечтать.

Церемония пролетела настолько незаметно, что девушка даже удивилась, когда услышала фразу «Можете поцеловать невесту». Она надеялась, что при всех муж лишь слегка коснется ее губ, но он набросился на нее с плохо контролируемой жаждой. Этим поцелуем он глушил рвущийся из горла рык, который вряд ли бы оценили новоиспеченные родственники.

Яростно врываясь языком в рот своей жены, Алек тем самым демонстрировал свои права на обладание ею. Вокруг, подбадривая их, радостно кричали оборотни. Давно в стае не было такого праздника, и теперь каждый радовался ему, словно ребенок.

— Ух, — выдохнула Сара, утыкаясь носом в шею мужа, когда поцелуй резко закончился.

Ее трясло от вспыхнувшего в теле желания, но она знала: Алек ощущает то же самое. Даже больше. Его потребность в ней граничила с манией, вот только девушка не собиралась так быстро покидать собственное торжество.

— Давай хотя бы дождемся торта, — тихо взмолилась она.

— Жена, ты меня убиваешь! — грозно прорычал в ответ Алек.

Сара же довольно улыбнулась, ощущая по связи, что навечно соединила их в одно целое: ее муж готов пойти на любые уступки, даже если это толкает его на грань безумия. Но, наверное, для этого она и была рождена.

— Ты сводишь меня с ума, женщина.

— Это то, чего тебе не доставало в твоей скучной жизни, — засмеялась Сара, переплетая свои пальцы с его.

Алек вздохнул и поднял голову, чтобы обвести взглядом предвкушающих веселье оборотней.

— Дорогие гости, прошу всех к праздничному столу!


Жених с умилением смотрел на свою пару, веселящуюся в кругу новой семьи. Она кружила среди оборотней в своей пышной юбке, разлетающейся вокруг нее белым веером. От заразительного девичьего смеха сердце пропускало очередной удар, замирая в полном очаровании. И хотя все вокруг безмерно раздражало его привыкшего все контролировать волка (тот не был приверженцем шумных вечеринок, так же как и его человеческая часть была весьма далека от романтики), видя лучащееся нескрываемым счастьем лицо Сары, альфа готов был не просто вытерпеть все это, но даже повторить.

Лет так через пятьдесят. Когда вокруг нее будут не только члены их стаи, но и собственные дети.

И не раньше.

— Ты посмотри на эту мечтательную рожу, Гарнер! — Нисан подошел к вожаку сзади и с размаху хлопнул того по спине.

— Жить надоело? — сдавленно прорычал Алек, пытаясь сдержать своего волка, особенно когда рядом присутствуют тесть с тещей.

Не хватало еще рассекретиться так по-идиотски. Конечно, наступит момент, когда они узнают правду. Но Алек надеялся, что это произойдет не на его свадьбе. Поэтому бросил быстрый взгляд на новоиспеченных родственников и, удостоверившись, что те весело и беззаботно проводят время, облегченно выдохнул. Мелодрама, переходящая в драму, это не по его части.

— Альфа, расслабься. Больно ты уж напряжен. Неужели волнуешься по поводу брачной ночи? — поддел друга Нисан, кивая в сторону Сары. — Не беспокойся, наша «луна» поможет тебе справиться с этой нелегкой задачей.

— Пошел ты! — чисто по-мужски, без злобы, фыркнул Алек, неотрывно следя при этом за своей супругой.

Побратимы вожака просто запрокинули головы и громко расхохотались. Они настолько привыкли к уравновешенному, лишенному практически всех порывов и эмоций, что так присущи волкам, закалённому своей болью альфе, что теперь безмерно радовались его освобождению. Казалось, что Алек освободился от цепи, на которую собственноручно же себя и посадил.

— Успокойся уже, никуда она не денется, — отсмеявшись, успокоил Гарнер.

— Да, сидишь тут такой угрюмый и боишься выпустить свою пару из виду, — добавил Нисан.

Алек размял шею и посмотрел на своих заместителей.

— Настолько заметно?

— Словно и не на свадьбе вовсе, — кивнул Нисан.

— Зверя нервирует вся эта кутерьма с торжеством.

— Зато стая счастлива. Давно у нас не было никаких общих праздников. Только забеги. А оборотни соскучились по смеху и радости. Смотри, как все веселятся вместе с Сарой. Она заряжает нас энергией, дарит свое тепло. Именно такая «луна» необходима была стае. Она станет нашим сердцем, не испорть только ничего.

Последние слова прозвучали как легкое предупреждение, и в другом случае бета услышал бы ответный грозный рык. Но сейчас Алек снова устремил взгляд на супругу и просто пропустил слова друга мимо ушей. Даже зверь внутри был заворожен своей парой. И ради ее счастья он готов сдаться и весь вечер просидеть вот так, наблюдая за ее весельем. Но когда Сара в очередной раз споткнулась, да еще громко хихикая, он удрученно покачал головой и решил, что хватит. Пора монополизировать ее внимание.

Девушка снова неуклюже закружилась по танцплощадке. Светлые локоны выбились из прически, а фата давно лежала на стуле. В тот момент, когда Алек резко поднялся со своего места, Даррел как раз спас «луну» от очередного возможного падения. Вокруг все затихли. И это была не оглушающая тишина, полная страха, а то озорное молчание, когда каждый понимает, что пришло время молодой паре скрыться для частной вечеринки.

С грацией истинного хищника мужчина направился к ничего не подозревающей супруге. Та громко хихикала, извиняясь перед другом за свою неуклюжесть. Алек покачал головой. Почему позволенные для отвода глаз два бокала вина подействовали на девушку столь опьяняюще? Скорее всего, свою роль сыграла и беременность. Организм оборотней алкоголь перерабатывает и нейтрализует настолько быстро, что кажется, будто они вообще не пьянеют.

Но Сара — человек, человеческая женщина, хоть и соединившаяся с волком и носящая его детей, и в ее случае организм тоже пытается ускорить процесс расщепления алкоголя. Вот только это, по-видимому, привело к тому, что даже незначительное количество вина сильно ударило ей в голову. Ведь невооружённым взглядом видно, что невеста навеселе.

— Спасибо, Даррел, дальше я сам, — гортанно уверил он, сжимая ладонями талию своей супруги и тем самым помогая ей устоять на ногах.

Сара резко развернулась в кольце его рук, и от этого мир вокруг нее завертелся еще сильнее.

— О, мой новоиспеченный муженек! Такой сексуальный в своем костюме… А эта гладкая кожа просто сводит мое либидо с ума! — ее ладонь прошлась по мужскому подбородку.

Глаза Алека заблестели золотом, выдавая, насколько волку нравятся слова его пары. Вино явно развязало Саре язык, и мужчина даже повеселел от мысли, как она с утра будет воспринимать все то, что лепетала в пьяном угаре.

— Так даже не скажешь… Ик! Ой, икота напала, — девушка умильно закусила нижнюю губку, содрогаясь от частой икоты.

— Что не скажешь? — допытывался Алек, заинтригованный ее словами.

— Ик!

— Воды?

Сара отрицательно помотала головой.

— Так и не скажешь — ик! — что ты полностью волосатый!

— Кажется, кто-то перебрал, — в голосе мужчины прозвучали обвинительные нотки, и Сара моментально среагировала на них.

— Нет! Я трезва как стеклышко! — громко и уверенно заявила девушка, и тут же окружающие взорвались заразительным хохотом. — Алек?

— Да, родная?

— А почему они смеются? Я им не нравлюсь? — она пыталась говорить шепотом, забыв, что у оборотней очень чуткий слух, поэтому ее вопрос снова сопроводил добродушный смех.

— Они от тебя в восторге, — выдохнул вожак, представляя, как долго после этого его «луне» будут припоминать ее поведение.

Конечно, только в шутку и с ее разрешения. Оскорблений в отношении Сары он не потерпит. Алек уже заметил, как быстро в нем просыпаются инстинкты защитника, когда дело касается жены. И они настолько сильны, что он готов даже запретить членам стаи шутить, если это будет огорчать ее.

— Алек, я плохая мать? — наклонившись к мужу, шепнула девушка, и в этот момент он обрадовался, что у его тестя не такой чуткий слух.

— Нет, родная. Это полностью моя вина. Я не подумал, что два бокала так на тебя подействуют.

— Нужно — ик — завтра же — ик — поехать к Эмилии — ик — на обследование. Не стоило мне пить.

Сара была так расстроена, что в уголках глаз заблестели слезы.

— А если это им навредит?

Алек нежно провел подушечкой большого пальца по очереди под каждым глазом жены.

— Милая, они оборотни. А у нас нет патологий и болезней. Я больше волнуюсь о тебе, чем о них. Будь уверена, что такое никак не может им навредить. Матушка-природа позаботилась об этом.

— Но ты говорил, что у…

— Давай поговорим наедине, — Алек легким кивком указал на толпу за своей спиной. — Просто поверь мне, что с ними все хорошо. Было бы иначе, я бы уже ощутил.

Успокаиваясь, Сара закивала головой и слабо улыбнулась мужу.

— Нам пора домой! — твердо произнес альфа.

— В постельку?

— Именно туда, — ее муж даже кивнул для пущей убедительности.

Сара прижалась к его груди и просунула ладони под пиджак. Запрокинув голову, она прикоснулась губами к волевому подбородку.

— Хочу укротить тебя, мой зверь, — девушка пыталась говорить хрипло и страстно, но сейчас это у нее получалось не очень.

— Боюсь, сегодня ты укротишь только мою подушку.

Алек нагнулся и с легкостью подхватил жену на руки. Она тут же прильнула к нему, обнимая за шею. Так естественно и доверчиво. Сопровождаемый одобрительными шуточками, теплым взглядом тещи и предупреждающим тестя мужчина понес свою самую драгоценную ношу в их дом. Туда, куда она давно должно была вернуться и только сегодня лишилась последней отговорки по поводу переселения.

— Что-то я так устала. И Даррел оттоптал мне все ноги, — пробурчала она в его шею, согревая мужскую кожу теплым дыханием.

— Скорее, ты ему.

— А ты совсем со мной не танцевал.

— Мои мне еще дороги.

— И не веселился.

— Я наблюдал.

— И совсем не рад был.

— Очень рад.

— Ты не хотел на мне жениться! Признайся! — вдруг вынесла свой вердикт Сара.

Алек резко остановился, хотя они уже подошли к дверям, и посмотрел на свою вмиг погрустневшую жену.

— Ты моя, Сара! Женаты мы по человеческим законам или нет, ничто не изменит того факта, что ты полностью принадлежишь мне.

— А ты мой? — требовательно спросила она, подняв на мужа взгляд.

На секунду Алек замешкался, даже на долю секунды, а после уверенно ответил:

— Полностью твой.

Удовлетворенная улыбка засияла на лице девушки, и она снова прижалась к своему мужу, тихо выдохнув:

— Я люблю тебя.

— Спаси меня мать-природа, но я тоже люблю тебя.

Алек надеялся, на этом ее говорливость закончится, но он плохо понимал, какое влияние оказывает алкоголь на и так энергичную девушку.

— А как мы назовем наших детей?

— Обсудим это в другой раз, — выдохнул Алек, поднимаясь на второй этаж.

— У нас в семье принято девушек называть на букву «с». Но ты уже уверен, что у нас будут мальчики. Нужно придумать свою традицию.

— Назовем, как ты пожелаешь, — он боком толкнул дверь в спальню.

— Ты — отец и должен участвовать в принятии этого решения. Ох, а ты убрался здесь? Последний раз, когда я тут была, то оставила после себя маленький беспорядок.

— Помнится, мы вместе разгромили тогда комнату. Но твоя течка была достойным поводом для этого.

— Ах да, у меня была течка! Я снова хочу ощутить тебя как тогда! Твердеющего внутри своего лона!

— Родная, сначала надо снять это замечательное платье, — Алек усмехнулся, забавляясь ее проснувшимся энтузиазмом в этом интимном деле.

Вот только внутреннее чутье подсказывало мужчине, что сегодня ему придется тренировать выдержку. Затуманенный алкоголем взгляд жены то и дело терял концентрацию, а веки опускались все чаще, скрывая ее глазки. Сара завертелась, пытаясь дотянуться до шнуровки корсета на спине, хныкая в отчаянии от безуспешных попыток.

— Муженек! Сейчас твои когти были бы кстати!

— Ты хочешь, чтобы я распорол твое платье на детали?

— Только эту треклятую шнуровку, — она быстро перекатилась на живот, открывая ему доступ.

Алек вздохнул и прошелся взглядом по изящным ножкам жены. Отведя правую руку в сторону, он выпустил когти, ощущая удовлетворение зверя, которому дали глоток свободы. Упершись коленом в матрац, наклонился над Сарой. Словно легким перышком он прошелся когтями по ее ножке от пятки до края юбки.

— Щекотно, — приглушенно захихикала девушка.

Мужчина наклонился и подарил оголенным плечикам по легкому поцелую, наслаждаясь бархатистостью девичьей кожи. А сам тем временем поддел когтем шнурок и запросто перерезал ее, выписывая при этом языком на спине влажные круги. После он снова повторял свой маневр до тех пор, пока корсет не разошелся в стороны.

— Твоя просьба выполнена, — страстно прошептал он ей на ушко, чтобы в ответ получить сонное «угу».

Алек резко сел на постель, не отрывая взгляда от сладко спящей жены. Минуту он утопал в разочаровании, а после тихо рассмеялся, качая головой. И тут Сара его сделала! Он аккуратно стащил со своей пары пышную юбку и вытянул из-под нее корсет, а после быстро разделся сам. Забравшись в постель, прижал к себе сопящую девушку, которая спала настолько глубоко, что никак не отреагировала ни на одно его движение.

Никогда он не думал, что в свою брачную ночь будет просто лежать и держать в объятиях спящую жену. Но в то же время Алека с головой накрыло глубочайшее умиротворение. И он спокойно отдался во власть манящего сна, впервые за долгое время засыпая в полной гармонии со своим зверем.

Глава 17

Сара сладко потягивалась на мягких простынях, нежась в лучах утреннего солнышка. Вчера был сказочный день ее свадьбы, и воспоминания о нем сейчас всплывали в сонном сознании яркими картинками. Все, вплоть до брачной ночи. Стоп! Брачная ночь!

Девушка резко села в постели и осмотрелась. Так и есть, она находится в спальне своего мужа. Поправка! Теперь это их спальня. Почему же тогда Сара не может припомнить ни одной крамольной детали из прошлой ночи? Словно память отшибло.

Она помнила, как танцевала с членами стаи. Как Даррел поддерживал ее, когда мир пришел в движение и начал кружиться перед глазами. Хотя девушка была уверена, что выпила не больше двух бокалов вина. В своем положении она опасалась употребления даже малого количества алкоголя. И если бы не отец, пристально следящий за ней с немым обещанием «прибить» дочь, если та соврала о возможной беременности, она бы ни глотка не сделала. Но Алек был уверен, что ничего страшного не произойдет, и она, как послушная жена, доверилась ему.

С другой стороны, Сара не чувствовала никаких признаков похмельного синдрома. Если она вчера была пьяна, то где головная боль, сухость во рту и ненависть ко всему миру? Наоборот, самочувствие было прекрасным, а настроение еще лучше. Улыбка так и не сходила с лица.

Она подняла правую руку и повертела перед глазами, наслаждаясь видом кольца на своем пальчике. Если бы ей раньше сказали, что она окрутит такого серьезного и напыщенного оборотня, Сара ни за что бы не поверила! А сейчас она — миссис Кепшоу!

Невероятно! Поразительно и восхитительно!

Оставался лишь один вопрос: где ее несчастный муж?

Неужели Алек даже в такое утро ушел на свою лесопилку, возмутилась Сара, выпрыгивая из постели.

Собственная нагота ее не смутила. Раздел ее явно предусмотрительный муж. Но спускаться вниз в таком виде она уж точно не собиралась. Поэтому оглянулась в поисках хоть какой-то одежды и заметила валявшиеся на полу части свадебного наряда. Вряд ли она сможет снова натянуть его на себя, поэтому оставался старый вариант в виде мужской рубашки.

А что? По закону все его вещи теперь принадлежат ей и наоборот. Имеет право.

Сара спустилась вниз, где обнаружила своего мужа варящим кофе. Терпкий аромат напитка заставил ее смутиться из-за урчания живота, а вид самого Алека — облизнуться. На нем были только легкие пижамные штаны, чуть приспущенные. Девушка восхищенно пожирала его глазами, подавляя желание подойти и потянуть одежду вниз, дабы узреть те аппетитные ягодицы, что скрывала эта ткань.

— Еще один такой взгляд, и я пошлю к черту все неотложные дела и возьму тебя прямо на кухне! — рыкнул Алек, даже не обернувшись.

— Ты в своем праве. Мы молодожены.

Сара подошла к мужу и прижалась губами к твердой спине, оставляя легкий поцелуй где-то под лопаткой. Алек выключил плиту и повернулся к своей паре. Обхватив лицо ладонями, он заставил ее посмотреть вверх и тут же наклонился, чтобы подарить сладкий, но до боли страстный поцелуй.

— С добрым утром, моя супруга, — тихо прошептал Алек, оторвавшись от мягких губок жены.

— Если каждое утро будет таким, то мне нравится быть замужем.

— Каждое, но…

— Но?

— Сегодня мне необходимо отлучиться. На лесопилке очередная делегация желающих поглотить нас, и только я, как собственник, могу отослать их прочь. Да еще и вокруг стаи Оскара творится неладное. Надеюсь, ты простишь меня за то, что порчу такое утро?

— Ну, я же испортила нашу брачную ночь, — хмыкнула Сара, понимая, насколько важны дела стаи и что ей нельзя в первый же день супружеской жизни требовать, чтобы ее желания ставились выше интересов стаи.

Альфа — это не почасовая работа. Этот статус не имеет временных рамок. Он не признает прихотей, его нельзя исполнять по желанию. Это суть оборотня. Его сила и жизнь. Алек тот, кто он есть. И если бы Сара была самкой оборотня, то воспринимала бы такое положение вещей более естественно. Поэтому ей пришлось придушить в себе ростки разочарования и с любовью улыбнуться вожаку.

