Book: Так устроен мир



Так устроен мир

Джеймс Чейз

Так устроен мир

James Hadley Chase

Just the Way It Is


© Hervey Raymond, 1944

© А. С. Полошак, перевод, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2019

Издательство Иностранка®

* * *

Глава первая

Фэйрвью умирал. В прошлом это был процветающий городок, разбогатевший благодаря двум заводам ручного инструмента.

Но теперь золотой век закончился. Об этом позаботилось массовое производство. Оба предприятия не смогли тягаться с новыми фабриками, которые открылись в соседних городах.

К тому же милях в тридцати от Фэйрвью внезапно вырос Бентонвилль – современный город с пестрыми магазинами, аккуратными дешевыми домиками, шустрыми трамваями и витающим повсюду духом легкой наживы.

Молодежь не задерживалась в Фэйрвью. Кто-то уезжал в Бентонвилль, кто-то еще дальше на север; некоторые даже в Нью-Йорк. Расторопные дельцы перебрались в Бентонвилль при первых признаках кризиса; менее предприимчивые остались сводить концы с концами.

Убогие хижины, разбитые дороги, невзрачные товары в витринах – повсюду упадок. Отошедшие от дел бизнесмены, в прошлом – обеспеченные люди, доживали свои дни в благородной нищете, стараясь держаться вместе. Их вид вызывал жалость. А главное свидетельство краха – апатичные толпы безработных на перекрестках.

Однако в городе еще тлела искорка жизни – все благодаря небрежности Филипа Хармана, который был царем и богом Фэйрвью, а потом перебрался на более тучные пастбища.

Лет десять назад, на пике процветания, Харман учредил городскую газету, восьмистраничный еженедельник, задумав навязать горожанам свои политические, этические и религиозные взгляды.

Но настоящая популярность пришла к «Клариону», только когда Харман уехал из города, передав бразды правления редактору Сэму Тренчу с наказом не сдаваться.

Харман выделил некоторую сумму для ежемесячной поддержки «Клариона». Если бы он не забыл о существовании газеты, то через несколько лет наверняка прекратил бы выплаты. Но Харман был человеком безмерно богатым и безмерно же занятым, и «Кларион» продолжал существовать за его счет.

Офис редакции был скромным, как и сама газета: три комнаты и приемная. В штате числились редактор Сэм Тренч, корреспондент Эл Барнс, трое не самых расторопных секретарей и Клэр Рассел.

Клэр была главной движущей силой «Клариона», ключевым сотрудником редакции, звездой каждого номера. Только благодаря ее стараниям в газете теплилась жизнь.

На работу ее пригласил сам Харман. Случись это тремя годами раньше, Клэр бы только рассмеялась в ответ – ведь тремя годами раньше она была ведущим журналистом «Канзас-Сити трибьюн».

Карьера Клэр была незаурядной. В семнадцать лет девушка поступила на должность стенографистки в «Канзас-Сити геральд». Вскоре она проявила талант к написанию статей, но у редактора были свои соображения относительно того, чем должны заниматься женщины. Клэр это не смутило. Она перешла в «Трибьюн», где не без успеха вела колонку для женской аудитории.

Клэр была трудолюбивой девушкой и довольно быстро заработала доброе имя. Вскоре она стала звездой журналистики и заняла место в редакционном отделе.

Будущее казалось радужным. Клэр Рассел приводили в пример как блестящего, эталонного журналиста. Но потом она слишком увлеклась работой, совсем забыв об отдыхе. Непосильный труд, беспорядочное питание и ненормированный рабочий день подорвали ее здоровье. Клэр пришлось надолго уединиться в спальне, представляя интерес только для пожилого врача, который заходил проведать ее дважды в неделю.

Вернувшись к работе, Клэр обнаружила, что огонь угас. Она уже не могла работать в нужном темпе и засиживаться допоздна.

Редактор вызвал ее к себе и вежливо предложил поискать менее напряженную работу. Девушка не стала устраивать сцену – опыт подсказывал, что спорить бессмысленно. Клэр не раз видела, как журналисты сгорают на работе. Поэтому она собрала пожитки и отряхнула прах Канзас-Сити от ног своих.

Филип Харман познакомился с Клэр в Бентонвилле и убедил ее поработать в «Кларионе». Он предложил половину от суммы, которую платили в «Канзас-Сити трибьюн», но это не стало неожиданностью. Ведь и Клэр, и «Кларион» переживали не лучшие времена.

Девушка не раздумывала. Уже на следующей неделе она появилась в редакции. Вскоре тираж газеты вырос на две тысячи экземпляров. Клэр не без удовольствия вспоминала мрачные прогнозы Хармана – тот считал, что через пару лет «Кларион» придется закрыть.

Впервые увидев Клэр, газетчики оживились. В Фэйрвью было не так много привлекательных девушек, а новая сотрудница оказалась еще и приятной в общении. Смуглая кожа, грива волнистых волос, шальной огонек в черных глазах, хладнокровие, чувство стиля – короче, высший класс.

Сэм Тренч сразу привязался к Клэр. Редактор с первого взгляда понял: перед ним не тяжеловоз, а спортивная лошадка. Недаром Сэм всю жизнь крутился в газетном бизнесе.

В дни процветания Тренч гордился и городом, и работой. Теперь же, состарившись и утратив иллюзии, он с грустью смотрел, как и город, и газета трещат по швам.

Сэм терпеть не мог Бентонвилль, ненавидел его царьков-заправил и нуворишей. Этот город медленно, но верно стирал Фэйрвью с лица земли.

Обратная сторона стремительного роста и богатства – падение нравов. Тренч знал, что Бентонвилль держится на взятках. Городские власти продвигали интересы игорного синдиката, а полиция выполняла приказы городских властей.

В городе было несколько сотен букмекерских контор и казино. Почти в каждом заведении стояла пара-тройка «одноруких бандитов». Игорная лихорадка не щадила даже детей. Горожане сорили деньгами, а теневые воротилы не упускали возможности озолотиться.

Капитаном синдиката был Тод Коррис. В его подчинении было двадцать бойцов – они держали игровые автоматы, крышевали богатеев и контролировали несколько букмекерских контор.

Тренч понимал, что за Коррисом стоит серьезный босс. Никто не знал, где он живет и как выглядит. Известно было только имя: Вардис Спейд.

Полиция была у Спейда на зарплате, чиновники имели долю с его дел, противников у него не было. Однажды Сэм Тренч написал колкую статью об игромании, но тираж номера перехватили и уничтожили парни Корриса.

А сам Коррис позвонил в редакцию и сказал:

– Не суйте нос в дела Бентонвилля – и вас не тронут. Напишете хоть строчку против нас – сожжем редакцию.

Сэм хотел заверить его, что больше проблем не будет, но не успел сказать ни слова – Коррис повесил трубку.

После этого случая редактор притих.

Устроившись в «Кларион», Клэр хотела написать цикл статей об игорном бизнесе и его организаторах, но Сэм был непреклонен.

В Бентонвилле кипела жизнь. Клэр и ее коллега Барнс частенько ездили туда за новостями и возвращались с горячим материалом.

Редактор просматривал статьи и выбрасывал их в мусорную корзину.

– Пожара захотели? – неизменно спрашивал он.

Однако в конце концов репортеры «Клариона» добились своего. К тому же они сыграли важную роль в крахе синдиката. Но прежде чем занавес опустился, мирная жизнь сменилась волной насилия и чередой внезапных смертей.

Все началось с Лорелли, подружки одного из воротил. Если бы не она, Гарри Дюк не заинтересовался бы Беллманом и его заведением. Если бы не Гарри Дюк, никто не узнал бы, что Тимсона убили. И если бы не случайно подслушанный разговор, Вардис Спейд до сих пор работал бы по-крупному.

Кусочки пазла постепенно сложились в общую картину. И вот что удивительно: синдикат строили шесть лет, а чтобы разрушить его до основания, потребовалось три дня.

И вот как начался первый.

Глава вторая

Жарким июньским днем Клэр пришлось сходить в мэрию. Нужно было узнать, как продвигается расчистка городских трущоб, – «Кларион» активно освещал эту тему.

Вернувшись в редакцию, она обнаружила, что Барнс играет в крэпс с худощавым коротышкой. Взгляд у коротышки был жесткий, пронзительный.

Девушку очень рассердило, что игроки расположились в ее кабинете.

– Попрошу на выход. – Клэр сняла шляпку и распустила роскошные волосы. – У меня дела.

– Ну, здравствуй, ангелочек. – Барнс взглянул на нее и накрыл кости ладонью. Его крупное лицо, похожее на резиновую маску, расплылось в неловкой улыбке. – Думал, ты не вернешься.

Клэр без интереса посмотрела на второго игрока:

– И друга своего забирай, Эл. Идите играть в другое место.

– Слушай, ты знакома с Тимсоном? – торопливо спросил Барнс. – Тимми, это мисс Рассел. Та самая. Если повезет узнать ее получше, увидишь – отличная девчонка. Мне пока не повезло, но я над этим работаю.

Тимсон с восхищением посмотрел на Клэр. Глаза у него были как стеклянные. Клэр это не понравилось.

– Рад знакомству, мисс Рассел. Читал вашу колонку, шикарно пишете.

Барнс сдвинул шляпу на переносицу.

– Ты когда успел научиться читать, конокрад старый? – спросил он. – Ты, Клэр, его не слушай. У него жена и двое детей.

– Ты меня не так понял. – В голосе Тимсона звучало наигранное веселье.

– Точно. Я хотел сказать, что у него две жены. И ребенок от третьей.

Тимсон обиженно улыбнулся:

– Вот шутник какой, мисс Рассел. Вы же ему не верите?

– Не верю. – Клэр нетерпеливо постукивала каблуком. – Ни ему, ни его писанине. Не могли бы господа перенести игру в другое место? Спасибо.

– Конечно-конечно, – торопливо сказал Тимсон. – Я не знал, что это ваш кабинет. Вы уж простите.

– Стоп, – вмешался Барнс. – Она, конечно, хороша, но не настолько. Дай-ка я с ней побеседую. – Он похлопал девушку по руке. – Не будь врединой, ангелочек. Дай срубить малость деньжат с нашего гостя, ну? Ты же знаешь, мне это не помешает. Плюс вентилятор есть только в твоей комнате.

– Это не комната, а кабинет, – сказала Клэр. – Где, по-твоему, я работать буду?

– Отдохнула бы. Всегда работаешь. Кстати, Тимми у нас человек не последний. Занимается недвижимостью. Знаешь, при желании он может таких дел в городе наворотить, что мало не покажется.

– Недвижимость? – Клэр резко взглянула на Тимсона. – Надумали здесь землю купить?

Коротышка почесал нос, стараясь не смотреть на девушку.

– Ну, не знаю. Земля – неплохой актив. Почему бы и нет, если цена устроит. Но меня интересуют только самые дешевые предложения.

Барнс подмигнул девушке:

– Да стервятник он. Ждет, пока кто-нибудь разорится, а потом забирает за бесценок. На эти два процента и живет.

В глазах Клэр мелькнуло отвращение.

– У нас в городе такой земли хватает, раз уж интересуетесь. Купить, конечно, можете, но пользы от такой покупки не ждите.

– Знаете, Барнс на меня наговаривает. – Тимсон снова скривился в улыбке. – Я обычный бизнесмен. Сентиментальность мне не по карману. Но каждый имеет право на свою точку зрения. – Он пожал плечами. – Полагаете, здесь в недвижимость вкладываться не стоит?

– Через пять лет город обанкротится. На Среднем Западе таких полно, будет еще один. Если желаете купить пустырь, лучшего места не найдете. Продавцов здесь хоть отбавляй.

– А вдруг ваши заводы снова встанут на ноги? Я такое видел. Я много чего странного повидал, мисс Рассел. Бывало, умирал город, да вдруг снова расцвел, а кто купил по дешевке, сорвал неплохой куш.

Барнс взглянул на девушку и беспечно сказал:

– Похоже, наш бизнесмен фильмов насмотрелся.

Клэр изучающе разглядывала Тимсона.

– Пойду поговорю с Сэмом, – наконец сказала она. – Не буду мешать игре, Эл. Думаю, тебе светит неплохой выигрыш.

Когда Клэр вышла, глаза Тимсона загорелись злобой.

– Она что, лохом меня считает?

– Забудь об этой дамочке, – поспешно сказал Барнс. – Такой уж она человек. Давай, дружище, время не резиновое. На что ставишь?

Клэр вошла в кабинет Тренча, захлопнула дверь и присела на край потертого стола, занимавшего почти все свободное место. За столом сидел сухой старичок с копной седых волос и пронзительно-голубыми глазами.

Сэм оторвался от работы, аккуратно поставил перо в чернильницу и откинулся на спинку кресла, положив маленькие, покрытые старческими пятнами руки на кипу бумаг.

– Вот несчастье! – жалобно воскликнул он. – Ни минуты покоя. Знаешь, в чем беда всех женщин? В отсутствии дисциплины. Что ты хотела?

– Много чего. – Клэр с улыбкой покачивала ножками. Ей нравилась искренность редактора. – Но сейчас есть дела поважнее. Скажите, Сэмюэл, что вы знаете об этом Тимсоне?

– О Тимсоне? А что я должен знать? – Сэм поискал носовой платок и энергично потер нос. – И не зови меня Сэмюэл. Мне не нравится.

– Совсем ничего?

– Знаю, что он из Бентонвилля. – Сэм поднял палец. – Этого достаточно.

– Думаете, он хочет купить землю в Фэйрвью?

– Может, и так. – Сэм прищурился. – Затея, понятно, дурацкая, но дураков хватает.

Он сунул платок в карман и взглянул на Клэр:

– А что?

– Непохоже, что он дурак, – произнесла девушка. – Конечно, вкладывать деньги в Фэйрвью – чистое безумие. Но вдруг мы чего-то не знаем?

– Не выдумывай. Может, он осмотрится и не станет ничего покупать. Ты спешишь с выводами.

– Волнуюсь я за Пиндерз-Энд, – помолчав, сказала Клэр.

– А что не так?

– Отстали от графика. Хилл говорит, там какая-то загвоздка.

– Любопытно, – оживился Сэм. – Прямо так и сказал?

– Не совсем. Сказал, что работы временно приостановлены.

– На прошлом собрании вроде бы всё решили. Интересно, почему передумали. Надо поговорить с Хиллом.

– А смысл? Я с ним уже наговорилась. Но вы же не позволите написать об этом, верно?

Сэм помотал головой:

– Не позволю. В пылу сражения ты забываешься, дорогуша. Можешь перегнуть палку.

– Так я и думала. Знаете, Сэм, «Кларион» стал совсем беззубым.

– Поздно кусаться. При смерти успокоительное нужно. Не заводись, дорогуша. Вижу, устала. Может, зайдешь ко мне поужинать?

– У меня свидание. Как-нибудь в другой раз.

– Ты что-то недоговариваешь. – В глазах Сэма мелькнула озорная искорка. – Похоже, наша Клэр влюбилась.

– Кто, я? – Девушка смущенно рассмеялась. – Ой нет, Сэм. Я замужем за работой.

– Я тоже так говорил, пока не женился. Так кто он, Клэр?

– Один парень, зовут Питер Каллен. – Клэр отвернулась к окну. Сэм с удовольствием отметил, что она смутилась. – Познакомились пару месяцев назад. Он мне нравится. Дважды в неделю ужинаем вместе, иногда разрешаю ему меня поцеловать. Довольны?

– Так он тебе нравится?

– Сказала же – да. Или вы про… нет, это вряд ли.

– Так ты, выходит, счастлива?

– Выходит, да… Ну, мне пора. Значит, разговор о Пиндерз-Энд окончен?

– Я сам этим займусь, – сказал Сэм и черкнул что-то на промокашке.

Девушка направилась к выходу. Сэм проводил ее взглядом.

– Слушай, Клэр. Ты поосторожнее с этим парнем. Держи ухо востро.

– Ухо востро, говорите? Мои ушки всегда на макушке.

Клэр рассмеялась и закрыла за собой дверь.



Глава третья

Гарри Дюк сидел за столом, затянутым в зеленое сукно, и забавлялся красно-белыми игральными костями – то подбрасывал их, то беззаботно вертел в худой загорелой руке.

– Говорят, Беллман напуган, – сказал он, метнув кости на стол. Кубики качнулись на ребрах и замерли шестерками вверх.

– Повезло, – зевнул Келлз.

Дюк сгреб кости в ладонь и сделал еще один бросок. Опять шестерки.

Келлз – среднего роста, подтянутый, смуглый, суровый – развалился в кресле. Фетровая шляпа сдвинута на затылок, большой палец за проймой жилета. В другой руке была спичка, которой Келлз то и дело ковырял в зубах.

Дюк снова упомянул Беллмана.

– Мало ли что болтают. – Келлз, казалось, умирал от скуки. – Ты же не веришь слухам. Другие – ладно, но на тебя не похоже.

Дюк снова взял кости.

– Ну ладно, не напуган. – Еще один бросок. – Но точно нервничает.

Снова шестерки.

– Ты нужен Беллману, – сказал Келлз. – Он считает, вам стоит поработать вместе. Ты в ответе за катушки, он – за кабак.

– Беллман уже год как открылся. – Дюк достал плоский портсигар из внутреннего кармана пиджака. – Теперь вдруг про меня вспомнил. Ловкач какой!

Он вынул тонкую сигару, испещренную зелеными точками, и протянул портсигар собеседнику. Тот покачал головой.

– Тише едешь – дальше будешь, – сказал Келлз. Взгляд его маленьких глазок блуждал вверх-вниз по грязной стене за спиной Дюка. – Кухню в кабаке он наладил, пришла пора осмотреться. Катушки – дело нехитрое. Справишься, тебе умения не занимать. Придешь, все сделаешь. Думаю, Беллман не поскупится.

– А то! – Дюк улыбнулся. – Ты же знаешь, я на других не работаю.

– Не придется тебе работать. – Келлз поерзал в кресле. – Сами разберемся. Тебе нужно покрутиться в кабаке, больше ничего. Все сразу поймут, что катушки годные.

Дюк сунул сигару в рот. Зубы у него были мелкие, белые.

– Дай огня.

Келлз бросил коробок на стол.

– Полштуки в неделю, приходи да забирай, – с расстановкой произнес он.

Дюк закурил, вернул спички и вдруг рассмеялся:

– Точно, напуган. Чего бы ему в открытую не прийти? Сказал бы, что нужна защита.

Келлз медленно встал.

– Я пойду, а ты подумай. – Он застегнул жилет и одернул пиджак. – Сходи повидайся с Беллманом. Кабак посмотри. Там прикольно. Полно фигуристых дамочек, покладистых. Жратва, бухло, все дела. Можем тебе кабинет устроить, с телефоном. Стол хороший поставим. Дергать никто не будет. Понадобится девочка – записки писать, на звонки отвечать, – пришлем девочку. Если вдруг давление подскочит, она тоже справится. – Келлз направился к двери. – Предложение реальное.

Дюк сделал очередной бросок.

– Не уверен, – сказал он, не поднимая глаз. – Беллману нужна защита. Всем известно, что я человек тревожный. Вот он и хочет кого-то отпугнуть. Мне такое неинтересно.

– Ты подумай. – Келлз открыл дверь. – Не ошибись. Беллман ничего не боится. Ты его знаешь.

– Знаю, – кивнул Дюк. – Слышал, он даже в ванну без спасательного круга не залезает.

Келлз нахмурился, открыл было рот, но передумал говорить и вышел.

Минут пять Дюк катал кости по зеленому сукну и смотрел в пустоту; сигара ровно тлела. Жирный дым попадал в глаза, заставляя щуриться.

Тишину разорвал телефонный звонок. Дюк отложил сигару и придвинул аппарат к себе.

– Слушаю, – сказал он, глядя перед собой.

– Дюк? – Говорила женщина.

Дюк нахмурился:

– Что такое?

– Вы Гарри Дюк? – Голос был с мягким южным акцентом.

– Да, – нетерпеливо сказал Дюк. – Кто это?

– Слушайте внимательно, – сказала женщина. – Не связывайтесь с Беллманом. Кроме шуток. Не лезьте в эти дела. Собирайтесь и езжайте на юг – да куда угодно, только подальше от Беллмана. Не хочется вас хоронить.

Раздался тихий щелчок, связь оборвалась. Дюк положил трубку на место.

– Ну-ну, – тихо сказал он и откинулся назад с отсутствующим выражением лица.

Снова подбросил и поймал кости, встал с кресла, взял шляпу и вышел из комнаты.

В зале было накурено, вокруг большого стола толпились игроки. Питер Каллен заметил Дюка, оставил игру и направился к нему. Дюк зацепился взглядом за чей-то бросок.

– Слышь, Гарри, хочу тебя с подружкой познакомить.

Дюк продолжал смотреть на залитый светом стол.

– С какой подружкой? – рассеянно спросил он.

– Доброе утро, – сказал Каллен и потряс Дюка за руку. – Только не говори, что забыл. Я за тобой уже две недели бегаю. В этот раз не отвертишься.

Дюк встряхнулся. На его жестком вытянутом лице мелькнула улыбка.

– Извини, Пит, – сказал он, – что-то я задумался. Подружка, говоришь? Отлично. Где и когда?

– Она будет к восьми. Может, поужинаешь с нами?

– Вряд ли. – Дюк покачал головой. – Вы же, голубки, захотите вдвоем побыть. Подойду позже. Где вас искать?

– Не мели чушь, – ухмыльнулся Каллен. – Мы пока не так далеко зашли. Выбирай место.

– Ладно, – решил Дюк. – «Ше Паре», заведение Беллмана, в полдевятого. Пойдет?

Каллен кивнул:

– Пойдет. – И тихо спросил: – Это был Келлз?

Дюк взглянул на него и провел пальцем по коротко подстриженным усикам.

– Да.

– Мерзавец. – Каллен скривился. – Встретить бы его в темном переулке.

– Вот этого не надо, – улыбнулся Дюк. – В темном переулке лучше дамочку встретить. – И внезапно добавил: – Шульц наверху?

Питер кивнул.

– Пойду поговорю с ним. – Дюк повернулся к лестнице. – До скорого.

– Давай, – с улыбкой сказал Каллен и вернулся к игре.

Наверху Дюк выбросил окурок и распахнул матовую дверь с выцветшей позолоченной табличкой: «Пол Шульц, доверенное лицо».

Хозяин кабинета сидел за огромным столом – толстый, лысый, с жестким тревожным взглядом и вымученной улыбкой.

– А, Гарри. – Шульц махнул пухлой ручищей. – Присаживайся.

Дюк сел и сложил руки на подтянутом животе.

– На кого ставил?

– Серебряное Крыло и Кисибу, – равнодушно сказал Дюк. – Обошли всех на последнем круге.

– Получается, куш сорвал? – Шульц толкнул вперед коробку толстых сигар.

– Ага, – сказал Дюк, не обращая внимания на сигары. – Сорвал.

Он посмотрел по сторонам и уставился на Шульца.

– Теперь ставь на Палоццу. Верняк.

На столе появились черная бутылка и две стопки.

– Я пас. Эта лошадка с карусели сбежала.

– Как скажешь. – Шульц разлил виски по стопкам и пододвинул одну к гостю. – О чем задумался?

Дюк уселся поудобнее.

– Чего боится Беллман?

– Беллман? – Улыбки как не бывало. – А что с ним?

Пальцы Дюка, все в никотиновых пятнах, забарабанили по столу.

– Кто-то нагнал на него страху. Я думал, может, ты что знаешь.

Шульц задумчиво ущипнул себя за губу.

– Тут я тебе не помощник, – неторопливо сказал он. – Давай лучше про орхидеи расскажу.

– Кто о чем, а вшивый о бане, – усмехнулся Дюк. – Не юли, я такого не люблю.

Шульц промолчал.

– Это, случаем, не Спейд? – спросил Дюк, выдержав паузу.

Толстяк закрыл глаза. Казалось, он слышит это имя впервые.

– Говоришь, Беллмана припугнули? А я и не знал.

– Не съезжай с темы. Давай про Спейда. Слыхал про такого, Пол?

Шульц бросил взгляд на Дюка. Убедился, что тот не шутит, и снова закрыл глаза.

– Ну, слыхал. А кто не слыхал? Но это не значит, что…

– Сдается мне, эта контора принадлежит Спейду, – произнес Дюк. – Но я могу ошибаться. Что скажешь?

Толстяк подался вперед, сгреб стопку в пятерню, отпил половину. Дюк подумал, что Шульц, с его попугайским клювом вместо рта и глазами-блюдцами, похож на осьминога.

– Ошибаешься, и сильно. – Шульц поставил стопку на место. – Это моя контора – пять лет, как выкупил. Интересно, с чего ты…

– Так уж мозги устроены – то и дело ошибаюсь. Прикинь, как матушка за меня переживала.

– По поводу Беллмана ты тоже не прав, – сказал Шульц. – Я видел его на днях, отлично выглядит. Непохоже, что боится.

– Зайду-ка я к нему, проведаю. – Дюк допил виски и встал. – Он предлагает мне работу в «Ше Паре». Думает, если я буду там тереться, лохи накинутся на его катушки.

Круглые глаза Шульца остекленели, рука застыла на полпути к выпивке. Толстяк посмотрел на Дюка снизу вверх.

– Мне птичка напела, что смышленый парень заезжать туда не станет, – сказал он.

Дюк внимательно посмотрел на Шульца:

– Твоя птичка, случайно, не с южным акцентом поет?

Шульц с хлюпаньем всосал виски. Казалось, его вот-вот хватит удар. Спустя мгновение он взял себя в руки и покачал головой:

– Ничего подобного. Ты о чем?

– О птичке, что спела для меня, – холодно сказал Дюк.

– На твоем месте я бы забыл про Беллмана. Ты только что бабла срубил. Поезжай отдохни. Тебе на это одних процентов с выигрыша хватит. На солнце поваляешься, воздухом подышишь.

Дюк оперся о стол и наклонился к Шульцу.

– Послушай, Пол, – серьезно сказал он. – Чего боится Беллман? Не виляй, мы же давно работаем вместе.

Шульц побледнел:

– Говорю же, у него все в порядке. Тебе, Гарри, я не стал бы врать.

– Ладно, – выпрямился Дюк. – Ты не стал бы мне врать. Так и напишем на твоем надгробии. Это отпугнет стервятников.

И он вышел, хлопнув дверью.

Внизу ждал Каллен.

– Есть минутка выпить?

Дюк бросил взгляд в другой конец комнаты, на большие часы с желтым циферблатом. Половина седьмого. Он покачал головой.

– Домой хочу, – сказал он. – Вечером встретимся у Беллмана.

Каллен кивнул:

– Не забудь умыться. Я о тебе много хорошего наговорил.

– Даже чистую рубашку надену.

Дюк хлопнул друга по спине и вышел на улицу.

Вечернее солнце резало глаза. Что за жизнь, думал Гарри, поджидая такси. С утра до ночи – телефон, ставки, кости. Вроде и деньги есть. Необязательно целый день сидеть в прокуренной комнатенке. Но правильно говорят: привычка – вторая натура.

Дюк взмахнул рукой. Такси замедлило ход и остановилось возле тротуара. Забравшись в салон, Дюк назвал адрес в центре города.

С жарой накатила волна усталости. Дюк снял шляпу, закрыл глаза и расслабился.

Зря он договорился о встрече. Особого интереса знакомиться нет. Хотя обижать Каллена тоже не хочется.

Так уж вышло, что Дюку было скучно в компании девушек, по которым сохли его друзья. Собственно, поэтому и друзей у него было не много. Большинство из них обзавелись семьями, и он перестал с ними общаться.

Дюку нравился Каллен. Лет пять назад они работали вместе, но Дюк то и дело пропадал, нажил проблемы с полицией, и Каллен решил выйти из дела. Дюк не обиделся – осторожность партнера ему только мешала. Они поделили бизнес, но остались приятелями и со временем сильно привязались друг к другу.

Теперь Каллен остепенился, оставив беспокойные деньки в прошлом. Он владел двумя бензоколонками и, похоже, неплохо зарабатывал. В любом случае денег не считал и гордился тем, что одевается лучше всех в городе. Дюк мрачно подумал, что Пит вот-вот обзаведется семьей.

Дюк был уверен, что никогда не угомонится. Не зря он прошел такую суровую школу. Игрок – отличная профессия, если ты готов потерять все и начать сначала. А женился – будь добр, обеспечь стабильный доход. Дюк не хотел себе такой обузы.

Странно, с какой легкостью он прослыл убийцей. Десять лет назад застрелил человека. Этого хватило. Убей кого-нибудь – и в Бентонвилле тебя зауважают.

Вообще Дюк не планировал стрелять, но тот парень уже доставал пушку. Дюк опередил его на долю секунды. Он вспоминал о перестрелке, только когда случалось крепко выпить, а это происходило нечасто. В такие ночи убитый сидел в изножье кровати и улыбался, а утром Гарри сильно нездоровилось.

Смешной мужик этот Беллман. Со всеми его деньгами, женщинами, с ночным клубом – и вдруг зовет Дюка в защитники.

Такси подпрыгивало на ухабах, в салоне воняло табачным дымом, въевшимся в кожаную обивку. Дюк подумал о Шульце. Толстяк определенно что-то недоговаривает. Знает, что за бабенка ему звонила. Насчет Спейда тоже осторожничает.

Дюк крепко сжал губы. Вот этого парня он хотел бы прижать. Спейд!

Выгляни в окно – и сразу увидишь одну из его желто-синих контор. На каждом углу – его автоматы. Надо признать, неглупый парень. Держится в тени. Если возникают проблемы, то разбирается Коррис. Может, Спейд собрался выдавить Беллмана из бизнеса? Если так, это уже не цветочки, а ягодки – Вардис Спейд намерен подмять под себя весь город.

– Шеф, за нами хвост, – внезапно сказал водитель, не поворачивая головы.

Дюк глянул в заднее стекло. Черный «туринг», примерно в сотне ярдов. Ветровое стекло тонировано, кто за рулем – не видно.

– Уверен?

– Похоже на то, – ответил водитель. – Только не просите оторваться, не получится.

– Сворачивай с главной улицы и покатайся по переулкам, – сказал Дюк, усевшись так, чтобы было удобно смотреть назад.

На следующем повороте водитель крутанул баранку и съехал на узкую улочку, ведущую за город. Преследователь свернул туда же.

Взгляд Дюка стал ледяным, колючим.

– Продолжай кружить. – Он сунул руку за пазуху и нащупал пистолет. – Дадим ему еще пару шансов.

Водитель вспотел.

– Стрельбы хоть не будет, шеф? – с тревогой спросил он. – Машина только из ремонта.

– А ты, я вижу, любишь в кино ходить, – усмехнулся Гарри. – Не боись, мы не в Чикаго.

– Успокоили, – съязвил водитель и свернул на следующую улицу.

«Туринг» не отставал.

Дюк передал водителю пятерку.

– На следующем повороте набирай скорость. Как оторвемся, тормози. Я выпрыгну.

– Вы, шеф, тоже кино любите, – приободрился водитель.

Все прошло как по маслу. Гарри нырнул в дверной проем, «туринг» стремительно промчался мимо. Водителя Дюк не рассмотрел, зато записал номер машины.

Он быстро зашагал прочь, свернул налево и через две минуты вышел на главную улицу. Подошел к драгстору и закрылся в телефонной будке. Набрал номер учетного отдела полиции.

– Это Гарри Дюк, – сказал он. – Дайте О’Мэлли.

– Здоро́во, Гарри, – сказал O’Мэлли. – Как думаешь, поставить на Разрушителя?

– Забудь. – Дюк сдвинул шляпу на затылок. – Он придет так поздно, что жокею понадобится фонарик. Лучше глянь на Эль Нагани.

– Вот спасибо. Где бы я был без твоих советов!

– Погоди про скачки, – продолжил Дюк. – Мне нужно машинку пробить. – Он продиктовал номер автомобиля. – Только быстро.

– Насколько быстро? – осторожно спросил O’Мэлли.

– Прямо сейчас. Я подожду. – Дюк услышал недовольное ворчание и ухмыльнулся. – Что такое? Советы мои надоели?

– Побудь на связи. Только для тебя, Гарри, но давай пореже с такими просьбами.

– Иди уже делом займись, ирлашка ленивый. Хорош трепаться.

После долгой паузы O’Мэлли вернулся к телефону:

– Это одна из машин Вардиса Спейда. Проблемы?

Дюк беззвучно присвистнул:

– Какие там проблемы! Бабенка за рулем приглянулась.

– Ты что, просил пробить номер из-за дамочки? – O’Мэлли едва сдержал эмоции.

– Ради такой красотки и похлопотать не грех, – ответил Дюк и стукнул трубкой о рычаг.

Глава четвертая

Заканчивая возиться с галстуком, Питер Каллен услышал тарахтение старого «фордика» Клэр. Звук мотора стих – значит пора встречать гостью.

Каллен провел расческой по вискам, схватил пиджак и поспешил к двери.

Выйдя на лестничную клетку, он услышал, как хлопнула дверца автомобиля. Мгновением позже по лестнице застучали каблуки. Каллен перегнулся через перила, предвкушая удовольствие от первого взгляда на Клэр Рассел.

Питер относился к этой девушке по-особенному. Не из-за красоты, нет. Он знавал множество красоток, и они ему порядком поднадоели. Клэр полюбилась ему за деловую хватку, которой так не хватало другим девушкам Бентонвилля и Фэйрвью.

Первая встреча была чисто случайной. Клэр заехала к нему на заправку, когда «фордик» в очередной раз начал барахлить. В тот момент Питер сидел за бухгалтерией. Увидел, как девушка деловито расхаживает вокруг механика, наблюдая за работой, и вышел поздороваться.

Молодые люди мило поболтали. Тон разговора намекал, что Каллен приглянулся девушке. Парень схватывал все на лету, поэтому, когда Клэр уехала, в записной книжке Питера остался номер ее телефона.

Начались регулярные свидания. Питер сразу заметил, что Клэр плохо переносит одиночество. Вымирающий городок был для нее как склеп. Казалось, две родственные души нашли друг друга – оба любили погулять, повеселиться, поболтать о новой книжке или модном спектакле.

Наконец Клэр стала приезжать к Питеру каждый вечер, чтобы вместе сходить в кино или посидеть за столиком в ресторане.

Каллен глянул вниз. На лестнице мелькнула долгожданная головка – волосы блестят, словно лакированные.

Он тихонько свистнул, и Клэр посмотрела вверх. Ее большие черные глаза загорелись. Она улыбнулась и ускорила шаг. Взлетела наверх и замерла перед Питером.

– Я не опоздала?

– Ровно восемь. – Каллен посмотрел на нее сверху вниз, взял за локти, притянул к себе. – Здорово, что ты приехала. Как жизнь?

– О, нормально. – Клэр поцеловала его в губы. – Может, чуть устала. – Она поправила Питеру галстук. – Ты как?

– Отлично. – Каллен пропустил девушку вперед. – Буду готов через секунду.

Клэр оглядела ярко обставленную, но неряшливую комнату и прильнула к плечу Питера.

– Хорошо у тебя. Сразу видно, что за человек тут живет. – Она посмотрела на него, улыбнулась и мягко убрала его руку со своей талии. Подошла к большому креслу и села, поджав длинные ножки. – Сэм про тебя знает. Сегодня вечером подкалывал меня.



– Да ну? – Каллен взглянул на девушку, продолжая распихивать по карманам разные мелочи. – А ты не против?

– Конечно нет. Наоборот, рада. Дед во мне души не чает. Не знаю, что бы я без него делала.

– Теперь у тебя есть я, – заметил Каллен.

– Это верно. Одиночество – ужасная штука… Для девушки – так вообще. Хочется забыть и не вспоминать.

– И не вспомнишь, если возьмешься за ум и выйдешь за меня. – Питер глянул в зеркало, удовлетворенно кивнул и присел на ручку кресла, поближе к Клэр.

– Только не начинай! – Она погрозила изящным пальчиком. – Мы же вчера говорили на эту тему. Помнишь, я сказала, что пока не готова. Я так давно живу одна, сама себе хозяйка, и вдруг… ну, просто не знаю.

– Ладно, ладно. – Питер легко коснулся ее волос. – Главное, больше ни на кого не заглядывайся. Просто храни верность, и все будет хорошо. Знаешь, когда речь заходит о тебе, я становлюсь ужасным ревнивцем.

– Ну что ты заладил! – Клэр взяла его за руку. – Конечно, у меня больше никого нет. И не будет. Откуда эти сомнения? Ты же знаешь, мне нравятся уверенные в себе мужчины. А если кто тушуется, взглянув на точеную фигурку, большие черные глаза и красивое платье, – нет, такой кавалер мне не по душе.

– А у тебя что, точеная фигурка? – усмехнулся Питер.

– Разве нет?

– С девушками как с автомобилями. В моем бизнесе нельзя судить о том, чего не видел своими глазами.

– Мистер Каллен, не начинайте пошлить.

– Никакой пошлости. Обычные заигрывания.

– Тогда мне нужно поостеречься. Пересяду-ка на подоконник. В случае чего хоть на помощь смогу позвать.

– В случае чего, говоришь? Приятно слышать, – улыбнулся Питер. – Клэр, кроме шуток, давай поженимся.

– Кроме шуток, давай отложим этот разговор. Ты не против? – Девушка вложила ладонь в руки Каллена.

На его лице мелькнуло разочарование, затем он улыбнулся снова:

– Извини, Клэр. Рассказывай, как прошел день.

– Ух! Поначалу нормально, но стоило вернуться в редакцию, и сразу замучили. Ходила, собирала материал для статьи про наши трущобы. Слыхал про Пиндерз-Энд?

– По-моему, да. Это на самой окраине Фэйрвью, верно? Несколько нищих бунгало и бросовые поля?

– Хорошее описание, – хмыкнула Клэр. – Не район, а позорище. Ты бы знал, как мне жаль тамошних жителей. Чисто персонажи «Табачной дороги»[1]. Ужас. Земельный инспектор уже год как грозится их выселить. На городском собрании вроде все решили. А потом опять отложили в долгий ящик.

– Обитатели тех лачуг, наверное, пляшут от радости. Податься-то им некуда.

– В том-то и дело, что есть куда. Их планировали переселить в нормальные условия. А теперь все встало, и непонятно почему.

– А что непонятного? Это же администрация, у них всегда семь пятниц на неделе. – Питер достал портсигар и предложил Клэр сигарету.

– Хотела подстегнуть их статейкой в «Кларионе», но Сэм об этом и слышать не желает. – Клэр потянулась к зажигалке, прикурила. – Временами я думаю, что наш редактор чересчур осторожничает. Помнишь, однажды у него была стычка с Коррисом? Так вот, с тех пор в газете про политику – ни слова. И про Бентонвилль – раз в год по обещанию.

– Что-то припоминаю. Коррис вроде как грозился сжечь здание «Клариона», да?

– По-моему, пустой треп. – Клэр пожала плечами.

– Не торопись с выводами. Коррис – серьезная фигура. А его бойцы совсем отмороженные.

– Да что ты говоришь! Куда же смотрит полиция?

– Брось, Клэр! Мы оба знаем, что Коррис отстегивает здешним политиканам. Полиция с его банды пылинки сдувает.

– Слыхал про Спейда? Как думаешь, он правда существует? – внезапно поинтересовалась Клэр.

– Спейд? Реальный главарь их банды? Думаю, да. Честно сказать, эта сторона городской жизни мне до лампочки.

– А зря. Знаешь, почему здесь заправляют бандиты? Потому что всем до лампочки. Если посерьезней отнестись к следующим выборам, Спейд с Коррисом мигом вылетят из города.

– Или устроят нам ночь длинных ножей, – серьезно произнес Питер. – Эти ребята крепко вцепились в Бентонвилль, Клэр. Не уверен, что они сдадут такое хлебное место без боя.

– Кстати, вспомнила. Знаешь парня по имени Тимсон?

– Вроде нет, – с сомнением ответил Каллен. – А что?

– Сэм говорит, он из Бентонвилля. Приехал к нам осмотреться. Похоже, нацелился купить землю.

– Да ну! – засмеялся Питер. – Не верю. У вас в Фэйрвью даже бомжам поживиться нечем. Что он собирается купить – Пиндерз-Энд?

– С виду не дурак… – Клэр умолкла и посмотрела на Питера. – Да ну, не может быть. Точно!

– Что такое?

– Можно позвонить? – И она выскользнула из кресла.

– Так, моя умница что-то затевает, – сказал Каллен с веселым недоумением в голосе.

– Нужно кое-что проверить. Интересное совпадение. Тимсон приезжает в Фэйрвью, хочет подыскать участок, и в этот же день делу по трущобам дают задний ход, – произнесла Клэр, набирая номер.

– Кому звонишь?

– Хиллу, земельному инспектору. – Она отвернулась к телефону. – Мистер Хилл? Это Клэр Рассел из «Клариона». Мне сообщили, что Пиндерз-Энд продан. Верно?

В трубке послышалось удивленное восклицание.

– Продан? – переспросил Хилл. – Кто сказал?

– У меня свои источники, – деловито ответила девушка. – Скажите, это так?

– Без комментариев, – отрезал Хилл.

– Значит, вы не отрицаете этот факт? – настаивала Клэр.

– Повторяю – без комментариев. – Хилл бросил трубку.

Клэр аккуратно поставила телефон на место и взглянула на Питера:

– Вот и весь разговор. Похоже, Тимсон купил Пиндерз-Энд.

– Быть такого не может, – сказал Питер. – Зачем ему связываться с этой помойкой? Наверное, этот твой Хилл просто ломается.

– Не думаю.

Покачав головой, девушка снова взялась за телефон. На этот раз она позвонила Сэму, но тот и слушать ее не стал.

– Говорю же, это моя забота, – сердито произнес он. – С утра первым делом пойду к Хиллу, побеседую. А ты развлекайся. Не отрывай старика от приема пищи. – И повесил трубку.

– Что ж, на сегодня отбой, – с сожалением сказала Клэр, пожала плечами и посмотрела на Питера. – Чем займемся?

– Чуть не забыл, милая. – Питер щелкнул пальцами. – Сегодня ужинаем в «Ше Паре», да не одни, а в компании. Приглашенная звезда – небезызвестный Гарри Дюк. Заодно и познакомишься.

Глаза Клэр потухли.

– А я хотела провести вечер с тобой вдвоем, без посторонних, – расстроилась она. – Нет никакого настроения любезничать с твоими приятелями.

– С Гарри Дюком не придется любезничать, – сказал Питер. – Скажу больше. Если начнешь с ним заигрывать, я очень огорчусь.

– Может, отложим эту затею? Сегодня не лучший день для знакомств, правда.

– Ну извини. – Питер нерешительно взглянул на девушку и понял, что она не шутит. – Если совсем невмоготу – давай отложим. Но Дюк так давно хотел с тобой познакомиться. И он действительно мой лучший друг.

– Не извиняйся. – Клэр подошла к окну. – Ты же не знал, какое у меня будет настроение. – Она помолчала. – Я много слышала о Гарри Дюке. Сказать по правде, я не очень-то хочу с ним знакомиться. Насколько я знаю, Дюк – типичный бентонвилльский игрок, ведь так?

Питер смущенно усмехнулся:

– Мало ли что болтают! Он отличный парень. Сто лет его знаю, и за все это время Дюк меня ни разу не подвел. Конечно, он малость чокнутый. Но не больше, чем остальные.

– Он игрок и бандит. И закон ни в грош не ставит.

– Чушь! – Голос Каллена прозвучал неожиданно резко. – Да, он игрок, но этим промышляют тысячи парней.

– Расскажи еще про тысячи бандитов, которые плевать хотели на городские порядки. Тогда выйдет, что Гарри Дюк – просто симпатяга.

Повисла очередная пауза.

– Хорошо, Клэр. Я отменю встречу, – тихо произнес Питер.

Клэр повернулась к нему:

– Ну прости. Я сглупила. Пожалуй, возьму с тебя пример. Не буду судить о Дюке до знакомства.

– Точно? – Питер испытующе посмотрел на девушку.

Та кивнула:

– Более того, я просто обязана взглянуть на твоего лучшего друга. И если он мне не понравится, если я сочту, что он дурно на тебя влияет, будь уверен, приложу все усилия, чтобы разрушить вашу прекрасную дружбу.

Клэр улыбнулась, но ее глаза смотрели настороженно.

До Питера дошло, что вечер может оказаться не таким уж приятным.

– Ну же, Клэр, – сказал он, протягивая руку за шляпой. – Что-то мы заболтались. Почему бы не пожить в свое удовольствие, как все нормальные люди? Всё разговоры, раздумья, тревоги. А жизнь тем временем гораздо проще, чем кажется. Просто прими это как данность. Не усложняй.

– Знаешь, как называется такой взгляд на жизнь? Каша в голове, – ответила Клэр, спускаясь по лестнице. – Долой раздумья. Долой разговоры и тревоги. Впереди прекрасный вечер в компании великого и ужасного мистера Дюка.

Питер открыл дверцу автомобиля.

– И пожалуйста, без колкостей. Хорошо? Придержи ядовитое жало для другого случая.

– У меня есть жало? – Клэр уселась за руль, потянулась к замку зажигания.

– Должно быть, – улыбнулся Питер.

– Тогда я постараюсь не обидеть бедняжку Дюка ни единым словом.

– Вот спасибо. Должен предупредить, что в роду у Гарри тоже были шершни. Если он тебя ужалит – я не виноват.

Клэр переключила передачу, «фордик» медленно тронулся с места.

– Дивно. Жду не дождусь. Прямо вижу, как мы сидим за столом, с ненавистью жалим друг друга и лучимся притворным весельем. Знаешь, для меня это что-то новенькое.

– Будете продолжать в таком тоне, мисс, – отправлю домой. Что вам нужно – так это хорошая встряска.

– Встряска? Это как раз по части мистера Дюка.

– И по моей тоже.

– В таком случае сегодня я буду жалить направо и налево, – сказала Клэр, направив «форд» в поток автомобилей. – Глядишь, и напрошусь на твою встряску.

Каллен всплеснул руками, изображая притворное отчаяние.

Глава пятая

Сидя в дальнем конце зала, Дюк смотрел, как Питер с подругой входят в ресторан. С любопытством взглянул на девушку, медленно опустил стакан на полированную стойку. Клэр стояла в дверном проеме, за ней маячил Питер. Она повернула голову, и Гарри внезапно ощутил странный комок в горле.

Молодые люди увидели его и направились к стойке. Дюк не сводил глаз с Питера, хотя ему не терпелось рассмотреть Клэр получше. Только когда они подошли вплотную, он посмотрел на нее, поймал взгляд серьезных темных глаз и тут же отвернулся.

– Ну вот и мы, – сказал Каллен, и выглядел он безмерно счастливым. – Гарри, это Клэр. Хочу, чтобы вы подружились.

Девушка застыла в изумлении. Она представляла себе Дюка совсем по-другому. Теперь понятно, почему Питер так восхищается другом. Короткие черные волосы, аккуратно подстриженные усики, спокойный, пытливый взгляд зеленых глаз. Настолько неожиданный типаж для Бентонвилля, что оторопь берет. Клэр протянула руку и тут же поняла, что делать этого не следовало.

– Добрый вечер. – Дюк обменялся с ней рукопожатием. – Вот и долгожданное знакомство.

Впервые в жизни Клэр почувствовала себя неловко. Она злилась на себя и немного на Питера, хотя понимала, что это несправедливо.

Так, нужно что-нибудь сказать. Не годится стоять столбом и глазеть на этого рослого широкоплечего молодца. Девушка заметила веселый взгляд Каллена и смутилась еще сильнее.

– Питер много о вас рассказывал. – Клэр старательно подбирала слова. – Но честно говоря, я не ожидала, что вы… ну, понимаете… – Она замолчала и беспомощно посмотрела на Каллена.

– Очевидно, она под впечатлением от твоей красоты, – усмехнулся тот.

– Ничего такого, – поспешно заверила Клэр. – Но… понимаете, я разное про вас слышала и ожидала увидеть, ну… бандита.

