Book: Вирусомания



Вирусомания

Содержание


Глава 7

Оригинальный текст «Вирусомании» доступен здесь: http://www.whale.to/c/Virus-Mania55tt66.pdf

О книге


Вирусомания

Ежедневный просмотр новостей через газеты и телевидение создаёт впечатление, что весь мир постоянно вторгается во всё новые и ужасные вирусные эпидемии. Последние заголовки говорят о вирусе папилломы человека (ВПЧ), который, как утверждается, вызывает рак шейки матки, и вирусе птичьего гриппа H5N1 (первое издание книги вышло в 2007 году - прим, переводчиков). Общественность также постоянно терроризируется сообщениями об атипичной пневмонии (ТОРС или SARS), коровьем бешенстве (ГЭКРС или BSE), гепатите С, СПИДе, лихорадке Эбола и полиомиелите. Однако этот вирусный хаос игнорирует фундаментальные научные факты: существование, патогенность и смертельные последствия этих агентов никогда не были доказаны. Медицинский истеблишмент и его верные помощники в средствах массовой информации утверждают, что подобные доказательства были получены. Но такие утверждения очень подозрительны, потому что современная медицина отбросила прямые методы защиты от вирусов и использует сомнительные косвенные инструменты для «доказательства» существования вирусов, такие как тесты на антитела и полимеразную цепную реакцию (ПЦР).

Авторы «Вирусомании», журналист Торстен Энгельбрехт (Torsten Engelbrecht) и доктор внутренней медицины Клаус Кёнлейн (Claus Kohnlein) показывают, что эти предполагаемые заразные вирусы являются, по сути, частицами, произведёнными самими клетками вследствие определённых факторов стресса, (в т.ч. например таких, как наркотики). Эти частицы затем идентифицируются с помощью тестов на антитела и ПЦР и интерпретируются как «вирусы, вызывающие эпидемию», врачами, которые в течение более чем ста лет были сами «привиты» теорией о том, что микробы смертельны, и что только современные лекарства и вакцины защитят нас от вирусных пандемий.

Главная цель этой книги - отнести этот вопрос к реальной научной дискуссии и вернуть медицину на путь беспристрастного анализа фактов. В книге как под микроскопом рассмотрены проведённые медицинские эксперименты, клинические испытания, статистика и государственная политика, и вы увидите свидетельства о том, что люди, обязанные стоять на страже нашего здоровья и безопасности, отклонились от этого пути. Энгельбрехт и Кёнлейн подробно анализируют все возможные причины заболеваний, вызванные фармацевтическими препаратами, лекарственными средства для поддержания жизни, пестицидами, тяжёлыми металлами, загрязнением, стрессом и обработанными (а иногда и генетически модифицированными) продуктами. Всё это может сильно повредить организмы людей и животных и даже убить их. И именно эти факторы обычно преобладают там, где жертвы предполагаемых вирусов живут и работают. Чтобы обосновать эти утверждения, авторы ссылаются на десятки известных ученых, среди которых лауреаты Нобелевской премии Kary Mullis, Barbara McClintock, Walter Gilbert, sir Frank Macfarlane Burnet и микробиолог и лауреат Пулитцеровской премии Rene Dubos. В книге представлено около 1100 научных ссылок, большинство из которых опубликованы в последнее время.

Тема этой книги имеет ключевое значение. Фармацевтические компании и ведущие исследователи загребают огромные суммы денег, охотясь на микробов, а средства массовой информации повышают рейтинги за счёт тиражирования сенсационных отчётов (в частности, в книге анализируются материалы изданий New York Times и Der Spiegel). Обычные люди платят за всё это самую высокую цену, не получая того, чего они заслуживают и в чём на самом деле нуждаются для поддержания здоровья: в просвещении о реальных причинах возникновения болезней, истинных потребностях в профилактике и лечении. «Первым шагом является отказ от иллюзии, что основная цель современных медицинских исследований - наиболее эффективно улучшать здоровье людей», - советует John Abramson из Harvard Medical School. «Основная цель клинических исследований, финансируемых на коммерческой основе, заключается в максимизации финансового возврата на инвестиции, а не на здоровье». Эта книга расскажет вам о том, каким образом получилось, что такая среда укоренилась в обществе, и о том, как вам самим расширить свои возможности для действительно здоровой жизни.

Об авторах


Торстен Энгельбрехт работает независимым журналистом в Гамбурге. Он писал статьи для публикации в таких изданиях, как Medical Hypothèses, British Medical Journal (online), Sueddeutsche Zeitung, Neue Zürcher Zeitung, The Ecologist. C 2000 по 2004 год он работал бизнес-редактором Financial Times Deutschland.

Клаус Кёнлейн является медицинским специалистом по внутренним болезням. Ранее он работал в онкологическом отделении Университета г.Киль, а с 1993 года занимался частной медицинской практикой, в т.ч. работая с пациентами с гепатитом С и СПИДом, которые скептически относятся к противовирусным препаратам.

Эта книга должна быть прочитана как можно быстрее и везде, где только можно.

Книга «Вирусомания» от Torsten Engelbrecht и Claus Kohnlein представляет собой трагическое сообщение, которое, мы надеемся, внесёт вклад в повторное включение этических ценностей в проведение исследований вирусов, политику общественного здравоохранения, медийную коммуникацию и деятельность фармацевтических компаний. Очевидно, что элементарные этические нормы в очень опасной степени игнорировались во многих из этих областей в течение тревожного количества лет.

Когда американская журналистка Селия Фарбер мужественно опубликовала в журнале Harper's Magazine (март 2006 года) статью «Вне контроля - СПИД и коррупция в медицинской науке», некоторые читатели, вероятно, попытались убедить себя, что эта «коррупция» является отдельным случаем. Но это была только верхушка айсберга, как хорошо описано в этой книге Энгельбрехтом и Конглейном. Коррупция при проведении исследований является широко распространённым явлением, которое в настоящее время встречается во многих крупных, предположительно заразных проблемах со здоровьем: от СПИДа до гепатита С, губчатой энцефалопатии крупного рогатого скота (BSE или «коровье бешенство»), до атипичной пневмонии, птичьего гриппа и имеющейся практики вакцинации (против ВПЧ).

При исследовании всех этих шести различных проблем здоровья научные исследования вирусов (или прионов в случае «коровьего бешенства») свернули на неправильный путь, следуя в основном тем же систематическим путём. Этот путь всегда включает в себя несколько ключевых шагов: придумать риск катастрофической эпидемии, инкриминировать неуловимый патоген, игнорировать альтернативные токсические причины, манипулировать эпидемиологией с не поддающимися проверке цифрами, чтобы максимизировать ложное восприятие неизбежной катастрофы и обещать спасение вакцинами. Это гарантирует значительную финансовую отдачу. Но как можно добиться всего этого? Просто полагаясь на самого мощного активатора процесса принятия решений человеком, то есть на СТРАХ!

Мы не являемся свидетелями вирусных эпидемий; мы наблюдаем эпидемии страха. И как средства массовой информации, так и фармацевтическая промышленность несут большую ответственность за усиление страхов, а страхи, которые случаются, кстати, всегда запускают фантастически прибыльный бизнес. Исследовательские гипотезы, охватывающие эти области исследований вирусов, практически никогда не проверяются научно с помощью соответствующих проверок. Вместо этого они принимаются «консенсусом». Затем это быстро преобразуется в догму, эффективно преподносящуюся в квазирелигиозной манере средствами массовой информации, включая обеспечение того, чтобы финансирование исследований ограничивалось проектами, поддерживающими догму, исключая исследования альтернативных гипотез. Важным инструментом, позволяющим выключить несогласные голоса из дискуссий, является цензура на различных уровнях, от популярных медиа до научных публикаций.

Мы никак не учимся на прошлом опыте. Есть ещё много не отвеченных вопросов о причинах эпидемии «испанки» 1918 года и о роли вирусов в полиомиелите после Второй мировой войны (нейротоксичность ДДТ?). Эти современные эпидемии должны были открыть нашим умам для более критического анализа. Пастер и Кох создали понимание инфекции, применимое к нескольким бактериальным заболеваниям. Но это было до того, как были открыты первые вирусы. Перенос принципов бактериальных инфекций на вирусы был, конечно, очень заманчивым, но его не следовало делать, не уделяя параллельного

внимания бесчисленным факторам риска в нашей токсичной среде, к токсичности многих лекарств и к некоторым недостаткам в питании.

Аналогичные проблемы были и в исследования рака. Гипотеза о том, что рак может быть вызван вирусами, была сформулирована в 1903 году, т.е. уже более ста лет назад. До сих пор это никогда не было убедительно продемонстрировано. Большинство экспериментальных лабораторных исследований, проведённых охотниками на вирусы, основаны на использовании инбредных мышей, что подразумевает совершенно неестественный генетический фон. Были ли эти мыши подходящими моделями для исследования рака человека? (мы далеки от инбредных животных!) Правда, эти мыши позволили выделить и очистить «РНК вируса опухоли», позже переименованные в «ретровирусы» и хорошо охарактеризованные электронной микроскопией. Но являются ли эти вирусные частицы просто связанными с опухолями мышей, или они действительно являются виновниками злокачественных изменений? Являются ли эти частицы реальными экзогенными инфекционными частицами или эндогенными дефектными вирусами, скрытыми в наших хромосомах? Вопрос всё ещё спорный. Вполне очевидно, что вирусные частицы, подобные тем, которые легко распознаются у мышей со злокачественными опухолями и лейкозом, никогда не были обнаружены и изолированы при раковых заболеваниях человека.

О мышах и людях...

Однако к моменту, когда это стало ясно - в конце 1960-х годов - вирусная онкология достигла догматического, квазирелигиозного статуса. Просто решили, что если вирусные частицы не видны с помощью электронной микроскопии при раковых заболеваниях человека, то проблема в электронной микроскопии, а не в догме вирусной онкологии! Это было то время, когда молекулярная биология занимала полностью доминирующую позицию в вирусных исследованиях. Поэтому были изобретены «молекулярные маркеры» для ретровирусов (например, обратная транскриптаза) и они очень удобно заменили отсутствующие вирусные частицы, в надежде спасти центральную догму вирусной онкологии. Это позволило вирусной гипотезе выжить ещё десять лет, вплоть до конца 1970-х годов, с помощью всё более щедрой поддержки со стороны финансирующих агентств и фармацевтических компаний. Однако к 1980 году провал этой линии исследований стал уже видимым смущающим явлением, и закрытие некоторых вирусных онкологических лабораторий было бы неизбежным, если бы не...

Если бы что? Исследование вируса рака остановилось бы, если бы в 1981 году один врач из Лос-Анджелеса не описал пять случаев серьёзных нарушений иммунитета среди мужчин-гомосексуалистов, которые также все принимали амилнитрит, а также все они злоупотребляли другими наркотиками, злоупотребляли антибиотиками, и, вероятно, страдали от недоедания и ЗППП (венерических заболеваний). Было бы логично предположить, что эти тяжёлые случаи иммунодефицита имели много причин токсичного происхождения. Это могло бы привести к обвинению образа жизни этих пациентов.

К сожалению, такая дискриминация была политически совершенно неприемлемой. Поэтому необходимо было найти ещё одну гипотезу - эти пациенты страдали от заразной болезни, вызванной новым ... ретровирусом! Научные данные в поддержку этой гипотезы были найдены и, что удивительно, всё ещё совершенно не обнародованы. Но это не имело никакого значения, и мгновенная и страстная заинтересованность исследователей и институтов вируса рака немедленно разгорелась с новой силой. Это было спасением для вирусных лабораторий, где СПИД теперь стал, почти за одну ночь, основным направлением исследований. Это принесло огромную финансовую поддержку от БигФармы, больше бюджета для CDC (Центр контроля заболеваний, США) и NIH (Национальные институты здоровья, США), и никто не должен был больше беспокоиться о стиле жизни пациентов, которые стали сразу невинными жертвами этого ужасного вируса, который вскоре обозначен как ВИЧ.

Двадцать пять лет спустя гипотеза о ВИЧ/СПИДе так и не ответила на три основные вопроса, несмотря на огромное финансирование исследований, исключительно направленных на проекты, основанные на ней. Никакого лечения СПИДа так и не было найдено; никаких достоверных эпидемиологических прогнозов так и не было сделано; и ни одна вакцина против ВИЧ никогда не была успешно подготовлена. Вместо этого очень токсичные (но не лечебные) наркотики были наиболее безответственно использованы с частыми летальными побочными эффектами. Однако ни одна ВИЧ-инфекция никогда не наблюдалась электронной микроскопией в крови пациентов, предположительно имеющих высокую вирусную нагрузку! Ну и что? Все самые важные газеты и журналы демонстрируют привлекательные красочные компьютеризированные образы ВИЧ, которые происходят из лабораторных клеточных культур, но ни от одного больного СПИДом. Несмотря на это потрясающее упущение, догма ВИЧ-инфекции по-прежнему прочна. Десятки тысяч исследователей и сотни крупных фармацевтических компаний продолжают получать огромные прибыли, основанные на гипотезе ВИЧ. И ни один больной СПИДом никогда не вылечился ...

Да, ВИЧ/СПИД является символом коррупции вирусных исследований, которая замечательно и трагически задокументирована в этой книге. Исследовательские программы по гепатиту С, коровьему бешенству, атипичной пневмонии, птичьему гриппу и текущей политике вакцинации развивались по той же логике, что и максимизация финансовой прибыли.

Всякий раз, когда мы пытаемся понять, как рекомендуются некоторые весьма сомнительные терапевтические стратегии на самых высоких уровнях органов общественного здравоохранения - ВОЗ, CDC, RKI (Институт Роберта Коха, Германия) и т.д. - мы часто обнаруживаем либо смущающие конфликты интересов, либо отсутствие основных контрольных экспериментов, и всегда строгий отказ от любых открытых прений с авторитетными учеными, представляющими диссидентские взгляды на патологические процессы. Манипуляции статистикой, фальсификации клинических испытаний, уклонение от испытаний на токсичность лекарств были задокументированы неоднократно. Все они были быстро закрыты, и до сих пор никто не мог нарушить циничную логику сегодняшнего бизнеса по исследованию вирусов. Прикрытие информации о нейротоксичности ртутьсодержащего консерванта тиомерозала (thimerosal) как весьма вероятной причины аутизма среди вакцинированных детей, по-видимому, исходит из самых высоких уровней правительства США ... (см. статью Роберта Ф. Кеннеди-мл. «Смертельный иммунитет» в главе 8).

Вирусомания - это социальная болезнь нашего высокоразвитого общества. Чтобы её вылечить, потребуется победить страх - самый смертоносный и заразный вирус, наиболее эффективно передаваемый средствами массовой информации.

Errare humanum estsed diabolicum preservare (человеку свойственно ошибаться, упорствовать в ошибке свойственно дьяволу)

Etienne de Harven, MD (Этьен де Гарвен, доктор медицины). Почётный профессор патологии Университета Торонто и член Института исследований рака им. Слоуна Кеттеринга в Нью-Йорке (1956-1981), член консультативной группы по вопросам переосмысления СПИДа под руководством президента Южной Африки Тхабо Мбеки (www.rethinkingaids.com )

9

Эта книга будет способствовать разрушению догм.

Книга «Вирусомания» простым и понятным образом описывает разнообразие научных данных, которые доказывают, что большая часть эпидемий, представленных в средствах массовой информации как ужасные бедствия (грипп, птичий грипп, СПИД, «коровье бешенство», гепатит С и т.д.), на самом деле безвредны или их вовсе не существует. В противоположность этому: благодаря этому запугиванию и через токсичные материалы, содержащиеся в вакцинах, может появиться огромное количество заболеваний. Вот болезни, показатели заболеваемости которыми в последнее время значительно увеличиваются: аллергии, рак, аутизм, синдром нарушения внимания (ADD), синдром дефицита внимания с гиперактивностью (ADHD), аутоиммунные заболевания и расстройства нервной системы. Авторы, журналист Торстен Энгельбрехт и доктор внутренней медицины Клаус Кохлейн, добиваются успеха в выявлении реальных виновников, в том числе спекулянтов в этой игре. Они также определяют решения, которые каждый человек может легко реализовать в своей повседневной жизни. Эта работа является одной из самых важных и просветительских книг нашего времени, которая спровоцирует разрушение старых догм и заблуждений, которые держались более 150 лет.



Joachim Mutter, MD (Йоахим Муттер, доктор медицины). Institute of Environmental Medicine And Hospital Epidemiology University Medical Center Freiburg, Germany

19 декабря 2006 г.

Отзывы с обложки книги:


«Эта книга была написана настоящими мастерами своего дела, которые мужественно дают оценку медицинской системе, корпоративным элитам и мощным государственным учреждениям, финансирующим фармацевтическую отрасль. Это результат экспертных знаний и большого внимания к деталям. Я редактирую стандартные медицинские учебники, поэтому я ценю десятилетия усилий, необходимых для исследований и написания такой книги.»

Wolfgang Weuffen, доктор медицинских наук, профессор микробиологии и инфекционной эпидемиологии.

«Я был так прикован к этой книге, стоя на платформе железнодорожного вокзала, что даже не заметил, что междугородный поезд стоял прямо передо мной, а затем уехал без меня. Авторы абсолютно правы, говоря о том, что охотники за вирусами и средства массовой информации склонны проталкивать в массы необоснованные медицинские теории и сенсационные новости, основанные на формуле качелей страха и надежды. Таким образом, CDC и RKI забирают себе исследовательские фонды на миллиарды долларов, в то время как фармацевтическая промышленность получает гигантскую прибыль, в том числе производитель «Тамифлю» компания Roche. Эта книга является важным вкладом для противодействия этой опасности.»

Sievert Lorenzen, доктор естественных наук, профессор зоологии.

ю

Введение

Общество под заклинанием одномерной теории микробов


«Со второй половины XIX века, несомненно, учение о специфической этиологии было наиболее конструктивной силой в медицинских исследованиях. Однако, в действительности определить причину чаще всего невозможно, поскольку большинство болезненных состояний являются косвенным результатом целого набора обстоятельств.»1

Рене Дубае

Микробиолог и лауреат Пулитцеровской премии «Все данные свидетельствуют о том, что уровень смертности от инфекционных заболеваний стабилизировался с середины XIX века, то есть до того, как медицина стала научной и интервенционистской, и не медицинские действия и исследования вытеснили туберкулёз, дифтерию, пневмонию и послеродовой сепсис. Основными причинами стали программы общественного здравоохранения, санитария и общее улучшение уровня жизни, вызванное индустриализацией.»2

Майкл Трейси

Американский медик «Sapere aude!» 3

Имейте мужество пользоваться собственным умом!

Девиз Канта для эпохи Просвещения

Основание Королевского общества в 1660 году вызвало тектонический сдвиг в западной медицине. Группа британских ученых решила, что имеет значение «экспериментальное доказательство», а не спекулятивная фантазия, суеверие и слепая вера.4 5 Королевское общество назвало этот основополагающий принцип исследования «nullius in verba»b, что означает «Не доверяйте тому, что кто-то говорит». В ту эпоху всё ещё было распространено обвинять женщин в колдовстве «во имя Бога» и бросать их на костёр или подчинять западной идеологии целые народы, такие как ацтеки или майя. Установление стандарта научного доказательства означало конец тёмных времён и имело огромные долгосрочные последствия.

Сегодня, считая себя просвещёнными и находясь в надёжных руках нашей высокотехнологичной научной культуры, мы с опаской и большим дискомфортом оглядываемся назад, в те драконовские времена средневековья, когда имело место такое сильное злоупотребление властью. Действительно, давняя мечта освободить людей от невежества, суеверия, тирании, а не в последнюю очередь от физических и психологических страданий, которую наука обещает своим принципом научного доказательства, во многих случаях, особенно в развитых странах, сегодня стала реальностью.7 Самолёты, тракторы, компьютеры, бионические конечности - все эти достижения являются продуктом научных исследований. Как и наша современная правовая система, связанная принципом доказательства, наука признаёт только один руководящий принцип: доказуемый факт.

Наш энтузиазм в отношении научных достижений неизмеримо вырос. Изменился и сам статус исследователя (учёного) и врача, которые в Древнем Риме имели статус рабов, и даже до начала XX века были в основном бедными и бессильными. Из-за этого нового статуса мы сегодня продолжаем воспринимать их как самоотверженных искателей истины.9

Английский биолог Томас Хаксли, мощный сторонник Чарльза Дарвина и дед писателя О.Хаксли (Brave New World, 1932), описал это явление еще в конце XIX века, когда он сравнивал растущий авторитет науки с имеющейся властью церкви. Для этого он придумал термин «церковный учёный», ю и

Сегодняшний просвещённый цивилизованный человек так твёрдо верит во всемогущество учёных, что больше не сомневается в предоставляемых ими доказательствах тех или иных гипотез или даже в том, имеют ли они вообще смысл. Вместо этого граждане полагаются на сенсационные новости в СМИ, в которых ежедневно говорится об угрожающих миру вирусных эпидемиях (птичий грипп, атипичная пневмония, СПИД и т. д.). На протяжении многих десятилетий СМИ (и, прежде всего, научные репортёры) активно культивировали дружеские отношения с исследователями в стремлении обойти своих конкурентов за счёт провокационных заголовков. «Мы, научные журналисты, слишком часто выступаем в качестве живых аплодисментов для объектов наших публикаций», - критически пишет о своей профессии корреспондент газеты «Нью-Йорк Таймс» Натали Анжер. «Иногда мы пишем рукописи, которые выглядят как неотредактированные пресс-релизы».12

Журналисты обычно предполагают, что учёные будут заниматься честными исследованиями и распространять только доказанные факты, а редкие случаи мошенничества будут быстро изгнаны из священных научных лабораторий. Это идеальная картина, но она не имеет ничего общего с

13 14 15 16 17 18 п

реальностью. Бесчисленные миллиарды долларов превращаются в «научные» гипотезы,

которые в конечном итоге упаковываются и продаются фармацевтическими компаниями, исследователями, защитниками здравоохранения и журналистами. На самом деле эти теории часто являются просто спекуляциями, которые через некоторое время (чаще - через годы) оказываются ложными и, наконец, выходят из обихода.

«Чем больше у людей желаний, тем больше им будут обещать», - ещё в 1978 году предупредил Эрвин Чарафф, один из основателей биохимических исследований и генной инженерии, а также неоднократно награждённый профессор биохимического института Колумбийского университета в Нью-Йорке. - «Быстрый путь к длительной жизни, свобода от всех болезней, лекарство от рака -скоро, возможно, вообще победа над смертью - и что дальше?» - спрашивал он. «Но ни один певец никогда не будет обещать сделать меня лучшим человеком, если я просто послушаю его песни». 19

С конца 1970-х годов эта ситуация резко ухудшилась.20 Как и в политике и экономике, мы в исследованиях также «находимся под постоянным давлением мошенничества», - пишет известный историк науки Гораций Джадсон21, анализ которого подтверждён целым рядом соответствующих исследований.2 2 «С глобальной точки зрения коррупция существует на всех

уровнях здравоохранения, от министерств здравоохранения до пациентов - и почти нет ограничений для криминального воображения», - утверждает Transparency International (неправительственная международная организация по борьбе с коррупцией и исследованию уровня коррупции по всему миру) в своем ежегодном «Докладе о глобальной коррупции за 2006 год» (основное внимание в этом докладе уделяется именно сфере медицинских услуг). 33

Таблица 1 Примеры методов фармацевтических компаний для получения желаемых результатов клинических испытаний.

Испытание своего препарата проводится со сравнением с препаратом с заведомо худшими показателями.

Испытание своего препарата проводится со сравнением с слишком низкой дозой препарата-конкурента._

Испытание своего препарата проводится со сравнением с слишком высокой дозой препарата-конкурента (что показывает свой препарат как менее токсичный)._

Испытание своего препарата проводится по нескольким конечным точкам (время выживания, снижение артериального давления и т.д.), затем для публикации выбираются только те, которые показывают благоприятные результаты.

Испытание своего препарата проводится по слишком маленькому количеству параметров и объёму, чтобы показать отличия от конкурентов.

В то же время главному следователю Джонатану Фишбейну было очень затруднено проводить это расследование, в ответ на его заявку на разъяснение ему оказывалось сопротивление, начиная с высших уровней Национального института здоровья. Медицинская система, по словам Фишбейна, больше зависит от политики интересов, партизанства и интриг, чем от здравой науки. Фишбейн назвал правительственное агентство по исследованию проблем СПИДа «проблемной организацией»,

с 42 43

ссылаясь на эту внутреннюю проверку, в которой на него оказывалось враждебное давление.

Как далеко это может зайти, становится очевидным, когда исследования, проводимые отдельными учёными, помещаются под микроскоп. Например, южнокорейский ветеринар Хван Ву Сук в мае 2005 года опубликовал в Science статью, в которой он описал, как он впервые добыл человеческие стволовые клетки из клонированных эмбрионов. Работа была отмечена как «глобальная сенсация», а Хванг - как «пионер клонирования». Но уже в конце 2005 года было обнаружено, что Хван полностью подделал свои эксперименты. 4

В конечном счёте, медицинская сфера связана с болезнью, умиранием и смертью: естественно, этот опыт включает в себя сложный и индивидуальный диапазон эмоций для пациентов, их близких и врачей. Этот процесс делает нас чрезвычайно восприимчивыми к вере в спасение посредством чудесных методов лечения. При этом исследователи и врачи берут на себя роль священников; белый

46 _

халат просто заменил черные халаты и черные парики, которые раньше носили врачи. Эти рыцари в белых одеяниях провозглашают свои целительные прогнозы и, конечно, требуют от правительств миллиарды долларов на исследования, которые в конечном счёте финансируют налогоплательщики. «Действительно, настолько глубока наша вера в целебную науку, что она стала «новой светской теологией XX века»47 - по словам американского медиа-учёного Майкла Трейси. «Это убеждение настолько присуще нам, что мы описываем любые проблемы, жалобы, боль или страх в концептуальных терминах, которые не только позволяют нам искать лекарство, но и требуют, чтобы

48

мы это сделали».

В основе этой смеси чувств и желаний - фантазии о всемогуществе, которые ещё больше поддерживают медико-промышленный комплекс, составляющий уже наиболее значительную часть мировой экономики стоимостью в миллиарды долларов, его лоббистов и врачей-марионеток, а также огромную армию высокооплачиваемых исследователей и врачей. В этом процессе мы превратили наши тела в машину потребления, впитывая в себя очень сомнительное обещание, присущее этой отрасли: «наука может победить ужасные и загадочные болезни если ей просто дать достаточно денег». 49

Чтобы избежать каких-либо недоразумений: медицина действительно достигла огромных успехов. Это относится прежде всего к репаративной медицине, т.е. к медицине катастроф, трансплантации органов или лазерной хирургии глаза. Но различные опасности современной медицины слишком очевидны в постоянно расширяющейся области так называемых профилактических и лечебных процедур, особенно в растущем арсенале фармацевтических препаратов - иными словами, в медицине, которая претендует на способность исцелять.50

Возьмём, к примеру, рак. В 1971 году президент США Ричард Никсон по воле чиновников общественного здравоохранения (и, прежде всего, вирусологов) объявил «войну с раком». Медицинский истеблишмент поклялся, что к 1975 году будет найдено лекарство от рака. 51 Но мы всё ещё ждём... По словам Немецкого онкологического исследовательского центра (Deutsches Krebsforschungszentrum), «мы до сих пор не знаем как возникает рак».52 В основных раковых теориях также проявляются вопиющие противоречия. 4 Несмотря на это, сотни миллиардов долларов уже потрачены на односторонние исследования рака, направленные на производство чудо-лекарств. И прежде всего, это даёт фармацевтическим компаниям, исследователям и врачам гигантскую прибыль.

Напротив, даже правдоподобные альтернативные теории (которые могут быть менее прибыльными, потому что они сосредоточены на стиле жизни человека и факторах окружающей среды, а не только на роковых поломках генов и вирусах в качестве причин) остаются почти

54 55

полностью проигнорированными.

Например, хотя даже официальные теории рака считают, что около трети всех случаев рака может быть предотвращено просто сменой питания (прежде всего увеличением количества употребления фруктов и овощей и уменьшением потребления мяса),56 эксперт по раку Сэмюэл Эпштейн указывает, что Американский национальный онкологический институт потратил «всего лишь 1 миллион долларов - это 0,02% от всего своего бюджета в размере 4,7 миллиарда долларов в 2005 году - на просвещение, работу с прессой и на связи с общественностью по вопросу поощрения употребления в пищу фруктов и овощей для профилактики рака». 57

В то же время, после призыва Никсона к битве число людей, умирающих от «некурящих» видов рака, заметно увеличилось (даже если учесть, что люди в среднем стали жить дольше).58 Сегодня только в Германии 220.000 человек ежегодно умирают от этой страшной болезни; в Соединенных Штатах ежегодно фиксируется около 600.000 случаев смерти от рака. Ситуация не выглядит

лучше и для других распространённых заболеваний, таких как диабет, сердечные заболевания, высокое кровяное давление или ревматизм. Несмотря на непомерные бюджеты на исследования, развитие лечения непредсказуемо. Кортизон, например, помогает облегчить острый ревматический или аллергический дискомфорт, но только во время терапии кортизоном. Если его приём прекращается, страдание возвращается. В то же время кортизон, который также применяют в борьбе с вирусами, как и большинство известных чудодейственных лекарств («магические пули»), связан с серьёзными побочными эффектами.6 Вера Шарав из Альянса за защиту научных исследований в Нью-Йорке (Alliance for Human Research Protection - AHRP), организации, которая борется за независимую и этически ответственную медицинскую науку, предупреждает, что «достаточно часто лекарства настолько токсичны, что они сами вызывают именно те болезни, против которых, как убеждают рекламные сообщения фармацевтических производителей, они должны действовать, и нас убеждают, что они и должны быть настолько активными, а затем новый, ещё более агрессивный 62

препарат приходит на смену предыдущему».

Как показывают соответствующие исследования, токсичность лекарств настолько велика, что в Америке повальное увлечение «здоровьем через лекарства» даёт около 800.000 смертей в год, больше, чем любая болезнь (включая рак и сердечный приступ). А в Германии десятки тысяч человек каждый год умирают из-за неправильного лечения и назначения неправильных лекарств (точных цифр нет, поскольку определённые группы успешно сопротивлялись сбору соответствующей информации).

Тот факт, что общество, называющее себя просвещённым, тем не менее, в основной массе своей находится в заблуждении, что есть исцеляющая пилюля для каждой маленькой боли, но эта маленькая боль или серьёзная жалоба на здоровье в значительной степени обусловлены убедительной хитростью БигФармы. Фармацевтические компании, работающие в США, выделяют примерно треть своих расходов на маркетинг, а это означает, что 50 миллиардов долларов в год просто инвестируются в рекламу своих препаратов как чудодейственных лекарств - для врачей, журналистов, потребителей и политиков.64 При этом они наиболее активно распространяют свою сферу влияния на такие учреждения, как Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Управление по контролю за продуктами и лекарствами (FDA), а также Национальные институты здравоохранения США (NIH), независимость и целостность которых особенно важны. 6

Исследование, опубликованное в Журнале Американской медицинской ассоциации (JAMA) в апреле 2006 года, показало, что «конфликты интересов в FDA широко распространены». Было показано, что в 73% собраний, по крайней мере, один из членов консалтинговой группы подвержен конфликтам интересов: имели место вознаграждения от БигФармы, например, за счёт оплаты консультаций, выделения контрактов на исследования или грантов, а также владения акциями или опционами. Например, почти за четверть контрактов и грантов суммы в размере более $100.000 перешли из рук в руки. Исследование показало, что эти конфликты интересов влияют на проведение голосования. Когда члены группы имеют конфликт интересов, голосование о продукте, о котором идет речь, проходит гораздо менее благоприятно. И хотя эти конфликты интересов были настолько обширными, члены группы с соответствующими конфликтами интересов были дисквалифицированы



только в 1% случаев. 69 70

«БигФарма и реклама не только влияют на восприятие болезни, спрос на мед.препараты и медицинскую практику, но также государственные организации, в том числе агентства здравоохранения и надзора, стали зависимыми от денег БигФармы», говорит Вера Шарав из AHRP. «Честный анализ открыл нам глаза на фундаментальный конфликт интересов, который никогда не обсуждался. Политика общественного здравоохранения не просто зависит от БигФармы; она сформулирована так, чтобы увеличить прибыль фарм.промышленности, потому что бюджеты правительства привязаны к прибыли этой отрасли ». В этом контексте решающее событие произошло в 1992 году, когда Конгресс США принял «Закон о налоге на реализацию отпускаемых по рецепту лекарств» ("Prescription Users Fees Act" - PDUFA), который установил «процедуру быстрого отпуска лекарств». По словам Шарав, «FDA получила 825 миллионов долларов США в виде сборов с пользователей», и «другие правительственные учреждения также стали финансово зависимыми от БигФармы». 71

Этот вопрос вызвал столько споров, что британский парламент также открыл обширное расследование, в результате которого коррупционная практика фармацевтической промышленности и её массовое влияние на парламенты, власти, университеты, специалистов по здоровью (не только врачей) и средства массовой информации подвергались резкой критике.7

Фактически, «если лекарственные препараты, отпускаемые по рецепту, настолько хороши, почему их нужно так сильно проталкивать для использования?» спрашивает Марсия Ангелл, бывший главный редактор известного издания New England Journal of Medicine (NEJM). «Хорошие препараты не нуждаются рекламе».Её мнение столь же простое, как и разоблачающее, но, к сожалению, оно не регистрируется в сознании современного человека, верующего в науку. Е1аше общество, которое считает себя особенно просвещённым, стало бессмысленно «перелеченным».7

Всё это стало возможным благодаря искажённому пониманию того, что вызывает болезни, -пониманию, которое прочно закрепилось в наших умах в течение более чем 100 лет. 75 Чтобы понять это, нужно вернуться к середине XIX века, когда изменилась истинная парадигма того, как мы видим болезнь. Это был поворот от комплексного, целостного взгляда на то, как возникают болезни, к монокаузальному и «одномерному мышлению», используя термин философа Герберта Маркузе. Благодаря этому возникло ложное осознание, «которое невосприимчиво к самой своей ложности», потому что практически исчезла самокритика и способность смотреть в разных альтернативных

76

направлениях.

Этот сдвиг парадигмы во многом связан с тем, что с примерно с XVI века, в период эпохи Просвещения, быстрое развитие естественных наук дало нашей цивилизации описания очень специфических явлений. Вспомним хотя бы о значительных открытиях английского физика Исаака Ньютона, который описал гравитацию; или изобретение паровоза или даже печатного станка. Но в эйфории от стремительного прогресса, особенно с середины XIX века, особая модель мышления, по которой очень специфические химические или физические явления имеют очень специфические причины - просто перешла и на медицинские науки. Многие исследователи и заинтересованные группы даже не рассматривали, действительно ли это имело смысл.7

Догма про одну причину болезни была решительно сформирована микробиологией, которая стала преобладающей в конце XIX века, объявив конкретные микроорганизмы (вирусы, бактерии, грибы) причиной очень определённых заболеваний; в том числе массовых эпидемий, таких как холера и туберкулез.78 Основатели микробиологической теории Луи Пастер и Роберт Кох ещё при жизни поднялись на вершину медицинского Олимпа.

И поэтому благодаря микробной теории «был заложен краеугольный камень для базовой формулы современной биомедицины с ее монокаузально-микробной исходной точкой и поиском «магических таблеток»: одна болезнь, одна причина, одно излечение» - пишет американский профессор социологии Стивен Эпштейн.79 С конца XIX века «охота за микробами» давала всё больше острых ощущений и вызывала такое же восхищение, что и раньше от открытий физики и химики (как в Париже в 1783 году, когда братья Монгольфье запустили «чудо» - воздушный шар в небо).80

Но эта концепция одной причины, будучи столь увлекательной, очень слабо связана со сложными процессами внутри человеческого тела. Подавляющее большинство заболеваний имеют гораздо больше, чем одну причину, поэтому поиск единственной причины заболевания и попытка создать одну чудо-таблетку остаются безнадежным делом. Это особенно верно в области микробиологии, «научной земли без людей»82, как верно назвал эту науку американский журнал The New Yorker. Эта область становится все более сложной и непостижимой, поскольку дальнейшие исследования проникают в, казалось бы, бесконечные микрокосмические микромиры клеточных компонентов, молекул и микробов.

Бактерии, грибы и вирусы являются вездесущими - в воздухе, в нашей пище, на наших слизистых оболочках, но мы не болеем постоянно.8 Когда заболевание, обычно считающееся заразным, «вырывается на свободу», заболевают только некоторые люди. Это является явным доказательством того, что микробы, независимо от того, какой потенциал вред они могут причинить вам, не могут быть причиной болезни.

Сам Пастер признался в смертном одре: «Микроб - ничто, среда - это всё».84 И действительно, даже для ортодоксальной медицины становится всё более очевидным, что биологическая среда нашего кишечника - кишечная флора, изобилующая бактериями, играет решающую роль, поскольку она является самой большой и самой важной иммунной системой организма.85 Весь спектр факторов (в частности, питание, стресс, отсутствие активности, употребление лекарств и т.п.) влияет на флору кишечника, поэтому он оказывает решающее влияние на все виды тяжёлых или менее серьёзных заболеваний.86 87 88 89 Но не только это стоит в оппозиции к теории микробов.90 При ближайшем рассмотрении сами фундаментальные предположения о теории микробов также проявляются в виде чистого мифа. Эдвард Касс, профессор медицины в Гарвардском университете, сделал это предметом своего вступительного слова на конференции Американского общества инфекционных заболеваний в 1970 году. Тогда граждане США все чаще критиковали войну во Вьетнаме, и многие люди в США начали бунтовать против политики правительства. Возможно, это «дух времени» вызвал Касса, чтобы именно тогда открыто задать эти вопросы, хотя они, возможно, и были в жёсткой оппозиции к взглядам большинства его слушателей.

Касс утверждал, что медицинские исследователи и охотники за микробами не заслуживают похвалы за то, что они одержали победу над массовых заболеваниями, такими как туберкулёз, дифтерия, корь, коклюш или лёгочные инфекции. Статистические данные чётко показывают, что уровень смертности для этих так называемых «инфекционных заболеваний» заметно уменьшился с середины XIX века; задолго до того, как охотники за микробами и соответствующие медицинские мероприятия стали активными (см. диаграмму 1). Значительное снижение заболеваемости и повышение ожидаемой продолжительности жизни связано в первую очередь с улучшением общего уровня жизни (улучшение питания, строительство установок по очистке воды и т.д.), что стало набирать обороты в промышленно развитых странах именно в середине XIX века. 91

Диаграмма 1 Коклюш: смертность детей младше 15 лет (Англия и Уэльс)

Вирусомания

источник: McKeown, Thomas, Die Bedeutung der Medizin, Suhrkamp, 1979, p. 149

Это также объясняет, почему смертельные случаи от так называемых инфекционных заболеваний стали редкостью в богатых обществах (в развитых странах они составляют менее 1% всех смертей). Тем не менее, в бедных регионах третьего мира, таких как Африка, где каждый третий человек страдает от недоедания,93 те же болезни (туберкулёз, проказа и т. д.), с которыми богатые страны сражались во времена рецессии, сегодня только разрастаются.94 Чрезмерный панический страх, который так легко заражает членов богатых обществ, когда СМИ насаждают вирусно-эпидемическую панику, в этом контексте может быть описан только как абсолютно иррациональный.

В последнее время заголовки новостей о птичьем гриппе и атипичной пневмонии доминируют в мировых новостях, но мир также подвержен сценариям ужасов о гепатите С, СПИДе, эболе и коровьем бешенстве. Эти шокирующие сообщения в СМИ полностью игнорируют тот факт, что существование и патогенные эффекты всех этих предположительно заразных и даже смертельных вирусов - птичий грипп, H5N1 и т. п.) - никогда не были доказаны. Вопиющий парадокс состоит в том, что очень немногие люди фактически умирают от этих предполагаемых крупных новых эпидемий. Строго говоря, эти эпидемии не являются эпидемиями вообще.

Ни один ученый до сих пор не наблюдал вирус птичьего гриппа H5N1 в «полном комплекте» (с его полным генетическим материалом и оболочкой вируса); мы даже не знаем, может ли он вообще быть опасным для людей или может ли он спровоцировать глобальную пандемию - это имено то, что признают ведущие исследователи.95 И, несмотря на отсутствие доказательств его существования, Рейнхард Курт, директор Института Роберта Коха, который отвечает за «микробные эпидемии», не стесняется в своих предупреждениях о том, что H5N1 «потенциально угрожает всему

96

человечеству».

Существует также расхождение между подобной спекуляцией и существующими фактами в отношении «эпидемии» коровьего бешенства в Германии, при котором не было представлено и описано ни одного клинического случая этого заболевания, а были только «выявлены» животные, которые положительно протестировали на наличие этого вируса.9

Что касается гепатита С, то мы всё ещё ожидаем предсказанной эпидемии цирроза печени.98 С 1980-х годов в Германии, согласно официальной статистике, ежегодно умирает не более нескольких сотен человек от так называемого СПИДа. А как насчет ужасающих цифр «миллионов инфицированных ВИЧ» в Африке и других развивающихся странах? Эти показатели связаны, прежде всего, с переопределением пациентов, страдающих от обычных заболеваний, таких как туберкулёз или проказа, как больные СПИДом. Угроза атипичной пневмонии (SARS) раздувается аналогично: (первый случай заболевания зарегистрирован в ноябре 2002 года в китайской провинции Гуандун -прим.пер.) за первые девять месяцев после обнаружения вируса SARS в конце 2002 года (ноябрь 2002 - июль 2003) ВОЗ обнаружила только 800 «вероятных случаев SARS». 1

«Спустя годы люди, оглядывающиеся на нас, найдут наше признание вирусной природы СПИДа настолько же глупым, насколько мы находим глупыми религиозных лидеров прошлого, отлучивших Галилея только потому, что он настаивал, что земля не является центром вселенной», - прогнозирует Кари Муллис, один из самых значительных лауреатов Нобелевской премии XX века. -«Неутешительно, что многие ученые абсолютно отказываются рассматривать нейтральным и беспристрастным образом имеющиеся данные относительно того, является ли ВИЧ причиной СПИДа». 1 Это нарушение фундаментальных принципов в научных исследованиях также относится и к другим новым предполагаемым эпидемиям, таким как гепатит С, атипичная пневмония, птичий грипп, рак шейки матки, эбола и коровье бешенство. Эти слова Муллиса взяты из его статьи под названием «Медицинская система против истины» ('The Medical Establishment vs. the Truth.'), в которой он говорит о том, как вся эта «индустрия разрушительного вируса» использует свои догмы, объявляя их вечными истинами без подтверждения фактическими данными.

Конечно, это помогает обеспечить гигантские исследовательские бюджеты и прибыль фармацевтических групп и ведущих учёных. В период с 1981 по 2006 год только из денег американских налогоплательщиков было выделено 190 млрд, долларов на исследования в области СПИДа, ориентированные почти исключительно на смертельную вирусную гипотезу и разработку

102 -г

лекарственных препаратов. Тем не менее, растущий список лекарств не продемонстрировал очевидного увеличения жизни таких пациентов, и «волшебного лекарства» так нигде и не видно.1 Та же стратегия была применена с препаратом для лечения гриппа Tamiflu, который имеет серьёзные побочные эффекты, однако благодаря умелой работе с общественностью, поддержке ВОЗ и рекламе борьбы с птичьим гриппом в СМИ, этот препарат мутировал за короткое время от залежалого товара

с 104

до бестселлера.

В то время как фармацевтические группы и ведущие исследователи получают огромные деньги, а средства массовой информации сильно повышают рейтинги своих изданий благодаря сенсационным заголовкам, обычные граждане не получают того, что необходимо: освещение истинных причин и действенные решения. «Так что же делать клиницистам?» - спрашивает Джон Абрамсон из Гарвардской медицинской школы. - «Первый шаг заключается в том, чтобы отказаться от иллюзии, что основная цель современных медицинских исследований - максимально эффективно улучшить здоровье американцев. На наш взгляд, основной целью клинических исследований, финансируемых на коммерческой основе, является максимизация финансовой отдачи от инвестиций, а не здоровье

„ 105

людей».

В центре внимания этой книги - перевести этот вопрос в область именно настоящей научной дискуссии, встав на путь анализа фактов без предрассудков. Уточним ещё раз, не следует думать, что таких заболеваний, как рак шейки матки, атипичная пневмония, СПИД или гепатит С не существует. Ни один серьёзный критик господствующих вирусных теорий не сомневается в том, что люди или животные (как в случае «птичьего гриппа») заболевают (хотя многие из них совсем не болеют, но только определяются как больные, а затем действительно становятся больными или умершими). Вместо этого главный вопрос вот в чём: что действительно вызывает заболевания, известные как рак шейки матки, птичий грипп, атипичная пневмония, СПИД и гепатит С? Это вирус? Это вирус в сочетании с другими причинами? Или это вовсе не вирус, а нечто совсем другое?

Далее мы приступим к подробному рассмотрению гипотез, выдвигаемых наукой, политикой и медиа-элитами, глядя на все имеющиеся данные и доказательства. В то же время будут описаны альтернативные объяснения или причины: различные вещества, такие как наркотики, лекарства, пестициды, тяжёлые металлы или недостаточное питание. Все эти факторы могут серьёзно повредить или даже полностью разрушить иммунную систему, и их разрушительные последствия могут быть обнаружены у жертв, которые были спешно заклеймены диагнозом рака шейки матки, птичьего гриппа, атипичной пневмонии, СПИДа или гепатита С. В конечном счёте эти люди являются жертвами воздействия целого комплекса социально-экономических и политических сил и ещё более маргинализированной и деградировавшей профессии, которая обязуется «не причинять вреда».

В Главе 1 объясняется, какие в принципе микробы существуют (бактерии, грибы, вирусы) и какую роль они играют в полном жизненном цикле, а также описываются методы, с помощью которых медицинская система и средства массовой информации превратили этих микробов в наших злейших врагов. В Главе 2 мы будем путешествовать от середины XIX века до нашего времени, чтобы отделить мифы от реальности в теории микробов. Луи Пастер и Роберт Кох в своё время зажгли «лекарственный огонь», но мы не можем оставить их вне этого анализа, поскольку они, конечно же, тоже не были защищены от лжи и обмана. Мы также не будем уклоняться от вопроса о том, является ли полиомиелит вирусным заболеванием, или такие яды, как пестициды, по крайней мере, также вносят свой вклад в разрушение спинномозговых нервов, столь характерное для этой болезни. Далее мы окунёмся в последние три десятилетия: во время современных исследований вирусов. Таким образом, Глава 3 начинается с истории ВИЧ-СПИД, которая началась в начале 1980-х годов, вызвав почти беспрецедентную массовую панику, которая продолжается и по сей день. И теперь весь мир также, по-видимому, согласен с тем, что гепатит С, коровье бешенство, атипичная пневмония, птичий грипп и рак шейки матки также вызываются внешним возбудителем (патогеном). В главах с 4 по 8 мы увидим, что эти утверждения не выдерживают никакой критики и что другие объяснения имеют гораздо больше смысла.

ГЛАВА 1

Медицина преподносит нам искажённое изображение микробов


«Боги невиновны в страданиях человека. Наши болезни и физические боли - это следствие излишеств!»

Пифагор (570-510 до н.э.)

«Микроб - ничто, сред - это всё!»1

Луи Пастер

«Там, где есть жизнь, есть микробы.»2

Робинсон Вернер

«Диета явно оказывает большое влияние на многие болезни и модулирует сложное внутреннее сообщество микроорганизмов. Эти микроорганизмы, весом до 1 кг у обычного взрослого человека, могут составлять до 100 триллионов клеток.»3

Джереми Николсон, профессор биохимии

Микробы: выбраны на роль козлов отпущения


Люди очень восприимчивы к идее, что некоторые микробы действуют как хищники, выискивают среди нас жертв и вызывают самые серьёзные заболевания, такие как SARS-атипичная пневмония (лёгочная инфекция) или гепатит С (повреждение печени). Такая идея достаточно проста, возможно, слишком проста. Психология и социальные науки обнаружили, у людей есть склонность к упрощённым решениям, особенно в мире, который, кажется, всё более усложняется. Это также допускает концепцию «врага у ворот», позволяющую людям переносить ответственность за свои болезни на грибки, бактерии или вирусы. «Человек предпочтёт погибнуть, но не поменяет свои привычки!» - сказал однажды Лев Толстой.

Но это мышление про «козла отпущения» часто приводило человечество в заблуждение, будь то в личной жизни, в науке или в политике. И рыбаки, и политики искренне утверждают, что тюлени и дельфины способствуют истощению запасов океанских рыб. Поэтому каждый год в Канаде в течение лишь нескольких дней порядка ста тысяч тюленей забивается до смерти5, а каждую осень в Японии тысячи дельфинов живьём разрубаются на куски.

Но в своей слепой ненависти к животным люди полностью игнорируют тот факт, что это их собственный вид - Homo sapiens - отвечает за состояние наших океанов и что благодаря чрезмерной массивной эксплуатации и высокотехнологичным методам лова мы сами разграбили рыбу в мировом океане. Немецко-канадское исследование, появившееся в Nature в 2003 году, показало, что промышленный промысел резко сократил запасы таких рыб-хищников, как тунец, рыба-меч, марлин, треска, палтус, скат и камбала в мировом океане с начала коммерческого промысла в 1950-х годах -не менее чем на 90% ,7

Наша современная концепция смертельных микробов аналогичным образом позволяет избежать проблем с целой картиной. Некоторые микробы действительно могут быть вредными; тем не менее, глупо игнорировать роль поведения самого индивида (питание, употребление наркотиков и т.д.) вместо того, чтобы просто указывать пальцем на эти микроорганизмы. «Независимо от того, влияет ли метод лечения на животных хищников в пустыне или на бактерии в кишечнике, всегда опасно вмешиваться в естественный баланс сил в природе», - пишет микробиолог и лауреат Пулитцеровской премии Рене Дубос.

Медико-биологические реалии, как и социальные, далеко не так просты, как могут казаться. Известное эмпирическое исследование по иммунологии и биологии Эдварда Голуба гласит, что «если вы можете поместить решение сложной проблемы на наклейку для бампера вашей машины, то это неправильное решение! Я пытался это сделать со своей книгой «Ограничения медицины: как наука формирует нашу надежду на лечение» (The Limits of Medicine: How Science Shapes Our Hope for the Cure), чтобы её суть поместилась на наклейку для бампера - и не смог!».9

Сложность мироустройства, и прежде всего, живого мира, могут казаться слишком трудными даже для приблизительного понимания для любого человека. Информирование себя об экономике, культуре, политике и медицинской науке кажется невероятно сложным. Человек «не является аристотелевским богом, который охватывает всё сущее, он - развивающееся существо, которое может понять только часть реальности» - пишет социальный психолог Элизабет Ноэль-Нейман.1 Предполагаемые эксперты не являются исключением. Например, большинство самих врачей имеют едва ли не очень простое понимание концепций, которые вырисовываются на горизонтах молекулярной биологии, включая исследования микробов и их роль в возникновении болезней.

Соответственно, если вы попросите большинство врачей определить безошибочные характеристики ретровирусов (ВИЧ, например, является именно таковым по утверждениям врачей), они, скорее всего, пожмут плечами или отделаются непонятным и загадочным ответом. Другой проблемой для многих врачей было бы описание того, как функционирует полимеразная цепная реакция (ПЦР), хотя она и превратилась в ключевую технологию молекулярной биологии в 1990-х годах и используется снова и снова в связи с предполагаемым открытием так называемого вируса птичьего гриппа H5N1 (о ПЦР см. Главу 3 - о «чудотворном оружии» изобретателей эпидемий).

Невежество и стремление к упрощению являются коренными проблемами в медицинской науке. Еще в 1916 году философ Людвиг Витгенштейн заметил в своем дневнике: «Человечество всегда искало науку, в которой simplex sigillum veri ist, по сути говоря, «простота является признаком истины».11 И теория микробов точно соответствует этой схеме: одно заболевание, один агент как причина и, в конечном счёте, одна чудесная таблетка или вакцина в качестве решения.

Но это упрощение противоречит идеям «невидимого» микромира клеток и молекул. Живой мир -как в маленьком, так и в крупном масштабе - намного сложнее, чем медицина и средства массовой информации показывают нам. По этой причине, как отмечает биохимик Эрвин Чаргафф, «попытка найти симметрию и простоту в живой ткани часто приводила к ложным выводам».13 Некоторые даже считают, что то, что сейчас называется «молекулярной биологией», охватывает все науки о жизни. Но это не так, за исключением поверхностного уровня: всё, что мы можем видеть в нашем мире, действительно состоит из молекул. Но можем ли мы описать музыку, говоря, что все инструменты сделаны из дерева, латуни и т.д., и что из-за этого они производят свои звуки?14

Биология - наука о жизни - даже не способна определить свой собственный объект исследования: саму жизнь. «У нас нет научного определения жизни», - утверждает Эрвин Чаргафф. И

15 _

«действительно, самые точные тесты проводятся на мертвых клетках и тканях.» Это явление особенно опасно в бактериальных и вирусных исследованиях (и в повсеместной разработке лекарств), где лабораторные эксперименты на образцах тканей, которые часто подвергаются действия агрессивных химических веществ позволяют сделать какие-то выводы о реальности. И всё же подобные выводы делаются постоянно, а затем сразу следует переход к производству лекарств и вакцин.

Грибы: и в лесу, и в человеческом теле


В конечном счёте, невозможно узнать обо всём, что микробы делают на клеточном и молекулярном уровне у живых людей или животных. Для этого вам нужно будет преследовать каждого отдельного микроба использую мини-камеры. И даже если бы это было возможно, у вас просто были бы маленькие кусочки головоломки, а не сложный план тела в целом. Сосредоточив внимание на микробах и обвинив их в том, что они являются первичными и одинокими триггерами болезни, мы упускаем из виду, как различные, связанные между собой факторы, вызывают болезни -такие как экологические токсины, побочные эффекты лекарств, психологические проблемы, такие как депрессия и беспокойство, а также плохое питание.

Например, если в течение сравнительно большого периода времени вы будете есть слишком мало свежих фруктов и овощей и вместо этого будете употреблять слишком много фаст-фуда, сладостей, кофе, безалкогольных напитков или алкоголя (и вместе с ними - все виды токсинов, таких как пестициды или консерванты), и, возможно, ещё и много курить или даже принимать наркотики, такие как кокаин или героин, то ваше здоровье в конечном итоге будет разрушено. Наркоманы и голодающие люди - не единственные члены общества, которые ясно указывают на это. Это было также ярко представлено в фильме Super Size Me 2004 года, в котором американец Морган Сперлок -режиссер фильма и одновременно подопытный кролик в течение 30 дней питался только фастфудом из McDonald's. Результат: Сперлок прибавил 12 кг, показатели жира в его печени были эквивалентны показателям у алкоголика, его холестерин увеличился, он стал подавленным, страдал сильными головными болями и эректильной дисфункцией.

Несмотря на столь серьёзные последствия, люди всё ещё становятся зависимыми от этой белково-и жиросодержащей диеты при одновременном дефиците питательных веществ. Разумеется, это связано с тем, что корпорации быстрого питания с ежегодным рекламным бюджетом более 1,4 млрд, долларов целенаправленно и успешно нацеливаются на самых маленьких потребителей (в то время как правительство США предоставляет рекламный бюджет всего лишь 2 млн. долларов для своей кампании «Фрукты и овощи - пять раз в день»).16 Как показывают лабораторные исследования на крысах и мышах, содержимое гамбургеров и картофеля-фри может вызвать реакции в организме, которые аналогичны реакциям при героиновой наркомании17, которая, как доказано, оказывает разрушительное воздействие на иммунную систему. Значимыми компонентами для начала формирования зависимости, по мнению исследователей, являются обработанные ингредиенты продуктов. «Диета, содержащая соль, сахар и жиры, заставила животных стать зависимыми от этих продуктов питания», - говорит Энн Келли, невролог Медицинской школы Висконсина, в серии долгосрочных тестов наблюдавшая изменения в химии мозга, которые были похожи на долгосрочное использование морфина или героина.

Сахар «может быть «шлюзом» к другим наркотикам, законным или незаконным», - говорит Томас Кройс, президент Австрийского общества холистической медицины. Сахар способствует выведению витаминов из организма, что также влияет на настроение. И хотя сахар стал популярен в западных культурах, его вообще не существует в природе и он вызывает дисбаланс при регулярном потреблении.19

Это побудило журнал New Scientist написать, что фаст-фуды, такие как сигареты, должны иметь медицинское предупреждение на упаковке.2 Вместо того, чтобы предоставлять больше информации и проводить больше исследований о многих опасностях фаст-фудов (не в последнюю очередь в отношении влияния на здоровье животных белков, и не только тех, которые были найдены в гамбургерах), 21 22 23 McDonald's продолжает заманивать детей «Happy Meals», и даже продвигает свой бренд, спонсируя крупные спортивные мероприятия. Одним из таких событий стал чемпионат мира по футболу 2006 года в Германии - праздник спорта и здоровья. Чтобы приблизить свой бренд к образу здоровья, гигант быстрого питания основал программу помощи детям «McDonald's Kinderhilfe» - для больных детей, которые, по словам гиганта быстрого питания, «прежде всего нуждаются в одном: любви и безопасности.» Супер-знаменитости, такие как спортсмены Майкл Баллак, Генри Маске, Мирослав Клозе и Катарина Витт, а также супермодель Хайди Клум и всемирно известное вокальное трио Destiny's Child работали на рекламу бренда.2425

23

Корпоративные группы также получают и политическую поддержку. В конце 2005 года комиссия ЕС объявила о желании ослабить правила телевизионной рекламы, что делает возможной ещё более конкретную целевую рекламу, например, прямое размещение продукта во время программ.26 Если бы эти меры были приняты, европейские культуры, несомненно, оказались бы ближе к стандартам США, и потребителю были бы ещё сильнее подвержены бомбардировке рекламой от пищевой, фармацевтической и других транснациональных отраслей. Такая партизанская политика, безусловно, не имеет никакого отношения к целенаправленным мерам предосторожности, хотя именно такая государственная служба так срочно необходима.

Профилактическое здравоохранение, как правило, игнорируют те самые спонсируемые правительством группы, которым и поручено защищать здоровье граждан. Хорошим и символическим примером этого является то, что эти раздутые бюрократии уделяют мало внимания функциям и здоровью кишечника. Даже такие организации, как уважаемая Stiftung Warentest -немецкая организация защиты потребителей, по-прежнему искренне придерживается мнения о том, что «плохое питание или образ жизни, приводящий к запорам, как правило, не имеют ничего общего с кишечными бактериями; например, грибы кандиды можно найти в каждом здоровом кишечнике». И вообще, «изменения в составе микробов кишечника - это всего лишь симптомы (то есть последствия) инфекций, воспалений или лечения антибиотиками, но не их причины. Согласно нормальным принципам жизни, кишечная флора сама себя регулирует, как только причина нарушения устранена» - говорят исследователи. 2

Однако Stiftung Warentest не может предоставить конкретные исследования, подтверждающие эти заявления. И нет оснований полагать, что эти заявления обоснованы. Помимо предположительно единственных причин (инфекций, воспалений) изменений в составе кишечной флоры, конечно, есть много факторов, которые также следует учитывать. Большая часть населения страдает от проблем с кишечником, таких как запор или аномально высокий уровень грибка кандиды, поэтому абсурдно предположить, что токсины и антибиотики должны проходить по всей кишечной флоре, не оставляя следов. Мы даже не знаем точно, что такое «нормальная кишечная флора». Мы ещё не познакомились со всеми микробами в кишечной экосистеме, и также было отмечено, что у разных людей очень различная флора кишечника.29 Как же мы можем знать, что такое «нормальная» кишечная флора? Или как она постоянно регулирует саму себя к «нормальному» уровню? Индивидуальный состав микробов может быть очень стабильным, как показывают исследования30, но «стабильный» автоматически не означает «нормальный» или даже «здоровый».

Несомненно, что «искусственный сахар, например, представляет собой среду для неправильных грибов и бактерий», - говорит врач Томас Кройс. Кроме того, в исследованиях указывается, что диета с небольшим количеством свежей (сырой) пищи не подходит для поддержания надлежаще действующей кишечной флоры.32 Индивидуальное поведение (питание, активность, стресс и т.д.) также влияет на кишечную флору, и может приводить к образованию патогенных грибов кандиды.

В этом контексте было бы также интересно узнать, какой эффект оказывает чрезмерно кислотная диета на кишечную флору и на здоровье человека. В конце концов, исследования на животных на фабричных фермах показывают, что кислоты, принимаемые с пищей, которые, как говорят, ускоряют рост свиней или домашней птицы, негативно влияют на кишечную флору. 3 Но как это влияет на организм человека?

Человеческое тело подобно лесу с буферной системой лёгких, почек и потовых желёз, посредством которых могут выделяться лишние кислоты. Немецкое общество питания (DGE, Deutsche Gesellschaft fur Ernährung) утверждает, что «чрезмерно щелочная диета не приносит никаких доказанных преимуществ для вашего здоровья. Не стоит бояться повышенного уровня кислотности в организме здорового человека, поскольку буферные системы поддерживают кислотно-щелочной баланс в крови и ткани.» . Тем не менее, DGE не может представить никаких доказательств для своего заявления, и трудно себе представить, что «нормальная» диета, которая состоит только из кислотообразующих продуктов, таких как мясо, рыба, яйца, сыр, хлеб, сливочное масло, рафинированный сахар и некоторых не щелочных продуктов, таких как фрукты и овощи, не оставляет следов в организме.

Даже если буферные системы в так называемом здоровом человеке (независимо от того, что это означает!) поддерживают уровень pH в крови, это не может исключить, что ткань может испытывать стресс или даже быть повреждена. Многие эксперты, такие как американский диетолог Гари Тунски, считают, что «борьба за здоровье определяется значениями pH».35 Следует отметить, что раковая ткань, например, чрезвычайно кислая, и было бы легко исследовать, как различные щелочные или кислые диеты влияют на развитие рака, но, к сожалению, этого никто не делает.37 Влияние, которое

38 39

питание оказывает на скелетную систему, с другой стороны, хорошо изучено, даже

производители таблеток от остеопороза прямо указывают на то, что следует стараться избегать употребления «фосфатов и продуктов, содержащих щавелевую кислоту, другими словами [разрушителей кальция таких как] мяса, колбасы, безалкогольных напитков, какао или шоколада».40

«Флора кишечника является одним из многочисленных факторов, которые могут принимать участие в начале и запуске болезни», - заявляет Вольфганг Круис, специалист по кишечным исследованиям и профессор медицины из Кёльна.41 Его коллега, исследователь Франсиско Гуамер, добавляет, что «кишечная флора очень важна для здоровья человека, что хорошо документировано».42 Между прочим, обеспечение организма питательными веществами очень важно для развития эпителиальных клеток.43 И если работа кишечника нарушена, это может повлиять на поглощение и обработку важных питательных и жизненно важных веществ, что могут вызвать цепную реакцию проблем, таких как загрязнение тканей тела, в которой затем могут размножаться некоторые грибки и бактерии.

В статье в немецкой газете Arzte Zeitung («Докторская газета») описывается, как здоровая кишечная флора улучшает общее состояние здоровья, сообщая, что «у четырех из пяти пациентов восстановились нормальная и безболезненная перистальтика кишечника». Согласно этой статье, этот громкий успех можно приписать препарату, содержащему бактерии Escherichia coli или Е. coli. В отличие от классических слабительных, назойливый метеоризм и кишечное урчание, судороги в животе и тошнота редко возобновляются после 8-недельного бактериального лечения.44 Однако, по общему признанию, до сих пор имеется очень мало твёрдых исследований, указывающих на то, что пробиотики (таблетки, содержащие живые бактериальные культуры) и пребиотики (питательные вещества, которые должны стимулировать определённые «хорошие» бактерии, уже обнаруженные в кишечнике), полезны для здоровья.4

Основная цель должна состоять в том, чтобы точно изучить, как определённые продукты питания, конкретные диеты, потребление лекарств, токсины (пестициды, автомобильные выхлопы и т.д) и стресс влияют на состав кишечной флоры - и как это, в свою очередь, влияет на здоровье человека в целом (исследователи практически единодушны в том, что кишечная флора влияет на здоровье, но они продолжают задумываться над тем, как именно это происходит).4 Но, очевидно, этой исследовательской работой просто пренебрегают. Ни ЕС47 (который финансирует исследования кишечной флоры)4 , ни Германский институт питания человека49 (Institut fur Ernahrungsforschung) в Потсдаме не были готовы указать, в какой степени они активны в этой области. Вместо этого создаётся впечатление, что более важным считается разработка товарных продуктов, таких как «функциональные пищевые ингредиенты», «специально разработанные бактериальные штаммы» или «пробиотики и пребиотики».50 Это ещё раз показывает, что медицинская промышленность мало заинтересована в реальных профилактических исследованиях. Продажа и применение противогрибковых препаратов (так же, как и антибиотиков, противовирусных препаратов, вакцин, пробиотиков и т.п.) приносит много денег; а советы по устранению из рациона или значительному уменьшению количества употребляемого кофе, рафинированного сахара или лекарств, с другой стороны, вовсе не даются.52 И кто действительно хочет (или способен) отказаться от любимых привычек? Многие люди предпочитают надеяться на волшебное зелье, которое заставляет быстро уходить любую боль. • К сожалению, это привело к формированию медицинской структуры, которая в конечном счете поддерживает только концепции, которые проходят через иголочное ушко рынка и позволяют расти прибыли компании и зарплат экспертов.53 Различные опасности этой парадигмы исключены из публичного разговора, и поэтому мы всё дальше и дальше уходим от возможностей действительно эффективного профилактического здоровья.

Мы не должны игнорировать тот факт, что у людей возникает всё больше грибковых инфекций. Это, конечно, не потому, что грибы стали более агрессивными, так как они почти не изменились за последние миллионы лет. Но изменилось наше поведение, а вместе с ним и наша физическая среда. Нам нужно только взглянуть на другие области природы, где грибы не могут отличить человеческое тело и, например, лес. Повсеместно баланс играет главную роль: избыточные субстанции постоянно возникают и должны как-то снова исчезать. Если бы это было не так, земля задохнулась бы в хаосе этих чрезмерно выращенных веществ.5 В лесу встречается более 100.000 видов грибов и формируются их собственное царство рядом с животными и растениями , и эти грибы действуют как сборщики мусора, они съедают листья, мёртвые ветки, пни в лесу и возвращают питательные вещества в жизненный цикл растений в качестве повторно утилизируемого гумуса.

Всё в природе - клетки, наши тела, земля - находится в равновесии56, поэтому «грибковые болезни у отдельных здоровых растений не имеют шансов», как сказано в учебнике по ботанике. Однако, если «растение заражено грибком, то что-то должно быть не в порядке с условиями жизни растения»57. Это могло бы случиться, например, если почва растения была чрезмерно кислой, что и вызвало рост грибов.