— Иди. Я, наверное, займусь перенесением вещей и обустройством. Можно?

— Этот дом давно твой. По праву супруги альфы. Я даже настаиваю на этом. Единственное, о чем прошу, не трогай мой кабинет.

— О, святая святых! — рассмеялась девушка. — Обещаю, что не посягну на него.

— Спасибо, — он чмокнул ее в нос и отстранился. — Твой кофе готов.

— Ты что, даже не выпьешь со мной чашечку?

— Быстрее закончу с текущими делами — быстрее вернусь к тебе. Ведь у нас тоже есть одно незаконченное дело… — в голосе звучало столько обещания, что Сара затрепетала от ответного желания.

Тут же ноздри мужчины дрогнули, подсказывая, что он улавливает аромат ее возбуждения.

— Ты — мое искушение! — прорычал он, и этот рык отдавал ощутимым животным началом.

— А мое искушение — чашечка кофе, — хмыкнула девушка, протискиваясь мимо него к плите, и вроде ненароком потерлась бедром о твердый бугор, проступающий под штанами.

— Проклятье, Сара! — выругался альфа, резко хватая свою пару и прижимая к себе.

Его рот словно в порыве безумия набросился на мягкие уста девушки, терзая их напористым поцелуем. Языки сплетались в первобытном ритме, стремясь хоть как-то насытить плотский голод. Волк в нем был непреклонен. Он хотел взять свою пару. Сейчас. Немедленно.

Но волнение Нисана прикоснулось к его сознанию, передаваясь и Саре. И они, тяжело дыша, отскочили друг от друга. Девушка глубокими глотками хватала воздух. Она жадно смотрела в горящие желтым глаза мужа, чисто по-женски радуясь, что смогла простым поцелуем лишить его хваленого самоконтроля.

— Иди, тебя ждут. Иначе не отпущу.

— Я скоро, — пообещал Алек и бросился прочь из кухни.

— Стимул у тебя есть! — крикнула вслед ему Сара и счастливо расхохоталась, когда входная дверь с грохотом захлопнулась уже через несколько минут. — Надеюсь, он хотя бы оделся.


По времени перетаскивание вещей, которых вроде бы было не так много, заняло полдня. К счастью, Даррел помог ей с этим. Хотя и пришлось столкнуться с его бурчанием по поводу количества «тряпок». А вот когда Сара все тряпки разложила по полочкам, потеснив вещи мужа, то пришла к выводу, что необходимо обследовать дом.

Как раз и время свободное осталось, потому что Элина освободила ее от приготовления ужина, с радостью хлопоча на хозяйской кухне. А стоило Саре заглянуть к ней, как женщина начинала приговаривать, как рада стая, что «луна» наконец поселилась в главном доме. Эти слова вызывали у девушки улыбку и согревали изнутри.

Сара обошла первый этаж, полюбовавшись на уже знакомый холл, небольшую столовую и одним глазком посмотрев на кабинет мужа. После вернулась на второй этаж. Кроме их спальни там оказалось две гостевых, в одной из них ее и поселили после приезда (если это можно так назвать), естественно с прилегающими ванными комнатами. Вроде бы все. Но потом Сара заметила в конце коридора еще одну дверь. В отдалении от остальных. Из-за недостаточной освещённости помещения она словно скрывалась в тени.

Ведомая жгучим любопытством, девушка подошла к ней и потянула за ручку. Но, к ее сожалению, дверь оказалась заперта. Закусив нижнюю губу, Сара пару раз подергала за ручку, но безрезультатно, после чего смирилась и решила позже расспросить мужа.

Вот только ей хватило полчаса, чтобы понять, что больше она не может удерживаться от звонка Алеку. При этом постоянно убеждая себя, что не стоит отрывать мужа от работы по таким пустякам. Но любопытство, то самое, которое сгубило кошку, оказалось сильнее. И вот Сара уже слушает в ожидании ответа ровные гудки.

— Да, родная? — ласковый голос пробрал до костей, вызывая в теле сладкое томление.

Алек умудрялся действовать на нее магнетически, даже сказав всего лишь два слова.

— Прости, что беспокою. Я переношу свои вещи и обустраиваюсь в доме, — на заднем фоне девушка слышала посторонние мужские голоса и ощутила вину за свое безрассудство. — Ладно, поговорим вечером!

— Сара! — хриплый смешок не дал ей бросить трубку.

— Да?

— Я рад, что ты, наконец, занялась домом. И ты можешь звонить мне в любую минуту. Ты — моя пара, и нет ничего важнее тебя.

Его слова вызвали на лице девушки радостную улыбку.

— А теперь говори, что ты хотела узнать?

— Я обошла все комнаты и наткнулась на закрытую дверь…

На том конце линии повисла минутная тишина.

— Это не важно. Забудь о ней. Там просто памятные вещи.

— Так, может, мне перебрать их?

— НЕТ! — его категоричный ответ застал девушку врасплох, и она опешила, не зная, как реагировать на повышенный тон мужа.

— Прости, — выдохнул Алек. — Просто оставь все как есть. Эта комната и кабинет под запретом. С остальными делай все, что хочешь.

— Хорошо.

— И Сара…

— Да?

— Я скучаю.

Сара от таких слов моментально растаяла, и хмурая складка на лбу разгладилась. Все негодование сразу сошло на нет, только где-то в глубине души все же затаился легкий привкус горечи. И пусть сейчас она его почти не ощущает, эта горечь вернется, когда туман, укутавший мысли, рассеется.

— Просто возвращайся скорее.

— Дай мне два часа максимум.

— Время пошло. Проверю, пунктуальны ли волки!

Сара отключилась и, выйдя в коридор, снова посмотрела в сторону комнаты. Закрытая дверь манила к себе. Девушка попыталась забыть о ней, спустилась к Элине, помогла на кухне, поднялась в спальню, приняла душ, но внутри зудело нетерпение, словно зловредный маленький червячок, который не оставляет в покое, монотонно напоминая: «Там секрет. Разгадай его, разгадай».

Вот так и Сара, то и дело проходя по коридору, засматривалась на загадочную дверь. В конце концов девушка поняла, что скоро взорвется от мучительного желания узнать, что там. Да еще и фраза мужа «Это неважно, забудь», сказанная стальным тоном, не давала покоя. Поэтому, даже ощущая стыд из-за своего поступка, она все же проверила тумбочки в спальне в поисках ключика.

Конечно, с одной стороны она ощущала, что предает доверие Алека, но с другой… Если она тихонько посмотрит и закроет, ничего же страшного не произойдет? Ведь так? Спрашивала она саму себя, заходя в кабинет мужа. Здесь долго искать не пришлось, и уже в верхнем ящике она обнаружила одинокий ключ. Возможно, именно от той двери. Она сжала его в кулаке, борясь с чувством вины, но в этот раз чертенок слишком маняще нашептывал ей на ухо, и девушка послушалась его зова.

«Пойди и просто испробуй ключ, — предлагал он. — Если это тот самый, ты сможешь потом решить, использовать его или нет».

И, ведомая этим порывом, Сара быстро, даже перепрыгивая иногда через ступеньки, поднялась наверх. Ключ идеально вошел в замочную скважину, и понадобилось всего два движения руки, чтобы ненавистная дверь оказалась отперта. Нажав на ручку, девушка приоткрыла ее на пару сантиметров, а после остановилась, переводя дыхание.

— Сара, что ты творишь? — спросила она саму себя и резко захлопнула дверь, чтобы тут же мучительно застонать и открыть ее настежь.

Это оказалась простая спальня, с виду слегка заброшенная. Такое впечатление складывалось из-за небольшого слоя пыли на вещах. Но в то же время здесь явно периодически убирали. Она вошла внутрь и осмотрелась. Первое, что поняла Сара, так это то, что это была женская спальня. Об этом свидетельствовали и туалетный столик с разными тюбиками и баночками, и нежные, пастельные тона обоев, и светло-розовое покрывало на кровати с балдахином.

Моментально догадка взорвалась в мыслях с силой ядерной бомбы. Это комната Химены — первой жены Алека, а точнее пары! И то, что ее муж столько лет хранит нетронутыми вещи погибшей возлюбленной, заставило сердце мучительно сжаться. Это его святилище. Больше, чем память. Больше, чем дань уважения умершей. Неужели он настолько сильно любил ее, что до сих пор не может отпустить?

— Что ты здесь делаешь? — суровый мужской голос заставил Сару вскрикнуть и резко развернуться.

Напряженный муж застыл в проеме двери и сверлил ее прищуренным взглядом. И столько в нем было агрессии, что Сара даже задохнулась.

— Я… Комната была закрыта… Мне захотелось посмотреть… — пролепетала она, заламывая руки.

Нервозность, охватившая Сару, притушила ее смелость и дерзость.

— Я же сказал тебе, чтобы ты забыла о ней! — с отчетливой злостью напомнил Алек.

Девушка смотрела на мужа и не узнавала его. Сердитый, насупленный мужчина, пылающий праведным гневом, разительно отличался от ее любимого, что смотрел на нее с щемящей душу нежностью. Из-за чего? Только потому, что она нарушила его запрет, или потому, что осквернила «святое» место?

— Мне пришлось. Ты не делишься со мной своим прошлым. Ничего не рассказываешь. Я хочу знать. Пожалуйста, — она переступила через себя и опустилась к мольбам, желая во что бы то ни стало сохранить их узы.

Но и мысленно потянувшись к своему волку, она наткнулась на глухую стену. Он полностью отгородился от нее. Она так радовалась, когда впервые ощутила эту волшебную связь между ними, когда услышала мысленно его голос, а душу согрело ощущение постоянной близости родного существа, а теперь не слышала ничего. Тишина. Словно и нет между ними истинных уз, о которых он так часто твердил.

Может, она и правда выдумала все это?

— Тебе незачем это знать. Я хочу сохранить память о Химене и не вижу в этом ничего плохого, — выдавил он из себя. — Так же как и не понимаю, почему должен тебе о ней рассказывать. Это мое прошлое, и ты должна понимать, что ты не первая женщина в моей жизни. Главное, что последняя.

Но эти слова ничуть не успокоили Сару. Наоборот, ревность обожгла изнутри, оставляя следы в душе. Мучительные и невероятно болезненные. Ей хотелось, чтобы муж, наконец, открылся, поделился тем, что произошло с его умершей возлюбленной. Саре надоело собирать слухи, видеть, как отводят взгляды при ее вопросах, и понимать, что каждый знает о случившемся, но при этом уверенно меняет тему, стоит ей заикнуться о Химене. Кто же она такая? И что ужасного с ней произошло? Сколько можно скрывать это от нее, от Сары?

Слезы собрались в уголках ее глаз и Сара закричала:

— Ты отводишь мне второстепенную роль в своей жизни, но знаешь, я не буду на вторых ролях никогда! Слышишь?! Никогда!

— Сара, успокойся. Давай уйдем отсюда, — он сделал к ней шаг и попытался взять за руку, но жена резко отстранилась от него.

— Не трогай меня!

Девушка вскинула руки, останавливая его. С губ Алека сорвался сокрушенный вздох, но он промолчал, ожидая, что она предпримет дальше.

— Я все могу понять. И то, что до меня у тебя была другая женщина. И то, что с ее трагической смертью ты закрылся в себе. И даже то, что ты не хочешь делиться воспоминаниями. Но жить, ощущая ее призрак за своей спиной, я не хочу. Прости, что посягнула на твое сокровище, — она махнула рукой, указывая на пространство комнаты.

— Сара, пожалуйста…

— Отойди, я должна покинуть эту комнату!

Видя ее нервозность, Алекс отступил на шаг в сторону, и девушка тут же бросилась в коридор. Муж последовал за ней, с настороженностью ожидая любой выходки — от летящей в свою голову вазы до громкого скандала. Но Сара уверенно побежала в их спальню и бросилась к своим вещам.

— Неужели ты снова переедешь в коттедж? Из-за такого пустяка? — возмутился Алек, следуя за ней.

Сара резко развернулась к своему мужу.

— Пустяк? То, что мой муж скрывает свое прошлое и лелеет память о другой, ты считаешь пустяком? А если я скажу, что есть мужчина, о котором я всегда буду думать, даже будучи твоей женой?

— Сара! — сердито рыкнул Алек, зная, что супруга специально провоцирует волка.

Ведь для зверя даже мысль о таком недопустима. Какой бы нелепой она сейчас не казалась.

— Тебе не нравится, видишь? А мне предлагаешь смириться и жить с этим знанием каждый день?!

— Господи, женщина! — в отчаянье Алек сжал голову и тихо выругался под нос. — Я дал тебе все, что мог. Свою фамилию, свой дом, свою верность. Навсегда! А ты, если чем-то недовольна, то и дело норовишь сразу бросить меня. Может, прежде чем обвинять, ты подумаешь о том, как выглядят твои поступки со стороны?

Сара прищурилась, вглядываясь в мужа.

— Я не собираюсь сейчас уходить от тебя. Но и спать каждую ночь с тобой в одной постели тоже не буду. Пусть по сравнению с тобой я молодая и глупая, но даже я осознаю, что с такой беременностью не могу уйти и снова жить прежней жизнью. Я останусь. Пока. Просто переберусь в соседнюю комнату.

— Сара…

— В этом я не поступлюсь. Спать в твоих объятиях и знать, что ты думаешь о другой — выше моих сил!

— Да не думаю я о ней! — заорал Алек.

Девушка поморщилась от его повышенного тона, но не отступила. Она прихватила несколько вещей, которые ей понадобятся на этот вечер, и направилась на выход из спальни. Когда проходила мимо мужа, тот протянул к ней руку, но Сара вздрогнула и слегка отшатнулась, и он опустил ладонь.

Быстро войдя в гостевую спальню, закрыла за собой дверь. Тяжело дыша, еле сдерживая слезы, Сара, опустошенная и разбитая, прислонилась к двери с обратной стороны. Из соседней комнаты донесся огорченный рык и глухой звук удара кулаком по стене.

Другая бы смирилась. Проглотила обиду, приняла ситуацию как данность и просто пыталась и дальше строить их совместную жизнь. Но Сара не из тех, кто будет жить с обидой в сердце. Растить ее в себе, чтобы однажды возненавидеть все вокруг. Нет, это не в ее характере.

Ее прямота иногда играла с ней злые шутки. Но лучше сразу понять, кто ты для своего мужчины, чем остаться потом с растоптанными мечтами и сердцем. Потому как девушка осознала, что была уже в шаге от того, чтобы признаться Алеку в своей любви. И что бы она почувствовала, если бы открыла ему свое сердце, полностью доверилась, а потом наткнулась на доказательство его лжи?

Если сейчас ей больно, то тогда бы она была полностью раздавлена. А так, она сильная. Еще есть шанс уберечь свою душу от полного опустошения. Спасти свое сердце и оставить внутри просто теплое отношение к отцу своих детей. Ведь это возможно? Не так ли?

Сара настолько морально устала, что ее сил хватило лишь на то, чтобы добраться до постели и свернуться там калачиком. Мысли клевали мозг, словно стая коршунов. Прокручивая в памяти моменты, когда они были вместе, радостные улыбки, нежность и полную самоотдачу в постели, она выискивала то, что могла упустить в его взглядах, поступках. Может быть, он всегда давал ей понять, где ее место, а Сара из-за глупости и наивной влюбленности просто не замечала этого?

Сомнения и терзания настолько вымотали ее, что девушка и не заметила, как уснула. Тяжелый сон захватил ее в свой плен, но и там ей не позволили отдохнуть преследующие ее желтые звериные глаза.

Глава 18

Проснувшись, Сара сразу осознала, что мужа нет в доме. Связь хоть и была приглушена, все же позволила уловить это. Девушка облегченно вздохнула, радуясь подаренным минутам одиночества.

В душе поселилось гнетущее чувство горечи. А новый рассвет так и не принес понимания, что же делать в сложившейся ситуации. Впервые хотелось просто опустить руки и разрыдаться. Жизнерадостность и оптимизм, присущие ей, поглотило уныние. И Сара не видела способа изменить все к лучшему.

В таком состоянии она провела целый день, заняв себя мелкими делами по дому. Она отослала пришедшую к ней Элину, объяснив свое решение тем, что ей хочется самой повозиться на кухне. Но все-таки была не очень убедительна и удостоилась от женщины встревоженного и сочувствующего взгляда.

В итоге через пару минут вроде бы просто так заявился Даррел. Но у Сары не было моральных сил с ним общаться, и она аккуратно попросила мужчину сегодня ее не беспокоить. Его цепкий взгляд прошелся по девичьему лицу, и он кивнул, понимая, что что-то произошло между супругами. Но так же как и Элина вмешиваться не мог.

А Сара не спешила делиться своими переживаниями, оставив всю боль себе. Погрузившись в уборку, она двигалась механически, безучастная и поглощенная своими мыслями, ощущая себя в стенах этого огромного дома чужой и ненужной. Но на самом деле она оставалась здесь лишь из принципа. Вчера она уверенно сказала Алеку, что не убежит, и сдержит свое слово. Хотя душа рвалась от желания скрыться в укромном уголке и залечить раны. Подальше от своих чувств, от разъедающей душу боли, от подступающих слез и опустошения.

Единственное, что помогало справиться с отчаяньем, это осознание того, что ее детям тоже будет плохо. Сара никогда не думала, что материнский инстинкт может так влиять на женщину, но сейчас, нося под сердцем две крохотные жизни, она желала сделать все, что в ее силах, лишь бы они не пострадали. Даже заставить себя успокоиться и не нервничать. Как бы трудно это ни было.

Алек вернулся только под вечер. Хмурый. Встревоженный. И явно взволнованный. Он застал свою супругу лежащей на диване с подложенной под щеку ладонью. Такая милая, такая измученная. Он застыл, засмотревшись на нее. Но Сара моментально проснулась и подняла голову. Ее лицо тут же утратило мягкость, взгляд похолодел, появились настороженность и обида.

Зверь заворочался под кожей, желая успокоить супругу. Вернуть ее расположение, снова увидеть счастливую улыбку. Но задетая гордость вперемешку с зудящим чувством вины перед той, другой, не позволили пойти на поводу у волчьих инстинктов.