– Надеюсь, вы не разочарованы, – произнес Дюк, приподняв брови. В его голосе звучало легкое удивление. – Теперь понятно, почему Пит не торопился нас знакомить. – Он перевел взгляд на Каллена. – В толк не возьму, как тебе удалось очаровать такую роскошную леди. Надо бы выведать секрет твоей привлекательности.

– Она у меня глупышка, – сказал Питер с довольным видом. – Было несложно ее охмурить.

Кивком головы он подозвал бармена, тот подошел к компании.

– Выпивка с меня, – заявил Дюк. – Чего изволите?

Все углубились в изучение барной карты. Определившись с выбором, Питер цокнул языком.

– Никогда здесь не был. А местечко-то милое.

– Нормальное, – подтвердил Дюк. – Беллман не первый день на этой работе. Наверху у него казино. – Он взглянул на Клэр. – Интересуетесь?

– Нет. – Клэр поднесла к губам бокал на высокой ножке. – Я не играю, – сказала она, любуясь янтарным цветом напитка.

– Все играют, – произнес Дюк, настойчиво глядя на девушку. Любопытная беседа. Сейчас главное – не стушеваться, подумал он. – Не обязательно на деньги, но играют все.

Клэр отвела взгляд в сторону.

– Неужели? – Голос ее прозвучал чуть фальшиво.

– Конечно. Мечтают выиграть счастье, положение в обществе, дом, работу. Вы так не считаете?

– Наш Гарри любит пофилософствовать, – перебил Питер. – Но ты не обязана верить каждому его слову.

– Вы говорите об игре под названием «жизнь». В нее вынужден играть каждый, – сказала Клэр. – Но просиживать штаны в казино, намеренно рискуя деньгами, – совсем другое дело.

– Имеете что-то против азартных игр? – В голосе Дюка прозвучала едва заметная ирония.

– Не то слово! – кивнула девушка.

– Не забывай, наша Клэр радеет о всеобщем благе, как настоящий крестоносец. Ты что, не читал ее статей?

Питер снова подозвал бармена, попросил повторить.

– Нет. – Дюк посмотрел на девушку. – Кстати, как дела у «Клариона»?

– Не лучше, чем у остального города. – Клэр повела плечом. – Ребята подустали, никто не рвется в бой. Да и страшновато.

– Оживить бы вашу газетку. Глядишь, и городок зашевелился бы, – сказал Дюк. – Я бы с радостью помог.

– Один из ваших дружков-игроков уже помог. – Голос девушки прозвучал резко и зло. – Потому-то все наши и притихли.

– Вы меня неправильно поняли, – рассмеялся Дюк. – Мне хочется навести порядок в Бентонвилле не меньше вашего. Спросите Пита, он расскажет.

– Именно так, – подтвердил Каллен, допив виски. – Гарри – прирожденный игрок. Профессионал. Разумеется, повальная игромания ему как ножом по сердцу. Не удивлюсь, если однажды Дюк затеет собственный крестовый поход.

– Вон оно что! – озадаченно проговорила Клэр. – Если вы и правда так считаете, то почему сидите сложа руки?

– Все не так просто. – Дюк аккуратно поставил стакан на полированную столешницу. – Для начала нужен повод. Вы же знаете, насколько силен синдикат. Придется крепко постараться. Единственный способ – сначала изолировать главарей, избавиться от них, а потом заняться рыбешкой помельче. Но добраться до верхушки будет непросто. Боюсь, без стрельбы тут не обойтись. Погибнут люди.

– А почему бы не заручиться поддержкой горожан? Все ведь понимают, что первый шаг к порядку – это не бандитские разборки, а смена политической верхушки. Встав на путь насилия, вы сами попадете в беду.

– Останусь при своем мнении. – Дюк пожал плечами. – Наши выборы всегда были грязными, такими будут и впредь. – Он взглянул на стенные часы. – Однако уже поздно. Не пора ли нам поесть?

Компания переместилась за столик.

– Мистер Дюк, вы знакомы с человеком по имени Тимсон? – спросила Клэр.

– Бога ради, Клэр, не надо этих «мистеров». Зови его Гарри, – встрял Питер.

– Пит, не начинай. – Дюк почувствовал, что Клэр смутилась. – Пусть зовет меня, как ей нравится.

– Будь я неладен! – притворно охнул Каллен. – А я-то думал, вы двое терпеть друг друга не можете, – добавил он, изображая шуточное отчаяние.

– Ты ошибался, – ответил Дюк и посмотрел на девушку. – Верно? – И снова этот странный комок в горле.

Клэр отвела взгляд.

– Вы спрашивали про Тимсона, – продолжал Дюк. – Это управляющий Беллмана. А почему интересуетесь?

– Управляющий, значит. – Клэр взглянула на Питера. – Получается, он купил Пиндерз-Энд по поручению Беллмана?

– Но ты же не знаешь, что он действительно купил эту землю, – сказал Питер.

Дюк подался вперед, но говорить не стал: к столику подошел официант. Пока тот не принял заказ и не удалился, Гарри не произнес ни слова.

– А что такое с Пиндерз-Энд? – наконец спросил он, провожая официанта взглядом.

Клэр по-быстрому ввела его в курс дела. Дюк задумчиво прикрыл глаза.

– Интересно, – сказал он. – А как насчет земли, на которой стоит Фэйрвью? Вдруг там серебряная жила или что-то в этом роде?

– Вряд ли, но я, конечно, могу выяснить.

На лице девушки появилось замешательство. Она явно не задумывалась о таком повороте дел.

– Перестаньте делать из мухи слона. Нам даже неизвестно, действительно ли Тимсон купил это место, – повторил Питер.

Дюк не обратил на него внимания.

– Сделаете мне одолжение? – попросил он Клэр. – Если что узнаете – позвоните. Вам проще, вы там живете. А мне очень любопытно.

– Хорошо, – согласилась девушка. – Как вы считаете, что происходит?

Дюк задумался.

– Пока не знаю, но мысли есть. – Вынул бумажник, нашел клочок бумаги и нацарапал на нем свой телефонный номер. – По этому телефону найдете меня в любое время.

Клэр взяла бумажку, мельком взглянула на нее и положила в сумочку.

– Запомню, – сказала она.

Питер следил за разговором со смешанными чувствами. Затем, недолго думая, вмешался:

– Вот ловкач. Хоть бы постыдился давать телефон девушке под носом у ее парня. Ты что задумал, Гарри? Хочешь у меня подружку увести?

Клэр зарделась.

Дюк посмотрел на нее, потом на Питера. Его взгляд похолодел.

– Вот это было некрасиво, Питер, – мягко сказал он.

Каллена охватила внезапная ревность, хотя он и понимал, что причин для этого нет.

– Что за вздор! – сердито сказал он. – Я же пошутил. Почему у вас обоих такой виноватый вид? – Питер бросил колкий взгляд на Клэр. – Почему ты покраснела?

Клэр отодвинулась, встала из-за стола.

– Оставлю вас на минутку.

Она пересекла зал ресторана и скрылась в дамской комнате. Питер безучастно проводил ее взглядом.

– Хвалю за честность, – негромко сказал Дюк, вертя в руках стакан.

Питер нервно пригладил волосы.

– Что с ней случилось? Никогда не видел, чтобы она так себя вела. – Он взглянул на Дюка, в глазах горел гнев. – Наверное, зря я вас познакомил.

– Да заткнись уже! – оборвал его Дюк. – Девушка устала, нервничает. И не желает смотреть на кривляния провинциальных клоунов. Ты что, не можешь ее поддержать? В кои-то веки у тебя стоящая подружка.

– Да что ты несешь? – разъяренно крикнул Питер, полностью потеряв контроль над собой. – Советчик выискался! Жили душа в душу, а тут появляешься ты – и пожалуйста, первая ссора.

– Не бери в голову, – сказал Дюк с жесткой ухмылочкой. – Вспомни, я не особо стремился знакомиться. Просто веди себя достойно, договорились? И скажи, что меня вызвали по делу.

Питер вскочил со стула.

– Брось, Гарри. Я не хотел тебя обидеть. Просто выпил лишнего. Посиди еще, давай забудем об этом.

– Мне нужно идти, – с сожалением ответил Дюк. – Пора заглянуть к хозяину заведения. Совсем забыл, что собирался заглянуть к Беллману. Завтра увидимся, Пит. Береги себя.

Прежде чем Каллен успел возразить, Дюк встал и вышел в холл. Пошарил глазами в поисках коренастого коротышки, заметил его у подножия лестницы, ведущей в зал с рулетками, подошел.

– Где Беллман?

Коротышка холодно посмотрел на него:

– Как вас представить?

– Скажи, что его мамаша в гости пожаловала.

Коренастый пожал плечами и пошел вверх по лестнице. Дюк последовал за ним. В конце коридора коротышка остановился.

– Давайте без глупостей, – попросил он. – Мне нужно вас представить.

Дюк выбросил руку вперед, схватил собеседника за пиджак и прижал к стене.

– Иди уже, утопись в колодце, – посоветовал он.

Беллман сидел за большим столом и что-то быстро писал. Вокруг него был разбросан ворох бумаг. Дюк вошел, захлопнул дверь; хозяин кабинета, нахмурившись, оторвался от дел. Увидел гостя, тяжелое румяное лицо его оживилось, Беллман поднялся на ноги.

– Ну и ну! – воскликнул он. – На ловца и зверь бежит.

Не обращая внимания на протянутую руку, Дюк подцепил стул носком ботинка, пододвинул к себе, присел.

Беллман, все еще улыбаясь, опустил взгляд на свою пятерню, поднял брови, уселся на место. Ростом он был пониже Дюка, но гораздо крепче сложен. Волосы темные, с пробором посередине, спускаются на лоб в виде перевернутой буквы «V». Красив, но какой-то вульгарной красотой.

– Только что тебя вспоминал, Дюк. – Беллман взял длинный нож для бумаг и постучал им по белой промокашке. – Не пора ли нам объединить усилия?

– Да ну? – Дюк сдвинул шляпу на затылок, задумчиво поскреб квадратный подбородок. – Интересно. Я-то тебе зачем понадобился? Судя по кабаку, ты и сам неплохо справляешься.

– Давай чего-нибудь выпьем. – Беллман дотронулся до звонка. – Хочу поговорить начистоту.

В кабинете возник коренастый, левая рука в кармане. Даже ребенок понял бы, что там не пистолет, а оттопыренный указательный палец.

– Принеси скотч, – скомандовал хозяин. Коротышка кивнул и исчез. – В наших местах у тебя репутация крупного игрока, – продолжил Беллман. – Твое имя в почете. Все знают, что ты везунчик. Много ставишь, много поднимаешь. А случись промахнуться, платишь по счетам и продолжаешь игру. Вся публика в моем казино – сплошные снобы. Считают себя выше других, требуют самого лучшего. Вот почему ты здесь нужен. Хочу, чтобы все знали, что Дюк, знаменитый игрок, вписался ко мне присматривать за катушками. Просто заходи вечерком, прогуливайся да по сторонам поглядывай. Понадобится отойти по делам – никто и слова не скажет. Будешь свободен как ветер. Я понятно выражаюсь?

Дюк сунул руку в карман пиджака, вынул плоский портсигар. Достал сигару, Беллману предлагать не стал.

– Продолжай.

Коренастый вернулся с подносом. Беллман велел поставить напитки на стол и проваливать. Молча разлил виски, передал стакан Дюку и закурил сигарету.

– Если покрутишься здесь, мне будет большая выгода, – произнес он. – Я готов заплатить. Что скажешь?

– Сегодня заходил Келлз. Говорил, ты предлагаешь пять сотен баксов. Я поржал, конечно.

– Я сказал этому щенку, что готов пойти на твои условия. – Беллман покраснел. – Слушай, Дюк. Ты мне нужен, и я не собираюсь торговаться. Вопрос только в том, пойдешь ты ко мне или нет.

– Думаю, нет, – покачал головой Дюк.

– Подъем с катушек делим пополам, – продолжил Беллман. – Я имею с них порядка восьми штук в неделю. Если пойдешь ко мне, буду иметь двенадцать. Шесть тысяч долларов в неделю. Ну, теперь передумал?

Дюк как следует приложился к стакану. Его взгляд стал напряженным.

– Это до хрена бабла, – хрипло сказал он.

– Вот столько ты для меня стоишь. – Беллман допил и сразу же налил снова. Его руки едва заметно тряслись. – Что скажешь?

Дюк затянулся сигарой, темный маслянистый дым поплыл по комнате.

– Спейду это не понравится, – тихо сказал он.

Беллман бросил нож на стол. Его лицо исказила злая гримаса.

– Спейду? – спросил он, подавшись вперед. – Что ты имеешь в виду?

– Давай я за тебя скажу. Ты зовешь меня не для бизнеса. Тебе нужна моя пушка. Почему ты боишься Спейда?

– Ты спятил. – Беллман резко откинулся в кресле. – Не знаю, о чем ты говоришь. Я не боюсь Спейда. Я сделал тебе предложение. Примешь или нет?

Дюк собирался ответить отказом, когда дверь тихо отворилась. В комнату скользнул маленький тип в черном костюме. В его руке Дюк заметил автоматический пистолет с коротким стволом. Все произошло так быстро, что Беллман не успел ничего понять.

Маленький тип приготовился стрелять, Дюк плеснул содержимое стакана ему в лицо. Виски попал стрелку в глаза.

Две пули вспахали гладкую поверхность стола, из стены напротив брызнули куски штукатурки. Затем дверь снова захлопнулась, маленького типа как не бывало.

Дюк с сожалением убрал пистолет в кобуру.

– Видать, торопился, – небрежно сказал он, снова наполняя стакан. – Друг твой?

Беллман безвольно вжался в кресло, лицо его побелело и блестело от пота. Казалось, он вот-вот потеряет сознание.

– Нет… никогда его не видел, – приглушенно ответил он.

– Сложилось впечатление, что он хотел тебя пришить. – Дюк с удовольствием наблюдал за перепуганным Беллманом. – Тебе так не показалось?

Келлз ворвался в кабинет, хлопнув дверью. Казалось, он удивился, застав Беллмана в живых.

– Ты его рассмотрел? – поинтересовался Дюк.

Келлз мотнул головой:

– Кто это был?

Беллман налил полный стакан, жадно приложился к виски.

– Какой-то сумасшедший, – запинаясь, проговорил он. – Может, на катушках проигрался.

Дюк не сводил глаз с Келлза. Кажется, тот на мгновение растянул губы в недоброй улыбке.

– Вот номер машины. – Келлз нацарапал что-то на промокашке.

Дюк взглянул на каракули. Так и есть, тот самый автомобиль, что гнался за ним чуть раньше.

– Это машина Спейда, – сказал он. – Висела на хвосте, когда я сюда добирался. На полпути удалось стряхнуть. Я уже пробил номер.

Беллман взглянул на Келлза, на румяном лице его появился желтоватый оттенок.

– Спейд? – тупо повторил он. – Зачем Спейду такое устраивать?

– Ну и что прикажете делать? – Келлз беспокойно шевельнулся.

– Выясни, как он сюда пробрался, – прорычал Беллман. Его щеки снова зарумянились. – На кой ляд я плачу твоим быкам, если они все время дрыхнут?

– Будет сделано. – Келлз направился к двери. Уходя, он спросил Дюка: – Еще побудешь?

– Не думаю, что здесь безопасно, – рассмеялся Гарри.

Келлз ушел. Беллман налил себе еще виски.

– Ты мне жизнь спас. – Его голос звучал на удивление трезво. – Первый раз вижу, чтобы человек так быстро соображал. И ни намека на испуг, да?

– Мне-то зачем пугаться? Он ведь за тобой приходил. – Дюк допил виски и встал. – Ладно. Увидимся на твоих похоронах, – весело сказал он. – Предложение отклонено. Мне по вкусу более мирная жизнь.

– Постой. Ты не понимаешь, от чего отказываешься.

– Понимаю, – улыбнулся Дюк. – Я не ищу неприятностей. А если они меня найдут, буду биться, но только за себя. Ни за кого больше. Ты, Беллман, мне не нравишься, так что телохранитель из меня вышел бы неважный. Позволь уберечь тебя хотя бы от дрянной сделки. – Дюк подошел к двери. – Ну, пока. Скоро увидимся.

В холле стоял Келлз.

– Дай знать, когда его убьют, – попросил Дюк. – Пришлю венок из лютиков.

На лице Келлза мелькнула ухмылка.

– Так ты отказался? – спросил он так, словно уже знал ответ.

Дюк кивнул.

– Беллман молчит, – сказал он, – а мне нужно знать, с чем придется работать.

– И мне, – эхом отозвался Келлз.

Мужчины переглянулись.

– Конечно, это дело рук Спейда. Но почему? – спросил Дюк.

– Без понятия. Видать, имеет зуб на Беллмана. Может, разлюбил его.

– Об этом я не подумал. – Дюк подмигнул. – Действительно, может и разлюбил.

И он вышел на темную душную улицу.

Глава шестая

Когда раздался телефонный звонок, Шульц как раз собирался надеть шляпу. Толстяк нахмурился, посмотрел на часы и придвинул телефон к себе.

– Кто говорит? – спросил он. Недовольство на лице сменилось интересом. Шульц присел. – Когда? Сегодня вечером, вот как? Он мертв? – Толстяк сдвинул брови. – Кто стрелял? – внезапно рявкнул он. Прислушался к скрипучему голосу на другом конце линии, прервал собеседника: – Ладно, ладно, расскажешь, когда встретимся. Выезжай прямо сейчас. – И повесил трубку.

Некоторое время посидел, задумавшись, затем встал, выключил свет и вышел из кабинета.

Внизу продолжалась игра в крэпс. Шульц обогнул стол и вышел на улицу.

Подъехал длинный черный автомобиль. Толстяк забрался на заднее сиденье. Водитель даже не взглянул на него – смотрел прямо перед собой, словно каменное изваяние; на вид почти ребенок, тощий как смерть, с костлявыми плечами, фуражка с v-образным козырьком скрывает лицо.

– Домой, Джо, – бросил Шульц в переговорную трубку и полез в карман за сигарой.

Грузное тело с трудом умещалось на сиденье. Выпуская один клуб дыма за другим, толстяк тупо смотрел на проносящиеся мимо фонари – глаза наполовину прикрыты, взгляд пустой. Он мысленно перебирал варианты: обмозговал один, отказался, поискал другой, третий и бросил эту затею. Нет смысла строить планы, пока Кьюбит не расскажет, как обстоят дела.

Автомобиль остановился у маленького дома Шульца. Даже не выходя из машины, толстяк чувствовал дурманящий аромат садовых цветов.

Шульц считал, что каждому нужно хобби, чтобы не заскучать, когда отойдешь от дел. Всю свою сознательную жизнь он увлекался садоводством, в особенности орхидеями. На заднем дворе была душная стеклянная оранжерейка, где он выращивал лучшие цветы в стране. Кроме орхидей, Шульц занимался всеми цветами, которые только мог раздобыть, – вперемешку высаживал их в ослепительно-яркие клумбы, на зависть соседям.

Шульц вышел из машины и с наслаждением потянул носом.

– Хорошо пахнет, а, Джо? – улыбаясь, сказал он в темноту.

Водитель что-то пробормотал. Он слышал эту фразу каждый раз, когда привозил Шульца домой. Джо не интересовался цветами, считая их пустой тратой денег.

– Побудь здесь, – приказал Шульц. – Сегодня машина может еще понадобиться.

Он прошел по дорожке, ведущей к дому, и сунул ключ в замочную скважину. В большой гостиной горел свет.

На тахте полусидела, полулежала Лорелли, демонстрируя ножки, затянутые в черный шелк. Когда Шульц вошел, она подняла взгляд, на полных губах заиграла улыбка.

Шульц стоял в дверном проеме и смотрел на девушку.

Лорелли поправилась. Не слишком, но ровно настолько, чтобы фигуру можно было назвать пышной. Девушка была невысокой, и больше всего она прибавила в бедрах. Личико в форме сердца, черты несколько грубоваты. Цвет кожи сливочный, без оттенков; поэтому в глаза сразу бросаются полные алые губы и тяжелые черные брови. Лорелли все еще была очень молода. Шульц не знал, сколько ей лет, но полагал, что не более двадцати. К тридцати от всей красоты ничего не останется, с сожалением подумал он. Девушка взрослела слишком быстро.

Лорелли тоже смотрела на Шульца, сверкая белозубой улыбкой. Смотрела на его тучное туловище, маленькие жесткие глазки и думала, как долго она сможет его терпеть.

– Маэстро, – сказала она, протягивая вперед пухлую ручку, – входите, ведь вы создаете сквозняк. А для драматического появления вы недостаточно красивы.

Шульц закрыл дверь.

– Необязательно быть красавцем, – невозмутимо заметил он, приближаясь к Лорелли. – У меня есть другие достоинства. – Толстяк похлопал по огромной лысой голове. – Вот здесь, голубочка моя, но у тебя… – он положил потную ладонь на ее густые волосы, – у тебя здесь пусто, поэтому тебе нужно оставаться красивой, чтобы выжить.

Лорелли вывернулась у него из-под руки.

– Ваш голос звучит недовольно, маэстро. Что-то случилось? – Иссиня-черные глаза ее смотрели вопросительно.

Шульц чуть не ударил девушку, но вовремя взял себя в руки. Его тонкие губы плотно сжались, глаза-блюдца затвердели, как гранит.

– А что могло случиться?

Взяв Лорелли за подбородок, Шульц приподнял ее лицо и впился в него взглядом. В глазах его бушевал гнев. Девушка было отпрянула, но огромные пальцы сжали подбородок сильнее.

Посмеиваясь, Шульц потянулся к Лорелли широким лицом, крепко прижался губами к ее губам. Сначала подбородок, теперь еще и рот болит, подумала она.

Позади Шульца раздался сухой щелчок, словно сломали щепку. Он отпрыгнул в сторону и обернулся.

Джо кашлянул еще раз, безразлично глядя на Шульца холодными бесцветными глазами.

Хихикнув, толстяк встал посреди комнаты.

– Принеси-ка выпить, Джо. К нам едет Кьюбит.

– Кьюбит? – В голосе Джо звучало презрение. – Чего ему надо?

– Принеси выпить, да болтай поменьше.

– Сегодня маэстро ведет себя грубо. Он сделал мне больно.

Лорелли разлеглась на тахте, в глазах тлел гнев, пальцы осторожно ощупывали подбородок.

– Великие любовники зачастую ранят тех, кого любят. Я вычитал это в какой-то книжке, а в книжках врать не станут, – сказал Шульц.

Подошел к громадной вазе, полной цветов, и принялся поглаживать лепестки розы.

Повисла тяжелая долгая пауза. Лорелли пристально смотрела на Шульца.

– Что-то не так, – сказала она. – Я вижу, вы сердиты.

– Продолжим, когда Кьюбит уйдет.

Шульц наклонился и понюхал цветок.

В дверь настойчиво позвонили.

– А вот и он, – сказал толстяк. – Откроешь ему, голубка?

– Я открою, – вызвался Джо. Он уже принес выпивку и расставлял стаканы.

– Стой, где стоишь. – Шульц посмотрел на Лорелли. – Впусти его.

Девушка пожала плечами, поднялась с тахты, одернула короткое платье так, чтобы оно закрыло колени, и вышла из комнаты. Шульц проводил ее взглядом.

Лорелли открыла входную дверь.

На крыльце стоял коренастый тип из «Ше Паре». Увидев девушку, он слегка коснулся шляпы.

– Здравствуйте, – произнес Кьюбит, раздевая Лорелли взглядом. – Шульц дома?

– Входите. – Лорелли шагнула вбок. – Вытирайте ноги, не распускайте руки.

– С динамитом шутки плохи, – усмехнулся коротышка, осторожно проходя мимо девушки. В последний раз, пробуя приставать к Лорелли, он чуть не лишился глаза. – Я здесь по делу.

– Идите, идите. Он ждет. Меня не волнует, зачем вы здесь, пока ко мне не лезете.

Кьюбит вошел в гостиную и кивнул Шульцу:

– Я здесь, босс.

Шмыгнув вслед за ним, Лорелли вернулась на тахту.

Кьюбит бросил взгляд на ее коленки и вытер нос указательным пальцем. Он понять не мог, почему она до сих пор не сбежала от этого толстяка.

– Выпьешь? – спросил Шульц, с удовольствием наблюдая за интересом Кьюбита к девушке. Он знал, что коротышке ничего не светит, и этот факт тешил его тщеславие.

Кьюбит подошел к столу и сделал себе виски с содовой. Посмотрел на Шульца и Джо:

– А вы почему не пьете?

– Мы потом выпьем, – успокоил его Шульц. – Так, говоришь, Беллмана припугнули?

Кьюбит кивнул:

– Чуть не убили. Это был Коррис.

– Коррис, – повторил Шульц. – Уверен?

Кьюбит снова кивнул:

– Вошел с черного хода. Спросил, где Дюк. Когда я сказал, что у Беллмана…

– Дюк? – Шульц подался вперед. – Ну-ка поясни.

Кьюбит нахмурился.

– Ну я же говорю вам, – слегка раздраженно произнес он. – Дюк был у Беллмана.

– А что ж ты сразу не сказал? Интересно, что он у вас забыл.

Кьюбит пожал плечами:

– Не знаю. Хотел подслушать, да не вышло.

Лорелли, притаившись, внимательно следила за разговором. Застыла на тахте, во взгляде беспокойство. Джо прислонился к стене и со скучающим видом смотрел на Кьюбита. С тех пор как коротышка вошел в комнату, парень не двинулся с места и не произнес ни единого слова.

– Продолжай, – безжизненным голосом сказал Шульц.

– Когда я сказал Коррису, что Дюк сидит у Беллмана, он сразу же пошел наверх. Я услышал пару выстрелов, потом Коррис скатился по лестнице, весь залитый виски. Даже с очков капало. Выскочил на улицу, прыгнул в машину и умчался – аж свист стоял.

– И что Беллман?

– В порядке. – Кьюбит с сожалением покачал головой. – Дюк очкастому прицел сбил. Они знают, чья это работа. Келлз записал номер машины Корриса.

– Мне нужно подумать.

Толстяк закрыл глаза. В комнате повисла долгая тишина.

Кьюбит стоял, беспокойно поглядывая на Шульца, на Джо, на Лорелли и снова на Шульца.

Молодые люди не подавали признаков жизни. Они не двигались и, казалось, не дышали.

Наконец Шульц вздохнул и открыл глаза.

– Ну хорошо, Кьюбит, – сказал он, нащупывая что-то в кармане. – Ты смотри в оба. Хочу знать обо всем, что там происходит.

Он вытащил из кармана скрутку зеленых, отсчитал несколько купюр и передал Кьюбиту. Тот осклабился.

– Буду посматривать, шеф, – пообещал он, касаясь шляпы. – Чем еще могу быть полезен?

Шульц махнул в сторону двери:

– Пока ничем, но не зевай. Болтать тоже не нужно. Просто будь начеку, если что – звони.

– Так и сделаю, – ответил Кьюбит. – Спокойной ночи, шеф.

– Стой. – Шульц показал пальцем на Джо. – Он тебя отвезет.

Кьюбит застыл в изумлении.

– Меня? – Он словно не верил своим ушам.

Шульц кивнул.

– Пока ты был здесь, всякое могло случиться. Проверишь, расскажешь ему. – Шульц сонно посмотрел на Джо. – Поезжай с ним. Поболтайся там, пока он не осмотрится, затем возвращайся.

– Уже поздно, – угрюмо сказал Джо.

– Когда вернешься, будет еще позднее, – резонно заметил Шульц. – Давай проваливай.

Кьюбит и Джо вышли из комнаты.

– Почему Коррис стрелял в Беллмана? – Лорелли нервно пощипывала черные волнистые волосы.

Шульц ничего не ответил. Он сидел, склонив голову набок, и прислушивался к шуму отъезжающего автомобиля. Молчал и не шевелился, пока не зарычал двигатель, не щелкнула коробка передач и шум мотора не растворился в ночи. Затем посмотрел на Лорелли и улыбнулся.

Девушка впервые видела Шульца таким. Ей стало не по себе. Встала и потянулась.

– Думаю, пойду в постель, – сказала Лорелли, похлопывая ладонью по губам, чтобы скрыть нервный зевок. – Маэстро еще посидит?

– Итак, Гарри Дюк ходил к Беллману.

Шульц взял стакан, подошел к буфету и принялся готовить крепкий коктейль.

Девушка не сводила с него глаз, потихоньку передвигаясь к двери.

– Похоже, я на тебя зол, – тихо сказал Шульц, плеснув в стакан содовой. – Очень, очень зол.

– Чем я провинилась? – спросила Лорелли, ухватившись за дверную ручку.

Отхлебнув немного виски, Шульц посмотрел на девушку. Взгляд на секунду задержался на ее лице, затем переместился на руку. Толстяк поманил Лорелли пальцем.

– Поди сюда, – нежно сказал он. – Что-то мне ласки захотелось.

Лорелли осталась на месте. Повернула ручку двери, та приоткрылась на дюйм. Девушка была готова сбежать.

Шульц рассмеялся. Этот звук был похож на раскаты грома, идущие из глубин его огромной туши.

– Ну ладно. Не хочешь – не иди. – Он вразвалку направился к креслу, уселся. – Но мне нужно с тобой поговорить. – Отпил полстакана, вытер рот тыльной стороной кисти. – Ты звонила Гарри Дюку, верно?

– Чего? – Лорелли вылупила глаза. – Не понимаю, о чем вы.

– Врунишка. – Казалось, настроение Шульца выправилось. – Дюк все рассказал.

– Зачем мне ему звонить?

– Ты поставила меня в неловкое положение, – продолжал толстяк, не обращая внимания на слова Лорелли. – Теперь у Дюка разыгралось любопытство. Парень всегда сует нос в чужие дела.

Допив виски, Шульц некоторое время сидел с пустым стаканом и улыбался. Затем уселся поглубже и вытянул ноги.

– Такие, как ты, всегда западают на парней вроде Дюка. Не знаю почему, но так устроен мир. Кому-то кажется странным мое увлечение орхидеями. Но такова жизнь. Не стоило тебе говорить с Дюком. Здесь, конечно, я сам виноват. Зря рассказал тебе про Беллмана. Наверное, у меня тогда ум за разум зашел.

Шульц резко выпрямился, в глазах полыхнула ярость.

– Зачем ты дала ему наводку, дуреха? – прорычал он. – Теперь я не смогу отвлечь его внимание от Беллмана.

– Ничего не знаю. – Лорелли упрямилась, как ребенок. – Не помню, чтобы мы говорили про Беллмана. Вы просто желаете меня напугать.

Шульц подавил приступ гнева. Ему очень хотелось схватить девушку за волосы и разбить ее голову о стену. Но сначала нужно знать наверняка.

– Совсем забыл. – Он задумчиво покрутил в руке стакан. – Тебе мои слова как об стенку горох.

Качнул головой и медленно подался вперед.

Лорелли взволнованно наблюдала за его движениями.

– Сегодня у вас такое настроение, маэстро, что мне не нравится. Я пойду спать. – Девушка распахнула дверь.

– Ага. – Шульц сел прямо. – Спи глубоким сном, голубка. – И швырнул стакан в Лорелли.

В свете лампы сверкнуло стекло. Лорелли не успела пригнуться. Удар пришелся в переносицу, девушка пошатнулась, из ее горла вырвался сдавленный крик. В голове у нее взорвался фейерверк, и она рухнула на колени.

Шульц неожиданно быстро вскочил с кресла. Мгновение – и он оказался рядом с Лорелли. Та все еще стояла на коленях, опустив голову. Захныкала, попыталась отодвинуться от него, но мышцы отказались слушаться.

Шульц присел, сжал загривок девушки и встряхнул так, что лязгнули зубы.

– Зачем ты звонила Дюку? – рявкнул он.

– Чтобы он не лез. – Лорелли попыталась вырваться. – Пустите, больно!

– Овца! – Шульц встряхнул ее снова. – Теперь он точно полезет! И ты знала, ты этого и хотела! Хотела добавить мне проблем!

– Нет же, нет! – скулила девушка. – Отпустите! Я не нарочно! Вы сказали, что убьете Дюка, если он пронюхает об этом деле, вот я и позвонила, чтобы он не лез!

Шульц в бешенстве ударил Лорелли по затылку ребром ладони. Девушка лишилась чувств.

Толстяк дрожал от ярости. Хотел пнуть Лорелли, но передумал, достал платок и вытер лицо. Неровной походкой подошел к креслу, взял стакан, плеснул виски. Разбавлять не стал. Задумался.

Лорелли жила с ним уже полгода. Занятная девчонка, без нее будет скучно. Но ставки слишком высоки. Жаль, конечно, но дорога к цели всегда вымощена жертвами. Лорелли будет первой.

Шульц решил избавиться от нее, пока не вернулся Джо. Вдруг он неровно дышит к девчонке? Такова участь старого толстяка – трудно понять, изменяет тебе девушка или нет.

На кухне Шульц отыскал обрывок веревки, соорудил петлю. Не нравилась ему эта затея, но что поделать. Девчонка отбилась от рук, нужно что-то решать – иначе быть беде.

Лорелли не двигалась. Шульц опустился на колени рядом с ней. Тяжело дышал, по спине стекали струйки пота. Попытался взять себя в руки. Жаль, что у девчонки нет ни единого шанса на спасение. Ведь толстяк по-своему был к ней неравнодушен.

Шульц надел петлю девушке на шею, потянул. Надавил ей на спину коленом и крепко сжал свободный конец веревки.

Гарри Дюк вежливо кашлянул. Он уже некоторое время сидел на подоконнике, наблюдая за происходящим.

– Хорошо подумал, Пол? Не нравится форма шеи – лучше отправь малышку к пластическому хирургу.

Шульц так и остался стоять на коленях. Его глаза-блюдца, все в красных прожилках, тупо уставились на незваного гостя.

Глава седьмая

Клэр пробыла в дамской комнате почти двадцать минут. Каллен уже начал думать, что она незаметно ускользнула и отправилась домой.

Официант заволновался: сначала ушла Клэр, потом Гарри. Питер подозвал его и отменил заказ Дюка.

– Леди вернется, сэр?

– Вернется. Как увидишь ее – немедленно неси еду. Не заставляй ждать. Возможно, мы скоро уйдем.

Официант взглянул на Каллена. На сумасшедшего не похож, решил он и отошел от столика.

Тут появилась Клэр. Питер с тревогой отметил, что вид у нее не особенно довольный. Увидев, что Дюк ушел, девушка сжала губы, и Каллен понял, что на приятном вечере можно ставить крест.

Клэр подошла к столику.

– Гарри пришлось уйти. Вспомнил о какой-то встрече. То одно забудет, то другое. – Питер неловко улыбнулся.

– Вот как! – Клэр посмотрела в другой конец зала, на музыкантов.

Официант принес поднос и начал расставлять тарелки.

– Что будем пить? – Каллен потянулся к винной карте.

– Ничего. – Клэр помолчала. – Голова болит.

Официант поморщился. Все женщины одинаковые. То спросят диковинного шампанского, которого не сыскать, то корчат из себя трезвенниц.

– Ладно тебе, выпей для настроения, – попросил Питер. – Давай возьмем вина. Сразу голова пройдет.

– Рекомендую вот это, номер сто пятьдесят шесть. – Официант с надеждой ткнул карандашом в меню.

Клэр упрямо покачала головой:

– Нет, спасибо. У меня и так хорошее настроение.

Питер взглянул на печальное усталое лицо девушки и отмахнулся от официанта.

– Ну что ж, давай поедим. Знаю, тебе пришлось несладко.

– Знаешь? – резко спросила Клэр. – Это вряд ли.

– Что такое? Я тебя расстроил? – Питер отодвинул тарелку и пристально посмотрел на девушку.

– Пит, прости, я так устала. Извини, что порчу вечер. – Казалось, Клэр сейчас заплачет.

– Погоди… – начал Питер.

Губы Клэр задрожали, она вскочила и выбежала из ресторана. Каллен изумленно смотрел ей вслед. За соседними столиками начали перешептываться.

Подбежал официант, в руках счет.

– Что-то не так с едой? – В его голосе звучала обида.

Питер наконец заметил, что на него смотрят.

– Вот, держи. – Он сунул деньги в протянутую руку. – Похоже, моей подружке нездоровится.

Вышел на улицу, посмотрел направо, налево. Что происходит?

Швейцар коснулся фуражки.

– Ваша машина вон там, сэр. Дама уже в ней.

Каллен дал ему мелочи и перешел дорогу.

Клэр плакала на заднем сиденье. Питер не знал, что делать, – он хотел обнять и утешить девушку, но боялся окончательно ее расстроить. Закурив, облокотился на дверцу. Настроение было премерзкое.

– Все нормально, Пит. – Клэр сдержала очередной всхлип.

– Что случилось, любимая? – Питер открыл дверцу машины и сел рядом.

– Я так расстроилась. Даже не знаю, что делать.

– Ты устала, вот и все. Тебе нужно выспаться. Я отвезу тебя домой.

Питер так и не решался обнять ее.

Клэр вытерла глаза и мотнула головой:

– Давай покатаемся. Так жарко, хочется воздуха. Опустишь стекла?

– Конечно. – Питер уселся за руль. – Куда поедем?

– Куда хочешь. Мне все равно.

Они направились в Фэйрвью. Клэр молчала. Она перестала плакать и задумчиво смотрела на освещенный фарами асфальт. Горячий ветер трепал ее волосы. Питер впервые видел Клэр в таком настроении – обычно она держалась сдержанно, уверенно. Ему стало не по себе.

– Ты прости меня, Питер, – внезапно сказала девушка. – Это все жара и нервы. Сильно обиделся?

– Ничего страшного. – Пит нежно сжал ее ладонь, держась другой рукой за баранку. Чувствовалось, что Клэр очень напряжена. – Со мной такое тоже бывает. Но честно сказать, на тебя это не похоже.

– Похоже. Но на людях я сорвалась впервые. Наверное, еще не полностью выздоровела.

– Ты слишком много работаешь. – Он снял ногу с педали газа и нажал на тормоз. Машина остановилась у обочины. Питер развернулся к девушке. – Клэр, давай мыслить здраво. Бросай все это и выходи за меня.

Взял за плечи и поцеловал. Клэр не противилась, но губы у нее были холодные, бесчувственные, и продолжать поцелуй было бессмысленно.

– Милая, я так тебя люблю! – Питер прикоснулся к ее волосам. – Почему ты никак не решишься? Со мной ты будешь счастлива. Знаешь же, ради тебя я готов пойти на что угодно.

– Ничего не выйдет, Питер. – Клэр осторожно отодвинулась. – Я сегодня не в настроении. Поехали дальше.

– Что ты хочешь сказать? – Каллен даже не старался скрыть гнев. – Не в настроении? Я не флиртую, Клэр. Я предлагаю тебе руку и сердце. Для этого не нужно настроение. Ты или любишь меня, или нет.

Внезапно Клэр больно вцепилась в его руки.

– Перестань, пожалуйста, – сказала она, совсем отчаявшись. – Не хватало нам с тобой поссориться. Пойми же, я сейчас ничего не соображаю.

Гнев Питера еще не угас, и он отвел руки Клэр от своих.

– Так нельзя, – упрямо сказал он. – Я жду, жду, а ничего не меняется. Или любишь, или нет. Если нет, – наверное, нам лучше расстаться.

– Конечно люблю, – произнесла Клэр. – По-моему, ты очень милый и добрый. И давай больше не будем про расставание.

– Если любишь, почему замуж не хочешь? – стоял на своем Каллен.

– Перестань хмуриться. А то совсем разругаемся. – Девушка прильнула к Питеру. – Я люблю тебя, но давай не будем спешить. Я сейчас совсем больная. Не знаю, что меня ждет, и очень не хочу делать тебе больно. Разве непонятно? Не хочу, чтобы ты страдал, вот и не могу решиться.

Молодые люди надолго замерли в объятиях. Дома у дороги превратились в черные тени – огни погасли, жильцы легли спать.

– Договорились. Оставим этот разговор на потом, – наконец проговорил Питер. – Не хочу, чтобы ты волновалась. Вот бы уехать отсюда на месяцок. Сели бы в твою машинку с парой чемоданов и покатили на юг. Тебе не повредит.

– Может быть, когда-нибудь. – Клэр поерзала на сиденье и отвернулась. – Было бы здорово. – Помолчала. – Расскажи мне о Гарри Дюке. Вы давно знакомы?

Вдруг Питер понял, что девушка заинтригована. Вспомнил, как тихо она вела себя при первой встрече. Как смутилась, когда Каллен поддразнил ее насчет бумажки с телефоном. Как разочаровалась, узнав, что Дюк убежал по делам. Внезапно у него душа ушла в пятки – Питер знал, что в амурных делах с Гарри тягаться бесполезно.

Задумавшись, он представил Клэр и Дюка вместе. Хорошая пара. Оба решительные, честолюбивые; оба знают свое дело.

– Гарри тебе понравился?

– Трудно сказать, – сдержанно ответила Клэр. – Мы почти не общались.

– Рада, что познакомилась с ним?

– Ну, он необычный парень. Держу пари, девушки за ним так и бегают.

Питер вынул портсигар и закурил, чувствуя себя еще более несчастным.

– Ну да, западают на него девчонки. То одну снимет, то другую. Наиграется и бросит, – сказал он с деланой непринужденностью. – Постоянной у него нет. Жаль мне ту бедняжку, которую угораздит в него влюбиться.

После долгой паузы Клэр похлопала Питера по руке:

– Думаешь, я из таких, Пит?

– Нет, конечно. – Питер покраснел. – С чего ты взяла?

– Я знаю тебя лучше, чем кажется, – хихикнула она. – Но ты не волнуйся. Мы с Гарри не пара. Понимаешь, я таких ребят вижу насквозь – газетчиков, игроков, бизнесменов. Все они бесчувственные. Вечно гоняются за богатством, ничего святого для них нет. Раньше я могла таким увлечься, но сейчас – вряд ли. Я как наш город. Мне бы забыться в обнимку с тем ломтиком счастья, что у меня остался.

Питер притянул девушку к себе.

– Ты просто недостаточно хорошо знакома с Гарри. Не спеши клеить на него ярлык. Вы прекрасно поладите. Знаю, он крутой, черствый парень, временами даже буйный. Но с друзьями он совсем другой.

– Боишься, что он меня уведет? – Клэр улыбалась, но взгляд ее был встревоженным.

– Поживем – увидим. Я пойму, если он что-то задумает.

Девушка вздрогнула:

– Поехали домой, Питер. Прости, что испортила вечер.

– Прекрасный вечер. – Питер завел машину. – Ты сказала, что любишь меня.

– Поверил?

– Конечно. Но честно говоря, с тобой не соскучишься.

– А ты против?

– Наверное, нет. Когда все само идет в руки, жить становится неинтересно. Погоди. Как только повеселеешь, я тебе проходу не дам. Буду донимать, пока не поженимся. Сама виновата.

Возле бунгало Клэр Питер заглушил мотор.

– Приехали. Могу добраться назад пешком, а могу вернуть тебе машину завтра вечером.

– Лучше зайди в гости, Пит. – В голосе Клэр прозвучала нотка, от которой Каллен взволновался.

– Уже поздно. Завтра рабочий день. Думаю, мне пора.

– Оставайся на ночь, – тихо сказала Клэр.

– Ты серьезно? – Питер накрыл ее руку своей, чувствуя, как заколотилось сердце.

– Конечно. – Клэр обвила руками его шею. – Ты так долго терпел. Рада, что могу хоть что-то тебе предложить.

Когда Клэр произнесла последнюю фразу, все великолепие момента разбилось вдребезги.

– Нет, Клэр. – Питер покачал головой. – Иди спать. Ты прекрасна, любимая, но я подожду.

Девушка выскользнула из машины.

– Спокойной ночи. Я не хотела все усложнять. Конечно, ты прав, милый. Думаю, ты всегда прав.

Клэр быстро прошла по тропинке и растворилась в тени дома. Питер услышал, как открылась и захлопнулась дверь.

Глава восьмая

Не сводя глаз с Шульца, Гарри Дюк скользнул в комнату, закрыл окно и поправил занавески.

Казалось, толстяк утратил способность шевелиться. Так и стоял на коленях с удавкой в руке, все еще прижимая Лорелли к полу. Двигались только его глаза, хищно следившие за каждым шагом Дюка.

Гарри отодвинул полу пиджака, показывая, что вооружен. Он тоже не сводил глаз с Шульца – при необходимости тот был способен на стремительный рывок.

– Надеюсь, не помешал. – Дюк прислонился к стене. – Любой, кроме меня, решил бы, что ты собираешься прикончить девчонку.

Шульц, все еще на коленях, прищурился и промолчал.

– Отойди-ка от нее, – тихо произнес Дюк.

Шульц резко выдохнул и выпустил веревку из толстых пальцев. Встал, провел ладонью по оплывшему потному лицу.

– Привет, Гарри, – сдавленно произнес он. – Ну и напугал ты меня.

– Извини. – Дюк не сводил глаз с толстяка. – В следующий раз предупрежу звонком.

Нетвердо ступая, Шульц пересек комнату и снова наполнил стакан. Жадно проглотил виски, утерся дрожащей рукой и обмяк в кресле. Глаза-блюдца уставились на Гарри.

– Слышь, Пол. – Дюк сделал еще несколько шагов. – Не дури. Не нужно хвататься за пушку или затевать драку. В этих делах я опытней, а случись тебе помереть – все только спасибо скажут.

– Мне пока жить не надоело. – Шульц криво ухмыльнулся. – Посижу спокойно.

– Подумал, что должен тебя предупредить. Сейчас ты ведешь себя глупо. – Дюк опустил взгляд на Лорелли. – И до этого вел себя не умнее.

Шульц отвел взгляд и промолчал.

Лорелли вздохнула и пошевелилась.

– Давай-ка снимем ошейник, пока она не проснулась. – Гарри присел рядом с девушкой. – А то узнает, что чуть не сыграла в ящик, – еще расстроится.

– Я не собирался ее убивать, – торопливо сказал Шульц. – Напугать хотел.

– Ты, Пол, человек конченый. И мысли у тебя соответствующие.

Дюк осторожно ослабил петлю, снял веревку и швырнул ее в угол. Все это он проделал левой рукой; правая оставалась на колене.

Когда он переворачивал девушку, Шульц сунул руку за спину. Он почти успел вытащить пистолет из заднего кармана, когда обнаружил, что в лицо ему смотрит ствол тридцать восьмого, непонятно как оказавшегося в руке Дюка.

– Тренируйся, Пол, – сказал Гарри, не повышая голоса. – А теперь медленно убери руку из-за спины и брось пушку.

Шульц что-то проворчал. Пистолет с глухим стуком упал на пол.

– Толкай сюда, – продолжил Дюк. – Надо бы тебя отшлепать. Скажи, ты спятил? Или жить надоело?

Шульц подтолкнул пистолет в сторону Гарри. Тот поднял его и положил в карман.

Внезапно толстяк пожал плечами и расслабился.

– Зря ты вмешался. Теперь многие огорчатся, а ты окажешься крайним. Первый раунд ты выиграл, но помни: бой только начался.

– Интересно, где я ее видел? – Дюк с любопытством рассматривал Лорелли. – Экая красавица. Хорошо, что я мимо проходил. Ты не разбрасывайся такими женщинами, Пол. Они и другим парням сгодятся.

Лорелли тихонько охнула, открыла глаза и потрогала загривок. Лицо девушки исказила гримаса боли. Затем она увидела Гарри Дюка и удивленно привстала, опираясь на локоть.

– Не волнуйся, – сказал Дюк. – Ты в кругу друзей, бояться нечего.

Лорелли перевела взгляд на Шульца, с силой зажмурилась и вновь широко раскрыла глаза. Шатаясь, встала, положила ладонь на ушибленный лоб и начала бранить Шульца, да так искусно, что Гарри даже удивился.

– Не путай берега, сестренка. Пол только хотел тебя напугать. По крайней мере, мне он так сказал.