Бактерии: у истоков всей жизни


В течение миллиардов лет природа функционировала с непревзойденной точностью. Микробы, как и люди, являются частью этой космологической и экологической системы. Если человечество хочет жить в гармонии с технологией и природой, мы должны всё лучше понимать поддерживающие эволюционные принципы и правильно применять их к нашей собственной жизни. Всякий раз, когда мы этого не делаем, мы создаем много якобы неразрешимых проблем для окружающей среды и нашего здоровья. Именно так думал Рудольф Вирхов (1821-1902), известный врач из Берлина, когда в 1875 году заявлял, чтобы «врач никогда не забывал смотреть на пациента как на целое».58 Доктор вряд ли поймёт, что происходит с пациентом, если не будет видеть этого человека в более широком контексте окружающей среды. Без появления бактерий жизнь человека была бы немыслима, так как бактерии уже существовали задолго до начала развития человеческой жизни.5

Прогеноты (предшественники бактерий, около 3,5 миллиарда лет назад) -> прокариоты -> анаэробные бактерии (анаэробы) -> анаэробные фотосинтетические бактерии -> фотосинтетические циано-бактерии -> богатая кислородом атмосфера -> аэробное дыхание -> аэробные прокариоты -> эукариоты (1,6 - 1,2 миллиарда лет назад) -> многоклеточные растения и животные -> млекопитающие -> человек.

Термином «прогеноты» бактериологи обозначают «стадию, предшествующую предварительной» ("pre-preliminary stage") - жизненную форму, из которой возникают прокариоты (клетки без ядер). Известно, что бактерии не имеют клеточных ядер, но у них есть дезоксирибонуклеиновая кислота (ДНК) и рибонуклеиновая кислота (РНК), эти носители генетического материала. Анаэробные бактерии, как указывает слово «анаэробные», могут обойтись без кислорода. Только после того, как на Земле стало достаточно кислорода, могли появиться и развиваться аэробные бактерии, которые и легли в основу жизни растений, животных и людей.6

Поэтому очевидно, что бактерии вполне могут существовать без людей; люди, однако, не могли бы жить без бактерий! Также становится невообразимым, что эти мини-существа, чья жизненная цель и задача в течение почти бесконечного времени заключалась в том, чтобы создать жизнь, должны быть главными первичными или единственными причинами болезни и смерти. Тем не менее, преобладающая аллопатическая медицинская философия убедила нас в этом с конца XIX века, когда Луи Пастер и Роберт Кох стали «героями». Всего через несколько часов после рождения вся слизистая оболочка новорождённого ребёнка уже колонизирована бактериями, которые выполняют важные защитные функции. 61 Без этих колоний миллиардов бактерий младенец, как и взрослый, не могут выжить. И на сегодня лишь не более 1% наших бактерий обнаружены и изучены.62 «Большинство клеток в организме человека - это нечто иное, чем сам человек: у наших гостей-бактерий уже давно есть превосходство в количестве», - сообщила исследовательская группа из Имперского колледжа в Лондоне под руководством Джереми Николсона в журнале Nature Biotechnology в 2004 году. Только в пищеварительном тракте исследователи обнаружили около 100 триллионов микроорганизмов, которые вместе имеют вес до одного килограмма. «Это означает, что более чем 1000 различных видов наших симбионтов, вероятно, содержит в 100 раз больше генов, чем их хозяин», - утверждает профессор биохимии Николсон. Это заставляет задуматься, насколько человеческое тело «человеческое» и насколько «чужое»?

Николсон называет нас «человеческими суперорганизмами» - наши собственные экосистемы управляются микроорганизмами. «Широко признано, - пишет профессор, - что большинство основных классов заболеваний имеют значительные экологические и генетические компоненты и что заболеваемость в популяции или отдельного индивида является сложным продуктом условных вероятностей определённых сочетаний генов, взаимодействующих с широким спектром экологических триггеров». Прежде всего, питание оказывает значительное влияние на многие заболевания, поскольку оно модулирует сложную связь между 100 триллионами микроорганизмов в кишечнике!63 «Микробы являются частью нашего расширенного симбиотического генома и как таковые во многих отношениях столь же важны, как и наши собственные гены», - говорит Николсон.6

Насколько легко нарушается этот бактериальный баланс, можно наблюдать на примере с младенцами: при грудном вскармливании их кишечная флора почти исключительно содержит определённую бактерию (Lactobacillus bifidus), которая сильно отличается от бактерии, наиболее распространённой при их искусственном вскармливании, включая коровье молоко. «Бактерия lactobacillus bifidus дает ребёнку, которого кормят грудью, гораздо более сильное сопротивление кишечным инфекциям», - пишет микробиолог Дубос.65 Это лишь один из бесчисленных примеров положительного взаимодействия между бактериями и людьми. «Но, к сожалению, знание о том, что микроорганизмы также могут принести много пользы людям, никогда не пользовалось большой популярностью», - отмечает Дубос. «Человечество сделало правилом лучше беспокоиться об опасностях, которые угрожают жизни, чем интересоваться биологическими силами, от которых так сильно зависит жизнь человека. История войны всегда очаровывала людей больше, чем описание мирного сосуществования. Поэтому никто никогда не создавал успешную историю из полезной роли, которую играют бактерии в желудке и кишечнике. К тому же само производство значительной части

с „66

той пищи, которая попадает на наши тарелки, также зависит от активности бактерии».

Однако разве антибиотики не помогли или даже не спасли жизни многих людей? Без сомнения. Но мы должны отметить, что первый пациент принял антибиотик, в частности пенициллин, 12 февраля 1941 года. Таким образом, антибиотики не имеют никакого отношения к увеличению ожидаемой продолжительности жизни, что действительно имело место в середине XIX века (в промышленно развитых странах), почти за столетие до разработки антибиотиков.67 И множество полезных веществ, в том числе и громадное количество бактерий, жизненно важных для жизни, разрушаются путем введения антибиотиков, само название которых непосредственно переводится с греческого как «против жизни».68 Только в США ежегодно излишне принимается миллионы доз антибиотиков.69 Это имеет глубокие последствия, поскольку антибиотики ежегодно несут ответственность за почти пятую часть более чем 100.000 смертей, которые восходят к побочным эффектам лекарств только в Соединенных Штатах.7172

Чрезмерное использование антибиотиков также приводит к тому, что бактерии становятся всё более устойчивыми к этим препаратам. Сегодня 70% микробов, «несущих ответственность» за болезни лёгких, больше не реагируют на лекарства.73 Увеличение их сопротивления побуждает фармацевтический сектор проводить более интенсивные исследования для разработки новых антибиотиков. Но открытие таких препаратов - долгий, сложный и дорогостоящий процесс (около 600 миллионов долларов на каждый препарат).74 В течение уже многих лет на рынок не выходил ни один новый антибиотик. В то же время в обращение вводятся всё более сильные препараты, которые только усиливают стойкость бактерий и заставляет их выделять всё больше токсинов.

На ключевой вопрос, такой как в чём же причина инфекций лёгких или среднего уха, нельзя ответить, просто заклеймив микробы как смертельных врагов и уничтожая их. И всё же люди придерживаются теории «злых микробов», потому что зациклены на «концепции врага», и их туннельное зрение направлено только на микробы. Это восприятие, которое на самом деле началось с Луи Пастера, который, как известный исследователь, распространил своё мнение о том, что бактерии находятся повсюду (в т.ч. в воздухе), и таким образом будут постоянно «нападать» на людей и животных, подобно рою саранчи. Около десяти лет назад врачи выдвинули предположение, что даже сердечные приступы являются инфекционным заболеванием, вызванным бактерией Chlamydia pneumonia, и из-за этой идеи многим пациентам были прописаны антибиотики. Но недавнее исследование, опубликованное в журнале New England Journal of Medicine, совершенно

75

ясно показало, что от этого нет никакой пользы.

Ещё одна проблема при рассмотрении сообщений, когда бактерии Е. coli обнаруживаются в питьевой воде - это ложное представление о том, что каким-то образом эти микробы в своих блужданиях обнаружили водный поток, а затем загрязнили его. Фактически, Е. coli попадает в питьевую воду через экскременты человека или животных, которые служат пищей для бактерий.

Бактерии не живут изолированно в открытой атмосфере. Скорее, они всегда существуют в какой-то среде, вместе с другими клетками и частями тканей. 76 Подобно грибковой культуре, бактериальная культура состоит не только из бактерий или грибов; скорее, всегда существует определённая среда. И в зависимости от (токсичности) местности, существуют разные (токсичные) микробы. Вспомним известную фразу от Клода Бернарда (1813 - 1878), одного из самых известных представителей целостного подхода к здоровью: «Микроб - ничто, среда - это всё».

Если мы попросим бактериологов о том, что первично: среда или бактерии, ответ всегда заключается в том, что именно среда (ландшафт) позволяет микробам процветать. Таким образом, микробы непосредственно не вызывают заболевания. Таким образом, очевидно, что кризис, вызванный телом, заставляет бактерии размножаться, создавая такие условия для фактически безвредных бактерий, что они «превращаются» в ядовитый гной. «При близком наблюдении за прогрессированием заболевания, особенно при инфекционных процессах, повреждение организма происходит в начале заболевания, и только после этого начинается бактериальная активность, -говорит врач-практик Йоханн Лойбнер. «Каждый может наблюдать это у себя. Если мы нанесли грязь на новую рану, другие бактерии появляются также. После проникновения инородного тела появляются очень специфические микробы, которые после удаления или освобождения уходят сами по себе и не продолжают нас заселять. Если мы повредим нашу респираторную слизистую оболочку через гипотермию (переохлаждение), то появятся эти бактерии, которые, в зависимости от остроты и длительности гипотермии, и состояния пострадавшего человека, могут разрушить поражённые клетки и привести к простуде и насморку».

Это также объясняет и то, чего доминирующий образец медицинской мысли не может понять: почему в наших телах так много разных микроорганизмов (среди них такие «очень опасные», как туберкулёзная палочка (tuberculosis bacillus), стрептококк или бактерия Staphylococcus), которые в большинстве случаев фактически не приносят нам никакого ущерба.77 Они становятся опасными (вредными), только когда у них достаточно пищи правильного вида. В зависимости от типа бактерии эта пища может представлять собой токсины, конечные продукты метаболизма, неправильно переваренную пищу и многое другое.

Даже официальная медицина при хирургических операциях иногда использует этот принцип, используя небольших личинок (опарышей) для чистки ран, которые особенно трудно дезинфицировать обычным способом. Личинки едят только мёртвый или «сломанный» материал. Они не касаются здоровой, живой плоти. Ни один хирург в мире не может очистить такую рану так точно и безопасно, как эти личинки. И когда все чисто, «праздник закончился»; личинки не едят вас, потому что им уже больше нечего есть.7

Пастер наконец осознал всё это, цитируя высказывание Бернарда: «микроб - ничто, среда - это всё» - на своём смертном одре.7 Но Пол Эрлих (1854-1915), известный как отец химиотерапии, придерживался интерпретации, проповедуемой Робертом Кохом (как и Пастером в его «лучшие дни»): эти микробы были фактическими причинами заболевания. По этой причине Эрлих, которого его конкуренты назвали «Доктор Фантазия»,80 мечтал о «химическом оружии» для бактерий и решительно помогал доктрине «волшебной пилюли», приняв очень успешное лечение очень специфических заболеваний с очень специфическими химически-фармацевтическими препаратами.8 Эта доктрина стала золотой лихорадкой для растущей фармацевтической промышленности с их производством «чудо-таблеток».82 «Но обещание «волшебной пули» никогда не исполнялось», - пишет Аллан Брандт, медицинский историк Гарвардской медицинской школы. 83

Вирусы: смертельные мини-монстры?


Это искаженное понимание природы бактерий и грибов и их функций в «ненормальных» процессах формирует отношение и к вирусам. В конце XIX века, когда теория микробов развилась настолько, чтобы стать окончательным медицинским учением, никто не мог фактически обнаружить вирусы. Вирусы имеют размер лишь 20-450 нанометров (миллионных долей метра) в поперечнике и, следовательно, они намного меньше, чем бактерии или грибы - настолько маленькие, что их можно увидеть только в электронный микроскоп, первый из которых был построен только в 1931 году. Бактерии и грибы, напротив, можно наблюдать с помощью обычного микроскопа, и первый из них был построен еще в VII веке голландским исследователем Антони ван Левенгуком (1632-1723).

«Пастерианцы» использовали выражение «вирус» уже в XIX веке, но это приписывается латинскому термину «virus» (что означает «яд»), чтобы описать органические структуры, которые нельзя было классифицировать как бактерии.84 И это прекрасно согласуется с понятием врага: если бактерии не найдены, то какая-то другая причина должна отвечать за болезнь. В этом случае приходит цитата из Мефистофеля Гёте: «Ибо там, где нет идей, «правильное» слово быстро найдётся» ("For just where по ideas are, the proper word is neverfar. ").S5

Вирусомания

На снимке справа изображены д-р Джеймс Хиллер (сидит) и Владимир Зворыкин (стоит) около первого коммерческого электронного микроскопа (ЭМ), принадлежащем Radio Corporation of America (RCA), 1940 год. RCA продала эту модель компании American Cyanamid за $10000. ЭМ, изобретённый в 1931 году, впервые теоретически (!!!) позволил увидеть вирусы, которые не распознаются с помощью обычного светового микроскопа, поскольку ЭМ использует быстрые электроны, которые имеют гораздо меньшую длину волны, чем видимый свет, для отображения поверхности исследуемого образца. И поскольку разрешение микроскопа ограничено длиной волны, гораздо большее разрешение может быть достигнуто именно с помощью ЭМ (в настоящее время это приблизительно 0,1 нм (нанометра) = миллиардная часть метра), чем при использовании светового микроскопа (приблизительно 0,2 мкм (микрометра) = миллионная часть метра).

Число несоответствий, возникающих в связи с теорией «смертоносных вирусов», иллюстрируется эпидемией оспы, которая даже сегодня нравится людям, чтобы активизировать эпидемическую панику.86 Но действительно ли оспа была вирусной эпидемией, которую успешно предотвратили вакцины? «Медицинские историки сомневаются в этом», - пишет журналист Нил Миллер в своей книге «Вакцины: действительно ли они безопасны и эффективны?» - «Например, для скарлатины или Черной чумы не было вообще никаких вакцин, и эти болезни всё равно исчезли». 87

29

Например, в Англии до введения обязательных прививок в 1953 году на каждые 10 000 жителей в год приходилось две смерти от оспы. Но в начале 1870-х годов, почти через 20 лет после введения обязательных прививок, которые привели к 98% степени вакцинации населения,88 в Англии уже регистрировалось около 10 смертей от оспы на каждые 10 000 человек в год; в пять раз больше, чем раньше. «Эпидемия оспы достигла своего пика после введения вакцинации», - резюмирует Уильям Фарр, который отвечал за составление статистики в Лондоне.

На Филиппинах подобная картина была не менее противоречивой: самая сильная эпидемия оспы на островах произошла в начале XX века, хотя к тому времени показатель вакцинации составлял почти 100% ,9° И в 1928 году в Британском медицинском журнале была опубликована статья, в которой говорилось, что риск смерти от оспы был в пять раз выше для тех, кто был вакцинирован, чем для тех, у кого не было этой прививки.9

В Германии статистические данные о смертности от оспы собирались с 1816 года. В конце 1860-х годов от оспы ежегодно умирало около 6.000 человек. В период с 1870 по 1871 год число жертв внезапно подскочило в 14 раз - до почти 85.000 смертей. Что же произошло? В разгаре франкопрусская война, а французские военнопленные содержатся в немецком лагере в самых жалких условиях с крайне плохим питанием. В результате число случаев оспы в лагерях увеличилось экспоненциально, хотя все французские и немецкие солдаты были вакцинированы против оспы. Обычные немцы (сами страдая от войны) также заболевали оспой, хотя многие из них также были вакцинированы. Когда лагеря были распущены непосредственно после войны, число смертей от оспы также заметно снизилось. Три года спустя, в 1874 году, в Германии было зарегистрировано всего 3345 случаев смерти от оспы в год. Ортодоксальная медицина утверждает, что это сокращение было вызвано Reichsimpfgesetz - законом, в котором, помимо прочего, предусматривалось, что ребёнок должен был быть вакцинирован «до конца календарного года, следующего за годом его рождения». Но на самом деле этот закон впервые вступил в силу только в 1875 году, когда страх оспы уже был значительно слабее. «В то время произошло улучшение гигиены, технологии и цивилизации, что привело к сокращению болезней и смертей», - говорит врач Герхард Бухвальд.

И главные исследователи вирусов, и официальная медицина исключительно предполагают, что вирусы являются «инфекционными» патогенными микробами, которые активно распространяются в клетках паразитическим путем (с помощью ферментов и других клеточных компонентов), размножаются и, в конечном счёте, атакуют и иногда убивают клетки нашего организма. Или, как пишет известная немецкая ежедневная газета, в типичной сенсационной манере: «Вирусы - самые чудовищные инфекционные агенты на Земле: они нападают на животных и людей, чтобы поработить

93

их клетки» .

Никого из официальных структур и СМИ не волнует, что для подобного заявления нет ни малейших научных подтверждений. Ведь чтобы утверждать подобное, необходимо сначала доказать существование этих так называемых «вирусов-убийц». И вот тут начинается проблема. Последовательное, научно обоснованное доказательство их существования никогда не предоставлялось, хотя это должно было быть сделано так же просто, как и для других исследований -взять образец крови пациента и изолировать один из этих вирусов, в очищенной форме с его полным генетическим материалом (геномом) и вирусной оболочкой, а затем визуализировать с помощью электронного микроскопа. Но эти критические первоначальные шаги никогда не делались ни с H5N1 (птичий грипп), 94 ни с так называемым вирусом гепатита С,95 ни с ВИЧ,96 97 ни с множеством других частиц, которые официально называются вирусами и изображаются как сумасшедшие звери.

На этом этапе мы поощряем наших читателей самостоятельно проверить доминирующие вирусные теории, как это делали многие люди, среди которых и лауреаты Нобелевской премии, и лучшие микробиологи и исследователи из других областей, серьезные журналисты и просто умные и желающие понять люди. Мы попросили предоставить данные из таких важных учреждений, как Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Американский центр борьбы с болезнями (CDC) или ей немецкий аналог - Институт Роберта Коха (RKI) в Берлине. Например, летом 2005 года мы связались с RKI и запросили следующую информацию:

1. Просьба назвать исследования, которые бесспорно доказывают существование вирусов атипичной пневмонии, гепатита С, лихорадки Эбола, оспы и полиомиелита и возбудителя коровьего бешенства (полное очищение, выделение и определение биохимических свойств плюс электронные микрофотографии).

2. Назовите, пожалуйста, исследования, которые неоспоримо показывают, что вирусы вызывают вышеуказанные заболевания (а также, что другие факторы, такие как недоедание, токсины и т.д., по крайней мере, совместно определяют ход заболевания).

3. Назовите, пожалуйста, по крайней мере, два исследования, которые неоспоримо доказывают, что прививки являются эффективными и активными.

К сожалению, на сегодняшний день у нас нет (несмотря на неоднократные запросы) ответов ни на один из этих простых вопросов. Читатели могут задаться вопросом, как можно постоянно утверждать, что тот или иной вирус существует и может вызвать болезни через заражение? Важным аспектом в этом контексте является то, что некоторое время назад господствующая вирусная наука оставила путь прямого наблюдения за природой и решила вместо этого пойти так называемым косвенным «доказательством» с такими процедурами, как тесты на антитела и ПЦР. В этой книге мы часто будем отклоняться от проторенной дороги, но в этот момент мы должны уже отметить, что эти методы приводят к результатам, которые практически не имеют значения. Тесты на антитела просто подтверждают существование антител, а не самого вируса или частицы, к которым антитело испытывает реакцию. Это означает следующее: до тех пор, пока вирус или клеточная частица (антиген) не будут точно определены, никто не сможет сказать, на что конкретно реагируют эти тесты; они, таким образом, «неспецифичны» в медицинском смысле.

Это ничем не отличается от ПЦР (полимеразной цепной реакции), которая используется для отслеживания генетических последовательностей, небольших генетических фрагментов, а затем тиражирует их в миллион раз. Как и при тестировании на антитела, тест ПЦР, вероятно, имеет то или иное значение, поскольку он проявляет своего рода иммунную реакцию (как её называют в технических терминах) в организме; или, что более нейтрально, какое-то нарушение или активность на клеточном уровне. Но вирус с неопределёнными характеристиками не может быть доказан ПЦР, не более, чем его можно определить с помощью простого теста на антитела.1 0 Опять же, это связано с тем, что точное определение вируса не было выполнено.

Что касается генетики, то эти короткие фрагменты, которые найдены с использованием ПЦР, не являются полными и даже не удовлетворяют определению гена (которых, как говорят, у человека от

20.000 до 25.000).101 Несмотря на это, предполагается, что при «склеивании» они будут изображать весь генетический материал данного вируса. Но никто не представил документ, в котором показана электронная микрофотография этого так называемого воспроизведённого вируса.

Даже если ученые предполагают, что обнаруженные в лаборатории частицы (антигены и фрагменты генов) являются упомянутыми вирусами, это далеко не доказательство того, что вирусы являются причинами заболеваний, о которых идет речь, особенно когда пациенты или животные, на которых проводятся подобные исследования, даже не больны, что бывает довольно часто. Ещё один важный вопрос также должен быть поднят: даже если предполагаемый вирус убивает клетки в пробирке (in vitro) или приводит к смерти эмбрионов в курином яйце, можем ли мы с уверенностью заключить, что эти данные можно переносить на весь живой организм (in vivo)?

Многие данные противоречат этой теории, например, что частицы, называемые вирусами, происходят из клеточных культур (in vitro), частицы которых могут быть генетически вырождены, потому что их бомбардируют химическими добавками, такими как факторы роста или сильно окисляющие вещества.102 В 1995 году немецкий журнал Der Spiegel углубился в эту проблему (что особенно стоит отметить, если учесть, что в этом журнале обычно приветствуется только ортодоксальная теория вирусов), цитируя исследователя Мартина Марковица из Исследовательского центра СПИДа Aaron Diamond в Нью-Йорке: «Ученый Марковитц убивает свои заражённые вирусом клеточные культуры этими ядами во всех мыслимых комбинациях, чтобы проверить, какие из них убивают вирус наиболее эффективно». «Конечно, мы не знаем, насколько эти перекрестные проверки в тесте можно перенести на человека», - говорит сам Марковиц. - «В конечном счёте, всё зависит от самого пациента». Его клинический опыт научил его видеть разницу между пробиркой и больничной кроватью. Среди исследователей СПИДа он больше всего знает о том, насколько мало поведение культивируемых вирусов в лабораторном инкубаторе соответствует тому, что происходит естественным образом в среде гормонов, антител, клеток-мусорщиков и Т-клеток иммунной системы живого человека».1 3 Андреас Мейерханс из Института Пастера в Париже использует выражение «Среда - главная забота», что в основном означает, что результаты, полученные in vitro, только

„ 104 105

запутывают исследователей.

Вирусомания

«К сожалению, это десятилетие характеризуется ростом смертности, вызванной раком лёгких, сердечными заболеваниями, дорожно-транспортными происшествиями и косвенными последствиями алкоголизма и наркомании», - написал в 1971 году сэр Фрэнк Макфарлейн Вернет, получивший Нобелевскую премию по медицине, в своей книге «Гены - мечты и реальность», -«Настоящая задача сегодняшнего дня - найти средства для этих болезней цивилизации. Но в этом контексте ничего не выходит из лабораторных исследований, вклад лабораторных исследований сегодня практически свёлся к нулю. Для тех, кто находится только в начале своей карьеры в качестве лабораторного исследователя в области инфекционных заболеваний и иммунологии, это неутешительные слова».

Сэр Франк Макфарлейн Вернет получил Нобелевскую премию по медицине в 1960 году; фотография показывает его в лаборатории в отделении микробиологии Университета Мельбурна (1965).

Для биомедицинских учёных и читателей их работ, продолжает Вернет в своей книге, может быть интересно придерживаться «детализацией химической структуры РНК фагов [вирусов из простых организмов, см. далее] или производства тестов на антитела, которые типичны для современных биологических исследований. Но современные фундаментальные исследования в медицине вряд ли имеют прямое значение для профилактики заболеваний или улучшения , 106

медицинских мер этой профилактики».

Но обычная медицина избегает этой теории, как дьявол избегает святую воду. Вместо этого она пытается продемонстрировать патогенность (способность вызвать болезнь) этих частиц в экспериментах, которые вряд ли могут быть более загадочными. Например, тестовые субстраты вводились непосредственно в мозг лабораторных животных. Это, например, была стандартная процедура при исследовании коровьего бешенства и полиомиелита; и даже знаменитый Луи Пастер применил этот метод в своих экспериментах на бешенство, в котором он вводил поражённую мозговую ткань в головы собак (Пастер прославился на этих экспериментах, и только спустя годы после его смерти эти исследования оказались липовыми). 8 В настоящее время признано, что «прямые инъекции в мозг» нереалистичны с точки зрения обычной жизни и, следовательно, в конечном итоге, не дают доказательств патогенных эффектов.109

Почему бы не предположить, что вирус или то, что мы называем вирусом, является симптомом, т.е. результат болезни? Медицинское учение укоренено в картине Пастера и Коха о враге и пренебрегает идеей о том, что клетки организма могут производить вирус сами по себе, например, как реакция на стрессовые факторы. Эксперты обнаружили это давным-давно и говорят о «эндогенных вирусах» -частицах, которые формируются внутри тела самими клетками.

В этом контексте исследовательская работа генетика Барбары МакКлинток является важной вехой (Нобелевская премия 1983 года). В своём исследовании она обнаружила, что генетический материал живых существ может постоянно меняться, будучи поражен «потрясениями» или «шоком». Этим шоком могут быть токсины, а также и другими вещества, вызывающие стресс (для ткани) в пробирке.110 Это, в свою очередь, может привести к образованию новых генетических последовательностей, которые ранее были непроверяемыми (in vivo и in vitro).

Давным-давно ученые заметили, что токсины в организме могут вызывать физиологические реакции, но современная медицина видит это только с точки зрения экзогенных вирусов. В 1954 году ученый Ральф Скоби сообщил в журнале «Архивы педиатрии», что herpes simplex развился после инъекции вакцин, приёма молока или употребления определённых продуктов питания; в то время как herpes zoster (опоясывающий лишай) возник после приема внутрь или инъекции тяжёлых металлов, таких как мышьяк и висмут, или дозы алкоголя.1

Также можно предположить, что токсичные наркотики, такие как попперсы, расслабляющие наркотики, обычно используемые гомосексуалистами, или иммунодепрессанты, такие как антибиотики и противовирусные препараты, могут вызвать то, что называется окислительным стрессом. Это означает, что способность крови переносить кислород, столь важная для жизни и выживания клеток, снижается. Одновременно образуются оксиды азота, которые могут серьёзно повредить клетки. В результате «активируется» продуцирование антител, что, в свою очередь, приводит к тому, что тесты на антитела дают положительный результат. Кроме того, благодаря этому генерируются новые генетические последовательности, которые затем регистрируются с помощью тестов ПЦР 112 113 - всё это, разумеется, без какого-либо патогенного вируса, который «атакует» организм снаружи.

Но преобладающая медицина осуждает такие мысли, как ересь. Подобно тому, как ортодоксия боролась против концепции «прыгающих генов» МакКлинток на протяжении десятилетий, потому что не желала отпускать свою собственную модель полностью стабильной генетической структуры. Причём представители ортодоксальной медицины не просто игнорировали МакКлинток, но даже становились откровенно «враждебным».114 «Оглядываясь назад, больно видеть, насколько сильно многие ученые зафиксированы на доминирующих предположениях, с которыми они молчаливо согласились», - писала МакКлинток в 1973 году, вскоре после того, как медицинский истеблишмент признал, наконец, что она была права. «Просто нужно подождать подходящее время для изменения концепции».11 Сама МакКлинток не успела высказаться против господствующей догмы ВИЧ=СПИД, (лауреат Нобелевской премии умерла в 1992 году, вскоре после того, как в множество учёных стали критиковать догму ВИЧ=СПИД), но ранее она высказала критику, что никогда не доказанный СПИД , не

вызван инфекционным вирусом.

Будь вы лауреат Нобелевской премии или непрофессионал, задайте себе этот простой вопрос: как на самом деле можно вообразить, что вирусы-убийцы преследуют наш мир, убивая одну человеческую клетку за другой? Вирусы - в отличие от бактерий и грибов - даже не имеют своего метаболизма - по определению, вирусы полностью отдают свой метаболизм клеткам, они состоят только из одной цепи нуклеиновой кислоты (ДНК или РНК-генов) и одной белковой капсулы, поэтому у них отсутствуют решающие признаки живых существ. Строго говоря, они не считаются даже «микробами», т.к. исходя из перевода с греческого: «микро» = маленький, «биос» = жизнь. Как вирусы, такие как бактерии, могут стать активными и агрессивными по своему усмотрению? Полагают, что вирусы могут существовать в течение трех миллиардов лет. 117 И точно так же, как бактерии и грибы, вирусы также считаются вездесущими - их находят от глубокого моря до полярных ледяных шапок. В исследовании 2006 года, опубликованном в «Proceedings ofthe National Academy of Sciences»115, было обнаружено, что в одном литре морской воды насчитывается более 20.000 видов бактерий - хотя исследователи ожидали найти только от 1.000 до 3.000 видов.

«Точно так же, как ученые изобретают всё более мощные телескопы, и открывают миллиарды новых звёзд, которые были не видны раньше, также и количество морских организмов, невидимых для глаз, превосходит все ожидания, и их разнообразие намного больше, чем мы могли себе представить», - говорит ведущий автор Митчелл Согин, директор Массачусетского центра морской

33

биологической лаборатории (MBL) Центра сравнительной и молекулярной биологии и эволюции. «Это исследование показывает, что мы «едва поцарапали поверхность». Количество различных видов бактерий в океанах может превысить 5-10 миллионов».119 Кроме того, считается, что один литр морской воды содержит не менее 10 миллиардов вирусов очень простых организмов, таких как одноклеточные водоросли, называемые (бактерио) фаги; 120 причём вирусов (фагов) значительно больше, чем бактерий. Оба эти открытия - длительное время эволюционного развития и их всеобщее существование - показывают, что природа, которая постоянно стремится к равновесию, живёт в симбиозе с этими вирусами.

К счастью, вездесущность фагов пролетела ниже радара существующих медицинских вирусных исследований - иначе бы у нас уже были «правила купания в море с защитой всего тела», или «программы защиты от эпидемий с условием профилактического приёма противовирусных лекарств», или идеи вроде «почему бы не попробовать дезинфицировать большие поверхности морской воды?» Мы и так уже находимся на пути к подобному мышлению, поскольку фаги уже представлены как супер-злодеи, которые «работают с использованием хитрых трюков».121 Но этому нет никаких реальных доказательств.

Нам было бы разумнее вспомнить те времена, когда правящая ныне догма о вирусах-убийцах резко (свободно и открыто) атаковалась и воспринималась не более чем «вера» чистой воды.12 Действительно, было много выдающихся микробиологов, которые настаивали на том, что бактериофаги просто не являются вирусами, а скорее продукты «эндогенно», т.е. бактерии.123 Роберт Доерр, редактор «Справочника по вирусологии», опубликованного Шпрингером в 1938 году, даже придерживался идеи, что не только фаги, но и другие «вирусы» являются продуктом деятельности клеток.124 Давайте рассмотрим один из аргументов: бактериофаги не могут быть живыми существами, которые становятся независимо активными, так как сами фаги не могут быть разрушены температурами до 120 градусов.125 «И, вероятно, было бы полезно вспомнить историю этой десятилетиями длящейся дискуссии», - говорит голландский микробиолог Тон ван Хелвоорт,-«база для разрушения противоречий и нахождения консенсуса находится только в основе научных исследований».1

Глава 2

Охотники за микробами захватывают власть


«Врач будущего не будет давать лекарства, а будет заинтересовывать своих пациентов заботой о человеческих основах бытия, диетой, предотвращением

и профилактикой заболеваний» 1 Томас Эдисон (1847 -1931) один из величайших изобретателей истории

«Вывод неизбежен: Пастер сознательно обманул людей, особенное тех, кто больше всего знаком с его опубликованными работами»2 Джеральд Гейсон медицинский историк

«[Современные методы обнаружения вирусов, такие как ПЦР] рассказывают мало или ничего о том, как вирус размножается, какие животные его переносят, [или] как он заражает людей.

[Это], то же самое, что сказать, что у кого-то неприятный запах изо рта, глядя на его отпечаток пальца.» 3 Обращение от 14 лучших вирусологов «старой гвардии» к новому поколению биомедицинских исследований «Наука», 6 июля 2001 г.

Пастер и Кох: лишь двое из многих учёных-обманщиков


О высоком статусе Луи Пастера, которым он наслаждался во время своей жизни, хорошо говорит цитата врача Огюста Луто, сделанная в 1887 году (за восемь лет до смерти Пастера): «Во Франции можно быть анархистом, коммунистом или нигилистом, но не анти-Пастеристом».4 И действительно, Пастер не был божественно чистым образцом совершенства, скорее он был исследователем, пристрастившимся к славе, которую он получил благодаря ложным предположениям и «он ввел мир и его коллег-ученых в заблуждение об исследованиях, за которыми стоят два его самых известных эксперимента», как заявил журнал The Lancet в 2004 году.5 Через свою откровенно фанатичную ненависть к микробам Пастер пришёл к нелепому уравнению, что здоровая ткань равна стерильной (без микробной) окружающей среде.6 Он верил со всей серьёзностью, что бактерии не могут быть найдены в здоровом теле,7 и что микробы, летающие в воздухе на частицах пыли, ответственны за все возможные болезни.8 В возрасте 45 лет он «купался в своей славе», как пишет в своей книге «Охотники за микробами» бактериолог Поль де Круи, и трубил о своих надеждах всему миру: «человеческой силе должно быть подвластно устранить все болезни, вызванные паразитами [микробами] с лица земли ».9

Недостатки теорий Пастера были показаны ещё в первой половине XX века экспериментами, в которых животные содержались в полностью очищенной от всех микробов среде (примечание: далее «без-микробной»). Их рождение производилось кесаревым сечением; после чего их закрывали в без-микробные клетки и кормили стерильной пищей и водой - и через несколько дней все животные были мертвы. Это сделало очевидным тот факт, что «загрязнение» экзогенными бактериями является абсолютно необходимых для их жизни.10

В начале 1960-х годов ученым впервые удалось сохранить в без-микробной среде мышей живыми несколько дней, и даже несколько недель. Семантические исследования этих без-микробных грызунов были выполнены Моррисом Поллардом в Нотр-Даме, штат Индиана.11

Однако, это не оспаривает тот факт, что микробы необходимы для жизни. Мыши в естественных условиях имеют продолжительность жизни три года, что значительно дольше, чем средняя продолжительность жизни без-микробных лабораторных животных.12 Сохранение без-микробных животных, таких как мыши или крысы, живыми в течение более длительного времени, требует особых лабораторных условий, при которых животные питаются синтетическими витаминными добавками и дополнительными источниками калорий, и эти условия не имеют ничего общего с природными. Специально разработанные жидкие диеты необходимы потому, что в нормальных условиях выращивания у животных есть популяции микроорганизмов в пищеварительном тракте.13 Эти микроорганизмы генерируют различные органические компоненты, такие как продукты или побочные продукты метаболизма, включая различные водорастворимые витамины и аминокислоты. У крысы и мыши большая часть микробной активности находится в толстой кишке, и многие из микробиологически произведенных питательных веществ недоступны для животных в без-микробной среде. Это изменяет микробный синтез питательных веществ и, тем самым, влияет на требования к диете. При составлении диеты для лабораторных животных, выращиваемых в без-микробной среде или среде свободной от конкретных микробов, следует учитывать корректировки концентрации питательных веществ и других ингредиентов и методы приготовления.1415

Одной из важных целей управления этими искусственными диетами является предотвращение накопления продуктов метаболического распада в толстой кишке. Однако, было замечено, что уже через короткое время аппендикс и слепая кишка этих без-микробно разведённых грызунов увеличились в весе и, в конечном итоге, стали аномально увеличенными, заполнились слизью, которая в обычных условиях была бы разрушена микробами.16 Кроме того, без-микробно разведённые грызуны обычно умирают от почечной недостаточности17, что является признаком того, что их почки, как органы экскреции, перегружены работой, как и в случаях, когда толстый кишечник был бы искусственно поражён. В любом случае, это показывает, что без-микробно выведенные мыши не смогли бы выживать, размножаться и оставаться здоровыми в реальных условиях - в таких, которые никогда не смогут быть даже приблизительно воспроизведены в лабораториях.

Помимо этого, неясно, были ли эти без-микробные животные действительно на 100% стерильны. Очевидно, что не все ткани и, конечно, не каждая клетка могут быть проверены на наличие микробов. Никто не может знать, что эти животные абсолютно «без-микробные», особенно если учесть, что такие микробы, как Chlamydia trachomatis могут «скрываться» настолько глубоко в клетках, что они выживают даже после лечения пенициллином.18 Кроме того, если останки так называемых без-микробных животных хранятся в оптимальных условиях - считающихся абсолютно стерильными - их ткани, тем не менее, через некоторое время разлагаются, образуя «спонтанные» бактерии. Но как мы можем объяснить появление этих «спонтанных» бактерий? Они не могут появиться из ничего, поэтому логика допускает только один вывод: бактерии должны были уже присутствовать в без-микробной мыши (в любом случае мыши, которые, как говорят, не содержат бактерий, по-видимому, не «без-вирусные»; это было продемонстрировано в 1964 году в журнале Experimental Medicine Этьеном де Гарвеном, который наблюдал с помощью электронного микроскопа типичные, так называемые ретровирусные частицы в тимусе без-микробных мышей19, конечно, эти вирусы могли быть эндогенными ретровирусами, которые иногда выглядят как частицы, но у них эндогенное происхождение).

Если бы природа хотела, чтобы в нас не было бактерий, она создала бы нас без бактерий. Без-микробных животные, которые, по-видимому, никак не без-микробные, могут существовать только в искусственных лабораторных условиях, но не в природе. Экосистемы животных, живущих в природных условиях, будь то грызуны или люди, сильно зависят от деятельности бактерий, и эта зависимость должна иметь значение.

Но вернемся к «Хитрецу Луи»20, который сознательно лгал даже в своих экспериментах по вакцинации, которые обеспечили ему место на Олимпе Богов-исследователей. В 1881 Пастер утверждал, что он успешно вакцинировал овец против сибирской язвы. Но не только никто не знает, как проводились тесты на открытом поле Пастера за пределами Парижа, но национальный герой (1а grande Nation, как его назвали позже) рассеял смесь вакцин тайно от другого исследователя Жан-Жозефа Туссена21, чью карьеру он ранее разрушил публичными нападками.22

А как насчёт успешных экспериментов Пастера с вакциной против бешенства в 1885 году? Исследователи обнаружили, что они вообще не удовлетворяли научным стандартам и были, таким образом, непригодны для поддержания хоровой похвалы за его вакцинную смесь. Супер-вакцина Пастера «могла вызвать, а не предотвратить бешенство», пишет научный историк Гораций Джадсон.23

Эти эксперименты не обсуждались на протяжении десятилетий в основном из-за особой секретности знаменитого француза. За свою жизнь Пастер не позволял никак и никому, даже своим ближайшим сотрудникам, изучать его записи. И «Хитрец Луи» договорился со своей семьёй, что его книги также должны остаться недоступными для всех после его смерти.24 В конце XX века Джеральд Гейсон, медицинский историк из Принстонского университета, впервые получил возможность изучить записи Пастера, и он опубликовал факты о мошенничестве в 1995 году.25 Его выводы признали спорными, что не особо удивительно, поскольку здравая наука процветает в прозрачной среде, чтобы другие исследователи могли проверить сделанные выводы.26

Секретность имеет особую цель - избежать независимого мониторинга и проверок. Когда внешняя проверка и проверка независимыми экспертами отстранены от процесса, шлюзы открыты для мошенничества.27 Конечно, мы наблюдаем отсутствие прозрачности во всем мире, будь то в политике, в таких организациях, как международная футбольная ассоциация ФИФА, а также в «научных сообществах [которые] считают, что у них есть право на государственное финансирование, а также на свободу от общественного контроля», как писал Джадсон.28 Этим основные исследования фактически были опечатаны для общественного контроля в своих научных учреждениях. При такой организации не хватает критики, проверок и баланса, поэтому в конечном итоге ни у кого нет полномочий для тщательного изучения работы исследователей и обеспечения проведения исследований честным образом. Нам остается просто верить, что они делают это честно.29 Но опрос, проведенный учёными и опубликованный в выпуске Nature за 2005 год, показал, что треть исследователей признались, что не стали бы избегать обманных действий и смели бы в сторону любые данные, которые мешали бы их целям.30 Важнейший аспект науки был потерян; не многие исследователи теперь могут самостоятельно проверить данные и выводы, предоставленные другими исследователями. Такие проверки качества приравниваются к пустой трате времени и денег, и по этой же причине не финансируются. Вместо этого медицинские исследователи полностью заняты одержимый гонкой за следующим высоко-прибыльным открытием. И многие сегодняшние эксперименты построены таким сложным образом, что они не могут быть воспроизведены и вообще проверены. 31 Это дает исследователям простую возможность спросить себя, не опасаясь никаких последствий, «почему бы мне не сжульничать?»

Можно было бы надеяться, что так называемая система коллегиального надзора в значительной степени устранит мошенничество. Она по-прежнему считается святым столпом храма науки, обещающая соблюдение стандартов качества.32

Но многолетняя практика экспертной оценки является по сути прогнившей насквозь.33 34 Члены так называемого экспертного совета, которые остаются анонимными, изучают (просматривают) исследовательские отчёты и журнальные статьи, представленные их научными конкурентами. Затем эти так называемые «эксперты» решают, должны ли быть одобрены эти отчёты или опубликованные статьи. Речь идёт о порядка 50.000 таких экспертно-оценённых публикациях35, и статьи во все наиболее известных журналах, таких как Nature, Science, New England Journal of Medicine, British Medical Journal и The Lancet, также проверяются «экспертами» (коллегиальный надзор).

Однако существует фундаментальная проблема: экспертная оценка в её нынешнем виде является опасной ошибкой. Если бы исследователи в других областях проводили исследования и публиковали результаты с использованием подобного процесса, что бы произошло? Например, если бы эти нынешние методы были распространены в автомобильной промышленности, то конкуренты BMW могли решать через анонимный процесс, разрешено ли BMW разработать новую модель автомобиля и вывести её на рынок. Очевидно, что это задушит инновации и вызовет конфликты интересов и мошенничество.

«Экспертная оценка медленная, дорогостоящая, расточительная в академическом плане, очень избирательная, склонная к предвзятости, легко приводящая к злоупотреблениям, беспомощна для обнаружения грубых ошибок и почти бесполезна для выявления мошенничества», - говорит Ричард Смит, бывший главный редактор British Medical Journal.36 Неудивительно, что все случаи мошенничества, которые показывает в своей книге 2004 года «Великое предательство: мошенничество в науке» научный историк Джадсон, не были раскрыты системой коллегиального обзора, а скорее вышли на свет в результате случайного совпадения.37 И рядом с Пастером в пантеоне научных мошенников появляются такие знаменитые имена, как Зигмунд Фрейд и Дэвид Балтимор, один из самых известных получателей Нобелевской премии по медицине38 (мы обсудим Балтимора более подробно далее в этой главе).

Другой яркий представитель современной медицины, немецкий врач Роберт Кох (1843 - 1910) также был предприимчивым мошенником. На «10-м Международном медицинском конгрессе» в Берлине в 1890 году этот охотник на микробов «с раздутым эго»39 заявил, что он разработал чудо-лекарство против туберкулёза.40 И в Немецком Медицинском Журнале (Deutsche Medizinische Wochenzeitschrift) Кох даже утверждал, что его тесты на морских свинок доказали, что можно «полностью остановить болезнь, не воздействуя на тело другими способами».41

Реакция мира в целом на этот предполагаемый чудотворный препарат «Туберкулин» была сначала настолько ошеломляющей, что в окрестностях Берлина, где в то время работал Кох, санатории стали возникать, как грибы после дождя.42 Больные люди со всего мира превратили германскую столицу в место паломничества.43 Но вскоре оказалось, что Туберкулин был катастрофическим провалом. Долгосрочный лечебный эффект не возникал, и вместо этого один катафалк за другим подъезжал к санаториям. И разные газеты буквально издевались над Кохом: «Господин профессор Кох! Не хотите ли вы открыть средство от бактерии, вызывающей головокружение?»44

В стиле Пастера Кох также сначала хранил состав своего предполагаемого чудо-лекарства в строжайшей тайне. Но т.к. смертность пациентов, принимающих Туберкулин, всё время росла, пришлось пойти на открытое тщательное исследование свойств этого препарата, которое показало, что Туберкулин был не чем иным, как культурой бациллы, убитой высокой температурой; даже при самых лучших намерениях никто не мог предположить, что это помогло бы больным туберкулёзом. Напротив, все кто принимал этот препарат, получали тяжёлые побочные реакции: озноб, высокую температуру или даже смерть.45

Наконец, критикам Коха, включая ещё одного медицинского авторитета того времени Рудольфа Вирхова, удалось доказать, что Туберкулин не может остановить туберкулёз. Скорее, этот препарат, согласно последней резкой критике, делал прогресс течения болезни ещё хуже. Власти потребовали, чтобы Кох представил доказательства своих «знаменитых» испытаний на морских свинках, но он не мог этого сделать.46

Такие эксперты, как историк Кристоф Градманн из Гейдельберга, говорят, что Кох очень «умело организовал» запуск производства Туберкулина. Кажется, что всё это было спланировано заранее. В конце октября 1890 года, во время первой волны эйфории от Туберкулина, Кох оставил свой пост профессора гигиены. На основе изучения его конфиденциальной переписки, он организовал свой собственный институт - Институте Пастера в Париже - чтобы иметь возможность далее исследовать свой Туберкулин. Профессор Кох рассчитал ожидаемую прибыль на основе «ежедневного производства 500 порций Туберкулина в 4,5 миллиона марок в год». О надежности своего прогноза он сухо заметил: «На миллион человек, в среднем, можно рассчитывать от 6000 до 8000 человек, страдающих от туберкулёза лёгких. В стране с населением 30 миллионов человек это не менее 180000 больных». Заявление Коха в Немецком Медицинском Журнале (German Weekly Medical Journal - Deutsche Medizinische Wochenzeitschrift) появилось одновременно с чрезмерно положительными сообщениями его доверенных лиц, которые, по словам Градманна, служили «как для подтверждения действия Туберкулина, так и для его пропаганды».47

Цинга, бери-бери и пеллагра: множественные поражения охотников на микробов


В конце XIX века, когда Пастер и Кох стали знаменитостями, у широкой общественности едва ли появилась возможность сразиться с пропагандой теории «злых микробов». Многие медицинские авторитеты придерживались теории «микробы = смертельные враги», а растущая фармацевтическая промышленность уже крепко держала в руках власть и общественное мнение. При этом был установлен курс на создание клинических исследований с использованием лабораторных животных с целью разработки (предполагаемых) чудо-таблеток против очень специфических заболеваний.

Схема была настолько эффективной, что даже такая субстанция, как Туберкулин, которая вызвала такую фатальную катастрофу, была очень выгодной. Кох даже не признался, что его Туберкулин провалился. И компания Hoechst, красильная фабрика, ищущая дешевый вход в фармацевтические исследования, начала производство Туберкулина. Студент Коха Арнольд Либберц должен был руководить производством при тесном сотрудничестве с институтом Коха, и фармацевтическая промышленность развивалась стремительными темпами.48

С этого момента учёные практически всё пытались втиснуть в модель «одна болезнь - одна причина (патоген) - одно чудодейственное средство», что вызывало одну неудачу за другой. Например, в течение длительного времени официальная (преобладающая) медицина упрямо утверждала, что такие заболевания, как цинга (болезнь моряков), пеллагра (грубая кожа) или бери-бери (болезнь шахтёров и заключённых), были вызваны микробами. До тех пор, пока в конечном счёте, со стиснутыми зубами не признала, что витаминная недостаточность является истинной причиной этих болезней.

В примере с бери-бери, спор длиной в несколько десятилетий о том, что вызвало дегенеративную нервную болезнь, решился в 1911 году, когда был выделен витамин В1 (тиамин) - витамин, отсутствующий в рафинированных продуктах, таких как белый рис. Роберт Р. Уильямс, один из первооткрывателей тиамина, отметил, что благодаря деятельности Коха и Пастера «все молодые медики были настолько проникнуты идеей заражения как причиной болезни, что в настоящее время её приняли как почти аксиоматическую - что болезнь не может иметь никакой другой причины [кроме микробов]. Озабоченность врачей инфекцией как причиной болезни была, несомненно, ответственной за многие отклонения внимания к пище в качестве причинного фактора бери-бери».49

Гиппократ, фон Петтенкофер, Берхер - Беннер: мудрость тела


Идея о том, что некоторые микробы - прежде всего грибы, бактерии и вирусы - являются нашими противниками, вызывая определенные болезни, с которыми мы должны сражаться специальными химическими бомбами, глубоко погрузилась в коллективное сознание. Но погружение в историю показывает, что в западном мире медицинская догма «одна болезнь, одна причина, одна чудодейственная таблетка» преобладает лишь с конца XIX века, как раз с времени появления фармацевтической промышленности. До этого у нас было совсем другое мышление, и даже сегодня мы всё ещё можем обнаружить его следы.50

«Со времён древних греков люди не «подхватывали» болезнь, они соскальзывали в неё. Чтобы подхватить что-то, нужно, чтобы это «что-то» существовало, и до тех пор, пока теории «микробной болезни» не была принята, нечего было подхватывать.» - пишет ранее упомянутый профессор биологии Эдвард Голуб в своей работе «Пределы медицины: как наука формирует нашу надежду на лечение».51 Гиппократ, который, как говорят, жил примерно в 400 г. до н.э., и Гален (один из самых значительных врачей своего времени, родился в 130 г. н.э.), представляли мнение, что человек, по большей части, имеет полное влияние на поддержание своего здоровья через соответствующее поведение и выбор образа жизни. «Большинство болезней [по древней философии] было обусловлено отклонением от хорошей жизни», - говорит Голуб. «[И когда происходят болезни], они чаще всего могут иметь причину в изменениях в рационе - [что] показывает, как драматично изменилась концепция здоровья в Европе через 1500 лет после Гиппократа и через 950 лет после Галена - именно в XIX веке в отношении болезней и лекарств.52

Ещё в 1850-х годах идея о том, что болезни заразны, практически не находит поддержки в медицинских и научных кругах. Одним из самых значимых медицинских авторитетов того времени был немец Макс фон Петтенкофер (Мах von Pettenkofer 1818 - 1901), который пытался смотреть на вещи целостно и поэтому принимал во внимание различные факторы, связанные с возникновением болезней, включая индивидуальное поведение и социальные условия. Для фон Петтенкофера гипотеза об упрощённой, монокаузальной гипотезе микробных теоретиков казалась крайне наивной.53 Ввиду появившегося в то время деления медицины на многие отдельные специализированные дисциплины этот учёный, позднее назначенный ректором Мюнхенского университета, издевался над бактериологами: «это люди, которые не смотрят дальше своих паровых котлов, инкубаторов и микроскопов».54

Фон Петтенкофер в то время руководил обсуждением вопроса о лечении холеры, болезни, столь характерной для развивающихся индустриальных стран в XIX веке. Он придерживался той же позиции, что и знаменитый доктор Франсуа Магенди (Francois Magendie 1783 - 1855), которую последний озвучил ещё в 1831 году, когда сообщил во Французскую Академию наук, что холера не была привезена откуда либо, а скорее была вызвана чрезмерной грязью как результатом катастрофических условий жизни.55 Соответственно, самые бедные кварталы в таких крупных городах, как Лондон, и были, как правило, наиболее подвержены холере.56

Фон Петтенкофер определил питьевую воду в качестве основной причины. В те дни не было очистных сооружений, поэтому вода часто была настолько явно и сильно загрязнена промышленными химикатами и человеческими экскрементами, что люди регулярно жаловались на её запах и цвет. Исследования также показали, что домашние хозяйства, имеющие доступ к чистой воде, практически не имели случаев холеры.57 Хотя фон Петтенкофер, конечно же, не отрицал присутствие микробов в этой «выгребной яме», он утверждал, что находящиеся в ней организмы могут способствовать развитию болезни, но только тогда, когда «биологический ландшафт» был достаточно подготовлен, чтобы они могли в нём процветать.58 К сожалению, авторитет фон Петтенкофера в конечном счёте не смог помешать приверженцам теории микробов взять дело в свои руки в конце XIX века, которые и холеру в итоге «впихнули» в свою узкую концепцию. Таким образом, микроб (в данном случае бактерия Vibrio cholerae или её выделения) был заклеймён как единственный виновник этой болезни. Голубу оставалось только кричать в пустоту: «Почему Пастер получает кредит за то, за что в первую очередь несёт ответственность санитария и общественное здравоохранение?»59

1500-летняя история целостного взгляда на здоровье и болезнь была тесно связана с жизнью и её чудовищными сложностями. Тем не менее, этот взгляд очень быстро практически исчез из коллективного сознания. Генетик Барбара МакКлинток (Barbara McClintock) считала, что концепции, которые с тех пор представляют собой науку, не могут в достаточной мере описать огромные многослойные сложности всех форм естественной жизни, а вместе с ними и их секреты. Организмы, согласно лауреату Нобелевской премии по медицине, ведут свою жизнь и подчиняются командам, которые могут быть лишь частично оценены наукой. Никакая модель, которую мы себе представляем, не может даже рудиментарно отдать должное невероятным возможностям этих организмов найти способы и средства обеспечения собственного выживания.60

В начале 1970-х годов Нобелевский лауреат по медицине сэр Фрэнк Макфарлейн Вернет (Sir Frank Macfarlane Burnet) также очень скептически относился к «полезности молекулярной биологии [особенно из-за] невозможной сложности живой структуры и, в частности, информационного механизма. [Разумеется, молекулярные биологи] по праву гордятся своими достижениями и в равной степени справедливо считают, что они выиграли право продолжать свои исследования. Но они получают деньги от политиков, банкиров, фондов, которые не способны распознать природу отношения ученого к науке и которые до сих пор чувствуют, как я чувствовал себя 30 лет назад, что медицинские исследования касаются только профилактики или лечения болезней человека. Поэтому наши ученые говорят, что от них ожидается лишь чтобы их гранты окупились, и обе стороны смутно осознают, что всё это лишь кусочек нечестной игры, по большей части несущей лишь некую общественную функцию».61

Конечно, не все врачи придерживались новой точки зрения на болезни, некоторые из них были ключевыми игроками в сохранении целостной точки зрения на здоровья. Швейцарский врач Максимилиан Берхер-Беннер (Maximilian Bircher-Benner, 1867-1939) обратил внимание на преимущества питания после собственного излечения от желтухи диетой из сырых продуктов питания, а также наблюдал этот эффект у пациента, страдающего серьёзными желудочными проблемами. В 1891 году, задолго до того, как было признано значение витаминов и пищевых волокон для человеческого организма, Бирхер-Беннер открыл практику в Цюрихе, где он развил свою питательную терапию, основанную на рационе питания.

К 1897 году, всего через несколько лет, эта практика превратилась в небольшую частную клинику. К его вегетарианской диете был большой интерес у пациентов со всего мира, поэтому в 1904 году Берхер-Беннер построил четырехэтажный частный санаторий под названием «Lebendige Kraft» («Живая сила»). Помимо диеты с сырыми продуктами питания, Берхер-Беннер (чьё имя было увековечено в Bircher-Muesli) применял и природные лечебные факторы, такие как солнечные ванны, чистая вода, физические упражнения и психологическое здоровье. 62 Этим он поддерживал лечение, которое всё чаще игнорировалось с появлением «машинных процедур» и, в частности, фармацевтических препаратов: внимание к естественным целебным свойствам тела и клеток организма, которые обладают своей собственной чувствительностью и интеллектом. 63

Уолтер Кэннон (Walter Cannon), профессор физиологии в Гарварде, также сделал целостное здоровье центральной темой в своей работе «Премудрость тела» в 1932 году. В ней он описывает концепцию гомеостаза и подчеркивает, что явления в организме связаны друг с другом и саморегулируются чрезвычайно сложным образом.64 «Мудрость тела» является атрибутом живых организмов», - писал израильский медицинский исследователь Гершом Зайичек (Gershom Zajicek) в выпуске журнала «Медицинские гипотезы» в 1999 году. «Она направляет растущие растения к солнечному свету, направляет амёбы от вредных агентов и определяет поведение высших животных. Главная задача мудрости тела - поддерживать здоровье и улучшать его качество. Мудрость тела имеет своё собственный язык и должна учитываться при исследовании пациентов».65

Слова биолога Грэгори Бейтсона (Gregory Bateson) от 1970 года, безусловно, всё еще актуальны и сегодня: «[Уолтер] Кэннон написал книгу о Мудрости тела, но никто не написал книгу о мудрости медицинской науки, потому что это именно то, чего ей не хватает».66

Кластерный анализ: Как сделать эпидемию из одного заражённого пациента


После Второй мировой войны, такие заболевания как туберкулёз, корь, дифтерия или пневмония больше не вызывали массовой гибели людей в промышленно развитых странах, таких как богатая Америка. Это стало огромной проблемой для таких учреждений, как Центры по контролю за заболеваниями (CDC) - американским органам по контролю за эпидемиями, поскольку им угрожало массовое закрытие и сокращение сотрудников.67 В 1949 году большинство в стране высказывалось за полное закрытие CDC.68 Однако, вместо того, чтобы навсегда распрощаться с потенциально очень прибыльной сферой деятельности, CDC продолжали трудный поиск вирусов. 69 Но как найти эпидемию там, где ее нет? Вы делаете «кластеризацию».

Это процедура быстрого сканирования вашей среды - больницы, детские учреждения, местные бары и т.д. - для поиска одного, двух или нескольких лиц с одинаковыми или похожими симптомами. Очевидно, этого вполне достаточно, чтобы охотники за вирусами объявили о надвигающейся эпидемии. Не имеет значения, если эти выявленные люди никогда не имели никакого контакта друг с другом, даже с интервалом в несколько недель или месяцев. Таким образом, «кластеры» не могут предоставить никаких ключевых подсказок или дать фактическое доказательство существующей или неминуемой микробной эпидемии.

Даже тот факт, что некоторые люди показывают одну и ту же клиническую картину, не обязательно означает, что в них «работает» вирус. Это может означать любые всевозможные вещи, в том числе что эти люди имеют одинаковое нездоровое питание или что им приходится бороться с одинаковыми нездоровыми условиями окружающей среды (химические токсины и т.п.). Даже предположение о том, что работает инфекционный микроб, может указывать на то, что определённые группы людей восприимчивы к определенному недомоганию, в то время как многие другие люди, которые также подвергаются воздействию этого микроба, остаются здоровыми.70

По этой причине эпидемии редко происходят в богатых обществах, поскольку эти общества предлагают более здоровые условия жизни людей (достаточное питание, чистая питьевая вода и т.д.), что не позволяет микробам аномально размножаться, хотя также широко против бактерий применяются и антибиотики (при этом люди, которые злоупотребляют антибиотиками и другими препаратами, влияющими на иммунную систему, подвергаются ещё большему риску).

То, как неэффективна кластеризация в поиске эпидемий, становится ещё более очевидным, если мы более внимательно рассмотрим случаи, когда кластеризация была сделана в качестве инструмента для «вынюхивания» (предположительно надвигающихся) эпидемий. Это произошло с поиском причин цинги, бери-бери и пеллагры в начале XX века. Но, как показано далее, предположение об инфекционной природе этих заболеваний оказалось необоснованным.

В последнее время самым известным примером является ВИЧ/СПИД. В начале 1980-х годов несколько врачей пытались найти чисто вирусную эпидемию у нескольких пациентов, которые вели жизнь наркоманов, разрушая свою иммунную систему. Мы процитируем офицера CDC Брюса Эвата, который признал, что CDC обратился к общественности с тем, что, по его словам, «почти не имеет доказательств».71

К сожалению, мир проигнорировал все подобные утверждения. Поэтому разговоры о «вирусе СПИДа» с тех пор повергли мир в эпидемический страх, а охотники за вирусами стали теперь хозяевами медицинской арены. Каждый случай простуды, гриппа, гепатита или любой другой синдром становятся всё более распространёнными «источниками эпидемических заболеваний».

В 1995 году якобы «микроб из ада пришел в Англию», по словам медиа-учёного Майкла Трейси (Michael Тгасеу), который тогда был очень активен в прессе Великобритании и собирал особо яркие заголовки статей в СМИ вроде «Паразиты съели моё лицо», «Паразит из сырого мяса съел моего брата за 18 часов» и «Паразит из сырого мяса убил мою мать за 20 минут», «Это начинается с простой боли в горле, но вы можете умереть в течение 24 часов», «Бактерия, известная как стрептококк, является чем-то новым.» - всё это классический пример плохой журналистики вызывающей панику.72 «Обычно от подобных причину умирает лишь несколько человек в год,» - говорит Трейси. «В том году в Англии и Уэльсе - всего 11 человек. Шансы заразиться были бесконечно малыми, но это вообще не беспокоило средства массовой информации.»

В том же году американский CDC забил тревогу, настойчиво предупреждая о пандемии вируса Эбола. С помощью кластерных методов несколько случаев лихорадки в Киквите, в Демократической Республике Конго, были выделены и объявлены в качестве вспышки эпидемии Эбола. В своём пристрастии к громким заголовкам СМИ во всем мире сообщили, что смертельный вирус-убийца собирается покинуть свое логово в джунглях и напасть на Европу и США.73

Журнал Time напечатал впечатляющие снимки «детективов» из CDC в скафандрах, непроницаемых для микробов, и красочные фотографии, на которых мог быть замечен опасный патоген.74 Директор программы ООН по СПИДу сделал ужас осязаемым, заявив: «Теоретически возможно, что заражённый человек из Киквита отправится в столицу Киншасу, залезет в самолет в Нью-Йорк, заболеет, а затем эпидемия охватит США.» Однако в течение месяца Эбола уже не проблема в Африке, и ни один случай никогда не был зарегистрирован в Европе или Северной Америке.75 И ни одной публикации, в которой вирус Эбола был бы описан (с его генетическим материалом и вирусной оболочкой) и показан в электронной микрофотографии, до сих пор не вышло.

Полиомиелит: пестициды, такие как ДДТ и тяжёлые металлы находятся под подозрением


Практически все инфекционные болезни, которые инфицировали людей в промышленно развитых странах за десятилетия до Второй мировой войны (туберкулёз и т.п.), перестали вызывать проблемы после 1945 года. В течение нескольких следующих лет основным исключением был полиомиелит (инфантильный паралич), который по-прежнему считался инфекционным заболеванием. В 1950-е годы число случаев полиомиелита в развитых странах резко сократилось, и эпидемические власти приписывали этот успех их кампаниям по вакцинации. Но посмотрите на статистику, показывающую, что число жертв полиомиелита уже резко упало, когда началась вакцинация (см. Диаграмму 2).

Множество доказательств оправдывают подозрение, что вирус не является причиной инфантильного паралича (полиомиелита). Многие эксперты, как и американский врач Бенджамин Сандлер (Benjamin Sandler), считают, что решающим фактором является высокий уровень потребления рафинированных продуктов. Другие ссылаются на массовые прививки. Действительно, с начала XX века было известно, что паралич, столь типичный для полиомиелита, часто появляется на месте, где была введена инъекция.77 Кроме того, число случаев полиомиелита резко возросло после массовых вакцинаций против дифтерии и коклюша в 1940-х годах, как описано в «Ланцете» и других публикациях.78 7980

Диаграмма 2


Показатели смертности от полиомиелита начали снижаться задолго до начала массовых кампаний по вакцинации.

Вирусомания

Polio Vaccines Introduced

С 1923 по 1953 год, задолго до того, как начала проводиться широкомасштабная вакцинация от полиомиелита в середине 1950-х годов, смертность от полиомиелита снизилась в США на 47%, в Великобритании - на 55%, в других европейских странах статистика сопоставима.

Эта диаграмма из книги: Vaccines: Are They Really Safe and Effective? © by Neil Z. Miller

Полиомиелит, как и большинство болезней, может быть обусловлен различными факторами. Однако особенно важно отметить промышленное и сельскохозяйственное загрязнение в течение XIX века в процессе индустриализации. Оно распространялось как лесной пожар на промышленно развитом Западе и в первой половине XX века, в то время как в (ещё) развивающихся странах, напротив, вспышки не было.

В XIX веке болезнь была названа полиомиелитом, что связано с дегенерацией нервов спинного мозга (миелит - это заболевание спинного мозга), характерное для полиомиелита. 81

Ортодоксальная медицинская литература ничего не говорит о том, что полиовирус был чем-то абсолютно безопасным до первой эпидемии полиомиелита, которая произошла в Швеции в 1887 году. Это было через 13 лет после изобретения ДДТ в Германии (в 1874 году) и через 14 лет после изобретения первого механического опрыскивателя, который использовался для распыления смеси воды, керосина, мыла и мышьяка.

Джим Уэст (Jim West) из Нью-Йорка, который широко исследовал тему полиомиелита и пестицидов, говорит: «Эпидемия стала следствием беспрецедентного шквала инноваций в изобретении пестицидов. Это не означает, что ДДТ фактически был причиной первой эпидемии полиомиелита, поскольку мышьяк уже тогда был широко распространён, и ДДТ, как говорят, был всего лишь «вариацией» этой отравы. Однако ДДТ или любое другое нейротоксическое хлорорганическое соединение могли привести к первой эпидемии полиомиелита, если они были экспериментально использованы в качестве пестицида. Отсутствие сведений об использовании ДДТ в ранней литературе не означает, что он фактически не использовался».82

Почти за десять лет до этих событий в Швеции, в 1878 году, невролог Альфред Вульпиан (Alfred Vulpian) получил экспериментальные доказательства факта отравления, когда ему поставили диагноз по тем же симптомам, что и у людей, страдающих полиомиелитом. В 1883 году российский учёный Miezeyeski Popow (??) показал, что такой же паралич может быть вызван мышьяком. Эти исследования всколыхнули научное сообщество, учитывая, что пестицид на основе мышьяка «Paris green» использовался в сельском хозяйстве для борьбы с «вредителями» - гусеницами - ещё с 1870 года.83

«Но вместо того, чтобы запретить инсектицид «Paris green», он был заменён более токсичным пестицидом свинцовый арсенат в штате Массачусетс в 1892 году» - говорится в статье в британском журнале The Ecologist (2004). 84 Действительно, эпидемия полиомиелита вспыхнула в Массачусетсе два года спустя. Доктор Чарльз Каверли (Dr. Charles Caverly), который проводил тесты, утверждал, что токсин был более вероятным виновником эпидемии, чем вирус, заявив, что «мы, безусловно, не имеем дело с инфекционным заболеванием».

Однако, в течение короткого времени арсенат свинца стал самым используемым пестицидом в выращивании фруктов в промышленных масштабах, хоть он и не был единственным токсичным веществом, используемым в сельском хозяйстве.85 Например, в 1907 году арсенат кальция начал использоваться на хлопковых полях и фабриках в Массачусетсе.86 А через несколько месяцев 69 детей, которые жили ниже по течению реки от трёх хлопчатобумажных фабрик, заболели и получили паралич. И помимо прочего, именно арсенат свинца также распылялся на фруктовых деревьях в их садах.87 Но охотники за микробами игнорировали эти законные «кластерные» факторы и вместо этого продолжали искать «ответственный за паралич» вирус.88

Краеугольный камень вирусной теории полиомиелита был заложен в 1908 году учёными Карлом Ландштайнером (Karl Landsteiner) и Эрвином Поппером (Erwin Popper), работающими в Австрии.89 90 Всемирная организация здравоохранения называет их эксперименты одной из главной «вех в уничтожении полиомиелита».91В том же году произошла ещё одна эпидемия полиомиелита, и снова были найдены чёткие свидетельства того, что токсичные пестициды были за это в ответе. Но, поразительно, вместо того, чтобы исследовать эти доказательства, медицинские власти рассматривали пестициды как оружие в битве против армии вражеских микробов.