— Значит, ты еще не пришла в себя? — сердито спросил Алек, глядя на жену сверху вниз.

Сара тут же села на диване и начала поправлять волосы и одежду.

— Я не предполагала, что должна, — девушка говорила со стальными нотками в голосе, без присущей обычно легкости и непринужденности, словно кто-то внутри нее нажал, выключая, кнопку, пряча прежнюю Сару под маской безразличия.

Алек сжал губы, недовольный ее ответом.

— Ты ведешь себя по-детски глупо.

Она вздрогнула от жестоких слов, но взгляда не отвела.

— Я веду себя так, как чувствую. Предельно откровенно. Потому что с тобой я открыта до невозможности. Ты даришь мне страсть и я отвечаю страстью, ты проявляешь заботу и я забочусь о тебе, ты отказываешь мне в доверии и я не вижу смысла открывать тебе свою душу. Все просто и честно, — она даже пожала плечами, дабы подчеркнуть доступность своих доводов.

— Сара, да сколько можно! Это мое прошлое, оно есть у меня и от этого никуда не деться. Зачем себя накручивать выдуманными проблемами и печалями? Почему просто не жить нормально, семьей, как и должно быть?!

— Господи, ты от природы такой твердолобый или просто прикидываешься? — взорвалась девушка, вскакивая с дивана. — Может, это вы, оборотни, привыкли измерять все животными порывами: трахаться так трахаться, есть значит есть, а я — человек и хочу большего, нежели твои волчьи повадки и заявления об истинной паре! Мне нужно понимание, доверие, любовь в конце концов!

— У тебя все это есть!

— У меня есть мужчина, который просто твердит, что я его пара, а значит, буду тихо жить в его доме и рожать потомство.

Не в силах больше выносить его непонимание или, что еще хуже, нежелание понимать, Сара направилась к лестнице. От всей этой нервотрепки у нее до жути разболелась голова, и девушка беспокоилась, как такое взвинченное состояние может отразиться на беременности. Это волнение до добра не доведет.

— Сара! — остановил ее Алек.

— Да? — с робкой надеждой переспросила девушка, ведь возможно, что он кое-что понял из ее слов, проникся и готов сделать шаг навстречу.

— Завтра полнолуние.

— И что? Ты обрастешь шерстью и пометишь наше крыльцо? — разбитые вдребезги ожидания трансформировались в горький сарказм.

— Ты — «луна» моей стаи и одна из твоих обязанностей повести самок за собой.

Настороженная его словами, Сара повернулась к мужу. Лоб нахмурился, выдавая, насколько она сбита с толку.

— Прости, какая моя обязанность?

— Ты — моя супруга, моя истинная пара, альфа-сука этой стаи, и когда я буду призывать наших людей перекинуться и отдаться зову природы, ты, как главенствующая самка, обязана подать пример и повести за собой других.

— Объясни мне более подробно, как это происходит. Ведь я правильно понимаю, что здесь дело не ограничивается кличем «фас» или «пошли»?

Алек скривился от выбранных женою слов.

— Мы не собаки и «фас» на нас не подействует, — с напускным спокойствием пояснил он ей. — Полнолуние влияет на оборотней на высшем уровне. Оно вызывает неконтролируемое желание обратиться, и, дабы удержать всех под контролем, вожак призывает к забегу, в ходе которого каждый член стаи удовлетворяет свои звериные инстинкты. Молодняк соревнуется между собой, более зрелые оборотни рыщут в поисках дичи, а пары и те, кто готов к спариванию, естественно предаются брачным играм.

Сара в шоке переваривала полученную информацию, не представляя, как на нее реагировать.

— Твоя сестра, как «луна» своей стаи, уже участвовала в забеге.

— Святые угодники! И не рассказала мне! Вот же сучка! Мы с ней поговорим еще по душам, однозначно! — возмутилась девушка, которую не покидало ощущение, что она попала в какую-то западню. — То есть вы все собираетесь в лесу и превращаетесь? Но я же не оборотень и не могу обернуться!

Алек заметно расслабился, видя, что жена идет на небольшой контакт. Мужчина приготовился сразу услышать категоричное «нет», но то, что Сара задавала вопросы, интересовалась, дарило надежду. Имея пару, он больше не мог вести стаю один. Его силы хватит, чтобы приструнить агрессивных оборотней, но после этого каждый отвернется от новоиспеченной «луны», которая отказалась от такого единения с ними.

— Тебе и не нужно оборачиваться. Просто снимешь одежду и после моего призыва побежишь со всех ног.

— Да ты шутишь! Дорогой муж, я, конечно, не ханжа. Даже близко не стояла рядом с этим понятием, но то, что предлагаешь ты, похоже на эксгибиционизм!

— Оборотни не знают такого понятия. Мы откровенны по своей природе и нагота — часть нашей жизни. Но если хоть один самец посмотрит на тебя заинтересованным взглядом, то узнает силу гнева моего волка.

— Полный бред и идиотизм! — Сара замотала головой. — Я не буду в этом участвовать.

— Тогда стая отвернется от тебя. Своим поступком ты покажешь, насколько не уважаешь принятый тобой статус.

Сара замолчала. В ее голове еще крутились сотни возражений, но довод Алека был весомым. Не хотелось потерять уважение всех тех людей, что приветствовали ее на свадьбе. Их искренние улыбки, лучащиеся теплом и верой. Постоянное ощущение соприкосновения с их душами. Их поддержку и искренность. Они приняли ее, и сейчас девушка не могла отвернуться от них.

— Разве во время беременности позволены такие нагрузки? — Сара ухватилась за последний шанс и последнюю уважительную причину.

— Я созвонился с Эмилией и она разрешила. Беременность у тебя протекает даже лучше, чем у Сони, а твоя сестра брала активное участие в забеге. Доктор не видит особых противопоказаний, хотя это и будет значительной нагрузкой, но в жизни пары оборотня такие моменты присутствуют на постоянной основе.

Девушка тяжело сглотнула и отвела взгляд. Ощущение, что ее приперли к стенке и отвертеться никак не получится.

— Ты побежишь за мной? — с вызовом спросила она, когда эта догадка внезапно озарила ее.

— Конечно. Ты — моя пара. Мой волк будет преследовать только тебя, дабы, наконец, поставить свою метку, — Алек явно не хотел делиться этой информацией, но все равно ответил предельно честно.

— И мы переспим?

— Спаримся. В эту ночь ты будешь моей главной добычей.

От бархатного тона, каким он произнес эти слова, по коже девушки побежали сотни возбуждающих мурашек. Тело моментально потянулось к Алеку, тогда как сердце кровоточило и умоляло взять себя в руки и устоять. Каждая близость с ним отбирала частичку ее души. Но когда ты ожидаешь, что это взаимно и между вами происходит обмен, ты делишься беспрекословно. В противном случае секс — это просто утоление физических потребностей.

И, осознавая это, Сара невольно сделала шаг назад от мужа. Тот нахмурился. Крылья его носа затрепетали, улавливая аромат ее желания. Тело напряглось, сигнализируя о заинтересованности, а глаза озарил янтарный блеск.

— Ясно. Полнолуние, забег, спаривание… — залепетала Сара, медленно двигаясь к лестнице.

— Ты искушаешь зверя, провоцируешь на преследование, — предупредил супруг, наблюдая за таким трусливым отступлением.

— Я просто хочу пойти отдохнуть, — с максимальной твердостью в голосе произнесла девушка.

— И-ид-ди, — горло задрожало от прорвавшегося рыка, полного предупреждения.

Контроль Алека был на пределе. Зверь не понимал, почему он должен удерживать себя от прикосновений к своей паре. Почему она такая отстраненная, закрытая. Все, что он знал, так это то, что сбегающая от него девушка принадлежит ему, и желал доказывать ей это снова и снова.

Они застыли, уставившись друг другу в глаза. Притяжение между ними было настолько сильным, что ощущалось на физическом уровне. Даже самые маленькие волоски на теле девушки, казалось, наэлектризовались. И она бы сдалась этому желанию, если бы боль в сердце не была такой мучительной. Сотни противоречивых мыслей раздирали разум, напоминая, какой злобной сукой может быть ревность. Столько видений с участием его бывшей жены, столько сомнений и столько невыплаканных слез… Нет. Она не может уступить.

И это не гордость и не девичья глупость. Это боязнь другой боли. Будущей. Той, которая сможет полностью разрушить ее.

Когда Алек уже собирался заключить жену в крепкие объятия и потянулся к ней, Сара разорвала зрительный контакт и, повернувшись, быстро побежала по лестнице вверх. Ее преследовал рык, смешанный с разочарованным подвыванием. Но она закусила щеку до крови и упрямо смотрела только вперед, пока не скрылась за дверью своей спальни. Прислонившись к двери, тяжело дышала и только чудом сдерживала слезы.

Рыдать не в ее правилах. Она всегда была человеком действий. Но это был первый раз, когда девушка не знала, как поступить. Интуиция молчала, а мелькающие в голове идеи сразу остужались сомнениями. В кого ее превратило это мифическое существо? Что сделало с ее жизнью? И что их ожидает дальше?

Эх, сначала придется пережить полнолуние и не поддаться его манящей власти. И пусть теоретически оно действует только на оборотней, Сара знала, что может с легкостью подпасть под его волшебное влияние.


Они пробирались через ночной лес к назначенному месту. Большинство из стаи следовало за ними, и поэтому Сара помалкивала и не высказывала вслух своего недовольства происходящим. Хоть девушка и шла послушно за Алеком, ей было тяжело ориентироваться в такой темноте. Густая чаща практически не позволяла ярким серебристым лучам пробиваться между ветвями. Конечно, муж заботливо отводил с ее пути ветки и уверенно вел за собой. Была бы его воля, он бы с легкостью понес ее на руках, но Сара категорически отказалась от такого предложения, чем вызвала волну негодования с его стороны.

Еще более отчуждённые, нежели вчера вечером, они старательно делали вид, что такие отношения между супругами — норма. Но эмоциональная связь со стаей не позволяла тем обмануться. Вследствие чего среди оборотней повисло тяжелое напряжение. Сара даже изредка пыталась шутить, но сегодня ее чувство юмора действовало против нее, вызывая еще большее раздражение, поэтому она предпочла заткнуться и идти в молчании.

К счастью, вскоре они вышли на залитую лунным светом поляну, где их поджидал Нисан и еще несколько членов стаи. Сердце девушки от волнения забилось быстрее. Она глянула на раздетого по пояс бету и прикинула, насколько же это будет катастрофично, когда они все предстанут в своем естественном виде. Сара не представляла, как сможет раздеться перед ними всеми. Чтобы решиться на такое по своей воле, ей бы понадобилось много алкоголя.

Алек подтолкнул ее, вынуждая выйти в центр поляны. Оборотни окружили их. Они все еще находились в своем человеческом обличии, но от них все равно исходил ощутимый животный магнетизм. Сара обвела взглядом лица своей новой семьи, отмечая, что в бликах лунного света и полутьме леса на них можно уловить отражение зверя. Глаза изменились, и она повсюду встречала янтарные взгляды, полные желтоватого свечения.

Это ощущалось настолько фантастически невероятно, что у Сары перехватило дух. Она ощутила, что прикоснулась к сокровенному, скрытому природой от людей, таинству. И здесь, сейчас, она чувствовала себя на своем месте. Не было ни капли страха. Полное доверие. И ее открытость отразилась радостными улыбками на лицах стаи. В ответ они послали ей волну любви, признательности и гордости.

— Сегодня у нашей стаи не просто очередной забег. Это первое полнолуние, когда самок поведет моя истинная пара, ваша «луна»! — громко провозгласил Алек, и восторженный гул стал ему ответом.

Мужчина внезапно оказался за спиной у Сары и положил руки ей на плечи, слегка сжимая их. По сравнению с остальными девушка показалась себе маленькой и хрупкой, но это лишь еще больше подстегнуло ее и она вздёрнула подбородок, смело глядя на оборотней. По ним прекрасно было видно, насколько полнолуние влияет на их настроение. Возбужденные, ликующие, рычащие полулюди-полузвери. Девушка предвкушала тот момент, когда увидит их превращение, стараясь не думать о том, что за ним последует.

— С этого дня и на долгие годы она станет вашей альфа-сукой, ее слово — мое слово, ее приказ — мой приказ. Этим вечером я сцеплюсь с ней как со своей волчицей, и любой попытавшийся помешать мне познает силу моего гнева!

Сара задрожала от стальных ноток в голосе мужа и его предупреждения. Она знала, что сегодня ей придется подчиниться своему зверю, несмотря на отчуждение между ними, на боль и обиду. Но она бы соврала, если бы сказала, что ее либидо не плясало сальсу от озвученных перспектив. Тело моментально откликнулось на призыв ее зверя, наполняясь вожделением. Низ живота сладко стянула тугая спираль желания, и Алек, учуяв его, удовлетворенно зарычал. Еще один минус такого мужа — от него ничего не скроешь!

— Избавьтесь от человеческого обличия, отдайтесь своей природе и утолите ее голод! — ревел Алек. Его голос уже потерял человеческую мягкость, наполняясь звериной хрипотой.

Оборотни тут же послушались своего вожака и на землю полетели блузки, юбки, футболки, ремни и брюки. Но Сара не спешила оголяться. Девушка специально надела короткие шорты и топ, дабы в этой одежде и начать забег. А не светить своими прелестями перед людьми, с которыми придется в будущем жить бок о бок.

У тех же таких комплексов не было. Они чувствовали себя очень естественно в нагом виде. Такое количество обнаженных тел невероятно смущало девушку. И как бы ей ни хотелось посмотреть на превращение, она инстинктивно повернулась лицом к Алеку. Но ее муж тоже уже успел избавиться от одежды, и взгляд Сары уткнулся в твердую рельефную грудь.

— Ух! — выдохнула она, поднимая глаза к лицу Алека.

Его черты заострились, показывая, насколько близко подобрался зверь. Глаза сияли мистическим светом, сузившиеся, не выпускающие из поля зрения свою добычу. Сара сделала шаг назад. Нет, не от страха, а чтобы охватить взглядом всю фигуру мужа. Прекрасный экземпляр. Крепкое мощное тело, вибрирующее от силы и энергии. Настоящий самец-доминант. Практически ее. Сердце сжалось от воспоминания о его поступке, и зверь в Алеке учуял ее боль. Запрокинув голову, он протяжно завыл, чему способствовала немного изменившаяся челюсть.

Стая возбужденно топталась на месте в ожидании клича вожака. Сара оторвала взгляд от своего супруга и посмотрела на оборотней. Ее окружали волны чистейшей звериной ауры. Грозные, опасные представители иной расы. Такие непохожие на людей, но такие восхитительные в своей близости к природе. Живые и стремительные. Полуволки.

Девушка почувствовала, что очарована этим миром. Ее восторг передался и стае, и оборотни приветливо зарычали, довольные, что «луна» приняла их суть. Но тут рык помощнее заставил ее вернуть свое внимание происходящему позади. Алек тяжело дышал. Его грудь медленно поднималась и опускалась. Он застыл на грани превращения. И Сара догадалась почему. Он желал, чтобы она не пропустила ни мгновения из его трансформации. Чтобы полностью увидела и приняла то, кем он является. И его супруга была готова к этому. Едва заметно она кивнула Алеку, прося не мучить волка внутри себя, выпустить того на волю.

Треск ломающихся костей слился с шумом вокруг них. Ноги мужчины увеличились, покрылись шерстью, согнулись в коленях. Тело потемнело, кожа на глазах становилась грубее. Лицо вытянулось, перестраиваясь под звериные черты. Пугающее зрелище. Вполне понятно, почему в мифах их описывают как монстров и пугают ими. Вот только Сара не ужаснулась, даже толики страха не почувствовала. Наоборот, его превращение еще больше возбудило ее, вводя в состояние, похожее на то, что было во время течки.

Девушка облизала губы, не отрывая взгляда от глаз своего любимого зверя. Она четко осознавала, что если сейчас побежит, то станет его главной добычей, и всей душей желала этого. Вот только не подтолкнет ли это ее еще на шаг ближе к пропасти, наполненной болью и разочарованием? Ведь она снова откроется ему, отдаст всю себя, а взамен опять убедится, что всего лишь на втором месте в его сердце.

«Сейчас или никогда?» — решала Сара, и тогда альфа мысленно ее подтолкнул.

«Сейчас!!!» — потребовал он.

Глаза Сары на мгновение расширились в удивлении, когда она услышала в голове родной голос. Приглушенная ранее связь заработала на полную мощность, соединяя ее разум с сознанием мужа, а вместе с ним и со всей стаей и это стало для девушки сигналом к началу действий.

Сара развернулась и со всех ног бросилась бежать. Дикое, первобытное возбуждение от погони охватило ее, и она знала, что оно принадлежит не только ей. По обе стороны от «луны» бежали самки стаи, но постепенно они скрывались за деревьями и оставляли девушку позади. Мимо проносились их преследователи — мужья либо же заинтересованные самцы. Часть оборотней, заинтересованных в охоте другого рода, повел за собой бета. Их привлекала дичь, и они уже выбрали себе в качестве добычи других обитателей леса.

Несмотря на всеобщее возбуждение, девушка не собиралась бежать бездумно, лишь бы бежать. В ней горело дикое желание заставить своего самца не просто поучаствовать в погоне, но и потрудиться, чтобы заполучить ее в свои лапы. Сара знала, что проигрывает ему в скорости, но никто не запрещал ей пользоваться умом. Пытаться убежать от оборотня нет смысла, а вот спрятаться вполне реально. Она специально на бегу прикасалась к отдельным деревьям, пытаясь запутать преследователя. А кроме этого еще и искала то, по которому сможет взобраться повыше. Это поможет ей не подпасть под власть его животных притязаний, не угодить в плен слепой любви, избежать последствий связи, которую невозможно будет разорвать.