– Будь у меня пушка, я бы тебя продырявила, жирная ты сволочь! – верещала Лорелли. – Он в меня стаканом бросил! Улучил момент! – Девушка подбежала к Шульцу, нависла над ним. – Ты за это заплатишь. Пожалеешь, что связался со мной, такой-рассякой!

– Надеюсь, Пол, это не ты ее ругаться научил. – Гарри Дюк изобразил огорчение. – А то мне неловко.

Внезапно Шульц отвесил Лорелли пощечину. Девушка отпрыгнула и завизжала.

Дверь распахнулась, в комнату влетел Джо. Увидев Дюка, он побледнел, встал как вкопанный и поднял руки.

– Все в порядке, Джо, – дружелюбно произнес Гарри. – Нет нужды церемониться. Похоже, здесь каждый сам за себя.

Джо медленно опустил руки и посмотрел на Шульца. Толстяк смахивал на озлобленную жабу.

Лорелли подошла к камину, взяла кочергу и внезапно бросилась к креслу. Девушка определенно впала в бешенство. Дюк поставил ей подножку, и Лорелли грохнулась на пол.

Дюк кивнул, Джо поспешно схватил кочергу. Лорелли сидела на полу, захлебываясь от ярости.

– Давайте-ка заканчивать эту гулянку, – сказал Гарри. – Иначе удачи не видать.

Он пресек очередное нападение на Шульца, приобняв Лорелли за талию и прижав к себе.

– Угомонись. Не ровен час, мне надоест с тобой возиться. И тогда у тебя начнутся очень неприятные приключения.

Девушка дернулась еще пару раз и успокоилась.

– Ну, Пол, – Гарри взглянул на Шульца, не ослабляя хватки, – я побегу. Не скучай по девчонке. Забираю ее, для твоей же безопасности.

– Погоди. – Шульц тревожно подался вперед. – Может, ей не хочется.

– Что скажешь? – Дюк весело посмотрел на Лорелли.

Не дожидаясь ответа, Шульц быстро продолжил:

– Гарри, дай я переговорю с ней с глазу на глаз. Она как малое дитя, совсем несмышленая.

– Крутые в вашем районе детишки. Думаю, тебе не стоит оставаться с ней наедине, Пол. Ошейник ей не к лицу.

– Хватит с меня, жирная ты мразь, – произнесла Лорелли. – Надеюсь, когда мы встретимся снова, на тебе будет деревянный костюм.

– И она права, Пол. – Дюк повернулся к девушке. – Есть куда идти или останешься со мной?

– С вами, – недолго думая, ответила Лорелли. Она закусила губу, в глазах все еще теплился гнев.

– Вот это решительность. – Гарри отпустил девушку. – Прости, Пол, но, когда командует такая милаха, мне не устоять.

– Приди в себя, Лорелли. – Шульц схватился за ручки кресла. – Если не хочешь неприятностей, оставайся здесь. Обижать не стану.

– Иди покрути хулахуп. – Лорелли усмехнулась и посмотрела на Дюка. – Ну, чего мы ждем?

Гарри направился к двери, поглядывая то на Шульца, то на Джо.

Внезапно толстяк потерял самообладание и вскочил; лицо побагровело от гнева.

– Проболтаешься – пожалеешь! Поняла? Это ему и нужно… чтобы ты проболталась! Я знаю Дюка. Подберет девку, наиграется и бросит. Дуреха! Можешь забыть о деньгах!

– Умерь свой пыл, – посоветовал Дюк. – Нет нужды ссориться. Просто отведу девочку в безопасное место, от тебя подальше. Утром вернусь, все обсудим. До встречи.

– Раскроешь варежку – я тебя найду. – Шульц потрясал кулаками, не обращая внимания на Дюка. – Хоть где спрячься, найду. Вот тогда пожалеешь.

– Запугать меня решил? – Лорелли рассмеялась ему в лицо. – Смотри, кто на моей стороне. – Она взяла Гарри под ручку. – Пойдем.

Выйдя на улицу, Дюк произнес:

– Бежим, зайка, пока он не схватился за ружье.

И он побежал. Лорелли еле поспевала за ним – мешало узкое платье.

– Было бы чего бояться. Эй, погодите минутку!

Гарри схватил девушку за руку и потянул вниз. Сзади раздался негромкий хлопок. Пуля, просвистела над головами беглецов и расплющилась о фонарный столб.

Лорелли пискнула, подобрала юбки и запрыгала по дороге, как косуля, обогнала Дюка, и тот хохотнул.

– Говоришь, бояться нечего? – Он побежал быстрее, догнал девушку, вцепился ей в руку. – Давай сюда.

Еще один хлопок. В этот раз пуля пролетела ровно между беглецами. Лорелли всхлипнула и в два прыжка покрыла следующие десять ярдов.

– Не знал, что Пол так хорошо стреляет, – сказал Дюк, запихивая девушку в автомобиль.

Сел за руль, завел мотор и вдавил педаль газа в пол. Машина мигом набрала скорость, за ветровым стеклом прозвенел рассерженный шершень. В следующее мгновение стрелка спидометра показывала шестьдесят миль в час, дома по обеим сторонам улицы слились в размытые полосы.

– Отлично пробежались. – Гарри наконец расслабился и спокойно вел машину. – Ей-богу, давно пора было встряхнуть нутро.

Лорелли рассматривала чулки в свете лампочек приборной панели. Увидев дырки на обоих коленях, девушка тихо выругалась.

– По-моему, это первая перестрелка в Бентонвилле, – сказал Дюк, не снижая скорости. – Думаю, мы с Полом больше не друзья.

Лорелли фыркнула. Несколько минут она сидела тихо, затем спросила:

– Так вы – Гарри Дюк?

– Единственный сын миссис Дюк, собственной персоной. И раз уж мы об этом заговорили – где я мог тебя видеть?

– Да где угодно, – беспечно сказала девушка. – Меня зовут Лорелли. Просто Лорелли. Не Лорелли Монтгомери, не Лорелли Спивак. Просто Лорелли.

– Понял, – серьезно сказал Дюк. – На то есть причины или это не мое дело?

– Масса причин. Во-первых, у меня нет родителей.

– Интересно. – Гарри свернул на главную дорогу. – То есть ты вылупилась из яйца?

– Что-то вроде этого, – отшутилась Лорелли. – Подробностей не помню.

– Что скажешь насчет чашки кофе и сэндвича с курятиной?

– Прямо сейчас?

– Сию же секунду.

Дюк развернулся и затормозил возле круглосуточной аптеки.

– Было бы неплохо. – Лорелли выбралась из машины. – Но я предпочту диетические хлебцы. Мне нужно следить за фигурой.

– Я думаю, в этом нет необходимости. Найдется немало парней, желающих последить за ней вместо тебя.

В аптеке было пусто, за прилавком дремал продавец. Он вздрогнул, поднял глаза и улыбнулся.

– Поздно гуляете, мистер Дюк, – сказал он и с восхищением уставился на Лорелли. – Что вам принести?

Дюк заказал клубный сэндвич, Лорелли – райвиту с томатами и кофе.

– Ну что теперь делать? – Лорелли снова принялась за чулки. – Только выбросить.

– Одни тряпки на уме. – Дюк зевнул. На него снова накатила усталость. – Джоз, найдется у тебя пара шелковых чулок?

Продавец поставил тарелки на прилавок.

– Для нее – что угодно.

– Что угодно – это слишком. Достаточно пары чулок.

Продавец кивнул:

– Ваш размер, мисс?

Лорелли сказала размер, и продавец принес коробку с разноцветными упаковками.

– Выбирайте, пожалуйста.

– Оставь их там, Джоз, и отчаливай, – сказал ему Гарри. – У нас совещание.

Джоз бросил косой взгляд на Дюка и отошел к дальнему краю прилавка.

Лорелли хмуро перебирала чулки, не забывая про хлебцы. Шея у нее все еще болела.

– Поведай-ка свою биографию, – сказал Дюк с набитым ртом.

Лорелли покачала головой:

– Должна быть в женщине какая-то загадка. По крайней мере, сегодня. Утром, может, и поведаю.

– Договорились. – Дюк задумчиво помешал кофе в чашке. – Было бы любезно с твоей стороны. Конечно, если хочешь моей помощи. Скажи, мы не встречались в офисе у Пола?

Лорелли кивнула:

– И не раз. Вы только о делах и думаете, иначе запомнили бы.

Дюк покачал головой:

– Причина не в этом. Я взял за правило не лезть к девчонкам других парней. Скажи – почему Пол?

– На сегодня хватит. – Лицо Лорелли омрачилось. – Двери закрываются. – Принялась за томаты. – Поспать бы, да негде.

– А ты проблемная. Ни денег, ни одежды, еще и за фигурой твоей следи.

– С фигурой я справлюсь, остальное – ваша забота.

– Спасибо и на этом.

Лорелли взглянула на часы. Начало третьего.

– Скажи, – осторожно начал Гарри, – не ты ли звонила мне вечером? Советовала не лезть к Беллману.

– Может, и я. – Взгляд девушки затуманился. – Люблю поболтать по телефону.

– Беллман – мужик интересный. – Дюк отхлебнул кофе. – Не подумай, что он мне нравится. Просто любопытствую. Может, расскажешь про него.

Лорелли кивнула, вытерла пальцы о юбку и снова занялась чулками.

– Я много чего могу рассказать.

– Тогда не тяни, – настаивал Гарри. – Представим, что я твой духовный отец.

– Отца у меня никогда не было. – Лорелли выбрала пару чулок телесного цвета и проверила, нет ли стрелок. – А жаль. Он бы подсказал, что мне теперь делать.

– Тебе не придется ничего делать. Все вопросы решу я.

– Пожалуй, да. – Девушка отстегнула подвязки и принялась снимать порванные чулки.

Дюк отвел глаза и сосредоточился на кофе. Продавец облокотился на прилавок, с интересом наблюдая за Лорелли.

Она заметила его взгляд.

– Смотри в другое место, если зенки дороги.

Парень отскочил, задев кувшин с патокой.

– Дитя природы. – Дюк мрачно улыбнулся. – Не обижайся, Джоз. Вотрешь патоку в волосы. Получится модная прическа.

Переодевшись, Лорелли потянулась и зевнула.

– Вот бы в кроватку. Шея болит, голова раскалывается. Вы такой бессердечный.

– Ага. Не знаю, что с тобой делать. К себе пускать не хочу. Слово за слово, всякое может приключиться.

– Что вы так волнуетесь? – удивилась девушка. – Поверьте, я непривередливая.

– Не сомневаюсь, – ответил Дюк. – Но так уж вышло, что я очень разборчивый.

– Вот это самомнение! – Внезапно Лорелли разозлилась. – Считаете, я недостаточно хороша для вас?

– Совсем наоборот. Вопрос в том, не слишком ли хороша?

От удивления Лорелли не нашлась что сказать.

– С другой стороны, Пол будет тебя искать. Нехорошо, если ты останешься без защиты. Давай-ка разбудим старого друга, пусть составит нам компанию. Питер Каллен – слыхала о таком?

Девушка погрустнела:

– Я бы предпочла остаться с вами вдвоем и познакомиться поближе. Было бы приятно.

Дюк мотнул головой.

– Я не так воспитан, – сказал он, отошел и закрылся в телефонной будке.

Лорелли заказала еще один кофе, чтобы скоротать время. Улыбнулась Джозу, но тот потерял интерес ко всему, кроме патоки на полу. Хлопот на всю ночь. Стукнул чашкой о прилавок, забрал коробку с чулками и вернулся к уборке.

Подошел Дюк:

– Все устроилось. Допивай кофе и поедем.

– Жирная свинья. – Лорелли осторожно потрогала загривок. – Похоже, завтра встану с кривошеей.

– Не злобствуй. Сама его рассердила.

Допив кофе, девушка спрыгнула с барного стула.

– Поддержите материально? А то у меня денег нет.

– Поддержу. – Дюк достал горсть мелочи. – Где дамочка, там и расходы. Главный закон экономики.

Они вышли из аптеки, сели в машину и помчались к Каллену. Дверь открыл сонный Питер. Он был одет и, похоже, еще не ложился.

– Заходите, – пригласил он, с любопытством разглядывая девушку.

– Лорелли, знакомься: Пит Каллен. Он хороший, так что веди себя прилично. Пит, это Лорелли. Не Лорелли Монтгомери, не Лорелли Спивак – просто Лорелли. Вылупилась из яйца.

Питер поморгал и смущенно улыбнулся девушке.

– Значит, так, Пит, – спокойно сказал Дюк. – Уложим юную леди на кровать, а сами поспим в креслах. Не лучший вариант, но ты не пожалеешь, что помог.

– Не пойду я в его кровать, – огрызнулась Лорелли. – На полу лягу.

Дюк схватил ее за плечо и втолкнул в спальню:

– Не выступай. Ложись и спи. Препираться будешь завтра.

И он закрыл за ней дверь.

Питер устало развалился в кресле.

– Надеюсь, ты знаешь, что затеял. А то я вообще не понимаю, что происходит. Но если ты знаешь – мне этого достаточно.

Дюк занял другое кресло, потянулся и зевнул:

– Утром все расскажу. Дай поспать. Непростой выдался денек.

– Ну ты борзый, – недовольно сказал Питер. – Заявился с девкой, отдал ей мою койку – и ни слова, ни полслова. За лоха меня держишь?

– За друга. – Гарри уселся поглубже. – За любимого друга с огромным сердцем.

– От этого мне не легче, – фыркнул Питер. – Больше ничего не расскажешь?

– Что ты хочешь услышать? – Дюк открыл один глаз и нахмурился. – Кто она? Без понятия. Что она затеяла? Без понятия. Говорю же – я только что ее подцепил. Знаю, что ей нужна крыша над головой и немного деньжат. А мне нужен отдых. Вот и не мешай спать.

И он снова закрыл глаза.

– Как тебе Клэр? – Питер внимательно посмотрел на друга.

– Милая, – пробормотал Дюк. – Слишком милая для такого тупицы, как ты. Вот мне – в самый раз. Так что не расслабляйся.

Питер сжал губы.

– Поверь, не расслаблюсь.

Слова его прозвучали так резко, что Дюк подскочил, изумленно уставившись на Пита:

– Ты что, разозлился? Шуток не понимаешь?

– Понимаю, – сказал Питер. – Но расслабляться не буду.

– Совсем спятил. – Дюк всплеснул руками. – Чисто мартовский заяц.

И тут же заснул.

Так закончился первый день.

И вот как начался второй.

Глава девятая

На следующее утро Клэр Рассел, расстроенная и усталая, пришла на работу и сразу направилась к себе в кабинет. Сняла шляпку, припудрилась, села за стол.

Аккуратно разложенная почта, белоснежная бумага, полная до краев чернильница. Единственное, чего не хватает, – желания работать. Клэр отодвинула письма и отвернулась к окну. Снаружи – пыльная улица и раскаленное солнце. Неопрятному, опаленному солнцем, душному городку был очень нужен дождь.

Клэр думала о Дюке почти всю ночь. Гарри Дюк и Питер. Питер и Гарри Дюк. Девушка не могла сомкнуть глаз и вертелась на кровати, вспоминая события прошедшего дня. Гарри стоял перед глазами как живой – мощные плечи, черные волосы, узкое лицо, аккуратные усики. Он буквально излучал силу.

Дюку стоило только захотеть, и Клэр с радостью приняла бы его в свою жизнь. Опаснее всего то, что Гарри это понял. В момент встречи между ними словно сверкнула искра. Секунду назад – чужие люди, но, когда Дюк вежливо коснулся руки Клэр, он словно передал ей часть своей силы. Казалось, они знают друг друга уже сто лет.

Раньше такого не бывало. У Клэр было несколько романов, но все с плохим концом. Она было решила, что любит Питера, но прикосновение Гарри все испортило. Девушка понимала, что между ней и Дюком ничего нет, но внезапно все в жизни потеряло смысл – все, кроме Гарри.

Вот такая путаница. Клэр совсем отчаялась. Питер такой милый, так старается не обижаться; предлагает ей любовь, словно ребенок, отдающий другу последнюю конфету. Клэр не хотела делать Каллену больно, но знала: стоит Дюку пожелать, и она не сможет противиться. Единственный вариант – уехать из города. Это решит все проблемы. Но переезд – слишком грандиозная затея. Все придется начинать сначала – заводить друзей, искать работу. Для такого нужно быть молодой, сильной, беззаботной. А Клэр уже не сможет с легкостью отрастить новые крылья.

Девушка вспомнила слова Питера: «Вы с ним прекрасно поладите. Знаю, он крутой, черствый парень, временами даже буйный. Но с друзьями он совсем другой».

Клэр надеялась, что Дюк останется верен другу, и это немного успокаивало ее. Мужчины не уводят девушек у друзей, – конечно, если речь идет о настоящей дружбе. Возможно, так будет и в этот раз. Гарри Дюк не позвонит. Предпочтет сохранить отношения с Питером и оставит ее в покое.

Затрезвонил колокольчик. Сэм Тренч зовет. Клэр вскочила, глянула в зеркало. Нахмурилась, увидев мешки под глазами, и отправилась в кабинет шефа.

Сэм сидел в кресле на колесиках и, разумеется, дымил любимой трубкой. На столе лежала промокашка, вся исчерканная пометками и телефонными номерами.

– Доброе утро, Сэм. – Клэр присела на подоконник, спиной к окну.

– Что, приступ светобоязни? Небось гуляла всю ночь. – Сэм сердито посмотрел на девушку. – Выглядишь неважно. Займись-ка здоровьем. Тебе пора в отпуск.

Клэр пожала плечами:

– Да нормально все. Что случилось?

– Ты была права. – Сэм вытащил носовой платок и принялся протирать очки. – Тимсон и правда купил Пиндерз-Энд. Вчера вечером я поболтал с Хиллом, и он проговорился.

– Тимсон? – повторила Клэр. – Но он же подставное лицо, верно?

– Ясное дело. Купил от имени какой-то конторы. «Земельное общество Бентонвилля», что ли… не помню. За всем этим стоит Беллман. Я проверил – цену дали хорошую. Быстро провернули, да? Тимсон же два-три дня как приехал.

– Ну купили – и что теперь?

– Понятия не имею. – Сэм порылся в ящике стола и достал чертеж. – Смотри. Вот Пиндерз-Энд – в западной части Фэйрвью, пара миль от центра. Четыре мили от промзоны. Земля бесплодная, все десять тамошних домиков того и гляди ветром сдует. Нищее место. Ни электричества, ни канализации. Иными словами, первоклассное приобретение. Конечно, продали задешево, но на месте Тимсона я бы нашел миллион способов вложить деньги получше.

Клэр выглянула в окно, на оживленную улицу.

– Но почему, Сэм? Зачем им Пиндерз-Энд?

Старик вытряхнул пепел из трубки и провел пальцами по густым волосам.

– Опять воображение разыгралось. Чуешь историю для статьи, да?

Клэр развернулась на каблуках:

– Так точно.

Сэм склонил голову набок:

– Вижу, ты что-то задумала. Не отрицай.

– Отрицать не стану, но вас это не касается, – улыбнулась Клэр.

– Только давай без эксцессов, – взмолился Сэм. – Лучше не нарываться.

– Постараюсь, – сказала Клэр и быстро вышла из кабинета.

В коридоре она столкнулась с Барнсом, тот уже надел шляпу и направлялся к выходу.

– Слыхала про Пиндерз-Энд? – спросил он. – Подумать только, этот жулик и словом не обмолвился. Встречу его – сердце вырежу.

– Куда собрался, Эл?

– Посмотреть на сделку века. Составишь компанию?

– Нет. Нужно позвонить. Хорошенько осмотрись там, Эл. Проверь землю, не копался ли кто.

– Поясни, – озадаченно попросил Барнс.

– Похоже, я знаю покупателя. Он не станет тратить приличные деньги на покупку пустыря. Может, там серебро нашли. Или нефть.

– Ангелочек, тебе мерещится. Там уже копались до посинения. Нет никаких сокровищ – ни в той земле, ни во всем нашем городе. Смирись уже.

Клэр топнула ногой.

– Тогда зачем купили это место? – требовательно спросила она.

– Откуда мне знать? – Барнс почесал в затылке. – Может, под кладбище.

– Ну, тогда ступай разнюхивать. – Клэр легонько толкнула Эла. – Поспрашивай у тамошних жителей насчет выселения.

Барнс кивнул и выскочил на улицу.

Клэр заперлась в кабинете. Открыла сумку, порылась в бумажках и выудила листок с номером Дюка. Хорошо, что он дал телефон. Протянула руку к аппарату, сердце заколотилось. Странное дело. Приятно, что повод для звонка появился так быстро.

Прижав трубку к уху, Клэр слушала длинные гудки. Она попробовала представить интерьер комнаты, в которой раздавался телефонный звонок. Наверняка кожа, сталь и стекло – подходящий антураж для Дюка.

Через некоторое время на другом конце провода раздалось отрывистое:

– Да?

– Мистер Дюк?

– Он вышел, – сказал голос, и связь оборвалась.

Клэр сидела, уставившись на телефон. К горлу подступила тошнота. Девушка только сейчас поняла, как сильно ей хотелось услышать голос Гарри Дюка.

Глава десятая

Проснувшись, Питер Каллен первым делом огляделся. Мышцы затекли, голова раскалывалась. Питер уселся поровнее и издал громкий печальный стон.

– Адское утречко, да? – Гарри Дюк пошевелился и посмотрел на друга. – Чего только не сделаешь ради женщины. Столько одежек, могла бы и на полу поспать. А мы бы устроились на кровати.

– Она же так и предлагала.

Питер снял пиджак, расстегнул жилет и осторожно выпрямился.

– Точно, – кивнул Дюк. – И зачем я ее отговорил! Сдурел на старости лет. Жалость к девчонкам проснулась.

– Надо бы в душ? Орел или решка? – Питер взял монетку.

– Орел, – сказал Дюк и проиграл. – Иди, не затягивай. Я пока приготовлю завтрак. Интересно, как там наша цыпочка. – Он приоткрыл дверь и заглянул в темную комнату. – Просыпайся! С меня завтрак, а в душ пойдешь последней.

Ответа не было.

– Спит как сурок, – сказал Дюк и взглянул на Питера через плечо. – Не люблю таких. Женщина должна спать чутко.

– Это зачем? – поинтересовался Питер, снимая пиджак.

– Грабителей отпугивать. Меня-то из пушки не разбудишь.

– Так зайди да подними ее. Вдруг она умеет готовить?

– Это ты хорошо придумал. Мне-то казалось, что у тебя между ушами сплошная кость.

Дюк включил свет.

– Просыпайся, соня! – позвал он. – Пора завтракать.

Вдруг он изменился в лице и шагнул в комнату.

На кровати лежал Тимсон – голова запрокинута, кулаки судорожно сжаты, горло распорото от уха до уха, простыни залиты кровью. На стене, у изголовья кровати, на ковре – повсюду блестят красные потеки и лужицы.

Дюк сделал глубокий вдох. По телу забегали мурашки, в животе что-то перевернулось. Он осторожно подошел к кровати и коснулся руки Тимсона. Холодная, липкая, как сырая глина. Мертв уже несколько часов.

Он прошелся по комнате, стараясь не наступать на кровь. Никаких следов Лорелли. Почему-то он совсем не удивился. Еще раз посмотрел на распростертое тело. Казалось, он внезапно попал в другой дом – да что там, в другой мир, вращающийся вокруг мертвого Тимсона.

Ножа не видать, бритвы тоже. Значит, убийство. И никаких улик. Это расстроило Дюка даже больше, чем труп на кровати. Теперь убийство повесят на них с Питером. Придется разбираться с полицией. Только этого не хватало.

Он вернулся к двери, тщательно проверил одежду и обувь. Не обнаружив следов крови, выключил свет и вышел в гостиную, прикрыв дверь спальни так осторожно, словно она была сделана из яичной скорлупы.

– Что же ты не вытащил ее из постели? – крикнул Питер. – Испугался, что ли?

Нужно выпить. Дюк налил полный стакан виски, медленно осушил его и направился в ванную.

Питер принимал душ.

– Красота, – сказал он. – Присоединяйся.

– Минуту, – отозвался Дюк, чувствуя, как спиртное ударило в голову.

Он начал раздеваться.

Питер выбрался из ванны и энергично растерся полотенцем.

– Чую запах виски. Только не говори, что пил с утра пораньше.

– И правда спиртным пахнет, – сказал Гарри, снимая рубашку. – Интересно – от кого?

– Что такое? Тебе нездоровится? – Каллен с удивлением посмотрел на него.

– Погоди, сейчас расскажу.

Дюк встал под душ, включил холодную воду. Ледяные шипы вонзились в кожу, сознание прояснилось. Он постоял несколько минут, закрыл кран, протянул руку за полотенцем. Питер начал бриться.

– Пит, у нас тут труп, – мрачно произнес Дюк. – Парню перерезали горло.

От неожиданности Каллен уронил бритву в раковину, чуть не поранившись.

– Не понял, – сказал он, в изумлении уставившись на Гарри. – Ты что-то сказал про труп или мне послышалось?

– Не послышалось. – Дюк начал намыливать лицо. – Но ты продолжай шутить.

Питер издал сдавленный смешок.

– Подумаешь, труп! Чего не бывает между друзьями! – Он поднял бритву и с подозрением посмотрел на Дюка. – Но мне не нравятся такие приколы по утрам.

– Не представляешь, как мне хочется обернуть все в прикол. – Дюк аккуратно водил бритвой по лицу. – Смотри-ка, я и правда крутой. Даже рука не дрожит.

– Что ты несешь?

Дюк посмотрел на Каллена:

– Прости, Пит. Похоже, у меня шок. Помнишь Тимсона? Он лежит в спальне с перерезанным горлом.

– Какой Тимсон, какое горло? – Питер схватил халат. – Спятил, что ли? Ты вчера девчонку привел. Никакого Тимсона с вами не было.

– В спальню не ходи, – предупредил Дюк. – Картина не из приятных. Проклятье! И как теперь быть?

Питер выбежал из ванной. Было слышно, как он прошел к спальне и включил свет. Гарри поежился, смыл пену с лица. Питер вернулся, лицо белее бумаги.

– Я же говорил. – Дюк натянул брюки и начал застегивать рубашку. – Иди плесни себе выпить.

– Ух, пробрало. – Передернувшись, Каллен вышел в гостиную, Дюк за ним. – Похоже, меня сейчас вырвет.

– Не придуривайся, – резко сказал Дюк. – Вырвет его. Переживешь, никуда не денешься.

– Кто это сделал? – Взяв стакан, Питер опустился в кресло. – И где девчонка?

– Не спеши. Об этом нас спросят копы. – Дюк закурил. – Будь другом, свари кофейку. Мне нужно подумать.

– Кофейку, – отозвался Питер и глотнул еще виски. – Да я сдохну от твоего кофейку.

– Я же не пить прошу, а сварить. Иди, хоть развеешься.

Допив виски, Питер ожил, подошел к столу и включил электрический чайник. Достал чашки, блюдца, поискал молоко. Дюк застыл в кресле, напряженно обдумывая ситуацию.

Питер принес кофе. Дюк потянулся за очередной сигаретой.

– Звоним в полицию, да побыстрее. Но сначала нужно решить, что мы скажем.

– Мы? – переспросил Питер. – Ты про нас обоих или себя в короли назначил?

– Извини, Пит, но ты тоже увяз по самые уши. – Дюк грустно усмехнулся.

– Того и боюсь. Чисто для справки – я понятия не имею, что происходит.

– Я тоже. Вижу только часть картинки. – Дюк допил кофе, довольно крякнул и налил еще. – Неплохо идет с виски, согласен? Похоже, я придумал отличный завтрак, полминуты – и готово.

– Давай ближе к делу, весельчак. – Питер терял терпение.

– Ладно, ладно. Не суетись. Все у нас получится. Должно получиться. Введу тебя в курс дела. Слушай внимательно – может, заметишь, что́ я упустил. – Дюк поставил чашку на стол и откинулся на спинку кресла. – Сначала ко мне пришел Келлз. Ну, ты помнишь. Сказал, что я позарез нужен Беллману. Нес какую-то чушь о моей репутации игрока: мол, будет полезно для заведения. Предложил кучу денег. Я смекнул, что на Беллмана кто-то наезжает, вот он и хочет прикрыться моей сноровкой, если станет жарко. У меня хватало проблем в прошлом, поэтому я отказался от предложения и прогнал Келлза. Когда он ушел, мне позвонили. Девушка. Та самая, с которой я вчера явился.

– Кто она? – спросил Питер.

– Хороший вопрос. Думаю, подруга Шульца. По крайней мере, я познакомился с ней у него дома – толстяк как раз хотел свернуть девчонке шею. Больше ничего не знаю. Может, что всплывет по ходу рассказа.

Значит, она звонит и советует не связываться с Беллманом. Говорит: «Не хочется вас хоронить». Так и сказала. Ладно, меня таким не проймешь. Думаю: надо потолковать с Беллманом. Перед этим иду к Шульцу.

Как ты знаешь, толстяк держит игорный клуб, а я снимаю там кабинет. Мы давно знакомы, и до недавнего времени я думал, что он мужик неглупый. Имеет связи, знает, что почем в Бентонвилле. Приехал в город, как только стало понятно, что здесь можно озолотиться. Я не знал, что мне звонила Лорелли, и понятия не имел, что Шульц с ней знаком. Если бы знал – не разболтал бы о том звонке. Но вышло так, что разболтал. Вот такое я трепло. Из разговора с Шульцем я вынес только одно: похоже, Беллман боится Спейда. Забавно, что все в городе упирается в этого парня. Будет интересно им заняться. Однако, я вижу, что Шульц где-то умалчивает, а где-то привирает.

Далее, иду к Беллману, мило беседую с ним, и тут в кабинет врывается какой-то карлик с пугачом в клешне и пару раз пуляет в Беллмана. Я так перепугался, что пролил виски прямо на карличью рожу. Беллман жив-здоров, а коротышка вспоминает, что у него остались другие дела, и сваливает.

Добавлю, что Беллман становится слегка желтоват с лица. Раскалываться не хочет, и я с ним прощаюсь. Мне приходит в голову, что стоит перемолвиться с Шульцем, и я иду к нему домой. Заглядываю в окно. Радуюсь своей осмотрительности, поскольку вижу, что Шульц наклонился над этой малышкой Лорелли, в руках у него – веревка, на веревке – петля, а в петле – девчонкина шея.

Потихоньку открываю окно и советую толстяку не дурковать. Тут Лорелли начинает верещать, и я понимаю, что это она звонила мне по поводу Беллмана. Решаю, что девчонке не повредит моя компания, и забираю ее с собой. Шульц, похоже, не в восторге, начинает палить во все стороны и чуть не доводит меня до инфаркта.

Привожу девчонку к тебе, дальше ты знаешь. Еще один момент: она молчит как рыба. Но что-то знает. Шульц приказал ей не болтать, грозил расправой. Вот, теперь все.

Питер закатил глаза:

– А Тимсон здесь каким боком? В твоем рассказе про него ни слова.

– Я о нем вспомнил только вчера вечером, когда его упомянула твоя подружка. Он раньше был распорядителем в «Ше Паре». Видимо, шестерка Беллмана. Как он оказался в спальне? Спроси чего полегче.

– Наверное, его убила Лорелли, – помявшись, сказал Питер. – Думаю, Тимсон пришел по ее душу, а девка разделалась с ним и свалила.

– Почему Тимсон? Он никак не связан с Шульцем. Ладно, если бы там лежал Джо.

– Джо? Кто такой Джо? – недоуменно спросил Питер.

– Парнишка один, служит у Шульца шофером.

– Можем хоть весь день просидеть, проблема не рассосется, – сказал Питер. – Нужно звонить в полицию.

– Конечно. Но что мы скажем? Будем упоминать Шульца и Лорелли?

– Придется. Иначе спросят, почему я спал не в кровати, а в кресле.

– Думаю, надо позвонить Полу, разрядить атмосферу, – сказал Дюк и набрал номер.

Питер расхаживал по комнате, то и дело затягиваясь сигаретой. Дюк задумчиво наблюдал за ним, пока в трубке не раздался голос Шульца.

– Пол? Это Гарри.

Повисла пауза.

– Чего надо? – проскрежетал Шульц.

– Не знаешь, где Лорелли?

– Тебе-то что?

– Не тупи. Дело серьезное. Вчера я привез девчонку к Питеру Каллену, а теперь ее тут нет.

– Что за чушь ты несешь? – В голосе Шульца послышалась издевка. – Похоже, ты вчера крепко набрался, Гарри.

– Значит, я набрался. – Лицо Дюка окаменело. – Откуда такая уверенность?

– Одно из двух: или пьяный был, или рехнулся. Лорелли не отходила от меня – ни вечером, ни ночью. Вот она, сидит рядом. Не веришь – спроси Джо, он подтвердит.

– Погоди. – Гарри чувствовал, что Шульц вот-вот повесит трубку. – Не нужен мне Джо. Дай Лорелли.

– Не думаю, что она захочет с тобой беседовать. Но спрошу. – Толстяк бросил в сторону: – Звонит Гарри Дюк. Хочет с тобой поговорить.

Лорелли взяла трубку.

– Да? – Голос девушки был ледяным.

– Что происходит? Шульц говорит, ты провела у него всю ночь. Только не вздумай его покрывать.

– А где, по-вашему, я была?

– Ну ты и дура, сестрица! – Дюк разозлился. – Вчера, когда я заглянул к нашему упитанному другу, он готовился тебя придушить. Хорошо, я помешал. Ты бы держалась меня, не то пропадешь. Куда ты подевалась прошлой ночью?

Лорелли передала трубку Шульцу:

– Совсем сдурел ваш Дюк. Сами с ним разговаривайте.

Не дожидаясь ответа, Гарри повесил трубку и пристально посмотрел на Питера:

– Она вернулась к Шульцу. Говорит, была у него всю ночь. Джо подтвердит. Нужно что-то придумать, Пит, иначе копы нас прижмут.

– Чушь какая. Ей не отмазаться.

– Почему нет? – Дюк потянулся. – Если не сумеем объяснить, откуда взялся Тимсон, все повесят на нас. Копам будет за счастье пришить мне хоть какое-то дело.

– Черт, что же делать? – сказал Питер, приглаживая волосы.

– Погоди пока. – Дюк пошел в спальню, спустя несколько минут вернулся. – Пусть это будет самоубийство. Антураж готов, осталось подложить бритву.

– Боже правый! Так нельзя! Когда копы разберутся – нам не поздоровится.

Дюк был непреклонен:

– Пока они будут разбираться, я доберусь до настоящего убийцы. К тому же эта затея вполне может выгореть. – Гарри ушел в ванную и вернулся с бритвой Питера. – Я мигом. – И снова скрылся в спальне.

Питер налил еще один стакан. Почему бы и нет?

Дюк вышел из спальни, закрыл дверь, сел и поморщился.

– Выглядит убедительно. Теперь – наша история. Вчера мы встретились – ты, Клэр и я. Ты проводил девушку и заехал ко мне. Мы выпили, пошли прогуляться. Встретили Тимсона, вдрызг пьяного. У него была бутылка скотча, мы помогли ее допить. Тимсон вырубился, мы притащили его сюда, уложили на кровать, сами устроились в креслах. Утром ты пошел в ванную, не нашел бритву, пошарил по углам и обнаружил Тимсона. Пусть копы выясняют, зачем он это сделал.

– Какой-то бред. Ты же не знаешь, где этот парень шлялся весь вечер. Кто-нибудь мог его видеть.

– Не важно. Он явился сюда с трех до четырех утра. Значит, в это время мы с ним и встретились. Если не спалишься, разыграем как по нотам.

– Ты, Гарри, выжил из ума, – печально произнес Каллен. – От тебя одни неприятности.

– Проехали! – отрезал Дюк. – Раз попали в переплет, нужно выбираться.

Зазвонил телефон. Питер снял трубку.

– Привет, – сказала Клэр. – Не знаешь, где найти Гарри Дюка?

Каллен почувствовал внезапный укол ревности.

– Зачем он тебе? – спросил он, стараясь не выказать обиды.

– Только не сердись, – взмолилась Клэр. – Я по поводу Тимсона.

– Тимсона? А что с ним?

– Помнишь, вчера Дюк просил позвонить, если Тимсон купит землю? Вот, звоню. Он приобрел Пиндерз-Энд.

– Секунду, Клэр. – Питер посмотрел на Дюка. – Тимсон купил Пиндерз-Энд.

Гарри шумно выдохнул:

– Вот это новость. Можно поговорить с Клэр?

Питер сунул ему трубку и отступил в сторону:

– На здоровье. У нас свободная страна.

– Только на первый взгляд, – сухо произнес Дюк. – Это Гарри, – сказал он в трубку. Услышал дыхание Клэр, снова ощутил странный комок в горле.

– Я пыталась до вас дозвониться, мистер Дюк.

– По поводу Тимсона? Вы говорите, он купил Пиндерз-Энд?

– Да, вчера закрыли сделку. Он выступил от имени «Земельного общества Бентонвилля». Что за общество – никто не знает.

– Спасибо. Постараюсь выяснить. Но не могу сказать, что покупка его осчастливила. Вчера ночью мы встретились, выпили лишнего. Тимсон заночевал у Питера, а утром мы нашли его мертвым. Горло себе перерезал.

– Кому ты мозги пудришь? – Питер нетерпеливо хрустнул пальцами.

Дюк жестом велел ему молчать.

– То есть Тимсон мертв? – сказала Клэр. – Самоубийство?

– Ага. Только что нашли. Вчера он был какой-то мутный, но мы и не думали, что все так обернется. Сейчас будем звонить в полицию.

– Я еду к вам, – произнесла Клэр упавшим голосом. – Думаю, у Питера будут неприятности.

Дюк плотно сжал губы.

– Неприятности будут у нас обоих. Ничего, справимся. Питеру не повредит лишняя известность.

– Я все равно приеду. – В трубке раздались короткие гудки.

– Похоже, она волнуется за тебя. – Дюк аккуратно поставил телефон на место. – По голосу слышно.

– Ну что поделать? – Питер отвел взгляд. – Пожалуй, позвоню на работу.

– Успеешь. – Дюк снова снял трубку. – Сначала в полицию. Соберись, Пит. Скоро нас будут раскалывать.

– Пусть попробуют, – ответил Питер.

Дюк кивнул и набрал номер полицейского участка.

Глава одиннадцатая

Через несколько часов в кабинете Тренча состоялся военный совет.

Председателем назначили Сэма – по большей части из уважения к его возрасту. Старик был слегка озадачен. Рядом с ним сидела Клэр. Девушка курила, то и дело взволнованно поглядывая на Каллена. Тот расположился на подоконнике. Гарри Дюк расхаживал из угла в угол, в зубах – потухшая сигара.

– Фэйрвью начинает просыпаться, – довольно произнес Дюк. – Задумайтесь о смене формата газеты. Думаю, вскоре городу понадобится ежедневник.

– Так что случилось? – Клэр стряхнула пепел на потертый ковер. – Что говорит полиция?

– Ничего особенного. – Дюк улыбнулся Питеру. – Конечно, копы не в восторге. В городишке впервые кто-то умер не своей смертью. В таких делах у них опыта маловато.

– То есть поверили в самоубийство?

– Почему нет? – Гарри резко повернулся к девушке. – Это и было самоубийство.

– Клэр, не усложняй, – попросил Питер.

Девушка посмотрела на Дюка, на Каллена, снова на Дюка.

– Не понимаю, как Тимсон решился на такое, – откровенно сказала она.

– Послушайте, – спокойно произнес Дюк. – Парень взял бритву и перерезал себе горло. Может, решил свести счеты с жизнью. Может, собрался побриться, да рука дрогнула. В любом случае он мертв. Вот все, что нам известно.

Сэм взъерошил волосы.

– Так из-за чего переполох? – требовательно спросил он. – Ладно если бы Тимсон жил в Фэйрвью. Но он даже умер не здесь. Нам-то что?

– Он умер в постели Питера, вот что, – тихо сказала Клэр.

Сэм бросил сердитый взгляд на Каллена.

– Значит, это тот самый юноша, к которому ты постоянно сбегаешь?

– Сэм, прошу. Давайте ближе к делу.

– Да нормально все, – перебил Питер. – Человек просто интересуется. Он же никогда не обижал тебя, верно? Мистер Тренч, я хочу жениться на Клэр, да она все никак не надумает.

Старик пытливо посмотрел на Каллена и пыхнул трубкой.

– Ну и не приставай, пока не надумает. Эта девочка пойдет только за самого достойного.

В глазах Дюка мелькнула насмешка. Клэр выглядела смущенной и рассерженной.

– Не пора ли вам заткнуться, Сэм? – вспылила девушка.

– Что за манера разговаривать со старшими! – Сэм расхохотался. – Как появится пара седых волос – пиши пропало, все начинают пинать тебя, как футбольный мяч.

– Так зачем Тимсон купил Пиндерз-Энд? – сказал Дюк, возвращая разговор в нужное русло. – Кто-нибудь может объяснить?

Клэр покачала головой:

– Один из наших был там сегодня утром. Это пустырь, если не считать нескольких бунгало, да и те на ладан дышат. Жильцам приказано съехать к концу недели.

– Я больше не могу молчать, Гарри, – внезапно сказал Питер.

Дюк застыл, потом пожал плечами:

– Делай, как считаешь нужным, – и уселся, надвинув шляпу на глаза.

– Думаю, вы должны знать правду. Иначе дело не двинется с места. – Каллен посмотрел на Клэр, перевел взгляд на Сэма. – На самом деле Тимсона убили. История про самоубийство – наша затея.

У Клэр перехватило дыхание.

– Питер! – воскликнула она. – Так и знала, что дело нечисто. Но почему… – Девушка сердито прикусила губу.

– Говорите дальше, – спокойно сказал Дюк. – Почему он со мной связался, да? Вы ведь это хотели сказать? Если бы не я, Пит не влип бы в эту историю, верно?

– Гарри, хватит! – торопливо произнес Каллен.

– Но это так. – Клэр вскочила. – Я все время говорила Питу держаться от вас подальше. Убийство, насилие, азарт – вот ваша стихия! Перестаньте втягивать Питера в свои приключения!

Дюк сдвинул шляпу на затылок и посмотрел на девушку.

– Никого я не втягивал, – терпеливо сказал он. – Тимсон очутился в спальне Пита без приглашения. Разве вы не поняли? Это не имеет отношения ни к нему, ни ко мне.

Клэр повернулась к Питеру.

– Зачем вы соврали полицейским? – требовательно спросила она. – Почему не сказали им правду?

– Ну, в нашем случае правда выглядит нелепо. К тому же Гарри хотел… – Каллен умолк.

– Разумеется, Гарри хотел именно этого. – Девушка накинулась на Дюка: – И вы говорите, что не имеете к этому отношения? Но именно вы втянули Питера в неприятности!

– К чему вы клоните? – Дюк холодно посмотрел на Клэр. – Думаете, Питер не может обойтись без няньки?

Каллен спрыгнул с подоконника, подошел к девушке и накрыл ее руку своей.

– Неважный из тебя помощник, милая, – тихо сказал он. – Что сделано, то сделано. Теперь нам нужно выбираться из этой ситуации, поэтому придется подумать.

– Ну и что ты планируешь предпринять? – устало спросила Клэр. – Разве тут можно хоть что-то сделать?

– Когда закончите ссориться, – прошипел Сэм, – обратите внимание, что вы и меня сделали соучастником.

– Не берите в голову. – Дюк чиркнул спичкой о подошву и раскурил потухшую сигару. – Ничего подобного. Мы понятия не имеем, кто убийца. Знаем только, что это не самоубийство, – рядом с телом не было ни ножа, ни бритвы. Главный подозреваемый – дамочка, которую я вчера привел к Питу. Подружка Шульца, Лорелли. Она спала в комнате Питера, а утром на ее месте оказался Тимсон. Это раз. Теперь нужно разобраться, какую роль здесь играет Беллман. Тимсон работал на него. Думаю, купил ваш пустырь по его приказу. Также я думаю, что Беллман не хотел афишировать сделку. Боялся, что Спейд попробует ее сорвать. Возможно, Тимсона прикончил Спейд. Вот и второй подозреваемый. Но зачем Тимсон пришел к Питу? Как он попал в спальню и что случилось с Лорелли? Она ушла до прихода Тимсона или же была свидетелем убийства? У Пита в спальне такое окно, что любой мог вылезти и уйти огородами. Как видите, нам предстоит ответить на все эти вопросы.

Сэм задумчиво постукивал пером по промокашке. Перевел взгляд на Клэр; девушка отвернулась к окну. Редактор покачал головой:

– Честно говоря, мне все это в новинку. Никогда не хотел связываться с подобными делами. В Фэйрвью такого не случалось.

– Слушай, дед, – оборвал его Дюк, – хорош исполнять Рипа ван Винкля. Включай мозги. Нам идеи нужны, а не мемуары.

– А ты крепкий орешек, – усмехнулся Сэм. – Мне такие по душе. Помню, был один парень, мы вместе работали в «Трибьюн». Пробивной, энергичный. Вот перестанешь пешком под стол ходить – может, и дорастешь до его уровня.

– Вот хитрец! – рассмеялся Гарри. – Говорите, что у вас на уме.

– У кого титулы на Пиндерз-Энд? – Сэм хлопнул ладонью по столу. Он явно испытывал удовольствие от происходящего.

– Молодчина! – Дюк с уважением взглянул на редактора. – Об этом мы и не подумали. Вот вам и мотив для убийства. Видимо, бумаги были у Тимсона. Копы обыскали тело, но ничего не нашли. Значит, бедолагу убили из-за документов. Вот теперь все начинает проясняться.

– Не думаю, – сказал Питер. – Каждому в карман не залезешь – что здесь, что в Бентонвилле.

– Зато мы можем навестить Беллмана. Вдруг он что-то знает. Поедем прямо сейчас.

– Погодите, – перебил Сэм. – Не нужно спешить. Беллман может и не знать, что бумаги пропали. Наверняка все думают, что документы у копов. Стоит ли раскрывать карты?

Дюк сел.

– Вот красавчик. Он всегда такой умный?

Сэм скромно улыбнулся:

– Скажем так: я ем очень много рыбы. – Он достал шелковый платок и энергично потер нос. – Кроме того, я гораздо старше вас, молодые люди.

– Итак, что будем делать?

– Если бы я был здесь за главного, – сказал Сэм, явно наслаждаясь всеобщим вниманием, – то действовал бы осторожно, чтобы никого не спугнуть. Сначала я бы выяснил, кто стоит за «Земельным обществом Бентонвилля». Разузнал бы, не у них ли титулы на землю. Если нет – значит документы будут у убийцы. Я проверил бы Спейда, Беллмана и эту вашу Лорелли. Я бы разузнал все, что можно, а потом пришел бы сюда и выложил всю информацию редактору «Клариона», чтобы тот, немного поработав головой, сложил картинку воедино. Я бы действовал именно так, а вы поступайте как знаете.

Гарри Дюк кивнул:

– Неплохо придумано. Можно приступать. Пит, тебе пора на работу. Не забивай себе голову, я сам справлюсь.

Каллен почувствовал себя неловко.

– Тут мы с тобой повязаны, Гарри. Сам знаешь. Но про работу ты верно сказал, до вечера я буду занят. Могу подключиться после шести.

Гарри Дюк смерил Питера испытующим взглядом. Удивительно, как меняются парни, попав под женское влияние. Пару лет назад, очутившись в подобной ситуации, Пит и думать бы забыл о работе. А теперь осторожничает. Конечно, в этом нет его вины. Однако Дюк почувствовал укол разочарования.

– Не парься, – небрежно бросил он. – Я и сам прекрасно справлюсь. Там делов-то… С закрытыми глазами можно сделать.

Сэм взглянул на Питера, потом на Дюка. Взгляд его сияющих голубых глаз смягчился. Будь у него такой сын, старик гордился бы им.