Они даже пренебрегли тем, чтобы дать детям, страдающим от паралича, препараты, облегчающие отравление пестицидами и, таким образом, установить, улучшилось ли их здоровье таким образом.92 (В 1951 году Ирвин Эсквит (Irwin Eskwith) сделал именно это и преуспел в лечении ребёнка, страдающего от повреждения черепного нерва - «[...]. бульбарный паралич, тяжелая форма полиомиелита93 - он давал ребёнку димеркапрол, детоксикационное вещество, которое связывает тяжёлые металлы, такие как мышьяк и свинец).949596

Ландштайнер и Поппер вместо этого взяли часть поражённого спинного мозга у хромого девятилетнего мальчика, растворили его в воде и ввели этот раствор в брюшную полость двух подопытных обезьян: в итоге одна из них умерла, а вторая стала парализованной.97 98 Но их исследования вызывали закономерные вопросы.

Во-первых, раствор, который они вводили в животных, даже не был заражён, т.к. паралич не проявился у обезьян и морских свинок, даже если этот раствор вводили им прямо в конечности. 99 Вскоре после этого исследователи Саймон Флекснер (Simon Flexner) и Пол Льюис (Paul Lewis) экспериментировали с подобной смесью, вводя её в мозг обезьян. 100 Затем они приготовили новый раствор уже из мозга этих обезьян и ввели эту смесь в голову другой обезьяны. Эта обезьяна не заболела. В 1911 году Флекснер даже похвастался пресс-релизом о том, что они были близки к разработке лечения.101

Но этот эксперимент не показывает доказательств вирусной природы инфекции. Подобный раствор не может использоваться для изоляции (выделения) вируса, даже со всей волей в мире. Никто не мог увидеть вирус, поскольку электронный микроскоп не был изобретён до 1931 года. Флекснер и Льюис даже не раскрывали ингредиенты своего «инъекционного раствора». К 1948 году всё ещё было неизвестно, «как вирус полиомиелита вторгается в людей», как заявил эксперт Джон Пол (John Paul) из Йельского университета на международном конгрессе по полиомиелиту в Нью-Йорке.102 Кроме того, очень вероятно, что сама инъекция чужеродных тканей в мозг обезьян и вызвала симптомы, подобные полиомиелиту, особенно если учесть огромное количество вводимого в этих экспериментах материала, вряд ли можно сказать, что животные заболели бы в естественных условиях. Контроль этих исследований также не проводился, в т.ч. исследователи пренебрегали инъекцией контрольной группы обезьян раствором со здоровой спинномозговой тканью. Не было также и исследований последствий введения химических токсинов, таких как тяжёлые металлы, непосредственно в мозг. 103 104 Все эти факторы делают подобные эксперименты практически бесполезными.

Хотя многие научные факты были против возможности того, что полиомиелит является инфекционным вирусным заболеванием,105 эти исследования станут отправной точкой борьбы длиной в десятилетия, которая сосредоточена исключительно на воображаемом вирусе полиомиелита.106 Всё, что угодно - части мозга, фекалии и даже мухи - вводилось в мозг обезьян в попытках установить вирусную связь. Позже обезьяны были даже массово изловлены в индийской пустыне и перевезены за границу в экспериментальные лаборатории с единственной целью -воспроизвести паралич. И всегда там, где работали «вирусные охотники», неподалеку находились и производители вакцин.

К концу 1930-х годов исследователи вакцин предположительно обнаружили целый ряд вирусных изолятов. Но они не могли быть настоящими изолятами. И была ещё одна проблема на этом пути: обезьяны не болели, когда принимали «заражённый раствор» перорально, эксперименты приводили к параличу только путем инъекций в мозг. 107 В 1941 году охотники за полиомиелитом должны были принять горькую неудачу, когда эксперты сообщили в научном журнале «Архивы педиатрии», что «человеческий полиомиелит не был окончательно доказан как инфекционная болезнь». Показано, что экспериментальная болезнь животных, вызванная так называемым вирусом полиомиелита, не является инфекционной. В 1921 году Розенау (Rosenau) заявил, что «обезьяны до сих пор никогда не заболевали спонтанно, хотя они содержатся в непосредственной связи с инфицированными обезьянами».108 Это означает, что инфекционного заболевания не существует, ни один вирус не может быть ответственен за это, и что поиск вакцины был избыточным предприятием.

Но охотники за вирусами не принимали во внимание ничего, что лежало вне их одержимости вирусом. Таким образом, в середине XX века исследователь Йонас Салк (Jonas Salk) заявил, что он нашёл вирус полиомиелита.109 Несмотря на то, что он не мог доказать, что именно он назвал «вирусом полиомиелита у людей», он всё равно каким-то образом считал, что может изготовить из него вакцину.110

Говорят, что Салк бросил 17.000 подопытных обезьян (названных одним из его сотрудником «героями») на алтарь исследований вакцины только во время наиболее активной фазы своих исследований; 111 всего же количество убитых обезьян достигло сотен тысяч. 112 Но критики возражали, что то, что Салк назвал вирусом полиомиелита, было просто «искусственным продуктом лаборатории». Следовательно, по сей день очень сложно найти то, что называется вирусом полиомиелита, в тканях спинного мозга, где есть повреждённые нервные клетки пациента.114

В 1954 году Бернис Эдди (Bernice Eddy), которая тогда отвечала за тесты безопасности вакцин в правительстве США, сообщила, что вакцина Салка вызывала сильный паралич у тестируемых обезьян. Эдди не была уверена, что именно вызвало симптомы паралича: вирус, некоторые другие клеточные обломки, химический токсин? Но в этой вакцине явно было что-то, что могло убить. Она сфотографировала обезьян и передала снимки своему боссу, но он охладил её пыл и раскритиковал её за то, что она создаёт панику. Вместо этого, конечно же, он должен был учесть эти опасения и начать широкое расследование. Но Эдди была остановлена микробным истеблишментом и даже должна была отказаться от своих исследований в области полиомиелита незадолго до того, как её предупреждения оправдались.115

Вирусомания

Эта фотография от 1953 года считается первым электронным микроскопическим изображением вируса полиомиелита. Но на фотографии нет ничего, кроме белых точек. Чтобы назвать эти точки вирусами полиомиелита с какой-либо определённостью, эти «точки» пришлось бы очистить, выделить, отобразить с помощью электронного микроскопа и точно биохимически охарактеризовать. Но ни один учёный никогда не предпринимал этого, ни так называемые пионеры исследований полиомиелита в начале XX века, такие как Карл Ландштайнер, Эрвин Поппер, Саймон Флекснер и Пол Льюис; ни спустя десятилетия - Рената Дульбекко, Гилберт Далльдорф и Грейс Сиклз; ни лауреаты Нобелевской премии - Джон Эндерс, Томас Уэллер и Фредерик Роббинс. Все эти исследователи утверждали, что они «изолировали» вирус; но, по правде говоря, они не сделали ничего другого, кроме как взять образец спинной ткани или даже фекалии человека или животного, пострадавшего от полиомиелита, и ввести эту смесь (которая могла бы загрязнена всем, чем угодно) в мозг тестируемых животных. Если животные в конечном итоге заболевали, исследователи просто предполагали, что вирус несёт за это ответственность. Но все иные причины, кроме вирусной, которые могли привести к болезни животных, просто не рассматривались, также как не было доказательств того, что это было связано с вирусом, потому что основное требование изоляции вируса (как описано выше) просто не было выполнено.116

12 апреля 1955 года вакцина Салка была признана как полностью защищающая от вспышек полиомиелита. Президент США Дуайт Эйзенхауэр наградил Салка золотой медалью Конгресса. Американское и канадское телевидение присоединилось к празднованию. И 16 апреля газета Manchester Guardian присоединилась к этому восхвалению, заявив, что ««ничто иное, кроме как свержение коммунистического режима в Советском Союзе, не могло бы так быть воспринято в каждом доме в Америке, как историческое объявление в прошлый вторник о том, что 166-летняя война против паралитического полиомиелита почти наверняка заканчивается».117

46

Но триумф был недолгим. Медицинский историк Беддоу Бэйли (Beddow Bayly) писал, что «всего через тринадцать дней после того, как американская пресса и радио сообщили об одном из величайших медицинских открытий века, и через два дня после того, как министр здравоохранения Англии объявил, что он будет идти впереди с изготовлением вакцины, появились первые новости о катастрофе. У детей, привитых одной маркой вакцины, развился полиомиелит. В последующие дни сообщалось о большем числе случаев, некоторые из них были после прививки другими марками вакцины.» По словам Бейли, «затем пришла новая неожиданная беда - осложнения после вакцинации. Медицинский сотрудник из Денвера доктор Флорио объявил о развитии того, что он назвал «сопутствующим» полиомиелитом, то есть о случаях заболевания у родителей или других лиц, имевших близкий контакт с детьми, которые были привиты и после нескольких дней болезни в больнице вернулись домой [и] передали болезнь другим, хотя сами не страдал от неё.» 118

В течение только двух недель число случаев полиомиелита среди вакцинированных детей увеличилось почти до 200.119 6 мая 1955 года News Chronicle процитировали слова самого авторитетного ( в отношении вирусов) представителя правительства США Карла Эклунда (Carl Eklund), который сказал, что в стране только вакцинированные дети страдают от полиомиелита. И только, фактически, в тех регионах страны, где не было зафиксировано случаев полиомиелита в течение хороших трех четвертей года. В то же время в девяти из десяти случаев паралич проявился в той руке, куда вводилась вакцина.120 Это вызвало панику в Белом доме. 8 мая американское правительство полностью прекратило производство вакцины.121 Спустя короткое время в Бостоне, где тысячи людей были вакцинированы, было зарегистрировано еще 2.000 случаев полиомиелита. В «вакцинированном» Нью-Йорке количество случаев удвоилось, в Род-Айленде и Висконсине они выросли на 500%. И здесь, как и у многих детей, паралич проявилась в привитой руки.122

Кроме того, объективный взгляд на статистику показал бы, что нет никаких оснований отмечать вакцину Салка как великого победителя предполагаемого вируса полиомиелита. «Согласно международной статистике смертности, с 1923 по 1953 год, до того, как была введена вирусная вакцина Салка, уровень смертности от полиомиелита в Соединенных Штатах и Англии уже снизился на 47% и 55% соответственно», - пишет научный журналист Нил Миллер (Neil Miller). 123 (см. выше Диаграмму 2). На Филиппинах, всего за несколько лет до катастрофы в США, первая эпидемия полиомиелита в тропиках произошла спонтанно, по сути, с началом применения там инсектицидного ДЦТ.124 Незадолго до конца Второй мировой войны американские войска на Филиппинах ежедневно распыляли тонны ДЦТ, чтобы уничтожить мух. Всего через два года известный журнал Американской медицинской ассоциации сообщил, что хромота среди солдат, дислоцированных на Филиппинах, не может быть отделена от полиомиелита, и она стала второй по распространенности причиной смерти. Говорят, что только боевые учения потребовали больше жертв. Тем временем люди в соседних районах, где яд не распылялся, не испытывали проблем с параличом. 125 126 Это ещё одно свидетельство того, что отравление ДДТ может вызывать те же клинические симптомы, что и полиомиелит (который, как утверждалось, обусловлен вирусом).

Молодые люди в промышленно развитых странах почти не знакомы с ДДТ. Эта аббревиатура обозначает дихлордифенилтрихлорэтан, который является высокотоксичным веществом, впервые синтезированным в конце XIX века (в 1874 году) австрийским химиком Отмаром Зейдлером (Othmar Zeidler). Поль Герман Мюллер (Paul Hermann Muller) из Швейцарии обнаружил его свойства для убийства насекомых в 1939 году, за что и получил Нобелевскую премию по медицине в 1948 году.127 Это привело к широкому распространению ДДТ для борьбы с вредителями, хотя уже было убедительное доказано, что это крайне сильный нейротоксин, опасный для всех формы жизни, вызывающий развитие опоясывающего герпеса (лишая), паралича, обладающий канцерогенным потенциалом и который может быть фатальным.128 129130

В апреле 1952 года в журнале «Архивы педиатрии» было опубликовано 21-страничное исследование Ральфа Скобея (Ralph Scobey) «Ядовитая причина полиомиелита и препятствия его расследованию» ("The Poison Cause of Poliomyelitis and Obstructions to its Investigation"). Выводы этой работы предельно ясны: исследования слишком предвзяты к охотникам за вирусами; в то же время показано, что токсины, такие как пестициды (как ДДТ), вызывают симптомы паралича, характерные для полиомиелита.

В ноябре 1953 года в «Американском журнале болезней пищеварения» было опубликовано 10-страничного исследование Мортона Бискинда (Morton Biskind) «Аспекты общественного здравоохранения в отношении новых инсектицидов». Выводы этой работы также недвусмысленны: высокотоксичные вещества, такие как ДЦТ, вызывают симптомы паралича, характерные для полиомиелита.

ДЦТ ещё потому является крайне опасным, т.к. он очень медленно разлагается в естественных условиях с периодом полураспада 10-20 лет. Кроме того, через пищевую цепь он может концентрироваться в жировой ткани человека и животных. Но это токсическое вещество не было объявлено вне закона до 1972 года в США и даже позже в большинстве других стран в процветающем северном полушарии. Сегодня его использование запрещено в значительной части мира, и это один из «грязной дюжины» органических токсинов, запрещённых во всём мире на Стокгольмской конвенции 22 мая 2001 года.131

Промышленное производство ДДТ началось в начале 1940-х годов. Он впервые использовался для борьбы с малярией, а затем стал своего рода «универсальным средством» против всех видов насекомых. 132 Было также и военное применение ДДТ. Новобранцы армии США были напудрены ДДТ для защиты от вшей, и они дополнительно получали рубашки обработанные спреем с ДДТ. 133 Когда закончилась Вторая мировая война, ДДТ продавался по всему миру, хотя уже были опубликованы предупреждения о его сильной токсичности. «В середине 40-х годов, например, Национальные институты здоровья продемонстрировали, что ДДТ, по-видимому, повреждает ту же часть спинного мозга, что и полиомиелит», - пишет ученый-исследователь Джим Уэст из Нью-Йорка.

В классическом «Принципе внутренней медицины» Харрисона (Harrison 's Principle of Internal Medicine) говорится: «Слабость, вызванная отравлением тяжёлыми металлами, иногда бывает трудно отличить от полиомиелита». 137 Эндокринолог Мортон Бискинд (Morton Biskind) пришел к тому же выводу в своих исследованиях, в которых описываются физиологические доказательства отравления ДДТ, которые напоминают физиологию полиомиелита: «Особенно актуальным для последних аспектов этой проблемы являются пренебрегаемые исследования Лилли и его сотрудников из Национальных институтов здоровья, опубликованные в 1944 и 1947 годах, которые показали, что ДДТ может приводить к дегенерации передних роговых клеток спинного мозга у животных. Эти изменения не происходят более часто у исследуемых животных, чем у людей, но они происходят достаточно часто, чтобы обратить на это внимание». 138 Бискинд заключает: «Когда в 1945 году ДДТ был выпущен для массового использования в Соединенных Штатах и других странах, впечатляющий фон токсикологических исследований уже не вызывал сомнений, что это соединение опасно для жизни любых животных от насекомых до млекопитающих». 139

Несмотря на то, что ДДТ является высокотоксичным для всех видов животных, распространился даже такой миф, что он безвреден даже в очень высоких дозах. ДДТ использовался во многих домашних хозяйствах с беззаботным отсутствием сдержанности, загрязняя кожу людей, их кровати, кухни и сады.140 По мнению Бискинда, распространение полиомиелита после Второй мировой войны было вызвано «самой интенсивной кампанией массового отравления в известной человеческой истории ». 141 Наряду с ДДТ в США также использовался гораздо более ядовитый ДЦЕ (дихлордифенилдихлорэтилен). Известно, что оба токсина прорываются через гематоэнцефалический барьер, который защищает мозг от ядов или вредных веществ. Тем не менее, домохозяйкам было настоятельно предложено распылять как ДДТ, так и ДДЕ, чтобы предотвратить появление полиомиелита. Даже обои в детских комнатах были пропитаны ДДТ, прежде чем они были приклеены к стене.142

Сегодня кажется, что полная слепота в этом отношении была в то время повседневной практикой не только в Соединенных Штатах. После 1945 года в Германии использовался порошок ДДТ для борьбы с вшами, которые, как говорили, переносили тиф. 143 В сельском хозяйстве, включая выращивание фруктов и овощей, ДДТ также распылялся для так называемой защиты растений. Благодаря этому ДДТ постепенно заменил своего предшественника, арсенат свинца - пестицид, содержащий тяжёлые металлы.144

Анализ данных статистики показывает, что эпидемия полиомиелита в США достигла своего пика в 1952 году, а затем быстро сократилась. Мы уже видели, что это не может быть объяснено прививкой Салка, поскольку она была впервые применена лишь в 1955 году. Существует самая чёткая параллель между распространением полиомиелита и использованием тяжёлого нейротоксина ДДТ и других высокотоксичных пестицидов, таких как ГХЦГ (линдан), который также трудно утилизировать и который на самом деле гораздо более ядовитый, чем ДДТ. Хотя использование ДДТ в конечном итоге резко сократилось из-за его крайней вредоносности, использование ГХЦГ было ограничено, поскольку он придавал плохой вкус продуктам питания. 145 «Стоит отметить, что после 1954 года в Соединенных Штатах резко выросло производство ДДТ», - замечает Джим Уэст (Jim West), - «что в первую очередь связано с тем, что ДДТ всё чаще экспортируется в страны третьего мира, чтобы использовать его там в основном в программах борьбы с малярией или в сельском хозяйстве». Как отмечает Уэст, следующие факторы способствовали изменению модели использования ДДТ в США:

1. Изменения в законодательстве привели к использованию предупреждающих надписей, в результате чего общественность осознала ядовитый характер ДДТ.

2. В конечном итоге использование ДДТ на молочных фермах было запрещено. Ранее Освальд Циммерман (Oswald Zimmerman) и его коллеги-исследователи даже советовали ежедневно распылять 5% раствор ДДТ непосредственно на скот, его корм, питьевую воду и места отдыха.146 В 1950 году американским фермерам было официально рекомендовано, чтобы они больше не мыли крупный рогатый скот с ДДТ, но сначала этот совет был в значительной степени проигнорирован. В том же году коровье молоко содержало до двух раз больше дозы ДДТ, которой необходимо для возникновения серьёзных заболеваний (расстройств) у людей.147

3. В рекламных объявлениях и пресс-релизах ДДТ больше не отмечался как «хорошее для вас», «безвредное» и «чудо-вещество».148

4. С 1954 года концентрированный ДДТ использовался только на полях, на которых не выращивались продукты питания (например, хлопковых).

5. ДДТ использовался с большей осторожностью, что приводило к уменьшению потребления ядом людей через продукты питания.

6. Использование ДДТ было расширено в рамках финансируемых на национальном уровне программ лесного хозяйства, поэтому, например, все леса опылялись с самолётов.

7. ДДТ постепенно заменяли якобы «безопасными» пестицидами в форме органофосфатов, таких как малатион, но их неопределённые токсикологические эффекты и новые законы о пестицидах просто изменили тип неврологического повреждения с острого паралича на менее паралитические

Вирусомания

формы, такие как хронические, медленно развивающиеся болезни, которые трудно определить. Это сделало особенно трудным доказательство в правовых спорах или исследованиях, что эти пестициды способствовали или непосредственно вызвали такие заболевания (см. также Главу 5, раздел «BSE как действие химического отравления» для получения более подробной информации о органофосфатном фосмете).

Обрабатывание ребёнка от вшей с использованием ДДТ-аэрозоля, 1945 год.

Вирусомания
Вирусомания

Источники: West, Jim, Pesticides and Polio, Townsend Letter for Doctors and Patients, June 2000, p. 68 - 75; West, Jim, Images of Poliomyelitis, see www.geocites.com/harpub; Handbook of Pesticide Toxicology, Eds.: Hayes, Wayland; Laws, Edward, Academie Press Inc., Harcourt Brace Jovanovich, Publishers, San Diego, 1991, p. 769; Historical Statistics of the US (1975), US Government Printing Office; Scobey, Ralph, Is Human Poliomyelitis Caused By An Exogenous Virus?, Archives of Pediatrics, 1954.

Наконец, в 1962 году американская биолог Рэйчел Карсон (Rachel Carson) опубликовала свою книгу «Тихая весна», в которой она даёт яркий отчёт о фатальных последствиях экстенсивного распыления токсинов на растения для насекомых и особенно птиц и предсказывает последствия «тихой весны» (без певчих птиц). Благодаря этому общественности стало известно об опасности ДЦТ. Но реакция общественности была медленной, потому что 800 химических компаний истерически реагировали на книгу Карсон, пророчествуя голод и упадок сельского хозяйства, если фермерам больше не разрешат использовать какие-либо пестициды. «Цель заключалась в том, чтобы создать панику и привести фермеров прямо в руки химической промышленности», - пишет Пит Даниэль (Pete Daniel), эксперт по истории пестицидов в своей книге 2005 года «Токсичный дрифт».149 В 1964 году заводчик индейки из Северной Каролины Кеннет Линч (Kenneth Lynch) написал письмо в Министерство здравоохранения, в котором заявил, что с 1957 года его родной город Саммервилл каждое лето был окутан туманом ДЦТ или малатиона (инсектицид, который может иметь более сильный нейротоксический и смертельный эффекты)150, для уничножения комаров. И в последние годы у его индюков «более или менее резко развивался паралич и, хотя они изначально были в добром здравии, птицы умирали в течение двух или трёх дней.» В то же время, как отмечает Линч, производство яиц у них снизилось с 75% до 10%. «В доказательствах ясно указано, что виноват туман инсектицида», - пишет Линч. С помощью профессора химии он обратился в Службу общественного здравоохранения (PHS) и предложил провести соответствующие исследования. Однако национальные власти не проявили к этому никакого интереса. «Мне кажется, [что поведение министерства] вряд ли можно истолковать как нечто иное, чем случай бюрократии, ослеплённый её собственными прошлыми ошибками», - заявил Кларенс Коттам (Clarence Cottam), биолог, удостоенный звания «защитник природы» от Национальной федерации дикой природы.151152

В своём отказе в расследовании этих фактов политические руководители и лоббисты химической промышленности153 в основном относились к «исследованиям заключённых» от учёного PHS Уэйланда Хейса (Wayland Hayes).154 В этих экспериментах над заключёнными Хейс стремился показать, что совершенно безопасно глотать 35 миллиграммов ДЦТ в день.155 Но критики, подобные Коттаму, возражали, что каждый испытуемый мог в любой момент освободить себя от экспериментов. И действительно, «было много людей, которые ушли, когда стали немного больными». Так как ряд «подопытных» просто ушли из этого исследования, данные о неблагоприятных последствиях были в значительной степени устранены, поэтому результаты исследования оказались бесполезными. Коттам указывает, что Хейс, скорее всего, был слишком предвзят, чтобы обосновать свои первоначальные взгляды на пестициды: «Возможно, он был подобен многим людям, которые, когда подвергаются критике, становятся всё более и более догматичными в поддержании своей первоначальной позиции».

Женщина распыляет спрей ДЦТ для защиты от мух (фотография сделана между 1945 и 1948 годами).
Вирусомания
Самолет выпускает 10%-ный концентрированный туман порошка ДДТ примерно на 1200 овец для борьбы с клещами на ранчо Гувера в Медфорде, штат Орегон, в 1948 году.

Первое фото: порошок ДЦТ «для овощей, фруктов, цветов и домашнего обихода».

Вирусомания
Вирусомания

Второе фото: пакет пестицидов «Blitz Fog» (один процент ДДТ, а также потенциальные канцерогены хлордан и линдан) от Northern Industries, США; в садах инсектицид распылялся через специальное устройство (термализованный инсектицидный дозатор «Blitz Fog»), прикреплённый к выхлопному отверстию для газонокосилки с моторным приводом. В начале 1950-х годов американская химическая промышленность производила около 100 миллионов фунтов (около 50 тысяч тонн) ДДТ в год.

Историк пестицидов Пит Даниэль делает ещё один шаг, говоря, что «[ответственные должностные лица] знали гораздо больше, чем кажется, но бюрократический императив защиты пестицидов привёл к поведению, чуждому честности». 156

Должно было пройти много лет, прежде чем правительство США проведёт слушания по ДДТ и даже ещё больше, пока оно, наконец, не запретит его в 1972 году. К сожалению, правительственные обсуждения не получили широкого распространения, поэтому широкая общественность не знала о связи между полиомиелитом (у людей!) и пестицидами и другими невирусными факторами. Чтобы достичь этого в начале 1950-х годов, за десять лет до «Тихой весны» Карсон, кто-то должен был написать бестселлер, в котором описывались изменения от ДДТ (и других токсинов) у людей. К сожалению, тогда этого никто не сделал; возможно, с выходом «Вирусомании» это изменится.

«Книга Карсон была хорошей, но она была ограничена ущербом для животных, при этом в ней нельзя было найти описания статистических тенденций или анализа исследовательских работ по этому направлению», - говорит Джим Уэст. «Даже учёные-исследователи Бискинд и Скоби, которые чётко описали ущерб, вызываемый ДДТ у людей, практически не упоминались в книге Карсон. Кто знает, какой редакторский процесс цензуры должна была пройти её книга до публикации...».

Уэст указывает, что этот тип цензуры стал нормой и для будущих исследований в области вирусов: «Необходимо только учитывать, что её работа финансировалась Фондом Рокфеллера. Вам придётся принимать к сведению, что Фонд Рокфеллера поддержал ортодоксальную теорию эпидемии, включая исследования ВИЧ = СПИД и многочисленные программы вакцинации, а великий «дед Рокфеллер» сделал свои деньги, продавая змеиный яд и чистые минеральные масла в качестве универсального лекарства. Да, книга Карсон вызвала общественный резонанс, что способствовало окончательному запрету ДДТ. Но это была обманчивая победа, которая лишь помогла обеспечить общественное мнение о том, что демократические регулирующие механизмы всё ещё функционируют эффективно. На самом же деле химическая промышленность смогла без проблем вывести на рынок очень токсичные органофосфаты, потому что общественность считала, что ядовитый демон уже был побеждён. И, к сожалению, никто не обсуждал самую важную тему: что яды, подобные ДДТ, могут нанести серьёзный ущерб здоровью, как это было на примере полиомиелита».

«Медленный вирус» Гайдусека»: безграничное поле для фантазий


У охотников за вирусами всё ещё было много оружия, чтобы вытащить его из своей коробки трюков. Например, понятие «медленного вируса»: вирус, способный «спать» в клетке многие годы, прежде чем поражать её патогенными или фатальными эффектами. Утверждение о том, что болезнь занимает очень много времени (десятилетия), чтобы «разразиться», приобрела популярность в 1960-х годах, когда охотники за вирусами убедили медицинский истеблишмент в том, что вирусная концепция может быть даже наложена на рак 157 158, то есть это заболевание, которое «обычно появляется через годы или десятилетия».159

Но, несмотря на самый тщательный поиск, исследователи просто не могли найти активных вирусов в опухолях. Разочарование было очень велико.160 Но вскоре была разработана новая теория: вирус может спровоцировать инфекцию, а затем лежать в клетке столько, сколько хочет, и, наконец, в какой-то момент вызвать рак, даже если сам вирус уже не присутствует в клетке. Как и в случае с полиомиелитом, нуклеиновые кислоты так называемого «медленного вируса» никогда не были изолированы, и эти частицы никогда не были визуализированы с помощью электронного микроскопа 161, но охотники за вирусами взяли эту подозрительную теорию на вооружение и адаптировали её к ряду современных болезней.162

Учёный Карлтон Гайдусек (Carleton Gajdusek) развил концепцию «медленного вируса», чтобы она была не только объяснительной моделью для ВИЧ-СПИДа.163 В 1970-х годах в Папуа-Новой Гвинее Гайдусек исследовал губчатое изменение в тканях мозга, связанную с деменцией, которая была преимущественно распространена среди женского населения.164 Болезнь, называемая куру, наблюдалась только в двух кланах, чьи представители часто вступали в родственные браки, и, по словам Гайдусека, поддерживали культ «мёртвого ритуала», в котором участвовали мозги их покойного (что было позже раскрыто как миф).

Эти трансмиссивные губчатые энцефалопатии (размягчение мозга), как их называют, появляются спорадически и заканчиваются, в основном, смерью в течение пяти лет. Они, как правило, крайне редки (примерно один случай на миллион человек), но представлены в некоторых семьях с частотой 1 к 50, что может указывать на генетическую причину. 165 Несмотря на все эти факты, Гайдусек получил Нобелевскую премию в 1976 году за свою концепцию «медленного вируса». Этим награждением его идея о том, что это губчатое изменение в ткани мозга было произведено и передано патогеном (вирусом) получила ещё более широкое признание как факт.

Но тщательный анализ опытов Гайдусека на обезьянах, которыми он стремился доказать передаваемость заболевания, должен был шокировать научное сообщество и вызвать у него недоверие. Но вместо этого его отчёты были признаны как доказательство трансмиссивности и тот факт, что ни кормление обезьян мозговой мукой, ни инъекции не оказывали никакого влияния на шимпанзе, был просто проигнорирован. Проще говоря, Гайдусек проводил странные эксперименты, чтобы вызывать нервные симптомы у тестируемых животных. Он брал мозг человека, умершего от болезни куру, перемешивал его в кашицу, добавлял туда много протеина наряду с рядом других веществ, и вливал эту смесь в голову живых обезьян, сверлив им отверстия в черепах. Существование предполагаемой так называемой трансмиссивной болезни было основано только на этих экспериментах. 166 Как это могло бы привести к доказательству каннибалистической гипотезы Гайдусека? Тем более, что гипотеза указывала на то, что болезнь может появиться у людей путем приёма внутрь инфицированных мозгов, а не путем прямого хирургического введения в мозг.

Чтобы усугубить ситуацию: Гайдусек был единственным живым свидетелем каннибализма в Папуа-Новой Гвинее. Он сообщил об этих каннибалистических обрядах в своей лекции в 1976 году на вручении ему Нобелевской премии, даже подтверждая их фотографиями. Но в середине 1980-х годов было обнаружено, что фотографии Гайдусека, которыми он стремился документировать каннибализм, на самом деле показывали мясо свиней, а не человеческую плоть. Антропологическая команда изучила это утверждение, и они действительно нашли рассказы о людоедстве, но не обнаружили никаких достоверных случаев. 167

Позднее Гайдусек должен был признать, что ни он, ни другие исследователи, с которыми он встречался, не видели каннибалистских обрядов. 168 Роланд Шольц, профессор биохимии и клеточной биологии в Мюнхене, ответил на это откровение, сказав, что «научный мир, похоже, был очарован мифом».169

После Второй Мировой войны: доказательство существования вирусов? Нам это не нужно!


Современные вирусные исследования похожи на охоту на снежного человека. Следы этого легендарного обезьяноподобного зверя показывают случайные размытые фотографии и отпечатки следов, что и претендует на доказательство существования снежного человека. Основываясь на этих подозрительных данных, говорят, что зверь достигает десяти футов в высоту и веса в 440 фунтов с 17-дюймовыми отпечатками, с которых даже были сделаны гипсовые слепки, чтобы доказать его существование.170 Вирусные охотники также собирают сомнительные данные, утверждая, что имеют изображения вирусов, даже если электронные микрофотографии не сопровождаются анализом их полного генетического материала и оболочек - единственный метод доказательства существования вируса.

Охота на бигфута, как и охота на вирусы, является крайне прибыльным делом. Вдоль обочины Калифорнийского шоссе номер 101 многочисленные магазины торгуют сувенирами со снежным человеком,171 и они очень популярны среди туристов, хотя принято считать, что снежный человек -это просто вымысел.172 Хотя, разумеется, снежный человек не приносит столько денег, как многомиллиардная международная вирусная индустрия.

Здесь мы должны подчеркнуть, что электронная микроскопия является фундаментальной для идентификации вируса. Долгое время установление однозначного доказательства вируса означало, что его можно будет увидеть, как в случае с бактериями и грибами. Единственное отличие состоит в том, что бактерии и грибы можно увидеть с помощью светового микроскопа, тогда как вирусы настолько малы, что только электронный микроскоп (впервые запатентованный в 1931 году) позволяет детализировать изображение, чтобы сделать их видимыми. Но сначала вам нужно точно определить, на что вы смотрите, поэтому эти частицы (возможные вирусы) должны существовать в чистой или очищенной форме, чтобы иметь возможность отличать вирусные частицы от вирусоподобных. В начале 1950-х годов вирусологи согласились с тем, что это необходимо, поскольку в определённых условиях даже здоровые клетки производят целый ряд частиц, которые могут быть похожи на так называемые опухолевые вирусы (онковирусы). 173174

Важность этого процесса была подтверждена на международном совещании Института Пастера в 1972 году, 175 176 и «устояла в начале 1980-х годов», по словам Валь Тернера (Val Turner), врача и члена Перт-группы (австралийской исследовательской группы).177 «Вирусы - это не голые фрагменты РНК (или ДНК). Это частицы с особыми размерами, формами и другими идентифицирующими признаками, которые обязаны копироваться вместе с живыми клетками. Они не будут размножаться в мёртвом мясе, так как бактерии. Это всё основа экспериментов, чтобы доказать, что наблюдаемые частицы являются вирусом, и это не изменилось за тысячу лет и, конечно же, не в 90-х годах».

Тернер использует понятный язык для описания науки: «Подумайте об этом как об отцовстве, в котором будут использоваться доказательства ДНК, обвиняемый - ВИЧ, а ребёнок - человек. Суть дела - доказательство того, что ДНК, которую вы обнаружили в человеке, - это та самая ДНК, которую вы обнаружили у обвиняемого. Учитывая, что в клеточных культурах появляются всевозможные частицы, и только некоторые из них являются вирусами, вы должны доказать, что (а) конкретная частица является вирусом, и (б) ваша ДНК взята от этой частицы. Как вы можете доказать (а) без использования электронной микроскопии (по многим причинам) и без очистки? Честно говоря, мы из группы Перт не понимаем эту одержимость фразами вроде «прежние данные устарели» или «наука должна меняться». Принцип Архимеда «должен меняться»? Неужели твёрдые предметы больше не вытесняют жидкость объёмом равному своему собственному объёму? Если всё должно быть «актуальным», то через десять лет ничто из того, что сейчас верно, уже не будет актуальным. То есть, что пока время течёт, ничто не может быть правильным.» 179 Но это касается и ортодоксальных теорий!

Хорошо охарактеризованная структура вируса (очищенного вируса) теоретически может неопровержимо дифференцировать вирусы от вирусоподобных частиц. Если это произойдет, следующим шагом будет получение электронной микрофотографии очищенного вируса (конечно, доказательство того, что вирус существует, автоматически не означает, что этот вирус также является инфекционным, как это было установлено в 1960 году на конференции, организованной Нью-Йоркской академией наук). 179 Но эта процедура редко проводится в современных вирусных исследованиях. Вирусы, которые предположительно угрожают уничтожить человечество (H5N1, вирус SARS и т.д.), очевидно, никто никогда не наблюдал.180

«Около 1960 года, до появления современной молекулярной биологии, электронная микроскопия считалась лучшим способом идентификации вирусов в клеточных культурах», - пишет профессор патологии Этьен де Харвен (Etienne de Harven), пионер в области электронной микроскопии и вирусологии. Исследовательская карьера де Харвена включает 25 лет в Институте Слоан-Кеттеринг в Нью-Йорке, частном центре исследований рака, основанном в 1945 году, который быстро продвинулся, чтобы стать крупнейшим в своём роде в США. 181 «По этой причине лаборатории во всём мире направили свои усилия в это время на наблюдение за частицами в раковых клетках с помощью все более совершенных методов электронной микроскопии». В 1962 году центральная роль электронной микроскопии была также признана на известной конференции «Cold Spring Harbor Conference». Андре Львофф (Andre Lwoff), который три года спустя получил Нобелевскую премию по медицине, был среди тех, кто назвал электронную микроскопию вероятным наиболее эффективным методом доказательства существования вирусов; он предложил исследовать вирусы с помощью этой процедуры и делить их на классы.182

В центре внимания медицинской науки тогда (как сейчас) был рак. И поскольку у исследователей рака была идея-фикс о том, что вирусы определённо являются раковыми триггерами,183 они потратили много времени на доказательство наличия вирусов в раковых клетках человека с помощью электронной микроскопии. Но эти усилия не увенчались успехом. «Время от времени встречались только вирусоподобные частицы, в то время как вирусы определённых типов никогда не могли быть убедительно замечены», - сообщается в отчете де Харвена.184

Охотники на вирусов были снова раздавлены этими научными новостями... Но научный мир стремится не публиковать негативные результаты, когда это возможно, - на научном языке это называется «предвзятость публикации» 185. Но всё же, достоверность исследований что новые запатентованные лекарства превосходят существующие (более дешёвые), или что существуют генетические маркеры болезни (интерпретируемые как факторы риска), или что статистические корреляции подтверждены клиническими испытаниями может быть установлена только путём публичного доступа к полному контролю проводимых исследований. В медицине неспособность сделать это ставит под сомнение безопасность и эффективность лечения, а также подрывает целостность научной литературы. Научные журналы должны защищать целостность науки, но они этого не делают. Как и в случае с большинством недостающих практик в медицинских исследованиях и практике, существует и финансовый мотив. И почему учёные кокетливо замалчивают публикации негативных данных? «В некоторых случаях, - говорит Скотт Керн (Scott Kern) из Университета Джона Хопкинса и редактор недавно созданного онлайн-журнала Отрицательные наблюдения в генетической онкологии, - «утаивание подобных данных не позволяет соперникам не тратить более время на исследования, которые основаны на ошибочной предпосылке, тем самым очищая поле для команды, которое знает, что, скажем, ген А на самом деле не вызывает болезни В. Всё это показывает, что в научных журналах не больше пользы, чем от таблоидов в супермаркетах, где вы не можете верить всему, что вы читаете, да и не должны».186187

Ещё в 1960-е годы сложившееся научное сообщество смирилось с утаиванием в публикациях негативных данных, но неудачи охотников за раковыми вирусами были настолько повсеместны, что просто неизбежно, что одна или другая статья должна были просочиться в медицинские публикации. В 1959 году исследователь Хагенаус (Hagenaus ) сообщил в журнале Etude du Cancer о трудностях, связанных с выявлением любых типичных вирусных частиц в широком диапазоне образцов рака молочной железы.188 И в 1964 году учёные Бернхард (Bernhard) и Леплюс (Leplus) оказались безуспешными даже при помощи электронной микроскопии в обнаружении вирусных частиц, предположительно игравших роль в развитии лимфомы Ходжкина (лимфатического рака), лимфоидного лейкоза или метастазов (вторичных опухолей в различных частях тела).189

Но эти научные исследования не остановили вирусных охотников ни на секунду. Вместо того, чтобы отрываться от своего туннельного видения, они ворчали про методологию определения вируса: например, над тем, что известно как тонкие срезы (образцы тканей, которые чрезвычайно точно расчленены и обрезаны до размера, чтобы их можно было наблюдать под электронным микроскопом). Тонкие срезы оказались эффективными бесчисленное количество раз, а также отлично работали с мышами. 190 Но охотникам за вирусами нужен был козёл отпущения, и вместо того, чтобы пересмотреть модель «рак вызывающего вируса», они начали набрасываться на технологию тонких срезов. Считалось, что производство тонких срезов было слишком трудоемким и времязатратным. И у кого было время для этого, когда фармацевтические компании начали предлагать быстрые деньги для быстрых результатов?

Таким образом, учёные обратились к гораздо более простому и более быстрому методу окрашивания, в котором определённые частицы образца (например, ДНК и РНК) были отмечены цветом, а затем наблюдались электронным микроскопом. Но с чисто научной точки зрения результаты метода окрашивания являются катастрофой. В процессе сушки в воздухе, который был необходим для окрашивания, частицы полностью деформировались, так что они появились как частицы «с длинными хвостами». Они были полномасштабными искусственными продуктами лаборатории, и они по-прежнему выглядели точно так же, как и многие другие невирусные клеточные компоненты. Это, по логике, не позволяло определить, был ли обнаружен вирус или невирусная частица. 191 192 Несколько учёных действительно признали, что метод окраски сомнительный. Но вместо того, чтобы признать поражение и вернуться к методу тонких срезов, они начали теперь нападать на технологию электронной микроскопии! Другие исследователи, в свою очередь, с тревогой озаботились окончательным поиском онкологических вирусов, которые они небрежно упускали из виду никчемность результатов метода красителя и предположили, что «хвостатые» частицы являются определённым типом вируса. Как ни абсурдно, как это может звучать для логических мыслителей, охотники за вирусами было даже вознаграждены ещё большим количеством денег на эти исследования.

В результате в этой безумной спешке даже коровье и материнское молоко были протестированы на наличие «хвостатых» частиц, чтобы доказать, что вирусы могут вызывать рак.193 Один известный молекулярный биолог Сол Шпигельман (Sol Spiegelman) в октябре 1971 года даже предупредил об опасности грудного вскармливания и его заявление было растиражированно в многочисленных устрашающих заголовках в СМИ.194 Эти так называемые учёные просто отбросили тот факт, что на сегодняшний день ни один ретровирус не может быть изолирован их ткани рака молочной железы (и, вероятно, вообще ни из какой опухолевой ткани человека или плазмы крови вообще). 195 Вскоре после этого Шпигельман всё же заявил в Science: «Нельзя поддаваться страху в том смысле, что мы точно не знаем, является ли вирус причиной этого». 196 Но основные вирусные исследования целенаправленно продвигались всё дальше от хорошо зарекомендовавшей себя модели доказательства существования вирусов. Они опирались на результаты исследований Говарда Темина (Howard Temin) 197 и Дэвида Балтимора (David Baltimore) 198 от 1970 года по описанию активности фермента обратной транскриптазы в отношении «вирусов рака». Их исследования показалось настолько значительным для медицинского учреждения, что они были удостоены Нобелевской премии в 1975 году.199

Что же было столь значительным в отношении этого фермента, вещества, которое в качестве своего рода катализатора позволяет проводить биохимические реакции? Чтобы понять это, мы должны помнить, что в 1960-х годах учёные полагали, что у нескольких вирусов не было ДНК (полной генетической информации), а скорее присутствуют только гены РНК. Это сбивало с толку исследователей, поскольку они считали, что вирусы без ДНК (а только с РНК) не могут размножаться, пока Темин и Балтимор не дали объяснения этому через фермент, называемый обратной транскриптазой. Этот фермент, по их словам, может трансформировать РНК вируса (позже такие вирусы из-за этой особенности назвали ретровирусами) в «полноценную» ДНК, благодаря чему вирусы затем могут размножаться (если РНК существует одна, условия для репликации не выполняются).200

Но было так много энтузиазма в отношении открытия обратной транскриптазы, что охотники за вирусами опрометчиво предположили, что обратная транскриптаза является чем-то очень типичным для ретровирусов. Они провозгласили что-то вроде этого: если мы наблюдаем активность обратной транскриптазы в наших пробирках (in vitro), то мы можем быть уверены, что там же одновременно присутствует и ретровирус (даже если существование вируса никогда не было доказано или роль обратной транскриптазы не была точно установлена, например, в контексте ВИЧ). 201 Тем не менее, было предположено, что (косвенно обнаруженное) присутствие обратной транскриптазы вполне достаточно, чтобы доказать существование ретровируса и даже вирусную инфекцию тестируемых клеток in vitro.

Эта догма теперь зафиксировалась в сознании основных исследователей, и она открыла шлюзы, чтобы использовать косвенные методы обнаружения вирусов (известные как суррогатные маркеры), чтобы заменить процедуры прямого обнаружения (очистка и характеристика вируса, а также электронная микрофотография).202

Так, в 1983 году в статье, напечатанной в Science, исследователь Люк Монтанье (Luc Montagnier) из Института Пастера в Париже, позже известный как открыватель ВИЧ, утверждал, что его исследовательская группа нашла новый ретровирус (который позже будет называться ВИЧ).203

Это было заявлено всего лишь после того, как в культуре клеток наблюдалась активность обратной транскриптазы. Но, опять же, научного доказательства этого вывода не было. За одиннадцать лет до этого «открытия), в 1972 году, Темин и Балтимор заявили: «обратная транскриптаза - это свойство, которое является врождённым для всех клеток и не ограничивается ретровирусами».204 И даже Франсуаз Барре-Синусси (Francioise Barre-Sinoussi) и Жан Клод Черманн (Jean Claude Chermann), самые важные соавторы «научной» статьи Монтанье от 1983 года, заключил в 1973 году, что обратная транскриптаза не специфична для ретровирусов, а скорее существует во всех клетках. 205 Другими словами, если фермент (суррогатный маркер) обратная транскриптаза обнаружена в лабораторных культурах, нельзя сделать вывод, как это сделал Люк Монтанье, что ретровирусы, не говоря уже о конкретном ретровирусе, действительно обнаружены.

Обратная транскриптаза сегодня уже не является самым значительным суррогатным маркером. Теперь охотники за вирусами фиксируются на тестах на антитела, тестах на вирусную нагрузку на ПЦР и подсчётах хелперных клеток. Но эти тесты поднимают новые вопросы, учитывая их поразительные недостатки (см. Главу 3 «Тесты на антитела к ВИЧ, тесты на вирусную нагрузку ПЦР, подсчёт CD4: не более информативны, чем подбрасывание монетки»). Это побудило 14 известных вирусологов «старой гвардии» направить обращение к молодому высокотехнологичному поколению исследователей, которое было опубликовано в Science в 2001 году: «Современные методы, такие как ПЦР, с которыми мелкие генетические последовательности размножаются и обнаруживаются, изумительны [но они] мало что знают о том, как вирус размножается, какие животные его переносят, как он заставляет людей болеть. Это похоже на попытку сказать, у кого-то есть неприятный запах изо рта, глядя на его отпечаток пальца».206

Не менее примечательным в этом контексте является статья в начале 2006 года в Немецком медицинском журнале (Deutsches Arzteblatt) об отчёте исследователей, которые думали, что при помощи ПЦР они обнаружили новые «экзотические» бактерии. В статье отмечается, что «обнаружены только генетические следы возбудителя [с помощью ПЦР], из чего нельзя автоматически сделать вывод, что существуют полные бактерии».207208

Вирусная катастрофа 1970-х и ВИЧ как спасение в 1980-х


Но среди всеобщей вирусомании подобные критические мысли быстро забывались. В 1970-е годы элитные исследователи были просто слишком заняты, направляя щедрую правительственную помощь в исследование возможной связи между вирусами и раком. 23 декабря 1971 года президент США Ричард Никсон объявил «войну с раком» по воле медицинского истеблишмента и, с этой метафорой, довел до предела воинственную традицию монокаузальной медицинской доктрины, приуроченную к концепции «вирус это враг». Мы уже привыкли говорить об «оружии», «стратегиях» и «арсеналах» препаратов, убивающих клетки, и даже не были ошеломлены, когда сильные люди, такие как Никсон, назвали новую войну против рака «рождественским подарком для людей». 209

На сегодняшний день в эту войну уже вложено много сотен миллионов долларов исследовательских средств (значительная часть которых это деньги налогоплательщиков), и результаты этой борьбы обескураживают.210 Ещё в 1971 году лекарство от рака и профилактическая вакцина были обещаны к 1976 году, но и по сей день их никто не видел.211 Кстати, из-за традиций «праздничной» медицины, а также из-за уверенности в том, что общественное сознание и средства массовой информации имеют кратковременную память, медицинский истеблишмент редко испытывает потребность в выполнении своих обещаний. «Я убеждён, что в ближайшее десятилетие или, может быть, чуть позже у нас будет лекарство, которое так же эффективно против рака ... как пенициллин против бактериальных инфекций», - хвастался Корнелиус «Дасти» Роадс (Cornelius "Dusty" Rhoads) ещё в 1953 году. Он был лидером Департамента химической войны США (медицинское подразделение отделения химической войны США) во время Второй мировой войны и был директором Института исследований рака Слоан-Кеттеринга (Sloan-Kettering Institute for Cancer Research), основанного в 1945 году.212

Темпы смертности тем временем увеличивались экспоненциально наряду с резким увеличением расходов на исследования.213 Сегодня в Германии ежегодно от рака умирает 220 000 человек; в США это почти 600 000. Даже принимая во внимание старение этих популяций, подобные цифры ошеломляют. По этой причине такие эксперты, как Джордж Миклош (George Miklos), один из самых известных генетиков во всём мире, критиковали основные исследования рака в Nature Biotechnology как «фундаментально ошибочные» и приравнивали их к «науке вуду».214

К концу 1970-х годов медицинские эксперты буквально продирались через постоянную критику основных исследований рака. Учёные-медики «приписывали ретровирусы всякой неприятной вещи, прежде всего инициированию рака, и должны были принимать постоянные насмешки и бесчисленные поражения», - отметил Шпигель в 1986 году.215

И концепция, что вирусы являются главными запускающими факторами, не прижилась и для других заболеваний, помимо рака. Одним из печально известных примеров является катастрофа свиного гриппа 1976 года. Во время марша Дэвид Льюис, молодой американский наёмник, упал без чувств. Эксперты по эпидемиям набросились на эту «волшебную палочку» и заявили, что они изолировали из его лёгкого вирус свиного гриппа. По просьбе медицинского истеблишмента и, в частности, Центров США по контролю за заболеваниями (CDC) президент США Джеральд Форд появился на телевидении и призвал всех американцев получить прививку от неизбежной смертельной эпидемии свиного гриппа. 216 Так же, как и сегодняшние продавцы страха от птичьего гриппа, Форд использовал великую испанскую пандемию гриппа 1918 года, чтобы напугать общественность.

Около 50 миллионов граждан США бросились в местные медицинские центры для инъекций вещества, поспешно выброшенного на рынок. Эти инъекции вызвали сильные побочные эффекты у 20-40% реципиентов, включая паралич и даже смерть. Последующие претензии по ущербу выросли до 2,7 млрд, долларов. В конце концов, директор CDC Дэвид Спенсер, который даже создал «военный штаб» для борьбы со свиным гриппом, чтобы получить поддержку общественности и масс-медиа, потерял работу. Конечная горькая ирония заключалась в том, что не было вообще или были только очень редкие сообщения о буквальных фактах «свиного гриппа».217

Следовательно, в конце 1970-х годов Национальные институты здравоохранения США (NIH) вошли в нейтральные политические воды - так же, как и CDC, который был сильно реструктурирован в начале 1980-х годов. В результате в CDC и NIH, наиболее влиятельных организациях, связанных с политикой здравоохранения и биомедицинской наукой, начался поиск применения своих сил. Разумеется, чтобы показать свою полезность, новая «война» была бы лучшим решением.

Несмотря на постоянные неудачи, «инфекционная болезнь» оставалась наиболее эффективным способом привлечь внимание общественности и открыть правительственные карманы. Как факт, сотрудник Красного Креста Пол Камминг (Paul Cumming) в 1994 году рассказал San Francisco Chronicle, что в начале 80-х годов «CDC всё больше нуждался в серьёзной эпидемии», чтобы «оправдать его существование».218 И теория ВИЧ-СПИДа была спасением для американских эпидемических органов.

«Все старые вирусные охотники из Национального института рака повесили новые таблички на свои двери и стали исследователями СПИДа. [Президент США Рональд] Рейган отправил около миллиарда долларов только для новичков», - говорит лауреат Нобелевской премии по химии Кари Муллис (Kary Mullis). «И вдруг все, кто мог претендовать на роль какого-либо медицинского учёного, и который в последнее время не имел ничего общего с этой темой, стали полностью занятыми. Заняты они и до сих пор.» 219

Среди тех, кто перешел от исследований рака к исследованиям СПИДа, самым известным является Роберт Галло (Robert Gallo). Наряду с Монтанье Галло считается первооткрывателем «вируса СПИДа», пользуется всемирной известностью и стал миллионером. В своей предыдущей жизни исследователя рака, с другой стороны, он почти потерял свою репутацию после того, как его вирусные гипотезы о таких заболеваниях, как лейкемия, были разрушены.220 «ВИЧ не выскочил из тропического леса или Гаити», пишет Муллис , - «он просто появился в руках Боба Галло в то время, когда ему нужна была новая карьера».221

Глава 3

СПИД - от «запасного варианта» до многомиллиардного бизнеса


«Если есть доказательство того, что ВИЧ является причиной СПИДа, должны быть научные документы, которые либо по отдельности, либо вместе демонстрируют этот факт, по крайней мере, с высокой вероятностью. Но ни одного такого документа нет».1

Кари Муллис

Нобелевская премия по химии, 1993 «Даже очень известным людям с диагнозом СПИД Галло, не сдерживаясь, ставит психиатрические диагнозы. [По словам Галло], один из них «несдерживаемый урод», другой -«бездарь», и поэтому имеет «комплексы», третий - «могу ли я быть откровенным ? - просто сумасшедший». Праведный гнев [Галло] абсолютно реален, когда он говорит о борьбе за власть в бизнесе СПИДа, борьбе за денежный банк, злобной ревности к престижу. Со СПИДом на карту поставлено много денег - и, прежде всего, слава.» 2

Der Spiegel, 29/1995


«[Борец за свободу Джон] Мильтон и Галилей вернут Британскому Медицинскому Журналу свободу слова [о ВИЧ / СПИД]. Мы никогда не должны забывать, что Галилей предстал перед инквизицией. Было бы ещё хуже, если бы мы позволили научной ортодоксии стать инквизицией.» 3 Ричард Смит, главный редактор Британского Медицинского Журнала с 1991 по 2004 год, в опубликованном письме к Nature

Те, кто пережил 1980-е годы, помнят, что паника по поводу СПИДа распространялась настолько быстро, что не было времени для изучения фактов. Навязанный и стимулируемый СМИ страх перед вирусами оставил после себя такие «следы в обществе», как писала в 1990 году немецкая еженедельная газета Die Zeit, что «социальные психологи даже отмечают неизбежное возвращение мужского белого белья [как символа стерильности самой интимной зоны тела] как эффект страха перед СПИДом».4

В 1984 году Der Spiegel 5 объявил, что к середине 1990-х годов последний немец заболел бы СПИДом и умер от него два года спустя (другими словами: к середине 1990-х годов СПИД уничтожил бы всё население Германии). Журнал Bild der Wissenschaft 6 сделал такие же смертельные предсказания в следующем году (1985). Для сравнения, прогноз 1986 года в американском журнале Newsweek звучал более умеренно: к 1991 году от 5 до 10 миллионов американцев заразились бы ВИЧ.7 В действительности, ежегодно «от СПИДа» умирает не более нескольких сотен немцев.8 Кроме того, эти люди фактически умирают от традиционных заболеваний (таких как лимфоидный рак или туберкулёз), которые затем переопределяются как СПИД (см. далее: «СПИД-что это такое на самом деле?»). А что касается прогноза Newsweek, то он был примерно в десять раз больше, чем нынешние

750.000 случаев ВИЧ, выявленных в США. 9

Причём 750.000 фактически является совокупным количеством, а не ежегодно выявляемым. Это число представляет собой общее количество зарегистрированных случаев с начала ведения официальной статистики по СПИДу в начале 1980-х годов. Очевидно, что при таком способе измерения цифры оказываются во много раз страшнее, чем они есть на самом деле. Кроме того, логика диктует, что такие цифры могут только увеличиваться, даже если число новых случаев снизилось в течение определённого года. Кстати, только случаи СПИДа считаются кумулятивно. Вы когда-нибудь слышали, чтобы вечерние новости дают число смертей от ДТП с начала статистических отчётов (а не только смертей за данный год)? Конечно, нет.

Как ни странно, Институт Роберта Коха даже сам признаёт, что они делали это специально: «Чтобы привлечь внимание общественности и повысить политическую готовность к действию, большие числа, естественно, были более подходящими. Трюк в представлении количества случаев СПИДа, применяемый на международном уровне в то время, был в следующем: в первые годы, в отличие от других заболеваний, где показывалось количество новых случаев ежегодно (заболеваемость), случаи СПИДа накапливались из года в год (совокупная заболеваемость)».10

Любой, кто беспристрастно погружается в тему СПИДа/ВИЧ, постоянно сталкивается с такими странностями, несоответствиями и противоречиями, и напрасно ищет научное доказательство основной гипотезы этой теории: что вирус, называемый ВИЧ, вызывает СПИД. В то же время мы имеем дело с очень сложной темой, поэтому, чтобы объяснить противоречия вокруг изучения причины возникновения СПИДа, мы начнем с раздела, в котором кратко объясняется, почему сомнения в том, что ВИЧ существует и вызывает СПИД, оправданы и почему имеет смысл называть такие факторы, как потребление наркотиков или недоедание в числе причин СПИДа, или, что более верно - многих заболеваний, сгруппированных вместе под термином «СПИД».

СПИД - что это такое на самом деле?


Даже само определение СПИДа (синдром приобретенного иммунодефицита) это нечто неопределённое. В отличие от других заболеваний нет универсального определения для СПИДа, которое могло бы использоваться в качестве основы для надёжной статистики.11 Например, для развивающихся стран Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) в 1986 году представила «определение Банги», по которому у многих пациентов был диагностирован СПИД. Согласно этому определению, любой человек, страдающий от нескольких общих и неспецифических симптомов, таких как потеря веса плюс диарея и зуд, объявляется пациентом со СПИДом (без анализов крови и, тем самым, без тестов на антитела против ВИЧ).12 13 В бедных странах Африки, где сегодня треть населения недоедает, эти симптомы являются хорошо известными массовыми явлениями.

Для сравнения: в таких богатых странах, как США и Германия, люди объявляются больными СПИДом, если они имеют положительный результат в тесте на антитела и одновременно страдают, по меньшей мере, одним из 26-ти подобных хорошо известных заболеваний, включая сосудистую опухоль, называемую Саркома Капоши (СК), болезнь Ходжкина, опоясывающий лишай (herpes zoster) или туберкулёз. Если у пациента есть отрицательный тест на антитела и СК, у него есть просто СК. Если, с другой стороны, пациент имеет положительный результат теста на ВИЧ и имеет СК, он объявляется больным СПИДом. Но этот тип диагностики вводит в заблуждение - он является «самовоспроизводимым», поскольку основан на сомнительных и недоказанных предположениях о том, что существует ВИЧ; что ВИЧ может вызвать СПИД (или такое заболевание, как Саркома Капоши или опоясывающий лишай); что положительный тест на антитела доказывает существование ВИЧ и так далее.14

Где доказательства существования ВИЧ?


Считается, что ВИЧ принадлежит к определённому классу вирусов, называемых ретровирусами. Таким образом, чтобы доказать, что ВИЧ является специфическим ретровирусом, сначала необходимо иметь ВИЧ в виде чистого вируса, чтобы его можно было визуализировать в очищенной форме с помощью электронного микроскопа.15 Но все электронные микрофотографии так называемого ВИЧ, полученные с середины 80-х годов, сделаны не от крови пациента, а от «суповых» (специально выращенных в пробирке) клеточных культур. В некоторых случаях эти клетки были приготовлены в течение недели в лабораторной чашке Петри. Так называемые эксперты по СПИДу даже не пытались подробно описать эти искусственно выращенные «вирусы» до 1997 года, когда Ганс Гелдерблом из Института Роберта Коха в Берлине сделал такую попытку. Но статья Гелдерблома, опубликованная в журнале «Вирурология», не учитывает очистку и характеристики вируса (был обнаружен только белок р24), что не доказывает, что эти частицы являются ВИЧ.

Следующий снимок крови пациента поступил от Американского национального онкологического института. Но частицы, видимые на этом снимке (белки, частицы РНК), не имели морфологии, типичной для ретровирусов (не говоря уже о специфическом ретровирусе). Кроме того, белки, такие как р24 и р18, которые, согласно мнениям основных исследователей СПИДа, должны быть специфичными для ВИЧ и которые также используются в качестве маркеров ВИЧ (суррогатные маркеры), были обнаружены в ряде так называемых «неинфицированных» человеческих тканей.16

Даже Люк Монтанье, названный первооткрывателем ВИЧ, признался в 1997 году в интервью журналу Continuum, что даже после «титанических усилий» с электронными микрофотографиями культуры клеток, в которых, как говорили, был обнаружен ВИЧ, не было видно никаких частиц с «морфологией, типичной для ретровирусов».17 Если даже ретровирусоподобные частицы не могут быть распознаны на этих электронных микрофотографиях (не говоря уже о частицах, которые соответствуют ретровирусу или очень специфическому ретровирусу), это должно логически означать, что ВИЧ (предположительно, очень специфический ретровирус), не может быть обнаружен. «Действительно, ВИЧ никогда не обнаруживался в очищенной форме» - таково мнение многих известных экспертов, в том числе Этьена де Харвена, ранее упомянутого пионера в электронной микроскопии и вирусологии, 18 и исследователей СПИДа Елены Пападопулос и Валь Тернера из Австралийской группы Перт.19

Тем не менее, в 2006 году с гордостью сообщалось о том, что «структура самого смертоносного вируса в мире была расшифрована»20, и что ВИЧ был сфотографирован в «трехмерном качестве, которое никогда ранее не было достигнуто»21. Документ британско-германской исследовательской группы (опубликованный в журнале Structure)22 показывает, что это сообщение на соответствует действительности :

- Во-первых, следует отметить, что исследование было поддержано Wellcome Trust 23 и что ведущий автор, а также один дополнительный автор работают в Wellcome Trust2*, фармацевтическом гиганте, который получает многомиллиардные доходы от продажи лекарств от СПИДа, таких как Комбивир (Combivir), Тризивир (Trizivir ) и Ретровир (Retrovir, AZT, Азидотимидин) ,25 Эти исследователи, вовлечённые в конфликт интересов, вряд ли смогут сказать, что существование ВИЧ не доказано.26

- Из 75 обнаруженных и исследованных частиц, о которых говорится в отчёте об исследовании, у пяти не было чётко определенного ядра, у 63 было одно ядро, у трёх было полное ядро плюс часть другого ядра, а четыре частицы имели два ядра; частицы с двумя ядрами были больше, чем те, у кого только одно ядро. 27 «Во-первых, можно заметить, что на предоставленных снимках не видно двойных ядер, - пишет канадский биолог и эксперт по СПИДу Дэвид Кроу, - и возникает вопрос: как может вирус иметь два ядра? Это было бы что-то совершенно новое!»

- у большинства «одноядерных» частиц ядро было конусообразным (морфология); у остальных 23 частиц ядра были «трубчатыми» (цилиндрическими), треугольными или просто бесформенными.28 Здесь также трудно понять, что все эти частицы с такими различными внешними явлениями могут принадлежать очень специфическому типу ретровируса (как это предполагается для ВИЧ).

- Частицы имели сильный разброс в размерах: их диаметры варьировались от 106 до 183 нанометров (нанометр - одна миллиардная часть метра). Целесообразно ли классифицировать все подобные частицы как один и тот же особый тип? Люди, например, различаются по росту. Предположим, мы сравнивали мужчин и предположили, что их средний рост равен 1,78 метров или 5,84 фута. Если взять такой же разброс, как и в описанном исследовании (106 - 183 нанометра), то мы получим людей с ростом от 1,30 до 2,25 метров (4,27 - 7,38 фута). Это вряд ли позволило бы нам поверить, что мы имеем дело исключительно с взрослыми мужчинами. Это также противоречит предположению, что частицы таких различных размеров, которые происходят из одной клеточной культуры, относятся к одному и тому же типу вируса.

- Исследователь СПИДа Валь Тернер из Австралийской группы Перт повторно измерил диаметры частиц, которые были видны на снимке 1А из этой работы. 29 Он показал, что две частицы (также называемые вирионами, которые создают впечатление, что они принадлежат к вирусу, который вторгся извне) имели диаметры даже менее 100 нанометров.30.

- Авторы статьи признали, что оба напечатанных изображения (которые имеют источником один снимок) «не являются репрезентативными» всего образца31, но это вызывает вопрос: какие формы и размеры имеют частицы, которые не изображены на снимках? Эта информация не была предоставлена даже по запросу.

- В этом контексте, согласно соответствующим источникам, диаметр частиц ретровируса (ВИЧ должен быть ретровирусом, в конце концов), имеют размеры 100-120 нанометров, 32 33 34 что явно отклоняется от измеренных 106-183 нанометров в данном исследовании!

- «В этом контексте многое могло бы проясниться, если бы учёные предприняли полную очистку и охарактеризовали бы частицы, - замечает Дэвид Кроу, - но этого, по-видимому, не произошло». Сами исследователи говорят, что были доступны только частицы с «минимальным загрязнением».

- В описании исследования ни разу не упоминается метод очистки исследуемого материала; в этой связи, давайте обратимся к статье Велкера и др., опубликованной в «Journal of Virology» в 2000 году.35 36 Вначале они замечают, что «важно иметь чистые частицы ВИЧ», что подтверждает, насколько важна очистка вируса для обнаружения самих вирусов. Однако они не продемонстрировали, что очищеный ВИЧ был извлечён; было только сказано, что «электронный микроскопический анализ показал, что основные препараты не были полностью чистыми».

- И даже если частицы были бы чистыми, проблема всё ещё остаётся, ведь после процесса очистки могут присутствовать клеточные компоненты (известные как микровезикулы, микропузырьки и материал клеточного происхождения), которые даже с ортодоксальной точки зрения являются невирусными, хотя они могут иметь тот же размер и плотность, что и так называемый ВИЧ. Таким образом, мы читаем в статье, опубликованной в журнале «Вирусология»: «Идентификация и квантование клеточных белков, связанных с частицами ВИЧ, осложняются наличием невирионсодержащих клеточных белков, которые совместно очищаются с этими вирионами» 3738

ВИЧ = спид?

Является ли ВИЧ причиной СПИДа? Позвольте медицинскому истеблишменту говорить самим за себя. Рейнхард Курт, директор Института Роберта Коха (одного из столпов основных исследований по СПИДу), признался в Der Spiegel (9 сентября 2004 года): «Мы точно не знаем, как ВИЧ вызывает болезнь».39 В документальном фильме 1996 года «Сомнение» французского журналиста Джамеля Тахи (с широким показом на немецком телевидении), «открыватель ВИЧ» Монтанье признал то же самое, сказав: «нет научного доказательства того, что ВИЧ вызывает СПИД».40 За 12 лет до этого в 1984 году Монтанье подчеркнул, что «Единственный способ доказать, что ВИЧ вызывает СПИД, -показать это на животной модели». Но такой модели до сих пор нет.4142

California Monthly, журнал выпускников UC Berkeley, столкнулся с лауреатом Нобелевской премии Кэри Муллисом в интервью, используя заявление другого нобелевского лауреата Дэвида Балтимора. «[Уважаемый г-н Муллис,] вы упомянули Балтимора минуту назад. В недавнем выпуске «Nature»*3 он сказал: «Нет никаких сомнений в том, что ВИЧ является причиной СПИДа. Любой, кто публично заявляет противоположное, побуждает людей рисковать своей жизнью». После этого Муллис ответил: «Я не спасатель, я ученый. И я говорю то, что думаю. Я не собираюсь менять факты лишь по той причине, что я верю во что-то и чувствую, как манипулировать чьим-то поведением, скрывая то, что я действительно знаю. Я думаю, что это всегда правильно и безопасно для ученого - говорить, исходя из имеющихся фактов. Если вы не можете понять, почему вы во что-то верите, тогда вам признать, что вы говорите как религиозный человек. Люди продолжают спрашивать меня: «Вы имеете в виду, что не верите, что ВИЧ вызывает СПИД?» И я говорю: «Верю я в это или нет, не имеет

никакого значения! У меня просто нет этому научных доказательств! Я мог бы верить в Бога, и он мог бы рассказать мне во сне, что ВИЧ вызывает СПИД. Но я не встал бы перед другими учёными и не сказал: «Я считаю, что ВИЧ вызывает СПИД, потому что Бог сказал мне». Как учёный я бы сказал: «У меня есть бумаги на руках и результаты экспериментов, которые были проведены и которые могут быть продемонстрированы другим». А у этих парней (от СПИД-ортодоксии) этого нет.»44

Тесты на антитела к ВИЧ, тесты на вирусную нагрузку методом ПЦР, подсчёт CD4: не более информативны, чем подбрасывание монетки.