Но к тому моменту, когда увидела подходящее дерево, Сара порядком запыхалась. Неподалеку она слышала тяжелое дыхание и хруст веток и прекрасно понимала: это хищник специально дает ей знать о своем приближении. Из последних сил девушка принялась взбираться по стволу. Она закинула ногу на ветку как раз в тот момент, когда оборотень бросился к ней. Зверь принялся кружить, порыкивая, под деревом. К сожалению, Сара понимала, что забралась недостаточно высоко, но чтобы лезть дальше, ей необходимо было встать и ухватиться за следующую ветку.

Прикинув варианты, она решилась. Но как только поднялась и отвела взгляд от оборотня, тот резко подпрыгнул и ухватился лапой за ветку, встряхивая ее вместе с девушкой.

— Ой! Я же упаду! — в ужасе закричала Сара, понимая, к чему могут привести такие акробатические упражнения. — Алек, достаточно! А-а-а-а!

Потеряв равновесие, она внезапно полетела вниз, успев за секунду перепугаться до смерти. Руки инстинктивно накрыли живот, надеясь уберечь детей от удара. Но удара не последовало. Сара благополучно приземлилась в крепкие лапы своего оборотня.

«Неужели ты думала, что я позволю тебе упасть?» — недовольно рыкнул мысленно Алек, крепче прижимая ее к себе.

— Я испугалась. Очень. Не делай так больше!

«Не пытайся избежать неизбежного», — пожурил ее в ответ супруг.

Он аккуратно опустил ее на землю и принялся подталкивать к злополучному дереву. А когда до него оставался какой-то шаг, Алек вдруг резко развернул ее спиной к себе. От неожиданности Сара вскрикнула и уперлась ладонями в твердую кору. Моментально разгадав замысел своего зверя, девушка протяжно выдохнула, ощущая микроскопические искры желания, пронзающие каждую частичку ее тела.

— Я не хочу с тобой спариваться! — сердито выкрикнула она, пытаясь повернуться к оборотню лицом.

Но захват зверя был невероятно силен, хотя и отличался неуловимой осторожностью. Его пасть прижалась к ее шее, и грозное рычание стало ей ответом. Алек не собирался отступать. Волк полностью перехватил весь его хваленый контроль, а погоня лишь сильнее разгорячила бурлящую в жилах кровь. Вступившая в свои права луна сделала несущественными все мучившее мужчину предрассудки и сомнения. Сейчас рядом находилась его пара и не было ничего важнее, чем заклеймить ее собой. Поставить на девичьем теле брачную метку. Заявить всем в округе, кому принадлежит эта самка.

И жажда обладать ею была настолько сильной, что ее невозможно было преодолеть. Сара чувствовала силу его потребности по ментальному каналу. Ее тело, созданное быть единым с его, яростно отвечало на этот призыв. Внизу живота нестерпимо зудело от желания ощутить его в себе. Позвоночник атаковали чувственные мурашки, а потребность прогнуть спину, чтобы стать ближе, казалась сильнее самого земного притяжения. Его близость превращала ее в озабоченную кошку, опьяненную гормонами. И только сила воли и чистое упрямство удерживали девушку от полной капитуляции.

И зверя это приводило в бешенство. Гнев и разочарование усилили желание. И он начал когтями разрезать ее одежду, считая ее наличие еще одним вызовом со стороны своей пары. Девушка брыкалась, не позволяя оголять себя. Ее голова металась из стороны в сторону, руки пытались оттолкнуть звериные лапы, она даже мимоходом удивилась, как при всем при этом ее ни разу не оцарапали и не задели.

Но страха не было. Только ответная ярость и злость. Она не хотела становиться его парой по принуждению. Быть той, которую он принял по необходимости и следуя зову природы. Девушка хотела, чтобы он желал именно ее, делая свой выбор открыто и без сомнений, боролся за нее и полностью доверял. Любил просто-напросто. Так же сильно, как и она его.

Потому что, помоги ей бог, но она полюбила этого мужчину всей душой.

— ПРЕКРАТИ! — в отчаянье закричала Сара.

Неожиданно ее отпустили. Дрожащие ноги подогнулись, и она, тяжело дыша, упала на колени. Девушка через плечо посмотрела на своего волка, не осознавая, что по лицу текут горькие слезы. Но зверь прекрасно видел в темноте, и это надломило его.

Волк попятился назад, шлепнулся на пятую точку и, запрокинув голову, протяжно завыл. Сердце девушки сжалось от этих звуков. Столько в них было боли и муки, столько обвинения и ненависти… К себе самому.

Но чувство вины, которое исходило от него, не было новым. Оно копилось в нем долгие годы. Съедало изнутри. Мучило и терзало. И Сара догадалась: в гибели жены Алек считал виноватым себя. Эта ноша лежала тяжелым камнем на его душе. Вот что зверь пытался донести сейчас до нее.

Девушка, продолжая стоять на коленях, повернулась к нему. Она смахнула рукой слезы, шмыгнула носом и посмотрела на мучившегося супруга. Он опустил голову к земле, положил ее на лапы и закрыл печальные глаза. Алек отпускал ее. Волк и человек приняли ее выбор и позволяли уйти, оставить их.

Сара хмыкнула.

Когда женщины страдают по вине любимых, то в порыве злости порой желают, чтобы те ощутили такую же боль. Но если такое случается, они же первые и сдаются, стараясь загладить вину и возместить причиненный ущерб.

Вот и сердце Сары не выдержало. Она на коленях подползла к своему волку. Рука неуверенно легла на его голову, погрузившись в мягкую шерсть. Ухо дёрнулось, крылья носа затрепетали, зверь затаил дыхание, боясь неосторожным движением спугнуть свою пару.

Шерсть оборотня была мягкой, мощное тело не пугало, а приводило в восторг. Он несколько минут с нежностью терся об ее ладонь, пока неожиданно не дернулся вверх, заваливая девушку на землю и аккуратно умащиваясь сверху. Тяжелое дыхание выдавало, какого труда ему стоило держать в узде свои нечеловеческие порывы. Но он ждал. Позволял ей принять решение. Малейший намек и он ее отпустит. Сара знала это. Чувствовала благодаря их связи. Вот только у девушки больше не было сил сопротивляться.

Эмоционально вымотанная терзающими душу сомнениями, Сара не могла продолжать отказывать ему и себе. И если на Алека влияла луна, то на нее оказывал влияние он сам. Как только тело ощутило его тяжесть, оно сразу откликнулось. Приятное напряжение внизу живота растеклось сладким желанием по венам, сливаясь с его жаждой, которую доносила их связь.

И оборотень воспользовался этой брешью в броне ее отчуждения.

Он поддел когтем ее топ, демонстрируя свои намеренья — одно движение и девушка останется без одежды. Сара быстро подняла руку, останавливая его. Глаза зверя тут же сузились, а тело напряглось в ожидании очередной попытки сопротивления со стороны пары. Но девушка ласково улыбнулась и прошептала:

— Позволь мне самой раздеться. Я не хочу потом сверкать своей наготой перед всеми.

Зверь склонил голову, раздумывая. А после приподнялся, предоставляя ей свободу действий. Сара не стала вставать, а все так же лежа извернулась и стянула топ, чтобы сразу откинуть его в сторону. Потом с трудом избавилась от шортов вместе с трусиками, тоже послав их в полет на безопасное расстояние.

Дыхание Алека стало тяжелее. Его глаза, вспыхивая ярким янтарным светом, медленно прошлись по желанному женскому телу. Животный магнетизм этого взгляда гипнотизировал девушку, заставляя сходить с ума от нахлынувшего возбуждения. Дыхание сбилось. Луна за спиной оборотня оттеняла контуры его тела, добавляя происходящему невероятной мистичности. Необузданность мифического существа заставляла трепетать в предвкушении. Когти мягко прошлись по нежной коже ее ног и нырнули между ними, требуя открыться для него. Сара выдохнула и выполнила этот молчаливый приказ.

Зверь наклонился, обжигая дыханием ее коленки, подбираясь ближе. И от осознания того, где сейчас окажется его пасть, девушка задрожала. Лоно наполнилось сладкой влагой, мерцающей в лунном свете, маня изголодавшегося оборотня. Его нос втягивал в себя невероятный аромат пары, единственный и неповторимый. Восхищение от неприкрытого желания, ощутимого в этом запахе, приводило волка в состояние блаженства, которое благодаря связи они разделили на двоих.

Сара закусила губы, выгибаясь навстречу, умоляя коснуться трепещущей плоти. Зверь рыкнул, напоминая, кто господствует в их союзе. Ведь, несмотря на свою сдержанность и уступчивость, он был лидером, властным самцом и желал, чтобы и его пара не забывала об этом. Хоть она и добилась определенного равноправия, но в моменты близости именно она будет под ним. Покоренная и покорившаяся.

Девушка едва сдерживала рвущиеся с губ требования. Понимала: накажет и заставит мучиться еще сильнее. Вот только удерживать в узде это животное желание хоть и сладко, но так нестерпимо трудно. С этим оборотнем она сама становится первобытной самкой, сдающейся в плен низменным потребностям.

Тяжелое дыхание щекотало кожу внутренней стороны бедер, продвигаясь все выше. Именно туда, где она нуждалась в нем больше всего. Ноги инстинктивно разошлись, раздвигаясь шире, настолько, что она ощутила напряжение в мышцах. Пятки уперлись в мягкую траву, которой к утру предстоит стать весьма измочаленной. Сейчас же роса холодила спину, создавая яркий контраст с пылающим в теле огнем. Мурашки пробегали по позвоночнику, заставляя дрожать от наслаждения.

Миллиметр по миллиметру он приближался к цели. И когда шершавый язык наконец прошелся сверху вниз по влажной плоти, Сара не сдержала громкого вскрика удовольствия. Тело моментально выгнулось, стремясь прижаться сильнее. Болезненная пульсация в напряженном клиторе заставляла хныкать. И зверь откликнулся на этот призыв, надавив языком на твердую горошину.

— Ах! — из груди девушки вырвался громкий протяжный стон.

Жар распространяется по телу. Становится обжигающе горячо. И очаг этого пламени там, под его неумолимым языком. Он работает им очень умело и настойчиво, даря своей паре все новые порции удовольствия. Упиваясь ее вкусом и запахом. Насыщая им свой организм, чтобы их ароматы полностью смешались. Стали одним. Общим.

Девушка даже не замечает, как с корнем выдирает траву, в которую вцепляется пальцами. Изо всех сил подмахивая в такт движениям его языка, она желает стать еще ближе. Срастись с ним в этом экстазе.

— Пожалуйста, пожалуйста… — сдаваясь, хнычет она, приводя своего самца этой мольбой в дикий восторг.

Его удовлетворенное рычание отдается вибрацией в ее ноющей плоти. Язык то скользит прямо в лоно, сильно надавливая на влажный вход, то снова возвращается к более нежным ласкам. Если это можно так назвать. Потому что все в нем — необузданная животная страсть.

Жар распространяется по телу, заставляя извиваться в конвульсиях удовольствия. Острые зубы слегка царапают пульсирующую плоть, и девушка сдается охватившему все существо экстазу. Темнота под зажмуренными веками озаряется вспышкой света, и она кричит, разбивая тишину леса. Тело превратилось в пластичную массу, но он не дает ей возможности отдохнуть.

Алек резко отстраняется, сквозь прикрытые ресницы она замечает капельки влаги на его подбородке. Пользуясь тем, что она словно заворожена его видом и своими ощущениями, он неожиданно переворачивает ее на живот, поднимая таз вверх и заставляя прижаться плечами к земле.

Сара выдыхает. Получившее небольшое успокоение тело моментально оживает. Предвкушение в ожидании невероятного удовольствие заводит ее сильнее прежнего, и она боится, сможет ли пережить такое насыщение. Но зверь не оставляет ей времени на сомнения.

Его горячая твердость прижимается к сочащемуся соками лону. Выпад, и он полностью наполняет ее, выбивая даже воздух из легких. Мышцы растягиваются, подстраиваясь под твердый орган. Такая наполненность заставляет судорожно дышать ртом. И в то же время она невероятно приятна. Словно между ними нет и миллиметра расстояния. Они едины. Цельны.

Руки сжимают ее бедра. Крепко. Возможно, до синяков. Но в эту минуту такие мелочи не имеют значения. Победный вой, полный триумфа, несется над лесом. И эта его радость от обладания ею не коробит, а наоборот, приводит в трепет.

Но вот он начинает движение. Сразу же задавая яростный темп, зверь выходит из нее, чтобы снова ворваться. Мощно и до упора. Внутренние мышцы цепляются за его плоть, не желая отпускать. Примитивные полувскрики-полустоны будоражат ночную тишину. Естественно и эротично. И кажется, что он отдает себя ей всего, до конца. И Сара уже не знает, то ли это она принимает желаемое за действительное, то ли такова ее собственная реакция на их слияние, то ли просто глупое заблуждение. Но сейчас ей хочется верить. Потому что она и сама отдается ему полностью, всей душой и телом.

Животные порыкивания сопровождаются женскими всхлипами. Каждый сантиметр, наполняющий ее, приводит девушку в чистейший восторг. И хотя завтра она, возможно, не сможет нормально сидеть, но сейчас все просто идеально.

Такое ощущение, будто ее выворачивают наизнанку. Толчки сотрясают все тело, и оно скользит по траве. Мышцы напряжены до боли. Каждый мощный удар его органа сопровождается волной трепета. И хочется, чтобы уже эта волна накрыла с головой, но она ускользает, чтобы вернуться вновь, еще более сильной.

Сара пытается двигаться, но ей оставили слишком мало места для маневров. Волк накрывает ее собой полностью, спариваясь с ней в примитивной животной позе. Но терпеть ей осталось немного, вскоре ритмичные глубокие толчки посылают ее ощущения через край, вознося девушку на вершину блаженства. Напряжение сменяется ошеломляющей истомой.

Ее оргазм вызывает новый поток сока, и волк ревет за ее спиной, делая особо глубокий выпад. После чего наклоняет голову и в момент, когда ее тело наполняется мужским семенем, его зубы захватывают плоть предплечья, ставя на нежной коже брачную метку. Боль смешивается с невероятным удовольствием, и из горла девушки вырывается дикий вопль. Наслаждение такой силы заставляет ее забыть, кто она и где находится. Остаются лишь они. Сознание плывет и плавится. Сердца бьются в унисон. Его плоть раздувается в ней, запирая мужчину на некоторое время в женском теле.

Сцепленные, как звери.

Вой обладания вырывается из его груди, он разносится на многие километры вокруг, сообщая стае, что их вожак только что пометил свою самку. Выбор сделан и он окончателен, связь сформировалась. Вот только Сара еще не осознает этого, все в ней сосредоточено на пульсации внутри, на его семени, обжигающем внутренности. В голове мелькает мысль, что если бы она уже не была беременна, то сегодня он не оставил бы ей никакого шанса избежать зачатия. Но охватившая тело дрожь прогоняет все мысли. Так тепло в колыбели его рук. Практически жарко. От этого накатывает томление и сонливость. Глаза закрываются, хоть она и напоминает себе, что не стоит спать в его объятиях. Но уже ничего не может поделать.

Утомленная интенсивным животным спариванием, девушка позволяет себе немного отдохнуть и сдается ласковому сну.

Глава 19

Сара проснулась как от толчка. Серость уходящей ночи прогоняли розовые переливы наступающего рассвета, пробивающиеся сквозь густоту лесной чащи. От жесткой земли все мышцы в теле затекли, а кости ныли. Повернув голову, девушка увидела за своей спиной спящего мужа. На мгновение сердце затопила волна щемящей нежности. Любовь к Алеку ощущалась настолько остро, что казалось, ее можно физически почувствовать, прикоснуться к ней, потрогать.

Уходящая ночь стала для Сары волшебной. Дикой, необузданной, примитивной, но такой настоящей. Воспоминания о его властных требованиях все еще посылали дрожь по позвоночнику. Принадлежать ему вот так было просто потрясающе, и девушка с радостью повторила бы этот ритуал еще раз.

Но потом она вспомнила о Химене и упала с небес на землю. Радость близости сменилась огорчением, сомнения снова закрались в душу. Сара понимала, что от выяснения отношений им никуда не деться. Но после такой ночи снова услышать режущие сердце слова казалось кощунством.

Ей не хотелось так быстро терять всю красоту их соединения, поэтому девушка приняла решение вернуться на жилую территорию самостоятельно, без Алека. Продлить сладкое томление внутри, чтобы, когда он в очередной раз даст ей понять, что не ей принадлежит главная часть его сердца, можно было уходить в эти воспоминания, где будут бережно храниться мгновения их близости.

Аккуратно отодвинувшись от мужчины, Сара очень медленно отползла в сторону. Предельно тихо. По миллиметру отодвигаясь от своего любимого, она боялась малейшим звуком разбудить его. Но впервые судьба была на ее стороне. Муж спал настолько крепко, что девушка смогла тихонько подняться и маленькими шажками отойти подальше. Подняв с земли свой топ и шорты, Сара прижала вещи к груди и двинулась прочь от спящего мужчины. При этом она постоянно оглядывалась, опасаясь, что вот сейчас он проснется и остановит ее.

И только когда место, где они ночевали, уже скрылось за деревьями, девушка перевела дух. Она натянула одежду, наконец-то прощаясь с наготой и, размышляя о непростых взаимоотношениях с мужем, начала пробираться к поселку. Вот только Сара настолько погрузилась в свои переживания, что лишь спустя полчаса осознала, что вокруг нее все еще густой лес и никаких признаков цивилизации.

Девушка остановилась и осмотрелась. Страшная мысль мелькнула в сознании, заставив ее задрожать. Неужели она заблудилась?

— Эй! Есть тут кто-нибудь?! — громко крикнула Сара, но ее крик затерялся в тишине леса.

И лишь птицы услышали его и взбудоражились.

— Этого просто не может быть! — волнуясь, запричитала она.

Покружив пару минут на месте, решила все-таки продолжать идти, в надежде, что наткнется на кого-то из стаи или же выйдет к знакомой местности. Но чем дольше шла, тем яснее понимала, как далеко она забрела. Сара в отчаянии закусила губу. Кожа на руках зудела, исцарапанная ветками, между которыми ей пришлось пробираться. Крики тоже не помогли. Казалось, она здесь одна на многие километры. От усталости болели ноги, но девушка упрямо продолжала брести вперед. Потому что как повернуть назад уже не понимала. Лес везде казался одинаковым, а направление она выбрала наугад.

