Book: Рыбак из Зеленых Холмов



Рыбак из Зеленых Холмов

Рыбак из Зеленых Холмов

Пролог

Высокий темноволосый мужчина, облаченный в отливающие серебром доспехи, быстро шел по каменному коридору. Правильные и ровные черты лица были искажены гримасой злобы, а куда более длинные, чем положено обычному человеку, уши, слегка дергались, выдавая нервозность и раздражение своего хозяина.

— Почти две сотни поселений… И ради чего?! Показать всему миру, что мы сильны? — он был настолько взбудоражен, что чуть ли не рычал себе под нос. — Мне кажется, что Великий Князь устал от веков непрерывной работы и ему нужно посетить лекарей в комнатах для больных разумом!

Гобелены изысканной работы, на которых были запечатлены славные победы прошлого проносились мимо, превращаясь в одно цветное пятно, а негромкий лязг металла при каждом движении мужчины вторил его шагам, эхом разносящимся под высокими сводами.

Стражи в закрытых шлемах и с длинными листовидными копьями в руках, словно каменные изваяния стояли по бокам коридора, но при приближении шагов вытягивались в струнку, и казалось, старались не дышать. Хотя мужчина просто не обращал на них внимания и просто проходил мимо.

Эльф — а если судить по видным из-под темных волос длинным ушам, это был именно он, остановился у двери, рядом с которой не было ни души и которой заканчивался коридор и громко выдохнув, постарался успокоиться. У хозяина кабинета, в который он собирался войти, был довольно суровый нрав и если он хочет получить от него ответы, а не провести следующую неделю в палатах лекарей, то нужно было для начала успокоиться и привести свои мысли в порядок.

Сделав пару вдохов и приведя мысли в порядок, мужчина толкнул обитую по краям металлом дверь.

— Отец, я…

— А, Лирузиль? Заходи, я ждал тебя. — склонившись над большой картой, за широким деревянным столом стоял седой, высокий и длинноволосый воин в украшенных искусной золотой чеканкой доспехах. — Ты как раз вовремя, я только начал знакомиться с местностью нашей будущей битвы.

— Битвы? Теперь это так называется? — молодой мужчина подошел к столу и отодвинув кресло, сел напротив своего отца. — Мы собираемся без предупреждения напасть на соседнюю страну и уничтожить несколько сотен спокойно живущих деревень, а ты говоришь, что ждешь достойной битвы?

Седой эльф поднял голову от карты и презрительно хмыкнув, провел рукой по глубокому шраму, что пересекал его лицо наискосок.

— Деревни? Ты думаешь, что я каких-то крестьян считаю за достойных противников? Нет, я говорю о Тысячах людского короля которые тот пошлет на нас, когда узнает, что стало с его подданными. Вот тогда и начнется настоящая битва. — он хищно оскалился и вернулся к планам нападения. — Вот тогда-то мы и проверим их на прочность! Поглядим, как короткоживущие прошли испытание временем…

— Отец, последний раз мы сражались с королевством людей почти семь сотен лет назад. — Лирузиль устало накрыл лицо рукой — Все кто там был уже давно умерли от старости и могилы тех, кто оставил тебе эту отметину уже давно заросли травой.

Седой мужчина оторвался от планирования и с легкой улыбкой посмотрел на своего сына.

— Эх, молодость, пора чудесных заблуждений… Ты действительно не понимаешь? Это не жажда мести и не желание отомстить всему людскому роду за один небольшой шрам. — открыв один из ящиков стола, он достал темно-зеленую бутылку вина и два богато украшенных кубка. — Просто я уже стар. Действительно стар, даже по меркам нашего народа. Скоро Хозяин Леса призовет меня в свои чертоги и я радуюсь возможности напоследок вновь испытать тот азарт битвы, который чувствовал, когда стальная лавина тяжелой конницы короля людей с грохотом и лязгом неслась на наши ряды, и казалось, что от топота копыт наступающего врага дрожала сама земля! Может быть, среди них даже найдется воин, похожий на того, что однажды смог меня одолеть… В нашем-то княжестве уже давно не найдется храбреца, способного бросить вызов старому воителю. Но думается мне, что ты пришел не для того, чтобы обсудить план нашей атаки на приграничные деревни Фарола и уж точно не для того, чтобы послушать мои воспоминания из далекого прошлого. — седой эльф наполнил кубки и отдал один из них своему сыну — Так что тебя тревожит? Думаешь твои бойцы не справиться с заданием Великого Князя?

— Отец, мои подчиненные в восторге от первого боевого выхода за последнее столетие, и уже с радостным смехом точат свои клинки, но объясни мне, почему мы вообще должны это делать? — Лирузиль с благодарным кивком принял заполненный до краев бокал. — Есть же куда менее кровавые способы развязать войну с королевством Фарол, чем уничтожение всех их сел, рядом с нашей границей. К тому же эти крестьяне ни в чем не виноваты — они просто живут на своей земле. Мы ведь получаемся хуже разбойников — те хоть ради наживы грабят, и не вырезают всех под корень.

— Лирузиль, как же ты не поймешь, что дело здесь не только в провокации людей на ответные действия или моем желании на какой-то миг вернуться в прошлое… Все эти люди… Они живут на нашей земле, а не на своей! — с яростным выкриком его отец неожиданно сильно хлопнул кубком по столу, от чего немного вина выплеснулось за его пределы и растеклось по столешнице — Если ты вдруг забыл события семисотлетней давности, то я тебе их напомню… Когда мы заключали мирный договор с людским королевством, то в его условиях было четко оговорено, что земли к западу от Серебряной реки принадлежат Княжеству Осенней Листвы и никаких человеческих поселений там быть не должно. И Фаркус Третий, теперешний король людей, не может об этом не знать! Но он предпочел сделать вид, что не имеет отношения к находящимся там деревням, а затем сам включил их в состав своего королевства, расширив за счет этого его территорию и подойдя вплотную к границам княжества! Наш Князь, да продлит Великий Лес его века, несколько раз посылал ему письма с требованием выселить этих людей с нашей земли, но каждый раз ему отвечали одно и то же — "Эти поселения принадлежат Фаркусу Третьему и находятся под его защитой!". Так что не считай нашего правителя безумцем — это взвешенное решение в безвыходной ситуации. Смерть этих крестьян также должна стать сигналом всему миру, что никто не смеет покушаться на территории эльфийского княжества и всех, кто рискнет это сделать будет ждать неминуемая смерть. Да, жестоко — но в будущем это позволит избежать куда большей крови. Люди плодятся с огромной скоростью и если мы сейчас не откинем их от наших границ, то через пару столетий они весь Великий Лес начнут считать своей землей.

— Значит, причина лишь в жадности людского короля и предупреждении всех остальных? — молодой эльф пригубил вино и мрачно посмотрел на карту, на которой жирной красной чертой была отмечена граница между странами, а пунктирной линией — спорная территория. — Один правитель пожадничал, а расплачиваться кровью придется тысячам его невинных подданных?

— А когда-то было иначе? Политика и нежелание правителей терять свое лицо унесло в чертоги Жнеца больше душ, чем любая болезнь или природное бедствие. Одна война Порядка чего стоит — несколько магов чуть ли не треть континента в пустыню превратили. — равнодушно пожал плечами хозяин кабинета — Время идет, ничего не меняется. Так было еще задолго до тех времен, когда меня стали называть Фирлик Красный Клинок. Но если ты так беспокоишься за судьбу этих смертных — тебе и придется придумать, как сделать все максимально быстро. Кое в чем ты все же прав, — ни к чему плодить страдания среди короткоживущего народа. Их жизнь и так подобна пламени свечи — такая же неровная и её так же легко затушить…

— А может мы просто создадим видимость нападения? Тогда большая часть людей успеет убраться подальше и нам не придется пачкать свои руки в их крови.

— Лирузиль я дам твоему "крылу" некоторую свободу действий, но если ты думаешь каким-либо образом саботировать максимально четкие приказы Великого Князя, то лучше подумай на этот счет еще раз. Ты же знаешь, какая положена кара за подобное? — седой эльф внимательно изучал мимику своего единственного сына слегка прищуренным взглядом. — Сейчас не время для слабости — настала пора княжеству Осенней Листвы восстановить порядок и напомнить миру о своем существовании. Мы слишком долго жили в затворничестве и ты видишь к чему это привело — какая-то короткоживущая раса смеет думать, что договор заключенный со всей расой эльфов ничего не стоит. — с презрительной гримасой Фирлик постучал пальцем по карте — Так или иначе — мы с тобой будем там и сделаем, что должно. Надеюсь, ты меня не подведешь? Или мне отстранить тебя от командования?

— Нет отец, это все, что я хотел от тебя услышать. Если все так, как ты описал, то что бы я сейчас не сделал — прольется кровь.

— Хорошо, что ты это понял. Теперь давай обсудим план нападения. — Фирлик вернулся к планам и провел рукой по одной из линий, которая разделяла изображенные на карте земли надвое. — У нас будет преимущество первого удара, которое следует реализовать в полной мере — и природа нам в этом поможет. Смотри, это — карта Западного региона королевства Фарол, которой пользуются людские генералы. Не замечаешь ничего странного?

— Укрепления есть только по правую сторону от Серебряной реки. — молодой эльф поставил кубок с вином на столешницу и склонился над картой, вместе с отцом. — На другом берегу у них нет совсем нет солдат.

— Вот именно. — довольно кивнул седой воин, слегка звякнув доспехами. — Поэтому наш первый удар будет нанесен по самому уязвимому месту. — он указал на несколько точек, что были расположены прямо на реке. — Переправы. Наша первоочередная и главная задача — отчистить от людей земли, начиная от Великого Леса и вплоть до этой самой реки. Это будет сделать куда проще, если лишить их короля возможности перебрасывать солдат с другого берега. Течение Серебряной реки очень бурное и переплыть её вплавь сможет далеко не каждый, а значит, Фаркусу Третьему придется либо слать войска в обход, через северные горы, либо переправлять их южным морем. Сбор армии — дело небыстрое и у нас будет достаточно времени, чтобы вычистить эти земли от очагов людской заразы. Ни одно поселение не должно уцелеть.

— Если мы разрушим переправы — все, кто жил на левом берегу реки окажутся заперты с нашими войсками и никто из крестьян не успеет спастись. — с мрачным видом сказал Лирузиль. — Это будет кровавая бойня…

— Сын, меня радует что ты перенял от своей матери хоть какие-то черты, но боюсь, что мягкость характера и симпатии к смертным — не те качества, что сейчас требуются от командира первого разведывательного отряда. — Фирлик взял своего сына за плечо и развернул лицом к себе. — Ты уверен, что не хочешь отказаться от этой задачи? Если ты так сделаешь, то я пойму и даже смогу объяснить это Великому Князю, так что наказания не последует.

— Нет отец. — молодой эльф подобрался и склонил голову в поклоне. — Приказ главы Дома будет выполнен…

Глава 1. Обычный день рыбака

— Мизар!

Яркое солнце начинало свой путь по бесконечному синему небу. Рассвет только-только вступал в свои права и желтое светило одаряло своими теплыми лучами остывшую за ночь землю. На небольшом деревянном помосте, что возвышался над прозрачной гладью синего озера, закинув удочку, сидел молодой парень, одетый в серую рубаху и штаны из грубой ткани, закатанные до колен.

— Мизар, косу Жнеца тебе в печень!

Краем глаза заметив семенящего по мокрым доскам в его сторону невысокого мужичка с роскошной черной бородой, парень незаметно улыбнулся, но не прервал своего занятия.

Это был его отец — Фальк Чернобород. Некогда один из солдат на службе у правителя королевства Фарол, но уже давно отошедший от дел ратных и последние двадцать лет больше известный, как успешный охотник, рыбак и гордый отец двух детей — Мизара и его младшей сестры Милы.

И сейчас суровый родитель бодрой трусцой бежал в сторону одного из своих отпрысков, при этом забавно пыхтя и уже готовя руку для наставляющей затрещины.

Но как бы парень не любил своего родителя, отвлечься от воды он не мог. Рыбалка не терпит суеты — одно неверное действие и вместо сочной рыбины на обед у тебя будет только зеленая трава.

— Мизар! — тихо прошипел мужчина добежав до юноши и отвесил ему солидный подзатыльник. — Ты почему раньше меня вышел?! Не мог разбудить?! Знаешь же, что самые крупные рыбины с восходом солнца вглубь уходят!

— Отец, вы с Улиной так сладко спали в обнимку, что будить вас мне показалось настоящим преступлением. — парень тихо хмыкнул и почесал голову в месте "наставления". — Ты же все равно перед самым рассветов встаешь, так что твои полчаса сна погоды нам не сделают. А рыбы мы и так наловим — пусть размерами помельче, зато количеством побольше — удочку твою я захватил. — Он кивнул в сторону второго комплекта рыбацких снастей, что лежали на помосте рядом с ними. — Так что, рыбачим?

— И когда это ты успел найти в себе такую вещь, как совесть? У тебя же её с рождения не было! Всыпать бы тебе по первое число, да рыбу еще больше пугать неохота… — покачал головой коренастый мужчина, подвинув сына в сторону и присаживаясь рядом. — И так уже самое лучшее время для клева пропустил! На что сегодня ловим-то? Мотыль? Черви? Или может ты сырого теста по дороге у пекаря в лавке захватил?

— Буду я еще на какую-то глупую рыбу будущий хлеб переводить, — все также тихо фыркнул Мизар, снимая с пояса тканевый мешочек и передавая его своему отцу. — Сегодня на столе у подводного народа будут жители народа подземного.

— Ох и дошутишься ты у меня когда-нибудь, — Чернобород погрозил своему отпрыску пальцем и взяв из мешка извивающегося червя, насадил его на крючок — Вылезет у нас в озере какое-нибудь чудище и начнет всех в глубину тащить. Помнишь, что заезжий купец рассказывал? В Красноводье появилась одна такая тварюга — и два месяца держала в страхе целое село! Сделал человек шаг за порог и все, считай что пропал! Даже люди тамошнего барона не могли ничего сделать — от целого десятка латников только кости и остались! И лишь когда они всей деревней скинулись на помощь из Столицы, люди перестали гибнуть!

— Чудище? Это у нас-то, в Зеленых Холмах? Отец, ты бы поменьше слушал всяких заезжих торгашей. — парень тихо засмеялся, стараясь не спугнуть рыбу. — Они же тем и живут, что байки, да сказки всякие между деревнями разносят. У нас в деревне последним важным событием был случай, когда наш сосед бондарь нажрался до свинячьего визга и ему привиделся десяток эльфов, скачущих по небу на крылатых лошадях. И было это, даст Творец, год назад.

— Вот зря ты так. Да, ушастых уже лет двадцать как никто из деревни не видел, но это не значит, что их вовсе не существует!

— Помно-помню, ты каждый раз как вина на грудь примешь, сам начинаешь рассказывать про "Воздушных, будто прибывших с самих Небес!" девок. — Мизар провел голой пяткой по водной глади, вызвав на ней легкую рябь. — Только гонору у них немеряно и высокомерные все, что наш барон. А если тебя послушать, так краше длинноухих девах нет на свете никого. И как только это Улина терпит?

— Молча, потому как сама их видела! И когда ты эльфийских женщин своими глазами увидишь, тогда мы с тобой снова это и обсудим. — отрезал Фальк, закидывая удочку. — Сам поймешь, что это не Ярила с соседней улицы, которая глазки тебе при каждом удобном случае строит.

— Да будет славен Творец, услышавший мои молитвы! — Мизар сделал вид, что начал истово молиться. — Теперь мне не придется слушать россказни про наших ушастых соседей, которых уже давно никто не видел!

— Это еще почему?

— Длинноухих у нас в гостях не бывает, а я из Зеленых Холмов уезжать не собираюсь. Мне и Ярилы достаточно, чтобы за какими-то там остроухими девками бегать. Вот найму пару ребят покрепче во время следующего нереста, подниму золотишка и построю себе дом! Большой, с собственным амбаром и даже конюшней! Не вечно же мне с тобой и Улиной жить? А там глядишь — через пару лет и на свадьбу монет накопить получится… — Мизар мечтательно улыбнулся. — Дети пойдут, хозяйство доброе будет… Стану уважаемым человеком, все кланяться и уважительно здороваться при встрече будут… Заживу как человек, может быть даже в Столичный университет попасть получится, а если выучиться там на знатока законов, то так и самому старостой стать недолго…

— Творец, помилуй наши грешные души! — Фальк сделал отгоняющий темных духов и демонов знак. — Мизар, ты это сейчас серьезно? Да если ты главой деревни станешь — у нас все люди в соседнее село перебегут! Забыл, что после того, как наш староста дал тебе книгу законов королевства Фарол, от тебя половина села стонать стала? А другая половина хочет набить морду нашему уважаемому старосте, потому что когда к нему пришли наши недовольные соседи, он сказал: "Порядок быть должен, а потому — следуйте всему, что написано в этой книге иначе кара верных слуг короля не заставить себя ждать!" Да не будь он бывшим учеником мага — ему бы уже раз десять все зубы выбили! И это я сейчас не к тому, что он могучий чародей говорю, а к тому, что кроме него и старой знахарки в селе лекарей нет!



— И что с того? — с широкой ухмылкой пожал плечами парень — Если они настолько глупы, что не могут выучить с десяток основных законов нашего королевства — следует пользоваться их глупостью. Вот когда я стану старостой…

— Ну станешь, а дальше-то что? — Фальк постарался как можно незаметнее перевести разговор на другую тему — в конце-концов, именно он разговорами о воинской дисциплине и армейских порядках заложил в своем сыне некоторое уважение и тягу к порядку. Правда вспоминал Мизар об этом лишь тогда, когда ему это было выгодно. — Так всю жизнь в нашем селе и проведешь?

— А что в этом плохого?

Чернобород с легким недоумением посмотрел на своего отпрыска.

— Ты не подумай — я такой подход полностью одобряю — сложить где-нибудь голову всегда успеется, но неужели тебе не хочется сперва посмотреть мир? В столицу хотя бы съездил ради приличия — не для обучения, а просто посмотреть, как люди живут. Вот я в твои годы…

— Уже пять лет как сбежал из дома и записался добровольцем в десятую тысячу барона Западного края. Это я тоже помню, истории про твои боевые подвиги идут сразу же после рассказа об ушастых. Нет, отец, не лежит у меня душа к проливанию чужой крови, не мое это. Да и не воевало наше королевство уже лет пятьдесят — в последний раз крупное сражение было в Восточном крае, когда Седьмая Конная Тысяча разгромила крупный клан орков и разбила пару степных племен.

— Хе, и откуда ты это все знаешь? — мужчина с хитрой улыбкой посмотрел на своего сына. — Неужели слушал тех самых "Торгашей, что живут байками"?

— Отец, если ты вдруг запамятовал, то я тебе напомню — мое обучение грамоте ты сам оплатил, когда мне было пять лет. И наш староста всегда рад дать одну из своих книг почитать — главное возвращать её целой и вовремя. А уж какие он истории рассказывает… Вот кого надо слушать, а не чужаков, что расскажут тебе любую глупость, лишь бы лишнюю монету вытянуть! Да что мы тут с тобой сидим, как бабы языками треплем? Лучше глянь-ка, что я выторговал на последней ярмарке у трактирщика с соседней деревни…

Парень воровато оглянулся по сторонам и не увидев никого среди камышей, положил удочку на деревянный настил, а затем закатал рукава рубахи. Пошарив под досками, Мизар нащупал там толстую веревку и встав поустойчевее на мокром помосте, быстро работая руками, начал вытаскивать что-то из воды. Вены на руках крепко сбитого парня проступили сквозь кожу, а мускулы взбугрились, словно земля по приказу какого-нибудь чародея, но он упорно продолжал тащить груз на поверхность.

— Еще немного… — сипя от натуги, он подхватил что-то крупное и потянул это на себя.

С глухим стуком Мизар поставил на деревянные доски здоровую бочку.

— Вот, отец, — парень громко выдохнул и довольно похлопал по её обитому металлическими кольцами боку. — Улина в последнее время что-то совсем распоясалась — даже пивка тебе толком выпить не дает. "Знахарка сказала не больше одной кружечки…" — презрительно фыркнув, передразнил кого-то парень. — Для начала пусть нормального лекаря найдет и перестанет слушать нашу давно выжившую из ума старуху. Доброе пиво — это самое лучшее лекарство, а не какой-то там настой из мухоморов!

— Ух, сынок, ну спасибо! Ну удружил! — в руках бородача как будто по волшебству возникла пара деревянных кружек. — С этими бабами и их заскоками свихнуться недолго! Чего же ты ждешь — наливай скорее!

Вытащив пробку, Мизар наклонил бочку, а его отец подставил под неё кружки и вскоре отец с сыном уже сидели на деревянном причале, удили рыбу, неспешно переговариваясь и наслаждались чудесным пенным напитком, которому было грех не уделить внимание в это прекрасное солнечное летнее утро.

— Отец, а я все спросить хотел… — парень сдул пену и отхлебнул из кружки. — Ты зачем вообще из дома ушел? Еще и в армию записался, да не куда-нибудь, а в одну из королевских тысяч! Тебе, что, приключений на свой зад захотелось или кровь тогда заиграла?

— Мизар-Мизар… Не понимаешь ты своего счастья. — коренастый мужчина покачал своей черно бородой. — Ты же считай, на всем готовом жить начал — наша деревня уже стояла, когда твоя мать, да упокоиться её душа в царстве Творца, родила тебя на белый свет. А когда люди только-только начали селиться рядом с Серебрянкой — тут не то, что дороги — даже камней не было! Заросшее зеленое поле среди холмов, да озеро рядом. Нам в то время все приходилось делать самим — и траву выпалывать, и дорогу протаптывать, а еще дома ставить и указатели всякие, чтобы люд торговый мимо не проходил. Тогда работы много было, но как видишь — справились, село потихоньку растет. Правда, чтобы дома поставить, бревна приходилось в соседних деревнях закупать, что к Великому Лесу поближе — наш лес не слишком большой и дерева все время не хватало. Монет у нас в то время немного было и приходилось устраиваться кто куда: кто в город к купцу какому пристроился, кто в соседние села лесорубами пошли — у них для своих как раз дерево дешевле выходило, а крепкие ребята всегда нужны были. Ну а я решил в солдаты податься, пусть отец и был против. Думал и монет так раздобуду, и на мир заодно погляжу.

— Но почему именно в королевские Тысячи? Не нашлось местечка поспокойнее? — Мизар поставил кружку на доски и легонько подергал удочку. — Они же почти постоянно сражаются. Пошел бы в городскую стражу, я слышал, там жалованье вроде неплохое.

— Эх, сынок, если бы служа в городских стражниках можно было остаться честным человеком — я бы туда бегом побежал. — отец печально улыбнулся, глядя на своего сына. — Но там же место теплое и только самые подлые могут на этой работе удержаться. Тут монетку с человека взял, там вовремя глаза закрыл и мешочек с золотом за это получил — и вот ты уже обеспечен до конца своих дней. Но меня твой дед учил жить по закону и порядок блюсти на совесть, поэтому я пошел служить в тысячу к нашему барону. Тогда как раз мертвяки с южных пустошей зашевелились и в его тысячу принимали почти всех желающих. Разве что совсем отпетых головорезов заворачивали сразу на входе и отправляли восвояси, а остальным наш вербовщик всегда был рад. — мужчина приложился к кружке с пивом и сделал из неё несколько хороших глотков. — Ох, хорошо! — выдохнул он, вытирая пену с бороды. — Мизар, а ты что вообще про Тысячи знаешь? Много в книжках вычитал?

— Немного, мне как-то больше сказки, да эни… Нет, не так. Эне…Нет, опять не то…Энци… клопедия! Во, выговорил все таки! — радостно улыбнулся довольный собою парень. — Про созданий разных, да про далекие страны читать интересно было. Ты вот знал, что далеко на севере, за Ледяным Пиком есть страна, где живут люди со звериными ушами? Или что в нашем мире существуют люди-пауки? А вообще мало про войну книг пишут, да и откуда они у нашего старосты? Он же помощником у одного мага был, а не офицером королевской армии.

— Ну раз так, то я тебе расскажу про нашу славную армию, а то живешь в королевстве Фарол, законы всякие умные учишь, а об её главной опоре и защите ничего не знаешь! — отец парня возмущенно фыркнул и встопорщил свою бороду — Расскажу тебе так, как говорил мне мой десятник, когда я спросил его об истории нашей Тысячи. В общем, все началось много веков назад, когда король Фаркус Первый прибыл сюда со своей армией из далеких земель в поисках нового дома для своих подданных. В то время на этих землях жили лишь дикие племена степняков, да кланы злобных орков, которые только и занимались тем, что делали друг на друга набеги, а иногда, собравшись в большую орду, пробовали на зуб княжество эльфов, что расположилось в западных лесах. Новым лицам эти дикари, что люди, что зеленокожие, были не слишком рады, и пока рыцари короля Фаркуса располагались на новом месте — варвары сообща напали уже на них. Под покровом ночи их орды неожиданно атаковали передовые отряды короля, но часовые их вовремя заметили и поэтому дикари нарвались на сильный отпор, и им пришлось отступить. Так началась Первая Война в ходе которой наши славные воины одержали победу и вышвырнули врага в восточные степи, основав великую страну, которую назвали Фарол — в честь одного из рыцарей, который пал будучи первой жертвой вероломной атаки варваров.

— А при чем тут Тысячи? — парень подергал удилище, но то ли спугнутая громкими разговорами, то ли доставанием бочки из воды, рыба упорно не желала клевать. — Слушать про славные победы наших предков интересно, но я пока что не понимаю, где здесь связь?

— Так рыцари Фаркуса Первого и были первыми командирами тех самых Тысяч, которые есть сейчас! — Довольно улыбнувшись, отец расправил свою бороду. Было видно, что он чрезвычайно сильно гордится событиями далекого прошлого и испытывает неподдельное уважение к героям того времени. — Вся армия считай, из них и состояла — каждый командовал своим полком, в котором была ровно тысяча солдат, а всего таких полков было пятнадцать. Король разделил страну на пять частей, каждую из которых поставил охранять ровно по три Тысячи. Так получились Северный, Южный, Западный и Восточный края — мы как раз живем на окраине Западного и наш покой охраняют Десятая, Седьмая и Тринадцатая тысячи. Есть еще Центральная область со Столицей, но она всегда находится под рукой короля. Иногда, если какой-то регион сам не справляется, то соседние регионы шлют ему на помощь своих защитников. Я как раз в десятой и служил, под командованием барона Вильха, когда в Южном нежить чудить начала и они попросили подкрепление. Ох и задали мы тогда им трепку!

— Отец, что-то я ничего не понял… — Мизар раздраженно взъерошил волосы — рыба ну никак не хотела идти к нему сегодня на свидание. — Вот ты говоришь одна Тысяча там, другая здесь… А они вообще друг от друга отличаются? Чем один солдат вообще может отличаться другого? Меч другой формы или доспех вместо железа из лопухов сделан?

— Дурак! — отец отвесил своему отпрыску еще один подзатыльник. — Смотри при солдатах это не ляпни — сотню лет будешь на лекарей работать! Принадлежность к какой-либо тысяче — это повод для гордости на всю оставшуюся жизнь! Конечно бойцы одного полка будут отличаться от солдат других тысяч! Да если их рядом поставить, то даже такой домосед как ты заметит отличия!

— Например? — сын вопросительно поднял бровь, потирая при этом место удара — рука у его отца была тяжелая.

— Ну, вот возьмем моих бывших сослуживцев — Десятую Тысячу Железного Топота. Нас так прозвали из-за огромного грохота что мы издавали на марше. Ты только представь — десять сотен закованных с ног до головы в сталь солдат чеканя шаг, ровным строем идут на врага! — мужчина воодушевленно потряс в воздухе кулаком, грозя сжатой ладонью небесам — Когда наш полк маршем шел через какой-нибудь лес, то вся живность на много миль вокруг просто разбегалась и даже когда мы скрывались вдали, там еще долго царила тишина, настолько нас зверь боялся! И всякая нелюдь тоже! Полк тяжелой пехоты — это тебе не хухры-мухры! Таким можно и какой-нибудь город вообще без боя взять — враги разбегутся от одного нашего грозного вида!

— Скорее все враги при виде тысячи грохочущих железных банок дружно побегут за воском, чтобы уши себе заткнуть, — фыркнул темноволосый парень, вспомнив какой лязг и скрежет стоял каждый раз, когда его отец праздновал день своего полка и облачался в старый, но надраенный до блеска латный доспех. И это всего лишь один человек, какая же какофония была, когда так делала целая тысяча? — Про твой полк я уже слышал, но что с другими? С Седьмой тысячей, например?

— Красные Вороны? — мужчина задумчиво почесал в бороде — Мы с ними почти не сражались бок о бок, да и не видел я их бойцов вживую — они больше при своих орудиях стоят, да при осадах городов появляются, но кое-что рассказать про них все же могу. Как я уже говорил Седьмая Тысяча Красных Ворон — полк в первую очередь осадный, поэтому за пределами крупных поселений их редко можно увидеть. Сидят себе в своем замке на севере нашего края и вылазят оттуда лишь по личному приказу короля, да если рыцарь-капитан какой-нибудь другой тысячи предложит им достаточно денег за работу. Но осадные орудия нужны практически при любом штурме, так что бездельничают они достаточно редко, хотя и могут себе это позволить — золота у них хватает с лихвой. Но кто у них командир и как выглядят рядовые солдаты — тут уж увы, ничего не скажу. Никогда с ними не встречался.

— А что тогда насчет последних? Какая там по счету тысяча получается?

— Тринадцатая… — отец Мизара скривился и сплюнул в воду — Вот уж про кого я хотел бы никогда не слышать и уж тем более кого бы не хотел встречать вживую. К сожалению, Творец каждый раз куда-то отходил, когда я ему об этом молился, поэтому с ними я познакомился очень близко, когда мы рубили мертвяков…

— Что, настолько никудышные солдаты там служат? — с легкой усмешкой спросил у него сын. — Подставили под удар ваш полк или украли чего?

— Да если бы так… Тринадцатая Тысяча Первой Крови — один из самых известных полков в истории нашего королевства, способный посоперничать в боевом опыте с Тысячами из первой пятерки, которые расположены в Столице, но никогда не покидают пределов Центрального округа. Только потери у них всегда высокие и если рядом с королем служат дворянские сынки, которых всю жизнь берегли от опасностей и экипируют по высшему разряду, то в этом полку новобранцев просто берут отовсюду и снаряжают как придется — не хватает на всех ни качественных клинков, ни нормального доспеха.

— Ну и что в этом такого необычного? — Мизар вновь приложился к пиву и в несколько глотков опустошив кружку, громко выдохнул — Ну сражается какой-нибудь простой мужик проржавевшим топором, а "голубая кровь" носит позолоченные латы — разве где-то бывает иначе?

— Нет, сынок, ты меня немного не понял, дело не только в качестве оружия или нехватке брони — командиры этого полка берут рекрутов вообще везде и зачастую делают это силой. Покупка рабов в соседнем султанате, смертники, приговоренные к казни за свои прегрешения, нищие и беженцы с других стран у которых нет иного выхода — у их вербовщиков не бывает неподходящего рекрута. Тысяча Первой крови это говорящее название — они первыми вступают в битву, но берут в ней верх не выучкой или силой каждого солдата, а числом своих бойцов и их решимостью. Платят за все своей кровью, проще говоря. Хотя если хорошенько подумать… Тамошние бойцы на самом деле не такие уж и храбрые — когда мы рубились с мертвяками с юга, они частенько показывали свой страх. Просто своих командиров и наказания от них эти ребята боятся сильнее, чем любого врага, настолько те лютые. Но дезертиров там все равно жуть как много — если появляется шанс, то люди бегут оттуда при первой же возможности. Ты же знаешь, что в каждом полку при поступлении на службу солдату набивают символ его Тысячи?

— Конечно. — кивнул своему отцу парень и похлопал себя по руке, указывая место. — У тебя он на плече — черный сапог в треугольнике. Ты говорил, что она что-то вроде опознавательных знаков…

— Хех, запомнил-таки пьяный бред старого солдата? Так вот, если кто-то из других тысяч за пределами нашего региона увидит тату Тринадцатого полка, то первое, о чем он тебя спросит — это где грамота от твоего командира, в которой сказано, что тебе можно покидать лагерь своей тысячи. Если у тебя её при себе не окажется — то разговор с тобою будет предельно короткий. Ночь в тюрьме и казнь на следующее утро — вот и весь сказ.

— Слушай, отец, я все понять не могу — а зачем королю вообще нужны такие солдаты? — Мизар тяжело вздохнул и вытащив удочку из воды, отложил её в сторону — все равно рыба не собиралась почтить его сегодня свои присутствием. — Которые побеждают всегда количеством, но готовы пуститься в бегство при первой же возможности? По твоим словам — это какие-то оборванцы с мечами получаются.

— Сынок, я понимаю, что сейчас сам себе противоречу, но ты сейчас немного преувеличиваешь. По сути Тринадцатая Тысяча Первой Крови — это такой же полк, как и остальные, за исключением разве что первой пятерки, состоящей из дворянства. Там служат такие же люди у которых есть две руки, две ноги и голова. Просто это тысяча легкой пехоты и чтобы заткнуть дыры из-за больших потерь туда набирают всякое отребье, которое опытные офицеры любыми методами пытаются превратить хотя бы в какое-то подобие солдата. — бородач громко фыркнул и одним глотком допил пиво. — Говорят, порядки там строже, чем где бы то ни было… Я бы даже пожалел их, если бы лично с ними не встречался. Ну да и демоны с этой Тысячей, не хочу больше говорить об этих ублюдках. Лучше давай-ка поговорим о следующем нересте… Ты сети заготовил?

— Обижаешь! — Мизар сделал вид оскорбленного в лучших чувствах человека и достал из лежащего у его ног мешка небольшой сверток. — Три штуки купил на ярмарке вместе с пивом. Новенькие, крепкие, блестящие — не сети, а серебряные нити самого Творца!



— Всыпать бы тебе за богохульство… Но сети и впрямь хороши! — мужчина с восхищением зацокал языком, когда его сын развернул грубое полотно и показал переливающиеся в лучах солнца рыбацкие снасти. — За сколько взял?

— Да мелочи — всего-то десяток серебром вышло. Думаю, в этом году мы сможем нанять на одного помощника больше и…

— Папа! Братик! — по деревянному настилу застучали босые ноги, а повернувшись на звук, отец с сыном увидели, как к ним по помосту бежит девчушка лет десяти. Это была Мила — младшая сестра Мизара и дочь Фалька от другой женщины. — Мама попросила, чтобы вы к обеду вернулись домой и помогли ей… Ой, а что это такое? — она подбежала к рыбакам и с интересом ткнула пальцем в бочку, но парень одним движением развернул сети и накрыл ими бочонок с пенным напитком, скрывая его от глаз ребенка.

— Милка, не тыкай туда, запутаются еще! Это мы с нашим папой решили снасти к рыбному сезону начать готовить. Следующий нерест обещает быть богатым и на ярмарке мы обязательно купим тебе платок по ярче. Ты же хотела себе яркий платок? — парень быстро затараторил и активно замахал руками отвлекая внимание своей сестры от заветного пива, о котором она могла рассказать своей матери. — Вот мы и готовимся, чтобы купить тебе самый лучший! Будешь на следующей ярмарке самой красивой — все женихи к ногам свалятся! Так что давай, не отвлекай нас — беги скорей к Улине и скажи, что мы скоро будем.

— Хорошо! — радостно улыбнувшись, сестра Мизара чмокнула их отца в щеку и убежала в сторону деревни, шлепая по деревянным доскам голыми ступнями.

— Ладно, пора и нам собираться — все равно рыба нас сегодня не жалует. — коренастый бородач встал на ноги и смотав удочку, отряхнул колени. — Но напоследок… Может еще разок по пивку?

— Наливай!

Глава 2. Крушение надежд

— Привязалась она к тебе.

Мизар, вместе со своим отцом шел по лесной тропинке в сторону родной деревни. Яркие лучи солнца порой мелькали среди густой листвы, что словно огромная зеленая туча нависала над Фальком и его сыном, а утоптанная земля приветливо шуршала под их ногами.

— Ты о чем? — Парень предпочел сделать вид, что не понимает, к чему ведет его отец, но того было не так-то просто провести.

— Не делай вид, что ты не понял. — Чернобород широко усмехнулся в свою объёмную бороду. — Я говорю про Милку. Она же только тебя чуть ли не беспрекословно слушается, а со всеми остальными — сущий дьяволенок. Даже матери иногда перечит, а ты сам знаешь, как тяжело с Улиной спорить.

— И что с того? — Мизар поправил удочки, которые нес на плече и перехватил их поудобнее. Рыбы они так и не наловили, но день прошел не впустую — бочонок пива был опустошен почти наполовину. — Я тоже её мать не слишком жалую. Не нравится она мне.

— Так тебе никто не нравится. — почесав бороду, хмыкнул коренастый мужчина. — Я вообще не понимаю, как ты умудрился с Ярилой сойтись? Она же девка видная, могла бы кого и получше выбрать.

— О, она пыталась! — тихо хмыкнул парень, поправляя удочки, что он нес на плече. — Но я умею быть очень убедительным…

Стена деревьев с каждым шагом становилась все реже и вскоре отец с сыном вышли на опушку, с которой открывался роскошный вид на их деревню.

Зеленые Холмы полностью оправдывали свое название — куда не посмотри, всюду расстилалось яркое море сочной, зеленой травы, посреди которого стояло с два десятка деревянных домишек. Холмы и пригорки вокруг деревни сменялись на поля и равнины, а недалеко от села, через пару особо крупных бугров тек один из притоков Серебрянки — буйной реки, что рассекало надвое весь Западный край королевства Фарол.

— Эх, красиво… — Фальк потянулся и уперев руки в пояс, с широкой улыбкой посмотрел на свою деревню. — Даже не верится, что когда-то здесь было лишь заросшее бурьяном поле!

— И по этому самому полю, сейчас кто-то скачет к нашей деревне. — неожиданно добавил его сын, указав рукой в сторону пылевого облака, что быстро двигалось к Зеленым Холмам со стороны Великого Леса. — Когда там староста говорил, будет следующий торговый караван?

— На следующей неделе, но… — сложив ладони козырьком, Чернобород вгляделся в указанном сыном направлении. — Это не караван!

Бородатый мужчина разом подобрался и взмахом руки позвав Мизара за собой, начал быстро спускаться к деревне.

— Быстрее! Нам нужно как можно скорее вернуться в деревню!

— Да что случилось-то? — парень припустил за своим отцом и поравнявшись с ним, спросил у Фалька. — Кто это?

— Не знаю! Какие-то всадники! — несмотря на свою грузность и небольшое пузо, Чернобород ловко перепрыгивал через все кочки и выбоины на тропинке. — Но это точно не Фарольские кавалеристы — наши тяжелые рыцари до подобной скорости разве что прямо перед ударом могут разогнаться!

Когда они достигли околицы деревни и уже пошли первые дома, мужчина неожиданно остановил сына и взяв его за плечи кивнул в сторону столба дыма, видневшегося из-за плетеных крыш.

— Мизар, я не знаю, что это за люди и люди ли вообще, но как мне подсказывает опыт, они сюда не подарки пришли раздавать. Лучше мы сейчас слегка перебдим и поступим вот как: Я беру Улину и запасы еды дней на пять, а ты отыщи свою сестру — она точно убежала играть с подружками. Встречаемся у нашего причала, там есть пара лодок. Сплаваем вниз по течению и постараемся переждать денек-другой. Если тебя вдруг кто спросит, куда это мы собрались — отвечай, что мы всей семьей решили отправиться на рыбалку. Если начнется паника и все ломанутся к лодкам — уплыть мы уже не сможем.

— Понял. — кивнул в ответ парень и скрылся среди домов.

***

— Как думаешь, кто это?

— А я почем знаю? Может, купцы заезжие?

— Из Великого Леса?

— Эльфы это, точно тебе говорю — ушастые к нам пожаловали!

В Зеленых Холмах уже заметили приближающееся облако пыли и вся деревня, кто в чем был, высыпала на улицу и собралась в большую кучу — встречать чужаков, которые в их селе были редкими гостями. Особой нервозности или опаски не было — в их краю даже бандитов-то толком не было, потому как брать с живущих на фронтире людей было попросту нечего, а вот получить копьем в тело можно было запросто — здесь частенько селились отставные солдаты королевских тысяч, которые знали, с какой стороны нужно было браться за меч. Даже в их деревне таких было несколько: отец Мизара, Фальк и его старый сослуживец Тирк Молчаливый, что был дровосеком и работал на небольшой деревенской лесопилке. Голый по пояс седой боец стоял чуть в стороне и не разделяя общего восторга, мрачно смотрел на пылевое облако, нервно поглаживая прилаженный к поясу железный топор.

Увидев сына Черноборода, он вопросительно посмотрел на парня, но по своей старой привычке — ничего вслух не сказал. В ответ Мизар провел рукой на уровне пояса, объясняя, что ищет свою маленькую сестру, на что пожилой мужчина указал глазами в сторону толпы, позади которой была видна стайка любопытных детей.

Благодарно кивнув, молодой рыбак направился к суетящейся ребятне, а седой солдат зло сплюнул в сторону и скрывшись в своем доме, чем-то там зазвенел.

" — Похоже, что старик Тирк что-то понял… Ну, он вряд ли кому-то что-то расскажет, зато Милку искать не придется. " — подумал Мизар, проскальзывая среди толпы к детям и ища взглядом свою сестру. — " Да где же бегает эта пигалица… А, вот она!"

— Братец Мизар? Вы с папой уже успели вернуться? — девочка недоуменно посмотрела на парня, когда тот схватил её за руку и вытащив из толпы сверстников, повел куда-то назад, но не стала сопротивляться и послушно пошла вслед за братом. — А куда мы идем?

— Отец решил свозить нас всех на рыбалку. Помнишь, ты просила меня свозить тебя покататься на папиной лодке? — Оглянувшись, Мизар увидел, что облако пыли было уже совсем рядом и можно было разглядеть облаченных в отливающие серебром доспехи всадников в закрытых шлемах. — Так вот, сейчас мы всей семьей поплывем в самое рыбное место…

— Но я хочу посмотреть на гостей! Я хочу увидеть эльфов!

" — Как бы они не стали последним, что мы вообще в своей жизни увидим…" — только из-за предупреждения отца и повышенной бдительности молодой рыбак успел среагировать на то, что произошло дальше.

На полном ходу из пылевого облака показался отряд всадников в посеребрённых доспехах — не сбавляя скорости, незваные гости вынули из выполненных в виде гигантских листов налучьев, притороченных к седлам боевые луки и достав из висевших с другой стороны торб длинные стрелы с белым оперением, синхронно натянули тетивы.

— Ale'e!

— Твою… — Кровь парня буквально вскипела — схватив недовольно пискнувшую сестру, Мизар прыгнул за угол ближайшего дома и закрыл Миле уши — Давай-ка прикроем ушки… Не надо тебе этого слышать.

На плотно стоящих селян обрушился град из стрел.

Свист несущих смерть снарядов меньше чем за секунду сменился истошными криками людей, которых выкашивал железный дождь — нападавшие действовали слаженно и вместо разношёрстного "собачьего вальса" стреляли невероятно синхронно — подобной выучке позавидовал бы любой лучник Фарола.

"— Меткие, ублюдки! " — крики умирающих селян быстро стихли — конные стрелки били невероятно точно и в несколько залпов положили всех, кто находился в этот момент на улице, а было там почти все жители Зеленых Холмов — на дворе стояло начало лета, земля еще не прогрелась для работы в поле и поэтому поглазеть на гостей вышла практически вся деревня. — Вот и нам пора…

Поднявшись с земли и взяв свою сестру на руки, Мизар со всех ног припустил вдоль деревянного забора, к которому примыкал дом, за которым они с Милой укрылись от стрел. Не сумев "посмотреть на эльфов" девочка показательно насупилась и перестала разговаривать с парнем, чему тот был только рад — рядом уже слышался топот копыт одного из нападавших.

Перебив тех, кто был на главной улице, напавшие на них всадники рассредоточились по одному и начали прочесывать улицы в поисках выживших и судя по раздавшимся вскоре громким воплям — кого-то они все же нашли.

Вскоре они выбрались на околицу — длинный забор закончился и дальше пошли уже огороды. Пригибаясь и стараясь, чтобы их не было видно под длинными, мохнатыми пучками фарольского лука.

До спуска к лодкам оставалось пройти всего какую-то жалкую сотню шагов!

Но вместе с тем появилась и новая беда — за позади Мизара послышался знакомый топот — один из конных стрелков увидел мелькнувшую среди зелени голову Милы и встал на их след.

— Нагоняет… Кажется, заметил, что мы сюда пошли. Так, Милка, посидика-здесь! — усадив все еще дующегося ребенка на деревянный пенек, молодой рыбак подошел к ограде одного из заборов и поднатужившись, выломал из неё длинную жердь. Подкравшись к углу дома из-за которого должен был выехать их преследователь, Мизар осенил себя отгоняющем темных духов знаком и начал прислушиваться к стуку копыт. — Ближе… Ближе… Творец помоги… Ха!!!

С яростным криком парень обрушил деревянную палку прямо на врага — но не на самого всадника, а на морду его коня. Чернобород не раз говорил своему сыну, что опытного наездника выбить из седла не так-то просто, но вот зверя под ним можно легко обратить в бегство, а там уже будет неважно, как крепко твой противник сидел и как хорошо умел править своим ездовым животным.

Совет отца оказался Мизару весьма кстати — перепуганный конь сбился с шага, запнулся об одну из кочек и с громким ржанием свалился на землю, а его наездник вылетел из седла и сделав в воздухе несколько кульбитов, шмякнулся на землю.

В ближайшем рассмотрении это оказался высокий мужчина в закрытом шлеме и легкой, отливающей зеленым светом броне, но Мизару было не до разглядывания врага — нужно было как можно быстрее брать сестру в охапку и бежать к лодкам.

— Ха! Получи! И еще! — опасаясь, что шатающийся и еле держащийся на ногах боец быстро придет в себя и ударит им в спину, парень начал со всей силы лупить длинной жердью по голове врага, вызывая с каждым ударом характерный звон. — Н-на!

С последним ударом деревянная балка переломилась пополам и в руках рыбака остался короткий огрызок, которой он, не долго думая, швырнул в лицо с лязгом плюхнувшегося на задницу всадника. От удачного броска тот завалился на спину и шлем слетел с его головы, разметав в стороны торчащие из-под него длинные, темные волосы.

— Смотри-ка… И впрямь эльф… — характерно-длинные уши мягко намекали, что перед парнем на земле лежал совсем не человек.

— Где?! — моментально оживилась Мила, и подбежав к брату, с любопытством уставилась на чужака. — Ух ты! Настоящий?!

— Настоящий! — подхватив сестру, Мизар со всех ног бросился к спуску к лодкам. — Даже слишком!

— Постой, братец! Я еще хочу посмотреть на эльфа! — девочка тянула руки к необычному для неё явлению.

— Потом посмотришь! — парень буквально кожей чувствовал, как время утекает сквозь пальцы. Он устроил такой шум, что не заметить его товарищи избитого рыбаком длинноухого попросту не могли, а значит они уже были на пути сюда. — А, наконец-то!

Между зарослей камыша мелькнула едва заметная тропинка спуска к воде.

— Мизар? Что там стряслось? Мы слышали крики… — Улина в обнимку с небольшим серым мешком, уже сидела в одной из лодок, вытащенных наполовину на берег, а рядом с невысоким деревянным столбиком к которому та была привязана, возился Чернобород, пытаясь отвязать канат.

— Все потом! — парень передал женщине на руки свою сестру и повернулся к своему отцу. — Это эльфы. Они режут всех подряд и уже вот-вот будут здесь.

— Косу Жнеца мне в хребет! — Фальк вскочил на ноги и запрыгнув в лодку, начал распутывать канат с другой стороны. — Проверь вторую лодку, сюда все не влезем!

Одного взгляда Мизару хватило, чтобы понять, что всей семьей они отсюда не уплывут.

— Дело дрянь… У неё дно пробито. — парень тихо выругался и оглянувшись на мелькающие среди камыша тени преследователей, начал судорожно искать выход. — А других лодок здесь нет…

— Да что ж за день-то такой! — мужчина от злобы аж начал жевать свою бороду. — Так, сейчас что-то придумаем! Может если выкинуть мешок с едой…

— Да что тут думать — она и так глубоко просела, нас слишком много!

Парень выхватил из-за голенища короткий нож и перерезав им причальный канат, навалился плечом на высокий деревянный бортик, сталкивая лодку, вместе со всеми пассажирами на воду.

— Милка, ты уж слушайся родителей… — подхватив с прибрежного песка длинное весло, рыбак кинул его отцу. — Плывите подальше отсюда и не волнуйтесь за меня. Я постараюсь спрятаться и где-нибудь отсидеться! Не возвращайтесь сюда — если выживу, то сам выберусь и найду вас.

— Сын… — Фальк хотел было что-то сказать своему сыну, но среди прибрежных зарослей раздались громкие крики на эльфийском и крепко стиснув зубы, мужчина молча оттолкнулся веслом от дна, направляя лодку вниз по течению.

Пара секунд — и семья Мизара скрылась из виду, а сам парень повернувшись к тропинке, на которой уже виднелись спешившиеся преследователи, перекинул перерубленный канат в лодку с пробитым дном, чтобы запутать врага и злобно пробормотал.

— Выживу… Выберусь… Вот только я вообще без понятия, что дальше делать!

Словам рыбака вторил боевой рог, чей трубный зов прозвучал где-то вдали. Но на несчастье Мизара — это был не Фарольский рог.

***

С треском сминаемых стеблей камыша из зарослей на берег вывалилось несколько эльфов, которых возглавлял уже знакомый с рыбаком мужчина — ушастый не успел надеть помятый шлем обратно и нес его в сгибе руки, а потому всем окружающим были хорошо видны и заплывшие глаза с сизыми фингалами под ними и несколько здоровых синяков на утонченном лице.

— Ты!!! — судя по злобному выкрику длинноухого, тот прекрасно владел человеческим языком и надолго запомнил отлупившего его рыбака.

— Я. - сделав в сторону ушастых неприличный жест, Мизар рыбкой нырнул в заросли камыша и стараясь убраться как можно дальше, громко прокричал. — Попробуйте поймать меня, уроды! Я в ваш Великий Лес с топором по дрова ходил!

Пусть ноги сработали в этот раз без участия головы, действовали они правильно — видимо сами боги наблюдали за рыбаком в этот момент и направили его шаг в нужную сторону. Парень оказался в противоположной стороне от уплывающей семьи и эльфы с руганью на своем певучем языке ринулись в погоню за рыбаком, даже не догадываясь, что несколько минут назад здесь кроме него был кто-то еще.

И что было более важно — они оставили свои луки в седлах лошадей, а потому не могли просто подстрелить шустрого парня, что словно змея просачивался сквозь густые заросли камыша, уводя длинноухих все дальше от уплывающей вниз по течению семьи.

— Я слышал, что эльфы произошли от ослов, потому что у них уши такие же большие!

— Как только я доберусь до тебя — ты пожалеешь о том, что боги даровали тебе даже такую короткую жизнь и такой длинный язык!

Больше всех упорствовал избитый Мизаром мужчина — похоже, что эльфийскому воителю не слишком понравилось, что его избил длинной палкой какой-то селянин и он всеми силами стремился его покарать за подобную наглость — рассвирепев окончательно, вытащил слегка изогнутый клинок и начал просто прорубаться через заросли, вместо того, чтобы выискивать в них знающего округу как свои пять пальцев рыбака.

"— Кажется, переборщил слегка. Теперь этот ушастый землю жрать будет, но от меня не отвяжется." — слыша, как воин, исторгающий поток ругани на своем языке, подбирается все ближе, присевший на корточки и спрятавшийся по самый нос в воду парень яростно забулькал. — "Вот чего привязался?! У тебя там целая деревня бесхозная стоит, грабь — не хочу! Но не-е-ет, нам надо за одним мелким человечишкой по колено в воде побегать!"

Вопреки показанной храбрости — умирать Мизар не хотел совершенно, ни как герой, ни как последний трус. Тем более, что он был рыбаком, немного охотником, но вот с оружием, несмотря на то, что его отец был опытным солдатом, обращаться не умел совершенно. Да и не было в этом никогда нужды — какой идиот будет переться в такую даль, чтобы напасть на деревню, которая находиться где-то у демонов на рогах и из добычи где можно получить разве что пару бочек свежей рыбы?

Как оказалось — у ушастых долгожителей был иной взгляд на этот вопрос и подобные идиоты таки нашлись и в большом количестве — к спустившимся на берег воинам подошло еще несколько эльфов и зайдя с противоположной стороны, они взяли небольшую полосу камыша в клещи. Но вместо того, чтобы начать её прочесывать, длинноухие воители по примеру своего лидера начали вырубать заросли, лишая Мизара возможного укрытия. Пара минут работы — и вместо широкой полосы камыша на берегу реки остался лишь небольшой пятачок, в котором прятался молодой рыбак.

"— Шустро работают — таких ребят бы да на наш лесоповал и мы бы за месяц работы обеспечили деревом весь наш край. Не ту, не ту дорогу ребята в жизни выбрали… Но надо что-то делать. пока они меня на кол живьем не посадили." — попадаться в руки врага и проверять правдивость слов разъярённого длинноухого Мизар не собирался. — "Ладно, рискнем! Выбора-то у меня все равно нет… " — нащупав сквозь толщу воды за голенищем сапога рукоятку ножа, парень перехватил её поудобней и стараясь не шуметь, осторожно срезал один из камышей. Быстро смастерив из полого стебля короткую трубку, Мизар закусил её зубами и оставив свободный конец на поверхности, а сам погрузившись на дно, начал медленно ползти в сторону подбирающихся все ближе ищеек.

В детстве он часто так играл с соседскими детьми — вода рядом с берегом была довольно мутная и найти в ней человека можно было разве что на ощуп, а несколько эльфов чисто физически не могли перекрыть весь проход. Главное было не отходить далеко от берега, чтобы сильное течение не сломало тонкий стебель и резко не дергаться, чтобы враг не смог найти его по движениям камыша — шаги эльфийских воинов по колебаниям воды сам Мизар чувствовал прекрасно и когда они проходили мимо — он на какое-то время замирал на месте, стараясь дышать пореже и вцепившись в покрытое илом глинистое дно слегка дрожащими пальцами.

" — Давай, вислоухий, руби нещадно эту поросль! Главное — под воду не суйся. Я просто проплывающая мимо большая рыба…" — чувствуя, как проходящий мимо эльф начал прорубаться через заросли камыша, молодой рыбак медленно пополз в сторону берега. Далеко под водой он пройти не мог — течение Серебрянки было весьма буйным и переплыть один из её притоков вплавь было весьма непростой задачей. Да и делать это было бессмысленно — чуть ниже по течению они пару лет назад построили крепкий мостик, который спокойно выдерживал лошадь, а за рекой были лишь открытые поля, в которых конные воины, да еще и с луками, быстро бы догнали идущего пешком человека.

Пораскинув мозгами — Мизар решил, что спрятаться было проще всего в самой деревне. Кроме зеленых полей и не слишком-то большого леса в округе ничего не было, а хорониться от длинноухих посреди леса, который для них считай дом родной, было крайне плохой идеей.

Оставалось только выбраться из воды незамеченным и тихонько вернуться обратно в село, не попавшись на глаза ушастым убийцам, которые уже заканчивали добивать несчастный камыш. И вот с этим возникли проблемы — внимание одного из эльфов привлекла плывущая против течения трубка и громким криком он привлек к себе внимание длинноухих товарищей.

— А как хорошо все начиналось… — быстро выбравшись на берег по небольшой деревянной лесенке, Мизар поднял её за собой и с злобной ухмылкой смотрел, как десяток ушастых воинов гремят доспехами и плюхаются в воде, пытаясь взобраться на твердую землю. Берег в это месте был крайне коварен: спуститься вниз можно было легко, но вот забраться назад — практически невозможно без посторонней помощи. Илистое и глинистое дно скользило под обитыми металлом сапогами и раз за разом эльфы падали обратно в мутную воду. — Я же говорил — вашим предком был длинноухий осел, который жил на ферме очень одинокого фермера с очень необычными пристра…

Видя безвыходное положение своих врагов, Мизар не отказал себе в удовольствии пару раз словесно пнуть ушастых убийц и "пройтись грязными сапогами" по их родословной — ведь все, что они могли сделать, это бессильно скрежетать зубами. Правда, сильнее всех бесился побитый парнем эльф — то ли потому, что был единственным побитым, то ли потому, что был единственным, кто понимал человеческий язык.

"— Главное, чтобы они не додумались пройти чуть вверх по течению — берег там не такой крутой и может подняться даже…" — подбитые глаза лидера вражеского отряда на секунду расширились и громко закричав, он указал рукой ту сторону, про которую только что подумал молодой рыбак. — "Так этот ушастый еще и мысли читает? Мало было толпы всадников, так они ещё и колдуна с собой захватили! Предусмотрительные, ур-р-роды!".

Пока Мизар про себя костерил всех чародеев разом и такую вещь, как магия в целом — он со всех ног убегал по тропинке, ведущей обратно к деревне, стараясь не думать о семье, которая уплыла вниз по течению. Мало ли на каком расстоянии эльфийский маг мог залезть ему в голову?

Глава 3. Горячая идея

Перемахнув через деревянный забор небольшого подворья, Мизар прислонился к нему спиной и попытался как можно быстрее восстановить сбившееся от бега дыхание. Сердце парня стучало так, словно пыталось сломать ему ребра — в похожих передрягах ему бывать еще не приходилось.

— Тана'э! — дерево в паре сантиметров от головы Мизара взорвались щепками, когда клюв листовидного наконечника бело-оперённой стрелы пробил тонкие доски и даже немного вылез наружу. Какими бы неуклюжими не показались бы эльфийские воины стороннему наблюдателю — на деле это были первоклассные лучники, которые смогли определить примерное расположение рыбака, даже не имея возможности его увидеть и почти попали в свою цель выстрелив буквально на слух.

— Творец, не знаю, где я за свою недолгую жизнь успел так нагрешить, что ты послал на мою жизнь это наказание, но знай — если я сейчас выживу, то… — в ту же секунду парень понял, что он зря подал голос и у вислоухих убийц ну очень хороший слух, раз они смогли расслышать его судорожный шепот с двух десятков шагов, через звяканье свое брони и собственный топот — забор начали расстреливать с огромным энтузиазмом и Мизару пришлось упасть в траву и ползком добираться до крыльца огромного дома. — То начну молиться какой-нибудь твари из Бездны и от души нагажу на алтаре в первом же твоем храме, который только найду!

Погоня отставала буквально на десяток шагов — когда рыбак добрался до распахнутой двери, то первые из преследователей уже перепрыгивали забор подворья, а когда он захлопнул толстую, обитую металлическими полосами дверь и накинул на неё толстый засов — по ней тут же забарабанили стрелы.

Пробежавшись по главному залу, Мизар закрыл все ставни и окна первого этажа на небольшие щеколды, а затем подхватил с обеденного стола широкий тесак для разделки рыбы, прислонился к косяку и осторожно посмотрел в щелку между ним и дверью.

"— Вот же упорные вислоухие ублюдки…" — в паре шагов перед домом стояло с десяток мокрых эльфов с оружием наперевес, а из-за забора выглядывало еще несколько бойцов, но уже сидящих на лошадях, держащих луки наготове и внимательно смотрящих по сторонам. Кажется, они подозревали, что Мизар здесь был такой не один и ждали нападения извне, но положение рыбака это никак не облегчало — дом старосты, в который он забрался со всех ног удирая от врагов, был окружен со всех сторон и другого выхода, кроме как под стрелы ушастых лучников из него не было. Вместо спасительного шанса здание грозилось стать для парня его же склепом. — "Приехали…"

Один из бойцов, стоящих рядом с побитым Мизаром эльфом, что-то раздраженно выкрикнул на их языке и отдал приказ стоящему рядом всаднику. Тот кивнул в ответ и взяв в руку одну из стрел, подул на её наконечник — металл прямо на глазах у рыбака в один миг раскалился докрасна, будто его только что достали из кузнечной печи.

— Похоже, лучше было самому подставиться под выстрелы, пока они еще были обычными. — злобно оскалился Мизар и начал смотреть, как этот вислоухий колдун накладывает зачарованную стрелу на лук, собираясь поджечь дом, в котором он укрылся. Выхода у молодого рыбака не было: высунешься из дома — смерть от стрел и клинков эльфов, не выйдешь — сгоришь заживо. И выбирать из этих двух вариантов он не хотел. — "Что-то много среди ушастых способных к магии оказалось… Если у них там каждый второй — чародей, то не проще ли было обрушить на их деревню какие-нибудь чары, вроде огненной бури или еще какой волшебной гадости? Зачем они вообще сюда полезли?" — в успехе поджигателя Мизар не сомневался — в округе совсем не было камня, а потому дом старосты, как и вообще все дома в их деревне был сделан полностью из дерева, и мог заполыхать чуть ли не от любой искры.

Но прежде чем огненный снаряд сорвался с тетивы, резкий выкрик избитого рыбаком эльфа остановил его сородича. Что-то коротко сказав, он небрежным жестом отослал всадников зачищать остальную деревню и махнув рукой над своей головой, приказал пешим воинам взять дом старосты в кольцо.

"— Похоже, этот остроухий у них главный, но зачем он тогда… А, кажется понял — хочет взять меня живьем и лично устроить все те кары, которые обещал. Хе, не дождется, вислоухая сволочь!" — видя, как командир вражеского отряда делает шаг по направлению к двери, парень отскочил в сторону и вовремя — в щель между косяком и дверью проскользнуло покрытое рунами лезвие слегка изогнутого клинка и начало медленный путь вниз. Наткнувшись на засов из мореного дуба, оно замедлилось, но не остановилось полностью — бледно-синий метал понемногу продавливал крепкое дерево и всего за пару мгновений прорезал преграду почти на четверть.

— Не так быстро! — выхватив из уже остывшего очага почерневшую от копоти кочергу, Мизар поставил её на пути клинка, уперев другой конец металлического лома в деревянный пол. Наткнувшись на новую преграду лезвие громко звякнуло и попробовало на зуб железо, но в итоге все же остановилось, а за дверью послышалась брань эльфийского воителя. — Что, ослиные уши, выкусил? Лучше сразу поджигай дом — здесь тебе не взять меня живьем!

Пусть Мизар не хотел умирать, но если бы ему поставили выбор между смертью от пламени и стрел или попадание живым в руки разъярённого им длинноухого — он бы все же выбрал первое. Проверять, какие пытки могла придумать фантазия живущего не одно столетие убийцы, молодой рыбак не собирался — и так было понятно, что в этом случае сожжение заживо вскоре показалось бы ему избавлением.

— Зря бахвалишься, короткоживущий. — Неожиданно спокойно ответил ему эльф и руны на мече воина вспыхнули синим светом, а металл начал со скрипом поддаваться его клинку. — Ты лишь увеличиваешь страдания, которым я тебя подвергну, когда поймаю…

"— А, ну да — колдун же. Значит и оружие у него должно быть зачарованным… Ублюдочные маги!" — поморщился, парень, судорожно ища выход из его тяжелого положения. В то, что попадя внутрь, эльф сможет быстро его скрутить, Мизар не сомневался — он не был воином и одолеть опытного бойца он бы не смог, даже если бы у того не было поддержки в виде десятка промокших и очень злых товарищей. Как-то раз парень сильно поспорил со своим отцом и в ход пошли кулаки — так отставной десятник, несмотря на возраст быстро выбил всю дурь из своего отпрыска. А тут был не пожилой Фарольский солдат, а опытный боец эльфийского княжества, оттачивающий свое ремесло дольше, чем жил иной человек. — "Но мне же и не надо его побеждать в честном бою?" — взгляд рыбака упал на пару стоящих в углу бочек, на деревянных боках которых крупными, неровными буквами было выведено "Брага".

"— Ай да староста, хрыч старый! А еще Творцом мне клялся, что все продал на последней ярмарке! " — Мизар злобно рассмеялся и окинул взглядом обстановку, прикидывая как можно выбраться из ловушки, в которую он влез. По-быстрому обдумав план и закинув один бочонок на плечо, рыбак выбил рукояткой тесака пробку второго, и пинком опрокинул его на пол, разливая по деревянным доскам хмельное содержимое. Сделав такую же процедуру и с другой бочкой, он начал ходить по залу поливая все вокруг ароматным напитком, оставляя чистыми лишь два небольших участка — в углу, рядом со входом и напротив задней стены, в которой было всего-лишь одно окно. Закончив лить повсюду брагу, парень посмотрел сквозь щель в ставнях этого окна, убедившись что там его уже поджидает один из ушастых с клинком наготове и вылив остатки браги в поставленную рядом большую миску, начал нервно насвистывать веселую мелодию и дожидаться, пока командир вислоухих убийц закончит прорезать засов. Авантюра, задуманная парнем была рискованной, но иного выхода у Мизара попросту не было.

— Молись своим бо… — разрезанное дерево вывалилось из пазов и рухнуло на пол под звон проплавленной кочерги, а эльфийский воин вошел внутрь зала, ища взглядом своего недруга. Но прежде чем он успел закончить свою речь ему пришлось уклоняться от промелькнувшего над головой лезвия рыбацкого тесака, который Мизар запустил в него на манер метательного топора. — Во имя Великого Леса, что это за убожество? — презрительно скривившись, враг одним движением достал из стены вонзившийся в неё нож и с пренебрежением отшвырнул его в сторону. — Это даже не оружие, а столовый прибор. Смертный, ты что, решил накормить меня напоследок? — собственная шутка показалась долгожителю очень остроумной и он зал заполнил его мелодичный смех.

Но молодой рыбак лишь злобно оскалился.

— А то! — он достал из-за голенища сапога свой нож и под насмешливым взглядом воина взял его обратным хватом. — Главное блюдо — жаркое из эльфятины!

Со слегка истеричным смехом он перерезал веревку, которая удерживала на потолке главную гордость и главное украшение дома сельского старосты — сделанную из рогов гигантского оленя огромную люстру, что висела под потолком и на которой сейчас горело несколько свечей. С грохотом та упала на стол и начала заваливаться набок, но почуявший запах браги эльф был опытным бойцом и моментально понял, почему по всему дому мокрый пол — одним прыжком оказавшись рядом с падающей громадиной, он удержал её от падения.

— Хитро. Но эти уловки…

Одна из свечей выскользнула из паза и отскочив от наплечника воина упала на пол.

Пламя вспыхнуло моментально — никто не знал, на чем настаивал свою брагу деревенский староста, но та всегда получалось настолько горючей, что при любой искре полыхала не хуже пламени Бездны.

Командир отряда длинноухих громко матерясь и не желая быть зажаренным в собственном доспехе, отступил на специально оставленный Мизаром в углу чистый участок пола. И как бы не хотел парень сжечь своего обидчика заживо, ему пришлось оставить длинноухому выродку место для отступления — не нужно было быть гением стратегии или великим командиром, чтобы понять, что если гореть будет абсолютно все пространство, то враг попытается всеми силами вырваться из пламени и будет прорываться в единственное свободное от огня место — к самому Мизару. А так — ушастый рефлекторно отступил назад, оказался заперт в углу и пока не погаснет пламя, не представлял для рыбака угрозы.