Наиболее значимыми диагностическими инструментами вирусной и СПИД-медицины являются:

1. Тесты на антитела (тесты ВИЧ)

2. Тесты на вирусную нагрузку (тесты ПЦР)

3. Подсчёт количества клеток-хелперов (Т-клеток, или, скорее, подгруппы Т-клеток CD4)

Это так называемые суррогатные маркеры: альтернативные методы, которыми врачи определяют на основании лабораторных данных, заражён ли кто-то ВИЧ или нет, и болен ли этот человек СПИДом. Вместо того, чтобы использовать традиционные методы исследования возможных симптомов болезни (так называемые клинические конечные точки), СПИД-врачи рассматривают, уменьшилось ли количество Сй4-клеток в течение определённого периода времени; если это так, риск заражения СПИДом считается низким. Но, как упоминалось ранее (см. Главу 2), результаты, полученные этими методами, представляют собой весьма сомнительные способы обнаружения таких вирусов, как ВИЧ, коронавирус SARS или вирус птичьего гриппа H5N1 и их патогенных эффекты. Достаточно часто суррогатные маркеры приводят к ошибочному диагнозу.45

Давайте сначала посмотрим на тесты на антитела к ВИЧ. Они основаны на теории антиген-антитело, которая предполагает, что иммунная система борется с этими антигенами (белками от ВИЧ), как их называют, которые определяются организмом как чужеродные. Их обнаружение вызывает иммунную реакцию или иммунный ответ, что, в свою очередь, индуцирует образование специфически нацеленных антител.

Теперь, поскольку эти так называемые тесты на антитела к ВИЧ подтверждают существование антител (а не, стоит отметить, антиген напрямую, который в этом случае будет частью ВИЧ), мы должны предположить, что ВИЧ должен быть обнаружен во время проверки тестов. Только тогда можно было бы использовать антиген для калибровки тестов на антитела для этого конкретного (ВИЧ) антигена. То есть только таким образом можно проверить, присутствуют ли ВИЧ-антитела или нет, и, если существование самого ВИЧ не доказано, не может быть окончательно определено, на что вообще реагируют эти тесты.

Когда вы знаете эту информацию, то замечание производителя теста на антитела к ВИЧ вас уже не сильно удивит. Он с большой долей уверенности заявляет: «нет признанного стандарта для установления наличия или отсутствия антител к ВИЧ-1 и ВИЧ-2 в крови человека» 46. Реагируя на этот интересный факт и ссылаясь на документ Австралийской Группы Перт (опубликованный в научном журнале Nature Biotechnology) 47 немецкая еженедельная газета Die Woche опубликовала стаью, назвав её «Лотерея по тестированию на СПИД». В статье говорилось, что «тесты на антитела не измеряют то, что они должны: ВИЧ-инфекцию, а также реагируют на людей, которые прошли через туберкулёзную инфекцию. Тем не менее, ведущие мировые исследователи СПИДа из Институте Пастера в Париже рассмотрели исследование перед публикацией». 48

Но на что же реагируют тесты, если не на ВИЧ? Как мы уже отмечали в случае со СПИДом, с анализом на антитела к ВИЧ также использовалось круговое определение: в середине 1980-х годов белки, которые в наибольшей степени заставляли тесты реагировать, были отобраны из образцов крови от тяжелобольных «больных СПИДом» и использовались для калибровки этих тестов. То, что эти белки имеют какое-то отношение к ВИЧ, или, по крайней мере, похожи на ретровирус какого-

64

либо типа, однако, никогда не было доказано. 49 И, на самом деле, тесты на антитела вообще на самом деле не были разработаны специально для обнаружения ВИЧ, как предупреждал Томас Цук из FDA (Американского органа по контролю над продуктами и наркотиками) ещё в 1986 году. Скорее, анализы крови должны быть защищены на предмет их устойчивости к ложноположительным реакции, вызванные другими микробами или загрязняющими веществами (что также согласуется с тем, что писала Die Woche: что ВИЧ-тесты «также реагировали на людей, переживших туберкулёз»,50 а также десятки других симптомов, включая беременность или простой грипп, могут привести к положительной реакции).51 52 Но прекратить использовать эти тесты на ВИЧ было «просто непрактично», как признал Цук на встрече Всемирной Организации Здравоохранения. Теперь, когда медицинское сообщество определило ВИЧ как «инфекционный вирус, передающийся половым путём», общественное давление на ВИЧ-тесты стало слишком сильным.53

С помощью тестов на антитела ВИЧ ортодоксальные исследования в области СПИДа вывернули традиционную иммунологию наизнанку, сообщая людям, у которых были положительные тесты на эти антитела, что они страдают от смертельной болезни. Обычно высокий уровень антител указывает на то, что человек уже успешно сражается с инфекционным агентом и теперь защищён от этого заболевания. И поскольку ни один ВИЧ не может быть обнаружен у пациентов со СПИДом, поиск вакцины также является иррациональным делом.54 Даже Рейнхард Курт, директор Института Роберта Коха, сделал комментарий в Spiegel в 2004 году: «Честно говоря, мы действительно точно не знаем, что должно быть в вакцине, чтобы она защищала от СПИДа».55

Измерения вирусной нагрузки с помощью полимеразной цепной реакции (ПЦР) столь же сомнительны, сколько в конечном итоге и бессмысленны. Пока существование ВИЧ не доказано, эти тесты не могут быть откалиброваны для поиска ВИЧ, и они не могут использоваться для измерения «вирусной нагрузки при ВИЧ». Могут быть обнаружены очень мелкие следы генов (ДНК, РНК), но независимо от того, происходят они от (определённого) вируса или от какого-либо другого загрязнения, что это такое остается неясным.56

Хайнц Людвиг Сэнгер, профессор молекулярной биологии и обладатель знаменитой премии Роберта Коха в 1978 году, заявил, что «ВИЧ никогда не был изолирован, поэтому его нуклеиновые кислоты не могут использоваться в тестах ПЦР на вирусную нагрузку в качестве стандарта для определения наличия ВИЧ». Не случайно соответствующие исследования также подтверждают, что тесты ПЦР бесполезны при диагностике СПИДа: например, "Misdiagnosis of HIV infections by HIV-1 viral load testing: a case sériés", документ от 1994 года, опубликованный в Annals of Internal Medicine.57

В 2006 году исследование, опубликованное в «Журнале Американской медицинской ассоциации» (Journal of the American Medical Association - JAMA), вновь потрясло фундамент науки о СПИДе, сформировавшийся в предыдущее десятилетие, до самого основания, вызвав скептицизм и гнев среди многих защитников теории ВИЧ=СПИД. Общенациональная команда ортодоксальных исследователей СПИДа в США, возглавляемая врачами Бениньо Родригесом и Майклом Ледерманом из Case Western Reserve University в Кливленде, оспаривала значимость тестов на вирусную нагрузку -стандарт, используемый с 1996 года для оценки состояния здоровья пациента, прогнозирования прогрессирования заболевания и показания к назначению новых лекарств от СПИДа - после того, как они обследовали 2800 человек с положительным ВИЧ-статусом, оказалось, что в более чем 90% случаев тесты на вирусную нагрузку не смогли предсказать или объяснить иммунный статус этих пациентов.

В то время как ортодоксальные ученые по СПИДу и другие протестуют или преуменьшают значение этой статьи в JAMA, группа Родригеса делает вывод о том, что вирусная нагрузка способна прогнозировать прогрессирование заболевания лишь у 4-6% (так называемых) ВИЧ-положительных испытуемых, тем самым оспаривая сами основы текущей политики в области лечения СПИДа.58

Те же самые противоречия обнаруживаются и при проверке тестов, которые подсчитывают CD4-хелперные клетки. Ни одно исследование не подтверждает наиболее важный принцип теории ВИЧ=СПИД: что ВИЧ разрушает клетки CD4 посредством инфекции.59 60 Кроме того, даже самое значительное из всех исследований по СПИДу - исследование Concorde от 1994 года - ставило под вопрос целесообразность использование метода подсчета хелперных клеток как диагностический

65

метод при лечении СПИДа61, и многие другие исследования подтверждают это. Описанием одного из них является статья 1996 года "Surrogate Endpoints in Clinical Studies: Are We Being Misled?" в издании Annals of Internal Medicine, в которой недвусмысленно делается вывод о том, что подсчет CD4 в определении ВИЧ столь же неинформативен, как «бросок монеты» - другими словами, абсолютно бесполезен.62

После новостей о том, что вирусная нагрузка не является точным методом оценки или прогнозирования иммунного статуса, пришла новость и из Journal of Infectious Diseases о том, что подсчёты хелперных клеток могут быть «менее надежными» мерами определения состояния иммунной системы, чем ранее считалось ортодоксами от СПИДа. Исследование, проведённое Всемирной Организацией Здравоохранения (ВОЗ) в Африке, показало, что так называемые ВИЧ-отрицательные популяции могут иметь количество Т-клеток ниже 350, а это то самое число, которое, согласно руководящим принципам ВОЗ, может претендовать на диагностику СПИДа среди ВИЧ-позитивных групп населения. Ещё один «удивительный» вывод (с точки зрения приверженцев теории ВИЧ/СПИДа) из этого же исследования ВОЗ: ВИЧ-положительные пациенты, которые начали лечение препаратами от СПИДа с малым количеством клеток-помощников, имели одинаковые показатели выживания с теми ВИЧ-положительными пациентами, которые начали аналогичное лечение с большим количеством Т-клеток!63

«Одним из самых вредоносных свойств научных моделей является их способность уничтожать истину и занимать её место», - предупреждает Эрвин Чарафф, старейший профессор Биохимического института Колумбийского университета в Нью-Йорке. «И часто эти модели служат в качестве мерцателей, ограничивая внимание чрезмерно узкой областью. Преувеличенное доверие к моделям внесло большой вклад в притворный и ложный характер значительной части современных естественнонаучных исследований». 64

Биотехнологическая компания Serono иллюстрирует способы, с помощью которых такие суррогатные маркерные тесты могут быть использованы неправильно. Эта швейцарская фирма терпела потери доходов от продажи препарата Serostim, который, как предполагалось, противодействует потере веса, столь типичной для больных СПИДом. Таким образом, в конце 1990-х Serono переименовала это в «снижение веса от СПИДа» и разработала компьютеризированный медицинский тест, который, разумеется, определял бы «массу клеток тела». Эти тесты были фактически приняты врачами. А затем выяснилось, что врачи выписывали Serostim, когда тесты показывали, что пациенты теряли массу тела, и подобное лечение для таких пациентов стоило более

20.000 долларов. Странная вещь заключалась в том, что пациенты, которые с помощью тестов были диагностированы с уменьшенной массой тела, фактически не теряли никакого веса. Напротив, некоторые даже набирали вес. Схема назначения Serostim была окончательно дискредитирована и, как показало последующее расследование, более 80% рецептов на Serostim были без необходимости выписаны при подобном тестировании. Майкл Салливан, адвокат, отвечающий за расследование, назвал эти тесты «магия вуду», и они в конечном итоге стоили Serono более 700 миллионов долларов в виде уголовных штрафов. На тот момент это была третья самая большая сумма, когда-либо выплаченная в подобных судебных процессах.65

Наркотики, фармпрепараты и недоедание приводят к СПИДу


Существует много свидетельств того, что СПИД - этот конгломерат из десятков отдельных хорошо известных заболеваний - может быть в значительной степени объяснён потреблением ядовитых веществ и лекарств (противовирусных препаратов, антибиотиков и тп.), а также банальным недоеданием.66 Около 80% всех детей, объявленных больными СПИДом, рождаются у матерей, которые принимали внутривенные наркотики, разрушающих иммунную систему.67 И первыми людьми, которые были диагностированы как больные СПИДом в США, все были потребителями наркотиков, таких как попперсы, кокаин, ЛСД, героин, экстази или амфетамины, все из которых оказывают разрушительное воздействие на иммунную систему. 68 69 70 71 72 Американский национальный институт по борьбе со злоупотреблением наркотиками не был единственным в подтверждении крайней токсичности и иммунодепрессивного воздействия таких веществ, как героин или попперсы (нитритные ингаляторы), используемые среди геев.73

При употреблении попперсов происходит следующей химический процесс: попперсы - это нитриты, и при вдыхании они немедленно превращаются в оксид азота. Благодаря этому способность крови переносить кислород снижается; она окисляется. И в первую очередь через этот недостаток кислорода повреждается внутренняя интима (эпителий) самых маленьких сосудов. Когда этот урон развивается злокачественно, он называется саркомой Капоши - сосудистой опухолью, которая диагностирована у многих больных СПИДом. И, по сути, опухолевая ткань окисляется.74

Этот саморазрушающий процесс особенно заметен в лёгких, так как попперсы вдыхаются и в них образуется мёртвый органический материал, который не может быть полностью удалеён из-за ослабленных систем детоксикации клеток. В этот момент в игру входят грибы. Природа предназначала именно эту роль для них, потому что они съедают все виды «отходов». Это объясняет, почему так много пациентов, называемых случаями СПИДа, страдают от пневмоцистной пневмонии (PCP), болезни лёгких, обычно связанной с сильным заражением грибами (распад ткани).

Иммунная система этих пациентов ослаблена, что «является общим знаменателем развития PCP», согласно учебнику Тинсти Харрисона (Tinstey Harrison) по внутренней медицине. И «болезнь (иммунная недостаточность, на которой развивается PCP) может вырабатываться у лабораторных крыс голодом или путем лечения кортикостероидами [кортизоном] или циклофосфамидами». 75 Другими словами, с клеточно-ингибирующими веществами, которые разрушают иммунную систему, подобно терапии СПИДа. Это делает очевидным, что через ВИЧ не нужно объяснять СПИД (это не что иное, как синоним известных заболеваний, таких как саркома Капоши или PCP).

Соответственно, типичный страдалец, который помечен как «больной СПИДом», страдает от недоедания; особенно пострадавших в бедных странах, но также и многих потребителей наркотиков, которые составляют основную массу больных СПИДом в богатых странах. В то же время исследования показывают, что фактор стресса, такой как наркотики, может инициировать новое расположение генетических последовательностей (ДНК) в клетках, в результате чего образуются частицы клеток - частицы, полученные (эндогенно) самими клетками (и интерпретируемые медицинской промышленностью без каких-либо доказательств как вторжение вирусов извне).7677

В начале 1980-х: Попперсы и лекарства против СПИДа


Пять тяжелобольных гомосексуальных молодых людей стали первыми персонажами в истории СПИДа в 1981 году. Американский ученый Майкл Готлиб (Michael Gottlieb) из Медицинского центра Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе собрал этих пяти пациентов после поиска в течение нескольких месяцев, используя очень сомнительный метод кластеризации (см. Главу 2). 78 Готтлиб мечтал войти в историю как открыватель новой болезни.79 Все эти отобранные пациенты страдали пневмоцистной пневмонией (PCP). Это было замечательно, потому что молодые люди в свои лучшие годы обычно не страдают от этого, скорее младенцы подвержены этому заболеванию, если рождаются с иммунным дефектом, или пожилые люди или люди, принимающие иммунодепрессанты (которые перегружают или повреждают иммунную систему). 80

Медицинские исследователи, по-видимому, не учитывали других факторов, связанных с причинами, например употребление этими пациентами наркотиков. Вместо этого, медицинские учреждения и, прежде всего, Центр по контролю за заболеваниями (CDC), создавали впечатление, что причина PCP в этом случае была полностью мистифицирована, и было объявлено о начале новой болезни. CDC с нетерпением ухватился за тезисы Готлиба: «Горячие вещи, горячие вещи», -подбадривал Джеймс Карран (James Curran) из CDC. 81 Это было так «горячо», что 5 июня 1981 года CDC объявил эту красноречивую новость в своём еженедельном бюллетене (Еженедельный отчёт о заболеваемости и смертности - MMWR), который также является предпочтительным источником информации для средств массовой информации. 82

В этом отчёте (MMWR) сразу же было высказано предположение, что загадочное новое заболевание могло быть вызвано сексуальным контактом и, следовательно, было заразительным. Фактически, для таких спекуляций не было никаких доказательств, поскольку пациенты не знали друг друга и не имели общих сексуальных контактов или знакомых, а также не имели сопоставимых историй о болезнях, передаваемых половым путем.

«Секс, которому три миллиарда лет, не относится к какой-либо одной группе, и поэтому, естественно, не ставится под сомнение, что он никак не может быть объяснением новой болезни», -указывает микробиолог Питер Даесберг из Калифорнийского университета в Беркли. «Но в заявлении Готлиба был похоронен ещё один распространенный фактор риска [преступно пренебрегаемый CDC], который связывал пять пациентов гораздо больше, чем секс. Этот фактор риска включал в себя высокотоксичный образ жизни и использование рекреационных наркотиков, которые массово употреблялись на гей-сцене, в первую очередь попперсы, или на медицинском жаргоне «нитритные ингаляторы». 83 Слово «ингаляторы» используется, потому что эти наркотики обычно вдыхались из маленькой бутылки, и, как и обычное выражение «попперс», этот термин можно проследить до середины XIX века. В 1859 году был описан сосудорасширяющий эффект после ингаляции амилнитрита. Это привело к его первому терапевтическому применению в 1867 году как миорелаксанта для пациентов с сердечной недостаточностью, страдающих стенокардией (боль в груди). Первоначальной формой упаковки препарата были стеклянные ампулы, заключенные в сетку: их называли «жемчугом». Когда они раздавливались между пальцами, то издавали характерный звук лопающего пузырька; так и появилось определение «попперс». 84

Американский национальный институт по борьбе со злоупотреблением наркотиками (NIDA -National Institute on Drug Abuse) датирует использование попперсов в качестве рекреационных наркотиков с 1963 года. 85 С тех пор препарат испытал настоящий бум, чему способствует тот факт, что в промышленно развитых странах, таких как США, потребление наркотиков в целом резко увеличилось в 1960-1970-е годы и позже, годы сексуальной и политической революции (в период с 1981 по 1993 год только количество жертв передозировки кокаина, доставленных в больницы, выросло с 3000 до 120 000 человек, что на 4 000%).86

В гей-среде попперсы были известны как средство для расслабления мышц. Приём попперса позволяет «пассивному партнеру при анальном половом акте расслаблять анальную мускулатуру и тем самым облегчать введение пениса», согласно докладу 1975 года в журнале «Медицинские аспекты сексуальности человека». 87 Попперс также помогал продлить эрекцию и оргазм. 88 Это вещество можно было легко сделать дома, а также очень дёшево купить (всего несколько долларов за флакон).89 В то же время попперсы массово рекламировались в популярных гей-медиа.90 91 И в рекламных целях у наркотических средств даже был свой собственный представитель в комиксах -красивый блондин, который пропагандировал (по правде говоря, иррациональную) идею о том, что попперс «делает вас сильным и что каждый гомосексуалист просто должен был их принять». 92

NIDA сообщала, что продажи попперсов только в одном штате США в 1976 году составили до 50 миллионов долларов (по 3 доллара за флакон, что составляет более 16 миллионов флаконов).93 «К 1977 году попперсы пронизывали каждый угол жизни геев», - пишет Гарри Хаверкос, который присоединился к CDC в 1981 году и к NIDA в 1984 году и был ведущим сотрудником по СПИДу для обоих этих учреждений. «И в 1979 году более пяти миллионов человек потребляли попперсы более одного раза в неделю». 94 Попперсы могут серьёзно повредить иммунную систему, гены, лёгкие, печень, сердце или мозг; они могут вызвать повреждение нервов, аналогичное симптомам рассеянного склероза, могут иметь канцерогенные эффекты и могут привести к «внезапной смерти от остановки дыхания».95 96 Даже ярлыки на баночках с этими препаратами предупреждают, что он «легко воспламеняется, может быть фатальным при проглатывании».97 И медицинское учреждение знало об этих различных опасностях. В 1970-х годах в научной литературе появились первые предупреждения о попперсах. В 1978 году, например, Л.Т.Сигелл написал в Американском журнале психиатрии, что вдыхаемые нитриты продуцируют нитрозамин, известный своими канцерогенными эффектами98 - предупреждение, которое также сформулировал и Томас Хейли из Управления по контролю за продуктами и лекарствами (FDA). 99

В 1981 году New England Journal of Medicine (NEJM), один из самых значительных медицинских журналов в мире, опубликовал несколько статей, в то же время выделив так называемый «fast-lane lifestyle» как возможную причину СПИДа.100 101 102 Этот образ жизни характеризуется крайне плохой диетой и долгосрочным потреблением антибиотиков и противогрибковых препаратов, которые наносят ущерб митохондриям (плюс множество других лекарств, позднее в первую очередь химиотерапевтические противовирусные препараты от СПИДа - препараты, включающие AZT, ddC, d4T, ацикловир и ганцикловир). Помимо попперсов, в «меню» этого стиля жизни присутствовали многие другие, также очень токсичные наркотики, в том числе кристаллический мет (метамфетамин), кокаин, крэк, барбитураты, экстази (ХТС), героин и другие (librium, LSD, mandrex, MDA, MOM, mescaline, mushrooms, purple haze, Seconal, special K, tuinol, THC, PCP, STP, DMT, LDK, WOW, window pane, blotter, orange, sunshine, sweet pea, sky blue, Christmas tree, dtist, Benzedrine, Dexedrine, Dexamyl, Desoxyn, clogidal, nesperan, tytch, nestex, black beauty, certyn, preludin with B 12, zayl, quaalude, tuinal, Nembutal, amytal, phénobarbital, elavil, valiurn, darvon, mandrax, opium, stidyl, halidax, caldfyn, optimil, and drayl).103

Дэвид Дьюрак (D. Durack) задал простой вопрос (всё ещё актуальный и сегодня) в своей статье в NEJM от декабря 1981 года: как СПИД может быть настолько очевидным, когда вирусы и гомосексуализм столь же стары, как история? Образ жизни с наркотиками, в соответствии с Дьюраком, следует рассматривать как причину. «Так называемые «рекреационные» наркотики -одна из возможностей. Они широко используются в крупных городах, где произошло большинство из этих случаев. Возможно, один или несколько из этих рекреационных наркотиков являются иммунодепрессантами. Ведущими кандидатами являются нитриты [нитритные ингалянты, попперсы], которые теперь обычно вдыхаются для усиления оргазма».

Американский автор и летописец по СПИДу Рэнди Шилтс (Randy Shilts) решает этот вопрос в своей знаменитой работе 1987 года The Band Played On : «[Стартовая точка СПИДа - попперс] объяснит, почему болезнь появилась только в трёх городах - в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе и Сан-Франциско, в этих трёх центрах гей-сообщества»104, заметная особенность, также описанная в MMWR CDC от 24 сентября 1982 года.105 Дьюрак дополнительно отмечает, что, кроме гомосексуалов, употребляющих наркотики, единственными пациентами с симптомами СПИДа были «наркоманы». Фактически, в таких богатых странах, как США или Германия, потребители наркотиков внутривенно составляли треть всех больных СПИДом, что не было признано широкой общественностью. Уничтожение иммунной системы ещё более распространено среди внутривенных потребителей наркотиков, чем поппер-ингаляция у гомосексуалистов. Жизнь этих людей разрушена не вирусом, а (в первую очередь) чрезмерным употреблением наркотиков в течение многих лет. Если бы широкая публика знала, что неизменно высокий процент больных СПИДом является внутривенными наркоманами, возможно, медицинские учреждения были бы вынуждены изучать наркотики как возможную причину СПИДа.

Как «Fast-Lane Lifestyle» вышел из моды


Ряд мощных организаций стремились предотвратить распространение этой информации. Во-первых, CDC намеренно исказил свою статистику. Их еженедельные бюллетени делят больных СПИДом на группы (гомосексуалисты, внутривенные наркоманы, расовые меньшинства, гемофилии), однако они приписывают более низкий процент наркоманам, чем гомосексуалистам. В какой-то момент 17% были идентифицированы как потребители наркотиков, а 73% были гомосексуалистами, согласно информации от CDC. Это создавало впечатление, что потребители наркотиков являются менее значимой группой среди больных СПИДом. CDC только признал, что они «играли с цифрами» в отношении тех, кто тщательно собирал дополнительную информацию по этой теме. Журналист и аналитик из Гарварда Джон Лаурицен обнаружил, что 25% пациентов со СПИДом, статически помеченных как гомосексуальные, также были потребителями наркотиков. Но CDC просто поместил всех этих геев-наркоманов на гомосексуальную категорию. По этой причине доля потребителей наркотиков составляла 17%, тогда как на самом деле она должна составлять 35% (то есть только одного из трёх пациентов со СПИДом записывали в категорию внутривенных наркоманов).106

Основываясь, по крайней мере частично, на этих явно искажённых статистических данных, гей-сообщество, безусловно, активизировалось в войне против СПИДа, а некоторые их представители стали мощными защитниками СПИД-учреждений.. «Геи, некоторые из которых были богатыми и относительно привилегированными, обращались к частным врачам и в самые дорогие клиники, откуда информация о них просачивалась на страницы медицинских журналов [и оттуда в средства массовой информации], а обычные наркоманы просто тихо умирали» - рассказывает социолог Стивен Эпштейн. И многие статьи в медицинских журналах были написаны врачами, которые были очень близки к гей-сообществам и по этой причине лечили многих пациентов со СПИДом. 107

Фокус на гомосексуалистов был настолько сильным, что в начале СПИД был даже назван синдром иммунной недостаточности, связанный с геями (GRID).108 Или просто «гейдизаз», прежде всего потому, что клиницисты, эпидемиологи и журналисты воспринимали [синдром] через этот фильтр «кризиса здоровья геев», как описывает Эпштейн.109

Но к геям основное внимание было обращено именно в связи с темой передачи инфекции половым путём, и употребление наркотиков с ними не связывали. И так было сказано прямо в начале первой истории в журнале Spiegel в 1983 году: «Эпидемия, которая только начинается»: гей-эпидемия, «СПИД», смертельный иммунный дефицит, достигли Европы ». 110 Эти сообщения СМИ быстро вызвали широко распространенные убеждения и панику, что смертельная инфекционная инфекция, передаваемая половым путем, происходит, по крайней мере, среди геев. Несмотря на то, что не было никаких научных данных для подтверждения этих представлений, и Галло и Монтанье ещё не опубликовали свои документы 1984 года, утверждая, что обнаружили ВИЧ в качестве причины СПИДа.

Почему гей-сцена была такой интересной? И игнорируется ли гораздо более очевидная связь между наркотиками и иммунными заболеваниями? В частности, поскольку в развитых странах почти всем пациентам, страдающим иммунодефицитом, ставился диагноз СПИД, они всегда были гомосексуалистами и потребителями наркотиков. Другими словами, почти все больные СПИДом принимают иммунодепрессанты и потенциально смертельные наркотики и / или лекарства. 111

Во-первых, господствующая культура почти ничего не знала о попперсах, и они всё ещё использовались почти исключительно в гей-сообществе. В 1980-е годы гей-организации категорически возражали против идеи, что их любимые наркотики могут сыграть определённую и даже решающую роль в развитии симптомов СПИДа. Утверждение, что СПИД связан с вирусом, также заманивало сообщество в свою очередь, создавая заведомо оплачиваемые консультационные контракты для важных членов гомосексуальных организаций. Фармацевтические компании также инвестировали деньги в гей-сообщество с бесчисленными рекламными объявлениями о лекарствах от СПИДа, такими как рекламное объявление Hoffmann-La Roche, «Успех создаёт мужество» и рекламное объявление Wellcome в котором амилнитрит (т.е. попперс] называется как «стоящая (реальная) вещь».112

Гей-сообщество даже проигнорировало срочные медицинские предупреждения учёных об опасностях попперсов. Редакторы The Advocate, популярного американского журнала для гомосексуалистов, проигнорировали их письма, но приняли целую серию рекламирующих попперсы статей от Great Lakes Products, в то время, вероятно, крупнейшего производителя секс-наркотиков. «В этих статьях ошибочно говорится, что официальные исследования не обнаружили никакой связи попперсов со СПИДом, что попперсы были безвредными» - пишет Джон Лаурицен, который подробно изучил тему попперсов и СПИДа. 113 Эти объявления также говорили, что попперсы, также как витамины, свежий воздух, физические упражнения и солнечный свет, относятся к здоровому образу жизни114 и что они являются неотъемлемой частью «Фантазиленда» гей-сообщества и «прекрасной земли наркотиков, вечеринок и секса». 115

Принципиально сегодняшняя картина ничем не отличается. Хотя некоторые версии препаратов были запрещены из-за высокой токсичности в 1988 и 1990 годах, рекламные сайты для «лекарств для образа жизни», продолжали утверждать, что «попперсы - это самое близкое к истинному афродизиаку, который существует сегодня, и кроме того, они оказались одними из самых безопасных и самых приятных соединений, которые когда-либо видели в мире ».116117

70

Многие важные геевские публикации и организации продолжают пропагандировать попперсы и цензурируют информацию о неблагоприятных последствиях. Это имело разрушительные последствия в обществе, поскольку гей-медиа играют важную роль в информировании и обучении писателей и журналистов, которые сами доставляют важные сообщения о СПИДе широкой общественности. «Действительно, некоторые медиа-органы движения против СПИДа, такие как «Новости лечения СПИДа», широко признаны в качестве средств, определяющих повестку дня для распространения научных знаний, и читаются активистами, врачами и исследователями», - пишет Стивен Эпштейн.118

Еще одним решающим строительным блоком на пути к созданию догмы о том, что СПИД является заразным вирусным заболеванием, было поведение Центров по контролю заболеваний (CDC). С самого начала они не желали изучать связь СПИДа с наркотиками. 119 120 CDC настроен на поиск смертельного вируса, не стесняясь подавлять неприятные данные. В 1982 году их собственный эксперт по СПИДу Хаверкос проанализировал три обследования пациентов со СПИДом, проведенных CDC. Он пришел к выводу, что наркотики, подобные попперсам, сыграли весомую роль в начале болезни. Но CDC отказался опубликовать собственное исследование своего высокопоставленного сотрудника, и Хаверкос перешел в FDA в 1984 году, чтобы стать координатором по СПИДу там.121 Документ, наконец, появился в журнале «Болезни, передающиеся половым путем» в 1985 году. 122 Затем Wall Street Journal перепечатал статью, однозначно заявив, что злоупотребление наркотиками настолько универсально среди больных СПИДом, что именно это, а не вирус, следует считать основной причиной СПИДа.123

Но такие сообщения как будто никто уже не слышал, поскольку мир уже несколько лет назад был отправлен по пути вирусной природы СПИДа. Обсуждение факторов, связанных с наркотиками, закончилось во втором отчёте MMCR от CDC, посвящённом СПИДу (3 июля 1981 г.), в котором были отмечены дальнейшие «чрезвычайно необычные случаи саркомы Капоши».124 Это имело вирусный эффект для средств массовой информации. «Когда первые сообщения о необычной смертельной болезни из Калифорнии начали появляться, выпуски CDC были нашим единственным правильным источником информации», - вспоминает Ханс Халтер, который написал первую статью в Spiegel о СПИДе с заголовком «Эпидемия, которая только начинается».

Халтер, сам специалист в области заболеваний, передаваемых половым путем, просматривал данные CDC с другом-вирусологом. «Нам было ясно, - утверждает Холтер, - что виноват ретровирус, передаваемый через сперму и кровь!» 125 Халтер признался в этой истории, что «иммунная система [у гомосексуалистов], как показывают научные исследования, также скомпрометирована антибиотикотерапией, потреблением наркотиков и интенсивным использованием попперсов».

Тем не менее, непонятно, почему в той же самой статье, только несколькими абзацами ранее, Халтер писал: «Во-первых, «гипотеза попперса» рухнула: контрольная группа гомосексуалов, не инфицированных ВИЧ-инфекцией, также принимала стимулятор, который расширяет кровеносные сосуды и, как говорят, улучшить оргазм».126 Не только это противоречит собственному пониманию Хальтера, что определённый образ жизни повреждает иммунную систему. Кроме того, даже если упомянутый Халтером эксперимент действительно существовал, это он всё ещё далёк от отмены гипотезы о том, что попперсы играют (значительную) роль в начале симптомов болезни, называемых СПИДом.

Вы могли бы подумать, что этот автор должен был сначала рассмотреть это исследование, чтобы прийти к такому выводу. Что именно расследуется? Был ли документ составлен без предвзятости или конфликта интересов? Является ли аргумент убедительным? Мы не знаем, потому что такого исследования никогда не проводилось. Неудивительно, что Халтер не мог назвать исследование по запросу. Вместо этого он рекомендует ознакомиться с книгой Шилта And the Band Played On, добавив: «Возможно, в ней есть ответы».127 Действительно, это правда. По словам Шилта, стартовая точка попперса предлагает объяснение СПИДу. «Все, кто заболел, как будто вдыхали попперс, -пишет Шилтс.128

Конечно, всегда будут люди, которые принимают наркотики, такие как попперсы, и не получают ни одного из таких заболеваний, как, например, лимфатический рак. Но дозировка и длительность времени, в течение которого человек использует препарат, а также другие индивидуальные модели поведения, условия жизни и генетический состав всегда играют определённую роль. Так же, как случайный курильщик имеет меньше шансов получить рак лёгких, чем хронический курильщик.

Нью-Йорк, февраль 2005: от потребителей супер-наркотиков до пациентов с «супер-СПИД-вирусом»


11 февраля 2005 года д-р Томас Фриден, сотрудник службы здравоохранения штата Нью-Йорк, подошел к микрофону и объявил об открытии предположительно смертельного нового штамма ВИЧ, который был устойчив к 20 различным лекарствам от СПИДа. Мировая пресса мгновенно распространила это заявление. Немецкая газета Die Welt под заголовком: «Супер-СПИД в Нью-Йорке» и Suddeutsche Zeitung предположили, что один геё-мужчина, болезнь которого и привела к громкому заявлению доктора Фридена, заразился вирусом на «bareback party» - гей-секс-вечеринке («bareback» относится к анальному сексу без презерватива). В статье было лишь случайное упоминание о том, что этот человек употреблял наркотики, включая кокаин и кристаллический мет (метамфетамины), чтобы быть активным всю ночь.129

К концу того же месяца статья в журнале для геев и лесбиянок San Francisco Вау Times указывает, что «главное, о чём СМИ не сообщили, это что 46-летний пациент три месяца подряд принимал наркотики [и], когда он [наконец] пришёл к врачу, он был всего лишь оболочкой человека». 130 Этот человек также был хроническим наркоманом с 13 лет: сначала марихуана и алкоголь, а затем более тяжёлые наркотики, такие как кокаиновые или кристаллические метантемы, которые оказывают аналогичное стимулирующее и кратковременное действие, повышающее эффективность, и столь же токсичны, как попперсы (которые, вероятно, также были в репертуаре наркотиков для этого человека).131

Это был пример классического пациента со СПИДом. Давайте вспомним, что первые пациенты со СПИДом были описаны как сравнительно молодые гомосексуалисты, сильно зависимые от наркотиков, в возрасте от 30 примерно 45 лет.132 Как же тогда этим больным может помочь дальнейшее химическое отравление в виде высокотоксичных препаратов? То, что вышеупомянутый пациент не положительно отреагировал на какое-либо из двадцати лекарств от СПИДа, не имело никакого отношения к лекарственно-устойчивому вирусу (как это постоянно утверждается), а скорее к тому факту, что организм уже нездорового человека с ослабленным иммунитетом просто не мог переносить высокотоксичные препараты.

Вскоре после известий о мутантной ВИЧ-инфекции в журнале Science появилась поразительная статья, признающая, что до сих пор не было доказательств того, что то, что было названо «штаммом кошмарного вируса», может вызвать заболевание. 133 Жак Норманн (Jacques Normand), директор по исследованиям СПИДа в Национальном институте США по борьбе со злоупотреблением наркотиками (NIDA), подтвердил в интервью, которое было опубликовано в еженедельной газете Freitag, что «вопрос о том, имеем ли мы дело с вирусом супер-СПИД, остается без ответа." И наркотики, продолжил Норманд, нельзя исключать как главную причину проблем со здоровьем 46-летнего пациента.134

Подобные заявления имеют ещё больший вес, если учесть, что как официальные органы, так и специализированные журналы, такие как Science, обычно остаются на одном уровне с ортодоксальной медициной против СПИДа, и что реальная критика или сомнения в догме ВИЧ-СПИД редко встречаются.

Галло, 1994: не ВИЧ, а секс-наркотики, такие как попперсы, вызывают СПИД


На встрече на высшем уровне органов здравоохранения США в 1994 году под названием «Является ли действие нитритов со-фактором в развитии Саркомы Капоши?» - самым известным докладчиком был Роберт Галло (Robert Gallo) из Национального исследовательского института рака (так называемый сооткрыватель ВИЧ), и его заявления заслуживают внимания. По словам Галло, ВИЧ был, безусловно, «каталитическим фактором» в развитии Саркомы Капоши (СК), но даже он признал: «должно быть что-то ещё». Затем он добавил: «Я не знаю, ясно ли я выразился, но я думаю, что все здесь знают - мы никогда не находили ДНК ВИЧ в опухолевых клетках СК.... Другими словами, мы никогда не видели роли ВИЧ как трансформирующего вируса». И в ответ на вопрос Гарри Хаверкоса, тогдашнего директора отдела СПИДа в NIDA, что ни один случай СК не был зарегистрирован среди получателей крови, когда у донора был СК, Галло ответил: «Нитриты [попперсы] могли быть основным фактором ».135

Чтобы полностью оценить заявление Галло, мы должны помнить, что в богатых странах, таких как США и Германия, саркома Капоши была рядом с PCP (пневмоцистная пневмония) - самой значительной болезнью среди пациентов, помеченных как «СПИД». 136 В 1987 году, например, Der Spiegel описал случаи, когда пациентов с саркомой Капоши определяли в разряд СПИД-пациентов как «саркомакоидные скелеты» из «кей-сцены».137

Действительно, «В настоящее время (даже со стороны учёных CDC) принято, что ВИЧ не играет никакой роли, прямо или косвенно, в причинности саркомы Капоши», - пишет австралийский медицинский профессор и эксперт по СПИДу Элени Пападопулос.138 139 140 Учитывая этот фон, кажется парадоксальным, что Саркома Капоши по-прежнему является частью официального определения СПИДа в промышленно развитых странах (любой человек с СК и положительным результатом теста считается пациентом со СПИДом), и что, вопреки фактам, даже такие уважаемые журналы, как The New Yorker всё ещё утверждают, что «саркома Капоши является признаком СПИДа» (т.е. что ВИЧ вызывает СК).141

Der Spiegel: Путь сенсационной журналистики


В любом случае средства массовой информации имеют трудности с фактами. 142 Поэтому они предпочитают заняться своей любимой темой: секс. К концу 1982 года в печатных СМИ США появились десятки статей о «таинственной новой болезни». Вскоре число таких статей подскочило до сотен в месяц. 143 И они постоянно бросали идею о том, что это вирусное заболевание, передающееся половым путем, и оно представляет угрозу для широкой общественности. В Германии журнал «Der Spiegel» взял на себя ведущую роль в этой вирусной пропаганде, опубликовав около 20 статей о ВИЧ / СПИДе с 1983 года, и журнал сообщал о СПИДе гораздо больше, чем о любых других медицинских темах, включая рак. 144 К концу 1984 года один из гамбургских журналов новостей был настолько уверен в своем досье по СПИДу, что одну из своих статей озаглавил «Бомба уже тикает» и что в развитых странах, таких как Германия, «Эпидемия выходит из гей-гетто. И женщины также находятся в опасности». 145 В следующем году Der Spiegel прямо выразил уверенность в том, что каждый из нас рискует, не менее броским заголовком с обложки: «Промискуитет - это двигатель Эпидемии». Далее рассказывается, что «стало ясно, что болезнь начала распространяться за пределы предыдущих группвысокого риска [гомосексуалистов и внутривенных наркоманов]». В статье были опубликованы советы врачей о пресечении распространения ВИЧ: «Всё ещё не имея лекарства в борьбе со СПИДом врачи советуют моногамию гетеросексуалам и безбрачие для геев». Чтобы поддержать эти тезисы, журнал, который в Германии всё ещё олицетворял настоящую (расследовательскую) журналистику, смотрел на заголовки как жёлтой прессы, такие как «Опасность для всех нас: новая народная эпидемия» из The Munich glossy Quick и «СПИД - теперь и женщины умирают» от «зубра» прессы Bild am Sonntag.146

Spiegel практиковал двойную стратегию, включая сенсационные заявления таблоидных СМИ в свой текст таким образом, чтобы они обосновывали собственные тезисы. Тем не менее, он пытался отличить себя от дешёвых таблоидов, написав, что «едва ли день проходит без бульварного издания, захватывающего тему [СПИДа] с заголовками, которые легко привлекают внимание». Но Spiegel был полностью вовлечён в эту игру по дотошному, но искажённому описанию «эпидемии» СПИДа.

В частности, в 1980-х годах Spiegel был буквально «сексуально озабочен», поэтому его статьи изобилуют вопросами вроде: «Должны ли только гомосексуалисты верить в это, может быть, потому, что у Господа всегда был хлыст, ожидающий их?» 147 Так называемые журналисты в изобилии использовали выражения вроде «делать это стоя» ("doing it upright") и «всё внимание на член» ("cock-centered routines") 148 и сетовали на конец «быстрой любви» или «старой доброй любви на одну ночь». 149 И какая же таблоидная журналистика обойдётся без сообщений о «голливудских звёздах», опасающихся СПИДа? По словам Spiegel, «Линда Эванс, которая бездумно поцеловала СПИД-инфицированную Рок-Хадсон из «Денверского клана», просыпается теперь ночью от ужаса. Она кричит в телефон о помощи, потому что её ночные кошмары показывают ей все этапы болезни. Барт Рейнольдс (Burt Reynolds) должен снова и снова подтверждать, что он не гей и не болен СПИДом». 150 Или как насчёт этого крючка: «Рок-звезда Мадонна и другие звёзды поп-музыки отплясывают: «Убери свои руки от меня».151

Бо Дерек (Во Derek), сексуальная икона 1970-80 годов, «даже запрещала [своему мужу] целоваться на сьёмках, кроме как с проверенными СПИД-актёрами» 152 в соответствии с кредо: «нет поцелуя, нет СПИДа». 153 Всевозможные знаменитости проявили свою собственную гомофобную истерию, например, звезда «Денверского клана» Кэтрин Оксенберг, которая сказала: «Если мне придётся работать в будущем с геем, я не буду целовать его». Spiegel даже написал о тогдашнем президенте США: «30% всех актёров - геи. Знает ли об этом Рональд Рейган?» Рок Хадсон (Rock Hudson), казалось, был главной целью каждого заявления, связанного со СПИДом: «Скоты со СПИДом угрожают голливудскому обществу. Чтобы противостоять истерии, Эд Аснер (Ed Asner), уважаемый президент Гильдии киноактеров, предложил на время убрать «поразительные сцены поцелуев из сценариев». Дело принимает серьёзный оборот, святой [Рок] Хадсон!». 154 Поцелуйная фобия стала настолько заразительной, что CDC опубликовало официальное уведомление о том, что «поцелуй не является фактором риска передачи СПИДа».155

В своей истории в Spiegel в 1987 году Вильгельм Битторф не уклонился от своих личных взглядов, сравнив гомосексуальную общину с «вредителями» и сексуальные отношения только с одной женщиной как «необходимое зло»: «А женщина, с которой я спал несколько раз, и которая мне показалась довольно захватывающей, позже сказала мне, что она особенно гордится тем, что геев также привлекают её прелести. Геи! Мне казалось, что кто-то вставил гигантскую сосульку в мой анус. Страх, что я заразился, был огромным. Я понятия не имею, почему. Конечно, я раньше читал и писал много о СПИДе, но страх охватил всего меня. Сдавать анализ крови было ужасно. Это как если бы вы подчинились безотзывному осуждению всей вашей жизни. Затем анализ крови, анонимный, неделя ожидания, едва мог спать по ночам: можно было только думать о себе. Результат теста: отрицательный. Но шок всё ещё глубокий. Моя сексуальная жизнь с того времени перестала подчиняться принципу «хорошо всё то, что тебя заводит». Секс впоследствии был сексом с презервативом, даже когда девушки ворчали об этом. И теперь я живу с одной из них, которую я в итоге выбрал, исходя из критериев того, может ли она быть верной. Я живу моногамно и сосредоточен только на одном человеке. Я обожаю других, но я отрицаю себя». 156

То, что читатели Der Spiegel не «знают больше», поскольку журнал любит рассказывать о себе в своих статьях, 157 становится понятным, если присмотреться к освещению событий с начала 1990-х годо, когда это издание на своих страницах постоянно «гоняло» своих читателей между обретением надежды и полным её крахом, провоцируя их на излишнюю эмоциональность. В статье 1991 года "Mother Nature Improved," «первооткрыватель СПИДа» Роберт Галло хвастается: «В течение десяти лет вакцина против СПИДа будет разработана и будет готова к применению», 158 и в 1995 году было оптимистично сообщено, что первый килограмм (подобной вакцины - саквинавир) изготовлен на заводе швейцарской группы Hoffman-La Roche.159

Затем в 1996 году внезапный пессимизм: «С 1985 года вирусологи, эпидемические врачи, генетики и фармацевтические исследователи обсуждают фатальную победу пандемии (СПИДа) на международных конгрессах по СПИДу, и возможность лечения или получения эффективной вакцины всё ещё лежит в далеком будущем».160

Только через гоя когда фармацевтическая промышленность вывела на рынок новые активные вещества, Der Spiegel подарил своим читателям ещё одно «приподнятое» сообщение: «Теперь слова надежды повсюду - Newsweek и New York Times объявляют о возможном «конце СПИДа». 161

Но мы всё ещё никак не ближе к «концу СПИДа». Это не ускользнуло от Der Spiegel; журнал цитирует Reinhard Kurth, директор Института Роберта Коха, с тезисом: «Оптимизма, который был в начале 1980-х, уже давно нет», так как «вакцина, ограничивающая передачу СПИДА, является только образом, которая может дать обещание долгосрочного успеха против этой самой серьёзной медицинской катастрофы современности, [но] быстрый путь к разработке вакцины против ВИЧ, к сожалению, закрыт».162

Как пишет медиа-исследователь Майкл Трейси, освещение вопроса СПИДа в средствах массовой информации «удовлетворяет потребность в определённого рода новостях, самих по себе невежественных, но в которых есть «море крови», и это всё с готовностью слушает публика, которая очарована странным, ужасным, жестоким, бесчеловечным и страшным». 163 В 1987 году автор «Шпигеля» Вильгельм Битторф описал, возможно, даже не осознав этого сам, этот метод шоковой журналистики: «У СПИДа есть то, чего не хватает другим темам: смерть в результате ядерного

взрыва является анонимной, слепой, безличной, невообразимой даже после Чернобыля и, таким образом, мёртвой и скучной. Это может угрожать уничтожить землю, но это имеет мало общего с наиболее интимными сферами человеческого опыта. Самый худший экологический ущерб гораздо дальше от осознания, чем инфекция в эрогенной зоне. И если бы только ракеты Першинг в [федеральной земле Германии] Баден-Вюртемберг скомпрометировали сексуальную жизнь немцев, они мгновенно исчезли бы оттуда.» 164

Der Spiegel создал собственные «гротескные истории», как история «Мюнхенской учительницы, заражённой СПИДом через простой французский поцелуй». «Я даже не занималась с ним сексом», -с недоумением говорит 26-летняя женщина. Она больше не может работать и ждёт смерти. Или другая женщина из Дюссельдорфа, которая якобы уничтожила свою жизнь во время праздничного приключения в Португалии и сокрушалась: «Я только переспала с ним один раз».165

Эти истории явно препятствуют поиску истины, поскольку они предполагают, что проиллюстрированные условия верны, хотя никто не проверял факты, о которых идёт речь, - и многое говорит о том, что эти истории не представляют собой истину.

СПИД не передаётся половым путём


Итак, простая и в то же время «политически неудобная правда, о которой редко говорят вслух: страшной гетеросексуальной эпидемии никогда не было», - сказал Кевин Грей в американском журнале «Details» для своих читателей в начале 2004 года. 166 «Степень эпидемии» у населения развитых стран практически не изменилась. В США, например, с 1985 года число тех, кто называется ВИЧ-инфицированным, оставался стабильным на уровне миллиона человек (что соответствует доле процента от всего населения). Но если ВИЧ на самом деле был бы новым вирусом, передающимся половым путем, должен был быть и экспоненциальный рост числа заболевших.167

Кроме того, в богатых странах, таких как США и Германия, согласно официальной статистике, поппер-потребляющие гомосексуалисты всегда составляли около 50% всех больных СПИДом, а внутривенные потребители наркотиков - около 30%, а еще 7% - кто входит в обе эти категории. При этом почти все больные СПИДом это мужчины168, которые ведут саморазрушающий образ жизни через приём токсичных наркотиков, медикаментов и т.п. Напротив, та же самая официальная статистика говорит, что в бедных странах:

- гораздо большая часть населения имеет СПИД;

- мужчины и женщины одинаково затронуты этой болезнью; и

- в первую очередь, люди, страдающие от недоедания, страдают от СПИДа 169

Это ясно показывает, что симптомы СПИДа вызваны факторами окружающей среды, такими как наркотики, лекарства и недостаточное питание. И это ясно говорит о том, что здесь действует вирус, «который движется как явление глобализации, подобно потокам данных, финансовым рекам, миграционным волнам, реактивным самолетам, безграничным и неисчислимым», как пишет немецкая еженедельная газета «Die Zeit» на своей первой странице в 2004 году. 170

Такой патоген неизбежно должен был бы нападать на всех людей во всех странах мира одинаково: мужчины и женщины (гетеро- и гомосексуальные), африканские и немецкие, а не атаковать только определённые группы населения с разной эффективностью исходя из расовых и гендерных показателей, как показывают статистические данные. В этом контексте в газете Details упоминается анекдот, который пошёл из Департамента здравоохранения Нью-Йорка, когда началось накопление статистики СПИДа: «Как вы называете человеком, который [говорит, что] получил СПИД от своей подруги?! Лжец!» 171

Фактически, крупнейшие и наиболее продуманные исследования по теме секса и СПИДа показывают, что СПИД не является заболеванием, передающимся половым путем. 172 173 174 Факты особенно очевидны в наиболее полной статье по этой теме: исследование Нэнси Падиан (Nancy Padian) 1997 года по показателям сероконверсии среди пар, опубликованное в Американском журнале эпидемиологии (American Journal of Epidemiology) с периодом наблюдения в десять лет (1985-1995). В нём не было выявлено ни одного случая, когда отрицательный партнер с ВИЧ в конечном итоге стал «позитивным» (или «сероконвертированным») через сексуальные контакты с его или её ВИЧ-положительным партнёром. То есть наблюдаемая скорость передачи равна нулю. 175

23 апреля 1984 года: Галло на телевидении высекает вирусную догму в камне


Американский вирусолог Роберт Галло и министр здравоохранения США Маргарет Хеклер встали перед телекамерами 23 апреля 1984 года с важным сообщением: «Сегодня мы добавляем ещё одно чудо в долгую рутину американской медицины и науки. Сегодняшнее открытие представляет собой триумф науки над страшным заболеванием. Те, кто преуменьшает значение этого научного поиска, те, кто говорит, что мы недостаточно занимаемся этим, не понимают, как идут здоровые, прочные, значительные медицинские исследования».176

СМИ немедленно передали новости своим аудиториям, не подвергая сомнению, какие именно «медицинские исследования» побудили этих учёных поверить в то, что скоро станет догмой установления СПИДа: что СПИД может произойти только в присутствии вирусной инфекции, и что вирус резко разрушает защитные клетки пациента (Т-клетки). Галло и Хеклер затем пообещали, что вакцина против СПИДа будет готова к 1986 году.177

Общественность всё ещё ждёт эту обещанную вакцину. И все остальные из нас, кто поставил под сомнение теорию ВИЧ = СПИД, по-прежнему просят подтвердить тезис Галло о том, что вирус участвует в возникновении симптомов СПИДа, таких как саркома Капоши, рак лёгких, PCP лёгких, опоясывающий лишай, туберкулёз и всё растущее число других заболеваний и расстройств, ежегодно включаемых в список, связанный со СПИДом. Ни одно из «учреждений по СПИДу» не может объяснить, почему даже больные СПИДом на конечной стадии имеют очень мало вспомогательных клеток, которые, как говорят, «заражены» тем, что называют ВИЧ (хотя ортодоксальная медицина точно утверждает, что ВИЧ атакует и убивает эти Т-клетки). По этой причине коллапс иммунной системы не может быть правдоподобным объяснен теорией ВИЧ = СПИД. В 1985 году специализированное издание «Труды Национальной академии наук» обратило внимание на этот «парадокс» Т-клеткок-хелперов.178

Доклад Галло были впервые напечатан в журнале Science через несколько недель после пресс-конференции. Таким образом, до его впечатляющего появления на телевидении, и в течение нескольких дней после этого никто не мог пересмотреть эту работу. Это привело к серьёзному нарушению профессионального научного этикета, особенно, поскольку обзор позже показал, что исследования Галло не дали никаких доказательств для вирусной теории СПИДа.179

Но никто не выступал против этих очень серьёзных нарушений общественного доверия. Вместо этого Галло бросился на серфинг на глобальной волне вирусной паники - как непогрешимый исследователь. И журналисты поверили ему, поэтому этот план борьбы со СПИДом, связанный с вирусом, был быстро встроен в средства массовой информации, и с этого времени он будет вести всю общественную информацию о СПИДе. Слова «вирус», «причина» и «СПИД» неразрывно связаны, и мир считает, что СПИД является заразным. Научные журналисты по всему миру были в восторге от того, что у них отличная история о эпидемии, передающейся половым путем, не говоря уже о смелом медицинском герое и спасителе Роберте Галло.

Тот факт, что большая часть мира просто запала с закрытыми глазами на теорию Галло, был подтверждён в исследовании Стивена Эпштейна. Социолог проанализировал отчёты о СПИДе в ведущих специализированных журналах в период формирования мнений с 1984 по 1986 год. Было показано, что среди опубликованных текстов, ссылающихся на бумаги Галло, доля, которая описывала гипотезу о вирусе = СПИД уже как на факт, подскочила с 3% до 62% - между 1984 и 1986 годами.

«Выражения сомнения или скептицизма [вирусного тезиса] - единственная поддержка других гипотез - были [в отличие] необычайно редкими в течение этого периода с 1984 по 1986 год», -утверждает Эпштейн. 180 «Подобные выводы, безусловно, подтверждают утверждение [общественного критика Паулы] Трейхлер (Paula Treichler) о том, что Галло и его близкие соратники создали сеть цитат, которые служили для создания впечатления большей уверенности, чем оправдались собственные данные Галло. В циркулярном виде каждая статья указывает на другую, как обеспечивающую определённое доказательство, т.е. создавая порочный непроверяемый круг». 181 Это оказало огромное влияние на средства массовой информации (и на общественное мнение), которые обычно просто копируют информацию, напечатанную в журнале Nature, Science или других специализированных журналах.182

Вирусомания

«Вероятная причина СПИДа была найдена», - заявил американский микробиолог Роберт Галло на пресс-конференции 23 апреля 1984 года (слева от него - министр здравоохранения США Маргарет Хеклер). Источник: телевизионный документальный фильм «СПИД-Сомнение» Джамеля Тахи, транслируемый на немецком Arte Television, 14 марта 1996 года.

New York Times: Тесные отношения главного медицинского репортёра Л.К. Альтмана с эпидемическими властями


По данным исследования, опубликованного в 1992 году в журнале New England Journal of Medicine, сообщения значительной части средств массовой информации также повлияли на содержание научных журналов. Даже ведущие учёные доверяют источникам средств массовой информации, таким как New York Times, 183 газете, которая часто служит мерилом для других средств массовой информации. Вот почему редакторы часто спрашивают американских журналистов, пишущих свои сюжетные идеи: «Разве Нью-Йорк тайме уже написал про это?» 184

Но насколько объективным и обоснованным был обзор истории со СПИДом в New York Times? Эпштейн также исследовал это и обнаружил, что в специализированных публикациях в период между 1984 и 1986 годами как доля, так и общее количество статей, в которых слепо повторялось что ВИЧ вызывает СПИД, резко увеличились. 185

Главный медицинский корреспондент газеты New York Times Лоуренс Альтман (Lawrence Altman) отличился как ведущий главный герой СМИ стоящи за теорию о том, что СПИД вызван ВИЧ. Альтман был настолько убеждён в утверждениях Галло, что в течение нескольких недель после конференции Heckler-Gallo 23 апреля 1984 года он использовал неологизмы «вирус СПИДа» и «тест на СПИД», хотя в статье от 15 мая 1984 года Альтмана признаёт, что «как Красный Крест и другие исследования, один из самых сложных вопросов, на который нужно ответить, это: что означает положительный результат анализа крови? На этом этапе исследований в области СПИДа учёные не знают, означает ли положительный результат теста, что у человека есть активная инфекция, или он может передавать СПИД, или он имел инфекцию в какой-то неизвестной точке в прошлом, но выздоравливал, не заболев, или мог бы в будущем создать смертельный случай».186

Тем не менее, ни одно из основных средств массовой информации с тех пор не ответило на этот «трудный» вопрос, и вскоре просто отказались от его публичного обсуждения. «Вирус СПИДа» стал синонимом «ВИЧ», так же как «тест на СПИД» заменил более правильный, хотя всё ещё загадочный термин «тест на антитела», хотя сам Альтман несколько месяцев спустя признал, что «учёные ещё не выполнили постулаты Коха для СПИДа.»187

В итоге очень быстро оба этих термина прочно утвердились.188 Это очень проблематично, однако, поскольку они представляют научные теорияи, которые никогда не были доказаны. В данном случае:

- что вирус, называемый ВИЧ, вызывает заболевания, сгруппированные вместе под термином «СПИД» (саркома Капоши, черепица, туберкулез и т.д.);

- что наличие антител к ВИЧ действительно может быть доказано с помощью теста на ВИЧ.

Критики подвергли сомнению объективность Альтмана и обвинили его в предвзятости к Центрам по контролю за заболеваниями. В 1963 году, будучи врачом, Альтман присоединился к Службе эпидемиологической разведки (EIS), которая была сформирована через несколько лет после Второй мировой войны. Альтман был высокопоставленным учёным EIS.189 И, как и CDC, который так привязан к опасностям инфекций, так что он практически исключил другие возможные причины, такие как химические вещества или токсины 19°, EIS всегда был предвзятым к одной цели: бороться с вирусами.

Информация веб-сайта EIS с гордостью утверждает, что учёные EIS «обнаружили, как передаётся вирус СПИДа». 191 И так как мало кто покидает элитный отряд, собственная ассоциация выпускников EIS принципиально «пытается укрепить дух лояльности к EIS через свою деятельность».192 Антивирусная система CDC также не может быть классифицирована, в принципе, как объективный источник информации вообще. Тем не менее, политики и журналисты продолжают доверять тому, что на любую информацию, которую обнародует CDC, можно опираться без проверки.193 Например, в 2005 году немецкий Sueddeutsche Zeitung писал: «Во всем мире Центры по контролю заболеваний США [CDC] считаются образцом быстрого и последовательно действующего эпидемического авторитета».194

Альтман, благодаря своим высокоуровневым связям в CDC, получал различные данные от «чиновников от эпидемии».195 И в 1992 году он даже открыто признал в журнале Science, что он полагался на взгляды CDC. И когда «CDC не был уверен в том, чтобы публиковать» те или иные данные, Альтман не выносил это в свои статьи. 196 Но, как ни странно, никто не счёл нужным спросить, почему лучший медицинский репортёр The New York Times, который оказывает существенное влияние на формирование общественного мнения, чувствует себя обязанным следовать линии федеральной власти.

1987: Лучшие эксперты выходят на сцену с критикой ортодоксального понимания СПИДа


В середине 1980-х годов, когда тема «fast-lane lifestyle» была отодвинута в тень новой «вирусной» идеей, не было действительно веских голосов оппозиции доминирующим взглядам на СПИД. Как утверждает социальный психолог Элизабет Ноэль-Нейман (Elisabeth Noelle-Neumann), только члены определенных групп оказывали необходимое влияние на власть предержащих, чтобы оказать решающее воздействие на формирование общественного мнения.

В то же время «настоящие профессионалы должны прежде всего высказывать своё мнение перед публикой», - говорит Ноэль-Нейман. 197 И так оно в итоге и произошло - в лице Питера Дюсберга (Peter Duesberg), члена Национальной академии наук, высшего научного комитета США и одного из самых известных исследователей рака в мире. Критик первого класса вышел на ринг, чтобы оспаривать принятую за аксиому причину СПИДа. 198 Но первая крупная критика Дюсберга в журнале Cancer Research появилась только в 1987 году - другими словами, к тому времени, когда вирусная паника уже бомбардировала общественность в течение нескольких лет. И по мере того, как проходили эти годы, становилось всё менее вероятным, что сторонники теории «СПИД=вирус» пойдут на попятную, поскольку они уже очень много вложили в себя как в финансовом, так и в личностном и профессиональном плане. Будь то в Spiegel, Die Zeit, The New York Times, Time или Newsweek - теория ортодоксии СПИДа была защищена повсюду. Исследователи, такие как Галло, оказались просто неспособными отступить от своих первоначальных заявлений, потому что «ставки уже слишком высоки», отмечает американский журналист Селия Фарбер. «Галло стоит на своём, чтобы заработать много денег от патентных прав на этот вирус. Вся его репутация зависит от вируса. Если ВИЧ не является причиной СПИДа, от Галло ничего не останется. Если это не ретровирус, Галло станет никому не нужным.» И Галло не был бы единственным, кто стал бы никем.

Кроме того, «было бы очень неловко теперь сказать, что может быть, из-за положительного результата [теста] на антитела не стоило совершать самоубийство или сжигать дома», - заявляет Фарбер. 199 Ведь, по сути, многие люди, большинство из которых были абсолютно здоровы, убили себя только потому, что они получили клеймо «ВИЧ-положительный».200

Как и в случае эпидемии полиомиелита, при СПИДе чёткие токсикологические связи полностью удалены из описательной картины в ходе этой вирусной мании. Здесь мы должны учитывать, что нет денег, которые можно получить с помощью гипотез, связанных с рекреационными наркотиками, что подчеркивает отравление наркотиками, лекарствами и другими химическими веществами, такими как пестициды. Напротив, запрещение определенных химических веществ привёдет к огромным потерям прибыли для производственных и перерабатывающих отраслей, а также фармацевтической, химической, автомобильной и игрушечной промышленности, а также для средств массовой информации, существование которых во многом зависит от доходов от рекламы этих отраслей.

Напротив, теория вирусов прокладывает путь для получения миллиардных прибылей с продажи вакцин, ПЦР-тестов, тестов на антитела и противовирусных препаратов. «В мире биомедицинских исследований повсеместно распространены связи с промышленностью, но упоминание об этом не делается», - пишет Уильям Бут в Science ещё в 1988 году.201 Соответственно, постоянно изобретаются новые вирусы - Эбола, атипичная пневмония, птичий грипп, вирус папилломы человека (ВПЧ) - но только для сохранения денежных потоков.202

Но сомнения в вируной догме были настолько чёткими и понятными, что с конца 80-х годов всё больше и больше людей стали делиться этой критикой. Среди них было несколько известных учёных, таких как бывший микробиолог Гарварда Чарльз Томас (Charles Thomas)203, который основал организацию «Переосмысление СПИДа» ("Rethinking AIDS") в начале 1990-х годов 204 (переименованную в «Reappraising AIDS» в 1994-м году 205) и позже переименовал её обратно в «Переосмысление СПИДа»), Томас собрал сотни медицинских специалистов, молекулярных биологов и других критиков теории ВИЧ=СПИД. Среди них был Харви Бялы (Harvey Bialy), соучредитель Nature offshoot Nature Biotechnology, и математик Йельского университета Серж Ланг (Serge Lang - который умер в 2005 году); как и Дюсберг, Ланг был членом Национальной академии наук (список более 2000 критиков находится на веб-сайте Rethinking-AIDS, который был реорганизован в начале 2006 года: www.rethinkingaids.com ).

«Хорошо, что гипотеза ВИЧ подвергается сомнению», - заявил лауреат Нобелевской премии по химии Уолтер Гилберт (Walter Gilbert) в 1989 году в Oakland Tribune. 206 Дюсберг, признал Гилберт, «абсолютно прав, говоря, что никто не доказал, что СПИД вызван вирус, и он абсолютно прав, что вирус, культивируемый в лаборатории, не может быть причиной СПИДа. Нет животной модели для борьбы со СПИДом, и там, где нет животной модели, вы не можете установить постулаты Коха». По словам Гилберта, эти аргументы были настолько убедительными, что он «не удивился бы, если бы была другая причина СПИДа, и если даже ВИЧ не был бы при этом обнаружен».

Спустя некоторое время Гилберт выразил фундаментальные заявления в документальном фильме, критикующем ВИЧ/СПИД, который вышел на английском телевидении: «Общество в целом не терпеливо слушает критиков, которые принимают альтернативные взгляды, хотя большой урок истории состоит в том, что знания развиваются в результате конфликта точек зрения, что, если у вас есть просто консенсусное мнение, оно, как правило, омрачается, оно не видит проблем этого консенсуса, и это зависит от самих критиков, чтобы разбить этот айсберг и перенять знания для развития».207

СМИ предпочитают, чтобы этот консенсусный аргумент был свой, хотя их обязанность - тщательно изучать каждое медицинское требование, разбирать факты из теории и вопроса, даже правило большинства (как бы оно ни было сформировано), чтобы прояснить каждую проблему. Но в 1990 году, например, даже почтенная New York Times противостояла провокационному аргументу предполагаемого «одиночного диссидента» Питера Дюсберга, когда утверждала, что «практически все ведущие ученые, работающие в области СПИДа, считают, что Дюсберг ошибается». Тем не менее, к 1990 году, как показано выше, многие известные исследователи заявили, что основные исследования не могут предоставить никаких доказательств для теории ВИЧ=СПИД.208

В 2000 году журнал Newsweek выразил недоверие, что «консенсус не впечатляет» критиков гипотезы вируса в статье «ВИЧ-неверующие». Одновременно эта статья называет аргументы ортодоксальных ученых «чёткими, исчерпывающими и недвусмысленными». Но доказательства, подтверждающие это заявление, Newsweek не может предоставить (даже по запросу).209

1994: Исследователь СПИДа Дэвид Хо совершенно не убедителен.


Джон Мэддокс, редактор Nature с 1966 по 1996 год провёл персональную кампанию против критиков гипотезы ВИЧ=СПИД. Он даже публично подвергал цензуре Дюсберга. 7 ноября 1994 года он оправдывал статью в Spiegel, заявив, что «безответственно» утверждать, что «потребление наркотиков является причиной СПИДа».210 Сэр Мэддокс позже опроверг это в личном письме к кильскому интернисту Клаусу Койнлейну 20 сентября 1995 года, говоря, что он «не подвергал цензуре» Дюсберга из-за его взглядов, но только из-за того, как он настаивает на их выражении». И Мэддокс добавил: «что родственник моей жены умер от СПИДа».211

Но поведение Мэддокса, управляющего научной дискуссией только исходя из личных взглядов, является самым фривольным и неэтичным. Делая это, он не отвечает за свою ответственность в качестве главного редактора Nature - публикации из которой берутся за основу многими средствами массовой информации.