Она ведь не могла уйти настолько далеко от Алека и стаи. Просто не могла!

Глупая! Из-за обиды и разочарования не пожелала проснуться в объятиях своего волка. Встретиться взглядом с любимыми глазами и понять, что даже эта волшебная ночь для него лишь замена той, которая могла бы быть с Хименой. Мучительно больно осознавать, что все происходящее между ними для него второстепенно. Память об умершей возлюбленной навсегда заняла половину сердца этого мужчины, сделав его недоступным для Сары. Нет, она никогда бы не попросила его перечеркнуть прошлое и забыть Химену. Это было бы неправильно с ее стороны.

Она всего лишь хотела, чтобы он поделился своей болью и смирился с утратой, тем самым позволяя себе строить отношения в другой семье. Той, которая уже появилась у него, даже против его воли. Издевательство какое-то! Зачем природа сделала Сару его парой, когда он так тужит по другой женщине? Зачем связывать их мифическими узами оборотней? Это только позволяет ей чувствовать его боль, знать, что она никогда не утихнет и всегда будет напоминать о необходимости смириться со вторым местом.

А это совсем не в характере Сары. Ей необходимо или все, или ничего!

И все же девушка корила себя за чрезмерную импульсивность в поступках. Вот к чему это сейчас ее привело. Такие мысли просто разъедали сознание, пока она продолжала пробираться по густым зарослям. Наконец, отведя тяжелые ветки, она увидела впереди заасфальтированную дорогу.

— Цивилизация! — с облегчением выдохнула Сара.

По крайней мере, она уже не в дикой местности. И хотя девушка не понимала, в какой стороне вышла, но это уже было не важно. В любом случае, двигаясь по дороге, она встретит людей, а там и сориентируется, как ей вернуться домой. В стаю. К мужу, который не любит ее, но который, безусловно (она знает это), дорожит ею. Или, по крайней мере, их будущими детьми.

Еще около десяти минут девушка, вымотанная и уставшая, шла вдоль дороги, и вот удача, наконец, улыбнулась ей. За спиной послышался шум автомобиля. Обрадовавшись, она остановилась и принялась махать приближающемуся фургону. Машина затормозила возле нее, и Сара поспешила к окну водителя.

— Вы бы не могли подвезти меня к бли… — воодушевленно начала она, но оборвала свою просьбу на полуслове, когда наткнулась взглядом на девушку, что подходила к ней в торговом центре. — Ох, черт!

Моментально Сара развернулась и бросилась в лес. Она слышала хлопанье дверей машины и звуки погони за спиной, но оглянуться боялась. Худшую встречу и представить было трудно.

— Лови ее! — услышала Сара крик.

Она бежала изо всех сил, догадываясь, что лучше блуждать в диком лесу, нежели попасть в руки к этим людям. Но мужчина оказался проворнее, чем она. Неожиданно он схватил ее со спины, останавливая и удерживая. Сара принялась брыкаться, стараясь вырваться. Тогда ее сильно встряхнули.

— Успокойся, иначе я сам тебя успокою! — грубо отчеканил мужчина.

Сара замерла, тяжело дыша. Страх сковал ее тело. Мысли сменяли друг дружку, но идеи, как же ей вырваться из этой западни, все не появлялось. И страшно было даже представить, что ждет ее в руках этих людей. Мысленно она в который раз потянулась к своему волку, но, признаться честно, она перестала его ощущать еще несколько километров назад. И в этом была ее вина. Когда муж с беспокойством тянулся к ней, она отмахивалась от него, успокаивая, что идет домой. Сама просила оставить ее на некоторое время в покое. И что теперь делать?

Она была уверена, что Алек будет ее искать. И знала: найдет, непременно. Вот только главное, чтобы не было поздно. Не только для нее, но и для их детей. Сейчас же разумнее всего вести себя тихо и покладисто.

— Пошли! — приказал ей мужчина и грубо потащил за собой.

Они снова вышли на дорогу, где возле автомобиля их поджидала девушка.

— Роб, ты поймал ее! — с непонятной радостью воскликнула она.

— Она же обычная девчонка, а не оборотень, — фыркнул мужчина.

Девушка подошла к насупленной Саре и осмотрела ее с предвкушением.

— Ты внесешь весомый вклад в наши исследования! Поможешь человечеству избавиться от монстров.

— Они не монстры, — спокойно возразила Сара. — Они такая же раса, как и мы. У них есть право жить на этой планете.

— Это безумные монстры, которых должны были истребить еще в средневековье. А они скрылись, притворяясь людьми, и только благодаря этому выжили! Но скоро человечество узнает, кто живет среди нас. И тогда мы избавимся от них окончательно.

— Ты просто больная сука!

— Роб, в машину ее. Возвращаемся на базу. Сегодня у нас замечательный улов.

Мужчина подтолкнул Сару к задней двери фургона. Открыв ее, он грубо затолкал девушку внутрь и захлопнул за ней дверку, закрывая еще и на замок. Внутри ощущался неприятный запах, а возле перегородки, отделяющей кузов от водителя, девушка увидела связанного мужчину. Тот явно находился под какими-то препаратами, так как не проснулся даже от всей этой кутерьмы. При этом она отметила, что его грудь равномерно поднимается и опускается.

Поднявшись с пола, Сара подобралась к маленькому окошку, чтобы увидеть, как они удаляются от того места, где она вышла на дорогу. Девушка принялась всеми силами души молиться, чтобы Алек поскорее нашел ее. Нашел и уже больше никуда не отпускал.


Алек впервые за столько лет ощущал во сне полное умиротворение. Не было ни тревожных сновидений, ни тяжести вины. И только одного ему не хватало для полного спокойствия — единения со своим волком. Он столько лет живет в разладе со второй частью своей души. Они уже столько воюют между собой. Привычка к самоконтролю практически уничтожила в Алеке умение веселиться, радоваться нехитрым развлечениям и некую безуминку, присущую его природе. Она превратила мужчину в постоянно напряженного, унылого, тревожащегося из-за каждой мелочи невротика, тем самым задавив в нем все волчьи порывы. Но Сара с помощью своих сумасбродств пробралась ему под кожу, заставив встрепенуться не только человеческую часть, но и оживив зверя.

Неожиданно волк внутри заворочался, пытаясь что-то сказать и требуя проснуться. Но Алек не желал отпускать такой мирный сон. Он подавил в себе эти волнения, продолжая наслаждаться умиротворением. Когда же зверь полностью сошел с ума, вырываясь из-под кожи и требуя выпустить его на свободу, мужчина дернулся, рывком просыпаясь.

Первое, что увидел Алек, — пустое место рядом. Тогда его взгляд обежал поляну, но так и не нашел вожделенную цель. Это обстоятельство взволновало мужчину, и он резко вскочил на ноги.

Невозможно! Она ушла от него, а он даже не среагировал? Впервые хваленый контроль над зверем сыграл с мужчиной жестокую шутку. Проигнорировав волчьи инстинкты, он упустил из виду самое ценное.

Ноздри мужчины затрепетали, он попытался уловить желанный аромат, чтобы определить, в какой стороне скрылась его пара. Но запах Сары был повсюду. Все вокруг отдавало ее неповторимым ароматом, и это чертовски сбивало с толку. Подавив в себе желание сразу кинуться на поиски, Алек мысленно, по их связи, потянулся к ней. Каким же было его удивление, когда супруга с легкостью отмахнулась от него. Это взбесило и разгневало мужчину. Хотя стоило признать, что за гневом пряталось разочарование от такого откровенного пренебрежения им. Они были соединены теперь всеми возможными узами, а так и не пришли к взаимопониманию. Неужели это его рок? Расплата за горькую ошибку с Хименой?

Волк рыкнул внутри, продолжая метаться под кожей. И Алек, послушав его, переборол свою гордость и снова потянулся к девушке.

«Оставь меня в покое хоть на пару минут! Мне нужно подумать. Я иду домой», — услышал он в своих мыслях.

Алек раздраженно выдохнул. Он ощущал Сару на некотором расстоянии от себя, но не мог определить точно где. Ее аромат, витающий вокруг, не давал уловить направление. Хотя мужчина предположил, что, скорее всего, она уже практически вышла к их поселению.

Зверь же внутри него никак не хотел успокоиться. Он требовал последовать за ней, догнать и больше не выпускать из рук. Волка нервировало, что пара ушла от него сразу после брачных игр, и он был зол на свою человеческую половину, которая удерживала его под контролем и не позволяла действовать по-своему. И Алек в очередной раз отвернулся от тревоги волка. Мужчина не прислушался к своей второй половине, решив, что лучше знает, как вести себя со своей женщиной.

Что может понимать зверь? Он уже поставил брачную метку, и даже это не убедило Сару в его отношении к ней. Что еще желает получить эта женщина, когда он отдал ей практически все?

Раздраженно вздохнув, Алек занялся уничтожением следов пребывания на поляне странного зверя, после чего оделся и размеренным шагом отправился домой. После ночной пробежки стая ощущалась расслабленной и успокоенной. Никакого лишнего беспокойства от них. Только его собственная пара не захотела мира в их отношениях, устроив ему встряску сразу после весьма энергичной ночи.

Ноздри мужчины снова раздулись, но Алек не мог понять, что именно не нравится волку. Тот просто безумствовал внутри него. Казалось, еще чуть-чуть и он потеряет контроль и обернётся. И это ощущение было еще одним тревожным звоночком.

Но только через пару километров, когда практически приблизился к жилой территории, мужчина осознал, что запах Сары не усиливается с каждым метром, а наоборот, слабеет. Неожиданно связь между супругами полностью оборвалась, и Алека с головой накрыло осознанием катастрофичности собственной ошибки. Мужчина застыл на месте, на мгновение оглушенный ужасом ситуации. Сара двигалась не к дому! Нет. Она пошла в противоположную сторону. И именно об этом хотел предупредить его внутренний зверь.

Его пара потерялась в лесу. Одна среди диких хищников. Беззащитная. Он знал, что девушка сделала это не специально. Просто сама была уверена, что двигается правильным путем, а он, задавив все инстинкты, пошел на поводу у человеческого разума.

Глупец! Чертов идиот!

Он моментально развернулся и уже собирался превратиться, несмотря на дневное время и значительный риск разоблачения, когда его остановил голос друга:

— Алек!

К нему стремительно приближался Оскар в сопровождении своего беты и Нисана. И если Алека и удивило присутствие другого альфы после полнолуния на чужой территории, сейчас не этот вопрос был в приоритете.

— Прости, но я не могу сейчас уделить тебе время. Сара блуждает где-то в лесу, и мне необходимо отыскать ее как можно скорее.

— Как? «Луна» не вернулась с тобой? — удивился Нисан.

— Наши разногласия не уладились, и она ушла раньше, считая, что идет домой, а на самом деле сбилась с пути.

— Я призову остальных, и мы отправимся на поиски!

Алек кивнул, соглашаясь со своим бетой.

— Она ушла достаточно далеко. Я больше не ощущаю ее по нашей связи, а это означает, что расстояние больше пяти километров.

Нисан выругался, пока вожак, сцепив зубы, признавал свою оплошность. Какой волк может так потерять свою пару? Да еще и альфа? Но мнение остальных оборотней, так же как и репутация, волновали сейчас мужчину меньше всего. Главным было отыскать Сару.

— Я помогу тебе с поисками, потому что после этого мне понадобится твоя помощь, — заявил вдруг Оскар.

Бросив на друга удивленный взгляд, Алек кивнул.

— Отправляемся немедленно.

Он развернулся и поспешил в сторону места, где они провели ночь. Мужчины следовали за ним. Аромат девушки снова постепенно набирал силу. Но ярче всего он, конечно, ощущался там, на поляне.

Остановившись в центре поляны, альфа полностью сконцентрировался на сладком аромате своей пары. Он постарался охватить весь манящий букет, давая, наконец, своему зверю зеленый свет. Когда в его голове запах оформился в тоненькую ниточку, ведущую в противоположную сторону от дома, мужчина немедля ринулся по следу. Оскар с двумя бетами рассредоточились. Слегка отстав, они проверяли местность в более широком радиусе, но придерживаясь того же направления, что и Алек.

Альфа стремительно несся вперед, стараясь поскорее добраться до своей пары. Ее запах с каждым метром ощущался все ярче, подсказывая, что он совсем близко. Каким же болезненным было его разочарование, когда он вылетел из леса на пустынную трассу.

— Что за черт? — выругался Алек.

В этом месте запах его женщины резко обрывался и в то же время явственно ощущался аромат посторонних людей. Мужчина осмотрелся по сторонам, а после присел на корточки возле обочины и принюхался. Его нос явно уловил еще два незнакомых запаха. Пальцы прошлись по следам от обуви, определяя, что это были мужчина и женщина. Свежий след от шин давал понять, что машина отъехала не так давно, но рванула на высокой скорости.

Тревога охватила альфу. Холодок пробежал по позвоночнику, а в душе поселилось беспокойство.

Возможно, она просто поймала автомобиль и сейчас направляется домой, успокоил он себя.

Наконец к нему присоединились Оскар и беты. Друг подошел к Алеку и, остановившись рядом, принюхался.

— Гребаный ад! — неожиданно встревожено выругался альфа соседней стаи.

— Что?

— Этот запах мне знаком. Сегодня с утра я ощутил его на месте, где пропал один из моего молодняка. Там были и похожие следы колес.

— Что ты хочешь этим сказать? — рыкнул Алек.

Страх полностью проник в его вены, замораживая кровь. Мысль о том, что его пара попала в беду, приводила в дикий ужас.

— Мы выяснили, что некая человеческая организация знает о существовании оборотней. И ее база находится на запад от твоей территории.

Оскар кивнул в ту сторону, куда уехал автомобиль.

— Боюсь, что Сара случайно наткнулась на них.

— Альфа, — Нисан привлек внимание к себе. — Похожий аромат я ощущал на «луне», когда она вернулась после посещения торгового центра, где столкнулась со странными личностями. Я запомнил его, потому что в нем есть что-то химическое. Оно еще сильно раздражало мой нос.

— Если с ней что-то случится, я уничтожу сукиных детей! — Алек озверел. — Нам необходим автомобиль. Нисан, возвращайся на территорию и выезжай. Подберешь меня по пути.

Нисан тут же скрылся в лесу, спеша выполнить приказ. Тогда как гости остались возле Алека.

— Мы идем с тобой, — заявил Оскар, кивая на своего бету. — У них в руках находится и член моей стаи.

— Эти людишки зашли слишком далеко, — голос мужчины обещал жестокую расправу всем, кто посмеет прикоснуться к его паре.

— Мы вернем Сару сегодня же, — успокоил друга Оскар.

— Меня пугает то, что они могут сделать с ней за это время. По прошлой встрече понятно, что они считают нас монстрами. Что же будет, когда они поймут, что она носит таких же в себе? — в голосе Алека были слышны неестественные для такого сильного оборотня нотки паники.

— Успокойся, друг. Мы успеем вовремя. По-другому и быть не может. Ты знаешь, что я тоже сделаю ради твоей пары все что угодно. Даже отдам жизнь. Она — самое ценное, ведь в ней будущее нашей расы.

Алек кивнул, зная, что это не пустые слова.

Бежали мужчины недолго. Вскоре их подобрал черный джип, за рулем которого был Нисан. Сзади ехал второй и в него набились сильнейшие самцы стаи. Оборотни вышли на охоту. А когда такое случается, ни одному человеку не суждено скрыться от преследования.

Глава 20

Через маленькое окошко, забранное частой решеткой, Сара увидела, что они въехали на охраняемую территорию. Ее взгляд приметил высокий бетонный забор с проволокой поверху и тяжелые металлические ворота, которые двое статных мужчин в военной форме закрыли за машиной. Но рассмотреть больше девушка не смогла. Ее внимание то и дело отвлекал дергающийся сокамерник. Скорее всего, действие наркотиков, которыми его накачали, подходило к концу и к нему медленно, проблесками, возвращалось сознание. Вот только Сара опасалась, что если он придёт в себя, то может и ее принять за своего врага. Не специально, а на рефлексах. Ведь девушка была уверена, что ее друг по несчастью — оборотень.

Вдруг дверь фургона открылась. Сара прищурилась от яркого дневного света и тут же мужские руки резко потянули ее наружу.

— Другого поскорее забирайте, иначе столкнетесь с разбушевавшимся зверем, — хохотнула Кита.

Проморгавшись наконец, Сара увидела, как двое крепких мужчин заскочили внутрь фургона и подхватили бессознательного мужчину.

— А тебя, дорогуша, мы покажем доктору Райянсу. Он будет бесконечно счастлив получить такой подарок.

— Какой подарок?

Лицо Киты моментально просияло, когда с другой стороны послышался приятнейший мужской голос. Сара повернула голову на звук и столкнулась со взглядом дьявольски красивого молодого мужчины. Он внимательно посмотрел на нее и улыбнулся. Ох ты ж, Пресвятая Дева, да за такие ямочки убить можно!

— Кто наша гостья, Кита?

— Она попалась нам прямо на дороге, словно сам Господь Бог направил ее в наши руки. Это Сара Ливерст.

— Как интересно, — мужчина склонил голову набок.

— Сара Кепшоу! — вздернув подбородок, поправила их девушка.

— Хм, ты вышла замуж за вожака стаи? Еще интересней, — в глазах доктора заблестело любопытство.

— Он придет за мной, и я бы посоветовала вам опасаться этого! — действуя по принципу, что лучшая защита — это нападение и смело бросая врагам вызов, Сара тем самым маскировала свой страх.

— Ты успела заметить, какая здесь охрана? Твой оборотень столкнется с суперсовременным оружием. А так как уже сотни лет человечество побеждает природу, то и твоему зверьку не выстоять против нас.

Сара поджала губы, но промолчала. Они явно считают оборотней не разумней обычной собаки, рассчитывая на то, что те действуют, полагаясь на инстинкты и звериную силу. Ну что ж, она не собирается их разубеждать. Такие заблуждения гарантируют самой Саре свободу.