– Идите ругаться в коридор. – Он указал на дверь. – Мне нужно готовить номер. – Потом крутнулся в кресле и добавил: – Держите меня в курсе, мистер Дюк. Не забывайте, вся эта затея – моя заслуга.

– Какой дерзкий старикан, – заметил Дюк, закрыв дверь. – Похоже, рвется в бой.

После неловкой паузы Питер произнес:

– Ну, мне пора. Подбросить тебя?

– Нам не по пути, – покачал головой Дюк. – Нужно глянуть, что к чему в Пиндерз-Энд.

– Как скажешь. Увидимся. – Питер взял Клэр за руку. – Ты только не волнуйся. Прорвемся. Сегодня вечером заеду к тебе, и мы сходим куда-нибудь. – Он заметил, что Дюк не уходит, и отвел Клэр в сторонку. – До встречи, милая. Не переживай, хорошо? – Взяв девушку за подбородок, он нежно поцеловал ее в губы.

– Прошу, будь осторожен, – сказала Клэр.

Питер сбежал вниз по каменной лестнице, ведущей на улицу. Девушка проводила его взглядом.

– Жаль, что вы на меня сердитесь, – сказал Дюк. – Я так надеялся подружиться.

– Давайте не будем об этом, – твердо сказала Клэр и отвернулась к лестнице, положив руку на перила. Сердце ее бешено колотилось, она едва держалась на ногах.

– Нет, будем. – Гарри опять почувствовал комок в горле. – Ради Пита я готов на что угодно. Он мой единственный друг.

Клэр развернулась.

– Тогда почему бы вам не отстать от него? – с горечью сказала она. – Думаете, я не знаю, что у вас на уме? Смиритесь. Вы с ним разного поля ягоды. И он не трус, он не прячется за моей юбкой. Питеру действительно нужно работать, вот и все.

– Не трус, – тихо произнес Дюк и отбросил окурок. – Здесь вы совершенно правы. Но крепко ошибаетесь, если решили, что он не может постоять за себя. Я знаком с Питом гораздо дольше вас. Не нужно считать его дурачком. Это до добра не доведет.

– Вот как вы запели! – взорвалась девушка. – Оставьте Пита в покое. Не втягивайте его в новые неприятности. Я сразу поняла, что он вам не ровня. Кстати, вы мне – тоже. Вы черствый, безрассудный человек, живете одним днем. А Питер берет с вас пример. Ненавижу!

Дюк шагнул к Клэр, схватил ее за руку.

– Вот дура упрямая. Почему вы отказываетесь признать, что я здесь вообще ни при чем? Тимсон пришел к Питу, не ко мне. Но такой расклад вас, видите ли, не устраивает.

– Не смейте так со мной разговаривать! – Лицо девушки вспыхнуло. Она отпрянула и скрылась у себя в кабинете, захлопнув дверь.

Глава двенадцатая

Пиндерз-Энд находился на окраине города. Унылое, заброшенное место.

Гарри Дюк ехал туда впервые. Он немного покатался по Фэйрвью, не особо глядя по сторонам. Вспоминая Клэр, он то и дело улыбался. Обычно девушки не вызывали в нем ничего, кроме скуки. В Бентонвилле их было два типа – или продажные, или бесхарактерные. Каждая новая подружка Гарри была точь-в-точь как предыдущая. С первой встречи Дюку становилось понятно, что она будет говорить, как будет себя вести, сколько продержится и когда уйдет. Похоже на монотонную игру в шашки – каждый ход известен с самого начала.

Клэр же была совсем другой. Дюк раздраженно ущипнул себя за нос. «Забудь, эта девчонка не для тебя».

Впереди он увидел поворот на Пиндерз-Энд. Свернув с бетонки на грунтовую дорогу, Дюк сбавил скорость. Обочины выглядели неряшливо, трава пожелтела на солнце. Похоже, ее никогда не косили. За автомобилем висело непроглядное облако пыли. Пыль покрыла одежду, забила ноздри; в горле стало сухо. Странно – такая пустыня всего в нескольких милях от города.

Грунтовка пошла круто вверх. Колея была разбита напрочь, машину то и дело бросало в сторону. Рессоры бились о ходовую часть, и Дюк боялся, что поездка закончится плачевно.

На вершине холма он остановил машину и привстал.

Справа, в долине, раскинулся Фэйрвью. Заводские трубы царапают небо, главная улица рекой струится по жилым кварталам, здание редакции «Клариона» торчит посреди города, как гнилушка в беззубой пасти. Где-то там сейчас работает Клэр. Интересно, думает ли она о Гарри или уже выбросила его из головы?

Прямо перед Дюком была проволочная ограда, за ней – пустырь, вдалеке – несколько строений.

Гарри оставил машину на обочине, перебрался через сетку и зашагал по пыльному полю.

Солнце жарило вовсю, и вскоре Дюк уже обливался потом. Пыль толстым слоем покрыла туфли и набилась в отвороты брюк.

Проделав три четверти пути, Гарри смог ясно разглядеть рядок из шести деревянных развалюх. Пять бунгало и двухэтажка, все выцветшие от солнца и непогоды. Стоят вкривь и вкось, похожие на дремучих стариков – упасть еще не время, а выпрямиться уже силенок не хватает.

Дюк заметил, что обитатели лачуг не сводят с него глаз. Уже издалека он чувствовал на себе их беспокойные, настороженные, враждебные взгляды.

В дверях – женщины, из-за их юбок выглядывают дети.

Немытые мужики в шезлонгах у сломанных ворот смотрят недоверчиво. Передовой отряд, готовый принять первый удар на себя. Стремная компания.

Единственный человек, не обративший внимания на Дюка, сидел на крыльце двухэтажного дома и обстругивал деревяшку длинным тонким ножом. Грязный рабочий комбинезон, черная рубашка, на затылке – видавшая виды шляпа. Сколько лет – непонятно. Может, сорок, а может, все шестьдесят. Здоровый, мощный, косая сажень в плечах. И каштановая борода до пояса.

Посмотрев на остальных, Дюк решил, что бородач у них за главного, если в этой дыре вообще есть главный. Надо зайти побеседовать.

Гарри осторожно отворил калитку. Нехорошо, если развалится. Одна из петель была сломана, другая висела на одном гвозде. К дому вела грязная тропинка.

Все взгляды были устремлены на незваного гостя. Такое внимание к его персоне, даже неловко.

Бородач продолжал возиться с деревяшкой.

– Доброго утречка, – сказал Гарри. – Не вы ли тут начальник?

– А если и так, – ответил здоровяк, не поднимая глаз, – тебе-то что с того?

– Смотря чем заведуете. – Дюк поправил шляпу и облокотился на крыльцо. – Может, ничего, а может, и дельце есть.

– Слушай, мистер, – бородатый холодно глянул на Дюка, – не трать время попусту. За эти две недели ко мне человек десять совалось, и у каждого дельце. А мне не надо твое дельце. Мне надо, чтоб вон тех ребят не трогали.

Он махнул рукой в сторону остальных. Те не могли его слышать, но внимательно следили за происходящим.

– Меня зовут Гарри Дюк. Может, слыхали о таком?

В глазах мужика появился интерес.

– С Бентонвилля, что ли? А сюда чего приехал?

Дюк присел на пыльное крыльцо.

– Есть у меня интерес, – неторопливо произнес он. – Знаю, я не один такой. Но мой интерес особый. Говорят, землю продали, а вам всем приказали съехать.

– Так и есть. А тебе какое дело?

– Так вы послушаетесь? – спросил Дюк.

Здоровяк толкнул шляпу вперед, почесал в затылке и пожал плечами:

– А куда деваться? Нас уже год как отсюда гонят. Раньше-то особо не трогали. Аренду платим, к нам и не лезут. А теперь хозяин новый. Только и остается, что съехать.

– Парень, что купил ваше место, вчера ночью глотку себе перерезал, – сказал Дюк, закурил и внимательно посмотрел на собеседника. – Бумаги по сделке еще не всплыли. Пока их не найдут, не стоит вам с места сниматься.

– А тебе с того какая выгода? – Здоровяк проявлял все больший интерес.

– Никакой. – Дюк сокрушенно покачал головой. – Сказать по правде, тот парень, Тимсон, не сам на себя руки наложил. Помог ему кто-то. Вот я и ищу – кто? Если упретесь рогом, сюда заявятся новые хозяева. Спросите бумаги. Кто их покажет, тот мне и нужен.

– Пошли-ка в дом. – Мужик встал на ноги. – Покумекаем.

В помещении было темно, со стен свисали полоски обоев. Скрипучий пол, запах сырости. Почти все окна заколочены, после улицы ничего не видно. Гарри осторожно ступал, ориентируясь на звук шагов хозяина.

Здоровяк привел его в дальнюю комнатку, грубо обставленную, но довольно чистую.

– Я Кейси. – Он указал на старое кресло-качалку. Взял с полки глиняную бутыль и две кружки. – Самогонку будешь? Яблочная.

– А то! – Дюк качнулся в кресле и стряхнул пепел в пустой очаг. – Вижу, у вас тут жизнь не сахар.

Кейси пожал плечами:

– Раньше было лучше. Лет пять назад. У всех фермы, как-то кормились. А сейчас и город загибается, и земля хуже стала. Так уж жизнь устроена. На новом месте, может, и лучше, да бабы с ребятишками держат.

Самогон был крепковат. Гарри едва подавил приступ кашля.

– Вам только и надо, что посидеть на месте. Законной стороной я сам займусь. Найму самого лучшего юриста в Бентонвилле, рассчитаюсь из своего кармана. – Дюк поставил кружку на пол. – Кому-то сильно понадобилось это место. И еще желающие есть. Эти так вообще убить за него готовы. Вот бы узнать почему. Есть соображения?

– Да ты глянь, – рассмеялся Кейси. – Просто выйди и глянь вокруг. Даже нам оно не надо.

– Я ж ничего не смыслю ни в земле, ни в домах этих ваших. Так посмотреть – пустырь пустырем. Но кто-то думает иначе, вот я и хочу разобраться почему. Может, тут залежи какие.

– Залежи, – хохотнул Кейси. – Скорее, пролежни. Нет, мистер, это место и гроша ломаного не стоит.

– Ну ладно. – Дюк допил самогон и крякнул. – Все одно, кто-то позарился. Вот и узнаем. А вы пока держитесь, не съезжайте, договорились?

Кейси задумчиво подергал бороду.

– Нам же приказано. В письменном виде. С этим как быть?

– Давайте-ка эти приказы сюда, – сказал Дюк. – Отвезу толковому юристу, пусть разбирается. Больше ничего не делайте. В носу поковыряться – пожалуйста, а остальное – уж моя забота. По рукам?

Кейси подумал немного, потом сказал:

– Уговорил, речистый. Слыхал я про тебя. Мужик известный, слово держать умеешь. Вы к нам с душой, так и мы к вам с душой.

Дюк поднялся на ноги.

– Несите бумажки, да я пойду.

Кейси кивнул:

– Погоди маленько.

И он вышел, оставив дверь открытой.

Дюк вернулся в кресло и закурил. Задумался. Юридические дела можно поручить Берману. Самый толковый адвокат в Бентонвилле. Такие тяжбы – как раз его конек.

Значит, сначала к Берману, а потом в «Ше Паре». Уверен, что всю эту кашу заварил Беллман. Далее, этот Спейд, человек-загадка. Дюк с отвращением посмотрел на сигарету. Какая же дрянь по сравнению с сигарами.

Похоже, можно подключить и Кейси. Слепому видно, что боец. Если Кейси удержит своих оборванцев на месте – уже хорошо. Что бы ни задумали Беллман, Спейд, даже Шульц – эта орава помешает осуществить их планы.

«Что же, черт побери, у них на уме? Выяснишь это – поймешь все остальное. Что спрятано под этой помойкой? Уверен – что-то очень ценное. Если не серебро или нефть, то что?»

Дюк задумчиво потер переносицу. Дом старый, от любого порыва ветра трясется так, словно его великан шатает. Не самое приятное место для городского жителя.

Внезапно ему стало не по себе. Видимо, сказалось тусклое освещение. Гарри привык к яркому свету и шуму букмекерской конторы, а здесь – только скрип старых досок и дыхание горячего ветра на сухих выцветших стенах.

Дюк прислушался. Волосы на загривке встали дыбом – в комнате наверху кто-то кашлянул. Кашель был сдавленный – человек явно старался скрыть свое присутствие.

Гарри застыл в кресле, напряг слух и зрение. Ничего. Только скрип строения. Наверное, показалось. Затем он услышал шаги. Кто-то тихонько прошелся прямо над ним. Дюк встал и на цыпочках пересек комнату. Остановился у двери, прислушался. Наверху кто-то ходил, но при этом очень старался не шуметь.

В коридоре – кромешная тьма. Выбитое окно заколочено, другого света нет.

Дюк почувствовал за ушами щекотные струйки пота. Не важно. В доме тихо и жарко. С улицы еле слышны крики играющих детей, еще тише – шаги над головой.

Дюк нащупал пистолет и успокоился. Какая приятная, гладкая рукоятка. Он открыл дверь, та предательски скрипнула. Звук прозвучал чудовищно громко. Дюк застыл на месте, голова чуть наклонена, рука на оружии.

В доме воцарилась мертвая тишина. Ни звука, ни движения. Человек наверху тоже прислушивался. Разумеется, это жена Кейси. Или гость. Конечно, Дюк будет выглядеть круглым дураком. Но лучше быть смешным, чем мертвым.

Что-то подсказывало ему, что обитатель верхней комнаты не имеет отношения к Кейси. Может, это сам Спейд? Гарри ухмыльнулся. В таком случае Спейда ожидает сюрприз.

Дюк сделал два быстрых шага в коридор. Половицы заскрипели под его весом. Он помянул их тихим недобрым словом. Невозможно скрыть ни единого движения.

Он попытался вспомнить, где лестница, – заметил ее в полоске света, когда входил. Интересно, сможет ли он подняться, не привлекая внимания? Вряд ли. Если наверху тот, о ком подумал Дюк, он сразу же начнет стрельбу.

Хуже всего, если застукают на лестнице. А, плевать! Гарри идет наверх, пусть пробуют остановить.

Он вытащил пистолет из кобуры и сделал еще один шаг – на ощупь, как слепец. Не наткнуться бы на другого слепца. Дюк дотронулся до кармана, где были спички. Нет. Пока спичка разгорится, он уже будет выковыривать свинец из кишок.

Гарри не запомнил лестницу. Прямая или витая, крутая или пологая? Тот, наверху, уже был с ней знаком, и это его большое преимущество.

Дюк нащупал первую ступеньку и осторожно встал на нее. Затем на следующую. Темнота густая, горячая. Гарри протянул руку к стене, коснулся свисающих обоев. Раздался звук рвущейся бумаги. Он отдернул пальцы.

Другой рукой он дотронулся до перил. Шатаются. Если нажать чуть сильнее – оторвутся от стены. Обойдемся. Гарри опустился на четвереньки и стал подниматься дальше.

Когда пальцы нащупали верхнюю ступеньку, он замер и прислушался. Во дворе ребенок пронзительно звал товарища:

– Крисси!

Нашел бы уже своего Крисси да заткнулся. Звонкий крик заглушал все другие звуки. Но ребенок вдруг замолчал – будто решив встать на сторону Дюка. В доме снова стало тихо.

Гарри не двигался. Скрючился у самого верха лестницы, в правой руке тридцать восьмой, левая на ступеньке. Он высматривал проблеск света – вдруг окно нужной комнаты не заколочено? Ничего. То ли двери плотно закрыты, то ли окон нет вовсе.

Запах сырости, шелест обоев, шепот ветра – жутковато. Рядом с ним громко скрипнула половица. Дюк вздрогнул и присмотрелся. Часть стены была чуть чернее остальной тьмы – конечно, если зрение не подвело. Словно кто-то стоит, прямо здесь, в пяти футах от Дюка.

Вот незадача. Стрелять нельзя – вдруг это один из товарищей Кейси. Говорить тоже нельзя: если это враг, он ответит выстрелом. Поэтому Дюк оставался на месте, обильно потел и всматривался в темноту.

Не выпрямляясь, он прислушивался – не издаст ли пятно какой-нибудь звук. Поначалу ничего, но через несколько секунд Дюк понял, что пятно тихо сопит.

Звук был неприятный. По загривку пробежали мурашки. Дюк пригнулся еще ниже, бесшумно продвигаясь вперед дюйм за дюймом. Направил пистолет на темное пятно и холодно сказал:

– Стой, где стоишь, а то мозги вышибу.

Сопение прекратилось. Рядом что-то дернулось, раздались два удара в пол – человек шагнул вперед. Звук шел справа. Выходит, Дюк просчитался. Он быстро развернулся и почти успел выстрелить, когда на его макушку обрушился тяжелый ботинок.

Пистолет выскользнул из пальцев, тело обмякло. Второй удар пришелся в висок, и Дюк отключился.

Глава тринадцатая

Шульц вразвалку вышел из гардеробной. Направился к зеркалу, поправил галстук. Широко улыбнулся отражению Лорелли. Девушка лежала в постели и дымила сигаретой, рядом стоял поднос с завтраком.

– Голубка, – сказал толстяк, не поворачиваясь, – у тебя отвратительные привычки. Нельзя одновременно есть и курить. Для всего существует свое время и место.

– Ой, не начинайте, – раздраженно произнесла Лорелли.

Шульц поводил щеткой по волосам, удовлетворенно кивнул и повернулся.

– Рад, что ты взялась за ум. Очень рад.

Девушка намазала на тост немного масла.

– Должно быть, я совсем сумасшедшая, – сказала она, не поднимая глаз. – Дюк такой милый, не то что вы.

– Я все думаю, почему ты вернулась.

Шульц навис над ней. Он все еще улыбался, но взгляд был каменным, вопрошающим.

Лорелли пожала плечами, откусила кусочек тоста и равнодушно уставилась в окно.

– Думаю, сила привычки. Куда вы собрались?

– Неужели ты не проболталась?

– Вот еще, – фыркнула Лорелли. – Вчера вы сильно разгорячились, я дала вам остыть, только и всего.

Шульц все еще сомневался, но у него не оставалось времени на разговоры. Дела ждать не станут.

– Лучше посиди дома денек-другой, пока я не повидаюсь с Дюком. Чует мое сердце, говорить с ним будет непросто. Если что понадобится – обращайся к Джо.

– Хорошо, – сказала Лорелли и налила себе кофе. – Все равно мне некуда идти.

Шульц с подозрением посмотрел на нее:

– С другой стороны, Джо нам здесь не нужен. Слишком он молод. Вдруг что в голову взбредет?

– «Джо, Джо»! Перестаньте уже. – Лорелли повысила голос: – За кого вы меня принимаете? Какой от него прок?

– Думаю, время от времени может пригодиться, – надулся Шульц.

– Ну и думайте на здоровье, – сердито ответила Лорелли. – У этого ребенка ни гроша за душой.

Шульц кивнул.

– Это должно меня успокоить, но я все равно волнуюсь, – сказал он. – Ты знаешь, что у Джо на счету два трупа?

– Целых два? – Лорелли удивленно заморгала. – Какая прелесть. Приставить к девушке бандита, как не стыдно!

– Вот глупышка. Кто-кто, а Джо тебя в обиду не даст. – Шульц выглянул в окно. – Ну, мне пора. Красивый сад, правда? Может, вернусь пораньше. Хотелось бы часок повозиться с цветами.

Толстяк наклонился к девушке, но та закрылась книгой.

– Нет. Ни в коем случае. Хватит с меня ваших телячьих нежностей.

Шульц прикрыл глаза.

– Ты серьезно? Как скажешь. Но если вздумаешь миловаться на стороне… – В его голосе появилась угроза.

– Не волнуйтесь о моей личной жизни. Слыхали о сублимации? У меня есть томик Крафт-Эбинга.

Толстяк натужно улыбнулся:

– Все, время разговоров вышло. Увидимся вечером.

– До свидания. – Лорелли следила за каждым движением Шульца. Когда он подошел к двери, она сказала: – Пол…

В ее голос прозвучала странная нотка. Шульц настороженно обернулся:

– Что?

– Гарри Дюк сказал… он видел, как вы надеваете петлю мне на шею.

Шульц хлопнул себя по толстым ляжкам и от души расхохотался:

– Так и сказал? Вот собака хитрая! Теперь видишь, что к чему, моя голубка? Он хочет вбить клин между нами.

– То есть он все придумал? – подозрительно спросила Лорелли.

– Гарри – большой шутник. Как расскажет чего – хоть стой, хоть падай. За это я его и люблю. Жаль, что его дни сочтены.

Жесткие глазки Шульца блуждали по лицу Лорелли. Он пытался понять, что у нее на уме.

– Можете драться, – сказала девушка, – можете швырять в меня стаканы, но запомните: я терпеть не могу убийств. Особенно когда пытаются убить меня. Только попробуйте – и вам крышка, Пол. – Это прозвучало так зловеще, что у Шульца отвисла челюсть.

– Не волнуйся так, моя прелесть. И не верь Гарри Дюку. К тому же если бы я собрался тебя убить, то обошелся бы без веревки. – Он шагнул к кровати, глаза как мраморные шарики. – Я бы тебя отравил. Медленно, чтобы помучилась. Смотрел бы, как тает твоя прелестная фигурка. Чтобы от твоего вида даже гробовщик сблевал.

Лорелли рывком села на кровати.

– Убирайтесь! – крикнула она. – Мерзкое животное! Вон!

Настроение Шульца резко улучшилось. Наконец-то удалось напугать эту стерву. Было бы занятно ее отравить. Очень некрасивая смерть.

– Я тоже люблю пошутить, – сказал он. – Когда мы с Дюком начинаем говорить об убийствах, просто не принимай нас всерьез.

Шульц сделал ручкой и вышел из комнаты.

Лорелли откинулась на подушки, ее подташнивало. А что, Шульц действительно может ее отравить. С него станется. Просто добавит яд в пищу, когда сочтет нужным. Девушка потрогала горло. Неужели он правда пытался ее задушить? Если так, нельзя оставаться в этом доме ни секунды.

Раздался звук двигателя. Лорелли спрыгнула с кровати, подбежала к окну и убедилась, что большой черный автомобиль скрылся из виду.

Денек будет жаркий. Она стояла у окна в веселенькой пижамке, чувствуя, как солнце проникает сквозь ткань и ласкает кожу. Ужасно, что придется сидеть дома.

Девушка угрюмо присела на кровать. Она никак не могла выкинуть из головы угрозу Шульца. Мысль о яде расстраивала ее все сильнее.

Лорелли сунула ноги в тапочки и потянулась за платьем. Не хочется весь день проваляться в постели. Слишком жарко. Еще и тревожно. Пора чем-нибудь заняться.

Закурив, девушка еще раз подошла к окну и стала рассматривать вереницу машин, движущихся в сторону Бентонвилля. Она то и дело вспоминала Шульца. Ее терзало смутное предчувствие.

Дверь отворилась, появился Джо.

У него, как и у Лорелли, тоже не было фамилии. Шульц умел находить сирот без роду без племени. Беспризорников, появившихся ниоткуда, никто не будет искать, когда они станут ненужными и исчезнут.

Джо был молод, но опыта у него хватало. Парень не знал, когда родился, да и не стремился узнать. Говорил, что ему то ли восемнадцать, то ли девятнадцать лет. Еще в приюте он привык держаться обособленно и сбежал, когда понял, что может о себе позаботиться.

Год спустя его встретил Шульц. Он предложил парню поработать водителем и не был разочарован: оказалось, Джо умеет помнить добро. Но полного доверия Шульца он так и не добился.

Джо был тощий, даже костлявый, всегда в одних и тех же нестираных фланелевых брюках и кожаной куртке с молнией, вокруг шеи – черно-белый шарф. Волосы короткие, черные, густые – чисто котиковый мех. Джо стриг себя сам, поэтому всегда был какой-то взъерошенный.

Лицо бледное, черты мелкие. А вот глаза хороши: глубокие, черные, с густыми ресницами.

Парень постоял в дверях, равнодушно рассматривая Лорелли. Затем вошел в комнату и тихонько прикрыл дверь ногой.

Лорелли глянула на него через плечо и снова повернулась к окну.

Джо подошел к туалетному столику и принялся рыться в косметике – брал пузырек с духами, откручивал колпачок, нюхал, закручивал, ставил на место, брал следующий.

– Толстый говорил о нас с тобой, – сказала Лорелли.

– Знаю, – ответил Джо и открыл очередной пузырек. Пахнет вкусно. Он капнул духи на пальцы, растер, сложил руки лодочкой, поднес к лицу и сделал глубокий вдох.

– Я начинаю его бояться. – Лорелли снова улеглась в постель.

Джо пресно хмыкнул, выражая крайнюю степень веселья.

– Его? – Он снова хмыкнул.

– Гарри Дюк сказал, что Пол стоял надо мной с веревкой. Скажи, он правда хотел меня убить?

Джо взял ножницы Лорелли и начал подстригать волосы возле ушей.

– Сама-то как думаешь?

– Пол сказал не верить Дюку.

– Интересно, куда бы он дел твой труп? – небрежно бросил Джо, продолжая щелкать ножницами.

– Перестань! – Девушка вздрогнула.

Джо бросил взгляд на Лорелли. Она заметила блеск в его глазах и расслабилась.

– Мне страшно, Джо.

– Что еще он сказал?

Джо положил ножницы на место.

– Говорил, что отравит меня. – Лорелли повернулась на бок, нервно покачивая ногой. Мелькнула полоска красного шелка, Джо взволновался и снова хмыкнул.

– Толстый не разбирается в ядах. Он просто хотел тебя припугнуть.

– Сказал, что ты убил двух человек. Наверное, чтобы мне стало еще страшнее.

– Но не стало же?

– Нет. – Девушку сердило безразличие Джо. – Ты мне об этом никогда не рассказывал. Кто они были? Зачем ты их убил?

– Какая разница? – Джо устал от разговоров. – Не помню. Давай не будем тратить время попусту.

Лорелли поняла, что он ничего не расскажет.

– Куда спешить? Целый день впереди, – недовольно сказала она. – Шульц вернется только вечером.

– Это он сам сказал? Может, решил прокатиться по кварталу?

– Ты что, тоже его боишься?

Джо снова хмыкнул.

Лорелли почувствовала себя увереннее. В бледном бездушном лице, которое смотрело на нее из зеркала, не было ни капли слабости.

После паузы Джо сказал:

– Вообще, я пришел послушать твой рассказ о вчерашнем.

– И только? – насупилась Лорелли.

– Там посмотрим. Сейчас мне нужно знать, почему ты ушла с Дюком.

– Пол напугал меня. Я не знала, что делать. Сам понимаешь, тебя втягивать нельзя. Дюк предложил пойти с ним, вот я и ухватилась за этот шанс.

Джо внимательно посмотрел на девушку.

– Не знаю, зачем ты мне врешь. – Он снова втянул аромат духов. – Я же видел, как ты смотришь на Дюка. Ты позвонила ему, рассказала про Беллмана. Я сам слышал. Так зачем врать?

– Да чтоб тебя! – Лорелли перекатилась на спину.

– Почему ты не осталась с ним? Могла бы.

– Уж точно не из-за тебя, – съязвила девушка. – Я хотела. Ты же знаешь, он настоящий мужик.

– Знаю. – Джо взял помаду и мазнул по руке. – Я думал, больше тебя не увижу. – В голосе не было никаких эмоций, он просто констатировал факт. – Зачем ты вернулась?

– Смешной ты малый. – Лорелли подтянула колени к подбородку. – Разве ты не скучал бы по мне?

– Скучал бы, – равнодушно сказал Джо. – Но я бы привык. Так почему ты не осталась с Дюком?

– Там кое-что произошло.

– Ну-ка подробнее. – Джо взглянул на девушку. – Давай без паники.

– К себе он меня не пустил. Отвез к другу. Они отдали мне спальню, а сами расположились в гостиной. – Лорелли покачивалась на кровати, лежа на спине и глядя в потолок. – В спальне я все время чувствовала чье-то присутствие. С тобой такое бывало?

– Со мной? – Джо покачал головой. – Ну уж нет.

– Я окончательно перепугалась. Там стоял большой шкаф, и в нем кто-то был. Проверять я не стала – распахнула окно, выскочила на улицу и вернулась сюда.

Джо присел на кровать.

– Я уже в курсе, – тихо сказал он. – Прочитал в газете. Тимсона нашли в комнате Каллена с перерезанным горлом.

Лорелли мгновенно выпрямилась и схватила Джо за руку.

– Дай посмотреть, – сказала она. – Про меня там ничего нет?

– Не переживай. – Джо покачал головой. – Может, Тимсон все это время следил за тобой из шкафа. Может, горло себе резал. Говорят, это самоубийство.

Лорелли взяла парня за руку, маленькую и теплую.

– Мне страшно, Джо. Давай убежим. Не нравится мне все это, да и к Полу я охладела.

Джо толкнул девушку на постель. Посмотрел на нее, нервно дернул щекой.

– Я с ним разберусь, – тихо сказал он и нежно коснулся шеи Лорелли.

Девушка вздрогнула:

– Ты что затеял?

– Просто думаю. Говоришь, задушить тебя хотел? – Его тонкие паучьи пальцы продолжали ласкать ее шею. – Это он зря.

Лорелли посмотрела ему в глаза и успокоилась. Прижалась к нему, зарылась лицом в мягкую кожу куртки.

Джо улыбался, поглаживал шею девушки и смотрел в пустоту.

Глава четырнадцатая

– Может, его водой облить?

Дюк открыл глаза. Перед ним маячило встревоженное лицо Кейси. Рядом стоял еще кто-то. Свет тусклый, кто именно – не видно.

– Не нужно меня обливать. – Гарри медленно сел. – Я умываюсь раз в день, и этого вполне достаточно.

– Милок, ты цел? – Похоже, Кейси начал успокаиваться.

– Сейчас проверю. – Дюк осторожно ощупал голову. На виске шишка, еще одна – прямо над переносицей. Если нажать, то очень больно. Гарри ругнулся.

– Никак с лестницы свалился? – спросил Кейси. – Наверное, выпить хочешь.

– А как же!

Дюк с трудом поднялся на ноги. Потряс головой, пульсирующая боль локализовалась в висках. Словно молотками долбят. Не торопясь Дюк вернулся в гостиную и уселся на прежнее место. Кейси протянул ему бутылку.

Самогон обжег желудок, и Гарри сразу почувствовал себя лучше.

– Это Джеткин, сосед мой, – сказал Кейси.

Дюк взглянул на тощего долговязого парня и кивнул.

– Что-то мне неважно. Вы уж простите.

– Это само собой. – Джеткин пялился на Гарри, неловко переступая с ноги на ногу. Он что-то жевал и то и дело сглатывал, свирепо морщась.

«Надеюсь, он не табак жует», – подумал Дюк.

– Что ж с тобой случилось, милок? – спросил Кейси. – Иду назад, гляжу – лежишь под лестницей. Перепугался весь. Это ж надо – с лестницы упасть.

Дюк посмотрел на него и покачал головой:

– Кейси, наверху кто-то был. Может, друг ваш? Я решил проверить и получил ботинком в лицо.

– Не может быть. Я тут один живу.

– Думаете, показалось? – Дюк потрогал шишку на лбу.

– Наверху, говоришь? – Кейси и Джеткин переглянулись.

– Пошли, покажу.

Дюк встал, вышел из комнаты, открыл входную дверь. Стало светлее. Он пошел на второй этаж, Кейси и Джеткин за ним.

Наверху Гарри остановился.

– Теперь куда? – спросил он.

Кейси протиснулся вперед и распахнул дверь.

– Ничего тут нет, – сказал он. – Давненько я сюда не залезал.

Дюк заглянул в комнатенку. Окна заколочены, но света из двери хватает, чтобы осмотреться. Пусто. Даже мебели нет.

Гарри мотнул головой и попятился.

Кейси прошел чуть дальше по коридору и открыл следующую дверь.

– Все, это последняя.

Темно, ничего не видно.

– А нельзя ли света добавить? – Дюк начинал терять терпение.

Кейси подошел к окну и потянул одну из досок. Скрежетнули гвозди, в комнате стало светлее. Гарри огляделся. Только старая мебель и прочий хлам. Бросил взгляд на пыльный пол. Повсюду смазанные следы. Здесь кто-то топтался.

– Вот тут он был. – Джеткин ткнул пальцем в пятна на полу.

– Интересно – кто? – Дюк взглянул на Кейси, чувствуя, что закипает. До разгадки тайны Пиндерз-Энд было рукой подать.

– Вот бы узнать. – Кейси задумался. – Что ему тут понадобилось?

Дюк походил по комнате. Осмотрел камин, доски пола, стены, потолок. Ничего, кроме отвратительных пятен плесени.

– Хотел бы я знать. – Он сделал шаг в сторону и почесал в затылке. – А вы тут давно живете?

– Лет шесть как, – помолчав, ответил Кейси. – Пока жена жива была, мы и на второй этаж ходили. Вот тут спальня была. А померла – я здесь все закрыл и вниз переехал.

Гарри еще раз обошел комнату. Джеткин и Кейси с интересом наблюдали за ним.

– Ничего тут нет, – сказал Кейси, словно прочитав мысли Дюка. – Поживиться нечем.

– Что-то должно быть, – коротко сказал Дюк. – Как пить дать. – Он провел пальцами по пыльной каминной полке и внезапно спросил: – А это что?

Присмотревшись, Кейси разглядел две буквы – «Ф. Н.». Он равнодушно пожал плечами.

– Наверное, инициалы прошлого хозяина. Оно уже было там, когда мы вселились.

Гарри Дюк тщательно стер пыль.

– Действительно старые. – Дюк задумчиво провел пальцами по царапинам на дереве. – «Ф. Н.». Что бы это значило?

– Да что угодно, – сказал Кейси. – Этому дому уже лет сто. Метку любой мог оставить.

– Лет сто, говорите? – Дюк цокнул языком. – И стоит, не падает. – Он достал перочинный нож и открыл лезвие. – Не возражаете, если я тоже тут отмечусь?

Кейси и Джеткин переглянулись.

– Да на здоровье, – разрешил Кейси.

Потрудившись пару минут, Дюк сравнил буквы. Стало очевидно, что «Ф. Н.» появились на полке очень давно, – «Г. Д.» рядом с ними походили на свежий шрам. Гарри остался доволен.

– Ладно. Вижу, тут подвоха нет. – Он прошелся по полу, проверяя доски. Все прибиты накрепко. – Под пол заглядывали?

Кейси потряс головой:

– Да нет там ничего.

– Все равно проверим, раз уж мы здесь.

– Уже до нас проверили. – Джеткин кивнул в сторону окна.

Дюк присел рядом с подоконником. Действительно, доску недавно поднимали – фомка оставила на дереве свежие царапины. Гарри наступил посильнее, сунул руку в появившуюся щель и дернул на себя. Под доской не было ничего, кроме штукатурки и потолочных балок.

Гарри чиркнул спичкой и присмотрелся. Вернул доску на место, встал и отряхнул колени.

– Пауки да грязь, – произнес он и передернулся.

– А что вы ищете, мистер? – с интересом спросил Джеткин.

– Без понятия, дружище. – Дюк невесело усмехнулся. – Люблю везде полазить. Особенно в чужом доме.

Джеткин и Кейси снова переглянулись.

Дюк вытащил тридцать восьмой и передал его хозяину.

– Умеете пользоваться?

Кейси взял у него пистолет и повертел в руках.

– Знамо дело. Раньше и у меня такой был.

– Пусть теперь этот при вас побудет. – Дюк внимательно посмотрел на Кейси. – В вашем доме что-то ищут. Вы уж проследите, чтоб не нашли. – Он покопался в кармане и вытащил из кармана скрутку купюр.

Джеткин затаил дыхание.

– Хочу предложить вам работенку, – продолжил Дюк. – Вот сто баксов. Просто никого сюда не пускайте.

Во взгляде Кейси мелькнула враждебность.

– Слышь, милок. Это же мой дом. Я и без твоих денег сюда никого не пущу.

Дюк не ожидал такой реакции.

– Виноват, – сказал он. – Не подумал.

– Тим, ты чего – собираешься от бабла отказаться? – выдохнул Джеткин.

– Заткнись. – Кейси нахмурился. – Тебя тут вообще никто не спрашивал.

– Ладно, парни, – сказал Дюк. – Давайте мне ваши бумажки, да я поехал. Завтра вернусь, еще побеседуем.

Кейси достал пачку документов, Гарри сунул их в карман.

– Беспокоиться не о чем. Сидите на месте, никого сюда не пускайте, остальное – моя забота.

– Хорошо, что ты к нам заглянул, дружище, – сказал Кейси. – Похоже, вытащишь ты нас из этой катавасии.

– Так и задумано. – Дюк пожал протянутую руку и спустился вниз, мужики – за ним.

Вечерело. Солнце садилось за холм, небо над Фэйрвью окрасилось багрянцем.

– Красивый вид, – заметил Дюк, помедлив на ступенях.

– Тут только и красоты что этот вид, – с горечью произнес Кейси. – Привык я к нему.

– Еще бы! Любой привыкнет.

– Провожу вас до машины, мистер, – сказал Джеткин.

– Прекрати! – осадил его Кейси. – Оставь в покое парня и его денежки. Не заработал – не твое.

– Но, Тим, – взмолился Джеткин, – детишкам нужна обувка, а старуха уже полтора месяца как мяса не видала.

– Заткнись! – Кейси повысил голос. – Не нравится – езжай в Бентонвилль на заработки. И на мясо хватит, и на ботинки. Работы полно – иди да нанимайся. Мы в Пиндерз-Энд подачек не принимаем.

– Ладно тебе, – отступился Джеткин. – Парень-то богатый. Дает – так почему не взять? На сто баксов можно много чего купить.

Кейси сплюнул в пыль.

– Проваливай. И скажи старухе, что если ей нужно мясо, ты на него заработаешь.

Джеткин пожал плечами и ушел.

– Вы тут и правда начальник, – удивился Дюк.

– Послушай, мистер, – Кейси спокойно посмотрел на собеседника, – мы тут живем уже долго и счастливо. Жизнь, может, и не самая легкая, но нас устраивает. Многие могли бы махнуть в Бентонвилль, зашибить деньжат, но мы живем так, как нам нравится. И не любим, когда посторонние начинают размахивать деньгами. Кто послабже духом, так вообще расстраивается.

Дюк кивнул.

– Философский подход, – понимающе сказал он. – Что ж, в следующий раз буду помнить.

– Уж не забудь. – Кейси осторожно огляделся по сторонам, вернулся в дом и поманил Дюка за собой.

– Понравилась моя самогоночка? – вдруг спросил он с широкой улыбкой, обнажив крепкие белые зубы.

– А то! Вещь отличная. Но больше я не буду. Еще с того глотка дырки в животе не заросли.

– Могу всю бутылку продать, – шепнул Кейси. – Подожди.

Через мгновение он вернулся. Дюк взял глиняную бутылку, подумал и снова достал деньги. Отсчитал пять двадцаток.

– Дорогое удовольствие.

Купюры исчезли в штанах Кейси.

– Не дороже денег, – сказал он. – Тем более что все включено. – Он хлопнул по карману, в котором лежал пистолет.

– Ну, выпью за ваше здоровье, – сказал Дюк. – А как доведем дело до конца, еще и должен буду.

Кейси просиял.

– Отныне в этот дом никто не войдет. Можешь хоть ставку делать.

– Ну, тогда до завтра, – сказал Дюк, махнул рукой и отправился к машине, сначала по тропинке, потом через поле.

Глава пятнадцатая

Клэр надевала шляпку, когда в кабинет вошел Сэм Тренч.

– Домой? – спросил он, прислонившись к стене и хлопая по карманам в поисках спичек.

– Сперва домой, потом ужинать с Питером.

Сэм раскурил трубку, выпустил огромный клуб дыма и вздохнул.

– Этот парень, Питер Каллен. У вас все серьезно?

– Не ваше дело, Сэм, что у кого серьезно, – улыбнулась девушка. – Вот же любопытный.

– Клэр, – строго сказал Сэм, – ты же мне как дочь. Хочу, чтобы ты была счастлива.

– Я буду счастлива, – уверенно сказала Клэр и похлопала его по руке. – Не беспокойтесь.

– А я беспокоюсь, – настаивал старик. – Хотя тебе виднее. Парень вроде неплохой. Как у него с работой?

– Ну в самом деле, Сэм! – сказала Клэр, пытаясь изобразить гнев. – Какой вы невозможный. Я не позволю вмешиваться в наши дела. Если хотите знать, Питер отлично зарабатывает и планирует открыть собственное дело.

– Планировать и открыть – не одно и то же. У молодежи всегда наполеоновские планы. Вопрос в том, готов ли твой Питер потрудиться.

– С меня хватит, – твердо сказала Клэр. – Если вам нечем заняться, кроме как бурчать на моего парня, лучше нам обоим пойти по домам.

– Просто хочу убедиться, что он тебя достоин, – торопливо пояснил Сэм. – Не подумай, что я против. – Старик почесал небритую щеку мундштуком. – А этот Гарри Дюк… похоже, парень не промах…

Клэр слегка покраснела и начала убирать бумаги в стол.

– Не понимаю, зачем вы упоминаете Питера и Дюка в одной фразе, – сказала она с некоторой холодностью.

– Да так, на ум пришло. – Сэм наслаждался смущением девушки. – Этот Гарри далеко пойдет.

– Если ухитрится не попасть в беду, – ответила Клэр. – Знаете, Сэм, жаль, что Питер о нем такого высокого мнения. Гарри Дюк совершенно безответственный. Творит, что хочет, и совсем не думает о последствиях. Боюсь, как бы он не втянул Питера в историю. Смотрите, как вышло с Тимсоном. Как Дюк пытался скрыть правду. Похоже, он прирожденный обманщик.

Сэм обнаружил, что трубка потухла, и зажег еще одну спичку.

– Вижу, до тебя не дошло, что Дюк выгораживает юного Каллена.

– Выгораживает? Что вы хотите сказать? – Клэр бросила на него резкий взгляд.

– Что хотел, то и сказал. В конце концов, этот парень, Тимсон, пришел в гости к твоему Питеру – иначе как он оказался бы у него в спальне? При желании Гарри Дюк мог просто уйти и оставить Пита разбираться со всем этим.

– Полагаете, Питер имеет отношение к убийству? – холодно произнесла Клэр.

– Не глупи, дорогуша. – Сэм пыхнул трубкой. – Просто говорю, что Дюк замешан во всем этом меньше, чем юный Каллен. Но он вызвался делать всю работу. И по-моему, Питер был совсем не против.

– Какой же вы противный старикан. Но ссориться с вами я не стану. Сами знаете, что ваши слова несправедливы. Питеру нельзя прогуливать работу. В конце концов, у Дюка нет других дел, а подобные занятия ему даже нравятся.

– Я вот что подумал. – Сэм пропустил слова девушки мимо ушей. – Если Каллен так занят, мы сами можем помочь Дюку, ты и я.

– Разумеется, – кивнула Клэр. – Но чем?

Сэм подошел к столу, вытряхнул пепел в корзину для мусора и достал потрепанный кисет.

– Возможно, здесь замешан Беллман, – сказал он. – Давай встретимся с ним, побеседуем. Выясним, есть ли у него соображения насчет Тимсона.

Клэр взяла сумочку.

– Поеду к нему прямо сейчас. Скажу, что я из «Клариона». Возможно, ему есть чем поделиться.

– Не торопись, дорогуша. Лучше дождаться Гарри Дюка. У него может быть другое мнение.

– Не собираюсь я никого ждать, – твердо произнесла Клэр. – Я обещала встретиться с Питером в восемь. Как раз успею добраться до Бентонвилля, пообщаться с Беллманом и не опоздать на свидание. Сама болтать не буду. Послушаю, что Беллман скажет.

– Хорошо, – согласился Сэм. – А завтра соберем еще один совет. Поезжай.

Он направился к выходу.

– Не думайте, что Питер откажется нам помогать, – вдогонку сказала Клэр. – Обязательно поможет, я знаю.

– Ладно, ладно, – отмахнулся Сэм. – Поговори с ним. Я еще посижу. Может, Гарри Дюк заглянет.

Проводив девушку, Сэм ушел к себе в кабинет и вернулся к работе. Он так увлекся передовицей, что потерял счет времени. Когда он взглянул на часы, было уже начало девятого. Он встал, начал прибираться на столе и вдруг услышал, как кто-то входит в редакцию.

Старик выглянул в коридор и увидел Гарри Дюка – тот вертел головой в поисках хоть одной живой души.

– А вот и вы. Прошу ко мне, я вас ждал.

Дюк вошел в кабинет, присел на стол и достал сигару.

– Все уже разошлись?

Сэм с подозрением посмотрел на гостя:

– Что у вас с лицом?

Дюк мрачно улыбнулся:

– Привет из Пиндерз-Энд. Гостей там встречают бутылью самогона и пинком в лицо. Ничего себе местечко, да?

– Рассказывайте.

– Там что-то происходит. – Дюк закурил. – Думаю, вся наша история крутится вокруг Пиндерз-Энд. Знаете парня по имени Кейси?

Сэм кивнул:

– Ага. Знаю, много лет. Хороший мужик. В свое время у него была отличная ферма, да что-то пошло не так. В любом случае он в тех краях за главного. Встречались с ним?

– Купил у него самогонки. Не желаете стопку?

– Помню, помню его пойло. – Лицо Сэма просветлело. – У вас с собой?

– В машине, – сказал Дюк, спрыгнув со стола.

Когда Гарри вернулся, Сэм поставил на стол два стакана и забрал бутылку. Вытащив пробку зубами, принюхался.

– Я этот спотыкач вслепую распознаю, – произнес он, наполняя стаканы. – Теперь главное – к супруге близко не подходить. Спиртное на дух не переносит. Ну, будем.

Они сдвинули стаканы.

– Как успехи, сынок? – спросил Сэм, с умиротворенным лицом потягивая напиток.

– Берман опротестует уведомления о выселении. Кто-то хочет, чтобы жильцы съехали из Пиндерз-Энд. Мне же интересно, чтобы они там пока оставались, – и чужие шастать не начали.

Сэм допил свой напиток.

– Что вы собираетесь делать дальше? – спросил он.

Дюк почесал в затылке.

– Завтра поеду к Кейси и разберу его лачугу до фундамента, – сказал он. – Не удивлюсь, если в доме что-то спрятано. А вы чем занимались?

– Собирал информацию по Спейду, – ответил Сэм. – Очень интересный тип. Владеет несколькими домами в Бентонвилле. Заправляет игорным синдикатом, регулярно жертвует деньги в «Полицейский спортивный фонд». Сами понимаете, что это значит. Все про него слыхали, но никто даже мельком не видел.

Дюк задумчиво потрогал свой нос.

– И я никогда его не видел, хотя живу в Бентонвилле последние пару лет.

– Всю работу делает Коррис, а все барыши достаются Спейду. А ведь он не так давно в деле. Любопытно, да?

– Наверное, стоит повидаться с Коррисом, – ответил Дюк. – Но сначала с Беллманом.

– Совсем забыл. Сегодня вечером Клэр собиралась его навестить.

Гарри уставился на старика и отрывисто произнес:

– Это еще зачем?

– Не беспокойтесь, – заторопился Сэм, заметив ледяной взгляд Дюка. – Возьмет интервью для «Клариона». Может, ей удастся что-нибудь разнюхать.

Дюк резко встал, оттолкнув кресло.

– Не нравится мне это. Беллман – клиент с подвохом. Вполне может выудить из нее больше, чем расскажет сам. Когда у них встреча?

– Клэр уехала примерно час назад. В восемь у них с Калленом свидание, так что сейчас она, скорее всего, беседует с Беллманом.

– Все, выезжаю. – Дюк толкнул шляпу на глаза. – Вы, случайно, не знаете, где у них с Питом встреча?

Сэм покачал головой:

– Клэр не говорила.

– Что ж, загляну к Беллману. Надеюсь, девчонка не успела расколоться.

– Она умненькая, – уверенно сказал Сэм. – Умеет держать язык за зубами. В нашей работе без этого никак.