Мэддокс воспользовался огромным влиянием «своего» журнала Nature ещё в начале 1995 года, когда он опубликовал статью исследователя СПИДа Дэвида Хо (David Но), который утверждал, что убедительно доказал, что только ВИЧ вызывает СПИД.212 Но критики порвали аргументы Хо в клочья. Качество данных и моделирование были непонятными и «столь же убедительными, как жираф, пытающийся проникнуть на вечеринку полярных медведей, надев только солнцезащитные очки», как шутит австралийский учёный Марк Крэддок в своей детальной критике.213

В свою очередь, лауреат Нобелевской премии Кэри Муллис (Kary Mullis ) заключает: «Если Мэддокс всерьёз думает, что эти публикации действительно доказывают, что ВИЧ вызывает СПИД, тогда он должен выйти на улицу и застрелить себя, потому что у него не было никакого оправдания, почему он отверг все мои возможные объяснения и альтернативные гипотезы? Почему у Мэддокса было такое фиксированное мнение? Почему у всего мира такое фиксированное мнение? Если бы до 1995 года, чтобы выяснить, что производит СПИД, как все могли знать это в течение десяти лет? факты сейчас находятся на столе, и если их внимательно изучают, то совершенно очевидно, что ВИЧ не может быть причиной СПИДа. Нет никаких оснований полагать, что все эти болезни СПИДа имеют одну и ту же причину».214

По мнению журналистов К.Лангбейна и Б.Эгартнера в их книге «The Medicine Cartel»,216 эта ошеломляющая критика в конце концов обнаружила публичную проверку в ноябре 1996 года, когда в Science была напечатана статья, которая не оставила камня на камне от тезисов Хо. В научной статье выяснилось, что Хо на самом деле не обнаружил никаких следов жестокой битвы в организме между ВИЧ и иммунной системой.216

СМИ под заклинанием известных учёных-исследователей


К сожалению, немногие журналисты в средствах массовой информации проводили необходимые исследования, прежде чем писать о ВИЧ и СПИДе. Вместо этого в газетах постоянно были освещены истории, одобренные СПИД-истеблишментом, для которых нужны герои и короли, предатели и злодеи.217 И научные журналисты особенно склонны воздавать хвалу таким историям.

«Сначала пришёл Бог, а затем пришёл Галло», - указала Флосси Вонг-Штаал, ближайший соратник Галло и его супруга в Los Angeles Times в 1986 году. 218 Год спустя, Washington Post цитирует Сэма Бродера, директора Американского национального онкологического института, говоря: «Эйнштейн, Фрейд, я бы поставил его [Галло] в этот список, я бы это сделал».219

С Дэвидом Хо этот избыток тоже не сдерживался. В Рождество 1996 года, всего через несколько недель после того, как журнал Science критиковал основы работы Хо, немецкий Tageszeitung , без всякой иронии, назвал его «искупителем» и «долгожданным Мессией на сцены СПИДа». 220 В чём причина такого ликования? Ловкий лозунг, с которым Хо прославился в середине 1990-х годов и который по крайней мере в течение нескольких лет стал глобальной главной доктриной для терапии СПИДом: «Ударить по ВИЧ как можно сильнее и раньше!» Он подтвердил, что назначает высокие дозы антиретровирусных препаратов как можно раньше, даже тем ВИЧ-положительным пациентам, у которые нет симптомов болезни.221

Через несколько дней после его канонизации в Tageszeitung Хо был отмечен на обложке журнала Time как «Человек года 1996». Он был изображён как «гений», чей «блеск» произвёл «одни из самых смелых, но наиболее убедительных гипотез в эпидемической кампании против ВИЧ. [Его] дух поражает, проявляется в страстной трансцендентности, которая очевидна в его жестах ... [Хо] -необычайная американская история успеха». Шпигель не хотел отставать и вскоре объявил Хо, благодаря его «решительному оптимизму», «новым сияющим светом в мире исследований». 222

Эта эйфория продолжалась не долго. В феврале 2001 года даже Альтман вынужден был признать в «своей» Нью-Йорк тайме , что официально переосмысляет принципы терапии СПИДа и от концепции Хо («Ударить по ВИЧ как можно сильнее и раньше!») пришлось отказаться. Оказалось, что лекарственные препараты слишком токсичны, вызывают повреждение печени и почек, и что их воздействие было иммунодепрессивным, другими словами, они подвергали жизнь пациентов опасности.223

Тем не менее, даже это поражение не помешало Sueddeutsche Zeitung в начале 2004 года разместить на своих страницах статью, в которой говорилось что «применение принципа Хо -ударить по ВИЧ как можно сильнее и раньше - с которым он революционизировал терапию ВИЧ, привёло к тому, что у пациентов были лучшие шансы выживания.» 224

СПИД-лекарства: Басня о продлении жизни


В 1987 году антиретровирусный препарат AZT стал первым разрешённым «лекарством от СПИДа». В то время, и в последующие годы ВИЧ-инфицированным больным СПИДом, как правило, давали только один препарат. Это изменилось в 1995 году, когда была введена множественная комбинированная терапия HAART (ВААРТ), при которой, как видно из названия, пациенту одновременно вводится несколько веществ. Здесь, опять же, средства массовой информации разразились заголовками и конфетти для другой вечеринки, организованной СПИД-истеблишментом. Например, Science объявил это «новое оружие против СПИДа» «прорывом 1996 года».225 И было общепризнано, что антиретровирусные препараты «помогли бы людям со СПИДом жить дольше», как было объявлено в 2004 году в Washington Post.226

Ганс Холтер из Spiegel даже дал конкретные цифры: «Те, кто находится под влиянием лекарств, в настоящее время живут в среднем от 10 до 15 лет. Напротив, другие, которые не принимают никаких препаратов, живут только от 5 до 10 лет».227 Эти препараты породили миллиарды долларов дополнительного дохода для производителей лекарств: в 2000 году глобальный доход составил 4 млрд. долл. США; к 2004 году он подскочил до 6,6 млрд. долл. США, а в 2010 году он должен пройти отметку в 9 млрд. долл. США (книга написана в 2009 году - прим, переводчика). Для фарм.гигантов эти препараты являются бестселлерами. Например, для компании Roche препарат Fuzeon, который вышел на рынок в августа 2004 года, вызвал увеличение оборота на 25%.228

Но утверждения о влиянии лекарств ВААРТ на увеличение продолжительности всей жизни несостоятельны. Тщательный взгляд на сравнение показателей выживаемости Холтера, например, собранных из журнала Arzteblatt (Медицинский журнал) для Шлезвиг-Гольштейна, показывает, что средняя продолжительность жизни пациентов, принимавших лекарства, составляло четыре месяца в 1988 году и 24 месяца в 1997 году.229 И согласно Бюллетеню CDC, сегодня (2009 год) он составляет 46 месяцев230 - далеко от 15 лет, упомянутых Холтером. Но каким бы ни было увеличение продолжительности жизни, одно очевидное упущение состоит в том, что все, как врачи, так и пациенты, подходят к проблеме более тщательно, потому что они всё больше узнают о токсичности рекомендуемых лекарств.

Теперь эти препараты часто вводят или принимают с перерывами (так называемые «отпуска» в лечении), а также в более низких дозах. Самый ранний пример этого лечения был связан с первым лекарством от СПИДа, AZT, которое в конце 1980-х годов всё ещё давалось в дозах 1500 мг в день. Но в начале 1990-х годов суточная доза была снижена до 500 мг, поскольку даже официальная медицина не могла игнорировать тот факт, что введение более высоких доз приводило к значительно более высоким уровням смертности.231

Кроме того, мы должны трезво признать, что даже продолжительность жизни в течение 46 месяцев это не так уж и долго, особенно если учесть, что, возможно, миллионы этих «пролеченных» людей живут с серьёзными побочными эффектами от приёма токсичных препаратов, которые отрицательно влияют на качество жизни. Мы также должны признать, что есть так называемые долгосрочные выжившие или «нон-прогрессоры». Общим для этих «позитивных» людей является тот факт, что они с самого начала отказались от «лекарств от СПИДа» или принимали их короткое время. Многие из них имели положительные результаты теста более двух десятилетий назад и всё ещё живы.232233

Официальная медицина теперь называет этих ВИЧ-положительных людей, которые отвергают лекарства от СПИДа, «элитная контрольная группа», как будто они как-то сверх-люди. 234 В настоящее время утверждается, что только 2% пациентов со СПИДом могут соответствовать этой категории, но только крупное контролируемое глобальное исследование (которое фактически отсутствует) сможет определить точное число ВИЧ-положительных людей, которые остаются здоровыми, не принимая лекарств от СПИДа. Тем не менее, количество таких «элитных контролёров», вероятно, намного выше, но «подавляющее большинство [так называемых] ВИЧ-положительных являются долгосрочными выжившими!», - заявляет микробиолог из Беркли Питер Дюсберг. - «Во всем мире их много миллионов».235

Взгляд на статистику CDC до 1993 года 236 (и статистика 2003 года из Института Роберта Коха) 237 показывает, что число смертей «от СПИДа» в США, а также в Германии уже достигло максимума в 1991 году и уменьшилось в последующие годы. И логически, множественная комбинированная терапия, введенная в 1995/1996 годах, не может нести ответственность за это снижение. Однако свежая статистика от CDC показывает, что пик смертности лежит примерно в 1995/1996 годах. Как это может быть?

По словам статистика Владимира Колядина, который проанализировал данные о смертности, это связано с тем, что в начале 1993 года СПИД в США был вновь значительно переопределён. С 1993 года любое индивидуальное тестирование ВИЧ-положительного человека с менее чем 200 CD4-клетками на микролитр крови засчитывалось как больной СПИДом. Если бы оба критерия были выполнены, диагноз «определяющих СПИД» заболеваний, таких как опоясывающий герпес или саркома Капоши, больше не требовался (хотя прежнее определение, скажем, положительного теста ВИЧ + СК = СПИД по-прежнему действовало).

Это расширение определения СПИДа означало, что на многих людей стал накладываться ярлык «больной СПИДом», хотя на самом деле они вообще не болели. Лабораторного анализа, показывающий, что у человека было менее 200 клеток CD4 на микролитр крови, была достаточно для определения у этого человека СПИДа. Но что конкретно в конечном итоге означает это значение само по себе, так и не понятно. 238 Некоторые страны, такие как Канада, даже решили не вводить параметр «количество клеток CD4» в качестве критерия для определения СПИДа.239

В любом случае число случаев СПИДа в США удвоилось за одну ночь в результате расширения определения СПИДа в 1993 году. Это обеспечило максимальное число случаев СПИДа, а вместе с ним пик смертности был отодвинут (см. Диаграмму) с начала на середину 1990-х годов. «Если бы представители общественности и политики осознали, что эпидемия СПИДа снижается, это могло бы привести к сокращению бюджета для программ исследований и профилактики СПИДа, включая бюджет самих CDC», - говорит Колядин. «Расширение определения СПИДа в 1993 году помогло скрыть тенденцию к снижению эпидемии СПИДа. Разумно предположить, что основным мотивом внедрения нового определения СПИДа в 1993 году было сильное нежелание CDC выявить снижение тенденции к эпидемии СПИДа».240

Диаграмма 5


Число случаев СПИДа в США, 1982 -1995 гг.

- в соответствии со старым определением СПИДа (темные полосы, «классический СПИД»); и

- в соответствии с определением 1993 года (белые полосы, включая критерий клетки-Сй4).

Вирусомания

Источник: Колядин, Владимир, «Некоторые факты, связанные с расширением определения СПИДа в 1993 году», март 1998 года; (Koliadin, Vladimir, Some Facts behind the Expansion ofthe Definition of AIDS in 1993 ) cm. www.virusmyth.net/aids/data/vknewdef.htm

Даже если мы отбросим все эти соображения в сторону, введение комбинированной терапии (ВААРТ) и новых активных веществ (в частности, ингибиторов протеаз) в 1995/1996 годах не может объяснить сокращение смертности от СПИДа; когда вводились новые вещества, они были недоступны для значительной части пациентов.

Кроме того, метаанализ данных из Европы, Австралии и Канады показывает, что в 1995 году пациенты использовали комбинированную терапию всего за 0,5% времени лечения. В 1996 году -4,7%, что по-прежнему было крайне редко.241 Бывший директор CDC Джеймс Карран сказал CNN, что в то время «менее 10% инфицированных американцев имели доступ к этим новым методам лечения или принимали их».242

Десять лет спустя, в то время как средства массовой информации отметили 10-летие ВААРТ, Lancet опубликовал исследование, в котором оспаривалась пропаганда о ВААРТ, показывая, что снижение так называемой вирусной нагрузки не «привело к снижению смертности» для людей от токсичных комбинаций лекарств от СПИДа. Многоцентровое исследование, крупнейшее и самое длинное в своем роде, отслеживало влияние ВААРТ на 22.000 наивных ВИЧ-положительных пациентов в результате их лечения в период с 1995 по 2003 год в 12 местах в Европе и США. Результаты исследования опровергают популярные утверждения о том, что новые лекарственные средства ВААРТ продлевают жизнь и улучшают здоровье.243

Комментируя эту статью, Феликс де Фрис из AIDS-Therapy Study в Цюрихе, Швейцария, сказал следующее: «Исследование Lancet показывает, что после короткого периода времени приём ВААРТ приводит к усилению или развитию именно тех оппортунистических заболеваний, которые определяют СПИД: от грибковых инфекций лёгких, кожи и кишечника до различных микобактериальных инфекций». Де Фрис также отмечает, что ВААРТ не приводит к устойчивому увеличению: количества лимфоцитов CD4, отсутствию снижения заболеваемости СПИДом и снижению смертности; его использование также связано с перечнем серьёзных неблагоприятных событий, таких как сердечно-сосудистые заболевания, липодистрофия, лактоацидоз, печёночная недостаточность, остеопороз, дисфункция щитовидной железы, нейропатия и рак.244

Тем не менее, почему вообще возник спор о преимуществах и недостатках ВААРТ, поскольку утверждения о продлевающих жизнь эффектах этих лекарств невозможно проверить в первую очередь? Заявления о продлевающих жизнь эффектах препаратов являются невозможными, поскольку прецедентное условие не выполнено: плацебо-контролируемое исследования. Поскольку, если нет никакого сравнения с группой, принимающей неэффективный препарат (плацебо), невозможно узнать, вызваны ли изменения (улучшение или ухудшение состояния здоровья пациента) лекарством или нет. Исследования плацебо, однако, практически не проводились со времени исследования Фишля 1987 года, опубликованного в NEJM, поскольку, как говорится, «исследование Фирша показало, что AZT является эффективным».245

По этой причине СПИД-истеблишмент с тех пор утверждает, что больше не является этически оправданным, чтобы не давать (предположительно) спасающие антиретровирусные препараты пациентам (даже на стадии их испытаний).

Люди как морские свинки


Однако есть несколько возражений против этого «этического» аргумента. Мало того, что даже ведущий ортодоксальный учёный, верящий в СПИД, утверждает, что в медицинской науке «ни один исследователь не может оценить эффективность препарата с научной определённостью, не тестируя его против плацебо». Кроме того, как было указано, это не ВААРТ, но значительное расширение параметров определения болезни, а также резкое сокращение доз СПИД-препаратов, таких как АЗТ, привели к снижению смертности от СПИДа в 1990-х годах. Более того, новые исследования показывают, что большинство обещаний эффективности лекарств в области медицины просто-напросто ложны.

Фармацевтические препараты, рекламируемые в глянцевых рекламных объявлениях и телевизионных рекламных роликах, не отвечают за улучшение здоровья пациентов - скорее их эффективность можно оценить не более чем от эффекта плацебо. Особенно это следует учитывать, если учесть, что расходы на фармацевтические препараты увеличились на 2500% в период с 1972 по 2004 год - с 20 до 500 млрд, долларов в год.246247

Более того, два исследования, проведённые Американским управлением по контролю за продуктами и лекарствами (FDA), приводят к общему введению контроля плацебо. Это имеет смысл, поскольку вполне возможно, что предлагаемые новые препараты вообще не будут иметь никакого эффекта. Или что, по сравнению с плацебо, они вредны; то, что также очень возможно, потому что лекарства, как правило, часто связаны с побочными эффектами - иногда даже смертельным.248249

Какое право медицинская промышленность имеет проповедовать об этике, когда её собственные испытания на людях приводят к смертельным случаям и физическому ущербу и это замалчивается, чтобы получить разрешение на продажу своих лекарств для широкой общественности? Только в США 3,7 миллиона человек, в основном бедные латиноамериканские иммигранты, добровольно зарегистрировались для участия в медицинских испытаниях. Отсутствие прозрачности и конфликтов интересов по-прежнему вызывает эпидемию этих испытаний лекарств на людях, которые спонсируются крупнейшими фармацевтическими компаниями мира.250 Даже наши наиболее уязвимые граждане не защищены от махинаций медицинского промышленного комплекса, как было показано в 2004 году. На младенцах в возрасте от нескольких месяцев проводили эксперименты в американских клиниках, частично финансируемых фармацевтическими фирмами, такими как GlaxoSmithKline, вводя им коктейли до семи препаратов в каждом. В основном эти младенцы были чернокожими и детьми латиноамериканцев из самых бедных районов, собранных под эгидой таких учреждений, как Incarnation Children's Center (ICC) в Нью-Йорке; ICC был даже вознаграждён за поставку детей для проведения испытаний. «Стивен Николас, например, был не только директором ICC до 2002 года, он также одновременно был членом Педиатрической медицинской консультационной группы, которая должна была проверить тесты, что означает серьезный конфликт интересов», - критикует Веру Шарав, президента Альянса за защиту человеческих исследований (Alliance for Human Research Protection - AHRP) - «сторожевого пса» медицинской промышленности.

Эти первые фазы испытаний (Фаза 1 и Фаза 2) связаны с самым высоким риском для здоровья, поскольку они не предназначены для установления эффективности, поэтому воздействие на участников испытаний крайне непредсказуемо. Эти ранние исследования не предназначены для проведения эффективной терапии, а скорее определяют, насколько токсичны вещество (Фаза 1), чтобы затем оценить, действительно ли тестируемое действующее вещество оказывает какое-либо влияние (Фаза 2). Биотехнолог Арт Каплан объяснил, что большинство шансов, как правило, проявляются против испытуемого лекарственного средства: если испытания Фазы 1 доказывают, что вещество полезно для индивидуума, это должно было бы называться «чудом».251

«Дети страдали от побочных эффектов тестируемых на них лекарств», - говорит журналист Лиам Шефф (Liam Scheff), который обнародовал эту историю в начале 2004 года на альтернативном вебсайте. «И если ребёнок не хотел добровольно глотать то, что им давали, им вшивали через брюшную стенку пластиковые трубки, через которые эти препараты вводили непосредственно в желудок». Результат: повреждение головного и костного мозга, слепота, инсульты - и «некоторые дети даже умерли», согласно расследованию Шеффа.252 Газета The New York Post опубликовала эту историю под заголовоком: «Колдуны от СПИДа используют людей как морских свинок. 253 ВВС также использовал этот заголовок для своего телевизионного документального фильма «Дети - морские свинки».254

В 2005 году официальное расследование в конечном итоге пришло к выводу о том, что «финансируемые правительством исследователи, которые тестировали лекарства от СПИДа на приёмных детях в течение последних двух десятилетий, нарушали федеральные правила, направленные на защиту уязвимых молодых людей». 255 Это, в конечном счете, побудило газету The New York Times, которая в остальном всегда было первой в пропаганде тезиса ВИЧ=СПИД, также заняться взрывоопасной темой, и уже с явно отличающимся уклоном. В статье было указано, что два педиатра говорят, что «испытывать многообещающие лекарства на детях только потому, что они находились в приемной семье, были бы бесчеловечными» и «есть внушительные доказательства того, что [детям] помоглилекарства».256 Сведения об этом «внушительном доказательстве», однако, никогда не предоставлялись. Мы даже попросили авторов статьи в Times назвать исследования, подтверждающие эти утверждения, но ответа не было.257

Это может показаться невероятно шокирующим, но всё это слишком распространено в исследованиях по СПИДу. «Я просмотрел литературу для доказательства того, что лекарства от ВИЧ-инфекции фактически продлевают жизнь или, по крайней мере, улучшают качество жизни детей, получающих эти препараты, - но я не мог найти никакой поддержки ни для какой возможности», -говорит исследователь проблемы СПИДа Дэвид Расник (David Rasnick). «Например, исследование «Ламивудин у ВИЧ-инфицированных детей» Льюиса ('Lamivudine in HlV-infected children by Lewis et al) не только не имеет контрольной группы, но и сами авторы также признают, что [антиретровирусное] исследуемое соединение Lamivudine действует как уничтожитель ДНК-цепи. И нет данных в документе, показывающем, что препарат делает что-то хорошее для детей. Напротив, среди 90 детей, участвовавших в исследовании, «11 детей должны были быть отозваны из исследования для прогрессирования болезни [другими словами, это не помогло им] и 10 из-за возможной токсичности, связанной с ламивудином, и 6 детей умерли».258

Но ортодоксы от СПИДау продолжали идти по собственному пути, назвав клинические испытания с участием детей настолько «громкими в своём успехе», что эти тесты теперь распространяются в Азию и Африку», - говорит Энни Бэйн, пресс-секретарь Медицинского центра Колумбийского университета , который также участвовал в испытаниях. Это не является чем-то необычным, поскольку исследования в области СПИДа часто поступают в бедные страны, чтобы там проверить эти лекарства. Это справедливо и для испытаний эффективности так называемых микробицидов, которые, как говорят, предотвращают передачу ВИЧ половым путем и про которых так много обещано.

«Чудесные микробициды: внутривагинальные гели могут спасти миллионы человеческих жизней», - объявил Lancet в 2004 году, добавляя при этом, что «сначала кто-то должен доказать, что они работают». Ничего не было доказано вообще, но чудо уже было широко объявлено. Эксперты, как продолжает Lancet, твёрдо придерживались мнения, что «микробициды будут доступны всем, кто в них нуждается [если в проект будут] вовлечены крупные фармацевтические компании. В самой отдаленной части Таиланда вы можете купить бутылку Кока-Колы. Мы хотим, чтобы микробициды были так же доступны».

Это тем более поразительно, если учесть, что первые испытания активного вещества микробицидов ноноксинола-9 (п-9) закончились катастрофой. Сначала п-9 был прославлен исследователями как микробицид с «идеальным потенциальным микробицидом, потому что исследования in vitro [в пробирке] указывают на его эффективность». 259 Около 900 «секс-работниц» из Бенина, побережья Кот-д'Ивуара, Южной Африки и Таиланда был выбраны для клинического испытания, которое включало смазывающий гель, наполненный п-9, в их влагалищах. Но гель не только не имел медицинской эффективности, как признала UNAIDS 26°, он также повредил эпителиальные клетки бедных женщин.261

AZT-исследование 1987: Гигантская халтура


«Если есть сомнения в том, что стандартное лечение является эффективным, FDA должно требовать, чтобы клинические испытания новых методов лечения имели три сравнительные группы: новый препарат, старый препарат и плацебо», - пишет Марсия Анжелл, бывший главный редактор журнала New England Journal of Medicine.262 Для исследований в области СПИДа это означало, что группы плацебо должны были быть введены в клинические испытания, поскольку были обоснованные сомнения в том, что эффективность АЗТ (стандартного лекарства от СПИДа) действительно доказана в исследовании Фишля 1987 года.

Журналист и аналитик Гарварда Джон Лаурицен, который просмотрел документы FDA в исследовании Фишля, пришёл к выводу, что исследование было «мошенничеством» 263, швейцарская газета Weltwoche назвала эксперимент «гигантским халтурой» 264 и NBC News заклеймила эксперименты, проводимые по всей территории США, как имеющие «серьёзные недостатки» 265 ” критику этих исследований просто нельзя найти в подавляющей части основных средств массовой информации либо потому, что официальным заявлениям о СПИДе слепо доверяют, либо потому, что, как заявил научный редактор Neue Zürcher Zeitung, никто просто не знает о критике даже такого значительного исследования, как исследование Фишля.266

Эксперименты Фишля были фактически прекращены через четыре месяца после того, как умерли 19 испытуемых из группы плацебо (те, кто не получал AZT, а скорее неактивное плацебо) и только один участник из так называемой «истинной» группы (тех, кто официально принимали AZT). Благодаря этому, согласно СПИД-истеблишменту, эффективность AZT оказалась доказанной. Но аргументы не складываются. Период наблюдения за клиническими испытаниями всего четыре месяца слишком короткий, чтобы быть информативным, учитывая обычную практику применения лекарств от СПИДа в течение многих лет или даже на всю жизнь 267, и долгосрочные исследования в принципе отсутствуют в этих и других областях медицинских исследований.

Например, в США на медицинские исследования ежегодно тратится около 100 миллиардов долларов. Эта цифра удвоилась с середины 1990-х годов, и почти треть её приходится на деньги налогоплательщиков. Тем не менее, долгосрочные оценки эффективности таблеток и лечения преступно игнорируются: только 1,6% от бюджета в размере 100 млрд. долл. США выделяется на долгосрочные исследования.268 Для пациентов, принимающих лекарства, «это похоже на русскую рулетку», - заявляет британский врач Роберт Калифф.269

Исследование AZT было профинансировано производителем AZT Wellcome (сегодня GlaxoSmithKline), что явно представляет собой конфликт интересов. Но почему-то это, как и небрежность исследования Фишля, никого не беспокоило (вт.ч. СМИ), а для фармацевтических групп AZT стало настоящей золотой жилой 270 (на самом деле было показано, что стоимость AZT соответствует стоимости золота по весу). 271

Тем не менее, требования двойного слепого исследования в работе Фишля (согласно которым ни исследователям, ни пациентам не разрешалось знать, кто принимал АЗТ и кто принимал плацебо) были нарушены сразу. В своем желании получить предполагаемое чудо-лечение пациенты даже проанализировали свои таблетки, чтобы быть уверенными, что они были среди группы, получающей лекарство, а не плацебо; общественная пропаганда заставила испытуемых полагать, что только лекарства от СПИДа, такие как АЗТ, могут спасти их. Документы FDA также показывают, что результаты этого исследования были искажены, потому что группа, которая принимала AZT, и должна была бороться с неблагоприятными побочными эффектами, получала более благоприятные медицинские услуги, чем пациенты с плацебо. Например, в группе AZT 30 пациентов сохранялись в живых через множественные переливания крови до конца исследования - в группе плацебо, с другой стороны, это было справедливо только в пяти случаях. 272 273 «Было широко распространено вмешательство в правила исследования [Фишля] - правила были нарушены на начала и до конца», -сказал ведущий корреспондент NBC Перри Пелц в 1988 году, добавив, что «если бы все пациенты с нарушениями протокола были удалены из этого эксперимента, то исследование бы само собой прекратилось».274

«При подготовке этого отчёта мы неоднократно пытались провести интервью с доктором Энтони Фаучи (вероятно, самым мощным официальным лицом по СПИДу в США) в Национальных институтах здравоохранения», - сообщает Пельтц. «Но и д-р Фаучи, и комиссар по вопросам продовольствия и медикаментов Фрэнк Янг отклонили нашу просьбу о проведении интервью». 275 Это опыт практически всех, кто критиковал доминирующую теорию СПИДа.276 277 Известный британский врач и эпидемиолог Гордон Стюарт, например, сказал: «Я неоднократно обращался к органам здравоохранения, главным редакторам и другим экспертам, занимающимся проблемой ВИЧ=СПИД, для подтверждения их тезисов, и я ждал ответа с 1984 года».278

Харви Бяли (Harvey Bialy), один из основателей Nature Biotechnology, сказал: «Я уже устал слушать, когда учёные, «изучающие СПИД», говорят, что они слишком заняты спасением жизней, чтобы взять и опровергнуть аргументы Питера Дюсберга, хотя каждый из них уверяет меня, что они могут «сделать это» за пару минут». 279 Мы также связались с ведущими основными средствами массовой информации и специализированными журналами, включая New York Times, Time, Der Spiegel, Die Zeit, Stern, Tageszeitung, Weltwoche, Neue Zürcher Zeitung, Nature, Science, Spektrum der Wissenschaft c просьбой прислать нам четкие доказательства:

- что доказано существование ВИЧ-инфекции;

- что так называемые тесты на антитела к ВИЧ и тесты на вирусную нагрузку ПЦР, а также подсчёт клеток CD4 точно диагностируют ВИЧ/ СПИД;

- что ВИЧ является единственной или основной причиной заболеваний, сгруппированных вместе как СПИД;

- что ВИЧ заразен и может передаваться через половой контакт или кровь;

-что антиретровирусные препараты эффективны и продлевают срок жизни;

-что статистика СПИДа, провозглашенная ВОЗ и UNAIDS достоверна;

- что невирусные факторы, такие как наркотики, лекарства и недоедание, могут быть исключены как первичные причины.280

Но до настоящего времени нам не было предоставлено ни одно исследование, даже ни от одного из многих ортодоксальных ученых и журналистов по этим вопросам. Это включает автора Nature Деклана Батлера, который написал во всемирно известном журнале в 2003 году: «Большинство исследователей СПИДа сильно оспаривают эти утверждения», что нет никаких доказательств того, что ВИЧ вызывает СПИД, ВИЧ заразителен и так далее. Но Батлер не смог ответить на нашу просьбу о том, чтобы он доказал это фактами из соответствующих исследований.281

Мы также связались с Джоном Муром из Корнелльского университета в Нью-Йорке, который был процитирован в сттье Батлера в Nature, и который считает, что «ревизионистов лучше всего просто игнорировать. [Они ведут] неконкурентную дискуссию, основанную на вере, а не на факте». 282 Но когда мы спросили Мура не мог бы он назвать фактическое доказательство своей теории «ВИЧ-инфекции = СПИД = смертный приговор», он просто обозвал всех критиков «злобными глупцами».283

Научный историк Гораций Джадсон пишет: «Центральное место в проблеме неправомерного поведения - это реакция официальных институтов, когда им приходится отвечать на обвинения. Снова и снова действия главных учёных и администраторов были самыми простыми - никак не реагировать на это, в надежде, что проблема исчезнет сама собой. Это ошибочное поведение в целом типично для случаев неправомерного поведения».284

Но всё это не было известно подопытным в исследовании Фирша. Через четыре года 80% из них погибли; ещё через некоторое время все они были мертвы. Это шокирует, но это и не удивительно, учитывая, что AZT является чрезвычайно ядовитым химиотерапевтическим препаратом, изобретённым исследователем Джером Хорвицем в 1960-х годах. Целью Хорвица было разработать блокатор ДНК, который ингибирует клеточную репликацию, чтобы убить раковые клетки. Но его тестовые мыши погибли от крайней токсичности AZT.285 «На бумаге логика [Хорвица] была безупречной, но на самом деле она просто не работала», - резюмирует журналист BusinessWeek Брюс Нуссбаум в своей книге «Благие намерения - как большой бизнес и медицинское учреждение коррумпируют борьбу против СПИДа, болезни Альцгеймера, рака и других» (Good Intentions-How Big Business and the Medical Establishment are Corrupting the Fight against AIDS, Alzheimer's, Cancer and More). «Когда эксперимент закончился неудачей, на него, в некотором смысле, Хорвиц уже потратил почти половину своей профессиональной жизни». Сам Хорвиц сказал, что он разочаровался в AZT, что просто «выбросил его в мусорную корзину. Я даже не сохранил описания своей работы». AZT был «настолько бесполезен» для него, что он «даже не думал, что стоит его патентовать».286

Дилемма терапии СПИДа


AZT был сохранён, вместо того, чтобы быть выброшен как токсичные отходы, и когда мания СПИДа всплыла в 1980-х годах, его снова вытащили из кладовки. И гипотеза «СПИД-вирус», как и многие другие вирусные теории серьёзных заболеваний, таких как лейкемия, рак молочной железы и рассеянный склероз, вероятно, давно бы распались, если бы не AZT. В 1987 году он стал «терапией» СПИДа, хотя в рекомендуемой дозировке он был абсолютно смертельным. 287 Медицинское сообщество игнорировало возможность того, что введение AZT стало причиной смерти, поскольку оно всё ещё застряло в своих мыслях о первых больных СПИДом в начале 1980-х годов, которые, несомненно, выглядели так, как будто их настиг и умертвил смертельный вирус.

Итак, когда врачи смотрели на этих пациентов с AZT в 1987 году, они отказались от какой-либо связи с высокотоксичным противовирусным AZT. Их вера в смертность от ВИЧ была настолько тверда, что они даже не были шокированы, когда все пациенты умерли в течение короткого времени.

Итак, с исследованием Фирша, опубликованном в NEJM, эти врачи полагали, что это сработало и по-прежнему утверждается про ощутимое доказательство эффективности AZT.

Похоже, что ВИЧ-мания вызывает собственный диапазон симптомов: в первую очередь, сильное предвзятое отношение к фактам, в том числе в отношении химических веществ, таких как препараты, отпускаемые по рецепту (особенно противовирусные), что они чрезвычайно токсичны и могут вызвать точно наблюдаемые симптомы (также упоминаемые на этикетках), на предотвращение которых они и направлены: разрушение митохондрий, анемию, дисплазию костного мозга и, следовательно, повреждение иммунной системы и т.д.290

На этой фотографии показан конголезский ребенок, всего 30 минут от роду, которому назначают дозу высокотоксичного препарата Вирамун (невирапин) с целью так называемой профилактики ВИЧ (о побочных эффектах Вирамуна см. Таблицу 2).

Вирусомания

«Но, учитывая опасную токсичность невирапина, ни один регулирующий орган по лекарственным средствам ни в одной промышленно развитой стране не разрешает давать его матерям и их детям для предотвращения «предполагаемой» передачи ВИЧ», - указывает защитник Верховного суда Южной Африки и эксперт по Вирамуну Энтони Бринк. «В развивающемся мире всё иначе. На основе HIVNET-012, американского исследования, проведенного в Уганде в конце 1990-х годов, невирапин давался ВИЧ-положительным матерям до родов и их новорождённым детям более чем в 60 развивающихся странах, куда производитель Boehringer Ingelheim поставляет этот препарат бесплатно для создания своего будущего рынка». 288 Несмотря на обнародование в декабре 2004 года высокопоставленным представителем американских Национальных учреждений здравоохранения Джонатаном Фишбейной данных, разоблачающих не только крайне небрежный подход, в котором проводилось исследование, но и преднамеренное, мошенническое замалчивание серьёзных неблагоприятных побочных эффектов от применения этого препарата, в том числе и неожиданных случаев смерти. Кроме того, даже Брукс Джексон, ведущий исследователь в HIVNET-012, который привёл к одобрению Вирамун, сказал: «Ни один исследователь не может оценить эффективность препарата с научной определённостью, не тестируя его против плацебо. Это единственный способ, которым мы можем узнать, что короткий курс АЗТ или невирапина [Вирамуна] лучше, чем ничего». Но исследование HIVNET-012 не контролировалось с плацебо. Кроме того, эксперимент был чистым мошенничеством -например, серьёзные побочные эффекты и смертельные случаи замалчивались - и, следовательно, всё это исследование было бесполезным.289

В конце концов возникает порочный круг. У вирусологов нет доказательств их тезиса о том, что вирус вызывает болезни, сгруппированные вместе под термином СПИД. Поэтому они считают доказательством собирания субъективной информации от клиницистов, которые утверждают, что лекарства эффективны. Но в промышленно развитых странах врачи очень часто лечат пациентов не потому, что они больны (большая часть не имеет никаких физических жалоб вообще), а скорее потому, что они имеют положительный результат теста, который показывает только определённое количество клеток-хелперов или небольшую так называемую вирусную нагрузку, измеренную с помощью ПЦР-теста. Вирусологи говорят врачам общей практики, что пациенты несут смертельный ВИЧ. Однако препараты, доступные для этого, очень токсичны; их использование вызывает синдром иммунодефицита и точно соответствует предсказаниям вирусной гипотезы (что люди станут тяжело больными и умрут). Здоровых людей «лечат», а ухудшение здоровья после этого связывают с вирусным заболеванием, которому лекарственная терапия не может противостоять.

В конечном счете, если лекарство не оказывает никакого стимулирующего воздействия на здоровье человека, это также объясняется предполагаемой хитростью ВИЧ-инфицированных; считается, что сам вирус вызывает «лечение резистентных вирусных мутаций». Пациент умирает с типичными симптомами СПИДа, такими как деменция, истощение (потеря веса) и нейронный ущерб. В этой «фиксации на вирусе» никто не воображает, от чего именно пациент умирает, кроме как «от СПИДа», хотя на самом деле это происходит от медицинских усилий, предназначенных для «лечения».

Некоторые больные ВИЧ-инфекцией действительно реагируют на антиретровирусные препараты. Но это связано с тем, что большинство этих пациентов страдают от так называемых оппортунистических инфекций (инфекции, которые возникают в результате иммунологической / физической слабости, которая, в свою очередь, может иметь много невирусных причин). Это означает, что они заражены бактериями или грибами. В этом контексте антиретровирусное лечение работает подобно дробовой терапии, уничтожая всё, что связано с ДНК, включая грибы, туберкулёзные бактерии (Mycobacterium tuberculosis) и другие микробы. Таким образом, терапия иногда помогает в так называемой конечной стадии СПИДа. Но было бы более разумно относиться к оппортунистическим инфекциям напрямую, с антибиотиками и противогрибковыми веществами. Чувствительность такой модели лечения была подтверждена исследованием, опубликованным в American Journal of Respiratory and Critical Care Medicine в 1998 году. ВИЧ-положительные пациенты, страдающие туберкулёзом, которые получали антиретровирусные препараты, не улучшали своё состояние так хорошо, как больные туберкулёзом, которые получали стандартное лечение.291

Сточки зрения ортодоксальности это парадокс, поэтому предпринимаются попытки объяснить это «теорией восстановления иммунитета». Это объяснение говорит о том, что количество клеток-хелперов у пациентов увеличивается (поскольку ВИЧ предположительно отражается антивирусными препаратами), но их физическое состояние ухудшается. В какой-то момент в будущем они постулируют, что состояние пациентов будет улучшаться. Однако взгляд на таблицы в вышеупомянутых исследованиях показывает, что увеличение числа клеток-хелперов не было заметно. Кроме того, здоровье многих пациентов вообще не улучшилось. Напротив. И снижение здоровья должно быть связано с повреждающими действием противовирусных химикатов на иммунную систему.

Эффективная туберкулостатическая терапия (комбинация из четырёх антибиотиков в течение шести месяцев, а затем комбинация из трёх в течение трёх месяцев) была бы предпочтительнее антивирусной. Вместо этого в наши дни пациентам даже вводят как туберкулостатическое четырёхкомпонентное комбинированное средство, так и анти-ВИЧ-лечение: химический коктейль с токсическими побочными эффектами, которые часто приводят к смерти.

При обычных методах лечения введение лекарства прекращается после исчезновения симптомов заболевания. Но вера в ВИЧ предотвращает это для ВИЧ-пациентов. На этом этапе снова начинается фиксация параметров тестов. После прерывания лечения вирусная нагрузка, измеренная с использованием ПЦР, снова поднимается. Как показано, без каких-либо доказательств, это интерпретируют как признак того, что ВИЧ снова умножился и снова атаковал клетки-хелперы с ещё большей силой. Таким образом, антиретровирусное лечение назначается ещё раз. И когда состояние пациента снова ухудшается, в этом обвиняется ВИЧ, и поэтому в конечном итоге смертельные препараты продолжают использоваться (до смертельного конца).

Гёте знал, что лекарства могут убить. Фауст говорит:292

Целительный напиток был готов.

И стали мы лечить. Удвоились мученья: Больные гибли все без исключенья,

А выздоравливал ли кто, Спросить не думали про то.

Вот наши подвиги леченья!

Средь этих гор губили мы Страшней губительной чумы!

Я сам дал тысячам отраву:

Их нет - а я живу... И вот -В моём лице воздал народ Своим убийцам честь и славу!

Table 2 Retrovir (AZT). Viramune (nevirapine)

Toxicity and therapeutic value of two AIDS médications (altogether, there are now around two dozen AIDS drugs)

Therapeutic Value (manufacturées

label)

Retrovir is not a cure for HIV infection"

'The long-ter m effects of Retrovir are unknown at this time"

"The long-term con-seguences of in utero and infant expos-ure to Retrovir are unknown. including the posstole risk of cancer"

"Viramune is not a cure for HIV-1 infection"

Médication Manufacturer Known Toxicities

(manufactureras label)

Retrovir GlaxoSmithKine 'Retrovir (AZT) bas been

(AZT) associated with hématologie

toxicity [blood toxicity], indu ding neutropenia [anémia] and severe anémia"

"Prolonged use of Retrovir has been associated with symptomatic myopathy (muscle wasting]"

"Lactic acidosis and severe hepatemegaly (liver swel-ling] with steatosis [fat de-generationj, including fatal cases, hâve been reported with the use of nucleoside analogues (Retrovir. Epivir, Zerit] alone or in combination"

Viramune Boehringer Ingelheim "Patients should be infor-

(nevirapine) med of: the posstoility of

severe liver disease or skin reactions associated with Viramunethat may resuit in death"

"Severe, life-threatening and in some cases fatal he-patotoxidty [liver damage], including hepatic necrosis (liver death] and hepatic failure, has been reported in patients treated with Viramune"

"Severe, life-threatening skin reactions, including fatal cases... hâve induded cases of Stevens-Johnson syndrome, toxic epidermal necrolysis (skin death]"

Source Scheff, Liam, The House That AIDS Built, see www.altheal.org/taxicity/house.htm, package inserts

Вирусомания

Все они принимали AZT: Смерть Фредди Меркьюри, Рудольфа Нуреева и Артура Эша


Даже знаменитости поверили в теорию о том, что антиретровирусные вещества, такие как АЗТ, являются единственной надеждой в борьбе со СПИДом. Возьмем, к примеру, Фредди Меркьюри, бывшего фронтмена британской рок-группы Queen, который был бисексуалом и сам попал в сети общей паники СПИДа в конце 1980-х годов. Результат теста: положительный. Меркурий был в ужасе и принял совет своего врача начать принимать АЗТ. Меркьюри принадлежал к первому поколению пациентов, которые получали полную нагрузку AZT (1500 мг в день). В конце он выглядел как ходячий скелет, и умер в Лондоне 24 ноября 1991 года в возрасте 45 лет.293

Российский танцор Рудольф Нуриев, которого многие считали величайшим балеристом всех времён, также начал принимать АЗТ в конце 1980-х годов. Нуриев был «положительным», но в остальном он был совершенно здоров. Его личный врач Мишель Кейси признал смертельные последствия АЗТ и даже предупредил его об этом. Но Нуриев провозгласил: «Я хочу это лекарство!» В конечном счёте, он умер в Париже в 1993 году 294 - в том же году, когда бывший чемпион Уимблдона Артур Эш встретился с создателем в возрасте 36 лет после того, как в 1988 году он был признан ВИЧ-положительным, и его врач назначил ему чрезвычайно высокую дозу AZT.295

В какой-то момент Эш узнал о токсичности AZT. В октябре 1992 года он написал колонку для Washington Post. «Путаница для пациентов со СПИДом, таких как я, заключается в том, что существует растущая гипотеза о том, что ВИЧ не может быть единственной причиной СПИДа, и что стандартные методы лечения, такие как АЗТ, на самом деле усугубляют ситуацию», - признал Эш, добавив: «а также есть и неизвестные сопутствующие факторы, но медицинский истеблишмент слишком жёстко придерживается своего мнения, чтобы изменить направление фундаментальных исследований и / или клинических испытаний».296 Эш хотел прекратить принимать АЗТ, но не решался: «Что я скажу врачу?» - спросил он в New York Daily News.297

Баскетбольная звезда «Волшебный» Джонсон ("Magic" Johnson): «В AZT нет никакого волшебства, и нет AZT в «Волшебном» Джонсоне»


Вирусомания

У Эша не было мужества, чтобы противостоять давлению СПИД-медицины и принять решение о прекращении приёма АЗТ, но именно это, по-видимому, спасло жизнь мегазвезде баскетбола.

В конце 1991 года мир был потрясён новостью, что Magic Johnson ВИЧ-позитивный. «Это может случиться с кем угодно, даже с «волшебным» Джонсоном», - написал журнал Time 18 ноября 1991 года.298 Несколько дней спустя Time написал, что баскетболист «получил ВИЧ через гетеросексуальную связь». Но какова была основа этого предположения? Американский журнал, как и весь мир средств массовой информации, просто ссылался на простое предположение Джонсона о том, что он «получил вирус СПИДа гетеросексуально», то есть через секс с женщиной.299

«Magic Johnson: Моя СПИД-исповедь». Олимпийская суперзвезда о своей жизни, своих женщинах, своей болезни», Stern 44/1992.

Доказательств, подтверждающих это утверждение, не было. Мэджик Джонсон получил положительный результат теста, но в то же время он был самим символом здоровья - до тех пор, пока «управляющий СПИДом» Энтони Фаучи и его личный врач, нью-йоркский исследователь СПИДа Дэвид Хо, настойчиво не посоветовали ему начать приём АЗТ. Джонсон последовал их советам.

Но здоровье Джонсона быстро ухудшилось, 300 он чувствовал себя отвратительно, у него была «рвота почти каждый день» - согласно статье в National Enquirer от 1991 года - «Самый худший кошмар для Джонсона становится реальностью - он буквально становится беспомощным». 301 Но вирусная мания была к тому времени настолько доминирующим, что никто не думал, что чрезвычайно токсичные лекарства могут вызвать серьёзные проблемы со здоровьем Джонсона.

Однако, все эти симптомы у Джонсона внезапно исчезли через короткое время. Летом 1992 года, после того как СМИ объявили о его уходе из баскетбола в конце 1991 года,302 он даже привёл баскетбольную команду США к золотой медали на Олимпийских играх в Барселоне.303 Это было грандиозное достижение, и если бы он всё ещё находился под влиянием AZT, он никак не смог бы достичь такого результата. Предполагается, что Джонсон принимал AZT в течение очень короткого времени; когда он прекратил лечение со смертельными побочными эффектами, его жалобы также исчезли. Действительно, спустя годы, в 1995 году, он признался в личном разговоре во Флориде, что он только принимал AZT в течение очень короткого времени. Лекарство было связано со слишком суровыми побочными эффектами. И вот появилось высказывание: «В AZT нет волшебства, и HeTAZT в «Волшебнике».304

Но производители лекарств от СПИДа также играют в высококонкурентную игру в индустрии, ориентированной на всё более рыночные отношения. В течение нескольких лет GlaxoSmithKiine (GSK) использовал «Волшебника» Джонсона для распространения своих чудесных сообщений, особенно среди городских чернокожих. Изображение баскетбольной звезды размещается на рекламные щиты, плакаты в метро и полностраничные объявления в газетах и журналах. В объявлениях представлен крепкий Джонсон и такие сообщения, как «Остаться здоровым - это несколько основных вещей: позитивное отношение, партнёрство с моим врачом, ежедневный прием лекарств». 305 Эти объявления теперь ушли в прошлое, потому что Джонсон получил лучшее предложение от Abbott и в настоящее время продвигает ещё одну комбинацию СПИД-препарата Kaletra.

Однако это не обязательно означает, что сам Джонсон принимает эти высокотоксичные препараты. Как указано выше, противоположное, очевидно, верно. Джонсон - мальчик-плакат для ВИЧ-положительных гетеросексуалов, и он является представителем производителя лекарств, поэтому у него есть финансовый конфликт интересов, который может запретить ему объявлять, если он действительно принимает Combivir от GSK или Kaletra от Abbott, и если да, то сколько этих лекарств он действительно принимает. «Джонсон прямо не подтвердил, что он принимает лекарства, которые он рекламирует», - говорит исследователь лекарств от СПИДа Дэвид Расник.

В октябре 2004 года мы обратились в Фонд «Волшебный Джонсон», чтобы спросить, принимал ли баскетболист какие-либо лекарства от СПИДа после Олимпийского триумфа в 1992 году, и если да, то как долго. Но на сегодняшний день мы не получили ответа.

Гемофилия и СПИД


Публикация исследования Дарби (Darby study) в сентябре 1995 года в Nature также способствовала закреплению убежденности в том, что СПИД является вирусным заболеванием. В нем показатели смертности пациентов с гемофилией в Англии, которые были ВИЧ-положительные, сравнивались с показателями смертности их ВИЧ-негативных «аналогов» в период с 1985 по 1992 год. На приведённом графике показано, что смертность положительно тестируемых гемофиликов начала расти с 1986; в 1987 году она стала расти ещё более резко. Для сравнения, график, показывающий ВИЧ-отрицательных пациентов с гемофилией, практически не изменился (см. Диаграммы 6 и 7). Ортодоксальная медицина утверждала, что это было доказательством того, что эти смерти были вызваны ВИЧ.306307

Но это исследование вызвало резкую критику. Ранее упомянутый австралийский исследователь Марк Крэддок, например, написал решающую статью и представил её Nature. Но он был отвергнут -вместе с документами Питера Дюесберга308 и австралийской группы Перт 309 - хотя логика их критики впечатляет.

У гемофилиев отсутствовал фактор коагуляции VIII, и с 1960-х годов появилась замена, в результате чего ожидаемая продолжительность жизни гемофилиев постоянно повышалась до 1985 года, сразу же после введения тестов на антитела к ВИЧ. Это решающий фактор, небрежно отсутствующий в исследовании Дарби. Тесты на антитела к ВИЧ, введённые в 1985 году, были немедленно и широко развернуты для применения. В то же время весь мир запомнил формулу: положительный тест = ВИЧ-инфекция = СПИД = смертный приговор. Из-за этого повышение смертности от гемофилии легко объяснимо. Те, кто получил положительный результат теста, были потрясены, а многие покончили жизнь самоубийством. Остальные, независимо от их состояния здоровья, автоматически рассматривались как пациенты со СПИДом.

Исследователи и врачи проверяли на них всевозможные токсичные вещества, применяя их долгосрочно, в том числе противогрибковые препараты, или Эусаприм, антибиотик, который препятствует делению клеток. Это также затронуло гемофиликов, которые были ВИЧ-положительными, но при этом не имели никаких проблем со здоровьем, пока они не начали принимать токсические лекарства от СПИДа.

Мы не можем точно знать, какие лекарства были назначены тем, кто получал статус пациента со СПИДом, поскольку они не были перечислены в деталях, как подтвердил редактор Nature Джон Мэддокс в 1995 году.310 Но в 1985 году Шпигель сообщил, что «более десятка различных лекарств находятся в клинических испытаниях только в Соединенных Штатах - все они пока не продемонстрировали большого успеха и обременены серьёзными побочными эффектами. Даже с «НРА 23», веществом, одобренным французскими учёными и разработанным в Институте Луи Пастера, и которым Rock Hudson лечился прошлой осенью, были проблемы. В Париже клиническое исследование «НРА 23» проводится по 33 статьям, но лечение пришлось прекратить с многочисленными пациентами из-за чрезмерного кровотечения и повреждений печени.» 311

В 1987 году AZT вышла на рынок, и все положительные пациенты, включая гемофилиев, сразу же получили лекарство, связанное со смертельными побочными эффектами, что объясняет, почему смертность от гемофилии резко возросла с этого момента.

Вирусомания
Вирусомания

Кстати, Рок Хадсон умер в 1985 году, официально из-за СПИДа. Менее известным является тот факт, что мужской партнёр Хадсона был ВИЧ-отрицательным и не имел симптомов СПИДа, что ясно говорит о том, что СПИД не является вирусным заболеванием. В середине 1990-х годов американский конгрессмен Гил Гуткнехт осознал это и все другие несоответствия и недостатки гипотезы ВИЧ = СПИД. И поэтому он задал высшим служащим СПИД-истеблишмента целый ряд критических вопросов, в том числе: «Где доказательство, которое ясно показывает, что СПИД является заразной болезнью?» Но Гуткнехт никогда так и не получил никакого реального ответа.312

Кстати, плазму крови, предназначенную для гемофилиев, лиофилизируют до её введения, часто в течение длительного времени. Если вы предположите, что этот вирус существует, он не выживет в таких экстремальных условиях, как признаёт традиционная медицина. Центры по контролю за заболеваниями заявляют, что этот процесс сушки «человеческой крови или других биологических жидкостей снижает теоретический риск передачи окружающей среды тому, что наблюдалось -практически нулевое. Неправильная интерпретация выводов, сделанных из лабораторных исследований, излишне встревожила некоторых людей». 313 Поэтому нет ничего удивительного в том, что в специализированной литературе нет ни одного чётко описанного случая передачи ВИЧ-инфекции среди работников здравоохранения, которые обычно ежедневно занимаются кровью.314

Африка: хорошо известные заболевания теперь называются «СПИДом»


Поскольку статистика по ВИЧ-инфекции в развитых странах остается стабильной или снижается, СПИД-истеблишмент и средства массовой информации сосредоточивают своё внимание на Африке. Заголовки СМИ и телевизионных новостей страшны: «Миллионы африканцев умерли и умрут от ВИЧ-инфекции!» Но на самом деле это компьютерные оценки Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), основанные на весьма сомнительном пуле данных. И они кажутся гротескно преувеличенными, когда сравнивают их со статистикой именно тех стран, где депопуляция прогнозировалась на протяжении многих-многих лет. «Ботсвана только что завершила перепись населения, которая показывает, что население растет примерно на 2,7% в гоя несмотря на то, что в этой стране СПИД обычно называют самой серьёзной проблемой на планете», - пишет южноафриканский писатель Райан Малан в обложке британского новостного журнала The Spectator: «Африка не умирает от СПИДа». Малан указывает на то, что «плохая новость для «обречённых» в новой переписи в Танзании, которая показывает, что население там также растёт - на 2,9% в год.

Особые неудобства для профессиональных пессимистов будут вызваны событиями в болотах к западу от озера Виктория, где ВИЧ впервые был «найден» и где предположительно расположены целые деревни этой популярной мифологии. Здесь, в районе Катера, население росло на 2,7% в год до 1988 года, а потом этот рост даже усилился до 3,1%, даже когда эпидемия СПИДа, предположительно, достигала максимума. Последняя перепись в Уганде рассказывает об аналогичной истории, как и в Южной Африке».317318

«СПИД - это огромный бизнес, возможно самый большой именно в Африке», - говорит Джеймс Шиквати, основатель Международной экономической сети «Регион», общества экономического содействия в Найроби (Кения). В интервью 2005 года с Thilo Thielke (редактором Spiegel) Шиквати добавил, что «ничто другое не позволяет людям тратить деньги, как шокирующие цифры СПИДа. СПИД - это политическое заболевание: мы должны быть очень скептичны». 319 Но люди в контрольных центрах политики, науки и средств массовой информации не являются подозрительными, поэтому они игнорируют крайнее несоответствие между постоянными предсказаниями ужаса («Африка будет опустошена СПИДом») и фактическим увеличением населения.

Вирусомания

Дети в Уганде получают питьевую воду из загрязнённой воды. В африканских странах более половины населения по-прежнему не имеют доступа к чистой питьевой воде. Зачастую вода загрязнена всевозможными токсинами (фекалии, тяжёлые металлы и т.п.). По данным ВОЗ, почти 1,2 миллиарда человек во всём мире не имеют доступа к чистой питьевой воде. Отсутствие чистой воды считается одним из самых больших препятствий для развития в пострадавших странах, особенно в африканских регионах к югу от Сахары. Обращаясь к ВОЗ и ЮНЕСКО, организация по оказанию помощи UNAIDS заявляет о том, что чистая питьевая вода является «самой важной темой здравоохранения нашего времени». Только в Африке 4500 детей ежедневно умирают от заражённой воды.315 В этом контексте инвестирование миллиардов (налоговых) долларов в исследование недоказанного и противоречивого тезиса о том, что СПИД вызван вирусом, можно рассматривать только как откровенный цинизм.

Вирусомания

Этой молодой африканской девушке Люси из Букобе (Танзания) был поставлен положительный результат теста на ВИЧ через единственный неподтверждённый анализ крови (в более богатых странах обычно тестируют дважды). С этого момента Люси считалась больной СПИДом, после чего её забрали к себе жить Филипп Кринен и его жена Эвелин (Philippe and Evelyne Krynen). Они были убеждены, что, если Люси правильно лечить (без токсичных лекарств), они могут снова добиться стабильного здоровья. Именно это b произошло с Люси. Кринены забрали молодую африканскую женщину из её деревни и помогли её получить более хорошее жильё в каменном доме и лучшую работу. «И так случилось, что в течение следующих четырёх-пяти месяцев Люси начала восстанавливаться, а также снова набрала вес», - говорит Филипп Кринен. Её старые друзья теперь смотрели на неё новыми глазами и отпустили свой страх, что Люси может заразить их. В то же время они начали задаваться вопросом, действительно ли у Люси был СПИД? Во всяком случае, стигма СПИДа была наложена на Люси, что часто приводит к изоляции. Но теперь Люси чувствовала себя и выглядела просто фантастически без лекарств. И действительно, у неё никогда не было симптомов каких-либо из многих известных заболеваний, которые были пересмотрены под термином СПИД.316

По-прежнему твёрдо предполагается, что тесты на антитела к ВИЧ, которые являются важной основой для прогнозов ВОЗ по СПИДу, являются надёжными измерительными приборами. Но давайте более подробно рассмотрим 1994 год. В то время Журнал Инфекционных болезней (Journal of Infectious Diseases) опубликовал документ о тестах на ВИЧ с прокажёнными в Заире, составленный не кем иным, а Максом Эссексом (Мах Essex), который, как говорят, является одним из отцов-основателей ортодоксального СПИДа и теории о том, что ВИЧ или СПИД изначально пришёл из Африки. Эссекс заметил, что прокажённые положительно отреагировали на тест на ВИЧ. По этой причине Эссекс указывает, что результаты тестов должны подвергаться сомнению, прежде всего для пациентов, страдающих такими заболеваниями, как проказа или туберкулёз. И в местах, где эти заболевания настолько распространены, особенно в центральноафриканских городах, тесты на антитела, вероятно, недостаточны для определения ВИЧ-инфекции без каких-либо дополнительных сомнений. Эссекс считал, что лучше всего считать это наблюдение для всех африканских стран. 320

Невилл Ходжкинсон (Neville Hodgkinson), медицинский корреспондент Sunday Times обратил внимание на эту тему и провёл недели, путешествуя по Африке. «Когда я спросил людей, от какой болезни они умирают, они ответили: «от СПИДа». Тогда я спросил: «Но от какого заболевания в частности?» На это они сказали: «У этого пациента есть туберкулёз, у этого хроническая диарея, у этого малярия и у этого проказа» - все болезни, которые были известны в Африке целую вечность. Но тогда это всё было переименовано как СПИД из страха перед СПИДом».321

Нобелевский лауреат Кэри Муллис добавляет, что «у них были большие цифры для ВИЧ-позитивных людей [в Африке], прежде чем они поняли, что антитела к малярии - у всех, кто живёт в Африке - проявляют себя как «ВИЧ-положительные» в тестах».322 И не только малярия, но также и десятки других типичных заболеваний, таких как хроническая лихорадка, потеря веса, диарея и туберкулёз вызывают положительные результаты теста.

Эпидемия ВИЧ/СПИДа на самом деле является винегретом из известных заболеваний, многие из которых тесно связаны с бедностью.323 324 Вы не можете говорить о СПИДе в Африке, не затрагивая тему бедности. Тем не менее, это по-прежнему игнорируется для регионов, где треть населения страдает от недоедания, а более 30% младенцев рождаются с пониженным весом.325 Как известно, недоедание оказывает разрушительное воздействие на здоровье и является решающим фактором во многих заболеваниях, в т.ч. таких как как туберкулёз.

Вирусомания

Наджемба заболела, и люди в её деревне подумали, что у неё СПИД, хотя она даже не дала положительных результатов тестов на ВИЧ. Это возможно, потому что «определение Банги», введённое ВОЗ в 1986 году для развивающихся стран, позволяет диагностировать СПИД даже без теста на антитела. Люди, страдающие диареей или теряющие немного веса, быстро называются «пациентм со СПИДом». Для Наджембы, которой часто приходилось страдать от голода (как и каждому третьему африканцу), это имело трагические последствия: её изгнали из её деревни, что не является чем-то необычным.326

По крайней мере The Lancet взял эту тему в 2004 году и напечатал статью под названием «Предотвращение ВИЧ/СПИДа посредством сокращения бедности». В этой статье приветствуется позиция президента Южной Африки Табо Мбеки (которого в целом резко ругают за его критическую позицию в отношении СПИДа), указав, что «Мбеки выделил нищету как фактор, способствующий распространению эпидемии, [и] действительно стоит рассмотреть роль бедности как фактора, способствующего этому, и последствия этого для усилий по профилактике».327

Глава 4


Гепатит С: Токсины, такие как алкоголь, героин и прописываемые лекарства - этого вполне достаточно для объяснений.


«Где этот вирус гепатита С? Кто-нибудь его видел?» 1

Майкл Хьютон (Michael Houghton) предполагаемый со-обнаружитель вируса гепатита С на 8-м Международном конгрессе HCV в Париже, 2001 г.

«Токсические воздействия, такие, как курение или употребление алкоголя, могут травмировать печень, вызывая генетические нестабильности. Таким образом, сама клетка человека может производить генетические частицы, которые традиционные исследователи отлавливают с помощью ПЦР, и попросту интерпретируют их как экзогенные вирусы. Но перед тем, как ступить на путь рассуждений о вирусах, нужно внимательно проанализировать, действительно ли это вирусы, - чего не было сделано в случае с

гепатитом С. "

Ричард Штроман (Richard Strohman), профессор молекулярной и клеточной биологии.

ВИЧ-мания: детонатор для развития противовирусной терапии гепатита С


Гепатит С широко известен как инфекция печени, вызванная вирусом (так называемый вирус гепатита С: сокращенно - HCV). Согласно теориям, болезнь в основном передается через кровь и препараты крови. В 1970-х годах американский исследователь Джей Хофнагль (Jay Hoofnagle) пытался победить гепатит С лекарствами. В 1978 году он присоединился к Национальным институтам здравоохранения США (NIH), чтобы продолжить исследования по лечению заболеваний печени.

В настоящее время ведущие специалисты в этой области, гепатологи и даже фармацевтические компании по-прежнему считают, что лечение пациентов с гепатитом С противовирусными препаратами было слишком сложным и слишком опасным, поскольку эти вещества вызывали массу побочных эффектов, и, сразу после приёма внутрь они попадали в орган, который был поражён в любом случае: печень. По этой причине успехи в медикаментозной терапии вряд ли можно было наблюдать.

Были проведены эксперименты с антивирусным интерфероном, который протестировали на больных раком. Но все эти испытания заканчивались всем чем угодно, только не позитивным результатом. Хофнагль искренне полагал, что противовирусные препараты способны победить гепатит С, хотя другие ведущие исследователи не разделяли такого оптимизма. «Сама идея лечения заболевания печени с помощью лекарств шла вразрез с общепринятым мнением», - сказал Хофнагль медицинскому журналу The Lancet в 1997 году. «Болезнь печени считалась хорошим доводом в пользу того, чтобы вообще не проводить лечение препаратами». 2

Это оправдано, поскольку такие вещества, как интерферон, в конечном итоге действуют подобно химиотерапии, и по этой причине могут серьёзно поражать не только печень 3; было обнаружено, что после введения интерферона активируется герпес, или понижается количество белых кровяных клеток (лейкоцитов), что сигнализирует об ослаблении иммунной системы. Интерфероны могут также влиять на нервную систему, вызывая психологические изменения вроде депрессии и спутанности сознания.4

Побочные эффекты препаратов от HCV зачастую настолько сильны, что лечение приходится останавливать. «Нам нужны лекарства, которые являются более эффективными и переносимыми, чем применяемые в настоящее время способы лекарственной терапии с интерфероном-альфа и рибавирином в качестве активного вещества», - говорит Рафаэль де Франческо (Raffaele DeFrancesco), научный директор биохимического подразделения Исследовательского Института Молекулярной Биологии в Риме. Но де Франческо всего лишь имел ввиду, что должны быть разработаны новые лекарства, чтобы победить предполагаемый вирус. 5

Вирус-центрированный способ научного мышления также не обошёл стороной и различные теории о гепатите. И все, как один, переняли популярную тогда точку зрения, что болезни печени возможно, и даже необходимо, лечить противовирусными препаратами. 6

Повреждение человеческого организма и особенно печени, вызванное лекарствами, как правило, менее критично, чем в случае широко распространённого пожизненного лечения СПИДа противовирусными препаратами. Но это главным образом из-за того, что большинству пациентов с диагнозом гепатита С назначают лишь временный прием интерферона и рибавирина. И даже это часто приводит к тяжёлой анемии (дефицит железа) и высокой температуре. Также нельзя исключать риск развития рака с рибавирином, так как он имеет эффекты, подобные химиотерапии.

Как создать вирус гепатита С


Передовая наука заявляет, основываясь на своих экспериментах, что гепатит С является вирусом с инфекционным потенциалом. Но эксперименты, проведенные для доказательства этой теории, весьма сомнительны; они были проведены в 1978 году и опубликованы в журнале The Lancet. Исследователи брали кровь у четырёх пациентов; предполагалось, что пациенты получили гепатит типа не-А/не-В (таким образом называли гепатит С до конца 1980-х годов) путём вирусного инфицирования во время переливания крови. Также исследователи производили забор крови от донора, у которого были зарегистрированы два случая такого гепатита. После этого общую сыворотку крови вводили в кровь пяти шимпанзе, которые были пойманы в дикой природе пустыне Сьерра-Леоне в Африке.

Но ни одно из животных не заразилось гепатитом (то есть у них не развилось заболевание печени). В районе 14-й недели после инъекции значения печёночных ферментов были несколько повышенными на протяжении нескольких дней, что может быть интерпретировано как иммунная реакция на чужеродную кровь (а не на вирусную инфекцию). Чтобы исключить возможность того, что это была иммунная реакция, исследователи должны были взять контрольную группу шимпанзе и вводить такое же количество крови от здоровых людей. Но этого не сделали. Вместо этого контрольное животное просто было заперто под наблюдением в отдельной комнате, при этом животному вообще ничего не вводили. Поэтому эти эксперименты нельзя интерпретировать как доказательство того, что существует вирус гепатита с инфекционным потенциалом. 7

Вирус гепатита С был создан в 1987 году группой ученых, в том числе Майклом Хьютоном, работающими на калифорнийскую биотехнологическую компанию Chiron, и Дэниэлом Брэдли из CDC, и их задачей было найти вирус, который вызывает гепатит С. 89 Предполагалось, что найденный ими вирус должен стать основой (антигеном) для теста с антителами, откалиброванными для вируса гепатита С. Поскольку им не удалось найти цельный вирус, они решили ограничить поиск вокруг мельчайших следов вируса, генетических фрагментов (частиц нуклеиновой кислоты), предположительно представляющих собой вирус. С помощью специального лабораторного процесса, полимеразной цепной реакции (ПЦР), небольшую часть гена брали из частицы нуклеиновой кислоты, которая, по-видимому, не принадлежала генетическому коду хозяина. Из этого «охотники за вирусом» пришли к заключению, что они имеют дело с чужеродным генетическим материалом от ранее неизвестного вируса.

Но по причинам, неоднократно упоминавшимся в этой книге, мы должны серьёзно усомниться в том, что вирус гепатита С действительно был найден.10 Метод ПЦР слишком чувствителен. ПЦР обнаруживает генетические фрагменты (ДНК или РНК), которые сами по себе не являются вирусом, но они, как утверждается, являются частями вируса, который не был идентифицирован. В любом случае, определённо никто ещё не смог обнаружить соответствующую вирусную структуру в сыворотке крови так называемых пациентов с гепатитом С. Как и в случае с ВИЧ, очистка вируса, необходимая для его чёткой идентификации, никогда не была выполнена. И нет документа, показывающего, что так называемая высокая вирусная нагрузка коррелирует с наличием реальных вирусных частиц, видимых через электронный микроскоп (вирусная нагрузка - это лабораторный параметр, измеряемый с помощью ПЦР, суррогатный маркер, на основании которого врачи решают, назначать препараты или нет). Это даже привело к тому, что Майкл Хьютон, являющийся соавтором вируса НС, выдвинул ключевой вопрос перед большой аудиторией на крупном конгрессе гепатита С в Париже в 2001 году: «Где этот вирус гепатита С? Кто-нибудь его видел?» 11

Кроме того, генетические фрагменты, относительно которых решили, что они входят в состав вируса гепатита С, существовали в тканях печени обезьян в таких небольших количествах, что они не должны были считаться причиной заболевания печени. Но в Chiron узрели совершенно иную картину: это был дьявольский вирус гепатита С (HCV). И таким образом, на основе этих генетических фрагментов они начали разрабатывать свой тест на антитела к HCV. Один только тест Procleix, с помощью которого, как утверждается, тестируют кровь во флаконах на наличие HCV-специфичных антител, ежеквартально приносит сейчас корпорации Chiron более 60 миллионов долларов.12

В данном контексте даже явные противоречия были радостно проигнорированы. Описанный фрагмент гена, который, как утверждается, поступает в организм из вируса гепатита С, может быть обнаружен только приблизительно у половины так называемых пациентов с гепатитом.13 Исследование 1997 года, напечатанное в Европейском Журнале Клинической Медицины (сейчас он называется Клиническая Химия и Лабораторная Медицина), показывает, что генные фрагменты, официально классифицированные как вирус гепатита С, также были обнаружены у тех, у кого были отрицательные тесты на антитела к HCV. Как правило, исследователи утверждают: до сих пор нет убедительных доказательств того, что генные фрагменты действительно являются патогенным вирусом гепатита С.1415

Теория вирусов не соответствует ни одному из трёх постулатов Коха, которые должны выполняться для идентификации вируса. Согласно первому постулату, реально патогенный вирус должен обнаруживаться в больших количествах у каждого пациента (а это даже близко не так). Согласно второму постулату, вирус можно выделить и размножить (но вирус гепатита С никогда не был выделен в интактной форме). И третий постулат говорит, что выделенный патоген должен обладать способностью вызывать ту же болезнь на модельных животных, вроде шимпанзе. В экспериментах, однако, шимпанзе не вводили никакой выделенный вирус, а только лишь кровь; и отсутствовала надлежащая контрольная группа (в которой животным вводили бы кровь, свободную от исследуемого патогена).16

Тем не менее, охотники за вирусами утверждают, что вирус гепатита С передается от наркоманов посредством зараженных инъекций (CDC даже утверждали, что большинство случаев такого инфицирования - в США). 17 Но исследование 1999 года, опубликованное в Американском Журнале Эпидемиологии, являет нам совсем другую картину. Целью этой статьи было выяснить, помогают ли специальные Программы Замены Игл, которые снабжают наркоманов чистыми иглами для инъекций, предотвратить передачу вируса гепатита С.

Эксперимент не смог подтвердить эту теорию. Наркоманы, участвовавшие в таких программах, имели положительный тест на гепатит С чаще, чем те потребители инъекционных наркотиков, которые не имели доступа к программам. Исследователи пришли к заключению, что Программы Замены Игл не помогают предотвратить так называемую HCV-инфекцию.1819 Другими словами, даже когда наркоманы постоянно используют чистые иглы, они, тем не менее, всё равно определяются как положительные в тестах на антитела к HCV.

Тем не менее, тесты на антитела к гепатиту С были введены в широкое употребление (анализ крови был разработан в 1994 году). И теперь в мире появилась эпидемия гепатита С, с которой можно бороться. Тест-положительные пациенты теперь отмечаются как имеющие «положительный результат HCV», и им вдалбливают в голову, что они являются носителями вируса, разрушающего печень, и этот вирус, якобы, после неактивной фазы длиной 30 лет запускает цирроз печени (конечная стадия поражения печени). В результате пациенты подвергаются длительной атаке препаратами, и в конечном итоге это наносит непоправимый урон самой печени, в которой метаболизируются химические вещества.

Большинство HCV-положительных пациентов вообще не имеют симптомов заболевания (даже в печени!) 20 и всё же их «лечат» токсичными препаратами, разрушающими клетки печени, и печень уже больных пациентов дополнительно повреждается этими «лекарствами». Трагический конечный результат такого лечения был прояснён исследованием, проведенным Джей Хуфнаглем (Jay Hoofnagle) и опубликованным в New England Journal of Medicine в 1995 году. Активное вещество фиалуридин (фирменное наименование Fiau) было опробовано на пациентах с гепатитом В. Пять пациентов умерли, а двоих можно было спасти только путем пересадки печени. 21 Стоит отметить, что ни у одного из пациентов не было никаких физических (клинических) жалоб до начала лечения.

Те, кто всё ещё считают, что лекарства каким-то образом действуют, должны знать, что в исследованиях гепатита С не проводилось плацебо-контролируемых рандомизированных двойных слепых исследований с клиническими конечными точками. Это означает, что, в сравнении с клиническими исследованиями СПИДа или рака, никакие клинические испытания по гепатиту С не анализируют две группы испытуемых, случайно назначенных для приёма либо активного вещества, либо неактивного препарата (плацебо). Ни врач, ни испытуемый (двойной слепой метод) не должны знать, кто принимает активное вещество, а кто плацебо. Испытания должны проводиться длительное время (для гепатита С около 30 лет) и быть ориентированы на клинические конечные точки (например, время выживания). Только тогда можно будет показать, действительно ли пациенты, принимающие лекарства, живут дольше. Без таких плацебо-контролируемых исследований любые заявления об эффективности лекарственного препарата или его влиянии на продолжительность жизни немыслимы.

Гепатит С можно объяснить и без вируса


Как и в случае ВИЧ/СПИДа, существует множество нелепостей в теории, что гепатит С запускается вирусом. Существуют пациенты, у кого определяются повышенные печеночные показатели на основании традиционных анализов крови, но у них отрицательный результат теста на антитела. Это побуждает некоторых исследователей, адептов вирусной теории, выдвигать совершенно немыслимые предположения, дескать, могут иметь место «скрытые» вирусы гепатита С 22, вместо того, чтобы заподозрить, что, возможно, здесь нет и не было никакого убийственного вируса.

Есть и другие несоответствия. Как показывают исследования, нередко HCV-положительные субъекты через какое-то время совершенно непонятным образом, как по волшебству, показывают отрицательный тест без прохождения какого-либо лечения. 23

Большинство HCV-положительных пациентов даже не испытывают какие-либо симптомы заболевания. И, как правило, у них наблюдается реальное поражение печени только в том случае, если они потребляют алкоголь и наркотики. Налицо очень явное совпадение: почти 80% наркоманов являются положительными на HCV.24 По этому поводу Райнер Лауфс (Rainer Laufs), директор Института микробиологии в Гамбургском университете и один из ведущих защитников вирусной теории гепатита С, говорит: «Стоит отметить, что внутривенное злоупотребление наркотиками играет весьма значительную, если не решающую, роль в распространении HCV-инфекции». 25

Традиционная медицина должна задать вопрос, действительно ли модель вирусной причины заболевания гепатитом С имеет какой-либо смысл? Особенно учитывая то, что, если гепатит С действительно является заразным вирусным заболеванием, количество случаев будет иметь форму колокола: в самом начале - рост числа случаев гепатитных инфекций и, по мере того как люди вырабатывали иммунитет против якобы дьявольского вируса - последующее снижение. Но на практике это не так. Скорее, число официально зарегистрированных пациентов с HCV в Германии, например, в течение длительного времени оставалось на уровне от 400 000 до 500 000 человек. 26

Ещё одним заслуживающим внимания исследованием будет ответ вопрос, являются ли токсины, такие как алкоголь, героин или лекарства, по крайней мере, кофакторами для развития того, что называют гепатитом С, если не основной причиной заболевания. Совершенно очевидно предположить, что такие вещества, как алкоголь, повреждают клетки печени, вызывают образование генетических фрагментов на клеточном уровне; затем выявляются с помощью ПЦР-тестов и ложно интерпретируются как вирусные частицы (HCV) ортодоксальными исследователями. И, конечно же, никакой вирус не нужен, чтобы объяснить 30-летний срок, которые проходят до тех пор, пока печень пострадавшего пациента не откажет (цирроз печени). Рано или поздно токсичные химические вещества, такие как алкоголь, героин или кокаин, позаботятся об этом самостоятельно (без помощи вируса), постепенно производя свои разрушительные последствия.

К сожалению, эти простые истины игнорируются «охотниками за вирусами». С 1980-х годов врачи-гепатологи так зациклились на антивирусных препаратах, что заголовки газет звучат как рекламные объявления для фармацевтических компаний: «Гепатит С - недооцененная опасность»; «Гепатит С -непризнанная опасность»; «Гепатит С - новая крупная эпидемия. Она движется молча, но яростно». Несколько лет назад, в городе Итцехо на севере Германии, СМИ раструбили о том, что HCV-положительный хирург заразил множество своих пациентов вирусом гепатита С. Скрининг на HCV проводили с помощью тестов на антитела к HCV, и несколько пациентов показали положительный результат. Таким образом, сделали вывод о том, что пациенты были заражены хирургом, хотя не было доказательств того, что вирусная инфекция действительно имела место, и не в последнюю очередь потому, что многие люди спокойно живут с тем, что называется вирусом гепатита С; тесты должны быть положительными примерно в 2% случаев. 2000 тестов могли выдать 40 положительных результатов. Таким образом, врач может вызвать эпидемию гепатита С, просто проведя так называемые тесты на антитела к вирусу гепатита С у всех своих пациентов.

Время от времени заголовки СМИ были немного более критичными, например: «Опасность гепатита С переоценивается?» Но эти статьи являются исключением из правила, что вызывает недоумение, поскольку любой, кто взвешивает различные риски противовирусной терапии гепатита С, приходит к выводу, что не следует назначать никаких лекарств. Основные исследования в области медицины показали, что с медикаментами не достигается никакого долгосрочного успеха. 27 Тем не менее, охотники за вирусами неутомимы и продолжают утверждать, что противовирусное лекарство против гепатита дает значительные улучшения, ссылаясь на различные исследования, такие как Hadziyannis et al. 28 29 Но все эти исследования не имеют смысла, поскольку доказывают, что лекарства не лечат и, что ещё хуже, наносят прямой вред организму. 30 Несколько лет назад в журнале Annals of Internal Medicine было опубликовано большое американское исследование. 31 Сыворотки крови субъектов были заморожены между 1948 и 1954 годами и уже в настоящее время были протестированы на гепатит С. Исследователи обнаружили, что практически нет разницы в заболевании печени между HCV-положительными и HCV-отрицательными пациентами. Вместе с тем, среди HCV-положительных пациентов было обнаружено незначительное повреждение печени, и лишь очень немногие смертельные случаи можно было связать с заболеванием печени. Исследователи пришли к выводу, что ведущие исследования сильно переоценили риск того, что здоровый индивидуум с положительным результатом на HCV, впоследствии будет иметь проблемы с циррозом печени. В то же время вполне правдоподобно будет предположить, что основными причинами могут быть такие вещества, как алкоголь и наркотики (в том числе несколько сотен лекарств, о которых известно, что они оказывают разрушающее воздействие на печень.32 ) Поэтому нет причины для лечения HCV-положительных пациентов активными противовирусными препаратами.

«Мой врачебный опыт говорит в том, что положительный тест на гепатит С может скорей указывать на повреждение печени, чем на вирусную инфекцию», - говорит натуропат из Сиэтла Джон Рулланд (John Ruhland). «Пациенты с гепатитом С, что я наблюдал, имели повреждение печени, обусловленное такими первичными причинами, как злоупотребление алкоголем и наркотиками. Чтобы по-настоящему осознать, что же вызывает эту "эпидемию" гепатита С, двигайтесь по денежному следу. Миллионы долларов делаются путём продажи препаратов и лечения людей от часто несуществующей проблемы». 33 Рулланд добавляет, что человеческое тело обладает потрясающими возможностями исцелять себя. Этот принцип, известный как целительные силы природы, является основой натуропатической философии. Цель Руллана как натуропатического врача - помочь восстановить равновесие между телом, умом и духом. Промежуточной целью может быть сосредоточение внимания на предотвращении конкретных будущих заболеваний. Долгосрочная цель заключается в том, чтобы работать с пациентом на улучшение его здоровья, не только путём устранения болезни, но также путем целенаправленного развития здоровья. 34

Памела Андерсон: Великий Маршал Вирусной Индустрии

К сожалению, объективное изучение пациентов с гепатитом С снова и снова срывается публикациями в специализированных журналах и средствах массовой информации, в которых рассказывается об инфекционном и эпидемическом потенциале заболевания. Самый известный случай, связанный с гепатитом С, вероятно, относится к американской актрисе и нимфе Памеле Андерсон. Андерсон объявила в 2003 году, что ей поставлен диагноз гепатита С, и это вызвало массовый испуг. Её врачи сказали, что жить ей осталось не более десяти лет. 35 Андерсон сообщила, что, по её мнению, она была заражена своим бывшим мужем, барабанщиком Томми Ли, когда они делали друг другу татуировки. 36

Доказательства этого не существует. Но в руках у глобальных СМИ была сенсационная история для увеличения тиража и рейтингов аудитории, а у "охотников за вирусами" появилась глобальная платформа, утверждающая, что HCV вызывается жизнеугрожающим вирусом. Внезапно, после долгого молчания, гепатит С стал известен во всем мире. Спустя короткое время Андерсон даже стала «Великим Маршалом» от American Liver Foundation, который пропагандирует антивирусную терапию. 37 Блондинка и секс-бомба была использована для агрессивной рекламы лекарств, эффективность которых никогда не была доказана и, безусловно, их потенциальный вред никогда не был исключен.

Глава 5


BSE: эпидемия, которой никогда не было.


«Предположение о том, что BSE представляет собой эпидемию, вызванную инфекционным агентом, (прион) в мясной и костной муке, не доказано. Чтобы доказать это, в течение одного года был бы необходим один эксперимент с контролируемым кормом с крупным рогатым скотом. Возможная альтернативная гипотеза заключается в том, что эпидемия BSE в Англии была вызвана сочетанием следующих факторов: генетического дефекта в генофонде нескольких стад крупного рогатого скота, отравление инсектицидами и тяжелыми металлами, дефицит меди и/или аутоиммунные реакции.»1

Роланд Шольц, профессор биохимии и клеточной биологии ЗивертЛоренцен, профессор зоологии (автор книги «Фантомная опасность BSE», 2005)

BSE: предсказание ужаса и огромных финансовых расходов.


Истерия, вызванная предполагаемой эпидемией коровьего бешенства (BSE - Bovine Spongiform Encephalopathy, губчатой болезнью мозга крупного рогатого скота, или КГЭ - коровья губчатая энцефалопатия), достигла своего пика в 2001 году и заставила людей опасаться, что они могут заполучить так называемый смертельный новый вариант болезни Крейтцфельдта-Якоба (nvCD или vCD) просто поедая сочный стейк. Учёные и политики одинаково инициировали самые странные процедуры безопасности, такие как массовое убийство крупного рогатого скота.

«Апокалиптический дух управлял страной» - написало немецкое издание Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung в 2002 году. «В ближайшие годы будут обнаружены сотни тысяч голов крупного рогатого скота с BSE, это предсказывают и серьёзные учёные, и самопровозглашённые эксперты. Речь идёт о тысячах, и даже десятках тысяч ожидаемых смертей, и не бычьих, вызванных новой формой болезни Крейтцфельдта-Якоба [согласно теории, вызываемой поеданием заражённой BSE-говядины]. Доклады о предполагаемой грядущей новой чуме человечества были повсюду. Два 2

министра должны уити в отставку.»

Сценарии ужасов не оправдались. Ни один из немцев не умер от этого варианта болезни Крейтцфельдта-Якоба (nvCJD или просто vCJD), хотя в конце 1990-х годов всё ещё говорилось о «эффекте бомбы замедленного действия» и возможной гибели до десяти миллионов человек но в 2001 году Британский медицинский журнал назвал его так: «болезнь Крейтцфельдта-Якоба: эпидемия, которой так и не случилось» , и в начале 2005 года британская исследовательская группа чётко дала понять и сообщила: «Заболевание Крейтцфельдта-Якоба отменяется».

На самом деле была установлена гигантская «бюрократия BSE», «которая регистрирует каждое дёргание в конюшне и проверяет каждый кусок мяса у мясника», согласно статье в Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung. Программа обошлась в круглую сумму. «Истерика BSE стоила Германии не менее € 1,5 млрд на сегодняшний день», - сказал Сухарит Бхакди (Sucharit Bhakdi), директор Института микробиологии и гигиены в Университете Майнца (его комментарии появились в 2002 году, это стоит отметить): и всё же обязательные тесты на BSE у крупного рогатого скота были «совершенно бессмысленными» и «напрасной тратой денег». Среди 5,1 млн. протестированных голов крупного рогатого скота, было обнаружено только 200 больных животных. И эти 200 «BSE-особей» могли «заразить не более трёх человек, и то в течение следующих 30 лет» - заявляет Бхакди. Его совет: просто ничего не делайте. Достаточно просто изолировать (так называемых) заражённых животных.6 И всё.

Догма инфекционной природы BSE


Но с тех пор вирусомания продолжает поражать производство говядины. Такие компании, как швейцарская фирма Prionics, которая контролирует 50% мирового рынка тестов BSE 1, продолжает зарабатывать миллионы (в конечном счёте, за счёт конечного потребителя). Вера в то, что инфекционная частица, или, точнее, прион (белковый инфекционный белок), делает больным крупный рогатый скот, всё ещё прочно закреплена в общественном сознании. И всё же, с начала 1990-х годов данные были тщательно собраны и опубликованы, но, несмотря на все усилия, до сих пор нет реальных доказательств гипотезы о том, что деформированный белок (прион) обладает инфекционными свойствами и способен вызывать размягчение мозга (губчатая энцефалопатия) - BSE у крупного рогатого скота и новый вариант болезни Крейтцфельдта-Якоба (vCD) у людей.

Атомная структура этих предположительно заразных прионных белков даже не известна. 8 «BSE называют эпидемией, но это неправильно - так же, как и предположение о том, что BSE является заразной, также неверно», - пишет Антон Майр, председатель микробиологии и эпидемиологии в Мюнхенском университете. «И даже трансмиссивная способность BSE для людей, ни с классической болезнью Крейтцфельдта-Якоба, ни с новой текущей формой, новым вариантом CD или nvCD, не

9

доказана».

«В зависимости от духа времени и полномочий власти одна догма или другая доминирует над научной сценой, часто с исключительностью, которая не допускает других возможностей и препятствует новым идеям», - пишет Роланд Шольц, профессор биохимии и молекулярной биологии из Мюнхена и критик доминирующей теории BSE. «И в драме BSE догма - это инфекционная природа этого заболевания». 10 И в этом случае Нобелевские лауреаты могут играть главную, но нездоровую роль. С одной стороны, эти награды обычно следуют духу времени, т.е. представляют передовые мысли. С другой стороны, они могут цементировать парадигмы. В 1960-е годы ученые придерживались мнения, что энцефалопатия у овец (известная как Скрапи, потому что животные постоянно царапаются) происходила только эндемически, то есть только внутри определённых стад. В этом случае может пострадать до 30% стада. Скрапи [болезнь овец] считается генетическим заболеванием, которое можно устранить, установив адекватные протоколы размножения, согласно исследованиям, проведенным Гербертом Пэрри в 1962 году. 11 Но после присуждения Нобелевской премии в 1976 году ранее упомянутому исследователю К.Гайдусеку (см. Главу 2) Скрапи, как и все губчатые энцефалопатии (размягчение мозга), была переопределена как инфекционное заболевание. Она была реклассифицирована после исследований Гайдусека по деменции в 1970-х годах, наблюдаемой у населения Папуа-Новой Гвинеи; он объявил, что это болезнь мозга (губчатая энцефалопатия, BSE также классифицируется как одна из таких болезней), является вирусным заболеванием, передаваемым через пищу.

Однако скрытого вируса-виновника так и не удалось найти. Тем не менее, микробиологические исследования продолжали удерживать свою теорию патогенов. Вирусные охотники отчаянно пытались навязать теорию заражения даже деменции. Работа Стэнли Прусинера (Stanley Prusiner) послужила основой для этой теории. В 1982 году ему удалось идентифицировать бляшки (скопления) в мозге, которые характерны для мозга, страдающего от повреждения нервов, и которые, как говорят, являются причиной. В этих бляшках обнаружены определенные белки, называемые прионами, которые в основном накапливаются на нейронах, в ненормально изменённой структуре (П-плиссированная структура, the P-pleated sheet structure). В то время как нормальный (здоровый, родной) прионный белок показывает преимущественно а-спиральные структуры и едва ли какие-либо «ненормальные» п-плиссированные структуры.

Таким образом, теоретическая модель развития бляшки подразумевает, что прионные белки с аномально измененной П-плиссированной структурой являются источником образования бляшек. Идея состоит в том, что, как частицы, чуждые телу, им удается попасть в мозг «жертвы», где они налагают свою деформированную П-структуру на нормальный белок с его а-спиральной формой. И эта П-структура облегчает сближение прионных белков, поэтому бляшки накапливаются на нейронах и нервных рецепторах. Эти бляшки постепенно ухудшают работу мозга - этот процесс постепенно приводит к накоплению «молекулярных отходов» в мозге, что приводит к гибели всё большего числа нейронов. «Дыры» в мозге, которые развиваются через этот процесс, а также отложения между клетками (вакуолями), придают мозгу губчатую внешность, столь характерную для болезни (термин «губчатая энцефалопатия» происходит от латинского слова spongia = губки).

В 1987 году Прусинер поддался искушению и довёл его до того, что в значительной степени проигнорировал прионы в эпидемической игре, что принесло ему огромную степень признания. Десять лет спустя, в 1997 году, он был даже «облагорожен» Нобелевской премией, как писал Deutsche Artzteblatt. 12 С этим тема заражения была сцементирована. Было объявлено, что «Prusiner prion» является спусковым крючком для губчатых заболеваний мозга и считается более опасным, чем все предыдущие инфекционные агенты (см. Диаграмму 8). Настолько опасным, что, как утверждается, невозможно дезактивировать его обычными средствами (тепло, радиация, химические вещества). Прион впервые был заклеймён как заразительный злодей; это, как говорят, особенно опасно, потому что иммунная система не может бороться с ним, так как он производится естественным образом в организме и не является чем-то чужеродным. Заметим, что согласно этой теории образование бляшек инициируется аномально структурированными прионными белками из исходного организма; они затем объединяются вместе со здоровыми прионными белками в новом организме для образования бляшек; эти бляшки и обнаруженные в них прионы состоят из белков, происходящих естественным образом в организме.

Диаграмма 8 Спекулятивная и непроверенная модель формирования бляшек Прусинера

Вирусомания
Вирусомания

Plaque-Formation

\\\\

Вирусомания
Вирусомания

\\

На иллюстрации описана модель предполагаемой инфекционности прионного белка. Если белковые агрегаты, которые развились в губчатом изменённом мозге, вводятся непосредственно в здоровый мозг, они вызывают ускоренный процесс агрегации в подобных белках в этом мозге. Благодаря взаимодействию белок-белок агрегат заставляет молекулы мембранного белка перестраиваться от «здорового» или «нормального» А-спирального в форму В-плиссированного и позволяет им накапливаться на агрегате, который постепенно увеличивается в размере. Прусинер впервые назвал это «усиление», но позднее (ложно) переименовал его в «инфекцию», потому что это звучит более страшно. Научное сообщество просто продвигает свою теорию, не анализируя, как возникает «инфекция», или снова возникает простая иммунная реакция. Посторонние белки, возможно, не оставили свои гистологические следы (как утверждает исследователь Алан Эбрингер, это явление известно как ЕАЕ уже не одно десятилетие). Кроме того, совокупность, показанная на этой диаграмме, которая, как говорят, вошла в мозг как инфекционный агент, не проникала в организм перорально (не через пищу), а скорее через внутримозговую инъекцию (непосредственно в мозг). И это, конечно, не тот способ, как заражаются животные в дикой природе или люди.

Кстати, изначально Прусинер обозначал белки как «с» и «Sc», прежде чем он омрачил терминологию терминами «прион» или «прионный белок» - «с» означает клеточный, т.е. нормальный мембранный белок, который встречается в А-спиральной форме (точнее: чье нейтральное положение представляет собой спиральную форму), и которая теперь считается внеклеточной супероксиддисмутазой, которая защищает клетки от кислородных радикалов, полученных внеклеточно (вне клеток). Прусинер дал этому мембранному белку название «РгР» (прионный белок), и он назвал полученный инфекционный агент «прион». «Sc» означает Scrapie (Скрапи): мембранный белок, который находится в виде агрегата у особей со Скрапи, первичная структура (аминокислотная последовательность) которого идентична первичному мембранному белку (до «с»), но которая имеет отличающуюся вторичную структуру (плиссированную вместо спиральной) и могла накапливаться по этой причине. Согласно концепции Прусинера, совокупность «Sc» сначала заставляет нормальную спиральную форму «с» преобразоваться в плиссированную. Но любой, кто знает хоть немного о белках, знает, что собственный белок не имеет абсолютно стабильной структуры, а скорее колеблется между различными состояниями: у рассматриваемого мембранного белкоа существует постоянная флуктуация между с и Sc. Является ли агрегат фактически принуждением нормальных с-белков превращаться в Sc, а затем объединяться вместе с совокупностью (другими словами, независимо от того, функционирует ли он как катализатор, который инициирует процесс), является гипотезой - или что вернее, чистой спекуляцией.

Притворная активность ради безопасности


В 1986 году, когда в Великобритании началась истерия эпидемии BSE, органы здравоохранения верили в инфекцию с участием возбудителя, передаваемого через корм. Не имея никаких подробных доказательств, они предположили, что прионы присутствуют у овец, страдающих от размягчения мозга (Скрапи). Считалось, что этим прионам впоследствии удалось достать и крупный рогатый скот через мясо и костную муку (содержащую отходы из убитых овец), используемые в качестве корма для скота. Благодаря этому было сказано, что крупный рогатый скот тоже стал больным.13 И поэтому простая гипотеза быстро стала гипотезой, которая перешла в угрожающий сценарий взаимодействия между СМИ и некоторыми научными кругами.

«Во всём этом средства массовой информации играют роковую роль, потому что, стремясь к кратковременным сенсационным заявлениям, они часто используют яркие и угрожающие заголовки, которые на самом деле не подтверждаются научными выводами», - говорит Иржинг Крониг, английский корреспондент немецкой еженедельной газеты Die Zeit, критикуя свою собственную профессию.1 Средства массовой информации решительно способствовали истерическим общественным реакциям, которые, в свою очередь, привели к поспешному действию политических и научных кругов. Фотографии умерщвлённого крупного рогатого скота и туш коров на мусоросжигательных заводах ещё больше подогрели пламя истерии. Прионы стали «всадниками апокалипсиса», которые угрожают человечеству.

Но даже с самым небольшим критическим анализом мы видим глубокий разрыв между истиной и иллюзиями. Пищевая промышленность передала общественности невероятно искажённую картину производства продуктов питания с XIX века посредством рекламы и связей с общественностью. Истины в этой информации всё меньше и меньше, и ей в большой мере препятствуют попытки всех видов клик и групп интересов получать максимальную прибыль. «Я считаю, что прежде всего винить [в катастрофе BSE] нужно министров сельского хозяйства, которые имеют своего рода симбиотические отношения с агробизнесом: с крупными корпорациями, а не только с производителям кормов и химическими группами» - говорит Крониг. «Благодаря этому исследования пошли по неверному пути с самого начала: это означает, что эксперты были слишком сильно направлены на защиту этих интересов. Исследования должны проводиться открыто, это должно измениться, поскольку только когда есть абсолютная ясность о причинах, что-то действительно разумное может быть предпринято».15

То, как тесно переплетаются исследования и крупный бизнес, можно также увидеть на примере лауреата Нобелевской премии Прусинера, который разработал свой собственный экспресс-тест BSE и широко рекламировал его через статью, опубликованную в научном журнале Spektrum der Wissenschaft в начале 2005 года, в которой Прусинер не стеснялся подчеркнуть, что тест, возможно, также будет подходящим для тестирования человеческой крови на BSE - и если бы это стало реальностью, то у производителей таких тестов был бы просто эквивалент денежного дерева в руках. Можно только согласиться с Прусинером, когда он сам пишет в своей статье: «Можно заподозрить, что я распространяю CDI-тест (быстрый тест Прусинера) в своих собственных интересах».1

Инфекционная гипотеза основана на сомнительных экспериментах


Теория гласит, что прионы распространяются через границы видов (например, от овец до коровы). И исследователи пришли к выводу, что если прионы могут управлять прыжком от овец до коровы, тогда люди также могут заразиться продуктами из говядины.

Но в экспериментах, на которых основаны эти гипотезы, есть многочисленные недостатки. Экстракты из мозгов животных с нервными заболеваниями были непосредственно введены в мозг испытуемых животных. Когда через год они обнаружили существование повреждающих нерв скоплений (бляшек) и «дырок» в мозге, это и было принято в качестве доказательства того, что прион вызвал инфекцию, что, в свою очередь, вызвало развитие этих бляшек в мозге.

Но изменения в мозге также могут иметь и другую причину. Они могут быть последствиями иммунной реакции, например, с которой тело защищается само по себе против чужеродных белков (в данном случае чужеродных прионных белков). Тем не менее, исследователи вообще этого не рассматривали, хотя исследование 1998 года иммунологом Аланом Эбрингером (Alan Ebringer) из Королевского колледжа в Лондоне указывало на возможность того, что многие эксперименты, связанные с инъекционным мозговым материалом от животных, страдающих энцефалопатией, в мозг здоровых животных, не обязательно вызывают передачу Scrapie или BSE (как считается), даже если эти животные впоследствии развивали неврологические симптомы, и в их мозгу обнаруживались бляшки. Мы также должны помнить, что лабораторные эксперименты, в

которых мозговой материал непосредственно передаётся от одного мозга к другому, ничего не доказывает с точки зрения инфекции, поскольку она (как предполагается) в естественных условиях передаётся через рот (перорально). Когда в последний раз ваш мозг вступал в контакт с чужой мозговой массой?

Эббингер: «Исследователи прионов делают то, что не допускается - они вводят гомогенаты мозговых тканей в экспериментальных животных, и когда появляются неврологические симптомы, говорят, что они передали BSE. Однако всё, что они делают, это производят таким образом экспериментальный аллергический энцефаломиелит (ЭАЭ или ЕАЕ - experimental allergie encephalomyelitis). Я думаю, что все прионные экспериментаторы предполагают производство ЕАЕ, а не передачу BSE».1

Дополнительным вопросом является то, что прионные эксперименты не включали правильных контрольных экспериментов (с участием сравнительной группы животных, которым вводили что-то, что можно сравнить с тем, что получают исходные испытуемые). В 2004 году в Science была опубликована статья, в которой утверждалось, что имеются своеобразное неопровержимое доказательство теории прионной инфекции - теории смягчения мозга. В эксперименте мозговые экстракты от инфицированных животных не вводили непосредственно в мозг тест-мышей. Вместо этого был искусственно создан деформированный прион с b-плиссированной структурой, и предполагалось, что эта структура придаст приону инфекционное свойство. Затем этот прионный белок с b-плиссированной структурой вводили в мозг мышей. Через один-два года у мышей 20

развились неврологические расстройства.

Но, опять же, подобные эксперименты не имеют научной ценности. Не только потому, что нейрофизиология и иммунология различаются между мышами и людьми, поэтому результаты могут быть принципиально обманчивыми. Кроме того, как и во многих экспериментах, проведённых гильдией прионных исследователей, не было никаких контрольных экспериментов с экстрактом, который можно сравнить с первоначально введённой жидкостью. Единственный раствор соли, который вводился в мозг контрольных животных, не является истинным контролем. Исследователи должны были взять хотя бы один другой раствор, содержащий белок, и ввести его в мозг тестируемых мышей. Или, что ещё лучше, генетически модифицированный прионный белок, у которого не было b-плиссированной структуры, а скорее «здоровая / нормальная» а-спиральная форма.22

Ответчики гипотезы «прионов в мясной и костной муке» также отсылают критиков к исследованиям, в которых сырой мозговой материал подается лабораторным животным. Но сырой мозг, который исходит от животных с поражённых головным мозгом, не может быть приравнен к корму для животных, поскольку эти субстанции имеют совершенно различное содержание. Здесь также результаты испытаний не могут быть перенесены на реальность. Кроме того, в этих экспериментах также отсутствуют адекватные контрольные группы (группы животных, которые питаются продуктом, полученным из здорового мозга коров). По этой причине нельзя утверждать, что определённая составляющая в мозговом материале, подаваемом мышам (например, деформированный прион), произвела изменения в их мозге через год или более - или что сам материал мозга не был ответственным за это.23 По этой причине наблюдаемые симптомы можно также интерпретировать как изображающие результаты иммунной реакции.

Конечно, экспериментальные игры и спекуляции идеально подходят для впечатляющих доверчивых коллег-исследователей, политиков, журналистов и общественности. Но они научно бесполезны. «Для неконтролируемых экспериментов по кормлению в полевых условиях существуют исследования, которые потребуются всем, у кого есть здоровая доза здравого смысла, и которые, как полагают многие, уже давно произвели изобретатели гипотезы о «прионах в мясе и костной муке», критикует Роланд Шольц. Это означает, что большое стадо должно было быть разделено на две половины: одна группа получает мясо и костную муку, а другая не получает этот корм. Однако, поскольку этим просто пренебрегли, вывод очевиден: пока не показано, что крупный рогатый скот заразился BSE через кормление «заражённым» мясом и костной мукой. То, что инфекционный белок в мясной и костной муке вызывает BSE, всё ещё является недоказанной гипотезой. Кстати, это было бы ещё более информативно, если бы контролируемый эксперимент проводился с специально изготовленными мясными и костяными блюдами (состоящими из материала из особей со Скрапи или крупного рогатого скота с BSE), что, кстати, ещё может быть сделано. Тогда можно было бы выяснить, является ли мясо и костная мука триггером вообще, и если да, то какой инфекционный агент это был - если бы изменение в процессе производства муки для животных могло быть

„ 25

причиной.

BSE: Генетический дефект из-за инбридинга


Из-за отсутствия доказательств для тезиса о том, что прионы в мясной и костной муке могут спровоцировать BSE, представляется особенно целесообразным следить за другими попытками объяснения. Вполне возможно, что дефект в генетическом составе крупного рогатого скота от нескольких британских стад за счёт чрезмерного скрещивания умножился до такой степени, что животные заболели.

BSE проявляется прежде всего у молодняка крупного рогатого скота в возрасте от двух до пяти лет (крупный рогатый скот может жить до 25 лет), тогда как большинство заболеваний, сравнимых с BSE, как правило, появляются в преклонном возрасте. Те животные, которые получали редкое заболевание, называемое «болезнью коровьего бешенства» («mad cow disease»), были значительно старше. И у людей также эти губчатые энцефалопатии (размягчение мозга), которые не появляются в семьях, как правило, связаны с возрастом. Но у детей и подростков также появляются губчатые энцефалопатии, которые часто наблюдаются уже в семьях. Благодаря современному высокопроизводительному животноводству большинство коров происходит лишь от нескольких быков, которые часто сами связаны друг с другом. Благодаря искусственному осеменению считается, что сперма одного быка гарантирует высокую эффективность коров (дочерей) и может обеспечить целый регион. Инцест следует избегать, но с размножением, ориентированным только на высокие показатели - в Англии корова ежедневно дает 60-70 литров молока - этого правила обычно не наблюдается. «Один бык в институте оплодотворения региона мог бы стать отцом многих голов крупного рогатого скота, а также даже быть и их дедом», - пишет Роланд Шольц. «И вот то, что было обычным в стадах овец на протяжении веков, прибыло в стада крупного рогатого скота за последние несколько десятилетий».

С губчатыми энцефалопатиями переход с парадигмы от инфекции к генетике мог быть выполнен Прусинером. В своих исследованиях по причине BSE на молекулярном уровне он обнаружил, что определённый мембранный белок на нейронах (прион) имел тенденцию переходить из функциональной а-спиральной формы в бесфункционную b-плиссированного форму. Эти Ь-плиссированные белки, имеющие форму гофрированного листа металла, имеют тенденцию сжиматься вместе с другими белками, которые также имеют структуру из b-плиссированных листов. Агрегаты растут, развивают бляшки (глыбы) на нервных клетках, типичных для размягчения мозга, и затем могут заставлять другие прионные белки повторно формироваться: сначала в одной и той же клетке, затем на соседних клетках, так что процесс распространяется по всей области мозга (как ряд падающих домино после того, как первый был сбит).26 Прусинер назвал бляшки, которые размножаются автокаталитически (порождают сами себя) прионами.

Первоначально он называл процесс «амплификацией» (репликации) белка, который имел ненормально изменённую структуру, что было позже запутано с инфекцией.27 Этот процесс амплификации значительно ускоряется, когда аминокислота замещена в критической точке посредством мутации в соответствующем гене. Например, у носителей в семействе, в которых часто проявлялся определённый тип энцефалопатии, базовый тимин был заменён цитозином в кодоне 102 гена, который обычно кодирует аминокислотный лейцин. Следствием этого является то, что этот ген кодона 102 больше не кодирует лейцин, а скорее пролин аминокислоты. Пролин, однако, известен как «выключатель спирали». К 1995 году в BSE-семействах было обнаружено 18 различных мутаций при которых часто случалось губчатые энцефалопатии или размягчение мозга. Время возникновения, степень тяжести и течение заболевания зависели от типа и положения мутации.28

BSE как эффект химического отравления


Общее принятие гипотезы о том, что BSE является эпидемией (вызванной кормлением животных мясной и костной мукой, в которой могут быть найдены инфекционные прионы) означает, что никто не обращает внимания на тот факт, что эпидемиология BSE не соответствует собственно процессу кормления вообще. Как показывает статья в журнале The Lancet, в Великобритании большинство случаев болезни Крейтцфельдта-Якоба (CJD) наблюдались у людей в северной Шотландии , тогда как большинство крупного рогатого скота с BSE было диагностировано в южной Англии, как показано в статье из Nature (см. диаграмму ниже).30 Но согласно основному тезису «BSE = потребление заражённого мяса» BSE у скота вызывает болезнь Крейтцфельдта-Якоба у людей (теория, которая, подчеркнём ещё раз, полностью не доказана), но это можно объяснить только в том случае, если мясо от заражённого BSE крупного рогатого скота с юга Англии было съедено только на севере Шотландии. Это, однако, практически невозможно. 3

Помимо того факта, что немногие случаи варианта болезни Крейтцфельда-Якоба (vCJD) вряд ли предоставляют достаточный материал для серьёзных эпидемиологических анализов, обычно не учитывается и то, что в отношении BSE в Великобритании наблюдался значительный разрыв между Севером и Югом, тогда как в случае с vCJD это было точно наоборот. Это противоречит утверждению, что употребление мяса от «заражённых BSE» коров может вызвать vCJD у человека.

Источники: Nature, 29 August 1996, pp. 779 - 788 (левое изображение на общей диаграмме), Anderson, Robert, Transmission dynamics and epidemiology of BSE in British cattle; Lancet, 31 March 2001, pp. 1002 - 1007 (правое изображение на общей диаграмме), Smith, Peter, Geographical distribution of variant Creutzfeldt-Jakob disease in Great Britain 1994 - 2000

B 1985 году в Англии был принят закон, принуждающий фермеров применять фосмет для своего скота. Фосмет - это органофосфат, высокотоксичный инсектицид против насекомых, который вызывает тяжелые нейронные повреждения. Только в Великобритании, Северной Ирландии и Швейцарии фосмет использовался в таких высоких концентрациях - именно в тех странах, где и

пгг 33

произошли почти все случаи BSE.

Британский фермер по имени Марк Пурди заметил, что его коровы не заразились BSE, хотя они получали то же самое мясо и костную муку, но не обрабатывались органофосфатами. 34

Вирусомания
Вирусомания

1992 vCJD* cases

per million people

♦New variant or just variant Creutzfeldt-Jakob-Disease (nvCJD or vCJD)

В 1985 году был принят закон, который заставил британских фермеров применять фосмет (иньекции в холку). Фосмет является органофосфатом -высокотоксичным инсектицидом, который может вызывать тяжёлые неврологические повреждения. Токсин проникает через кожу в кровоток и, таким образом, повреждает центральную нервную систему.

Британское правительство знало об этих связях. Итак, в начале 1990-х годов был отменен закон, требующий применения фосмет для крупного рогатого скота, поскольку между органофосфатом и появлением BSE была установлена вероятная связь. В то же время, с 1993 года, произошло также резкое сокращение случаев BSE. Британский следственный совет по BSE также признал, что органофосфат, по-видимому, является со-фактором в начале «эпидемии» BSE. И уже давно известно, что хроническое отравление органофосфатом «приводит к полинейропатии [тяжёлому нейронному повреждению]», согласно токсикологу Хайнцу Л ийманну (Heinz Liillmann).

Это подтвердили результаты исследований нейрофизиолога Стивена Утли (Stephen Whatley) из Лондонского института психиатрии. Согласно этому исследованию, финансируемому за счёт частных пожертвований,36 фосмет может стать спусковым механизмом для болезней BSE. 37 Утли хотел более тщательно изучить этот предмет и запросил дополнительные средства для эксперимента из правительственных учреждений, но власти отклонили этот запрос, что кажется ещё более озадачивающим, учитывая то, что Утли подчёркивает, что «нет противоречивых данных, то есть до сих пор нет научной статьи, которая опровергает его выводы». 3

В этом контексте, почему не все коровы, которые обрабатываются органофосфатами, получают с BSE? Можно подумать, что доза имеет значение. Однако, даже если бы весь крупный рогатый скот получил такую же дозу токсинов, разные особи не реагировали бы одинаково, так как у крупного рогатого скота есть разное генетическое строение.

Кроме того, также может значительно варьироваться и количество фосмета, применяемое каждым отдельным фермером. Если токсин может ускорить вспышку заболевания (так как алкоголь может вызвать заболевание печени), то он также может быть причиной и одиночной болезни.

Если, однако, было бы официально подтверждено, что фосмет был причиной BSE, заявки на компенсацию в миллиарды долларов будут поданы не только против британского правительства, но и против производителей инсектицидов. Это, конечно, не является желательным результатом для правительства, и поэтому ясным связям разрешается исчезать в «тумане из прионов».

Кстати, гипотезы об отравлении или интоксикации легко проверяются и, в отличие от гипотез про вирус или прион, они могут быть противоречивыми, что означает возможность доказательства правильности или неправильности теории с помощью токсикологической и эпидемиологической проверки. Но, к сожалению, эти тесты не проводились. 3

К сожалению, в течение примерно десяти лет тенденция всё чаще направлена на сокращение токсикологических институтов, в то время как фармацевтические институты приобретают всё большее значение. Благодаря этому критические аспекты токсикологии (ядовитый характер лекарств и других химических веществ) всё чаще отходят на задний план, потому что основное внимание уделяется исследованию лекарств.

Помимо фосмета, другие ядовитые вещества также могут ухудшить здоровье крупного рогатого скота, например, отравление марганцем (тяжёлым металлом). В промышленном сельском хозяйстве большое количество марганца используется при выращивании кур, после чего, путём переработки

.. „ 40

куриного помета, тяжелый металл попадает в мясо и костную муку и далее в крупный рогатый скот.

Эксперты также ссылаются на возможный дефицит меди, который мог бы атаковать нервы крупного рогатого скота. Такие недостатки меди могут приводить к серьёзным неврологическим дефектам и долгое время наблюдались у пасущихся животных. Экспертов описывают это как

4142

«эндемическая атаксия».

BSE не является инфекционным заболеванием


Предположение о том, что BSE в Великобритании является эпидемией, вызванной инфекционным агентом, называемым прион в мясной и костной муке, не доказано. Чтобы доказать это, был необходим, по крайней мере, эксперимент с контролируемым кормом с крупным рогатым скотом. Но это не было сделано. «Согласно опубликованным данным о появлении и распространении эпидемии, вероятной альтернативной гипотезой может быть то, что рецессивный генетический дефект накапливался в нескольких стадах крупного рогатого скота», - утверждает Шольц. «Причиной было бы чрезмерное размножение в стремлении к наилучшей эффективности производства молока, в результате которого в качестве отрицательного результата размножения была случайно выведена возрастающая предрасположенность к возникновению BSE, если ее не заметили в течение длительного времени».

Но более вероятно, что эпидемия BSE в Англии была вызвана генетически обусловленной предрасположенностью в сочетании с другими стрессами (отравление инсектицидами или тяжёлыми металлами, дефицит меди или аутоиммунная реакция), к которым особенно чувствительны BSE-животные, и, таким образом, заболевают быстрее. Также ответственность может лежать на воздействии токсинов, таких как фосмет. Все эти теории приводят нас к такому выводу: BSE не является инфекционным заболеванием.

Если нет оснований полагать, что это заболевание передаётся от животного к животному и от вида к виду, нет смысла бороться с ним, истребляя здоровых животных или целые стада.

Утверждение о том, что здоровье человека находится под угрозой со стороны BSE, проистекает из недоказанной гипотезы «прионов в мясной и костной муке». Это утверждение, основанное на гипотезе, есть не что иное, как чистое предположение.

vCD (новый вариант болезни Крейтцфельдта-Якоба) не является новым заболеванием, а скорее редким диагнозом, который в последнее время стал более распространённым (даже если 1 случай на 5 миллионов человек - это всё ещё очень редко). Риск заражения vCD при проглатывании говядины (включая мозг, объявленный как материал особого риска) минимален по сравнению с

43

многочисленными рисками повседневной жизни.

Глава 6


SARS (ТОРС - тяжёлый острый респираторный синдром, в СМИ - атипичная пневмония): истерия по пятам СПИДа и BSE.


«Универсальная человеческая проблема заключается в следующем: после долгих поисков и мучительной неопределенности мы наконец верим, что можем объяснить определённое явление. Эмоциональное обязательство, которое мы при этом взяли на себя, может быть настолько большим, что мы предпочитаем объявлять неопровержимые факты, которые противоречат нашему объяснению, неверными или несущественными, вместо того, чтобы адаптировать наше объяснение к этим фактам. Само собой разумеется, что такая ретушь реальности может иметь значительные последствия для нашей адаптации к реальности» 1

Пол Вацлавик (Paul Watzlawick) (Из его книги «Насколько реальна реальность?») «То, во что я верю и то, что я могу доказать - это две разные пары ботинок. "

Капитан Коломбо

(TB-сериал «Коломбо», эпизод "Убийство среди братьев", 1995)

Сначала трагедия 9/11, потом война в Ираке, а затем атипичная пневмония?

Если верить СМИ, за последние два десятилетия мир неоднократно был опустошён крупными новыми эпидемиями. В начале 1980-х годов появился СПИД, через несколько лет появился гепатит С, за которым последовала BSE в 1990-х, а к 2003 году - SARS (ТОРС - тяжёлый острый респираторный синдром). Но эти новые эпидемии отличаются от эпидемий прошлого в одном решающем моменте: хотя чума, холера и брюшной тиф разрушали целые города, число тех, кто действительно пострадал от новых эпидемий, сравнительно невелико. По данным Института Роберта Коха, в Германии от СПИДа ежегодно умирает всего несколько сотен человек. Что касается гепатита С, то нас всё ещё ждёт эпидемия цирроза печени. И эпидемия BSE не представила большинству стран ни одного клинического случая, а только животных, прошедших положительный тест.

Хотя смерть от так называемых «инфекционных заболеваний» становится всё более редкой (здесь, в Германии, это менее 1% всех случаев смерти), наш современный мир страдает от эпидемического страха. Как ещё могут несколько случаев пневмонии - и это всё, что было с пациентами с атипичной пневмонией - вызывать такой страх у граждан Китая, что в больших городах, таких как Гонконг и Сингапур , они массово надевали хирургические маски на лицо? Такие маски можно было найти на каждом столе в китайской провинции Нинбо. Промышленно-коммерческий банк Китая и Городской коммерческий банк Китая решили прятать банкноты на 24 часа, прежде чем возвращать их в обращение (в надежде, что вирус SARS на этих банкнотах «умрёт» в течение этого времени?) И дело даже дошло до стерилизации денег через воздействие на них ультрафиолетового света в течение четырёх часов и обработки их дезинфицирующими средствами. Немецкий производитель спортивных товаров Adidas, который производит более половины своих всемирно продаваемых кроссовок в Китае, отреагировал на это как на чрезвычайную ситуацию - ставился даже вопрос о перемещении производства в Индонезию. Но в итоге ограничились меньшими масштабами -распространением листовок с правилами гигиены среди фабричных рабочих, в которых постоянно спрашивалось все ли рабочие носят защитные маски и регулярно ли они моют руки.

Между тем немецкий химический гигант BASF сообщил, что у них произошла «вспышка заболевания» в одном из офисов, когда китайский секретарь заболел на выходных. Но, к счастью, все 250 сотрудников уже знали об этом в понедельник: после первых сообщений о SARS BASF приказал каждому сотруднику иметь при себе в кармане карточку с телефонными номерами трёх коллег, так что в случае крайней необходимости все должны были немедленно позвонить коллегам. Таким образом, в эти выходные новости стали распространяться по телефонным линиям, и 20 человек, которые тесно сотрудничали с больным секретарём, получили приказ оставаться дома. Одновременно весь пол, где работал секретарь, был продезинфицирован в течение двух дней, и с этого времени туалеты чистили много раз в день. Представитель BASF выразил удовлетворение: «Управление кризисом сработало».

Lufthansa, напротив, была полностью застигнута врасплох этим кризисом. Немецкая авиакомпания потеряла более 300 миллионов евро в первом квартале 2003 года после того, как было отменено много рейсов. И затем группа объявила, что еще 15 самолетов должны были быть помещены в карантин, в результате чего общее количество самолетов «на приколе» достигло 70-ти. «Сначала 11 сентября [террористическая атака в Нью-Йорке], затем война в Ираке, и теперь и SARS - это худший кризис за десятилетия», - объявила немецкая газета Die Zeit о ситуации с Lufthansa. 5

В этой всеобщей истерии все полностью упускают из виду тот факт, что люди постоянно заражаются лёгочными инфекциями и умирают. Тем не менее, Всемирная Организация Здравоохранения утверждает, что в первые девять месяцев после начала «эпидемии» в конце 2002 г. в Китае было чуть менее 800 «вероятных случаев смерти от атипичной пневмонии», при том (и это стоит отметить), что население Китая составляет 1,3 миллиарда6 человек, вместе с Гонконгом и Тайванем. 7 Эти несколько сотен смертельных случаев настолько малы в процентном соотношении, что они просто теряются в общем количестве случаев пневмонии, регистрируемых постоянно.

SARS «считается одним из самых редких заболеваний», как подчеркнуло издание Deutsche Arzteblatt (Немецкий медицинский листок) в апреле 2003 года. И три года спустя, в июле 2006 года, добавило, что (предположительно существующий) SARS-коронавирус «клинически не имеет никакого значения».9 Почему же тогда возникла такая массовая паника? Даже знаменитая рок-группа The Rolling Stones считала себя обязанной избегать Гонконга и Сингапура 1 , а глава Калифорнийского университета в Беркли запретил сотням абитуриентам из азиатских стран посещать элитный институт.1'1 Даже предполагалось, что экономика и рынки Азии окажутся на грани краха. 12 Даже катастрофическое цунами в новый год 2004-2005 года нанесло экономике Азии значительно меньший ущерб, чем «атипичная пневмония», хотя, согласно оценкам ВОЗ, гигантская приливная волна унесла более 200.000 жизней за очень короткое время (от этого цунами погибло в сто раз больше людей, чем тех, кто официально умер от атипичной пневмонии).

Теория «поцарапанного лобового стекла», описанная философом Полом Вацлавиком в его книге «Насколько реальна реальность?» предлагает объяснение таким массовым явлениям: «В середине 1950-х годов в городе Сиэтле разразилась странная эпидемия: всё большее число автовладельцев отмечали, что ветровые стекла их автомобилей были покрыты небольшими кратероподобными царапинами. Количество этих случаев росло так быстро, что президент Эйзенхауэр по просьбе губернатора штата Вашингтон Розоллини направил в Сиэтл группу экспертов из Американского совета по стандартам для выяснения этой тайны. Согласно итогам этого расследования, эксперты очень быстро обнаружили, что среди жителей города циркулируют две теории «о ветровых стёклах». На основе одной, так называемой теории «осадков», недавно проведённые ядерные испытания в Тихом океане загрязнили атмосферу, и радиоактивные осадки превратилось в стекло-коррозийную росу в сыром климате Сиэтла. Приверженцы «асфальтовой» теории, с другой стороны, были убеждены, что на длинных отрезках недавно проложенных автострад, которые были построены по амбициозной программе дорожных работ губернатора Розоллини, разбрызгивали капли кислоты на ранее нетронутые ветровые стекла, на которые также влияла влажная атмосфера Сиэтла. Но, вместо того, чтобы исследовать эти теории, эксперты из комитета по стандартам сконцентрировались на гораздо более осязаемом факте и обнаружили, что во всём Сиэтле не наблюдалось никакого увеличения поцарапанных ветровых стекол. «По правде говоря, скорее это стало массовым психозом. Когда начали накапливаться сообщения о ветровых стёклах с царапинами-кратерами, всё больше водителей начали осматривать свои автомобили. Большинство из них делали это, наклоняясь над стеклом снаружи и рассматривая их вблизи, вместо того, чтобы делать это изнутри, глядя через лобовое стекло под нормальным углом, как обычно. С этой необычной перспективы были обнаружены ямки, которые обычно присутствуют (но незаметно) в автомобиле, который просто регулярно используется. То, что возникло в Сиэтле, было эпидемией не повреждённых ветровых стекол, а точнее пристально разглядываемых.

Это простое объяснение, однако, было настолько непривычным, что вся история пошла по пути многочисленных вызывающих сенсацию сообщений: которые средства массовой информации вначале воспринимают как сенсации, но обычные объяснения замалчивают, что приводит только к ещё большему распространению дезинформации. 14 С появлением «атипичной пневмонии» врачи всего мира также внезапно взглянули на обычные лёгочные инфекции с другой стороны, а именно с точки зрения «нового опасного вируса» и нового лабораторного теста (теста на антитела к атипичной пневмонии).

Критические мысли об эпидемиологии атипичной пневмонии: как на самом деле умер Карло Урбани?


Статья в журнале MMW Fortschritte der Medizin («Достижения в медицине») описывает предполагаемый «путь заражения» SARS: «21 февраля 2003 года врач из [гигантской промышленной провинции Китая] Гуандун привёз вирус на автобусе в Гонконг, город с населением в семь миллионов человек, где он должен был присутствовать на свадьбе. Уже тяжело больной, он забронировал номер в гостинице, где якобы и заразились ещё семь человек, в том числе индексные пациенты для Канады и Вьетнама [индексные пациенты являются первыми пациентами, с которых, как говорят, началась эпидемия]. После того, как его состояние быстро ухудшилось, он был доставлен в больницу, где он заразил ещё больше пациентов и где умер десять дней спустя. Вьетнамский пациент вылетел в Ханой. Там его лечил итальянский специалист по инфекциям ВОЗ Карло Урбани, который назвал это состояние Тяжёлый Острый Респираторный Синдром (ТОРС = SARS). 29 марта Сам Урбани умер от инфекции.»15

Вирусомания

На фото справа: доктор К.Урбани

И всё же были предприняты все попытки защитить Урбани и пациентов от злых патогенных микробов. Как сообщает New England Journal of Medicine (NEJM), «четырехчасовая дискуссия привела к тому, что правительство предприняло экстраординарные шаги по карантину французской больницы во Вьетнаме, введению новых процедур по контролю инфекций в других больницах и обращению за помощью к международным экспертам. Дополнительные специалисты из ВОЗ и Центров по контролю и профилактике заболеваний (CDC) прибыли на место происшествия, а «Врачи без границ» (MSF) помогли своими сотрудниками, а также защитными костюмами и комплектами для борьбы с инфекциями, которые были ранее запасены на случай вспышек вируса Эбола.» Страх зашел настолько глубоко, что для защиты Урбани от вирусных атак была спонтанно создана «комната изоляции», в которой эксперт «боролся с ОРВИ в течение 18 дней в бангкокской больнице». 16 В то же время были опубликованы рекомендации по работе с пациентами: пациенты должны содержаться в изоляции и, по возможности, должны находиться в «палатах с отрицательным давлением», чтобы «из помещений, в которых воздух, предположительно, «заражён вирусом», не могу проникнуть наружу. Но ничего из этого не помогло; пациенты умерли, как и Урбани 29 марта 2003 года. Предположительно, виновным был новый возбудитель - вирус SARS.

Ведущий медицинский журналист New York Times Лоуренс Альтман немедленно вышел на сцену. Вскоре после смерти Урбани он написал об опасностях инфекции SARS: «Это может повлиять на любого, кому не повезло оказаться на пути заражённого чихания или кашля. SARS может быть настолько взрывоопасным, что десятки членов семьи и медицинских работников могут заразиться от 18

кашля одного пациента.»

Однако нет никаких доказательств этого сценария. И если бы это было действительно так, то это привело бы к экспоненциальному увеличению числа случаев заболевания, а число инфицированных пациентов должно было достичь головокружительной высоты. Но этого не произошло, и SARS никогда не следовало опасаться.

Вирус также должен был атаковать все возрастные группы. Но «атипичная пневмония по большей части пощадила детей» - по «неизвестным причинам», - с удивлением заметил Альтман (не обращая внимания на этот важный центральный факт). Кроме того, NEJM заявил, что «новых [SARS] случаев среди работников здравоохранения зарегистрировано не было».19 На самом деле никакой эпидемии не было, и, конечно, среди работников здравоохранения тоже. Это также ясно свидетельствует о невозможности того, что «работает» высококонтагиозный вирус, поскольку медсёстры, лица, осуществляющие уход, и врачи несут особенно высокий риск заражения таким вирусом. Однако, вопреки фактам, Альтман пишет, что «было быстрое распространение атипичной пневмонии среди работников здравоохранения, которая была первым серьёзным признаком возникновения новой болезни». 21

Вместо того, чтобы вызывать эпидемическую тревогу, ВОЗ должна была бы на самом деле изучить центральный вопрос о том, почему 47-летний врач (Карло Урбани) умер в результате инфекции лёгких; ведь это что-то действительно необычное. Но чиновники ВОЗ страдают от вирусного туннельного зрения, поэтому пренебрегают тем фактом, что любой, кто заболевает лёгочной инфекцией, обычно имеет ослабленную иммунную систему и систему детоксикации. Это приводит к увеличению числа микробов, что может привести к воспалению нижних дыхательных путей. К тому же и целый ряд веществ может повредить иммунную систему, особенно противовирусные препараты.

Статьи о SARS в Lancet22 или NEJM23 показывают, что пациентам с атипичной пневмонией обычно вводят все виды противовирусных и антибиотических препаратов. Таким образом, Урбани был введён полный арсенал лекарств, побочные эффекты которых могут быть смертельными. Мы также должны учитывать, что лёгочные инфекции никогда не регистрировались как эпидемии. Если, например, случаи пневмонии накапливаются, мы должны спросить, имеет ли место необычно большое количество людей с иммунодефицитом, как это было в Филадельфии в 1976 году, когда ветераны заболели воспалением лёгких на собрании Американского легиона, и некоторые из них умерли. Высшие должностные лица США по борьбе с вирусами, Центры по контролю и профилактике заболеваний (CDC), также узнали об этом и немедленно забили тревогу. СМИ кричали, что «убийца монстров» стал причиной гибели бывших солдат. 24 Легенда о «ветеранской пневмонии», вызванной микробами, родилась очень быстро. CDC, как обычно, попал в инфекционную манию и даже не думал, что необходимо проводить лабораторные эксперименты, чтобы можно было также выявить и немикробные причины.25

Обнаружение бактерии у нескольких жертв не должно приводить к автоматическому предположению, что микроб является основной или единственной причиной болезни. Такая бактерия вполне может быть вторичным захватчиком: бактерия, которая размножается в уже ослабленном теле. Мы также должны помнить, что бактерии легионеллы повсеместно распространены в окружающей среде 2 , но большое количество людей (и животных) не болеют из-за них. Т.е. никогда не было никакой опасности эпидемии.

Действительно, «эпидемиологический анализ эпидемических и спорадических случаев выявил различные факторы риска развития болезни легионеров или смертельной инфекции», - пишет патолог Вашингтон Винн в журнале «Клинические микробиологические обзоры» после тщательного изучения этого события. «Среди них выделяются курение сигарет, пожилой возраст, хронические заболевания лёгких и иммуносупрессия [ослабленная иммунная система]. Вероятно, сочетание факторов риска приводит к наибольшей вероятности заражения». 27 Многие пациенты, помеченные как жертвы болезни легионеров, уже серьезно больны (рак, диабет, хронический бронхит, пересадка почек и т. д.) и принимают иммунодепрессанты. И поэтому пневмония, поразившая ветеранов

(легионеров) на их собрании 1976 года, была бактериальной инфекцией, и ветераны были лёгкой мишенью, потому что они были иммунологически ослаблены после вечеринок днем и ночью (с наркотиками, алкоголем, никотином или лишением сна - всем тем, что ослабляет иммунитет). Даже сегодня всё ещё существуют «вспышки болезней ветеранов", которые составляют всего несколько случаев пневмонии. Остальные жертвы «эпидемии» - это случаи «тестовой эпидемии», которые возникают только потому, что здоровые люди проходят серологическое тестирование (с помощью анализа крови), и этот тест также оказывается положительным, что, в свою очередь, может иметь различные причины (алкоголь, наркотики, недоедание и т. д.).

Антивирусная терапия: больше боли, чем лечения


Бактериальная пневмония может быть легко определена по анализу крови. Как правило, направленное лечение антибиотиками является успешным (хотя устойчивость к антибиотикам наблюдается всё чаще). Теперь предполагается, что атипичная пневмония является вирусной инфекцией, поэтому сильная иммунная система обычно позволяет организму бороться с вирусом. С другой стороны, чем слабее иммунная система, тем сильнее выражена вирусная инфекция. Но какое оружие использует традиционная медицина в первую очередь для борьбы с вирусной пневмонией или другими заболеваниями, когда предположительно причиной является вирус? В конечном итоге, ничего, кроме лекарств, которые ослабляют иммунную систему. Хорошим примером является опоясывающий лишай (herpes zoster), который в течение жизни поражает каждого третьего человека в развитых странах. Основная медицина предполагает, что виноватыми в опоясывающем лишае являются дремлющие, а иногда и «реактивированные» вирусы герпеса в организме (или, точнее, вирусы ветряной оспы). Итак, довольно долгое время считалось и постулировалось, что противовирусные препараты, такие как антибиотики, уничтожающие бактерии, являются эффективным оружием против вирусов. Один из первых противовирусных препаратов стал ацикловир (Zovirax), который, как говорят, борется с вирусами герпеса и опоясывающим лишаем. Но клинические доказательства этого, опять же, отсутствуют. Мало того, что многие случаи этого заболевания проходят сами, без лечения, по этой причине люди любят утверждать, что они реагируют на то, что с ними «разговаривают удивительные целители». По сути, действуют силы самовосстановления организма. Кроме того, плацебо-контролируемые исследования для одобрения Zovirax - например с препаратами против гриппа (Реленца, Тамифлю и др.) - не предоставили доказательств того, что противовирусные препараты значительно сокращают течение заболевания. Утверждается, что эти лекарства могут облегчить симптомы заболевания, влияющие на нервы, но это очень субъективный вид диагноза, и, поскольку это так трудно объективировать, фармацевтическая промышленность просто делает предположения, которые в конечном итоге приспособлены для получения прибыли. Тем не менее, противовирусные препараты могут вызывать те же симптомы, с которыми они борются: от анемии (дефицит железа), повреждения костного мозга, повышенной чувствительности кожи и затруднений дыхания до нарушения функций почек и печени (гепатит). Все эти побочные эффекты отмечены и на вкладышах в упаковках этих препаратов. 3

Кроме того, как правило, эти «противовирусные» вещества являются нуклеозидными аналогами или терминаторами ДНК, что означает, что они блокируют генетический материал (ДНК) и, как предполагается, препятствуют репликации вируса. Но это не единственная концепция противовирусных препаратов, связанная с гипотезой со многими недоказанными и даже противоречивыми факторами. Основное требование для разработки активных противовирусных препаратов - сначала точно знать врага - вирус, а также знать, что это патогенный враг, работающий в одиночку (без таких сообщников, как химический токсин, стресс и тд.). Но и с вирусом атипичной пневмонии есть обоснованные сомнения в том, что все эти факторы были надежно определены.

SARS: вирусный враг так и не найден


Как мы уже говорили, наиболее надежным доказательством может быть взятие крови у пациента и выделение вируса путем его полной очистки (отделения от всех других компонентов клетки), а затем визуализация с помощью электронного микроскопа. Только истинная изоляция вируса позволяет разрабатывать надёжные тесты на вирусы, поскольку биохимическое определение и идентификация генов и белков, типичных для вируса, требуют его наличия в чистой культуре. Присутствие посторонних частиц, а также ложное определение частицы (которая, возможно, вообще не является вирусом) будет фатальным, поскольку оно искажает результаты, на которых, в конечном счёте, основывается разработка вирусных тестов. К таким последствиям относятся: постановка ошибочных диагнозов, ненужный страх смерти для тысяч пациентов, а также побочные эффектов вводимых пациенту противовирусных препаратов, лекарств от лихорадки и т.п. Но, к сожалению, ни одна из публикаций, появившихся до сегодняшнего дня, не показывает какое-либо доказательство подлинного вируса.

Основным исследованиям вряд ли удалось воспроизвести так называемые коронавирусы (так называемый «вирус SARS», как предполагается, один из них) «в обычных клеточных культурах», что можно почерпнуть из немецкого издания Arzte Zeitung.32 Кроме того, согласно ортодоксальной вирусной теории, вирус SARS должен присутствовать у каждого «подозреваемого» пациента, и его нельзя обнаружить у здоровых людей. Но никакие исследования не подтверждают, что это так. Напротив, только «очень немногие» пациенты с ОРВИ дали положительный результат на коронавирус, представленный в качестве основного подозреваемого сразу после того, как вспыхнула паника, как сообщалось в апреле 2003 года на первой крупной глобальной конференции по атипичной пневмонии в Торонто. К сожалению, эта информация не заставила ортодоксальную

медицину задуматься даже на секунду о том, действительно ли концепция вируса верна. Они просто слишком заняты, играя со своими любимыми игрушками: молекулярно-биологическими методами, прежде всего ПЦР, и поэтому считают, что с их помощью можно обнаружить коронавирусы.