— Это прекрасный улов, Кита. Молодой самец, которого вы привезли, безусловно тоже внесет свой вклад в наши исследования. Но эта девушка — бесценна. Согласно моим данным оборотни, все до одного, сверх меры сексуально активны, а вожаки — настоящие похотливые кобели. Я уверен, что зверь еще прошлой ночью «обрабатывал» эту леди, и я смогу добыть не только образец спермы, но и провести тест на беременность. Вожак бы не женился на той, которая не сможет произвести на свет потомство, а значит — наши виды совместимы.

— Неужели они и вправду вымирают, раз покушаются на нас? — поинтересовалась Кита.

— Я давно понял одну вещь — природа сама медленно их убивает, но эти твари живучие. Теперь они решили размножаться с помощью наших женщин. И вот для того, чтобы остановить их и, наконец, обратить весь причиненный ими человечеству ущерб нам же во благо, существуем мы.

Именно эти рассуждения доктора напугали Сару больше всего. То, насколько его воодушевила ее возможная беременность, вызвало у нее ощущение холодка в позвоночнике. Что будет, когда он узнает, что это случилось? Какие опыты захочет над ней провести? И о каком ущербе идет речь, если оборотни спокойно живут бок о бок с людьми, правда слегка в тени? Сара еще раз убедилась, что попала в руки к полным психам. И ей ни в коем случае нельзя подпускать к себе этого доктора или позволять ему проводить свои тесты. Необходимо как-то отсрочить исследования, чтобы Алек успел ее освободить. Она не позволит этому больному уроду добраться до детей.

— Я отведу ее в камеру, доктор Райянс, — мягко проворковала Кита, сжимая локоть своей пленницы.

— Посели ее рядом с нашей подругой, дорогая. И спасибо, только на тебя я могу рассчитывать, — он потрепал девушку по щеке, а та обожающе улыбнулась.

Чертов наглец прекрасно умел пользоваться своей привлекательностью и пудрил девушкам мозги. И если судить по Ките, то пудрил настолько основательно, что те готовы были последовать за ним прямиком в ад или совершить любую бесчеловечность.

Девушка грубо дернула свою пленницу за локоть и потащила за собой. Сара покорно шла, не пытаясь вырваться, и внимательно смотрела по сторонам. Даже если ей и удастся оттолкнуть Киту, то количество охранников не даст ей ступить и шагу в сторону. Поэтому девушка и ведет себя так беспечно. Она явно ощущает себя в безопасности и пользуется своей безнаказанностью.

Сару завели в здание, которое с виду казалось старым и обшарпанным, а внутри удивило современным ремонтом. Стены блестели чистотой, а в плитке на полу можно было увидеть свое отражение. Они зашли в лифт и поднялись наверх. Сара прикусила изнутри щеку, сдерживая рвущиеся наружу вопросы и гневные высказывания.

«Ты послушна, словно овечка. Терпи. Пока», — повторяла она себе снова и снова.

Кита, казалось, тоже полностью ушла в свои мечтания и мысли (наверное, вздыхала по доктору) и совсем не была заинтересована в словесной перепалке.

Лифт прозвенел, на табло высветилась цифра «четыре», показывая, что они на четвертом этаже. Покинув кабину лифта, ступили в темный коридор. В тишине были слышны только их собственные осторожные шаги. Когда остановились перед бронированной дверью, Сара затаила дыхание. Кита приложила к черной панели палец, тот был отсканирован, после чего щелкнул замок и дверь на пару сантиметров приоткрылась. Кита взялась за ручку и резко толкнула.

Увидев, что находится внутри, Сара не сдержала тяжелого вздоха. Перед ее глазами предстало огромное помещение с рядом отдельных камер. Одна из них не пустовала. На узкой кушетке, свернувшись калачиком, лежала девушка. От звука открывающейся двери она дернулась и резко подскочила, с ужасом уставившись на визитеров.

— Тебе повезло, — хмыкнула Кита. — Это апартаменты класса «люкс». А вот самца поселят в полагающуюся ему по его природе клетку. Зверь должен сидеть в клетке.

— Вы сумасшедшие ублюдки, — выругалась Сара.

Вместо ответа девушка подтолкнула ее к свободной камере.

— Иди, принцесса!

Сара покорно зашла в свою темницу, а потом смотрела, как за ней закрывают решетку.

— И без выходок! Тут везде камеры, дорогая. Мы следим за тобой! — предупредила Кита.

Набрав код на электронной панели, она защелкнула дверь камеры и, усмехнувшись напоследок, направилась на выход. Как только девушка покинула помещение, Сара тут же прижалась к стене, что разделяла ее и другую пленницу.

— Эй, ты слышишь меня? — она тихонько постучала по стене. — Меня зовут Сара, я пара альфы стаи Оруса.

— Алека Кепшоу? — неуверенно переспросила девушка хриплым голосом.

— Да, его. Скажи, как тебя зовут? Откуда ты? Кто твой альфа? Давно ты здесь?

— Я — Ариша, из Южной стаи Рамина. Моего вожака зовут Оскар Рамин. Ты знаешь его?

— Да, — Сара облегченно выдохнула, понимая, что это та девушка, которую разыскивает Оскар. — Наши стаи дружат.

— Я знаю.

— Твой альфа ищет тебя. И я уверена: вместе с моей парой они вскоре придут за нами. Слышишь? Нас обязательно освободят!

— Спасибо, — и в этом слове Сара услышала столько надежды и облегчения…

Она была рада, что подбодрила измученную девушку, но кто бы теперь поддержал ее. Сев на кушетку и прижавшись к стене, она постаралась мысленно связаться с мужем. Но не смогла почувствовать его, впрочем как и стаю. Они еще далеко. Но Сара была убеждена: оборотни уже идут по следу. И когда ее волк выйдет на этих ублюдков, то не оставит и камня на камне от этого места. И даже если оборотни устроят кровавую бойню, она никогда не осудит их. Такие люди не заслуживают прощения. Прогнившие изнутри, они несут в этот мир только боль и страдания и наслаждаются ими.

Она снова через решетку внимательно осмотрела помещение, отмечая в другом конце комнаты наличие стола с медицинскими инструментами и какими-то пробирками и колбами. В углу, вызывая неприятные ассоциации, зловеще темнела каталка с ремнями. Сердце сдавило, словно в тисках, но девушка только крепче стиснула кулаки, приказывая себе быть сильной. Ради себя, ради своих детей и Алека. Страх может помешать ей, сделает уязвимой, а ей необходимо продержаться до того момента, когда муж придет за ней. И она продержится, во что бы то ни стало!


Только к вечеру мужчины вышли к охраняемому комплексу. Им пришлось несколько раз останавливаться, чтобы отыскать следы, которые вели их в глубь нехоженого леса, где и обнаружились нужные строения. Территория, на которой они были построены, как раз таки считалась свободной зоной между землями стай Алека и Оскара, поэтому они, естественно, никогда не исследовали ее. Никто и предположить не мог, что существуют такие организации, которые не просто знают об оборотнях, но и люто ненавидят их. Совет обязан был позаботиться, чтобы такого не произошло.

Но и Алеку, и Оскару теперь было предельно ясно, что Совет изжил себя. Он больше не контролирует ситуацию. И, возможно, Дрэйк прав, когда заводит разговоры о кардинальных изменениях в политике, особенно в вопросе секретности существования их расы. Только Алек был категорически против того, чтобы начало этим переменам положили катастрофические события его жизни. Потому что знал — второй потери он не переживет.

Вожаки детально изучили территорию вокруг базы, выискивая бреши в защите. И нашли место, которое камеры не охватывали, «слепую дозу», достаточную, чтобы можно было перебраться через ограждение. Высота Алека не волновала, как и наличие проволоки под напряжением. Ловкость зверя с легкостью позволит обойти эти человеческие меры предосторожности.

Покончив со сбором информации, пришли к выводу, что лучше всего пробираться внутрь с наступлением сумерек. Вот только Алек не мог так долго оставаться в неведенье. Мужчина мысленно потянулся к своей паре и облегченно выдохнул, когда связь между ними ожила, возвращая ощущение присутствия Сары в его мыслях.

«Сара!» — он потянулся к ней своим сознанием.

«Алек? Ты здесь?»

«Мы в лесу, готовимся к проникновению, но Оскар настаивает на том, чтобы дождаться вечера. Сейчас мне главное понять: ты в порядке? Они не тронули тебя?» — вместе с вопросами Сара ощутила волны панического страха, исходящие от мужа.

Девушка знала: одно ее слово и он сейчас же кинется вызволять ее из плена. Но как бы ей этого ни хотелось, рассудительность взяла верх. Воспоминание о хорошо вооруженных мужчинах и о той опасности, которую они представляют для Алека, заставило ее успокоиться и уверить мужа:

«Со мной все хорошо. Меня закрыли в камере и пока ничего не предпринимают. За стенкой сидит еще одна пленница. Она вроде из стаи Оскара. Говорит, что ее зовут Ариша».

— Рядом с Сарой девушка по имени Ариша, — передал он Оскару.

— Она из моей стаи, — подтвердил альфа. — Молодая самка. Мы думали, она покинула нас, но я все равно продолжал поиски.

Глаза Оскара налились желтизной от ярости и гнева. Те, кто посмел поднять руку на члена его стаи, жестоко поплатятся за это.

— Узнай, видела ли она другого оборотня, молодого мужчину.

Алек мысленно задал супруге вопрос.

— Сара говорит, что в фургоне, в котором ее привезли, находился оборотень. Он был без сознания. Но его поместили отдельно от них, и она не знает, где он сейчас.

Оскар кивнул, давая понять, что услышал информацию, а друг снова ушел в себя, связываясь со своей парой.

«Для нападения мы ждем сумерек. Но если они приблизятся к тебе и ты почувствуешь, что тебе угрожает опасность, ты зовешь меня, и мы сразу атакуем. Я не позволю, чтобы с тобой что-либо случилось!»

«Хорошо. Алек, прости, что ушла».

«Мы поговорим об этом позже», — твердо пообещал мужчина, заставив Сару тихо хмыкнуть.

Тяжелый им предстоит разговор, но сейчас главное — выйти невредимыми из этой передряги.

«Тогда, пожалуйста, просто береги себя».

«И ты… любимая».

— Эй!

Она вздрогнула от оклика.

Улыбка, вызванная последним словом мужа, растаяла, а сама Сара вернулась в реальность и осознала, что слишком погрузилась в их разговор и не увидела новую посетительницу. Напротив ее камеры с белой коробкой в руках стояла девушка. Маленькая, скорее всего не выше одного метра шестидесяти пяти сантиметров, хрупкая с виду, она слегка сутулилась и казалась неуверенной в себе и какой-то потерянной. Этакая серая мышка среди хищников. И в другой раз Сара посочувствовала бы ей, но не тогда, когда эта «мышка» была на стороне врагов.

«Медсестра, что ли», — подумала Сара, пристально рассматривая визитершу.

— Мне необходимо взять у тебя кровь и мазки для доктора Райянса, — произнесла девушка, когда увидела, что пленница обратила на нее внимание.

Сара перевела взгляд на охранника за спиной девушки, который всем своим видом говорил: «Один необдуманный поступок и ты пожалеешь». После чего снова посмотрела на возможную мучительницу и кивнула.

Девушка открыла дверь камеры и прошла внутрь. Затем поставила свою коробку на стол и принялась доставать оттуда медицинские инструменты.

— Меня зовут Анна, — неожиданно, не поднимая головы, представилась она, чем удивила пленницу.

— Сара.

— Ты не оборотень, да? Человек?

Сара утвердительно кивнула.

— Мне жаль, что ты попала сюда, — тихо произнесла девушка, поворачиваясь к ней с проспиртованной ватой. — Пожалуйста, положи руку на стол.

— Для чего?

— Я просто возьму кровь из вены.

Все существо Сары восстало против этого. Если они получат ее кровь, то узнают, что она беременна. Страх за детей требовал не позволять этому произойти. Но у нее не было выбора. Успокаивало лишь осознание того, что Алек рядом. Поэтому она послушно положила руку на стол, давая доступ к вене.

— Ты вроде неплохая. Разве не понимаешь, что все это бесчеловечно? — спросила Сара, стараясь не смотреть, как шприц наполняется ее кровью.

— Возможно. Но я следую за своей семьей, ее не предают.

— Не тогда, когда на кону несколько жизней и твои действия способствуют их разрушению.

Девушка вздрогнула, но промолчала. И Сара задумалась: возможно, ей все происходящее не так нравится, как Ките.

— Открой рот, я возьму мазок.

Закончив со сбором материалов для анализов, Анна покинула камеру. Сара задумчиво смотрела вслед девушке, пытаясь понять, чем та привлекла ее внимание. В ситуации, когда ей только и остается, что сидеть в одиночестве, ожидая своего спасения, лучше думать о странной медсестре, нежели о том, чем все это приключение может закончиться.

Наверное, прошло несколько часов, прежде чем дверь в помещение снова открылась. Сара прислушалась, пытаясь понять, приближается кто-то к камере или нет. У девушки по соседству был обзор получше, но она была слишком напугана, чтобы можно было нормально общаться и сотрудничать. Поначалу Сара пыталась с ней говорить, но Ариша больше не шла на контакт и она оставила эти попытки. Мало ли что с бедняжкой тут делали и насколько сильна ее душевная травма, не говоря уже о физических.

— И снова здравствуй, — голос мужчины, что подошел к решетке камеры, за которой сидела Сара, звучал приторно сладко.

Девушка скривилась и внутренне напряглась. Почему-то этот человек пугал ее больше других, да и его приход не сулил ничего хорошего.

— Я сделал анализ твоей крови и выяснил, что ты, оказывается, беременна. Предположу, что маленьким монстриком, — Сару покоробили его слова, но она благоразумно промолчала. — Вижу по твоей реакции, что для тебя это не новость. Нравится трахаться с животным?

— Да пошел ты! — злобно огрызнулась она.

— Мне это даже на руку. Не придется заставлять тебя спариваться с моим новым подопытным. Наоборот, теперь получится замечательный эксперимент. Я смогу изучить разницу между беременностью человеческой женщины и самки оборотня.

— У тебя есть другие беременные пленницы? — взволнованно спросила девушка.

— Нет. К сожалению, достать нужный образец не так легко. Поэтому сегодняшний самец был пойман специально для твоей соседки. Вскоре они пройдут селекцию, и я уверен: проблем с нужным мне результатом не будет.

— Боже, ты больной ублюдок!

— Кита даже постаралась и поймала самца из ее стаи. Так что они не чужие друг другу, — продолжал мужчина, игнорируя ее ругательство.

— И ты не боишься, что их альфа придет за тобой? Вожаки никогда не оставляют членов своей стаи в беде.

— Я даже жду этого, — с непонятным возбуждением заверил он. — Звери, которые сами идут в клетку!

— Они разорвут тебя на части, — Сара покачала головой, понимая, что этого человека необходимо уничтожить и Алек с Оскаром возьмут эту обязанность на себя.

Мужчина лишь самоуверенно рассмеялся. В этот момент к нему подошел один из охранников. Доктор Райянс кивнул в сторону решетки.

— Выведи ее.

— Куда? — тут же поинтересовалась, внутренне напрягаясь, девушка.

— Хочу сделать тебе ультразвук и посмотреть на плод.

Саре эта идея совсем не понравилась, но что она могла против сильных мужчин? Равнодушный охранник схватил ее за руку и потащил за собой. За камерами, возле окна, обнаружился хорошо оборудованный медицинский уголок. Девушка успела поймать встревоженный взгляд соседки, которая сжалась на кушетке, молясь, чтобы не оказаться на ее месте. И Сара не могла ее винить.

Но паника вырвалась на волю, когда ее силой уложили на кушетку и зафиксировали ремнями. Девушка попыталась вырваться, но все было безуспешно.

— Отпусти меня, ты, чертов кусок дерьма!

— Ух, да ты бойкая барышня. Естественно, другая бы и не смогла удовлетворять волчьи аппетиты.

Мужчина задрал топ и капнул на живот немного прозрачного геля. Холод жидкости вызвал в позвоночнике сотни мурашек, но он был несравним с тем холодом, который Сара ощущала от страха за себя и своих детей. Доктор опустил датчик на гель и принялся двигать им. Его глаза внимательно всматривались в монитор, отмечая каждую деталь.

— Так, так, так, — удовлетворенно произнес он, — я вижу два плода. Однояйцевые близнецы. Просто замечательно! Какой у тебя срок?

Сара демонстративно сжала губы, отказываясь отвечать. Но мужчина просто усмехнулся. Еще несколько минут он считывал показатели, а после распечатал необходимые ему данные и поднялся.

— Именно таких образцов мне и не хватало для полноты эксперимента. Твой вклад в исследования оборотней будет очень весомым.

Глаза девушки расширились от ужаса, когда в обращенном на себя взгляде она прочла маниакальный интерес ученого.

— Мне необходимо показать твои данные еще одному выдающемуся ученому, — пробубнил он, обращаясь больше к самому себе.

Доктор принялся собирать бумажки, то и дело замирая и вглядываясь в написанное там. Затем встал и быстро направился к выходу, на ходу бросив охраннику:

— Следи за ней.

Нервы Сары были на пределе, так же как и терпение. Беспомощность, ощущаемая ею сейчас, снедала изнутри, превращая волевую девушку в комок ужаса. Ее глаза остановились на охраннике, тот похотливо усмехнулся и приблизился к ней.

— Доктор сказал следить за тобой, но, может, мы скрасим это время более интересным занятием?

Его шершавые пальцы пробежались по ее ноге, и Сара скривилась от омерзения.

— Убери руки, придурок, иначе пожалеешь! — приказала она.

— Какая бойкая! — мужчина засмеялся, просунул ладонь ей между ног и, надавливая, провел по ткани шорт. — Вот только что ты мне сделаешь?

«Алек! Ты мне нужен!» — мысленно позвала Сара, осознавая, что ситуация выходит из-под контроля.

«Я иду к тебе!» — тут же пришел ответ, наполняя девушку уверенностью в своем спасении.

Глава 21

«Я не могу больше ждать, Оскар! Она зовет меня!»