Дюк повернулся к двери, и тут зазвонил телефон. Сэм снял трубку.

– Говорит Каллен. Это вы, мистер Тренч?

– Да. Как раз собирался уходить.

– Скажите, Клэр не у вас? А то я жду, а ее все нет.

Сэм изумленно захлопал глазами.

– Она уехала часа полтора назад.

Дюк перегнулся через стол и отобрал у него трубку.

– Это Гарри. Пит, ты где?

– Дома. Что-то случилось?

– Не знаю, но выясню. Никуда не уходи, я уже еду. – Дюк бросил трубку на рычаг.

– За вами, молодыми, не угонишься, – сказал Сэм.

Дюк навис над ним.

– Если с девушкой что случится, – холодно сказал он, – я вам такого пинка пропишу, что всех догоните и перегоните. Говорите, умеет держать рот на замке? Может о себе позаботиться, да? Ну посмотрим.

И он выбежал из кабинета.

Глава шестнадцатая

Дюк домчался до Бентонвилля за двадцать минут. Большую часть пути он гнал со скоростью семьдесят миль в час. Дорога прямая, машин почти нет, плюс повезло не нарваться на полицейский патруль.

Не заезжая к Питеру, Гарри направился в «Ше Паре».

Он оставил машину в квартале от заведения, прогулялся вперед. Увидел неоновую вывеску клуба и свернул в переулок, ведущий к дворовому фасаду.

Полюбовался силуэтом здания на фоне звездного неба. Разбежался, подпрыгнул и ухватился за край стены, которая высилась сразу за черным ходом. Секунду повисел на пальцах, подтянулся и спрыгнул на другую сторону, все одним движением. Приземлился жестковато, но бесшумно. С трудом перевел дыхание и задумался, не пора ли сбросить вес.

Несколько минут Гарри стоял, прижавшись к стене, и ждал, пока глаза привыкнут к темноте. Здания снова начали вырисовываться на фоне неба; Дюк присмотрелся и разглядел пожарную лестницу. Поднята, залезть будет сложно. Он огляделся, подобрал палку подлиннее, зацепил лестницу и потянул на себя. Когда смог ухватиться пальцами, дело пошло быстрее.

Забравшись на лестницу, Дюк застыл и прислушался. На главной дороге шумели автомобили, из танцевального зала доносилось еле слышное уханье барабана. Больше ничего. Гарри вынул пистолет и медленно пошел вверх по железным ступеням. Рукоятка приятно холодила ладонь.

Первый пролет заканчивался вровень с окном. Дюк прижал ухо к стеклу, но ничего не услышал. Вытащил нож, осторожно приоткрыл раму, просунул пальцы в щель и потянул вверх. Окно тихонько открылось. Тяжелые шторы мешали; Гарри отодвинул их и вперился глазами в темноту. Скользнул внутрь, закрыл окно и зажег спичку.

Похоже, раздевалка для официантов. В мерцающем свете Дюк увидел стол с кучей шляп и пиджаков, с крюков вешалки свисали нестираные фартуки.

Гарри подошел к двери и открыл ее. В коридоре темно. Где-то внизу еле слышно разговаривают. Он стоял на месте, пытаясь вспомнить, где расположен кабинет Беллмана. Должен быть в передней части здания. Дюк прошел до конца длинного коридора. Направо или налево?

Глянул за угол, увидел еле заметный свет и осторожно направился в его сторону.

Хотя можно и не скромничать, все равно в коридоре никого.

Единственное освещение – сигнальная лампочка на потолке. Увидев двустворчатые двери игорного зала, Дюк понял, что кабинет Беллмана уже близко.

Из дверей вышла парочка, мужчина и женщина. Мужчина держал что-то в руке, и оба смеялись. Они пошли в противоположную сторону, спустились на первый этаж.

Дюк шагнул за угол и быстро пошел к кабинету Беллмана. На лестнице раздались шаги; мужчина в смокинге обменялся с Гарри взглядом и закрыл за собой двери игорного зала.

Дюк распахнул дверь в кабинет Беллмана и быстро вошел внутрь. Темно, хоть глаз выколи. Такого Дюк не ожидал. Он думал застать Беллмана за столом, с включенным светом. Интересно, хозяин отправился домой или просто спустился к гостям и скоро вернется?

Закрыв дверь, Гарри смотрел во тьму и пытался вспомнить, где выключатель. Ощупал обе стены возле дверного проема. Точно не здесь. Снова вынул спички и почувствовал, что в комнате кто-то есть. Он встал как вкопанный, прислушался, но ничего не услышал.

Он попытался вспомнить, как расположена мебель. Слева должно быть здоровенное кресло. Справа и чуть впереди – стол Беллмана. Других препятствий вроде бы нет, споткнуться он не должен. Гарри сделал несколько осторожных шагов вперед и снова прислушался. Ни звука. Снова вперед, потихоньку; если что – он готов мгновенно упасть на колени. Снял пистолет с предохранителя; жаль, что не захватил с собой глушитель. Протянув левую руку, Дюк коснулся поверхности стола и застыл на месте. Ничего не произошло. Тем не менее в комнате кто-то есть. Не тот ли парень, что напал на него в доме Кейси? Было бы забавно, мрачно подумал Гарри. Может, Беллман? Вряд ли. У него духу не хватило бы играть в такие прятки.

Дюк сместился вправо, раздумывая, не пора ли зажечь спичку. Тут и началось. Рядом с ним раздался еле слышный шорох. Дюк машинально рухнул на колени. Что-то рассекло воздух прямо у него над головой, лоб обдало прохладой.

Он сунул пистолет в задний карман и метнулся на звук. Все, как и прежде, – одним движением. Попал в кого-то плечом, и оба упали на толстый ковер.

Нащупал шелк и женские формы.

– Попалась, тихоня! – рявкнул Дюк в темноту и тут же получил удар в челюсть.

Лязгнули зубы, вдогонку прилетел удар коленом в живот. Дюк сложился пополам, чувствуя, как добыча выскальзывает из рук.

Он потянулся в темноту, ухватил край юбки. Это на секунду задержало женщину, Дюк услышал ее испуганное дыхание. Туфля со свистом рассекла воздух, острый носок попал в шею. «Не мой день», – мелькнуло у него в голове. Дюк притянул женщину к себе, прикинул, где должны быть ноги, ухватился и дернул изо всех сил.

Женщина шумно упала на пол и обмякла.

Не разжимая одной руки, Дюк изловчился, пошарил по карманам и нашел спички. Слабое пламя осветило знакомое лицо.

Дюк с интересом смотрел на Лорелли. Та лежала на спине, шумно дыша, и сверлила Дюка свирепым взглядом больших черных глаз.

– Надо бы устроить тебе бой с Льюисом Душителем[2]. Даже без тренировок справишься. – Дюк поднялся на ноги, подошел к двери и щелкнул выключателем.

Лорелли заморгала и медленно села, скорчив гримасу.

– Так и знала, что это вы. Что, обязательно всюду за мной ходить?

Дюк открыл дверь и прислушался. Похоже, грохот от падения Лорелли остался незамеченным. Он снова закрыл дверь и подошел к девушке. Присел рядом.

– Что ты здесь забыла?

– А вам что здесь надо? – огрызнулась Лорелли, поджимая ноги. – Ай! Наверное, позвоночник мне сломали!

Дюк осторожно потряс руку девушки.

– Это пустяки по сравнению с тем, что я сделаю, если не заговоришь. Так что ты здесь забыла?

Лорелли попыталась вырваться, но не тут-то было. Его пальцы впились в мягкую плоть; девушка пискнула:

– Отцепись, подонок! – и замахнулась свободной рукой.

Дюк перехватил ее запястье.

– Ну же! – грубо сказал он. – Что тебе нужно от Беллмана?

Девушка открыла рот, чтобы изрыгнуть очередное ругательство, но вдруг увидела что-то за спиной Дюка и побледнела. Приготовилась завопить, рот ее округлился, и Дюк едва успел накрыть его ладонью.

Не отнимая руки, он глянул через плечо – туда же, куда уставилась Лорелли.

Из-за массивного стола виднелась чья-то рука.

Дюк со свистом втянул воздух.

– Кто это? – тихо спросил он.

Лорелли лихорадочно замотала головой.

– Не ори, – предупредил Дюк и убрал ладонь.

– Не знаю. – Девушка дрожала. – Давайте выбираться отсюда.

– Оставайся на месте.

Дюк отпустил ее и обошел стол.

Беллман лежал на боку, на белом лице его застыла гримаса страха. Рубашка вся в крови, из груди торчит черная рукоятка ножа для бумаг. Хозяин кабинета был мертв.

Лорелли с трудом поднялась на колени – кулаки прижаты к щекам, глаза внимательно следят за Дюком.

– Беллман, – прошептал Гарри. – Его зарезали.

Казалось, Лорелли сейчас завизжит, но ей удалось взять себя в руки.

– Я пошла, – сказала она, вставая на ноги.

Дюк сделал пару шагов, схватил девушку за плечи и толкнул ее в кресло.

– Будешь делать, что скажу, – ровно сказал он. – Сиди и помалкивай.

Он вернулся к Беллману, дотронулся до его руки. Еще теплая. Дюк аккуратно перевернул тело на спину и увидел маленький серебряный портсигар.

Дюк осмотрел его, не прикасаясь. Сердце забилось чуть быстрее. Вещица казалась знакомой, но он не помнил, где мог ее видеть. Дюк вынул носовой платок, поднял портсигар, открыл. И вспомнил. На внутренней стороне крышки была надпись: «Клэр с любовью от Питера».

Гарри обернул портсигар платком и сунул в карман – Лорелли, похоже, ничего не заметила. Он выпрямился, осмотрел пол.

Рядом с ножкой стола что-то блеснуло. Дюк нагнулся и подобрал жемчужную сережку в золотой оправе. Такие же были на Клэр вчера вечером. Он покрылся испариной и бросил взгляд на Лорелли; та беспокойно следила за ним.

– Долго собрался здесь торчать, придурок? – сердито спросила девушка. – Что будем делать, если кто-нибудь зайдет?

И правда, подумал Гарри. Он пересек комнату и закрыл дверь на ключ. Вернулся, обыскал стол, снова взглянул на пол, но больше ничего не нашел.

– Думаю, ты скажешь, что не убивала его. – Он снова посмотрел на Лорелли.

– Что вы такое болтаете? – Девушка гневно выпрямилась. – Я только что пришла.

– Ну, я пришел позже тебя. И ты была здесь одна, с выключенным светом. Откуда мне знать? Может, ты зарезала Беллмана и собиралась смыться, да я помешал?

– А сам-то? – Лорелли побелела от злости. – На меня повесить не получится!

– Получится, – сказал Дюк. – Более того, так я и сделаю, если не заговоришь. Позволь ввести тебя в курс дела. Слыхала о парне по имени Келлз? Кореш Беллмана. Мы с ним – неразлейвода. – Гарри скрестил пальцы. – Он расскажет копам, что Беллман меня ждал. Я захожу в кабинет, ты пытаешься сбежать, а твой ножик – у Беллмана в груди. Как тебе такой расклад?

– Грязный обманщик! – взорвалась Лорелли. – Вы не можете так поступить… со мной!

– Могу – и поступлю. Выбирай: рассказываешь все мне или объясняешься с копами.

– Если расскажу, это вам ничего не даст. С самого начала все пошло наперекосяк, а теперь, когда Беллман мертв, загадка так и останется неразгаданной.

Дюк присел на стол.

– Все вертится вокруг Пиндерз-Энд, верно?

– Да, – поколебавшись, ответила Лорелли.

– Продолжай, и побыстрее. Ты здесь каким боком?

– Никаким. Но пытаюсь встрять. Подслушала кое-что у Шульца.

– То есть Пол все знает?

– Думаю, да. Пол и Спейд.

Снова это имя, подумал Дюк.

– Кто такой Спейд?

Лорелли пожала плечами:

– Парень, на которого работает Шульц.

Вот это новости. Значит, Шульц работает на Спейда. Дело сдвинулось с мертвой точки.

– Что за история с Пиндерз-Энд?

– Сказала же – я ничего не знаю.

– Давай раскалывайся. Не то скормлю копам. Кроме шуток.

– Правда не знаю. Шульц сказал – там целое состояние. Беседовал со Спейдом по телефону, окно было открыто, и я подслушала. Сказал, деньги спрятаны в доме, а где именно – знает Беллман, у него рисунок есть. Добавил, что Беллман купил Пиндерз-Энд. Потом замолчал. Я решила, что он меня почуял, и смылась. Видимо, толстяк хочет заграбастать документы на землю. Больше ничего не знаю.

– Кто убил Тимсона? Ты?

Лорелли испуганно вздрогнула:

– Про Тимсона я вообще без понятия. Когда вы увезли меня от Шульца, я решила, что надо бы вернуться. Как только вы оба заснули, я вылезла в окно и ушла.

– Понял. – Гарри потер нос. – А потом пришел Тимсон, забрался в окно, лег на кровать и умер. Славная байка!

– Но вы должны мне поверить! – воскликнула Лорелли. – Я его не убивала… клянусь!

– Расскажи мне про Спейда.

– Ничего о нем не знаю. – Девушка разволновалась. – Только имя. Его никто не знает, только Шульц.

– И Коррис, – напомнил Дюк.

– Ну да, наверное. – Лорелли посмотрела на дверь. – Я хочу уйти.

– Не возбуждайся, – буркнул Дюк. – Расскажи про рисунок.

– Вы спятили, что ли? Не время его искать! – вспыхнула Лорелли. – И скорее всего, его забрал убийца.

Может, и так, подумал Дюк, но промолчал – Лорелли о его мыслях знать не следует.

– Это если убийца – не ты, дорогуша, – напомнил он.

– Опять этот бред. Вы получили, что хотели. Хватит кривляться.

Дюк оглядел кабинет. Обыскивать опасно. Оставит свои отпечатки – пиши пропало, копы повесят убийство на него.

– Ладно, давай выбираться. Можем пойти вместе. У меня еще много вопросов.

– Не дождетесь, – решительно сказала девушка. – Если Шульц узнает о нашем разговоре… – Она вспомнила бешенство Шульца и его слова про яд.

– Ловко ты его обула, – усмехнулся Дюк. – Итак, Беллман больше не помеха. Как считаешь, кто теперь накинется на Пиндерз-Энд? Кроме тебя, конечно.

Лорелли подумала.

– Ну… Спейд и Шульц… и, наверное, вы.

– Вот умница. Теперь скажи, кто в итоге сорвет куш?

Девушка пытливо посмотрела на Дюка:

– Хотите услышать свое имя, да? Не уверена. Говорят, Спейд не дурак.

– Я и про себя такое слышал, – ответил Гарри. – Думаю, нам с тобой не помешает объединить усилия. Разделим все по-честному.

Лорелли вспомнила про Джо. Станет ли он работать с Дюком? Представить этих двоих вместе было сложно.

– Мне нужно подумать, – тихо произнесла девушка.

Уйти они решили через парадный вход. Когда проходили через зал, появился Келлз. Дюк помахал ему, Келлз изумленно раскрыл рот.

– Привет, – сказал Дюк. – Как поживает Беллман?

– Не жалуется. – Келлз сверлил девушку взглядом. – А что, хочешь с ним повидаться?

Дюк мотнул головой:

– Хотел ваши столы обновить, да вот эта пышка мордаху воротит. Не любит, когда я играю.

Келлз снова посмотрел на Лорелли.

– А вы знакомы? – спросил Дюк. – Я думал, знакомы. – Он повернулся к девушке, та сделала шаг назад. – Это Лью Келлз. А это – Лорелли. Не Лорелли Монтгомери или Лорелли Спивак. Просто Лорелли. Говорит, что вылупилась из яйца.

– Рад встрече. – Келлз выудил спичку из кармана жилета и принялся ковырять в зубах.

– У Лью проблемы с памятью, – произнес Дюк. – Видишь, даже не помнит, ел или нет. Приходится проверять. Нашел что-нибудь, Лью?

Келлз нахмурился:

– Мне нужно поговорить с тобой. Пусть девушка где-нибудь посидит.

– У нас сегодня дела. – Дюк покачал головой. – Важные и срочные. Увидимся завтра.

– Мне нужно поговорить с тобой, – повторил Келлз с каменным лицом.

Дюк что-то шепнул ему на ухо.

– Да ты что? – воскликнул Келлз, вытаращив глаза.

– Сам видишь, тут медлить нельзя.

– Это уж точно! – Келлз отступил и взглянул на Лорелли с таким выражением лица, что девушка залилась краской.

На улице она спросила:

– Что вы сказали этому ворюге?

Гарри похлопал ее по руке:

– Это не для женских ушей. Ты лучше думай о моем предложении. Вскоре поезд тронется, не успеешь запрыгнуть – пожалеешь. Давай беги. И смотри, чтобы Пол не свернул тебе шею.

Не дожидаясь ответа, Дюк повернулся и зашагал к машине.

Глава семнадцатая

Сержант О’Мэлли сидел за столом, изучая спортивный листок. На кого бы поставить?

Двое патрульных, Стоун и Флеминг, лениво развалились на деревянной скамье и тихонько переговаривались. Их смена начиналась в десять.

Наконец О’Мэлли определился с выбором, сложил газету и поднял глаза на подчиненных.

– Рассвет мне нравится. Пожалуй, поставлю на него.

– Выиграли что-нибудь сегодня, сержант? – спросил Флеминг.

– Ага. Ставил на Нагани. Шесть к одному. Дюк посоветовал.

– Он прямо кудесник, – сказал Стоун. – Наверное, кучу денег на скачках зашибает.

– Очень смышленый, – кивнул О’Мэлли. – Я в этом месяце пару сотен поднял, все на его подсказках. Мог бы и штуку заработать, да храбрости не хватило.

– Такой у него дар, – произнес Флеминг. – Мне бы его удачу.

– Удачу, говоришь? – Стоун утерся тыльной стороной ладони. – У Дюка мозги на месте. А если жокей знает, что Дюк поставил на его лошадку, то старается изо всех сил. Боится. Вот и вся удача.

Оба рассмеялись.

– Точно, он малый крутой, – сказал О’Мэлли.

– Есть новости по Тимсону, сержант? – поинтересовался Стоун.

О’Мэлли помотал головой:

– Делом занимается капитан. А я думаю, это подстава.

Патрульные переглянулись.

– Вы о чем? – спросил Флеминг.

– Каллен рассказал какую-то нелепицу, верно? Еще и волновался сверх меры.

– Считаете, тот парень себя не убивал? – уточнил Стоун.

– Спрашивайте капитана. Пусть он расскажет.

Снаружи взвизгнули тормоза. Мгновение спустя в участок влетел Тод Коррис – черный костюм, белая рубашка, желтый галстук. Невысокий, бледный, черты лица заостренные, на костлявом носу – очки в серебряной оправе.

– Доброго вам вечера, господин Коррис, – просиял О’Мэлли. – Чем могу служить?

– Для начала перестань лакейничать. Где Гэллахан?

– У себя, сэр. – О’Мэлли тяжело поерзал на стуле. – Желаете с ним побеседовать?

Не ответив, Коррис исчез в кабинете начальника полиции.

О’Мэлли взглянул на патрульных.

– Рано или поздно этот клоун проколется. Жду не дождусь. Поймаю – вот он у меня попляшет. – Лицо сержанта было красным от ярости.


Увидев Корриса, капитан поднялся из-за стола:

– Не ожидал. Что-то случилось?

– Пока нет. – Коррис пожал протянутую руку. – Но расслабляться не стоит.

Гэллахан указал на кресло.

– Сигару? – предложил он, пододвигая к нему коробку.

– Только не эти вонючки, – сказал Коррис. – Доставайте-ка особые.

Поморщившись, Гэллахан полез в ящик стола.

– Слишком много вы знаете о нашем участке, – сказал он, пытаясь отшутиться, и протянул гостю другую коробку.

Коррис взял сигару, откусил кончик белыми острыми зубами и сплюнул в угол. Закурил, пристально посмотрел на капитана.

– Ну, что слышно?

Гэллахан сел.

– Жду новостей от мистера Спейда, – настороженно сказал он. – Док говорит, что Тимсона убили.

– И?.. – Коррис выпустил тонкую струйку дыма. – Как он это выяснил?

– Убили ударом по голове, а горло перерезали через несколько часов после смерти. – Гэллахан заметно беспокоился.

– Вы же не станете принимать отчет доктора Гольдстина всерьез, верно? – спросил Коррис.

– Почему нет? – озадачился капитан. – Разве он не патологоанатом?

– Знаю. Но Тимсон покончил с собой. Именно так говорит мистер Спейд.

– Погодите… – Гэллахан подался вперед. – В отчете Гольдстин пишет…

– Отчет у вас? Дайте-ка взглянуть. – Коррис протянул руку.

Гэллахан выдвинул ящик стола, достал бумажную папку и передал ее гостю.

Коррис углубился в чтение. Десять минут капитан с волнением следил за ним, не двигаясь и не говоря ни слова.

– Да он рехнулся! – Коррис разорвал папку пополам, не сводя жестких глаз с озадаченного лица капитана.

– Что вы творите? – Гэллахан вскочил.

– Вы же не хотите, чтобы неверный отчет попал в чужие руки? – улыбнулся Коррис.

– Это не шуточки. Нельзя рвать документы.

– Вот вам компенсация. – Коррис бросил на стол листок бумаги.

Гэллахан взял листок, присмотрелся. Чек на его имя, подписан Коррисом. Пять тысяч долларов.

Мужчины обменялись взглядами, Гэллахан ухмыльнулся:

– Гольдстина придется подмазать. Он очень серьезно относится к работе.

Коррис стряхнул пепел на ковер.

– Передайте ему, что он ни черта не смыслит в своем деле. А если думает иначе, однажды ночью к нему зайдут. Почесать спинку… «розочкой». Это тоже передайте.

Гэллахан расстегнул воротник.

– Об этом я позабочусь, – проговорил он, убирая чек в карман.

– Уж что-что, а убийство вам точно не нужно, – продолжал Коррис. – Тем более первое убийство в городе. В следующем году выборы. С хорошим послужным списком вполне можно баллотироваться. Ну а если кто наложил на себя руки – к вам никаких претензий. Самоубийца сам виноват. Кстати, хорошее название для книги, не находите? – Коррис встал. – Ну, мне пора. Скоро зайду снова.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Насчет выборов вы правы, – задумчиво сказал Гэллахан. – Знаете, я всегда хотел пойти в политику. Но больно уж это дорого.

– Мы все устроим, – беспечно сказал Коррис. – Следите за статистикой, а выборы – наша забота. Но если Бентонвилль захлестнет волна преступности… – Гость сделал паузу. – Мистер Спейд может и передумать.

– Мистер Спейд действительно готов меня финансировать?

– Вы меня слышали. Особенно про статистику. Или у вас пробки в ушах?

– Превосходно, – сказал Гэллахан, потирая руки. – Спейд известен как человек слова, а разгула преступности у нас не ожидается. И раньше не было, и сейчас предпосылок нет.

– И не будет. Главное – правильно делайте свою часть работы. – Коррис тонко улыбнулся. – Хорошо. Расскажу начальству, как обстоят дела.

Он направился к двери, но вдруг остановился и оглянулся на капитана.

– Слышали о некоем Беллмане?

– Из «Ше Паре»? Конечно.

– Да, именно о нем.

– Не просто слышал. Мы хорошо знакомы.

– Он когда-нибудь делал пожертвования в ваш спортивный фонд?

– Нет… – Гэллахан мигнул. – Он не особенно интересуется спортом.

– Это точно. Знаете, что с ним случилось?

– Случилось? Что-то не так?

– Совершил самоубийство несколько часов назад. Может быть, Келлз стесняется ваших парней, потому и не рассказывает. Вы, конечно, знаете Келлза?

Гэллахан застыл на месте.

– Беллман? Самоубийство?

– По крайней мере, мне так сказали. Может быть, слух. Сами знаете, слухами земля полнится.

На столе Гэллахана затрезвонил телефон. Не сводя глаз с Корриса, капитан схватил трубку.

– Да? – Постоял, послушал. – Сейчас буду.

Коррис снова стряхнул пепел на ковер.

– Наверное, это был Келлз? – вежливо поинтересовался он.

– Келлз, – мрачно подтвердил Гэллахан. – Говорит, Беллмана убили. Зарезали, примерно час назад.

Коррис поцокал языком и вполголоса произнес:

– Нужно будет послать ему венок.

– Вижу, у вас хороший информатор. – Капитан продолжал смотреть на Корриса. – Как вы узнали?

– Это слова копа, а не будущего политика, – мягко упрекнул его Коррис.

Оба помолчали.

– Но Келлз говорит, что произошло убийство, – задумчиво сказал Гэллахан.

– Не удивлюсь, если ваш доктор с ним согласится. Ничего страшного, всем случается ошибаться. – Коррис неторопливо пошел к выходу. – Мистер Спейд уверен, что это самоубийство. Вы же знаете, кому верить, правда?

Он вышел и закрыл за собой дверь.

Гэллахан смотрел в одну точку, рот его подергивался, челюсть отвисла. Дверь отворилась, Коррис снова заглянул в кабинет.

– Кстати, капитан. Если вы недовольны своим патологоанатомом, гоните его в шею. Найдем вам нового.

Прежде чем Гэллахан ответил, Коррис вышел из участка, не обратив внимания на О’Мэлли, замершего в почтительной позе.

Глава восемнадцатая

Стоя в коридоре, Питер Каллен наблюдал, как Дюк поднимается по лестнице.

– Клэр с тобой? – требовательно спросил он.

В вечерней полутени лицо Питера казалось еще более бледным.

– С какого перепугу?

Дюк оттолкнул его и прошел в комнату.

Питер последовал за ним и закрыл дверь.

– Ты же весь день пробыл в Фэйрвью, так? Чем ты занимался? Клэр была с тобой, верно? – взволнованно выспрашивал Питер.

– А теперь послушай, – холодно сказал Дюк. – Хватит с меня твоей болтовни. Завязывай. Я не видел Клэр весь день. Сэм сказал, что вы собирались встретиться.

– Так где же ты был, черт тебя дери? Бросаешь трубку без объяснений, я уже полчаса себе места не нахожу. Не говори, что ты прямиком из Фэйрвью, – не поверю.

– Ради всего святого, возьми себя в руки, – повысил голос Дюк. – Сэм также сказал, что Клэр сначала отправилась к Беллману, а уже потом собиралась к тебе.

– К Беллману? – переспросил Питер. – Почему она так долго? Уже три часа прошло.

– Я только что из «Ше Паре». Клэр там нет.

– Только что? – Внезапно Питер сжал кулаки и шагнул вперед. Его глаза налились кровью. – Что ж ты по телефону не сказал, где она? Я бы добрался туда вдвое быстрее!

Дюк озадаченно моргнул. И правда, ему и в голову не пришло отправить Питера к Беллману. Узнав, что Клэр может быть в опасности, Гарри не раздумывая бросился ей на помощь.

– Об этом я не подумал.

– Вот этого я тебе никогда не прощу. – В гневе Питер схватил Гарри за лацканы пиджака. – Если с ее головы хоть волос упадет, я…

Глаза Дюка полыхнули, он грубо толкнул Питера. Тот пошатнулся, но не упал и приготовился к драке.

– Ой, перестань, – сердито сказал Дюк. – Остынь уже. Если Клэр попала в передрягу, затевать мордобой – не лучшее решение.

Помедлив, Питер опустил руки, но продолжал свирепо смотреть на Дюка.

– Ты об этом пожалеешь.

– Ладно, ладно, – нетерпеливо сказал Дюк. – Мы с тобой ведем себя как дети. Садись, дай расскажу.

– Какое садись! – взорвался Питер. – Сейчас я поеду к Беллману и оторву ему башку! – Он схватил шляпу и рванул к двери.

– Беллман мертв, – тихо сказал Дюк.

Питер застыл на месте.

– Мертв? Как… Что случилось?

Дюк протянул ему портсигар и сережку.

– Знакомые штучки?

Питер повертел их в руках и встревоженно взглянул на Дюка.

– Это вещи Клэр. Откуда они у тебя?

– Нашел под трупом Беллмана. Он лежал на полу с ножиком в груди. Я его подвигал, хотел проверить – вдруг остались какие-нибудь следы. И вот пожалуйста.

Питер покрылся испариной.

– Кто-нибудь их видел?

– Нет. – Дюк мотнул головой. – Хорошо, что я нашел их до приезда копов. Иначе они могли бы повесить убийство на Клэр. Сам знаешь, что Гэллахан придурок.

– Так где она? Ты же не думаешь, что… – Питер замолчал.

– Не думаю, – отрезал Дюк. – Но она могла перейти дорогу убийце Беллмана. Согласись, ситуация щекотливая. У меня осталась пара дел, а ты свяжись с Сэмом. Узнай, может, Клэр вернулась на работу или домой. Не думаю, что это так, но хотя бы время нам сэкономишь. Сам лучше побудь дома, – возможно, Клэр придет сюда.

– Думаешь, я смогу спокойно сидеть дома? – Питер все никак не мог угомониться. – Черта с два! А ты куда намылился?

– Я? – рассеянно произнес Дюк. – Сказал же – у меня пара дел. И они не имеют отношения к Клэр. Она – твоя забота.

– Что за дела? – настаивал Питер. – Гарри, послушай. Сейчас не время для недомолвок.

Дюк пожал плечами:

– Напомню, что нам с тобой светит срок за убийство, которого мы не совершали. А теперь и Клэр хотят привязать к трупу Беллмана, – возможно, это дело рук того же парня, что подставил и нас с тобой. Наши проблемы я буду решать сам, а ты займись Клэр.

Питер хотел возразить, но Дюк уже бежал вниз по лестнице.

Ситуация с Клэр, конечно, нехорошая, но в первую очередь нужно понять, что к чему в Пиндерз-Энд. Это место – источник всех неприятностей. Если разобраться с ним, остальные проблемы рассосутся сами собой.

Дюк прыгнул в машину и отъехал от дома Питера. Он напряженно думал.

Спейд! Вот кто кукловод в этом театре. Великий и ужасный Спейд. Если удастся найти и расколоть Корриса, есть шанс разузнать про его босса. Этим и нужно заняться. Второе дело оставить на потом. Дюк подумал, что Келлз может подсказать, где скрывается Коррис.

Он свернул в переулок и остановился у скобяной лавчонки. Прошел по аллейке, обогнул угол здания и оказался у черного хода. Постучал, достал сигару и закурил.

Дверь открылась, в проеме маячила высокая худощавая фигура.

– Привет, – произнес Дюк. – Есть работенка, Элмер.

– Ну и время ты выбрал. – Элмер шагнул в сторону. – Ладно, заходи.

Темный коридор вел в гостиную. Жена лавочника возилась с ужином. Удивленно посмотрев на гостя, она узнала Дюка и улыбнулась. Высокая, миловидная, чуть старше двадцати.

– Заглянули на огонек, мистер Дюк? Прошу за стол, еды на всех хватит.

– Если по-быстрому – я только за, – ответил Гарри. – Сегодня нам с Элмером нужно поработать.

– А не поздно? – спросил Элмер.

Он был немолод, и Дюк тщетно силился понять, почему молоденькая Роза решила выйти за него. Нет, Элмер – мужик нормальный. Только высохший весь, тощий как жердь и в отцы ей годится.

– Нужно доставить посылку. – Гарри уселся за стол и пододвинул тарелку. – Сегодня, и как можно скорее.

– Тебе хорошо, бездельнику, – заворчал Элмер. – Я-то весь день пашу как проклятый, а ты валяешь дурака. А вечером заявляешься со своими выдумками. Чего днем не пришел?

– Думаю, ты не захочешь, чтобы Гэллахан пронюхал о нашем дельце, – ухмыльнулся Гарри. – Потому и отложил на вечер.

Роза уже собиралась подавать стейк, но остановилась и тревожно взглянула на Дюка. Тот расслабленно махнул сигарой:

– Не волнуйся. Ему такое не впервой.

– Ну давай же, дорогая, – перебил его Элмер. – Ужинать пора.

– Вы, мужчины, только о еде и думаете. – Роза поставила на стол увесистый тибоун с жареной картошкой и кукурузными початками.

– Красотища, – сказал Дюк и бросил недокуренную сигару в дверцу печи.

Роза сняла передник и присела. Посмотрела на Дюка, перевела взволнованный взгляд на мужа.

– Когда ты уже за ум возьмешься? – сказала она.

– Не глупи, – коротко ответил Элмер. – Если знаешь иной способ заработать на твои платья – расскажи. – Он посмотрел на Дюка. – Так чего ты хочешь?

– Три автомата, шесть винтовок, ну и тридцать восьмых до кучи. Плюс патроны, – сказал Гарри с набитым ртом.

Такое озадачило даже Элмера. Бросив нож с вилкой, он изумленно уставился на Дюка.

– К войне готовишься?

– Типа того. Ешь давай, а то остынет. К тому же я спешу.

– А ты не спеши. Я такое устроить не смогу. Три «томми-гана»?

– Плюс шесть винтовок и, скажем, десяток тридцать восьмых. Конечно сможешь.

– Где же, по твоему мнению, я их возьму? – сказал Элмер, яростно терзая мясо ножом. – У меня здесь что, оружейный склад?

Дюк посмотрел на Розу и улыбнулся:

– Милая, у тебя не осталось того виски, что мы пили в прошлый раз? Если, конечно, Элмер все не вылакал.

Роза пошла к буфету и принесла черную бутылку. Посмотрела на Элмера.

– Гостю наливать? – спросила она с улыбкой.

– А куда деваться? Приходит, понимаешь ли, среди ночи, пьет мой виски и несет чушь про «томми-ганы». Ну что за человек! – Элмер сокрушенно покачал головой и снова занялся стейком.

Роза налила Дюку виски, разбавлять не стала.

– Как ты сошлась с этим брюзгой, ума не приложу, – сказал он и похлопал ее по руке. – Если захочешь сбежать, знай – я готов тебя приютить.

Элмер оторвался от тарелки; на тощем лице появилась широкая ухмылка.

– Вот, родная. Последний шанс. У этого парня денег куры не клюют.

– Ты мне пока не надоел, – рассмеялась Роза, одарив мужа таким взглядом, что Дюк даже удивился. Было ясно, что она без ума от этого костлявого старика.

– Ну ладно, ладно. – Элмер весь лучился от удовольствия. – Теперь хотя бы знаешь, к кому податься, когда надоем. – Он бросил взгляд на Дюка. – А тебя порадовать нечем. Могу устроить винтовки, но «томми-ганы» – увы.

– Брось. – Дюк с сожалением проглотил последний кусок. – Не прибедняйся. Ты же на прошлой неделе купил три «томпсона» у копов. И не говори, что уже продал. Не поверю.

– Все-то ты знаешь, – нахмурился Элмер. – Скажу сразу, все не продам. Один – еще куда ни шло. Другим тоже надо.

– Забудь про других. Я заберу. Плачу, сколько скажешь. И через три недели верну. Как тебе такой вариант?

Элмер поколебался.

– Ну, если вернешь – можно и подумать, – наконец произнес он. – На кой черт тебе такой арсенал?

– Не твое дело, – ответил Дюк и встал из-за стола. – Давай уже поехали.

– Только ж поели. Что, и передохнуть не дашь? – проворчал Элмер, поднимаясь на ноги. – Это влетит тебе в копеечку.

– Плачу штуку. За маслины добавлю, но по уму, – спокойно сказал Дюк. – Надумаешь меня обобрать – уведу жену.

– Как скажешь. – Элмер довольно засопел. Он и раньше работал с Дюком и знал, что ему можно доверять. – Загружаем?

– Ага. Только в твою машину. Как закончишь, отвези все в Пиндерз-Энд. Местечко в Фэйрвью, знаешь?

– Пиндерз-Энд? – переспросил Элмер. – Что ты затеял?

– И перестань уже лезть с вопросами, – раздраженно сказал Дюк. – Как привезешь, спроси Кейси. Передай, что стволы от меня и пора готовиться к неприятностям. Не пускать к себе никого, кроме полиции. Сделаешь?

Элмер почесал в затылке:

– Ну и кашу ты заварил! А если стволы попадут к копам? Меня же сразу вычислят.

– Не трусь, не попадут, – успокоил его Дюк. – Кейси не дурак, не подпустит легавых к твоим пушкам.

– Не нравится мне все это. Но тебе я отказать не могу. Дураком родился – дураком помру.

– Отлично! Чек пришлю утром, договорились?

– Ну, пока что ты меня не кидал. Договорились. Но лучше наличкой. Не люблю чеки.

– Да как угодно, – ответил Дюк. – Ладно, побегу. Занимайся. И побыстрее, тамошним парням пригодится твое добро.

– Куда собрался? Хоть помоги загрузиться. Я не молодею, знаешь ли.

– Жена поможет. У меня встреча. – Дюк хлопнул Элмера по костлявой спине и прошел в кухню. – Роза, мне пора. Ты уж подсоби старику. – Он плеснул виски, проглотил, покивал. – Вот это вещь. Как-нибудь вечерком зайду допить.

– Без вас не закончится, – пообещала девушка.

– Так и будешь всю ночь шептаться с этим бездельником? – крикнул Элмер из коридора. – Пошли, поможешь с ящиками.

– Увидимся, – сказал Дюк и вышел на темную улочку.

Дойдя до машины, он заметил темную фигуру в одном из дверных проемов и замедлил шаг, рука скользнула к кобуре.

В свете фонаря блеснули серебряные пуговицы. Дюк оставил пистолет в покое.

Гэллахан неторопливо подошел к автомобилю.

– Дюк, ты?

– Мистер Дюк. Обращайся по форме, легаш, – сказал Гарри, садясь за руль.

– Что ты здесь делаешь?

– Кто, я? – Дюк уставился на шефа полиции. – Приехал с Розочкой повидаться.

– Поясни.

– Что, не знаешь миссис Робертс? Хорошая девчонка. Замужем за одним стариканом… он, похоже, уже на ладан дышит. Мало ли что, понял?

Гэллахан потер подбородок:

– А где Каллен?

– Понятия не имею. Может, дома. А может, где с дамочкой. Молодой, прыткий.

– Я все думаю про Тимсона. Не нравится мне ваша история.

– Забивал бы я голову твоими проблемами, – сказал Дюк, – перестал бы везде успевать. Что взять с того Тимсона? Человек, который режет себе горло, жалок и ничтожен. Нечего о нем думать. Я бы, например, забыл.

– Беллман – твой приятель, так?

Дюк прищурился. Значит, Гэллахану уже доложили.

– Никак нет, – вежливо ответил он. – Какая мне польза от его дружбы?

– Ты, случаем, не был сегодня в «Ше Паре»?

– Заглядывал. Поздоровался с Келлзом. Неплохой, кстати, парень.

– А Беллмана не видел?

– Сегодня нет, – ответил Дюк и с тревогой подумал, что в кабинете остались его отпечатки.

– Уверен?

– К чему ты клонишь? Будь мужиком, говори как есть. – Дюк повысил голос. – Что там с Беллманом?

– Он мертв, – сказал Гэллахан.

– Как так? Его застрелили?

– Похоже, самоубийство. – Гэллахан сплюнул в канаву. – Двое, меньше чем за сутки. Заразная болячка.

– Ну и ну, – удивленно произнес Дюк. – Такой парень, как Беллман, и сам себя порешил? Даже не верится.

– Не верится? – Гэллахан заложил большие пальцы за кожаный ремень. – Вот и я не верю. Тем не менее это было самоубийство.

Он окинул Дюка тяжелым взглядом и пошел прочь. Дюк завел мотор.

В голове крутилась единственная мысль: нужно разыскать Клэр. Отъезжая, Гарри думал, где она может быть. Пожалуй, нужно спросить Келлза.

Глава девятнадцатая

Лорелли тихонько открыла дверь гостиной и посмотрела по сторонам.

Джо стоял у потухшего камина и бинтовал запястье. Услышав скрип двери, он бросил корпию на пол, сунул руку в задний карман и настороженно оглянулся.

– Что случилось? – шепотом спросила Лорелли. – Нервишки шалят?

Джо спрятал пистолет в карман и ткнул пальцем в бинты.

– Займись, – коротко приказал он.

– Пол вернулся? – Лорелли направилась к парню.

– Нет.

– Что с тобой приключилось? – Девушка протянула руку к запястью Джо, тот отпрянул.

– Аккуратнее. Только что перестало кровить.

Лорелли взяла бинт и увидела, что руки Джо едва заметно дрожат. Посмотрела ему в лицо, отметила бледность и блеск капель пота.

– Садись, Джо, – сказала она. – Рассказывай.

Джо рухнул на тахту. Закусил губу, побледнел еще сильнее. Лорелли испугалась, что он вот-вот лишится чувств.

– Потерпи! Сейчас принесу выпить.

Она метнулась к буфету и налила в стакан бренди. Пока Джо пил, ей пришлось придерживать его голову.

Через несколько минут Джо порозовел и вытер лицо платком.

– Потеря крови, – объяснил он.

Лорелли быстро и аккуратно забинтовала запястье. Уселась поудобнее.

– Вот. Теперь все заживет. Ты только не волнуйся. Как самочувствие?

– Нормально, – нетерпеливо сказал он. – У них там пушки.

– Ты про Пиндерз-Энд?

– Да. Хотел влезть в дом, а там мужик этот, Кейси. Стреляет без предупреждения. Хорошо, что не наповал.

– Думаешь, он знает? – Лорелли не сводила с него глаз.

– Похоже на то. – Джо скривился и погладил больное запястье. – А у тебя как дела? Виделась с Беллманом?

– Его убили.

Джо уставился на туфельки Лорелли.

– Рисунок забрала? – наконец спросил он.

– Сказала же – его убили. Не расслышал?

– Ну и что с того? – Джо безразлично пожал плечами. Затем до него дошло. – То есть убили и картинку забрали?

– Думаю, да, – ответила Лорелли. – Иначе зачем его убивать? Времени искать не было. Явился Гарри Дюк и застукал меня там.

– Понятно. – Джо встал и отошел от Лорелли. – У тебя все не как у людей.

– Не дури, Джо. Я не виновата. Как и ты не виноват, что у Кейси была пушка. Просто не повезло.

– Кто его убил? Спейд?

– Не знаю. Когда я пришла, он был уже мертв. Его зарезали.

– Ну и что теперь? – Джо развернулся. – Так нам ничего не светит.

Лорелли вскочила на ноги.

– Раз тебе все так не нравится, просто выйди из дела и оставь меня в покое.

– А ты заткнись! – рявкнул Джо.

Оба замолчали.

– Пожалуй, пойду к Гарри Дюку. Мы уже все обсудили, – проговорила Лорелли. – Он много чего знает и определенно продвинется в этом деле. Объединим усилия и ударим Спейду в спину.

Джо уставился на девушку.

– Ты виделась с Дюком? – крикнул он, срываясь на фальцет.

– Он сам пришел, – торопливо сказала Лорелли. Взгляд Джо ей не понравился. – Подумай, может, и ты к нам присоединишься:

Джо колебался.

– Если об этом узнает Пол… – Он замолчал, не сводя глаз с Лорелли.

– Но ты же ему не расскажешь?

Джо помотал головой:

– Нет. Зачем? – Он беспокойно прошелся по комнате. – Теперь здесь замешан и Гарри Дюк.

Лорелли вернулась на тахту. Она уже начинала жалеть, что проговорилась.

– Сначала Беллман, – бубнил Джо. – Потом Спейд, Шульц, мы с тобой, а теперь и Дюк. – Он прислонился к стене. – Тимсон, Келлз, может, еще и Кейси. Все в курсе.

– Никто ничего не знает, – возразила Лорелли. – Не делай из мухи слона. Все видят только верхушку айсберга. Да и мы с тобой тоже.

– Вопрос в том, – сказал Джо, – что там вообще спрятано? Вот что я пытаюсь понять. Может, там и нет ничего. Мы знаем только то, что Шульц рассказал Спейду. И не скажу, что с тех пор мы продвинулись.

– Вот бы разговорить Шульца, – тихо сказала Лорелли.

– Хорошая мысль, – кивнул Джо с каменным выражением лица. – Я такое умею. – Он прищурился и погрузился в размышления. – Кстати, где он?

– Весь день где-то шляется. – Лорелли посмотрела на часы. Начало двенадцатого. – Он говорил, что вернется пораньше.

Джо сел, чувствуя себя совершенно разбитым, еще и голова разболелась.

– Сегодня я с ним не справлюсь, – сказал он, массируя запястье. Зевнул, провел рукой по коротко остриженным волосам. – Полагаю, потом нам придется его убить.

Лорелли вздрогнула.

– Ну уж нет. Не будем пачкать руки.

Тут она вспомнила, что говорит с убийцей. К горлу подступила тошнота.

– Как ни крути, а придется, – повторил Джо и прилег, оперевшись на локоть. – Потом Спейд. – Он взглянул на Лорелли. – Спейд – важная шишка. Как бы к нему подобраться?

– Не знаю, – мрачно сказала Лорелли.

– Еще одна забота на мои плечи, – сказал Джо, встал и направился к двери. – Пойду-ка я спать. Рука болит. – Он дотронулся до запястья.

– Что скажешь Шульцу? Он же заметит.

– Если и заметит, то завтра. А завтра ему будет не до моей руки. – Джо подошел к двери и обернулся. Его лицо ничего не выражало. – Что касается Гарри Дюка – мы можем обойтись и без него. Мы оба.

– Как пожелаешь, – кивнула Лорелли. – Я просто подумала…

– Знаю. – Он открыл дверь. – Интересно, что ты ему рассказала.

Джо так посмотрел на девушку, что у нее мурашки по спине побежали.

Не дожидаясь ответа, он вышел из комнаты.

Лорелли погрузилась в размышления. Настрой Джо ей совсем не нравился, а Шульца она попросту боялась. Если толстяк узнает о разговоре с Дюком – прикончит как пить дать. Она была уверена, что если кто и сорвет куш, так это Дюк. В нем определенно что-то есть.

Сейчас надо подыграть Джо, а если он начнет борзеть – она пойдет к Дюку. И никаких убийств, решила Лорелли. Если Джо выберет такой путь, лучше переметнуться при первой возможности.

Часы на каминной полке пробили половину двенадцатого. Нет смысла всю ночь ждать Шульца. Он может прийти когда угодно. «Пойду-ка я спать», – решила Лорелли. И тут же за окном зашумел автомобиль, а через минуту в замке повернулся ключ.

Лорелли бросилась на диван и схватила сигарету. В комнату вошел Шульц – скорым твердым шагом, с неестественным блеском в глазах-блюдцах.

Девушка удивленно взглянула на него.

– Заждалась, голубка? – Толстяк подошел к буфету и налил себе виски.

– Я полдня провалялась в постели, – с деланой небрежностью ответила Лорелли. – Так что решила присесть. А вы сегодня припозднились, да?

– Ты, случаем, не пила бренди? – Шульц потрогал бутылку, которую девушка забыла поставить на место. Взял в руки пустой стакан и принюхался. – Развлекалась тут без меня?

Повернувшись к девушке, он подозрительно посмотрел на нее из-под полуприкрытых век.

– Мне было скучно, захотелось взбодриться, – расслабленно произнесла Лорелли. – Вы же не против?

– Бренди… мерзкая привычка. – Шульц подошел к тахте. – Ну и денек! Только подумать, все это время крошка нежилась в постельке.

Он поднял стакан и отпил половину.

На правой манжете Шульца была кровь, еще одно пятно – на локте. Лорелли снова начало подташнивать.

Она испуганно молчала.

Шульц неловко уселся в кресло, беспокойно поводил взглядом по комнате. Глянул на девушку, на дверь, на окно, снова на девушку. Допил виски, – когда поднимал руку, Лорелли снова увидела пятно крови.

– Так-то лучше. – Шульц поставил стакан на пол и пояснил: – Очень хотелось выпить. – Устроился поудобнее и достал портсигар. – А где Джо? – внезапно осведомился он.

– Джо? – Лорелли словно впервые слышала это имя. – Пошел спать. А что?