"— Та-а-ак, главного временно выбили. Осталось лишь вытащить на эту приманку остальных…" — подзадоривая оцепивших дом бойцов (и подбадривая самого себя — все же для Мизара такие вещи были в новинку и его руки слегка подрагивали от страха), парень злобно захохотал и закричал во все горло. — Кто тут хочет попробовать жареного эльфа?! Спешите скорее иначе я вам и маленького кусочка не оставлю!

— Нама'ер! — похоже, что кто-то из оставшихся снаружи бойцов тоже был знаком с человеческой речью, а может быть, они просто заметили всполохи пламени и обеспокоенные судьбой командира, попытались было по его примеру зайти с главного входа — но тут же отступили назад. Рядом со дверным проемом парень вылил чуть ли не половину бочонка и теперь там как будто бы развернулась частичка Бездны — огонь полыхал так сильно, что на него было больно даже смотреть, не то что лезть внутрь. Единственным слабым местом в плане Мизара была магия — как и большинство жителей деревни, парень не владел этим искусством, а потому недолюбливал чары и не знал по какому принципу те работают. Но судя по громким воплям, которые были слышны даже за ревом пламени и по тому, что длинноухие внутрь лезть все же не рискнули, усмирять эту стихию они не умели.

А их командир тем временем зажался в углу и сжимая в руке свой зачарованный клинок, обливался потом, пытаясь разглядеть парня сквозь яркие всполохи огня. Маг или не маг — рисковать собственной шеей и переть напролом через стену пламени он точно не собирался.

— Ну что же ты дрожишь? Неужели тебе вдруг стало холодно? — издеваясь над своим противником, Мизар поднял миску с оставшейся брагой и сделав из нее хороший глоток, занюхал его чистым полотенцем которое прямо здесь же и сорвал с крючка на стене. — Может мне добавить огоньку?!

Душа парня буквально запела, когда он увидел как вздрогнул его враг и начал что-то кричать своим подчиненным — он понял, что один бросок и облитый горящей брагой ушастый сгорит живьем. Шансов уклониться у него попросту не было — угол, что оставил ему недруг, с трудом вмещал даже одного эльфа и огонь уже начал подбираться к его металлическим сапогам.

Но цель рыбака была в другом — створки на окнах сорвались с петель, когда не выдержавшие бойцы выбили их в поисках не захваченного пламенем прохода и залезли в оконные проемы, пытаясь оценить обстановку и найти своего лидера.

Мизар бы сам оставил открытым один из них, если бы это не было слишком подозрительным. Эльфийский воин, выбивший деревянную заслонку и влезший в окно был предельно сосредоточен, ожидал атаки и наверное смог бы отбить даже выпущенную в упор стрелу, но к тому, что в него плеснут брагой оказался на готов. А молодой рыбак взял миску за дно, провел рукой над пламенем, поджигая осевшие на стенках остатки ядреного пойла и швырнул горящую посуду в облитого горючим питьем эльфа. Тот даже смог разрубить опасный снаряд, но одна единственная искра — и облитый брагой боец вспыхнул словно факел, закричав не хуже грешника, которых по словам жрецов, похожим способом мучают в Бездне демоны.

А Мизар меж тем, уже с треском разорвал полотенце напополам и быстро намотав его на свои ладони, вытолкнул из окна истошно вопящего эльфа и выпрыгнув следом, сразу же побежал к забору, что в этом месте стоял чуть ли не прямо под окном. Других врагов в этом месте не было — дом деревенского старосты был большим и чтобы охватить все возможные пути отхода десяток воинов рассредоточился по разным сторонам, а тот, кто должен был охранять этот участок сейчас с криками катался по земле, пытаясь сбить с себя пламя. Но нужно было торопиться — как бы рыбак не хотел обратного, вислоухие не были полными дураками и кто-то из них уже точно спешил на помощь своему товарищу.

Ловко взобравшись на забор (на который он влезал на спор еще будучи ребенком), Мизар осторожно перепрыгнул через ограду соседнего участка. Здесь было очень опасное место — прямо к дому старосты примыкал участок деревенского лавочника, который был прожжённым торгашом и к тому же — жадным без меры, из-за чего часто ссорился с остальными жителями деревни, а особенно со своими соседями, считая (иногда абсолютно обоснованно), что их дети воруют яблоки у него во дворе. После одного из особо громких скандалов, терпение торговца иссякло и он поставил вокруг своего подворья крепкий частокол и даже не поленился заплатить магу из столицы, чтобы тот зачаровал его так, чтобы любой взобравшийся на эту ограду из бревен, не мог на ней удержаться и неизбежно падал на заточенные колья. Один из мальчишек не поверил в это и однажды утром его тельце нашли нанизанным на деревянные пики. Крику тогда было много — но лавочник был на своей земле и в своем праве, поэтому сделать с этим никто ничего не смог, но чтобы насолить жадному торгашу из-за пары яблок отнявшему молодую жизнь, деревенские ребята нашли способ обойти эти чары — нужно было просто перепрыгивать забор, не касаясь его совсем и тогда они не срабатывали.

Мизар об этом способе знал — а вот спешившие за ним эльфы даже не догадывались и поэтому когда парень уже вытащил засов на воротах и сделал за них шаг, до его ушей донеслись вопли одного из преследователей. Проскользив по частоколу, эльф буквально насадил себя на деревянный кол, ведь защиты снизу у него попросту не было.

Посмотрев на страдания жертвы излишней жадности одного из своих соседей, парень злобно оскалился и шмыгнул за ворота, но тут же столкнулся нос к носу с одним из всадников, которых командир эльфийских воинов отправил прочесывать деревню. Похоже, что тот услышал крики своих товарищей и вернулся, чтобы разузнать в чем там дело, а потому для него встреча с Мизаром оказалась не меньшим сюрпризом, чем и для самого рыбака.

Но парень успел среагировать быстрее — выхватив нож, который перекочевал из сапога за пояс, он полоснул невинное животное по морде и оказавшись под брюхом вставшей на дыбы лошади, перерезал кожаную подпругу. Седло, вместе с матерящимся на певучем языке воином, свалилось на землю, а Мизар со всех ног припустил дальше по улице, пригибаясь и дергаясь из стороны в сторону, чтобы по нему было сложнее попасть.

Но в этот момент удача изменила молодому рыбаку — сброшенный им на землю воин не потерял сознания и даже не получил сильного удара. Успокоив свою лошадь и погладив её по морде, эльф поднял выпавшие вместе с седлом стрелы, а затем взял в руки лук, прицелился и сделал один за другим несколько быстрых выстрелов.

Дергающаяся в паре десятков шагов мишень была не слишком сложной целью для опытного лучника, но он помнил приказ командира брать цель живьем, а потому первая стрела пробила ногу рыбака навылет, заставив его вскрикнуть от боли и начать её подволакивать, но вот последующие… Стрелок неверно рассчитал сторону, в которую дернутся припадающий на пострадавшую ногу парень, что в этот момент как раз попытался спрятаться за колодцем и вместо того, чтобы пробить левую руку Мизара, снаряд чиркнул по его правому плечу, заставив дернуться от боли и свалиться в этот самый колодец.

Короткий полет и приближающееся дно было последним, что он запомнил.

***

— Думаешь, этот смертный выжил? Вроде лицом вверх плавает…

— Тут до воды метров семь лететь, а у тебя есть сомнения? Гляди — вон какое пятно крови под ним расползается… От стрелы такого не будет — он точно размозжил свою голову об камни!

— Что теперь скажет командир…

— Что я скажу на "Что"?

Двое эльфийских солдат из передового разведывательного отряда княжества Осенней Листвы выпрямили спины и приложив левую руку к сердцу, поклонились стоящему за их спинами командиру. Закопченный мужчина в некогда посеребрённом, а теперь черным от сажи доспехе источал сильный запах гари и имел несколько заметных ожогов, но был спокоен, собран и заметно зол.

— Хм… — подойдя к колодцу он заглянул внутрь и тихо выругался. — Я же приказывал брать его живьем… Двое из нас уже никогда не ступят под сень Великого Леса, и все это вина какого-то… Чья это работа? А хотя… Мне наплевать, кто это сделал. Мы уже потеряли здесь достаточно времени, заканчиваем зачистку и возвращаемся в лагерь, но прежде… — он повернулся к солдатам. — Убедитесь, что он мертв. Неважно как, но сделайте это. Если потребуется — сами спуститесь вниз и отрубите ему голову. Выполнять!

— Будет исполнено! — бойцы еще раз поклонились своему лидеру и дождавшись, пока тот скроется из виду начали решать, как им выполнить приказ командира, ведь нормально выстрелить из лука не позволял ворот колодца с небольшой крышей, а лезть в холодную воду никому из них не хотелось.

— Может, кинем монетку?

— У меня есть идея получше. — один из эльфов достал привязанное к вороту металлическое ведро и швырнул его в лежащего в воде парня — оно глухо ударилось о его грудь и свалившись в воду, начало плавать по красной от крови поверхности. — Вот, он вообще не шевелится.

— А если смертный вдруг выжил? Надо бы убедиться… — начал спорить его товарищ.

— Ну давай убедимся. — солдат схватил веревку и дергая её, заставил ведро несколько раз стукнуть труп по голове. — Видишь? Даже не шевелится!

— И все же…

— Слушай, ты хочешь спускаться вниз и возиться с дохляком? — потерял терпение его сослуживец. — Если так, то вперед — ныряй, я мешать не буду.

— Нет конечно!

— Тогда задание командира мы выполнили — человек мертвее некуда. А теперь давай обратно к нашим лошадям, мне еще подпругу зашивать…

Глава 4. Пора в путь?

— М-м-м… — плавающий на дне колодца парень тихо застонал и открыл глаза. — Так плохо мне еще никогда не было…

Голова молодого рыбака буквально раскалывалась, по плечу словно полоснули раскаленным мечом, а ногу как будто бы кто-то отгрыз ниже колена. И словно этого было мало, парня буквально трясло от холода. Судя по видимому Мизару наверху кусочку звездного неба, на дворе стояла уже глубокая ночь и в воде он лежал уже довольно долго.

— Ну хоть живой и то хорошо… — вымученно просипел парень, попытавшись коснуться дрожащими пальцами левой стороны своего лица — боль там была особенно сильной. Но когда он нащупал край равной раны, агония стала совсем невыносимой и Мизар с шипением отдернул руку от головы.

Молодому рыбаку не оставалось ничего, кроме как расслабиться и собравшись с силами, попытаться найти выход из этой ситуации. Все равно здесь он не мог толком разглядеть свои раны, хотя казалось бы — вода под боком, можно спокойно посмотреть в свое отражение. Но даже если не брать в расчет бегающую по воде от движений Мизара рябь, в колодце была полнейшая темнота, которую слегка разгонял лишь тусклый свет звезд на ночном небе далеко в вышине.

— А ведь на самом деле все не так уж и плохо?

Несмотря на все свои раны и невыносимую боль, Мизар был счастлив. Он выжил! Он смог избежать знакомства с лезвием косы Жнеца и даже не попал в руки эльфийских ублюдков!

Когда парень летел к воде, вся жизнь пронеслась у него перед глазами и рыбак уже представлял, как откроет глаза — а он уже покойник и его душа находится в Залах Мертвых, в ожидании Последнего Суда.

— Хе… Я же говорил ушастому, что он меня живым не получит… — рыбак зашелся в булькающем смехе, но резкая боль в голове остудила его порыв и поморщившись, он начал обдумывать, как ему выбраться из глубокого колодца.

Несмотря на отсутствие рядом представителей ушастого племени, лучше было поспешить. Пусть парень не был целителем и его пределом была промывка раны и наложение простой перевязки — но обычно лежание с открытыми ранами в холодной воде никому не добавляло здоровья.

"— Странно, когда я сюда свалился, его вроде здесь не было." — рыбак с подозрением покосился на железное ведро и довольно толстенький канат, к которому оно было привязано. — "Вислоухие, что, добить им меня пытались? Ай, да какая, в принципе, разница?" — Мизар посмотрел наверх и прикинул высоту, на которую ему нужно было взобраться. — "Если ушастые дурни сами всучили мне в руки шанс на спасение — я только скажу им спасибо и порадуюсь их глупости!"

Радость парня объяснялась довольно просто — примерно пару лет назад в этот же самый колодец умудрился свалиться пьяный в дрова бондарь. Дважды. В один и тот же день.

Чтобы вытащить пристрастившегося к выпивке ремесленника, отец Мизара вместо тонкой веревки приделал к вороту колодца крепкий канат, который был способен выдержать огромную тушу бондаря.

"— Вот только тогда они крутили рукоятку ворота вдвоем с Тирком, а мне придется выбираться самому… " — молодой рыбак с сомнением посмотрел на свои, едва видимые в темноте руки. В обычном состоянии он бы с легкостью взобрался наверх по веревке, но меткие остроухие ублюдки прострелили его ногу навылет — с кряхтением подтянув к себе раненую конечность, парень нащупал наполовину сломанную стрелу с отсутствующим оперением. — "Видать сломалась при падении, почти один наконечник и остался. Да и рана на лице должна быть из-за того же — зацепил стену, пока летел на дно. Ну, нечего разлеживаться — никто меня отсюда не вытащит. Время приниматься за дело!"

Сцепив зубы и игнорируя бьющую в виски боль, он вцепился в канат и перебирая руками, начал свое восхождение.

"— Раз-два, раз-два, раз-два…" — медленно, но верно, звездное небо становилось все ближе. Мизар был пусть и не слишком сильным или высоким, но все же довольно крепким парнем — жизнь на свежем воздухе, хорошая еда и постоянные нагрузки в принципе не давали деревенским ребятам обрасти жирком и небольшое пузо было лишь у сына лавочника, который должен был унаследовать отцовское дело и обладал таким же, как и у его отца пухлым телосложением. (А еще таким же мерзким характером) Но подниматься по скользкой от влаги веревке, используя только одни только руки и каждую секунду чувствуя невыносимую боль, для парня было тяжело. Но он не собирался умирать в этом колодце и потому упорно продолжал лезть наверх, не обращая на это внимания. — " Раз-два, раз-два… Осталось еще немного…"

Когда большая часть пути была уже позади, силы начали покидать молодого рыбака — пальцы уже не так крепко держали канат и он начал выскальзывать у парня из рук.

"— Ну уж нет!" — В отчаянии Мизар вцепился в веревку всем, чем только мог — обеими ладонями, невредимой ногой и даже зубами. Повторного падения на дно он бы попросту не пережил. Измученное тело начало выть волком и боль снова усилила свой натиск на разум парня, но собрав всю оставшуюся волю в кулак, он совершил последний рывок — и перевалившись через бортик колодца, измученно рухнул на землю.

Громкий хохот огласил округу — лежащему на спине Мизару было наплевать и на бьющую прямо в череп боль, и на то, что рядом могут быть пытавшиеся убить его эльфы. Он был счастлив! Он выбрался из этого проклятого всеми богами разом колодца и ничто не могло испортить этот миг!

Как следует отсмеявшись, пришедший в себя рыбак поднял голову и осмотрелся по сторонам.

— Да что б мне в Бездне оказаться! Кажется моя мечта о собственном доме откладывается на очень большой срок… И ставить его придется точно не здесь.

Зеленых Холмов больше не существовало. Нет, где-то далеко в ночи были видны покрытые травой холмы и скорее всего она все еще была зеленой, но вот сама деревня представляла из себя довольно унылое зрелище.

А точнее это было натуральное пепелище.

Вместо некогда аккуратных деревянных домов, Всюду, куда бы не падал взгляд парня были их обугленные остовы, над которыми вился едва заметный дымок.

"— Это ж сколько я без сознания пролежал, раз все успело прогореть до основания? Ладно, сейчас это не важно, лучше посмотрим-ка, что эти остроухие выродки сделали с моей ногой… " — Мизар подтянул к себе раненую конечность и начал её рассматривать в тусклом свете полной луны, что вышла на небосклон.

Стрела прошла навылет и перепачканный в крови листовидный наконечник торчал из покрытой подсохшей коркой крови раны, чуть ниже колена.

"— Здоровая, зараза! Точно больше тех, с которыми мы с отцом ходили на охоту." — несколько раз Чернобород брал сына с собой на лесной промысел, но ни желания, ни каких-либо успехов в обращении с луком у того не было и поэтому Фальк перестал это делать. — "Надо добраться до нашего дома и вытащить этот обломок, иначе придется отрезать всю ногу ниже колена. Староста как-то говорил, что если вовремя не обрабатывать подобные вещи, то начинается какая-то то ли зараза, то ли заражение… Неважно. В любом случае надо добраться до дома и посмотреть цел ли наш схрон. Ушастые не должны были его заметить, но мало ли?"

Схроны были практически у каждой семьи в их деревне. Как уже было сказано — камня в округе не было, все дома в Зеленых Холмах строили из дерева и полыхнуть те могли практически при любом удобном случае, будь то изредка, но все же бывавшая, засуха или просто неосторожное обращение с огнем. На такой случай люди выкапывали погреб и держали там немного припасов, чтобы не умереть с голоду в случае пожара — еда, деньги, одежда и прочие полезные вещи. Со стороны такой схрон был не слишком заметен и в отличие от зданий — был абсолютно не горючим, так что Мизар сомневался, что длинноухие выродки стали бы спускаться в каждый такой погреб, чтобы испортить припасы. Это же был не деревянный дом, на который кинь факел и тот сам сгорит, тут нужно было лишний раз поработать руками. А судя по видневшейся в конце улицы куче мертвых тел, эльфы пришли сюда не грабить или захватывать в плен, а с конкретной целью — уничтожить деревню и всех её жителей. И после её исполнения, оставаться им в Зеленых Холмах было попросту незачем.

"— Мне же лучше — если они все тут пожгли и ускакали прочь, то вряд ли вернутся в село снова." — перевернувшись на живот, Мизар устало вздохнул, но упорно пополз в сторону своего дома, постоянно прислушиваясь — не слышен ли рядом стук лошадиных копыт и стараясь не задевать землю торчавшей из колена стрелой — каждое такое касание отдавалось в его голове новой вспышкой боли.

Путь молодого рыбака лежал мимо того места, где вислоухие стрелки перебили почти всех жителей его деревни — от кучи трупов уже начало пахнуть гнильцой и нечистотами, но задержав дыхание, парень просто двинулся дальше, огибая самые вонючие места и переползая через некоторых мертвецов. Им было уже никак не помочь и смысла смотреть на лица покойников и причитать по поводу их ужасной кончины Мизар попросту не видел, а потому не обращал внимания на своих бывших соседей.

Но кое-что все же привлекло его внимание — когда рыбак преодолел этот участок дороги, то заметил у крыльца сгоревшего дома металлический отблеск. Приглядевшись, он увидел, что это был Тирк — старый сослуживец его отца. Ну, вернее его тело — одетый в кольчужную рубашку и держа в одной руке короткий меч, а в другой — круглый щит, мужчина привалился к обгорелой балке и казалось бы спал. Но торчащие в груди несколько стрел с белым оперением и натекшая под ним лужа крови намекала, что седой дровосек уже больше никогда не возьмется за свой топор.

"— Так вот чем ты тогда гремел в своем доме — искал оружие и броню." — посмотрев на короткий меч, что старый солдат удерживал в руке, Мизар уважительно хмыкнул. — "Тоже догадался об опасности, но решил остаться со всеми и уйти как подобает воину Фарола? Не могу сказать, что одобряю твой выбор, но… Пусть Творец смилуется над твоей душой. " — судя по алым подтекам на кончике клинка Тирка, бескровно его одолеть эльфы не смогли и бывший солдат Десятой Тысячи все-таки зацепил кого-то из них перед смертью. — " Упрямый дурак."

Сделав отгоняющий темных духов знак, парень пополз дальше. Сейчас ему было не до покойников — самому бы к ним не присоединиться.

Достигнув обгорелых стен родного подворья, рыбак унылым взглядом окинул обугленный остов дома своей семьи и тихо выругавшись пополз к скрытому дерном входу в подпол.

"— Если бы вместо того, чтобы толпиться на главной улице все бросились к таким вот убежищам — кто-то нибудь мог бы и уцелеть. " — подцепив едва заметную в траве веревку, Мизар поднял крышку с верхним слоем земли и свесив ноги вниз, начал осторожно спускаться в темноту по небольшой лесенке. — "А может всех бы просто выкурили из нор или перебили бы прямо в них."

Высота здесь была небольшой, всего-то пару метров, ведь выкапывать огромное подземное убежище просто не было смысла — не было в небогатой деревушке у людей огромных запасов. Как только его нога коснулась земли, Мизар на ощупь нашел в небольшой боковой выемке огниво с небольшой масляной лампой. Дрожащие руки сами высекли искру — достаточно было поднести их друг к другу и тусклый, неровный свет разогнал мрак подвала, показывая несколько полок и ящиков, забитых долгохранящейся снедью.

"— Где же ты… А! Вот и то, что мне сейчас нужнее всего…" — припадая на раненую ногу, рыбак взял с ближайшей полки бутылку с мутным содержимым и чистую тряпку. Рухнув на стоявший в углу сундук, он поставил на пол лампу, вытащил зубами пробку и выплюнув её в сторону, сделал из бутылки глубокий глоток. — "Уй! Какая же гадость эта спиртовая настойка… И как только её отец пьет? Ну хоть станет немного полегче." — И в самом деле, вскоре череп Мизара перестал разваливаться на части и боль немного поутихла. — "А теперь самое сложное… " — Наконечник стрелы вышел на свет не полностью, а лишь частью и ухватиться за него не было возможности. Поэтому стрелу пришлось вытаскивать иным путем.

Смотав тряпку в толстый жгут, рыбак закусил его и собравшись с духом, резко надавил на торчавшее снаружи древко.

Несмотря на глоток "обезболивающего", та вновь голодным зверем набросилась на разум Мизара, начав рвать на части его самообладание на части и молодой рыбак со стоном отступил.

— Аргх… Это оказалось немного сложнее, чем я думал. — Парень сделал еще одну попытку, но и в этот раз ему не удалось закончить начатое — чем сильнее он пытался продавить стрелу дальше — тем сильнее становилась боль. Но её нужно было вытащить и сделать это можно было только одним способом — стрела должна была пройти до конца и вылезти со стороны наконечника, который нельзя было оставлять в ране, иначе нога попросту начала бы гнить. А тащить стрелу назад было просто верхом идиотизма — мало того, что листовидный наконечник разворотил бы в половину икры Мизара, так и боль бы была в несколько раз сильнее. — Ну, еще разок!

Парень изо всех сил надавил на древко и распоров кожу, наконечник стрелы полностью вылез из его ноги, хоть боль и стала настолько сильной, что рыбак просто откинулся назад, пытаясь отдышаться.

Но это была победа — основная часть работы была уже позади и взявшись за показавшееся наружу древко, Мизар просто вытащил обломок стрелы и с ненавистью отшвырнул доставивший ему столько проблем предмет куда-то в темноту.

Вылив на порез на лице и начавшую кровоточить рану остатки настойки, парень пустил на тряпки одно из нескольких лежащих рядом одеял и споро наложив на них повязки, похромал к открытой крышке подпола. Закрыв её на небольшую щеколду, рыбак вернулся к сундуку и задув огонек в лампе, устало развалился прямо на нем.

Судорожная гонка со смертью наконец-то дала ему небольшую передышку и можно было немного отдохнуть, а решить, что же делать дальше, можно было и проспавшись, на свежую голову.

Это не заняло много времени — разум Мизара канул во мрак, как только его голова коснулась оббитого металлом дерева…

***

— Сухари. Сверток с солониной. Бурдюк с водой. Пара ножей. Моток веревки… — стоящий в темном подвале парень складывал в заплечный мешок все необходимые для долгого перехода припасы. С момента, когда Мизар выбрался из колодца прошло несколько дней, за которые рыбак кое-как смог прийти в себя и обдумать свои дальнейшие действия.

С Зеленых Холмов нужно было уходить однозначно — если не из-за того, что рыбак собирался найти свою семью, то хотя бы потому что жить рядом с кучей трупов было попросту опасно — скоро те должны были начать гнить, а там и подцепить какую-нибудь заразу было проще простого.

Оставался вопрос, куда можно было в принципе пойти из самой дальней деревни Западного края королевства Фарол, и тут все было несколько проще. Спуститься по воде, вслед за отцом Мизар не мог — в довесок к сожжённым домам остроухие ублюдки не поленились уничтожить все оставшиеся в деревне лодки. Да и даже если бы те были целые и оказались способны держаться на плаву — куда нужно было плыть рыбак попросту не знал. Вниз по течению было лишь море, на котором он никогда не был — незачем. Скорее всего Чернобород спустился вниз по реке и направившись вдоль берега на восток, вышел к какому-нибудь прибрежному городку Южного края Фарола, но куда конкретно и к какому именно городу — парень мог лишь гадать.

Так что оставался лишь путь по земле и тут было несколько возможных вариантов. Центральная дорога была самым быстрым способом добраться до ближайшей переправы и вообще выйти к людям, вот только шла она между холмов, прямо посреди огромного открытого пространства и любой путник был там прямо как на ладони. А где-то по округе гулял конный отряд сильно не любящих людей эльфов, которые обладали быстрыми конями, хорошим зрением и умели далеко и очень метко стрелять из лука.

Не желая превращаться в ежа или подушечку для иголок, Мизар решил пойти другим путем.

Западная дорога, в отличие от первого варианта шла вдоль опушки Великого Леса и казалось бы — была намного длиннее и опаснее, ведь находилась под боком у тех же самых эльфов, которые сожгли Зеленые Холмы. Но на деле это был куда более легкий и надежный способ выбраться к людям — ходить по дороге рядом с лесом жителям этого самого леса было попросту незачем и если не углубляться в чащу, шанс нарваться на длинноухих там был намного ниже. К тому же там было где спрятаться — дорога была неровной и рядом с ней было множество кустов и оврагов, в которых можно было схорониться.

"— Вроде все взял. "- закончив складывать припасы в мешок, Мизар завязал его горловину и накинув на плечи найденную в подполе старую, выцветшую накидку, взял в руку длинную палку. — "Пора в путь?"

Глава 5. Не герой

— Мне кажется, эта война затянется надолго. Судя по последним новостям, короткоживущие оказались довольно упрямы — даже несмотря на понесенные потери их солдаты продолжают цепляться за укрепления и не собираются отступать. Если бы не приказ нашего Князя, это было бы даже забавно…

— Ты получаешь новости из Главного Дома? И что нового говорят? В последний раз я был дома лет десять назад, так что уже давно не слышал свежих вестей.

— Десять лет? Затянулась твоя патрульная служба, обычно после пяти уже отсылают на неделю-другую обратно в столицу — чтобы не забывал, как родной лес выглядит. Ты что-то натворил?

— Да наш командир тот еще… Любитель жуков-листоедов. Заметил, что у меня тетива на луке самодельная и начал допытываться, где та, которую выдавали при заступлении на пост. Вот и удвоил срок службы в качестве наказания, что б его короед полюбил! Да демоны с ним, все равно скоро срок закончится, лучше расскажи, что новенького слышно?

Двое эльфийских солдат неспешно шли по виляющей вдоль опушки Великого Леса дороге.

— Да говорят, что наши разведчики умудрились вспугнуть одного из людских командиров и тот послал на левый берег Серебряной часть своих бойцов. Когда крыло Лирузиля напало на переправы — они ударили нашим солдатам в спину из-за чего наступление чуть было не захлебнулось. В конце концов их все-таки отбросили, а переправы — разрушили, но нашей крови смертные тогда пролили изрядно, да и половина их отряда смогла уцелеть, и прорваться на наш берег. Они до сих пор где-то там бегают, если всех еще не перебили. Криков из-за этого было… Даже самого Кровавого Клинка в столицу вызвали, чтобы тот объяснил, как это случилось.

— Неужели столичные пустословы осмелились что-то требовать от самого Фирлика? — слушающий своего товарища солдат взволнованно зашевелил ушами. — И как, что тот сделал?

— Да как обычно — публично послал их выискивать капустную тлю в луковых грядках. — фыркнул в ответ его сослуживец. — Ты же знаешь, что осадить этого старика может лишь Великий Князь — всех остальных он даже слушать не станет. Но головы тогда все равно полетели, только виновные прятались по углам уже от самого генерала, которому тоже было весьма интересно, кто из его солдат настолько неловкий, что своим мельтешением умудрился предупредить противника о грядущем наступлении. Вроде кого-то даже нашли, но… Сам понимаешь — если Фирлик ищет виновных, ему дадут виновных, даже если на деле те просто мимо проходили.

— Это да, у генерала нрав суровый. Но таким он и должен быть у ветерана всех войн, в которых мы участвовали за последние несколько тысячелетий? Верно?

— Абсолютно. — согласно кивнул длинноволосый эльф. — Кстати об ветеранах… Помнишь новичка, которого отправили в рейд по деревням смертных? Ну, того, который еще командиру Лирузилю нахамил?

— Это того, кому потом в отряд отребье со всей армии спихнули? Такого не забудешь. А что с ним?

— Представляешь, он умудрился в одной из людских деревень сразу двоих солдат потерять! Двоих! В деревне со смертными крестьянами! — рассказчик громко рассмеялся и вытер вылезшую от сильного смеха слезу. — Вот же неудачник!

— Двоих обученных всадников, с несколькими столетиями боевого опыта? В человеческой деревне, против крестьян с граблями и лопатами? Они что, там, с коней свалились вниз головой? — скептически посмотрел на своего товарища едущий рядом всадник.

— Да нет, остальные бойцы того отряда говорят что то ли на сумасшедшего, то ли на какую-то демоническую тварь наткнулись — они сами толком не поняли, что произошло. Больше мог бы рассказать сам новичок, но тот молчит как рыба и говорить не хочет. В общем-то немудрено — у него половина лица в ожогах, весь перебинтованный по лагерю ходит, лечебными мазями воняет.

— Так что там случилось-то?

— Да поначалу все как обычно было — доскакали до дальнего села, люди выбежали на улицу, собрались в кучу… — громко фыркнув, эльф кивнул в сторону расстилающихся от них по правую руку зеленых полей — Здесь же никаких войн уже больше половины тысячелетия не было — настоящий край непуганых идиотов. Как угрозу смертные нас не считали, а потому даже отребье из того отряда смогло справиться с настолько простой задачей. Закончив с основной частью толпы, эти неумехи даже не догадались выставить оцепления — сразу разбежались по деревне и начали выискивать оставшихся селян. Обычная зачистка, как всегда бывает при таких приказах. И вот тут-то начались проблемы… Один из смертных заранее что-то заподозрил и не пошел с остальными людьми, а вместо этого устроил там игру в догонялки, попутно как следует пройдясь палкой по лицу нашего знакомого и устроив чуть ли не прорыв из Бездны. В итоге, его все равно прихлопнули, но особо довольным от этого наш "друг" не выглядел, видимо, хотел своими руками устроить человеку куда более мучительную кончину.

— Людской крестьянин чуть было не избил обученного эльфийского воина? — второй боец аж закашлялся от такой новости. — Звучит как начало несмешной шутки.

— Такого, как наш общий знакомый и улитка одолеть сможет — ты же видел, что гонору у него много, а вот с мозгами туговато, раз на сына самого Кровавого Клинка полез. Новичку еще повезло, что Лирузиль его на дуэль не вызвал — иначе сразу бы отправился в чертоги к Хозяину Леса.

— Ха-ха, действительно забавная история. Как ты думаешь, насколько долго новичку придется отмываться от этого позора? Такой прокол ему еще долго вспоминать будут…

— И поделом!

Пара эльфийских солдат громко захохотала и продолжила неспешно обходить дозором свой участок.

***

А вцепившийся в толстую ветку рыбак висел на дереве на манер чудной зверушки из дальних стран и про себя слал проклятия парочке длинноухих солдат внизу, которым приспичило пройти по той же самой дороге, по которой он решил выбраться из Зеленых Холмов. Хорошо еще, что постоянно прислушивающийся к окружению парень услышал двух патрульных раньше, чем те его увидели и мысленно воя от боли в раненой ноге, успел взгромоздиться на ближайшее дерево.

"— Ур-р-роды! И что ж вам в чаще не сидится?!" — Густая листва надежно скрывала Мизара, а не привыкшие постоянно смотреть наверх эльфы спокойно о чем-то переговаривались на своем языке, изредка взрываясь вспышками громкого смеха. — "Какого демона они вообще тут делают?!"

Обычно по Западной дороге можно было скакать пару недель и не встретить ни одной живой души, а тут он уже второй раз за неделю натыкался на патрулирующих её эльфов. И лишь каким-то чудом умудрялся каждый раз от них спрятаться. Ну, и еще дело было в невнимательности самих патрульных — остроухие солдаты делали свою работу нехотя и с какой-то непонятной парню ленцой.

"— Похоже, что ушастые выродки уже начали чувствовать себя полноценными хозяевами этой земли, раз солдаты недалеко от границы начали вести себя настолько расхлябанно." — рыбак прислушался, как внизу стихают звуки шагов патрульных. — "Или у них есть на то причины…"

Мизар предпочитал не думать о том, что сейчас происходит по всему остальному Западному краю. Парень догадывался, что нападение на его деревню было не единственным. У остроухих убийц просто не было причин соваться конкретно в Зеленые Холмы — жители его родного села жили обособленно, никогда не ссорились с лесными долгожителями и в целом старались лишний раз их не нервировать — мало ли что стукнет в ушастую голову? И раз те все равно зачем-то решили стереть человеческую деревушку с лица земли, значит дело было не конкретно в ней, а во всех людях в целом.

"— Надо добраться до ближайшего села и посмотреть, что происходит там. Если вислоухие и её пожгли, значит началась полноценная война и надо рвать когти из прекрасного королевства Фарол, да побыстрее." — выждав некоторое время, чтобы патрульные успели отойти подальше, рыбак с кряхтением спустился вниз и поправив мешок за плечами, направился вслед за ушедшими далеко вперед солдатами. — "Где-то тут была деревушка, через которую можно было выйти к одной из переправ. Может, получится пробраться на левый берег реки? А там уже можно будет и начать поиски семьи. Надеюсь, что отец не решил снова заступить на службу? С его-то характером Фальк точно полезет "Защищать родину"."

Мизар тихо фыркнул.

В отличие от своего родителя, молодой рыбак не горел желанием умирать за "отчизну" — ничего, кроме изредка приезжавшего сборщика налогов и иногда бывавшего в Зеленых Холмах жреца из храма Творца, он от Фарола никогда не видел, а вот попасть под раздачу и лишиться головы в виде солдата одной из её Тысяч можно было запросто.

"— И где эта хваленая Фарольская армия, про которую мне отец столько раз рассказывал? Эльфы режут людей и шастают по стране, как у себя дома, а они и в ус не дуют — я за неделю ни одного живого создания, с нормальной длинной ушей не встретил!" — злобно пыхтя и все время оглядываясь по сторонам, парень шел вперед по дороге. — " За десятиной бы так хоть раз опоздали, сволочи! "

Мысленно костеря сборщиков налогов и всю королевскую власть в целом, рыбак двигался в сторону места, где по его памяти должна была быть еще одна деревня. Мизар редко бывал там, в основном, когда торговцы собирались вместе и устраивали всеобщую ярмарку, на которую стекались люди со всей округи, но дорогу помнил неплохо и когда за очередным поворотом оказался спуск к стоящим за частоколом домам, это не стало для него неожиданностью. А вот когда парень посмотрел вниз по дороге…

"— Просто прекрасно… Боги меня точно любят." — зло сплюнув на землю, Мизар посмотрел на витающий над обугленными остатками зданий черный дым. Это село было куда богаче, чем деревня рыбака — настоящий поселок, которому и до небольшого городка оставалось всего ничего. Но он был сожжен абсолютно также, хоть сделано это было и недавно — некоторые из домов были внешне целыми и их еще не коснулось вечно голодное пламя. — "А это еще кто?"

Посреди обгорелых остовов быстро двигались несколько мужчин. С такого расстояния Мизар не видел их ушей, но надеялся, что это все же были люди — одетые в серые накидки поверх кожаных доспехов и с короткими клинками в руках, они шли по направлению к уцелевшим домам, постоянно крутя головами из-под глубоких капюшонов и с опаской озираясь по сторонам.

Затаившись в ближайших кустах, из которых вся деревня была как на ладони, рыбак с любопытством начал следить за странными людьми и вскоре понял причину их необычного поведения — когда "накидки" добрались до небольшой площади с фонтаном (Он не знал, кому и сколько золота отвалили богатеи из этой деревни, но фонтан был гордостью и главной достопримечательностью поселения, из-за которой именно здесь ярмарки в основном и проводили.), из ближайших переулков с воинственными кличами появились уже знакомые Мизару конные лучники. Десяток всадников прямо на ходу начал стрелять по заметавшихся в панике людям, но среди тех оказался не потерявший хладнокровия боец — тучный мужчина выхватил из-под накидки короткий арбалет и разрядил его в ближайшего всадника. От силы выстрела небольшого на вид устройства, ушастого лучника просто вынесло из седла, а пузан бросился к фонтану, прямо на ходу перезаряжая свое оружие и что-то рыча остальным.

"— Подберусь-ка я поближе… " — Мизар не слишком-то хотел соваться к незнакомым людям, но у них было одно весомое качество, которое в этот момент перевешивало все остальные — они сражались с длинноухими выродками и судя по небольшому числу последних, шансы у любителей плащей были неплохими. — "На солдат Фарола не похожи… Может, это отряд наемников? Город-то торговый, вот и нанял какой купчина себе охрану."

Примерно с такими же мыслями парень прихрамывая на раненую ногу, спустился вниз к частоколу и перекинув мешок со припасами через деревянные колья, протиснулся через щель между бревнами, благо в деревянной стене их было предостаточно. Похоже, что крупное село не сдалось без боя и активно сопротивлялось, успев попортить немало крови нападавшим — весь частокол был покрыт пятнами копоти и отметинами от горящих стрел. Но это все же была деревня, а не форт, из-за чего исход боя был предрешен еще до его начала.

Идя среди обгорелых остовов домов и огибая утыканные стрелами трупы как беззащитных крестьян, так и бойцов с оружием, рыбак добрался до более-менее уцелевшей части деревни. Услышав близкое ржание взволнованных коней и громкую ругань на фарольском, он прислонился к стене ближайшего дома и осторожно выглянул из-за угла.

— Хотите кусочек меня, остроухие выродки?! Так идите и возьмите?! Кто первым хочет стать удобрением для своих любимых растений?! — картина, открывшаяся молодому рыбаку вызывала у него стойкое чувство, что где-то он уже это видел. Четверо уцелевших эльфийских бойцов окружили дом, из-за закрытой двери которого доносилась громкая ругань. Неизвестный сквернослов настолько красиво поносил весь ушастый род, что невольно заслушавшийся парень на какой-то миг даже впал в ступор. — Что, боитесь?! И правильно делаете, отрыжка демонического осла!

— Ты лишь оттягиваешь неизбежное, смертный. — Услышав знакомые слова, рыбак скривился так, словно сожрал в одно лицо целую бочку лука. Похоже, что эльфийские командиры не блистали оригинальностью и речи им писал один и тот же ушастый деятель — примерно то же самое говорил самому Мизару лидер отряда, напавшего на его деревню. — Ты остался один и все твои товарищи уже отправились на суд богов. Лучше сдайся сам — тогда твоя смерть будет быстрой и безболезненной. Эльфы — благородный народ и несмотря на наше долголетие, у нас нет лишнего времени.

— Да в выгребной яме я видел и "благородство" бесчестных ублюдков, нападающих на ни в чем не повинных людей и весь ваш Лес в придачу! Хотите взять меня — придется попотеть!

"— Так, надо что-то быстро придумать, пока они не начали ломать дверь! " — в отличие от нападения на деревню Мизара, здесь остроухие убийцы не собирались никого брать живьем, а значит следовало поспешить.

Покопавшись в заплечном мешке, рыбак достал из него моток металлической лески — парень достал эту вещицу на последней ярмарке и хотел подарить отцу на следующий день рождения, но не успел этого сделать. Вещь это была не то, чтобы дорогая — просто редкая в их краях.

Снова выглянув из-за угла и прикинув примерный рост конного эльфа, парень похромал в конец улицы, туда, где был очень узкий проход между двумя домами и натянул леску на манер паутины между зданиями на уровне головы коня. Он не забыл уроков своего отца — в отличие от облаченных в кольчугу лучников, их звери были куда уязвимее и намного пугливей своих наездников, а значит по ним следовало бить в первую очередь.

Тем более, что в своем текущем состоянии и с раненой ногой он не смог бы убежать не то, что от всадника, а даже от пешего врага. Но вот руки у него были в порядке и зайдя в ближайший к первой ловушке обгорелый дом, он повторил свою задумку, натянув леску в дверном проеме, но на этот раз уже метя на уровень шеи человека. Ну, или эльфа — телосложение у этих двух рас было примерно одинаковое и главное тут было попасть в незащищенный броней участок, а там враг уже сам перережет себе глотку, ведь стальных воротников на шеях у эльфов Мизар не видел.

Выйдя обратно на улицу, Мизар начал осматривать трупы погибших солдат в поисках подходящего оружия.

План парня был предельно прост — он поставил западню на самом кратчайшем пути между ним и домом, где заперся выживший из отряда "накидок" и оставалось лишь позвать вислоухих. Рыбак не знал, сколько всего на пожарище было эльфийских солдат, но подозревал, что кроме четверки, готовящейся брать штурмом забаррикадировавшегося врага, длинноухих в округе больше не было и решил разделить противника, заманив его в западню и изобразив из себя легкую добычу — не понимавшего что происходит крестьянина, который пришел в город в поисках помощи.(отчасти это даже было правдой — Мизар действительно не понимал, зачем их лесные соседи внезапно начали резать людей)

"— Не то… Слишком длинный… А вот это подойдет!" — найдя труп с небольшой палицей, парень выдрал оружие из окоченевших пальцев мертвеца. — "С всякими мечами я все равно обращаться не умею, но вот с этой дубинкой должен легко справиться. Ладно, позовем-ка гостей на наш праздничек… Интересно, я смогу достаточно убедительно сыграть свою роль?"

— Ау! Люди! Здесь есть кто-нибудь?!

Глава 6. Новые лица

— Ау! Люди! Здесь есть кто-нибудь?!

Где-то за домами послышались громкие крики на людском языке. Какой-то селянин истошно крича, пытался найти хоть кого-то из своей расы — привычная в последнее время картина, которую эльфийские солдаты уже не раз видели и не раз использовали в своих целях, приманивая к таким вот крикунам человеческих бойцов или просто лишая жизни очередного смертного.

— Займитесь им, а мы пока посторожим "домоседа". - командир отряда кивнул своим подчиненным в сторону продолжавшихся криков и пара спешившихся ранее бойцов взгромоздилась обратно на коней. Пришпорив своих скакунов, всадники поскакали на крики и быстро скрылись за поворотом. — А вы двое — глаз с него не спускайте. Ту всего один вход и…

Речь эльфа прервал арбалетный болт, вылезший у него прямо аккурат между глаз и забрызгавший кровью лица стоящих рядом бойцов.

— И очень хороший вид из окна! — прежде чем солдаты успели натянуть тетивы на луках, спрятавшийся в доме стрелок спрятался обратно в здание и из-за закрытых дверей донёсся издевательский смех. — Что, выродки, съели?! Подходите ближе, у болтов на весь Великий Лес хватит!

***

Добравшись до места, откуда исходили людские крики, пара всадников увидела в конце улицы молодого парня с замотанным в тряпки лицом, который тыкал палкой в один из трупов. Выглядел он как обычный беженец — серая накидка, выцветшая одежда, да тощий мешок за плечами. Сколько они таких крестьян уже перебили эльфийские разведчики даже не считали, а потому без лишних слов обнажили клинки и направили своих коней к поднявшему на стук копыт голову смертному — тратить качественную эльфийскую стрелу на подобный мусор бойцы посчитали излишним.

— Ч-что? Опять вы?! — двигающийся впереди солдат презрительно хмыкнул, когда испуганный крестьянин с паническим воплем испуганно плюхнулся на задницу и вскочив на ноги, бросился прочь, прихрамывая на одну ногу. — Не троньте меня!

"— Похоже, что этот смертный уже сталкивался с одним из наших отрядов. " — лениво подумал эльфийский наездник, нагоняя пытавшуюся удрать жертву. — "И вот опять оказался на нашем пути. Воистину людские боги глухи к молитвам своей паствы…"

Несмотря на всю пролитую им кровь в мыслях этого длинноухого долгожителя не было ни злобы, ни презрения к смертным расам, когда он отводил руку со слегка изогнутым клинком назад, собираясь снести голову человека с плеч — лишь желание как можно лучше выполнить приказ Великого Князя и поскорее вернуться домой.

Спина убегающего парня была все ближе, еще секунда — и боец должен был нанести свой смертельный удар, но внезапно его лошадь повело в сторону, как будто она на врезалась во что-то невидимое и на полном скаку она ударилась об стену ближайшего дома, сбросив на землю своего наездника.

Вылетев из седла, эльф упал позади своего ездового животного и замотал головой, пытаясь остановить звон в ушах, что и стало его погибелью. Заметавшееся в панике от боли животное встало на дыбы и завалившись назад, всем своим огромным весом рухнуло на хозяина, раздавив воина прямо в его доспехах.

— Гелатиль?! — второй всадник дернул поводья, останавливая свою лошадь, но его товарищу было уже не помочь — неестественно вывернутая шея и растекающаяся под телом лужа крови не оставляла места для иных вариантов — эльф был уже мертв. — Смертная падаль!

С яростным криком соратник погибшего выхватил лук и сделал выстрел в сторону убегающего парня, но было уже поздно — только выцветший плащ мелькнул среди обгорелых остовов, когда оперенная стрела вонзилась в покрытую копотью стену.

— Я ни в чем не виноват! — до ушей бойца донесся истошный визг насмерть перепуганного селянина. — Оставьте меня в покое!

"— Я отправлю тебя туда, где тебя будет ждать вечный покой!" — спешившись, чтобы его конь не попал в еще одну ловушку, эльфийский боец обнажил свой меч и с оголенным клинком наперевес продолжил погоню. Его враг был совсем рядом — из обгорелого остова одного из домов слышалось тихое хныканье. — "Спрятаться не выйдет, смертная тварь!"

Стараясь не шуметь, воин ринулся на звук, но стоило ему только сделать шаг в дверной проем, как в его шею пронзила резкая боль. Закашлявшись, солдат нащупал металлическую леску, врезавшуюся в его кожу — из-под пальцев мужчины на обгорелый пол закапала красная кровь.

— Я ни в чем не виноват…

Подняв голову, боец увидел рядом с собой все того же молодого парня, который уже занес для удара железную булаву. От сильного удара в лицо голова эльфа мотнулась назад и он упал на спину. Мир плыл и вращался перед его глазами, а слова человека вбивались в его голову, словно раскаленные гвозди.

— Вы сами пришли в мой дом…

***

Булава с хрустом сломала нос противника и вновь взметнулась в воздух, чтобы снова обрушиться на распластанного на обгорелом полу длинноухого солдата.

Вскоре тот перестал шевелиться, но Мизар продолжал раз за разом наносить удары по лицу бессознательного врага и не остановился даже тогда, когда шлем на голове эльфа смялся и уменьшился почти вдвое, а во все стороны брызнула кровь и содержимое его черепа. Ни разу не сражавшийся насмерть парень впервые отнимал жизнь разумного создания, и был взвинчен до упора, а потому не знал, когда нужно было остановиться и от занятия его оторвало лишь громкое покашливание за спиной.

— Будь молодцом — сними-ка капюшон и покажи мне свои ушки. — позади рыбака стоял уже виденный им тучный мужчина в накидке, держа в руках арбалет, который сейчас был заряжен и нацелен на Мизара. — И делай это поживее — иначе наше с тобой знакомство будет очень коротким.

Выронив стукнувшую по доскам булаву, парень подчинился его требованию и стянув с головы выцветший капюшон, продемонстрировал обычные, людские уши.

— Человек? Вот уж не ожидал встретить тут кого-то из наших! — опустив оружие, стрелок повторил действия Мизара и откинув назад серую ткань, открыл свое лицо. Квадратная челюсть и лысая голова с маленькими глазами не слишком-то вязалась с объёмным пузом невысокого мужчины, но приглядевшись повнимательнее, рыбак заметил, что под слоем жира у того настолько отчетливо проступали мышцы, что скрыть их не получалось даже кожаному нагруднику. — Ты извини, что чуть тебя не пристрелил — после того, как наш отряд заманили в засаду остроухих, лучше немного перебдеть. А здесь у нас что?

Закинув арбалет на плечо, стрелок подошел к Мизару и удивленно присвистнул, глядя на превращенную в кашу голову остроухого солдата.

— Грязновато работаешь, но зато с гарантией. Кстати, я видел недалеко отсюда еще одного мертвяка со сломанной шеей, тоже твоя работа? Ты из наймитов?

— Нет, — Покачал головой слегка успокоившийся парень. — Рыбак. Просто испугался немного.

— Нда… Если бы все бойцы в моем отряде так "пугались" — мы бы уже загнали остроухих выродков прямо на ветки их Великого Дуба. Глядишь, тогда бы кто-нибудь, кроме меня из отряда и выжил бы. — коротко хохотнул пузан, ковырнув носком сапога кровавое месиво. — В первый раз что-ли убиваешь? А ну-ка, что тут у нас… — не дожидаясь ответа, он присел рядом с трупом и ловко стащив с руки эльфа серебряный перстень, кинул его Мизару. — Парень, я конечно понимаю, что первый раз — самый яркий, но ты про боевые трофеи-то не забывай! В жизни деньги всегда пригодятся!

— Больше не буду. — поймав кольцо, рыбак закинул его в заплечный мешок и повернулся обратно к лысому мужчине. — А ты кто вообще? И что здесь делаешь?

— Ай, дурья моя башка — привык уже молодняк строить и опять начал уму-разуму учить, даже забыв представиться! — лысый стрелок втянул свой большой живот, выпрямился и ударил сжатым кулаком напротив сердца. — Десятник Вогаш, командир второго дозорного отряда седьмой сотни Тысячи Первой Крови! — выполнив воинское приветствие, солдат расслабился и добавил уже немного спокойнее — И похоже, что единственный, кто остался в живых из всей нашей сотни. Но мой рассказ потерпит до нашего небольшого убежища — как насчет там сейчас и укрыться, на случай, если в округе найдутся еще ушастые выродки? Из этого отряда живым точно никто не ушел, а других тут быть не должно, но за береженым и Творец почаще приглядывает, верно? Заодно и познакомимся как следует, а то эти ребята не слишком-то настраивают на дружеское общение. — он пнул бок изувеченного трупа.

— Веди.

***

— Вот тут и находится лежка нашего отряда. — отложив арбалет в сторону, Вогаш присел на пепелище одного из домов на окраине поселка и расчистив небольшой участок от золы и пепла, потянул за оказавшееся под ними металлическое кольцо. Это оказалась крышка небольшого люка, подняв который он взял в руку заранее приготовленный факел и осветил уходящие вниз каменные ступени. — Когда остатки нашей сотни пришли в этот городок, то расположились на постой в домах местных жителей. Те, конечно были не слишком рады названным гостям, но деваться-то людям было некуда — от ушастой угрозы мы были единственной защитой, так что скрипя зубами, нам позволили остаться. Тут стоял дом местного дубильщика, а в подвале он хранил обработанную кожу, поэтому не обращай внимания на необычный запах. Хотя, сейчас наверное все уже гарью провоняло. Мне-то уже все равно, нанюхался по самое немогу… И смотри куда ногу ставишь — свалиться вниз и свернуть себе шею тут можно запросто!

Идя следом за десятником, Мизар с любопытством осматривался по сторонам.

В темноте, которую разгонял лишь тусклый свет факела в руке тучного солдата, виднелись широкие стеллажи, заполненные разным оружием и боеприпасами, делая помещение похожим на какой-то арсенал.

— Когда кожедёра подстрелили, мы тут обосновались и стащили сюда все, до чего только дотянулись руки. — вставив факел в держатель на одной из полок, Вогаш указал парню на стоящую рядом с длинным столом бочку. — Ты присаживайся, в ногах правды нет. Есть хочешь? Я бы сейчас перекусить не отказался. У нас тут есть запасец солонины и сухарей, так что с голоду точно не помрем. Жаль, что тарелок нету, но мы же и не благородные? Можем и руками поесть… — пошуршав чем-то за пределами круга света, десятник вернулся к Мизару и вывалил из плотного мешка на стол соленое мясо. — Тебя, кстати, как зовут-то? А то сам представился, а твое имя спросить забыл.

— Мизар я. Рыбак из Зеленых Холмов. — Парень с удовольствием вгрызся в солонину. Запасы в заплечном мешке были не бесконечны и поэтому он предпочитал экономить собственную провизию, стараясь есть как можно реже. — На нас тоже напали, но я уцелел и вот — иду к людям. Правда, я надеялся, что хотя бы сюда ушастые не рискнут сунутся.

— С чего бы? — Вогаш уселся на ящик с другой стороны стола и достав кувшин с водой, разлив её по двум деревянным плашкам, тоже начал подкрепляться жестким мясом. — Они же все деревни от Южного Моря и до Ледяного Пика вырезали подчистую, думаешь эти уроды на одно укрепленное поселение побоятся напасть?

— Мало ли… — Мизар неопределенно пожал плечами. — Других вариантов у меня все равно не было. А что вообще случилось? С чего вдруг в наших лесных соседях проснулась такая кровожадность?

— Да демоны их знают! — тучный мужчина закинул в широкий рот сразу несколько кусочков солонины и залпом допив воду, вытер рот тыльной стороной ладони. — Может их Князь настойки из мухоморов хлебнул, а может мы на куст какой ненароком наступили. Когда нас сюда направил капитан Янгар, мы и понятия не имели, на что именно наткнемся и уж точно не ждали такого напора. Сотнику сказали проверить территорию и ждать дальнейших приказов, но что именно насторожило командира нашей Тысячи, знает только он сам. И думается мне, что такой резни даже капитан не предвидел, иначе мы бы не полезли одной сотней вглубь Западного Края, а укрепились бы на этом берегу сразу всей тысячей и никакие остроухие уроды нас бы отсюда не выбили! А теперь…

— Все настолько плохо? — Мизар с удивлением посмотрел на упитанного солдата, который устало облокотился на стол. — Хочешь сказать, даже фарольская армия нам ничем не поможет?

— Фарольская армия… — громко расхохотался Вогаш, задрав голову к потолку. — Я как бы тоже часть этой самой "Фарольской армии", а еще часть сейчас лежит наверху, на улицах этого городка и каждый из них имеет в теле по несколько стрел. Но даже если забыть об этом… Как ты думаешь, сколько времени потребуется нашему королю, чтобы притащить сюда сколько-нибудь заметные силы? Когда мой десяток уходил на разведку — тут было больше полусотни бойцов, к которым можешь еще добавить всех жителей этого поселения. И как ты уже мог заметить — все они мертвы. Десяток конных лучников просто не мог этого сделать, а значит остроухих было намного больше. И тот небольшой отряд всадников, который перебил мой десяток — это даже не передовой разъезд эльфийской армии. Так, мелочь, которую оставили в поселении на случай, если кто-то сюда вернется.

— Ты хочешь сказать… — начал было Мизар, но тучный мужчина его быстро перебил.

— Их больше нескольких тысяч, парень. Я сам видел следы множества копыт и можешь быть уверен — людей атаковали не отщепенцы и не какой-нибудь наемный отряд. Это армия, хорошо экипированная, прекрасно обученная и очень большая эльфийская армия, которая могла покинуть Великий Лес лишь в одном случае — по приказу Великого Князя. — солдат сгреб остатки мяса в мешок и завязал горловину. — И чтобы остановить такую огромную силу, нужна не меньшая, а то и большая сила. У нашего королевства она есть — знаменитые на весь мир Фарольские Рыцари. Пусть их не так много, всего две тысячи — но зато один такой целого десятка конных лучников стоит.

— Как-то слабо верится. — Мизар с недоверием посмотрел на солдата.

— И зря. Видел я твою западню с леской… Задумка хороша, но против тяжелого кавалериста она бы не сработала. Это у эльфов лошади шустрые, да легконогие, привыкшие скакать по лесу, среди кочек и корней. А у нашего тяжелого рыцарства кони ему под стать — настоящая боевая порода! Такой тяжеловес и леску бы порвал, и тебя бы затоптал, без всякого всадника. — усмехнулся десятник, вставая из-за стола и начав копаться на одном из стеллажей. — А теперь представь, что эта махина закована в броню по самые ноздри, весит как целый воз с рудой, на ней сверху сидит не менее бронированный рыцарь и таких целых две тысячи. Эта стальная лавина просто снесет хлипкий строй эльфов, если те не разбегутся раньше.

— Так почему они этого еще не сделали? — задал вполне резонный вопрос молодой рыбак.

— Да все по тому же — время нужно, чтобы эту толпу сюда притащить. Не думаю, что Фаркус Третий оставит подобное нападение на своих подданных без ответа. — солдат продолжал копаться на стеллажах и чем-то шуршать. — И еще потому, что остроухие сожгли все переправы. Я был лишь на одной из трех, когда мы пытались прорваться обратно на правый берег Серебрянки, но не думаю, что оставшиеся два моста эльфы оставили без внимания. Так что сейчас мы с тобой отрезаны и от остального Фарола, да и от всего мира в целом. Слева — Великий Лес и рассадник ушастой погани. Справа — эльфийская армия, которая не дает нашим силам восстановить переправы и вывести "в чистое поле" основную ударную силу королевства. Снизу — Южное море, в котором скоро начнется сезон штормов. Ну а на севере — опустошенный этими выродками Западный край, в котором творится демоны знают что, заканчивающийся непроходимыми горами и Ледяным Пиком, где гнездятся оравы гоблинов. Хороша позиция, правда? — коротко хохотнув, солдат вернулся на свет и всучил Мизару кожаный нагрудник на ремнях. — Примерь-ка, должно быть тебе по размеру. Все равно отсюда все вынести не получится, так пусть у тебя хоть какая-то защита будет.

— Мы куда-то спешим? — настороженно посмотрел на солдата рыбак, принимая подарок.

— Выбираться отсюда надо, Мизар. — Вогаш вернулся к полкам и снова начал там что-то искать. — Ушастые скоро хватятся пропавший отряд и пошлют кого-то на его поиски и лучше нам быть подальше в этот момент. Думаю, лучше идти на север — там хоть какие-то шансы выжить есть. Доберемся до гор и попробуем найти проход между скалами, а там уже и до Северного края Фарола рукой подать. Может, даже удастся договориться с зеленокожими о проходе. Но если у тебя есть другие идеи, как вылезти из задницы, в которой мы находимся — я тебя внимательно слушаю. Кстати, тебя там ушастые случайно не зацепили?

— Неделю назад прострелили ногу, но я уже сделал перевязку. — Сняв плащ и оставшись в одной рубахе, парень начал одевать кожаный нагрудник, благо у того было крайне простое устройство — две части из черненной кожа, скрепленные парой ремней.

— Дашь потом глянуть — а то знаю я вас, молодых. Ни обработать, ни перевязать толком не можете и дохнете потом от первой же заразы. — солдат подошел к столу и с громким стуком положил на него арбалет. — Нашел! Если ты не боец и с оружием обращаться не умеешь, то лучше всего для сокращений поголовья остроухих ублюдков будет использовать вот этот вот агрегат. Как пользоваться знаешь?

Глава 7. Опасный груз

— Вогаш, а как ты думаешь, у вислоухих получиться перебраться на правый берег Серебрянки?

— А они будут пытаться?

Мизар и тучный десятник сидели на дне небольшого оврага, который нашли в десятке метров от идущей вдоль опушки леса дороги. Сейчас был уже поздний вечер и чтобы не свернуть себе шеи в темноте и не попасться более глазастым, чем люди, ушастым патрульным, солдат предложил сделать привал до утра. Тем более что они шли почти целый день и если боец Тринадцатой Тысячи, несмотря на свои размеры, чувствовал себя прекрасно, то раненый рыбак был сильно измотан.

Костер решили не разводить, чтобы не выдать себя его дымом и наскоро перекусив все той же солониной, Мизар попробовал уснуть, завернувшись в плащ, а Вогаш остался на часах — его смена была первой.

Обсудив тогда с десятником их положение, парень согласился на предложение солдата и решил вместе с ним прорываться на север, но добавил, что лучше это будет делать по западной дороге, ведь там эльфийских дозоров там должно быть меньше всего. Поначалу тучный боец на предложение подойти вплотную к границе Великого Леса покрутил пальцем у виска и начал с подозрением посматривать уже на самого Мизара, но когда тот сказал, что сам пришел с той стороны и ушастые патрульные там довольно безалаберны, о чем-то надолго задумался и спустя примерно полчаса размышлений выдал:

— Если пораскинуть мозгами — в целом неплохая идея получается. Армия Княжества сейчас занята патрулированием прибрежной части и следит, чтобы солдаты Фарола не смогли организовать переправу через реку, а значит смысла следить за границей в этом месте уже попросту нет — они сами отодвинули фронт к берегам Серебрянки. Главное сильно не шуметь и не дать обнаружить себя на каналах снабжения — иначе по всему Западному краю вислоухие такой вой поднимут, что даже в нашей столице услышат…

— Кана…Чего? — из слов тучного солдата Мизар понял хорошо если треть.

— Ох… Объясню на пальцах. — тяжело вздохнувший десятник устало потер виски. — Парень, вот представь себе, ты — командир очень большого числа бойцов и находишься на земле врага. Что будет главным, о чем тебе стоит беспокоиться?

— Эм…Враги? Как бы кто из местных с тыла не напал, раз уж я на вражеской земле? — рыбак сделал самое логичное, по его мнению, предположение.

— В чем-то верно, но этим ты займешься в третью, если не в пятую очередь. Но хорошо хоть ты "Грабь-Убивай!" не сказал, а то был у меня в подчинении один такой кровожадный раздолбай… — Вогаш провел рукой по деревянному ложу своего арбалета, который он держал в руках. — Как командир целого десятка охламонов, я тебе со всей серьезностью говорю — первым делом ты озаботишься вопросом продовольствия и прочих припасов. Где-то там… — он ткнул пальцем куда-то на восток. — …несколько тысяч всадников, каждый из которых хочет кушать каждый день и желательно даже по нескольку раз. Про их лошадей можем сейчас забыть — все-таки эльфийские легконогие лани, это не рыцарский тяжеловоз, который жрет как не в себя, и они вполне могут пощипать зеленую травку, которой в округе хватает. Так вот — как ты думаешь, откуда они будут брать еду? Трофеи они не берут, в седельных сумках с собой много не увезешь, да и хватит этого в лучшем случае на неделю, а с нападения на наши деревни прошло несколько больше времени. И мне бы очень сильно хотелось верить, что сейчас эльфийская армия медленно умирает, корчась от голода, но…

— А магией они наколдовать себе еду не могут? В отряде, что вырезал мою деревню было по меньшей мере два колдуна. — Мизар рассказал солдату о волшебниках среди напавших на Зеленые Холмы.

— Хороший вопрос. — десятник задумчиво почесал щетину на подбородке. — Сам я не маг и владею только заклинанием арбалетного болта в брюхо, поэтому про них мало что могу сказать. У нас в тысяче были боевые чародеи, но они были именно что боевые. Пускать пламя вдоль строя латников или создать разъедающий плоть туман прямо в центре вражеского построения — сколько угодно! Но чтобы они хоть раз что-то съестное наколдовывали… — Вогаш с сомнением покачал головой — Ни разу такого не видел — ели из общего котла, вместе со всеми. Но сейчас речь не об этом. У настолько большой армии каналы снабжения в должны быть в любом случае — кто-то должен подвозить ушастым еду, боеприпасы, вещи первой необходимости… Лазарет, в конце-концов! У эльфов сейчас должны быть неплохие такие потери и свежие силы тоже нужно откуда-то брать.

— С чего вдруг? Ты же сам сказал, что армия Фарола еще не успела собраться, а Тысяча Первой Крови в одиночку ничего не навоюет? — вспомнил слова мужчины рыбак.

— Так-то оно так — без моего отряда, на том берегу осталось, даст Творец, сотен шесть бойцов под командованием капитана Янгара. У нас всегда был недобор — в последний раз полная тысяча собралась, когда мы на пару с железными ведрами мертвяков на юге били, да и то лишь потому, что наш король открыл тюрьмы и большую часть еще не отправленных на рудники заключенных распихал по таким вот полкам… Но ведь Западный край не только мы охраняем — тут вислоухие сами себя переиграли, сломав все переправы через Серебрянку. Седьмой Тысяче, Красные Вороны которые, будет настоящее раздолье. Сиди себе рядом со своими осадными машинами, да обстреливай противоположный берег, не опасаясь, что к тебе подберутся — реку-то не пересечь. Точность, конечно, будет аховая, легкая кавалерия это же не крепость какая, но и уйти-то эльфы не смогут — наши ребята сразу переправу начнут восстанавливать, а если им это удастся, то победа точно будет за Фаролом. Нет такой силы, которая бы в чистом поле смогла остановить два полка тяжелой кавалерии.

— Может, они на магию какую рассчитывают? — Мизар пригрелся и начал уже понемногу засыпать, но старался держать себя в сознании — парню было интересно слушать рассказ опытного вояки.

— Магию… — десятник на слова рыбака только усмехнулся — Парень, ты когда-нибудь в живую видел рыцаря Фарола? Это не просто закованный в железо крепкий мужик, на большом коне, это — элита нашего королевства, как военная, так и обычная. Одни латы из каленой стали с примесью лунного железа, чего только стоят.

— Что еще за лунное железо? — Мизар с подозрением посмотрел на желтый круг, вылезший на полотно ночного неба. — Оттуда что ли?

— Хех, нет. Лунное железо — металл из одной далекой страны на севере. В древности, когда по всему миру схлестнулись сильнейшие маги, там сошлись в битве демонолог и служитель какого-то светлого бога, как результат — в той земле демоны появляются как грибы после дождя. Вместе с этим, там же появился и этот желтый металл, способный подавлять магию. Вот только за один слиток такого чудо-железа, тебе придется выложить штук тридцать слитков золота, так что удовольствие это довольно дорогое и доступно далеко не всем. Да и продают местные его довольно неохотно — там всеми шахтами по добыче лунного металла заведует какой-то орден фанатиков, помешавшихся на убийстве демонов — жуткие ребята, я тебе скажу… Да не суть важно, главное — наши рыцари от магии прикрыты, все соседи об этом прекрасно знают, а значит и вислоухие тоже. Нет, я думаю, что они рассчитывают на что-то другое…

— Если пятерку этих хваленых солдат смогли прикончить раненный рыбак и один солдат — рассчитывать они могут разве что на быструю смерть. — сонно фыркнул в ответ парень.