Алек нервно поглядывал на бетонное ограждение, готовый разнести все, что встанет на его пути, вдребезги. Сосущее чувство страха и паники, давно забытое, а теперь ощущаемое сильнее в несколько раз, подстегивало альфу к действиям. Там была его пара. Самое ценное в жизни оборотня. И то, что она подвергается опасности, вызывало праведный гнев, рвущийся наружу.

«Я с тобой. Выдвигаемся пока вдвоем. Тихо и аккуратно. Сначала освободим пленников, а потом разберемся с этим местом».

Алек кивнул, соглашаясь.

Сумерки опустились на лес, удлинились и стали гуще тени. Именно этим и собирались воспользоваться мужчины. Призвав своих зверей, они обратились и вышли на охоту. Подкравшись максимально близко к преграждающей путь стене, альфы замерли в густых кустах в ожидании, когда караульные повернут в другую сторону. В это же время поворачивались и камеры. Вычислив момент с точностью до секунды, они разогнались и перемахнули через стену с проволокой. Оказавшись за спинами охранников, которые не успели их даже заметить, не то что среагировать, оборотни тихо свернули им шеи и утащили от вновь поворачивающихся камер слежения.

Оборотни двигались слаженно и уверено. По объяснениям Сары они примерно знали, куда ее отвели, оставалось только пробраться туда. Разогнув металлическую решетку одного из окон на первом этаже, Алек вцепился когтями в деревянную раму и принялся расшатывать ее. Пара секунд и он просто вытянул раму вместе со стеклом.

Никто из врагов даже предположить не смог бы, что два огромных зверя смогут так тихо проникнуть внутрь. Но на кону стояло слишком много, чтобы действовать открыто. К счастью, удача была на их стороне, потому что они оказались в щитовой — техническом помещении, куда сходились все кабели от всех строений комплекса. Моментально вырубив электричество, они выиграли себе около двадцати минут, пока люди сумеют запустить запасной генератор.

Не мешкая, оборотни выскочили в коридор. Прекрасное звериное зрение помогло моментально уничтожить попавшихся по пути охранников и попасть на лестницу. Алек практически взлетел на четвертый этаж, стремясь туда, где ощущал свою пару. Последней преградой на его пути стала металлическая дверь. Как ни пытался Алек пробить ее, та не поддавалась.

В этот момент в коридоре мелькнул свет фонаря и появилась девушка. И замерла, уставившись в полыхающие яростным желтым светом глаза оборотня. Крик замер в ее горле, прорвавшись наружу легким писком. Первым к ней метнулся Оскар. Не успев ничего понять, девушка ощутила, как ее прижимает к стене мифическое животное. Фонарик покатился по полу, луч света сместился.

В полутьме коридора оборотни выглядели настоящими монстрами, и Анна перепугалась не на шутку. Она уже приготовилась встретить ужасную смерть в когтях этого зверя. Но вдруг откуда-то со стороны услышала еще один рык. Осознание того, что их двое, полностью выбило девушку из колеи. Повернув слегка голову в сторону, Анна увидела, как второй монстр бьется в бронированную дверь, и неожиданная догадка осенила ее. Он пришел за Сарой — за своей парой. Это же так предсказуемо. Ведь его даже ждали, только одного и намного позже.

— Я… кхм, — она прочистила горло, пытаясь овладеть голосом, который пропал от испуга. Тяжелое дыхание прижимающего ее к стене зверя мешало сосредоточиться, пугая видениями кровавой расправы. — Я могу открыть дверь. Пожалуйста, не убивайте меня…

Оборотень слегка склонил голову, и девушка молилась, чтобы они только поняли ее речь.

Алек рыкнул другу, требуя подвести пленницу к нему. Оскар замешкался на мгновение, а после отстранился от девушки. Он рыкнул, кивая на дверь, и Анна, дрожа и спотыкаясь, подошла к электронному замку. К счастью, тот имел автономное электропитание, и синий экран, стоило ей приложить палец, ярко загорелся.

Дверь щелкнула и медленно приоткрылась.

— Кто там? — крикнул изнутри охранник, направляя в их сторону автомат, хотя видеть посетителей он не мог.

— Это я… кхм, — девушка прочистила пересохшее от волнения горло, — Анна. Доктор Райянс прислал меня проверить пленниц.

— Ах, Анна, — выдохнул мужчина, узнав девушку. — Заходи. Уже ясно, что со светом?

— Вроде что-то с центральной щитовой. Сейчас запустят генератор.

Мужчина опустил автомат и расслабился, даже не представляя, что в этот самый момент в помещение проникло могущественное существо, переполненное яростью и злостью. Отвернувшись от двери, охранник быстро поправлял штаны, не зная, что за его действиями наблюдают.

Глаза Алека быстро нашли испуганную любимую. Ее топ был приподнят, а молния на шортах расстёгнута. Альфа догадался, чему они помешали, и просто озверел от своей догадки. Он молниеносно кинулся на мужчину, тот не успел даже вскрикнуть. Мощный удар впечатал его тело в стену, потом оно с грохотом упало на пол. Оборотень, было, двинулся к нему, чтобы продолжить, но тут к его сознанию пробился голос супруги.

— Алек? Ты пришел!

Волк моментально потерял интерес к жертве и ринулся к своей паре, зная, что времени на кровавую расправу нет. В первую очередь необходимо обезопасить Сару. Он распорол когтями ремни, удерживающие девушку, и поднял ее на руки. Хрупкие пальчики доверчиво вцепились в его шерсть. Положив голову ему на плечо, она расслабилась, облегченно выдохнув:

— Ты здесь.

«Я всегда приду за тобой. Куда бы ты не пошла».

Он потерся носом об ее щеку, но тут же вскинул голову, прислушиваясь. Оскар в это время освобождал самку своей стаи. Но когда уже выводил ее из камеры, неожиданно загорелся свет. Алек понял, что они не смогут уйти тем путем, каким попали сюда. Его уши уловили приближающиеся шаги, и он кивнул Оскару, чтобы тот приготовился к встрече, а сам посмотрел на окно, оценивая его с точки зрения единственно возможного варианта побега.

— Ты же не собираешься?.. Скажи мне, что нет! — испуганно попросила Сара.

«Просто доверься мне», — мысленно успокоил оборотень.

Он подошел к окну и с легкостью одной лапой выбил его. Стекло полетело вниз, где разбилось на сотни осколков. Легкий ветер ворвался в помещение, маня свободой. Оскар подтолкнул вторую пленницу в их сторону, а сам повернулся к Анне. Девушка прижалась спиной к стене и смотрела на них с тихим ужасом. Все это время она внимательно исподтишка наблюдала за монстрами, подмечая в их поведении человеческую рассудительность, а не животные инстинкты. И задалась вопросом: а настолько ли они животные, как утверждает доктор Райянс? Но возможности порассуждать на эту тему у нее не было.

Тот оборотень, черная шерсть которого отливала серебром, обратил на нее свое внимание. Именно он прижимал ее в коридоре к стене, догадалась девушка. Неужели теперь решил избавиться от нежелательной свидетельницы?

Он успел сделать по направлению к ней несколько шагов, когда входная дверь резко распахнулась и в помещение ворвались два охранника, а следом за ними доктор Райянс. Дальше все происходило так быстро, что Анна просто не успела ничего толком осознать. Оборотень парой движений раскидал мужчин по сторонам и уже замахнулся своими острыми когтями на доктора. Еще секунда… От смерти Райянса спас девичий крик.

— Не надо! — Анна кинулась вперед, закрывая собой мужчину. — Это мой брат!

Девушка зажмурилась, приготовившись встретить свою смерть. Но лапа зверя неожиданно дрогнула. Он сделал шаг назад и повернул голову ко второму оборотню.

«Алек, уходите!» — рыкнул другу Оскар.

«А ты?»

«Мне нужно задержаться. Мой бета уже предупрежден. Приведи к нему Аришу, а я разберусь с этим местом».

Алек кивнул другу и повернулся к окну.

— Ты точно решил прыгать? — прошептала Сара, пряча лицо на груди оборотня.

«Верь мне!»

Сара кивнула и крепче вцепилась в мужа. А тот одним движением выпрыгнул в окно и грациозно приземлился на две лапы. Тут же рядом с ними оказалась вторая пленница. Она была слабой и измученной и действовала из последних сил. Даже перевоплощение далось ей с трудом. Но сила приказа собственного альфы действовала надежно и безотказно. А Оскар приказал ей во что бы то ни стало идти за вожаком стаи Оруса, тот выведет ее к безопасному убежищу.

Они мчались через двор, проскальзывая между лучами прожекторов, пока не достигли ограждения. Вдруг над территорией громко завыла сирена и включился ослепительный свет, но Алек успел приказать самке прыгать, а после и сам приготовился покинуть это мерзкое место.

Альфа со своей ношей уже был над ограждением, когда они попали под яркие перекрёстные лучи. И тут же вокруг засвистели пули. Сара задрожала от страха, надеясь, что ни одна не заденет их.

Алек уверенно приземлился на задние лапы рядом с измученной Аришей. Альфа не медлил ни секунды, он сразу двинулся в сторону дожидающихся их самцов. Те мастерски скрывались во мраке ночного леса. Затаившиеся хищники. Сара облегченно выдохнула, когда оказалась среди них, и настороженно кивнула Нисану, внутренне отличая его от других оборотней. После смотрела, как ее подруга по несчастью прижалась к своему бете и тут же, словно потеряв последние силы, вернулась в человеческий вид. Самец быстро, подражая Алеку, подхватил девушку на руки. А после он и два его побратима развернулись и скрылись среди деревьев. Они же с самцами своей стаи направились в другую сторону.

— А как же Оскар? — испуганно спросила Сара, оглядываясь назад.

База сейчас светилась как популярный торговый центр. Девушка догадывалась, что так просто их не отпустят, и даже осознавала причину, по которой они двигались отдельно от самцов стаи Оскара. Но все равно то, что они оставили другого вожака и по совместительству друга ее мужа в руках этих иродов, безусловно беспокоило ее.

«Он знает, что делает. Это его желание. Их бета будет с ним на связи и, если вдруг понадобится наша помощь, позовет. Но пока Оскар просил нас отступить».

— Ты не сильно доволен этим фактом, — сделала заключение Сара.

«Я имею право уничтожить это место. Они посмели посягнуть на мою пару!»

И столько едва сдерживаемого гнева крылось в словах оборотня, что Сара невольно стала поглаживать его ладонью в успокаивающем ритме.

«Но я согласился с его просьбой, потому что твоя безопасность сейчас важнее».

— Со мной все хорошо, любимый.

Они вышли к оставленным на лесной дороге джипам. Алек опустил Сару возле автомобиля, и она, открыв дверцу, забралась внутрь. Оборотни тем временем возвращали себе человеческий вид. Кинув нагому мужу штаны, девушка отвела взгляд, чтобы не видеть остальных.

— За нами не гонятся? — взволнованно спросила она, когда Алек забрался к ней, а Нисан занял водительское место.

— У них сейчас другие проблемы. В виде альфы. Но лучше поскорее убраться отсюда.

Нисан тут же завел машину и тронулся с места. Только в этот момент Сара смогла с облегчением выдохнуть. Ее затрясло от пережитого волнения, страх понемногу отпускал и она доверчиво прижалась к мужу. Вот только, когда ладошка коснулась его плеча, девушка ощутила под своими пальцами кровь.

— Алек, ты ранен! — испуганно вскрикнула она.

— Пустяки. Одна пуля попала в плечо. При превращении тело ее вытолкнуло, но рана не успела затянуться. Заживет.

— Но…

— Сара, все хорошо.

Он, успокаивая, взял ее руки в свои, так как заметил приближение нервного срыва.

— Ты в порядке. Цела. Рядом со мной. И мы едем домой. Моя рана несущественна. Не забывай, что я оборотень. На мне все заживает как на собаке, — попытался он пошутить, но девушка в ответ фыркнула.

— Я люблю тебя и, естественно, не могу не беспокоиться, когда ты ранен.

Алек застыл. Он не сомневался в правдивости признания, которое любимая сделала в пьяном угаре, но после она эти слова так и не повторила. А потом между ними произошел разлад, и мужчина вообще решил, что услышанные им слова не несли того смысла, который должны были бы.

— Повтори! — потребовал мужчина.

— Что? То, что я волнуюсь? Я волнуюсь за тебя, Алек!

— Нет! То, что ты сказала перед этим!

Сара притворно вздохнула.

— Я люблю тебя. Я думала, ты это знаешь.

— Тогда какого черта ты оставила меня утром?! — возмущенный крик.

— Потому что не желала просыпаться рядом с мужчиной, который не отвечает мне взаимностью.

Сара скривилась от высококачественного ругательства, вырвавшегося у мужа.

— Боже мой, Сара! Ты моя единственная истинная пара! Ты — часть меня! Почему ты все еще ревнуешь к умершей?

Девушка вздрогнула и отвела взгляд. Устраивать семейные разборки после пережитого стресса, да еще и с двумя посторонними мужчинами рядом, как-то не хотелось. И хотя последние предусмотрительно молчали, старательно делая вид, что их тут нет, Сара все равно не хотела, чтобы их проблемы стали достоянием других, даже близких.

— Мы можем поговорить об этом дома?

— А ты больше не убежишь, не переедешь в другой дом и не будешь угрожать разводом? — скептически спросил ее муж.

— Не буду, обещаю, — буркнула в ответ.

Моментально ее снова притянули в крепкие объятия. Алек уткнулся носом в макушку. Мужские ладони защитным жестом накрыли живот. И на душе у девушки вдруг стало невероятно спокойно.

— Твое плечо…

— Уже не болит. Просто замри так до приезда домой. Ты не представляешь, как я испугался. Никогда, слышишь, никогда больше ты и на шаг от меня не отойдешь.

— Ты пережил бы…

— Я бы ушел вслед за тобой. Волки умирают без своей пары. Иногда даже наличие детей не может этому помешать. Сначала угас бы мой зверь, а после и человеческая оболочка.

— Но с Хименой…

— С ней все было по другому. Я обещаю в этот раз рассказать тебе все как оно было. Даже если после этого твое мнение обо мне изменится. Я усвоил сегодняшний урок, родная. Никаких больше тайн. Единственное, что должна усвоить ты, каким бы ни стало твое отношение ко мне, ты — моя. А это значит, что тебе придется терпеть меня рядом с собой всю оставшуюся жизнь.

Сара хотела ответить, но слова застряли в горле. Она просто закрыла глаза, прижалась к мужу и позволила чувству безопасности окутать себя. До этого девушка и не представляла, какое это прекрасное ощущение — знать, что ты полностью защищена. Через несколько минут усталость взяла свое, она провалилась в сон и начала сладко посапывать, чем вызвала улыбку на лице мужа. Алек всю дорогу домой крепко держал жену в объятиях, мысленно вознося благодарность Господу за то, что с ней все хорошо.

Глава 22

Яркий луч утреннего солнца пробился сквозь щель между занавесками и упал прямо на безмятежное девичье лицо. Девушка хмыкнула сквозь уходящий сон и постаралась спрятаться от надоедливого света, зарываясь под бок мужчине, лежащему рядом. Тот тихо рассмеялся. Потом повернулся и сгреб ее в объятия, целуя в макушку.

— Наконец-то моя соня проснулась. Я уже начал волноваться, — хрипло произнес Алек.

— Который час?

— Около полудня.

— Я так долго спала? — удивилась Сара, поднимая голову.

— Да. Завтрак остыл на тумбочке. И скоро должна прибыть Эмилия, дабы осмотреть тебя.

— Со мной все хорошо. Они не успели ничего сделать.

Девушка приподнялась, садясь в кровати, потерла глаза и пригладила волосы. Взгляд прошелся по комнате и тихий вздох сорвался с губ.

— Ты был со мной все это время?

— Боялся, что тебе приснятся кошмары. А я ведь обещал, что больше не отпущу тебя.

— Алек…

— Тсс, — тихо проговорил мужчина, поправляя упавшую с плеча девушку бретельку.

Она опустила глаза вниз.

— И ты переодел меня?

— Ты — моя пара и я забочусь о тебе. Даже если я все еще зол из-за твоего поступка и последствий, к которым он мог привести.

— Я осознаю, что поступила импульсивно, но мы оба виноваты в этом.

— Да, ты права, — вдруг согласился с ней мужчина, и Сара удивленно посмотрела на него.

Взгляд Алека затуманился, словно он погрузился глубоко в свои мысли, но любимая не спешила его тормошить. Сейчас от его слов зависит их будущее как семьи. Ведь, возможно, у них еще есть шанс.

— Нет ничего худшего, чем осознавать, что ты снова можешь потерять любимую женщину и опять по своей вине.

— Ты винишь себя в смерти Химены? — догадалась Сара и, как только она это произнесла, поняла, насколько права.

Ведь в ее мужчине всегда скрывалось это чувство. Его можно было даже рассмотреть. В том, как становится острее его взгляд, как напрягаются мышцы на шее, как он стискивает зубы, когда слышит имя умершей возлюбленной. Это не боль от утраты. Это разъедающая изнутри вина. Он корил себя и поэтому был настолько закрытым и сдержанным.

— Расскажи мне, — тихо попросила девушка, подавшись вперед.

— Давай ты позавтракаешь, пройдешь осмотр, отлежишься… — он отвел взгляд, пытаясь избежать разговора на болезненную тему.

— Я не хочу ждать. Разве ты не считаешь, что с нас достаточно недомолвок? — запротестовала Сара.

Алек тяжело выдохнул.

— Хорошо. Если ты так хочешь.

Он поднялся с постели и протянул жене руку:

— Пойдем.

Девушка быстро набросила на себя халат и поспешила за мужем. Они вышли из спальни и направились к запретной комнате. У Сары перехватило дух от потрясения, но она промолчала, не желая спугнуть решимость, так неожиданно проснувшуюся в любимом.

Он отпер дверь и пропустил ее вперед. Девушка обхватила себя руками. Ей все еще было неприятно заходить в эту обитель мертвой. Она чувствовала себя здесь самозванкой. Той, что посмела посягнуть на принадлежащее другой.