– Он мне нужен. – Шульц нахмурился, поднялся на ноги и вразвалку направился к двери.

– У него голова болит, – быстро сказала Лорелли. – А я могу вам помочь?

Шульц застыл на месте.

– Вот чудеса! У моей голубки появилось чувство такта. – Он открыл дверь и крикнул: – Джо!

Через секунду Джо отозвался:

– Я тут.

– Спустись-ка, – произнес Шульц.

Он вернулся в комнату и подвинул кресло так, чтобы видеть и Лорелли, и дверной проем. Уселся снова.

– Итак, у Джо болит голова, – улыбнулся толстяк. – А я всегда думал, стоит ли оставлять вас вдвоем. Оба такие молодые, вдруг не устоите перед соблазном.

– Не будьте дураком, – сердито сказала девушка. – Я уже говорила, Джо – совсем ребенок.

– Да, говорила. Помню. – Шульц промокнул лысину платком. – Забавно, если вы решили меня надуть. Я вполне способен защитить свои интересы. Об этом вы не подумали?

Лорелли перекатилась на тахте так, чтобы не видеть Шульца.

– Как же я от вас устала. Ревнивец. Вот в чем ваша беда.

– Вполне возможно. – В голосе толстяка звучало презрение. – В конце концов, я для тебя староват. Но я же был добр к тебе, моя голубка. Правда?

– Не понимаю, к чему вы клоните, – сказала Лорелли. – Думаю, мне пора спать.

– Нет. Тебе нужно кое-чем заняться. Тебе и Джо.

– Сегодня? – вскинулась Лорелли.

Шульц кивнул:

– Дело очень важное.

Дверь открылась, в комнате появился Джо и застыл на месте, бесстрастно разглядывая Шульца.

– Заходи, не бойся. – Рука Шульца лежала на колене, накрытая платком.

Джо посмотрел на платок, перевел взгляд на лицо хозяина, сжал губы.

– Звали? – без выражения спросил он.

– Что за беда с рукой, Джо? Лорелли сказала, у тебя мигрень. А у тебя, оказывается, рука.

– Да порезался, – сказал Джо и прислонился к стене. – Ничего серьезного.

– Понятно. – Шульц дернул себя за губу. – Рулить сможешь?

– Сегодня? – В голосе Джо прозвучали предательские нотки испуга.

– Что вы оба заладили! Конечно сегодня. Прямо сейчас.

– Я поведу, – быстро сказала Лорелли. – Джо хорохорится. Порез очень глубокий.

– Ты у меня всезнайка, да? – Шульц холодно посмотрел на девушку. – Наверное, сама бинтовала?

– А что мне оставалось делать? Звать на помощь? – язвительно спросила Лорелли.

Шульц убрал платок в карман. Разумеется, в руке у него был пистолет.

Молодые люди напряженно замерли.

– Это что за фокусы? – хрипло спросила Лорелли.

– Меры предосторожности. – Шульц помахал пистолетом и масляно улыбнулся. – Вы же знаете, я человек рассудительный. И напомню, что дурить меня – гиблая затея.

– К чему это все? – Джо старался не шевелиться. Ему не нравился холодный, решительный взгляд толстяка. Похоже, Шульц был готов стрелять.

– Не берите в голову. Немного покатаемся, и все. Есть для вас работенка. – Шульц встал, кивнул на дверь. – Пошли. Ты, голубка, поведешь машину, Джо сядет рядом. Сам я устроюсь сзади, а пистолет составит мне компанию.

– Как пожелаете. – Лорелли пожала плечами. – Видимо, придется ехать. Можно, я хоть пальтишко возьму?

– Замерзнуть не успеешь, – улыбнулся Шульц. – Там жарко. Не нужно тебе пальтишко. А ты, Джо, обойдешься без шляпы. Поедете прямо так.

Лорелли беспомощно посмотрела на Джо, тот не произнес ни звука.

Шульц подтолкнул девушку к выходу:

– Пошевеливайся.

– Что вы собираетесь со мной сделать? – спросила Лорелли.

Ее охватила паника. Взгляд у Шульца был нехороший, остекленевший.

– Не будешь слушаться, сделаю тебе больно. И тогда парню придется тебя нести. – Протянув руку, Шульц ухватил бутылку виски за горлышко. – Как стукну тебя по голове твоей прекрасной.

Девушке стало нехорошо, она схватилась за руку Джо. Он вздрогнул и побледнел.

– Непростой у тебя порез, Джо, – мягко сказал наблюдательный Шульц. – Позже займемся и этим. Теперь марш!

На улице было темно, хоть глаз выколи. Лорелли собралась было припустить прочь, но вспомнила, что Шульц – отменный стрелок и настроен решительно, по глазам видно. Она забралась в автомобиль, Джо – за ней.

– Что будем делать? – шепнула она Джо, пока толстяк втискивался на заднее сиденье.

– Не спеши. Рано или поздно он зазевается. Просто подождем.

– Не шепчитесь, – невозмутимо сказал Шульц. – Это невежливо.

И ударил Джо по лицу дулом пистолета.

Прижав руку к щеке, Джо наклонился вперед и со свистом выдохнул сквозь зубы.

Лорелли с ужасом поняла, что Шульц собирается их убить. Она откинулась на спинку сиденья и прижала руки к губам, чтобы не завопить.

– Соберись, голубка. – Шульц коснулся уха девушки стволом пистолета. – А не то я рассержусь.

Дрожащими пальцами Лорелли повернула ключ зажигания.

– Куда едем?

– Ко мне на работу. Жми на газ.

Гонка по ночным улицам обернулась для девушки кошмаром. Вцепившись в баранку, она всматривалась в отблески фар на асфальте. Так бы и ехать во тьме; ведь пока она за рулем, с ней ничего не произойдет.

Ствол пистолета уперся ей в плечо. От острой боли перехватило дыхание, девушка дернулась.

– Ну все, тормози. И не говори, что не знаешь это место.

Лорелли остановила машину и сжалась за рулевым колесом. Джо сидел без движения, наклонившись вперед и закрыв лицо руками.

Шульц вылез из автомобиля и сделал шаг в сторону. Махнул пистолетом:

– На выход. Оба, через эту дверь.

Молодые люди выбрались наружу и встали перед Шульцем.

Джо мучила пульсирующая боль в руке. Если бы не рана, толстяк был бы не страшен, но управиться одной рукой будет непросто.

Шульц швырнул ключ к ногам Джо:

– Иди открывай.

Джо подобрал ключ, отомкнул дверь конторы, вошел и включил свет. Шульц толкнул Лорелли в спину, девушка потеряла равновесие и налетела на Джо.

Толстяк закрыл дверь.

– Через комнату и вниз. И без шуток. Вы у меня на мушке.

Молодые люди пошли вперед, Шульц – за ними. Спустившись по крутой лестнице, они оказались в тускло освещенном подвале. Пахнуло сыростью, виски и пивом – помещение было забито бочками со спиртным.

– Открывай. – Шульц кивнул на люк в полу. – Не бойся, не укусит.

Джо ухватился за железное кольцо и дернул на себя. Крышка оказалась слишком тяжелой, на помощь пришла Лорелли. Наконец люк подался. С растущим беспокойством они посмотрели вниз, в тускло освещенный погреб.

На лице Шульца появилась ухмылка.

– Вниз, оба. Если хотели что-то затеять, сейчас самое время. Предупреждаю – выстрелов никто не услышит. Развлекайтесь на здоровье.

– Пол, так нельзя, – сказала Лорелли. – Что я вам сделала? Зачем мне туда лезть?

– Это ненадолго, – спокойно сказал Шульц. – Я просто хочу знать, где вас искать, когда понадобитесь. Следующие несколько часов я буду занят. Ничего с тобой не случится. Тем более будешь не одна. Ну, прыгай.

Он чуть нажал на спусковой крючок, курок слегка приподнялся.

Лорелли села на пол, свесив ноги в пустоту. Было невысоко, футов двенадцать. Девушка спрыгнула вниз.

– Теперь ты, Джо, – сказал Шульц, пристально глядя на парня.

Джо помешкал, надеясь, что Шульц отвлечется хотя бы на пару секунд, но этого не произошло. Толстяк сверлил Джо напряженным взглядом, не отводя пистолета.

Джо понял, что сейчас рисковать не стоит, пожал плечами и скользнул в погреб.

Оба они смотрели вверх, пока Шульц возился с люком. Внезапно за спиной Лорелли раздался всхлип. Из сумрака появилась человеческая фигура, проскользнула мимо них и скорчилась в углу.

Лорелли завизжала и вцепилась в Джо.

– Не пугайся, – крикнул Шульц сверху. – Знакомьтесь. Дама в углу – мисс Рассел. Та самая Клэр Рассел из «Клариона». У вас будет время поболтать по душам.

Он хохотнул и хлопнул люком.

Глава двадцатая

Гарри Дюк припарковался возле «Ше Паре», вышел из машины и поднял глаза на темное здание.

Откуда-то донесся бой часов. Полночь уже миновала – значит час.

Заведение было закрыто, у главного входа топтались двое полицейских. Они с подозрением наблюдали за Дюком. Один спустился на тротуар и подошел к машине.

– Чего надо? – Коп смерил Гарри взглядом.

– Вот дела. Закрыто, – озадачился Дюк, игнорируя вопрос патрульного. – А что случилось? Я выпить собирался.

– Зайдите-ка внутрь, – мрачно сказал коп. – Может, сержант захочет вас допросить. Ну, давайте.

– Не вопрос. – Дюк пошел за полицейским. – О’Мэлли точно нальет мне стаканчик.

Патрульный внимательно на него посмотрел:

– По-моему, я вас где-то видел.

– Дюк. Меня зовут Гарри Дюк.

– Извините, мистер Дюк. Не признал. Сержант вам обрадуется.

Они подошли к двери. Второй патрульный с интересом рассматривал Дюка.

– Это мистер Дюк, – сказал первый коп. – К сержанту.

– Заходите. – Стоун распахнул дверь. – Он в кабинете, через зал и налево.

Дюк вошел. Второй патрульный, Флеминг, вежливо кашлянул:

– Мистер Дюк, можно вопрос? Завтра бежит Рассвет. Как вам эта лошадка? Сержант говорит – дело верное. Я вот решил подзаработать перед выходными.

– Вернее некуда, – беспечно ответил Дюк. – Лучшая лошадь, пока стоит в конюшне. Выведи его наружу, где не на что опереться, и твой Рассвет сразу грохнется оземь.

Дюк пошел через зал. Патрульные проводили его удивленными взглядами.

Сержант расхаживал по кабинету Беллмана и пыхтел его сигарой. Увидев Дюка, он удивился.

– Здорово, О’Мэлли, – улыбнулся Дюк. – Парни сказали, ты здесь.

– Кого я вижу! – Красное лицо сержанта помрачнело. – Ну и что с номером машины, который ты просил пробить?

– Да забудь. – Дюк блуждал взглядом по кабинету. Тело Беллмана уже унесли. Похоже, в помещении тщательно прибрались. – Миловидная была девчушка, вот я и решил: пусть О’Мэлли меня порадует – после всего, что я для него сделал. – Присел на край стола. – Говорят, ты советуешь ставить на Рассвета.

– А что не так? – О’Мэлли вытаращил глаза.

– Бросал бы ты гадать о фаворитах. Не твое это. У лошадки дыхалка как у старого курильщика. Готтентот – другое дело. Беспроигрышный вариант.

– Вот так сюрприз! – О’Мэлли закрыл глаза. – Я чуть было не поставил на него недельную зарплату.

– В следующий раз не стесняйся спросить. Сам знаешь, я не откажу. С полицией лучше дружить, а не ссориться.

О’Мэлли взглянул на Дюка:

– Значит, все на Готтентота?

– Конечно. Я бы и сам так поступил. Сколько хочешь поставить, штуку?

– Нет у меня штуки. – Сержант прищурился.

А у меня есть. Могу устроить тебе ставку на всю сумму.

После короткой паузы О’Мэлли отвел взгляд.

– Нехорошо, если Готтентот проиграет, – пробормотал он так, чтобы Дюк его услышал.

– Нехорошо для меня. – Дюк внимательно смотрел на сержанта. – Но эта лошадка выиграет.

Повисла еще одна пауза. О’Мэлли просветлел.

– Ты же часто сюда захаживаешь?

– Сюда? Имеешь в виду – в этот кабинет?

– Ага. На столе твои отпечатки. Свежие. Я же знаю про маленький ожог у тебя на правом указательном пальце.

Дюк промолчал.

– Док говорит – Беллман сам себя порешил. Я и подумал – незачем усложнять дело. В общем, стер твои пальчики.

– А Гэллахан про них уже знает? – небрежно спросил Дюк, задержав дыхание.

О’Мэлли мотнул головой:

– Я рассказываю шефу ровно столько, сколько ему нужно знать. Просто подумал, что не стоит тебя вмешивать.

– Спасибо. – Дюк подумал, что не зря давал сержанту хорошие советы. Ой не зря. – Вообще-то, я зашел повидаться с Келлзом. Он здесь?

– Уехал в «Западные турецкие бани». На всю ночь.

– Пожалуй, отправлюсь туда же. Хочу с ним повидаться. – Дюк посмотрел по сторонам. – Кабак, наверное, выставят на продажу?

О’Мэлли пожал плечами:

– Я бы такой покупать не стал. Мне нравятся заведения, где можно плевать на пол.

– Так и здесь можно. Только в счет потом запишут. – Гарри направился к двери. – Счастливо, дружище. Сделаю ставку от твоего имени. На выигрыш ты сможешь неплохо провести время.

Дюк кивнул ему и вышел.

У лестницы его поджидали взволнованные Флеминг и Стоун.

– Так что насчет Рассвета?

Дюк решил, что пара новых друзей в полиции не помешает.

– Готтентот, – ответил он. – Можно ставить последнюю рубаху.

Сразу после клуба Гарри направился в баню.

– Давненько вы не появлялись, мистер Дюк. – Негр, прислуживавший в бане, просиял.

– Даже напиться как следует времени нет, – пожаловался Дюк. – Видел мистера Келлза?

– Конечно, сэр. Он сейчас в парной.

– Вот и славно. Я тоже попарюсь. Как бизнес? Потихоньку?

– Сегодня неважно. За последние два часа – только мистер Келлз и вы.

– Уже поздно. Пожалуй, останусь на ночь, – сказал Дюк. – Не против?

– Как вам угодно, мистер Дюк. Могу я заказать для вас завтрак?

– Да. Тендерлойн, яичницу и кофе. Записал? И принеси пораньше. Завтра у меня будет непростое утро.

– Конечно, сэр, все устроим. – Негр протянул Дюку полотенце и халат. – Вас проводить?

Дюк мотнул головой и прошел в раздевалку. Снимая одежду, задумался о Клэр. Где она сейчас? Может, спит в своей постели, не ведая о его тревогах. Может, в редакции «Клариона» выстукивает на пишущей машинке статью о сенсационном самоубийстве Беллмана. Но это вряд ли. Может, испугалась и уехала из города. А может, ее похитили. Это уже похоже на правду. Если девушка уехала, остается только ждать, пока до нее дойдут новости о самоубийстве Беллмана. Если же Клэр похитили, перво-наперво нужно определиться, кто мог это сделать. Похищение означает, что она видела убийцу Беллмана. И последний вариант, самый скверный, – возможно, Клэр мертва. Но Дюку не хотелось об этом думать.

Он обернулся полотенцем, закурил сигару и вошел в парную. Келлз сидел в полотняном шезлонге, положив полотенце на колени, и крепко спал.

Дюк тоже вымотался, но разговор был срочный. Он взял еще один шезлонг и уселся рядом.

– Эй! Пожар! – крикнул он Келлзу прямо в ухо.

Тот с трудом разлепил глаза и недовольно зыркнул на Дюка:

– А, это ты, – и снова задремал.

Вот это выдержка, подумал Гарри.

– Надо поговорить. Просыпайся. Это важно.

Келлз вздохнул и повернулся к Дюку.

– Есть еще сигара? – с надеждой спросил он.

– Я что, похож на кенгуру? – Гарри шлепнул ладонью по голой груди. – Ладно, сейчас будет.

Он встал и позвонил в колокольчик.

– И скотча пусть принесут. – Келлз зевнул. – Слыхал про Беллмана?

– Ага. Именно о нем я и хотел поговорить.

– Я так и понял, – грустно усмехнулся Келлз.

Явился негр, и Дюк сказал ему, где найти портсигар.

– Захвати бутылку скотча, пару бутылок воды и лед. Что-то здесь жарко.

– Тут и должно быть жарко, – сказал Келлз, когда негр ушел.

– Я и забыл. – Дюк, нахмурившись, изучал тлеющий кончик сигары. – Ну, кто убил Беллмана?

– Самоубийство, – ответил Келлз. – Даже врач подтвердил.

– Знаю, знаю. Но, между нами, – кто его убил?

– Может, ты со своей курицей.

– Курицей?

– Ну той, которая вылупилась.

– Ах да! Ну, мы его не убивали. Только нашли. Видишь, я от тебя ничего не скрываю. Когда я пришел, она была в кабинете, а Беллман лежал на полу.

– Значит, она его и убила, – сказал Келлз, не проявляя особенного интереса к разговору.

Негр принес напитки и сигары. Келлз закурил и прикрыл глаза.

– Виски не разбавляй.

Когда негр удалился, оставив напитки рядом с шезлонгом Дюка, тот попытал удачи снова:

– Ну а сам-то как, Лью?

Келлз отпил полстакана и только потом ответил:

– Нормально. За меня не беспокойся. Думаю, заведение купит Коррис.

– Коррис? Это еще почему? – удивился Дюк. – Я бы и не подумал, что он интересуется вашим кабаком.

– Я же не сказал, что так и будет. Просто предположил.

– Беллман купил Пиндерз-Энд, верно? – вскользь спросил Дюк.

Келлз бросил на него серьезный взгляд, помолчал и кивнул.

– А ты глубоко в этой теме?

– Достаточно глубоко. – В глазах Келлза появилась хитринка.

– Раз ты такой скромник, выложу карты на стол. – Дюк допил виски и налил еще. Добавил воды. – Пиндерз-Энд интересует не только тебя.

– С чего ты взял, что я интересуюсь? – насторожился Келлз. – И про кого ты говоришь?

– Про себя, – ответил Дюк, вытягивая свои длинные мускулистые ноги. – И про Спейда.

– Ага. – Келлз закашлялся. – Спейд.

– Что ты знаешь об этом парне? – небрежно спросил Дюк.

– Толком ничего, – признался Келлз. – Кто он, откуда, – как ни старайся, узнать не получится. Его же никто не видел, кроме Корриса.

– Это не новость, – отрезал Дюк. – Теперь послушай, Лью. Что тебе известно про Пиндерз-Энд? Хочешь в игру – встрянем вместе. Хочешь действовать в одиночку – о’кей, проехали.

Келлз пошарил по полу, нащупывая стакан.

– Скотч еще остался?

Гарри передал ему бутылку. Было ясно, что Келлз вот-вот определится. Дюк не хотел его торопить.

– Ты знаешь, что Шульц тоже в теме? – неожиданно спросил Дюк.

Рука Келлза дрогнула, он расплескал скотч. Налил еще.

– Шульц?

– Ага.

– Шульц – не самая крупная рыбешка. – Келлз словно успокаивал себя. – Волноваться не о чем.

– Шульц работает на Спейда, – заявил Дюк. Он закрыл глаза и расслабился, прогревая уставшие мускулы.

– Ясно. То есть мы с тобой…

– Вот именно. Мы с тобой против Шульца и Спейда. Еще с нами Кейси. Знаешь его?

– Нет.

– Хозяин двухэтажки в Пиндерз-Энд. У него три «томми-гана», куча других стволов и приказ не впускать никого, кроме меня.

Келлз повернулся и с уважением посмотрел на Дюка:

– Ловко придумано. Выходит, у тебя все схвачено?

– Выходит, так. Не перебивай. Также на нашей стороне Пит Каллен и вся редакция «Клариона». Может быть, еще и курица с ее дружком Джо. Они готовы кинуть Шульца. Против нас – Коррис, Шульц и, конечно, Спейд. Преимущество на нашей стороне, Лью.

– Похоже на то. – Келлз пошевелил пальцами ног.

– Вижу, тебя волнует дележка. – Дюк приоткрыл один глаз и посмотрел на собеседника. – Всем же хватит?

Келлз не спешил с ответом.

– Думаю, там где-то пятьсот штук, – наконец сказал он.

Дюк присвистнул.

– Неплохо, – сказал он и замолчал.

– Это по словам Беллмана, – торопливо добавил Келлз. – Может, соврал. Знаешь Фрэнка Нокса?

– Знакомое имя. Грабитель банков?

– Он самый, – кивнул Келлз. – Лет двенадцать назад Нокс заезжал в Фэйрвью. Прямо перед тем, как его взяли федералы. Жил в Пиндерз-Энд, в доме Кейси. Потом его выкурили, и он снова пустился в бега. Беллман сказал, что Нокс оставил все добро в том доме. По подсчетам копов там примерно пятьсот кусков.

Несколько минут Дюк сидел, погрузившись в размышления.

– Так вот оно как, – наконец произнес он. – Вот тебе и загадка Пиндерз-Энд. Прямо как в кино, да? – Гарри бросил окурок сигары через всю парную, тот шлепнулся в плевательницу. – А как Беллман про это узнал?

– От парня, который работал с Ноксом. Имя не помню – Дэфи, что ли. Этот Дэфи хотел, чтобы Беллман помог ему добыть бабки Нокса. Где именно искать, он знал – у него был рисунок. Да боялся идти туда один. Наркотой был накачан по самые уши, страшился даже дорогу переходить. Беллман от него избавился. – Келлз покачал головой. – Вот это мне не понравилось. Там бы на всех хватило, и на Дэфи в том числе. Так или иначе, Беллман не захотел с ним возиться и приморил парня.

– Красавчик, – проворчал Дюк. – А потом приказал Тимсону купить это место?

– Именно. И титулы на землю забрал тот, кто пришил Тимсона. Так Беллман и попал в переплет. Без бумажек он не мог предъявить права на Пиндерз-Энд. И не хотел шуметь, чтобы не насторожить Спейда. Вот только не знал, что Спейд всегда настороже.

– Думаешь, Тимсона убил Спейд?

– Он или кто-то из его ребят.

– То есть бумаги у Спейда?

– Видимо, так.

– Ну и ладно. Чтобы вступить во владение, ему придется выйти из тени, а там мы сможем спросить, откуда у него бумаги. Так что он сам себе свинью подложил, – сказал Дюк. – Попробует ворваться силой – встретят как полагается.

– Выходит, нам только и нужно, что отправиться завтра в Пиндерз-Энд и разобрать ту хибару на части, – сказал Келлз и почесал подошву. – Найдем бабло – можно забыть про Спейда.

– И как тебе такой вариант? – спросил Дюк.

– Отличный, – ответил Келлз. – Пожалуй, я впишусь.

– Говоришь, есть рисунок с указаниями, где искать клад? Как думаешь, у кого он?

– Не вижу смысла волноваться об этом, – ответил Келлз. – У кого? Мое мнение – у того парня, который пришил Беллмана.

– Может, тайник не в доме. В саду, например. Или в другом бунгало.

– И что с того? Времени у нас хватит. Не найдем у Кейси – поищем где-нибудь еще. За пятьсот кусков можно и напрячься.

– Как скажешь.

Дюк подоткнул полотенце и пошлепал к столику с телефоном. Набрал номер Клэр, послушал длинные гудки. Телефонистка сообщила, что абонент не отвечает.

Он посмотрел на часы – начало третьего.

– Сейчас-то что не так? – сонно спросил Келлз. – Ты хоть когда-нибудь отдыхаешь?

– Спи уже, – коротко ответил Дюк. – Завтра трудный день.

Келлз что-то пробурчал и устроился поудобнее. Закрыл глаза и сразу же уснул.

Дюк позвонил Питеру – нет ответа. Он раздраженно грохнул трубкой о рычаг.

Бестолковая суета, подумал он. Утро вечера мудренее. Тем более дел будет невпроворот. А самое важное – найти Клэр.

Жара парной действовала угнетающе. Дюк накинул халат и вышел в соседнюю комнату. Там было прохладнее.

Перед сном он принял холодный душ. Подавленное настроение никуда не делось, но в голове появилась ясность. Устроившись на узкой, но удобной койке, он снова вспомнил Пиндерз-Энд.

Теперь Дюк понял то, чего не понимал раньше. Понял, что значили буквы «Ф. Н.». Понял, почему наверху кто-то прятался. Пятьсот тысяч долларов – большие деньги. Дюк задумался, что делать с таким богатством. Двое уже полегли. Кто следующий? Засыпая, Гарри искренне надеялся, что не он.

Глава двадцать первая

Тод Коррис открыл глаза и резко сел в постели. Настойчиво звонил телефон. Коррис посмотрел на часы: половина четвертого. Он взял трубку и проворчал:

– Что случилось?

– Коррис?

Тод узнал резкий голос на другом конце линии и сразу же проснулся окончательно.

– Да, мистер Спейд, – сказал он.

– Ты был у Гэллахана?

– С ним все улажено. – «Вот же мерзавец, – подумал Коррис. – Выбрал время для звонка». – Я передал ему деньги, капитан в игре.

– Хорошо.

На минуту Спейд замолчал, и Коррис было решил, что связь прервалась.

– Алло? Вы еще здесь, мистер Спейд?

– Не называй меня по имени, – приказал Спейд. – Хватит топтаться на месте, Коррис. Пора приступать.

– Завтра же с утра. – Не отрывая трубки от уха, Коррис снова улегся на подушки.

– Есть у меня одно дело, – тихо произнес Спейд. – Потому и звоню. Собери парней. Будем брать дом Кейси. Человек шесть хватит. Раздай стволы, патроны. У Кейси есть пистолет, Дюк подогнал. Но не думаю, что это большая проблема. Завтра первым делом поедешь в Пиндерз-Энд. Разберешься с Кейси и остальными, потом перероешь весь дом. Понятно?

– Да, – кивнул Коррис. – Так и сделаю. Вы там будете?

– Не знаю. Может быть. Посмотрим.

– Чуть не забыл. Вы виделись с Шульцем?

Спейд с шипением втянул воздух:

– Нет.

– Что думаете?

– Думаю, играет против нас. Прямо сейчас собираюсь его навестить.

Коррис ухмыльнулся:

– Мне подъехать?

– С Шульцем я справлюсь, – ответил Спейд таким тоном, что стало ясно: намерения у него самые серьезные. – Скажи, ты видел его паренька и девчонку?

– Сегодня? Нет.

– Они пропали. Похоже, Шульц готовится сбежать. Рисунок, конечно же, у него.

– Видимо, да. Зря я послал его к Беллману. Нужно было самому идти. А ведь я всегда думал, что Шульцу можно доверять.

– Доверять нельзя никому, – заметил Спейд. – Я позвоню тебе, если понадобишься. Ты знаешь, что делать. Как только соберешь ребят, сразу двигайте к Кейси.

– О’кей.

Связь прервалась.

Коррис положил трубку и закрыл глаза.

Итак, Спейд решил разобраться с Шульцем. Отчасти Коррис жалел, что не будет при этом присутствовать. Убить толстяка было бы занятно. Может, позвонить ему, предупредить? Пусть проживет последние часы в суете и страхе. Без заначки Фрэнка Нокса он никуда не денется – попался, как та мартышка, что сунула лапу в бутылку, а вытащить не может.

Коррис положил было руку на телефон, но передумал. Незачем попусту тратить время, утром и без того много дел. Лучше поспать, пока есть возможность.

Он протянул руку, выключил свет и вскоре заснул. Коррису снилось, что Шульц стоит на коленях возле его кровати. Выглядел он вполне довольным, с сальной ухмылкой на круглом лице. Коррис присмотрелся и увидел, что в горле у него зияет кровоточащая рана.

Однако эта картина не смутила Корриса, – наоборот, той ночью ему спалось лучше обычного.

Глава двадцать вторая

Вернувшись домой, Шульц поставил машину в гараж, бросил взгляд на темную пустынную улицу и заторопился к двери.

Не включая свет, он сразу же поднялся на второй этаж. В доме было тихо. Какая гнетущая атмосфера, подумал он, подходя к спальне. Жаль Лорелли. Хотелось бы взять ее с собой, да не выйдет. Пришлось бы постоянно озираться – не затевает ли девчонка какую-нибудь пакость. В любом случае таскаться с малолетками ему не по возрасту.

Шульц щелкнул выключателем и осмотрелся. В маленькой спальне был идеальный порядок. Дверь в комнату Лорелли была открыта, и ему померещился ее насмешливый голосок: «Это вы, маэстро?»

Он подошел к двери и включил свет. Оглядел комнату. Постель в беспорядке, на кресле – шелковая пижама Лорелли. По туалетному столику рассыпана пудра. Шульц втянул носом знакомый запах и загрустил. Ему будет не хватать этой девчонки. В какой-то степени – и Джо, конечно. Полезный был парень. Хотя, если удастся заполучить деньги, насчет Джо можно не беспокоиться. Шульц переберется в какое-нибудь тихое местечко, купит участок земли, обустроит домишко и будет возиться с орхидеями сколько душе угодно. Но первым делом нужно забрать клад.

Он подошел к столику Лорелли и принялся выдвигать ящики. То в одном, то в другом он находил украшения, которые когда-то дарил девушке. За них можно было выручить не больше нескольких сотен, но Шульц твердо вознамерился забрать с собой все, что может представлять хоть какую-то ценность.

Спрятав безделушки в карман брюк, он направился к гардеробу. Каракулевую шубку придется оставить – слишком большая. Неприятно бросать такую дорогую вещь, с раздражением подумал Шульц. Он проверил все платья, нашел маленькую бриллиантовую брошь, легкомысленно забытую на вечернем туалете. Отстегнул ее и положил в карман. Покончив с гардеробом, переместился к окну и прошелся по ящикам встроенного шкафа.

В одном из них Шульц нашел тонкую скрутку купюр. Пересчитывать не стал – видно, что мелочь. Сунул деньги в карман и продолжил поиски. В другом ящике оказалась пачка писем, перевязанная зеленой ленточкой. Шульц с подозрением глянул на них, сорвал ленту и бегло просмотрел парочку. Швырнул письма обратно, скривив попугайский рот.

Он всегда подозревал, что Лорелли изменяет ему. Теперь же он знал это наверняка. Он оглядел комнату красными от бешенства глазами. Вот бы порвать все ее шмотки в клочья, подумал Шульц, но взял себя в руки. Не стоит тратить время. У него еще много дел.

Вышел на лестницу, прислушался. Тихо. Нащупал перила и отправился на чердак, в комнату Джо.

Там было прибрано. Все ящики заперты на ключ, гардероб тоже.

Шульц вынул из кармана маленькую фомку и начал взламывать один замок за другим. Интересного было мало. Увидев коробку патронов к тридцать восьмому, он поискал пистолет Джо, но не нашел. Это очень разозлило его. Вот идиот – забыл обыскать парня, прежде чем закрыть его в погребе. Конечно, криков о помощи никто не услышит, но пистолет – другое дело. Выстрелом можно привлечь внимание.

Он хмуро сдвинул брови и задумался, пощипывая толстую губу. После поездки к Кейси придется вернуться. Нет, слишком рискованно. Вернуться нужно перед тем, как он отправится в Фэйрвью.

Вдруг мимо пройдет патрульный и что-нибудь услышит? Нельзя, чтобы Клэр нашли. Плевать на Джо и Лорелли, но Клэр – опасный противник.

На крыше, прямо над головой, раздался еле слышный шум. Шульц застыл на месте, прислушиваясь изо всех сил. Рука скользнула в карман пиджака.

Шум повторился. Тихий, словно палочкой постукивают по черепице.

Шульц тихонько пересек комнату и погасил свет. Бояться нечего, а вот осторожность не помешает. Может быть, ветер качнул ветку, и она задела крышу. В такой непростой момент лучше все проверить.

Он тихонько подошел к окну, отдернул занавески и взглянул на покатую крышу. Высокая луна освещала улицу и деревья. Крыша была как на ладони. Шульц снова услышал тот же звук – теперь ближе. По черепице грациозно двигалась маленькая черная тень. Кошка.

Шульц усмехнулся. Убрал руку с рукоятки пистолета, вытащил платок – вытереть вспотевшее лицо.

– Надо же, кошки испугался, – вполголоса сказал он. – Похоже, нервишки сдают.

Кошка добралась до края крыши и остановилась у водостока, принюхалась и пошла назад. Когда она проходила мимо Шульца, он хорошо рассмотрел светящиеся глаза. Снова услышал шум над головой, расслабился, задернул шторы и включил свет.

Кошка сбила его с мысли. Он оглядел комнату, пытаясь вспомнить, почему он так разволновался. Ах да, пистолет. Шульц снова нахмурился. Справиться с Джо будет непросто. Мальчишка злобный, может начать стрельбу на ровном месте.

Как же он не догадался, что Джо прихватил пистолет с собой. Вот кретин! Шульц щелкнул выключателем и вышел из комнаты. Теперь по коридору и к лестнице.

Дом наполнился неуловимыми звуками. Шульц остановился и прислушался. Поднимался ветер, где-то внизу громко хлопнула дверь.

Он что, забыл закрыть окно? Ночь жаркая, мог и забыть. Или Лорелли, уходя, оставила окно открытым.

Вдруг он вспомнил Спейда. Непонятно, что навело его на эту мысль. Шульц попытался думать о чем-нибудь другом, но тщетно.

Теперь ему всюду мерещился Спейд – в окружающей его тьме, в скрипе ступеней, в шорохе занавесок, даже в кошачьей поступи на крыше. Шульц представил, как Спейд крадется по залитой лунным светом черепице.

По спине у него побежали мурашки. Шульцу показалось, будто весь он облеплен холодной дрожащей глиной. Нервно дернув за губу, толстяк уставился вниз, в темный лестничный пролет. На несколько секунд он полностью потерял самообладание. Тут ветер стих, в доме воцарилась тишина, и Шульц сумел собраться.

Он потянулся к перилам, ухватился за них и медленно сошел вниз.

Включив свет в спальне, Шульц полностью успокоился и принялся собирать вещи. И снова задумался о Спейде.

На самом деле Спейд должен ему спасибо сказать. Ведь Шульц пришил Беллмана, да так ловко, что даже полицейские сочли это самоубийством.

Он сунул руку в карман пиджака и вытащил потрепанный бумажник. Достал из него квадратный листок бумаги, рассмотрел. Вот она, карта сокровищ Нокса.

Если Спейд знает об этом рисунке, то наверняка задается вопросом, почему Шульц еще не принес листок. Точно. Нужно позвонить Коррису, выиграть время.

Шульц взглянул на часы. Без четверти пять, с удивлением отметил он. Как же летит время! Он торопливо побросал вещи в два больших чемодана, стараясь выбирать только самое нужное.

Закончив сборы, схватил чемоданы и спустился на первый этаж. Дошел до прихожей и остановился как вкопанный. Сердце ушло в пятки, в горле пересохло.

Из-под двери в гостиную виднелась полоска света.

Шульц осторожно опустил чемоданы и нащупал пистолет. Конечно, он уже заходил в гостиную, но был почти уверен, что погасил свет перед тем, как подняться наверх. А сейчас свет был включен.

Нервы натянулись, по спине Шульца снова пробежал холодок. На цыпочках он подошел к двери, прислушался. Ни звука. На улице, ускоряясь, взревел чей-то автомобиль.

Шульц вытащил пистолет и очень осторожно повернул дверную ручку. Распахнул дверь и сразу же отступил вбок. Комната была пуста.

Он с облегчением выдохнул и тихонько вошел внутрь. Когда он осматривался, ветер внезапно пошевелил занавески. Шульц в испуге обернулся. Занавески еще раз колыхнулись и застыли на месте. Неровной походкой толстяк подошел к окну и выглянул в сад.

Над крышами занималась заря. Уже можно было различить очертания цветов на клумбах. Растения то и дело клонились под порывами ветра. Никаких признаков опасности.

Шульц закрыл окно и задернул шторы. Он был напуган. Ясно, что, пока он был наверху, кто-то открыл окно. Шульц отлично помнил, что, когда шел к дому от гаража, окно было закрыто. Неужели кто-то прячется в доме? Или непрошеный гость услышал его шаги и сбежал?

Он нервно дергал губу, чувствуя, как струйки пота стекают за воротник.

Затем повернулся к двери и отчетливо услышал чьи-то шаги над головой.

Ошибиться невозможно. Походка твердая, уверенная. Человек, который расхаживал по комнате Лорелли, даже не пытался скрыть свое присутствие.

Шульц похолодел. В два прыжка пересек комнату, щелкнул выключателем. Выскользнул в коридор и прислушался.

Чужак вышел из комнаты Лорелли и направился к лестнице. Шульц присел у стены, чувствуя, как сердце колотится о грудную клетку. Внезапно шаги стихли.

Сквозь окошко над входной дверью пробились первые лучи утреннего солнца. Будет новый день, но только не для Шульца. Он понимал, что его шансы на ближайшее будущее невелики, – ведь в дом проник Спейд. Шульц испуганно прикинул, сколько ему осталось жить.

Тьма рассеивалась, тяжелая поступь раздавалась все ближе. Непрошеный гость и не думал красться. Напротив, он намеренно печатал шаг, словно знал, что толстяк стоит, вжавшись в стену и задыхаясь от ужаса.

Глава двадцать третья

Джо наклонился и грубо потряс Клэр за плечо.

– Не время спать, – раздраженно бросил он.

Клэр сама не заметила, как задремала. Пробуждение было не из приятных. Клэр испуганно смотрела на парня, не узнавая его. Джо поймал ее взгляд и рассердился еще сильнее.

Вдруг Клэр вспомнила, где она. Вспомнила, как Джо и Лорелли спрыгнули в погреб. Вспомнила, как хохотал Шульц, закрывая люк. Интересно, как долго она спала?

Лорелли ей понравилась – милая, дружелюбная. Но парня Клэр побаивалась – бледный как смерть, взгляд пустой и тяжелый, словно каменный. Все время затыкает девушке рот.

– Помалкивай. Все, что расскажешь, попадет в газету, – говорил он каждый раз, когда Лорелли пробовала завязать разговор с Клэр.

В итоге девушка ушла в угол и улеглась на кучу соломы, а после этого, видимо, задремала и Клэр.

Увидев склонившегося над ней парня, Клэр немного встревожилась и с трудом поднялась на ноги.

– Что такое? – взволнованно спросила она.

– Ничего. – Лорелли подошла поближе и зевнула. – Просто у него плохое настроение. Решил и нам испортить.

Джо взглянул на Лорелли, потом снова на Клэр. Теснота погреба давила на него, да и рука не переставала ныть.

– Надо как-то выбираться отсюда. Чем спать, придумала бы что-нибудь.

Мысль, конечно, правильная. Но глаза Клэр закрывались от усталости, в погребе было сыро и душно. Она еще раз глянула на стены – кругом кирпич и бетон.

– Выхода нет. Я уже все осмотрела, – проговорила она.

– Ты же умная, – никак не мог угомониться Джо. – Образованная. Давай включай мозги. Говорю же, надо выбираться.

– Джо, заткнись уже, – оборвала его Лорелли. Затем подошла и села рядом с Клэр. – Что ты так перепугался? Пол вернется.

– Ага, вернется. – Взгляд Джо метался из стороны в сторону. – И ты знаешь зачем. Мы здесь как мыши в мышеловке.

– Что это за место? – спросила Клэр.

– Букмекерская контора. У Шульца здесь кабинет. Но вот про погреб я не знала, – ответила Лорелли.

– Так здесь работает Гарри Дюк? – быстро уточнила Клэр.

Лорелли подозрительно взглянула на нее.

– Одни вопросы, – сказал Джо и потер больную руку. – Может, хватит болтать?

Лорелли не обратила на него внимания.

– Откуда вы знаете про Гарри Дюка? – спросила она.

– Мы с ним друзья, – смущенно произнесла Клэр.

Лорелли поинтересовалась, как они познакомились, и, пожав плечами, сказала:

– Не стоит ждать его помощи. Здесь никто искать не будет.

– Вы, двое! Хватит болтать. Начинайте думать! – крикнул Джо. – Говорю вам, нужно выбираться отсюда!

Клэр еще раз осмотрела погреб. Множество ящиков, огромные бочки, по полу разбросана солома. Единственный предмет мебели – шкаф у дальней стены.

– А в них что? – Клэр постучала по одной из бочек.

– Не важно, – с горечью в голосе произнес Джо. – Что бы там ни было, нам оно не поможет.

Клэр попыталась наклонить бочку. Тяжелая.

– Здесь что-то есть, – сказала она.

– Пиво. – Лорелли подошла поближе. – По крайней мере, от жажды мы не умрем. – Хихикнув, она добавила: – Джо это пиво на дух не переносит.

Клэр не слушала. Она посмотрела на люк в потолке, потом на бочки.

– Как же они сюда попали?..

– Что ж ты никак не замолчишь? – злобно прошипел Джо, сжимая и разжимая ладонь здоровой руки.

Лорелли тоже посмотрела вверх и чуть не запрыгала от волнения.

– Она права, Джо. Бочка слишком большая, в люк не пролезет.

– Поясни. – Джо с подозрением уставился на бочку.

– Неужели непонятно? – сказала Клэр. – Бочки не пролезают в люк, а сами собой они вырасти не могли. Значит, должен быть другой вход.

Клэр взяла фонарь и пошла вдоль стен. Остальные двое стояли на месте, наблюдая за ее действиями.

Клэр дошла до шкафа и обнаружила, что он заперт.

– Сможем открыть?

Джо осмотрел замок, сделал шаг назад и хорошенько пнул дверцу. Фанера раскололась.

Клэр заглянула в трещину.

– Там дверь, – взволнованно сказала она.

Джо оттолкнул ее и принялся лихорадочно крушить фанеру здоровой рукой. Когда отверстие стало достаточно большим, он протиснулся внутрь, повернул ручку и толкнул дверь. Та с легкостью отворилась.

– Тащите фонарь, – шепотом сказал он. – И не шумите.

Клэр свободно проскользнула в отверстие, Лорелли же пришлось постараться. Протискиваясь внутрь, она тихо ругалась. То и дело раздавался треск рвущейся одежды.

Наконец вся компания очутилась в темном коридоре. Потолок был низкий, пахло сыростью.

– Дайте свет, – приказал Джо.

Клэр протянула ему фонарь, и он поднял его над головой. Прямо перед ними была лестница, а чуть дальше коридор упирался в еще одну дверь.

Джо подошел к ней, подергал. Заперто, открыть не получается. Он вернулся к девушкам и шепнул, ткнув пальцем в сторону лестницы:

– Вот он, наш выход.

Стараясь не отставать от него, Клэр и Лорелли пошли вверх по пыльным ступеням. На полпути Джо замер.

– Слышите? – тихо сказал он.

Сверху доносились неразборчивые мужские голоса. Джо выудил пистолет из заднего кармана брюк.

– Ждите здесь, – сказал он. – Посмотрю, что там происходит.

Лорелли схватила его за рукав.

– Мне это не нравится, – нервно сказала она.

Джо стряхнул ее руку:

– Цыц!

Постоял, прислушался. Его встревоженное худое лицо казалось еще бледнее в свете фонаря. Щека нервно дергается, в блестящих черных глазах – тревога. Совсем как загнанный хорек, подумала Клэр.

Задув фонарь, Джо поставил его на пол.

– Ждите здесь, – повторил он. – Если что услышите – постарайтесь себя не выдать.

Он тихонько пошел вверх, оставив девушек в душной темноте.

Сделал несколько шагов, остановился, прислушался снова. Голоса раздавались так близко, что были слышны обрывки разговора.

– И сколько еще прикажешь ждать? – грубо спросил один.

– Заткнись, бродяга! – прорычал другой. – Подождешь, никуда не денешься.

Голоса беспорядочно зашумели, потом кто-то спросил:

– Мужики, кофейку не сделаете? Хреново мне, аж жуть.

Джо понял, что наверху собралась целая компания. Он крадучись двигался вперед. Нащупав последнюю ступеньку, остановился рядом с неплотно зашторенным окном.

Из-под двери в дальнем конце коридора виднелась полоска света. Сквозь жалюзи пробивались лучи рассветного солнца. Джо взглянул на часы: половина шестого утра.

Чуть приподнял жалюзи, чтобы стало светлее. В каждом конце коридора – по двери. Правая вела в комнату, из которой доносились голоса. Левая могла вести на улицу. Джо направился налево, открыл дверь, увидел небо, переулок, и тут его сердце ушло в пятки – прямо перед ним стоял Тод Коррис.

Несколько секунд они удивленно смотрели друг на друга. Затем Джо поступил столь же храбро, сколь и отчаянно: размахнулся и двинул Корриса кулаком в челюсть. От неожиданности тот хрюкнул, попятился и прижался к стене. Джо выхватил пистолет и прицелился.

– Ни с места, – тихо сказал он.

Коррис пришел в себя, поправил очки и скорчил Джо гримасу.

– Ты сдурел – или что? – сказал он, ощупывая свой подбородок кончиками пальцев. Тут он узнал Джо. – Пацан Шульца? – Взгляд его за стеклами очков похолодел. – Что тебе здесь нужно?

Джо быстренько прикинул: если бы девчонки были рядом, он мог бы вырубить Корриса, а дальше – свобода. Но как сообщить им, что происходит? Коррис опасен, как кобра, с него ни на секунду нельзя спускать глаз. С другой стороны, если помедлить, кто-нибудь может выйти из комнаты в дальнем конце коридора.

– Я вас случайно стукнул. Перепугался. Искал Шульца да вот заблудился.

Коррис поднял брови.

– Направь свой пугач в другое место, – вежливо попросил он. – Вдруг выстрелит.

Не теряя бдительности, Джо опустил пистолет. Он не знал, что делать дальше.

– Рановато вы сегодня, – произнес он, делая шаг вперед.

Вот бы застать Корриса врасплох – может, получится вломить ему рукоятью пистолета.

– Кто рано встает, тому Бог подает, – сказал Коррис, заглядывая парню за спину. Потом посмотрел ему в лицо, улыбнулся и снова потрогал челюсть. – Неплохой удар, сопляк.

Джо почувствовал, как что-то уперлось ему в позвоночник.

– Брось волыну, дебил, – скомандовали сзади.

Джо вздрогнул и неохотно выпустил тридцать восьмой из пальцев. Когда к спине приставлен ствол, приходится делать, что говорят.

Его схватили за плечи и повернули кругом. Перед ним маячило лицо с густыми бровями и шрамом, который пересекал щеку и уходил под воротник. Джо увидел ухмылку, успел заметить, что половина зубов выбита, а остальные все гнилые, а потом получил тычок в скулу, отлетел к стене и сполз на пол.

– Привет, Бифф, – сказал Коррис. – Остальные здесь?

Мужчина кивнул.

– А это что за рвань?

– Мальчишка Шульца. – Коррис безразлично взглянул на Джо. – Тащи его к остальным.

Человек по имени Бифф нагнулся, схватил Джо за рубашку и рывком поставил на ноги. Приподнял так, что Джо касался пола только носками ботинок, и протопал в большую прокуренную комнату.

Посередине стоял стол, на нем – бутылки, стаканы, карты, деньги, а вокруг стола – восемь мужчин играют в покер.

Втащив парня в комнату, Бифф швырнул его на стол. Бутылки с картами разлетелись в стороны, двоих игроков тоже зацепило.

Немедленно поднялся страшный шум – бандиты, бранясь, повскакивали со стульев. Те двое, которых нечаянно уронил Джо, немного полежали и подключились к общему хору.

Бифф от души расхохотался. Картина и впрямь была забавная. Джо вскочил на ноги и попятился.

В комнате было с десяток человек. Все незнакомые, хотя кого-то Джо видел в игорных заведениях своего района.