— Э, нет, вот тут ты не прав. — неожиданно оспорил слова Мизара тучный десятник. — Оружием эльфийские солдаты владеют прекрасно. Если выставить одного длинноухого против одного человеческого бойца и всучив обоим в руки по клинку, стравить их где-нибудь на ровном и открытом месте — наш с тобой сородич успеет за минуту получить пинков в сорока восьми разных позах. Просто потому, что ушастый владение клинком оттачивал больше времени, чем человек вообще жил. Вот только с реальным боевым опытом у них туговато — не слышал я, чтобы эльфийское княжество за последнее время хоть с кем-то воевало. То, что мы смогли уцелеть — уже хорошо, даже несмотря на то, что и вырезать твою деревню и добивать остатки моей сотни послали явно не самых лучших воинов. Иначе мы с тобой были бы уже у престола Творца. Так что никаких "честных сражений", а если появится такая необходимость — бить врага нужно со спины, из засады и желательно пока он спит. Кстати об этом — давай-ка помолчим, тебе дежурить перед рассветом, а это самое тяжелое время для караула…

***

Мизар сидел на высохшем бревне, изучая лежащий на коленях арбалет.

Время было далеко за полночь и недавно молодой рыбак сменил десятника Вогаша, который потрясся его за плечо, разбудил парня и передав ему пост, с кряхтением расположился на нагретом месте.

"— Интересная вещица…" — Пусть он до этого момента и не держал этого оружия в руках, как он работает рыбак знал — его отец не раз упоминал арбалеты, когда начинал рассказывать очередную историю про какую-нибудь победу своей Тысячи. Тяжелые латники часто использовали подобные механизмы, ведь натянуть тот же лук в полном латном доспехе было сложно, а стрелять из чего-то было нужно. Предельно простое устройство, пользоваться которым мог даже такой неумеха, как Мизар. Не слишком точно, но попасть с десятка шагов в стоящего человека он бы точно смог, благо общие принципы его работы Вогаш объяснил еще в сгоревшей деревне. — " Хм… А если здесь сделать выемку для веревки, его получится использовать как гарпун? Тогда можно и сома попробовать отловить, а то эта солонина уже в печенках сидит…"

Пока парень раздумывал, как еще можно было использовать его новое оружие, со стороны дороги послышались странные звуки — как будто кто-то вез в ящиках целую кучу гвоздей.

Поднявшись по сыпучей насыпи к краю оврага, рыбак осторожно выглянул из своего укрытия — сквозь густые кусты было видно, как по дороге рядом с их укрытием, двигалась четверка всадников, а между ними неспешно ехала крытая повозка, из которой и доносился металлический звон. Это были все те же эльфы, но в этот раз солдаты заметно отличались от предыдущих. Из доспехов у вырезавших деревню Мизара длинноухих была лишь легкая броня: посеребрённый нагрудник, да такой же шлем, а все остальное закрывала обычная одежда.

Здесь же…

Парень понял, почему десятник Вогаш только посмеивался, говоря, что его ловушка не сработала бы против тяжелого кавалериста — полностью облаченные в латы, эльфийские воины могли внушить страх одним своим видом и как расковырять такого закованного с ног до головы в металл воина, рыбак просто не представлял. Отливающая зеленым светом кираса надежно прикрывала торс, выполненные из того же зеленоватого материала наручи и поножи защищали конечности, а в щели между ними было видно матовую кольчугу. На поясе каждый из воинов имел длинный меч, похожий на изогнутые клинки, которые Мизар видел у обычных эльфийских солдат, но здесь оружие было украшено позолотой и в целом выглядело куда богаче, чем то, с чем парень раньше сталкивался.

Медленно двигались по дороге и осматриваясь по сторонам сквозь щели в закрытых и покрытых красивой чеканкой шлемах, они так и не смогли заметить скрытой зарослями головы рыбака.

Убедившись, никто его не увидел и не бежит с воплями отрубать ему голову, парень соскользнул вниз по песчаной насыпи и оказавшись рядом с тихо сопевшим солдатом, осторожно потряс его за плечо.

Несмотря на свой расслабленный вид, Вогаш открыл глаза, стоило только руке рыбака коснуться его плеча и сразу же схватившись за свой арбалет, вопросительно посмотрел на Мизара.

Тот в ответ поднес указательный палец к губам, намекая солдату, что говорить сейчас не стоит и молча ткнул в сторону дороги.

Подобравшись, солдат взял поудобнее свое оружие, полез к краю оврага и вскоре уже две пары глаз наблюдали за успевшими отъехать на некоторое расстояние всадниками.

— Далеко они, если не собираешься орать в голос, то можешь говорить спокойно — за таким лязгом даже эльфийское ухо ничего не услышит. — Вогаш достал откуда-то из складок плаща короткий цилиндр, заканчивающийся стеклянными вставками. — Ну-ка, глянем, что это они такое везут… — покрутив кольца на концах трубки и посмотрев через неё на эльфийскую процессию, тучный солдат начал бормотать себе под нос. — Хм, странно. Там под тентом ящики какие-то, звяканье идет именно оттуда… Жалко, что они закрыты, могли бы глянуть, что за груз такой. На стрелы, болты или просто клинки не похоже, звук был бы другой, да и коробки больно мелкие. Поглядим, что с охраной… Четверо латников, да еще и в полных комплектах брони — это серьезный аргумент, таких на какое-попало дело не поставят. Причем, судя по скупым движениям, здесь не молодняк, с которым мы раньше сталкивались, а опытные бойцы, каждый из которых стоит нескольких людских рыцарей. Пятый — вроде обычный возница, но больно характерно топорщится у него плащ, он под ним точно прячет что-то интересное… Лошадь идет медленно, вся запыхалась, а задние колеса у телеги немного шатаются — значит груз довольно тяжелый и в пути они уже долгое время. Возможно, скоро встанут на привал…

Задумчиво почесав в затылке, десятник спрятал трубку обратно и ответил на невысказанный вопрос рыбака:

— Подзорная труба, позволяет лучше разглядеть то, что находится вдали. А теперь давай-ка обратно в овраг. То, что нас не заметили эти ребята — не значит, что обычные дозорные, у которых со зрением все в порядке будут такими же.

Вернувшись обратно в укрытие, Вогаш уселся на большой камень и начал что-то обдумывать, а рыбак расположился на высушенном стволе дерева и стал ждать, пока десятник закончит размышлять.

С точки зрения Мизара — ничего не поменялось. Ну везут остроухие какую-то гремящую утварь, ему-то какое дело? Убраться подальше и дело с концом! Но вот солдат почему-то считал иначе…

— Слушай, парень… Как насчет попробовать отбить груз у этих ребят?

Рыбак молча встал на ноги и закинув мешок на плечо, махнул рукой тучному мужчине.

— Кажется, наши дороги здесь расходятся…

— Да погоди ты! — Вогаш силой усадил парня обратно на бревно. — Дай хоть обьясню сперва!

— А тут надо что-то объяснять? — поднявшись на ноги, Мизар вырвался из хватки десятника кивнул в сторону дороги, по которой уехала эльфийская процессия. — Ты же этих ребят сам видел — у них не бронировано разве что исподнее, да и то не факт. Или твой арбалет может пробить цельную кирасу? Так их там четверо и даже если я тебе помогу и мы оба с первого раза попадем в цель, в чем я кстати не уверен, потому что первый раз такое оружие в руках держу — то там в любом случае будут еще трое эльфов, которые покрошат нас на мелкие кусочки, пока мы будем перезаряжать эти агрегаты. Так что делай, что хочешь… — он развернулся и похромал по дну оврага в сторону севера. — А я жить хочу и сваливаю отсюда.

— Далеко не уйдешь…

Обернувшись, парень ожидал увидеть, как солдат целится в него из своего арбалета, но Вогаш спокойно стоял на месте и с печальной улыбкой смотрел на рыбака.

— Помнишь, что я говорил тебе про каналы снабжения? Пока ты доберешься до Ледяного Пика, тебе нужно будет несколько раз их пересечь. И можешь мне поверить — дороги, по которым армии подвозят необходимый бойцам провиант охраняют на порядок лучше, чем никому не нужную окраину — вместо тутошних раздолбаев, там дозор несут предельно внимательные стражники и скорее всего, следопыты, которых у эльфийского княжества с лихвой хватит, чтобы перекрыть путь на север намертво. Ты не успеешь пройти и лиги, как тебя настолько утыкают стрелами, что любой еж будет на твоем фоне казаться лысым.

— И поэтому я должен убиться об этих ребят? — с сарказмом спросил у солдата рыбак. — Чтобы не тянуть с кончиной?

— Думай, парень. — усмехнулся в ответ десятник. — Они точно везут что-то важное. У них полностью закрытая броня. И настолько роскошно обутых солдат я встречаю впервые. Это эльфийское дворянство, аналог наших рыцарей из первых Тысяч. А станет ли какой-то обычный страж останавливать спешащего по своим делам аристократа?

— Ты предлагаешь убить этих остроухих, позаимствовать их броню и с её помощью обмануть патрули на севере? Даже если я выживу из ума и соглашусь на эту авантюру — как ты предлагаешь это сделать? Доспехи в этом случае нам нужны целые и…

— И наши арбалеты все равно не пробьют их даже в упор. — перебил его Вогаш. — Я уже сталкивался с этим зеленым сплавом и видел, как от него отскакивали снаряды — чтобы вскрыть такой доспех нужен здоровенный зачарованный самострел. Или мы можем использовать кое-что другое… — он достал из под плаща маленький пузырек с серым порошком. — Ты что-нибудь знаешь про порошковые яды?

Глава 8. Охота на эльфа

— …так как мы не взяли с собой инструменты, ремонт займет по меньшей мере пару дней и… — закутанный в плащ эльф тихим голосом пытался оправдаться перед стоящим над ним воином в богатом доспехе.

— Ты должен закончить его к утру.

— Х-хорошо, господин. — Проглотив рвущиеся наружу гневные слова, он только кивнул в ответ.

— И не забудь проверить груз, после того, как закончишь чинить колесо. — окинув презрительным взглядом склонившегося в поклоне возницу, эльфийский воитель развернулся к нему спиной и направился к своим товарищам, сидящим в десятке шагов, которые сняв шлемы, расселись на небольшой поляне чуть в стороне от дороги — двое солдат сидели вокруг костра с ароматно булькающим над огнем котелком, а еще один стоял на часах и прикрывал группу от внешней угрозы.

— Что, Обретенный опять спорить пытался? — один из них протянул воину миску с горячей похлебкой, которую тот принял с благодарным кивком. — Навязал же Глава Дома этот груз на нашу голову… И это я сейчас не про ящики говорю.

— Тинаель как всегда, слишком категоричен. — покачал головой третий боец. — Ты же понимаешь, что всем Обретенным в новинку новые порядки и наш долг, как высшего сословия, показать им правильный путь своим при…

— Опять ты за старое?

— Да хватит вам обоим уже демагогию разводить! — влез в разговор первый воитель, отрываясь от опустошения своей посуды. — Нам был дан приказ — и мы его выполним! А кого нам всучил глава дома — пусть остается на его совести. Повозкой правит, под ногами не путается — и хватит с него…

— Ха-ха-ха! Именно для таких вот дел они и предназначены!

Сидящий под деревом возница, прекрасно слышавший слова своих начальников тихо хмыкнул и откусив кусочек от краюхи хлеба, продолжил править треснувшее колесо. Его начальники так спешили доставить важный груз в основной лагерь их армии, что совсем загнали тянущую повозку лошадь, отчего измученное животное начало мотать из стороны в сторону и в итоге телега налетела на кочку. Деревянное колесо не выдержало и треснуло, отчего отряду пришлось встать на привал раньше срока, что не сильно обрадовало воителей.

— Если эти ящики так важны, то могли бы и несколько телег на такое дело отрядить, а не загружать одну по самые борта… — тихо пробормотал молодой эльф, передразнивая своих господ — Но нет, это слишком заметно… А лишний раз рисковать важным грузом — это, значит, нормально? И ведь что самое обидное, если с ним что-то случиться, то отрывать голову будут мне, а с этих уродов никто ничего не спрос…

Посылая им проклятия, темноволосый эльф не заметил, как среди деревьев промелькнул темный силуэт.

— Еще и с этим проклятым колесом придется возиться всю ночь! Как я, по мнению этого сноба, выточу за ночь подходящую деталь? А если и выточу, то как буду править повозкой в таком состоянии? Совсем не ду… — когда за стеной деревьев раздался очередной взрыв смеха, из кустов вылетел короткий арбалетный болт и с чавкающим звуком пробил череп возницы, пришпилив его тело к дереву, а следом за этим, тихо ступая по сырой траве, из зарослей показалась пригнувшаяся тень.

***

"— Я думал, это будет немного сложнее." — присевший на корточки Мизар с равнодушием посмотрел на остывающий рядом с ним труп длинноухого.

Воины не обратили внимания на смерть одного из членов своего отряда — момент для атаки был выбран идеально и смех солдат заглушил тихую трель выстрела и сухой щелчок арбалета. Обойдя врага с запада, они смогли зайти к врагу со спины и избежали единственного дозорного — эльфы не ожидали нападения со стороны Великого Леса, а потому поставили караульного лишь со стороны дороги.

" — Хм… Нет, никто даже не дернулся. " — прислушавшись и убедившись, что воины не подняли тревогу, рыбак тихо перезарядил арбалет. К удивлению самого Мизара — он не чувствовал того же мандража, от которого у него тряслись руки в прошлый раз. Убийство прошло тихо и как-то… Буднично? Задержка противника дала им достаточно времени, чтобы закончить с приготовлениями, а после их маленький отряд разделился: Вогаш остался ждать на позиции, а рыбак в соответствии с намеченным планом, прокрался к лагерю и тихо прикончил длинноухого возницу.

Единственное, о чем переживал молодой парень — это то, что он не сможет с первого раза попасть в цель и враг поднимет тревогу раньше срока. Не отягощенного тяжелой броней эльфа следовало убрать первым, чтобы он не смог остановить Мизара — это было самой ненадежной частью их плана, ведь если удрать от воинов в латах рыбак имел все шансы, то вот лишенный лишнего груза эльф… Длинноухому вознице даже не нужно было бы побеждать парня, достаточно было бы просто задержать его до подхода латников.

"— А тут у нас что?" — отодвинув плащ на трупе в сторону, он заметил перевязь с короткими метательными ножами, перекинутую через грудь покойника. — "Так вот, что заметил Вогаш через свою чудо-трубу? Неплохая вещица, надо будет научиться швырять эти железки. " — нащупав на спине мертвеца застежку, он снял перевязь и стараясь не шуметь, закинул её в заплечный мешок. — "В крайнем случае, как выберусь к людям — продам. А теперь пора переходить к основной части плана."

Достав из-за пояса небольшую склянку, Мизар с интересом посмотрел на серый порошок, что пересыпался на её дне.

"— И откуда только Вогаш все это берет? Если такое хранится в карманах у простого десятника, то что таскает с собой их тысячник? Арсенал всего Фарола?" — с этими мыслями парень подкрался к скрытой стеной деревьев поляне, набрал полную грудь воздуха и выскочив на открытое пространство, с громким криком бросил прямо в костер склянку с ядом — Смерть остроухим выродкам!

Флакон с порошком разбился о горящие дрова, распространяя по поляне едкий дым, для защиты от которого рыбак заранее прикрыл лицо мокрой повязкой.

К чести эльфийских воинов — они среагировали еще в тот момент, когда парень только шагнул из-за дерева — еда моментально полетела на землю, а на головах солдат оказались шлемы, секундой ранее лежащие на земле. А пока Мизар вскидывал свой арбалет, они даже успели обнажить свои мечи и выпущенный в ближайшего бойца болт был отбит резким движением тыльной стороны изогнутого клинка.

Сделав крайне удивленное таким поворотом дел лицо и швырнув разряженное оружие в того же воина, чтобы задержать его хотя бы на мгновение, рыбак развернулся к врагам спиной и со всех ног припустил обратно в лес, на ходу мысленно поливая бранью собственное скудоумие на пару с толстым солдатом, который умудрился убедить его влезть в эту авантюру.

Даже несмотря на ранение парня, тучный Вогаш не мог поспорить с рыбаком в скорости бега и поэтому сомнительная честь быть приманкой выпала на долю Мизара.

"— Хорошо, что у них еще луков нет — в очередной раз проверять, насколько меткие из вислоухих лучники, у меня нет абсолютно никакого желания. Особенно когда мишень — это я. " — оглянувшись через плечо, парень заметил, как один из воинов жестом приказал своему товарищу сидеть на месте, а сам, вместе с еще парой солдат ринулся в погоню за рыбаком. И судя по тому, что увидел Мизар, тяжелые доспехи им не слишком-то и мешали — через поваленный ствол толстого дерева, под которым парень проскользнул по мокрой траве, оба бойца перепрыгнули с ходу, не останавливаясь ни на секунду. — "Да чтоб мне со Жнецом встретиться! Сразу трое?! А кто повозку будет охранять?! Гр… Будем надеяться, что план сработает, иначе эти ушастые атлеты порвут меня на лоскуты."

Проламываясь через заросли, парень схватил низко растущую ветку дерева и пробежав немного дальше, выпустил из ладони. Изогнутая ветка резко распрямилась и с тихим свистом шлепнула по шлему буквально дышащему в затылок рыбака латнику, не нанеся тому никакого ущерба, но на секунду загородив ему обзор своей густо растущей листвой.

Тихо рыкнув, воин взмахнул мечом, рассекая преграду и продолжил погоню, но необходимые секунды парень выиграл — теперь солдаты отставали от него на целый десяток шагов.

"— Да где же это проклятое озеро?! " — прорвавшись через заросли, парень вырвался на открытое пространство и лишь из-за того, что он знал об опасном месте, Мизар не свалился с высокого, скользкого обрыва, под которым находилась ровная гладь воды. Глубокое озеро, которым заканчивалась отвесная стена, было абсолютно черным и в тусклом ночном свете его дна не было видно, а днем лезть в воду и выяснять, насколько именно оно глубоко, рыбак с десятником не решились.

Слыша бряцанье брони латников, Мизар отбежал подальше и принялся ждать появления преследователей, которые прорубались сквозь те же самые заросли.

Вырвавшись из плена растительности, на обрыв выскочил первый эльф — не успев вовремя остановиться, солдат поскользнулся на сырой траве и с предупреждающим остальных воинов вскриком полетел вниз. В последний момент опытный боец успел ухватиться за край обрыва, но земля в этом месте была крайне зыбкой и просто начала крошиться под латными перчатками. Подняв тучу брызг, эльф свалился в воду вместе с зажатой между пальцами травой.

"— Да вы издеваетесь?! Почему этот длинноухий не тонет, он же в полном латном доспехе!" — Несколько секунд боец под ошарашенным взглядом рыбака пытался удержаться на поверхности, но внезапно под водой показался огромный темный силуэт — под истошный крик длинноухого, что-то вцепилось в его ноги и резким рывком утащило его на дно. — "А мы ведь его здесь просто утопить хотели… Кажется, отец был прав, когда говорил не шутить на эту тему."

— Тинаэль! — из зарослей вырвался следующий боец, но предупрежденный криком своего товарища, он не попался в ту же ловушку. Прямо на ходу крутанув изогнутый клинок в руке, эльф вонзил его в землю и используя свое оружие в качестве шеста, проскользил по мокрой траве буквально на краю обрыва, сбросив вниз лишь несколько небольших камешков.

Встав на ноги и крикнув что-то на эльфийском своему скрытому зарослями товарищу, он посмотрел вниз, где все уже закончилось и по спокойной глади воды расползалось кровавое пятно.

Не дожидаясь, пока на него снова обратят внимание, Мизар побежал дальше по запланированному маршруту, но просвистевший над его головой на манер метательного топора изогнутый меч и раздавшийся следом злобный рев, мягко намекнули парню, что стоящий в десятке шагов эльф уже пришел в себя после смерти товарища и впал в самую настоящую ярость.

Лишь тот факт, что в латной броне меткость подобных бросков оставляла желать лучшего, спас рыбака от верной гибели — клинок со свистом пролетел над головой Мизара и настолько глубоко вошел в стоящее впереди дерево, что быстро выдернуть его парень не смог и слыша ругань и приближающиеся шаги эльфийского воина, плюнул на оружие и побежал дальше.

Продравшись через очередные густые заросли,(которых в Великом Лесу оказалось неожиданно мало и большую часть потраченного на подготовку времени они с Вогашем потратили на поиски подходящего места), Мизар вышел на открытое пространство и аккуратно переступив через скрытую в траве веревку, подошел к одному из деревьев и уселся в его корнях, пытаясь отдышаться. Эта гонка измотала и так не слишком здорового рыбака, а не до конца зажившую ногу уже долгое время натурально жгло огнем. Привалившись спиной к стволу дерева, он вытащил из-за голенища сапога свой нож и направил его в сторону прохода, через который он недавно пробегал.

Долго ждать не пришлось — через несколько мгновений оттуда же показался разъярённый боец и увидев недалеко от себя измотанного парня, сразу же рванул к нему. Этого и добивался Мизар — враг был настолько сильно взбешен смертью своего товарища, что не обратил внимания на ловушку и сам шагнул в приготовленную западню — веревка затянулась на ноге эльфа и под тихий смех рыбака, солдата с огромной силой дернуло куда-то в сторону.

Хлёсткая Ива — невероятно гибкое дерево, которое росло лишь в этой местности, на этот раз сыграло на руку не коренным жителям леса, а их противникам.

Согнуть растение было не слишком сложно, но в начальное состояние оно возвращалось с утроенной силой (из-за чего луки, сделанные из неё крайне ценились по всему миру). И когда Ива начала распрямляться, латника с огромной силой впечатало в землю, но на этом его мучения не закончились, ведь под весом воина, дерево опять изогнулось, но уже в противоположную сторону.

Сделав несколько таких "ударов", дерево окончательно распрямилось и вернулось к своему привычному виду, только сейчас с его вершины вниз головой свисал эльфийский боец, из под шлема которого на землю стекала маленькая струйка крови.

Как сказал Мизару десятник, пробить сам доспех у них не было никакой возможности, но при настолько большой силе удара у него появлялось какое-то "заброневое" действие и даже несмотря на внешне целый доспех, органы сидящего внутри бойца должны были превратиться в кровавую кашу.

"— Не соврал десятник." — рыбак потыкал пальцем в висящий на дереве труп подобранной рядом палкой. — "Надо будет запомнить…"

Проламывая ветки свой броней и рассекая листву богато украшенным мечом, через заросли прорубился оставшийся боец из пустившейся в погоню тройки. Выглядел он даже хуже, чем измотанный Мизар: эльфа шатало и он едва держался на ногах, мотая головой и осматривая округу невидящим взглядом. Он не заметил рыбака, стоящего от него в нескольких шагах и кажется, даже не понимал, где сейчас находится.

"— Кажется, яд наконец-то начал действовать. А я уже начал сомневаться в отраве Вогаша… Все-таки не зря я их гонял по лесу — яд быстро распространился по телу, вместе с гуляющей из-за бега кровью. " — достав из-за пояса добытую еще в деревне булаву на короткой рукояти, парень метким броском отправил её в голову отравленного бойца — с гулким звуком оружие попало в шлем латника, от чего и так едва стоявший на ногах боец потерял сознание и рухнул на землю. — "Теперь надо убедиться, что он не придет в себя в неподходящий момент…" — Тащить на себе живого врага, который мог в любой момент очнуться, рыбак не собирался.

Подойдя к оглушенному врагу, Мизар взял нож обратным хватом и расположив его лезвие напротив глазницы эльфа, свободной ладонью надавил на рукоять.

Проскользнув в смотровую щель шлема, клинок достал до мозга длинноухого, убив его на месте, а немного успокоившийся парень подхватил его под руку и взвалив труп солдата на себя, направился к лагерю, в котором Вогаш должен был уже разобраться с последним врагом.

— Тяжелый, зар-раза. Надо было спросить у десятника, как снимается эта чертова броня…

***

— А вот и наш герой, вернувшийся с добычей! — десятник уже сидел рядом с повозкой, вертя в руках богато украшенный клинок. У его ног лежал связанный, оглушенный и голый эльф, а немного в стороне были снятые с того доспехи, сложенные небольшой кучей. — Этот длинноухий живой хоть?

— Нет, как и остальные двое. — рыбак бросил труп эльфа рядом с повозкой и подсев к костру, с интересом принюхался к содержимому котелка. — Отрава же на еду не подействовала? — десятник отрицательно помотал головой. — Вот и отлично.

Парень взял одну из мисок и начал с большим энтузиазмом уплетать приготовленную эльфами похлебку.

— А что с утопленником?

— Да какая-то подводная тварь сожрала. — утолив первый голод, ответил Мизар. — Причем здоровая, такая. Вислоухий хоть на воде и держался, но даже пикнуть не успел, когда его на глубину утащили.

— Нда… Я конечно слышал, что в Великом Лесу зверье разное водится и в озерах всякое бывает, но чтобы буквально в паре сотен шагов от дороги… — лысый десятник удивленно почесал в затылке. — Ну да и пес с ним! Я все равно подозревал, что ты пленных оставить не догадаешься и решил взять одного ушастого живьем для допроса.

— Мне у эльфов узнавать нечего. — равнодушно пожал плечами усталый парень. — И нужна только их броня.

— Что, даже не интересно, почему они так на людей обозлились? — с ехидной ухмылкой спросил Вогаш.

— Мне абсолютно наплевать, что им в голову ударило. — фыркнул рыбак, возвращаясь к похлебке — Что сделали, то уже не исправишь. Все что я сейчас хочу — это убраться подальше от Западного края Фарола.

— Прагматично. Но в любом случае — давай-ка глянем, что они такого важного везли, раз в охрану выделили ребят, чьи доспехи стоят как весь тот городок, из которого мы ушли.

Подойдя к повозке, тучный мужчина подтянул к себе один из ящиков и вставив лезвие трофейного клинка между досками, выбил крышку.

— Чеснок?!

Мизар подошел к телеге и достав из открытой коробки какую-то металлическую штуковину, с интересом повертел её в руках.

— На овощ или приправу не похоже… Ты уверен, что не вдохнул своей же отравы?

— Да не съедобный чеснок! Я говорю оружие, которое используют против кавалерии и которое называется точно также! — десятник еще раз заглянул в ящик и убедившись, что ему ничего не привиделось, уселся на землю, привалившись спиной к деревянной повозке. — И я решительно не понимаю, зачем было выставлять солидную охрану для настолько незначительного груза.

— Не то, что ты ожидал? — рыбак посмотрел на железную загогулину, состоящую из четырех штырей, смотрящих в разные стороны.

— Это, конечно, полезная штука, но с транспортировкой справился бы и один эльф — так для чего тут аж четверо тяжелых латников? Что-то тут не так… — тучный солдат снял с пояса бурдюк с водой и вытащив аз-за пояса нож с решительным видом направился к связанному эльфу. — Кажется, пора допросить нашего ушастого "друга".

Глава 9. Новая беда

— Почему у обычной телеги с железом настолько большая охрана? Что именно вы везете? Где находиться тайник?

— Можешь пытаться сколько угодно, смертный! Я ни… А-а-а-а!!!

— Почему у обычной телеги…

Молодой рыбак с миской в руках сидел у борта повозки и спокойно ел, не обращая внимания на доносящиеся с противоположной стороны поляны истошные крики. Десятник уже несколько часов подряд пытал попавшего к ним в руки эльфа, попутно задавая ему одни и те же вопросы. Вогаш с упорством опытного дознавателя пытался выбить правду, но длинноухий оказался крепким орешком, который никак не хотел колоться и в ответ на все мучения лишь сыпал руганью на своем певучем языке.

Смотреть, как солдат истязает ушастого, попутно превращая того в калеку, Мизару быстро надоело, ведь даже несмотря на весь причинённый эльфами вред, парень не горел желанием кого-то истязать и единственное, что его беспокоило — как бы крики вислоухого не привлекли к ним его сородичей. Они, конечно, отошли от дороги, да и эльфийские патрули пока что были не слишком частыми, но орал пленный очень громко и выразительно.

— Да прирежь ты его и дело с концом! — не выдержав, крикнул парень, у которого от воплей пленного уже начала болеть голова. — Он же на нас так первый же патруль наведет!

— Так он именно этого и добивается… — солдат оторвался от своего занятия и подойдя к телеге, начал шуршать в пожитках латников. — Чтобы я ему просто горло перерезал. — Найдя чистую тряпку и вытерев об неё перепачканные в крови руки, тучный мужчина достал бурдюк с водой и приложился к горлышку. — Хаааа… Совсем в горле пересохло. Кто-бы что ни говорил, а у заплечных дел мастеров довольно тяжкое ремесло, не каждый справится. Не хотел бы я такими вещами все время заниматься…

— Слушай, Вогаш, а может ну его, этого ушастого? — рыбак кивнул в сторону сильно потрепанного эльфа. — Прикопаем где-нибудь под кустом и двинемся дальше. Ну везли они бесполезный хлам и демоны с ними — мало ли что им в голову взбредет?

— Эх, Мизар-Мизар… — добродушно усмехнулся десятник. — Ты ведь не солдат, а деревенский, да к тому же еще совсем молодой — не понимаешь какое богатство тебе в руки попало. — он достал из повозки отливающий зеленым светом трофейный шлем и продемонстрировал его парню. — Сейчас я держу в руке сытую и безбедную жизнь до конца дней, примерно для пары сотен людей. И это один лишь шлем — знаешь сколько будет стоить полный латный доспех из этого металла?! Да на вырученные деньги можно будет купить несколько небольших городков, вместе со всем населением! И еще на пару деревень сдачи останется!

— Если голову, пока продавать будешь, не открутят. — скептически отозвался рыбак, не разделявший восторга сотника.

— Это да, нужно знать подходящего скупщика — большая часть торгашей за такие деньги может живьем закопать… Но я же ведь к другому веду — как ты думаешь, стали бы эльфов, которые могут себе позволить настолько дорогие доспехи, отправлять на сопровождение груза? Да никогда в жизни! С такой задачей может справится и десяток обычных солдат. Даже у людской военной аристократии гонор огромный, а уж у остроухих, которые живут демоны знают сколько… — лысый толстяк покачал головой. — Ты пойми — я же из дозорного десятка Тысячи Первой Крови и не могу просто так взять и уйти, когда остроухие решили протащить что-то важное у себя в тылу. Это нужно либо уничтожить, либо прикарманить…

— Вогаш, мне все эти твои заморочки — мягко говоря, до задницы. Нам была нужна броня и ты хотел перехватить груз — и то, и другое мы сделали. — спокойно объяснил Мизар, запрыгивая в телегу — достав из неё несколько четырехгранных штырей, рыбак сунул их под нос солдату. — Вот что они везли — кучу странных железок. — он швырнул чеснок вниз. — А теперь назови мне хотя бы одну причину, по которой мы должны оставаться здесь и дальше, слушая скулеж порезанного на ремни остроухого? Ты же видишь — он не собирается говорить. Добиваем пленника, собираем вещички и бежим на Север, пока эльфы за повозкой никого не отправили. Если она такая важная, то ушастые быстро заметят её пропажу.

Десятник набрал в грудь воздуха и хотел было что-то сказать, но посмотрев на место, куда парень выкинул металлические штыри, неожиданно сдулся и подойдя к повозке, достал из открытого ящика еще несколько штук.

— Похоже, больше допрашивать нам никого не придется. Ты только глянь! — он кинул чеснок на землю и прямо на глазах Мизара тот начал сам зарываться в землю, а когда на поверхности остался лишь торчащий вверх штырь, он подернулся легкой рябью и растворился в воздухе. — Длинноухие их на невидимость зачаровали! — Десятник широко улыбался и в целом был рад до невозможности. — Вот и решилась задачка! Ха, могу поспорить, что они еще и магией не обнаруживается!

— Хм… — Мизар потыкал подобранной палочкой в то место, где должен был находится металлический штырь и дерево уткнулось в скрытой магией железо, отчего рыбак заметно вздрогнул. Магию, он с недавних пор начал недолюбливать, даже сам не понимая почему. — Действительно, какие-то чары. Теперь ты доволен? Мы можем отправляться дальше?

— Да-да… Ушастого только добей. — стоящий напротив груженой телеги десятник махнул рукой в сторону окровавленного пленника. Судя по задумчивому взгляду, которым тот окидывал ящики с зачарованным чесноком, мысленно тучный мужчина уже прикидывал, что можно было сделать с грузом.

Пожав плечами, парень подошел к измученному эльфу и пинком заставил того упасть на спину.

— Вы…Вы еще ответите… За это… Смертные… — хрипло просипел пленник, пока Мизар доставал нож и приставлял его к глазу врага. Как показывал опыт самого рыбака — врага надо было добивать с гарантией и лучшего способа, чем лезвие в черепе парень не знал.

" — Если бы твои сородичи не поленились тогда спуститься в колодец — ничего этого бы не было…" — нож вошел в глазницу, не встречая сопротивления, а вздрогнувший всем телом пленник обмяк. — "Хотя, если бы вы тогда на нас не напали… Интересно, где кончается цепочка этих "Если"?".

Помотав головой, Мизар отогнал философские размышления и вернулся к десятнику, который уже начал доставать ящики с зачарованным металлом из повозки.

— Мизар, я вот тут подумал… — хитро ухмыльнулся Вогаш, вытаскивая из телеги очередную коробку. — Ты ведь точно не наездник, я — тоже с лошадьми не шибко лажу. Значит мы на этих клячах далеко ускакать не сможем и для нас они по сути бесполезны. — солдат кивнул в сторону стреноженных лошадей латников, пасущихся на другой стороне поляны. — А повозку взять, значит нарисовать у себя на спине огромную мишень — ни сбежать, ни спрятаться с ней не выйдет. А значит и унести все с собой мы не сможем и груз надо либо уничтожить, либо где-то настолько хитро спрятать, чтобы ищущие эту телегу ушастые на него точно не наткнулись. И появилась у меня одна идейка…

— Если ты опять хочешь использовать меня в качестве приманки — сразу нет. У меня еще от прошлого забега ноги гудеть не перестали, да и рисковать своей шкурой я больше не собираюсь.

— Да не… — махнул рукой солдат. — Я предлагаю сделать так: Протащим по земле пару ящиков к обрыву и скинем к тамошнему чудищу, чтобы следы вели к подводному монстру. А остальной груз аккуратно перенесем подальше и прикопаем в лесу, чтобы ушастым не достался. К тому же — кто знает, может быть эта заварушка скоро закончится и тогда мы сможем продать эти зачарованные железки какому-нибудь купцу из Султаната. У тамошнего правителя как раз постоянные проблемы с пустынными кочевниками и такой товар оторвут прямо с руками — глазом не успеем моргнуть! — десятник предвкушающе потер руки. — Я как раз знаю парочку подходящих купцов, которые не пожалеют звонкой монеты — разбогатеем в мгновение ока!

— А своим сослуживцам ты этот груз спихнуть не хочешь? И как мы золото делить будем? — с подозрением посмотрел на Вогаша рыбак.

— А как мы это сделаем? Да и толку им с одной телеги? Этого количества даже на пару сотен тяжелой кавалерии не хватит, не говоря уже о легких эльфийских лучниках, у которых строй более свободный и для борьбы с которыми нужно раза в три больше этого чеснока. Нет, если предложить отдать даром — то наши интенданты и последнюю тряпку с покойника снимут, но не из-за огромной нужды, а просто потому, что гребут на склад все подряд. — тучный мужчина ненадолго задумался. — Хотя в чем-то ты прав, ушастые явно отправили не одну такую телегу, так что надо бы послать весточку Фарольской армии, что у эльфов вообще такие вещи появились. А то вернемся мы с тобой к людям — а их и нету, всех перебили, потому что эльфы с помощью зачарованного чеснока опрокинули наших рыцарей и перебили цвет войска. Что же до дележки денег… — Вогаш с кряхтением взвалил на плечо сразу несколько ящиков. — То тут все просто — половина на половину. Если я что-то и вынес из службы в Тринадцатой Тысяче — это то, что надо делиться трофеями с боевыми товарищами, если не хочешь, чтобы в один прекрасный день тебе воткнули кинжал в брюхо. Мы с тобой вместе мастерили ловушки, вместе сражались с эльфами и вместе пытаемся вылезти из этого котла, так что по-моему такой раздел будет справедливым. Что скажешь?

— Что надо раздобыть лопату. — хмыкнул Мизар, закатывая рукава. — И сделать какую-нибудь пометку, чтобы не забыть, где мы все это закопаем…

***

— Я вот думаю… А что из себя вообще представляет Тысяча Первой Крови? Ты уверен, что они выстоят против эльфов, пока не подоспеет подмога? А то я слышал про твоих товарищей… Всякое. — рыбак тактично опустил все высказывания своего отца про сослуживцев десятника.

— Да уж, представляю, что тебе могли наговорить про наш полк. — с улыбкой кивнул в ответ солдат. — Ну, спрашивай поконкретнее, а то если я начну рассказывать вообще все — мы тут до Крушения Мира провозимся.

С момента закапывания "клада" прошло уже несколько дней — спрятав зачарованные штыри на одной неприметной лесной полянке недалеко от озера, они обобрали трупы латников до нитки и двинулись дальше. Мизар стал богаче на один комплект латных доспехов (которые, впрочем, рыбак пока не надевал и нес их с собой в мешке) и небольшой кошель с серебром, оказавшийся за пазухой у возницы.

Когда они закапывали ящики, парня не покидало чувство, что со стороны озера за ними кто-то следил, а когда они уходили, на грани слышимости Мизар услышал звонкий девичий смех, но когда он спросил об этом десятника, тот сказал, что ничего не заметил и рыбак решил, что ему просто показалось. Но на всякий случай решил закупить разных оберегов, когда будет забирать свое добро.

— Ну… Твои товарищи не побегут, если длинноухие пойдут в атаку?

— Не думаю. — Спокойно ответил Вогаш, высматривая среди редких деревьев эльфийских патрульных. — Конечно, у нас в Тысячу берут далеко не самых приличных людей, но стараниями старших офицеров дисциплина там стоит воистину железная. Мысли о дезертирстве или каком-нибудь неповиновении обычно выбивают из новобранцев первыми, так что можешь быть уверен — пока командир Янгар не даст приказа отступать, мой полк будет удерживать оборону, даже если на него накинется вся эльфийская армия разом. Они тогда помрут, конечно, но все равно не отступят.

— Настолько верны долгу? — с усмешкой спросил парень.

— Настолько боятся нашего командира. — фыркнул в ответ солдат. — Капитан Янгар умеет внушать ужас одним своим видом. Говорят, что он даже… Эльфы! — углядев вдалеке противника, десятник рухнул на землю и дернул следом рыбака. — Да не верти ты так головой, вон они, шагов на двадцать от кустов. Видишь?

— Десятка четыре всадников и двигаются они туда, откуда мы пришли — кивнул парень, когда куда-тол спешащая эльфийская кавалькада быстро проскакала в просвете между зарослей.

— Дерьмо Творца! Быстро спохватились, гады длинноухие, я думал у нас в запасе минимум четыре дня будет. Пока что они нас не видят, но как только наткнуться на убитых нами латников — нагонят быстро. Про все места для привала они должны знать, а значит точно их не пропустят. — сплюнул в сторону Вогаш, усаживаясь в корнях ближайшего дерева. — Мизар, ты же вроде местный? Не знаешь, тут случайно рядом нигде дороги нету?

— Вообще-то я больше по южной части нашего края, но одна такая где-то тут и в самом деле должна быть. — подтвердил опасения солдата рыбак. — Столичный тракт — главный торговый путь Западного края, и заканчивается он как раз на опушке Великого Леса.

— Значит они послали за грузом один из отрядов, патрулирующий этот самый тракт. Хм… — задумался тучный мужчина. — Когда они найдут трупы своих собратьев, то первым делом начнут прочесывать лес и моментально встанут на наш след. Если мы останемся тут — сами подпишем себе смертный приговор. Воевать с почти полусотней поднятых по тревоге ищеек на их же территории — это не то же самое, что убить парочку тяжелых латников. В этом случае нас быстро схватят, возможно даже живьем. А если мы выйдем в чистое поле — нас заметят другие патрули и результат не сильно поменяется…

На некоторое время воцарилось тяжелое молчание, но неожиданно рыбак предложил план:

— Слушай, Вогаш, тут недалеко город был, Орос назывался. Хороший такой, с каменными стенами. Первое людское поселение, которое мы поставили на левом берегу Серебрянки. Выстоять он точно не мог — слишком близко к лесу был и скорее всего его уже давно сожгли, но если ушастые все равно начнут нас искать, может попробуем там отсидеться? Или хотя бы попытаемся сбить их со следа — в сгоревших руинах это все равно будет сделать легче, чем в поле или родном для эльфов лесе. — достав нож, Мизар начал чертить на земле карту. — Мы примерно здесь, а до Ороса примерно день пешего хода по лесу. Не Великому — самому обычному. Если поторопимся, то успеем добраться до города раньше, чем вислоухие доберутся до нас. А там пересидим, отоспимся как следует, и попытаемся пройти по восточной дороге. После, можем даже попытаться связаться с людьми на том берегу Серебрянки — там река делает небольшой крюк и от неё до Ороса меньше дня пути. Жалко, что город прямо на ней не поставили, но по весне река выходит из берегов и…

— Крайне рискованно. — перебив рыбака, высказал свое мнение десятник — Но мне кроме как "продать свою жизнь подороже" ничего в голову не приходит, так что… Если нам повезет — то патруль, который сняли с охраны тракта, был в округе единственным и больше мы на них не наткнемся, но не думаю, что на это стоит рассчитывать. Обычно на таких дорогах и прокладывают пути снабжения, так что охраны там должно хватать…

На том и порешили — пройдя немного дальше на север, маленький отряд быстро нашел Столичный тракт и убедившись, что его никто не охраняет, двинулись по нему на восток. Деревья по прежнему окружали людей, но это был уже не густой лес, а лишь редкий подлесок.

То тут, то там на пути Вогаша и Мизара встречались многочисленные следы пребывания эльфийских солдат в виде остывших кострищ и остатков палаток — судя по всему, не так давно здесь стояло лагерем множество бойцов, но почему-то люди не видели никого из них, что сильно нервировало десятника. А вот Рыбаку было плевать — Врага не видно? Вот и хорошо. Сейчас для Мизара было важнее добраться до Ороса.

Но с каждым часом находки становились все более пугающими.

Сломанное оружие посреди небольшого палаточного лагеря, обломки стрел, торчащие из деревьев и кучки почерневшей золы непонятного происхождения… Все указывало на то, что совсем недавно здесь был бой, но вот понять кто и с кем сражался, они так и не смогли. Даже когда Вогаш нашел на одном из деревьев следы крупных когтей и показал их Мизару, тот не смог ничего сказать:

— Никогда в наших краях таких не видел. Но судя по размерам отметин — это точно не кролик. Может, какая-нибудь хищная тварь из Великого Леса пришла?

В конце концов, они все-таки добрались до стоящих впритык к лесу, каменных стен города, за которыми были видны обгорелые здания, стоящие вперемешку с целыми домами. Но как только они попытались добраться до ворот Ороса, то почти сразу же обнаружили и причину, по которой в округе не было никого живого.

Недалеко от распахнутых настежь ворот, над трупом эльфийского солдата сидел сутулый, сгорбленный человек в оборванной одежде и буквально рвал покойника на части.

— Эй, Мизар… Кажется я понял, почему здесь никого нет и отчего вокруг города так много кучек золы… — слегка дерганым и севшим голосом сказал десятник, судорожно взводя арбалет. — Лучше бы мы сдались ушастым…

Измывающееся над трупом создание подняло голову и посмотрело на Мизара полностью алыми, налитыми кровью глазками. Это был уже не человек — почерневшая кожа, выпирающие клыки с зажатым между ними куском мяса, а также огромные когти на руках явно указывали на это.

— Здесь засела нежить…

Глава 10. День города мертвецов

Дальнейшие события развивались стремительно — увидев живых людей, присевший на корточки людоед выронил из пасти остатки недавнего обеда и задрав голову, издал утробный рев, от которого парня бросило в дрожь. Рыча и царапая когтями утоптанную землю, голодная нежить рванула к своей новой добыче.

— Мизар, быстро вниз! — позади рыбака раздался предупреждающий крик десятника и он рухнул на землю, что оказалось как нельзя кстати — когда парня и людоеда разделял десяток шагов, тварь слегка наклонила голову и в следующую секунду взвилась в длинном прыжке. Пролетая над лежащим на земле рыбаком, она попыталась схватить Мизара, но черные когти лишь краешком царапнули кожаный нагрудник — разочарованно рыкнув, нежить пронеслась дальше и впечаталась лицом в ствол стоящего неподалеку дерева.

— Ничего себе здесь кузнечики водятся… — ошарашенный парень нащупал дрожащими руками ремень арбалета, но Вогаш, стоящий рядом и держащий мотающую головой тварь на прицеле, остановил рыбака:

— Твой его кожу не возьмет, да и обычное оружие тоже! Клинок эльфийский доставай! — трофейный меч Мизар носил также как и мешок — за спиной. Да, быстро выхватить оружие в таком случае не получалось, но пользоваться клинком рыбак все равно не умел, зато нести почти метровый меч так было гораздо легче и по ногам ничего не било. Вогаш же решил оставить большинство своих трофеев вместе с закопанными ящиками, справедливо рассудив, что трофейные доспехи на него не налезут (При этих словах он многозначительно похлопал себя по объёмному пузу), а богато украшенный клинок был не слишком похож на короткий меч, которым он обычно орудовал. Да и тащить с собой лишний груз тучный мужчина не хотел — его заплечный мешок и так заметно бугрился от всех собраных хватким десятником трофеев.

Пока рыбак сбрасывал свою поклажу на землю и вытаскивал эльфийское оружие из ножен, тварь снова бросилась в атаку, припадая на все конечности, но Вогаш не зевал и ударивший в неё короткий болт, отбросил нежить на несколько шагов назад и заставил покатиться кубарем по земле.

— Быстрее, парень! — тучный солдат старался как можно быстрее перезарядить арбалет, и ему даже удалось еще раз выстрелить, но успевшая встать на ноги ловкая тварь присела, пропуская болт над собой и полоснув когтями по ноге солдата опрокинула его на землю. Выхватив короткий клинок, Вогаш ударил им по лицу шустрого мертвеца, но клацнули жуткие челюсти — и оружие солдата оказалось зажато между длинных клыков. Нежити потребовалось меньше секунды, чтобы перекусить стальное лезвие — сплюнув металлические осколки, тварь вскочила на яростно сопротивляющегося мужчину и уже замахнулась для добивающего удара, как на неё со спины набросился рыбак, сумевший наконец-то вытащить трофейный меч из ножен.

Отливающее зеленым светом лезвие прошло сквозь сероватую плоть нежити, словно той и не было вовсе — отхватившего руку твари по локоть Мизара даже слегка повело в сторону, настолько он не ожидал полного отсутствия какого-либо сопротивления. Но восстановив равновесие, парень снова обрушил эльфийский меч на мертвеца, на этот раз отхватив ему половину черепа и упокоив злобную тварь окончательно.

— Ты как? Идти можешь? — протянув руку десятнику, Мизар помог толстому солдату подняться на ноги.

— Могу… Но недолго и недалеко. — поморщился солдат, кивнув на рваную рану на ноге. — Мертвяк порвал меня немного, надо бы перевязать. Вот только…

Где-то за крепостной стеной послышался голодный вой десятка иссохших глоток.

— Такие твари по одиночке не ходят. — Вогаш с кряхтением подобрал свой арбалет. — Валить надо отсюда… Да не туда! — видя, как подхвативший пожитки Мизар повернулся в сторону леса, десятник схватил его за плечо и ткнул пальцем в сторону Ороса. — К воротам давай! Проверь — по правую руку вход в пристройку должен быть, там спрячемся! В лесу догонят!

Добежав до огромных и распахнутых настежь створок, парень увидел длинную мощеную улицу, вдоль которой тянулись уже знакомые ему обгорелые остовы. В стене рядом он заметил неприметную, обитую металлическими полосами дверцу, на которой чернел засохший кровавый след пятипалой ладони.

Осторожно заглянув внутрь, рыбак обнаружил небольшую комнатку, заставленную кучей оружия и разного рода припасов — похоже, что защитники заранее заметили нападавших и уже начали готовиться к обороне, когда… Что именно здесь случилось, Мизар не знал, да и не пытался узнать — пройдя до противоположного конца помещения, он закрыл находящуюся там дверь на засов и подпер её парой бочек с чем-то булькающим внутри. Убедившись, что никто не поджидает их в темноте и не сможет зайти в пристройку с другой стороны, парень оставил в здании мешок с пожитками и выбежал обратно на улицу, чтобы сообщить своему товарищу по несчастью, что все чисто, но краем глаза заметил движение в конце улицы.

Среди горелых домов, по улице двигалась целая стая тварей, похожих на ту, что недавно прикончил Мизар — несколько десятков мертвых созданий, припадая на четыре конечности, быстро бежали в сторону входа в город. Заметив добычу, нежить издала утробный вой и удвоила усилия, стремясь как можно быстрее добраться до свежатинки.

— Вогаш! Куда ты… — вернувшись к воротам, парень увидел десятника, что прихрамывал в его сторону, оставляя за собой кровавый след. — Что стряслось?

— Рана оказалась глубже, чем я думал! — крикнул в ответ солдат, не прекращая ковылять в сторону ворот. — Они уже рядом?!

Высунувшись из-за угла, Мизар прикинул расстояние до мертвой стаи.

Десятник не поспевал — нежить должна была добраться до них быстрее, чем раненый Вогаш добрался бы до входа в пристройку. Правда, сам рыбак с легкостью успел бы там укрыться, но…

— Поспешим! — спрятав клинок обратно в ножны, он заткнул их за пояс, а следом подбежал к толстому мужчине и перекинув его руку через свою шею, поволок солдата к найденному убежищу. Пусть злые языки в родной деревне говорили, что парень был начисто лишен совести — кидать не раз помогавшего ему десятника на верную смерть ради спасения своей шкуры Мизар не собирался. — Их там голов сорок!

Дотащив Вогаша до ворот, рыбак заметил, как одна из тварей обогнала остальную стаю и вырвалась вперед на добрых два десятка шагов, оказавшись сильно впереди остальной нежити. Отстающим это не сильно понравилось и они начали рычать вслед победителю, но того это мало волновало — с голодным рыком тварь рвалась к своей добыче.

— Быстрее, давай в укрытие! — прислонив раненого солдата к стене пристройки, парень снял с плеча арбалет и выстрелил в лидера мертвой гонки, но железный болт лишь высек искры у твари под ногами, чиркнув листовидным наконечником по каменной мостовой.

— Стараюсь как могу! — пропыхтел в ответ Вогаш, идя вдоль стенки ко входу в пристройку.

Закинув в дверной проем разряженное оружие, Мизар вышел немного вперёд и достав эльфийский клинок, приготовился встречать самого шустрого мертвеца. Остальные были немного позади и не успевали до них добраться, но вот бегущий впереди…

"— Ждем… Ждем…. Двадцать шагов… Пятнадцать…" — рыбак отсчитывал разделяющее их с нежитью расстояние. — "Десять… Сейчас!"

Когда мертвец подбежал на подходящее расстояние, то сразу же, словно гигантская лягушка, попытался наброситься на Мизара, взмыв в длинном прыжке. Но парень ждал этого и внимательно следил за каждым движением мертвеца, чтобы не упустить момент. И как только ноги твари оторвались от земли, рыбак рухнул на землю, выставив наверх трофейный клинок — нежить разрезало напополам, обдав Мизара воняющей гнилью черной кровью.

Встав на ноги, парень помог ругающемуся в голос десятнику забраться в пристройку к воротам и закрыв дверь на засов, подвинул к ней здоровенный сундук с чем-то тяжелым. С той стороны в обитое металлом дерево что-то ударило и раздался разочарованный вой десятков мертвецов, которых лишили желанной добычи.

— Хух… Успели таки… — Мизар устало сполз по стене на землю и посмотрев на свои перепачканные в крови руки, принялся искать в припасах какую-нибудь тряпку, чтобы почиститься. Парню повезло, кто-то из защитников подготовил в пристройке небольшой запас бинтов и прочих лекарств. Разорвав напополам какое-то полотенце, он протянул одну из частей солдату. — Что это еще были за твари? Они же сигают на добрый десяток метров!

— Да нежить это… А точнее — гули, век бы их не видеть! — хотя руки Вогаша заметно дрожали, он довольно споро промыл свою рану водой из бурдюка и быстро её перебинтовал. — Помнишь, я как-то упоминал, что сражался на юге? Королевство Фарол лет двадцать назад отражало натиск мертвых орд из Восставших Пустошей и вот тогда-то я на этих ребят на всю оставшуюся жизнь и насмотрелся, а особенно — на гулей. Там песок и могильники сплошь и рядом, а под барханами еще подземные захоронения всякие — в одну такую я вместе с отрядом и провалился. Не выдержала крыша подземелья и весь наш десяток рухнул прямо на головы тамошним дохлякам, очень тех обрадовав. А как же иначе? Гули ведь даже не совсем мертвы и мясо жрут с большим удовольствием, а тут обед сам к ним пришел, своим ходом. — десятник фыркнул, кивнув на дверь, по которой снаружи скребли когтями, но обитый металлом дуб не поддавался и спокойно выдерживал натиск голодных тварей — Наружу выбралось только два солдата и даже это уже было чудом — остальных эти любители человечины сожрали живьем. — десятник тихо выругался и сплюнул в сторону. — Знал бы, что встречу здесь этих дохлых лягушек — ни за что в жизни не расстался бы с эльфийским оружием. Обычная сталь их кожу разве что царапает, а вот зачарованный клинок остроухих режет — только в путь… Хорошо я усиленный арбалет себе у гномов заказал. — он погладил деревянное ложе своего оружия. — Он хоть и не пробивает кожу гулей, но сила удара настолько большая, что болт просто ломает им кости.

— Так вот почему ты сказал мне не стрелять? — Мизар с интересом посмотрел на слегка изогнутый клинок в своей руке и неожиданно протянул его солдату рукоятью вперед. — Думаю, лучше будет отдать его тебе. Я все равно не умею сражаться на мечах, а так оружие хоть в умелых руках будет. Само-собой, отдаю я тебе его не просто так — когда раскопаем наш тайник, я заберу тот клинок, что там лежит.

— Не торопись Мизар. — усмехнулся в ответ Вогаш, возвращая оружие обратно владельцу. — Я, как ты можешь заметить, сейчас не самый лучший мечник, так что отдуваться в первых рядах придется тебе. Не волнуйся, эльфийские мечи по сути — большие сабли, так что особых навыков тебе не потребуется. Ты же не собираешься фехтовать с мертвецами?

— А зачем оно мне надо?

— Вот и прекрасно. Просто держи рукоять покрепче, бей посильнее и зачарованное оружие все сделает за тебя. — он поднялся на ноги и похромав к двери, за которой копошились мертвецы, придирчиво её осмотрел. — На совесть сделано, можем пока передохнуть — челюсти у гулей работают не хуже, чем стальной капкан, но прогрызаться через такой толстый слой мореного дуба они будут не меньше месяца. У тебя припасов на сколько дней осталось?

— Где-то на неделю… — пошуршав заплечном в мешке, ответил парень. — Если не особо пировать — возможно удастся растянуть на две.

— У меня тоже где-то на столько же. С питьевой водой проблем не будет — защитники сделали хороший запас на случай пожара. — мужчина указал на большую бочку, стоявшую в углу. — Как-нибудь выкарабкаемся. В нашей ситуации даже есть небольшой плюс — если преследующие нас эльфы рискнут сунуться в Орос, то точно наткнутся на голодных и очень злых дохляков.

— Главное — самим к ним на ужин не попасться. — фыркнул Мизар, закрывая глаза. Парень страшно устал — недосып, постоянный бег и напряжение последних недель измотали парня настолько, что даже рычание находящейся за стеной беснующейся нежити не помешало ему уснуть.

***

— Слушай, а откуда здесь вообще взялась нежить? Она же не может взять и появиться сама собой?

Мизар сидел прислонившись к стене и смотрел, как копавшийся в добре защитников города десятник, осматривает содержимое ящиков и сундуков.

Прошло уже два дня с того момента, как они с толстым солдатом оказались заперты в пристройке входных ворот Ороса. Большую часть этого времени рыбак отсыпался на найденном в одном из бочек покрывале, а солдат пытался найти среди припасов что-нибудь полезное. Нежить не слишком им досаждала — Мизар как-то быстро привык к постоянному рычанию поблизости, а Вогаш и вовсе с самого начала не обращал на него никакого внимания.

— Вообще-то могут. — неожиданно оторвался от своего занятия десятник. — Помнишь, я тебе рассказывал про далекую страну, в которой добывают Лунное железо? Ну, где магии было слишком много и демоны постоянно прорываются в наш мир? Тут работает примерно тот же принцип, только вместо чародейской энергии используется сила множества загубленных душ. Если в каком-то месте разом погибает очень много живых, причем не важно кого: людей, эльфов, орков… Да хоть гоблинов! Если есть множество одновременных смертей в одном месте, есть небольшой шанс, что там нежить начнет подниматься сама собой. Ты даже не представляешь, как мы из-за этого страдали во время Южной Кампании против мертвецов… Вот представь — послал ты армию сражаться с кучей нежити, она победила, но потери оказались огромными и на следующий день тебе приходиться сражаться уже с своими собственными солдатами, которые погибли и восстали за ночь!

— И как же вы тогда победили? — с интересом спросил у него парень.

— Как-как… Железные головы помогли. — пробурчал в ответ тучный солдат. — Десятая Тысяча Железного Топота встала в центр построения, а наш полк разделили на две части и обойдя мертвую орду с флангов, мы взяли её в тиски. А после — маги устроили там всеобщее огненное погребение, спалив всех покойником — как ходячих, так и не очень.

— Ха, интересно, видать, было в то время… — хмыкнул Мизар, начав затачивать лежащий на коленях клинок. По просьбе парня, Вогаш показал ему, как нужно было ухаживать за оружием и даже поделился специальными принадлежностями, которые достал непонятно откуда. Правда, сам десятник от этого не сильно обеднел — пристройка к воротам оказалась чем-то вроде внутреннего барбакана крепостной стены и туда стаскивали буквально все, что могло помочь осаждаемым людям. К несчастью, это им не слишком помогло, а вот оказавшийся среди бесхозных вещей Вогаш был крайне доволен. — Но не хотел бы я служить в королевский тысячах.

— Слушай, парень, я понимаю, что это довольно личный вопрос — но чего ты хочешь? Не прямо сейчас, а в смысле — вообще, что думаешь делать после того, как выберешься к людям? — неожиданно спросил у него солдат, оторвавшийся от перебора добра.

— Честно? Я над этим как-то особо не думал. Выбраться из этой ловушки, да найти семью — вот и весь интерес. — задумчиво почесал в затылке рыбак. — Раньше я дом хотел построить, но теперь даже не знаю…

— Я почему у тебя спросил — сейчас во всем Фароле и без войны с эльфами проблем хватает, так что пока у нас есть свободная минутка — советую тебе хорошенько подумать о том, куда ты пойдешь и чем там займешься. Пока не закончиться эта катавасия, вскрыть тайник мы не сможем, а жить тебе на что-то придется. До нападения ушастых Западный Край считался в некотором роде зажиточным — не по количеству золота или еще какой роскоши, а по обилию еды. У вас тут никогда не было сильного голода, который бы выкашивал зимой целые подворья, а вот у нас такое частенько бывало…

— И что ты предлагаешь? Пойти служить в твою тысячу? — Мизар с сомнением посмотрел на толстого солдата.

— Нет, вот туда я тебе идти как раз не советую. — отрицательно помотал головой Вогаш. — У нас в новобранцы в основном шваль всякая попадает, пока будешь в рядовых ходить — ты точно прирежешь парочку таких отбросов, а это прямой и короткий путь прямо на виселицу.

— Я не…

— Спорить бесполезно — я видел, как ты хладнокровно прирезал остроухого. Обычно человек хоть как-то реагирует на совершенное убийство, особенно если еще совсем недавно он был обычным рыбаком, а ты был так спокоен, будто ничего и не было. — видя, как вытаращился на него парень, Вогаш понимающе хмыкнул. — Не забывай, что я не просто солдат, а еще и десятник дозорного отряда. Подмечать мелкие детали — мое главное ремесло. Но к чему я все это… Ты вроде как парень смышленый, да к тому же спас мою жизнь, и потому я бы хотел отплатить тебе за это, так что слушай меня внимательно…

От удивления Мизар даже отложил в сторону затачиваемый клинок и приготовился внимать словам толстого солдата.

— Уже совершенно точно ясно, что эльфы решили сражаться не на жизнь, а на смерть и война с ними скорее всего затянется надолго. Когда мы выберемся к людям, тебе понадобиться работа и я предлагаю тебе стать наемником…

Глава 11. Все и сразу

— Ну что, готов?

Мизар проверил, все ли он с собою взял, попрыгал на месте, проверяя, чтобы ничего не гремело и взяв покрепче рукоять эльфийского меча, молча кивнул стоящему с арбалетом наизготовку солдату.

Как следует отдохнув, рыбак решил проверить, что было за дверью в дальней части комнаты — с той стороны, откуда они вошли, снаружи все еще слышалось рычание голодных гулей, а вот со второго выхода за все время не донеслось ни звука. Вогаш предложил парню сбегать на разведку, посмотреть, что вообще творится в городе и можно ли как-нибудь по-тихому прокрасться мимо нежити.

— Это пристройка с припасами для гарнизона, а значит где-то за этой дверью должен быть выход на внешнюю крепостную стену, которую этот самый гарнизон должен был оборонять. Пробегись по ней и глянь, нет ли где свободного от мертвяков участка. Гули не слишком любят солнечный свет и на укреплениях их быть не должно, но ты все равно не расслабляйся. И запомни самое главное: на улицы Ороса ни в коем случае нельзя спускаться. Людоеды, которые сейчас скребутся со стороны главного входа — по сути простые падальщики, которые сильно опасны лишь в составе стаи. Но если тут произошло массовое самоподнятие — в центре города, где должны были прятать женщин и детей, обязательно окажется кто-нибудь посерьезнее, и тут уже одной зачарованной сабли будет маловато… — мужчина поморщился и поправил повязку на ноге. — Я бы сам сходил, но эта проклятая рана еще не полностью затянулась, а запах крови гули чуют за сотню шагов…

— Все равно я быстрее бегаю. — равнодушно пожал плечами парень, кивнув на дверь. — Готовься, я открываю…

Отодвинув засов, Мизар быстро встал сбоку от дверного проема, приготовившись зарубить любого, кто сунется в дверь, а десятник с арбалетом еще раньше вскинул свое оружие и держал вход на прицеле.

Но из прохода никто лез к людям, стремясь вцепиться им в глотки и была видна лишь уходящая наверх винтовая лестница.

— Вроде чисто… — десятник перешагнул порог и посмотрел по углам темного помещения. — Следов крови тоже не видно. Если ушастые и сражались с защитниками Ороса, то делали они это точно не здесь.

— Тем лучше. — с клинком наголо Мизар прошел мимо солдата и начал подниматься по лестнице. — Постараюсь вернуться до заката.

— Если не успеешь вернуться до темноты — постарайся где-нибудь укрыться и переждать до утра. — сказал ему в спину Вогаш, со скрипом закрывая дверь. — Ночью гули становятся активнее…

Забежав наверх, парень оказался на крепостной стене, с которой открывался хороший вид на некогда цветущий город, а теперь посыпанные пеплом руины. Взглянув вниз, он увидел примерно десяток тварей, которые копошились у входа в пристройку и безуспешно пробовали на зуб окованную металлическими полосами дверь. Прямо на глазах рыбака один из гулей обломал зубы о преграду и с полным боли криком отскочил назад, а его место занял следующий желающий.

" — Похоже, кровь действительно их приманивает, а заодно и отшибает последние мозги — любой зверь бы уже догадался, что тут ловить нечего и мореный дуб, вперемешку с железом им не прогрызть… Ну, нам же лучше — Вогашу точно ничего не угрожает."

Убедившись, что его не заметили, парень присел рядом с зубчатым парапетом и пригнувшись, чтобы его фигура была менее заметна со стороны города блуждающим по его улицам мертвым жителям, начал красться в сторону возвышавшейся над круглой каменной башней. По форме крепостная стена Ороса напоминала неровный шестиугольник, где по углам стояли высокие укрепления с узкими бойницами из которых было очень удобно стрелять по нападающим и был хороший обзор, как на округу, так и на внутреннюю часть города.

Просматриваемая на добрую сотню шагов верхняя часть стены была абсолютно свободна от нежити и пока Мизар крался к башне, у него было время подумать о том, что ему предложил тучный десятник.

***

Вогаш прямо сказал рыбаку, что в остальной части Фарола такому как он заняться было попросту нечем — волна беженцев хлынувшая с окраин в центральную часть королевства, еще с начала войны заняла все возможные места работы, в какие только мог приткнуться вчерашний крестьянин. Стремясь убежать подальше от возможной угрозы, люди целыми селами снимались с насиженных мест и придя в соседние края, были готовы браться за абсолютно любую работу, лишь бы не возвращаться обратно.

— Картина всегда одинаковая… — рассказывал тучный десятник. — Как только запахнет жареным, деревенские сразу же удерут к соседям, у которых поспокойнее. И плевать, что эльфы еще даже не перебрались через Серебрянку, а на левом берегу всех уже перебили — стоит только новости об этом просочиться к людям, бегство моментально станет повальным. Я уже четыре раза это видел и в этот раз вряд ли будет иначе…

Как альтернативу побиранию и лазанью по помойкам в поисках пропитания, опытный солдат предложил Мизару стать наемником. Когда начиналась большая заварушка и собственных сил армии Фарола уже не хватало, командиры Тысяч начинали нанимать "вольные клинки" на выданные королем средства, а иногда даже и на собственные деньги. Качество таких солдат редко когда бывало на высоте (самые толковые уже давно были либо в самой армии, либо в охране какого-нибудь видного аристократа) и они больше работали как вспомогательные части, перед которыми ставили конкретную и как правило, не слишком сложную задачу. Военачальники фарольской армии не были дураками — если дать наемнику самоубийственный приказ, он просто дезертирует с поля боя, вместе с выданным ему авансом, а потому старались поставить перед ними реально достижимые задачи.

— Так что не волнуйся, никто тебя в одиночку воевать с со всей ушастой кодлой не заставит — вернешься в составе армии, вместе с парой наших Тысяч, дашь крепкого пинка эльфийской братии, а если приведешь с собой пару крепких ребят, умеющих держать языки за зубами, то можно будет и наш тайничок пораньше выкопать… — видя, с каким подозрением начал на него поглядывать Мизар, солдат лишь добродушно усмехнулся. — Напрасно думаешь, что я предлагаю тебе стать наймитом лишь ради этого — в расположении полка у меня есть пара должников, так они корону с головы эльфийского князя пойдут доставать, если я их об этом попрошу. Сейчас я тебе просто описываю положительные стороны этого варианта…

На резонный же вопрос рыбака, как он пойдет воевать, если сражаться абсолютно не умеет, десятник только хмыкнул и попросил посчитать, сколько эльфов Мизар уже отправил на тот свет.

— То, что ты не знаешь, с какой стороны за клинок браться — дело десятое, да к тому же легко поправимое. Научиться махать железкой не особо сложно, а чему не научишься — само придет, с опытом. А вот то, что ты не боишься драки и не паникуешь при виде сильного врага — это хорошее качество для любого бойца. Голову, знаешь ли, помогает сохранить, как свою, так и товарища…

В общем, Вогаш сказал, что у него есть несколько знакомых, которые могли бы помочь Мизару на первых порах, если тот решит стать наемником. И парень понемногу начинал думать, что предложение десятника было довольно неплохим — выросший в деревне рыбак, хорошо представлял себе поведение своих соседей — если бы тем сказали, что соседнее село сожгли дотла, полностью вырезав всех жителей, то вместо людей появилось бы испуганное стадо. И в этом случае они с отцом даже не дошли бы до лодок — их бы просто растоптали, несмотря на всю силу и опыт Черноборода.