— Я люблю тебя, Сара, — уверенно прозвучал за ее спиной голос мужа, и девушка резко повернулась к нему, не желая пропустить ни слова. — Я люблю тебя намного сильнее, чем любил ее. Люблю всей своей сущностью — и человеческой, и волчьей. Именно эта любовь снова делает меня единым с моим зверем и именно она заставляет вину перед Хименой гореть еще сильнее.

— Почему?

— Потому что я обманул ее. И себя. Я допустил самый большой в мире самообман, который стал причиной смерти невинной девушки.

Сара сжала руки в кулаки, сдерживая порыв прокомментировать. Сейчас нельзя было мешать, ее мужчине требовалось выговориться. Слишком долго он держал все в себе. И девушка надеялась, что теперь он готов отпустить свою боль.

— Я только завоевал пост вожака стаи. Молодой. Самоуверенный. Дикий. Я кичился своей силой и превосходством. И даже решил, что не буду ждать благословения природы, как все остальные самцы, а сам найду себе пару. Вот только ни одна самка в стае не привлекала меня, и я решил: почему бы не поискать себе супругу среди людей? Мое самомнение взлетело настолько высоко, что я наплевал на все запреты. Ведь когда я спарюсь с человеческой женщиной, я прославлюсь среди всех оборотней.

Он фыркнул, вспоминая собственную дурость, нервно провел пальцами по коротким волосам. Сара продолжала молчать, как молчит священник в исповедальне. Ее слова нужны будут ему позже. Не в этот момент. Пусть сначала выговорится, выплеснет свою боль и отчаянье.

— И однажды в одном из баров я встретил ту, что смогла привлечь мое внимание. Она была скромной и милой и явно чувствовала себя неуютно в таком заведении. А когда она собралась уходить, к ней пристал какой-то пьянчуга. Банальный способ знакомства для людей. В тот вечер я провел ее домой и напросился на еще одну встречу, хотя она отводила взгляд и не горела желанием подпускать меня близко. Но я был настырным малым. После второй встречи я добился еще одной, и еще. Волк негодовал внутри. Его раздражала эта человеческая самка. Зверь не разделял моей радости от влюбленности. И в то же время ему приходилось мириться с моим выбором. Это и стало началом разделения моих сущностей. Тогда я начал развивать контроль над своей второй половиной.

Алек перевел дыхание. Его голос снова зазвучал хрипло, он с горечью продолжил самобичевание.

— Каким же я был глупцом! На одном из свиданий я добился ее поцелуя. Мягкие губы поддались моему напору, и в этот момент не было для меня ничего прекрасней. А после она расплакалась. У Химены произошел нервный срыв. Она тряслась, рыдала и гнала меня прочь. Но когда увидела, что ничего не действует, то открыла всю правду.

Мужчина прикрыл глаза, вновь переживая тот момент.

«Я умираю! Слышишь? Умираю! Ты целуешь покойницу! Выметайся! Иди к другой! Забудь обо мне! Ведь скоро все забудут. Не было меня в этом мире! Не было!».

Он повторил ее жестокие слова дословно, слово в слово, ведь они никогда не покидали его мыслей.

— Химена была больна раком. И находилась на последней стадии. Врачи давали ей максимум год.

— О господи! — девушка в ужасе прикрыла рот ладошкой.

Она знала, что эта история имеет трагический конец, но что она вся пропитана мукой, и не подозревала.

— Я был в отчаянье! Зверь требовал отпустить девушку, позволить спокойно дожить оставшееся ей время. Но я не привык сдаваться. Во мне жило глупое до боли убеждение в том, что она моя пара. А если это так, то при сцеплении она должна связать свою жизнь с моей и исцелиться от болезни. Поэтому я решился и открыл ей правду о себе.

Сара внутренне содрогнулась, представляя, как это было. Она вспомнила свое знакомство с оборотнями в доме свояка. Но, конечно, ее радостная реакция является скорее нонсенсом. Естественной ее никак не назовешь. Соня и та говорила, что пережила шок и испытала дикий ужас, когда Дрэйк открыл ей правду о существовании оборотней. И Сара подозревала, что это сестра еще скрыла от нее наиболее крамольные подробности.

Сама же Сара, осознав реальное положение вещей, ощутила глубокую радость и интерес, словно всегда подозревала истину и только ждала момента, чтобы принять этот мир. Возможно, ее душа знала, что ее место среди оборотней, что именно с ними ее счастье. Но так было только с ней, а Химена, скорее всего, испытала сильное потрясение.

— Когда это произошло, она испугалась. Назвала меня монстром. Демоном, порождением ада.

Девушка не смогла сдержать возмущенного возгласа, и уголки губ Алека изогнулись в слабой улыбке. Его всегда поражало, что любимая могла обозвать его любыми оскорбительными эпитетами, особенно когда злилась, но никогда они не затрагивали его происхождение. Только характер и поведение. Сара безоговорочно приняла тот факт, что он — зверь. Только истинная пара может так относиться к нему. Жаль, что он понял это слишком поздно.

— Но даже сквозь отвращение и ужас она таки услышала, что я могу избавить ее от болезни. И однажды, после очередного болезненного приступа, Химена пришла ко мне и сказала, что готова отдать за исцеление даже свою душу.

Видя скептический взгляд любимой, Алек пояснил:

— Она имела мексиканские корни и была ревностной католичкой, поэтому мое существование считала проделками дьявола.

Тут уже Сара не смогла удержаться от комментария:

— Ты выбрал чернявую смуглянку, еще и верующую?

Алек согласно кивнул.

— Тогда как твоя пара — блондинка и открытая еретичка? Не замечаешь насмешки природы?

— Но ты же часто обращаешься к господу, — удивился мужчина. — Как ты можешь причислять себя к еретикам?

— То, что я обращаюсь к богу, не значит, что я признаю какую-то религию или церковь. Просто я считаю, что господь — единый для всех и к нему всегда можно найти путь через свое сердце. Но мою веру мы обсудим позже. Продолжай.

Мужчина, вздохнув, кивнул.

— Тогда я не знал, что если твоя истинная пара человек, то ее тело идеально подстроится под твое. Поэтому считал, что для того, чтобы нам быть вместе, Химену необходимо обратить. Да! — с презрением к себе выкрикнул Алек, видя удивление в глазах любимой. — Я создал ликана! Нарушил самый строгий закон нашей расы. И если бы Совет узнал об этом, меня не просто лишили бы стаи, меня бы казнили.

— Но все знают, что у тебя была пара?

— Да. Но не отдельные нюансы. Всем известно, что моя пара-человек покончила с собой. Но моя стая скрыла ото всех тот факт, что я превратил ее в ликана.

— О господи, Алек…

Сара была шокирована этим откровением. Когда Дрэйк посвящал ее в тайны мира оборотней, то пояснил разницу между оборотнем и ликаном и почему они не превращают людей в себе подобных. И пусть девушка никогда не встречала этих существ, рассказов о них ей хватило с лихвой. Достаточно истории жизни Эмилии. И сейчас представить, что ее порядочный, полный завышенного чувства ответственности муж сам превратил любимую в чудовище, было практически невозможно. Хотя это объясняло его глубокое чувство вины.

— Я сделал из нее монстра, и она имела полное право ненавидеть меня. Болезнь ушла, но ради этого она на самом деле продала свою душу, — столько самообвинения в мужском голосе. — Химена прошла через ад, пока менялось ее тело. Но физические мучения были несравнимы с пробудившимся звериным началом. Зверь бушевал внутри нее. Сошедшая с ума волчица, которую не могла удержать в узде ослабленная человеческая половина.

— Это ужасно, Алек, — на глаза девушки набежали слезы, голос задрожал от попытки сдержать их.

— Да, но самое страшное ждало меня впереди. Я привел ее к себе домой. Поселил в этой комнате. И был рядом каждую минуту. Переживал вместе с ней приступы безумной ярости, жажду охоты и моменты, когда тело ломало в трансформации. Потом в ее состоянии стали появляться просветы. Были целые часы, когда Химена успокаивалась и начинала вести себя осознанно. А когда периоды ее спокойствия увеличились, я позволил надежде поселиться в моей душе — к ней пришла течка. Но в этот период она стала невероятно дикой и бешеной.

Он перевел дыхание, отыскивая в себе смелость, чтобы продолжить.

— Однажды я отлучился всего на час, а когда вернулся, то первое, что ощутил, это аромат другого самца. Его я обнаружил в гостиной, истерзанного, но живого.

Сара ахнула, догадываясь, что услышит дальше.

— Это был совсем юный самец, не способный опираться такой сильной самке. Его испорченная жизнь тоже на моей совести. Потому что после этого случая стая отвернулась от него, выражая тем самым мне свою поддержку.

— Даррел… — сложив два и два, прошептала Сара.

Алек кивнул, подтверждая ее догадку.

— Эту часть истории ты знаешь. И, наверное, если бы не ты, он бы так и остался изгоем в собственной стае. Ты — наш светлый лучик, посланный исцелить нас от того, что я натворил.

— Ты не виноват, Алек! Достаточно корить себя.

— Разве ты пропустила все, что я сказал? Я незаконно обратил ее в оборотня, и это свело Химену с ума, сделало из нее ликана. И она не смогла пережить этого, а последний собственный поступок доконал ее. В итоге она достала из моего сейфа пистолет и застрелилась на крыше этого дома, ее тело упало вниз и разбилось об асфальт. Вот она, правда моей жизни! Настоящая тайна этой комнаты. Здесь я не оплакиваю погибшую возлюбленную, а напоминаю себе о том, что натворил.

Голос мужчины звучал с таким надломом, что больше Сара не могла оставаться в стороне. Она бросилась к мужу и обняла его. Губы прижались к шее. В том месте, где бешено бился пульс.

— Ты не виноват. Ты любил ее и хотел спасти. Истинной она была парой или нет, но ты искренне любил ее. Достаточно корить себя. Пожалуйста, Алек. Достаточно, — девушка заплакала на его груди, и мужчина вдруг крепко сжал ее, стиснул так, что, казалось, хрустнут кости.

— Я недостоин тебя. Но боже, помоги мне, как же я тебя люблю! — яростно зашептал он. — Ты — чертова малявка, которая каждую минуту сводит меня с ума, но без тебя я не смогу прожить и дня. Я существую, пока в моей жизни есть ты, слышишь?!

— И я буду в ней. Всегда. Обещаю.

— Прости меня. За все те слова, за все…

— Тсс, — она приложила палец к его губам. — Уже простила. Но и ты, пожалуйста, прости себя. Прости и отпусти ее. Пусть покоится с миром. Она заслужила это.

Алек стиснул губы и кивнул. Девушка посмотрела на него, отмечая затуманенные влагой глаза и то, как тяжело ему прятать от нее свою слабость. И снова прижалась к нему, делая вид, что ничего не заметила.

— Ведь она простила тебя, я уверена в этом. А еще думаю, что она была благодарна. Благодарна за то, что ты попытался ее спасти, что боролся за нее, дал понять, что ее жизнь важна. Поэтому тебе дарована истинная пара. Разве не понимаешь? Это твой дар. Наш дар. Потому что я знаю, что была рождена, чтобы войти в мир оборотней и найти там тебя.

— Сара… — голос мужчины сорвался, и он, уткнувшись лицом в ее волосы, тяжело сглотнул.

Алеку было непонятно, почему она не обвиняет его, не отворачивается с презрением, не проклинает. Он загубил невинную жизнь, а его любимая оправдывает его и находит оправдания его поступку. Возможно, именно Сара права? Возможно, пришло время прекратить себя винить и просто сохранить память о прекрасной девушке, которую он любил и за которую боролся? Ведь он действительно пытался спасти ее. Сделал все, что мог.

Горло сжало как в тисках от этих мыслей, и Алек тяжело задышал. В этот момент любимая была его якорем в безбрежном море вины, которую он так долго хранил в себе. И впервые мужчина позволил всему тщательно скрываемому выйти наружу. Сара вскрыла эту боль, как вскрывают загноившуюся рану.

Говорят, мужчины не плачут. Но сейчас сильный мужчина рыдал в ее объятиях, и Сара не чувствовала ни капли отвращения от этого. Наоборот, девушка была счастлива, что он смог выплеснуть все, что так давно разъедало его изнутри.

Они долго еще сидели на полу в объятиях друг друга. Сара знала, что их взаимопонимание только зарождается и впереди еще много недомолвок и ссор. Но главное, что сейчас они постарались максимально открыться друг перед другом. Алек раскрыл свой самый большой секрет и был понят ею. Девушке же предстоит научиться быть менее импульсивной и действовать сообразно своему возрасту и статусу. Ведь теперь она не только «луна», но и в скором времени станет матерью необыкновенных детей.

А если учесть, что в их детях соединились ее гены с наследием Алека, то трудно даже представить получившуюся взрывную смесь. Поэтому ее волка в недалеком будущем будет сводить с ума не только она, но и все их шкодливое потомство.

Эпилог

Сара ласково погладила свой заметно округлившийся животик. Устроившись на веранде и расслабленно покачиваясь в кресле-качалке, она любовалась своим суперсексуальным мужем. В последнее время ее либидо зашкаливало. И, бывало, девушка даже заявлялась на лесопилку, в приказном порядке требуя удовлетворить возросшие потребности. Алек посмеивался, но, естественно, не жаловался. Наоборот, ходил с таким гордым видом, что хотелось его слегка придушить.

Вот только почему-то когда он вот так щеголяет перед ней без футболки, в одних низко сидящих джинсах, аппетитно обтягивающих филейную часть, которую так и хочется укусить, думается ей совсем не об убийстве.

«Сара, прекрати. Молодняк и так нервный, а тут еще ты фонишь сексуальным возбуждением», — засмеялся мысленно Алек.

— Ничего не могу с собой поделать! — громко прокричала девушка. — Просто ты так возбуждаешь!..

Бедные парни покраснели от откровенности своей «луны». И хотя для отношений внутри стаи была естественна некоторая раскрепощенность, можно было подумать, что Саре эта черта оборотней пришлась слишком по сердцу. Она то и дело вслух награждала своего мужа фривольными комплиментами, шлепала по ягодицам или высказывала свои откровенные желания. Алек просто качал головой, пока остальные угорали со смеху либо добродушно подшучивали над ним.

Но мужчина просто не мог сердиться на причуды своей беременной жены. Ее задор и радость делали его невероятно счастливым, и он до ужаса боялся потерять это счастье. Иногда Алек в тревоге просыпался ночью и спешил удостовериться, что жена все еще рядом. После он крепко прижимал ее к себе и снова засыпал, а иногда будил для жаркого, страстного секса. Хотя бывало и наоборот, с этой целью будили именно его. Сара знала о его страхах, поэтому просто без слов успокаивала мужа, никогда не позволяя себе смеяться над его тревогами.

А сейчас у мужчины появились новые поводы для беспокойства — приближалось время родов. Доктор была уверена, что это может произойти со дня на день. Она даже гостила сейчас на их территории вместе с бетой Дрэйка, своей истинной парой. Но и этот факт не мог полностью успокоить Алека.

Он снова посмотрел на любимую, а та, увидев хмурую складку на его лбу, энергично помахала рукой, тем самым давая понять: со мной все прекрасно, занимайся своими делами дальше. Альфа вздохнул и повернулся к молодняку, пытаясь восстановить в голове нить разговора.

К счастью, в полнолуние ему не придется сдерживать их порывы и заставлять бесноваться в пределах территории. Оскар разобрался со штабом людской организации, правда не без последствий для себя и своей стаи. Но это был его выбор и куда он приведет, зависит от самого мужчины.

В то же время такая осведомленность людей о существовании оборотней говорила лишь об одном — пришло время перемен. И Алек был готов поддержать только вошедшего в Совет Дрэйка и его революционные идеи. Новоиспеченный отец поставил себе целью обеспечить своим детям лучшее будущее и теперь поражал консерваторов из числа оборотней своими предложениями. Большое удивление вызывало то, что в его поддержку выступало все больше стай.

Оборотни устали скрываться и жить, маскируясь под обычных людей. Они желают иметь равные права с человечеством на эту планету и открыто говорить о них. И пусть пройдет не один год и будет сделано множество ошибок, прежде чем мир успокоится и привыкнет к ним, перемены все равно неизбежны.

Алек вздохнул и вернулся к дежурному объяснению молодняку, как следует взаимодействовать со своим внутренним зверем, насколько понимание волчьих потребностей поспособствует становлению контролю над своими животными порывами. И, возможно, он бы еще долго рассуждал об этом, если бы громкий крик пары не заставил мужчину кинуться к ней.

— Алек, звериная ты морда, я рожаю!!!

Правда, родила девушка далеко за полночь. Двое идентичных мальчиков, завернутых в голубые пеленки, умостились на руках ошарашенного мужчины. Казалось, что молодой отец боится даже дышать в их сторону.

— Выдохни, Алек, это же я рожала, а не ты, — издевательски посоветовала уставшая девушка.

— Даже в такую минуту твоя язвительность при тебе, — шепотом ответил ей муж. — Они прекрасны, любимая. Красные, сморщенные и такие маленькие, но все равно само совершенство.

— Да, они такие, — подавляя зевок, согласилась Сара. — Нужно позвонить родителям и шокировать их. Также сообщить Соне, что у ее деток появились два братика.

— Все сделаем. Ты только отдохни сначала. Ночь была трудной и утомительной.

При этом Алек не отводил взгляда от сыновей. Они настолько завораживали, что невозможно было налюбоваться.

— Скоро ты не будешь таким воодушевленным. Подожди, пока они не попросят есть.

— Спи. Я разбужу тебя.

Сара снова широко зевнула и закрыла глаза, желая насладиться своим законным отдыхом. Засыпая, девушка ощутила ласковый поцелуй и услышала тихий мужской шепот:

— Ты ураганом ворвалась в мою жизнь и свела меня с ума. И каждый день я благодарю Бога за это.

«И я люблю тебя, мой волк», — мысленно ответила ему Сара перед тем, как усталость заставила ее полностью погрузиться в пучину сна.


home | my bookshelf | | Сведи меня с ума |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 7
Средний рейтинг 4.6 из 5



Оцените эту книгу