Одним из упавших был тощий Комски – обладатель длинных черных волос, небритого подбородка и, по всей видимости, злобного нрава. Он сцепил руки в замок, шагнул к Джо, размахнулся и врезал ему так, что он пролетел через всю комнату и приземлился на другого громилу. Тот развернул Джо и пинком отправил его в новый полет. Парень приземлился на четвереньки и почувствовал, как еще один ботинок прогулялся по его ребрам. Джо упал на бок, обезумев от боли, дрожа от ненависти и подавленного гнева.

Ему собирались отвесить очередной пинок, но тут Коррис рявкнул:

– Заткнулись все!

В комнате стало тихо. Бандиты повернули удивленные лица к Коррису – в суматохе его появление осталось незамеченным.

– Оставьте его в покое. – Коррис сел за стол, посмотрел на часы и размял плечи. – Что, ни один гад даже кофе не сварил? А то я чуть живой. Ну, не стойте там, как бабуины полоумные. Тащите кофе – и парня сюда ведите. Хочу с ним поговорить.

Комски сгреб Джо в охапку и поставил на ноги. Восстановив равновесие, Джо вырвался, схватил стул и расколол его о голову Комски – тот замешкался и не успел увернуться. Стул разлетелся на куски, Комски упал на колени.

Остальные резво отскочили подальше. Джо медленно кружился по комнате, сжимая спинку стула здоровой рукой.

Комски все еще стоял на коленях и держался за голову, изрыгая проклятия.

– Что с тобой? Он же еще ребенок, – сказал Бифф и снова расхохотался.

Поднявшись на ноги, Комски бросился на Джо. Тот отступил в сторону и обрушил спинку стула на затылок противника. Комски запнулся и рухнул лицом вниз.

За спиной Джо кто-то сдавленно хохотнул и ударил его по ногам. Джо упал навзничь, нападающий наступил ему на лицо.

– Вы там поосторожнее, – сказал Коррис. – Мне с ним еще разговаривать.

Бифф подошел к Джо и заставил его встать на ноги. Из расплющенного носа парня струилась кровь. Сильно болит – видимо, сломан. Джо посмотрел на Биффа взглядом убийцы, но нападать не стал.

Бифф подвел его к Коррису.

– Что ты тут делаешь? – отрывисто спросил Коррис.

Джо промолчал.

– Наверное, оглох. – Коррис бросил взгляд на Биффа.

Бифф ухмыльнулся, накрыл лицо Джо своей лапищей и надавил. Парень сдавленно вскрикнул и чуть не упал, но Бифф помог ему удержаться на ногах.

– Что ты тут делаешь? – повторил Коррис.

– Я же сказал, – произнес Джо заплетающимся языком, – ищу Шульца.

Коррис махнул рукой:

– Разговори-ка его, Бифф. Отведи куда-нибудь и выбей дурь. Разберись, что ему тут нужно. У меня и без этого дел хватает.

Бифф скучающе кивнул и потащил парня к двери.

– Дай-ка я, – сказал Комски, глядя на Джо и поглаживая затылок.

Бифф посмотрел на Корриса:

– Можно?

– Конечно. Только не вздумай его прикончить, – сказал Коррис. – Просто выбей дурь.

Комски схватил Джо за раненое запястье, выкрутил руку. Джо едва не лишился чувств, но усилием воли остался стоять на ногах. Других вариантов не было, и он покорно пошел за Комски.

Все это время Клэр и Лорелли ждали на лестнице. Девушки слышали разговор Корриса с Джо, слышали, как Бифф приказал парню бросить пистолет. Как только дверь комнаты закрылась, они рванули наверх.

У черного хода Клэр заметила пистолет, который выронил Джо, и подняла его.

– Ты же не бросишь здесь своего друга, Лорелли? – шепнула она.

– Дай сюда. – Лорелли вырвала пистолет из рук Клэр. – Иди. Я подожду. Найди Гарри Дюка. Бежать в полицию бессмысленно. Это банда Спейда, копы с ним заодно. Найди Гарри Дюка.

Клэр замешкалась.

– Но я не могу оставить тебя…

– Я в норме. – Лорелли нетерпеливо подтолкнула ее к двери. – Ты же не думаешь, что я испугаюсь стайки этих крыс? У меня есть пушка, этого достаточно. Беги уже, иначе нам хана.

Клэр поняла, что она права.

– Где мне найти Дюка? Я не знаю, где он живет.

Лорелли наморщила лоб.

– Этот твой Каллен, у него спроси, – наконец посоветовала она. – Но давай побыстрее.

– Уже бегу. – Клэр пожала руку спутницы и выскользнула в переулок.

Полминуты спустя Комски вытащил Джо наружу. Когда дверь закрылась, Джо внезапно напал на противника.

Комски зарычал и принялся молотить кулаками по голове парня. Джо отбивался, как мог, – работал руками, ногами, кусался как сумасшедший.

Бифф просунул голову в дверь:

– Да боже ж ты мой. Неужели ты не можешь справиться с таким задохликом?

Комски отпихнул Джо к стене, ударил в нос. Джо тонко завизжал и скрючился на полу.

– Вали отсюда! – рыкнул Комски и грязно выругался. – Я еще и не начинал…

Бифф ухмыльнулся и закрыл дверь.

Когда Комски наклонился к Джо, за его спиной появилась Лорелли и изо всех сил ударила Комски по голове рукоятью пистолета – так, что боль от удара пронзила всю ее руку до плеча.

Комски упал на колени, завалился на Джо. Лорелли отпихнула бандита в сторону, перевернула на спину и ударила точно в переносицу. Девушка явно вошла в раж – даже не вздрогнула от звука ломающейся кости.

Джо сплюнул кровь.

– Добавь-ка мерзавцу, – сказал он и потерял сознание.

Так начался третий день, к вечеру которого все закончилось.

Глава двадцать четвертая

Гарри Дюк проснулся от запаха еды. Он моргнул и непонимающе уставился на негра, который тряс его за плечо.

– Завтрак, сэр. Вы приказали принести пораньше.

Дюк зевнул и сел. Самочувствие было паршивое.

– Дай-ка мне стаканчик, – попросил Дюк, с отвращением глядя на стейк и яичницу. – Я правда все это заказал? Наверное, был не в себе.

Негр ушел в парную за виски. Дюк сполз с кровати и направился в ванную. После душа стало получше, а после стакана неразбавленного виски – совсем хорошо. Гарри уселся за стол и приступил к завтраку.

– Мистер Келлз встал?

– Уже идет, – кивнул негр.

Мгновением позже в комнату вошел заспанный Келлз. Посмотрел на еду, на Дюка, содрогнулся и отвел взгляд в сторону.

– Стейк в пять утра? От такого даже самый крепкий желудок вывернется наизнанку.

– Принеси ему что-нибудь, – приказал Гарри негру. – И пошустрее, не тяни до вечера.

– Кофе, – сказал Келлз. – Только кофе.

– Не тупи, – буркнул Дюк, намазывая стейк горчицей. – Когда поедем, перекусить не получится.

– Что-нибудь придумаю, – с улыбкой сказал негр и вышел.

– С чего начнем? – Келлз повернулся к зеркалу и принялся рассматривать свой подбородок.

– Заберем Каллена из дома. Узнаем, не видел ли он Клэр.

– Клэр? – переспросил Келлз. – Каждый раз, когда ты открываешь рот, в деле появляется новая фигура. Что еще за Клэр?

– Клэр Рассел из «Клариона». Она куда-то пропала. Ты ее вчера не видел? Она приходила к Беллману сразу перед тем, как его зарезали.

– А, вон ты о ком. – Келлз на секунду задумался, стукнул кулаком по столу. – Вспомнил, черт возьми! Когда я приехал в клуб, они с Шульцем как раз уходили.

– С Шульцем? – Дюк бросил вилку. – Он там был?

– Я вчера даже не заходил к Беллману. Его мог убить Шульц! – возбужденно крикнул Келлз. – Вот я осел! Он держал девушку под руку. Сказал, ей нездоровится. Она шла так, словно вот-вот вырубится. Если бы Шульц ее не поддерживал, грохнулась бы оземь.

– Болван безмозглый! – Дюк вскочил, оттолкнув кресло. – Мы же могли добраться до него вчера ночью. Двигаем, нельзя терять ни минуты!

– Э, – встревожился Келлз, – а как же мой завтрак?

– Забудь. – Дюк уже надевал пиджак. – Нужно перехватить Шульца.

Келлз бросился в парную забрать одежду. Дюк позвонил Питеру, но телефонистка сообщила, что никто не отвечает. Пока Келлз собирался, Дюк решил доесть остатки стейка.

– Ты кушай, кушай, – горько сказал Келлз. – За меня не беспокойся.

– Перестань уже, – нетерпеливо перебил Дюк. – С чего мне за тебя беспокоиться?

Как только они собрались выходить, в комнату вернулся негр с подносом в руках. Келлз схватил кусок жареной ветчины, сунул его между ломтями хлеба с маслом и выбежал на улицу вслед за Дюком.

Выпучив глаза, негр смотрел им вслед.


Дюк давил на газ, Келлз жевал бутерброд.

– Куда же подевался Питер, черт его дери? – сказал Дюк. – Нужно было взять его с собой.

Келлз что-то пробурчал. Питер был ему неинтересен.

– Объявится, – повторил он, проглотив последний кусок. Вытер пальцы о пиджак. – Никуда не денется.

– Где твоя машина? – внезапно спросил Дюк.

– Чего?

– Машина, придурок. Такая штука с колесами, работает на бензине.

– В гараже, возле «Ше Паре». А что? – озадачился Келлз.

Не сбавляя скорости, Дюк съехал с главной улицы на параллельную.

– Я вот что подумал. Возьми машину, поезжай в Пиндерз-Энд. Расскажи Кейси, как обстоят дела. Пусть глядит в оба. Мне будет спокойнее, если ты там потрешься. – Дюк остановился возле «Ше Паре». – Договорились?

– Ладно. – Келлз выбрался из машины. – А этот твой Кейси меня не пристрелит?

Немного подумав, Дюк протянул Келлзу глиняную бутыль.

– Покажешь ему вот это. Кейси поймет, что ты свой, – сказал Дюк и умчался прочь.

Постояв, Келлз открыл бутыль и сделал хороший глоток.

Через пять минут бешеной гонки Дюк затормозил возле дома Шульца. Подкрадываться не было смысла. Гарри бросил машину прямо перед входом, выскочил из нее и побежал к дому.

Дверь была заперта, но Дюка это не остановило. Он ударил с разворота, дверь слетела с петель. Перешагнув обломки, он вошел в коридор – пиджак расстегнут, рука на пистолете, лицо жесткое, в глазах – ледяной блеск. И тут же резко остановился. На стене пятна крови, длинные, размазанные – словно человек с сильным кровотечением пытался идти, прижавшись к стене.

Дюк застыл. Этот момент стал для него откровением – он понял, насколько важна для него Клэр. Он видел ее всего дважды, оба раза – в последние двое суток. Спорил, ссорился, пытался выбросить из головы. Но, представив, что кровавый след могла оставить она, Дюк понял, какой пустой и бессмысленной станет его жизнь без Клэр.

Потрясение было настолько сильным, что он почувствовал себя прозревшим слепцом. Бесцельность жизни испугала его.

Он боялся идти дальше, боялся обнаружить тело девушки. Боялся, что неожиданный кошмар станет явью.

Вдруг он услышал, как кто-то пробежал по дорожке к дому.

– Ох, Гарри… – выдохнула Клэр.

Не поверив своим ушам, Дюк обернулся.

Девушка стояла у входа – волосы залиты золотом утреннего солнца, в огромных глазах – облегчение.

Гарри перешагнул через обломки двери и сжал Клэр в объятиях. Она подняла на него смущенный взгляд, и он прижал губы к ее губам, обнимая так крепко, что Клэр не могла двинуться. Так они и стояли, потеряв счет времени.

Сначала Клэр хотела отстраниться, но Гарри был слишком силен. Потом девушка почувствовала, как внутри у нее что-то тает. Ей захотелось провести в его объятиях всю оставшуюся жизнь. Клэр вцепилась в его пиджак; губам было больно, но она была готова вечно терпеть эту боль.

Внезапно Дюк отпрянул и помотал головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение.

– Я думал, с тобой произошло что-то нехорошее, – произнес он, все еще держа Клэр за руки. – Что-то ужасное.

Она не могла вымолвить ни слова – просто стояла и смотрела на Дюка, не зная, что и думать.

Вспомнив о пятнах крови, Гарри обернулся и посмотрел в прихожую.

– Подожди здесь, – сказал он. – Я скоро.

И вернулся в дом.

В гостиной он обнаружил Питера Каллена. Тот сидел в кресле, передняя часть рубашки залита красным, губы испачканы кровью. Казалось, он смотрит в потолок – тревожно, сосредоточенно. По открытым глазам ползали мухи.

Дюк просто стоял и смотрел на тело. Он не чувствовал шока, он вообще ничего не чувствовал. В кресле был не тот Питер Каллен, которого он знал. Там сидел обычный, весьма неприятного вида мертвец. А знакомый Дюку Питер Каллен все еще был жив, занимался где-то своими делами, беспокоился о вещах, не требующих беспокойства, всегда готовый дружелюбно подшутить над Гарри – например, обозвать его сумасшедшим.

Затем в комнату вошла Клэр.

Дюк не успел ее остановить. Он лишь обнял ее, прижал к себе, пока она смотрела на Питера Каллена. Увидев Питера, Клэр задрожала; Гарри почувствовал это и окончательно упал духом.

Клэр не спросила, мертв ли Каллен. Понятно, что мертв. Она просто прильнула к Дюку и осознала, что та маленькая жизнь, которую она выстроила вокруг Питера Каллена, постепенно рассыпается на кусочки.

– Забери меня отсюда, – наконец попросила она.

Гарри взял девушку на руки и вынес из дома.

Дюку нравилось чувствовать ее вес, заставляющий мышцы напрячься. Нравилось ощущать прикосновение ее волос к лицу. Он нежно опустил Клэр на сиденье автомобиля.

– Мне нужно кое-что сделать. Дождись меня, ладно? – сказал он и вернулся в дом.

Он быстро обошел все комнаты, понимая, что никого не найдет. Действительно, везде было пусто. Вернулся в гостиную и осмотрел тело Питера.

На рубашке – горелое пятно. Значит, его застрелили с близкого расстояния. Больше никаких улик. Что именно случилось – понять невозможно. Скорее всего, дело рук Шульца. Должно быть, Пит узнал, что толстяк увез Клэр, и пришел освободить девушку. Явился без оружия и нарвался на пулю Шульца, решил Дюк.

Он дотронулся до руки Питера.

– Я с ним поквитаюсь, – тихо пообещал Дюк. – Шульц ответит за все.

Гарри постоял еще секунду-другую и направился к машине.

Клэр сидела неестественно ровно и смотрела прямо перед собой. Когда он уселся в автомобиль, она сказала:

– Девушка по имени Лорелли и еще парень… зовут Джо. Знаешь их?

– Конечно. Сейчас не стоит ни о чем волноваться.

– Они в беде, – тревожно сказала Клэр. – Поэтому я и пришла. Они в твоей конторе, а еще там Коррис с кучей головорезов.

– Ты о них не печалься. – Дюк сдвинул шляпу на затылок. – Никчемные бродяги. Скажи, что я могу для тебя сделать? Куда хочешь отправиться?

Клэр развернулась к нему:

– Но они помогли мне. Ты должен что-нибудь сделать.

– Ладно, ладно. – Дюк нажал на педаль газа, машина дернулась вперед. – Что-нибудь придумаем.

И он помчался к конторе.

Пока ехали, Дюк думал о Шульце, совсем забыв про Клэр. Интересно, где он и как скоро удастся его найти. Гарри сжал баранку. Решил, что из-под земли его достанет. Он понял, что Клэр разговаривает с ним, и украдкой взглянул на ее белое напряженное лицо. Неужели Питер так много значил для нее?

– Одному идти нельзя, – говорила Клэр. – Их там много. Нужно найти подмогу, но не из полиции – Лорелли все твердила, что к копам лучше не соваться.

– Я все сделаю. Не беспокойся, – сказал Дюк. Он свернул с главной улицы в переулок, ведущий к его дому. – Зайду домой, заберу «томми». Он их вразумит.

– Кто его убил? – внезапно спросила девушка, сжав кулаки так сильно, что сквозь кожу проступили белые костяшки пальцев.

– Думаю, что Шульц, – сквозь зубы ответил Дюк. – Да, должно быть, Шульц.

– Я же просила оставить его в покое. – Клэр не сердилась. Она говорила так, словно одурманена и размышляет вслух. – Если бы ты не втянул Питера в свои дела, он был бы жив. Я же говорила, он совсем беспомощный. Ты мне не верил. И он не верил. Он был милым, добрым, достойным парнем – и умер такой ужасной смертью. Смертью таких, как Спейд, Шульц… и ты. А Питер не заслуживал такой кончины.

Дюк притормозил возле дома и повернулся к девушке.

– Прекрасно тебя понимаю. Но слезами горю не поможешь. Питер был хорошим другом, мне будет его не хватать. Для тебя он был больше чем просто друг, и ты долго будешь его оплакивать. С этим ничего нельзя поделать. Единственное, что остается, – запомнить его таким, какой он был, и считать, что он уехал в далекие края. Тогда нам обоим не придется стыдиться за обидные слова, сказанные не вовремя.

Клэр не сводила глаз с дороги, молча горюя о своей утрате.

– Пойду заберу автомат, – сказал Гарри. – Если хочешь домой, возьми такси.

Клэр перевела на него взгляд, и он заметил в ее глазах плохо скрытую неприязнь.

– Хочу видеть, чем все это закончится. Ты же не думаешь, что я останусь в стороне – теперь, после смерти Питера?

Пожав плечами, Дюк убежал в дом.

Когда он заканчивал возиться с автоматом, зазвонил телефон. Помедлив, Гарри бросил «томпсон» на кровать и ответил на звонок.

– Гарри Дюк? – Это была Лорелли, голос ее звучал взволнованно.

– А ты еще откуда? – удивился Дюк. – Я тут собираюсь вас спасать, прямо как в кино.

– Я могу защитить себя сама, – с гордостью сказала девушка. – За кого вы меня держите? Слушайте. Я в драгсторе на углу Линкольн-стрит. Заберете меня?

– Уже еду, – произнес Дюк и повесил трубку.

Он сорвал с кровати одеяло, завернул в него автомат и побежал вниз.

– Лорелли цела. – Дюк бросил сверток в багажник и уселся рядом с Клэр. – Только что звонила. Поехали, заберем ее.

Клэр не ответила. Дюку стало не по себе от неживого выражения ее лица. Хоть бы заплакала – да что угодно, только не сидела бы с застывшим лицом и глазами, похожими на два отверстия в белой простыне.

Дорога до Линкольн-стрит заняла меньше четырех минут. Лорелли и Джо ждали на углу. Парень прижимал платок к нижней части лица, глаза его горели злобным огнем.

Лорелли забралась на заднее сиденье, Джо за ней.

– В Фэйрвью. И побыстрее, – скомандовала девушка. – По дороге все расскажу.

Дюк развернулся и рванул по главной улице.

– Что намечается? – спросил он.

– Много чего. – В голосе Лорелли слышалось волнение. – Банда Спейда собирается взять Пиндерз-Энд штурмом. Они как раз планировали рейд, когда нам удалось смыться. Двенадцать человек и Коррис. У всех пушки, но встретить серьезный отпор они не рассчитывают.

Дюк улыбнулся.

– В таком случае их ждет небольшой сюрприз. – Он взглянул на Клэр. – Вот шанс, о котором я говорил. Помнишь? Единственный способ избавить Бентонвилль от бандитов – собрать их вместе и выбить всех одним ударом. Сейчас мы этим и займемся, вместе с мужиками из Пиндерз-Энд. Если тебе все еще интересно, могу сказать, что через неделю Бентонвилль будет чист как стеклышко.

– Поздновато. – Клэр все еще была убита горем.

Лорелли наклонилась вперед. Дюк почувствовал ее дыхание на своем затылке.

– Что будете делать? – спросила она.

– Высажу вас в Фэйрвью, потом поеду к Кейси. Предупрежу его. У них полно пушек, еще и Келлз подсобит. Если все пройдет по плану, своре Корриса не поздоровится.

– Думаете, я собираюсь такое пропустить? Совсем сдурели? – Лорелли засмеялась. – Там один громила взялся нашего Джо валять. Вы бы видели, как я ему череп раскроила.

– Извини. – Дюк покачал головой. – Вас не возьму. Эта схватка не для женщин.

– Помимо схватки, в Пиндерз-Энд есть и другие дела, – пресно сказал Джо. – Твое дело – схватка, наше – все остальное.

И он направил ствол автомата на Дюка, целя в голову.

В зеркале заднего вида Дюк увидел свой собственный «томпсон». Рядом – окровавленное лицо Джо. Взгляд у парня был нехороший, но Дюка это скорее позабавило, чем встревожило.

– Как скажешь. Давай высадим Клэр и поедем на пикник втроем.

– Я с вами, – вмешалась Клэр.

– Пусть едет, – сказала Лорелли и взглянула на Джо. – Вдруг пригодится.

– Только ее там не хватало. – Опустив автомат, Джо вытер нос. Болит, и рука тоже. В таком переменчивом настроении парень был опасен. – Давайте уже пригласим весь город.

– Молчи! – прикрикнула на него Лорелли. – А что еще нам остается делать?

– Знаешь, сколько там? – уточнил Дюк. – Пять сотен штук. Не подумал, что хватит на всех?

– Пять сотен штук.

Казалось, Джо расслабился. Рука и нос почти перестали болеть.

Подъезжая к Фэйрвью, Дюк уточнил:

– Ты точно хочешь с нами, Клэр?

– Точно, – решительно ответила девушка.

Гарри пожал плечами и вдавил педаль газа в пол. Вскоре автомобиль свернул на грунтовку, ведущую в Пиндерз-Энд.

И тут же раздался окрик:

– Стой, стрелять буду!

Дюк ударил по тормозам и осмотрелся. Никого. Вдруг из кустов вылез Джеткин. В руках у него была винтовка, выглядел он весьма смущенно.

– Не хотел вас пугать, мистер Дюк. Но этот псих Кейси приказал останавливать всех пришлых.

– Отлично. – Гарри усмехнулся. – А где все?

– Думают, как дальше быть. – Джеткин махнул рукой в сторону поля. – Так что́, мистер Дюк, неприятности у нас будут?

– Еще какие! – встряла Лорелли. – С кита размером. На двух машинах сюда ползут.

– Что, правда? – Джеткин встревожился. – Не врет она, мистер Дюк?

– Непохоже. Раньше стрелял из винтовки?

– С дробовика – было дело, а вот с винтовки не довелось, – признался Джеткин. – Но я вроде разобрался. – Он посмотрел на винтовку и передернул затвор. – Вот бы стрельнуть, – с надеждой произнес он.

– Стрельнешь, – сказал Дюк и завел двигатель. – За нами будут еще машины. Так вот, они не остановятся. Как только увидишь их, открывай огонь. Только поосторожнее, те парни стреляют гораздо лучше тебя.

– То есть по ним палить можно будет? – Джеткин даже рот открыл от удивления.

– Можно, – подтвердил Дюк. – Сколько душе угодно.

– А убивать можно? – с надеждой спросил Джеткин.

– Более того, нужно. Иначе я рассержусь, – сказал Дюк, махнув рукой, и поехал по кочкам.

Машину бросало то вверх, то вниз, как на американских горках.

– Выпустите меня отсюда! – заверещала Лорелли. – Я лучше красивая пешком дойду, чем приеду в синяках и шишках.

Дюк сбавил скорость.

– Нельзя оставлять машину на дороге. Придется проехать по полю и бросить ее в укромном месте. Может, вам всем лучше пройтись? А то рессоры не выдержат.

Все вышли, и Дюк тихонько поехал дальше в поле. Пересохшая земля исходила облаками пыли. Вскоре и машина, и водитель покрылись белесым налетом. Дюк не видел, куда ехать, и чертыхался, когда баранка особенно ретиво вырывалась из рук.

Наконец он добрался до дома Кейси. Хозяин сидел на крыльце, а у ворот стоял Келлз.

– Можно поставить машину за дом, чтобы не мешалась? – крикнул Дюк.

– Валяй, – разрешил Кейси. – Поезжай прямо сквозь ограду, все равно она скоро завалится.

Гарри осторожно подъехал поближе и чуть надавил на газ. Ограды как не бывало. Проехал по грязному пятачку перед домом, ругая каждую кочку. Наконец завернул за угол и остановился. Выбрался из машины и вернулся к крыльцу.

– Ты один или еще кто будет? – спросил Келлз, щурясь от пыли.

– Девчонка Шульца, Джо, с ними – мисс Рассел. Сейчас подойдут.

– У нас здесь что – вечеринка? – недовольно спросил Келлз.

– Послушай, приятель. Шульц грохнул Питера Каллена. Девушка расстроена. Ты уж последи, пожалуйста, за языком.

– Что за девушка?

– Мисс Рассел, – терпеливо произнес Дюк.

– Каллен мертв, да? Чего это Шульц решил его убить? Врать не буду – мне от твоего Каллена никакого толку не было. Бесполезный парень.

– Для тебя, может, и так. – Голос Дюка похолодел. – Просто не трепись на эту тему. Хорошо?

– Конечно, – торопливо ответил Келлз, взглянув на него. – Сначала подумаю, потом скажу. – Он поддернул брюки. – Что ж, ты превосходно справился. Эти парни так хотят кого-нибудь завалить, что аж прыгают от нетерпения. Чисто кузнечики.

Кейси спустился с крыльца и подошел поздороваться.

– Дельные пушки ты нам прислал, мистер Дюк. Но я что-то запутался. Мы же не будем стрелять на поражение?

Дюк почесал в затылке.

– Думаю, будем, – сказал он. – Имеем полное право. Если на нас нападут, будем отбиваться. Это самооборона. К тому же я, как человек предусмотрительный, принял присягу помощника шерифа. Так что и закон на нашей стороне.

– Ну, прямо гора с плеч. – Кейси сплюнул в пыль.

– Скоро прибудут гости, – продолжил Дюк. – Нужно подготовиться. Встретим на дороге или дадим бой на своей территории?

– Это смотря какой бой. – Взгляд Кейси стал колючим.

– Непростой. Возможно, кому-то из наших не поздоровится. Эти ребята настроены серьезно. Они не играться сюда едут.

– Тогда лучше здесь. – Кейси запустил пальцы в бороду. – Только куда деть баб с детьми?

– Пусть исчезнут на денек. – Дюк достал скрутку банкнот. – Этого хватит, чтобы добраться до редакции «Клариона». Там пусть спросят Сэма Тренча, он поможет устроиться.

– Отлично придумано, мистер, – с облегчением сказал Кейси. – Значит, будем биться.

– Именно так. – Дюк тоже расслабился. – Нужно много чего сделать. Сначала отправим женщин и детей в город. Затем соберем ваших парней. Пусть приходят с оружием. Хочу с ними побеседовать.

Кейси кивнул и убежал, вздымая пыль огромными ботинками.

Келлз надвинул шляпу на глаза.

– Думаешь, они станут драться? – спросил он, устремив взгляд на поле.

– А ты бы не стал, за пятьсот-то штук? – сказал Дюк. – Готов поспорить, что вся заваруха начнется позже. Скорее всего, приедут ночью. Я знаю Корриса как облупленного. Воевать днем у него кишка тонка.

Тут подоспели Клэр, Джо и Лорелли.

Джо представил Келлза Клэр. Девушка едва глянула на него. Ее внимание было поглощено всеобщей суетой – женщины с детьми готовились покинуть ветхие развалюхи.

– Что с ней такое? – шепнул Келлз Дюку. – Выглядит так, словно на полном ходу в стену врезалась.

Дюк нахмурился:

– Ты знаком с Джо и девушкой-курицей?

Келлз взглянул на Джо и улыбнулся:

– Вот такое лицо тебе идет. Никогда его не снимай.

Джо пробурчал что-то нечленораздельное.

– Отвали, Келлз! – взвилась Лорелли. – Парня нужно подлатать. Где бы этим заняться?

Тут вернулся Кейси и отвел молодых людей в дом.

Постояв, Клэр пошла за ними. Дюк посмотрел ей вслед и покачал головой.

– Совсем она расклеилась, Лью, – сказал он.

Когда Кейси вернулся во двор, женщины с детьми были готовы отправляться. Их было человек тридцать. Они ушли все вместе, по полям, что раскинулись за Пиндерз-Энд. Не самый короткий путь, подумал Дюк, зато безопасный. Так они смогут обойти грунтовку, не напоровшись на Корриса и его банду.

Интересно, что скажет Сэм, когда беженцы заявятся в редакцию? Дюк многое бы отдал, чтобы оказаться там и увидеть лицо старика.

– Ну, собирайте своих бойцов. Времени мало, а дел по горло, – сказал он.

– А что Джеткин? – спросил Кейси. – Знает, что делать?

Дюк взглянул на Келлза:

– Возьми-ка пару ребят с «томпсонами» и смени Джеткина. Если кто объявится на дороге, останови и разворачивай. И не начинайте стрелять первыми.

– Дьявол! – Келлз окинул взглядом поле. – Ты что, хочешь, чтобы я туда пешком перся? – Он ткнул пальцем в Кейси. – Пусть дед идет. Он к пыли привычный.

– Ты говорил, за пятьсот штук можно напрячься. – Дюк размял плечи. – Вот и напрягись. Пошел!

– Ты кем себя возомнил? Джексоном Каменная Стена? – огрызнулся Келлз, но спорить не стал.

Глава двадцать пятая

Закончив с носом Джо, Лорелли вылила красноватую воду в раковину, выкинула полотенце и осмотрела результат своих трудов.

На лице Джо были видны только горящие глаза, остальное оказалось скрытым под бинтами и кусочками пластыря. Видок пострашнее гремучей змеи.

– Ну, пошли, – оживленно позвала девушка. – Мы уже на месте, можно начинать поиски.

Джо стиснул зубы. Рука все еще беспокоила, а нос так вообще разрывался от боли. Предложение Лорелли не обрадовало его.

– Оставь меня в покое. Я хочу отдохнуть.

– Когда найдем клад, сможешь отдыхать хоть всю жизнь, – едко сказала девушка. – Пошли уже, ленивец.

Не поднимаясь с места, Джо сердито повторил:

– Оставь меня в покое!

– Где планируете искать? – Стоявшая у окна Клэр повернулась к молодым людям. – И что именно хотите найти?

– Не бери в голову, – торопливо ответила Лорелли. – Посиди с Джо.

Она вышла из комнаты и в дверях столкнулась с Дюком – тот как раз собирался войти в дом.

– Привет, – сказал он. – Куда это ты намылилась?

– Думаю, пора начинать поиски. – Девушка заметно волновалась.

– Конечно, почему нет? – Дюк усмехнулся. – Вместе и начнем. Пошли наверх. Кстати, где Джо?

– Сидит в комнате, дуется. Ведет себя так, словно помирать собрался. У мужчин чуть где заболит, так сразу столько шума.

Дюк вошел в гостиную и навис над парнем.

– Вставай, поработаешь, – сказал он. – У нас полно дел.

Джо вскочил с кресла и приготовился провести апперкот левой.

Увидев его движение, Клэр пронзительно закричала. Но Дюк ушел в сторону, блокировал удар предплечьем, схватил Джо за руку, вывернул ее и отвесил парню такой пинок, что тот пролетел через всю комнату.

Джо упал на четвереньки, прямо к ногам Лорелли. Сделав шаг назад, она одернула юбку.

– Гляжу, ты возомнил себя крутым – как то яйцо, что полчаса варилось, – сказала она.

Джо выпрямился. На вид он был довольно опасен. Сунул руку в задний карман брюк, но Дюк метнулся к нему и схватил снова:

– Заканчивай. Ну что с тобой такое?

Оба направились к выходу и вверх по лестнице. Гарри подталкивал Джо в спину, Лорелли шла следом.

Поднявшись, они оказались в комнатенке, окна которой смотрели на грязный пятачок перед домом.

Дюк выпустил руку Джо и отступил:

– Ну что, будешь вести себя прилично? Или тебя отшлепать?

Не ответив, Джо поправил пиджак и недобро посмотрел на Дюка.

– Вот и умница, – кивнул Гарри. – Итак, мы в первой комнате. Обшарьте ее так, словно ищете иголку. Разберите все на щепки. Поверьте, будет весело. – Он взял в руки ржавый ломик, стоявший у камина. – Поднимайте пол, ломайте стены, если покажется, что за ними что-то есть. Если ничего не найдете, переходите в следующую комнату. Кейси без разницы, что станет с его хибарой. Все равно он собирался переезжать в дом поменьше.

Дюк передал ломик Лорелли:

– Если пацан откажется работать, огрей его железякой. Не поможет – зови меня.

И он ушел вниз.

Когда он вошел в комнату, Клэр снова отвернулась к окну. Вся такая напряженная, трогательная, одинокая, подумал Гарри. Ему захотелось обнять ее. Он шагнул к девушке.

– Не нужно было ехать с нами, – сказал он. – Знаю, каково тебе сейчас. Бери мою машину и поезжай в город, пока есть возможность.

– Все в порядке, – холодно произнесла Клэр. – Пожалуйста, не трогай меня.

– Хочу сделать для тебя что-нибудь… – начал Дюк, но Клэр решительно отвернулась.

– Ты уже наделал дел, – жестко ответила она.

Внезапно Дюк ощутил жаркую волну гнева. Он положил ладонь на руку Клэр и развернул ее к себе.

– Послушай, – сердито сказал он. – Ты думаешь, что Пит был обычным парнем – из тех, которым приходится объяснять, что такое хорошо, а что такое плохо. Что ж, пора тебе узнать правду. Пит не был таким уж паинькой. Он мог позаботиться о себе гораздо лучше, чем я. Парень был умен, и знаешь почему? Потому что всегда выходил сухим из воды. А я был поглупее. Знаешь, мы в свое время работали вместе. Однажды Пит просчитался, а все шишки посыпались на меня. Хотя виноват был только он один.

Клэр отвесила Дюку пощечину.

– Свинья! – Девушка побледнела, в ее глазах сверкнула ярость. – А еще называешь Питера другом. Так и знала, что этим все закончится!

Дюк застыл. Внимательно посмотрел на Клэр, прикоснулся к ее щеке и внезапно пожал плечами.

– Какая, к чертям, разница? Думай что хочешь. Суть в том, что меня угораздило влюбиться. Да ты, наверное, и сама видишь. Тебе, конечно, все равно – но знаешь, как приятно сказать это вслух? Другие девушки ничего для меня не значили, никогда. А ты особенная. И не спрашивай почему. Я понятия не имею. Хоть мы и ругаемся с первой встречи, я с ума по тебе схожу. И это, похоже, надолго. Будь Пит жив, я бы и слова тебе не сказал. А ты, знаю, будешь держаться за прошлое, пока не станет слишком поздно. А потом примешься сокрушаться, что жизнь прошла. Говорю тебе – спустись на землю. Знаешь, что мне нравилось в Пите? Что мы с ним были два сапога пара. Знай ты его так же хорошо, как я, – возненавидела бы, так же как сейчас ненавидишь меня. Ты же вся такая осторожная, потому и думаешь, что тебе нужен спокойный парень, который обходит приключения стороной. Поверь, для девушки твоего ума это худший вариант. Садись в машину и проваливай. Мне больно находиться рядом с тобой.

И он вышел из комнаты. Клэр смотрела ему вслед – гневно и в то же время растерянно.

На крыльце Дюк столкнулся с Кейси.

– Что-то не так, мистер? Видно же – ты злой как черт.

– А вы не смотрите, – отрезал Дюк. – Пошли проведаем ребят.

Несколько человек сыпали песок в мешки и закладывали ими оконные проемы. Дюк на минутку задержался возле них и пошел на задний двор, где копали траншею в нескольких сотнях ярдов от дома.

– Переставлю, чтоб простор не загораживала, – сказал Дюк, садясь в машину и заводя двигатель.

Он проехал по полю, остановился за соседним бунгало и вернулся.

Кейси с интересом наблюдал за его действиями.

– Точно – быть беде, – сказал он, поглаживая бороду. – Что-то мне крайняя война вспомнилась.

– Погодите судить, – ухмыльнулся Дюк. – Скоро тут будет натуральная бойня – не хуже, чем сейчас в Европе.

Он убедился, что траншею копают по всем правилам, и вернулся на крыльцо. Посмотрел на ребят, роющих окопы в поле. Работают грамотно, и расстояние соблюдено правильное.

– Будут отличные огневые точки, – сказал Дюк. – В каждый окоп посадим по человеку с «томпсоном». Кстати, сколько у нас бойцов?

Кейси посчитал, наморщив лоб.

– В общей сложности три десятка. Все при оружии. То, что ты прислал, плюс наши дробовики.

– Отлично, – кивнул Дюк. – Пойду посмотрю, как дела у Келлза. – Отвернувшись, он добавил: – Нельзя, чтобы они пробили оборону. Запомните: ваш дом – неприступная крепость, и никак иначе. Колючка есть?

– Может, и есть, – сказал Кейси. – Посмотреть надо.

– Ну так посмотрите. Найдете – натяните вокруг дома. Если полезут в атаку – колючая проволока сразу остудит их пыл.

Гарри направился к позиции Келлза, увидел пыльный шлейф на дороге и перешел на бег. Он очутился на месте одновременно с автомобилем.

– Стоять! – гаркнул Келлз.

Машина дернулась и остановилась.

Из заднего окна высунулся Коррис. Бросил сердитый взгляд на Келлза, заметил Дюка и сжал губы.

– Что вы тут затеяли? – спросил он.

На заднем сиденье было еще два человека, трое расположились спереди. Дюк знал почти всех. Крутые парни, все как один – головорезы.

Он подошел к машине, оперся на крышу.

– Парни, давайте без шума. В тех кустах двое моих бойцов, у каждого «томпсон». Ждут не дождутся начать пальбу.

– А смысл? – Коррис посмотрел на Дюка, потом перевел взгляд на кусты.

– Пиндерз-Энд теперь мой, – беззаботно ответил Гарри. – Извините, если помешал, но у меня свой интерес в этой помойке. До конца недели мы гостям не рады. Так что разворачивайтесь и двигайте по домам.

Коррис поправил очки.

– Твой, говоришь? – сказал он. – Это еще почему? Шел бы ты, от греха подальше.

Дюк ухмыльнулся, сдвинул полу пиджака и продемонстрировал серебристый жетон.

– Видишь ли, я помощник шерифа. Все имущество в Пиндерз-Энд – под моей защитой. Давай, пошути на этот счет.

– Не дури, – нахохлился Коррис. – Будешь продолжать в том же духе – прольется кровь. Там женщины, дети. Ты же не хочешь, чтобы им досталось?

Дюк покачал головой.

– Нет там ни женщин, ни детей. Они ушли, – ответил он, нащупывая в кармане портсигар. Он вынул сигару, не сводя глаз с Корриса. – Хочешь драки – будет тебе драка. Ты посмотри по сторонам. Мы готовы к бою. Только врага не хватает. У нас есть все, что нужно, – ну, кроме авиации и артиллерии. Но у парней такой настрой, что мы прекрасно справимся без гаубиц и самолетов.

Коррис смотрел на Дюка, глаза его за стеклами очков пылали яростью. Гарри было решил, что сейчас начнется, но Коррис сдержался.

– Если начнется бой, – произнес Коррис, – мы будем биться до победы. Лучше кончай дурить. Потом спохватишься, да поздно будет.

Дюк затянулся и выпустил клуб дыма в лицо собеседнику.

– Ты же не маленький, – сказал он. – Мы с Келлзом можем вынести твой сброд одной левой. Беги отсюда и не озирайся. Прибежишь домой – расскажи хозяину, что мы прознали о заначке Нокса. Если она кому и достанется, то только нам!

– Разворачивайся, – скомандовал Коррис водителю. – Поехали. – Он высунулся из машины. – Ну, до скорой встречи. Не забудь оставить завещание на видном месте. Я прослежу, чтоб его исполнили.

Автомобиль укатил прочь, подпрыгивая на кочках. Дюк проводил его взглядом, а затем усмехнулся и сказал Келлзу:

– Ну вот и все, Лью. Теперь мистер Коррис соберет ребят и вернется ближе к вечеру. Тогда и настреляемся.

Келлз гоготнул:

– Пить охота, аж жуть. Пойду я отсюда. Ты не против?

– Вместе пойдем. А вы, ребята, побудьте здесь, – сказал Дюк в сторону кустов. – Что заметите – стреляйте в воздух. Если не поможет – на поражение. Через час пришлю смену.

Мужчины в очередной раз пошли через поле.

– Лорелли и ее пацан ищут деньги, – сказал Дюк Келлзу. – Дело небыстрое, может занять несколько дней. Знаешь, остановить Корриса будет несложно. Главное, все правильно спланировать.

– Ну и какие мысли? – проворчал Келлз, глядя на мужиков, копающихся в поле.

– Огневые точки, – ухмыльнулся Дюк. – Заречешься нападать.

Они подошли к дому, и Дюк подозвал Кейси.

– Поставьте человека на крышу. Оттуда хороший вид на Фэйрвью. Если увидит машины, пусть крикнет. И принесите побольше воды в дом. Без нее придется туго.

Кейси кивнул. Дюк и Келлз вошли в дом.

Клэр снаряжала обоймы для винтовок. Вокруг нее лежали коробки с патронами. Когда Дюк вошел, она не подняла глаз, и он ничего не сказал.

– Знаешь, – произнес Келлз, – мне все это начинает нравиться. Случись так, что боя не будет, – я даже расстроюсь.

– Не расстроишься, – ответил Дюк. – Разве может такой человек, как Спейд, отказаться от пятисот штук?

– Такой человек, как Коррис, точно не может. А если Спейд одной с ним породы, то, полагаю, ты прав.

– Пойдем наверх, посмотрим, что там с поисками, – предложил Дюк.

Лорелли стояла посреди комнаты и шарила взглядом по углам. На лице грязные пятна, в глазах досада.

Джо сидел на подоконнике и курил. Когда в комнате появился Дюк, парень окинул его недобрым взглядом.

– Нашли что-нибудь? – спросил Дюк, посмотрев на оторванные доски и многочисленные дыры в стенах.

– Тут ничего нет, – недовольно сказала Лорелли. – Был бы у нас тот рисунок, который стащил Пол, дело пошло бы на лад.

– Но рисунка у нас нет, – напомнил Дюк. – Так что продолжаем поиски. Вы двое пока отдохните. Мы с Келлзом вас сменим. Хотя нет, займитесь-ка продовольствием. Нас здесь тридцать шесть человек, и всех нужно кормить. Проверьте запасы. Если чего не хватает, берите пистолет и поезжайте по магазинам. Вернуться нужно до темноты. Можете взять мою машину.

– И оставить вас без присмотра? Ну уж нет, – фыркнула Лорелли. – За кого вы меня принимаете? Найдете деньги и смотаетесь, а мы останемся ни с чем. Я что, похожа на дурочку?

– А ты доверчивая, – улыбнулся Дюк. – Забирай Джо и выметайся. Здесь командую я, так что выполняй приказ и не жалуйся.

– Что скажешь? – Лорелли посмотрела на Джо.

Дюк шагнул к парню, схватил его за шиворот и вывел из комнаты. Дойдя до лестницы, остановился.

– Шевелись, красавчик, – сказал он и столкнул Джо с лестницы.

Тот с грохотом скатился по ступенькам. Клэр в ужасе выскочила из комнаты, взглянула на Дюка и побежала к Джо.

– Ушибся? – спросила она и отпрянула, встретившись с его кровожадным взглядом.

Джо медленно, с трудом поднялся на ноги и повернулся к Дюку. Тот стоял, опершись на перила, с ухмылкой на лице.

– Поднимайся, прокачу еще разок, – сказал он.

Джо не двинулся с места. Казалось, он не замечает Клэр. Девушка убедилась, что Джо цел, и переключилась на Дюка.

– Что за хулиганство? – с жаром в голосе воскликнула она.

Дюк вернулся в комнату, даже не посмотрев на Клэр. Лорелли торопливо попятилась.

– Сама пойдешь? – поинтересовался Дюк, хрустнув пальцами. – Или тоже помочь?

– Сама, – пискнула Лорелли и метнулась к двери. – Если стащите мою долю, я вам гляделки выцарапаю.

И она исчезла внизу.

– Ну ты прямо диктатор, – осклабился Келлз. – Что делать-то будем?

– Искать бабки. – Дюк снял пиджак и начал сдвигать мебель к середине комнаты. – Приступай.

– Они здесь уже смотрели, – возразил Келлз. – Может, пойдем в другую комнату?

– Мне нравится эта, – ответил Дюк. – Но ты можешь поискать в другом месте.

– Ладно. Чем работать-то? Голыми руками?

– Ну что ты как баба! Зубами грызи.

Дюк взял ломик и принялся методично сбивать штукатурку со стен.

Глава двадцать шестая

К ночи Пиндерз-Энд превратился в неприступный форт. Перед самым закатом Дюк, перепачканный и уставший, и что еще хуже – так ничего и не нашедший, обошел аванпосты. Убедился, что все готовы к схватке и каждый знает, что делать. Вернувшись в дом, он пошел к раковине и умылся.

Клэр и Лорелли занимались ужином. К Лорелли вернулось благодушное настроение, она тихо напевала какую-то песенку. Она основательно подошла к вопросу питания – с помощью Клэр, конечно.

– Значит, ничего не нашли, – сказала Лорелли, оттолкнув Дюка от раковины.

– Увы. – Он вытер лицо полотенцем. – А тебе не приходило в голову, что клада и вовсе нет? Все, что нам известно, – это рассказ Беллмана.

– Если так, я очень, очень сильно расстроюсь. – Лорелли загремела огромной железной кастрюлей. – Останусь без своей доли – и что тогда со мной будет?

– Можешь устроиться на работу, – с улыбкой сказал Дюк. – Выберешь подходящую – будешь неплохо зарабатывать.

– Не смешно.

Девушка бросила на Гарри сердитый взгляд и поставила на стол большое блюдо с мясом.

За весь вечер Клэр ни разу не посмотрела в сторону Дюка. Она ловко справлялась с делами, но почти ничего не говорила – молча раздавала оружие, молча готовила ужин. Келлз, Дюк, Джо и Лорелли уселись за стол, но Клэр ушла на крыльцо и стояла там, упершись взглядом в темнеющую даль. Наконец уселась на пыльные ступеньки, подперев голову руками.

– Что с ней такое? – спросила Лорелли. – Ведет себя как глухонемая.

– Не трогай ее, – отрезал Дюк.

Некоторое время они жевали молча. Потом Дюк сказал:

– А ведь ты знаешь, где мог укрыться Шульц. Хоть бы намекнула, что ли.

Лорелли застыла с поднятой вилкой.

– Ну, может, он…

– Закрой рот! – рявкнул Джо. Он посмотрел на Дюка. – Брось. Шульц мой. Я давно хотел пришить эту крысу.

Дюк понял, что повторять вопрос бессмысленно. Пожал плечами.

– Шульц не в твоей весовой категории, сынок, – сказал он. – Лучше оставь его мне.

– Не в моей? – Джо издал смешок.

– Забудьте про Шульца, – вмешался Келлз. – Что насчет денег? Мы весь дом перерыли, осталось только снести. И хоть бы что нашли. Вообще пусто.

– Может, клад закопан в огороде, – сказала Лорелли, потянувшись за солью. – Умеете работать лопатой?

Келлз молчал, вид у него был встревоженный. Дюк усмехнулся:

– Копать – это по твоей части. Полезно для фигуры.

– О фигуре моей не беспокойтесь, – быстро сказала Лорелли. – Я и без лопаты неплохо справляюсь.

– Болтуны, – хмуро произнес Джо. – Знай только болтаете. Может, пора пошевелить мозгами? Иначе мы это бабло и за год не отыщем.

– Хорошо. – Дюк отодвинулся от стола. – Начинай. И не забудь, что у нас на хвосте Коррис. Что думаешь?