" — Не хочется рисковать своей шеей, но…" — парень посмотрел на черные остовы, оставшиеся от сгоревших домов. — "Война уже пришла ко мне. Смысл от неё теперь прятаться?"

***

Добравшись до сторожевой башни, Мизар подкрался ко входу и прислонившись к дверному проему, прислушался — из-за закрытой двери раздавалось громкое чавканье. Осторожно потянув за деревянную ручку, рыбак увидел захламленную караулку, посреди которой одетый в лохмотья гуль пировал чьим-то трупом, с хрустом вырывая куски плоти из мертвого тела.

Тварь была настолько увлечена трапезой, что заметила парня лишь тогда, когда меч в его руке уже несся к её шее — с выражением крайнего удивления на лице отрубленная голова нежити покатилась по деревянному полу, а Мизар пинком откинул обезглавленное тело подальше, чтобы его не забрызгало хлещущей во все стороны вонючей кровью.

"— А это еще что?" — Из-под кучи обглоданного мяса торчало что-то металлическое. Склонившись над остатками гульего обеда, парень отодвинул длинным лезвием погрызанный кусок человеческого позвоночника и увидел железный обломок доспеха с эмблемой королевства Фарол. Ставшей пищей нежити боец был из защитников города. — "Так тварь закусывала солдатом из гарнизона? Но как он здесь оказался, если в той же пристройке не было и намека на людские трупы? И почему не восстал как остальные, превратившись в кровожадную нежить? Странно все это…"

В сторожевой башне была такая же лестница, как и рядом с пристройкой, взбежав по которой, Мизар оказался на её вершине.

" — Нда… Зря я надеялся, что ушастые так просто от нас отстанут. Похоже командир им сильно хвосты накрутил, раз они решили сунуться в набитый ожившими мертвецами город." — С высоты было хорошо видно и большую часть Ороса, и окружающий город лес, и даже приличный кусок столичного тракта, по которому сейчас двигалась уже виденная парнем кавалькада эльфийских всадников. — "И как они только видят наш след, не слезая с лошадей? Хотя… Постоянно идти по нему не обязательно — достаточно определить направление и прикинуть, что может находиться в той стороне. А пройти мимо Ороса мы никак не могли."

Спрятавшись за каменным зубцом парапета, чтобы какой-нибудь излишне глазастый ушастый не заметил стоящего на вершине башни человека, Мизар начал следить за отрядом ищеек.

Остановившись рядом с одним из своих разрушенных лагерей, эльфы спешились и разделились на два отряда. Первый, состоял примерно из трех десятков бойцов и двух выделяющихся на фоне остальных солдат эльфов, в зеленых накидках с глубокими капюшонами и длинными луками. — "Похоже это те самые следопыты, о которых говорил Вогаш. " — Возглавляемый ими отряд прошел четко по следам людей и наткнулся на одну из убитых Мизаром тварей. Указав на труп гуля, один из следопытов что-то сказал своему товарищу, а тот кивнул в ответ и жестом отдал приказ остальным бойцам.

Те окружили ворота Ороса и расположившись в паре сотен шагов от ворот, стали чего-то ждать, а оставшиеся эльфы начали обустраивать стоянку, расчищая её от разного рода мусора и ставя небольшие палатки.

"— Выследили, но в сам город не полезли — значит они уже в курсе, что здесь нежить. Оцепили главный вход и стали рядом с ним лагерем… Они думают, что мы не сможем найти другого выхода? Орос — крупный город, здесь точно должны быть еще ворота. Надеюсь, у Вогаша хватит ума не высовываться на стену." — спустившись обратно в башню, парень попытался пройти дальше по крепостной стене. Эльфы эльфами, а искать выход нужно было в любом случае. Но дверь, ведущая дальше на стену неожиданно оказалась заблокирована — сколько бы Миза её не пинал, она не сдвинулась ни на сантиметр. Засова или чего-то на него похожего видно не было. — Чудесно…

Тихо выругавшись, Мизар посмотрел по сторонам, пытаясь найти иной путь вперед. Самым простым вариантом было спуститься на улицы города по небольшой каменной лестнице, которые примыкали к стене, но голодное рычание, доносящееся снизу, быстро поставило крест на этой идее.

"— А что, если…" — парень прикинул расстояние до обгорелой крыши ближайшего дома. У города была довольно плотная застройка, а рядом с крепостной стеной здания строили в основном из камня — как раз на случай осады и попыток поджога, из-за чего примыкающие к стене дома были хоть и почерневшими, но внешне целыми.

Расстояние было не слишком большим — выходило примерно четыре-пять шагов, перепрыгнуть которые с разбега было не слишком сложно. Убрав клинок в ножны, чтобы он не мешался, парень закинул их себе за спину и взяв небольшой разгон, сиганул на ближайшую к парапету крышу.

Приземлившись на обгорелую поверхность, рыбак почувствовал, как почерневшая черепица начала крошиться прямо у него под ногами и сделал кувырок вперед, пытаясь уйти с опасного участка. Хрустнувший настил целым пластом рухнул вниз, придавив нескольких находящихся в доме гулей, но Мизар успел зацепиться за уцелевшую при пожаре балку и даже умудрился взобраться на неё до того момента, как придавленные обломками крыши твари выкопались из под внезапного завала и решили поинтересоваться в честь какого события им на головы все это свалилось.

Уже догадавшийся, что за этим последует парень, залез обратно на стену и балансируя на узком участке, начал двигаться в сторону следующего дома.

Увидев рядом свеженькое мясо, гули крайне воодушевились и припадая на все четыре конечности попробовали залезть к Мизару, но был тот довольно высоко, да и сами твари в процессе сильно мешались друг другу из-за чего в паре метров под ногами парня началась самая настоящая свара, в которой нежить выясняла, кому же из них достанется добыча. Но на несчастье рыбака, у одного из мертвецов сохранились некоторые зачатки разума и отойдя подальше от драки своих собратьев, он прыгнул на Мизара.

Балансирующий на узкой стене парень не мог достать ни клинок, ни даже засапожный нож, а потому просто сделал шаг назад, пропустив перед собой самого сообразительного гуля. Пролетев мимо цели, тот проломил своим телом деревянные ставни на окнах соседнего дома и с жутким грохотом скрылся в недрах здания.

Пока Мизар добирался до конца стены и перепрыгивал на крышу соседнего дома(которя в этот раз оказалась покрепче предыдущей), позади него не смолкали рычание и звуки драки мертвых людоедов, но в итоге разборки нежити быстро закончились и из обоих зданий на улицу высыпало примерно по два десятка гулей. И все они смотрели на парня весьма голодными глазами.

— И почему я не удивлен? — с легким флегматизмом посмотрел на небо парень, но оно ему не ответило…

***

— Сходи на разведку, говорил он… Глянь, что в городе твориться, говорил он… — тихо бурчал Мизар на ходу, перепрыгивая с одной крыши на другую, под рев сотен глоток позади. — Да я скоро так всю нежить Ороса на себя соберу!

Добежав до угла здания, парень удачным ударом сапога сбросил вниз высунувшего голову гуля, который в падении зацепил еще нескольких тварей, пытавшихся забраться наверх по головам своих собратьев. Этот вид нежити оказался пусть и необычайно крепким, но довольно легким, из-за чего у орды голодных тварей еще не получалось поймать убегающую жертву — рыбак просто сбрасывал вниз тех, кто оказывался у него на пути, не нанося мертвецам какого-либо ущерба, но довольно успешно расчищая себе таким нехитрым способом дорогу.

Про то, что делать этого не стоило Мизар понял в тот момент, когда догадался оглянуться назад и увидел вместо пары десятков преследующих его гулей уже пару сотен. Оказалось, что каждый мертвец, которого он скидывал вниз, своим недовольным ревом привлекал внимание голодных собратьев и те присоединялись ко всеобщему забегу. Дошло до того, что по крышам за парнем скакала орава, размером с население пары районов города и конца-края этому видно не было — привлеченная шумом нежить не сбавляла хода и довольно бодро преследовала Мизара, который уже начал выдыхаться.

"— Кажется, до работы наемником я не доживу…"

Глава 12. Первая схватка

Яркое солнце медленно скрывалось за горизонтом, заполняя улицы Ороса длинными тенями, а скачущая по крышам города нежить постепенно окружала свою жертву, загоняя её в угол. Крики и шум беснующихся за спиной Мизара тварей начали привлекать даже не видящих погони мертвецов и в какую бы сторону не посмотрел рыбак, там его уже ждал какой-нибудь гуль.

"— На крышах становится тесновато — надо с них убираться, если я не хочу закончить свой путь в желудках этих людоедов. Вот только спокойно спуститься по какой-нибудь лестнице они мне не дадут, а значит это нужно сделать быстро. Только сначала надо осадить этих крикунов…" — Пробежав по толстой доске, которую горожане использовали, как мостик над широкой улицей, парень сбросил с крыши находящийся на его стороне конец, заставив дышащих ему в спину мертвецов рухнуть вниз с разъярёнными визгами. — " Надолго это их не задержит, но пару минут на "спокойно подумать" я у этих любителей человечины выиграл. Вот только… Даже если я смогу от них скрыться — с этой ордой нужно что-то делать, проскользнуть под носом у такого количества голодной нежити с раненым Вогашем не получится — почуют. Неплохо было бы столкнуть их лбами с эльфийской поганью, чтобы они ушастых сожрали, вот только как мне это сделать? Выйду через главные ворота — длинноухие нашпигуют меня стрелами раньше, чем я успею сказать "выродки", а часть гулей точно останется сторожить десятника, кровь которого они унюхают. Пристройка, в которой он засел, находится как раз рядом со входом в город. Придется как-то спихивать их прямо с крепостной стены. Хотя… Я сам — лучшая приманка и нужно лишь направить их к ушастым, а голод сделает все остальное. " — Мизар со злой усмешкой посмотрел на копошащуюся внизу кучу нежити, которая уже понемногу начала выстраивать кривое подобие живой лестницы, стремясь добраться до столь близкой добычи. — Проголодались, да? Как насчет отобедать парочкой остроухих ублюдков?

Парень стянул со спины выцветший плащ и оставшись в одном кожаном нагруднике поверх рубахи, смотал накидку в подобие толстого каната. Прикинув, в какой стороне сейчас было меньше всего тварей и как проще всего можно было добраться до крепостной стены, Мизар со всех ног побежал в выбранном направлении.

Пару вставших на его пути гулей, которые успели вскарабкаться наверх, он просто спихнул вниз — у нежити было множество сильных сторон, но к огромной радости рыбака, мозги в этот список не входили и нападали мертвецы всегда одинаково: присев, парень пропустил над собой хоть и сильный, но довольно неуклюжий удар когтями и навалившись плечом, отправил голодную тварь в короткий полет до каменной мостовой, а когда его сородич попытался схватить рыбака аналогичным образом, пригнувшись, Мизар проскользнул тому за спину и пинком по заднице, отправил второго гуля следом за первым.

Внизу началась очередная свара, а избавившийся от помех рыбак поспешил к краю крыши, на который как раз забирался очередной покойник.

К которому парень и побежал, растягивая между руками смотанный в веревку плащ — как только тварь увидела человека в паре шагов от себя и раскрыла пасть, чтобы издать голодный вой, не сбавляющий хода Мизар просунул импровизированный канат между челюстей гуля и буквально снес его с крыши, используя свое тело как живой таран.

Пролетев пару этажей, они рухнули на каменную мостовую — в полете забывший о своих когтях гуль на одних инстинктах начал пытаться вцепиться в горло Мизара, которое было буквально в нескольких сантиметрах от его клацающих клыков, но парень не давал ему этого сделать, удерживая челюсть твари на расстоянии. Все было четко продумано — мертвец не мог перекусить ткань из-за выдвинувшихся вперед зубов и до импровизированной веревки те просто не доставали, а сам гуль не смог за пару секунд падения найти оставшиеся от человеческой части крохи рассудка и догадаться порвать жертву когтями.

А после приземления ему стало уже не до того — удар хребтом об мостовую с такой высоты уже сам по себе был неприятен, а уж когда сверху приземлился ни разу не являющийся пушинкой Мизар, использовав нежить в качестве подушки, людоед и вовсе забыл о чем бы то ни было. С переломанным в нескольких местах позвоночником, даже гулю было сложно чем-то заниматься.

Помотав головой, слегка оглушенный парень увидел спешащих к нему со стороны центра Ороса монстров, но на его удачу, со стороны крепостной стены их практически не было — как говорил Вогаш, эта нежить не сильно любила солнечный свет и по возможности старалась держаться подальше от открытых пространств, а потому предпочитала прятаться в более темных местах.

Добежав до ближайшей каменной лесенки, по которым гарнизон города должен был подниматься на защищаемые укрепления, парень забежал наверх и столкнул вниз стоящую на парапете бочку с водой, которую осаждаемые приготовили на случай пожара — покатившись по ступеням, та сбила с ног нескольких тварей, организовав небольшой затор и дав рыбаку еще немного времени, а сам Мизар побежал по крепостной стене к ближайшей угловой башне.

Выбив с ноги дверь в караулку, парень подхватил лежащий в углу длинный моток веревки и взвалил его себе на плечо. Забежав на вершину башни, он привязал один конец к каменному зубцу с противоположной от эльфийского лагеря стороны, а второй начал обвязывать вокруг своего пояса.

"— Будет немного больно, но я справлюсь… Далеко там эти остроухие засели? " — в лагере эльфов уже заметили странное шевеление нежити (Было бы странно, если бы они пропустили шум, поднявший половину города на уши) и начали готовиться к обороне. Высыпавшие из палаток бойцы спешно натягивали на себя доспехи, а стоявшие в карауле солдаты возводили баррикады из разного рода мусора, оставшегося от прежних жильцов их лагеря. — " Уже начали догадываться о приближающейся ораве гулей?"

Мизар наклонил голову, прислушиваясь к звукам, доносящимся изнутри башни и тихо хмыкнув, скинул намотанную кольцами веревку вниз, чтобы она где-нибудь потом не зацепилась. Голодный рык многочисленных тварей и топот босых ног показывали, что все идет по плану — нежить не потеряла след рыбака и вот-вот должна была показаться на ему глаза.

Намотав веревку на свои руки, чтобы вся нагрузка не приходилась на один лишь пояс, Мизар подошел к краю и посмотрел вниз.

Эльфы, поставленные на уши, с подозрением поглядывали на башню, но пока что бездействовали, не понимая что именно им угрожает — просто заняли круговую оборону и на всякий случай приготовились отражать атаку.

С громким рычанием орава людоедов ворвалась на вершину башни.

"— Только бы веревка не порвалась…" — убедившись, что голодные твари его увидели, парень шагнул в пустоту.

Когда он пролетел несколько метров, веревка натянулась до предела и с огромной силой дернула руки Мизара, вызвав сдавленный стон парня, но выдержала. Увидев, как жертва уходит у них из-под носа, гули подбежали к краю башни, чтобы посмотреть вниз, но желающих отведать свежей плоти было слишком много, а мертвецов на небольшой крыше становилось все больше с каждой секундой и в итоге задние ряды, насевшие на идущих впереди сородичей просто вытолкнули передние ряды, которые полетели следом за парнем. Вот только в отличие от Мизара, у них не было спасительной веревки и гули просто разбивались о стоптанную до состояния камня землю под крепостной стеной.

И за всем этим цирком наблюдали ошалевшие эльфы, которые уже готовились подстрелить Мизара, но при виде дождя из мертвецов, начали спешно укреплять уже поставленную оборону.

— Посмотрим, насколько вас хватит…

***

— Держать строй, бойцы! Держать Строй! — командир эльфийского отряда надрывал горло, пытаясь хоть как-то управлять той свалкой, в которую превратилась оборона их лагеря. — Маги — на позицию!

Когда какой-то человек спрыгнул с угловой башни людского города, все солдаты были уже на ногах и при оружии, но к посыпавшимся со стены на манер речного потока тварям, эльфы все равно оказались не готовы. Пока мертвецы расшибались об землю кровавыми брызгами, кое-кто в лагере даже начал посмеиваться, но с каждой секундой таких весельчаков становилось все меньше, пока они не исчезли вовсе.

Поток нежити не останавливался.

Она уже не разбивалась о камни — тела первых погибших от удара покойников служили словно смягчающий удар слой для остальных и трупоеды уже не упокаивались окончательно. Выжившие (Насколько это было возможно для мертвых) гули, поднялись на ноги, начали озираться по сторонам в поисках человека и заметив стоящих укрепившихся неподалеку эльфов, недолго думая, ринулись в атаку, припадая на переломанные конечности. Первые из них даже не успели добежать до эльфийского лагеря и были прибиты стрелами к земле еще на подходе, но с каждой секундой таких "выживших" становилось все больше. Их уже даже не приходилось спихивать с башни — голодная и не ведающая страха нежить сама прыгала вниз, стремясь как можно быстрее добраться до живых и абсолютно не замечая прицепившегося к стене человека, который уже потихоньку начал отползать на противоположную сторону угловой башни.

Бой быстро превратился в свалку — стрелки уже не успевали упокоить всех мертвецов и бойцам из первого ряда пришлось запачкать свои клинки вонючей кровью нежити, которая пыталась сожрать их даже со смертельными ранениями. Если бы в отряде вместо пары десятков разрозненных бойцов был равный им по численности строй латников — эльфам пришлось бы намного легче, но настолько тяжелую броню в их княжестве носила лишь аристократия и некоторое число наиболее опытных воинов, а остальные предпочитали использовать более легкие варианты доспеха, которые не слишком помогали в такой битве. Неважно, насколько ты умелый фехтовальщик — отразить атаку сразу с нескольких сторон у тебя не получится и волей-неволей часть ударов придется принимать на броню, а уж если та прикрывает не все…

Несколько бойцов уже стали жертвами гулей — не успев вовремя среагировать, они пропустили пару ударов и твари просто и незатейливо повалили их на землю, сразу же начав рвать на части. Но некоторую пользу остальному отряду они принесли даже в таком виде — часть нежити стала занята дележкой наиболее вкусных кусков и выбыла из боя. Вот только поток сигающих с башни мертвецов не останавливался и постепенно стоянку долгоживущих воинов начали брать в кольцо.

Один из двух следопытов, которыми усилили отправленный на поиски убийц отряд, был совсем молодой юнец. По меркам короткоживущих рас он был невероятно стар — парню шла уже четвертая сотня лет. Но по меркам долгоживущего народа это был вчерашний ребенок, который едва научился держать в руках оружие. Его и в следопыты-то взяли лишь из-за огромного таланта к выслеживанию цели и высоким навыкам владения луком — настолько меткого стрелка во всей армии княжества Осенней Листвы нужно было еще поискать.

— Корис! — длинноволосый юноша оторвался от опустошения колчана со стрелами и повернулся к подбежавшему командиру. — Для тебя будет особое задание! Видишь смертного на стене города? Отлично! Обойди нежить с тыла и сбей на землю этого проклятого скалолаза! Да земли там лететь недолго — он должен выжить. Если сможешь взять живьем — бери живьем, если не получится — отрежь ему голову, но в любом случае, сюда не возвращайся! Мы с остальными бойцами пойдем на прорыв в противоположную сторону и отвлечем тварей, так что как добудешь трофей, тащи его сразу к нашему лидеру! Приказ понятен?!

— Да, но…

— Выполнять!

Не слушая дальнейших слов Кориса, лидер отряда жестом приказал ему отправляться и пошел обратно к солдатам. Он был единственным из отряда, кто был облачен в полный доспех и мог заменить сразу нескольких бойцов первого ряда, а потому не собирался отсиживаться за спинами подчиненных.

***

Когда молодой эльф скрылся за деревьями, один из бойцов обратился к своему командиру с неожиданным вопросом.

— Командир, вы серьезно думаете, что мы сможем прорваться? — солдат разрубил очередную тварь от плеча до пояса и вытер тыльной стороной ладони лоб. — Их же тут как пчел в разворошенном улье.

— Смеешься?! — статный командир в тяжелой броне парой точных ударов рассек сразу нескольких насевших на него гулей. — Эти падальщики сожрали наших лошадей, а без них мы тут даже сотни шагов не пройдем! — крутанув в руке изогнутый клинок, он снес головы еще паре тварей. — Я просто отослал молодого подальше от этой мясорубки, чтобы он тут голову с нами не сложил. Ему же еще жить да жить! А эта миссия — лишь красивый повод, иначе он бы начал спорить! — длинный меч замелькал в воздухе, создавая вокруг своего владельца смертоносный вихрь и мертвецы вокруг начали быстро превращаться в кровоточащие куски мяса. — Хотя если он сможет взять живым того смертного урода, что эту ораву сюда приволок — было бы неплохо…

***

" — Вот ты где! " — крадущийся среди деревьев Корис, подобрался вплотную к карабкающемуся по крепостной стене убийце нескольких представителей долгоживущего народа. Находящийся на высоте примерно двух человеческих ростов, он медленно двигался вбок по стене, не спеша переставляя конечности в между выбоинами, напоминая молодому следопыту огромного отвратительного жука. Обогнув угловую башню, враг оставил сражение с нежитью за поворотом и стремился убраться подальше от места схватки. — " Эти люди совсем не умеют строить укрепления — с такими щелями между каменными блоками, на эту стену не то, что человек — огр с легкостью залезет. Ну ничего, сейчас мы тебя спустим на землю…" — нащупав в колчане единственную оставшуюся стрелу, эльф мысленно выругался. Весь остальной боезапас он опустошил еще в лагере и не успел его пополнить, поспешив отправиться на выполнения задания. — "Ладно, справлюсь и так."

Хорошенько прицелившись, следопыт сделал свой выстрел — перебив веревку, которую человек использовал в качестве страховки, стрела вонзилась над его плечом, обдав лицо врага каменной крошкой. От неожиданности убийца отшатнулся назад и пытаясь безуспешно ухватиться за камень, полетел вниз.

" — В яблочко! " — повесив лук за спину, Корис огляделся по сторонам и убедившись, что падение человека осталось для гулей незамеченным, и они по-прежнему заняты отступающим отрядом, полез забирать свой трофей.

Но к удивлению эльфа, когда до распластанного на земле тела оставалось пару десятков шагов, убийца его сородичей тихо застонал и слегка пошатываясь, поднялся на ноги. Бросив злобный взгляд на подбирающегося к нему меткого лучника, он ничего не сказал и покачиваясь на ходу, побежал в сторону леса.

" — Крепкий попался… Только зачем он к лесу повернул, там же от меня скрыться точно не получится? Не хочет оставаться рядом с нежитью? " — пустившийся в погоню следопыт был так погружен в свои размышления, что чуть было не прозевал вражескую атаку. Вырвавшись немного вперед, и скрывшись между стволов деревьев, человек не стал бежать дальше и вместо того, чтобы пытаться спрятаться, решил напасть на преследующего его молодого эльфа.

Уклонившись от пусть и внезапного, но крайне неумелого удара трофейным мечом, следопыт выхватил свой клинок и в несколько ударов обезоружил выскочившего из засады врага — богато украшенное оружие вылетело из руки человека и вонзилось в ствол ближайшего дерева.

Но упрямый человек на этом не остановился — вцепившись обеими ладонями в держащую меч руку Кориса, убийца ударил эльфа коленом в пах, заставив его согнуться от боли и выронить оружие на землю — одежда следопытов была вообще лишена каких-либо доспехов и по сути ничем не отличалась обычной, из-за чего твердость колена противника тот ощутил в полной мере.

Но этого оказалось недостаточно, чтобы полностью вывести эльфа из строя и перехватив последующий за этим удар кулаком, следопыт перекинул человека через себя. Столкновение с землей выбило воздух из груди врага, но тихо рыкнув сквозь сжатые зубы, он продолжил схватку. Выхватив из-за пояса короткий нож, убийца долгоживущего народа полоснул им по руке Кориса, а когда эльф отшатнулся с испуганным вскриком, он не вставая с земли, пинком под колено опрокинул следопыта на землю.

Запрыгнув на своего противника человек попытался вонзить лезвие ему в глазницу, но перехватив удар врага, эльф не дал ему это сделать, удержав руку с оружием в нескольких сантиметров от своего лица.

— Умри уже… — Навалившись телом, убийца давил на короткую рукоять всем своим весом и та понемногу начала двигаться в сторону Кориса, но извиваясь на манер змеи, ловкому эльфу удалось немного сдвинуться в сторону и когда он ослабил хватку — нож пролетел мимо и вместо его черепа, вонзился в землю, слегка полоснув по виску молодого бойца. Ударив локтем в подбородок человека, следопыт смог сбросить с себя невероятно упорного врага и подняться на ноги.

Наконец-то ему удалось рассмотреть своего противника. Убийцей оказался молодой, коротко стриженный парень с рваным шрамом идущим через добрую половину лица. С хорошо заметной злобой на лице, человек достал нож из земли и встав напротив Кориса, сплюнул в сторону.

— Вторая попытка.

Глава 13. Выживший в городе мертвых

Мизар злобно щерился, но не спешил снова рваться в атаку. Нападение из засады себя не оправдало и единственным, кто был виноват в провале — это сам рыбак. Слишком поспешил и вместо того, чтобы начать петлять и сделать ловушку, попытался атаковать эльфа чуть ли не в лоб, вывалившись на него буквально из-за ближайшего дерева — само-собой такая тактика не сработала и враг успел вовремя его заметить. Еще и оружие выбрал неподходящее — вместо большого и тяжелого клинка, который Мизар добыл меньше недели назад, нужно было использовать короткий нож, с которым парень был уже давно знаком.

" — Учту эти ошибки на будущее, если выживу… А сейчас надо прикончить это ушастое ничтожество." — эльфёнок (В глазах человека этот "боец" не заслуживал звания нормального эльфа), стоящий в нескольких шагах от Мизара, с испуганным видом смотрел на парня зажимая кровоточащую рану на руке.

Рыбак не понимал, как такому созданию вообще разрешили отправиться на войну — да, он смог сбить его со стены и лишить оружия, но в остальном же… Слабый, абсолютно не умеющий терпеть боль и не приспособленный не то, что к настоящему бою — даже деревенские драки, иногда случающиеся в Зеленых Холмах, оказались бы для него суровым испытанием. Этот стрелок был абсолютно не похож на других солдат княжества, с которыми раньше сталкивался рыбак.

Видя злобный оскал парня, длинноухий стрелок судорожно забегал глазами по округе ища свое оружие, но оба клинка находились за спиной Мизара.

— Что, ушастый, не продумал эту часть? — судя по непонимающему виду врага, молодой эльф не понимал человеческую речь, но тон голоса он все же уловил и побледнел еще сильнее.

"— Какой же он трус…" — Если в начале боя эльфёнок еще пытался корчить из себя великого воина и оружием он действительно владел прекрасно, то как только парень пустил ему первую кровь — их роли резко поменялись. Из загоняемой в угол дичи Мизар сам стал хищником, а весь боевой пыл длинноухого снайпера куда-то резко испарился.

И это сильно нравилось молодому рыбаку.

Последние несколько недель он только и делал, что бегал и прятался, от эльфийских патрулей, но сейчас… Внушать страх врагу, видеть его ужас и беспомощность — было для Мизара в новинку. Крайне приятную новинку, от которой кровь парня буквально закипала.

" — Как бы мне это не нравилось — надо заканчивать с этим ушастым, пока мертвецы не доели его сородичей… " — Время играло как на стороне парня, так и против него. Рана, которую он нанес эльфу была глубокой и с каждой секундой тот все сильнее слабел, но вместе с этим и отряд длинноухих ищеек становился все меньше, а насытившиеся гули начинали понемногу разбредаться в стороны — между деревьями парень увидел несколько знакомых серых фигур, привлеченных запахом крови.

Перехватив нож обратным хватом, он рванул в атаку — подбежав к эльфу, парень неожиданно присел и полоснув клинком в районе пояса, заставил того отпрыгнуть назад, незаметно подхватив свободной руки горсть земли. Чтобы как-то занять врага, Мизар продолжил наступать, размашистыми ударами заставляя эльфа отступать все дальше и выжидая подходящего момента для использования новоявленного козыря.

Но в какой-то момент пятившийся ушастый просто запнулся об корягу и испуганно взмахнув руками, шлепнулся на землю. И прежде чем замахнувшийся ножом парень успел что-либо сделать, среди деревьев позади врага мелькнула невысокая тень — из кустов на эльфа набросился маленький гуль. Вцепившись клыками в горло длинноухого, маленькая нежить начала кромсать свою добычу под её истошные крики. Опьянев от вкуса крови и постепенно затихающего трепыхания жертвы, голодный мертвец даже не обратил внимания на стоящего от него в двух шагах рыбака.

" — Не знаю, то ли радоваться, что эта тварь за меня часть работы сделала, то ли злиться от того, что она не дала добить врага, на которого я потратил столько времени… " — тихо хмыкнув и высыпав набранную землю, Мизар убрал нож за пояс и забрав трофейный клинок, поспешил убраться подальше, оставив мертвеца наедине с его ужином. Меч стрелка парень забирать не стал — даже внешне тот выглядел хуже, чем оружие латника, да и за его ножны пришлось бы повоевать с гулем, а поднимать еще больший шум рыбак не хотел.

К тому же он просто устал — из пристройки, в которой они с Вогашем прятались, парень уходил когда солнце было еще в зените, а сейчас желтое светило опустилось за горизонт и ночь уже начинала вступать в свои права. Целый день беготни от голодных гулей, падение со стены и последующая драка со сбросившим его стрелком не самым лучшим образом сказались на самочувствии Мизара и вымотали его до предела. В эту секунду рыбак был готов отдать левую руку за возможность просто поспать, не опасаясь того, что его выследит голодная нежить.

Добравшись до окраины леса, парень осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, где конкретно он сейчас находится и далеко ли было до пристройки — пока Мизар играл в догонялки с ордой гулей, ему было немного не до четкого запоминания своего маршрута.

Крепостная стена и находящаяся неподалеку угловая башня не давала парню понятных подсказок — он был где-то рядом с Оросом, но ничего больше незнакомый с местностью рыбак сказать не мог.

" — Значит придется искать ночлег. Вот только где? В лесу оставаться опасно, судя по стихшему шуму боя, гули уже закончили с эльфами и сейчас начали разбредаться по округе. Разве что на дерево повыше залезть, но они же прыгают как зайцы-переростки. Достанут. " — прислонившись к стволу одного из деревьев, Мизар посмотрел, где заканчивалась крепостная стена. — " В сторону южного входа, через который мы с Вогашем вошли в Орос, идти нет смысла — моими стараниями там сейчас столько тварей пасется, что пробраться сможет разве что какой-нибудь ассасин. А до противоположного угла шагов пятьсот, не меньше, а там еще демоны знают сколько придется идти до других городских ворот, если они вообще там есть."

Если бы парень не был таким уставшим, он бы попробовал взобраться прямо по стене, благо для более-менее крепкого Мизара это не составило бы большого труда — в стык между блоками легко помещались пальцы взрослого мужчины. Но в своем текущем состоянии парень не смог бы туда залезть даже с лестницей, из-за чего рыбаку пришлось положиться на удачу и направиться на поиски других способов попасть в город.

" — Ну не может быть такого, чтобы у настолько большого города, как Орос было всего два входа. " — слегка пошатываясь от усталости, Мизар медленно брел среди деревьев, посматривая по сторонам, чтобы не нарваться на очередного людоеда и не разделить участь молодого эльфа. — " Надо лишь найти проход, вытащить Вогаша и сваливать отсюда как можно быстрее. Эльфов мы со следа сбили, а значит и дальше сидеть в полном городе людоедов нет смысла. А это еще что? "

Сторожевая башня, которой заканчивался очередной участок стены, была наполовину разрушена и с крыши до основания зияла огромными провалами, в которые бы без труда пролез человек. Среди кирпичей и поломанных каменных блоков торчали обломки каких-то странных черных камней, которыми, судя по всему и пробили брешь в обороне города.

" — Видно здесь ушастые в город и пролезли, а из той пристройки, в которой сейчас замел Вогаш, все просто сбежали. Из-за этого там и не было ни трупов, ни нежити… " — Мизар не был специалистом в штурме крепостей, но чтобы узнать в опаленных камнях осадные снаряды, которыми башню и изрешетили — много ума было не нужно. — " Там и заночую, а то скоро вырублюсь и меня можно будет голыми руками брать. "

Наплевав на скрытность и молясь всем возможным богам, чтобы рядом не оказалось какого-нибудь излишне глазастого гуля, парень похромал к ближайшему пролому. Забравшись на первый этаж башни, Мизар чуть ли не на ощупь нашел среди разбросанных по сторонам пожитков, большой сундук, доверху заполненный мешочками с сухарями.

Выкинув большую часть содержимого, чтобы освободить себе место, парень забрался внутрь и закрыв крышку, быстро уснул, используя один из мешков в качестве подушки.

Плевать на снующих по округе голодных тварей, плевать на то, что его мог кто-то заметить а короб с провизией ни разу не был хорошим укрытием — парень просто хотел спать…

***

— Ну куда же вы их спрятали… Они должны быть где-то здесь!

Солнечные лучи проникали сквозь бреши в каменной кладке, освещая разгромленную сторожевую башню, в которой царил полнейший хаос. Сломанные бочки из которых защитники пытались соорудить импровизированные баррикады на пути врага соседствовали с заполненными стрелами ящиками и ворохами свернутой в трубки исписанной бумаги.

Над столом, заваленным свитками стояла низкорослая фигура в темной накидке и тихо бормоча себе под нос, копалась в документах гарнизона.

— Да где же они?! Ну не могли же эти дуболомы утащить все схемы городской канализации с собой!

У стоящего в углу помещения сундука тихо приподнялась крышка и из появившейся щели на закутанную фигуру с интересом уставилась пара карих глаз — проснувшийся от поднятого шума Мизар с любопытством смотрел на склонившегося над свитками незнакомца. Сперва парень принял его за гуля, но нежить вряд ли бы стала интересоваться какими-то пергаментами. Оставалось только понять, кто именно это был, друг или враг, но со спины было сложно понять даже расу вторженца — с равным успехом это мог быть как эльф, так и человек.

Фигура тихо выругалась на плавном певучем языке.

" — Длинноухий. " — потянув нож из-за пояса, парень медленно поднял крышку сундука, и стараясь не шуметь, начал выбираться наружу, но затекшее за ночь тело подвело рыбака и вместо того, чтобы аккуратно ступить на деревянный пол, его нога дернулась в сторону и с размаху наступила на один из вытащенных накануне из сундука мешков.

Громкий треск сминаемых сухарей разнесся по помещению.

Моментально подобравшись, фигура в накидке резко обернулась к Мизару, но прежде чем та успела хоть что-то сделать, рыбак подхватил один из лежащих на полу мешков и со всей силы швырнул его в голову врага. На удивление даже самого парня — он попал прямо лицо, а треснувший по швам мешок осыпал низкорослого эльфа крошками и сухарями.

Не став ждать, пока ушастый придет в себя, парень продолжил наступать — взяв неплохой разгон, он протаранил невысокого противника, как следует приложившись к нему плечом и отшвырнул его к столу с бумагами. Подбив опорную ногу эльфа, Мизар завалил его на столешницу, разбросав по сторонам старые свитки и ударив локтем в живот распластанного ушастого, вызвал у того сдавленный стон. Не обращая никакого внимания на издаваемые врагом звуки, рыбак занес руку с ножом для добивающего удара.

Именно этот момент держащейся на честном слове капюшон с прикрепленной к нему тканевой маской выбрали для того, чтобы свалиться с головы противника Мизара. Врагом парня оказался не эльф! И более того — это была молодая светловолосая девушка, с довольно странной прической — половина головы юной особы была начисто выбрита, а оставшиеся волосы, свисавшие с противоположной стороны были заплетены в тонкие косички, которые заканчивались маленькими костяными фигурками. Но её внешность сейчас волновала Мизара куда меньше, чем расовая принадлежность.

— Человек?!

Вместо ответа девушка что-то тихо прошептала и взмахнула в его сторону покрытой браслетами рукой, отчего парня как будто бы снес воздушный таран — пролетев через всю комнату, он с грохотом влетел в стену и сползая по ней вниз, рухнул на пол, в процессе приложившись головой об какой-то ящик.

— Ненавижу магов… — сдавленно просипел рыбак, пытаясь встать хотя бы на четвереньки — после полученного удара ноги его не держали, а мир начал вращаться перед глазами. Даже когда он ударился головой об камень в Зеленых Холмах парню не было так плохо лишь усилием воли он удержал в себе последний съеденный им ужин.

— Кха… Это взаимно… — выплюнув сгусток крови, девушка слезла со стола и достав из одного из многочисленных кармашков на поясе какую-то склянку, опрокинула в себя её содержимое. — Во имя Великого Пожирателя Бури, ты еще кто такой?!

— Можешь поцеловать меня в задницу, остроухая подстилка… — перевернувшись на спину, Мизар прислонился к стене и достав нож, поднял руку в кривом и вялом подобии защитной стойки.

— Ты думаешь, что я служу эльфам?! — девушка, выглядящая с каждой секундой все более бодрой, подошла к Мизару и выбив какими-то чарами нож из вялой руки парня, начала его пристально разглядывать. — А ничего, что они убивают всех людей, которых только увидят?

— Для предателей людского рода можно и сделать исключение… — Вогаш не слишком распространялся об уничтожении своей сотни, но из того, что рыбак смог из него выудить, было понятно, что без предательства там не обошлось. Правда, кого конкретно подозревал десятник, Мизар так и не узнал. Впрочем, парня настолько сильно мутило, что эту колдующую девку он был готов прирезать и просто так. — Говоришь на их языке… Зачем-то копаешься в важных бумагах посреди заполненного мертвецами города… Еще и колдун… А вокруг шастают длинноухие выродки… Тут настолько много вариантов, что я даже не знаю, какой из них первый озвучивать… — тихо фыркнул "поплывший" рыбак.

— А "Великому Воину", нападающему со спины на беззащитных девушек, не приходило в голову, что кто-то из жителей этого города мог остаться в живых? — блондинка с хорошо заметной неуверенностью посмотрела на сидящего у стены парня и тяжело вздохнув, начала шарить по своему поясу. — Похоже, что "Удар покорителя Ветра" вышел слишком сильным и хорошенько встряхнул твою черепушку… В таком состоянии с тобой разговаривать бесполезно. Так, выпей-ка вот это!

Девушка достала еще одну склянку и несмотря на вялое сопротивление рыбака, заставила его выпить содержимое флакона — просто зажала парню нос, а когда Мизар попытался вдохнуть немного воздуха, влила зелье ему в глотку.

— Так, сейчас тебе полегчает… — опасаясь повторной атаки, блондинка отошла на несколько шагов и предупреждающе выставила руки. — Ты же не попытаешься снова вытереть мною стол? У меня есть более подходящие для боевых чар цели, знаешь ли. Нежить там… Эльфийская армия…

— Тфьу… Что это за дрянь?!

— Хорошо, что спросил. Это — лечебное зелье моего собственного производства! — девушка гордо выпятила приличного размера грудь. — Готовится из гнилых зубов гуля, настоя мухоморов и протухшей печени мертвеца! — и слегка смущенно почесав нос, добавила — Правда, первого и последнего у меня не было — нежить восстает в черте города почти сразу, а живого гуля поймать не вышло, так что пришлось использовать покрытую плесенью пшеницу и немного скисшего молока, но эффект должен быть не хуже. В теории. Надеюсь, список ингредиентов тебя не слишком смутил…

— Если мир вокруг меня перестанет выделывать кульбиты, я тебе авансом все грехи в жизни прощу, а свое варево можешь хоть из эльфийских ушей варить… — почувствовав себя немного лучше, парень поднялся на ноги и с недоверием посмотрел на блондинку. — Значит, ты из жителей Ороса?

— Технически… Не совсем. Я Йона — одна из учениц магистра Зумара, наставника кафедры археологии столичного университета королевства Фарол. Мы несколько недель назад прибыли в Орос для изучения нескольких найденных артефактов древности… Будем знакомиться? — девушка с непосредственностью протянула ладонь Мизару, как будто он не пытался убить её пару минут назад.

— А ничего, что я тебя…

— Бывает! — с невероятной непринужденностью перебила его Йона. — У нас пара ребят с боевого факультета тоже всех так доставала, нападая на кого попало исподтишка. Называли это "проверкой бдительности". Но однажды они решили попытать счастья с демонологами и те их живьем скормили своим зверюшкам. Причем даже декан тогда ничего не сделал — сказал, что сами вино…

— Слушай, это все, конечно, жутко интересно, но может ты расскажешь мне эту историю где-нибудь в другом месте? — парень с опаской посмотрел на проломы в стене башни. — Желательно с крепкой дверью и засовом. А то я тут немного пошумел вчера…

— Думаю, нам действительно стоит поспешить в мое убежище. — окинув взглядом кипу документов на столе, кивнула девушка. — Все равно того, что я ищу, здесь нет. Кстати, а тебя как зовут?

Глава 14. Планы побега

— Что-то пусто в округе… — Несмотря на отсутствие мертвецов в видимом пространстве, идущий позади Йоны зевающий парень не убирал ладонь с рукояти ножа. — Вчера нежитью чуть ли не все дома забиты были, а сейчас мы за полчаса ни на кого не наткнулись… Сомневаюсь я, что гули за это время все вымерли.

Орос как будто полностью опустел — лишь ветер гонял пару сухих листьев по каменной мостовой, да несколько раз в темных оконных провалах мелькнули серые, сгорбленные фигуры.

" — Когда я говорил, что соберу на себя всю нежить Ороса, я не рассчитывал, что это и в самом деле произойдет. " — так и не выспавшийся рыбак всю дорогу пытался понять, куда делись все восставшие жители города, которых должно было быть намного больше той оравы, что скакала за Мизаром по крышам. — " Округа выглядит прямо как моя родная деревня на утро после празднования первого дня весны — пусто, тихо и какие-то мычащие фигуры в домах прячутся. "

— Сейчас время так называемой "дневной спячки" — гули не слишком любят солнечный свет и ближе к полудню стараются забиться в как можно более темное место. — девушка, вернувшая на лицо тканевую маску и надевшая капюшон, махнула рукой в сторону ближайшего дома. — Сейчас мертвецы сидят по домам и копят силы для ночной охоты. Хотя я не уверена, можно ли называть гулей — "мертвецами". Да, эти создания появляются из мертвых тел, но по своему строению и повадкам, они больше похожи на диких животных и согласно некоторым классификациям являются скорее полуживыми химерами…

— Знаешь, мне вот вообще наплевать, кем там является пытающаяся сожрать меня тварь. — Мизар почесал пробивающуюся щетину на подбородке и с опаской огляделся по сторонам. — Лучше скажи, где у этих ребят слабое место. Их можно как-нибудь по-простому убить?

— Ну…Сделать это вроде как и без особых ухищрений не слишком сложно — основную проблему составляет кожа гулей, которая практически непробиваема для железного и стального оружия. Но если у тебя есть хоть немного зачарованный меч, то… О, мы уже пришли!

Перед ними стоял невысокий дом, больше напоминающий крепость — маленькие зарешеченные окна были больше похожи на бойницы, а при взгляде на широкую, оббитую металлом дверь, Мизар смог только уважительно присвистнуть — это была самая настоящая бронеплита, которую не каждый осадный таран смог бы выбить.

— Хорошо у нас маги живут… От кого защищаться думали? Местные не оценили вашего прибытия и решили всех чародеев на костер потащить?

— Что? Ах, это… — девушка подошла к двери и приложила покрытую браслетами руку к железной ручке. — Это не мой дом, я просто в нем укрылась, когда все началось. Тут раньше городской кузнец жил, из подгорного народа. Вот и построил себе хоромы в соответствии с дварфскими традициями. — на деревянной поверхности вспыхнули и погасли несколько белых символов, а Йона навалилась на дверь всем своим весом. — Чего ты там встал? Помоги мне!

Тихо фыркнув, Мизар помог девушке отодвинуть оказавшейся довольно массивной дверь и зашел следом за ней внутрь похожего на форт дома.

— Как ты до этого попадала внутрь? Эта штука как будто сделана целиком из железа! — закрыв дверь и задвинув в пазы тяжелый засов, парень с интересом начал рассматривать убранство дома, а посмотреть там было на что.

Помещение, в которое он попал было настолько низким, что Мизар чуть ли не чесал его своим затылком, но вот его убранство привело бы в восторг любого воина — горы самого разнообразного оружия, сваленные в кучи лежали по углам, а десяток полных латных доспехов стоял в ряд, вдоль дальней стены. В центре зала находился каменный стол, высеченный из одного огромного валуна, на котором вразброс стояли нехарактерные для этого места вещи — колбочки, склянки, флаконы с разноцветной жижей и небольшой котелок, возвышающийся на железном треножнике, под которым на небольшой горелке дрожало синее пламя.

— Магией конечно! Там какой-то хитрый механизм стоит, что изнутри дверь открыть легко, а вот снаружи практически невозможно. Так что для того, чтобы вернуться обратно в дом приходилось использовать уже знакомый тебе "Удар покорителя ветра" — как оказалось, он прекрасно подходит для толкания тяжелых объектов — стянув с головы капюшон и маску, девушка подошла к котелку и начала хлопотать над булькающим в нем варевом. — Так, две горсти крупы, немного зелени… Только бы не опоздать!

— Варишь очередное зелье? — Мизар присел на длинную скамью с противоположной стороны от блондинки. — А где остальные из этой твоей группы?

— Это — мой обед. И нет, можешь даже не спрашивать — делиться не буду, самой мало! И вообще, когда я ставила еду на огонь, то не рассчитывала, что у меня будут гости! Тем более кидающиеся на все подряд. — Йона с подозрением посмотрела на парня и подвинула горелку с котелком поближе к себе. — А что до нашей группы — так нету их, уже неделю как мертвы все.

— Вот как? Нежить постаралась? — повернувшись к ближайшей куче с оружием, рыбак начал её не спеша перебирать, ища подходящий по руке клинок.

— Скорее — их собственное скудоумие… — девушка налила себе полную тарелку и начала быстро её опустошать, периодически с подозрением посматривая на копающегося в клинках Мизара. — Говорила я им, что не надо лезть в драку, что гарнизон и без нас справится, а если и не сможет — то всего пара магов, да еще и не боевой направленности здесь уже ничем не поможет! Только не послушали они меня… Полезли на стену — да там и остались — эльфы обрушили на защитников настоящий огненный дождь и всех, кто там был за секунды превратили в подгорелое решето. А ты тут как оказался?

— Да что-то похожее — жил себе спокойно, горя не знал, но приехали ушастые стрелки и превратили мой дом в большой могильник. — найдя пару качественных ножей из хорошей стали, парень немного увеличил свой небольшой арсенал. — Теперь вот к людям пытаюсь выйти. Ты часом не знаешь, в городе кроме тебя кто-нибудь еще мог выжить?

— А что, моей компании тебе значит, уже мало?!

— Эм…

— Хех, да шучу я так, не обращай внимания. — видя как вытянулось лицо Мизара, блондинка тихо захихикала. — Когда больше недели сидишь в одиночестве, а твоей единственный собеседник, это засохший фикус… — Йона кивнула на стоящее в углу растение в горшке. — То понемногу начинаешь сходить с ума. Так что я даже такое страшное лицо, как твое, видеть рада.

— Да нормальное у меня лицо… — начал было спорить Мизар, но девушка молча достала из стоящей рядом со столом сумки зеркало и сунула его парню в руки.

При взгляде на собственное отражение рука Мизара сама собой потянулась к рукояти недавно найденного ножа. Сейчас его внешность он мало напоминала о том парне, что любил ловить рыбу под пивко в озере, рядом с родной деревней. Кожа посерела, от недоедания и недосыпа грани лица стали отчетливо заметными, под глазами пролегли глубокие тени, а уродливый шрам спускался по щеке от уха парня к его подбородку. И как будто этого было мало — взгляд у Мизара стал из разряда "Я нежно сниму с тебя кожу" и как бы рыбак не пытался это исправить, выражение лица постоянно возвращалось в это состояние. В общем, некоторые из гулей производили при встрече куда более приятное впечатление.

— Удивлен, что ты меня не прибила, когда была возможность… — Мизар вернул зеркало обратно. — Я бы такую рожу прирезал, не задумываясь. Еще бы и контрольных ударов сделал парочку, чтобы наверняка.

— У меня было такое желание. — Призналась девушка, откладывая в сторону опустевшую посуду. — Ну ты сам подумай — проверяю, я значит, документы и слышу — шуршит что-то за спиной. Оборачиваюсь… — Йона обвела пальцем фигуру парня — …а тут такое вот чудов… Чудо из сундука с провизией вылезает! Конечно, я испугалась! А ты еще и драться сразу полез! Живот, кстати, до сих пор побаливает!

— Ну извините, что при виде говорящего на эльфийском непонятно кого, я решил скрытно на него напасть! — громко фыркнув, огрызнулся Мизар. — В следующий раз буду заранее предупреждать о своем появлении трубным рогом и звонкими фанфарами.

— Вообще-то это был сильнурский… — мрачно посмотревшая на рыбака девушка щелкнула пальцами по костяшкам, которыми заканчивались косички на её голове. — Язык моего народа.

— А я как бы не языковед, чтобы в этом разбираться. — равнодушно пожал плечами Мизар, под недовольное сопение недовольно надувшейся блондинки. — И думаю, что большая часть жителей Фарола разделяет мое мнение. В любом случае, сейчас это уже не важно — надо думать как выбраться из города и перебраться на тот берег Серебрянки. У тебя, часом, идей никаких нет?

— За этим я, собственно, и полезла в ту башню. — пояснила все еще недовольная девушка. — В ней должен был хранится архив документов, которые глава города поручил спрятать перед атакой эльфийской армии, а там должны быть схемы городской канализации, в которых указано расположения подземного хода, идущего почти до самого берега реки. По земле до него не пройти — я один раз попробовала выйти из города и проскользнуть незамеченной, так эльфийские патрули умудрились меня заметить даже под чарами невидимости! Еле тогда ноги унесла! Пришлось в Оросе от них отсиживаться — тут в целом безопасно, если в центр не соваться…

— А что там? — поинтересовался у неё парень, разлегшись на скамье и вытянув ноги. — Я слышал от Вогаша, что в городе должна быть какая-то опасная тварь, но сам, слава богам, с ней не сталкивался.

— Так ты не один здесь? — сытая девушка заразительно зевнула и положила голову поверх сложенных на столе рук. — Не знаю, кто тебе про это рассказал, но ты должен сказать ему за это спасибо. Встречу с банши ты бы не пережил — если ты не архимаг, то это всегда кончается смертью. Вообще без шансов.

— Это еще что за тварь?

— Банши. Ты что, сказок про них никогда не слышал? — Мизар отрицательно покачал головой. Сказки он слышал в основном лишь тогда, когда давал кому-то деньги в долг. — Ну… Это призрак такой. Лютый и даже на фоне остальной нежити — крайне опасный. Может армию умертвить одним лишь своим криком, поэтому эльфы и отвели подальше все свои войска, оставив вокруг города лишь пару патрулей, на всякий случай.

— И что, это создание вообще никак не убить? — с сомнением посмотрел на Йону парень.

— Для начала — она уже мертва. И если ты намекаешь на эльфийский ковыряльник, что висит у тебя за спиной — нет, он банши не возьмет даже если ты сможешь к ней скрытно подобраться. На твоей железке чары второго порядка, а тут нужен минимум четвертый. — видя немой вопрос Мизара, девушка тяжело вздохнула и начала объяснять ему прописные (для себя) истины — От первого порядка, к последнему: Тело, энергетика, аура, душа, ядро души, искра и существование. На первом у тебя будет обычная железка, вроде тех, что ты за поясом прячешь. На последнем — оружие сможет вырезать само существование противника из реальности. Но слава Великому Пожирателю Бури, что царит в небесах — про такие вещи говориться лишь в легендах про древних магов и в действительности их даже в руках никто не держал. Так как банши это по сути неупокоенная душа — в материальном мире она неуязвима и чтобы её хотя бы поцарапать, нужно оружие, которое способно навредить духу. Понятно?

— Вроде как… — неуверенно протянул рыбак. — Значит, в центр Ороса лучше не соваться?

— Если ты не хочешь пополнить собой орду местной нежити — не стоит этого делать. Кстати, Мизар, а откуда ты вообще достал этот клинок? Нанесение даже таких чар на оружие из зеленчака стоит немало, а выглядишь ты… — Йона прикрыла один глаз и окинула парня оценивающим взглядом. — Некоторые побирушки побогаче будут.

— Догадайся…

— Получил в подарок от благодарного эльфа? — с невинным видом предположила девушка.

— Ага… Ушастый был настолько мне благодарен, что вскоре после этого помер от радости. — со злобной усмешкой фыркнул парень.

— Тогда я надеюсь, что ты готов всю оставшуюся жизнь следить за своей спиной — эльфы крайне мстительны в этом вопросе, особенно если это аристократы. Остроухие живут тысячелетиями и привыкли жестоко карать любого, кто посягнет на жизнь одного из них. На одной из лекций по истории рас мира, нам расказывали, как родные погибшего в одном из сражений эльфийского дворянина после завершения войны и заключения перемирия сроком на двести лет, дождались его окончания и вырезали всех потомков человека, который это сделал.

— Для начала им придется меня найти — я записку с именем и адресом на трупе как-то забыл оставить… — хмыкнул в ответ Мизар, доставая трофейный клинок и разглядывая отливающим зеленым светом лезвия. — Так вот как этот материал называется? Буду знать. А то Вогаш про его примерные свойства рассказал, а как сплав называется и сам не знает.

— Вогаш — это кто? — с любопытством спросила у рыбака Йона. — Твой друг?

— Солдат из фарольских Тысяч. — неохотно ответил Мизар, все еще не доверяющий девушке до конца. Не то, чтобы для этого были веские причины — просто из-за последних событий верить кому-либо было довольно опрометчиво. — Встретились в одном из уничтоженных эльфами поселений, когда те добивали остатки его отряда, с тех пор вместе и пытаемся выбраться из этой заварушки. Когда удирали от ушастых ищеек — сунулись в Орос, а тут нежити оказалось до чертиков…

— Ты притащил за собой хвост из эльфийских следопытов?! Они же точно сунутся в город и найдут это место! Тут магией фонит так, что его мало-мальский чародей сразу заметит, а у них в отряде точно должны быть боевые маги! — взволнованная Йона вскочила было на ноги, но лениво помахавший рукой парень быстро её успокоил.

— Не дергайся так — их уже нет. Немного побегал от оравы голодной нежити, но в итоге прошлой ночью у гулей на ужин была эльфятина. Правда, после этого пришлось ночевать в том сундуке, но… — Парень зевнул по примеру блондинки. Прошлая ночь вышла довольно бурной и толком выспаться он так и не успел, из-за чего у Мизара начали сами собой закрываться глаза. — За убийство почти полусотни эльфийских солдат это небольшая цена.

— Так вот как ты в той башне оказался?

— Других причин ночевать в чудесной компании мешков с сухарями у меня не было. Они, конечно, пахли вкусно, но не настолько, чтобы я решил использовать их в качестве матраса. Кстати, если ты не возражаешь, я бы хотел сейчас немного вздремнуть — в том сундуке было довольно мало места, а из-за одной шумной блондинки нормально поспать у меня так и не вышло. — Убрав эльфийский клинок в ножны, парень разлегся на деревянной скамье. — Мне хотелось бы исправить это досадное допущение… Постарайся сильно не шуметь.

— Эй, это как бы мое убежище и я тут командую! — девушка обошла стол и попробовала спихнуть Мизара на пол, но так как она пыталась это сделать голыми руками и не применяя магии — с тем же успехом можно было пытаться сдвинуть с места здоровый булыжник. Пригревшийся в тепле парень, умостившийся на скамье, абсолютно не горел желанием куда-либо идти. — Нам еще планы канализации города искать надо!

— Подождут до завтра — все равно сейчас я даже больного гоблина прибить не смогу. — пожал плечами уже засыпающий рыбак. — И даже если сам Жнец сейчас спустится на грешную землю, я не сдвинусь с места, так что будь так любезна — уймись и дай мне поспать. Варево какое-нибудь лечебное сваргань, Вогашу оно точно лишним не будет… А лучше сама как следует выспись, а то твои синяки под глазами скоро больше моих станут.

— Да у меня и так уже все свободные склянки с флаконами зельями заняты — чем я по твоему занималась тут все это время? И какие еще, к демонам, синяки?! — Йона быстро достала спрятанное зеркало и начала пристально разглядывать свое лицо. — Нет у меня ничего, врешь ты все!

— Молодец, хвалю за догадливость! — Повернулся на другой бок парень, которому в этот момент было вообще наплевать, чего хотела от него светловолосая волшебница. Хуже невыспавшегося человека может быть только не до конца выспавшийся человек, которому "пощупать" желаемый сон дали, но вот как следует отдохнуть — нет. — А теперь иди давить подушку, чтобы они и в самом деле не появились. И можешь не отнекиваться — я видел, что ты тоже клюешь носом.

— Потрясающая наглость! — девушка с ошарашенным видом смотрела на тихо сопящего Мизара. — И зачем я только сунулась в ту башню…

Глава 15. Враг не сидит на месте

— Мало нам было нежити — еще и дождь лить начал… — тихо пробурчал себе под нос парень, стараясь не разбудить дремавшую в паре метров от него девушку. — Интересно, а как гули реагируют на падающую с небес воду? Ясное дело, что не растают, чай не сахарные, но все же…

Выглянув в одно из узких окон-бойниц, Мизар посмотрел, что же творилось снаружи — там, где бушевала самая настоящая гроза.

Низвергающиеся на землю потоки воды обрушились на город шквальным ливнем, превратив каменную мостовую в грязное месиво, в котором копошились редкие восставшие покойники.

Основная часть бродивших до этого по улицам Ороса мертвецов попрятались под крыши уцелевших домов. Судя по громкому рычанию и шумной возне, те, кто успел забраться в здания быстро начали между собой выяснение, кто будет в стае вожаком — из темного проема ближайшего к укрытию Йоны дома несколько раз вылетали оторванные конечности.

В остальном же изменение погоды гулей не особо напрягло, но вместе с тем и не слишком обрадовало — нежить изредка косилась на разразившееся дождем небо, но больше ничего не делала.

— Натуральное зверье… Только дохлое и мозгов поменьше. — презрительно фыркнув, парень вернулся за стол с магическими вещичками Йоны и освободив немного места, начал перебирать свой арсенал. — Пора глянуть, что я за все это время успел насобирать…

Сама девушка все же воспользовалась советом рыбака и крепко спала, примостившись на лавке с противоположной стороны стола. Судя по нескольким светящимся рунам рядом с ней, блондинка тоже не слишком-то доверяла своему новому другу и перед тем, как лечь спать, обезопасила свой сон защитной магией. Не то, чтобы Мизар хотел с ней что-то сделать, но сам факт постановки защитных чар парень у себя в голове отметил.

" — Так-с, надо пересчитать, что у меня из оружия осталось… " — Опустошив заплечный мешок, рыбак разложил перед собой свой небогатый арсенал. Четыре ножа (два из которых были прекрасного дварфийского качества), тощий моток лески, небольшой мешочек с зачарованным чесноком, который рыбак прихватил с собой, когда они с Вогашем перетаскивали ящики в тайник и эльфийский клинок, которому явно требовалась хорошая заточка. — " Небогато… На "отбиться от парочки гулей" хватит, но на "Устроить всему длинноухому народу Геену Огненную", уже нет. Надо бы как-то себя усилить, а то нам в любом случае придется столкнуться с эльфами — раздобудем мы чертежи, о которых говорит Йона или нет, но берег Серебрянки по-прежнему находится под серьезной охраной. Может, попробовать выторговать у блондинки пару её бодрящих зелий? А что-нибудь еще она умеет? Было бы неплохо получить какую-нибудь полезную волшебную цацку… Если уж мы решили выбираться сообща, то ей же будет лучше, если я или Вогаш станем сильнее — чем толще щит, за которым ты прячешься, тем больше шансов, что тебя самого драка не зацепит."

Пока Мизар строил грандиозные планы, как бы припахать таланты молодой волшебницы себе на пользу, та успела проснуться и сладко потянувшись, начала тереть заспанные глаза ладошками.

— Уа-а-ах… Уже утро?

— Вечер. — Уточнил парень, начиная затачивать эльфийский клинок. (Дело это было довольно шумное и противно-звучащее, а потому Мизар ждал, пока девушка проснется, чтобы не разбудить её мерзкими звуками и скрежетом металла. А то мало ли, запустит спросонья в него какой-нибудь огненный шар и станет одним рыбаком в мире меньше.) — Хотя из-за льющего словно из ведра дождя сейчас нет особой разницы — тучами закрыло половину неба. Если мы не хотим возиться с шастающим по улицам Ороса дохляками, придется подождать до завтрашнего дня. Посидим до полудня — и пока трупоеды будут прятаться по норам, доберемся до Вогаша, а там уже он подскажет, где могут храниться твои бумажки. Все же методы армейского командования он должен знать на порядок лучше нас, так что куда они могли утащить нужные нам документы этому солдафону наверняка известно. А даже если и нет — три головы будут лучше двух, вместе что-нибудь да придумаем…

— Пока я спала, ты уже все просчитал? В принципе я не против такого варианта — бодаться с целым городом голодных гулей мне как-то не слишком хочется. А это что такое? — Йона с любопытством потыкала пальцем в один из "зубчиков" хитро устроенного штыря. — Чувствую в нем магию, но как-то странно… Как будто она в любую секунду готова свернуться клубком и спрятаться внутрь.

— Да вроде как они зачарованы на исчезновение и необнаружимость, но чары срабатывают только если эту штуку кинуть на землю. Позаимствовали немного таких вещиц у остроухих, попутно прирезав парочку сторожей. Правда, Вогаш сказал, что у эльфов этого добра должно быть навалом, так что сильно это по их армии не ударило.

— Хм… Твой друг не ошибся, тут явно массовая штамповка — уж больно характерно лежат на металле чары. Их должны были создавать в очень больших количествах, раз такие заклинания использовались при создании. Но в остальном — ничего необычного, железка как железка. — повертев в руках одну из металлических загогулин, девушка потеряла к ней всякий интерес и начала копаться в своих вещах.

— Кстати об магии… Раз уж мы будем выбираться вместе, неплохо бы как-нибудь помочь своим новым товарищам… — прозрачно намекнул на магическую поддержку Мизар.

— Хорошо. И как ты можешь мне помочь? — но девушка поняла это немного по-своему.

— Например, держать мертвяков или длинноухих подальше от твоей симпатичной мордашки, когда начнется очередная заварушка.

— А она начнется? — Резонно возразила ему блондинка, отрываясь от своих склянок и колбочек. — Мне кажется, мы собирались тихо-мирно перебраться на тот берег реки. Или ты хочешь в открытую воевать с ушастыми?

— Тут уже не важно, чего я хочу — тот, кто смог одним ударом не только откусить, но и удержать здоровенный кусок Фарольского королевства, не может быть полным идиотом и должен понимать, что любому, кто уцелел при зачистке деваться с этого берега попросту некуда, а значит нас у реки будут ждать. (Не конкретно нас, а вообще любого, кто сумел выжить). — Мизар кратко пересказал ей то, что объяснял ему десятник. — Нам в любом случае придется там пройти и мне бы не хотелось снова ловить своей задницей эльфийские стрелы.

— Снова? То есть разок тебя уже так подстрелили? — тихо хихикнула девушка, представляя себе эту картину.

— Не конкретно в зад, но да, подстрелили и повторять этот незабываемый опыт у меня нет никакого желания. — парень поморщился и повел плечами, вспомнив, как он выбирался из колодца — Поэтому я у тебя и спрашиваю — не можешь ли ты с этим что-нибудь сделать? Ты вроде про невидимость что-то говорила… Амулет такой получится сделать?

— А морда у тебя случайно не треснет? Тоже мне, нашел архимага-артефактора! — громко фыркнула в ответ Йона. — Я студент последнего курса, даже не полноценный маг, а ты предлагаешь мне на коленке из грязи и палок создать работу уровня претендента на титул магистра! Ты хоть представляешь, сколько всего нужно учесть при создании такого артефакта?! Скажи спасибо, что я это заклинание хотя бы на себя могу наложить!

— Ну, попробовать стоило… А стрелы магией отводить умеешь?

— Обычные — сколько угодно. Простейший воздушный щит, которому учат еще на первом курсе, прекрасно с этим справляется. Вот только эльфы прекрасно знают об этом заклинании и таскают с собой на такой случай зачарованные стрелы. — блондинка оттянула полу своего плаща, демонстрируя несколько характерных отверстий в серой ткани. — И вот они-то пробивают слабые защитные чары словно бумагу. Выяснила это на собственном опыте, когда удирала от их лучников.

— Хм… А туман ты создать можешь? Густой такой, чтобы вообще ничего видно не было. — рыбак закончил затачивать трофейный клинок и вложив его обратно в ножны, повесил их себе за спину. — Если полностью скрыться от ушастых и пройти незамеченными не получится, так пусть они хотя бы не видят, в каком конкретно месте мы находимся. От выстрелов это не убережет, но если хотя бы прицел лучникам собьет — уже будет неплохо.

— Туман? Можно, но… — блондинка окинула взглядом свои реагенты и что-то прикинув, повернулась к Мизару. — Слушай, а дым подойдет?

— А есть разница?

— Тогда я могла бы сделать дымовые бомбы. — Йона достала несколько пустых склянок и с огромным энтузиазмом начала "шаманить" над столом. — У нас в университете было несколько студентов, которые привезли их откуда-то с северо-запада. Один из моих одногруппников выменял их рецепт на пару конспектов по стихийной магии и начал продавать по всему потоку, вот только цену задрал до небес. Так сразу же нашлись умники, которые вскрыли эти штуковины и уже через пару дней весь университет знал, как их изготавливать. Причем, что самое забавное — магии в этом ни капли, все строго материально. Смешиваешь определенные ингредиенты во флаконе, закупориваешь крышку, взбалтываешь как следует и уже через несколько минут при соприкосновении с воздухом эта смесь начнет сильно дымить.

— Слушай, если талант к чародейству для них не нужен, может ты поделишься со мной рецептом? Само-собой, не задаром. — покопавшись в мешке, заинтересованный парень достал одно из колец, которые он снял с трупа латника и протянул его Йоне. — Сойдет за плату?

При виде созданного долгоживущим народом украшения, глаза волшебницы буквально загорелись огнем, а сам рыбак начал подозревать, что он сильно продешевил и эта серебряная цацка стоила намного больше, чем один маленький рецептик.

— Вполне! — эльфийская драгоценность исчезла с ладони Мизара настолько быстро, что он едва успел заметить размытое движение ладони блондинки. — Значится, смотри сюда! Сперва берешь толченый листок…

***

— Отец. — вошедший в палатку темноволосый эльф в посеребрённых доспехах коротко поклонился и вопросительно посмотрел на воина в богато украшенном латном доспехе, сидевшего за заваленным бумагами столом. — Ты звал меня?

— Да Лирузиль. Садись. — приканчивающий очередной кубок с вином Фирлик Красный Клинок кивнул своему сыну на стоящее рядом со столом кресло. — Есть разговор.

— Что-то не так? — молодой юноша прошел мимо своего отца и усевшись напротив мрачного генерала, вопросительно на него посмотрел. — Раньше твоя тяга к алкоголю была несколько… Более умеренна.

— Если бы вино еще хоть как-то помогало… — повертев украшенный драгоценными камнями сосуд в руке, старый эльф презрительно усмехнулся, из-за чего шрам на его лице стал еще заметнее. — Скажи-ка мне, командир копья Княжества Осенней Листвы Лирузиль, ты давно читал сообщения с юга захваченной нами территории?

— Последний раз я знакомился с отчетами два дня назад. Если судить лишь по ним, то план Великого Князя исполняется неукоснительно — человеческие деревни на левом берегу Серебряной реки уничтожены до последнего жителя, имевшиеся переправы сожжены полностью, а армия Фаркуса Третьего топчется на той стороне, не в силах построить новые под обстрелом наших лучников. Единственные неудобства доставляют лишь осадные машины, которые люди смогли подтянуть к берегу неделю назад, но точность у них практически нулевая и потери от их снарядов невелики, а в остальном крае они колеблются в пределах допустимого…

— Знаешь, что я начал испытывать с начала этой войны? — неожиданно перебил своего отпрыска генерал, ставя кубок на стол, попутно скинув со столешницы несколько свитков. — Разочарование. Но раньше оно было направлено лишь на смертных и последнее, чего я ожидал, так это того, что разочаруешь меня именно ты.

— Я не понимаю…

— Ладно люди, которые за несколько поколений, похоже, сражаться совсем разучились и от тех, кто бился со мною семь сотен лет назад не осталось даже имени. Или же наши собственные бойцы, которые умудряются умирать там, где спокойно пройдет старый, слепой и хромой гоблин — я уже не первое столетие командую армиями и привык, что война порой преподносит неприятные сюрпризы… Но ты то как умудрился проморгать очевидное?! — видя полнейшее непонимание со стороны Лирузиля, старый эльф тяжело вздохнул и подойдя к столу, одним движением сбросил с него всю документацию, открывая вид на карту региона. — Ладно, мы поступим иначе и будем действовать пошагово. Подойди ко мне. Видишь это место? Здесь впервые понес потери один из наших отрядов зачистки. Теперь, видишь вот этот городок? Там мы потеряли сразу целый десяток. А вот в этой области исчез один груз с зачарованным сюрпризом для тяжелой конницы врага. Отряд, отправленный на его поиски обнаружил лишь трупы и успел отправить ровно одно послание, сообщив, что идет по следу напавшего на повозку противника, а после — исчез с концами. И как вишенка на торте — вот тут наши дозорные засекли кого-то под невидимостью, когда он пытался пройти к реке. По отдельности все это вроде бы обычные и не стоящие особого внимания события, но если сложить их вместе… Надеюсь, на этого у тебя ума хватит?

— У нас в тылу работает отряд врага. — Молодой эльф устало потер виски. — И возможно, даже не один…

— Ход мыслей верный, но не думаю, что диверсантов много — больно ущерб незначителен. — Фирлик поправил позолоченный наруч и указал на несколько точек на карте. — Но их точно больше одного — попытка пройти к реке по времени совпадает с моментом атаки повозки, а оказаться одновременно в двух разных местах один боец чисто физически бы не смог. В любом случае — я беру пару толковых ребят и отправляюсь на разведку, хочу лично изловить этого вредителя.

— Отец, ты с ума сошел! — Лирузиль вскочил на ноги и встал напротив генерала, загородив ему дорогу к выходу. — Ты же командующий нашей армии — какая, к демонам, охота?! Ты не можешь так собою рисковать, да и кто будет нами руководить?! И как ты будешь с несколькими бойцами искать диверсантов?! Они же в любой дыре могут прятаться!

— Во-первых — я сильнейший воин эльфийского народа и если в тылу нашей армии окажется кто-то способный меня убить… Последствия ты и сам можешь представить. Во-вторых — цепочка командования в нашей армии налажена настолько прекрасно, что последние четыре недели я только и делаю, что приканчиваю запасы вина из походной кухни и пытаюсь найти причину вызвать на дуэль командира нашего штурмового отряда, который, как только меня услышит, уже сразу начинает прятаться. Ну а что до поисков — мне не придется их искать, я и так знаю, даже в какой конкретно дыре они засели. — подойдя к столу Фирлик ткнул пальцем в жирную точку, обведенную в черный круг. — Тут кроме этой дыры ничего нет и прятаться больше попросту негде.

— Орос? Но там же…

— Да, из-за одного нашего идиота город стал рассадником немертвых. — скривился генерал, помотав головой — Не знаю, где только такого урода Князь откопать умудрился и почему решил сделать командиром. Это надо же было додуматься, согнать все население города на центральную площадь и прикончить их одним заклинанием! Покрасоваться решил, попутно устроив нашим войскам "веселую жизнь"! Даже я — ни разу не маг, понимаю, что в таком случае какая-нибудь тварь, обязательно да вылезет и повезет, если только одна. Хорошо еще, что там гули появились, а не какие-нибудь вурдалаки или умертвия, иначе вместо четверти штурмующий Орос армии мы бы её целиком похоронили. Хотя они бы все равно быстро восстали…

— Отец, там же банши! — попытался воззвать к разуму родителя Лирузиль. — Это кр…

— Я знаю, что это такое. — отмахнулся от слов молодого командира Фирлик. — Заодно и погляжу вживую, как выглядит эта крикливая дама. А то столько тысяч лет прожил, а своими глазами банши ни разу не видел. Непорядок!

Обойдя опешившего от такого поворота сына, Фирлик уже на выходе кое о чем вспомнил и вернувшись обратно к столу, достал чистый свиток. Быстро набросав приказ, генерал шлепнул по пергаменту своим золотым кольцом-печаткой — из под зачарованного перстня пошел небольшой дымок и на бумаге остался оттиск герба Красного Клинка.

— Да, забыл сказать — совсем без лидера армию оставлять не стоит, поэтому пока я нахожусь на вылазке, ты временно будешь за главного. А если хорошо проявишь себя на этом поприще — станешь главнокомандующим на постоянной основе. Так что не посрами честь семьи, сын. — впихнув Лирузилю свиток с приказом, старый эльф похлопал его по плечу и быстрым шагом вышел из палатки, оставив своего отпрыска наедине с кипой разбросанных бумаг и донесений.

" А у меня вся эта нелепая возня уже в печенках сидит… Сидим с людской армией по разным берегам реки и выпучив глаза, смотрим друг на друга! Ни сражений, ни битв, ни достойных противников! Не война, а демоны знают что! " — думал Фирлик, прилаживая седло на своего скакуна. — "Ну хоть развеюсь немного на свежем воздухе…"

Глава 16. Песня Ороса

" — Ну Вогаш, ну скотина плешивая, я тебе это еще припомню… " — перепрыгнувший через остатки стены какого-то жилого дома, Мизар прислонился спиной к холодному камню и попытался на слух определить удалось ли ему оторваться от преследования. — " Говорил же, что в центр Ороса соваться не надо, но нет — подземный ход должен начинаться в городской ратуше! Но мы ведь все вместе мимо призрака пройти не сможем, а значит кто-то должен его отвлечь. Гениальный, мать его, план! А эта белобрысая ему еще и поддакивать начала, мол, "ты из нас самый быстрый и вообще — ты же не отправишь на смертельно опасное дело, вместо себя девушку или раненого товарища?" Видать, не забыла, как мой локоть познакомился с её животом, сволочь мстительная… Или она решила так отыграться за то, что я на её пару "аргументов" посматривал? "

Внезапно голову парня как будто зажали в стальные тиски, а во рту появился металлический привкус. Уже знающий, что за этим последует, Мизар рухнул на землю, прикрывая голову руками — и как показали дальнейшие события, сделал рыбак это как нельзя вовремя.

В воздухе раздался истошный женский вопль и каменную кладку, за которой он прятался, разнесло вдребезги, разбросав по округе каменные осколки на манер шрапнели. Парочка таких камушков уже торчала в нагруднике Мизара и хотя до его тела осколки так и не достали, они неприятно царапали кожу, заставляя рыбака морщиться.

- Слыхал я, что есть бабы, умеющие своими криками мозги выносить, но что они это делают таким вот образом… — тихо просипел парень, смотря на сквозное отверстие в соседнем доме, уходящее далеко вперед. — "И зачем я только на это согласился?! А, ну да, я же несколько недель ни одной женщины не видел, а у Йоны такие…"

Отряхнувшись, парень поднялся на ноги и уныло посмотрел в конец улицы. Там, среди остовов обугленных домов и куч гниющих трупов, в воздухе парила полупрозрачная фигура девушки, закутанная в грязные тряпки. Банши медленно двигалась в сторону парня, неотрывно смотря на него немигающими, антрацитово-черными глазами сквозь длинные и спутанные волосы. Призрак следовал за своей жертвой, проходя сквозь любые препятствия и не замечая никаких преград и все, что спасало Мизара от смерти, это невысокая скорость парящего духа. А еще тот факт, что она своим появлением распугала всю остальную нежить, которая могла бы его замедлить — при виде полупрозрачной фигуры гули бросались наутек с такой скоростью, что догнать их не смогла бы и скаковая лошадь.

Зачем они это делали рыбак понял, когда следующая за ним банши походя своим взрывным криком превратила сразу с десяток мертвых тварей в кровавые кляксы — пусть все они и были нежитью, но как бы это странно не звучало, громкоголосый призрак на дух не переносил этих голодных падальщиков.

Видя, как банши отводит голову слегка назад, накапливая силу для очередного выкрика, Мизар вымученно усмехнулся и тяжело вздохнул.

— Эх, а ведь я сюда и идти-то не хотел…

***

Когда они с Йоной вернулись к тучному десятнику, тот был рад им как родным — за то время, пока Мизар отсыпался, фарольский солдат уже успел несколько раз похоронить парня, а в то, что кто-то сможет уцелеть в заполненном нежитью городе и вовсе не верил.

Правда, когда рыбак рассказал ему подробности встречи с волшебницей, Вогаш извинился перед блондинкой и отведя Мизара в сторонку, поинтересовался, все ли у того в порядке с головой, а также как он мог спутать человеческую девушку с парой солидных и объёмных "аргументов" с эльфийским солдатом, который даже издали был на людскую женщину не похож.

— Парень, ты это… — тучный солдат покосился на сидящую в углу девушку, которая записывала что-то в свиток. — За спиной своей приглядывай. А то знаю я этих чародеек… Взбредет что-нибудь в голову и все, пиши пропало!

— Интересно, откуда? — хмыкнул парень, с недоверием посматривая на Вогаша. — Ты же десятник Тысячи на границе нашего королевства, а не какой-нибудь маг из столицы Фарола.

— А вот оттуда! У меня дома таких аж три штуки сидят: Жена — главный целитель и по совместительству командир лазарета при Тринадцатой Тысяче, Теща — советница по магии в свите одного из приближенных к самому королю Фаркусу дворянина и для полного "счастья" еще и у дочки год назад дар прорезался, будь он неладен! — сплюнув, десятник осенил себя отгоняющих темных духом знаком. — Как будто проклял кто! Не дом, а натуральное ведьмино логовище! Кхм. В общем, ты с ней поаккуратнее будь…

И пусть Вогаш не знал, куда защитники Ороса спрятали документы(Да где угодно! Представь себе, у солдат Фарола нет общей для всего королевства системы тайников!), но на их удачу, солдат догадывался, где примерно должен начинаться тайный ход.

— Тут даже думать особо не надо — он должен начинаться где-то в цитадели. Городской ратуше, если по-вашему. Пока ты нашу гостью окучивал…

— Эй!

— Если бы…

Девушка с возмущением посмотрела на насвистывающего бодрую мелодию рыбака, но тот в наглую рассматривал её "дары природы" и соизволил отвести взгляд, только когда разозленная блондинка сунула Мизару под нос объятый разрядами электричества небольшой кулачок.

— Хех! Лет тридцать назад я так со своей женой и познакомился! Только вместо боевого заклятья была здоровая такая, шипастая палица. — Вогаш довольно хмыкнул, глядя, как светловолосая девушка краснеет от смущения и по самые брови закутывается в плащ, оставляя на виду только глаза да заканчивающиеся костяными фигурками косички. — Ладно, молодежь, это все вы еще успеете обсудить, а сейчас я хочу сказать вот что — пока Мизар гулял с гулями под ручку, я несколько раз поднимался на стену и рассматривал город через вот эту вещицу. — он потряс в воздухе подзорной трубой. — Все с этой позиции у меня разглядеть не получилось, но центр Ороса был виден хорошо. Йона, ты уверена в том, что там засела банши?

— Я своими глазами её видела. — кивнула девушка, показывая из плаща все еще покрасневший носик. — Слава Пожирателю Бури, с большого расстояния, поэтому нежить меня не заметила — но это совершенно точно был призрак девушки, разносящей все вокруг своим голосом.

— Тогда плохи наши дела. — десятник задумчиво почесал свою щеку. — Как я понял из увиденного — Ратушу Ороса переделывали из форта, что для нас одновременно и хорошо и плохо. Хорошо потому, что документы с чертежами искать не придется — подземный ход должен начинаться именно там, ведь его копали еще в то время, когда здесь стояла лишь одна крепость. А плохо потому, что незаметно для духа мы туда пройти не сможем — места в центре маловато.

— Это еще почему? Орос большой — я не думаю, что этот дух будет сидеть на крышке люка и вечно караулить этот ход. — не понял его Мизар. — Или что там будет, вместо двери… Дождемся, пока он отвернется и прошмыгнем по-быстрому!

— Призраки смотрят не глазами и ориентируются в пространстве по ауре. — тяжело вздохнув, объяснила проблему парню, все еще дующаяся на него блондинка. — А аурное зрение у них видит дальше, чем обычное и преград для него нет. Банши заметит нас еще до того момента, как мы доберемся до ратуши.

— Именно! — кивком подтвердил слова девушки тучный десятник. — Во время Южной кампании мы из-за этого стольких ребят потеряли… Что бы мы не делали, призраки всегда знали обо всем заранее и рушили любую стратегию.

— Но как-то вы же тогда победили, раз ты выжил и сидишь сейчас здесь? Может используем ту же тактику?

— А у тебя есть с собой тысяча тяжелых латников в зачарованной броне? Нет? Тогда боюсь, что у нас не получится это сделать.

В комнате воцарилось молчание.

— Слушайте, а может мы эту банши выманим? — неожиданно предложил рыбак, кивнув на Йону. — Пусть наша новая знакомая наколдует какую-нибудь иллюзию и пустит вдоль улицы — дух побежит за ней, а мы прошмыгнем к ратуше.

— Идея была бы хороша, если бы не одно "Но" — призрак на обычную иллюзию не клюнет, у неё ауры нет. — отрицательно покачала головой светловолосая девушка. — Для этого нужно создать полноценного фантома, а это уже совсем не мой уровень. Нужно придумать что-то другое.

— Слушай, Мизар, ты же у нас парень шустрый… — с намеком начал Вогаш, но парень даже дав ему договорить, сразу показал десятнику неприличный жест.

— В Бездну с такими предложениями катись! Почему каждый раз, как ты задумываешь отвлекающий маневр, я должен выступать в роли приманки?!

— А кто еще-то?! — развел руками не менее возмущенный солдат — Я, со своим пузом, даже с горы катиться медленно буду, а наша новая знакомая… — он с намеком указал глазами на грудь девушки. — Не самый лучший бегун, у неё небольшие проблемы с балансом. — в словах десятника отчетливо сквозило — "Ты эти дыни видел?! С такими быстро бежать невозможно, они точно перевешивать будут!"

— А я еще пожить хочу! И мне как-то по… Бхе! — к спине рыбака прижались два объёмных полушария, а пояс обвили девичьи руки. — Ты чего это там удумала?!

— Пожалуйста, Мизар, помоги нам! — красная, как вареный рак, Йона, вцепилась в парня, пытаясь убедить его побыть наживкой для призрака. — Из нас троих только у тебя есть шансы убежать от духа!

— Слушай, "великий маг", твои женские чары тут не сработают. — Мизар высвободился из хватки девушки и отошел от неё на пару шагов. — Ты сама говорила, что встреча с банши это верная смерть, а теперь на пару с этим хитрозадым солдафоном пытаешься меня прямо к ней отправить!

— Так это если с ней сражаться начать! А если убегать — то у тебя есть все шансы! Банши — не очень быстрый вид нежити и зачастую они любят играть со своей жертвой, так что у тебя будет небольшой запас времени. — Тихо сказала смущенная от собственного поступка блондинка. Похоже, что использовать свои природные данные для убеждения мужчин она не любила, но оставаться в забитом гулями Оросе девушке хотелось еще меньше. — И я… Это…

— Хочет сбежать отсюда, как и все мы. — встал на сторону девушки Вогаш. — Слушай, парень, заканчивай уже упрямиться — у нас вариантов не особо много. Либо мы кукуем в полном нежити городе до прихода следующей партии эльфийский ищеек, либо используем подземный ход и делаем ноги.

— Первый вариант мне нравится намного больше — там мне собственной шкурой рисковать не придется. — фыркнул в ответ Мизар, переводя взгляд с девушки на солдата.

— Угу, а еще ушастые уже должны быть в курсе об уничтожении патрульного отряда, который ты скормил гулям, так что в этот раз придут ребята посерьезней, куда более подготовленные и опасные, а идти они будут уже конкретно по твою душу, так что спрятаться и пересидеть не получится. И сам подумай — призрак тут один, а остроухих будет много… От кого проще удрать? Тем более что с духом тебе и придется всего-то пару кругов вокруг района навернуть!

Видя, что десятник всеми правдами и неправдами пытается убедить Мизара стать наживкой, к нему подключилась и волшебница.

— Ты же не отправишь вперед себя девушку? А у твоего друга нога еще явно не зажила и…

В итоге, Йона на пару с Вогашем за пару дней столько раз проехались по ушам рыбака, что вскоре тот был готов, не то, что к призраку идти — в одиночку на штурм Великого Леса отправиться, лишь бы эти два спевшихся клеща-мозгоеда оставили его в покое.

Но к чести товарищей Мизара — неподготовленным они его в сердце Ороса не отправили: Девушка сварила и чуть ли не силком влила в парня с десяток разных укрепляющих и бодрящих зелий, которые (в теории) должны были ослабить воздействие крика призрака, а десятник максимально подробно описал все свои столкновения с потусторонними тварями во время Южной кампании, чтобы рыбак примерно знал, чего от банши можно было ожидать. Пусть с самой крикуньей Вогаш никогда не сталкивался, но вот в бою с её "младшими собратьями" побывать успел.

Вот только когда истошный визг мертвой девушки превратил в щепки половину дома, чуть не обрушив его парню на голову, он понял, что все это мало ему поможет…

***

Мизар перекатом ушел в сторону, уворачиваясь от невидимой волны всеразрушающего крика.

— Что там говорил Вогаш? Не оставайся долго на одном месте? Шикарный, мать его, совет! Особенно если учесть что времени на передышку мне эта тварь не дает! — парень пытался отдышаться, внимательно следя за отводящей назад голову полупрозрачной девушкой. Зелья Йоны и открыли в парне второе дыхание, но со временем даже его становилось мало — пусть банши и двигалась медленно, но в отличие от Мизара нежить не могла устать или допустить ошибку из-за утомления. — Ну вот, сейчас опять будет орать… — рыбак метнул в банши один из своих ножей, но тот, ожидаемо, прошел духа насквозь, никак ему не навредив. — Попытаться стоило…

Но прежде чем дух девушки успел выпустить на волю очередную волну разрушения, на узкой улочке Ороса появилось новое действующее лицо. Высокий, седой эльф, с собранными в хвост длинными волосами и в золоченой латной броне, с ловкостью кошки бесшумно приземлился на мостовую в нескольких метрах за спиной духа.

У Мизара закрались в голове нехорошие подозрения — длинноухий был облачен в цельный, закрытый доспех и тот должен был шуметь, словно железное ведро, доверху забитое гвоздями, но вместо этого эльф не издав ни звука, сделал шаг в сторону призрака и раскрутив в отведенной в сторону ладони длинную двуручную саблю, с размаху опустил её покрытое светящимся колдовским узором лезвие на спину банши.

В последний момент нежить что-то почувствовала и ушла в сторону, избегая удара. Воспарив над землей, полупрозрачная девушка громко завизжала, криком выпуская накопленную силу в длинноухого воителя.

От дальнейших действий седого эльфа глаза Мизара полезли на его же лоб — слегка присев, облаченный в тяжелый доспех остроухий сделал сальто назад, отскакивая в сторону ближайшего дома и пропустив под собой разрушительную волну, а затем побежал наверх прямо по стене и оттолкнувшись от потрескавшейся каменной кладки, прыгнул в сторону призрака. Рыбак думал, что сейчас ушастый вояка, как и его нож пролетит насквозь, но удар сжатой в кулак латной перчатки с грохотом отправил парящую над землей банши вниз — с полным ненависти воем, призрак ушел в мостовую, пройдя сквозь спрессованный камень.

— Какой там круг должен быть у оружия, чтобы оно могло навредить духу? — тихо пробормотал парень, нащупывая рукоятку трофейного клинка и пытаясь вспомнить, что ему говорила про зачарование Йона.

— По системе вашего университета магии — четвертый. А в моем снаряжении нет вещей, меньше пятого круга зачарования. — внезапно ответил ему на фарольском ловко приземлившийся на землю эльфийский воин — Так вот значит, кто гадит на нашей территории? А где остальные из твоего отряда?

— Какого еще отряда? — попробовал сыграть дурачка Мизар. — Я после устроенной вашим братом резни тут как бы один остался…

— Лгать бесполезно — мы уже знаем, что здесь работает группа диверсантов. И даже если ты не из фарольских солдат, то это мало что меняет — людей не должно быть на левом берегу Серебряной реки, а приговор для нарушителей у нас один на всех — смерть. — Эльф тяжело вздохнул и неспешно пошел к парню, отведя в сторону руку с клинком и начав его раскручивать. — Навряд ли ты меня послушаешь — но… Нам обоим будет куда проще, если ты сам расскажешь, где сейчас твои товарищи. Пытки смертных — это не то занятие, что приносит мне удовольствие, и совершенно точно, не то, что ты хотел бы испытать на своем опыте.

Речь остроухого бойца прервал ударивший по ушам противный звук, заставивший Мизара замотать головой, а эльфа слегка поморщиться. Уже знакомый с характерной особенностью вопля банши, парень под непонимающим взглядом облаченного в латы воителя резким перекатом ушел в сторону.

Каменная кладка взорвалась осколками и вихрь осколков прошелся вдоль улицы, вышибив стекла ближайших домов. Но основной удар пришелся на эльфа — видя, что он не успевает уйти из под атаки, седой воин перехватил свою саблю двумя руками и встав в более устойчивую стойку, с воинственным кличем ударил зачарованным клинком прямо навстречу идущей на него невидимой волне разрушения.

И у него получилось её разрезать!

Зачарованное оружие рассекало смертоносный поток надвое и тот огибал фигуру в позолоченных латах, словно волнорез, вставшую на его пути. Земля крошилась под ногами воителя, а сабля в его руках дрожала, но разделенном надвое шрамом лице была широкая ухмылка, а сам эльф хохотал, точно безумный.

Наконец, поток разрушения иссяк, открывая вид на потрепанного, но все еще целого воина. Доспех на эльфе дымился, заколка, удерживающая собранные в хвост седые волосы, треснула, отчего они серебряным водопадом рассыпались по плечам, а с края одного из глаз, стекала небольшая струйка крови.

— Куда это ты собрался, смертный? — длинноухий воитель повернул голову к Мизару, который уже успел вскарабкаться на крышу ближайшего дома и судя, по всему, собирался уйти не попрощавшись. — Я с тобой еще не закончил.

— Вижу, вам тут и без меня весело, так что не буду вам мешать. — сжав ладонь в кулак, парень помахал им выплывшей из-под земли банши. — Девушка, люди в моем лице болеют за вас. Ну, я пошел.

Рыбак спрыгнул с другой стороны дома, скрывшись из виду, а проигнорировавший его слова призрак начал отводить голову для новой атаки, избрав своей целью эльфийского воина.

— Вот же хитрозадая скотина…

Глава 17. Маршем в логово врага

— Нет. Без шансов. — тучный десятник спрыгнул с дерева и сложив подзорную трубу, спрятал её где-то в складках плаща. — Там минимум четыре подозрительных места, в которых точно сидит кто-то из ушастых. Хорошо, если это просто наблюдатели, но скорее всего в этих схронах сидят стрелки, которые моментально превратят нас в ежей, если мы сунемся к воде.

В ответ Вогаш услышал лишь усталый девичий вздох и злобную ругань молодого рыбака.

Их маленький, но очень гордый отряд смог выбраться из Ороса через найденный волшебницей подземный ход и сейчас сидел в кустах подлеска недалеко от берега Серебрянки. Йона присела на камень и достав из мешка писчие принадлежности что-то чертила на клочке бумаги, а Мизар сидел прямо под деревом, на которое, для улучшения обзора, взобрался тучный солдат, и с задумчивым видом проверял заточку одного из своих ножей.

— Насколько плотно все перекрыто? — спросил у солдата помрачневший парень. — Если раздобудем лодку, как быстро в нас начнут стрелять?

— Быстрее, чем мы подойдем к берегу. — без раздумий ответил Вогаш. — Лес там вырублен подчистую — до нападения Княжества тут точно стояли фарольские сторожевые посты и для лучшего обзора все деревья на берегу спилили. Раньше это позволяло нашим солдатам держать реку под контролем и отлавливать разного рода отребье, вроде пиратов с контрабандистами, а теперь ушастые здесь настолько плотно укрепились, что незаметно мы точно не прошмыгнем. Надо что-то придумать и делать это лучше вам, молодежь — у меня в голове при настолько плохом раскладе разве что геройская смерть в голову приходит. Выйдем на берег — и вызовем всю эльфийскую армию на "честный бой" — выйти, они, само-собой, не выйдут и скорее всего перестреляют нас как утят, но может быть хотя бы парочка ушастых загнется от смеха…

— Лучше придумай шутку посмешнее — от этой у меня зубы сводит.

Мизар отошел в сторону и еще раз выругавшись, с усталым вздохом накрыл глаза ладонью.

— И почему я не удивлен? Каждый раз, когда в чем-то замешаны эльфы, какая-нибудь проблема, обязательно да всплывет…

— Чего ты так нервничаешь? Из-за призрака этого? — волшебница с недоумением посмотрела на парня. — Так мы уже не в Оросе, расслабься, все закончилось. А что до эльфийских наблюдателей — что-нибудь придумаем, в первый раз что ли?

— Да плевать мне на злобного духа — меня больше беспокоит ушастый, который смог ударом кулака заткнуть эту крикливую деваху. Знаешь ли, когда эльф в броне, что весит как он сам, бегает по стенам и прыгает с места вверх на высоту нескольких людских ростов — это обычного человека немного нервирует. — Мизар кивнул в сторону невидимого с их места города — Особенно, если он заявился по душу этого самого человека… Так что давайте-ка быстро придумаем, как нам убраться отсюда, пока этот длинноухий акробат здесь не показался. В силу банши, я конечно, верю, но судя по тому, что я увидел… Скорее всего он её на тряпки пустил и уже идет за нами.

— Кто-то явно недооценивает силу мертвого духа. — покачала головой светловолосая девушка, стукнув друг о друга костяными заколками на косичках. — Даже если этот ищейка и нашел где-то зачарованное оружие, это не значит…

Даже не став дослушивать девушку, Мизар махнул на неё рукой и попросив у десятника подзорную трубу, забрался на все то же дерево, чтобы самому осмотреть окрестности.

— Хам! — прокомментировала его действия надувшаяся Йона. — Мог бы хотя бы ради приличия сделать вид, что слушает.

— Так деревенский же — не там ты манеры искать решила. — хмыкнул тучный десятник, усаживаясь на камень рядом с девушкой. — Слушай, я все у тебя спросить хотел, что за артефакт вы в Оросе искали? Какое-нибудь чудо-оружие? Или там, магическую вещицу огромной мощи? Фарольской армии бы такое сейчас оч-ч-чень пригодилось.

— Да если бы… — печально вздохнула девушка. — Мы искали исторический артефакт, а не магический. Один из крестьян, работающих в поле, нашел рядом с городом металлическую пластину с гербом Фарола и додумался показать её прикрепленному к городу магу, так тот отправил эту железку в университет и нас сюда по указанию ректора и направили. Сказали, мол, есть шанс найти его могилу. Так мы в восемь рук перекопали столько земли — под конец работы крестьяне нас уже за посланников богов принимали!

— Погоди-ка… Ты сейчас говоришь про того самого погибшего командира тысячи, в честь которого назвали нашу страну? — Вогаш ошарашенно посмотрел на волшебницу. — Я, конечно, знал, что место захоронения нашего национального героя неизвестно, но не думал, что на его поиски отправляют целые экспедиции!

— Один маг и четыре недоучки — не могут считаться полноценной экспедицией. — с легкой улыбкой покачала головой девушка. — Это скорее попытка сказать Королевскому совету "Эй, мы что-то делаем! Дайте нам золота!".

— Ха, вот уж это-то мне хорошо знакомо! — хлопнул по колену ухмыльнувшийся десятник. — Ты даже не представляешь, сколько раз нашей тысяче приходилось буквально выбивать нормальное снабжение из столичных толстосумов. Фарольское казначейство — это же натуральные кровопийцы, готовые удавиться за каждый медяк! Точно тебе говорю, там натуральные вампиры сидят — вот как-то раз заказали мы у них партию коротких клинков для наших разведчиков…

Раздался негромкий треск сминаемых веток и рядом с солдатом приземлился спрыгнувший на землю рыбак. Вернув подзорную трубу владельцу, Мизар задумчиво почесал шрам на щеке и внезапно повернулся к Йоне:

— Сможешь сделать из меня эльфа?

— Ч-чего?! Ты пока на дереве сидел, головой об ствол ударился?

— Темные боги, даруйте мне терпения… Потому что Творец меня явно не слышит. — парень сделал глубокий вдох и слегка успокоившись, спросил снова — Сможешь сделать так, чтобы при беглом осмотре я походил на остроухого?

— Смогу, но зачем тебе это? Если ты хочешь таким образом пройти мимо дозорных, то я уже говорила тебе, что это не получится. Ту же невидимость они замечают в два счета.

— А мне как раз и нужно, чтобы они меня заметили… — подойдя к своему мешку, парень достал из него нагрудник из зеленоватого металла и приложив его к своей груди, прикинул, как он будет на нем сидеть. — Чем человек внешне отличается от эльфа? Да кроме формы ушей — ничем! Если мне приделать их длинные уши и закрыть рот, чтобы лишнего чего не ляпнул — я же вылитый ушастый буду! Йона, помнишь, ты говорила мне, что вислоухие сильно ценят свои жизни?

— Помню. — кивнула светловолосая девушка. — Но что ты хочешь этим сказать? Замаскировать тебя под длинноухого и использовать как живой щит у нас не выйдет — эльфы точно проверят не иллюзия ли "жертва", а когда поймут, что ты не из их числа — расстреляют всех из луков.

— Латы из зеленчака их стрелы все равно взять не должны, да и лодку нам в этом случае все равно нужно откуда-то взять, но я вообще-то о другом. — Мизар достал все части эльфийского доспеха и спросил у внимательно слушающего их десятника. — Вогаш, ты недавно рассказывал, что лекарь — второй по важности человек, после командира в полевом лагере. Как ты думаешь, сколько в округе эльфийских солдат? Их лагерь достаточно большой, чтобы там оказалась парочка целителей?

— Дай-ка подумать… Четыре засадных группы, в каждой по пять-десять бойцов и это на довольно небольшой участок береговой полосы… А ведь их может оказаться и больше… — тучный солдат задумался и начал просчитывать примерный размер сил врага. — Сотни две-три наберется, а может и все пять, раз тут город, забитый нежитью под боком. Лекари в таком случае должны быть, причем, учитывая трепетное отношение ушастых к своим сородичам — сразу несколько.

— Как думаешь, они согласятся обменять жизнь своего целителя на одну обычную лодку и возможность перебраться на тот берег для трех "жалких смертных"? — злобно оскалился парень.

— Идея может и выгореть, но как ты собираешься проникнуть в эльфийский лагерь и тем более — найти там местного костоправа? Даже если представить, что издали они примут тебя за своего, то все равно подойдут, чтобы спросить "Ты чей будешь?". И спрашивать, как ты понимаешь, будут не на фарольском, а по-ихнему ты говорить не умеешь! Обман быстро раскроется и тебя первый же патруль расколет! А лекари еще обычно и хорошо охраняются и к ним кого-попало не пускают.

— Угу. Вот только есть одни ребята, которых на пути к целителям не то, что не задерживают — им все двери открывают и дорогу освобождают. — Мизар напялил на голову закрытый шлем и посмотрел сквозь смотровые щели на десятника. — Это больной и тяжело раненый эльфийский воитель, которые мог так сильно пострадать от рук "жалких людишек", что оказался даже не в состоянии говорить. — парень нацепил латную перчатку и поиграв в воздухе пальцами, спросил у светловолосой девушки — Йона, как думаешь, из меня выйдет хороший актер?

***

— Гатиэль, а как ты считаешь, смертные долго будут пытаться отвоевать захваченную нами территорию?

Несколько эльфов, накрытые плащами из свежей листвы, лежали в выкопанной на скорую руку неглубокой яме и лениво наблюдали за берегом Серебряной реки. Приказ командования был максимально четкий — никто из людей не должен был перебраться на тот берег и солдаты Княжества Осенней Листвы с честью несли свой дозор, отлавливая беглецов и случайных выживших, умудрившихся сбежать от стрел их конных отрядов.

— Сколько раз я тебе говорил — не захваченную территорию, а возвращенную законному владельцу землю. Мы не за чужим — за своим сюда пришли! — лежащий рядом эльфийский солдат с неодобрением посмотрел на своего товарища. — Радуйся, что командир тебя сейчас не слышит, иначе ближайшие пару лет ты бы вместо речного дозора, ухаживал бы за конями и выносил за ними навоз.

— Ты так говоришь, как будто это что-то плохое! — тихо фыркнул в ответ молодой боец, не отрывая взгляда от бурного течения видневшийся недалеко реки. — Сам знаешь, как я люблю животных, так что следить за конями мне будет только в радость! А что до их отходов — ну что тут поделаешь, природа…

— Тебе надо поменьше общаться с нашими друидами, иначе скоро будешь бегать голым по лесу, распевать песни и обниматься с деревьями.

— Тысячу лет Говорящий с Духами пытался проповедями привлечь к себе взгляды и умы нашего народа — и никто не обращал на него никакого внимания! Но стоило ему один раз выпить перебродившей настойки — и уже сотню лет, как весь Великий Лес только это обсуждает! Где справедливость, я вас спрашиваю?!

— Зато пока он в безумном угаре бегал по лесу без одежды, некоторые дамы так впечатлились размерами его "мудрости", что у вашей секты теперь нет отбоя от новых послушниц. — флегматично заметил Гатиэль, пожевывая длинную травинку, торчащую из его рта. — А что до твоего предыдущего вопроса, то я не думаю, что смертные будут долго пытаться отвоевать землю, что мы вернули нашему Княжеству. Лет пять-десять, может, еще и потрепыхаются, но не дольше — их век короток и тратить его на бесплодные попытки они навряд ли станут.

— Думаешь? Мне показалось, что люди становятся довольно упорны, если их как следует встряхнуть, а уж мы-то вдарили по ним так, что… Погоди-ка, ты тоже это видишь? — недалеко от позиции дозорных из кустов с шумом и лязгом, вывалилась фигура в зеленых доспехах. — Опять какой-то фаролец умудрился просочиться на этот берег. Ха, этот даже доспехи на себя нацепил. Ну ничего, вот я сейчас его…

— Да погоди ты! — Второй солдат остановил своего сослуживца, который уже натянул лук, собираясь подстрелить непрошенного гостя. — Латы из зеленчака наши стрелы все равно не возьмут, да и не уверен я, что этот нарушитель — смертный. Полный комплект доспехов из этого металла даже у нас себе не каждый может позволить, а у людей шахт по его добыче вообще нет… Глянь-ка, похоже, что наш беглец ранен.

Выбравшийся из подлеска мужчина медленно брел вперед, не разбирая дороги, сильно шатаясь и качаясь из стороны в сторону. На зеленом нагруднике виднелись слегка подсохшие дорожки крови, капающей из-под шлема, а сжатый в ладони клинок мотался в воздухе, словно привязанная к ладони палка.

— Пошли сигнал остальным, что у нас тут требуется подмога и прикрывай меня, на случай если это приманка и нас ждет ловушка.

Отправив сигнал другим группам, сидящим в засаде, пара дозорных начала медленно подбираться к раненному мужчине, следя, не мелькнет ли среди деревьев силуэт его подельников. Но все было тихо — мужчина лишь шаркал ногами по земле, медленно бредя параллельно береговой полосе.

— Если ты наш сородич — назови себя! — Подкравшись к незнакомцу, Гатиэль выскочил перед ним, натянув на ходу лук — с настолько близкого расстояния меткий стрелок легко бы попал в смотровую щель шлема. — Иначе мы отправим тебя в царство Вечной Зелени!

Того, что произошло дальше, ни один из солдат не ожидал.

Подняв упавшую на грудь голову, мужчина лязгнув доспехом, упал на колени и с полным боли стоном завалился набок — силы окончательно покинули незнакомца. Пара эльфов переглянулась и осторожно обступила лежащего на земле воина.

— Эй, ты там живой? — молодой дозорный осторожно постучал наконечником стрелы по зеленому наручу, вызвав тихий металлический звон, но незнакомец не шевелился и лежал, будто мертвый. — Не отвечает…

— Похоже, ему крепко досталось… Глянем, не из наших ли он. — его куда более опытный товарищ бегло осмотрел мужчину и осторожно стянул шлем с его головы. Но как только он это сделал, то стоящий рядом боец княжества громко ахнул, а из уст самого Гатиэля само собой вырвалось — Милостивый Владыка Леса…

Под шлемом оказалось перепачканное в крови и изуродованное до невозможности лицо молодого эльфа. Глубокий, рваный шрам шел от уха до самой челюсти, под глазами были отчетливо видны следы ударов чем-то тяжелым, а на лбу виднелось несколько свежих порезов. Но хуже всего выглядели уши незнакомца, над которыми кто-то явно хорошо поработал ножом, обрезая их до человеческого размера — на многочисленных срезах, под засохшей кровью был заметен кусочек почерневшего мяса, показывающий, что раны еще и прижигали.

Не приходя в себя, изувеченный эльф застонал от боли.

— Альфис, бегом до леса, найди там пару веток покрепче — сделаем носилки. Его нужно как можно быстрее доставить к нашим лекарям, иначе он прямо тут и помрет! — пока его товарищ бегал за жердями, Гитаэль расстегнул застежку на груди и стянул с себя плащ, который собирался использовать в изготовлении носилок. — "Кто же это тебя так замучал?"

Дозорный осторожно надел шлем обратно на голову изуродованного эльфа — ни к чему остальным бойцам в лагере было видеть изувеченное лицо их сородича.

"— Скорее всего это работа кого-то из фарольцев, обрезанные уши на это прямо намекают. Только у них есть странное отношение к длине наших ушей и повод для подобной жестокости. Да и кто еще мог настолько изощренно изуродовать одного из бойцов долгоживущего народа? Капитан нашего Копья как раз на последнем собрании говорил, что у соседей пропала одна из повозок с важным грузом, может это кто-то из её охраны?"

— Вот! — к Гитаэлю подбежал его молодой товарищ с двумя длинными, очищенными от сучков и веточек палками. — Эти должны подойти! Ну что, несем его в лагерь?

— Не спеши. — осадил его опытный дозорный. — Мне тоже хочется помочь нашему измученному собрату, но мы не можем просто так оставить наш пост! Вполне возможно, что изувечивший его палач на это и рассчитывает — выпустил приманку и сидит, ждет, пока мы оставим подход к реке без охраны, а как только мы уйдем, он без помех переберется на тот берег. Сперва дождемся наших товарищей, передадим им пост и уже тогда понесем раненого в лагерь…

Глава 18. Загоняя себя в угол

— Быстрее! Дайте нам дорогу!

Пара эльфийских воинов с носилками в руках быстрым шагом двигалась по военному лагерю, спеша как можно быстрее доставить раненого сородича к лекарям. Редкие находящиеся в лагере солдаты долгоживущего народа повылазили из своих темно-зеленых палаток и с интересом наблюдали, как двое дозорных тащат к лазарету раненого бойца.

— Это кто?

— Смертные решили перейти в атаку?

— Он из нашего Копья?

Не обращая внимания на хорошо слышимый со всех сторон шепот, Гитаэль, сцепив зубы, упорно продолжал нести изувеченного эльфа к целителям — облаченный в доспехи раненый воин был довольно тяжелым, а снимать их дозорный не стал, опасаясь еще больше навредить сородичу.

— Альфис, опускай носилки. — скомандовал солдат своему молодому товарищу, останавливаясь перед огромной палаткой, с символом листа, прикрепленным на входе. — Следи за нашим другом, я пока позову лекаря.

Стоявшей на входе в шатер охране было прекрасно видно, кого принесли к лазарету их сослуживцы и поэтому они не стали останавливать Гитаэля — пара вооруженных копьями бойцов лишь лениво мазнула глазами по лицу дозорного, запоминая его и пропустила солдата к целителям.

Откинув полог шатра, дозорный вошел внутрь.

Пациентов в палате лекарей не было — в последнее время на этом участке фронта было тихо и отряд Гитаэля не нес никаких потерь. А все тех, кто пострадал ранее, уже либо вылечили, либо похоронили, из-за чего два ряда небольших, но уютных и очень удобных коек были абсолютно пусты.

Рядом с широким столом стояли двое — пожилой мужчина в светлой робе указывал молодой эльфийской девушке столешницу и выставленные на ней склянки и что-то тихо объяснял:

— И запомни — отвар из лукоцвета может помочь снять усталость и придать утомленному бойцу силы, но "сложному" пациенту его давать нельзя. Он использует только то, что уже есть в организме и вместо помощи и поддержки, это зелье выпьет больного досуха, заставив…

Дозорный постучал по опорной стойке шатра, привлекая к себе внимание.

— Господин лекарь, я извиняюсь за внезапное вторжение, но у нас тут тяжелораненый! — он ткнул пальцем себе за спину. — Он совсем плох!

— Ну так несите его сюда. — целитель спокойно поправил очки на носу и кивнув на ближайшую койку, продолжил обучать свою молодую подопечную. — Так вот, если ты будешь использовать его в качестве бодрящего зелья, то…

Гитаэль вернулся к своему товарищу и подхватив носилки, дозорные быстро втащили раненого сородича под полог и осторожно переложили его тело на кровать.

— Хм… Интересный случай. Совсем плох, говорите? — пожилой эльф коснулся дужки своих очков и их стекла на миг вспыхнули тусклым светом. — Я так не думаю — жить этот боец точно будет. Аура у него вполне здоровая, немного истощенная, но в целом прогноз довольно благо…

— Командир нашего Копья, господин Даракас вызывает дозорных Гитаэля и Альфиса для доклада. — речь целителя прервал вошедший в палату эльф в закрытой броне и с изогнутым клинком у пояса — Он требует явиться незамедлительно.

Переглянувшись, пара бойцов Княжества Осенней Листвы проследовала за солдатом, а оставшийся в лазарете целитель флегматично спросил у своей помощницы:

— Почему меня постоянно перебивают?

***

— Дозорный Альфис и дозорный Гитаэль прибыли для…

— Да-да, я знаю, можете так не тянуться. — склонившийся над картой высокий, статный эльф махнул рукой, прерывая своих подчиненных и жестом приказал им подойти к столу, на котором та была расстелена. — Я уже в курсе про то, что вы притащили в наш лагерь раненого бойца в латах из зеленчака. Где вы его нашли, когда и при каких обстоятельствах?

— Позвольте мне… — видя, как нервничает его молодой сослуживец при виде начальства, Гитаэль решил взять все на себя и сделал несколько шагов вперед, подойдя ко столу. — МЫ несли очередной дозор вот в этом схроне. — палец солдата ткнул в месторасположение их замаскированного укрытия. — В первую половину дня происшествий не было, но несколько часов назад к нашему месторасположению вышел раненый боец в тяжелом доспехе. Согласно инструкциям, мы должны были начать стрельбу без предупреждения, но нарушитель был облачен в латы из зеленчака, которые наши…

— Которые наши стрелы, да и вообще ничего, кроме гномьих самострелов не берет. И которые есть только у нашего народа. — поморщился командир Даракас, одобрительно кивая дозорным. — Вы правильно поступили, когда не стали стрелять с ходу. Дальше.

— Кхм. — прокашлялся Гитаэль, мысленно похвалив свою предусмотрительность. — Вызвав подкрепление, мы подобрались к нарушителю и потребовали от него назвать себя, чтобы исключить вероятность дружественной атаки. Но к тому моменту этот воин уже не мог держаться на ногах и потерял сознание прямо у нас на глазах. Убедившись, что он принадлежит к нашему народу, мы дождались прибытия помощи, передали пост прибывшему отряду и с максимально возможной скоростью доставили раненого в расположение наших сил, для оказания помощи. — Дозорный прокашлялся, прочищая пересохшее горло. — Доклад окончен.

— Вы заметили с какой стороны он шел?

— Со стороны Великого Леса. Точнее сказать сложно, раненый вывалился из кустов недалеко от нашей позиции, шагов примерно за сорок. К реке он не рвался и шел строго параллельно береговой полосе — видимо надеялся наткнуться на кого-то из нашего народа. И, господин Даракас… — боец слегка замялся, стараясь подобрать правильные слова. — Наш нарушитель, он…

— Хватит мямлить, говори как есть. Что с ним не так? — командир Копья с интересом посмотрел на солдата.

— Да уши ему отрезали! — не выдержал стоящий рядом Альфис. — Почти до людских размеров обкорнали и прижгли сверху! А еще лицо как следует изуродовали!

— Значит, люди… — Даракас задумчиво постучал пальцем по столешнице. — Работают в нашем тылу, с опытом в пытках и умеют хорошо скрываться, раз мы их до сих пор не обнаружили. Неприятно, но пока не критично. Вот что я вам скажу, бойцы… — командир Копья повернул голову к своим подчиненным. — Сейчас вы остаетесь в лагере и не вздумайте даже шаг делать за его пределы. Скоро к нам прибудет генерал Фирлик… — видя ошарашенные лица солдат, статный эльф скривился так, будто съел кислый лимон — Да-да, тот самый Фирлик Красный Клинок, наш главнокомандующий. Скоро он прибудет в наш лагерь. С какой целью — мне никто не докладывал, но подозреваю, что это как-то связано с вашим найденышем. Так что вы должны быть все время у меня под рукой и в случае необходимости — лично рассказать всё генералу и ответить на все вопросы, которые у него возникнут. Если к тому моменту наш целитель поставит раненого на ноги — прекрасно, нет — вы будете отдуваться за него. Заодно станете сопровождением нашего генерала и связными, через которых я буду в курсе его действий. Вопросы?

— Эм, господин… — осторожно поднял руку Гитаэль, который буквально кожей чувствовал, что ничем хорошим подобное попадание в свиту Красного Клинка не кончится — Если такая выдающаяся личность, как наш главнокомандующий, пребывает в эти края, то чем ему могут помочь двое простых солдат? Может лучше выделить ему в сопровождение кого-то более опытного и умелого? Например из вашей личной гвардии?

— Если я пошлю следить за ним кого-то из своего окружения, то этот вздорный старикашка прикопает его где-нибудь под кустом и скажет что его убили диверсанты. — сквозь зубы тихо процедил командир Копья. — Вам же беспокоиться не о чем — Фирлик довольно сентиментален, когда дело касается рядовых солдат, так что вас он без веской причины не тронет.

— Командир Даракас, а это не….

— Я отправляю вас проследить за генералом, а не вредить ему. — презрительно фыркнул высокий эльф. — И можете быть уверены, Фирлик не дурак и прекрасно понимает, что за этот участок фронта отвечаю непосредственно я и через мою голову он действовать не станет. Просто у нас с главнокомандующим есть некоторые… Личные разногласия и пока он находится на вверенной мне территории, я хочу быть в курсе о каждом его шаге. Это все, что вам нужно знать. А теперь, раз мы закончили…

— Командир Даракас! Командир Даракас! — в палатку командующего Копьем вбежал взъерошенный боец эльфийской армии. — Враг в лагере! Он захватил лазарет и взял обоих наших лекарей в заложники!

— Что?! Как?! — от разъярённого крика высокого эльфа у окружающих его солдат заложило уши.

— Не могу знать! — вытянулся в струнку принесший новость боец. — Целостность охраняемого периметра не нарушена, все посты отчитались о состоянии и у них тоже все в порядке! Единственное место, находящееся под атакой — лазарет, в который наши дозорные недавно доставили нарушителя!

— Значит, проверили, что он наш? — зло скривившись, процедил Даракас, глядя на двух побледневших солдат, но сделав глубокий вдох, командир быстро успокоился и продолжил уже спокойным голосом. — Позже разберемся с этим — возможно эта атаки и не ваша вина. — эльф жестом приказал остальным следовать за ним и откинув полог шатра, направился к лазарету, по дороге начав расспрашивать "гонца" — Помимо "раненого", есть еще противник? Сколько вражеских бойцов сейчас в нашем лагере?

— Сообщений об других атаках нам не поступало, господин — вероятнее всего это единственный случай проникновения!

— Но не стоит на это надеяться — передай внешнему охранению, чтобы они удвоили бдительность. — Даракас посмотрел на пару дозорных, которые Ну пойдем посмотрим, чего хочет этот диверсант… Целители же еще целы?

— Так точно!

***

— Почему меня постоянно перебивают?

Стоящий над бессознательным пациентом пожилой эльф повернулся к длинноволосой девушке в белом балахоне, вопросительно подняв бровь, на что та только тихо хихикнула в кулачок.

В этом был весь Килаз Заклинатель Плоти — старый, флегматичный и всегда спокойный лекарь, сделавший своим жизненным кредо наставление будущих поколений на поприще медицины. И сейчас он передавал частичку своего знания и опыта собственной племяннице — светловолосой эльфийке по имени Идриль, несколько лет назад проявившей интерес к ремеслу лекаря.

— Ладно, главное — что ты меня слушаешь. Помни, мы — целители а не боевые маги. У нас абсолютно разные подходы к обучению и для нашего ремесла важна каждая деталь, каждая мелочь. Там, где иной маг может просто вложить в чары больший объём энергии и компенсировать нехватку мастерства размерами личной силы — мы не можем позволить себе такую роскошь. Только навыки и тонкость работы позволят тебе стать настоящим лекарем и…

— Дядя, я конечно, понимаю, что вы сейчас делитесь со мною своей огромной мудростью, но пациент же может в любой момент умереть! — светловолосая девушка обеспокоенно посмотрела бессознательного на мужчину в доспехах, лежащего на койке лазарета. — Нужно что-то делать, пока он не пострадал!

В ответ Килаз сдвинул немного вниз свои очки и с укором посмотрел поверх них на начинающую целительницу.

— Ты тоже решила вступить в тайное общество эльфов, любящих перебивать старших? Я понимаю причину, по которой перепугались дуболомы, которые его сюда притащили — но от тебя такого не ожидал. — пожилой лекарь аккуратно постучал ногтем по дужке своих очков. — Напомни мне, что это за забавную вещицу я ношу на своем лице?

— Ну дядя…

— Я жду. — эльф спокойно скрестил руки на груди.

— Уф… Это "Глаз Царя Змей" — такие артефакты впервые использовались в пустыне Смерти на юге нашего континента в качестве поисковых артефактов, а конкретнее — для противодействия призракам, использующим "астральный сдвиг" и выявить которых можно было лишь по ауре. Примерно полторы тысячи лет назад один из придворных целителей Великого Князя доработал это устройство и переделав его под нужды целителей, распространил чертежи по всему княжеству. С тех пор большая часть опытных лекарей использует их в качестве диаг…

— Дальше можешь не продолжать, вижу, что запомнила. — Килаз поднял ладонь, призывая Идриль к молчанию. — Так вот, я просмотрел верхний слой ауры этого солдата еще в тот момент, когда его бессознательное тело внесли в шатер. Не знаю, что наши дозорные там увидели, но его жизни ничего не угрожает — иначе "Глаз" бы это заметил. Поэтому я хочу использовать его в качестве учебного пособия… Не надо смотреть на меня с таким удивлением — если бы состояние этого пациента было более тяжелым, я бы не стал рисковать его здоровьем. Но раз у нас тут такая интересная ситуация — было бы глупо ею не воспользоваться. Тебе нужен практический опыт, а получать его лучше в контролируемой среде, нежели в критической и другая такая возможность представиться нам не скоро.

— Дядя, а вдруг этот солдат уже завтра понадобится нашему командиру?

— Если у пациента истощение, особенно в легкой форме — то худшее, что ты можешь сделать, это резко вмешаться в процесс самостоятельного восстановления. Некоторые, весьма "одаренные" личности… — пожилой целитель одним тоном голоса смог показать, насколько низкого он мнения об этих самых личностях. — Предлагают просто напитывать измотанный организм лечебной энергией до упора, но на деле это сильно вредит пациенту — тело просто не успевает все усвоить и начинается медленный процесс его разрушения. Он протекает неспешно, а потому едва заметен — но он есть. Поэтому я повторяю снова — когда ты лечишь больного, нельзя действовать поспешно. Твои действия могут навредить ему больше самой болезни. Но давай же наконец уделим внимание практике и начнем мы со снятия доспехов.

Килаз осторожно снял шлем с головы раненного воина.

— Ох! — при виде изуродованного лица молодого эльфа Идриль в испуге прикрыла рот ладошкой, но её дяде было достаточно лишь беглого взгляда, чтобы оценить повреждения:

— Выглядит мерзко, но на самом деле ничего страшного — большая часть ран не опасна. Правда, я не совсем понимаю, что было сделано с ушами — как бы умело не работал сотворивший это палач, цвет видимых участков кожи слишком нехарактерен даже для прижигания. Возможно применялись какие-то яды… Но будем все делать по порядку — сперва нужно снять с него броню. — пожилой лекарь просунул руку под пациента, раздался громкий щелчок и нагрудник отсоединился сам собой. — Тяжелораненый в цельных латах — один из самых сложных случаев в нашей профессии: Как правило, доспех защищает большую часть уязвимых точек и если такому бойцу потребовалось помощь целителя, то рана, как правило, расположена под броней и до неё будет сложно добраться…

Целитель за минуту освободил раненого эльфа от остальных элементов доспеха, оставив в одном, заляпанном кровью и сильно потасканном сером поддоспешнике.

— Странно… — Килаз проверил на ощупь ткань длинного рукава. — Это совершенно точно не наша одежда — крой и материал абсолютно другие. Трофейная? В любом случае, сейчас мы её разрежем — застежки заляпаны грязью, а судя по крови, где-то в районе груди должна быть еще одна рана. Смотри внимательно — когда мы перейдем к ногам, ты будешь действовать сама.

Лекарь снял с пояса небольшой ножик и склонился над пациентом, но прежде чем лезвие коснулось ткани поддоспешника, лежащий на койке парень открыл глаза и впечатал свое колено в пах Килаза. Сдавленно застонав, целитель согнулся в поясе, а "бессознательный солдат" схватил его за грудки и впечатал свой лоб в переносицу пожилого эльфа. В воздухе мелькнули брызги крови и под звон ломающихся линз дядя Идриль рухнул на землю рядом с "раненым эльфом", который вскочил с кровати, доставая из-за голенища сапога нож с широким лезвием.

— Нет! — понимая, что сейчас старого лекаря просто прирежут, девушка вцепилась в держащую оружие руку парня, не давая ему добить своего дядю.

Злобно прошипев что-то на человеческом языке (Которого, к слову, эльфийка не знала, но подозревала что сейчас ей желали явно не счастья.), тот ударил рукой наотмашь, отшвыривая девушку в сторону — опрокинув одну из коек, Идриль растянулась на земле, как и её родич.

— Господин Килаз, у вас все в поря… — привлеченный шумом, в шатер заглянул один из стражей, который увидев лежащих целителей и стоящего над ними парня с ножом в руке, прихватил копье двумя руками и направив его в сторону врага, закричал во все горло — Тревога, на лагерь напали!

Видя, что дела его плохи, "раненный эльф" одним прыжком оказался рядом с эльфийкой и рывком подняв начинающую целительницу на ноги, встал за её спиной, прикрываясь как живым щитом и приставив нож к горлу…

Глава 19. Переговоры по-рыбацки

— Ну что, уроды ушастые, кто из вас хочет стать причиной гибели этой девки?!

Крепко прижав к себе тихо пискнувшую эльфийку, Мизар прижал лезвие ножа к её шее и свободной рукой соскреб со своих ушей измененную Йоной глину — они с Вогашем накопали её чуть ли не под теми же кустами, в которых прятались, а волшебница слегка над ней пошаманила и вместо куска слегка красноватой субстанции получились вполне правдоподобные "следы ужасных пыток, которым люди подвергли эльфийского воина". И что самое приятное — в маскировке не было ни капли магии, которую могли бы обнаружить ушастые дозорные, ведь знавшая об повышенной чувствительности длинноухих девушка работала только с зельями и вообще не использовала чары — нельзя было, чтобы эльфийские солдаты что-то заподозрили.

"— Жаль, что трофейную саблю отобрали, а этот седой хмырь еще и доспехи содрал… Но хоть мелочевку смог с собой протащить — дозорные обыскивали раненого не очень тщательно и маскировка сработала прекрасно — они чуть в штаны не наложили, как увидели мою размалеванную морду…"

Вроде бы все пока что шло по плану, но десяток эльфийских воинов, угрожающе выставивших копья в его сторону не добавлял парню ни уверенности, ни оптимизма — одетые в закрытую броню они окружили прикрывающегося девушкой рыбака и готовы были насадить его на пики при любом неверном движении.

" — Когда я придумывал эту идею — думал я точно задницей. Ну не может здравомыслящий человек сам, добровольно сунуться в забитый врагами лагерь, для этого нужно быть ушибленным на всю голову!" — рыбак злобно оскалился, глядя, как заточенные наконечники пик едва заметно дергаются из-за слегка дрожащих рук нервничающих солдат. — "Ошарашены и не понимают что происходит… Привыкли, что внезапные нападения совершают только они, но стоило только ткнуть эту эльфийскую погань в мягонькое подбрюшье — и вся их мнимая храбрость начала быстро испаряться. Вроде бы и приятно, что смог пнуть ушастых по заднице, вот только сейчас их состояние будет скорее минусом — как бы они с перепугу меня вместе с этой ушастой на копья не подняли… Им-то за это потом головы поотрывают, но мне к тому моменту будет уже все равно."

Снаружи лазарета послышались громкие крики на языке остроухих и откинув полог, в шатер вошел высокий эльф в дорогих даже на вид латных доспехах.

" — А вот у этого солдата — нервозности нет вообще. Да и вышагивает так, будто он здесь хозяин… Похоже, это местный командир. Хех, а ведь у акробата в Оросе броня побогаче была, вся в позолоте и искусно сделанных узорах. Кто же туда за моей головой сунулся, раз у целого начальника лагеря доспех дешевле?" — пока Мизар раздумывал о своем недавнем знакомом, вошедший в лазарет эльф хорошо поставленным рявком заставил большую часть окруживших парня воинов выйти из шатра, освобождая своим оставшимся товарищам место. — " Зачем он отослал этих… А, кажется понял — сейчас они набиты как яблоки в бочку и если начнут отрывать мне голову, то могут случайно зацепить эту ушастую. Вот этот горлопан и выгнал часть бойцов наружу, чтобы оставшимся было проще работать. Хитро…"

Эльфийский командир меж тем достал клинок и направив его лезвие на прикрывающегося девушкой рыбака, спокойно произнес на чистом фарольском:

— Отпусти Идриль человек, иначе муки, которым я тебя подвергну заставят ужаснуться и демонов Бездны.

— Грозно… Действительно грозно звучит, будь ситуация немного другой, я бы даже согласился, но вот какая незадача — мне почему-то кажется, что все строго наоборот и эта вислоухая — единственное, что отделяет меня от долгого и душевного знакомства с вашим палачом и его арсеналом. Так что я, пожалуй, откажусь от столь заманчивого предложения. — громко фыркнув, Мизар медленно сдвинул лезвие ножа немного повыше, заставляя дрожащую от ужаса эльфийку привстать на носочки и вытянуться как можно сильнее, прикрывая своего пленителя от возможной атаки — теперь вместо лица рыбака меч эльфа смотрел в лицо Идриль. — Ну что, ушастик, хочешь проверить, удастся ли твоим шавкам проделать дырку в моей голове быстрее, чем я чикну эту девку лезвием по шее? Или, может быть, мы будем как-то договариваться? Ммм? Мне-то терять уже нечего и оба варианта меня устраивают.

В этом парень сильно лукавил — его единственной целью было желание убраться как можно дальше от эльфов, но говорить им об этом рыбак не собирался.

Эльф молча сверлил парня взглядом, и судя по всему, рассчитывал шансы своих подчиненных успеть спасти целительницу, а Мизар тем временем, продолжил испытывать его нервы на прочность.

— И что радует меня сильнее всего — даже если твои ребята притащат сюда луки и подстрелят меня, словно кабана на охоте, ручка-то, что нож держит и у мертвого дернуться может… Как думаешь, эта деваха достаточно хороша в лекарском деле, чтобы зашить самой себе перерезанную глотку? Ваш второй целитель сейчас немного не в том состоянии, чтобы кого-то лечить. — рыбак кивнул в сторону лежащего на земле пожилого целителя.

Несколько мгновений эльф молча изучал лицо Мизара, а затем вложил меч обратно в ножны и спокойно спросил:

— Чего ты хочешь?

— Даже не знаю… Неплохо бы было, если бы все эльфы, которые только существуют в нашем мире, передохли в мучениях от кровавого поноса, но если говорить об реально возможный вещах… — чувствуя, что эльфийка держится из последних сил и скоро сама себя насадит на его нож, Мизар слегка опустил руку с оружием, давая девушке возможность слегка расслабиться. — Сейчас мы с этой красоткой пройдемся до берега, где твои солдатики приготовят нам лодку. (Можешь даже не пытаться юлить и тянуть время, говоря, что лодок у вас нет — пока меня тащили по лагерю я их штук шесть заметил.) Пока мы будем перебираться на ту сторону, остроухие любители пострелять в людей должны старательно смотреть в сторону и ни в коем случае не мешать нам — если возникнет хоть какая-то помеха, то… Ну ты понял — в этом случае у твоей ушастой подруги появится реальный шанс пообщаться с этим вашим… Кто там у вас зеленью в лесу командует? Хотя в принципе неважно, основную суть ты понял — помрет она, если кто-то из твоих бойцов к нам сунется. Ну что, как тебе мое, к слову, весьма щедрое предложение?

— Исключено. — высокий эльф отрицательно качнул головой. — Я не дам фарольской армии окно для свободного прохода на этот берег — жизнь одной целительницы этого не стоит. Ты просишь о невозможном.

— Ты дурак, или у тебя просто уши ослиным дерьмом забиты? — парень злобно сплюнул в сторону и пощекотал ногтем подбородок взятой в плен девушки, вызвав с её стороны очередной сдавленный писк. — Мне очень нужно на тот берег и если ты не хочешь лишиться половины своих целителей, то лучше бы тебе подумать еще раз — второго отказа эта ушастая может и не пережить…

— Если умрет она — следом умрешь и ты. — спокойно заметил собеседник Мизара. — И я повторюсь — ты можешь делать с Идриль что угодно, но я не дам армии твоих сородичей шанс на нападение. За это нас казнят вместе с ней.

— Да как ты не поймешь, дурень остроухий — мне не нужен вход сюда, мне нужен путь отсюда! — чуть ли не зарычал в ответ парень, заставив окруживших его солдат угрожающе выставить копья, а эльфийского командира вопросительно поднять бровь. — Мне плевать, что будет с фарольской армией — если они к вам сунутся, можете их всех перестрелять, но дайте мне перебраться на тот берег!

Под шатром воцарилась тишина — бойцы эльфийской армии, не знавшие людского языка, непонимающе переводили взгляды со своего лидера на "диверсанта", а высокий остроухий задумчиво перебирал пальцами по навершию своего оружия.

— Значит, ты не из армии Фарола…

— Поздравляю! Не прошло и столетия, как ты добрался до этой простой мысли! — злобно фыркнул Мизар, разминая начавшее затекать плечо. — Я знал, что все долгожители тугодумы, но даже не догадывался, что настолько.

— В таком случае ты можешь отпустить девушку — если ты не солдат, то у нас нет причин для вражды. Даю слово, что тебя никто не тронет и мои бойцы…

— Ты сейчас серьезно?! — рыбак издевательски расхохотался, перебивая эльфийского командира и свободной рукой показал ему неприличный жест. — Вот, что я думаю о слове любого длинноухого! После того, что вы наворотили в Западном крае — грош цена вашим обещаниям! Так что эта красотуля… — парень провел по щеке девушки, которая была готова вот-вот упасть в обморок. — Поплывет с нами. А когда мы переберемся на тот берег — вернется обратно. Заодно и лодку вернет, я же не вор какой, чужое брать…

— А что помешает тебе убить Идриль сразу, как только вы с ней окажетесь среди людей? И почему я должен верить твоему слову? — эльф с сомнением посмотрел на парня.

— Ничего. — Мизар равнодушно пожал плечами и презрительно фыркнув, тихо добавил. — Но мое слово стоит точно больше, чем слово убийцы крестьян и кровавого душегуба, ведь в отличие от вашего поганого народа — я не приходил в чужой дом с оружием в руках и не устраивал там бойню.

— Ваш король нарушил свое слово…

— Вот только давайте обойдемся без глупых оправданий, — злобно ощерился парень, смотря на командира, как на идиота — Мне плевать, кто из держащих власть в руках заварил эту кашу — я смотрю строго на её результаты. И кажется, мы немного отклонились от темы, ты так не думаешь?

***

Командир Копья Даракас был в раздумьях.

Больше всего на свете ему сейчас хотелось приказать своим солдатам расстрелять наглого смертного, вместе с девушкой, но последствия у этого решения были бы катастрофические. Идриль, которую человек использовал как живой щит, была любимой племянницей Килаза, что сильно осложняло дело.

Намеренно или случайно, но враг удачно выбрал цель — старый лекарь души не чаял в молодой эльфийке и когда он заступал на службу, то сразу предупредил Даракаса, что тот может угробить хоть весь свой отряд, но девушка должна выжить и если с ней что-то случится…

Целителей у эльфийского народа было не то, чтобы очень много и в их узком кругу слово одного из самых опытных лекарей княжества было довольно весомым аргументом — лежащий без сознания Заклинатель Плоти легко мог сделать так, что Копье Даракаса осталось бы вообще без медиков, что было крайне нежелательно в условиях вялотекущей, но все же полноценной войны с людским королевством. Да и сам по себе старик был довольно влиятельным эльфом с огромным числом связей и мог доставить своему недругу немало проблем.

С другой стороны, соглашаться на условия шантажиста было чревато неприятностями на службе — если кто-то из приближенных Великого Князя узнал бы о том, что Даракас вопреки данному ему приказу, пропустил на тот берег кого-то из людей, то у офицера моментально появились бы огромные проблемы.

" — Что так, что эдак получается засада. Отпущу смертного — мною будет недоволен княжеский двор, не отпущу — недовольным останется всего один старик, вот только действовать он будет раз в десять активнее, чем вся кодла княжеских лизоблюдов вместе взятая. Хм, может все-таки отдать приказ… " — будучи опытным бойцом, Даракас мог легко рассчитать шансы эльфийки на выживание — вопреки угрозам смертного, они у Идриль были, но не то, чтобы очень большие. — " Нет, не стоит действовать наудачу. Хоть мне и плевать на саму девушку, это не значит, что стоит жертвовать лекарями, ради какого-то смертного… Но выпускать его просто так, значит гарантированно похоронить целительницу — как только они доберутся до контролируемого людьми берега река, её жизнь не будет стоить и ломаного медяка."

Видя, что враг, взявший племянницу Килаза начинает терять терпение и уже начал с подозрением присматриваться к удерживаемой девушке, командир копья решил выторговать более приемлемые для себя условия. В конце-концов раз уж они начали переговоры, значит есть возможность поторговаться.

— Я все еще не понимаю, что станет гарантом нашей сделки. Если ты хочешь выйти отсюда живым — предложи лучшие условия.

— Например? — парень оскалил отмеченное рваным шрамом (Происхождение которого Даракас никак не мог понять — ни одно известное эльфу оружие не оставляло на коже подобных следов) лицо и со злой улыбкой легонько куснул эльфийку за длинное ухо. — Ммм… Вкусшьненько… Тошьно фледит за фистотой и фафтый фень фоет фаи уфки.

— И-и-и!!! — светловолосая девушка натурально запищала и от страха мелко затряслась в руках человека, который тихо засмеялся, не выпуская из зубов кончик её уха.

"— Чтобы я еще хоть раз разрешил взять в поход женщину, да еще и незнакомую с военным делом…" — Даракас мысленно скривился.

Он принял Идриль в свой отряд лишь по двум причинам: в комплекте с молодой эльфийкой шел её куда более опытный дядя и еще потому, что целителей в их армии в целом было немного. В большинстве своем лекари не желали менять свои уютные домики где-нибудь в столице княжества на солдатскую палатку и не слишком-то рвались на передовую, а принудить их к этому силой вряд-ли бы у кого-то получилось — хоть целительская братия и была немногочисленная, но все они друг друга знали лично и имели привычку вступаться за коллегу по цеху. — Хватит её мучать — если Идриль хватит удар, ты умрешь следующим.

— Хе-хе… Действительно, хватит бояться, ушастик. Сейчас твой друг в доспехах нас выпустит, а затем мы немножко погуляем и покатаемся на лодке. Ты же любишь плавать? — парень разжал челюсти и даже успокаивающе погладил эльфийку по голове. Но это возымело строго противоположный эффект — глаза девушки расширились до невероятных пределов, от испуга она замерла на месте и кажется, старалась лишний раз не дышать. — Эй, Идриль… Тебя же Идриль зовут, да? Чего молчишь?

— Ко-ко-кома-ма-мандир Дар-дар-даракас… — пусть целительница и не знала фарольского языка, но различить свое имя была вполне в состоянии. — Ч-что мне…

— Успокойся. — в приказном тоне ответил ей на мужчина на эльфийском и снова обратился к человеку на его языке. — Я не могу позволить тебе забрать её — придумай что-нибудь другое.

— Что-то больно долго ты упираешься, за обычную целительницу… Хех, я начинаю подозревать, что эта ушастая не просто лекарь. Может быть, тут кроется что-то еще? О, кажется я не ошибся — вон как глазки-то забегали… — парень злобно оскалился, глядя как мрачнеет Даракас. — Ну это же в корне меняет дело. Ты абсолютно прав — жизнь этой эльфийки не стоит одного лишь прохода на тот берег — это цена обычного лекаря, а для настолько важной персоны этого маловато будет — она стоит намного дороже! Но на твое счастье — я знаю, как нам это уладить! Видишь, в углу мешок с травой стоит? Сейчас твои солдатики возьмут его, вытряхнут содержимое и вы все покидаете туда все кольца, амулеты, браслеты и прочие дорогие вещицы, которые на себя нацепили. А также приятно звякающие кошельки, которые я вижу у некоторых из вас на поясах, снимайте и тоже бросайте в этот мешок.

— Тебе уже мало допуска на тот берег и ты решил нас еще и ограбить? — от такой наглости у командира задергался глаз. — А не слишком ли ты задираешь планку, смертный? Говоришь что не вор, но действует точно как они. Я ведь могу приказать просто расстрелять вас обоих.

— А это и не грабеж — считай это небольшой компенсацией за ту огромную кучу дерьма, что вы вывали на меня за последний месяц. А что до моей возможной смерти — тут ты уже сам решай, что тебе дороже встанет: пара побрякушек или жизнь этой ушастой девахи. — человек с широкой улыбкой аккуратно погладил девушку по щеке, вызвав у неё новую волну дрожи. — Ах да, пока я не забыл… Доспехи, что седой урод с меня стащил и клинок, который у меня забрали на входе тоже туда киньте — а то трофеи все же… И я тут присмотрелся к её личику — красива, чертовка ушастая! Даже и отдавать не хочется. Так что собери-ка мне достаточно золота, чтобы я не пожалел о том, что решил расстаться с этим длинноухим сокровищем…

Глава 20. Покидая неродной берег

— Да не нервничай ты так, все с тобой будет нормально.

Обхватив за пояс светловолосую эльфийку, Мизар неспешно шел по тропинке, ведущей к воде. Испуганная девушка, к горлу которой было прижато лезвие ножа, не могла двигаться с обычной скоростью и семенила мелкими шажочками, а сам рыбак старался далеко не отодвигаться от своего живого щита, чтобы не давать остроухим стрелкам возможности для выстрела и волей-неволей подстраивался под скорость своей пленницы.

— Мы с твоим командиром хорошо сторговались, видишь, как он высоко тебя ценит. — парень дернул плечом, за которым висел заполненный наполовину драгоценностями, наполовину трофейной броней мешок. — Вон сколько богатых побрякушек мне отвалил, лишь бы я тебя не тронул. Тяжелый, зар-раза! Но это того стоило — какие были лица у его солдат, когда этот ушастый приказал им сдать украшения… Никогда не забуду эти перекошенные в неверии морды! Хе-хе, надеюсь, он будет возмещать все из своего кармана, ведь больше чем эльфов, я ненавижу только эльфов-аристократов — у них снобизм растет с воистину невероятной скоростью!

Пусть эта Идриль и не понимала человеческой речи, парня это не сильно смущало и он продолжал разговаривать с девушкой, просто чтобы та не сильно нервничала. Пока они шли к месту, куда остроухие солдаты должны были притащить лодку, Мизар уже решил разок немного помолчать — так эльфийка быстро напридумывала себе кучу ужасов и началась трястись так сильно, что рыбаку пришлось отводить руку с ножом подальше, чтобы его живой щит ненароком не вспорол сам себе глотку.

— Доберемся до того берега и отправишься на все четыре стороны — раз ты такая важная шишка, то за твою смерть найдется кому отомстить и убийцу будут старательно искать, а у меня и без этого проблем по горло, чтобы еще и твою родню на себя вешать… Дело же в ней, да? Просто мне как-то не верится, что командир вашего лагеря решил тебя вытащить лишь потому, что ты ему понравилась. Он мне чем-то одного столичного торгаша напомнил, который к нам как-то раз в деревню приехал на лето — такая же беспринципная сволочь. Нет, ты не подумай, я и сам не ангел Творца, но гадость ради самой гадости делать не шибко люблю — разве что какой-то человек меня конкретно так достал и это уже не гадость, а справедливое возмездие. Хотя вы тут столько людей перерезали, что рассчитаться не сможете даже за всю вашу долгую жизнь…

Пусть рыбак и говорил лишь для того, чтобы пленница слышала его голос, он не лгал — несмотря на всю свою неприязнь по отношению к эльфийскому народу, Мизар сказал правду — он действительно не горел желанием убивать девушку и собирался отправить её обратно в тот же момент, как они окажутся на контролируемом людьми берегу Серебрянки. И дело тут было не в том, что в нем внезапно проснулось милосердие (Про которое парень даже до начала войны если и слышал, то лишь краем уха в проповедях какого-нибудь бродячего жреца) и не в том, что эльфийка была действительно красива (Мизар не знал, касалось ли это всей женской части длинноухого рода, но если судить лишь по по его пленнице, то отец рыбака не соврал — эльфийки на человеческий вкус были весьма и весьма недурны собой). Просто гибель этой Идриль не принесла бы парню ничего, кроме еще больших проблем — Йона уже предупреждала рыбака, что за убитых им аристократов кто-нибудь обязательно да попытается отомстить, а в довесок к этому по округе бегал длинноухий акробат в золоченых латах, что стоили как целый город. Зачем плодить еще больше врагов, да еще и на пустом месте? Пусть эльфийка спокойно доберется домой и уже через пару недель ушастая забудет, что её кто-то похищал… Ну или хотя бы её родня будет менее старательно пытаться открутить рыбаку голову.

Лагерь ушастых был недалеко от того места, куда Мизар сказал притащить лодку — в обнимку с пленной он добрался до него всего-то за каких-то полчаса. От проводников, сопровождающих или охранников рыбак отказался наотрез, это могло поломать весь план, который они с Вогашем и Йоной набросали буквально за пару часов — но парень не сомневался, что сейчас он находился в прицеле не одного длинноухого стрелка и тихо радовался, что спереди его прикрывала Идриль, а со спины — тяжелый мешок с доспехами и драгоценностями.

— Ох ты ж… — увидев лодку, которую ему приготовили вислоухие, парень слегка оторопел. В паре шагов от берега на воде покачивалась натуральная ладья, только размерами поменьше и с намного более низкой посадкой — берег в этом месте был пологий, а эльфийская посудина даже не доставала до дна и держалась на воде, будто перышко. — Кажется, твой командир подозревал, что не я один хочу сделать ноги из их чудесной компании — тут даже на шестерых места хватит, да и весел аж две пары. Эх, была бы такая ласточка у меня в деревне, тогда я бы смог и сам выбраться и Ярилу бы вытащил… Но с другой стороны, тогда бы я не оказался здесь и не познакомился бы с тобой, верно? — Мизар с усмешкой щелкнул эльфийку по носу, вызвав у неё очередной писк (Парень начал подозревать, что ему в плен попалась какая-то поломанная длинноухая — ни слова не говорит, только пищит, да дрожит.). — Но давай-ка вернемся к нашему делу — мы же здесь не для душевного разговора… — закинув в лодку мешок с награбле… трофейным добром, парень забрался туда же вместе с эльфийкой и посмотрел в сторону, с которой пришел — остроухих дозорных не было видно и в рыбака никто не стрелял, но Мизар знал, что где-то там, среди кустов и деревьев сидели внимательно следящие за каждым его движением эльфийские солдаты.

Играя на публику и стараясь привлечь к себе как можно больше внимания, парень издевательски помахал рукой в сторону деревьев.

"— Надеюсь, Йона не намудрила со своей смесью и у неё было достаточно реагентов." — Мизар сполоснул свободную руку в реке и вставил два пальца себе в рот. — "Иначе их с Вогешем превратят в ежей сразу, как только они высунуться из леса."

В воздухе раздался оглушительный свист…

***

"— Интересно, это все действительно случайность, или кто-то из княжеского двора копает конкретно под меня?" — темноволосый, статный эльф в доспехах стоял посреди леса, прислонившись спиной к дереву и неспешно обдумывал сложившуюся ситуацию. Время у Даракаса было — до смерти перепуганная Идриль шла настолько медленно, что можно было успеть не только подумать над его положением, но и попытаться найти выход из маячившей впереди дурно пахнущей кучи.

У командира Копья складывалось впечатление, что все происходящее не случайность, а результат какого-то хитрого плана — слишком уж много неприятностей обрушилось на его отряд одновременно с началом этой проклятой Хозяином Леса войны.

Сперва их непонятно зачем направили на осаду Ороса — официальная причина была "в качестве подкрепления для наступающих на важную стратегическую точку бойцов", но даже слепой бы понял, что это был полный бред. Орос, не являлся крепостью или фортом — это был простой пограничный город, к тому же не самых больших размеров. А штурмовало его полноценное Копье, которое могло взять и десяток таких поселений, без особых потерь.

В итоге подозревающему какой-то подвох командиру удалось затянуть пеший переход и замедлить собственный отряд, из-за чего они "опоздали" к началу восстания немертвых и пропустили появление банши. А после их отправили сторожить берег непонятно от кого — за крупными подразделениями врага, эльфийские разведчики следили непрерывно и пропустить момент их переправы было невозможно, а для всякой мелочи хватило бы и нескольких патрулей.

Отдельно нужно было упомянуть этого психопата Улиэля (чье Копье и штурмовало город людей), который хоть и был талантливым командиром, но вместе с тем являлся той еще тварью, устраивающей резню среди пленных при каждом удобном случае. Даже по меркам эльфийской аристократии этот командир был невероятно высокомерен, сильно презирал все прочие расы и не раз вырезал захваченные поселения под корень, тогда, когда такой задачи перед ним никто не ставил. А уж когда на военном собрании объявили, что людей на определенной территории нужно уничтожить полностью — Улиэль был единственным командиром Копья, который сразу и безоговорочно поддержал план Великого Князя, чем заслужил его одобрение.

Лишь две вещи что не давали другим офицерам "подвинуть" Улиэля: хорошие результаты и пристальное внимание самого Великого Князя к своему ставленнику.

И после того, как этот надутый индюк с таким треском провалился при Оросе, создав в тылу эльфийской армии забитую мертвяками точку и потеряв при этом четверть своего отряда — его не то, что не понизили… По некоторым данным, под командование любимчика Великого Князя собирались отдать сразу три свежесозданных и полностью укомплектованных Копья, что по меркам любой из стран их мира было колоссальной мощью.

Копьем в эльфийской армии назывался отряд, подчиненный непосредственно своему командиру. Чем-то это походило на людские Тысячи — размеры войсковых подразделений были примерно одинаковые, как и цепочка командования: Командиры таких отрядов держали ответ только перед своим правителем и тем, кого он поставил во главе общего войска, а всех остальных могли слать в далекие лесные дебри. Также было нельзя "перешагивать через голову" и глава одного из Копий не имел никакой власти над рядовым из другого отряда — вертикали командования были жесткие, но абсолютно независимые друг от друга, чтобы не давать слишком много власти в одни руки.

И тут под руку одного из приближенных к правителю Княжества Осенней листвы, вопреки всем гласным и негласным правилам собираются отдать сразу три таких Копья, и одновременно с этим, у Даракаса, который с "любимчиком князя" был не в ладах, на подотчетной территории внезапно появляется "не фарольский" диверсант, вынуждающий его нарушить приказ Великого Князя. А для "полного счастья" в лагерь скоро должен прибыть главнокомандующий эльфийской армии — Фирлик Красный Клинок.

Даракас был опытным солдатом, прошедшим не одну военную кампанию, а потому чутье на грядущие проблемы у него было отточено до предела и сейчас оно подавало своему владельцу тревожные знаки.

" — Сомневаюсь, что Фирлик как-то в этом замешан, этот старик невероятно прямолинеен и упрям, да и интриги — не его метод. Если бы он хотел меня устранить, то просто вызвал бы на дуэль и прикончил бы — одолеть в прямом бою сильнейшего воителя нашего княжества у меня точно не выйдет. Но его могут использовать и в темную… Хотя, даже если это все дело рук Великого Князя и он решил таким образом убрать меня с должности и поставить более лояльного кандидата, то как он объяснит этому старику, зачем главнокомандующему нашей армии ехать на ничем не примечательный участок фронта? Фирлик тогда его прямо при всех идиотом назовет и на этом не ограничится — в выражениях этот старик никогда не стесняется… Значит, нужно исходить из того, что он сам решил сюда наведаться и отталкиваться от этого." — эльфийский командир спокойно перебирал в голове варианты действий, которые он мог бы предпринять. — "Если правильно разыграть карты, то можно будет перетянуть Килаза на свою сторону, но для этого нужно чтобы его племянница осталась в живых…"

— Командир Даракас! — размышления прислонившегося к дереву командира прервал преклонивший перед ним колено эльфийский боец в закрытой броне — Вы приказывали сообщить, когда диверсант с заложником будут у лодки — дозорные сообщили, что они уже на подходе к ней!

— Наконец-то…

Подойдя к замаскированной позиции наблюдателей, Даракас не обращая внимания на поприветствовавших его бойцов требовательно протянул руку к лидеру дозорных.

— Трубу.

Склонившись в поясе, солдат протянул своему командиру цилиндр с линзами.

— Подозрительная активность? — эльф разложил хитрое устройство и посмотрел сквозь него на видневшуюся вдалеке фигурку человека, удерживающего в плену Идриль.

— За вычетом этого диверсанта — отсутствует! — бодро отрапортовал солдат. — Лишь один раз, согласно выявленному нами графику, на том берегу проехал конный фарольский патруль!

"— И никаких намеков на вражеское наступление? Странно… Я предполагал, что людьми будет предпринята попытка прорыва (Само-собой, неудачная, но для снятия меня с поста командира, даже этого бы хватило за глаза.), но похоже, они действительно даже не подозревают, что тут выжил кто-то из их сородичей и "диверсант" действует самостоятельно. Если он сдержит слово и Идриль выживет, значит все это действительно просто совпадение. " — В таком случае единственными потерями, которые понес Даракас, было несколько сотен золотых, которые эльф раздал своим подчиненным в качестве компенсации за потерянные ими драгоценности. Для одного человека — огромная сумма, но для потомственного эльфийского аристократа — сущие гроши.

А лидер дозорных тем временем продолжал свой доклад.

— Согласно вашим указаниям, мы следили за противником, но не предпринимали активных действий, чтобы его не спровоцировать. Можно с уверенностью сказать, что враг знает о нашем присутствии — человек слишком характерно двигается и старается, чтобы его спину всегда прикрывал мешок.

— Значит, не поверил, что я отпущу его просто так и опасается обстрела… — следящий за парнем через трубу Даракас глядел, как смертный вместе с эльфийкой садится в лодку. — Вы выдали ему одну из тех лодок, что мы приготовили на случай наступления на тот берег?

— Других не было, господин, а согласно вашим приказам…

— Не продолжай. — мысленно скривился темноволосый эльф. — " Даже рядовые дозорные уже поняли, что сейчас я иду на прямое нарушение приказов Князя и стараются прикрыть свою задницу от возможных проблем, свалив все на начальника-самодура." — командир перевел взгляд с "диверсанта" на его окружение. — Что можете сказать по месту, куда вы доставили лодку? Есть что-то, требующее внимания?

— Есть один спорный момент, господин. — лидер дозорных указал на подступающую почти к берегу полосу кустов, вперемешку с деревьями. — От воды до леса на этом участке чуть меньше сотни шагов и наших бойцов там нет. Из-за того, что все тут хорошо просматривается, мы не смогли тщательно проверить заросли, не попавшись на глаза противнику. Но не волнуйтесь, это также играет и на нашей стороне — чуть дальше у нас стоит еще один дозорный пост и если из зарослей кто-то вылезет, мы заметим и расстреляем врага задолго до того, как он доберется до лодки.

— Будем надеяться на это. — спокойно ответил Даракас, снова начиная следить за смертным. — " Человек уже сидит в ней, так почему же он медлит?" — парень поболтал рукой в воде и поднес её ко рту.

В воздухе раздался оглушительный свист…

— Всем стрелкам — приготовиться! — понимая, что враг таким образом подает своим товарищам сигнал, Даракас рыком поднял своих солдат на ноги. — " Мы договаривались, что я дам тебе уйти смертный, но твои друзья в эту сделку не входили. " — Взять на прицел полосу от леса до берега! Стрелять по готовности!

Но от того, что произошло дальше, у командира копья задергался глаз и заныли старые шрамы, полученные пару тысяч лет назад.

Из густо растущих кустов вылетела небольшая склянка и разбившись об землю, создала облако густого, непроглядного дыма.

"— Надо было убить смертного, вместе с Идриль…" — узнавший характерное оружие злейших врагов его народа, враз помрачневший Даракас вцепился железной хваткой в рукоять своего клинка. — "Откуда у этих ублюдков взялись дымовые бомбы дроу?! Изгнанники же никогда не связывались со смертными!"

А склянки меж тем продолжали разбиваться об землю, создавая скрытый дымом коридор от леса и прямо до лодки.

— Открыть огонь!

— Но господин… Куда нам стрелять? — к взбешенному Даракасу с опаской подошел лидер дозорных. — Из-за этого дыма мы не видим целей.

— Мне всему вас учить нужно?! Стреляйте прямо в дым! Заполните стрелами все возможное пространство и сделайте так, чтобы там и мышь не смогла пройти, не получив каленым гостинцем в ухо! Лодку с Идриль не трогать, но до неё из леса никто не должен добраться! Приказ ясен?! Выполнять!

— Есть! — боец протрубил в снятый с пояса рог и небо заполонила темная туча…

***

— Быстрее, пока они не догадались, что мы их дурим! — взявший в руки весло Мизар, подбадривал спешащих к нему Вогаша с Йоной. Волшебница удерживала над солдатом полупрозрачный щит, от которого отскакивали стрелы, а тучный десятник с максимально возможной для себя скоростью, пыхтя, сопя и переваливаясь на ходу, бежал к лодке.

План их маленького, но очень гордого отряда, был рискован, но при этом довольно прост.

Притворившийся раненым эльфийским воином Мизар, должен был проникнуть в лагерь врага и любыми правдами и неправдами выбить у остроухих лодку и право перебраться на тот берег, не говоря при этом о своих товарищах — иначе прочесавшие бы округу солдаты княжества быстро бы обнаружили Вогаша с Йоной, и тогда у них появился бы серьезный козырь при переговорах.

Рыбак сказал притащить эту мини-ладью в заранее установленное место и когда пришло время — подал условный сигнал, а Йона с Вогашем создали дымовое прикрытие, лишившее врага обзора. Но его целью было не сбить прицел остроухим (Как те наверняка подумали), а скрыть применение девушкой магического щита. Не видя, что обычный обстрел бесполезен против заклинания светловолосой волшебницы, эльфы не стали использовать зачарованные стрелы и продолжали впустую тратить свой боезапас, думая, что это хоть как-то мешает их противнику.

— Спешим, как можем! — тучный десятник перевалился через борт лодки и наткнулся на сидевшую в ней эльфийку. — Здрасьте… И тут себе бабу нашел… Как ты это делаешь? Ладно Йона — Орос все-таки был обычным городом и женщин там хватало. Но в эльфийском пограничном военном лагере их же вообще быть не должно…

— Потом это обсудим! — дождавшись, пока волшебница присоединится к ним, рыбак налег на весла. — Ходу-ходу-ходу!

Глава 21. Разные дороги

— Ты уверен, что правильно сделал, отправив эту остроухую обратно? Она могла бы что-нибудь рассказать про эльфийский лагерь или про их армию в целом.

Мизар растянулся прямо на траве, вытянув ноги и полностью расслабившись. Неподалеку от него уютно потрескивал костерок над которым жарился пойманный магией и освежеванный ей же кролик, а в корнях ближайшего дерева сидела и сама охотник-кулинар, по обыкновению что-то записывая в свиток. Мизар затруднялся сказать, откуда девушка доставала эту бумагу в таком количестве, ведь пошарив в её вещах (Ночью девушка ставила охранные чары лишь рядом с собой, а спать с сумкой в обнимку волшебница не любила) он смог найти лишь реагенты.

Когда они перебрались через Серебрянку и вылезли из лодки, парень впихнул эльфийке в руки весло и с криком "Вали обратно в свою лесную чащобу!" столкнул маленькую ладью обратно в реку. Несколько секунд длинноухая девушка с недоверием разглядывала длинную деревяшку в своих руках, а потом внезапно спохватилась и начала грести в сторону противоположного берега с такой скоростью, что догнать её лодку не смог бы и идущий на полном ходу корабль.

— Вогаш, ты не мог подождать пару часиков, пока я отдыхаю? — рыбак лениво приоткрыл один глаз. — Дал бы насладиться этим чудесным чувством, когда тебя никто не пытается убить и тебе не нужно ни от кого прятаться. Мы наконец-то вернулись в не захваченную остроухими часть Фарола, неужели тебе не хочется немного расслабиться?

— Да не привык я как-то отдыхать… — тучный десятник присел рядом со своим молодым товарищем и постучал пальцами по вороту рубахи, под которым была татуировка его Тысячи. — Тем более, что это у тебя сейчас отдых начинается, а я на том берегу был, наверное, даже более свободен чем сейчас. Начальник не стоит над душой — иди куда хочешь, делай, что хочешь и никто тебе слова поперек не скажет… Ты же не забыл, что я солдат Фарола и звания меня никто не лишал?

— Ты это сейчас к чему? — не понял Вогаша рыбак. — Если опять хочешь в Тысячу затянуть, то я не согласен.

— К тому, что по уставу, мне требуется вернуться в расположение нашего полка и дать отчет капитану Янгару — он должен знать, что произошло. — печально усмехнулся солдат, доставая из-за пазухи фляжку. — Если я этого не сделаю — будет трибунал, на котором меня неминуемо приговорят к смертной казни. А бегать от наказания у меня нет ни сил, ни желания, да и жену с дочкой под удар подставлять не хочу… (Насчет тещи вопрос открытый.) К тому же — если приду сейчас и принесу нашему командиру самые свежие сведения, то у меня есть все шансы получить повышение…

— Думаешь оставить нас с Йоной одних?

— А ты у неё сперва спроси, что она собирается делать. — кивнул в сторону навострившей ушки девушки Вогаш. — Мы тут, пока ты у остроухих был, кое-что успели обсудить…

— Мизар, ты, конечно, меня извини — но мне тоже придется вернуться в столицу. — перебив десятника, волшебница с виноватой улыбкой развела руками. — Нужно письмо семье на острова отправить, а то там все наверно распереживались уже… А еще я до сих пор числюсь студенткой Столичного Фарольского Университета и чтобы не потерять свое место среди учащихся, мне лучше поскорее вернуться обратно. Опять же — я хочу написать собственный научный труд, касающийся выживания в условиях опасной среды и большого числа нежити в окружении. Возможно, мне даже удастся опубликовать написанную мною статью об повадках диких гулей. — Йона потрясла свитком, который держала в ладони. — Так что ты меня извини, но если ты не собираешься идти в сторону столицы Фарола, то нам придется расстаться…

— Значит, вы оба решили меня кинуть, так получается? — спокойно спросил у этой парочки Мизар. — Не то, чтобы я от обиды прям тут рыдать начал, но может повремените с этим? Нормально же сработались! Может провернем еще парочку делишек?

— Да не переживай ты так! — Вогаш хлопнул рыбака по плечу. — Ты же вроде как наемником стать планировал? Сбегаешь пока до городка, про который я тебе говорил, сбагришь там свою добычу (До сих пор не верится, что ты ушастых еще и на кучу дорогих побрякушек развести смог…), закупишь нормального снаряжения, послушаешь советов знающих и опытных бойцов — и двигай прямо к нашей тысяче! Вместе мы так вломим остроухой погани, что она больше никогда в жизни не высунет своих ушей за пределы Великого Леса! А пока ты свои дела решать будешь, я утрясу все вопросы с нашим капитаном. Не думаю, что там возникнут какие-то сложности — после того, что ты натворил, пока бегал от остроухих, он примет тебя с распростертыми объятьями!

— Звучит как план. — немного подумав, кивнул парень. — Только я не совсем понял, в какую сторону мне нужно идти — на этом берегу Серебрянки я бывал всего пару раз, да и то проездом, с торговыми караванами, когда пробовал продать рыбу за пределами Западного края.

— А, насчет этого не волнуйся, я эти места знаю. — отмахнулся от опасений Мизара тучный десятник. — Поначалу нам всем придется идти примерно в одну сторону, а когда дойдем до нужного поворота, я тебе покажу правильную дорогу…

***

В шатре командира пограничного Копья Даракаса была почти абсолютная тишина, прерываемая лишь редкими постукиваниями пальцев покрытой золотом латной перчатки по деревянной столешнице.

— Я прибыл сюда, рассчитывая восстановить силы после боя с могущественным призраком, но что же я вижу по прибытии? — стук прекратился и обладатель позолоченного латного доспеха поднялся из-за стола. — Цепочка береговых дозорных постов — нарушена, укомплектованность отряда — неполная, а дисциплина личного состава — оставляет желать лучшего. И как будто этого было мало, вы — командир Даракас, утверждаете, что в ваш лагерь проник лазутчик?

— Так точно. — кивнул темноволосый эльф, стоявший перед главнокомандующим армии Княжества Осенней Листвы. — Но более правильным будет — диверсант. Этот человек притворился нашим раненым сородичем и проникнув в лагерь, взял в заложники одного из целителей…

Фирлик Красный Клинок, прибывший в лагерь Копья дозорных прямиком из захваченного нежитью Ороса, спокойно выслушал доклад Даракаса и кивнув своим мыслям, неожиданно громко рассмеялся.

— И как же выглядел этот диверсант?

— Точную внешность определить невозможно — враг использовал какую-то маскировку. Возможно, больше сможет рассказать наш главный целитель — Килаз Заклинатель Плоти. Именно он осматривал человека, когда его принесли в наш лагерь и именно он первым попал под удар — лишь из-за вмешательства охраны лазарета смертный не успел его добить. — Даракас вопросительно посмотрел на седого генерала. — Мне приказать привести его сюда?

— Пока не стоит, время еще терпит. — Фирлик отрицательно качнул головой, на которой было заметно несколько свежих отметин, оставленных как будто когтями. — С диверсантом мы разберемся немного позднее — тем более что вы его упустили и он уже давно на том берегу, куда мы соваться в любом случае не станем. Но сейчас меня больше волнует состояние твоего отряда… Скажи-ка мне, командир Копья, как ты думаешь, где меня встретили твои солдаты?

— Подозреваю, что на внешнем кольце охраны. — спокойно ответил Даракас, уже смирившейся с тем, что его сейчас будут пропесочивать.

— Да если бы на внешнем! — Седой эльф хлопнул ладонью по столу, заставив подскочить стоящую на ней чернильницу. Маленькая металлическая баночка взлетела в воздух, но рука Фирлика превратилась в размазанную желтую полосу и вместо того, чтобы залить чернилами важные документы, она уронила на них всего несколько капель. — Нет уж! Твои подчиненные заметили меня только на внутреннем кольце охраны, после которого начинается уже сам лагерь!

Фирлик поставил чернильницу обратно на стол и подойдя к Даракасу, ткнул пальцем в его нагрудник.

— И ты должен возблагодарить за это своих ребят, потому что это единственное, что тебя спасло. Если бы я беспрепятственно проник на территорию лагеря, то наш разговор начался бы с того, что я снес твою голову… — слегка успокоившись, генерал сел обратно за стол. — А теперь скажи мне, почему наблюдение за территорией поставлено из рук вон плохо? Почему треть наблюдательных постов пустует?

— Бойцов не хватает. — равнодушно пожал плечами Даракас, никак не отреагировав на угрозы (вполне реально осуществимые — главнокомандующий был воином "древней закалки" и уже успел собственными руками казнить нескольких подчиненных, что посмели его подвести). — По приказу Великого Князя часть сил ушла на охрану переправы, которую постоянно пытаются восстановить смертные, а из-за нехватки солдат приходится расставлять приоритеты и выделять эльфов лишь на самые важные задачи. Нам приказали охранять берег Серебряной реки и именно там сосредоточены наши основные силы. Также часть бойцов составляет внутреннее кольцо охраны лагеря, часть следит за нежитью, чтобы та не выбралась из Ороса, а все остальное идет лишь по остаточному принципу.

— А запросы на подкрепления для кого придумали? — вопросительно поднял бровь Фирлик, с недоумением смотря на темноволосого эльфа. — Если не хватает солдат — пишешь письмо в столицу и тебе либо оттуда, либо с ближайшего Копья (если у них с этим все в порядке) бойцов пришлют.

— Вторая стопка документов на правой стороне стола. — кратко ответил ему Даракас, присаживаясь в стоящее чуть в стороне кресло.

— Эта? Так-так, ну и что тут у нас… — генерал не носил шлема, а потому сидящему рядом эльфу было хорошо видно, как по мере прочтения лицо старика становится все более перекошенным. — В вашем районе нет свободных отрядов… Справляйтесь собственными силами… Нет необходимости высылать подкрепления… Они там что, все, с ума посходили?! Тут на линии фронта бойцов не хватает, а у нас в столице три бесхозных Копья стоят, прохлаждаются! И это без учета моего личного отряда, который тоже в боевых действиях уже месяц как не участвует!

— Как видите, я пытался достучаться до столицы, но солдат нам прислать отказались. Семьдесят два моих запроса были отклонены.

— Сколько?! С начала войны прошло чуть больше месяца, как ты умудрился послать столько писем? — вытаращился на своего подчиненного Фирлик.

— По два письма в день, с утренней и вечерней почтой. — пожал плечами Даракас. — Что же касается упомянутых вами трех Копий — по имеющейся у меня информации, их собираются поставить под руку командира Улиэля.

— Улиэль… Улиэль… Что-то знакомое. А не тот ли это часом, выродок, что устроил нам маленькую Пустыню Мертвых в тылу? — Фирлик задумчиво постучал пальцами по подбородку.

— Он самый. — Кивнул темноволосый эльф, подтверждая догадку генерала — И хотя это не относится к обсуждаемому нами делу, мне доложили, что согласно приказу Великого Князя, все три отряда перейдут под его личное командование.

— Хм… Значит наш венценосный друг выбрал себе приспешника и решил помутить воду прямо во время войны… — главнокомандующий эльфийской армии тихо хмыкнул. — Опять за старое принялся… Ладно, с этим пока разобрались — набросаешь потом список недостающего (Как людей, так и обычного снабжения) и я распоряжусь, чтобы тебе прислали все необходимое. Теперь вернемся к диверсанту — ты сказал, что это был человек, так?

— Да, но я думаю, что лучше все же позвать того, кто его осматривал. — Даракас приподнял полог шатра и тихо сказал стоящему рядом со входом охраннику. — Позовите сюда Килаза Заклинателя Плоти.

Спустя пару минут в палатку командира вошел седой целитель и коротко поклонившись присутствующим там офицерам, спросил:

— Господа, у вас есть ко мне какие-то вопросы?

— Генерал Фирлик хотел бы узнать, как выглядел проникший в наш лагерь диверсант. — сказал Даракас. под согласный кивок главнокомандующего.

— Думаю, я смогу ответить на этот вопрос. — целитель провел рукой по едва зажившим порезам вокруг своих глаз — туда вонзились осколки разбитых парнем очков — Это смертный, вероятнее всего человек, мужчина среднего роста и комплекции. Не примечателен ничем, кроме рваного шрама на всю щеку. Я сомневаюсь, что это было частью его маскировки, слишком заметно и слишком много подробностей, которые сложно подделать — начиная от текстуры кожи и заканчивая её оттенком в том месте, где поврежденный участок соединяется с нетронутым. Цвет глаз я не успел разглядеть — слишком неожиданной была атака, но с уверенностью могу заявить, что телосложение у него пусть и крепкое, но характерных для воинского сословия следов на руках нет — скорее всего наш "гость" не умеет обращаться с оружием или долгое время не практиковался в этом.

— При переговорах он действительно заявлял, что не является частью фарольской армии. — подтвердил слова Килаза командир Копья. — Не знаю, насколько это является правдой, но у меня действительно возникло ощущение, что я разговариваю не с лазутчиком, а с бандитом с большой дороги.

— Переговорах? — непонимающе переспросил у них Фирлик. — И чего он хотел?

— Поначалу — беспрепятственный проход на ту сторону реки и лодку. Но когда диалог затянулся, человек догадался, что взятый им в плен заложник имеет некую ценность и сверх заявленной цены выторговал себе трофеев на несколько сотен золотых. — слегка поморщился Даракас, поведя плечом. — Как я уже и говорил — натуральный головорез.

— Беспредельная наглость и рискованный план? Кажется, я уже встречал этого человека. — с легкой улыбкой хмыкнул седой генерал и под вопросительными взглядами подчиненных, пояснил — Именно он около месяца гадил у нас на путях снабжения и когда я его нашел, натравил на меня банши, а сам сбежал, оставив разбираться с ней в одиночку — в итоге я из Ороса едва живой выбрался. (А эта крикунья до сих пор где-то там летает и орет во все горло) Хитрая и беспринципная сволочь…

— Это важная информация, но к сожалению, она не объясняет, почему его товарищи использовали дымовые бомбы дроу. — Даракас под понимающим взглядом Фирлика провел рукой по своему горлу — оба этих офицера имели за плечами солидный боевой опыт и хорошо помнили, как изгнанники применяли против эльфийских отрядов тактику засад, с многочисленным арсеналом разнообразных ядов, бомб и опасных подземных чудовищ. Так называемые "темные эльфы" были куда слабее своих наземных собратьев и уступали им в прямых столкновениях, но вот ударить исподтишка и испортить жизнь своему противнику дроу умели как никто другой.

***

— Долго нам еще идти?

Мизар поправил висящий за спиной мешок и утер со лба выступивший пот. Добыча рыбака была довольно тяжелой и парень едва поспевал за своими спутниками.

— Да тут близко совсем — на следующем перекрестке уже будет нужная нам развилка. — Вогаш, в отличие от своего молодого товарища был куда в более благодушном настроении. — Там и разойдемся: я пойду направо, к ближайшей разрушенной переправе и постараюсь выйти на один из наших патрулей, а там уже ребята подбросят до главного лагеря. Тебе — налево, там дорога напрямую к Бирку ведет. Доберешься до города и найдешь там…

— Да помню я, повторять не надо. — фыркнул в ответ парень, пыхтя под весом тяжелого мешка. — А куда наше волшебное чудо топать собирается?

— Мне прямо, там до столицы ближе будет! — улыбнулась парню светловолосая волшебница, тихо напевающая себе что-то под нос. — Вы если там окажетесь — заходите в гости, я живу в общежитии Столичного Фарольского Университета, женский корпус для магов, всегда буду вам рада!

— Спасибо, мне и дома колдующих баб хватает, чтобы в их логово самому соваться… — сказал себе под нос тучный десятник.

— А вот я может и зайду… — Мизар с намеком покосился на грудь девушки. — Травяного отвара попить…

Глава 22. На пути к цели

Бодро насвистывая веселую мелодию, молодой рыбак шел через густой лес по дороге из плотно подогнанного камня.

Со своими товарищами он распрощался чуть больше часа назад и совершенно не беспокоился по этому поводу, ведь с тучным десятником он все равно собирался вскоре снова встретиться, а Йона…

Над волшебницей Мизар успел напоследок слегка поиздева… подшутить. На последнем привале парень попросил у девушки чистый свиток и написал на нем небольшой похабный стишок, начинающийся с " Однажы встретил я молочных два бидона. И своего собрата в их хозяйке не признал…", а после, пока блондинка спала, подменил доклад о гулях, над которым она так сильно тряслась на результат своей работы. Сам же свиток с научными изысканиями Мизар оставил в той же сумке девушки, но перепрятал поглубже, чтобы Йона не смогла его сразу обнаружить и как следует потрепала себе нервы в процессе поисков.

И нет, дело тут было не в обиде на её уход — просто парню было слегка неприятно, что он несколько раз рисковал ради этой дурынды собственной шеей (Вообще-то больше ради себя, но и ради неё тоже.), а волшебница ему в итоге за это даже спасибо не сказала. Ладно Вогаш так поступил — десятник ему своими связями помог и где лучше всего начинать карьеру вольного меча подсказал, что было лучше любых слов, но Йона могла бы и сказать напоследок что-нибудь приятное. Так что это была маленькая, но вполне заслуженная месть.

Рыбак поудобней перехватил тяжелый мешок с трофеями.

Сейчас Мизар держал путь в Бирк, или как его назвал Вогаш — город наемных клинков. Расположенное на стыке Западного края и центральной области Фарола, это место стало прибежищем для всех бойцов королевства, которые не вступили в Тысячи и не состояли в личной гвардии какого-нибудь аристократа.

Началось все с того, что три крупных наемных отряда, одновременно закрывшие свои контракты, собрались в небольшом, тогда еще, городке и решили встать там на зимовку. А когда пришла весна и настало время уходить, оказалось, что чуть ли не половина бойцов решила покинуть своих командиров и осесть на земле. Безжалостным и суровым наймитам пришлись по нраву холодное пиво, сочное жаркое и теплые бока местных девок, вот и решили они послать своих военачальников в далекие края. Тем, само-собой, такой расклад дел не слишком понравился (А какому командиру понравится, когда его отряд редеет почти вдвое?) и они захотели вернуть собственных подчиненных обратно в строй, но пригревшиеся на новом месте воины оказались неожиданно упрямы и дело чуть было не кончилось большой кровью.

До сих пор точно неизвестно, почему они тогда друг друга не перерезали и как противоборствующие стороны в итоге смогли договориться, но результат оказался неожиданным для всех — осевшие в Бирке наемники выкупили в городе несколько больших подворий и устроили там полноценные базы, на которую их отряды возвращались после военных походов и где они обучали новых рекрутов.

Постепенно туда же начали стягиваться и разного рода умельцы, ведущие дела рядом с вольными клинками — торговцы оружием и доспехами, оценщики трофеев и скупщики добычи, работорговцы и наемные убийцы, лекари и тренера… Вскоре каждый, кто так или иначе был связан с боевым ремеслом, но при этом не работал прямо на корону, рано или поздно оказывался в этом городе.

Поначалу Фаркус Второй, правивший в то время королевством Фарол, был не слишком рад, что один из его городов чуть ли не оккупировала какая-то непонятная шайка, которая, к тому же, была прекрасно вооружена и имела за плечами настолько обширный боевой опыт, что могла легко заткнуть за пояс некоторые из королевских Тысяч.

Но к счастью, он не был полным глупцом и понимал, что наемные отряды так или иначе будут шастать по его земле и даже если направит против них свои войска, то добьется он этим ровным счетом ничего. Вырежет этих — придут другие, уберет вторых — придут следующие… Пока в наемниках есть необходимость, всегда найдутся те, кто готов рисковать собственной жизнью ради звонкой монеты и бороться с этим — значит плевать против ветра. Бессмысленно и бесполезно.

Поэтому хорошенько подумав, правитель Фарола решил воспользоваться ситуацией в своих интересах и дал добро на происходящее, законодательно закрепив за тремя наемными отрядами право на поддержание порядка в Бирке и договорившись с ними о соблюдении некоторых отдельных правил и всех законов Фарола.

Теперь вместо того, чтобы разбегаться по королевству, наемники собирались в одном месте, где при необходимости, королевская армия (для которой разношерстная сборная солянка наемных мечей в любом случае не была серьезным противником), могла бы легко накрыть их всех разом и ей бы не пришлось гоняться за отдельными отрядами по всему Фаролу.

Но контролировали город при этом не ставленники Фаркуса Второго, а те же самые наемные отряды, которые прекрасно понимали, как нужно работать со своими коллегами.

Им даже начали платить за работу в качестве стражников, беря для этого золото из городской казны и вскоре, результат дал о себе знать.

Наемник "в поле" и наемник "дома" — это два совершенно разных человека.

Порядок в городе был установлен очень быстро и поддерживался он с тех пор неукоснительно. Новых лиц, прибывших в Бирк сразу на входе предупреждали, что если они начнут чудить в пределах его стен — то моментально отправятся на ближайшее кладбище, а стража Бирка поможет им в этом путешествии. Как итог — даже ватаги неукротимых орков, прибывавшие в город наемников из восточных степей для продажи захваченных в набегах рабов, старались вести себя как можно более тихо, чтобы не нарваться на местых сторожей, настолько те были свирепы и жестоки с нарушителями. А подкупить их было практически невозможно — наемники хоть и любили золото, но все-таки находились у себя дома и работали уже на репутацию, а значит и на совесть.

И вот в это прекрасное место Мизар шел с радостным оскалом и в охапку с мешком, полным дорогих безделушек. (А еще там была довольно тяжелая латная броня, которую парень намеревался сбагрить первому же торговцу — больно уж много та весила.)

***

" — Что-то не нравится мне этот звук…"

Услышав стук копыт лошадей, парень по уже выработанной за последнее время привычке, собирался рыбкой нырнуть в ближайшие кусты, но тяжелый мешок с добычей поставил крест на его планах и запнувшись о стык в истоптанном покрытии дороги, Мизар с грохотом растянулся на камнях.

" — Просто прекрасно." — за ближайшим поворотом послышались встревоженные крики и конский топот стал громче — всадники явно услышали шум, который поднял рыбак и спешили узнать, в чем же там дело. — "Ну, будем надеяться, что у фарольские солдаты окажутся дружелюбнее эльфийских и не попытаются прикончить меня сразу же, как увидят."

Бежать и прятаться Мизар уже не собирался.

Во-первых — делать это было поздновато, ведь кто бы там не был — он рыбака уже услышал, а во-вторых — скрываться с тяжеленной поклажей за плечами было немного проблематично. (Вопрос "бросить трофеи" в голове у парня даже не поднимался — за свои трофеи он бы любого постарался прикопать.) Хотя желание не показываться на глаза своим сородичам у него было огромное, ведь Мизар сейчас находился в глухом лесу с большим мешком ценного добра — тут не то, что у бандита, у самого честного из стражников волей-неволей возникла бы мысль избавить случайного путника от лишних вещичек.

Поэтому проверив, сможет ли он быстро выхватить нож из-за пазухи и легко ли достается спрятанная за поясом дымовая бомба, парень неспешно продолжил свой путь.

Не прошло и минуты, как из-за ближайшего поворота показалось несколько всадников. Пятерка молодых мужчин в кольчужных рубахах, шишкообразных шлемах из грубо обработанного железа и с короткими копьями в руках, подгоняла своих лошадей, к седлам которых были прикреплены небольшие дощатые щиты с намалеванными на них красными птицами. Все они, к небольшому облегчению рыбака, были людьми.

Увидев Мизара, их лидер что-то неразборчиво прокричал остальным и пятерка всадников быстро доскакала до молодого рыбака и взяла его в редкое, но все же кольцо.

— Ты кто такой, парень? Из чьих подданных будешь? — их командир, мужчина чуть старше самого рыбака, остановил свою лошадь в нескольких шагах от Мизара и положив копье на луку седла и оглядев парня, с намеком кивнул в сторону мешка у него за плечами. — И что это ты такое важное несешь за спиной? Не покажешь-ка нам свою поклажу?

— Отчего-же не показать-то? Вот, сам погляди, что там. — Мизар скинул звякнувший мешок с добычей на землю и сделав шаг назад, приготовившись выхватывать оружие, про себя при этом подумав — " За полтора месяца путешествия по захваченной остроухими земле, меня не разу никто не пытался ограбить. Здесь же, на территории фарольского королевства, я не успел и дня пройти — как непонятно откуда вылезли какие-то головорезы. Это что-же получается, даже в опустошенной войной земле, под рукой ушастых, порядка будет больше, чем в самом Фароле? "

Главарь остановившей Мизара шайки сделал рукою знак своим товарищам и вместе с ним спешилось еще двое бойцов.

Подойдя к оставленному парнем мешку, они развязали горловину и начали копаться в его содержимом, а их лидер остановился в шаге от рыбака и пока его товарищи были заняты трофеями Мизара, начал его пристально рассматривать.

— Кто это тебя так? — мужчина постучал по своей щеке, намекая на шрам, занимающий чуть ли не половину лица парня. — Зверь что ли, какой, порвал?

— Упал неудачно. — совершенно честно признался Мизар, получивший эту отметину еще в Зеленых Холмах при падении в колодец. Но главаря головорезов это не убедило.

— Не хочешь говорить — твое право. На руднике-то тебя быстро разговорят…

Неожиданно речь мужчины прервал крик одного из грабителей.

— Командир, тут, эта… В общем странное добро какое-то… Не похоже оно на наше, дорогое больно…

— То есть как "Не похоже на наше"? — мужчина повернулся спиной к Мизару и тот понял, что лучшего момента для атаки у него не будет. — А на что тогда оно похоже?

Торс главаря был надежно прикрыт кольчужной рубахой, а голову закрывал шлем с длинным козырьком в задней части, который вдобавок, защищал шею. Но у всей экипировки головорезов был один заметный изъян — нижняя часть тела была практически полностью открыта, и единственным отличием от обычной одежды были лишь металлические наклепки на высоких кожаных сапогах.

Недолго думая, рыбак лягнул под колено повернувшегося к нему спиной главаря, заставив его наклониться назад и выхватив из-за пазухи дварфийский нож, приставил его к горлу лидера грабителей, одновременно прикрываясь им на манер щита. Примерно такую же тактику он использовал, когда был среди эльфов, но повод для неё сейчас был абсолютно другой — помимо главаря, парня окружали еще четверо врагов, двое из которых, к тому же были конными. А Мизар был не разу не великий воитель, чтобы будучи одетым в один гамбезон и имея в руках лишь короткий нож, стал бы сражаться сразу с четверкой противников, вооруженными копьями.

— Если не хочешь отправиться к престолу Творца — скажи, чтобы твои друзья слезли с лошадей и положили оружие на землю.

— Парень, не глупи! — мужчина, которым прикрывался Мизар, презрительно фыркнул, но дергаться или вырываться не стал, чувствуя на своей шее холодный металл. — Если даже ты нас всех тут положишь, тебя остановит первый встречный патруль и тогда вместо рудников тебя будет ждать уже виселица! Это уже не какое-то там мародерство, за которое ты лишь пару лет камень в горах долбить будешь — убийство солдат Фарола карается смертью!

— Солдат? Интересно, а грабеж граждан Фарола чем у нас карается? Или если ты думаешь, что если служишь в Тысячах — закон написан не для тебя? — широко оскалился рыбак, нашарив свободной рукой дымовую бомбу. — Я слышал про солдат короны всякое, но такой наглости не ожидал…

— Грабеж?! Какой, в задницу демонам, грабеж?! — возмущенно запыхтел лидер всадников, стараясь не напороться на лезвие. — Мы выполняем приказ капитана Шасира и патрулируем округу, отлавливая мародеров, вроде тебя!

— Эм… Командир, мне кажется, что это не мародер… — один из мужчин достал из мешка Мизара покрытую засохшими коричневыми подтеками саблю из зеленого металла. (Для создания образа раненого эльфийского воина Йона перепачкала в крови и её тоже) — Такого же в окрестных деревнях днем с огнем не сыщешь! А тут еще и латы дорогие лежат, судя по следам крови — явно трофейные, да сам мешок забит до половины драгоценными эльфийскими цацками!

Несколько мгновений главарь головорезов молчал, обдумывая сказанное его подчиненным, а затем слегка неуверенно обратился к рыбаку.

— Слушай, парень… Мы тут кажется, немного обознались… Ты не мог бы убрать свой ножик от моего горла, чтобы мы могли это нормально обсудить? Даю слово солдата Фарола — мы тебе ничего не сделаем!

— И чего стоит твое слово, если ты меня ограбить пытался? — с сомнением протянул Мизар, тоже не горящий желанием начинать драку, победить в которой у него шансов практически не было (Да и это "практически" было лишь из-за дымовой бомбы, про которую противник не знал). — И чем докажешь, что ты наш солдат, а не бандит?

— О, это самое простое. — слегка оживился удерживаемый парнем мужчина и ткнул пальцев в сторону своей лошади — Ты где-нибудь видел, чтобы лихие люди герб на щитах носили? Так только солдаты Тысяч, да некоторые дворяне делают, и на аристократов наши физиономии не очень-то похожи…

— Будем считать, что я тебе поверил. — парень убрал оружие от его горла и оттолкнул мужчину подальше от себя. — Хочешь поговорить — я не против, но сперва верните мое добро.

— Да пожалуйста! — поморщившийся главарь потер свою шею и жестом приказал товарищам отдать мешок с драгоценностями обратно Мизару. — Мы же не бандиты какие — нам чужого не надо. Тем более что боевые трофеи — это святое…

— Как догадался? — с подозрением посмотрел на него рыбак, проверяя, не "позаимствовали" ли чего эти солдаты. — Может это к берегу водой прибило, а я просто подобрал?

— Парень, не считай нас полными дураками, — взобравшись обратно в седло, усмехнулся лидер всадников. — Нога эльфа еще не ступала на эту сторону Серебрянки, а значит, что латы и оружие из зеленчака ты мог добыть только на той стороне и как уже сказал Метий… — он кивнул в сторону своего товарища, что обыскивал мешок рыбака — Здесь ты таких вещей попросту не найдешь. Кстати, ты же так и не представился, да и я этого не сделал… Меня зовут Хорас, я десятник конной разведки в Седьмой Тысяче Красных Ворон, а это мои бойцы! — мужчина отдал воинское приветствие и с гордостью указал на своих товарищей. — А ты кто будешь?

— Мизар я. — убедившись, что все было на месте, парень взвалил себе за спину мешок. — Наемник.

— Мизар, тут такое дело… Извини, если мы тебя обидели, но у нас приказ останавливать и досматривать всех, кто путешествует с каким-либо скарбом. Когда началась война, люди в этих краях похватали самое необходимое и ломанулись подальше от фронта. — Хорас зло сплюнул в сторону. — Так мародерам и прочей швали это как приглашение получилось — хозяев-то в домах нет, а всякое добро осталось. Бери — не хочу! Вот и приходится нам следить за дорогами и ловить этих ребят… Слушай, раз ты наемник, то наверное, в Бирк путь держишь, где вся ваша братия сейчас собирается? Давай мы тебя подбросим, а ты расскажешь нам, что на том берегу творится? А то нам жуть как интересно, что там. У нас-то слухи разные ходят — то про демона, который целый город сожрал, то про эльфийскую армию, в которой все через одного колдуны… Как тебе такое предложение?

Глава 23. Город, в который еще нужно войти

— Тут мы тебя и оставим — до города осталось совсем немного, как выйдешь из леса, ты сразу заметишь дорогу к Бирку… — молодой рыбак спрыгнул с лошади и закинул на плечо сброшенный с ездового животного мешок с добычей — Всего-то и нужно, что подняться на холм, а там уже и подъем к воротам будет видно, не пропустишь. А нам уже пора — и так от маршрута патрулирования чутка отклонились… — мужчина махнул на прощание рукой и пришпорил коня, возвращаясь обратно в лес, а за ним поспешили и его товарищи. — Спасибо за рассказ и доброй тебе дороги!

Мизар только усмехнулся, глядя, как бойцы из Тысячи Красных Ворон скрылись в лесной чаще и поправив слегка сползшую лямку, продолжил свой путь.

Хорас и его солдаты оказались адекватными и в целом довольно приятными в общении ребятами — перед рыбаком извинились, объяснили, зачем они устроили ему досмотр с обыском и даже помогли добраться до Бирка, попутно обрисовав текущую ситуацию.

Что-то Мизар знал и так, а о чем-то ему рассказал еще десятник, но вот более-менее цельную и ясную картину парень смог составить только сейчас и рыбак бы не сказал, что она ему сильно нравилась…

Дела у королевства людей шли не то, чтобы очень хорошо. А если быть полностью честным — то совершенно отвратно. Да, еще не было крупных битв и как следствие — крупных поражений, из-за чего армия Фарола была на пике своей силы, но в остальном же… Огромный кусок территории был потерян, а все его население — перебито и это не могло никак не сказаться на боевом духе солдат.

Поначалу, на этом берегу Серебрянки никто даже не подозревал, что Княжество Осенней Листвы перешло в наступление и устроило самый настоящий геноцид мирного населения в примыкающей к Великому Лесу части Западного края. Просто в один момент, как будто по щелчку пальцев, из этой области совсем перестали приходить люди и начали пропадать все, кто перебирался на левый берег реки.

Первым забил тревогу командир Тринадцатой Тысячи Первой Крови — капитан Ягнар, который отправил сотню своих бойцов на разведывательную миссию. (В ней, к слову, и находился тогда Вогаш — тучный десятник как раз говорил, что он был в дозорном отряде и что их задачей была разведка области.) Но остроухие поступили весьма хитро — эльфийские следопыты, долгое время следившие за передвижением фарольских солдат, пропустили их мимо себя, дождались, пока отряд углубится в захваченную ими территорию и только когда у разведывательной сотни уже не было ни единой возможности предупредить основные силы — напали на них.

Отрезанные от своих и попавшие в окружение, солдаты Тысячи Первой Крови сражались отчаянно, но все было против них и вырваться из кольца врагов удалось меньше чем двум десяткам бойцов, да и тем по большей части просто повезло, ведь следопыты не стали их преследовать и перепоручили это дело обычному конному патрулю. (Именно они загоняли Вогаша в угол и добивали его десяток, когда Мизар наткнулся на своего будущего товарища.)

Сами же следопыты пошли дальше и одновременно ударили по всем переправам разом, благо подходящих для их постройки мест на бурной реке было немного, целей для атаки у остроухих было всего три и они смогли управиться всего за одну ночь.

Мосты через Серебрянку неплохо охранялись, но именно что неплохо — тамошние стражники были даже не солдатами, а скорее наблюдателями и работниками таможни, которые контролировали реку и следили за идущими по ней (и через неё) грузами. Перед этими людьми никогда не стояла задача сдержать натиск полноценной армии и поэтому когда на них прямо перед рассветом обрушились прекрасно обученные и вооруженные эльфийские стрелки, они даже не успели понять, что произошло — атака началась далеко за полночь и охрана всех трех переправ была вырезана задолго до рассвета. Правда, почему-то длинноухие не стали развивать свой успех и вместо того, чтобы взять переправы под свой контроль решили их просто уничтожить.

Именно в этот момент до людей дошло, что они находятся под атакой и крик тогда поднялся знатный…

А как же иначе? Приходит отряд снабжения, чтобы пополнить на переправе запасы еды и прочего продовольствия — а вместо товарищей их встречают утыканные стрелами трупы на фоне сожжённых мостов. "В копье" моментально подняли все свободные тысячи, но толку от этого было немного — эльфы уничтожили все пути на тот берег и обрезали с ним всякое сообщение.

Река разделила область практически надвое, а огромный кусок Западного Края фарольского королевства как будто просто взял и исчез — никто не знал, ни что там происходит, ни почему лесной народ вообще решил на них вдруг напасть — посольства эльфов в столице Фарола никогда не существовало и все дипломатические отношения ограничивались гонцами с депешами, да подписанным семьсот лет назад мирным договором, который в текущих обстоятельствах уже вряд ли имел хоть какую-то силу…

Некоторые люди начали строить теории, что мол, это какая-то маленькая кучка сошедших с ума лесных головорезов чудить начала, но капитаны королевской армии были настроены более скептически и все сгоревшие переправы были моментально взяты под контроль трех расположенных в Западном крае Тысяч — Тринадцатой (Первой крови), Десятой (Железного топота) и Седьмой (Красных Ворон). Даже в разрушенном состоянии они были крайне важны — мосты через Серебрянку были построены в тех местах, где был хоть какой-то брод и где было проще всего переправиться на тот берег. Также вдоль берега были разосланы патрули, чтобы фарольская армия была предупреждена, если солдаты Княжества Осенней Листвы вдруг перейдут в наступление и решат двигаться дальше, вглубь Фарола.

И с тех пор мало что поменялось — несколько раз бойцы Тысяч пробовали восстановить переправы и подготовить плацдарм для тяжелой фарольской конницы, но остроухие лучники, быстро перестрелявшие всех строителей, показали, что эльфы никуда не ушли и внимательно следят за каждым шагом своего противника. Две армии сидели друг напротив друга и каждая из них ждала, когда вторая начнет перебираться через реку.

Так и возник хрупкий паритет — солдаты фарола были не в силах перебраться на левый берег Серебрянки и могли лишь скрежетать зубами от бессилия, не имея возможности помешать остроухим убивать их сородичей, а эльфы совершенно не рвались на правую сторону, прекрасно понимая, что как только их нога ступит на твердую землю, рыцари королевства, (которые в нетерпении уже били землю не хуже своих коней) устроят им настолько горячий прием, что вечно пылающая Бездна на его фоне покажется холодной.

И как будто этого было недостаточно — в округе расплодилось огромное количество мародеров!

Бесхозные дома на берегу Серебрянки, брошенные бегущими подальше от войны людьми, были лакомой и что более важно — доступной добычей, привлекающей любителей легкой наживы и из-за этого часть патрулей пришлось послать на отлов разного рода отребья. На один из таких отрядов и наткнулся Мизар — Хорас и его товарищи сами были как раз родом из местных краев, а потому приняли эту проблему близко к сердцу и слегка перебарщивали с служебным рвением. Для большинства фарольских солдат бандитские шайки были хорошо знакомым врагом, в отличие от эльфийских бойцов, которых если кто вживую и встречал, то рассказать об этом он уже не мог. (Как стражники с переправ, например — мертвые люди обычно не слишком словоохотливы.) Поэтому ребята и оживились, когда узнали, что Мизар прибыл с захваченного остроухими берега Серебрянки — им было интересно, что же из себя представляли воины Великого Леса и как с ними было легче всего бороться.

Ну рыбак и рассказал им часть своих злоключений, вычеркнув некоторые моменты, про которые солдатам Фарола было знать необязательно.

***

— Неслабо наемники тут окопались… — стоявший недалеко от городских ворот Мизар уважительно присвистнул и окинул взглядом видимую ему часть крепостной стены. — Такие укрепления, наверно и не каждый таран взять сможет? Интересно, а если банши своим криком попробует их пробить — у неё получиться это сделать?

Хорас оказался прав — выйдя из леса, парень моментально заметил дорогу к Бирку, которая заметно выделялась на фоне выжженного поля, что расстилалось перед городом. Стараниями неизвестных умельцев перед Бирком на расстоянии нескольких часов пешего хода не осталось ничего, что можно было бы использовать в качестве укрытия — даже в траве бы спрятаться не вышло, поскольку любую растительность тут выжгли начисто.

Зачем это сделали понять было легко — чтобы никто не смог подойди к городу незамеченным и его защитники заранее смогли заметить врага. Хотя и сама обитель наемных мечей была тем еще крепким орешком.

Высокие стены, с укрепленным зубчатым парапетом, покрытым торчащими наружу шипами, стояли нерушимым бастионом на крутом холме, возвышаясь мрачной громадиной над заполненным водой рвом.

Толстые ворота из мореного черного дерева, поверх которых лежали покрытые светящимися руническими узорами полосы металла, были открыты настежь, приглашая любого желающего войти в город, но огромная железная решетка с здоровенными заточенными лезвиями, торчавшая из верхней части ворот, мягко намекала, что далеко не каждый сможет это сделать.

Перед опущенным навесным мостом была небольшая очередь из вооруженных людей, в конец которой Мизар и пристроился, с любопытством посматривая на стоящих впереди бойцов.

Судя по всему, не ему одному Вогашу в голову мысль, что наймитам во время войны живется лучше, чем всем прочим — перед рыбаком оказались самые разнообразные люди: пятерка молодых ребят, которых от землепашцев из деревни Мизара отличали только висящие на поясах короткие клинки, здоровый рыжеволосый мужик звероватого вида, с тяжелым даже на вид кузнечным молотом на плече, пара подозрительных личностей, что натянули темные капюшоны чуть ли не до носа… Большая часть их них выглядела вчерашними крестьянами, которые от безысходности решили попытать удачу в военном деле.

Желающих половить рыбку в мутной воде оказалось на удивление много, но все они выглядели безобидными ребятами на фоне тех, кто сторожил ворота Бирка.

Огромный, на две головы выше Мизара мужчина в стальном нагруднике, видимой под ним кольчуге и с зазубренным ятаганом на поясе, внимательно осматривал каждого, кто проходил через ворота. Грубые черты лица, землистого оттенка кожа и выпирающие из-под нижней губы клыки, говорили что в предках у этого воина явно затесались орки, но в отличие от обычных представителей этой варварской расы, движения этого полукровки были плавными и выверенными до предела.

Чуть в стороне стояли уже менее внушительные бойцы, но даже с ними желания шутить не возникало — в отличие от своего лидера, рядовые стражники были облачены в полноценные латы, а вооружены длинными пиками и широкими, ростовыми щитами, парочкой которых при желании можно было легко перекрыть весь проход.

Очередь медленно, но верно продвигалась вперед и вскоре настал черед Мизара.

— Ты. — полуорк неожиданно ткнул в сторону рыбака пальцем с немного большим, чем у человека ногтем. — На досмотр.

— Эм… Ладно. — видя как стражники Бирка уже начали поворачивать в его сторону свое оружие, парень успокаивающе поднял ладони. — Куда идти то?

— За мной. — полукровка махнул рукой, приглашая Мизара следовать за ним и скрылся в маленькой, неприметной дверце, расположенной прямо в боковой части ворот.

***

— Поклажу сдавай на проверку мне, оружие выкладывай на столешницу.

Полуорк завел парня в небольшую караулку, где были лишь стол, два стула, немного чадящий факел и стоящий у стены охранник, который в отличие от своих товарищей снаружи, носил на поясе короткий меч, которым в узком помещении работать было бы куда легче, чем длинной пикой.

— Хорошо… — Мизар совершенно не хотел расставаться со своим небольшим арсеналом, но выбора у него особо и не было. К тому же что-то подсказывало парню, что для охраны города наймитов не было особой разницы, есть ли в руках рыбака оружие или нет — эти суровые ребята могли его легко прикончить в обоих случаях. — А что, собственно происходит? Я что-то сделал не так?

— Обычный досмотр. — полуорк равнодушно пожал плечами, пристально следя, как рыбак выкладывает на стол свои ножи и кладет рядом с ними пару дымовых бомб. — Для него не нужно что-то нарушать, это стандартная процедура. Проводится на усмотрение командира смены. Так-так… — Полукровка лениво мазнул взглядом по ножам дварфийской ковки, но вот склянки с дымовой смесью его заинтересовали. Взяв одну из колб, он поднес её к висящему на стене факелу и внимательно рассмотрел в его отблесках содержимое флакона. — Это же одна из игрушек дроу, верно? Так ты из ребят Малакаса?

— Я вообще не понимаю о чем ты сейчас ведешь речь! — честно открестился от непонятных, но явно очень сомнительных знакомых Мизар. — А бомбы я выменял у одной чародейки из столичного университета.

— Допустим. — полуорк аккуратно поставил склянку с порошком на место и повернулся в сторону добычи рыбака. — Глянем, что здесь.

Мужчина легко поднял одной рукой тяжелый мешок и высыпал его содержимое на свободную часть стола. Драгоценные побрякушки и набитые монетами кошельки его мало заинтересовали — покопавшись в небольшой золотой кучке и убедившись, что там кроме дорогих вещичек ничего нет, полуорк потерял к ней всякий интерес, а вот оружие и латы из зеленчака заняли его надолго — битый час мужчина вертел в руках эльфийскую саблю, царапал её лезвие ногтем, обнюхивал и чуть было не попробовал на зуб, пока наконец не выдал.

— Настоящая.

— Наверное. — пожал плечами Мизар, подумавший, что это был вопрос. — Я как-то не догадался спросить у того ушастого, не таскает ли он с собой подделку. Но гулей эта железка строгает исправно.

— Значит, ты с того берега Серебрянки? Это объясняет, откуда у тебя столько эльфийских цацек… — полукровка сгреб драгоценности, доспехи и оружие обратно в мешок, и швырнул его под ноги парню. — Но по правде говоря, на воина ты не слишком похож, больше на бандита с большой дороги. Что в нашем городе забыл?

— Работы нет, а жить как-то надо.

— И ты решил удачу на стезе наемного клинка попытать? Ну, сейчас для этого как раз самое подходящее время. Но я все же не пойму — как ты умудрился с остроухого, да еще такого бронированного, скальп снять? Они же клинками так машут — любо-дорого смотреть, а латы их разве что самострелом взять можно.

— Яд. — коротко ответил ему рыбак, не горящий желанием пересказывать все свои приключения у остроухих. Да и не нравился ему этот полукровка… Больно настырный какой-то.

— А, траванул ушастую погань? Ну тогда тебе точно к Малакасу надо. — Кивнул своей догадке полуорк. — У него для такого как ты, точно найдется пара вещиц на продажу…

— Я могу идти? — слегка раздраженно спросил у него Мизар, которому уже малость поднадоело, что его постоянно кто-то останавливает. То патруль на дороге, то стража на входе в город… И всех почему-то интересовала его поклажа. Люди, что, внезапно научились унюхивать дорогое добро по запаху? Так тут вроде полукровка был. — А то я спешу немного.

— Можешь. — спокойно ответил мужчина, взглядом указывая рыбаку на дверь. — И я тебе напоследок даже совет бесплатный дам — сделай лицо попроще. Я ведь тебя из-за него на обыск и потащил — при виде такой злобной морды, у большей части наших ребят рука сама собой к оружию потянется…

Глава 24. Хвост Королевской Гидры

Неспешно идущий по улицам Бирка парень с любопытством глазел по сторонам, разглядывая непривычную для него вещь — большой город.

Мизар довольно редко покидал свою родную деревню и еще реже посещал какие-либо крупные поселения. Для этого как-то не находилось повода, да и что рыбак из села на окраине королевства мог забыть в той же столице Фарола? Разве что на учебу приехать, но для неё еще нужно было поднакопить золотишка…

А последним большим городом, который Мизар посетил и вовсе был забитый нежитью Орос, в котором рыбаку было немного не до осмотра достопримечательностей — ноги бы унести от голодных тварей и идущих по следу эльфийских ищеек.

Купив у первой же попавшейся разносчицы ароматный пирожок с мясом, он с наслаждением вгрызся в него зубами. Впервые за последний месяц попробовавший что-то кроме солонины парень был настолько сильно поглощен нормальной едой, что не обратил внимания на то, что торгующая ею девушка посмотрела на Мизара, словно на сумасшедшего и еще долго косилась вслед странному покупателю, расплатившимся за выпечку стоимостью в один медяк — целым золотым, да еще и эльфийской чеканки.

А парень с лучащимся довольством лицом продолжил свой путь по городу.

" — Улицы красивые, но больно уж больно узкие. Даже у нас в деревне они были более широкими, видать на случай осады так сделали, чтобы оборонять удобней было." — жуя свежую выпечку, думал рыбак, идя по мощеной брусчатке. — " Надо бы спросить у кого-нибудь дорогу, а то я тут да пришествия Жнеца блуждать буду. Как там Вогаш эту забегаловку называл?"

Когда десятник предложил Мизару пойти стезей наемника, то дал наводку на своего старого друга, который вместе с ним служил в Тысяче Первой Крови во время Южной кампании, а после ушел на покой, осев в Бирке и построив там свой собственный трактир. Исполнил, так сказать, свою юношескую мечту.

— Эй, ребята, вы не подскажете, как пройти к трактиру — Хвост Королевской Гидры? — рыбак подошел к группе молодых парней, что стояла на перекрестке и о чем-то тихо переговаривалась. — А то заплутал я малость…

— Это в котором старик Халик заправляет, да? Знаем мы такое место, он рядом с городской ратушей стоит. — один из парней вышел вперед и указал дальше по улице. — Иди в ту сторону, пока не выйдешь на центральную площадь. Трактир, который ты ищешь будет по правую руку, не потеряешься. А если как-то и пропустишь, то поспрашивай местных гуляк, там постоянно кто-то из завсегдатаев этого заведения по округе слоняется. О и не забудь по дороге на казнь посмотреть, она на площади проходить будет — редкое зрелище!

— Зрелище? Вора, что ли поймали или душегуба какого? — полюбопытствовал рыбак, который на казнях никогда не бывал.

— Да не… — помахал рукой все тот же парень — Такие самоубийцы у нас редко встречаются. Эльфа сжигать будут, представляешь! Самого настоящего остроухого!

— Серьезно? — Не на шутку удивился Мизар, который совершенно не ожидал встретить ушастого в набитом вооруженными людьми городе. По крайней мере, не после того, как вислоухие устроили кровавую баню в одной из областей этого королевства — любой разумный, после такого демарша своих сородичей, бежал бы как можно дальше. — А за что сжигают-то? За что-то конкретное или просто потому что эльф?

— Конечно не за просто так, мы же не варвары какие — сжигать разумного просто потому, что его сородичи наши враги! За дело наказан будет! — разговорчивый паренек под обиженный гул своих товарищей с легким укором посмотрел на рыбака. — Он из скупщиков рабов Княжества Осенней Листвы — эти ребята следят за торговцами "живым товаром" и если кто-то из работорговцев выставляет на продажу их сородичей, то такие скупщики их выкупают и отправляют домой. Спасатели своего народа, проще говоря.

— А это уже стало преступлением? Или у вислоухого денег не хватило и он решил силой освободить своих собратьев?

— Скажешь тоже… Силой… — в ответ со всех сторон послышались сдавленные смешки. — Даже у обычных работорговцев охрана донельзя серьезная, а уж у тех, кто торгует настолько редким товаром, как остроухие она вообще на запредельном уровне. Нет, тут дело немного в другом. Раньше в Бирке было несколько остроухих, которые не смогли ужиться у себя на родине и решили переехать подальше от своих сородичей. Мы особо не протестовали — ну живет остроухий у тебя через дорогу и что с того? Тут, вон иногда орочьи ватаги на отдых останавливаются, так по сравнению с ними ушастые — идеальные соседи. Но когда половину Западного Края захватили солдаты Княжества, дела пошли уже совсем по другому — драки, потасовки и дебоши с участием вислоухих вспыхивали то тут, то там. Вскоре терпение Совета Трех иссякло и все три наемных отряда, что контролируют наш чудесный город, решили, что всем эльфам в Бирке не место, и что их нужно выдворить из города. Никто на них особо не давил и время, чтобы собраться ушастым дали, все же это не вражеские солдаты, а вчерашние соседи. И всех остроухих заранее предупредили, что если вдруг кто-нибудь из них решит нарушить постановление трех и останется в городе — его посчитают шпионом и казнят без суда и следствия. Но один из ушастых решил, что он самый хитрый и что если он будет осторожен, то его никто не сможет отыскать. Прятался, следы заметал и скрытничал как мог, но… — парень широко усмехнулся, показав слегка желтоватые зубы. — Как видишь, стражи нашего города не зря едят свой хлеб — не прошло и недели, как они его изловили! Сделали приманку в виде нескольких эльфиек захваченных орочьей ватагой в рабство и взяли этого ушастого на живца, когда он попытался их выкупить!

— Хитро… И что, никто из наймитов не пострадал? — Мизар мысленно похвалил себя за то, что не стал дергаться, когда его остановили на входе в город — А то я слыхал, что остроухие мастера махать клинками.

— Так в той облаве сам Гораг из стражи ворот участвовал! Он этих "мастеров" пачками на завтрак ест! — под согласные выкрики своих товарищей, парень воодушевленно потряс кулаком в воздухе. — Если бы этот полуорк вышел на поле боя — мы бы быстро отбили захваченный остроухими берег Серебрянки!

"— Значит, того мордатого, наглого полукровку зовут Гораг и он не только поболтать любит, но и мечом махать горазд? Надо бы запомнить, а то мало ли как все повернется. Бандитская рожа, бандитская рожа… На себя бы сперва в зеркало глянул, урод клыкастый! " — рыбак мысленно сделал себе пометку — ни при каких условиях не выходить против этого наемника на честный бой и по возможности сделать ему какую-нибудь безобидную (Обострять отношения со всей стражей Бирка, ради какой-то мелочи он не собирался), но очень обидную пакость. — Ладно, ребята, пойду я… А то еще пропущу казнь остроухой погани.

— Давай-давай, мы сейчас Пака дождемся, и тоже на площадь двинем. — согласно покивал словоохотливый парень, имя которого Мизар так и не узнал.

***

"— Где-бы здесь раздобыть чего-нибудь перекусить, а то того пирожка явно было маловато…" — такой была единственная мысль, блуждающая в голове рыбака, пока на деревянном помосте в нескольких метрах перед ним корчился в агонии сгорающий заживо ушастый.

Казнь эльфа принесла Мизару только разочарование, больно уж скучной она была.

На заполненной людьми площади появилось несколько громил, закованных с ног до головы в железо, которые приволокли с собой одетого в рубище эльфа. Приковав пленника к стоящему на помосте каменному столбу, эти ребята бросили в лежащий у его подножия хворост факел и спустя несколько секунд, в воздух взвилось яркое пламя.

Крики терзаемого огнем вислоухого были довольно громкими, но парень ожидал хотя бы какого-то представления, а в итоге увидел лишь равнодушное исполнение своих обязанностей — ни выдумки, ни фантазии палачи не проявили.

Но окружающим это почему-то понравилось — толпа вокруг парня бесновалась не хуже демонов в преисподней и звучавшие со всех сторон кровожадные крики оглушали Мизара не сильно слабее разрушительного крика банши.

— Гори, погань остроухая! Ваш род еще ответит за все, что вы натворили!

— Как тебе на вкус фарольское гостеприимство? Мы же не хуже ребят из Западного Края?!

— Отомстим за кровь наших собратьев, пролитых на том берегу!

"— Видать не все в Бирке такие же башковитые, как тот парнишка с компанией… Эти горлопанящие дурни серьезно не понимают, что если этот ушастый все время торчал тут и сбежал от своих же собратьев из Великого Леса, то к устроенной ими резне он не имеет вообще никакого отношения? С тем же успехом можно меня обвинять в участии в Войне Древних — там тоже люди были. " — Мизар с легкой неприязнью посмотрел на окружавших его горожан. — " Ладно бы зрелище было хоть немного интересное или палач оказался бы настоящим виртуозом и сделал бы нечто похожее на маскировку, которую я использовал, притворяясь одним из ушастых, так нет же! Кабана в лесу поймай, замени на этого остроухого — и орать свинина будет даже выразительнее! Здесь действительно не любят ушастых или настолько истосковались по хоть какому-то зрелищу, что радуются даже такой халтуре?"

Тяжело вздохнув, парень медленно пошел прочь от помоста, на котором догорали остатки остроухого, раздвигая толпу локтями. Люди, спешащие поглазеть на казнь, не слишком охотно уступали ему дорогу, но обычно любому горожанину хватало одного взгляда на злобно оскалившегося Мизара, чтобы без лишних слов отойти в сторону.

" — Нда… Целый месяц ни помыться, ни почиститься не мог — видок у меня сейчас должен быть еще тот, запах и того хлеще… Надеюсь, в трактире у этого Халика найдется бадья с горячей водой."

Выйдя из толпы, рыбак припомнил слова недавно встреченного им паренька и пройдя около сотни шагов вдоль домов на правой стороне улицы, он заметил яркую вывеску. Рядом с одним из строений стараниями неизвестного художника на большом деревянном полотне была нарисована хорошо узнаваемая многоглавая гидра. Опасное чудовище было повернуто к смотрящему спиной, а рука бойца, который не поместился на изображении целиком, огромным зазубренным топором отсекала хищному монстру его беззастенчиво выставленный напоказ хвост.

— Кажется, это то самое место… — тихо пробормотал себе под нос парень, толкая вперед деревянную дверь и входя в заведение.

Внутри трактира было на удивление мало посетителей и из полтора десятка круглых столов, занято было всего два места — за одним сидел, прихлебывая суп из глиняной миски уже немолодой боец в выцветшем плаще, а в углу помещения читал потрепанную книжку самый настоящий орк. И если старик с его обедом никак не волновал Мизара, то вот землекожий детина заставил молодого рыбака слегка напрячься — если полукровка на входе в город был на две головы выше парня, то здесь разница была на все три, а сам житель степного народа представлял из себя огромный кусок бугрящихся мускулов и судя по обмотанной веревкой дубине на поясе, работал здесь вышибалой.

Заметив вошедшего в трактир рыбака, орк отложил книгу и вроде бы невзначай погладил свое оружие, с намеком посматривая в сторону гостя и предупреждая его, что дурить в заведении не стоит.

Презрительно фыркнув, Мизар поправил мешок за плечами и проигнорировав землекожего громилу подошел к находящейся позади столиков барной стойке. Сбросив на пол тихо звякнувший мешок с добычей и усевшись на один из стульев, рыбак постучал костяшками пальцев по дереву, привлекая к себе внимание стоявшей за ней рыженькой девицы с короткими волосами, что протирала выставленные на стене бутылки с вином:

— Красавица, не подскажешь мне, где хозяин этого чудесного заведения?

Услышав за своей спиной незнакомый голос, девушка отвлеклась от своего занятия и повернулась лицом к возможному клиенту:

— Ох ты ж бл… Кхм! — прокашлялась рыжеволосая девица, слегка покраснев от смущения. — Опять вы?! Мы уже сотню раз говорили Малакасу, что не будем вести с ним дела, можете так своему хозяину и передать! И сколько бы раз он не посылал сюда своих головорезов — ответ останется неизменным!

— Рыжуля, я разве тебя об этом спрашивал? — Парень отметил, что его уже не в первый раз причисляют к подчиненным какого-то Малакаса и подумал, что надо бы выяснить, что это за человек, а то как-то некрасиво получается. Все вокруг Мизара за чью-то шестерку считают, а сам он даже не знает, за чью. — Нет? Тогда будь добра — закрой свой дымоход и позови сюда хозяина трактира. Или если ты так занята, то можешь просто показать, в какой стороне он находится, а дорогу я и сам могу найти…

— Вот еще! Буду я господина Халика от его важных дел отрывать, ради какого-то отребья! — девушка посмотрела куда-то за спину Мизара. — Огла!

На плечо парня опустилась тяжелая рука, которая размерами была примерно с его голову.

— Мне кажется, вам пора на выход, господин. — посмотрев назад, рыбак увидел спокойное лицо орка, который вблизи выглядел еще больше и еще внушительнее. И выпирающий из-под нижней губы клыки были намного больше тех, что он видел у полукровки. — И всем будет лучше, если вы сделаете это самостоятельно.

Рука парня рефлекторно потянулась к спрятанному за поясом ножу, но землекожему громиле было достаточно слегка сжать лежащую на плече парня ладонь, чтобы боевой порыв Мизара угас еще в зародыше.

— Не стоит так делать. — предупреждающе покачал головой Огла, взглядом указав на рубаху парня, за которой он прятал еще один из своих ножей. — Эти зуботычки вам не помогут, так что будьте так любезны — покиньте наше заведение.

— Ладно-ладно, только грабли свои убери… — фыркнув, парень резким движением плеча сбросил себя ладонь верзилы и подняв лежащий на полу мешок, сделал вид, что собирается уходить. — Тогда передайте ему, что обслуживание в его заведении — дерьмо.

— Да-да, пошевеливайся, давай! — словно отгоняя надоедливую мошку помахала рукой наглая рыжеволосая деваха. — Здесь приличное заведение и таких как ты, мы тут не обслуживаем!

Орк же молча отошел на несколько шагов назад, освобождая парню дорогу к выходу.

Мизар фыркнул и делая вид, что поправляет лямку своего мешка, резко выхватил из-за пазухи дымовую бомбу и швырнул её в потолок. Стеклянный флакон разбился об низко висящую люстру и все помещение заволокло серым, непроглядным дымом.

— Какого демона?! — От неожиданности верзила потерял парня из виду и замахал руками, пытаясь сориентироваться в пространстве. — Мия, где он?

— Откуда я, косу Жнеца тебе в задницу, знаю?! — огрызнулась девушка, зазвенев бутылками. — Я же не дроу и в этой хмари как и ты, ни черта не вижу!

А Мизар тем временем опустился на пол, где оставалась полоска свободного от дыма пространства и посмотрев, по сторонам, по видимым на полу большим башмакам, определил, где сейчас находился вышибала. Взяв в руки один из стоявших рядом со стойкой табуретов, парень стараясь не шуметь, подкрался к лишенному обзора орку со спины и с размаху ударил своим импровизированным оружием по его ноге.

— Гррр!!! — со злобным рычанием Оглу подкосило и он упал на четвереньки, а Мизар вновь обрушил на громилу деревянный табурет, как следует приложив им орка по затылку. — Кха!

Но такого грубого обращения мебель не выдержала и стул с громким треском разлетелся в щепки, оставив в руках парня две коротких палки, которые раньше были его ножками.

Повертев в руках эти две маленькие дубинки, в голову рыбака пришла неожиданная идея — прислушавшись, он постарался определить, где стояла рыжеволосая нахалка и вспомнив, как он в детстве играл в "разрушь замок", Мизар швырнул в ту сторону одну из ножек.

Судя по громкому вскрику и последовавшей за этим громкой и крайне грязной ругани (Несколько выражений, касающихся его родственной связи с одними остроухими меткими стрелками он решил запомнить на будущее.) — рыбак даже попал в цель, вот только забывать про лежащего на полу орка ему не стоило.

Огла довольно быстро пришел в себя после удара и увидев прямо перед своим носом сапог Мизара, не долго думая, вцепился в него обеими руками и повалил парня на землю, а тот, понимая, что в честной борьбе ему огромного верзилу никогда не одолеть, схватился за нож.

И пролилась бы кровь, но тут в потасовку вмешались извне.

— Прекратить! — по помещению пронесся порыв ветра, сдувая весь находящийся в нем дым на улицу и давая полный обзор на происходящее: Орк, схвативший парня за ворот гамбезона уже заносил свой пудовый кулак для удара, Мизар, удерживаемый вышибалой за одежду, держал в одной руке обломанную ножку табурета, а в другой — начавший свой путь к горлу Оглы нож, а рыжеволосая деваха с наливающимся под глазом фингалом подкрадывалась к ним со спины, держа в руке слегка запачканную трезубую вилку. — Что тут, во имя Творца всего сущего, происходит?!

Рядом с неприметной дверцей, ведущей во внутренние комнаты трактира стоял накаченный и голый по пояс седой мужик, чье тело было полностью покрыто светящимися татуировками. На руках этого старого великана были покрытые рунами браслеты до локтя, а голову венчал стальной обруч с ярко-красным камнем.

" — Нда… Таких магов я еще не видел… " — уныло подумал Мизар, догадываясь, что это и был Халик — старый товарищ Вогаша, тот, кто должен был помочь ему "войти в дело".

И в чьем трактире он только что устроил небольшой погром.

Глава 25. Первая работа

— Восемь бутылок с эльфийским вином, которое, к слову, сейчас раритет и идут по тройной цене — разбиты вдребезги. Стол из красного дерева, что привезли из-за Северного Моря — разломан на части. Табурет, выточенный мною лично из "мертвой" древесины, которую я сам же добыл во время Южной кампании — превращен в щепки. Старый Тим, в жизни не обидевший даже мухи и накопивший достаточно денег, чтобы пообедать в моем трактире — чуть не словил инфаркт, когда взорвалась дымовая бомба. И это я еще ни словом не обмолвился о том, что ты чуть было не убил двух моих приемных детей!

Все трое участников драки сидели за барной стойкой — Мизар на одном конце, работники заведения на другом, а с на месте трактирщика, сверкая голым торсом и покрывающими его татуировками, расхаживал седой чародей, перечисляющий весь ущерб, который ему нанес рыбак одним своим необдуманным поступком.

— Детей? — рыбак с сомнением покосился на сидящего в нескольких шагах от него орка, над которым хлопотала наглая рыжеволосая деваха. — Значит такой себе из тебя родитель вышел: рыжую точно надо было пороть почаще и желательно — кнутом.

— Твоего мнения не спрашивали, оборванец! — огрызнулась девушка, на секунду отвлекшись от прикладывания холодного компресса к затылку Оглы.

— Мия! — хлопнул по столу старый товарищ Вогаша, заставив свою приемную дочку испуганно вжать голову в плечи. — К тебе у меня тоже есть вопросы! Сколько раз я тебя предупреждал — если хочешь работать за стойкой, научись нормально разговаривать с людьми! Ты хоть понимаешь, что было бы, если бы вместо Мизара тебе попались настоящие люди Малакаса или, упаси Творец, кто-то из крупных наемных отрядов?! Они бы уже после первого неуважительного слова схватились за оружие и вместо одного синяка, тебя бы могли укоротить на голову! И не надо смотреть на Оглу, брат не может тебя вечно покрывать и даже на него может найтись управа — тебе это недавно наглядно показали! Если о себе не думаешь, то хотя бы о нем подумай — прикончить же его могут, из-за твоих выходок!

— Старик, погоди, я вроде бы не говорил тебе, как меня зовут… Так откуда ты это знаешь? — перебив попытавшуюся что-то ответить девушку, с подозрением спросил у Халика молодой рыбак.

— Для начала, научись банальной вежливости и не перебивай старших! — татуировки колдуна на секунду вспыхнули синим светом и подавившись воздухом, Мизар под насмешливый фырк рыжеволосой девушки свалился с табурета. — А еще лучше, если ты научишься думать прежде, чем начнешь действовать! — дождавшись, пока недовольный и нахохлившийся парень, тихо бурчавший что-то на тему "как же я ненавижу магов", вернется за стойку, старик соизволил ответить на его вопрос. — Вскоре после вашего расставания, Вогаш наткнулся на большой отряд из своей Тысячи — люди капитана Ягнара заметили подозрительное шевеление эльфов на противоположном берегу и мой бывший командир послал часть своих сил для укрепления позиций Фарола в той области. С ними был один из магов Тысячи, через которого наш общий друг смог со мной связаться и обрисовать твою ситуацию. Правда, он не упоминал, что его боевой товарищ будет таким… — чародей оглядел Мизара с ног до головы. — Проблемным.

— Мне здесь тоже обещали теплый прием на не… — подвигав челюстью, об которую его крепко приложил орк в процессе потасовки, парень кивнул в сторону приемной дочери Халика. — Это.

— Радуйся, что папа спас твою задницу! — вновь вклинилась в разговор Мия, пока орк за её спиной горестно поднимал глаза к потолку. — А не то я бы всадила эту вилку так глубоко, что…

— У тебя там личико не болит, рыжуля? Могу и второй фонарь поставить, для симметрии…

— Тихо! — старик криком остановил надвигающийся второй раунд драки. — Ты! — он ткнул пальцем в сторону Мизара. — Заканчивай петушиться — и так уже наворотил дел! Здесь тебе не родная деревня и уж тем более не захваченный эльфами Западный Край! Здесь цивилизация! И действовать нужно как цивилизованному человеку — словами! Из уважения к Вогашу я не стану вынимать твой хребет в этот раз, но предупреждаю сразу — если ты еще раз хотя бы пальцем коснешься моей дочери, я не посмотрю на нашу старую дружбу и размажу тебя тонким слоем от порога трактира и до городских ворот! И это не фигура речи — в моем арсенале как раз есть парочка подходящих заклинаний! Я понятно изъясняюсь?!

— Вполне… — поморщился парень, уступая седому чародею. В конце концов, его дом — его правила. Да и испытывать на собственной шкуре боевые чары он в ближайшее время не планировал. — Раз так надо — буду сидеть и не рыпаться.

— Вот и славно! А ты… — Халик повернулся к злорадно хихикавшей Мие, которая под его суровым взглядом быстро съёжилась. — Месяц будешь выносить помои и мусор вместо Оглы! Разбаловал я тебя, раз ты клиентам хамить начала! И сколько раз мне придется тебе повторять — если гость меня спрашивает, значит с тобой у него уже никаких дел нет и быть не может! Значит этот человек знает, к кому и зачем он идет! А что, если бы этот парень действительно оказался из людей Малакаса?! Я не хочу однажды, вернувшись домой, обнаружить за барной стойкой твой остывший труп!

— Пап, да ты сам только глянь на него! — рыжеволосая девушка с презрением посмотрела на Мизара, который в ответ молча показал ей посылающий по всем известному адресу жест. — Он же выглядит как самый настоящий голодранец! Весь грязный, в каких-то заляпанных обносках… А еще от него несет так, что хоть стой, хоть падай! Как такого вообще можно на порог пускать?!

— Ох, послал же мне Творец такое наказание… — седой чародей снял со своей головы металлический обруч и устало потер виски. — Мия, я совершенно не желаю выступать в защиту этого дебошира, но когда я служил в Тысяче Первой Крови и участвовал в Южной военной кампании, у нас вся армия выглядела в несколько раз хуже — и ничего, жили и сражались как-то, никто ни на кого косо из-за этого не смотрел! Плохой внешний вид, это не повод для того, чтобы выставлять человека на улицу и уж тем более не повод для того, чтобы начинать с ним переругиваться! А если бы сюда кто-нибудь, вроде капитана Ягнара зашел?! Мы когда после похода в город вернулись и по кабакам пошли, от него тоже не полевыми цветами пахло!

— Но сейчас-то мы не сражаемся с нежитью! — продолжала упорствовать рыжая бестия. — А значит и выглядеть так приличный человек — не должен!

— Милая моя, я строил трактир с расчётом на то, что любому бойцу здесь можно будет отдохнуть после тяжелого сражения, а выглядит большинство из них после боя именно так. — устав спорить с дочерью, Халик вымученно указал на Мизара, который уже совершенно потерял нить разговора и просто ждал, когда все кончится. — Причем некоторые не только "после", но и "до". Так что либо ты научишься терпеть подобных личностей, либо я найду кого-нибудь другого на твое место, а тебя отправлю в столицу! — видя, что девушка все равно продолжает пытаться спорить, маг щелкнул пальцами и губы его приемной дочери сомкнулись, будто смазанные клеем. — Все, хватит с меня на сегодня твоего упрямства! Иди к себе в комнату и чтобы до завтрашнего утра я тебя не видел! Огла! — Орк виновато посмотрел на свою сестру и подошел к разъяренному Халику. — Постоишь пока за стойкой вместо неё!

— Отец, я бы рад поработать с людьми… — огромный верзила слегка замялся, под яростным взглядом своего сурового родителя — Но кто тогда будет следить за порядком в зале? Один я везде не справлюсь, а если еще и головорезы Малакаса заявятся — будет совсем худо.

— Ничего, как раз научишься думать своею головой, а не работать по указке этой рыжей язвы… — не сумев побороть заклятие седого чародея, Мия громко фыкрнула и задрав нос, поднялась по ведущий на второй этаж здания лестнице. — Это уже четвертый раз, когда ты оказываешься по уши в заваренной ею каше! Хватит потакать её безрассудству! Если бы твоя сестра приказала тебе прыгнуть головой вниз с нашей ратуши, ты бы её тоже послушал?!

— Мне показалось, что этот парень ей угрожает. — тихо заметил землекожий гигант, вставая за стойку и начиная наводить за ней порядок. — Поэтому я и хотел его припугнуть…

— Открою тебе тайну, клыкастик… — Мизар скорчил кривую ухмылку, за которой замаскировал боль в подбородке — знакомство челюсти с полом не прошло для парня бесследно и пара нижних зубов теперь сильно шаталась. — Если бы твои огромные телеса не начали распускать руки, то никакой драки бы не состоялось. Почесали бы языками, пока старик не вернулся и разошлись бы спокойно. Демоны с этой рыжей, некоторые бабы дурные уже с рождения и дня прожить не могут, не полив кого-нибудь грязью, но вот здоровый орк, дышащий тебе в затылок — это уже серьезная проблема…

— Что ж ты тогда ей деревянным дрыном в лицо запустил? — с легкой иронией спросил у него Огла, скрестив руки на груди.

— Ну раз уж пошла такая пьянка — никто не должен уйти обделенным. — злобно оскалился парень, повторяя жест громилы. — А еще мне не сильно понравилось, что какая-то трактирная девка назвала меня отребьем… Отдельно за такое мстить как-то мелковато, но если за компанию, то почему бы и нет?

— Значит так… - неожиданно влез в разговор Халик, одевая колдовской обруч обратно на голову и начиная копаться под барной стойкой. — Мне тут в голову пришла заманчивая идея… Мизар, ты тут мне мебели поломал и бутылок с вином разбил на довольно приличную сумму, моим детям теперь потребуются услуги лекаря, иначе нормально работать трактир сможет не скоро, а Мия с синяком в пол-лица не решиться показаться на людях еще долгое время. Так что придется тебе, парень, этот должок как-то отрабатывать и так уж сложилось, что мне как раз требуется человек в зал…

— Старик, а тебя самого, случайно сестры не было? Ну, той, которая вниз головой прыгать советует? — догадавшись, куда клонит Халик, рыбак посмотрел на него, словно на блаженного. — Я же вроде как наоборот — устроил драку, а не прекратил. Или в этом заведении должность вышибалы передается победителю по принципу "Хочешь им стать — побей предыдущего!"?

— Считай это началом твоего обустройства в Бирке и началом карьеры наемника. — достав массивный железный ключ, колдун кинул его в руки Мизару. — Все равно тебе надо голову проветрить и отдохнуть хотя бы пару дней. Как поднимешься по лестнице — вторая комната слева. Бадья для мытья там уже есть, где воды набрать, мой сын тебе покажет. Столоваться будешь здесь же, и хочу отдельно заметить, что у нас прекрасный повар, так что голодным ты точно не останешься.

— Может, я тебе лучше просто денег дам, а? — идея оставаться в трактире и работать рядом с рыжеволосой фурией совершенно не привлекала парня. — Сколько там за все выйдет?

— Денег? Парень, одна эта вещица… — мужчина постучал ногтем по своему, покрытыми рунами наручу. — Стоит больше, чем все содержимое твоего мешочка, вместе взятое! Так что уж, в чем-чем, а в золоте я точно не нуждаюсь, а вот рабочие руки будут весьма кстати. А теперь бегом дуй наверх и приведи себя в порядок — если сюда стража заглянет, они тебя без лишних слов в казематы упекут!

***

Дождавшись, пока бормотавший себе под нос ругательства парень поднимется на второй этаж, чародей щелкнул пальцами и стоящего за стойкой орка окутало яркое свечение.

— Отец, не стоило… — когда оно схлынуло, Огла стал выглядеть намного бодрее, перестал морщиться, а пара мелких царапин и ссадин на землистого цвета коже исчезли без следа. — Лучше бы использовал исцеляющее заклинание на Мие — у неё вон какой здоровый синяк под глазом.

— Пусть пока с ним походит! Надеюсь, что этот фонарь пойдет ей на пользу, потому что я устал уже разгребать огромные кучи дерьма, которые она на нас вываливает на регулярной основе! Слава Творцу, в этот раз все обошлось, но ей же не будет везти вечно! — голый по пояс мужчина начал что-то искать в своих карманах. — И не беспокойся насчет её — с твоей сестрой все будет в порядке. Через несколько дней фингал рассосется сам собой, а вот твое легкое сотрясение черепа нужно было вылечить сразу. Кстати, чем это тебя так?

— Табуретом твоей работы… — избавленный от боли Огла с довольной улыбкой ощупал свой череп, лишний раз убеждаясь, что шишка, полученная от удара, тоже пропала. — Дыму напустил и разбил его мне об голову. Может все-таки не стоило брать на работу этого парня? А если этот Мизар опять драку устроит, когда тебя рядом не будет? Да и Мие он точно не понравился, а значит они все время цапаться будут…

— Если она хочет работать в моем трактире — пусть учится работать с проблемными клиентами! — отрезал Халик, продолжая поиски. — У нас таких как раз примерно половина города и представь, что было бы, если бы твоя сестра попробовала так разговаривать с тем же Череполомом или Кровавым дождем? Да где же эта проклятая демонами сфера…

— Отец, ты про свой шар дальновидения? Так вот же он! — Орк покопался под барной стойкой и достал из её недр крупный хрустальный шар на изогнутых ножках. — Ты вчера оставил его здесь, после разговора с дядькой Вогашем. А еще опустошил запасы нашего дварфского эля и нам нужно заказать новую партию до следующих выходных.

— Да-да, я помню, завтра зайду на рынок и договорюсь о поставке, а сейчас не мешай отцу — мне нужно пропесочить одного хитрого кабана, который под видом небесного сокола подсунул мне беса в мешке…

Сделав несколько пассов руками над магическим шаром, в котором клубился черный туман, чародей принялся ждать, когда ему ответят с той стороны. Ожидание продлилось недолго — уже через несколько минут мгла в хрустальной сфере рассеялась и в ней показалось заспанное лицо молодого мужчины в темной робе.

— Вогаш? — незнакомец дождался ответного кивка со стороны Халика и тихо сказал. — Сейчас я его позову, подождите немного…

Это был маг Тысячи Первой крови и владелец другой хрустальной сферы — подобные артефакты, позволяющие общаться друг с другом на расстоянии были крайне распространены среди людских (И не только!) чародеев и они частенько подрабатывали связными, за звонкую монету позволяя другим людям пользоваться их приборами.

Вскоре в магическом шаре появилось и лицо тучного десятника, который с не самым довольным лицом поприветствовал своего старого товарища.

— Халик, демоны бы сожрали твою морду! Ты не мог выбрать другое время для разговора?! Я же только-только вышел из палатки командира и сел за обеденный стол — но прибегает наш полковой колдун и не дав мне даже ложку облизнуть, тащит к себе в палатку! Недавно же совсем общались! Что там у тебя стряслось такого, что ты снова решил дергануть нашего волшебника?

— Скажи-ка мне товарищ… — Обманчиво спокойно начал Халик. — Что за парня ты ко мне направил?

— Это ты про Мизара-то? Ну, парень как парень… Голова на месте, только злобен чутка, да вспыльчивый малость. Хотя, он же, считай, от эльфов только чудом удрал, когда все остальные полегли, так что тут ничего удивительного — в такой ситуации любой "добрячком" быть перестанет. Несколько раз мою задницу спасал, когда мы от ушастых удирали… А что, он что-то натворил?

— Устроил в моем трактире драку, запустил Мие в голову деревянным дрыном, распугал всех клиентов дымовой бомбой, разбил мой любимый табурет об голову Оглы… — загибая пальцы, начал перечислять ущерб седой чародей. — И это все было сделано меньше, чем за час. Я вот тут подумал, ты мне так не мстишь часом? Если да, то я хотел бы узнать, за что…

— А за стойкой в момент его прихода, случайно не твоя дочка стояла? — Вогаш с подозрением посмотрел на своего друга. — Если она, то тут уж ничего удивительного нет — эта рыжая бестия и меня из себя за пару минут выводит, а уж молодого охламона… Говорю же — злобный парниша, да вспыльчивый, но шкуру мою он не раз прикрывал. Поэтому я Мизара к тебе и направил — вбей в его голову ума, чтобы он не откинул копыта раньше срока…

Глава 26. Сон, еда и чистота

Деревянная дверь с тихим скрипом закрылась за спиной парня, который с любопытством оглядел убранство небольшой комнаты, в которую его отправил седой чародей. Оно было не слишком богато — маленькая тумбочка в углу, на которой стоял железный таз, заправленная пестрым покрывалом кровать у окна, да стоящая посреди помещения бадья, которая в этот момент пустовала.

Но для Мизара это было пределом мечтаний, ведь здесь можно было сделать две самых необходимых для него в этот момент вещи — помыться и выспаться. Еще было бы неплохо перекусить, но это могло и подождать…

Поставив мешок с добром в угол и бросив свой потрепанный гамбезон прямо на пол, чтобы не пачкать чистую, судя по запаху, постель, рыбак хотел было с наслаждением растянутся на кровати, но окинув себя придирчивым взглядом, он с огромным волевым усилием ненадолго отложил сладкий сон и решил сперва принять водные процедуры — после месяца беготни от ушастых, чистым парня не смог бы назвать и слепой. (Потому что запах никуда не исчезал и даже лишенный зрения мог бы унюхать его с десятка шагов.)

С сожалением проводив взглядом так манившую его прилечь постель, Мизар спустился вниз чтобы узнать у орка, где можно было набрать воды для помывки.

Зал трактира пустовал — единственный посетитель, который по словам Халика чуть было не схлопотал себе на ровном месте проблемы с сердцем, уже давно ушел, а новые лица пока еще не появлялись.

Огла уже успел закончить с наведением порядка на барной стойке и достав где-то ящик со строительными инструментами, пытался собрать воедино разбитый в процессе их потасовки стол. Пару минут понаблюдав за безуспешными действиями громилы на поприще плотника, Мизар постучал костяшками пальцев по стене, привлекая к себе внимание.

— Клыкастик, а где тут можно…

— Колодец у нас находится во дворе, в который ведет дверь прямо за твоей спиной. Ведра там же — как наберешь достаточно воды, оставь их прямо у колодца. И не забирай их к себе в комнату, ведь на весь трактир ведер всего два. — перебил его орк, даже не повернув головы и не отвлекаясь от своего занятия. — А еще я — не "клыкастик", у меня есть имя. Если ты вдруг его забыл, то мне не сложно напомнить. Я — Огла.

— Да-да, старик с рыжей что-то такое говорили… А я Мизар, считай, что познакомились. — быстро свернув разговор, парень вышел через указанную приемным сыном чародея дверь и оказался в небольшом, огороженном забором дворике, что находился позади здания трактира. — А вот и водичка…

В несколько заходов заполнив бадью до половины, рыбак с наслаждением погрузился в слегка прохладную воду и некоторое время просто сидел в ней, наслаждаясь ощущениями. Да, это была не подогретая ванная, как у какого-нибудь аристократа и даже не старая-добрая банька, которую он с отцом посещал в родной деревне каждые выходные, но все же Мизару было приятно наконец-то смыть с себя всю ту пыль и грязь, которую он собирал на себе с самого начала войны.

" — Странно… Я не помню как получил эти шрамы…" — начав усердно соскребать со своего тела засохшие подтеки крови, парень обнаружил под ними множество мелких и грубых рубцов, которые отчетливо проступали на чистой коже. — " Под обстрел ушастых вроде не попадал… Гули, что-ли цапнуть где-то успели? Но от их когтей рана была бы раз в пять больше. А, наверно когда я от банши удирал, летящей во все стороны каменной крошкой зацепило! Хороший, видать, был удар — меня же Йона тогда как раз разными зельями накачала и большая часть повреждений на доспех и надетую под ним одежду пришлась, а я все равно что-то почувствовал… Надо бы раздобыть какую-нибудь нормальную защиту, то грязный гамбезон — не слишком хорошая замена даже тому потрепанному, кожаному нагруднику, что я оставил в кустах у Ороса, когда маскировался под ушастого… "

Выбравшись из бадьи и наскоро вытеревшись лежащим на тумбочке полотенцем, Мизар развалился на кровати — не прошло и несколько секунд, как сознание измотанного рыбака кануло во мрак.

***

— Интересно, как эта штука сюда попала?

Мизар вертел в руках складную бритву, которая оказалась на тумбочке, когда он проснулся. Судя по редким лучам солнца, проникающим в комнату через небольшое окно, парень проспал до утра и сейчас рассвет начинал вступать в свои права.

"— Дверь же на засов была закрыта…" — спохватившись, парень стрелой метнулся к лежащему в углу мешку с добычей и развязав горловину, быстро проверил, не пропало ли чего из его трофеев. — " Хух, все вроде бы на месте, да и засов в порядке… Надо бы побыстрее куда-нибудь это все сбагрить, а то надоело мне уже изображать из себя дракона на куче золота и постоянно трястись за его сохранность."

Усевшись на кровать, рыбак повертел в руках дорогое приспособление. В свое время Мизар хотел купить такую бритву в качестве подарка на один дней рождения своего отца, но знав её цену, парень понял что не настолько любит своего родителя, чтобы раз в год дарить ему вещи стоимостью в свой полугодовой доход.

— Может, Халик так пытается намекнуть, что мне лишнюю растительность с морды убрать надо? — почесав щетину и взлохматив рукой темные волосы, которые отросли настолько, что уже начали лезть ему в глаза, Мизар тяжело вздохнул и взялся за нож. — Ай, к демонам эту складную штуковину! Лучше уж как-нибудь по старинке…

***

— Громадина, ты уже проснулся? А рыжая язва куда спряталась? Или она еще подушку давит?

Протиравший барную стойку орк поднял голову и с легким интересом посмотрел спустившегося со второго этажа дебошира.

— Я уже не "Клыкастик"? Видимо хороший сон пошел твоей голове на пользу. А вот насчет лысины я не уверен, Хотя… — Огла прикрыл один глаз и еще раз посмотрел на парня — В принципе, тоже неплохо. Выглядишь уже не грязным бандитом из подворотни, а атаманом какой-нибудь, не самой последней шайки. — громила поставил на стойку тарелку с ароматной кашей, в которую были покрошены кусочки чьего-то жареного мяса и наполнил кружку какой-то зеленой жижей из стоящей за стойкой бочки. — Ты немного опоздал — Мы уже позавтракали и Фрида с отцом уже ушли на рынок за продуктами, но она оставила для вас с Мией по дополнительной порции — моя сестра тоже любит поспать лишние пару часов.

— Фрида? Это тот самый повар, которого мне тут нахваливал старик? — Мизар сел напротив орка и провел рукой по гладко выбритому черепу. — Странное имя… Ну, глянем, что она тут наготовила…

Пока рыбак расправлялся с завтраком, работая ложкой, словно заправский гробокопатель, землекожий великан достал книгу и углубился в чтение. Каша оказалась на удивление вкусной — не прошло и минуты, как тарелка Мизара опустела и он с довольным лицом откинулся назад. В этот момент парень был как никогда счастлив — стоило ему только поесть, помыться и выспаться, как жизнь сразу заиграла новыми красками.

— Слушай, Огла… — рыбак с сомнением посмотрел на наполненную зеленой жижей кружку, которую перед ним поставил орк. — Что это за варево? Не мог, что ли, пива налить?

— Я рад, что ты наконец-то смог запомнить мое имя, это — травяной кисель и нет, пива я не налью. — спокойно и по порядку ответил верзила, переворачивая страницу. — Тебе еще весь день работать предстоит и начинать его с алкоголя — не лучшая идея, это может помешать работе. А еще это вредит здоровью…

— Вредит здоро… Чего?! Слушай, если ты из-за того удара мне так отомстить решил — то лучше просто разок в морду дай и закончим на этом — я даже отвечать не стану! Но святое — не трожь! Я и так целый месяц ничего кроме воды и солонины в глаза не видел, так что не буди во мне демона…

— Можешь грозить сколько угодно, но пива ты сейчас не получишь. — никак не отреагировал на это приемный сын Халика, продолжая чтение. — Вечером, после работы — пожалуйста, я даже сам поставлю тебе кружку. Но до этого — ни-ни.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты отвратительный орк? — от кислого выражения лица Мизара испортилось бы любое молоко. — Нормальные клыкастые — так себя не ведут!

— И откуда ты знаешь, как должен вести себя нормальный орк? Они в наших краях нечастые гости — максимум, пару раз в год приходят степные ватаги с захваченными в плен рабами. — отложив книгу в сторону, Огла вопросительно посмотрел на бритого парня.

— В книжке прочитал. Здоровый талмуд такой, энциклопедий называется. — поняв, что пенного напитка в это утро ему отведать не удастся, Мизар взял с собою кружку с зеленой жижей и устроился на месте вышибалы, на котором вчера сидел верзила. — Там целый абзац был, где черным по белому было написано: "…раса эта отличается яростным нравом, лютой свирепостью, бесконечной похотью и неутолимым желанием выпить." А ты мало того, что сам не пьешь, так еще и другим не даешь это делать!

— Впервые в жизни меня радует, что я не похож на своих собратьев…

Дверь трактира резко открылась и в зал вошел держащий каждой руке по большой деревянной бочке Халик, а следом за ним в помещении оказалась женщина, при виде которой Мизару почему-то сразу вспомнилась Йона — то ли из-за огромной груди, к которой та прижимала баул с продуктами, то ли из-за похожей прически — одна половина головы у незнакомки была выбрита не хуже, чем у самого рыбака, а светлые волосы на другой были заплетены в многочисленные тоненькие косички, которые заканчивались резными костяными фигурками.

— Огла, принимай дварфский эль! — седой чародей с грохотом поставил свой груз на стойку. — Сбегал с утра до их пивоварни, пока там никого не было и взял парочку бочек из свежей партии! Достань-ка мне кружку побольше — надо снять пробу, чтобы убедиться, что мы нашим клиентам не бормотуху будем предлагать!

— Готов предложить свои услуги дегустатора! — мгновенно оживился сидящий в углу рыбак. — Живота не пожалею, но проверю обе бочки!

— А ну быстро прекратили гнать волну и успокоились! Оба! — неожиданно рявкнула не хуже опытного сержанта, похожая на знакомую Мизара женщина. — Эль — не трогать, он для клиентов! И так две прошлые партии до них не дошли из-за одного алкаша! Эту я сохраню даже если придется вас тут всех поубивать! И да спасет вас Великий Пожиратель Бури, если я учую хоть от кого-нибудь его запах… Моя поварешка окажется у вас в таких глубинах, о существовании которых вы даже не подозревали!

— Фрида… — Халик со скорбным лицом оставил в покое бочку, у которой он собирался выбить пробку и повернулся к блондинке. — Я что, не могу выпить самолично купленного эля?

— Если хочешь, чтобы я и дальше продолжала у тебя работать — да!

Смерив взглядом враз погрустневшего колдуна и опасливо на неё поглядывающего парня, который прикидывал не является ли эта женщина, как и его подруга — магом, Фрида громко фыркнула и скрылась на кухне.

— Когда я искал повара для трактира, мне на ухо явно нашептывал какой-то демон, раз из всего города я решил выбрать именно эту особу… — седой чародей уселся за стойкой и печально вздохнул. — Огла, у нас там кисель еще остался? Налей мне кружечку…

— Что это была за безумная баба?

— О, Мизар, ты уже проснулся? Странно, я думал, что после такого забега ты очнешься только ближе к обеду — Вогаш говорил, что ваш марафон больше двух недель длился. — Халик в два глотка опустошил кружку с зеленым варевом, которую ему дал орк. — Обычно после такого марша мы меньше суток не спали… Что, Фрида понравилась? Извиняй, парень, она уже занята и конкурентов на любовном фронте я не потерплю…

— Да причем тут это? — отмахнулся от подозрительного взгляда чародея бритый рыбак — Узнать хочу, нет ли у этой мадам дочки, а то встретил я одну такую недавно…

— А-а-а… Блондинка, пара здоровенных буферов, огромные голубые глазищи и странная прическа? — с похабной ухмылкой уточнил у Мазара старик. — Так эта твоя знакомая из сильнурцев была… Эти ребята живут на островах за морем, далеко на севере и внешность у них — как будто всех с одного образа вылепили — рыжих, как Мия или темноволосых, как ты, там не найти. Может наследственность такая, а может проклял кто — я не вникал как-то в этот вопрос… Если хочешь побольше узнать — это тебе у самой Фриды спрашивать надо, а она у нас не особо разговорчива… Но сейчас не об этом. Лучше скажи — сам-то как? Голова подостыла малость? Когда рыжая фурия из своей комнаты выйдет — тут драка снова не начнется?

— Плевать на рыжую — этот землемордый мне пиво зажал. — без всяких зазрений совести сдал Халику его приемного сына Мизар.

— Ха! Значит трезвым на работе будешь! — но в ответ покрытый татуировками мужчина лишь громко расхохотался. — Кстати о ней… Сейчас день и трактир пустует — но под вечер тут бывают шумные компании, которые не прочь помахать кулаками, так что имей это в виду…

Глава 27. Раскол во вражьем лагере

— Лирузиль, надеюсь, ты тут еще не помер со скуки? Потому что со мною тут пара гостей, которые хотели бы с тобою кое-что обсудить…

С громким смехом Фирлик Красный Клинок вошел в шатер главнокомандующего, который он покинул меньше недели назад. С того времени здесь мало что изменилось — внутри был заваленный документами стол, да стоящая перед ним пара стульев, в одном из которых и расположился с комфортом седовласый эльф, заставив мебель слегка скрипнуть под тяжестью своего доспеха.

— М-м-м? Отец, ты уже вернулся? — из под заваливших столешницу бумаг показалось заспанное лицо временного командира всей эльфийской армией, находящейся в Западном Краю Фарола. — Извини, что не смог встретить тебя, как подобает — у меня тут возникла небольшая бумажная волокита, которую пришлось разгребать всю прошедшую ночь… Как твоя поездка? Ты поймал тех диверсантов, что устраивали нападения на одной из наших линий снабжения?

— Да если бы… — мечтательно вздохнул старый эльфийский генерал. — Нашел одного из них — так этот поганец тут же удрал к своим, оставив меня в одиночку сражаться с банши. И призрака тоже одолеть не удалось — эта тварь как только чует опасность, сразу уходит под землю и как прикажешь мне её оттуда выковыривать? Я же не крот какой… Для отлова крикуньи нужен полноценный отряд, а наша маленькая группа разделилась, когда мы начали прочесывать город и в итоге я ни диверсанта поймать не смог, ни духа упокоить — и первый, и вторая от меня попросту сбежали. Ну хоть кости свои старые размял — и то хорошо… Ладно, рассказывай, что тут у тебя стряслось, что ты всю прошлую ночь с бумажками возился?

— Да тут со снабжением небольшие проблемы возникли… — темноволосый эльф перебрал с десяток документов и протянул несколько из них своему отцу. — Некоторые интенданты на наших складах требуют, чтобы все приказы о размерах необходимого снабжения шли только через столичное казначейство и только за твоей личной подписью, а мою они даже с копией твоего приказа о назначении меня временным главнокомандующим принимать отказываются. Говорят, тебя солдатами командовать назначили — вот ими и командуй, а к нам не лезь.

— Вот как? — Фирлик взял у сына бумаги и с интересом начал вчитываться в их содержимое. — Да-а-а, интересно пишут… Внушительно. Похоже мне действительно пока что рановато передавать тебе свою должность… — он разделил документы на две стопки и вернул одну из них обратно Лирузилю. — Ну ничего, сейчас мы тут все мигом поправим! На тех листах, что я тебе отдал — напишешь приказ о казни с формулировкой "За невыполнение распоряжений старшего по званию и саботаж военных действий армии Княжества Осеннней Листвы". Слова будут сильно размыты, но при этом всем будет понятно за что наказывают. Если есть какие-то ресурсы или "излишки" оружия, про существование которых не стоит знать нашим снабженцам — их можно тоже списать на этих интендантов. С мертвого спросить уже все равно ничего не получится, а так — пусть лучше у наших солдат в руках будет лишний клинок, чем у чинуши в столице будет лишняя монета.

— Отец, а меня за такой приказ потом не спросят? — молодой эльф с опаской посмотрел на лежащую на столе печать, которой он подкреплял документы, пока Красного Клинка не было в расположении его Копья. — Может быть, ты лучше сам…

— Лирузиль… — седой генерал с неодобрением посмотрел на своего сына — Хватит уже бегать от бумажной работы и боятся подписывать любой мало-мальски важный документ! Поверь моему опыту, если речь пошла о проводе приказов об нашем снабжении через столичное казначейство — это значит кто-то где-то разработал хитрую схему, по которой он может списать и продать на сторону часть отправленного к нам снаряжения. Самый простой способ с этим бороться — сразу вешать тех, кто решил нажиться на войне за счет ухудшения количества поставок. До главных зачинщиков мы так вряд ли достанем, но зато их пыл немного остудим. И вообще — тебе и собственный авторитет надо нарабатывать, считай это первым кирпичиком в его стене!

— Я бы предпочел и дальше спокойно командовать своим Копьем и не лезть на пост главнокомандующего… — мрачно отозвался Лирузиль начиная набрасывать текст приказа.

— Боюсь, что сейчас не самая подходящая ситуация, чтобы избегать ответственности… — услышав шаги около своей палатки, Фирлик кивнул в сторону входа. — Гости уже на подходе…

Откинув полог шатра, под него вошли двое эльфов — высокий, статный боец в отливающим серебром латном доспехе и седой старец, облаченный в светлую робу целителя.

— Позволь тебе их представить. Твой коллега и сослуживец, чьи бойцы сейчас охраняют подступы к одной из уничтоженных людских переправ, командир Копья Даракас. — Воин в тяжелой броне кивком поприветствовал сына Фирлика, не как господина, но как равного. — И его подчиненный, Килаз Заклинатель Плоти. Целитель, чьи навыки известны на весь Великий Лес. — Старый лекарь мягко улыбнулся и сделал небольшой поклон. — Господа, это — Лирузиль Серебряное Крыло, командир Копья, чьи солдаты первыми приступили к выполнению приказа Великого Князя, а также мой сын. — молодой эльф слегка удивился новым лицам, но все равно вежливо их поприветствовал.

— Господин Фирлик, вы уверены, что здесь достаточно безопасно, чтобы мы могли обсудить наше… — Даракас указал глазами в сторону выхода из шатра, рядом с которым стояла пара стражей. — Общее дело? Не донесут ли их языки наши слова до тех, кому их слышать не стоит?

— Даракас, успокой свою паранойю. — Фирлик снял латную перчатку и поднял вверх руку, демонстрируя сверкающий перстень на одном из своих пальцев. — Я поставил на шатер "Полог Зимнего Солнцестояния" еще до того момента, как твоя нога переступила его порог. И даже если его не учитывать — я довольно тщательно подбирал бойцов в свое Копье и шанс на предательство с их стороны минимален.

— Всегда лучше перестраховаться, господин. Особенно когда обсуждается подобный вопрос…

— И раз уж об этом зашла речь, то не пора ли посвятить в него нашего юного друга? — неожиданно спросил у генерала целитель.

— Отец? — Лирузиль с немым вопросом посмотрел на своего родителя.

— Думаю, что чем раньше мы ему все расскажем, тем лучше. — седой главнокомандующий на секунду задумался, подбирая подходящие слова. — Лирузиль, я не буду растекаться мыслью по дереву и скажу как есть — у нас троих есть подозрения, что Великий Князь хочет от нас избавиться.

— Что?! — глаза молодого эльфа от удивления чуть было не вылезли из орбит. — То есть как, избавиться? Снять с должности?

— Боюсь, что все немного серьезнее, господин. — покачал головой седой Килаз, с разрешения своего начальника садясь на пустующий стул.

— Нас хотят убить. — начал объяснять вставший позади генерала Даракас, скрестив руки на груди. — Но не напрямую. Просто подстраивают события так, чтобы эту войну мы не пережили. Если брать каждый элемент этой мозаики по отдельности — он не будет из ряда вон выходящим, но когда они собираются вместе — результат становится очевиден. Для начала можно упомянуть проблемы с диверсантами, за которыми почему-то не послали наших следопытов, а оставили их на откуп обычным патрульным, которые и провозились намного дольше и выловили далеко не всех — а в результате Фарол получил информацию о том, что происходит на левом берегу Серебряной реки и уже начинает собирать силы для перехода в контрнаступление. По полученным разведкой данным — к концу лета людьми будет предпринята повторная попытка отвоевать потерянные позиции и закрепиться на нашем берегу.

— Неприятное известие, но вполне ожидаемое — люди довольно активная раса, которая не станет сидеть на месте, когда у неё отгрызли кусок земли, а что до отправки следопытов — большая их часть была занята как раз охраной линий снабжения, просто на всех их не хватило. Не понимаю, как это может быть связано с действиями Великого Князя. — Молодой эльфийский командир неопределенно пожал плечами — этот аргумент его совершенно не убедил. — Но я полагаю, что это далеко не все?

— Само-собой. — спокойно кивнул высокий воитель, не удивившись сомнениям сына Фирлика. — Также нужно отметить, что проблемы со снабжением возникают не только у вас — моя тысяча также испытывает крайне сильную нехватку бойцов и чуть менее сильную, но все равно неприятную, нехватку боеприпасов. И это при том, что столичные склады ломятся от стрел, а новобранцев достаточно, чтобы сформировать сразу три копья, без повторного призыва и… Есть еще кое-что. Мое Копье первоначально направили на помощь одному нашему печально известному сородичу… Имя Улиэль вам знакомо?

— Вряд ли в нашей армии найдется солдат, который не слышал об его провале при Оросе. Но его же после восстания немертвых вроде как отозвали в столицу и отстранили от командования?

— Отозвали — да, но вот с отстранением… К моему глубокому сожалению, этого не произошло… — поморщившись, ответил раздраженно барабанивший пальцами по подлокотнику Фирлик — Хотя я предлагал публично повесить его на главной площади, но кое-кто высказался против… А ведь на прошлой войне, всего каких-то семьсот лет назад у нас карались смертью и меньшие проступки!

— Великий Князь? — сразу догадался о ком шла речь Лирузиль, ведь во всем княжестве был ровно один эльф, способный повлиять на решение главнокомандующего всей их армии — тот, кто сам его на этот пост и назначил. — Он вступился за этого идиота?

— А идиота ли? — неожиданно выступил в защиту Улиэля стоящий позади генерала Даракас. — Поначалу я тоже подумал, что все так и было — сумасбродство одного командира привело к большой катастрофе, и из-за глупости и кровожадности Улиэля у нас в тылу появился рассадник мертвых. Но когда мелкие кусочки общей картины начали складываться в одно полотно, то этот поступок начал видится мне в абсолютно ином свете. Вы позволите? — могучий эльфийский воитель дождался разрешающего кивка Фирлика и подойдя к столу, развернул поверх бумаг карту Западного Фарола. — Вот в этой точке находилось мое Копье, когда к нам пришел приказ выступать Оросу. И это при том, что в этих четырех точках… — боец сделал на карте несколько отметок. — Также были наши крупные отряды, но при этом не было соразмерного им по силам противника. И это при том, что Копье Улиэля легко могло самостоятельно взять людской город — он не был полноценной крепостью и там стоял довольно слабый гарнизон, который не смог бы оказать ему достойного сопротивления. Это никого не наводит ни на какие размышления?

— Кто-то хотел, чтобы "на помощь" пришел именно ты и никто другой. Иначе было бы проще перебросить один из этих четырех отрядов, ведь они все равно находились ближе, чем твое Копье. — посмотрев на расположение отряда сделал предположение Лирузиль. — И добраться до Ороса они смогли бы быстрее.

— Именно это меня тогда и насторожило. — согласно кивнул Даракас указывая на карту. — В захваченной нами области имеется несколько отрядов, но для выполнения подозрительной задачи выбрали тот, что находился дальше всех и на помощь самому лояльному Великому Князю командиру отправляется один из самых нелояльных.

— Нелояльных? А что именно ты совершил, чтобы заслужить немилость нашего правителя? Высказался против на совете командиров Копий?

— Не показал должного энтузиазма, когда он озвучил план нападения на королевство Фарол. — уголок рта эльфийского воителя слегка дернулся, обозначив легкую улыбку. — Мне не по душе действовать как наши темные собратья и нападать исподтишка на мирное население, кем бы оно ни было. Это не значит, что я начал саботировать приказы, но… Иногда и молчание принимается за ответ — меня довольно быстро записали в противники нашего правителя. Но давайте отложим этот разговор на другое время — сейчас речь идет о подозрительном приказе. Получив его, я догадался, что на этом задании будет какой-то подвох и потому не стал спешить в Орос, придержав своих бойцов, а вскоре появились и новости о восстании мертвых. Здесь мы ступаем на опасную тропу домыслов и догадок, но сейчас я более чем уверен, что Улиэль не дурак и его целью было не устроить резню, а подставить меня под удар нежити и после взять власть над лишившимся командира Копьем, но все пошло не по плану и мертвые восстали когда меня еще не было в людском городе — Копье Улиэля попало под раздачу вместо меня и понесло потери, из-за чего ему пришлось отступить и вернуться в столицу.

— Что же вас троих натолкнуло на эту догадку? — с недоверием посмотрел на трех сидящих перед ним ветеранов (Пусть у молчавшего большую часть времени Килаза и не было воинского звания, что-то подсказывало Лирузилю, что старый целитель в прошлом тоже не бежал от боя.) — Не сочтите за неуважение, но подобные обвинения нужно подкреплять чем-то существенным.

— Хоть мы и не на суде, но у нас есть чем подкрепить свои догадки. — усмехнулся сидящий перед своим сыном седой генерал. — Я тут получил пару интересных донесений из столицы… Ты же помнишь про те три Копья, что там собирали последний месяц? Как ты думаешь, куда их направят?

— Слухи разные ходили, все догадки можно целый день перечислять… Лично я склонялся к версии, что их собираются отправить на север, на тот случай если дроу решат поучаствовать в войне и вылезут из своих подземных нор…

— Тогда я надеюсь, что ты не делал на это больших ставок, потому что пара друзей, приближенных к княжескому двору сообщила мне, что этих бойцов отдают под руку Улиэля, а также выводят из общей цепочки командования нашей армии и подчиняться они будут напрямую Великому Князю. То есть у нас в тылу появилось целых три полка, которым я никак не смогу приказывать и в довесок к этому, руководить ими будет верный пес нашего правителя, которому он обязан всем.

— Я все равно не понимаю, к чему вы клоните… — покачал головой сын генерала эльфийской армии. — Вы же не хотите сказать, что Великий Князь вдруг сошел с ума и решил начать войну с собственным народом? Он, конечно, не самый приятный в общении эльф, но все же не полный кретин и не станет с нами сражаться. Отец, в конце-концов он же сам назначил тебя на пост главнокомандующего! И даже если не обратить на это внимания — один Улиэль даже с тремя Копьями много не навоюет, а остальные командиры не повернут оружие против своих же сородичей.

— А ему и не придется отдавать такой приказ, тут и без того есть желающие нас убить. — Даракас ткнул пальцем в изображенную на карте столицу Фарола. — Люди и сами могут с этим справится, особенно если кто-то подскажет им, как переправиться через реку и обрубит нам снабжение в решающий момент. Воевать с тяжелой рыцарской конницей тяжело в принципе, а уж биться с ними без поддержки стрелков и на голодный желудок — и вовсе гиблое дело.

— Хорошо, допустим, это действительно так. — поднял вверх руки Лирузиль. — Но объясните мне, зачем Великому Князю это делать? Он же и так нами правит?

— Как бы… Не совсем. — Фирлик Красный Клинок задумчиво почесал подбородок. — Главнокомандующего для армии назначает он, это верно. Как и отвечает за снабжение бойцов продовольствием и припасами. Но напрямую солдатами командовать он не может — это удел строго командиров Копий, которые тоже сами по себе довольно независимы. По сути, наш правитель раньше мог приказывать лишь одному эльфу в армии — мне, я — отдавал приказы командирам Копий, а уже они руководили своими отрядами. Так было на протяжении многих тысячелетий и как ты понимаешь, Великому Князю такой расклад не слишком нравится. Но если бы он вдруг попробовал его поменять, то та часть командиров Копий, которая не сильно любит нашего правителя, на эти самые копья его бы и подняла, потому как их-то все устраивает и именно за ними стоит огромная сила в виде многочисленных, опытных и хорошо вооруженных солдат. — видя небольшое замешательство своего сына, седой генерал выдал ему упрощенный вариант. — Проще говоря — сейчас начинается банальная борьба за власть, в которой с одной стороны есть Великий Князь, а с другой стороны есть аристократия Великого Леса, которая составляет большую часть наших офицеров высшего звена(Да, это мы.). Чтобы укрепить свои позиции и напрямую подчинить армию Княжества Осенней Листвы своей воле, нашему правителю нужно избавиться от самых "неудобных" её представителей. И знаешь, тут такое "удачное совпадение" — все, кто так или иначе противостоял княжескому двору, сейчас находятся на передовой в первых рядах, а по другую сторону фронта сидят люди, от которых после того как мы залили кровью их сородичей половину Западного Края не стоит ждать ни пощады, ни жалости…

— Но почему тогда он не назначил главнокомандующим сразу Улиэля? Так было бы проще устранить неугодных.

— Потому что за этим эльфом бы никто не пошел. — ответил вместо генерала Даракас. — И как минимум у половины командиров копий моментально бы нашлись веские причины для неявки на сбор армии. Главнокомандующий — не только наш лидер, но и наше живое знамя. Самый выдающийся воин, способный вести других бойцов за собой. И на этом поприще у господина Фирлика нет конкурентов — когда я узнал, что войско возглавляет он, то даже несмотря на наши прошлые разногласия, сразу же ответил на призыв. Лучше следовать за достойным противником, чем за недостойным другом.

— Если все обстоит так, как вы говорите… — раздумывающий о чем-то Лирузиль встал из-за отцовского стола и приложил сжатый кулак к сердцу. — Мое копье с вами. И Копье — тоже. Но что мы будем с этим делать? Не отправлять же нам наши отряды в атаку на столицу Великого Леса?

— Пока что — будем ждать и копить силы. Раз нам начали понемногу обрезать снабжение, будем обмениваться необходимыми ресурсами между собой и стараться по возможности экономить боеприпасы — стрелы нам еще пригодятся, когда люди пойдут в контрнаступление. Я попробую привлечь на нашу сторону еще кого-то из командиров Копий, но даже несмотря на мою репутацию, я не уверен, что они меня послушают — в предательство Великого Князя сложно поверить… — Фирлик Красный Клинок поднялся на ноги и оглядел своих подельников. — Поэтому пока о нем никому не говорите — я сам отберу надежных командиров, которых мы посвятим в наши планы. И помните — нас в первую очередь хотят подставить под удар фарольской армии и не факт, что дело дойдет до прямой схватки между эльфами, поэтому не атакуйте первыми. Выждем, и подготовим позиции, а наш уважаемый целитель будет снабжать нас информацией о действиях других копий через своих коллег. Ах да, чуть не забыл… — генерал жестом пригласил Килаза взять слово.

— Кхм. Господин Лирузиль, среди людей есть один диверсант, которого непременно нужно взять живьем — таково условие моего участия в вашем деле. — видя непонимание на лице сына главнокомандующего, Заклинатель плоти решил объяснить подробнее. — Он не так давно обманом проник в наш лагерь и нанес тяжелую душевную травму моей дорогой племяннице, Идриль. Мой брат пишет, что после возвращения домой девочка заперлась в своей комнате и с тех пор оттуда не выходит. Я надеюсь, что увидев этого смертного в цепях, она сможет побороть свой недуг…

Глава 28. Трактирное дело

Сверкая выбритой начисто головой, молодой рыбак с унылым лицом сидел за барной стойкой, цедя понемногу зеленоватую жижу из большой кружки. Делать в полупустом трактире было решительно нечего и Мизара начал одолевать враг, о существовании которого он за последнее время как-то подзабыл — скука.

Когда ты удираешь со всех ног от толпы голодной нежити или когда твоя голова забита мыслями о том, как пройти мимо эльфийского патруля так, чтобы они тебя не превратили в решето — у тебя нет ни сил, ни времени, чтобы скучать. Но сейчас парень находился в совершенно спокойной обстановке — любители драк, о которых говорил седой чародей, обычно собирались в заведении ближе к вечеру, до которого еще оставалось немного времени, а днем в него заходили лишь редкие завсегдтаи, любящие готовку Фриды, которые были на удивление спокойны и не создавали никаких проблем.

— Огла, а чем сейчас занят твой отец? — рыбак с тоской смотрел на свое отражение, плавающее в зеленом киселе. Варево орка на вкус оказалось не самым плохим, но учитывая, что за последние полчаса это была уже седьмая кружка… Пиво для Мизара становилось с каждой минутой все более желанным.

— Вроде как пошел договариваться насчет твоего дела… — пребывающий в прекрасном расположении духа землекожий с довольной улыбкой долил в кружку парня еще киселя — ни посетители, ни другие жители трактира не потребляли эту зеленую жижу в таких количествах, как пил её Мизар (Которому на самом деле было вообще все равно, что хлебать — других занятий у него не было, а занять себя чем-то было нужно.) и рыбак даже набрал некоторое количество баллов в глазах приемного сына чародея, весьма гордившегося напитком, рецепт которого он придумал сам. — Правда я не понял, что именно он собирается сделать, так что об этом тебе лучше спрашивать у него.

— Да я не об этом! — парень устало махнул рукой, опрокидывая в себя содержимое кружки. — А я ведь начинаю привыкать к этому вкусу… В общем, чем твой отец вообще занимается? Ну не похож он на держателя трактира, хоть ты тресни! Те обычно мелкие, пузатые и всегда стоят за стойкой! А еще он от золота отказался, а эти ребята жадные до невозможности! Я скорее поверю, что твой старик тайный советник Фаркуса Третьего и готовит планы вторжения в Западный Край, чем в то, что владеющий магией боец Тысячи вдруг решил осесть в городе!

— Зря. Халик действительно владелец "Хвоста Королевской Гидры" и именно он тут всем заправляет. — стоявший за стойкой Огла флегматично пожал плечами, начиная протирать одну из стеклянных кружек. — Хотя кое в чем ты действительно прав и это заведение — не основной его источник дохода, а занимается он им по большей части в качестве хобби.

— Я знал! Стой, а чем он тогда на жизнь зарабатывает?! Погоди-погоди, я сам угадаю… Хм… — бритый парень слегка оживился, найдя себе какую-никакую, а забаву — угадывание ремесла Халика. — Если он маг, да еще и бывший солдат… Может быть, наемные убийства? Мужик он довольно суровый, с боевым опытом опять же. Почему бы и не помочь некоторым людям избавиться от недругов за звонкую монету?

— Чего? Даже не хочу знать, как именно ты пришел к этому выводу, но нет — большая часть наемников подобной специальности работает с Малакасом и отец в эту область лезть не хочет, да и не его это профиль… — верзила включился в навязанную парнем игру — делать Огле, точно также как и Мизару, было нечего — всю работу, что можно было сделать, старательный орк уже давно переделал, новые клиенты, требующие внимания, в трактир не заходили и скука его грызла не хуже, чем рыбака. — Так что с первой попытки ты не угадал. Какие еще будут варианты?

— Зелья бодяжит и проторговывает на стороне? — с сомнением протянул бритый рыбак. Внешность Халика не слишком вязалась с образом зельевара, но мало ли? Вдруг он так маскирует от Фриды свою тягу к крепким напиткам самодельного производства?

— О-о-о… Вот тут совсем мимо. — приемный сын седого чародея отрицательно покачал головой — Орос — С недавнего времени худший город для алхимиков и всех, кто поставляет им реагенты — порядки у нас стали настолько суровы, что стражники уже за самогонщиками начали гонятся. Даже у фанатиков из Ордена Света с этим попроще будет, а эти святоши все поголовно отмороженные…

— А что так? Чем зельевары могли людей обидеть? Котел, что ли у кого рванул и прохожих зацепило?

— Да если бы… На самом деле тут причина даже не в алхимиках, а в их поставщиках. После одного случая, когда из-за пары не самых свежих ингредиентов у нас в городе появился самый настоящий демон — вся торговля подобными вещами находится под строгим контролем стражи Ороса и нескольких чародеев из столичного университета, которые бракуют те ингредиенты, которые можно использовать в призыве потусторонней сущности. А их оказалось на удивление много и теперь зельевары воют словно стая голодных волков, пытаясь добиться от наших властей разрешения на нормальную работу. Это же золотая жила — раньше в Бирке каждый третий наемник перед боем какое-нибудь зелье да покупал, а теперь это все прикрыли. С другой стороны — причина-то для лютования у стражи веская, так что как бы алхимики не орали — все без толку… — орк задумчиво почесал в затылке — Демоны, это очень опасные создания и боятся их не зря. Тогда целый квартал сгорел, вместе со всеми жителями — и это еще бойцы Ордена рядом оказались, и тварь почти сразу угомонили, а мы по сути малой кровью обошлись.

— Целый квартал погибших — это называется малой кровью? — с удивлением посмотрел на своего собеседника. — Я уже боюсь спрашивать, что тогда является большой. Геноцид всей округи?

— Говорю же, обитатели Бездны — это очень опасные зверушки. Если бы не фанатики из Ордена Света, могли бы и половину города потерять, а не только несколько домов. Да и то — после убийства твари целый месяц пришлось тот район от её скверны очищать, чтобы повторного прорыва не случилось. И это при том, что демон, вроде как не слишком старый попался и из-за того, что был криво призван, сильно ослабел… В общем, зельями тут заниматься после того случая совершенно невозможно. Мало того, что цены на все разрешенные ингредиенты взлетели до небес, так еще и их количество сильно упало. Мне даже за травой для киселя приходится ходить за городскую стену… Так что снова мимо.

— Нда… Веселый у вас тут городок, я даже начинаю думать, что с в обнимку эльфами было безопаснее… Тогда может быть, Халик создает артефакты и их толкает на сторону? Мечи там, доспехи разные… Или для этого те же самые реагенты, что и для алхимиков нужны?

— Да нет, вроде как зачарователи до сих пор спокойно работают… У них там больше гравировка рун в почете, которые чистой магией выжигаются. А без материальных ингредиентов зверюгу из Бездны сюда не вытащить, так что кузнецов-волшебников никто не трогает, незачем это делать. — Огла с легкой ухмылкой посмотрел на рыбака. — Уже ближе, но все равно не то. Сдаешься?

— Нет конечно! — самоуверенно фыркнул бритый рыбак — Есть еще пара вариантов, но ес…

Входная дверь громко хлопнула, заглушив слова Мизара, когда в зал ввалились четверо крепко сбитых мужиков, с ног до головы увешанных оружием. Поверх их кольчуг были кожаные жилеты, через которые были перекинуты перевязи с большим количеством самого разнообразного метательного железа, а на поясе у каждого из вошедших висел меч или топор.

— Трактирщик, накрой-ка нам на стол, да поживее! — пока его товарищи рассаживались за большим столом в углу зала, лидер подозрительной компании подошел к стойке, за которой стоял Огла и швырнул на неё небольшой, но приятно звякнувший кошелек. — Мы только вернулись с тяжелого задания, так что зажаренный молодой кабанчик будет весьма кстати! А пока его готовят, неплохо бы и еще чего-нибудь горяченького положить на зуб… — невысокий, но крепко сбитый боец не обладал ни огромными мускулами, ни зверским лицом и казалось, выглядел даже младше Мизара. Но любому головорезу было бы достаточно одного беглого взгляда на этого воина, чтобы моментально решить пойти другой дорогой — хищная грация сквозила буквально в каждом его движении. — Мы останемся тут до утра! — Кивком головы молодой мужчина указал на лестницу, ведущую на второй этаж. — У тебя же найдутся четыре свободные койки?

Вывалив на столешницу монеты из маленького мешочка, землекожий верзила быстро их пересчитал и сгребя металлические кругляши в свой огромный кулак, спокойно кивнул.

— Две комнаты наверху уже готовы и в каждой из них стоит как-раз по две чистых кровати. Поросенка придется ждать около часа, а пока вы можете отведать наше жаркое из оленины, вместе с холодным ячменным пивом. Я сейчас все принесу. — Огла направился на кухню, оставляя гостей наедине с рыбаком — как только вооруженная компания ввалилась в заведение, у всех остальных клиентов резко нашли дела в других местах.

— Ха! Ты знаешь, что хочет услышать боец после тяжелого боя! — невысокий боец громко захохотал и уже повернулся было к своим товарищам, как вдруг его взгляд упал на Мизара и все веселье как рукой сняло. — Ты же… — он внимательнее присмотрелся к уже напрягшемуся парню, но в итоге просто помотал головой и вернулся за стол к своим товарищам со словами — Срочно надо выпить! А то мерещится тут всякое…

***

— А помните, как мы с караваном по степи шли и нас орки окружили? Ну, когда мы еще торговца пряностями с востока взялись сопровождать? — один из бойцов взбудоражено вскочил прямо на стол и достав из под плаща небольшой арбалет, прицелился лежащему на блюде обглоданному хряку прямо в пятачок. — Так я их командира с первого выстрела с его ездового кабана сбил и можно сказать, самолично выиграл то сражение! Хвалите меня, восславляйте меня!

— Было бы за что хвалить… Ты самолично устроил то сражение, причем практически на пустом месте… — с широкой усмешкой осадил своего товарища лидер их маленького отряда. — Мы практически договорились, чтобы орки за довольно скромную плату присоединились к охране нашего каравана, как вдруг один перепуганный и перебравший накануне, но отчего-то все равно меткий олух всадил их вождю арбалетный болт прямо в причинное место. Само-собой, после такого вероломного нападения землекожие взбесились и начали сражаться с нами не хуже берсеркеров, из-за чего тогда треть отряда полегла, пока мы всех клыкастых перебили. И возблагодари Творца, что я смог убедить того торгаша не разрывать контракт, отдав ему всего-то половину наших трофеев, иначе новую работу мы бы тогда не скоро нашли — эта купеческая сволочь как пить дать, растрындела бы всем своим друзьям, что с нами дел вести не стоит, а друзей у него было на удивление много…

Стоящий за стойкой Огла тяжело вздохнул. Время было глубоко за полночь, но полупьяная компания и не думала идти ложиться спать и уже битый час травила байки, попутно доедая порося и прихлебывая ячменное пиво.

— Ты можешь как-то убедить их закончить эти посиделки и пойти на боковую? — Орк устало уткнулся головой в сложенные вместе руки. — Я уже четыре раза подходил с вежливой просьбой — все без толку. Попробуй их припугнуть своей зверской рожей?

— Огла — ты сам выглядишь как клыкастая машина смерти, и если твоя дружелюбная морда их не напугала… — трезво оценив свои шансы в противостоянии с четверкой, судя по всему, опытных воинов, рыбак всеми возможными способами открещивался от подобного задания. — То я тут уже ничего не сделаю. У них самих, вон, морды не сильно моей красивее, так что давай как-нибудь без меня, а?

— Ты же должен вышибалой работать? — прибегнул к последнему аргументу орк, который тоже не горел желанием лезть с претензиями к пьяным и хорошо вооруженным воякам. — Вот и вышиби их отсюда. В конце-концов сейчас это твоя работа.

— А они что-то натворили, чтобы их из заведения вышвыривать? Вроде как сидят и спокойно себе отдыхают, никому не мешая. — но Мизар не собирался так просто сдаваться. — Вот пусть дальше и сидят. Я тебе не Мия, чтобы без веской причины людям на дверь указывать. Тем более что за еду и выпивку они честно заплатили. Так что пока Халик мне лично не скажет их отсюда убрать, я и пальцем не пошевелю. — схитрил бритый парень, рассчитывая свалить всю работу на седого чародея. — Кстати, где он?

— Отец вместе с Фридой ушли на… Деловую встречу. — верзила слегка замялся, подбирая подходящее оправдание для отсутствия своего родителя. — А в его отсутствие за главного остаюсь я и следовательно ты должен выполнять мои поручения.

— Вот только Халик, который почему-то решил вести дела в середине ночи в компании своего грудастого повара, мне об этом сказать как-то подзабыл. — развел руками совершенно не поверивший словам землекожего верзилы Мизар, показывая что ничего тут уже не поделаешь. — И наказал следить за порядком в зале и разбираться с дебоширами, на которых наши гости не тянут — они еще ничего не разбили. Я боюсь, тебе придется еще какое-то время терпеть их общество. Мне то они не слишком мешают, а если засидятся до утра — поспать я и тут могу…

Огла, который уже несколько часов как мечтал отправится давить подушку, тяжело вздохнул и приподняв голову, с подозрением посмотрел на рыбака.

— Ты же мне так за пиво не мстишь?

— А ты на удивление догадлив! Особенно для орка… — дружелюбному оскалу Мизара позавидовал бы и иной демон. — Можешь попробовать в наперстки на улице сыграть — с такой-то чуйкой ты точно быстро озолотишься…

— Слушай, помнишь, что я тебе сказал утром? Что я сам поставлю тебе кружку, после окончания смены? — неожиданно орк хитро усмехнулся и указал глазами в сторону выпивающей компании. — Так мы работаем до последнего клиента и она кончится в ту же секунду, как эти ребята отправятся на боковую…

Почесав бритую голову, рыбак еще раз окинул взглядом четверку гуляющих бойцов и переведя взгляд на довольного собою Оглу, тихо прошипел.

— Вот же скотина клыкастая… Ладно, твоя взяла — дай мне двадцать минут и они будут спать так крепко, что их и конец света не разбудит. И еще… — Мизар зашел за стойку и пнул носком сапога один из бочонков с дварфийским элем, которые принес утром Халик. — Почем старик это счастье брал?

— Мы постоянные клиенты дварфской пивоварни, так что они делают нам небольшую скидку и просят не слишком много, всего по пять золотых за бочку… Но зачем это тебе? Решил с пива переключится на что покрепче и заранее узнаешь расценки?

— На твое счастье, я не особо люблю крепкие напитки — они слишком сильно дают по мозгам, а глупости лучше делать на трезвую голову. Поэтому я и предпочитаю пиво. Вот, держи… — парень выложил на стойку несколько золотых монет с выгравированными на них листиками какого-то растения, которые он достал из одного кошелька, "подаренных" ему остроухими солдатами. — Ровно пять монет.

— Погоди-ка, это что, эльфийское золото? — орк остановил парня и взяв один из золотых, попробовал его на зуб. — Настоящее… — Огла с подозрением покосился на рыбака. — Где ты его достал? Хотя я догадываюсь… Нет, постой, не говори мне. Не хочу знать, ни откуда оно у тебя, ни что стало потом с этими эльфами. Крепче спать буду.

— Вообще-то ушастые сами мне отдали эти монеты. — вспомнив лица эльфийских солдат, когда их командир приказал остроухим отдать свои кошельки и драгоценности, парень постарался избежать употребления слова "добровольно" — по своей воле те солдаты разве что кожу бы с Мизара согласились содрать. — И когда мы с ними расставались, все были живы-здоровы.

— Да-да, конечно. — понимающе покивал орк, сделав вид что он верит словам рыбака. — Просто они вдруг захотели узнать, каково это — быть закопанным живьем в ящике в паре метров под землей. Или решили научиться дышать под водой, привязав к своим ногам камень и сиганув в воду с лодки на середине глубокого озера. Ну или какие там еще есть варианты отговорок у вашей братии… В любом случае — я не стражник и меня не волнует, откуда у тебя взялись деньги. Тем более что с ушастыми у нас вроде как война и против военных трофеев никто и слова не скажет. Но… — Верзила забрал две монеты, а три оставшиеся вернул Мизару. — Эльфийские вещи сейчас стали редкими и цена на них выросла. Один их из золотой идет к трем нашим, так что забери обратно лишку. Все же ты с отцом дела ведешь, нехорошо будет обманывать…

— Внезапно. Но сейчас мне пора кое-кого угомонить. — Мизар водрузил бочонок на плечо и направился к пьяной компании. — "Пусть пока пьют и веселятся, а я посмеюсь над ними утром… И пиво! Если этот землекожий и после этого мне не поставит кружку — я жизнь положу, но добуду себе ожерелье из его клыков!"

Глава 29. Советы начинающим

— Эх, хорошо-то как…

Мизар отхлебнул холодного киселя и поставил рядом с собой объёмную деревянную кружку.

Рыбак сидел на подоконнике первого этажа трактира и с легкой улыбкой смотрел, как восходит солнце над просыпающимся Бирком и рассвет окончательно вступает в свои права. Встав пораньше, парень смог в полной мере насладится тишиной и прекрасным зрелищем появления на небосклоне ослепительно-яркого светила, а кружка охлажденного пойла землекожего орка составила ему в этом компанию и сделала начало дня еще прекраснее.

— Моя голова… — со стороны зала послышался глухой звук удара и стоящий неподалеку широкий стол слегка вздрогнул, когда снизу его попыталась протаранить чья-то голова. — Как будто все демоны Бездны устроили в ней праздник…

" — А вот и еще один повод для радости…" — парень мысленно предвкушающе потер руки. Он встал ни свет ни заря не сколько для того, чтобы полюбоваться рассветом (это было лишь приятным бонусом), сколько для завершающего штриха своей вчерашней задумки — её главное действующее лицо в этот момент как раз медленно и натужно выползало из под стола. От былой хищной грации опытного воина не осталось и следа, и в этот момент даже маленький ребенок выглядел бы более сурово и решительно, чем этот боец — "Мужик, зря вы с ребятами выбрали именно этот трактир для отдыха после работы. И хотя демонов тут нет, я немного поработаю вместо них и попробую вытрясти из тебя душу… Ну, или хотя бы немного золота…"

— Ох… Что вчера было-то? — В зеленом лице молодого мужчины было сложно признать человека — скорее какой-нибудь некромант мог бы принять его сейчас за одно из своих сбежавших созданий, настолько оно было зеленым, опухшим и перекошенным. Узкие щелочки на том месте, где должны были бы располагаться глаза, постоянно норовили скрыться полностью — страдающий жесточайшим похмельем бедняга щурился от яркого света, проникающего через открытое окно. — А… Ты… Я тебя помню… Работник трактира…

— С добрым утром! — Мизар поприветствовал лидера компании нарочито-громким голосом. — Как вам спалось? Кошмары не мучали? А может быть, вам было холодно? Мне принести теплое одеяло?

— Тише… — Просипел пересохшим горлом молодой боец, пытаясь встать хотя бы на четвереньки. Удавалось это ему с переменным успехом — когда он смог выпрямить руки, у мужчины сразу же разъехались ноги. Контроль над собственным телом в этот миг у него был если и не абсолютно нулевой, то где-то близко к этому. — Не… Уф… Получается…

" — Еще бы у тебя это получилось! " — Мизар мысленно злорадно захохотал, сделав при этом максимально вежливую улыбку, на которое только было способно его лицо. — "Ты же вчера в одно рыло треть бочонка уработал, а дварфский эль — это тебе не наше пиво. Градус и крепость там просто огромные и то, что после такого "подвига" ты можешь разговаривать а язык при этом не заплетается сам собой в морской узел — уже можно считать чудом!"

— А где… Где мои друзья… — медленно подползя к стоящей у стены скамейке, главарь отряда с кряхтением на неё взгромоздился и лег, прислонившись спиною к стене. — Они…

— Не волнуйтесь, с ними все в порядке — они сейчас спят в комнатах наверху. — бритый рыбак указал в потолок. — Четыре койки были вам вчера предоставлены, как и договаривались.

— Тогда почему… Я тут… — мучающийся воин потыкал пальцем в сторону стола, из-под которого он вылез. — А… Они там… М-м-м?

— Вчерашней ночью вы были весьма упрямы и наотрез отказались "покидать свой пост", пока "Враг не будет окончательно побежден!". Но после убедительной победы вы здесь просто уснули и мы подумали, что вас не стоит беспокоить… — с все той же вежливо улыбкой ответил Мизар, про себя думая — "А еще когда твои товарищи вырубились и мы с Оглой отнесли их наверх, ты, скотина эдакая, за меч хвататься начал, думая что остался один в окружении врагов! Хорошо еще, что я смог убедить тебя, что нужно бороться с остатками эля, а то клыкастый уже начал примеряться своей дубинкой к твоему затылку, а ты мне тут пока что живой нужен — я с тобой еще не закончил… "

— И… Как… Победил?

— Абсолютная и решительная победа… — подойдя к лежащему рядом со столом пустому бочонку, парень постучал по его днищу, заставив мужчину поморщиться от громкого звука. — "Алкоголя над здравым смыслом и чьей-то печенью."

— Это хорошо… — поднатужившись, лидер компании вояк, имя которого Мизар так и не сподобился узнать, с огромными усилиями принял вертикальное положение. — А вот мне… Что-то… Не очень…

— Вы очень плохо выглядите, с вами все в порядке? — с фальшивой заботой поинтересовался у мучающегося бойца бритый рыбак. — А, кажется я понял! Вам не хватает воздуха!

— Неее…

Не обращая внимания на блеянье больного мужчины, Мизар подошел ко второму окну, напротив которого тот сидел и которое в этот момент было закрыто.

— Вот, вдохните его полной грудью! — рыбак открыл деревянные створки настежь, впуская в пахнущее перегаром помещение немного свежего воздуха и… Очень много яркого света — это окно трактира выходило на солнечную сторону.

— Хссс… — главарь компании вояк уже даже не говорил, а просто сопел, прикрыв глаза рукою от лучей восходящего светила. — Хааа…

— Что-то вы не слишком рады… О, кажется знаю, что может вам помочь! — с широкой улыбкой, парень подошел к барной стойке и достал из-за неё заранее припрятанную кружку пива. — Старое-доброе, холодненькое пивко…

— А? — услышав волшебное слово, мужчина приоткрыл один глаз и разглядев в руках Мизара вожделенный напиток, потянулся к нему, как погибающий в жарких песках пустыни тянется к прохладному источнику. — Да-а-а…

— Не так быстро! — предупреждающе выставил ладонь рыбак. — Плату вперед.

— Х-хорошо. Сколько? Два медяка? Три? Ай, держи пять, только дай уже мне его. — моментально оживился молодой воин.

— Десять золотых.

— Сколько?! — от такого предложения щелки мужчины на секунду превратились в нормальные глаза, но потом яркий свет взял свое и они снова стали почти неразличимы. — Ты что, ядовитых грибов обожрался?! Откуда такая цена?!

— Видите ли… Это единственная кружка пива, которая у меня осталась и больше этого чудесного напитка у меня нет. Совсем. А я так хотел её выпить… — парень с печальной улыбкой провел рукой по деревянному боку кружки. — Но видя ваше тяжелое положение, я готов уступить её вам за скромную цену в каких-то десять золотых…

— Десять?! Да за такие деньги мне проще сходить в другой трактир! — шатаясь и покачиваясь, мужчина поднялся на ноги и сделал шаг по направлению к входной двери.

— Ближайшее заведение, где торгуют пивом находится в половине квартала отсюда, а идти туда придется под чудеснейшим светом нашего солнца, что будет озарять вам путь… — Тихий голос Мизара вкрадчиво описывал все те муки, что встретятся бойцу на этом пути. — А ведь сейчас еще слишком рано и там может быть закрыто…

Со стороны мучающегося похмельем мужчины послышался сдавленный стон. Платить такие огромные деньги за одну кружку пива ему совершенно не хотелось, но идти куда-то по такому солнцепеку он был просто не в состоянии — яркий свет выжигал глаза не хуже огненного заклинания.

— Ладно, демоны с тобой… Еще заработаю… — дрожащей рукой он снял кошелек с пояса и кинул его Мизару. — Давай его сюда…

— Всегда приятно иметь с вами дело! — пересчитав деньги, рыбак торжественно вручил кружку с пенным напитком страждущему воину и осушив её за несколько глубоких глотков, тот с блаженной улыбкой рухнул на стоявшую за ним скамейку.

— Хорошо-то как…

***

Довольный проделанной работой Мизар с усмешкой подбросил в ладони приятно звякнувший мешочек.

— День начинается просто прекрасно… Заработал немного деньжат и…

— Парень, ты уже проснулся? — громко стуча по деревянным доскам подкованными сапогами, со второго этажа трактира неспешно спустился седой чародей. Вид у Халика был весьма потрепанный — на спине было видно множество глубоких царапин, под глазом наливался сизым цветом свежий фингал, а на шее было несколько темных отметин, по форме подозрительно напоминающих следы укусов. Судя по всему, "деловые переговоры" в компании Фриды прошли успешно и ночью магу скучать не пришлось. — Вижу, что трактир еще стоит и за один день вы с Оглой его не разрушили… Это хорошо… Я позвал к нам одного моего старого знакомого, который мог бы помочь тебе и он должен был прибыть еще вчера вечером, ты его случайно не видел? Молодой такой, темноволосый, на вид — опытный боец и с ним еще несколько человек должны были прийти.

— Да вроде как… — пока догадавшийся, кому он устроил приятное пробуждение Мизар пытался судорожно придумать отговорку, за его спиной раздался тихий, сипящий голос лидера гуляющей вчера компании:

— Халик… Я тут…

***

— Значит, именно тебя старик попросил ввести в курс дела…

Молодой воин, приведенный в порядок парой лечебных заклинаний седого мага, сидел напротив спокойно потягивающего кисель рыбака и раздраженно постукивал пальцами по разделяющей их столешнице.

От варева Оглы боец наотрез отказался, а на предложение Халика "принять на грудь, для расслабления" и вовсе посмотрел на него, словно на своего злейшего врага.

— Так я же вас еще не представил! — покрытый татуировками чародей не был в курсе, что именно произошло во время его отсутствия, но растущее напряжение чувствовал прекрасно, а потому, как мог, постарался сгладить ситуацию. — Том, это — Мизар, товарищ нашего старого друга Вогаша… Мизар — это мой друг Том, по прозвищу Череполом, единственный из людей, кто своими глазами последнюю войну с эльфийским народом и по совместительству лидер небольшого наемного отряда.

— Своими глазами видел? Она же была семьсот лет назад… — рыбак с недоверием покосился на мрачно смотрящего на него наемника. — Что-то он как-то слишком хорошо сохранился, для семисотлетней развалины…

— Семисот двадцатитрехлетней развалины… — с широкой усмешкой поправил его Череполом, взглядом попросив старого чародея оставить их одних. Дождавшись, когда пожавший плечами Халик достанет из-под барной стойки пару бутылок вина и легкой походкой отправиться наверх, к своим светловолосым и большегрудым "делам", Том упер локти в стол и как-то странно посмотрел на парня. — Значит, тебя Мизар зовут… Слушай, парень, я не стану лезть в бутылку и трясти с тебя обратно мое золото, если ты ответишь на один вопрос. Имя Разим тебе случайно не знакомо? А то как-то не верится в подобные совпадения…

— Эм… Нет, а что? — непонимающе покосился на него Мизар, мысленно уже приготовившись делать ноги. Интерес к своей персоне ему сильно не нравился.

— Да был у нас один боец на той войне… — молодой на вид воин, оказавшийся старше всех жильцов трактира, вместе взятых, достал трубку из небольшой сумки на поясе, забил её сушеными листьями и с наслаждением закурил, выпуская под потолок кольца дыма. — На которого ты сильно похож и который уже много лет как должен кормить собою червей… Магом он не был, а обычные люди столько не живут.

— Вы же как-то выжили… — Во избежание будущих проблем, рыбак решил и дальше быть вежливым с подозрительным и явно очень опасным типом, которому он этим же утром уже слегка подгадил. — Кстати, как именно, не расскажете, если это, конечно, не секрет?

— Никаких тайн тут нет — эту историю треть города знает… Семьсот лет назад я участвовал в войне Фарола с Княжеством Осенней Листвы и был в составе отряда, прорвавшегося к эльфийскому святилищу Великого Древа. Мы оторвались от основных сил и с тяжелыми боями шли по их Лесу больше месяца, припасы вскоре кончились, а когда мы, после особенно ожесточенной схватки вошли в какую-то странную постройку, там на небольшом пьедестале стоял флакон с светящимся ярким желтым светом зельем. Из всего нашего отряда, мучаемого жуткой жаждой, лишь я оказался достаточно безрассуден, чтобы испить из него и как видишь… — Череполом мрачно усмехнулся. — Теперь смерть от старости мне не грозит. Тогда я не знал, что именно было во флаконе, но за такой долгий срок это все же удалось выяснить. Зелье оказалось подношением эльфов для Великого Духа Леса, которое тысячу лет вбирало в себя силу солнца и земли, и которое ушастые собирались вылить в землю рядом с корнями их главного сорняка, чтобы увеличить его рост. То, что на людей эта бурда тоже оказывает какое-то воздействие я понял, когда к семидесяти годам все равно продолжал выглядеть на те двадцать пять, что мне было, когда я оказался в святилище…

— Хорошее попалось зельеце… А еще такие есть?

— Что, тоже хочешь приобщиться к клубу долгожителей? — понимающе покивал Череполом. — Вот сам это тогда и выяснишь, тебе все равно скоро в ту сторону идти придется. Что ты смотришь на меня такими удивленными глазами? Еще не слышал слухи про то, что фарольская армия собирается перебраться через реку к концу лета?

— Да я как-то планировал подготовиться сперва, опыта там поднабраться… — Мизара совершенно не воодушевляла перспектива возвращаться в самое ближайшее время обратно в захваченный эльфами Западный Край. — А уже потом лезть к остроухим.

— К сожалению, Фаркус Третий при составлении плана этой военной кампании твои пожелания не учел. — съязвил наемник, выдохнув в направлении рыбака струю едкого табачного дыма. — Так что воевать придется здесь и сейчас. Ты же бок о бок с Вогашем работать собираешься? Значит основная часть работы будет на тебе и твоих товарищах — перебираться на тот берег и закрепиться там придется именно бойцам Тринадцатой Тысячи, так как именно она состоит из легкой пехоты. В Десятой — большая часть бойцов это тяжелые латники, которые совершенно не годятся для первого удара и скорее всего потонут еще на переправе, а Седьмая это и вовсе осадные орудия, которым на передовой делать совершенно нечего. Остальные же полки даже шага не сделают, пока не будет налажена стабильная переправа. Но немного времени у тебя еще есть — Тысяча Первой Крови уже понесла некоторые потери, а значит капитан Ягнар не станет выступать, пока не стянет все имеющиеся у него силы в кулак и не найдет более-менее безопасный способ переправиться на ту сторону. Лишившись разведывательной сотни, в которой и состоит наш пузатый друг, этот полк практически ослеп…

— Значит, наемные отряды будут использоваться вместо погибших разведчиков?

— Быстро схватываешь. В обычной ситуации полагаться в настолько важном деле на наемников было бы глупо — мы не слишком надежны и нас легко можно перекупить, но здесь ситуация иная. Западный Край был в некотором роде курортом для воинов со всего Фарола — это было довольно тихое и спокойное место с дешевой землей и если тебя не смущают ушастые соседи под боком, то для многих он выглядел как самые настоящие Чертоги Творца. И именно туда предпочитали "уходить на покой" те, кто насытился сражениями на всю оставшуюся жизнь — отслужившие свое солдаты королевских Тысяч, дозорные из Восточных Степей, отражающие орочьи набеги, наемники из Бирка, заработавшие себе на дом с небольшим участком… У многих моих друзей там жила родня, так что где-то седьмая часть всего Бирка для ушастых теперь кровные враги и они скорее горло себе перережут, чем перейдут на их сторону. Да и в целом, эльфы не слишком-то жалуют людей, имеют свою разведку, которая на порядок лучше фарольской и всем про это прекрасно известно… Но мы отклонились от темы — я могу дать тебе несколько советов как лучше сражаться с эльфами и чего ни в коем случае не стоит делать, но в одиночку, как ни крутись, ты все равно долго не протянешь. Найди пару ребят покрепче, которые при случае прикроют тебе спину. На Вогаша надеяться в этом вопросе не стоит, мужик он хоть и надежный, но все же служит в первую очередь своему капитану и себе целиком не принадлежит.

— И где я, по твоему, их найду? — со скепсисом спросил у Череполома рыбак. — Я пару дней как в город прибыл и желающих встать под мою руку, валяющихся на дороге, пока что не находил.

— Зайди на рынок рабов, выкупи подходящих бойцов и предложи им свободу за год службы. — спокойно пожал плечами наемник, кивая в сторону второго этажа, с которого доносились весьма характерные звуки — похоже, что кто-то решил продолжить "дело", начатое ночью. — Халик если что, поможет с магическим контрактом. У нас это обычное дело, никого такой подход не удивит. А если проявишь себя как толковым командиром, то бойцы и сами не захотят уходить — такое тоже встречается сплошь и рядом. И вот еще что, старик сказал, что у тебя есть эльфийское оружие и доспехи — избавься от них. Продай, обменяй или выброси в первую попавшуюся канаву, это не суть важно. Главное, чтобы у тебя не было ничего из снаряжения остроухих, когда ты окажешься в расположении Тринадцатой тысячи.

— Свои же прирежут? — сделал предположение Мизар.

— Нет, у своих это скорее уважения добавит — вон какой трофей добыл. Просто для эльфийских стрелков враг в их броне или с их оружием в руках моментально становится мишенью номер один…

Глава 30. Клыки подземного народа

— Вроде бы это то место…

Стоявший посреди улицы Мизар с сомнением смотрел на находящееся перед ним здание — ничем не примечательный домик, абсолютно такой же серый и невзрачный как и другие окружавшие его строения. Он никак не выделялся на общем фоне и если бы по пути сюда парень не заметил бы целый десяток крайне подозрительных типов, при взгляде на которых у него возникло острое желание позвать стражу, то он бы решил, что ошибся адресом.

Когда Череполом предложил Мизару сбагрить кому-нибудь добытые им в Западном Крае трофеи, рыбак горячо поддержал это начинание — постоянно таскать с собой довольно прилично весящий мешок его уже порядком утомило и парень был всеми руками за то, чтобы избавиться от тяжелой поклажи.

И в качестве возможного скупщика для эльфийских побрякушек, а также трофейного меча и доспехов, наемником был предложен Малакас, про которого парень много раз слышал, все равно но так и не смог понять, что это был за человек. Но по словам молодого воина, эта сомнительная во многих аспектах личность не только могла без лишних вопросов выкупить снаряжение остроухих, но также предложила бы за него хорошую цену и именно у неё же Мизар мог прикупить для себя подходящее оружие:

— Ты пойми, пусть Малакас и не самый приятный торговец, на которого работает целая кодла самых разных головорезов и убийц — выбор разного рода смертоносных игрушек у него отменный! И… — Том помахал перед собою ладонью, подбирая подходящие слова — И что-то мне подсказывает, что вы с этой сволочью быстро найдете общий язык…

Мизар хотел было оспорить подобное высказывание, сказав, что все это ложь и клевета, что не надо судить людей по внешности и что он вполне приличный человек, но неожиданно Череполома горячо поддержали спустившийся к тому моменту в зал Халик и его приёмный сын, лениво протирающий за стойкой очередной бокал. Седой чародей с землекожим орком были свято уверены, что рыбак имеет отношение к лихим людям и наперебой убеждали его не сходиться с непонятным торгашом слишком близко, говоря, что несмотря на хорошую плату за работу, у того частенько бесследно пропадают подчиненные и никто в Бирке не понимает, что именно Малакас с ними делает.

Парень, уже немного привыкший к тому, что все вокруг почему-то считают его каким-то бандитом, решил не тратить впустую время и силы, переубеждая людей, вбивших себе в голову какую-то чушь и взвалив на плечо мешок с добычей, молча отправился к торговцу с сомнительной репутацией.

И судя по всему — он все-таки не ошибся. Из стоящего перед Мизаром дома вышел мужчина, которого можно было охарактеризовать ровно одним словом — мордоворот. Накачанный, крепкий и очень здоровый амбал. Подойдя к рыбаку, который с легким интересом осматривался по сторонам, он окинул его оценивающим взглядом и спокойно спросил:

— Вы к кому? — И вроде бы говорил головорез вежливо, и даже голос у этого громилы был даже слегка дружелюбный, но отчего-то Мизару показалось, что если он не даст правильный ответ на этот вопрос — его будут бить. И скорее всего ногами, на которых у мордоворота были добротные, крепкие сапоги с металлическими носками.

— К Малакасу. По делу. — рыбак с намеком дернул плечом, заставив мешок с добычей характерно лязгнуть. — Нашел парочку вещей остроухих, хотел бы сбагрить без лишнего шума… Знающие люди сказали что тут для этого лучшее место.

— Эльфийские вещи, значит? — амбал посмотрел Мизару за спину, прикидывая, сколько всего может поместиться в мешок за его плечами и жестом, попросил его подождать. — Не обманули вас эти "знающие люди" — мой начальник и впрямь любит покупать эльфийское добро… И как я погляжу, находка вам попалась хорошая, да? Постойте-ка пока тут, а я спрошу у шефа, принимает ли он сейчас посетителей… Мы же не хотим, чтобы между вами возникло недопонимание?

Громила посмотрел куда-то мимо парня и отрицательно покачал головой — повернув свою голову туда же, рыбак заметил, как несколько лиц явно бандитской наружности, сопровождающие его с момента входа в квартал, быстро исчезают в ближайшем переулке.

— Хорошая у вас тут охрана… — Слегка нервно сказал парень, который пусть и догадывался, что это были явно не простые грабители, такой организованности от местного воротилы все же не ожидал. — Явно не зря свой хлеб ест.

— А сейчас по другому вести дела не получается. Люди разные бывают, в том числе и такие, кто предпочитает честной сделке грубую силу. — равнодушно пожал плечами мордоворот, хотя было заметно, что похвала ему пришлась по душе. — Подождите пока тут, я скоро вернусь… — с этими словами он исчез в доме, оставив Мизара на улице…

***

" — Мне кажется, или это помещение изнутри малость больше, чем должно быть?"

Спустя несколько минут громила вернулся к рыбаку и открыв перед ним дверь, с вежливым поклоном пригласил его пройти внутрь дома, сам при этом оставшись снаружи.

Когда парень оказался внутри здания, первым, что бросилось ему в глаза было не самое разнообразное оружие, лежащее на узорчатых, покрытых рунами стеллажах и даже не несколько деревянных манекенов с доспехами, которые были расставлены по углам, а расстояние, которое было от одной стены до другой — просторный зал, в котором сейчас стоял Мизар был раза в четыре больше, чем сам дом.

— Опять магия… Вроде город наемников, а куда не плюнь — попадешь в какого-нибудь чародея… — тихо пробурчал себе под нос молодой рыбак, но на его беду, у хозяина этого заведения оказался прекрасный слух.

— А с каких это пор маги перестали интересоваться золотом и брезговать работой, за которую неплохо платят? Реагенты и ингредиенты, знаете ли, довольно недешевое удовольствие…

Повернувшись на звук, Мизар увидел неспешно спускающегося по винтовой лестнице… Судя по всему, это был Малакас и при виде его внешности у парня натурально отвисла челюсть — ошарашенный рыбак на какой-то миг даже потерял дар речи. У любящего эльфийские вещички торговца, с которым работала большая часть "сомнительных личностей" Бирка оказалась антрацитово-черная кожа, длинные и ухоженные волосы пепельного цвета, свисающие почти до пояса и рубинового цвета глаза, без малейших намеков на белок. А еще у Малакаса были длинные уши весьма характерной формы…

Это был эльф. А точнее — представитель расы дроу или темных эльфов, как их звали все остальные народы. Мужчина из народа, жестокость и садизм которого уже давно стали нарицательными… И поэтому когда Мизар совершенно не думая, выпалил следующую фразу, он уже мысленно приготовился к тому, что его сейчас будут убивать особо изощренным способом:

— Это где ж тебя так пожгли…

Несколько секунд темный эльф молча смотрел на приготовившегося делать ноги парня, а затем неожиданно и очень громко расхохотался.

— Ха-ха-ха! Ох… — Малакас утер выступившую от громкого смеха слезу. — За десятилетия моего нахождения в Фароле люди реагировали на меня самым разным образом, но такое я слышу впервые… Будет что рассказать дома, когда я туда вернусь…

— Эм… Меня не будут убивать?

— Мой юный друг, за то долгое время, проведенное мною среди людей я уже давно привык, что ваша раса довольно странно реагирует на всех, кто от неё хоть как-то отличается. И если бы убивал каждого человека, который при первой встрече говорил мне что-то неприятное, то просто остался бы без клиентов. — развел руками дроу, снисходительно смотря на бритого рыбака. — У людей в целом довольно много проблем с другими видами, один ваш фетиш насчет эльфийских ушей чего стоит, а ведь мы не называем вас короткоухими…

— Зато смертными зовете. — встал на защиту себе подобных рыбак. — Так что не только мы другие расы не любим.

— Тут несколько иная ситуация… — Темный эльф с заметным удовольствием начал объяснять Мизару нюансы отношения своих сородичей к другим расам. Было видно, что Малакас не просто любит скупать вещи длинноухих, но и в целом довольно сильно увлечен темой своих "светлых" сородичей. — Уходящая корнями глубоко в древность… Когда-то давно, еще до основания Фарольского королевства и прошлого конфликта людей с эльфами, когда наши виды только-только познакомились и начали узнавать друг друга — была еще одна война, которая закончилась немного иначе — мирный договор тогда подписан не был, а обескровленные стороны просто разошлись по домам и начали восстанавливать силы для следующей битвы. Прошло много времени и когда эльфийский народ все же смог оправиться от ран и выступить во второй поход на людей, чтобы отомстить за павших, они с удивлением обнаружили, что вы уже забыли о прошлой войне и все, кто сражался с ними в той битве — уже давно умерли от старости, а те, кто живут на их месте попросту не понимают зачем надо воевать. Мстить было уже некому и эльфам пришлось вернуться обратно… — дроу мечтательно прикрыл глаза, как будто вспоминая то время. — Конечно, были некоторые энтузиасты, которые находили потомков своих кровных врагов и вырезали их до последнего, но на таких даже потомственные воины, ратующие за продолжение войны, смотрели косо. С тех пор эльфийская аристократия, что у светлых, что у темных, называет смертными тех, чья жизнь сама по себе мало чего стоит, а незнатные представители моего народа им в этом подражают. Но если какой-то эльф хочет сказать, что жизнь представителя другой расы не менее важна, чем его собственная — он говорит "короткоживущий", как бы подчеркивая этим достоинство того, о ком идет речь или признавая его достижения. Хотя некоторые сейчас так говорят просто из вежливости… Хорошим примером будет уважаемый Том Черополом, который вас ко мне и послал — никто из людей до него не был достаточно силен и отважен, чтобы напасть на Святилище и я знаю не так много эльфов, которые посмели бы назвать этого воина смертным.

— Как вы… — начал было рыбак, но дроу его довольно быстро перебил.

— Не будьте так наивны, господин Мизар — я знаю о вашем появлении в Бирке еще с того момента, как ваш сапог переступил его ворота. Кстати, я хотел бы вас поблагодарить за то, что вы не стали продавать ваши трофеи сторонним скупщикам — выкупать их у этих прохиндеев стоило бы мне намного дороже…

— Я же еще не назвал цену? — с подозрением посмотрел на темного эльфа рыбак. — Или вы так…

— Пытаюсь вас запугать, пользуясь тем, что вы находитесь на моей территории? Или хочу сделать таким образом шпильку нашему седому другу? Избавьте меня от пустых подозрений, если бы я хотел вас убить и забрать все ваши вещи с трупа, то даже запрись вы в трактире Халика и спрятавшись под юбкой у его очаровательного повара — это бы вас не спасло. — Малакас слегка поморщился при упоминании грозной сильнурки. — Как и двух его приемных детишек, возникни у меня вдруг такое желание. Вся эта история с попытками выкупить трактир — лишь дань вежливости и не более того. Если в закрытой банке находятся два больших паука, один из них обязан попробовать другого на зуб. На деле этот трактир — это довольно убыточное предприятие и если бы им владел не Халик, а кто-то другой — то я бы даже внимания не обратил на эту убогую забегаловку… Но мне кажется, что мы слишком отошли от темы и наш разговор ушел несколько в сторону. — взмахом руки дроу пригласил Мизара следовать за ним и направился куда-то вглубь зала. — По имеющейся у меня информации, вы принесли в Бирк несколько вещиц, вышедших из-под рук эльфийских кузнецов…

Подойдя к длинному столу, темный эльф достал большое серое покрывало и расстелив его на столешнице, жестом предложил парню продемонстрировать товар.

— Я хотел бы посмотреть, о чем именно идет речь.

Пожав плечами, Мизар скинул мешок на пол и развязав горловину, начал выкладывать эльфийские драгоценности перед дроу, который брал их по одной в руки и надев на глаз небольшой монокль, начинал неспешно изучать.

— Гравировка на черном фоне… Герб одного из младших домов севера… А вот узор необычен — волнистые линии больше характерны для жителей южных пределов…

Несмотря на то, что никто никуда не спешил, оценка не заняла много времени. Драгоценностей в мешке было не так уж и много, а кошельки с монетами эльфийской чеканки рыбак решил пока придержать — раз эльфийские товары быстро росли в цене, то стоило немного подождать и не обменивать их на фарольское золото сразу, чтобы набить цену.

— Это все потянет примерно на четыреста золотых, но из уважения к Череполому я готов накинуть сверху еще пятьдесят монет. — с легким разочарованием на лице, Малакас закончил оценивать дорогие безделушки и довольно умело сложил их в аккуратную кучку. — Больше за это в Бирке вряд-ли кто-то предложит…

— Пять сотен желтых кругляшей и по рукам. — внес встречное предложение Мизар, который буквально печенкой чувствовал, что где-то его этот ушлый любитель эльфийской истории нагло обманывает. — Остроухих выгнали из города, а значит их цацек больше ни у кого нет и я единственный, кто их продает…

— Я ценю вашу деловую хватку, но боюсь, что в ней есть один небольшой изъян. Ни для кого не секрет, что Фарол и Княжество Осенней листвы находятся в состоянии войны и королевство людей вот-вот перейдет в наступление. А значит, скоро пойдут и боевые трофеи, которые я с легкостью могу выкупить… И уж поверьте, все эльфы прекрасно умеют ждать. — Дроу позволил себе легкую усмешку. — Но так как вы пришли от уважаемого человека — будь по вашему, от потери нескольких золотых монет я не обеднею. — Малакас неожиданно легко согласился на предложение рыбака и укрепляя его подозрения, выложил перед парнем пухленький кошель с радостно звякнувшими монетами. — Можете пересчитать, если хотите. Я подожду.

— Поверю на слово. — подбросив в руке довольно крупный и увесистый мешочек, парень спрятал его туда, откуда доставал драгоценности — навряд ли Малакас обманывал его в таком деле, больно уж мелким оно было для лидера теневой части всего Бирка.

— Тогда… Это все, что у вас было?

— Нет, есть еще кое-что. — глаза эльфа предвкушающе загорелись, когда молодой рыбак достал из мешка трофейную саблю. — Я хотел бы продать вот это…

— Занятная вещица… — торговец как-то по новому посмотрел на Мизара. — Такие на дорогах просто так не валяются. Похоже, кто-то тут недавно проливал кровь эльфийского народа… Жаль, что мы не начали наш торг с этого клинка — тогда бы я накинул еще сотню монет столь приятному, во всех отношениях, человеку, но раз сделка уже была заключена…

Проведя пальцами по узорам на лезвии, темный эльф с некоторым пиететом взял зеленую саблю в руки.

— Вы ведь даже не представляете себе, что это такое, верно?

— Сабля из зеленчака, с зачарованием второго круга. — неуверенно ответил парень, которого слегка нервировал фанатичный блеск в глазах дроу. — Во всяком случае так сказал… Один мой знакомый маг.

— Не сочтите за оскорбление, но ваш "знакомый маг" либо не знаком с эльфийским оружейным делом, либо он полное ничтожество в этой области. — слегка успокоившись, Малакас проверил лезвие меча на заточку. — Это именной клинок, изготовленный под конкретного владельца. Если он находится в руках кого-то другого, то — да это действительно будет обычная сабля из зеленчака с невысоким кругом чар, но если если она будет в руках законного владельца, то легко сможет рассечь даже зачарованные латы из лунной стали. Но главная её ценность заключается в другом… — дроу положил саблю обратно на стол. — На лезвии нанесены имя и род хозяина оружия и если им убить кого-то из другого дома, этим можно легко развязать войну между двумя дворянскими семействами — оставленное на месте преступления именное оружие будет лучше любой подписи показывать, кто именно это сделал. И никого не будет волновать, что оружие могли забрать с трупа или украсть — ведь за такими вещами полагается пристально следить…

— Похоже это весьма дорогая заточка… Сколько за неё предложите?

— Золотом за такие вещи не платят, а даже бы если и платили — у меня нет сейчас столько свободной наличности, а изымать золото из дела мне бы не хотелось… — Малакас отрицательно покачал головой. — Но у меня есть несколько вещей, которые я могу предложить вам взамен. Бартер. Вы же сейчас отправляетесь в Западный Край, верно? И судя по всему, бойцом не являетесь, а значит избегаете прямой схватки… Я думаю, это сможет облегчить вашу задачу, какой бы она не была…

Дроу поочередно выложил на стол перед Мизаром несколько предметов: пару коротких кинжалов с черными лезвиями, маленький арбалет с небольшой торбой, полной зазубренных болтов и невзрачное кольцо.

— Эти кинжалы и болты делали кузнецы моего народа и при ковке использовали частицу ядовитой руды, добываемой в глубине земных недр. В результате получилось не такое прочное, как у эльфов или дварфов, но куда более смертоносное оружие, одна царапина которого может отправить ко Жнецу даже горного медведя. Арбалет — менее мощный, но более компактный, чем людские или дварфийские варианты. По латам из него стрелять не стоит, но вот кольчугу или что-то послабее он пробьёт с легкостью, а дальше яд на болтах сделает свое дело. Ну и кольцо… — дроу коснулся пальцами стального украшения. — Создано лично моей сестрой Дари, известным на все Подземье творцом артефактов. Позволяет владельцу на час становится невидимым, достаточно лишь повернуть его на пальце. И что самое приятное — оно не фонит магией и при обыске его принимают за простую безделушку.

— Щедро… — Мизар с удивлением посмотрел на маленький арсенал, что выложил перед ним темный эльф. — Даже слишком, за одну-то саблю. В чем подвох?

— Считайте это вкладом в наше долгосрочное сотрудничество. Мой юный друг, владельцы таких клинков… — Малакас кивнул в сторону сабли из зеленчака. — По одному обычно не ходят. И если вы вдруг еще раз "найдете" именное оружие, я хочу быть уверен, что первым делом вы направитесь прямиком ко мне, а не к кому-то другому…

Глава 31. Последние приготовления

— Ну, пора глянуть, чем торгуют местные купчины…

Покупать рабов ему еще никогда не приходилось — крестьянину, зарабатывающему на жизнь рыболовным промыслом, в случае крайней нужды было куда проще нанять ребят с соседнего села, чем покупать невольника для работы. Да и не была работорговля сильно развита в Фароле, этим больше промышляли в странах на востоке и степях диких орков.

Темный эльф оказался настолько доволен заключенной сделкой, что даже бесплатно подсказал Мизару, где можно было раздобыть наиболее подходящих для его дела бойцов — глава теневой части Барка знал всех торговцев "живым товаром" практически в лицо и буквально с ходу назвал рыбаку необходимые имя и место.

Выйдя из маскирующийся под обычный дом лавки, парень направился по указанному дроу адресу, по пути еще раз удивившись, с какой скоростью и оперативностью работали люди Малакаса — рыбак не видел, чтобы темный эльф отдавал своим головорезам хоть какие-то распоряжения, а те уже спокойно стояли на все тех же местах, абсолютно никак не реагируя на проходящего мимо них Мизара и один раз даже подсказали ему правильную дорогу, когда незнакомый с Бирком парень слегка заплутал. Даже для обычной стражи такая организованность была чем-то запредельным, а уж для толпы бандитов…

" — Надо зарубить себе на носу, что переходить дорогу этому дроу лучше не стоит. " — слегка поежившись, подумал парень, прекрасно понимавший из логова какого "торговца" он только что вышел. — " Зато вести дела может быть весьма прибыльно…"

Мизар протер металлическое кольцо, которое он не долго думая, решил сразу надеть на палец. Рыбак был полностью доволен устроенным им обменом — эльфийская сабля, при всех своих плюсах, была для рыбака по большей частью обузой, ведь владеть длинным клинковым оружием он совершенно не умел, а вот с ножом обращался неплохо. Правда, парня слегка смущал тот факт, что перед тем, как выпустить его из своего заведения дроу чуть ли не силком заставил рыбака выпить противоядие… Ну, или нечто похожее — как сказал Малакас, это был напиток, дающий организму иммунитет к токсичному воздействию ядовитой руды, который использовали шахтеры, добывающие этот опасный минерал и те немногие кузнецы, что умели с ним работать. От чего-то другого он не защищал совершенно и сам по себе был довольно дешев, но знали про него по большей части лишь те подземные жители, что часто сталкивались с ядовитой рудой. И чтобы Мизар не издох от случайно полученной при заточке своего нового оружия царапины, предусмотрительный торговец вынудил его заранее принять антидот и посоветовал следить, чтобы оно не попало в чужие руки.

Тогда парень заверил дроу, что он не собирается давать свое новое приобретение кому-бы то ни было и постарался как можно быстрее покинуть гостеприимное заведение — пусть темный эльф и действовал на пользу Мазара, рыбаку не слишком понравилось, что ему пришлось выпить какую-то подозрительную бурду.

Но когда Мизар добрался до рынка рабов, то понял, насколько большую услугу ему оказал темноухий торговец — место, которое власти города выделили для торгов было невероятно огромным и найти в нем нужного человека без сторонней помощи было невероятно сложно. По сути невольничий рынок занимал собою площадь в целый квартал и торговали на нем не только представителями разумных рас, но и разного рода зверьем: за стальными решетками сидели ездовые волки, что в холке достигали человеческого роста, гигантские скорпионы, каждая клешня которых были размером с целую бочку, а истекающее ядом жало было острее любого клинка и прямо на глазах у рыбака десяток крепких мужиков в латных доспехах с помощью покрытых рунами цепей и длинных зубастых багров заводили в огромную клетку тварь, сошедшую с вывески трактира Халика.

Многоглавая гидра, достающая одной из своих голов аж до начала третьего этажа стоящего неподалеку здания, шипела и всеми силами пыталась вырваться из хватки своих пленителей, но стоило только одной из её голов дернуться к одному из них, как по цепям, ведущим к ошейникам на шеях чудовища, пробегала молния и огромное тело содрогалось от мощного разряда электричества.

— Вот это зверюга… — парень восхищенно присвистнул, когда монстра завели в клетку и решетка с лязгом опустилась за его спиной. — И откуда только достали-то? В наших краях такие зверюги точно не водятся…

— Конкретно эта тварь — из гор на севере Фарола. — раздался сбоку спокойный, но немного насмешливый голос. — И она мала, по сравнению с взрослыми особями — пойманная нами гидра довольно молода и ей еще не исполнилось и ста лет.

Повернувшись на звук, Мизар увидел как рядом с ним стоит высокий, худой мужчина в такой же броне, какую носили пленители грозного чудовища и курит трубку.

— А что, бывают и еще большие твари? — с удивлением посмотрел на незнакомца рыбак, слегка помахав рукой, разгоняя табачный дым — пристрастия наемников к трубочному зелью он не понимал.

— Подземные гидры, в отличие от своих наземных сородичей, живут около тысячи лет и могут достигать размеров небольшого замка. К счастью, для прокорма такой туши во мраке подземелий обычно не хватает пищи и они умирают от голода гораздо раньше, чем успевают добраться до поверхности. — флегматично пожал плечами мужчина. — И на таких здоровых монстров мы контракты не берем — мало у какого нанимателя хватит золота, чтобы окупить риски подобной охоты и еще меньше готовы выложить его за такую работу. Поэтому мы, охотники на чудовищ, ограничиваемся молодыми особями. — воин с легкой усмешкой кивнул в сторону ревущей за прутьями своей клетки твари. — Но с чего вдруг такой интерес? Хотите сделать заказ на отлов подобного создания? Предупреждаю сразу — представителей разумных рас мы не в качестве дичи не рассматриваем и за этим стоит обращаться к охотникам за головами…

— Да нет, любопытствую просто. — отрицательно помахал рукой Мизар — Так-то мне к Зему из Восточных Земель пройти нужно. Не подскажете, как туда будет проще всего пройти?

— Зем, значит… Это который пленными торгует? Насколько я помню, его шатер стоял в западном крыле. — охотник на опасных тварей указал кончиком трубки в нужную сторону. — Пройдите мимо клеток из лунного железа, дважды поверните направо и он окажется прямо перед вами. Но будьте аккуратнее и не подходите близко к решеткам — там сейчас одичавшие химеры сидят, которых нам заказал один маг. Они запросто могут отгрызть вам руку по локоть…

Последовав указаниям так и не представившегося наемника, (Твари в загонах были действительно жуткие, чем-то напоминали слепленных вместе крабов и медведей, и судя по оскаленным пастям, были крайне голодными.) парень оказался перед большим шатром за которым слышалось злое рычание.

Откинув полог, рыбак оказался около длинного ряда клеток, который заканчивался где-то далеко во тьме. Большая их часть пустовала и за металлическими решетками никого не было, но в некоторых сидели невольники — по большей части крепкого сложения мужчины, которые, судя по многочисленным шрамам на прикрытых лишь набедренными повязками телах, явно не были землепашцами или крестьянами.

Также также была и пара орчанок, которые при виде нового посетителя начали грозно скалиться, демонстрируя маленькие (Меньшие чем у Оглы — единственного орка, которого Мизар видел в живую) клыки. Правда, рыбак так и не понял зачем они это делали — то ли для того, чтобы он их купил, то ли наоборот, чтобы не брал.

— Хозяин, к тебе тут покупатель пришел! — один из рабов, изможденный старик с кандалами на руках, несколько раз ударил своими оковами по решетке и громко добавил. — Судя по мордашке — из ребят темноухого!

Спустя несколько секунд, в ответ на крик невольника из-за одной из клеток вышел смуглый лысый мужчина, в пёстром халате. Смерив раба недовольным взглядом, он повернулся к Мизару и с легким интересом спросил у него:

— Что привело молодого господина к скромному торговцу Зему? — купец попытался на глаз определить платежеспособность рыбака и судя по поджатым губам, остался не слишком-то доволен увиденным. Хотя что ему могло не понравится, Мизар не понимал — гамбезон на нем был новый, из крепкой ткани темно-зеленого оттенка (Большую часть Западного Края, в который собирался отправиться рыбак, составляли дремучие леса и заросшие травой равнины, вот парень и выбрал обновку, которая сливалась бы там с окружением), такими же были и штаны с высокими сапогами по колено, (в одном из которых было очень удобно спрятать парочку дварфийских ножей, места которых заняли кинжалы дроу). — Возможно Повелитель Путей уделил вам слишком много своего внимания и вы ошиблись с лавкой? Здесь продают невольников и… — мужчина с легкой неприязнью посмотрел на Мизара. — Не торгуют "особыми" товарами.

— Если вы господин Зем, торгующий боевыми рабами, то я именно там, где мне нужно. — спокойно ответил рыбак, в очередной раз мысленно отметив, что его опять приняли за кого-то не того.

— Ох, в таком случае я прошу прощения за мою прежнюю неучтивость! — сразу расплылся в виноватой улыбке смуглый торгаш. — Просто некоторые жители вашего чудесного королевства считают, что если ты купец из султаната, то обязательно приторговываешь из-под полы дурманящими зельями… А я — честный работорговец и подобными вещами никаких дел иметь не желаю! Я даже пытался несколько раз обращаться за помощью к господину Малакасу, чтобы он смог осадить, своих не в меру ретивых подчиненных, но мне кажется, что его просто забавляет сложившаяся ситуация и поэтому он бездействует… Но что же это я о себе, да о своих проблемах?! Что привело вас ко мне, юный господин? Желаете раба для бойцовой ямы? Или может быть для ваших… Не афишируемых дел? — пусть внешне все было в рамках приличий, Зем сумел одним тоном голоса пояснить, что это были за дела, по его мнению — грабеж, разбой и душегубство.

— Ни то, ни другое. — отрицательно покачал головой рыбак. — Возможно вы слышали о разгорающейся войне людей с эльфами? Я собираюсь в ней поучаствовать и ищу тех, кто может составить мне в этом компанию.

— Обычно под такое дело берут наемников а не рабов, да и рановато вы решили искать себе помощников, ведь большая часть торговцев "живым товаром" ждет, пока фарольская армия переберется через Серебряную реку — тогда начнутся тяжелые бои и чтобы как-то восполнить потери наемникам Бирка придется выкупать пленных… — смуглый купец на секунду задумался, а затем его лицо озарила внезапная догадка. — А, я кажется понял! Вы хотите первым присоединиться к королевской армии, чтобы когда начнется дележка трофеев, именно вам достались самые жирные куски! Амбициозно, очень амбициозно… — Торговец с некоторым уважением посмотрел на парня. — И крайне рискованно — пока Тысячи не перебрались на тот берег, победитель в этой войне еще не предопределен, а остроухий народ это оч-чень опасный соперник. Но кто не рискует, тот не вкушает медовых яблок в кампании прекрасных невинных дев, верно?

— Истину говорите, господин Зем. — рыбак слегка поклонился, подыгрывая довольному собой мужчине, — Именно поэтому мне нужны те, кто достаточно умел, чтобы не умереть в первом же бою и достаточно храбр, чтобы из него не побежать, если все пойдет… Не так, как хотелось бы. А также тот, кто сможет прикрыть мне спину.

— Контракт в обмен на свободу, да? В таком случае, я сделаю все от меня зависящее, чтобы вы остались довольны своим приобретением. В конце-концов, как коренной уроженец султаната, я уважаю тех, кто имеет большие амбиции… — смуглый торговец ненадолго задумался, а затем начал озвучивать свои мысли. — Вам предстоит сражаться преимущественно в лесной местности и на открытых равнинах. Судя по вашему… — Зем выставил вперед указательный палец с дорогим перстнем и обвел им фигуру Мизара. — Внешнему виду, планируются засады и внезапные нападения, что в принципе логично — эльфийские воители это крайне опытные бойцы, с которыми не стоит сходится в ближнем бою и не выяснять, кто лучше фехтует. Хотя также нужен и грамотный боец, который сможет какое-то время продержаться против остроухих, если внезапная атака провалится и придется позвенеть клинками… — купец развернулся на пятках, взмахнув полами пестрого халата и поманил парня за собой. — Я думаю, у меня есть то, что вам нужно.

***

— Вот, полюбуйтесь! — торговец стянул с одной из клеток ткань, которая скрывала сидящего в ней раба. Это был крупный, но довольно жилистый орк, с телом, на котором не было свободного места от шрамов и боевых отметин. Один из выпирающих из-под губы клыков был обломан, а темные волосы были грязны и спутаны. — Это Назаг из восточных степей. Захвачен в Южном Крае Фарола во время одного из набегов его племени. Перед тем, как его смогли схватить он успел зарубить аж семерых наемников…

— И выпустил бы кишки еще десятку, если бы у того каравана не оказался сильный шаман. — попавший в рабство боец подошел к решетке и наклонив голову посмотрел на Мизара своими маленькими красными глазками. — Значит, хочешь меня купить, человек?

— Зависит от тебя. — рыбак с любопытством оглядел сородича Оглы — пусть приемный сын Халика и был больше, этот землекожий выглядел более опасным. Как жилистый, опытный волчара на фоне молодого медведя. И вместо того, чтобы рычать или скалиться, он внимательно изучал своего потенциального хозяина. — А ты пойдешь под мою руку? Будешь выполнять что я скажу и когда я скажу? Или самоконтроля на это у тебя не хватит? Что скажешь, клыкастик? Год работы на человека стоит для тебя свободы?

— Проверяешь, насколько я адекватен и не брошусь ли на тебя при первом же дурном слове? — оскалив зубы, хмыкнул Назаг. — С этим ты малость опоздал, кнуты и дубинки охраны уже давно отучили меня кидаться на всех подряд. Да и слова о свободе выглядят заманчиво… Вот только чего мне это будет стоить? Для чего тебе понадобился боец?

— А тебе не все ли равно? Или… — рыбак постучал костяшкой пальца по металлической решетке. — Ты тут куда-то торопишься?

— Хех… Это верно, вот только тут среди рабов слушок прошел, что в Бирке культисты появились, демонов призывающие. И они покупают жертв для своих хозяев из Бездны, а мне не хотелось бы потерять на алтаре не только жизнь, но и душу…

— Вот как? Можешь расслабиться, я не из них. Собираю отряд для участия в заварушке с эльфами и готов предложить тебе такую сделку — я тебя выкупаю, год после этого ты служишь под моим началом, а потом можешь валить на все четыре стороны.

— Пустить кровь этим высокомерным остроухим ублюдкам, а сверху этого еще и на свободу выйти?! Ха! — орк довольно оскалился и прислонился к прутьям. — Когда начнем?

***

— Господин Мизар, есть еще один вариант, но он не слишком… Нормален.

Рыбак с тоской посмотрел на похудевший кошелек и тяжело вздохнул. Помимо орка он выкупил и нанял еще пару сильнурцев — Фьера и Фатли. Двое светловолосых и молчаливых близнецов были из пиратов, которых смог повязать во время абордажа один из купцов на севере, имевший слишком уж большую охрану. Суммарно все трое обошлись Мизару в четыре сотни желтых кругляшей — две он отдал за орка и по одной за каждого брата, и теперь у него оставалось всего сто золотых монет, не считая эльфийских, которые он решил придержать.

— В смысле? — не понял его рыбак.

— Проще показать… Идите за мной…

Зем завел рыбака за ряд клеток и молча указал на огромного серокожего мужчину, который черпал огромной деревянной ложкой варево из большого котла. Трехметровый гигант, также как и окружающие рабы был в одной лишь набедренной повязке, но в отличие от невольников на нем не было никаких оков.

— Привет! — верзила с глупой улыбкой он помахал им своей огромной четырехпалой ладонью и вернулся к прерванному приему пищи.

— Это… Что? — Мизар с опаской посмотрел на серокожего великана, один кулак которого был как его голова.

— Это — Тугок. — спокойно пояснил смуглый купец, для которого реакция парня не стала сюрпризом. — Он из лесных троллей, которые раньше жили в Великом Лесу. Эльфы в одно время почти истребили их всех до последнего, но часть смогла выбраться и расселиться по миру. Не смотрите на его размеры — в чаще Тугок двигается настолько тихо и незаметно, насколько это вообще возможно. Для войны с эльфами — прекрасный выбор! И он абсолютно послушный — я даже его не запираю, все равно никуда не убежит. Единственное — он немного…

— Тугок умный. — с важным видом покивал серокожий гигант.

— Э-э-э… Да. Как видите, одну фразу он все-таки смог запомнить. Но такие команды, как: Крушить, Отдых или Сторожить, он понимает. — видя неуверенность Мизара, торговец поспешил расписать все плюсы тролля в отряде. — В еде он неприхотлив, на марше не устанет, а уж какая экономия на доспехах — его кожу далеко не каждый обычный клинок возьмет! И я уступлю его вам всего за каких-то пятьдесят золотых!

— И в чем подвох? — с подозрением посмотрел на Зема рыбак.

— Эм… У троллей не самая лучшая репутация и многие предпочитают покупать орков — по силе те не слишком им уступают, зато ума на порядок больше. — вынужденно признался купец. — Поэтому я уже отчаялся его продать. Ну так что, берете?


home | my bookshelf | | Рыбак из Зеленых Холмов |     цвет текста   цвет фона