Как всегда, медицинское сообщество уверено, что атипичная пневмония также является вирусным заболеванием. Итак, 15 мая в журнале Nature 36 и через месяц в Lancet исследователи из Роттердама заявили, что предоставили убедительные доказательства существования патогенного вируса SARS. 3 436 пациентов, которым приписали наличие SARS, были проверены на наличие коронавируса. Затем предполагаемый коронавирус был введён некоторым макакам, которые в ответ на это не стали серьёзно болеть, а имели лишь лёгкие симптомы. Однако это достаточно удовлетворило немецкое издание Tagesspiegel, чтобы написать, что «тесты на обезьянах в национальном центре гриппа в Роттердамском университете Эразма показали, что новый коронавирус вызывает SARS». 3

Информативность образцов вирусных тестов пациентов, на самом деле, очень сомнительна. Как говорится в пресс-релизе Всемирной организации здравоохранения от 22 октября 2003 года (несколько месяцев спустя), «золотого стандарта для обнаружения вируса атипичной пневмонии всё ещё не существует». Другими словами, тесты не могли быть откалиброваны для конкретного вируса. Более того, согласно исследованию Lancet, наличие коронавируса было подтверждено только у 329 из 436 пациентов, которым приписали наличие SARS.40 Это означает, что даже если мы предположим существование вируса, который вызывает симптомы атипичной пневмонии, более 100 пациентов были неправильно диагностированы, и без всякой причины испытывали страх смерти, подвергались ограничительным карантинным мерам и получали противовирусные препараты и антибиотики, нагруженные побочными эффектами. 4

При более внимательном рассмотрении тестов на обезьянах обнаруживается ещё одна явная слабость в этих экспериментах. Исследователи взяли клеточную культуру, которая первоначально была получена от пациента с ОРВИ, а затем культивировали её с помощью сложной процедуры и ввели её четырём макакам через горло, нос и под веками. 42 Животных ежедневно осматривали на предмет выявления заболевания. На второй, четвёртый и шестой дни обезьян анестезировали кетамином и брали десять миллилитров крови из вен в паху, мазки из носа, рта, горла и заднего прохода.

Три обезьяны стали вялыми после двух или трёх дней. На четвёртый день у двух появились временные высыпания. У одной обезьяны были проблемы с дыханием, в то время как три страдали от прогрессирующего альвеолярного повреждения обоих лёгких. Лимфатические узлы возле трахеи и селезёнки были больше, чем обычно. Другие органы у этих трёх макак, а также дыхательные пути и другие органы обезьяны номер один казались нормальными при микроскопическом

43 „

исследовании. Приписывание этих симптомов определенному вирусу, однако, невозможно, поскольку отсутствует золотой стандарт (реальное обнаружение и характеристика вируса). Кроме того, может быть захвачено много частиц размером с вирус, таких как различные вирусы или другие клеточные остатки. Также есть и лабораторные химикаты, следы которых, по крайней мере, всё ещё остаются в пробах и которые также могут оказать влияние на их результат.

Кроме того, как уже упоминалось, обезьян анестезировали кетамином. Возможные побочные эффекты этого лекарства у людей включают повышенное кровяное давление и частоту сердечных сокращений, повышенное сосудистое сопротивление в малом круге кровообращения, отёк лёгких, повышенное сенсорное восприятие и внутричерепное давление, повышенное мышечное напряжение, обезвоживание, покраснение кожи, сны (неприятного вида) и шоковые условия. Во время седации или после пробуждения побочные эффекты также включают галлюцинации, тошноту, рвоту, головокружение, двигательное возбуждение и даже остановку дыхания при слишком большой дозе или слишком быстром введении.44

Эти признанные человеческие побочные эффекты могут проявляться слабее, сильнее или изменяться у обезьян, и являются точно такими же симптомами, которые наблюдались у обезьян (вялость, сыпь, затрудненное дыхание, измененная лёгочная ткань). Но из статьи непонятно, могли ли эти побочные эффекты быть вызваны кетамином. Также удивительно, что исследователи пришли к своим окончательным выводам на основе только четырёх подопытных животных, считая, что обезьяны даже не непрерывно демонстрировали одни и те же симптомы, гораздо менее типичные симптомы ОРВИ или гриппа, такие как лихорадка и кашель. Только у одного животного были проблемы с дыханием (атипичная пневмония, болезнь лёгких). Кроме того, в этих экспериментах не было контрольной группы животных, подвергающихся воздействию точно таких же (и, возможно, травмирующих) условий, включая физическое сдерживание и сами процедуры, например, анестезию кетамином. Более того, контрольные животные должны были получать те же инъекции, только без предполагаемого вируса. Только через такую контрольную группу исследователи могли действительно исключить, что симптомы, появившиеся у обезьян, могли быть вызваны чем-то иным,

45

чем предполагаемым коронавирусом.

Кроме того, с противовирусными препаратами невозможно нацелиться на специфический вирусный генетический материал (ДНК). Скорее, использование противовирусных веществ эквивалентно выстрелу из пулемета. Благодаря этому генетический материал здоровых клеток всегда подвергается воздействию, что означает, что их рост постоянно затруднён. Наконец, противовирусные препараты работают подобно химиотерапии при лечении больных раком, поскольку они неизбежно повреждают иммунную систему (иммунодепрессант) или даже являются канцерогенами (вызывают рак). Сейчас реальность такова, что практически при каждой небольшой боли противовирусные препараты слишком часто назначаются врачами и запрашиваются пациентами. И деньги очень важны для фармацевтических групп и врачей. Но для пациентов это означает, что, по крайней мере, в долгосрочной перспективе им придётся ожидать серьёзного ущерба своему здоровью (даже включая рак).

Кортизон и другие стероиды: сомнительные эффекты


Стероиды - другая группа часто используемых и потенциально проблемных лекарств. Стероиды -семейство препаратов, к которым относится кортизон - являются чрезвычайно эффективными противовоспалительными средствами. При этом уменьшаются неприятные симптомы, такие как дыхательная недостаточность, и врач и пациент надеются, что проблема была решена. В то же время, иммунная система пациента ещё более ослаблена из-за противовоспалительного действия препарата, и течение заболевания, описываемое как «вирусная инфекция», может в определённых обстоятельствах ухудшаться и даже иметь летальные последствия.

Больница Кильского университета имела этот неблагоприятный опыт при лечении так называемых «вирусных воспалений печени». Сначала лабораторные показатели улучшились, но затем при терапии кортизоном развились тяжёлые опоясывающие лишаи. В мае 2003 года Lancet сообщил, что многие пациенты с ОРВИ получали лечение высокими дозами кортизона и противовирусного рибавирина (терминатора ДНК). Но описание случая, которое, вероятно, является примером большинства случаев SARS, читается как плохой фильм ужасов, в котором персонажи делают серьёзный или неудачный выбор. Первым неудачным шагом было решение назначить антибиотики, которые не имели эффекта, потому что не было бактериальной инфекции. Таким образом, произошло ухудшение здоровья. Второй неудачный выбор заключался в проведении открытой биопсии лёгкого. Это означает, что образец ткани был взят из лёгких для тестирования. Но после операции пациент должен был надеть респиратор. Это привело к третьему неудачному решению: высокие дозы противовирусных препаратов и кортизона вводились внутривенно.

Через 20 дней после прибытия в больницу пациент умер. Можно хорошо представить, что пациент умер именно в результате «терапии». Следует признать, что с научной точки зрения можно сделать такой вывод только в том случае, если бы проводились или будут проводиться так называемые плацебо-контролируемые двойные слепые исследования. Это тесты, в которых есть не одна, а две группы пациентов, из которых одна получает препарат, а другая получает неактивное псевдомедицинское лечение (плацебо). В то же время ни пациент, ни лечащие их врачи не знают, какой субъект что получает (активное вещество или плацебо), поэтому их называют «двойным слепым». Только с такими плацебо-исследованиями можно сказать, что лекарство более эффективно, чем ничего не делать, или наносит больший вред, чем инертное плацебо, что не исключено, так как большинство лекарств имеют серьёзные побочные эффекты. Неблагоприятные терапевтические результаты могут быть предотвращены только с помощью долгосрочных плацебо-контролируемых исследований. В противном случае ответственный врач никогда не узнает, выздоравливает ли пациент, заболевает ли он или даже умирает, несмотря на или в связи с начатыми мерами (приём таблеток и т.п.).

И действительно, соответствующие исследования, в том числе проводимые Американским органом по утверждению лекарств (FDA) утверждают, что такой контроль плацебо (вопреки обычной практике) всегда должен проводиться. В частности, при SARS без этих плацебо-контролей ни в коем случае нельзя исключать, что пациенты с SARS, которые только слегка больны, выздоровеют без лекарств, таких как рибавирин. В то же время они могут снова стать полностью здоровыми, даже если им вводят рибавирин, потому что их иммунная система всё ещё настолько здорова, что может бороться с лекарственными средствами с токсическими и иммунодепрессивными эффектами. Также возможно, что пациентам с ОРВИ, с уже сильно ослабленной иммунной системой, рибавирин не поможет совсем, но течение болезни только ускорится. Чёткое указание на то, как мало смысла в назначении противовирусных препаратов, отражено во втором описании случая в исследовании Lancet, упомянутом выше. В этой статье отмечается, что симптомы постепенно улучшаются без лечения рибавирином и стероидами.

Терапевтическая дилемма нашего времени


Теперь мы подошли к терапевтической дилемме нашего времени. Врачам стало значительно труднее заниматься «терапевтическим нигилизмом», то есть предоставлению тяжело больному пациенту только таких мер жизнеобеспечения, как замена кислорода и жидкости. В настоящее время в нашем полностью переустроенном обществе наблюдается коленная реакция на раздачу лекарств -как от врача, так и от пациента. Осторожность редко соблюдается с обеих сторон.

Кроме того, немногие врачи информируют своих пациентов о том, как они могут самостоятельно укрепить свою иммунную систему. Например, влияние кишечной флоры [как крупнейшего иммунного органа] на здоровье является очень значительным, как говорит специалист по кишечному тракту Франциско Гуарнер; 46 47 он выполняет важнейшие функции для обеспечения питания, развития эпителиальных клеток и укрепления иммунитета. Многочисленные факторы влияют на состояние кишечной флоры, в первую очередь - питание. 49

По общему признанию, доктора должны также рассмотреть юридические проблемы. Их редко преследуют в судебном порядке, если они применяли все виды лекарств, но гораздо чаще им предъявляют иск, если они ничего не применяют. Обычно считается, что пациент может умереть, даже если он лечился медицинскими веществами (даже когда известны смертельные побочные эффекты), но практически никогда не предполагается, что смерть наступила в результате медицинского лечения. Как говорит известный британский фармаколог Эндрю Херксхаймер, в отношении отравления больных СПИДом антивирусными препаратами, такими как AZT: «Ущерб [вызванный медицинскими препаратами] обычно недостаточно представлен в средствах массовой информации». Что касается ОРВИ, остается сказать, что это банальная пневмония, от которой, если её лечить неблагоприятно, погибнет большое количество людей. Или, как выражается Людвиг Вайсс Беккер, бывший начальник отделения внутренней медицины в клинике Кильского университета: «За неудачным терапевтическим исходом часто стоит несчастный терапевт».

Гуандун: грязная тайна Великой технической революции


С SARS, как и другими предполагаемыми эпидемии, вирусная паника сделала своё дело, хотя другие более разумные объяснения были прямо у нас под носом. Интересно, что первый пациент, вызвавший панику SARS, пришёл из провинции Гуандун в Китае. Здесь важно подчеркнуть, что в соседнем Гонконге с его 75 миллионами жителей и тысячами ферм люди и животные живут очень близко друг к другу. Тем не менее Die Zeit взяла явно ужасающий тон, изображая условия жизни в провинции Гуандун: «Окружение, из которого предположительно [!] возник вирус, является презренным: Южный Китай, классический очаг смертельных эпидемий. Здесь всё, что имеет мышцы и слизистую оболочку, съедается. Микробы легко прыгают с одного вида организма на другой. Это требует его адаптации к новым хозяевам. И именно так возникают мутировавшие вирусы и появляются новые эпидемии». 52 Но это, как признает сама Die Zeit, - чистая спекуляция. В описании также напрашивается вопрос, что если бы это было так, как могло случиться, что SARS впервые разразился в 2003 году, когда китайцы жили в тесном контакте со своими животными на протяжении тысячелетий?

Через это микробно-туннельный взгляд другая точка зрения была просто подавлена, по крайней мере, так же как характеристика провинции Гуандун как место с кишащими везде животными. Гуандун - крупнейшая промышленная зона Китая, действующая как своего рода глобальная мастерская с фабриками по производству текстиля, игрушек и микрочипов. Этот регион является центром экспоненциального глобального экономического роста Китая. Это рай для политиков, корпоративных инвесторов и транснациональных корпораций, но именно поэтому эта территория крайне загрязнена. Мусор лежит везде; и прежде всего высокотехнологичные отходы.

Предполагается, что компьютеры, мобильные телефоны и Интернет помогут бедным странам достичь такого процветания, которым пользуются западные страны. Но век информации вызвал много проблем для развивающихся стран, включая массу электронного лома и токсичных отходов. До 80% электронных отходов, накопленных в США (10 миллионов компьютеров в год), не утилизируется в стране безграничных возможностей, а через ряд дилеров высокотехнологичные отходы продаются лучшим платёжеспособным клиентам на международном рынке. В конце этой цепочки, как показывает исследование «Вредоносный экспорт: высокотехнологичное уничтожение Азии», находятся бедняки в Индии, Пакистане и Китае, и, прежде всего, в провинции Гуандун.

За $1,50 в день местные жители разбирают компьютеры, мониторы и принтеры голыми руками, подвергая опасности как свое здоровье, так и окружающую среду. «Экспорт электронного мусора является грязным секретом Великой китайской технологической революции», - говорит Джим Пакетт из Basel Action Network, один из соавторов этого исследования. 53 «Некоторое время назад импорт высокотехнологичного мусора был официально запрещён. Но отходы всё равно продолжают поставляться в Китай, потому что регулирующие органы просто перегружены или коррупция делает

54

возможным этот импорт».

Одним из мест, где авторы проводили свои исследования, был Гуйю (Guiy) в Гуандуне, который с середины 1990-х годов превратился из сельской провинции в быстро развивающийся центр обработки электронных отходов. Там рабочие целый день без защитных масок опустошают картриджи с остатками тонера от лазерных принтеров, вдыхая мелкую угольную пыль. Другие, в основном женщины и девочки, погружают печатные платы в ванны с жидким свинцом, чтобы отделить и собрать паяльные материалы, которыми прикреплены чипы памяти и процессоры. Незащищённые абсолютно, они подвергаются воздействию токсичных паров. В то время как пластиковые части просто сгорают, чипы и процессоры помещают в кислотные ванны для извлечения золота. Здесь также образуются ядовитые пары, а непригодные для использования оставшиеся кислоты просто сбрасываются в реку. Много мусора просто сжигается или сбрасывается на рисовые поля, ирригационные сооружения или в водные пути. Водоёмы и грунтовые воды вокруг Гуйю стали настолько загрязнёнными, что питьевую воду нужно приносить каждый день из других городов.

Предполагается, что многие тяжёлые металлы и другие высокотоксичные вещества вызывают серьёзные проблемы со здоровьем, включая рак и повреждение нервной системы. Согласно исследованиям, «высокий уровень загрязнения [в провинции Гуандун], вызванный небезопасной утилизацией электроники, является потенциально серьёзной угрозой для работников и общественного здравоохранения», - сказал Арнольд Шектер, профессор экологических наук в Школе общественного здравоохранения Университета Техаса. «Я думаю, что мы обманываем себя. Мы думаем, что делаем правильные вещи, перерабатывая отходы, но мы вредим людям в менее развитых странах». 5

Вирусомания

Гуйю (Гуандун), Китай: женщина собирается разбить электроннолучевую трубку от монитора компьютера, чтобы удалить медную обмотку. Стекло наполнено свинцом, но наиболее опасный аспект такой деятельности связан с вдыханием высокотоксичного внутреннего покрытия из фосфорной пыли. Позднее стекло монитора сбрасывается в ирригационные каналы и реку, где это покрытие вымывается и попадает в подземные воды. Подземные воды в Гуйю полностью загрязнены до такой степени, что пресная вода постоянно привозится для питьевых целей.

Глава 7


H5N1: Птичий грипп и никаких намёков на доказательства.


«Нет никаких конкретных доказательств того, что водные птицы из Цинхая (Qinghai), которые могли быть заражены таким патогенным штаммом и выжили, будут мигрировать и будут способны передавать вирус другим видам птиц, животных или людям.»1

Wetlands International

(Организация по охране природы и партнёр экологической программы ООН)

Медиа: мегафон БигФармы


Если верить сообщениям средств массовой информации о птичьем гриппе, в ближайшем будущем мир будет поражён глобальной эпидемией - так называемой пандемией - спровоцированной мутацией вируса птичьего гриппа с таинственным и зловещим звучанием - H5N1. В еженедельнике Die Zeit, в статье, опубликованной в конце лета 2005 года, мы с содроганием читаем заголовок на первой полосе: «Смерть на тихих крыльях - приближается птичий грипп». И, как если бы цель заключалась в том, чтобы создать название для продолжения голливудского фильма-катастрофы «Эпидемия» («Outbreak»), в котором герой Дастина Хоффмана охотится за смертельным вирусом: «Блицкриг H5N1 [молниеносная война]»; «Надвигающаяся атака уток-убийц». 2 Der Spiegel цитирует Дэвида Набарро, назначенного главным координатором ООН в борьбе с птичьим гриппом в сентябре 2005 года: «Новая пандемия гриппа может разразиться в любой момент - и может убить до 150 миллионов человек». 3 Рейнхард Курт, директор Берлинского института Роберта Коха не хотел, чтобы Набарро обошёл его в своём прогнозе, и в интервью газете Frankfurter Allgemeine Zeitung он

„ 4

предупредил, что «эпидемия потенциально угрожает всем шести миллиардам людей».

Более подробный анализ сообщений СМИ по этому вопросу показывает, что те или иные статьи фактически «потушили» эту вирусную панику. Канадский новостной журнал Macleans (эквивалент журнала Time в США) напечатал статью под заголовком: «Забудьте о SARS, лихорадке Западного Нила, Эболе и птичьем гриппе [H5N1] - настоящая эпидемия это страх». 5 Марк Сигел, профессор медицины в Нью-Йоркском университете и автор книги «Ложная тревога: правда об эпидемии страха» (2005 год) представил свою критику этой эпидемии страха сразу в нескольких СМИ, в том числе в Ottawa Citizen 6, самой значимой ежедневной газете столицы Канады, в Los Angeles Times 7 и USA Today. 8 Немецкоязычные издания Freitag 9 Berliner Republik 10 и Journalist 11 были среди тех, которые рискнули быть критическими по этому вопросу; и швейцарский Weltwoche писал: «Неужели только когда последний цыплёнок умрёт от смеха, вы увидите, что сообщения об ужасах более заразительны, чем BSE, SARS и H5N1?» 12

К сожалению, несколько уравновешенных голосов полностью потерялись в приливной волне вирусных сообщений про H5N1. Под этим апокалиптическим облаком было мало попыток добраться до фактов, которые должны были быть рассмотрены с самого начала. Являются ли предупреждения, выдвинутые газетами, журналами и телевизионными станциями, и проданные обществу в качестве окончательных выводов, подкрепленные научными доказательствами? Совершенно очевидно, что нет. Учёные и их лоббисты, похоже, больше заинтересованы в том, чтобы выступать в роли медиазнаменитостей. Эти эксперты по вирусам выкладывают свои выводы в газетах и на телевидении, создавая видимость их достоверности, а СМИ повторяют именно то, что хотят услышать эти так называемые эксперты, не требуя доказательств. Мы обнаружили это после того, как связались с различными изданиями, задавая следующие вопросы:

1. Имеется ли у вас независимое исследование, доказывающее существование так называемого вируса H5N1?

2. Если есть доказательства существования вируса и имеется ил у вас независимое исследование, доказывающее, что вирус H5N1 оказывает патогенное воздействие на животных?

3. Существуют ли убедительные доказательства, которые исключают другие факторы (химические токсины, чужеродные белки, стресс и т.п.) как причины птичьего заболевания?

4. Имеется ли у вас независимое исследование, которое доказывает, что H5N1 может перейти на человеческий вид и вызвать пандемию со многими миллионами смертей?

Однако даже лидеры общественного мнения, такие как Spiegel, Frankfurter Allgemeine Zeitung или Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung, не смогли назвать ни одного подобного исследования. 13 Die Zeit просто написал на наш запрос: «Все первоисточники [исследования] можно легко найти с помощью [научных банков данных] DIMDI или Pubmed, а затем их можно заказать через [службу доставки документов] Subito. Например, эксперты из Института Роберта Коха или Национального исследовательского центра вирусных заболеваний в Риме [Институт Фридриха Лёффлера (FLI)] открыты для вопросов любого журналиста. А соответствующие публикации CDC и ВОЗ находятся в свободном доступе». В ответ мы сказали Die Zeit, что методы исследования, о которых они упоминали, были нам очень знакомы, и мы только просили их любезно назвать то, что мы просили: конкретные исследования. Но ответа не было.

Многие люди будут сбиты с толку этой информацией. Может ли общественность действительно предположить, что основные средства массовой информации (которые позиционируют себя как сторожевой механизм политических и экономических сил), подвергают критической фильтрации заявления медицинской промышленности и других заинтересованных групп, а не просто функционируют как мегафоны, укрепляя эту отрасль и печатая их рекламные сообщения?

Истерия вокруг H5N1 ясно дала понять, что СМИ опираются на слова и мнения истеблишмента, возможно, особенно в отношении медицинской науки. Это было также продемонстрировано в статье «Горькая пилюля», которая появилась, пожалуй, в самом значительном американском журнале средств массовой информации, Columbia Journalism Review (GR) летом 2005 года. В этой статье подробно описываются многочисленные примеры того, как медицинская индустрия использует средства массовой информации для разыгрывания своего сценария современного маркетинга: сначала, изображая сценарии ужаса, создавая желание и спрос на лекарство - и, наконец, «чудодейственные вещества» приходят на помощь, принося из создателям баснословные прибыли.

Но журналисты не только наивно доверяют ведущим медицинским работникам. «Средства массовой информации слишком часто кажутся более заинтересованными в ажиотаже и надежде, чем в критической оценке новых лекарств от имени общественности», - отмечает автор GR Труди Либерман. «[И] проблема резко возросла в последние годы, поскольку возросла прямая реклама для потребителя, обеспечивающая всё более высокие доходы от рекламы для средств массовой информации страны». В 1980 году Big Pharma потратила в США всего 2 миллиона долларов на маркетинг и рекламу, но к 2004 году эта сумма выросла до нескольких миллиардов долларов в год. И «вместо того, чтобы стоять в стороне от этого явления и завоевывать доверие общественности», пишет Либерман, «пресса слишком часто оказывается втянутой в ту же маркетинговую сеть, что и врачи, научные исследователи и даже FDA, оставляя общественность без надежного сторожа.» 15

H5N1: нет доказательств существования вируса и патогенного эффекта


Как и средства массовой информации, Федеральное министерство защиты потребителей Германии, правительственные министерства таких стран, как США, Канада и Франция, а также Всемирная организация здравоохранения твердо полагают, что H5N1 является «очень заразным» вирусом. Или, как выразился Энтони Фаучи (директор влиятельного Американского национального института аллергии и инфекционных заболеваний и один из выдающихся деятелей американской вирусной науки, который уже внёс решающий вклад в установление догмы о том, что ВИЧ=СПИД): «H5N1 - это бомба с часовым механизмом в ожидании взрыва». 16 Позже, в сентябре 2006 года, Всемирная организация здравоохранения и Всемирный банк произвели расчёт затрат, объявив, что пандемия птичьего гриппа может стоить миру 2 триллиона долларов. 7 Это слова со взрывной силой, что вызывает вопрос: могут ли эти власти, на которые опираются средства массовой информации в своих отчётах по H5N1, подтвердить неопровержимыми фактами свои заявления о пандемии птичьего гриппа, связанной с такими масштабными последствиями?

Вирусомания
следующие прогнозы опасности птичьего гриппа ...

Мы направили Федеральному министерству защиты потребителей Германии (BMVEL) наши четыре главных вопроса, после чего получили следующий ответ: «Вы задаете очень конкретные вопросы, на которые в настоящее время министерство - мы просим вашего понимания - не может ответить так быстро», как было бы необходимо для вашего исследования.» Мы ответили, что у нас есть время, и нам хотелось бы только знать, когда можно ожидать ответа. В то же время мы отметили, что министерство действительно должно было иметь под рукой доказательства, в противном случае вряд ли можно оправдать появление представителей Министерства перед общественностью с заявлениями, в которых не было никаких сомнений в том, что H5N1 существует, является очень заразным, патогенным (вызывающим заболевание) и т.п. 1819 И при отсутствии доказательств они не должны были быть потратить миллионы налоговых долларов на борьбу с H5N1. Но министерство не смогло назвать какие-либо исследования и просто настояло: «На ваши запросы о доказательствах патогенности и пандемического потенциала вируса H5N1 и исследованиях, которые доказывают это, могут ответить только эксперты из Института Роберта Коха (RKI) и Института Фридриха-Леффлера (FLI)». 2

Затем мы обратились в Институт Фридриха-Леффлера (FLI), который, по данным Министерства защиты прав потребителей, обладал «чистыми вирусными культурами H5N1». 21 В ответ FLI направил нам четыре исследования, опубликованные в известных американских научных журналах: Proceedings of the National Academy of Sciences,22 Science, 23 Journal of Virology, 4 и Emerging Infectious Diseases. Но ни эти статьи, ни статья Subbarao et al (которая появилась в Science в 1998 году) 6 и процитированная в Emerging Infectious Diseases, в которой утверждается, что H5N1 был впервые обнаружен у человека в 1997 году, не приводят фактических доказательств существования H5N1 (и в этих документах также не содержится доказательств для наших трёх других вопросов).

Для вируса птичьего гриппа, как и для других предполагаемых супервирусов, биомедицинские исследования просто вытащили свою волшебную палочку - метод биохимической репликации - ПЦР (полимеразная цепная реакция) - из своего пакета хитростей. Через ПЦР они утверждали, что реплицируется генетический материал вируса H5N1, и благодаря этому вирус был обнаружен. Но на самом деле ПЦР, как утверждает Теренс Браун в своей стандартной работе «Геномы», не может быть использован для обнаружения вирусов, которые не были декодированы («секвенированы») заранее. И полного декодирования генетического материала H5N1, необходимого для того, чтобы знать, что

именно копируется с помощью ПЦР, никогда не было. В любом случае, никто не может прислать нам такое исследование (подробности по этой теме можно прочитать в: Engelbrecht, Torsten; Crowe, David, Avian Flu Virus H5N1: No Prooffor Existence, Pathogenicity, or Pandemie Potential; Non-"H5Nl" Causation Omitted, Medical Hypothèses; 4/2006; pp. 855 - 857). 27

Итак, ещё раз: по-видимому, также нет электронной микрофотографии чистого и полностью охарактеризованного вируса H5N1. В СМИ были напечатаны фотографии предполагаемых вирусов H5N1, но это были компьютерные анимации или полностью нормальные клеточные компоненты, которые были искусственно получены в пробирке (что легко узнаваемо для любого молекулярного биолога). Непрофессионал может проверить это, запросив специализированную рецензируемую публикацию, в которой H5N1 проиллюстрирован и описан во всей красе его генетической информации соответствующими учреждениями, такими как американский CDC или FLI. Если кто-нибудь получит такой документ, отправьте его нам. 28 Поскольку H5N1 никогда не наблюдался, тесты на антитела к птичьему гриппу, как и аналогичные для SARS, гепатита С, HN и современная вирусная наука в целом, пытаются косвенно доказать существование смертельного врага. Утверждается, что у инфицированного человека есть особые антитела, направленные против этого конкретного вируса H5N1. Но такие узкоспециализированные тесты на антитела могли быть построены, только если было ясно, на что именно реагировали тесты, когда они были положительными или отрицательными. Но здесь мы прошли полный круг, поскольку это было бы возможно только в том случае, если тесты были откалиброваны для вируса H5N1, но нет никаких доказательств того, что такая вещь вообще существует.

Из-за этого нельзя также сказать, что H5N1 может вызывать заболевание. Ортодоксальные исследователи говорят, что патогенность вирусов, таких как H5N1, можно доказать в лаборатории, «привив» его оплодотворённым яйцеклеткам или животным, которые уже увидели свет (неоновый свет испытательной лаборатории). 9 Но взгляд на публикации, в которых описаны эксперименты, не показывает никаких доказательств патогенности. В лабораторном эксперименте, который FLI представил в качестве доказательства патогенности H5N1, большое количество тестируемого экстракта (который мог содержать все виды клеточных компонентов и другого потенциально вредного материала) вводили в дыхательные пути уток, в полости носа, глаза и горло в течение нескольких дней. Все повреждения и разрушения, вызванные этим экстрактом, были затем

3031

приписаны результату действия вируса FI5N1.

Но такие детали не интересуют основные СМИ. Они продолжают играть в свои страшные истории и одновременно благодарят учёных за их доклады. В середине января 2006 года Spiegel Online выдал мега-историю, в которой, как сообщалось, Н5N1 «набросился на трёх турецких детей и убил их»; заголовок статьи гласил: «Вирус H5N1 адаптируется к человеку». В этой истории авторы ссылались на учёных ВОЗ, которые утверждали, что во время анализа молодых жертв ни обнаружили генетическое изменение в вирусе, который также может стать опасным для людей. Но то, что эта мутация уже адаптировалась к людям, как предполагает заголовок, не доказуемо, как признает Spiegel в основной части статьи: «Ещё слишком рано, чтобы окончательно оценить, являются ли мутации опасными [для людей], как объявила ВОЗ». 32 Эксперименты ВОЗ не были опубликованы ни в одном из рецензируемых медицинских журналов, поэтому мы неоднократно обращались в ВОЗ с просьбой прислать нам документы об этих экспериментах или просто сообщить нам их названия, чтобы мы могли проверить их сами. Но Всемирная организация здравоохранения не ответила. 33

(Не только) промышленное сельское хозяйство заставляет птиц болеть


Как и в случае с атипичной пневмонией (SARS), BSE, гепатитом С и ВИЧ, для H5N1 необходимо отойти от зацикливании на вирусах. В течение десятилетий мы могли наблюдать, как заболевают животные в промышленном птицеводстве: их гребешки становятся синими, производство яиц уменьшается или перья становятся тусклыми. FLI, немецкие национальный институт здоровья животных и Национальная справочная лаборатория по птичьему гриппу описывают симптомы, которые появляются у птиц, в своей информационной брошюре «Классический птичий грипп -высокопатогенная форма птичьего гриппа [очень заразная форма птичьего гриппа]»: «Птицы апатичны, у них тусклые, взъерошенные перья, высокая температура и они отказываются от корма и воды. У многих возникают проблемы с дыханием, наблюдаются чихание, выделения из глаз и клюва. У них развивается водянистый, зеленоватый понос и иногда наблюдаются нарушения в работе центральной нервной системы (неправильное положение головы). Отложения воды (отеки) могут появиться на голове, а серёжки, гребни и ступни могут стать фиолетовыми из-за скопления воды или внутреннего кровотечения. Производство яиц прерывается, и у яиц, которые производятся, есть тонкие и деформированная скорлупа или совсем нет твёрдой скорлупы. У кур и индеек показатели смертности очень высоки. Утки и гуси заболевают не так легко, а болезнь не всегда приводит к смерти. Иногда они страдают от кишечной инфекции, которая внешне почти незаметна, или же они имеют нарушения работы центральной нервной системы». 34

В течение многих лет вирус считался единственной причиной этих феноменов заболевания, что также является фактом, который FLI принимает как должное в информационной брошюре «Классический птичий грипп»: «Как передаётся и распространяется птичий грипп? Заболевшие птицы выделяют массы возбудителя с помощью фекалий и слизи или жидкости из клюва и глаз. Другие

35

птицы заражаются при прямом контакте, вдыхая или клюя материал, содержащий вирус».

Вирусомания

Массовое производство мяса птицы: 38.000 маленьких цыплят собрались в зале, залитом искусственным светом. Каннибализм и увечья считаются "нормальными".

Представляя в качестве неопровержимого факта нечто, что не было научно доказано (нет доказательств существования вируса, нет доказательств передаваемого или инфекционного механизма), 36 исследование вирусов допускает самую основную ошибку. Оно пренебрегает своей высшей обязанностью, а именно, выяснить, являются ли факторы, помимо микробов, причиной или, по крайней мере, способствующими причинами заболевания у птиц. На самом деле эти факторы характерны для фабричного птицеводства:

- сильный психологический стресс, возникающий из-за очень тесного скопления в клетках и массового содержания без естественного солнечного света;

- денатурированный промышленный корм, включая уже испорченный корм;

- искажение тел животных в результате чрезмерного размножения для определённых желаемых физических характеристик;

- профилактическое применение всех видов лекарств, вызывающих побочные эффекты (антибиотики, вакцины и т.п.), даже для цыплят.

Вам не нужно быть учёным, чтобы заподозрить, что животные, подверженные этим неестественным условиям на всю жизнь, могут заболеть. Основным «преступником», как показывают исследования, является высокая производительность размножения, которая «накачивает» животных, одновременно вырождая их во многих физических характеристиках, так что они заболевают почти независимо от системы животноводства или птицеводства. Это размножение настолько экстремально, что многие виды не смогут выжить в естественных условиях разведения. Представьте себе, что вы пытаетесь держать высокопроизводительную корову с выменем большого размера, которое производит 8000 литров молока в год на лугу, не давая ей концентрированного корма? Это не сработает вообще.

Не менее вырожденной является ситуация с птицей. «Восьминедельные цыплята сегодня оснащены семикратной мускулатурой грудной клетки по сравнению с девятинедельными цыплятами 25 лет назад», - как Джон Роббинс описывает ужасную реальность промышленного птицеводства в своей книге «Пищевая революция» (John Robbins: The Food Revolution). Множество птиц также страдает кожными заболеваниями, химическими ожогами («ожоги коленного сустава»), имеет проблемы со скелетом и паралич. Только в Европейском Союзе многие десятки миллионов кур в массовых загонах страдают от хромоты, которая может быть связана с сильной болью, вызванной ненормальным развитием скелета и заболеваниями костей 3 (во многих крупных производствах половина птиц страдает от проблем с ростом скелета). Эти хромые животные проводят до 86% своего времени лёжа, так что иногда они не могут дойти до контейнера с питьевой водой в течение нескольких дней. Бесчисленные птицы также мучаются проблемами с сердцем; многие животные умирают от внезапной остановки сердца («синдром внезапной смерти»). По оценкам экспертов, в ЕС около 90 миллионов цыплят в год умирают в результате пороков сердца, которые в первую очередь могут быть связаны с чрезмерным размножением - сердце просто не справляется с чрезвычайно стимулированным ростом тела. Кроме того, воздух в гигантских залах, где содержатся цыплята, может иметь так много пыли и аммиака, воздействующего на глаза, горло или лёгкие животных, что они начинают задыхаться, что приводит к болезням, коллапсу лёгких и ослабленной иммунной

Даже если предположить, что вирус с патогенным потенциалом является каким-то образом виновником всего этого, наука обязана прояснить роль, которую играют другие возможные болезнетворные факторы (например, само промышленное сельское хозяйство). И действительно, FLI признаёт, что клинические картины, которые вирус птичьего гриппа производит у птиц, аналогичны другим клиническим картинам. Всего FLI перечисляет восемь похожих клинических картин, так называемых «дифференциальных диагнозов». Но, к сожалению, они принимают это во внимание только тогда, когда не могут поймать вирус гриппа как виновника. 46 Кроме того, первые семь мест в этом списке из восьми пунктов - это заболевания, которые, как твёрдо полагает традиционная медицина, вызваны микробами (например, так называемыми пневмовирусами или микробами, которые считаются основной / единственной причиной «инфекционного бронхита») - и только в самом конце, на восьмом месте, упоминаются «отравления», без дальнейшего подробного объяснения. 47 Таким образом, перед проверкой, вызваны ли симптомы заболевания животных отравлением лекарствами, испорченным кормом, химическими веществами, такими как аммиак и т.п., эксперты должны сначала посмотреть, не вызвали ли семь различных инфекционных агентов это заболевание. И если они думают, что поймали такой микроорганизм, они просто прекращают искать

другие потенциальные токсины. Инспекторы птицефабрик идут в ногу с этой идеей зацикленности на вирусе. В 2003 году, когда паника от птичьего гриппа вспыхнула в Голландии, брались пробы у больных животных, но не было взято ни одного образца корма, воды, мусора или воздуха в

48

помещениях, где эти птицы содержались.

FLI сообщил нам, что расследовал, могли ли другие факторы, помимо предполагаемого вируса H5N1, привести к болезням среди китайских диких птиц (предположительно, они вызвали птичий грипп 2005 года). Но ни одно из исследований, которые мы получили от FLI, не рассматривает каких-либо других причин, помимо H5N1, даже из статьи, в которой явно говорится, что она поддерживает заявления FLI: «Роль домашних уток в распространении и биологической эволюции высокопатогенных вирусов гриппа H5N1 в Азии», опубликованной в трудах Национальной академии наук (Proceedings of the National Academy of Sciences) 26 июля 2005 года. Очевидно, что никаких дальнейших исследований не было сделано после того, как исследователи посчитали, что обнаружили вирус с помощью косвенных процедур обнаружения (ПЦР и тесты на антитела). Но, как уже упоминалось, эти косвенные процедуры «доказательства» не подтверждают существование определённого вируса. И они, конечно, не предоставляют доказательств того, что это вирус, вызывающий заболевание.

Между тем, многие эксперты, такие как ветеринары, а также мелкие птицеводы, продолжают обращать внимание на тот факт, что так называемый птичий грипп отнюдь не является феноменом промышленного животноводства, или что содержание несушек в клетках фактически делает их менее восприимчивыми к болезни, чем если бы они содержались на свободном выгуле. Но при ближайшем рассмотрении эти данные не складываются. Животные в клетках должны бороться с серьёзными проблемами со здоровьем и смертностью. Даже в так называемых усовершенствованных клетках ходить, бегать, махать крыльями и летать так же невозможно, как и в обычных клетках, размером со стандартный лист бумаги. «И следствием отсутствия движения является снижение стабильности костей, остеопороз, из-за которого могут возникнуть аномалии скелета и болезненные переломы костей», - утверждает Уте Книерим, профессор прикладной этиологии сельскохозяйственных животных и животноводства на кафедре экологического сельскохозяйственного естествознания в университете Касселя. э Здесь болезнь слишком быстро приравнивается к микробной или вирусной инфекции. Но вопрос, действительно ли животные со свободным выгулом действительно заболели из-за вируса или из-за других факторов, сначала необходимо тщательно изучить. В любом случае, когда делается запрос на конкретные исследования, ни результаты, ни названия этих исследований не называются. Типичный ответ: «О, все это знают», или что заключение было сделано из личного опыта.

Личный опыт, безусловно, полезен, и здесь есть доказательства того, что современные методы производства делают животных больными. Мы учимся у наших родителей, которые выросли на птицефермах в 1920-х и 1930-х годах, когда птицы могли бегать вокруг и клевать в гораздо более естественной среде и обычно питались очень натуральной пищей (ком, свежие овощи и т.п.). У этих птиц никогда не было синеватого гребешка или тусклых перьев. Таким образом, разумно сделать вывод, что тип животноводства важен, и, возможно, это даже решающий фактор для здоровья животных. Fla первый взгляд, современное сельское хозяйство со свободным выгулом может быть хорошей идеей, но скорее всего это также своего рода фабричное фермерство. Часто многие тысячи цыплят имеют ограниченную поверхность травы - до десяти птиц на квадратный метр. «По большому счёту, большие проблемы возникают в больших стадах», - говорит Уте Книрим. 50 Однако мы должны помнить, что эти условия не обязательно вызывают вирусы. К1апример, исследование, проведённое К1аучно-исследовательским институтом органического земледелия (FIBL), показывает, что с увеличением размеров стада выпадение перьев, которое ставит под угрозу здоровье, также увеличивается. «Выпадение перьев - это серьёзная проблема, которую ещё предстоит решить, чтобы установить, справедливо ли держать кур в больших стадах», - говорит Хелен Хирт, эксперт по разведению животных в FiBL. Fie случайно, что различные животноводческие хозяйства ввели верхний предел размеров стада. В частности, как показывают исследования, куры-несушки в крупных стадах едят меньше зелёного корма, чем куры в небольших стадах. Почему это так, не совсем понятно, но было замечено, что зелёная поверхность (травы) используется птицами

131

неравномерно, что, в свою очередь, приводит к чрезмерному использованию травы вблизи курятника, а во многих случаях к разрушению дернов и последующее чрезмерное удобрение почвы в этой области. Для животных, постоянно клюющих землю, это может стать большой проблемой. По словам Хирта, «вопрос о том, как сохранить газон без изменений, является одним из самых важных для кур-несушек на пастбище». Один из возможных способов разведения цыплят - построить загон, в котором птицы могут принимать свои пылевые ванны. Цыплята, которых разводят промышленным способом, произошли от цыплят Банкива, которые жили в лесах, где есть тень и место для защиты от врагов. «И необходимость иметь окружающую среду, предлагающую возможность спрятаться, важна и нашим окультуренным цыплятам», говорит Хирт. Действительно, исследования показывают, что цыплята лучше рассредоточиваются по зелёной поверхности если им предоставляются укрытия для

51

песчаных ванн.

Эти краткие пояснения ясно показывают, что разведение птицы, подходящее для каждого вида и способствующее крепкому здоровью, является трудным делом, но основными целями многих владельцев птицеферм являются не максимальная прибыль, а здоровье животных. К сожалению, слишком часто они не имеют достаточных профессиональных знаний, чтобы гарантировать, что их птицы останутся здоровыми. Таким образом, так же, как в медицине для людей, животным наскоро и легкомысленно вводят высокотоксичные лекарства, и их кормят чем угодно - от искусственного промышленного корма до любимой еды многих людей, такой как попкорн или шоколад, к которым животные, конечно, генетически не приспособлены. Всё это действительно стоит иметь в виду, как и практику регулярного введения цыплятам многочисленных вакцин (см. также «Эпилог. Альтернативы лекарствам и прививкам без побочных эффектов» в конце этой книги).

«Помимо общих ноу-хау, небольшие сельские структуры, в которых владельцы сами заботятся о животных и, таким образом, могут проявлять больший интерес к благополучию животных, вероятно, также играют роль в реализации значительно лучших результатов.», подытоживает Кнейрим. «Но отдельные факторы, такие как доступ к тени в зоне выгула и происхождение кур, очевидно, сильно влияют на успех альтернативного способа содержания несушек». 52 Более того, исследования показали, что искусственно вызванное прерывание несения яиц имеет свои преимущества. Это обычно происходит за счёт значительного снижения освещенности и ограничения питания. Во-первых, это может вызвать значительную нагрузку на животных. Но в конце паузы откладки было показано, что как прочность яичной скорлупы, так и качество белков значительно улучшились. Вес яиц также резко увеличился, и у животных в конце паузы откладки наблюдалось значительно

53

меньшее повреждение перьев.

«Цыплята, как и все животные, используемые в сельском хозяйстве, являются природными существами», - напоминает Ханс-Ульрих Хубер из швейцарской организации по защите животных STS. «По этой причине они не должны проводить свою жизнь исключительно в загонах, но должны также получать солнце, землю, растения, воздух и свет. Это соответствует их врождённым потребностям и укрепляет их здоровье! Потому что туда, куда не приходит солнце, приходит

54

ветеринар.»

Предположение по Рюгену


Паника по H5N1, поразившая Германию через остров Рюген в Балтийском море, также представляет собой не что иное, как искусственно созданную испытательную эпидемию, в которой мёртвые птицы разыскиваются, обнаруживаются и собираются немецкими вооруженными силами и проверяются так называемые эпидемиологами. То, что случайная птица положительно реагирует на тесты, не является основанием для паники, поскольку никто не может точно сказать, что вызывает положительную или отрицательную реакцию в этих тестах. В любом случае, существование этого злого вируса H5N1, как обрисовано в общих чертах, далеко не доказано.

Ещё один поразительный факт, который эти ученые решили игнорировать, заключается в том, что только часть обнаруженных мёртвых птиц положительно реагирует на тесты на H5N1. В этот момент работники здравоохранения должны были спросить: что привело к гибели всех птиц, негативных по H5N1? И погибло ли больше птиц в этом году, чем в предыдущем? Это очевидные вопросы, которые учёные, политики и СМИ решили не задавать. Появилось редкое исключение - Tageszeitung, который цитирует орнитолога Вольфганга Фидлера из Института Макса Планка: «Несмотря на птичий грипп, уровень смертности от птичьего гриппа на Рюгене до настоящего времени не был выше, чем в другие годы».

Ещё более сложный вопрос - почему собранные эксперты решили не проводить надлежащие исследования? Они, конечно, не искали источник (предполагаемой) инфекции птичьего гриппа на Рюгене. «Как, чёрт возьми, лебеди Рюгена могли заразиться опасным вирусом H5N1?» - спрашивает The Spiegel, ссылаясь на сообщения Associated Press и Немецкого агентства печати (Deutsche Presse Agentur, DPA). «У исследователей есть загадка. Потому что птицы зимовали в Германии - и в результате не пришли из [предполагаемых!] районов эпидемии». 55 Птица в Рюгене, как сообщали орнитологи, в основном изолирована зимой от контактов, что явно говорит о невозможности заражения лебедей вирусом H5N1.

Но научные и политические силы игнорируют все сомнения, все несоответствия и просто придерживаются этого тезиса: H5N1 - смертельный враг. Их не интересуют доказательства -им достаточно спекуляций. Таким образом, обвинения продолжают выдавать себя за правду: H5N1 пришёл с Дальнего Востока, где, как говорят, с конца 2003 года вызвал несколько вспышек птичьего гриппа в различных странах Юго-Восточной Азии, включая Корею, Индонезию, Вьетнам, Японию, Таиланд, Камбоджу, Китай (включая Гонконг), Лаос и Малайзию, и к середине 2005 года погибло более 100 миллионов животных. 56

Но вспомните, что даже согласно официальным заявлениям, только часть смертей приходится на H5N1. Безусловно, самая большая доля птиц погибла в результате массовых уничтожений, вызванных «заражёнными вирусом паники» властями. Преобладающая практика такова: курица (или другая птица) выделяется, потому что она откладывает меньше яиц или имеет синий гребешок; затем она отправляется к охотникам за вирусами и даёт положительный результат на H5N1; и среди людей вспыхивает эпидемия паники! Следовательно, все цыплята в непосредственной близости убиваются смертельным газом. И в конечном итоге статистика показывает, что эти 100 миллионов кур были убиты вирусом птичьего гриппа H5N1, что ещё больше разжигает панику.

Паника от птичьего гриппа в Голландии, 2003 год: вирус вызывает туннельное зрение


Было бы ошибкой предполагать, что эти массовые отравления ядовитым газом являются продуктом какой-то жестокой практики третьего мира. В начале 2003 года голландские чиновники на границе с немецким штатом Северный Рейн-Вестфалия (NRW) сообщили, что «проблемы со здоровьем» с «очень высоким» уровнем смертности наблюдались на шести птицефабриках. Это сразу же вызвало эпидемическую истерию. На следующий день (суббота) были установлены запретные зоны в радиусе 10 км от пострадавших ферм, а показы птиц были запрещены. Кроме того, в Нидерландах был запрещён экспорт птицы и яиц. В тот же день правительство NRW ввело запрет на импорт и экспорт продуктов из птицы, поставляемых их соседом по ЕС. Десятки операций по доставке кур или кормов из Нидерландов в предыдущие дни были поставлены под официальное наблюдение. Сразу же начался поиск вируса с использованием процедур косвенного тестирования - и посмотрите на это! На следующий день было объявлено, что был обнаружен высокопатогенный вирус типа H7N7. «В течение следующих четырёх месяцев 26 миллионов цыплят в Нидерландах, около 2,5 миллионов в Бельгии и около 100.000 в Германии (NRW) были отравлены газом или смертельной инъекцией, казнены на электрическом стуле или убиты вручную», - говорит Ханс Толзин, редактор немецкого издания о вакцинации Impf-Report, которое провело обширный анализ этого события. 5

Тем не менее, СМИ запрыгнули на вирусную популярность. Немецкий журнал Stern быстро ошибочно сообщает, что «примерно 30 миллионов животных погибли от птичьего гриппа в Нидерландах». 8 А еженедельная газета Die Zeit заявила, что «надвигающаяся атака уток-убийц может уничтожить существование немецких птицеводов. Птичий грипп, как в 2003 году, неизбежен. Миллионы цыплят уже потеряли свою жизнь в Нидерландах и в городе Фирзен на Нижнем Рейне», 59 что также предполагает, что вирус уничтожил этих птиц. Но эти заявления СМИ носят нелепый характер, поскольку вирус был обнаружен только в одном животном (точнее говоря, вирус H7N7 был идентифицирован у отдельных животных). В итоге 30 миллионов птиц умерли от другого, слишком человеческого штамма вирусной мании.

Die Zeit и Stern плыли на волнах общественной вирусной паники - в данном случае гигантских волн-убийц. В конечном итоге количество убийств возросло до таких размеров, что возможности уничтожения и кремации перестали быть достаточными. Чрезвычайное положение было введено для голландских общин, и они были забаррикадированы военными. Когда на ферме было обнаружено несколько больных кур, «куриный запас» фермы был «превентивно» истреблён, а также поголовье всех окружающих ферм. Экономический ущерб в одних только Нидерландах составил более 100 миллионов евро.

Но существование или даже опасность этого так называемого вируса H7N7 также никогда не была доказана. И хотя для того, чтобы искать другие причины (например, влияние промышленного птицеводства на здоровье животных), была ещё одна причина, чтобы власти объявили H7N7 врагом -и (Эврика!) зародилась другая эпидемия. «Эпидемия была объявлена 23 февраля 2003 года, и с тех пор я собрал и оценил все доступные пресс-релизы и официальные отчёты», - говорит Толзин. «Но был только один отчёт с исследуемыми деталями, из которого выяснилось, что другие причины, помимо птичьего гриппа, были приняты во внимание. Но даже этот отчёт, который был составлен министром сельского хозяйства Нидерландов Берманом 3 марта, никогда не упоминался снова.»60

Также все говорили о вирусе и в канадской провинции Британская Колумбия, когда в ноябре 2005 года была обнаружена одна утка, и с использованием современных косвенных молекулярнобиологических «доказательных» процедур у неё якобы был обнаружен вирус птичьего гриппа H7N3. Животное, как официально сообщалось, имело только «лёгкую форму» этого типа вируса, которая не проявляет симптомов «лёгкой болезни» или имеет только их. То есть фактически утка не болела. 61 Согласно канадским властям, это был «не вирус, циркулирующий в Азии [H5N1], Никакой новой угрозы здоровью человека не существует». 2 Однако в профилактических целях власти не только убили единственную утку, но и сразу же зарезали ещё 56.000 здоровых уток и гусей. Тем не менее, международные законы, разумеется, не требуют принятия таких решительных мер по уничтожению целых стай птиц, если, как предполагалось в этом случае, в игре присутствует только «низкопатогенный» вирус. «Есть паранойя, есть политика и есть восприятие, которое вступает в игру и это заставляет людей делать что-то по другим причинам, чем то, что вы бы назвали истинной наукой», - говорит Дэвид Халворсон, эксперт по птичьему гриппу в Университете Миннесоты. - «Я склонен смотреть на это с научной точки зрения, что [убийства] это пустая трата жизни животных.»63

Крысиный яд убивает птиц


Ускорение, с которым власти и СМИ нажимают кнопку вирусной паники, подозревая исключительно вирус, а не рассматривая широкий спектр возможных причин с самого начала, также подтверждается случаем гибели гусей в провинции Рейнланд-Пфальц в Германии. В октябре 2005 года мальчик нашел мёртвых серых гусей и сообщил в полицию. «Мёртвые гуси плыли в пруду», -сказал представитель полиции в Кобленце. «И некоторые животные погибли от сильных судорог на глазах наших сотрудников».

Погибшие птицы были собраны пожарными в специальных защитных костюмах и доставлены в государственное следственное управление, что немедленно подтолкнуло СМИ к разжиганию паники H5N1. «Подозрение на птичий грипп: загадочные случаи гибели гусей вблизи Кобленца и Геттингена усилили опасения по поводу вспышки птичьего гриппа в Германии», - сообщается в новостном канале N24.64 Это подтолкнуло Джирген Триттин, тогдашнего министра окружающей среды Германии, объявить, что предпримет решительные контрмеры в случае обнаружения опасного вируса H5N1 у этих птиц.

Оказалось, что птицы были отравлены, как сообщили в областной инспекции. Его президент Стефан Бент заявил, что в желудках двенадцати из 22 трупов был обнаружен крысиный яд. Токсин фосфид, несомненно, стал причиной гибели диких гусей. И даже если присутствие ядовитого фосфида для уничтожения грызунов было доказано только в двенадцати желудках, Бент сказал, что можно предположить, что все животные умерли от него. Токсичность вызвала аномальные изменения во внутренних органах животных, такие как язвы и кровоизлияния на слизистой оболочке желудка и

65

скопление жидкости в легких.

Обратите внимание, что яд против грызунов используется не только в Германии. Во всеобъемлющем отчёте за 2003 год министерство сельского хозяйства Японии попыталось проследить прогрессивные пути вспышек вируса гриппа у птиц на промышленных фермах: «яд против грызунов типа отравленной приманки использовался летом и постоянно применялся [против мышей и других диких грызунов] когда это было необходимо.»66

Обязанность видеть то, что находится прямо под носом


Эти инциденты показывают, насколько важно смотреть на полную картину при исследовании возможных причин. Такая точка зрения широкого спектра также была бы наиболее целесообразной в случае, когда в период с мая по июль 2005 года возле крупнейшего солёного озера Китая, Цинхай Ху (Qinghai Hu), было найдены мёртвыми несколько тысяч диких птиц, что и разожгло глобальную панику из-за птичьего гриппа, поскольку охотники за эпидемиями, политики и средства массовой информации немедленно и с твёрдым убеждением сделали ставку на вспышку H5N1.

Ещё раз - много других причин подвергаются сомнению. Например, загрязнение представляет огромную проблему в Китае, как и в большинстве развивающихся стран, не в последнюю очередь из-за химической промышленности, одной из самых быстрорастущих отраслей экономики Китая. В первом полугодии 2005 года стоимость продукции выросла на 27% по сравнению с предыдущим годом. В последнее время много новых химических заводов возникли как из-под земли. Эти объекты также производят продукцию для развитых стран, в которых опасные химические заводы не приветствуются, как объясняет эксперт Гринпис Кевин Мэй. Заводы часто строятся на реках, так как вода необходима для производственного процесса. «И, конечно, это опасно для жителей, которые пьют воду», - говорит Мэй. Даже без серьёзных аварий, фабрики в Китае представляют опасность для здоровья людей и окружающей среды, включая диких животных. Согласно официальным заявлениям, 70% всех китайских рек загрязнены, потому что промышленность направляет свои

67

отходы в воду.

Также нет «конкретных доказательств того, что водные птицы в Цинхае, которые, возможно, были заражены таким патогенным штаммом и выжили, будут мигрировать и способны передавать вирус другим видам птиц, животных или людям», сообщает Wetlands International, глобальная природоохранная организация. Одним из её партнеров является Программа ООН по окружающей среде (ЮНЕП - UN Environmental Program UNEP ), которая в конце 2005 года развернула экспертную целевую группу, состоящую из представителей девяти различных организаций, так как считалось, что необходимо срочно разобраться в сути этой шумихи из-за птичьего гриппа. Было сказано, что заявления о главных причинах гибели птиц, включая вопрос о том, как вирус передается от диких птиц домашним животным, ни в коем случае нельзя считать достоверными. ЮНЕП предупредила о растущей истерии. Кроме того, они подвергли критике «однонаправленный подход в средствах массовой информации, который существенно упрощает причины и методы, необходимые для противодействия в интересах здоровья человека и животных». Средства массовой информации, как было сказано, должны предоставлять более сбалансированные сообщения, «основанные на фактах». Одновременно «целевая группа призывает правительства и местные органы власти уделять гораздо больше внимания борьбе с (патологичной) ролью фермерства», - пишет Уильям Кареш, член целевой группы и директор Полевой ветеринарной программы Общества охраны дикой природы. 6

Наиболее поразительным является то, что даже медицинская ортодоксальная ВОЗ признаёт, 70 что «роль перелётных птиц в распространении высокопатогенного птичьего гриппа до конца не изучена. Дикие водоплавающие птицы считаются естественным резервуаром вируса гриппа типа А. Эти притцы, вероятно, переносили вирусы гриппа без видимого вреда на протяжении веков.» 71 Но, даже если сточки зрения современной науки дикие птицы редко или никогда не заболевают или умирают от вирусов птичьего гриппа, это должно было вызвать ещё больше любопытства исследовать другие невирусные причины. Почему дикие животные заболели или даже умерли от вирусов в начале XXI века, когда они жили в мирном сосуществовании в течение тысячелетий?

Более 150 умерших людей - что действительно привело к их смерти?


Согласно официальным заявлениям, H5N1 стал причиной смерти 153 человек с конца 2003 года по ноябрь 2006 года (большинство из них в Азии; см. Диаграмму). 2 Но если мы внимательно изучим отчёты о вскрытии, то нет никаких доказательств для теории, что H5N1 был убийцей. В то же время отчёты также позволяют совершенно иным возможностям выступать в качестве правдоподобных объяснений. Например, что некоторые из жертв страдали от симптомов простуды из неизвестного источника, и им просто не повезло попасть в руки медицинских работников, которые оказались охотниками на H5N1. Сразу же врачи прописали этим людям огромное количество лекарств, чтобы уничтожить воображаемый вирус, но на самом деле никогда не было доказано, что эти лекарства могут бороться с предполагаемым вирусом. Напротив, фактом является то, что лекарства являются высокотоксичными, поэтому вполне возможно, что врачи только помогли уничтожить жизни ослабленных пациентов.

Институт Фридриха-Леффлера прислал нам документ, в котором утверждается, что H5N1 обладает патогенными эффектами на человека (Uiprasertkul et al: "H5N1 Réplication Sites in Humans" published in the journal Emerging Infectious Diseases in July 2005). В отчёте представлен всего один шестилетний мальчик. Ребеёнок страдал от лёгочной инфекции, и была также диагностирована инфекция аспергилл. После этого маленького пациента лечили антимикробными препаратами, которые могут серьёзно повредить иммунную систему, а также противовирусным препаратом Тамифлю (осельтамивир), который даже был связан со смертельным исходом (подробнее о Tamiflu см. далее). Судьба мальчика? «Пациент умер на поздней стадии заболевания после интенсивного лечения антивирусными препаратами».

Метилпреднизолон также назначали мальчику за несколько дней до его смерти, через 17 дней после постановки первоначального диагноза. Стероид, как известно, ослабляет иммунную систему и не должен использоваться при наличии тяжёлой бактериальной, вирусной или грибковой инфекции (как это было в случае с этим мальчиком).73 Кроме того, в докладе признаётся, что «у человека наблюдается полиорганная дисфункция при заражении H5N1, несмотря на кажущееся ограничение инфекции в лёгких, и это остается загадкой». То есть то, что называется H5N1, вообще не может быть обнаружено в различных заболевших органах, которые исследователи просто отбросили как «загадку» вместо того, чтобы называть это тем, чем оно было и является: доказательство того, что принятые теории H5N1 не имеют смысла.

В статье в Science 1998 г. от Subbarao et al 74 (также цитируемой в статье «Новые инфекционные заболевания») был описан трёхлетний мальчик, который был здоров до 9 мая 1997 г., когда у него появились проблемы с дыхательными путями, что указывает на простуду. Врачи дали ему аспирин и «широкий охват антибиотиками», после чего у ребёнка развился синдром Рейе. Это серьёзное заболевание, связанное с тошнотой, расстройствами личности и комой, которые могут серьёзно повредить органы, такие как мозг и печень, и во многих случаях заканчиваются смертью. Как и другой мальчик, он умер 21 мая. Вирус H5N1 был назван в качестве причины его смерти, но и здесь также было не предоставлено никаких доказательств. Медицинские власти даже не подтвердили, контактировал ли мальчик когда-либо с птицами. Помимо этого, исследования показывают, что аспирин может вызвать синдром Рейе, который также был диагностирован у мальчика. 77 Национальный фонд синдрома Рейе (National Reye's Syndrome Foundation) даже прямо говорит: «Не давайте своему ребёнку аспирин». Но даже эта информация не побудила авторов статьи исследовать роль, которую аспирин или другие вещества могли сыграть в смерти трёхлетнего ребёнка. С другой стороны, в 1997 году они не пожелали предупредить мир о «быстром и взрывном

79

распространении пандемического вируса».

Нет никаких причин для пандемической паники


Продавцы страха от H5N1 продолжают предсказывать надвигающийся ужас для Германии. «Пандемия постигнет нас несколькими волнами», - уверенно заявляет Бернхард Руф, 80 директор Leipzig Compétence Centre for Highly Contagious Diseases и ведущий специалист по борьбе с птичьим гриппом в ВОЗ. «В одной только Германии заразится до 40 миллионов, а 150.000 умрут. Экономика рухнет. Мир будет парализован». 81 Но нет никаких оправданий для таких предупреждений, если H5N1 не может быть выделен как чистый вирус и, таким образом, не может быть научно доказано его существование. И если нет никаких доказательств того, что H5N1 может быть очень заразным у животных, прыгая от диких птиц к домашним животным и мутируя в инфекционного мини-монстра. И если невозможно доказать, что этот так называемый H5N1 также может прыгать на людей и вызывать болезни, поскольку смертельный вирус птичьего гриппа и вирус человеческого гриппа вступают в контакт с человеческим организмом, обмениваются генами и как злые «родительские вирусы», как их называют, рождают ещё более ужасный «дочерний вирус». И, кроме того, если другие факторы, такие как промышленное животноводство, пестициды, яды против грызунов, стресс и естественная смерть, игнорируются как потенциальные способствующие факторы.

Вирусомания

Диаграмма 11 Количество людей (по данным ВОЗ) заразившихся и умерших от H5N1 и где они жили, (на 16 октября 2006 г.) (общие данные)

ВОЗ предполагает, что H5N1 уже заразил или даже убил более 150 человек (к октябрю 2006 года). Но нет никаких доказательств этого. Вместо этого многое говорит о возможности того, что другие причины, такие как введение высокотоксичных лекарств, привели к смерти пациентов.

Вирусомания

FLI даже признаёт это нам: «Что касается вашего запроса о пандемических свойствах H5N1, то можно только сказать, что в настоящее время нет научных методов с прогнозирующими эффектами, которые могли бы оценить возможность возникновения новой пандемии вируса гриппа». А в конце октября 2005 года British Medical Journal заявил, что «отсутствие устойчивой передачи от человека к человеку говорит о том, что этот птичий вирус H5N1 в настоящее время не способен

„ 83

вызвать пандемию у людей».

Здесь стоит отметить комментарии Джулии Герберинг, директора Центра по контролю заболеваний (CDC) в Атланте. В середине апреля 2006 года на конференции по пандемии птичьего гриппа в Такоме, штат Вашингтон, в которой приняли участие 1200 экспертов со всей страны, она сказала: «Нет никаких доказательств того, что [H5N1] станет следующей пандемией». Далее, «[нет] никаких доказательств того, что этот вирус развивается в направлении, которое становится всё более передаваемым для людей», и «нет никаких оснований думать, что это когда-либо будет» - легко передаваться между людьми. Эти заявления находятся в полном противоречии с продолжающимися паническими сообщениями от чиновникаов CDC. После конференции The News Tribune сообщила, что «с учетом этих фактов птичий грипп, как и SARS, свиной грипп и другие широко распространённые угрозы здоровью, никогда не станет серьёзной болезнью для человека». 84

Тогда очень скандально, что в результате необоснованных предупреждений о пандемии к апрелю 2006 года было убито более 200 миллионов птиц. Кроме того, как говорится в докладе ООН, пострадавшие страны к этому времени понесли расходы на общую сумму 20 миллиардов долларов, и миллион фермеров уже впал в нищету. 85 В Германии правительство распорядилось, чтобы домашняя птица содержалась в помещении, что даже привело к самоубийству среди некоторых фермеров. Как сообщала газета Westfalen-Blatt, «фермеры не видели никакого выхода». В самом деле, по крайней мере, приказание мелким птицеводам держать своих птиц в помещении равносильно запрету им заниматься своей профессией. 8

Тамифлю: от залежавшегося товара до бестселлера, смерть приносящего?


Нет никаких оснований для повышенного спроса на противовирусные препараты. Тем не менее, основные немецкие средства массовой информации, такие как Die Zeit, настаивают на том, что «Германии давно пора закупать вакцины и достаточное количество лекарств». 87 Но насколько опасны такие поспешные требования быстрого решения проблемы, становится ясно, отслеживая рост продаж Тамифлю, средства от гриппа, которое стало бестселлером только после того, как завелась машина вирусомании. «Тамифлю, задуманный как средство от обычного гриппа, не очень хорошо продавался, потому что он был слишком дорогим и оказывал слишком мало эффекта», -говорится в редкой отраслевой критике швейцарского новостного журнала Rundschau 19 октября 2005 года. «Фармацевтические группы много обещали, но на практике было показано, что врачи с трудом могут назначить это лекарство кому-либо».

Так, охотники за вирусами и их сторонники в СМИ выпустили страшные фотографии экспертов по заражению в белых скафандрах и на удаленных фабричных фермах с кучами мертвых птиц. Эти изображения были разосланы по всему земному шару в сопровождении сенсационных историй о людях, которые уже предположительно заразились или умерли от ужасного вируса H5N1. В 2004 году офис ВОЗ в Маниле незамедлительно рекомендовал осельтамивир (Тамифлю) для лиц, «находящихся под угрозой смерти». Вещество было произведено швейцарским фармацевтическим гигантом Roche под торговой маркой Tamiflu. Roche воспользовался моментом и быстро выпустил пресс-релиз, в котором говорилось: «Тамифлю может быть эффективен против птичьего гриппа». Но СМИ, похоже, не обратили внимания на фразу «может быть» и создали свои заголовки, чтобы рекламировать чудо средство от птичьего гриппа. Для Roche это был лучший вид рекламы: бесплатный и с невероятной эффективностью. Некоторые аптеки вскоре распродали лекарства. «В средствах массовой информации и на телевидении всегда говорят, что Тамифлю работает против вируса птичьего гриппа», - сказал фармацевт из Стамбула в интервью Rundschau . «Теперь они все приходят и хотятТамифлю». 88

Агентство Reuters сообщило 20 июля 2005 года, что «глобальные меры предосторожности от гриппа позволили [производителю Тамифлю] Roche получить скачок прибыли». Во всем мире «продажи Тамифлю увеличились на 363% до 580 миллионов франков [380 миллионов евро] в первой половине 2005 года по сравнению с тем же периодом предыдущего года». 89 В конечном итоге, в 2005 году Roche увеличила свою прибыль Тамифлю на 370 % к примерно 1 млрд, евро - в первую очередь благодаря массивным государственным закупкам (финансируется за счёт налоговых средств). Как сообщает Zeit, немецкая провинция Северный Рейн-Вестфалия объявила, что «они поместят на склады лекарства на сумму 30 млн. евро». 91 За первые девять месяцев 2006 года продажи Тамифлю по всему миру выросли до 1,3 миллиарда долларов, сообщил Roche, увеличившись на 88% по сравнению с предыдущим годом. 2 Чтобы удовлетворить спрос, заводы Roche в Европе, Северной Америке и Японии работали на полную мощность. К концу 2006 года мощность снова удвоилась, и годовой объём производства Тамифлю составил 300 миллионов упаковок.93

Но какова научная основа для этого обмана Тамифлю? Франц Хумер, председатель совета директоров Roche, уверяет, что Тамифлю «является очень важным продуктом для наших пациентов, прежде всего в случае пандемии гриппа». Но это утверждение не подтверждается, так как Тамифлю никогда не тестировался как средство от птичьего гриппа у людей, как об этом даже говорится в пресс-релизе Roche. При этом говорится, что нет клинических данных об эффективности Тамифлю против H5N1.

Это также объясняет, почему Роберт Дитц из Всемирной организации здравоохранения в Маниле, который вызвал взрыв продаж в Тамифлю с его продвижением как средства от гриппа, не мог не сказать в швейцарской новостной программе Rundschau: «У нас не было конкретной медицинской основы для нашего решения рекомендовать Тамифлю в качестве средства от птичьего гриппа». 94 В начале декабря 2005 года вьетнамский врач Нгуен Туонг Ван, директор отделения интенсивной терапии в Ханойском институте клинических исследований тропических болезней (который следовал рекомендациям ВОЗ по лечению пациентов), пришел к выводу, что «Тамифлю бесполезен; [по этой причине] мы не придаем значения использованию этого препарата для наших пациентов» . 5 И как раз перед этим утверждением появились первые сообщения о случаях смерти, связанных с приёмом препарата Тамифлю.

Сначала был отчёт из Японии. Фармацевтическая компания Chugai, дочерняя компания Roche, уведомила министерство здравоохранения о том, что после приёма Тамифлю два мальчика в возрасте 14 и 17 лет дезориентировались, проявили ненормальное поведение и в конечном итоге скончались (один из них предположительно выпрыгнул из своей квартиры; другой бросился сам под грузовик) 96 Лишь несколько дней спустя появились новости о том, что лекарство от гриппа было связано со смертью ещё двенадцати детей в Японии. А Американское управление по контролю за продуктами и лекарствами (FDA) назвало «тревожным», что «после приёма Тарнифлю дети в 32 случаях имели галлюцинации или демонстрировали ненормальное поведение». 97 Конечно, эти случаи не ограничиваются Японией. Например, ближе к концу 2006 года канадские чиновники из Министерства здравоохранения Канады предупредили о галлюцинациях среди потребителей Тамифлю. На 11 ноября было семь случаев психиатрических побочных эффектов, связанных с Тамифлю в Канаде, и 84 сообщения о побочных эффектах, возникающих у канадцев, принимающих этот препарат, в том числе 10 смертей. 98

Но средства массовой информации так же настойчиво игнорируют сообщения о побочных эффектах Тамифлю, как ранее печатали необоснованные заявления о том, что Тамифлю является лучшей защитой от птичьего гриппа (HSN1). Это, безусловно, связано с тем, что в связи с зарегистрированными смертельными случаями медицинские представители немедленно предупредили людей не паниковать только потому, что несколько человек умерли после приёма Тамифлю, и в типичной манере СМИ следовали за этими утверждениями медицинского истеблишмента. FDA подчеркнуло, что они хотят выяснить, почему люди умерли, но при этом подразумевали, что было чрезвычайно трудно установить точные причины. Ещё в 1990-х годах было обнаружено, что Тамифлю вызывает воспаление мозга (энцефалит). Но медицинский истеблишмент исказил эти выводы, сказав, что мозговые симптомы также часто вызывались инфекциями от гриппа, поэтому трудно сказать, может ли Тамифлю быть ответственным за неврологические осложнения. Это стало ещё труднее доказать, потому что многие жертвы принимали не только Тамифлю, но и другие лекарства/00 По сути, проблему можно было бы выяснить только при наличии контролируемых исследований (одна группа/пациент получает активное вещество, а другая -плацебо). Но они не были сделаны/0 Почему этот препарат никогда не тестировался в необходимых клинических испытаниях, прежде чем был выпущен для продажи? Эта информация вызывает недоверие, особенно с учётом того, что медицинский истеблишмент и политики активно участвуют в вирусной мании, продвигая такие лекарства, как Тамифлю, и призывают к осторожности и сдержанности только тогда, когда начинают распространяться новости о смертях, связанных с приёмом лекарств. В этот момент они встают на сторону фармацевтических компаний, чьи финансовые показатели могут пострадать. «Просто следуйте за деньгами», как сказал Марк Фелт (второй в команде ФБР) журналистам из Washington Post Бобу Вудворду и Карлу Бернстайну во время скандала с Уотергейтом в начале 1970-х годов.102

Если бы когда-либо было окончательно установлено, что Тамифлю стал причиной смерти, это была бы трагедия невообразимого масштаба. Это также было бы огромной катастрофой для Roche. Но до тех пор, пока не наступит ясность, нет никаких причин покупать или принимать Тамифлю - ни в профилактических целях, ни в качестве средства от симптомов гриппа. Тамифлю связан с многочисленными побочными эффектами, включая рвоту, диарею, бронхит, желудочные и головные боли, головокружение, галлюцинации и гепатит. 1 Пациент, который принимал Тамифлю всего

два дня, сообщает: «Я не мог спать три дня и у меня были галлюцинации. Моя семья очень переживала за меня. Я никогда больше не буду принимать это ужасное лекарство и не буду никому советовать. Я полностью потерял свою индивидуальность, я почувствовал себя другим человеком. Прошло четыре недели, прежде чем я снова почувствовал себя нормально».105

Исследование Тамифлю и проблема независимости


Также должны быть исследования, которые показывают, что Тамифлю работает против гриппа, верно? Конечно, такие исследования были бы бесполезны без плацебо-контроля, наряду с гарантией того, что участвующие в этом исследовании учёные были бы свободны от конфликта интересов. Перепроверял ли когда-нибудь средства массовой информации информацию о том, что испытания Тамифлю обоснованными? Мы точно знаем одно: мошенничество хорошо известно в биомедицине, а конфликт интересов широко распространён. Срочно необходимо разобраться в фактах и вымыслах. Не требуется много исследований, чтобы выяснить, финансировала ли Roche исследования Тамифлю (oseltamivir). Вам нужно всего лишь зайти в Google, например, «Roche funded pubmed oseltamivir» («Роше финансирует исследования асельтамивира») - более 100 ссылок/06 Давайте нажмём только на один документ - например: Эффективность ингибиторов нейраминидазы в лечении и профилактике гриппа А и В: систематический обзор и мета-анализ рандомизированных контролируемых исследований (Effectiveness of neuraminidase inhibitors in treatment and prévention of influenza A and B: systematic review and meta-analyses of randomized controlled trials), опубликованных в British Medical Journal в 2003 году. Он включает в себя следующую информацию:

«Конкурирующие интересы: KGN [Карл Г. Николсон; один из авторов исследования] получил спонсорство и гонорары от GlaxoSmithKline, производителя занамивира, и компании Roche, которая производит осельтамивир, для консультаций и выступлений на международных симпозиумах по респираторным и инфекционным заболеваниям. Его исследовательская группа получила финансирование от GlaxoSmithKline и Roche для участия в многоцентровых испытаниях ингибиторов нейраминидазы». 7 К сожалению, такие конфликты интересов являются обычной практикой, о которой общественность редко узнаёт. Но, как заметил британский парламент в ходе всестороннего расследования в 2005 году, три четверти клинических исследований, которые появляются в ведущих научных журналах, The Lancet, Медицинском журнале Новой Англии (NEJM) и Журнале Американской медицинской ассоциации (JAMA), финансируются фармацевтическими компаниями/08 И если отрасль платит, они будут использовать всевозможные уловки для достижения желаемых результатов/ опуская критические вопросы или отрицательные результаты и публикуя исключительно положительные результаты. 1 °Тем не менее, NEJM явно изменил свою политику в отношении авторов статей в 2002 году, чтобы обзорные статьи и редакционные статьи могли также писать эксперты, которые получают от фармацевтических компаний до 10.000 долларов в год. Сборы могут также поступать от компаний, чьи продукты включены автором в его или её статьи в NEJM. Это представляет классический конфликт интересов. Что было основной причиной изменений в политике их авторов? NEJM сказал, что они просто не в состоянии найти достаточно экспертов без каких-либо финансовых связей с фармацевтической промышленностью.

Для якобы независимого научного журнала это объяснение кажется нелепым, но оно отражает суровую реальность современной медицинской науки. Арнольд Рейман, профессор Гарварда и бывший главный редактор журнала NEJM, говорит, что «медицинская профессия покупается фармацевтической промышленностью не только с точки зрения практики, но и с точки зрения обучения и исследований»/12 Именно эти финансовые взаимосвязи угрожают подорвать независимость медицинских исследований. Эта проблема только недавно достигла известности в США после того, как выяснилось, что сотни учёных, нанятых Национальными институтами здравоохранения (NIH), получили миллионы долларов в виде комиссионных и больших пакетов акций от фармацевтической промышленности. История была исследована Los Angeles Times и вызвала широкую дискуссию о независимости исследователей NIH. Члены Конгресса США обвинили руководителей NIH и их предшественников в поддержке «варианта коррупции» среди своих сотрудников. В ответ на это Элиас Зерхуни, директор органа здравоохранения, объявил о введении новых правил, которые запрещали вышестоящим менеджерам NIH подписывать контракты на платные консультации и запрещали всем сотрудникам NIH держать акции и опционы на акции. Но оказалось, что многие тысячи сотрудников NIH были освобождены от обязанности раскрывать информацию о своих приобретениях. Через эту лазейку фармацевтические компании могут продолжать тайно платить, не боясь наказания.1

Дональд Рамсфельд делает гигантскую прибыль


На примере Тамифлю врачи и другие эксперты начали задавать критические вопросы, касающиеся жёсткой приверженности правительства США приобретению запасов лекарств от Roche. Смерть от птичьего гриппа, по словам президента Джорджа Буша-младшего, угрожает двум миллионам us _

американцев. Это заявление, основанное только на диких спекуляциях, казалось, оправдывало массовую покупку 20 миллионов флаконов тамифлю по 100 долларов каждый - на общую сумму 2 миллиарда долларов. Особую тревогу вызывает тот факт, что за счёт налогоплательщиков огромные суммы расходуются на лекарства, эффективность которых против птичьего гриппа никогда не была доказана и никогда не будет доказана. Даже если предположить, что H5N1 существует и вызывает заболевание у людей, никто не может предсказать, как будет выглядеть мутированная форма вируса H5N1, который должен сперва вызвать пандемию. Это означает, что никакое лекарство, даже Тамифлю, не может быть задумано против такого предполагаемого мутантного вируса. И именно поэтому решение правительства Великобритании о заказе 14,6 млн. доз осельтамивира для применения в случае эпидемии гриппа ставится под сомнение даже ортодоксальными экспертами. Среди них Джо Коллиер, профессор политики в области лекарственных средств в Медицинской школе больницы Святого Георгия, Лондон, и бывший редактор Бюллетеня по наркотикам и терапии, который цитировался в Британском медицинском журнале со словами: «Я хотел бы знать, какие есть доказательства того, что Тамифлю действительно изменяет смертность? А если нет, то что мы делаем?» По другую сторону Атлантического океана федеральный министр здравоохранения Канады Уджал Досанджх рассказал слушателям в интервью радиопрограмме Канадской радиовещательной корпорации (The Current, 27 октября 2005 г.), что

117

осельтамивир не предотвращает заражение вирусом гриппа.

Вот почему многие были расстроены тем, что Дональд Рамсфелд, ведущий член администрации Джорджа Буша-младшего, зарабатывал деньги благодаря массивным государственным закупкам Тамифлю. Будучи когда-то ведущим членом администрации Буша, он зарабатывает огромные суммы денег на крупных государственных закупках Тамифлю. С 1997 по 2001 год, до прихода к власти, Рамсфелд возглавлял совет директоров американской биотехнологической корпорации Gilead. А после 2001 года, согласно его собственным заявлениям, Рамсфелд продолжал держать огромные пакеты акций Gilead на сумму 5-25 миллионов долларов. Gilead первоначально разработал Тамифлю, и в 1997 году корпорация, зарегистрированная в списке Nasdaq, продала эксклюзивную лицензию Roche на производство Тамифлю, хотя Gilead сохранил патент на само вещество. С тех пор Gilead обналичивает лицензионные сборы Roche (как сообщается, от 10% до 19% чистой цены, или 10% прибыли). 119120 в три (жарких) осенних месяца 2005 года лицензирование Тамифлю принесло Gilead 12 миллиона долларов США - против всего 1,7 миллиона в третьем квартале 2004 года. Одновременно рыночная стоимость акции Gilead выросла с 37 до 47 долларов всего за несколько месяцев, что сделало Рамсфелда, одного из самых богатых людей в кабинете Буша, по меньшей мере на 1 миллион долларов богаче.

Рамсфелд - не единственный политический тяжеловес в США, который, как говорят, имеет очень тесные связи с Gilead. Джордж П. Шульц, государственный секретарь США с 1982 по 1989 год, входит в совет директоров Gilead. В 2005 году Шульц продал акции калифорнийской биотехнологической компании на сумму более 7 миллионов долларов. Другим членом правления Gilead является жена бывшего губернатора Калифорнии Пита Уилсона. «Я не знаю ни одной биотехнологической компании, которая была бы так сильно связана с политикой (как Gilead)», - сказал журналу Fortune122 Эндрю Макдональд из аналитической компании Think Equity Partners.

Статья в Saar-Echo, опубликованная под заголовком «Буш вызывает панику и делает прибыль Рамсфелду», бьет по голове гвоздем: «Буш и его вице-президент Дик Чейни, «человеческое воплощение сочетания нефтяных и военных интересов», разработали модель этой капиталистической авантюры на благо олигархии американского миллиардера в связи с войной в Ираке, когда они объяснили своё вторжение в богатую нефтью ближневосточную страну бесстыдной ложью о том, что у Ирака было оружие массового уничтожения. После поражения Саддама Хусейна

одним из главных спекулянтом теории вторжения в Ирак стала американская компания Halliburton, основной деятельностью которой является торговля и транспортировка сырой нефти. Генеральным директором Halliburton до его скачка на место американского вице-президента был Ричард Чейни, который, в свою очередь, является близким другом спекулянта теории Тамифлю Дональда Рамсфелда. Вместе они основали неоконсервативный аналитический центр «Проект для нового американского века» (Project for the New American Century) в 1997 году. С тех пор как они заняли свои посты, побочные проекты этих и других американских политиков стоимостью в миллиарды долларов заработали как по маслу». Несмотря на то, что против Halliburton выдвигаются

массовые обвинения в мошенничестве, поскольку, например, группа взимает непомерные цены на многие услуги (за уборку всего 7 килограммов белья взималось более 100 долларов), в 2005 году армия США разместила новый заказ для поддержки войск в Ираке - на 5 миллиардов долларов.

В 2004 и 2003 годах субподрядчик по нефти и газу из Техаса, родного штата Джорджа Буша-младшего, уже заработал 10 миллиардов долларов/

В своей прощальной речи в 1961 году покидающий свой пост президент Дуайт Эйзенхауэр предупредил о растущем сращивании военных и промышленности и о растущем влиянии этого «военно-промышленного комплекса» на американскую политику. Это просвещённое предупреждение было повторено в отмеченном наградами документальном фильме «Почему мы боремся», посвящённом современной военной машине стоимостью в миллиарды долларов. 40 лет спустя история, похоже, доказывает правоту Эйзенхауэра.129

Одна из многочисленных параллелей между военно-промышленным комплексом и лечебнопромышленным комплексом - огромное финансирование налоговыми долларами. В 2005 году администрация Буша объявила, что вводит программу стоимостью 7,1 миллиарда долларов, чтобы защитить США от возможной эпидемии птичьего гриппа. Всего несколько недель назад Буш подвергся резкой критике за кризисное управление в Новом Орлеане после урагана Катрина. Как ни парадоксально, правительство увидело прекрасную возможность отточить избитый имидж Буша в объявлении (невероятно дорогой, финансируемой налогоплательщиками) кампании по птичьему гриппу. По словам Буша, они хотели купить достаточно вакцины против птичьего вируса, чтобы защитить 20 миллионов американцев. Для этого они попытались бы заставить Конгресс США утвердить расходы в размере 1,2 миллиарда долларов. Кроме того, они надеялись получить одобрение в размере ещё почти 3 миллиардов долларов на разработку новых вакцин против гриппа, а также 1 миллиард долларов на хранение противовирусных препаратов. И еще 600 миллионов долларов было выделено местным властям, чтобы они могли разработать планы действий в чрезвычайных ситуациях для сдерживания эпидемии. Буш также потребовал, чтобы Конгресс ослабил правила ответственности для производителей вакцин. Только так, как было сказано, могут расти производственные мощности, поскольку фармацевтические фирмы отказываются производить вакцины без защиты от судебных исков о причинении вреда. Конечно, с точки зрения потребителя, если бы такая схема стала реальностью, американцам, которые пострадали от ущерба, связанного с вакцинами, было бы отказано в основном праве требовать возмещения ущерба или другой компенсации в соответствии с законом. Этот план является частью правовой инициативы - «Закона о разработке биозащиты и пандемических вакцин и лекарств от 2005 года», - который не допускает судебных исков, даже если прививки или лекарства вводятся с применением силы. 131 «Мечта акционера фармацевтической компании и худший кошмар потребителя», согласно Национальному информационному центру по вакцинам. 132 Не поддаваясь влиянию интересов научных групп, Буш ответил: «Ни одна страна не может позволить себе игнорировать угрозу птичьего гриппа». Он признал, что никто не знает, может ли вирус гриппа H5N1 привести к смертельной человеческой эпидемии, но он предупредил, что история диктует, что мы должны ещё раз предвидеть страшную крупную эпидемию/33 Буш имел в виду так называемую «испанку» 1918 года, жертвами которого стали многие миллионы людей. Этот «испанский грипп» был назван так, потому что испанские СМИ были единственными, кто сообщал о вирусе, в то время как большинство других стран объявили о запрете информации о пандемии, якобы, чтобы избежать страха среди войск Первой мировой войны. Но действительно ли это подходящая вирусная модель для каких-либо предсказаний о пандемии в наши дни?

Пандемия 1918: результат вируса или первой мировой войны?


«В течение нескольких месяцев испанский грипп достиг размера, которого не смогли достичь все эпидемии в истории», - пишет Spiegel Online. «В 1918 году в результате пандемии погибло от 20 до 50 миллионов человек, больше, чем от любого другого заболевания когда-либо. Только в США произошло 550.000 смертей. Заражённые пациенты страдали от высокой температуры и воспаления лёгких. В течение нескольких дней люди буквально захлёбывались в их собственных жидкостях.» 134 Это звучит драматично - и это было драматично. Но слишком поспешно предполагать, что именно вирус вызвал массовую смертность. Конечно, нет фактов, подтверждающих такую теорию. Эти массовые смерти произошли в конце Первой мировой войны (которая шла с июля 1914 года по ноябрь 1918 года), в то время, когда огромное количество людей недоедали и испытывали невероятный стресс в течение четырёх лет войны. Кроме того, медикаменты и вакцины, применяемые в то время в массовом порядке, содержали высокотоксичные вещества, такие как тяжёлые металлы, мышьяк, формальдегид и хлороформ, которые, вполне вероятно, могли вызывать тяжёлые симптомы гриппа. Многочисленные химические вещества, предназначенные для военного использования, также были перенесены в государственный сектор (например в сельское хозяйство, медицину).

В 1997 году в журнале Science появилась статья исследовательской группы Джеффри Таубенбергера, в которой утверждается, что она изолировала вирус гриппа (H1N1) от жертвы пандемии 1918 года. 136 «Некоторые важные вопросы должны быть заданы», - пишет канадский биолог Дэвид Кроу, который проанализировал эту статью. Исследователи взяли генетический материал из сохранившейся лёгочной ткани жертвы «испанки» - солдата, который умер в 1918 году. Болезни лёгких были чрезвычайно типичными для испанского гриппа, но это слишком большой шаг к выводу, что многие другие миллионы жертв также умерли от этой же причины. И особенно от «того же вируса», на который указывает Кроу. «Мы просто не знаем, умерло ли большинство жертв по той же причине. Мы также не знаем, может ли вирус быть ответственным за все случаи смерти, потому что вирусы, как их теперь описывают, были неизвестны в то время. Даже если принять, что вирус гриппа присутствовал в лёгких солдата, это вряд ли означает что этот вирус был убийцей.» Группа Таубенбергера признаёт, что у солдата был нетипичный случай, так как большинство так называемых жертв гриппа (термин «грипп» предполагает вирусную причину) фактически умерли от бактериального воспаления лёгких (например, туберкулёза). Предполагается, что эти бактерии в конечном итоге одержали верх и вытеснили вирусы, но это предположение не обязательно имеет какой-либо смысл.

Генетический анализ лёгочной ткани одного солдата был основан на предположении, что определённые генетические последовательности (последовательности РНК) характерны для всех вирусов гриппа. То есть теоретизируется, что в оболочках вируса гриппа присутствуют определённые белки, последовательности РНК которых были обнаружены с помощью ПЦР. Эти белки являются гемагглютининами (отсюда «Н» в H1N1 или H5N1: «Н1» и «Н5» обозначают определённые типы гемагглютининов) и нейрарнинидазы («N»), Но в биохимии многие разные вещества называются гемагглютининами, а не просто белками, которые заставляют эритроциты сгущаться вместе. Тем не менее, говорят, что доказательство вируса может быть продемонстрировано путём смешивания эритроцитов в лаборатории с образцами, в которых, как говорят, обнаружен предполагаемый вирус. Это делается путем отбора образцов ткани из органов, в которых, как предполагается, скрывается вирус (в данном случае из лёгких), помещая их (in vitro) в чашку Петри, заполненную эритроцитами. Если образуются сгустки, теория гласит, что причиной коагуляции должен быть гемагглютинин в вирусе гриппа. Но полный вирус никогда не был выделен из этого образца. Этот метод также является слабым, поскольку он не может дифференцироваться между РНК внешнего вируса и РНК человека. «Это не может быть нормальная человеческая РНК, иначе все бы положительно отреагировали на это измерение», - говорит Кроу. «Но, безусловно, возможно, что РНК, «собранная» с помощью ПЦР, происходит не из вирусного белка, а скорее вырабатывается самим организмом, например, в связи с болезненным процессом». Например, фермент нейраминидаза, который считается специфичным для вируса гриппа, на самом деле вырабатывается организмом естественным образом и выполняет важные метаболические функции. Если есть дефицит этого

144

фермента - например, из-за врождённого нарушения обмена веществ - ортодоксальная медицина уже давно называет это муколипидоз I (Mucolipidosis I - ML) 137 или сиалидоз (Sialidosis), который вызывает серьёзные дисфункции, такие как нарушение зрения, нарушения работы нервной системы и развития скелета, миастения (слабость мышц), судороги, нарушения равновесия или нарушения мозгового развития. Каждый, кто принимает лекарства от гриппа и ингибиторы нейраминидазы, такие как Тамифлю, должен помнить об этом.

Так что мы можем заключить, что группа Таубенбергера не подтвердила достоверно, что вирус гриппа присутствовал в солдате. Их эксперимент не может доказать, что этот солдат умер от вируса гриппа, не говоря уже о том, что из-за конкретного вируса погибли другие миллионы жертв. То же самое относится и к статьям, опубликованным в научных журналах Nature и Science 1 в октябре 2005 года, в которых глобальную сенсацию иллюстрировали новостями о том, что «американские исследователи возрождают старый вирус-убийцу» и «американские учёные реконструировали чрезвычайно опасный возбудитель испанского гриппа в военной лаборатории». 139 Но даже если заголовки предполагают это, факт в том, что и здесь вирус с полным генетическим материалом (геном) никогда не был обнаружен. Образцы ткани лёгких были просто взяты у нескольких трупов того времени, в том числе у женщины-инуита, похороненной в слое вечной мерзлоты Аляски в 1918 году. Т.е. учёные провели практически ту же процедуру, что и в 1997 году. Исследователи не доказали, что обнаруженный ими генетический материал действительно принадлежит патогенному «старому вирусу-убийце». Со многими образцами тесты даже оказались отрицательными. Всё дело в чистой спекуляции.

Пандемия 1918 года: загадочное распространение


Согласно традиционным представлениям, инфекционное заболевание начинается в одном месте и распространяется оттуда, в зависимости от условий окружающей среды, в определённых направлениях. Но такое развитие не произошло с испанским гриппом. В 1918 году были две разные волны болезни: более лёгкая весной и гораздо более сильная волна, унёсшая много жизней в конце лета и осенью. Здесь эксперты не могут даже согласиться с тем, была ли эта болезнь завезена в Соединенные Штаты из Европы или наоборот. Согласно одному источнику, эпидемия началась в феврале 1918 года в испанском городе Сан-Себастьян, недалеко от французской границы на побережье Атлантического океана/40 А другой источник называет ту же дату вспышки, но совершенно в другом месте за тысячи километров от Сан-Себастьяна, на другой стороне Атлантики: в Нью-Йорке. То, что эти вспышки произошли в одно и то же время, не может быть объяснено ни маршрутом судна, ни схемой полёта перелётных птиц. Затем, в марте 1918 года, были сообщения о случаях в двух военных лагерях в Канзасе, в сотнях километров от Нью-Йорка. В апреле испанский грипп впервые появился в Париже, в мае - в Мадриде, пока не достиг своего пика в Испании в конце мая. В июне случаи сначала начали накапливаться в воюющей Германии, но одновременно и в Китае, Японии, Англии и Норвегии. 1 июля в Лейпциге был зафиксирован первый случай заболевания. И в течение этого месяца пострадали около полумиллиона немцев.

Вторая серьёзная волна началась почти одновременно в бостонской гавани, на индийском субконтиненте, в Юго-Восточной Азии, в Карибском бассейне и в Центральной Америке. В сентябре пострадали различные военные лагеря на западе США, а также штаты Массачусетс, Пенсильвания и Филадельфия. В октябре пострадала Бразилия, а в ноябре Аляска. Но даже если мы примем во внимание самые быстрые суда того времени, железнодорожные маршруты и перелётных птиц, нет надежной эпидемиологической основы для образования эпидемии, вызванной вирусом гриппа. Если не считать, что вирус мутировал в смертельно опасного инфекционного агента на всех континентах

141

одновременно, что менее вероятно, чем выигрыш в лотерею десять раз подряд.

Вирусомания

Неудачные попытки заражения


Чтобы лучше оценить загадку этой массовой болезни, в ноябре 1918 года с добровольцами в Бостоне была предпринята попытка симуляции инфекции. Это были 62 здоровых моряка, обвинённые в преступлениях и отправленных в тюрьму. Им было обещано помилование при условии, что они примут участие в эксперименте. У 39 из них не было гриппа, поэтому теория заключалась в том, что они будут особенно восприимчивы к инфекции и болезням.1 2 Но результаты ничего подобного не подтвердили, как описывает американская научная журналистка Джина Колата в своей книге «Грипп»: «Врачи ВМС собрали слизь от людей, которые отчаянно болели от гриппа, собирая густые вязкие выделения из носа и горла. Они распыляли слизь от больных гриппом в нос и

146

горло некоторых мужчин и бросали её в глаза других мужчин. В одной попытке они брали слизь из задней части носа человека с гриппом, а затем сразу втирали её в носовую перегородку одного из добровольцев.» Пытаясь имитировать то, что происходит естественным образом, когда люди подвергаются воздействию жертв гриппа, врачи взяли десять добровольцев в больничную палату, где от этой болезни умирали мужчины. Больные лежали на своих узких кроватях, сгорая от лихорадки, будучи в бреду. Десять здоровых мужчин получили инструкции: каждый должен был подойти к кровати больного и приблизиться к нему, наклониться к его лицу, вдохнуть его зловонное дыхание и поболтать с ним в течение пяти минут. Чтобы быть уверенным в том, что здоровый человек был полностью подвержен болезни больного, больной должен был глубоко выдохнуть, пока здоровый человек дышал непосредственно рядом сним. Наконец, жертва гриппа пять раз кашляла в лицо добровольцу. «Каждый здоровый доброволец повторил эти действия с десятью разными больными гриппом. Каждый больной гриппом был серьёзно болен не более трёх дней - период, когда вирус или что-то, что вызывало грипп, всё ещёе должен был присутствовать в его слизи, в его носу, в его лёгких. «Но ни один здоровый человек не заболел». Подобный эксперимент, проведённый в гораздо более жёстких условиях, проводился в Сан-Франциско с 50 заключёнными в тюрьму моряками. Но, опять же, результаты не соответствовали тому, чего ожидали врачи: «Исследователи были ошеломлены. Если эти здоровые добровольцы не заразились гриппом, несмотря на все усилия врачей сделать их больными, то в чём причина этой болезни? Как именно люди заболели гриппом?» 14

Пандемия 1918: Кампании по передозировке и массовой вакцинации


Взгляд на учебники истории и статистические данные показывает, что эпидемии всегда развивались там, где иммунная система человека была ослаблена, прежде всего, из-за нехватки пищи и чистой воды. Так было и в случае с пандемией 1918 года. Принимается во внимание множество причин,

, , 145146147148149

которые, естественно, могли бы работать и в сочетании:

- Психологический стресс, вызванный страхом перед войной.

- Чрезмерное лечение химическими препаратами, которые могут серьёзно подорвать иммунную систему, в том числе обезболивающими, такими как аспирин или хлороформ. Хлороформ, который использовался в качестве консерванта в лекарствах и превращался в фосген в организме [печени], использовался в качестве отравляющего газа в Первой мировой войне. В конце XIX века производители лекарств также всё чаще начали продавать препараты, содержащие в качестве лекарств высокотоксичные вещества, такие как морфин, кодеин, хинин и стрихнин; в то время не было никаких правил для таких производителей. С 1898 года немецкий изобретатель аспирина компания Bayer продавала героин, например, в качестве заменителя морфина, как утверждается, не вызывающего привыкания, а также в качестве средства от кашля во многих различных формах, от сиропов в красивых флаконах до порошков, жидкостей и тампонов, пропитанных им для гинекологических процедур.

- Повреждение органов дыхания в результате «профилактических» мер, таких как растирание горла антисептическими препаратами или вдыхание антибактериальных веществ. Многие из используемых в то время веществ также содержали серебро и долгое время были запрещены (например, формалин/формальдегид оказывает сильное коррозионное и раздражающее действие на кожу, глаза и дыхательные пути и может вызвать повреждение почек, печени и лёгких; канцерогенный

. 152

потенциал к этому тоже относится).

- Нет эффективных антибиотиков: многие люди страдали от бактериальных и грибковых инфекций, но первым действительно эффективным средством уничтожения бактерий и грибов был пенициллин, который был обнаружен гораздо позже, в 1928 году, и стал лекарством во время Второй мировой войны.

- Вакцины часто содержали токсичные тяжёлые металлы и производились из плохо отфильтрованной слизи или других жидкостей от инфицированных пациентов. Часто наблюдаемым симптомом испанского гриппа было внутреннее кровотечение в лёгких (например, типичное для больных туберкулёзом) - явление, которое также было описано как результат прививок против оспы/53 Фактически, многочисленные источники сообщают, что массовые прививки (до 24 прививок на человека) внесли решающий вклад в пандемию. Американская писательница Элеонора МакБин рассказывает о своём собственном опыте:

«Все врачи и люди, которые жили во время эпидемии испанского гриппа 1918 года, говорят, что это была самая страшная болезнь в мире. Сильные люди, здоровые и крепкие, вдруг умирали с признаками Черной Смерти, в добавление к тифу, дифтерии, пневмонии, оспе, параличу и всем болезням, от которых люди были вакцинированы сразу после Первой мировой войны. Практически всё население было инъецировано от дюжины или более болезней ядовитыми сыворотками. Когда все эти вызванные врачом болезни начали внезапно вспыхивать, это стало настоящей трагедией.

Эта пандемия затянулась на два года и поддерживалась добавлением большего количества ядовитых лекарств, назначаемых врачами, которые пытались ими подавить симптомы. Насколько я могла узнать, грипп поразил только привитых. Те, кто отказался от прививок, избежали гриппа. Моя семья отказалась от всех прививок, поэтому мы всё время оставались здоровыми. Из учений о здоровье Грэма, Трейла, Тилдена и других мы знали, что люди не могут загрязнять организм ядами, не вызывая болезней.

Когда грипп достиг пика, все магазины были закрыты, а также школы, предприятия и даже больницы, поскольку врачи и медсестры тоже были привиты и заболели гриппом. На улицах никого не было, это было похоже на город-призрак. Мы, казалось, были единственной семьей, которая не заболела гриппом, поэтому мои родители ходили из дома в дом, делая всё возможное, чтобы ухаживать за больными, так как им было невозможно вызвать доктора. Если бы микробы, бактерии, вирусы или бациллы могли вызвать заболевание, у них было много возможностей напасть на моих родителей, когда они проводили много часов в день в больничных комнатах. Но они не заболели гриппом и они не принесли никаких бактерий домой, которые могли бы напасть на нас - детей. Ни у кого из нашей семьи не было гриппа - даже насморка - и это было зимой с глубоким снегом на земле.

Когда я вижу, как люди съеживаются, когда кто-то рядом с ними чихает или кашляет, интересно, сколько времени им понадобится, чтобы узнать, что они не могут заразиться -чем бы это ни было. Единственный способ, которым они могут заболеть - это развить болезнь внутри себя самостоятельно, неправильно питаясь, пить, курить или делать какие-то другие вещи, которые вызывают внутреннее отравление и пониженную жизненную силу.

Все болезни можно предотвратить, и большинство из них можно вылечить с помощью правильных методов, не известных врачам, и не все врачи без лекарств знают это.

Говорят, что эпидемия гриппа 1918 года убила 20 миллионов человек по всему миру. Но на самом деле врачи убили их с помощью своего грубого и смертельного лечения и лекарств. Это жесткое обвинение, но оно, тем не менее, верно, если судить по успеху тех врачей, которые не злоупотребляли выписыванием препаратов своим пациентам, по сравнению с «обычными» врачами того времени. «В то время как медики и медицинские больницы имели 33% смертельных случаев при заболевании гриппом, немедицинские больницы, такие как Battle Creek, Kellogg и MacFadden Health Restorium, получали почти 100% исцелений с их водным лечением, ваннами, клизмами и т. д., голоданием и некоторыми другими простыми методами лечения, за которыми следуют тщательно разработанные диеты из натуральных продуктов. Один врач не потерял ни одного пациента за восемь лет.

Если бы обычные врачи были такими же продвинутыми, как «врачи без лекарств», не было бы этих 20 миллионов смертей от медицинского гриппа. Среди привитых солдат было в семь раз больше заболеваний, чем среди непривитых гражданских лиц, и заболевания были как раз те, против которых они и были привиты. Один солдат, вернувшийся из-за границы в 1912 году, сказал мне, что в армейских больницах были случаи детского паралича (полиомиелита), и он задался вопросом, почему у взрослых мужчин должна быть детская болезнь? Теперь мы знаем, что паралич является распространённым последствием отравления вакцинами. Те, кто находился дома, не получили паралича до окончания всемирной кампании вакцинации в 1918 году».1

Автор Энн Райли Хейл ссылается на все вышеперечисленные факторы в своей книге 1935 года «Медицинское вуду» (Medical Voodoo): «Как всем известно, мир никогда не был свидетелем такой оргии прививок, которые врачи делали солдатам в [Первой] мировой войне.» Хейл также заметила, что «удивительные болезни и число смертей от них произошли среди «избранных людей нации» -предположительно, самых крепких из всех, поскольку они прошли тщательное физическое обследование компетентными медицинскими работниками».155 И всё же, именно эти супермены со сверхлёгкими умирали, как мухи, от туберкулёза лёгких. В этом контексте также стоит отметить отчёт в Idaho Observer (июль 2003 года), в котором упоминается современное испытание вакцинации одного доктора Розенова (Dr. Rosenow), опубликованное в сборнике Мауо Collected Papers всемирно известной клиники Мауо. Согласно этой статье, вакцинированные морские свинки в основном страдали от тяжелых повреждений лёгких - типичного симптома туберкулёза и других проявлений

156

«испанского гриппа».

Врачи реагируют на Катастрофу подавляющим молчанием


Между тем, медицинские историки поражены тем, что врачи и СМИ молчали о катастрофах, вызванных испанским гриппом. Как пишет Колата в своей книге, Виктор Воан (Victor Vaughan), в то время главный военный врач Америки, рассказал о мегакатастрофе всего в одном абзаце своих 464-страничных мемуаров. И все же Воан, должно быть, хорошо всё помнил, поскольку его книга вышла в свет в 1926 году, вскоре после окончания войны (и он, вероятно, никогда не мог забыть эти ужасные события). «Если от кого и можно было ожидать описания эпидемии, то это был Воан», -пишет Колата. Как и Воан, другие армейские врачи неуклонно молчали. Колата говорит, что пандемия, одна из самых страшных на Земле, была практически полностью стёрта из газет, журналов, книг и коллективной памяти общества. Это может быть психологически объяснено двумя способами. Катастрофа представляла собой очень личную катастрофу для врачей, потому что, хотя им в основном давали все деньги и материальные ресурсы для борьбы с предполагаемым гриппом, они не смогли предотвратить катастрофу. Жестоким образом врачи и фармакологи показали пределы своей власти. Ясно, что основная медицина предпочитает не останавливаться на таком полном поражении, не говоря уже о том, чтобы рассказать о нём в мемуарах или газетах. Возможно, отдельный учёный, врач или политик начал обдумывать проигранную кампанию против мнимого вируса и думал о том, что массовое применение высокотоксичных вакцин и лекарств могло хотя бы частично быть причиной пандемии. Подсказки для этого были непременно видны. Но кому нравится брать на себя ответственность за гибель миллионов людей - даже непреднамеренно - и признавать невыполнение обязанности по расследованию всех факторов, которые ставятся под сомнение?

Глава 8


Вакцины против рака шейки матки и другие: политика против доказательств


«Было проведено огромное количество исследований на вирусы, которые могут вызывать рак, но нет убедительных доказательств того, что какая-либо опухоль у человека может быть вызвана вирусом. Учитывая крайнюю редкость рака у диких животных, я не вижу способа, с помощью которого можно индуцировать рак через вирус. Я также не вижу в биологии человека ничего, что могло бы способствовать развитию человеческих раковых вирусов, кроме как преднамеренными человеческими усилиями, направленными на достижение этой цели. Я считаю, что мы можем забыть о возможности для любой из распространённых форм рака иметь

вирусное происхождение.» 1

Сэр Фрэнк Макфарлейн Бёрнет (Sir Frank Macfarlane Burnet) Нобелевский лауреат по медицине

«[Глядя не только на исследования в области вакцин, нужно сделать вывод, что] наша политика в области общественного здравоохранения даже не основана на фактах. Скорее, это основанные на верованиях указы правительственных органов власти -что ничуть не лучше «медицины» вуду.» 2

Вера Шарав (Vera Sharav) Alliance for Human Research Protection (AHRP)

Вакцины против гриппа: имеют ли они смысл?


Луи Пастер, Роберт Кох и их наследники привили нам однозначную теорию болезни. Эта картина очаровательна и утешительна, потому что она полностью переносит вину с нас самих на микробов и предполагает, что, если мы просто потратим достаточно денег на фармацевтические исследования -Presto! - мы в безопасности от всех видов заболеваний, включая грипп. Но мы всё ещё ждём чудесные таблетки без побочных эффектов, которые освободят нас от симптомов гриппа.

Ортодоксальная медицина считает, что лекарства от гриппа и вакцины сотворили чудо. Но взгляд на учебники истории и статистику показывает, что, как уже упоминалось, эти так называемые эпидемии развивались только тогда, когда иммунная система людей была ослаблена, начиная с недостатка пищи или чистой воды и усугубляясь химическими токсинами, такими как лекарства, военные отравляющие вещества и пестициды. Заболевания, вызванные, главным образом, вирусами, уже давно начали отступать, когда наконец были введены кампании по вакцинации (как при дифтерии; см. Диаграмму 12). Например, демографическая статистика в США показывает, что показатели смертности среди пожилых людей были достаточно стабильными с 1980 года, хотя уровень вакцинации резко возрос с 1980 по 2001 год (с 15% до 65%) - и параллельно с этим число

34

жертв гриппа также увеличилось.

Большинство людей, вероятно, считают, что прививки целесообразны. И, как правило, большинство критиков прививок считают, что современные вакцины содержат меньше токсинов, чем в прошлом. Но, в конечном счёте, никто не знает, что на самом деле содержится в вакцинах, и сложно собрать информацию о них. «Даже сегодня они, безусловно, небезопасны», - говорит эксперт по вакцинам Анжелика Когей-Шауз (Angelika Kogei-Schauz). Исследования показали, что вакцины вызывают серьёзные случаи синдрома Гийена-Барре - заболевания, связанного с полио-подобным повреждением нервной системы. ь

Многие вакцинные сыворотки всё ещё содержат тимеросал - консервант, в состав которого входит до 50% ртути. Согласно всестороннему отчёту 2003 года, тимеросал подозревается в возникновении аутизма.7 В 2005 году этот вопрос горячо обсуждался в США, даже в крупных СМИ, после того, как журналист Дэвид Кирби (David Kirby) собрал данные, относящиеся к этой проблеме, и опубликовал их в своей книга «Свидетельство Зла. Ртуть в вакцинах и эпидемия аутизма - медицинское противоречие» (Evidence of Harm. Mercury in Vaccines and the Autism Epidemic-A Medical Controversy).

В настоящее время существует обоснованное подозрение, что многие факторы, такие как пестициды или органические токсины, такие как ПХБ, и в особенности ртуть, содержащаяся в вакцинах, связаны со случаями аутизма, частота которых выросла в шестьдесят раз с 1980 года.

Вирусомания

Смертельный иммунитет


Роберт Ф. Кеннеди-младший расследует правительственное сокрытие скандала связи ртути с аутизмом (первоначально эта статья была опубликована в июне 2005 года журналами Rolling Stone и Salon.com; обновлено в 2006 году).1011

В июне 2000 года группа высокопоставленных государственных учёных и работников здравоохранения собралась на встречу в изолированном конференц-центре Симпсвуд в Норкроссе, штат Джорджия. Совещание, созванное Центрами по контролю и профилактике заболеваний (CDC), было проведено в этом методистском ретритном центре, расположенном на лесной ферме рядом с рекой Чаттахучи, для обеспечения полной секретности. Агентство не выпустило публичного объявления об этом мероприятии, на него были индивидуально приглашены только 52 посетителя.

Там были высокопоставленные чиновники из CDC и Управления по контролю за продуктами и лекарствами (FDA), ведущий специалист по вакцинам из Всемирной Организации Здравоохранения из Женевы и представители всех основных производителей вакцин, включая GlaxoSmithKline, Merck, Wyeth и Aventis Pasteur. Чиновники CDC неоднократно напоминали участникам, что все научные данные, о которых шла речь, являются строго «секретными». Нельзя было делать ксерокопии документов или брать документы с собой.

Федеральные чиновники и представители промышленности собрались, чтобы обсудить новое тревожное исследование, в котором поднимаются тревожные вопросы о безопасности множества обычных детских вакцин, вводимых младенцам и маленьким детям. По словам эпидемиолога CDC по имени Том Верстраетен (Tom Verstraeten), который проанализировал огромную базу данных агентства, содержащую медицинские записи на 100.000 детей, тимеросал - ртутный консервант в вакцинах, по-видимому, ответственен за резкое увеличение случаев аутизма и множество других неврологические расстройств у детей. «На самом деле я был ошеломлён увиденным», - сказал Верстратен собравшимся в Симпсонвуде, сославшись на ошеломляющее количество более ранних исследований, которые указывают на связь между тимеросалом и речью, синдромом дефицита внимания, гиперактивностью и аутизмом. С 1991 года, когда CDC и FDA рекомендовали давать ещё три вакцины с добавлением консерванта для чрезвычайно маленьких детей - в одном случае в течение нескольких часов после рождения - предполагаемое количество случаев аутизма увеличилось в пятнадцать раз, с одного на каждого из 2500 детей до одного на каждого из 166 детей.

Даже для учёных и врачей, привыкших сталкиваться с проблемами жизни и смерти, результаты были пугающими. «Вы можете играть с этими данными, сколько захотите», - сказал группе Билл Вейль (Dr. Bill Weil), консультант Американской академии педиатрии, но результаты «являются статистически значимыми». Доктор Ричард Джонстон (Dr. Richard Johnston), иммунолог и педиатр из Университета Колорадо, чей внук родился рано утром в первый день встречи, был ещё более встревожен. « Fie хочу, чтобы мой внук получал вакцину, содержащую тимеросал, пока мы не узнаем, что происходит» - сказал он.

Но вместо того, чтобы предпринять немедленные шаги для предупреждения общественности и избавления от запасов вакцины с тимеросалом, чиновники и руководители Симпсонвуда провели большую часть следующих двух дней, обсуждая, как скрыть эти «неудобные» данные. Согласно стенограммам, полученным в соответствии с Законом о свободе информации, многие на собрании были обеспокоены тем, как разрушительные откровения о тимеросале повлияют на итоги работы вакцинной промышленности. «Мы находимся в плохом положении сточки зрения защиты от любых судебных исков», - сказал доктор Роберт Брент (Dr. Robert Brent), педиатр в детской больнице из Делавэра. «Это будет ресурс для наших очень занятых адвокатов в этой стране». Доктор Боб Чен (Dr. Bob Chen), глава отдела безопасности вакцин в CDC, выразил облегчение, что «учитывая конфиденциальность информации, мы смогли сохранить её от, скажем, менее ответственных лиц». Доктор Джон Клементс (Dr. John Clements), консультант по вакцинам во Всемирной Организации Здравоохранения, заявил, что «возможно, это исследование вообще не должно было проводиться». Он добавил, что «результаты исследования должны быть обработаны», предупреждая, что исследование «будет взято другими и будет использоваться другими способами вне контроля этой группы».

Fla самом деле, правительство оказалось гораздо более опытным в борьбе с ущербом, чем в защите здоровья детей. CDC заплатил Институту медицины провести новое исследование, чтобы обелить риски тимеросала, приказывая исследователям «исключить» связь химического вещества с аутизмом. Он скрыл выводы Верстратена, хотя они были намечены для немедленной публикации, и сообщил другим учёным, что первоначальные данные были «утеряны» и не могут быть воспроизведены. И чтобы помешать Закону о свободе информации, он передал свою гигантскую базу данных о вакцинах частной компании, объявив её закрытой для исследователей. Ко времени, когда Верстратен наконец опубликовал свое исследование в 2003 году, он перешёл на работу в GlaxoSmithKline и переработал свои данные, чтобы скрыть связь между тимеросалом и аутизмом.

Производители вакцин начали постепенно отказываться от тимеросала в инъекциях, даваемых американским детям, но продолжали распродавать свои запасы вакцин на основе ртути до 2008 года. CDC и FDA помогли им скупить испорченные вакцины для экспорта в развивающиеся страны и позволить фармацевтическим компаниям продолжать использовать консерванты в некоторых американских вакцинах, включая несколько прививок от детского гриппа, а также вакцины против столбняка, обычно назначаемых одиннадцатилетним пациентам.

Фармацевтические компании также получают помощь от влиятельных законодателей в Вашингтоне. Лидер большинства в Сенате Билл Прист, получивший 873.000 долларов в виде взносов от фармацевтической промышленности, работает над иммунизацией производителей вакцин от ответственности в 4200 исках, которые были поданы родителями покалеченных детей. В пяти отдельных случаях Прист пытался засекретить все правительственные документы, связанные с вакцинами, включая стенограммы Симпсонвуда, и оградить Эли Лилли, разработчика тимеросала, от повесток в суд. В 2002 году, на следующий день после того, как Прист незаметно включил проект, известный как «Закон о защите Эли Лилли», в законопроект о национальной безопасности, компания внесла 10.000 долларов на его кампанию и купила 5000 экземпляров его книги по биотерроризму. Эта мера была отменена Конгрессом в 2003 году, но в начале этого года Прист включил ещё одно положение в закон о борьбе с терроризмом, в котором будет отказано в компенсации детям, страдающим от связанных с вакцинами расстройств головного мозга. «Судебные иски настолько велики, что могут разорить производителей вакцин и ограничить нашу способность противостоять биологическому нападению террористов», - говорит Дин Розен, советник Приста по политике здравоохранения.

Даже многие консерваторы шокированы попытками правительства скрыть опасность тимеросала. Член палаты представителей Дэн Бертон, республиканец из Индианы, наблюдал за трёхлетним исследованием тимеросала после того, как его внуку был поставлен диагноз аутизм. «Тимеросал, используемый в качестве консерванта в вакцинах, напрямую связан с эпидемией аутизма», -заключил его Комитет по реформе правительства Палаты представителей в своём заключительном докладе. «Эту эпидемию, по всей вероятности, можно было бы предотвратить или сократить, если бы FDA не проспал отсутствие данных о безопасности в отношении инъецированного тимеросала, известного как нейротоксин». Комитет добавил, что FDA и другие учреждения общественного здравоохранения не смогли действовать из-за «институциональных злоупотреблений для самозащиты» и «неуместного протекционизма фармацевтической промышленности».

История о том, как правительственные учреждения здравоохранения вступили в сговор с Big Pharma, чтобы скрыть риски тимеросала от общественности, является пугающим примером институционального высокомерия, власти и жадности. Я был вовлечён в этот спор крайне неохотно. Как адвокат и эколог, который годами работал над вопросами токсичности ртути, я часто встречался с матерями детей-аутистов, которые были абсолютно уверены, что их дети получили травмы от вакцин. В частном порядке я был настроен скептически. Я сомневался, что аутизм можно обвинить в одном источнике. Я был склонен согласиться со скептиками, такими как член палаты представителей Генри Ваксман, демократ из Калифорнии, который критиковал своих коллег в Комитете по реформе правительства Палаты представителей за то, что они делали выводы об аутизме и прививках. «Почему мы должны пугать людей иммунизацией, - отметил Ваксман на одном из слушаний, - пока мы не узнаем факты?»

Только после прочтения расшифровки стенограммы Симпсонвуда, изучения ведущих научных исследований и бесед со многими выдающимися представителями власти по ртути в нашей стране я убедился в том, что связь между тимеросалом и эпидемией детских неврологических расстройств реальна. Пятеро из моих собственных детей - представители поколения тимеросала, родившиеся в период с 1989 по 2003 год, которые получали большие дозы ртути из вакцин. «В начальных классах преобладают дети с симптомами неврологического или иммунного повреждения», - сказала Патти Уайт, школьная медсестра, Комитету по реформе правительства штата в 1999 году. «Вакцины должны сделать нас более здоровыми, однако за двадцать пять лет практики я никогда не видела столько поврежденных, больных детей. Что-то очень, очень плохое происходит с нашими детьми».

Более 500.000 американских детей в настоящее время страдают от аутизма, и педиатры ежегодно диагностируют более 40.000 новых случаев. Заболевание было неизвестно до 1943 года, когда оно было выявлено и диагностировано среди одиннадцати детей, родившихся в считанные месяцы после того, как тимеросал был впервые добавлен в детские вакцины в 1931 году.

Некоторые скептики оспаривают, что рост аутизма вызван прививками с тимеросалом. Они утверждают, что увеличение является результатом более точной диагностики - теория, которая в лучшем случае кажется сомнительной, учитывая, что большинство новых случаев аутизма сгруппированы в одном поколении детей. «Если эпидемия действительно является артефактом плохого диагноза, - говорит доктор Бойд Хейли, один из мировых авторитетов по ртутному отравлению, - то где же все двадцатилетние аутисты?» Другие исследователи отмечают, что американцы подвергаются большей кумулятивной «нагрузке» ртути, чем когда-либо прежде, от заражённой рыбы до зубных пломб, и предполагают, что тимеросал в вакцинах может быть только частью гораздо более серьёзной проблемы. Это проблема, которая, безусловно, заслуживает гораздо большего внимания, чем она получила, но при этом игнорируется тот факт, что концентрации ртути в вакцинах затмевают другие источники воздействия на наших детей.

Что наиболее поразительно, так это то, что многие ведущие детективы игнорировали и скрывали доказательства против тимеросала. С самого начала научные аргументы против ртутной добавки были ошеломляющими. Консервант, который используется для предотвращения роста грибков и бактерий в вакцинах, содержит этил ртуть, мощный нейротоксин. Результаты исследований показали, что ртуть имеет тенденцию накапливаться в мозгу приматов и других животных после того, как им вводят вакцины, и что развивающийся мозг младенцев особенно восприимчив к этому. В 1977 году российское исследование показало, что взрослые люди, подвергающиеся воздействию гораздо более низких концентраций этилртути, чем те, которые давали американским детям, всё ещё страдали от поражения мозга спустя годы. Россия запретила использование тимеросала для детских вакцин двадцать лет назад, и с тех пор Дания, Австрия, Япония, Великобритания и все скандинавские страны последовали этому примеру.

«Вы не сможете даже построить исследование, которое показало бы, что тимеросал безопасен», -говорит Хейли, которая возглавляет химический факультет в Университете Кентукки. «Это слишком ядовито для матери. Если вы введёте тимеросал животному, его мозг начнёт болеть. Если вы примените его к живой ткани, клетки погибнут. Если вы положите его в чашку Петри, культура умрёт. Было бы шокирующим, если бы кто-то мог впрыскивать его младенцу, не нанося вреда.» Внутренние документы показывают, что Эли Лилли, который впервые разработал тимеросал, с самого начала знал, что его продукт может причинить вред и даже смерть как животным, так и людям. В 1930 году компания проверила тимеросал, назначив его двадцати двум пациентам с терминальным менингитом, все из которых умерли в течение нескольких недель после инъекции - факт, который Лилли не удосужился сообщить в своём исследовании, объявляя тимеросал безопасным. В 1935 году исследователи другого производителя вакцин, Pittman-Moore, предупредили Лилли, что его заявления о безопасности тимеросала «не согласовываются с нашими». Половина собак, которым Питтман инъецировал вакцины на основе тимеросала, заболела, что привело к тому, что исследователи объявили консервант «неудовлетворительным, как сыворотка, предназначенная для использования на собаках».

В последующие десятилетия доказательства против тимеросала продолжали накапливаться. Во время Второй мировой войны, когда министерство обороны использовало консерванты в вакцинах для солдат, оно требовало от Лилли ярлыка «яд». В 1967 году исследование прикладной микробиологии показало, что тимеросал убивает мышей при добавлении в инъекционные вакцины. Четыре года спустя собственные исследования Лилли показали, что тимеросал был «токсичен для клеток ткани» в концентрациях, составляющих одну часть на миллион, в 100 раз более слабых, чем концентрация в типичной вакцине. Несмотря на это, компания продолжала продвигать тимеросал как «нетоксичный», а также включала его в актуальные дезинфицирующие средства. В 1977 году десять детей в больнице Торонто умерли, когда антисептик, консервированный тимеросалом, был нанесён на их пуповину.

В 1982 году FDA предложило запретить безрецептурные препараты, содержащие тимеросал, а в 1991 году агентство рассмотрело возможность запрета на вакцины для животных. Но, к сожалению, в том же году, CDC рекомендовал, чтобы младенцам вводили серию ртутных вакцин. Новорождённых будут вакцинировать от гепатита В в течение двадцати четырёх часов после рождения, а двухмесячных детей будут вакцинировать от Haemophilus influenza В и дифтерии-столбняка-коклюша. Фармацевтическая промышленность знала, что дополнительные вакцины представляют опасность. В том же году, когда CDC одобрил новые вакцины, доктор Морис Хиллеман, один из отцов вакцинных программ компании Merck, предупредил компанию, что шестимесячные дети, которым делали прививки, будут подвергаться опасному воздействию ртути. Он рекомендовал прекратить приём тимеросала, «особенно когда он используется для младенцев и детей», отметив, что в отрасли известны нетоксичные альтернативы. «Лучший способ, - добавил он, - это перейти на дозирование настоящих вакцин без добавления консервантов».

Однако для Merck и других фармацевтических компаний главным были деньги. Тимеросал позволяет фармацевтической промышленности упаковывать вакцины во флаконы, содержащие несколько доз, которые требуют дополнительной защиты, поскольку они легче загрязняются несколькими иглами. Производство более крупных флаконов обходится вдвое дешевле, чем флаконов с однократной дозировкой, что позволяет международным агентствам дешевле распространять их в бедных регионах, подверженных риску эпидемий. Столкнувшись с этим «соображением стоимости», компания Merck проигнорировала предупреждения Хиллемана, и правительственные чиновники продолжали продвигать всё больше и больше вакцин для детей на основе тимеросала.

До 1989 года американские дошкольники получили одиннадцать прививок против полиомиелита, дифтерии, столбняка-коклюша и кори, эпидемического паротита и краснухи. Десять лет спустя, благодаря федеральным рекомендациям, дети к моменту поступления в первый класс получали в общей сложности уже двадцать две прививки. Поскольку количество вакцин увеличилось, частота аутизма среди детей возросла. В течение 1990-х годов 40 миллионам детей вводили вакцины на основе тимеросала, получая беспрецедентные уровни ртути в течение критического периода для развития мозга. Несмотря на хорошо документированные опасности тимеросала, кажется, что никто не удосужился сложить суммарную дозу ртути, которую дети получат от обязательных вакцин. «Что так долго мешало FDA сделать соответствующие расчеты? »- спросил Питер Патриарка, директор по вирусным продуктам агентства в электронном письме в CDC в 1999 году. «Почему CDC и консультативные органы не сделали эти расчёты, когда быстро расширили график иммунизации детей?» Но к тому времени ущерб уже был нанесён. В два месяца, когда мозг ребёнка всё ещё находится на критической стадии развития, младенцы обычно получали три прививки, которые содержали в общей сложности 62,5 микрограмма этилртути - уровень в 99 раз больше, чем ограничение ЕРА (Агентство по охране окружающей среды) для ежедневного воздействия метилртути, родственного нейротоксина. Хотя индустрия вакцин настаивает на том, что этилртуть представляет небольшую опасность, потому что она быстро разрушается и удаляется организмом, несколько исследований, включая одно, опубликованное Национальными институтами здоровья, предполагают, что этилртуть на самом деле более токсична для развивающегося мозга и дольше остается в мозге, чем метилртуть.

Чиновники, ответственные за иммунизацию детей, настаивают на том, что дополнительные вакцины были необходимы для защиты детей от болезней и что тимеросал всё ещё необходим в развивающихся странах, которые, как они часто утверждают, не могут позволить себе однократные ампулы, не требующие консерванта. Доктор Пол Оффит, один из главных консультантов CDC, сказал мне: «Я думаю, что если у нас действительно будет пандемия гриппа - и, конечно, она будет в ближайшие двадцать лет, потому что это всегда случается - на Божьей земле нет никакого способа, которым мы иммунизируем 280 миллионов человек с одноразовыми флаконами. Должны быть многоразовые флаконы».

Но хотя должностные лица общественного здравоохранения, возможно, имели благие намерения, многие из членов консультативного комитета CDC, которые поддерживали дополнительные вакцины, имели тесные связи с фарм.промышленностью. Доктор Сэм Кац, председатель комитета, был платным консультантом для большинства крупных производителей вакцин и был частью команды, которая разработала вакцину против кори и поставила её на лицензирование в 1963 году. Доктор Нил Хэлси, другой член комитета, работал в качестве исследователя для компаний, производящих вакцины, и получал гонорары от Abbott Laboratories за исследования вакцины против гепатита В. Действительно, в узком кругу учёных, работающих над вакцинами, такие конфликты интересов встречаются часто. Член палаты представителей Бертон говорит, что CDC «обычно позволяет учёным с вопиющим конфликтом интересов работать в интеллектуальных консультативных комитетах, которые дают рекомендации по новым вакцинам», даже если у них есть «интересы в продуктах и компаниях, для которых они должны предоставлять беспристрастный надзор». Комитет по реформе правительства Палаты представителей обнаружил, что четверо из восьми консультантов CDC, которые одобрили руководящие принципы для ротавирусной вакцины, «имели финансовые связи с фармацевтическими компаниями, разрабатывающими разные версии вакцины». Оффит, который поделился патентом на одну из вакцин, признался мне, что он «заработает деньги», если его голос в конечном итоге приведёт к появлению товарного продукта. Но он отклонил моё предположение, что прямая финансовая заинтересованность учёного в утверждении CDC может повлиять на его мнение. «Для меня это не конфликт», - настаивает он. «Я был просто проинформирован о процессе, а не испорчен им. Когда я сидел за этим столом, моё единственное намерение состояло в том, чтобы пытаться давать рекомендации, которые наилучшим образом помогали бы детям в этой стране. Обидно говорить, что врачи и работники общественного здравоохранения находятся в кармане промышленности и, следовательно, принимают решения, которые, как они знают, небезопасны для детей. Это просто не так, как это работает.» Другие учёные и регуляторы в области вакцин дали мне аналогичные заверения. Как и Оффит, они считают себя просвещёнными хранителями здоровья детей, гордятся своим «партнёрством» с фармацевтическими компаниями, невосприимчивыми к соблазнам личной выгоды, осаждённым иррациональными активистами, чьи анти-вакцинные кампании ставят под угрозу здоровье детей. Они часто возмущены подобными вопросами. «Науку, - говорит Оффит, - лучше оставить учёным».

Тем не менее, некоторые правительственные чиновники были встревожены явным конфликтом интересов. В своём электронном письме администраторам CDC в 1999 году Пол Патриарка из FDA взорвал федеральные регуляторы за то, что они не смогли должным образом изучить опасность, создаваемую добавленными детскими вакцинами. «Я не уверен, что будет легкий выход из потенциального представления о том, что FDA, CDC и органы, занимающиеся политикой иммунизации, возможно, до сих пор просто спят при обсуждении вопроса о тимеросале», - пишет Патриарка. Тесные связи между регулирующими органами, чиновниками и фармацевтической промышленностью, добавил он, «также будут поднимать вопросы о различных консультативных органах относительно агрессивных рекомендаций по применению» тимеросала в детских вакцинах.»

Если федеральные регуляторы и правительственные учёные не смогли понять потенциальные риски тимеросала за эти годы, то никто уже не мог претендовать на невежество после тайной встречи в Симпсонвуде. Но вместо того, чтобы проводить больше исследований, чтобы проверить связь с аутизмом и другими формами повреждения головного мозга, CDC поместил политику над наукой. Агентство передало свою базу данных о детских вакцинах, которые были разработаны в основном за счёт налогоплательщиков, частному агентству - America's Health Insurance Plans, гарантировавшему, что оно не будет использовать эти данные для дополнительных исследований. Он также поручил Институту медицины, консультативной организации, входящей в состав Е1ациональной академии наук, подготовить исследование, разоблачающее связь между тимеросалом и нарушениями головного мозга. CDC «хочет, чтобы мы заявили, что эти вещи довольно безопасны», - сказала своим коллегам-исследователям доктор Мэри Маккормик, которая возглавляла Комитет lOM's Immunization Safety Review Committee, когда они впервые встретились в январе 2001 года. «Мы никогда не собираемся понять, что [аутизм] является истинным побочным эффектом» воздействия тимеросала. Согласно стенограммам встречи, главный сотрудник комитета, Кэтлин Страттон, предсказала, что ЮМ придёт к выводу, что доказательства были «неадекватными, чтобы принять или отвергнуть причинную связь» между тимеросалом и аутизмом. Это, добавила она, стало результатом «желания Уолтера» - отсылка к доктору Уолтеру Оренштейну, директору Национальной программы иммунизации CDC.

Для тех, кто посвятил свою жизнь пропаганде вакцинации, откровения о тимеросале угрожали подорвать всё, ради чего они работали. «У нас тут дракон на хвосте сидит», - сказал доктор Майкл Кабак, другой член комитета. «Чем негативнее [наша] презентация, тем менее вероятно, что люди будут использовать вакцинацию, иммунизацию - и мы знаем, каковы будут результаты этого. Мы попадём в ловушку.» Даже публично федеральные чиновники дали понять, что их основной целью при изучении тимеросала было развеять сомнения относительно вреда вакцин. «В настоящее время проводятся четыре исследования, чтобы исключить предполагаемую связь между аутизмом и тимеросалом», - заверил д-р Гордон Дуглас, тогдашний директор по стратегическому планированию исследований в области вакцин в Национальных институтах здравоохранения, на встрече в Принстонском университете в мае 2001 года. «Чтобы устранить пагубные последствия исследований, утверждающих, что вакцина против кори связана с повышенным риском аутизма, нам необходимо провести и опубликовать дополнительные исследования, чтобы успокоить родителей.» Дуглас ранее занимал пост президента по прививкам для Merck, где он игнорировал предупреждения о риске тимеросала. В мае прошлого года Институт медицины выпустил свой окончательный отчёт. Его вывод: в вакцинах нет доказанной связи между аутизмом и тимеросалом. Вместо обзора большого количества литературы, описывающей токсичность тимеросала, в докладе были использованы четыре катастрофически ошибочных эпидемиологических исследования европейских стран, в которых дети получали гораздо меньшие дозы тимеросала, чем американские дети. Он также сослался на новую версию исследования Verstraeten, опубликованную в журнале Pediatrics, которая была переработана для уменьшения связи между тимеросалом и аутизмом. Новое исследование включало детей, слишком маленьких, чтобы быть диагностированным с аутизмом, и пропускало других, у которых были признаки болезни. ЮМ объявила дело закрытым и - удивительное дело для научного органа - рекомендовала не проводить дальнейших исследований.

Отчёт, возможно, удовлетворил CDC, но это не убедило никого другого. Член палаты представителей Дэвид Уэлдон, республиканский врач из Флориды, работающий в Комитете по реформе правительства Палаты представителей, напал на Институт медицины, сказав, что он опирался на несколько исследований, которые были «фатально испорчены» «плохим замыслом» и которые не представляли «все» доступные научные и медицинские исследования. По словам Уэлдона, чиновники CDC не заинтересованы в честном поиске правды, потому что «связь между вакцинами и аутизмом заставит их признать, что их политика нанесла непоправимый ущерб тысячам детей. Кто захочет сделать такой вывод о себе?» Под давлением Конгресса и родителей Институт медицины созвал ещё одну группу для решения проблем, связанных с программой обмена данными о безопасности вакцин. В феврале новая группа, состоящая из разных ученых, подвергла критике то, как VSD использовался в исследовании Verstraeten, и призвала CDC сделать свою базу данных о вакцинах доступной для общественности.

Пока что только двум учёным удалось получить доступ к этим материалам. Доктор Марк Гейер, президент Центра генетики Америки, и его сын Дэвид потратили год на борьбу за получение медицинских записей из Центра контроля заболеваний. С августа 2002 года, когда члены Конгресса оказывали давление на агентство с целью передачи данных, Гейерс завершил шесть исследований, которые демонстрируют сильную корреляцию между тимеросалом и неврологическими повреждениями у детей. В одном исследовании, в котором сравнивается кумулятивная доза ртути, полученная детьми, родившимися в период между 1981 и 1985 годами, и детьми, родившимися в период между 1990 и 1996 годами, обнаружена «очень значительная связь» между аутизмом и вакцинами. Другое исследование успеваемости показало, что дети, которые получали более высокие дозы тимеросала в вакцинах, имели почти в три раза больше шансов на диагностирование аутизма и более чем в три раза чаще страдали речевыми расстройствами и умственной отсталостью. Другое опубликованное в ближайшее время исследование показывает, что показатели аутизма снижаются после недавнего исключения тимеросала из большинства вакцин.

Поскольку федеральное правительство работало над тем, чтобы помеша