Джо посмотрел на Дюка, глаза как угольки.

– Отправлюсь к Шульцу. Я тут поразмыслил и понял, где его искать. Заберу рисунок, отвезу Шульца куда надо. Если дело выгорит, добавите пару штук к моей доле.

Дюк глянул на Келлза:

– Как тебе эта мысль?

– Лучше бы мне этим заняться, – засомневался Келлз. – Шульца ведь придется валить. А у сопляка рука больная.

– Вот и я так думаю, – согласился Гарри.

– Либо я, либо никто. – Джо сидел без движения, бледное застывшее лицо его ничего не выражало. – Вы не знаете, где найти этого поганца. А я знаю.

Дюк быстро принял решение. В бою с Коррисом от парня не будет большой пользы, но с Шульцем, судя по ненависти в глазах, он разобраться сумеет.

– Хорошо, – кивнул Гарри. – Бери машину и не отсвечивай.

– Это само собой. – По-волчьи оскалившись, Джо вскочил из-за стола.

Забинтованный, с пластырем на носу, с твердо сжатыми губами и горящим взглядом, парень выглядел так хищно, что Дюк понял: Шульцу не позавидуешь.

Лорелли внезапно встала и подошла поближе к Джо.

– Я с ним, – сказала она. – Ему трудно рулить, помощь не помешает.

Дюк взглянул на парня:

– Ну что, берешь ее с собой?

– Почему бы и нет?

Джо старался, чтобы слова прозвучали безразлично, но Гарри уловил радость в его голосе.

– Думал, ты мне не доверяешь. – Он повернулся к Лорелли. – Прикинь, вы уедете, а мы найдем бабки. Откуда такая наивность?

– Давайте рассуждать здраво. – Лорелли не сводила с него напряженного, испуганного взгляда. – Мы уже целый день копаемся, и ничего. Без рисунка вам не обойтись.

Дюк отодвинулся от стола.

– Я начинаю думать, что и с рисунком нам ничего не светит.

– Ах ты, хитрый подонок! – внезапно рявкнул Джо. В руке у него появился пистолет.

Дюк опоздал на долю секунды – пальцы уже нащупали тридцать восьмой, и тут раздался треск выстрела, полыхнуло пламя, и он оказался на полу. Стул, на котором он сидел, каким-то образом очутился сверху. Боль прошила плечо. Дюк неподвижно лежал, ожидая следующей пули.

Он услышал, как завизжала Клэр, а Джо неестественно высоким голосом крикнул:

– Не двигаться!

Келлз сидел, изумленно вытаращив глаза. Все произошло слишком быстро и неожиданно.

Подбежав к Дюку, Клэр склонилась над ним, увидела кровь на рукаве и попыталась приподнять ему голову.

Не спуская глаз с Келлза, Джо подтолкнул Лорелли к двери.

– Попробуй что-нибудь затеять. Увидишь, что будет.

Келлз – руки на столе – сидел на месте с отвисшей челюстью.

Пятясь, Джо и Лорелли вышли из комнаты. Дверь захлопнулась.

– Клэр… ты только не волнуйся, – произнес Дюк. – Я живой.

Клэр зарделась и отдернула руки.

– Я думала… думала, что он… – Она замолчала.

– Какого черта расселся? – крикнул Дюк, обращаясь к Келлзу. – Бегом за ними, баран тупоумный!

Келлз ожил, выхватил пистолет, рванул через комнату и распахнул дверь. Услышал, как заводится машина Дюка, и бросился в темноту двора.

Он сразу же попал под обстрел, но автомобиль уже набрал скорость, и выстрелы были неточными – Келлз даже не услышал свиста пуль.

Встав у крыльца, он прицелился и выстрелил вдогонку. И тут раздался новый звук – где-то впереди дали автоматную очередь.

Автомобиль уже исчез из виду. Келлз прекратил стрелять и прислушался.

Ночную тишину разорвал грохот винтовок и автоматов. Прибыл Коррис со своими парнями.

Келлз метнулся в дом. Дюк сидел, сняв пиджак; Клэр бинтовала ему руку.

– Ушли, – сообщил Келлз, тяжело дыша. – А еще здесь Коррис.

Дюк посмотрел на Клэр. Она была так близко, что ее волосы касались его лица.

– Можно побыстрее? – попросил Гарри. – Мне нужно выдвигаться.

Клэр закрыла рану тампоном и заканчивала с бинтами. Она действовала так осторожно, словно Дюк был сделан из фарфора.

– Сиди. Ты ранен, – сказала она.

– Да нормально все, – возразил Дюк и покосился на Келлза. – Сколько их там?

– Не знаю. – Келлз выглянул в щель между мешками. – Темно. Рана серьезная? – бросил он через плечо.

– Нет. Парой дюймов ниже – пришлось бы крест заказывать. Вот же крысеныш! Как он ухитрился так быстро вынуть пушку?

– Но в чем смысл? – Келлз продолжал смотреть в окно. – Зачем он это устроил? Рассудок потерял?

– Они забрали бабки, – мрачно сказал Дюк.

Келлз чуть не рухнул на пол. Оторвался от подоконника и шагнул к Дюку.

– Какие еще бабки?

– Клад Нокса. – Дюк поднялся на ноги. – Ладно, красавица, – обратился он к девушке, – не волнуйся. Теперь со мной все хорошо.

Клэр бросила на него пытливый взгляд, отодвинулась и начала прибираться. Собрав оставшиеся бинты, взяла тазик с водой и ушла на кухню.

– Что ты несешь? – прорычал Келлз.

– Кинули нас. До последней минуты таились, вот и результат. Я бы даже поверил, но Джо выдал себя. Они же ковырялись в той комнате все утро. Нашли Ноксову заначку. Тогда и условились нас наколоть. Ну, похоже, им удалось. – Дюк издал короткий смешок и ткнул пальцем в сторону окна. – А нам осталось разобраться с этой свистопляской.

Тут с поля донеслись новые выстрелы. Несколько пуль шлепнуло в стену дома.

– Отзывай бойцов, – порывисто произнес Келлз. – Скажи Коррису, что биться незачем. Поехали, догоним голубков.

Дюк покачал головой:

– Коррис не пойдет нам навстречу. Нужно закончить начатое, и тогда уж можно будет ехать. Взгляни правде в глаза, Лью, – нас обдурили.

Келлз собрался было возразить, но тут открылась дверь, и в комнату вошел Кейси. Его глаза возбужденно сияли.

– Там кучка парней, нарываются на неприятности. Мои ребята уже прыгают от нетерпения. Какие наши действия?

– Сейчас присоединюсь к вам. – Дюк повернулся к Келлзу. – Пришлю сюда несколько человек. Следи за домом. Смотри, чтобы с Клэр ничего не приключилось. Осмотрюсь и, если решу, что их слишком много, заведу всех парней внутрь. Если держаться вместе, у нас будет больше шансов.

Келлз покусывал ногти.

– А я вот волнуюсь насчет бабок, – сказал он. – Получается, мы воюем ни за что.

– Ну не скажи, – ухмыльнулся Дюк. – Мы зачищаем Бентонвилль. Мне этого достаточно, даже если не увижу Ноксовых денег.

– Вот ты псих! – Келлз скорчил недовольную мину и отвернулся.

Дюк вышел на кухню. Клэр стремительно обернулась. Оба застыли, глядя друг на друга.

– Мне нужно проверить, что и как, – произнес Дюк. – Не лезь на рожон. Келлз побудет здесь, так что тебе нечего бояться.

– Думаешь, мне страшно? – спросила Клэр.

– Нет. Просто хочу, чтобы с тобой ничего не случилось.

– Не понимаю, почему тебя это волнует, – холодно сказала Клэр и отвернулась.

Гарри шагнул вперед и нежно повернул девушку к себе:

– Давай обойдемся без ссор. Прости меня за все. Правда – прости.

Внезапно Клэр упала ему на грудь и разревелась. Дюк молча обнял ее.

Кейси просунул голову в дверь, оценил ситуацию и исчез.

Прямо перед домом раздались очередные выстрелы.

– Не ходи, – попросила Клэр. – Тебя убьют. Я знаю, что убьют.

– Ничего подобного, – успокоил ее Гарри. – Прорвемся. Просто нужно кое-что сделать. – Он похлопал ее по плечу и аккуратно отодвинул в сторону. – Помнишь, я сказал, что с ума по тебе схожу? Пока ничего не изменилось.

И он вышел, прежде чем Клэр успела ответить.

Кейси ждал в коридоре.

– Ну пойдем, – сказал Дюк.

– Парадный вход у них на прицеле, – предупредил Кейси. – Лучше выйти через черный.

Дюк присел, открыл переднюю дверь и выскользнул на крыльцо. Из-за дерева на дальнем крае поля полыхнуло, пуля просвистела в паре футов от его головы.

– Пригнитесь! – крикнул он Кейси.

Он наугад выстрелил в сторону дерева. Секундой позже снайпер ответил, пуля снова пролетела очень близко.

– Тот парень стрелять умеет, – пробурчал Дюк, осторожно сдвигаясь вбок. – Такое ощущение, что видит меня. У вас есть винтовка под рукой?

Через мгновение Кейси подполз к Дюку и протянул ему винтовку. Дюк взял оружие, чуть поморщившись от острой боли в плече, и навел прицел на позицию снайпера.

Он долго готовился к выстрелу. Наконец мягко потянул спусковой крючок. Выстрелив, остался на месте, не сводя глаз с дерева. Стрелок ответил почти сразу, Дюк тут же выстрелил снова, и одновременно в ярде от Дюка брызнули щепки. В дальнем конце поля раздался еле слышный вскрик. С дерева, ломая ветки, упало тело врага.

Дюк отложил винтовку.

– Сдается мне, наш снайпер сегодня ужинал последний раз в жизни, – сказал он. – Пошли, пока они не затеяли что-нибудь еще.

Пригнувшись, Дюк и Келлз рванули к ближайшему окопу. Когда до него оставалось ярдов пятьдесят, Кейси тихонько свистнул.

Двое в окопе мигом развернулись и открыли огонь из «томпсонов». Чересчур взволнованные, они целили слишком высоко, иначе Кейси и Дюка разорвало бы на куски.

Кейси выругался, не жалея глотки, и бандиты Корриса открыли огонь по площади. Дюк и Кейси вжались в землю, слушая, как вокруг свистят пули. Когда стрельба стихла, они сползли в окоп.

– Это еще что за чертовщина? – рычал Кейси. – Вы нас чуть не порешили!

Джеткин и коротышка по имени Сингер нервно переглянулись.

– Да они тут повсюду ползают, – пожаловался Джеткин. – Вот бы нас кто сменил.

– Это можно устроить. – Дюк взял автомат из рук Сингера. – Мы посидим тут, а вы возвращайтесь в дом. Это место легко обойти с тыла; так что посматривайте по сторонам – можете наткнуться на противника. Вот где, скажите, луна?

– Взойдет минут через десять. Вон она, уже за деревьями, – показал Кейси.

– Идите осторожно, – предупредил Дюк. – Будем идти назад – свистнем. В следующий раз постарайтесь не стрелять по нам, хорошо?

Джеткин тревожно всматривался в темноту.

– Не сказал бы, что хочу вылезать наружу, – сказал он. – С той стороны отличные стрелки.

– Вот и ступайте, пока луна не взошла, – приказал Кейси. – Давайте, бегом.

Сингер выбрался из окопа и встал в полный рост.

– Пригнись, придурок! – крикнул ему Дюк.

Со стороны поля начали стрелять, Сингер скатился обратно.

– Идиотина! – разгневался Дюк. – Ты о чем думал, остолоп?

Джеткин собрался чиркнуть спичкой, но Гарри выбил коробок у него из пальцев. Нагнулся к Сингеру, выпрямился.

– Готов, – сказал он. – Сам напросился.

Кейси и Джеткин опустили глаза. Они давно знали Сингера, знали его жену и детей. Обоим стало не по себе.

Плечо Дюка снова начало болеть. Эта стрельба вслепую ни к чему не приведет. Подумав, Гарри решил перенести бой на территорию Корриса.

– Отправляйся в дом, – приказал он Джеткину. – Скажи Келлзу, чтоб двигал сюда. И пусть захватит «томпсон».

Джеткин не очень-то хотел вылезать из окопа, но в итоге решил, что в доме будет безопаснее. Он кивнул и уполз в сторону дома.

Когда Джеткин скрылся во тьме, Дюк повернулся к Кейси:

– Мы с Келлзом попробуем пересечь поле. Если застанем людей Корриса врасплох, удастся хорошенько их потрепать.

– Далековато, – проворчал Кейси. – Плюс, пока твой товарищ до нас доберется, уже луна взойдет.

– Все равно придется попытаться. Вряд ли они думают, что нам хватит храбрости на такой бросок, – ответил Дюк. Он показал на тело Сингера. – Жаль мужика.

– Ага, – буркнул Кейси. – Паскудно вышло. У него жена и дети остались.

– Все может закончиться хуже, чем мы думали, – тихо произнес Дюк. – Во всяком случае, для ваших ребят. Вряд ли им удастся заработать.

Кейси задумался.

– Придется тебе для нас что-нибудь сделать, мистер, – сказал он.

– Видимо, придется.

Дюк всматривался в ночь. Непонятно, что можно предложить этим людям. Ладно, сейчас других забот хватает. Нужно отделаться от Корриса, потом – в погоню за Джо и Лорелли. Как же все трудно, медленно, – видать, придется повозиться. В любом случае Дюк был настроен довести дело до конца.

Через некоторое время со стороны дома послышался шорох.

– Не вздумайте стрелять, – вполголоса произнес Келлз.

Секундой позже он нырнул в окоп, не выпуская «томпсон» из рук, и наступил на тело Сингера. Вздрогнул, отпрыгнул назад.

– Хотел предупредить тебя, да не успел, – шепнул Дюк.

– Вижу, у вас потери. – Келлз не сводил глаз с тела. – Жаль. Парень-то был в отличной форме.

– Слушай, – начал Дюк. – Что-то я утомился сидеть под обстрелом. Предлагаю подобраться поближе и устроить банде Корриса сюрприз. С двумя «томпсонами» мы покрошим их в капусту.

– Ага, точно, – сморщился Келлз. – Или они нас покрошат.

– Мужики прикроют нас огнем, как в кино, – сказал Дюк. – Должно получиться.

– Ну, раз ты так решил… – Келлз пожал плечами.

– Тогда погнали. – Дюк повернулся к Кейси. – Как только мы окажемся на поле, начинайте палить по дороге и деревьям. Патронов не жалейте. Как доберемся до второго окопа, скажу ребятам делать то же самое.

– Договорились. Смотрите осторожнее там.

Дюк и Келлз выбрались из окопа; Кейси проводил их взглядом.

Заливая поле бледным светом, из-за деревьев появилась луна. Дюк упрямо полз вперед, чувствуя себя совершенно беззащитным. Казалось, люди Корриса вот-вот увидят его и откроют огонь. Но ничего такого не произошло – до следующей точки добрались без приключений.

Двое в окопе заметили их заранее, признали Дюка. Он объяснил им, что делать, и пополз дальше.

Кейси начал стрелять, целя повыше. Дюк с Келлзом добрались до третьей точки, поговорили с бойцами и двинулись дальше. Тут к стрельбе подключились парни из второго окопа.

Люди Корриса открыли ответный огонь, оживляя темноту вспышками выстрелов.

– Вон они, слева, – сказал Дюк, указывая туда, где вспышек было больше всего.

– Нам бы парочку гранат для спокойствия, – заметил Келлз.

Дюк усмехнулся, вглядываясь в темноту. Происходящее начинало ему нравиться. Вот только плечо болит, иначе был бы полный восторг.

Наконец они добрались до придорожных кустов.

– Теперь молчок, – шепнул Дюк. – Они уже рядом.

Келлз что-то пробурчал и пополз вперед, пытаясь держаться поближе к зарослям. Гарри старался не отставать. Через несколько минут Дюк внезапно застыл и поднял руку. Оба вжались в пыль и прислушались.

Чуть впереди, на дороге, звучали голоса. Стараясь не шуметь, Дюк и Келлз двинулись дальше.

Разговор слышался все отчетливее. Гарри присмотрелся и разглядел за кустами два автомобиля, а рядом – несколько нечетких фигур. Заметил огоньки сигарет и чуть не расхохотался.

Эти парни явно не ждали подвоха.

– Через минуту бахнет, – сказал один. – Он, должно быть, уже подобрался к дому.

– Так скоро? Это вряд ли, – возразил другой. – Ему же вон какой круг пришлось делать. У тебя все с собой?

– Ага. Неохота мне переться через поле. Там пара автоматчиков. Как думаешь, по кому они стреляют?

– Да просто палят с перепугу, – хохотнул третий. – Пусть тратят патроны, коли нравится.

Дюк осторожно поднялся на колени. Жестом приказал Келлзу ждать лежа. Вокруг одной из машин стояло пять человек. У каждого по дробовику, все смотрят в сторону, на поле.

Гарри наклонился к Келлзу:

– Все в куче. Пятеро.

Ухмыльнувшись, Келлз прижал приклад «томпсона» к бедру. Оба тихонько выпрямились.

– Получай! – внезапно проорал Дюк.

С другого конца поля, из своего окопа, Кейси увидел вспышки, услышал треск автоматных очередей. Что же там происходит, с тревогой подумал он.

Глава двадцать седьмая

– Не туда, – сказал Джо, когда Лорелли свернула в сторону Бентонвилля.

– Туда, туда, – отмахнулась девушка. – Пусть теперь мы богачи, но дома осталось несколько вещиц, с которыми мне не хочется расставаться.

– Не дури. – Джо с трудом сидел прямо. В голове пульсировала боль, по руке то и дело пробегали языки горячего пламени, словно красный автомобильчик колесил вверх-вниз. – Разворачивайся, поедем в Стейтлайн.

– Сам подумай, времени у нас полно. – Лорелли давила на педаль газа, машина неслась по пустынной дороге. – Или ты боишься, что Дюк выпутается из той передряги за пять минут?

На каждой выбоине Джо морщился от боли. Да, нехорошая рана. И мозги как в тумане. Только бы не грохнуться в обморок. Облигации у девчонки, а ей нельзя доверять такую кучу денег. Если с ним что-нибудь случится, Лорелли сбежит, а Джо останется с носом.

– Вот это тачка! – сказала девушка, когда спидометр показал семьдесят пять миль в час. – Прикинь, мы сумели перехитрить самого Дюка. Ловко ты его, Джо! На секунду мне показалось, что ты слишком затянул представление.

Джо что-то проворчал. Боль была невыносимой. Съежившись на сиденье, он думал о деньгах. Пятьсот тысяч в облигациях. Он знал, кому их сдать. Конечно, заплатят не больше половины номинала, но и это неплохо. Джо взглянул на Лорелли и стиснул зубы. Может, избавиться от нее? Если на хвост сядут копы, девчонка будет только мешать. Мимо нее ни один легавый спокойно пройти не может.

Думалось плохо – он слишком устал, да и рука огнем горела. Сначала нужно добраться до Стейтлайна. Джо чувствовал, как в нем закипает ярость. Если бы не его состояние, Лорелли не осмелилась бы ехать в Бентонвилль.

– Что же там такого важного? – внезапно спросил Джо.

– Одежда, цацки. – Девушка упрямо сжала полные губы. – Лучше заберу, раз уж время позволяет.

– Время ей позволяет, – разозлился Джо. – Каждая минута, что ты тратишь, работает против нас.

– Куда подевалось твое хладнокровие? – Лорелли с любопытством взглянула на парня. – Возьми себя в руки. Тебе что, нехорошо?

Скрежетнув зубами, Джо выпрямился. Кровь прилила к голове; освещенная фарами дорога уплыла вбок. Джо закрыл глаза и схватился за дверцу машины; казалось, он соскальзывает с края земли.

– Почти на месте, – наконец сообщила Лорелли.

Она свернула с главной улицы и через несколько минут подъехала к дому Шульца.

Когда машина остановилась, Джо полегчало. К нему вернулась ясность мысли. Лорелли хлопнула дверцей, Джо посмотрел на нее и тоже выбрался наружу. Резкий запах цветов чуть не свалил его с ног. Он пошатнулся, пришлось опереться на автомобиль.

– Да что с тобой такое?

Лорелли схватила парня за руку – жестко, нетерпеливо. Бросила холодный взгляд на его лицо. Джо выглядел совсем больным. Понятно, что толку от него немного – по крайней мере, в ближайшее время. В голову ей закралась мысль: не пора ли бросить его и позаботиться о себе?

Почуяв неладное, Джо вцепился девушке в руку.

– Лучше держись рядом. Надумаешь хитрить – увидишь, что будет.

– Что такое? Ты не доверяешь мне?

Лорелли была уверена, что с легкостью сумеет вырваться, но вспомнила, как ловко Джо обращается с пистолетом, и решила повременить.

– Не только тебе. Никому, – сказал он.

Оба направились к дому. Парень долго возился с ключом, пытаясь открыть дверь, но не смог попасть в замочную скважину – рука дрожала слишком сильно. Пришлось передать ключ Лорелли.

– Открывай, – нетерпеливо скомандовал Джо.

Они вошли в темную прихожую, прислушались. Прошли дальше, в гостиную. Зажгли свет и увидели Каллена.

Услышав пронзительный визг Лорелли, Джо испугался и легонько шлепнул девушку. Та отпрыгнула.

– Кто это? – выдохнула она, пятясь к стене.

Джо осторожно приблизился к телу.

– Приятель Дюка. Узнаешь?

– Пит Каллен. – Лорелли содрогнулась.

Застыв, оба смотрели на мертвеца.

– Дура ты, что решила вернуться, – нервно произнес Джо.

Он подошел к буфету, налил бренди, выпил. В голове прояснилось.

– Я ухожу, – решительно сказала Лорелли. – Быстрее, Джо. Пошли отсюда.

И она развернулась.

Стоя в дверном проеме, Гэллахан и О’Мэлли внимательно следили за происходящим. У обоих пушки наготове. Лорелли всхлипнула и вдруг поняла, что не может дышать.

– Ни с места! – произнес Гэллахан.

Джо увидел стальные пуговицы и непроизвольно потянулся за пистолетом. Ничего не поделаешь – рефлекс есть рефлекс.

Гэллахан всадил ему пулю между глаз. Джо зашатался, выронил пистолет и рухнул в камин. Падая, задел стойку с кочергой и лопаткой для угля; железки с грохотом разлетелись по полу.

Лорелли дрожала от страха, не сводя глаз с дыры у него во лбу. Потом зажмурила глаза и разрыдалась.

Прямо возле ее уха раздался жаркий шепот:

– Не нужно было сбегать с ним, моя голубка. – И горячие толстые пальцы коснулись ее руки.

Девушка испуганно вскрикнула и попыталась отодвинуться, но Шульц прижал ее к себе.

– Волнуется очень, что меня огорчила, – сказал Шульц капитану. – Еще бы – бросила меня, укатила со своим касатиком. А он ведь убийца.

– Хоть на суде сэкономили, – равнодушно произнес Гэллахан, убирая пистолет в кобуру.

– Присядь-ка. – Шульц толкнул Лорелли в кресло. – И не вздумай шевелиться без моего разрешения.

Пока Гэллахан осматривал тело, толстяк тихонько подобрал пистолет Джо. Сунул его в карман и вынул свой тридцать восьмой. Все было проделано молниеносно. Ни капитан, ни сержант ничего не заметили.

Когда Гэллахан выпрямился, Шульц передал ему свой пистолет.

– Мальчишка застрелил Каллена. Проверите пули – увидите, что совпадают.

– Надо было оставить там, где лежал, – сердито буркнул Гэллахан, забрав оружие. – Теперь на нем ваши отпечатки.

– Вылетело из головы. – Глаза-блюдца безучастно смотрели на капитана. – В любом случае парень мертв. Улики не понадобятся.

– Может, мистер Спейд прикажет считать это очередным самоубийством? – недовольно проворчал Гэллахан.

– Это вряд ли. – Шульц покачал головой и вдруг рассмеялся. – Очень сомневаюсь. Отличная работа, капитан. Вы поймали убийцу, – он махнул рукой в сторону камина, – а моя малышка снова со мной.

– Зачем она с ним связалась? – Гэллахан с подозрением рассматривал Лорелли.

– Я уже рассказывал, – вкрадчиво произнес Шульц. – Мальчишка как-то странно влиял на нее. Не волнуйтесь за Лорелли, теперь у нее все в порядке. – Толстяк ухмыльнулся. – Мистер Спейд всегда благоволил к ней. Верно, голубка?

Толстые пальцы впились в тело девушки. Лорелли отпрянула.

– Ну ладно. – Гэллахан колебался. – Пришлем фургон за этими двумя. А девчонку нужно допросить. Может, придется привести ее в участок.

– Завтра же она будет у вас, – кивнул Шульц. – Спасибо вам, капитан. Буду рад избавиться от трупов. С ними дом выглядит как-то неестественно. – И он рассмеялся снова.

Капитан окинул толстяка внимательным взглядом и повернулся к О’Мэлли:

– Побудь здесь. Я улажу дела в участке. – И он вышел.

О’Мэлли покосился на бутылку виски, надеясь на угощение.

– Вы не могли бы подождать снаружи, сержант? – опередил его Шульц. – Нам хотелось бы остаться наедине.

– Не уходите! – крикнула Лорелли и попыталась вырваться.

О’Мэлли уставился на девушку, перевел взгляд на Шульца.

– Она знает, что будет наказана за побег.

Толстяк еще крепче сжал пальцы. Другой рукой залез в карман, выудил мятую скрутку банкнот. Вложил деньги в руку О’Мэлли.

– Можете идти, сержант. – На губах Шульца играла зловещая улыбка.

Девушка ухватилась за рукав О’Мэлли. В ее широко открытых глазах не оставалось ничего, кроме ужаса.

– Останьтесь, – выдохнула она. – Иначе он меня убьет. Знаю, убьет!

О’Мэлли высвободил рукав и усмехнулся:

– Ничего подобного. Правда же, мистер Шульц?

– У нее есть все основания так думать, – сказал Шульц, выворачивая ей руку за спину, – но я не буду настолько суров.

О’Мэлли неохотно направился к двери.

– Если понадобится помощь… – начал он, но Шульц отмахнулся.

– Возможно, она немножко покричит, – сказал он. – Но вас это не должно беспокоить.

Сержант вышел. Лорелли забилась в истерике, умоляя его вернуться. Шульц врезал девушке по губам. Оглушенная ударом, Лорелли заскулила и упала на колени.

– Ну, голубка, ты обманула меня в последний раз. Где деньги?

– Джо забрал, – проныла девушка, пытаясь отползти в сторону.

Шульц ударил ее снова.

– Давай сюда деньги, пока я не изорвал твой наряд в лохмотья. Говоришь, Джо забрал? Да ты бы их никогда не отдала.

Дрожащими руками Лорелли принялась вытаскивать облигации из-под платья. Это заняло несколько минут. Закончив, она бросила бумаги к ногам Шульца.

Шульц опустил взгляд на пачку в непромокаемой обертке, и глаза его сверкнули.

– Очень хорошо, – сказал он. – Долго же я ждал.

Лорелли вскочила и бросилась к выходу. Шульц выбросил вперед огромный кулак, удар пришелся по затылку. Девушка растянулась на ковре.

Толстяк сделал два шага к двери и навис над жертвой.

– На этот раз нам никто не помешает, – тихо произнес он и обхватил горло Лорелли толстыми пальцами.

Извиваясь, девушка перевернулась на спину, колотя по рукам Шульца, царапая их острыми ногтями. Толстяк тихо ругнулся и напряг мощные мускулы, усиливая хватку.

Лорелли отчаянно сражалась за жизнь. Она знала, что, если не удастся разжать пальцы Шульца, он ее задушит. Мысль о том, что О’Мэлли совсем рядом, придавала ей сил. Шульцу было нелегко удерживать девушку. Наконец он придавил грудь Лорелли тяжелым коленом. Она почувствовала, как из легких вырвался последний воздух, в ушах зашумело; казалось, язык увеличивается в размерах.

Лорелли перестала сопротивляться. Попытки разжать толстые пальцы становились все слабее, ноги ее начинали подергиваться.

Внезапно Шульц издал утробный стон и ослабил хватку. В истерзанные легкие Лорелли хлынул воздух. Девушке показалось, что она тонет в темной бездне.

– Все в порядке, – произнес кто-то.

Лорелли открыла глаза.

Над ней склонился невысокий человек с взъерошенными седыми волосами.

– Вы в безопасности, – сказал Сэм Тренч, приподнимая голову девушки. – Похоже, мы подоспели вовремя.

Лорелли с трудом села, держась за ноющее горло. Шульц лежал на боку, его висок кровоточил.

Эл Барнс, помахивая обрезком свинцовой трубы, улыбнулся девушке и сказал:

– Как раз вовремя. Прямо как в кино.

Безучастно глядя на гостей, Лорелли попыталась встать. Сэм Тренч поддержал ее и помог дойти до кресла.

– Не беспокойтесь, – сказал он. – Теперь вам нечего бояться.

Барнс перевернул Шульца, приподнял ему веко и разочарованно фыркнул:

– А я думал, что убил его. У этого парня башка крепкая, как палата для буйных в дурдоме.

Сэм подошел к телу Каллена, коснулся его руки.

– Мертв уже довольно давно. Бедняжка Клэр! Она была без ума от этого мальчишки.

Он посмотрел на Барнса и сокрушенно покачал головой.

– Только гляньте, – произнес Барнс. – Два трупа, парень с пробитой головой и девка с вывихнутой шеей. Ни дать ни взять сцена из ужастика. Жаль, фотоаппарат не захватил. Вышла бы шикарная картинка для «Клариона».

– Оставь подобное бульварным листкам, – сказал Сэм. – Нашему изданию такие картинки не по рангу. – Он поводил взглядом по комнате и увидел лежащий возле Шульца сверток. Поднял, проверил содержимое. – Эй! Посмотри-ка сюда!

Лорелли попыталась вскочить с кресла, но силы оставили ее.

– Это мое! – разгневанно крикнула она.

– Ой нет, – сказал Сэм. – Не думаю. – Он проверил номера облигаций, наморщил лоб. – Похоже, я знаю, откуда это богатство.

Барнс заглянул ему через плечо.

– Ух, какие старые. Ничего себе! Здесь, должно быть, с полмиллиона баксов.

– Добыча Фрэнка Нокса, – произнес Сэм. – Помню, лет десять назад мне присылали номера. Пиндерз-Энд! Теперь все понятно, Эл. – Он сунул сверток в карман. – Давай-ка выведем девочку на задний двор, побеседуем.

Барнс усмехнулся, подошел к Лорелли и помог ей подняться.

– Пошли, красотка. Твои проблемы только начинаются.

Девушка попыталась вывернуться, но у Барнса была крепкая хватка.

– Отпустите, – задыхалась Лорелли, – и деньги отдайте. Они мои, честно!

– Как же вы, девушки, любите сами себя обманывать, – добродушно заметил Эл и выволок Лорелли из комнаты.

Часом позже в кабинете Гэллахана раздался телефонный звонок. Капитан выслушал Сэма Тренча, едва веря своим ушам. С каждой минутой рассказ редактора становился все удивительнее. Повесив трубку, Гэллахан погрузился в раздумья. Затем неохотно выписал ордер на арест Пола Шульца за убийство Питера Каллена. Теперь он был убежден в двух вещах: что он не будет участвовать в выборах и что волна самоубийств закончилась.

Глава двадцать восьмая

Дверь гостиной распахнулась, Клэр взглянула на входящих и в ужасе закрыла рот ладонями.

Коррис улыбнулся:

– Не двигайся. Сиди, где сидишь.

Из-за плеча Корриса выглянул Бифф, улыбаясь во все четыре зуба.

– Привет, милашка. Ну, принимай гостей нежданных.

Громила шагнул в комнату, Коррис остался в дверях.

Клэр застыла – сердце бешено колотится, в лице ни кровинки.

– Мы ненадолго, – произнес Коррис, направив на девушку пистолет с коротким стволом. – Ты в курсе, что нам нужно. Рассказывай, где искать.

– Я не знаю. – Клэр старалась говорить спокойно. – Я ничего об этом не знаю.

Коррис зыркнул на Биффа:

– Ну, теперь мы внутри, а они снаружи. Может, удастся склонить Дюка к деловому разговору.

– Ага, – кивнул Бифф, схватил Клэр за руку и выдернул из кресла. Девушка начала было сопротивляться, но он вывернул ей руку и замахнулся. – Не балуй, – предупредил он. – А то сделаю больно.

В ночи раздались звуки выстрелов, и Коррис резко оглянулся.

– Что они все никак не закончат?

Дверь снова открылась, и в дом вошел Джеткин. Коррис ткнул ему в бок пистолетом.

– Давай без глупостей, – сказал он.

Джеткин посмотрел на Клэр, перевел взгляд на Корриса, на Биффа и побелел.

Клэр показалось, что он вот-вот лишится чувств.

Коррис взглянул на часы.

– Разыщи Дюка, – приказал он Джеткину. – Передай, что, если он не явится сюда через десять минут, я застрелю девчонку. Пора закругляться с нашим дельцем.

Джеткин затрясся. Коррису пришлось посильнее нажать на пистолет, чтобы вытолкать парня из комнаты.

– Дюк ушел на тот край поля. – Голос Джеткина дрожал. – Меня ж там убьют.

– Это было бы очень некстати, – усмехнулся Коррис и сорвал с окна грязную белую занавеску. – На́, будешь махать над головой. Может, жив останешься. Но обязательно приведи Дюка.

И он пинком отправил Джеткина в темноту.

Удостоверившись, что он ушел, Коррис вернулся в гостиную и скомандовал:

– Отведи ее наверх. Сам стой рядом с лестницей, будь начеку. Если Дюк забалует, грохнешь девчонку. Понял?

– Конечно, – ответил Бифф и выволок Клэр из комнаты.

Коррис вышел на темную веранду, присел на ступеньку. Выстрелы то стихали, то разрывали тишину снова. Джеткин пронзительно выкрикивал имя Дюка. Коррис замер в ожидании.

Минут через двадцать он увидел Дюка. Тот уверенно шел по полю, следом семенил Джеткин.

«А где же мои парни?» – подумал Коррис, начиная беспокоиться. Достал пистолет, выставил его перед собой.

Дюк подошел к разбитым воротам и остановился – взгляд устремлен на дом, руки опущены.

– Давай заходи, – негромко позвал Коррис.

Дюк приблизился, поднялся по ступенькам. Прошел в дом вслед за Коррисом. Оказавшись в гостиной, прислонился к стене. Взгляд у него был настороженный.

– Как тебе наше сражение? – спросил он.

Коррис ходил из угла в угол.

– Плевать мне на сражение. Девчонка наверху. Надумаешь дурить – Бифф ее пришьет. Знаешь Биффа?

– Само собой, – кивнул Дюк. – Что, не умеешь воевать, не прикрывшись бабой?

– Давай без лишних разговоров. Я спешу. Где деньги?

– Думаю, на полпути к Бентонвиллю. – Дюк сокрушенно покачал головой. – Лорелли и ее пацан обвели меня вокруг пальца. Нашли клад и смылись.

Коррис побледнел. Казалось, его лицо сейчас рассыплется на кусочки.

– Смылись? – тупо переспросил он.

Дюк кивнул:

– Ага. Полчаса, как уехали. Я хотел было поставить тебя в известность, чтобы не драться попусту. Да вы рванули с места в карьер со всей этой стрельбой.

– Врешь! – крикнул Коррис, готовый нажать на спусковой крючок.

– Бабки были наверху. Сходи да сам посмотри.

– Показывай! – Коррис отодвинулся от двери.

Дюк начал подниматься по лестнице. Услышав его шаги, Бифф крикнул сверху:

– Что у вас там творится?

– Нормально все, – успокоил его Коррис. – Я иду прямо за ним. Отведи девчонку в комнату да смотри в оба.

С трудом сдерживаясь, Дюк слушал, как Бифф тащит Клэр в дальнюю комнату. Повернул голову.

– Иди, иди, – скомандовал Коррис. – Ты же не хочешь, чтобы с ней случилось нехорошее?

За спиной Корриса Гарри увидел Келлза. В руке у него был нож, лезвие блеснуло в лунном свете. Келлз тенью метнулся вперед, нож с тихим чавканьем вошел в тело Корриса, прежде чем тот успел понять, что происходит.

Коррис застыл, качнулся вперед, выронил пистолет, схватился за живот. Тихо выдохнул и обмяк.

Келлз подхватил тело и ухмыльнулся.

– Костюмчик теперь на выброс, – шепнул он, тихонько опустив Корриса на пол.

Дюк скользнул в комнату, где были Бифф и Клэр. Увидел их силуэты – и Клэр, и Бифф не сводили с него глаз. Сквозь щели в ставнях ярко светила луна. Света было вполне достаточно, чтобы сориентироваться.

– Сюда, – бросил Гарри через плечо.

Бифф, конечно, думает, что Коррис идет следом. Значит, есть шанс застать громилу врасплох. Делать нечего, придется рискнуть.

Дюк бросился вперед. Почувствовал, что задел Клэр плечом. Все трое упали на пол, Бифф выстрелил.

Вспышка опалила Дюку лицо, он принялся молотить Биффа кулаками.

Клэр откатилась в сторону. Бифф отбивался, как мог. По большей части он попадал Гарри по корпусу. Лупил, будто сваи забивал. Дюк подумал, что его ребрам конец.

Он схватил Биффа за горло, сжал что было сил. Плечо пронзила боль, – видимо, открылась недавняя рана. Хватка ослабла, и Бифф принялся молотить Дюка по лицу. Гарри пытался сопротивляться, но противник был слишком силен. Последний удар отбросил Дюка в другой конец комнаты. С трудом соображая, он увидел, как Бифф поднимается на ноги.

Тут появился Келлз.

Бифф быстро обернулся, увидел пистолет, издал сдавленный крик.

Келлз выстрелил ему в голову. Падая, громила чуть не проломил пол.

– Я-то думал, крутые мужики, – усмехнулся Келлз. – А оказалось, с ними воевать – что баранов резать.

Дюк медленно поднялся на ноги, чувствуя, что одежда пропиталась кровью. Поморщился от боли в намятых боках, тревожно осмотрелся в поисках Клэр. Девушка сидела у дальней стены, сжавшись в комок.

– Испугалась? – Дюк подошел к девушке и заключил ее в объятия.

Клэр дотронулась до его пиджака, влажного, липкого от крови.

– Ты ранен. Пойдем вниз, я посмотрю.

– Все в порядке. – Чувствуя слабость в коленях, Гарри прислонился к стене. – Ты молодец.

И начал сползать вниз. Клэр вскрикнула. Келлз подхватил Дюка, не дав ему упасть.

– Мадам, наш друг просто дурачится.

И добавил, обращаясь к Дюку:

– Хорош кривляться, бродяга. Что ты как баба!

Глава двадцать девятая

Кейси и его люди остались хоронить мертвецов, а черный «паккард» Корриса помчался в Фэйрвью – Клэр была за рулем, Дюк с Келлзом расположились сзади. Остановившись возле своего дома, девушка взглянула на часы. Было уже за полночь.

В окнах горел свет.

– Внутри кто-то есть, – сказала Клэр.

– Ни минуты покоя, – устало вздохнул Гарри, нащупывая пистолет.

Он вышел из машины, Келлз за ним.

– Жди здесь, – велел Дюк девушке. – Мы посмотрим, что там.

Тут дверь отворилась, и во двор вышел Сэм Тренч.

– Так и знал, что вы объявитесь. Прошу всех внутрь. Кофе готов, еда на столе.

Увидев его, Клэр обрадовалась, как никогда в жизни.

– Как же вы догадались, Сэм?

– У меня дар ясновидения. – Редактор приобнял девушку. – Заходите, присаживайтесь. У вас усталый вид.

Дюк в замешательстве взглянул на Келлза:

– Думаю, нам надо ехать. Уже поздно.

– Заходите! – сухо приказал Сэм. – Нам нужно многое обсудить.

– Давайте завтра, – попросил Гарри.

Редактор повернулся к девушке:

– Хоть ты ему скажи. Похоже, Дюку нужно особое приглашение.

– Прошу, зайдите, – произнесла Клэр, чуть помедлив.

Все вошли в дом и собрались в тесной гостиной. Клэр – бледная, разбитая – уселась в кресло. Дюк присел на стол, поддерживая раненную руку. Сэм разлил кофе по чашкам.

– Что, в этой берлоге нет ничего покрепче? – с беспокойством спросил Келлз.

Клэр взяла себя в руки.

– Вы уж извините. Хозяйка из меня никакая.

Она собралась встать, но тут вмешался Сэм:

– Сейчас все будет.

Он принес из буфета бутылку бурбона.

– Никак не могу понять, как вы догадались, что мы сюда приедем, – сказал Дюк, задумчиво глядя на Сэма.

Старик буквально лучился торжеством. Интересно почему?

Сэм подмигнул Дюку, налил всем желающим бурбона и встал перед пустым камином.

– Ну, чем занимались? – поинтересовался он.

– Стирали банду Спейда с лица земли. – Дюк провел рукой по глазам. – Десять человек убито, остальные разбежались. Думаю, они вряд ли соберутся снова. Коррис мертв. Жаль только, что нам не попался Спейд.

– А что насчет Пиндерз-Энд? – требовательно спросил Сэм.

– Ну, я обещал вам историю, так слушайте.

И Дюк рассказал редактору обо всем, что произошло. Иногда опускал некоторые детали, и Сэм то и дело просил его повторить. Когда Гарри дошел до побега Джо и Лорелли, Клэр уже задремала, а Келлз изрядно напился.

– Вот они и смылись, – сокрушенно сказал Дюк. – И Шульц тоже пропал. Будет чем заняться завтра утром.

Сэм расстегнул пиджак, вынул сверток и положил его на стол.

– Это искали? – спросил он, улыбаясь до ушей. – Думали, что сможете обойтись без старика, верно?

Дюк взял сверток в руки, заглянул внутрь и уставился на Сэма.

– Вот же старый проныра!

– Джо мертв, – продолжил Сэм. – Что касается Лорелли, я выдал ей свое благословение и пару сотен баксов, и она пулей вылетела из города.

– А Шульц? – тихо поинтересовался Дюк.

– В тюрьме. Перед вашим приездом мы с ним мило поболтали. Шульцу предъявлено обвинение в убийстве Питера Каллена.

Дюк нахмурился, но старик и бровью не повел.

– Он даже не стал отнекиваться. Так что можно о нем забыть…

– Сэм, вы не против, если я пойду спать? – Клэр встала с кресла. – На сегодня с меня довольно новостей.

Сэм приблизился к девушке:

– Спать? Когда у нас такой вагон информации, да еще из первых рук? И ты смеешь называть себя журналистом? Завтра будет спецвыпуск «Клариона», так что готовься поработать!

Клэр уставилась на редактора:

– Но, Сэм…

– Никаких «но»! – отрезал старик. – Это твоя история, и ты ее напишешь. – Он шагнул к девушке и горячо схватил ее за руки. – Мы своими силами очистили Бентонвилль от подонков! – Глаза Сэма горели от возбуждения. – Это же эксклюзив! Такой материал, да в нашей газете! Теперь у нас достаточно денег, чтобы воскресить Фэйрвью. Да что там – мы хоть весь город купить можем. Представь, опять заработают заводы! Вот это, я понимаю, история. Фэйрвью больше не придется играть вторую скрипку. При нынешнем раскладе Бентонвилль сольет подчистую!

В глазах Клэр загорелась искорка энтузиазма.

– Но мы же не взяли Спейда, Сэм! Пока он здесь…

– Спейда? – Сэм внимательно посмотрел на девушку. – Спейд мертв! Его убил Шульц. Спейд явился к нему, хотел свести с ним счеты. Но Шульц оказался хитрее.

– Не поняла, – озадаченно сказала Клэр.

– Я думал, ты догадалась. – Сэм внезапно перешел на шепот: – Ладно. В любом случае узнаешь. И лучше раньше, чем позже. Спейдом был Питер Каллен, дорогая моя девочка. Неприятно мне это говорить, но… – Он замолчал.

– Питер? – Клэр сделала шаг назад.

– Я никак не мог понять, почему Тимсон погиб в комнате Каллена. А теперь все стало яснее ясного. Тимсон выяснил, чем занимается Питер, и пришел продать ему титулы на землю. Каллен прикончил бедолагу, но не успел избавиться от тела – к нему внезапно явились Дюк с девчонкой. Бумаги я нашел – они в банке, в ячейке Питера. Банкира еле разыскали, пришлось копов о помощи просить. Буквально полчаса назад выловили. Сказать, что еще было в ячейке? Триста тысяч долларов наличными. И от каждого цента смердит рэкетом. Мало тебе таких доказательств? Ловко же устроил, шельмец: Коррис горбатился, а Каллен только деньги в стопки складывал.

– Ну-ка молчать! – оборвал его Дюк. – Сегодня вы уже достаточно наговорили.

– Но она должна знать, – сердито ответил Сэм. – Сейчас триумфальный момент, пусть прочувствует!

Дюк повернулся к Келлзу:

– Выведи его отсюда. Давайте, оба, выметайтесь!

Келлз удивленно посмотрел на Гарри и вскочил на ноги.

– Конечно. Пошли, папаша, – сказал он Сэму. – Пора баиньки.

– Но как же мой рассказ? – протестовал старик, пока Келлз подталкивал его к выходу.

– Да забудь ты про него. Мне тут на днях такое рассказали – закачаешься. Пошли, поделюсь. Но скажу сразу, такую похабщину пустить в печать не получится.

Келлз выпихнул Сэма наружу и вышел следом.

В комнате стало тихо. Клэр склонилась у камина, уронив голову на руку.

Дюк подошел к ней, взял за плечи, повернул к себе.

– Не пора ли закончить наши ссоры? Похоже, мы нужны друг другу.

Клэр попыталась его оттолкнуть, но Гарри заключил девушку в объятия.

– Отпусти! – гневно крикнула она. – Это ты во всем виноват… Он не стал бы… – И замолчала.

– Хоть сама себя не обманывай. Я же говорил. Для нас с тобой Питер был отличным парнем, но с остальными он вел себя как настоящий хищник. Не скажу, что я сильно отличаюсь от него. Но теперь Пит мертв, а я жив, и поэтому я ровно вдвое лучше, чем он. Не упрямься, Клэр. У нас полно дел. Достойных дел, и мне нужна твоя помощь.

– Хочу уехать отсюда, – произнесла девушка. – Я так от всего устала. Не желаю даже видеть эти места – ни Фэйрвью, ни Бентонвилль.

– От нового Фэйрвью ты точно не устанешь. Об этом я позабочусь. Ты слишком долго была затворницей, вот и забыла, как все устроено на самом деле. Ну а теперь рядом буду я, и никуда ты не денешься от моей заботы. Так что учись ценить ее.

Гарри взял девушку за подбородок и поцеловал в губы.

Клэр попыталась отстраниться, но сдалась, обняла его за шею и ответила на поцелуй.

– Прости меня. – Ее волосы касались его щеки. – Я была такая дура. Но обещаю исправиться.


Сэм и Келлз стояли снаружи, расплющив носы об оконное стекло.

– А я знал, что так будет, – ухмыльнулся Келлз. – У Дюка не было ни единого шанса.

– Он не пожалеет, – заметил Сэм. – Я знаю девочку уже довольно давно. Уверен, она сделает Дюка счастливым.

Полюбовавшись еще немного, оба затянули песенку «Завтра будет добрый день» – все громче и громче.

И на этом заканчивается наш рассказ.

Примечания

1

«Табачная дорога» – роман американского писателя Эрскина Колдуэлла или основанная на нем одноименная пьеса Джека Киркленда.

2

Эд Льюис (1891–1966) – американский профессиональный борец по прозвищу Душитель. В традиционном переводе его прозвища на русский язык потерялась буква «l», и Душитель (Strangler) превратился в Странника (Stranger).


home | my bookshelf | | Так устроен мир |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу