Book: Аптекарь Нерсес Мажан



Симонян Карен

Аптекарь Нерсес Мажан

Карен Симонян

Аптекарь Нерсес Мажан

Перевод Г. Петровой

УБИЙСТВО В "КАПЕЛЛЕ"

ВИЛАНК - четвертая планета двойной звездной системы Зугастра (см.

Галактический центр, сектор 276 ЛВ). Среднее расстояние между центрами тяжести светил 7,211 астрономических единиц... Средняя скорость орбитального движения 56,72 км/сек... Время полного оборота вокруг оси - 30 ч., 12 мин., 15,7 сек. ...Имеет один спутник...Планета обнаружена в 5762 г. Дж. Виланком

(см.). Заселение ее проведено спустя 257 лет. В секторе 276 ЛБ известна как лучшее

место для отдыха.

Лоуэлл А.- Полный галактический справочник, том 128 (137-е дополненное

издание Бенедикт, 9827 г.).

ГЛАВА ПЕРВАЯ

По залу поплыл голубой звон дверного колокольчика.

Нерсес Мажан поднял голову. В аптеку вошла посетительница. Даже не взглянув на застекленный сектор, где принимались рецепты, девушка прошла в конец зала и села за столик. Видимо, ей показалось, что в аптеке никого нет, поскольку стеклянная перегородка снаружи была непрозрачной.

Аптекарь лопаткой бросил на чашу весов еще немного порошка. Длинная блестящая стрелка замерла точно посредине шкалы.

Пересыпав содержимое чаши в гильзу и спрессовав его, Нерсес Мажан получил цилиндрическую таблетку. В городе на них большой .спрос: приезжие, отдыхая и пускаясь в ненасытный водоворот развлечений, щедро пользовались этими таблетками. Пожалуй, они служили основным источником доходов аптекаря Нерсеса Мажана, если не считать бара, где обычно .хозяйничал Нестор.

Опустив таблетку в пакетик, Персее Мажан машинально посмотрел на часы. Было без двадцати три. Удивительно!

Он еще раз взглянул на девушку, которая вполголоса заказывала что-то подошедшему Нестору. "Беспечный зефир росистого луга",- вспомнилась Мажану строка из старинного стихотворения.

Впрочем, девушка не так уж и беспечна, как ему показалось вначале. На ее лице проглядывали тщательно скрываемые тревога и озабоченность.

Появление посетительницы было неожиданным. Нерсес Мажан не помнил, чтобы в этот час кто-нибудь хоть раз зашел в аптеку не за лекарством, а просто посидеть за столиком и подумать о чем-то своем. Хорошо, что Нестор привык ничему не удивляться и, подав девушке сок и малиновое мороженое, не отправился к Мажану в рецептурную делиться своим недоумением.

Пробежав глазами следующий рецепт, аптекарь протянул руку к весам и тут .же забыл о странной посетительнице: сочетание веществ в таблетках у каждого заказчика свое, особое.

Нерсес Мажан отвлекся от работы только тогда, когда зашло синее солнце, отчего и аптека, и улица Большого Пса, и весь город с его предместьями сразу словно бы перенеслись в оранжевую сказку.

Прохожие заулыбались. А кое-кто, даже по-приятельски подмигнул оказавшемуся в центре небосвода оранжевому светилу, нарядные золотые лучи которого протянулись к самому горизонту, волшебно раскрасив все вокруг и немедленно отозвавшись в душах беспокойных гостей Виланка.

И от улыбок людей родился магический вечер.

Нерсес Мажан вышел в аал и поднял штору высокого окна. Незаметно он бросил взгляд на девушку, сидящую в глубокой задумчивости, но девушка не обратила на него никакого внимания.

Она сосредоточенно смотрела на малиновое морожедое в вазе, уже растаявшее и позеленевшее в оранжевом свете.

Сок она тоже едва лопробовала еще три часа назад, когда Нестор подал его вместе с мороженым.

В общем-то в ее безразличии к маленькому румяному светилу, возвестившему наступление вечера с веселыми празднествами и разнообразными развлечениями, не было конечно же ничего особенного, и Нерсес Мажан, покачав головой, вернулся за перегородку и вновь сосредоточился на своих весах.

Улица все более оживала. И вскоре в аптечном зале то и дело звенел колокольчик, началась обычная вечерняя сутолока, все заполнилось монотонным гулом посетителей.

Нерсес Мажан встал, отставил стул и накрыл стол стеклянным колпаком наступило время Нестора, он мог отдохнуть.

Кроме случайных туристов, торчащих по вечерам в баре, у Нестора были и свои завсегдатаи. Их было немного, но они приходили каждый вечер, усаживались поудобнее и неторопливо потягивали маулийский кофе, наслаждаясь его неповторимым вкусом и ароматом.

Этот странный густой напиток любили на Виланке, и потому кофейные плантации на Мауле всегда содержались в идеальном порядке, а транспортные звездолеты, прибывающие туда из разных концов Галактики, иной раз по нескольку дней кружились над космодромами планеты, ожидая очереди на посадку.

Выйдя в зал, Нерсес Мажан поискал взглядом девушку.

Он бы удивился, не увидев ее в глубине зала.

"Впрочем, какое мне до нее дело?" Обызно Мажана не интересовали посетители. Как правило, в этот час в зале собирались похожие друг на друга туристы, прибывавшие с планет системы Зугастра, с Маула, Рамзеса, из созвездия Орион, их влекло на галактические дороги неодолимое желание утопить свои дни, недели и месяцы в водовороте виланкской жизни. И это им обычно удавалось.

Девушка, похоже, тоже принадлежала к числу туристов.

Одета она была довольно смело, как и другие молодые женщины в зале, ее полуобнаженное тело покрывали символические узоры, идущие от левого плеча к талии - типичные для жительниц планеты Тосп.

Нерсес Мажан пожал плечами, удивляясь своему упорному интересу к посетительнице.

"Что мне до нее?" И все-таки он пробивался сквозь лабиринт столов. У двери на второй этаж Мажан чуть не столкнулся с Нестором, держащим в руках поднос. Тот молча, глазами, показал ему направо.

Нерсес понял старика и обернулся. Взгляды аптекаря и. девушки встретились. Смутившись, он застыл на какоето мгновенье, но уже в следующую минуту, словно бы вспомнив о чем-то очень важном, деловито поднимался по винтовой лестнице, В просторной комнате, устланной мягкими красноватосиними шкурками кикенов, он сбросил белый халат и с наслаждением растянулся на полу.

Привычный отдых на шкурках кикенов составлял одно из постоянных маленьких удовольствий его размеренной жизни. Другой радостью были сигареты, ввозимые из созвездия Скорпиона. Они успокаивали утомленный однообразной работой мозг, наполняли свежей энергией усталые мышцы.

Нерсес Мажан закрыл глаза.

Взгляд этой девушки в зале... Что в нем было? Печаль?

Вопрос? Усталость? А может быть, просьба о помощи? Что?

"Меня это не касается!" Грустная и озабоченная... Почему?

"Черт побери! Это меня совсем не касается!" Зашла в аптеку еще днем и до сих пор сидит.

"Ага, знаю... "Беспечный зефир росистого луга"... Впрочем, какое мне дело до ее печалей и забот?" ...Годы спустя его спросят: с чего все это началось?

И он примется вспоминать: "Лежа на полу, я курил... Был самый обычный вечер. Я и сейчас люблю курить на полу. Затем вошел Нестор... Значит, уже ночь, и посетители .разошлись. И все-таки .спросил его, не. осталось ли кого внизу? Прежде я не задавал ему таких вопросов".

Нестор сказал: - Почти никого.

- Почти?..

За окном смеркалось. Луна наползла на оранжевый диск.

В темном небе появились звезды.

- Ты уже запер дверь?

И Нестор сдался

- Сидит,- проворчал он.- Похоже, мы этой ночью вообще не будем закрываться.- И тут же, словно невзначай, спросил: - Когда ты уезжаешь? Снаряжение готово.

Этот его вопрос сыграл роковую роль. Так, по крайней мере, будет думать спустя годы Нерсес Мажан.

Ведь именно тогда, впервые за много лет, он без какихлибо серьезных причин отказался от охоты на кикенов. Почему? Ведь не для того же, чтобы полюбоваться, как с лица старика исчезла фараоновская улыбка и уступила место растерянно-глуповатому выражению.

- Я вообще не поеду. Верни снаряжение... Пригодится кому-нибудь,спокойно сказал Нерсес, неторопливо потушил сигарету и поднялся.- Я иду в зал.

Нестор хотел было последовать за ним, но остановился на лестнице и, глядя вниз, пробормотал: - Люди всегда непонятны.

Подняв на аптекаря беспомощный, несмелый, словно бы выжидающий взгляд, девушка улыбнулась.

- Меластра,- начал было Нерсес Мажан... и замолчал.

- Я сейчас уйду,- поднялась девушка, по-своему истолковав его молчание.

- Нет... почему же? - воскликнул Нерсес.-Сидите, сидите! Я хотел предложить вам мауллйский кофе. Пробовали? Некоторым он, правда, не нравится. Наверное, дело привычки... Нестор... две чашки маула!

Девушка покачала головой, как бы отказываясь, и Нерсес поспешил добавить:

- Я хочу вас угостить... Вы давно в нашем городе, меластра?

- Да... Мне у вас нравится. Однако уже пора.

Нерсес сел за столик напротив девушки.

- Спасибо,- улыбнулась она.

- Если вы задержитесь в нашем городе, - сказал Нерсес Мажан,- и если вам понравился мой бар, мне будет приятно видеть вас здесь почаще.

Ее большие темные глаза стали грустными.

- Спасибо, меластр. Но я скоро уезжаю. Если не случится ничего неожиданного.

- А может, оно уже случилось?

Девушка испуганно оглянулась, губы ее задрожали.

- Вы думаете, уже случилось?

- Ну конечно,- рассмеялся Нерсес Мажан.-Думаю, я и есть это неожиданное?

Бесшумно ступая, подошел Нестор и поставил перед ними чашки c густой темной, жидкостью.

Девушка обвела невидящим взглядом просторный пустой зал и, дождавшись, когда Нестор отошел, спросила: - Значит, я вам нравлюсь?

Нерсес Мажан кивнул головой и, чтобы скрыть смущение, принялся энергично помешивать стеклянной палочкой кофейную массу в своей чашке.

Девушка накрыла ладонью его руку; - Хочешь, мы проведем эту ночь вместе?

Мажан почувствовал себя задетым.

- Ты одна на Виланке? - спросил он, делая вид, что не слышал ее последних слов.

- Сейчас уже да.

"Какой странный ответ... Она конечно же не из тех искательниц приключений, что путешествуют по космосу с планеты на планету в погоне за призрачными удовольствиями".

- Где же ты остановилась?

- Сегодня здесь, - девушка слизнула кофе с кончика палочки. - Очень вкусно.

- А вчера?

Девушка напряженно рассмеялась:

- Разве это так важно? Важно, что я одна. С полудня. И хочу пораньше уехать. Могло мне надоесть на Виланке?

- Конечно.

- А эту ночь я бы хотела провести с тобой. Я ведь тебе нравлюсь?

Нерсес Мажан ничего не ответил. Он так сосредоточенно помешивал кофе, словно забыл обо всем на свете.

Нерез приоткрытую входную дверь было слышно, как сквозняк играл дверным колокольчиком. Его усталые жалобные позвякивания заставляли девушку испуганно вздрагивать.

- Меня зовут, Урсулой,- прервала она молчание, наверное, чтобы втвлечься от назойливого звона.

Звуки плавали по комнате, окрашивая ее в разные цвета радуги, парили в воздухе и затухали, вытесняемые новыми волнами звуков.

- Называй меня Улой,- предложила девушка.- Я люблю, когда близкие зовут меня Улой. И пожалуйста, прикрой дверь или отключи колокольчик.

Нерсес Мажан поднялся, подошел к двери и запер ее на задвижку.

- И близких у тебя было немало, а? - усмехнулся он, садясь возле девушки. - Впрочем, меня это не касается... Пей кофе, это успокаивает.

Час был поздний. Город погрузился в сонную полутьму, из окон бара виднелся черный небосвод, звезды, рассыпанные по небу, напоминали беспорядочно разбросанные обломки многих солнц. От них исходил холодный, неживой свет.

- Пей же,-настаивал Нерсес Мажан.-Ты чем-то удручена и расстроена. Я заметил это еще днем, едва ты вошла... Выпей... Кофе снимает усталость.

Мелкими глотками девушка принялась пить маулийский кофе, украдкой поглядывая на Мажана удивительно большими темными .глазами.

Кофе и в самом деле помог. Урсула отодвинула пустую чашку и нежно прикоснулась к руке аптекаря.

- Обещаю тебе несколько часов блаженства,- сказала она.- Даже твой кофе не сравнится с тем, что ты почувствуешь со мной. Почему ты молчишь? Может, ты и в самом деле есть то непредвиденное? Уведи же меня, меластр... Ну!.. О чем ты думаешь? Ты чего-нибудь боишься?

Он осторожно вытащил руку из-под холодных пальцев Урсулы.

- Но ты как будто... собиралась уйти?

- Да нет, зачем мне уходить? Когда ты подошел, я подумала, что тебе надо закрывать бар... Меластр, уведи же меня!

Он встал: - Пойдем.

- Пойдем.

...В гостиной второго этажа она села на диван и с наслаждением откинулась на спинку.

Аптекарь стоял перед ней.

- Твой Нестор, как видно, сердит на весь мир?

- Да- И давно?

- Всегда его помню таким.

- И злость не мешает ему спать ночью?

- Он вообще не спит, - сказал Нерсес Мажан.

- Да ты садись...

Девушка забралась на диван с ногами и блаженно прикрыла глаза.

- Устала,- виновато вздохнула она.

Он сел в кресло напротив.

- Сядь ближе... Я даже не знаю, как тебя зовут.

- Нерсес, Нерсес Мажан.

- Нерсес...- повторила она и тихо засмеялась.- Как здесь спокойно!

Нерсес Мажан подумал, что он не может оторвать глаз от этой едва знакомой девушки. И что символические спирали, идущие по головокружительно белому телу от плеча к талии, волнуют его. Никогда еще никто не вызывал в нем такого восхищения и интереса.

- Ты хороший,- произнесла Урсула.

- Благодарю, меластра.

- И еще вполне молодой.

- Да, меластра. В этом мое несчастье.

- Почему?

- Люди ставят это мне в вину.

- Особенно женщины?

- Порой они тоже.

- Ты когда-нибудь видел мертвого человека? - спросила она. И вдруг прикрыла рукой обнаженную грудь.- Почему ты так смотришь?

- Случалось пару раз,- произнес он хрипло.

- Что случалось?

- Видел мертвых.

- Да? - На ее лице опять промелькнул страх.- Сядь ко мне. А почему ты вспомнил об этом?

- Мне показалось, ты меня спросила... Меластра, здесь совершенно безопасно.- Нерсес Мажан обвел вокруг руками.- Можешь сегодня переночевать у меня. А если нужно, и завтра. И послезавтра. Сколько угодно.

- А как же Нестор?

- Он мой лучший друг. Даже больше, чем друг, он - память моего рода.

- Память рода? - повторила Урсула,- Это недостижимая мечта... А у меня нет рода,- виновато вздохнула она.

- Ну чтo же. Сейчас многие не имеют рода... Нестор приготовил для меня комнату напротив.

- А ты?

- Я привык к своей.

- Я всегда мечтала побыть хотя бы недолго одной... Совершенно одной... Нерсес, ты просто удивительный человек... И знаешь, почему ты такой?.. Потому что в тебе живет память предков. Поверь мне, я не ошибаюсь.

- Думаешь?..- Нерсес. слышал, как гулко пульсирует кровь в его висках.Ну, отправляйся спать, время позднее.

- Я даже не знаю, кто мои родители.- Девушка забыла, как смутил ее недавно взгляд Нерсеса, и опять приняла удобную непринужденную позу.- Я родилась на планете Варвукс, понимаешь?

Нерсес Мажан кивнул.

Он никогда не слышал о Варвуксе. Видимо, это далекая и большая, планета.

- Я всего-навсего дочь Варвукса,- с каким-то отчаяньем повторила она.

- Поздно уже,- не зная, что сказать, произнес Нерсес Мажан.- Тебе нужно успокоиться.

- Откуда ты знаешь? - спросила Урсула. - Я действительно иногда принимаю специальные лекарства.

- Не сомневаюсь.

Она неуверенно посмотрела на Мажана. Потом неохотно поднялась, потянулась, положила руки да затылок, ничуть не заботясь о своей прическе, замысловатость которой удивила Нерсеса при первой встрече.

- По утрам я сплю долго,- предупредила девушка.

- Тебе никто не помешает.

Нерсес Мажан распахнул перед ней дверь в комнату.

На пороге Урсула замешкалась:

- Ты слишком поглощен своей работой... Ты всегда такой?

- Не знаю. Наверное... Доброй ночи.

- Это очень важно, - улыбнулась девушка.

- Что?

- Чтобы ночь была доброй.

- Пожалуй.

- И еще ты великодушен. Наверное, я тебе давно надоела, а ты кротко терпишь.

- Терплю? Почему же? Нет!

- Терпишь, терпишь,- сказала девушка и прижалась к Мажану.- Ведь я все время болтаю глупости. А добрая ночь мне важна потому, что... по-моему, уже часов восемь меня разыскивает ПОСИЗУ[ПОСИЗУ - полиция]. Если, меня найдут здесь, полиция обвинит тебя в укрывательстве. Но ты не пугайся, дорогой. Ты ведь ничего не знал об этом. Я тебе не сказала, верно?.. Меня найдут, как ты думаешь?

- Найдут,-вздохнул Нерсес Мажан.

- И я так думаю... Но если не найдут., - Оставайся здесь сколько хочешь,- сказал Нерсес и легонько подтолкнул ее в комнату.- Спокойной ночи!

Не оглядываясь, он торопливо прошел через гостиную прямо к себе в спальню. На полу слабо мерцали шкуры кикенов. Мажан прилег на них, вытянулся. Нужно было разобраться в происходящем, унять лихорадочную суету мыслей, сосредоточиться на том, что же нужно делать дальше?

Но не прошло и нескольких минут, как раздался звон колокольчика. Нерсес приподнялся на локте и, напрягая слух, попытался расслышать, что делается на нижнем этаже.

Ощущение времени, казалось, покинуло его. Он не мог понять, прошли ли с той минуты, как умолк колокольчик, мгновения или целая вечность Убедившись, что так, в сомнениях, он все равно не заснет до самого утра, Нерсес Мажан поднялся и стал медленно одеваться.

Дом был погружен в тишину.

Нерсес толкнул дверь в гостиную и увидел в центре комнаты Урсулу.

- Не спала? - шепотом спросил Нерсес.

Она покачала головой.

- Что тебя побеспокоило?

Она опустила голову, словно стесняясь в чем-то признаться.

- Мне послышался шум,- едва шевеля губами, сказала девушка.-Как будто это был...

- По-твоему, полиция?

- Полиция?..- она заколебалась.- Да, наверное, полиция.

- Ты убила человека? - спросил вдруг Нерсес Мажан и ужаснулся своего вопроса и возможного на него ответа.



- Я?..-Урсула отрицательно покачала головой.

- В чем же тогда дело? - закричал Нерсес Мажан.Ну, говори!

- Это он,- прошептала девушка и разрыдалась,- Он убил. Но ПОСИЗУ разыскивает меня. Я уверена, уверена, что меня ищут.

Нерсес Мажан не знал, что делать. Он ничего не понимал.

И все-таки именно он должен решить, как быть дальше, и успокоить девушку.

- Иди-ка спать, Урсула. Ты напрасно думаешь, что полиция тебя ищет. Ты же сама сказала, что никого не убивала. Просто у тебя расшалились нервы. Утром все выяснится... И станет легче. А кто он такой?

Урсула молча повернулась и скрылась за дверью своей спальни. В мутной полутьме гостиной резко щелкнул замок.

Нерсес спустился вниз. В прихожей он накинул на себя плащ и уже хотел выйти на улицу, как вдруг замер: в глубине прихожей ему почудилась чья-то фигура. Он тихо окликнул:

- Нестор?

Никто не ответил.

Нерсес почувствовал, как ладони его стали мокрыми.

Он сделал несколько шагов и остановился, услышав за собой голос Нестора:

- Ты звал меня?

Не отрывая взгляда от неподвижной фигуры, Нерсес Мажан сказал:

- Я ухожу, Нестор. Часа на два. Не беспокойся, пожалуйста. Ты слышал звонок?

- Видно, случайный прохожий,- ответил Нестор. - Когда я открыл дверь, там уже никого не было. Похоже, кто-то развлекается...

- Развлекается? - сердито переспросил Нерсес.- А тебе не кажется, что в аптеке есть кто-то посторонний?

- Нет,-ответил старик, проследив за его взглядом. - Человек стоит снаружи, а это только его тень.

Нерсес облегченно вздохнул, еще раз посмотрел на неподвижный силуэт, застывший на стене, и вышел на улицу.

Сделав несколько шагов, Нерсес наткнулся на хозяина тени, неподвижно стоящего возле фонарного столба.

Не скрывая своего любопытства, Мажан обошел вокруг странного незнакомца, однако не был удостоен внимания. Человек стоял, неподвижно и глядел в сумрачное небо.

- Устанете, меластр, - не выдержал Нерсес Мажан.

Человек только искоса взглянул на него.

- Если дожидаетесь какой-нибудь меластры, то будьте уверены, что она не придет, - Мажан подумал, что он с удовольствием говорит все это незнакомцу, словно мстит ему за свой недавний испуг. - Она, видно, пошла с другим. Только зря прождете всю ночь. Время пройдет намного приятнее, если вы сумеете отвлечься и перенесетесь мысленно в чужие воспоминания. Иной раз попадаются весьма увлекательные, особенно когда их владельцы много путешествовали.

Незнакомец недружелюбно выдавил сквозь зубы: - Уйди, ты мне мешаешь.

- Может, хотите увидеть восход Синего Солнца? - предположил Нерсес Мажан.- Так это произойдет не скоро. Замерзнете!

- Меластр! - с угрозой в голосе произнес незнакомец.

- Сейчас уйду, - пообещал Мажан.- Только, будьте добры, станьте подальше. Ваша тень падает прямо на стену прихожей в моей аптеке. И это не очень приятное зрелище.

Незнакомец послушно сделал несколько шагов в сторону.

- Спасибо,- произнес Мажан.- Я вас больше не побеспокою.

- Меластр!..

Мажан оглянулся с недовольным видом.

- Ты аптекарь?

- Да. Но рецепты принимаю только в первой половине дня.

- Это улица Большого Пса?

- Да... А кого вы ищете?

Незнакомец замялся.

- Разве я сказал, что ищу юого-то?

- Нет.

- Верно, не сказал.

Нерсес ждал. Незнакомец стоял перед ним, погруженный в раздумье, и молчал.

Аптекарь собрался было идти дальше, как вдруг человек схватил его за рукав плаща.

- Меластр, говорят, что тот, кто встречает восход Синего Светила на вашей планете, теряет память и как бы рождается заново. Это правда?

- Возможно, - уклончиво ответил Мажан. Он вдруг понял, что происходит с этим человеком. И ему стало жаль его.- Вы в самом деле решили встретить Синее Светило? Напрасно... Это все пустая болтовня. Поверьте моему слову. Эти слухи распространяются, чтобы люди не слишком безрассудно предавались развлечениям и ложились в постель до рассвета.

- Да? - недоверчиво спросил незнакомец.

- А вы что, не дорожите своими воспоминаниями?.. Тогда продайте их, наверное, можно найти приличного покупателя.

Незнакомец ничего не ответил, только глубже втянул голову в плечи.

Человек этот начал интересовать Мажана. Под рассеянным светом уличного фонаря он внимательно оглядел его.

Незнакомец был невысокого роСта, ему было, видимо, лет сорок, правильные черты его лица искажало застывшее выражение озабоченности и страдания, и даже фигура в сумерках казалась скорбной.

В конце улицы появился человек, он медленно приближался к ним.

Незнакомец испуганно огляделся по сторонам и лихорадочно прошептал:

- Неудобное место мы выбрали, меластр... Не лучше ли зайти в бар?

И почти насильно потащил за собой Мажана.

Соседняя улица оказалась едва освещенной. Жизнь в городе словно бы угасла, улицы стояли пустые и молчаливые.

Но тишина была обманчивой. И Нерсес Мажан знал это.

В тавернах и игорных домах, в винных погребках и гостиницах кипела жизнь: люди, прибывавшие на Виланк с близких и далеких планет Галактики, проводили свои счастливые, сумасшедшие часы. Одни черпали беззаботное веселье в вине, другие предпочли горячащий азарт игорных столов, третьи искали радостив утехах любви, пытаясь, насколько возможно, растянуть время.

КАПЕЛЛА, КАПЕЛЛА, КАПЕЛЛА.

Красным, желтым, синим.

Желтым, синим, красным.

Скользя по фасаду здания снизу вверх, сверху вниз, по диагонали, цветные буквы сливались в слово "Капелла".

Нерсес, Мажан машинально зашагал к этим ярким бегающим буквам.

- Здесь поблизости есть кабачок,- вдруг заговорил незнакомец.- Там нам никто не помешает.

Мажан удивленно покосился на него, задумавшись, он почти забыл об этом человеке и уж совершенно точно не собирался продолжать свое знакомство с ним. Но вслух он вежливо произнес:

- Извините, .меластр... По ночам я редко выхожу из дому. А когда выхожу, предпочитаю выпить пару коктейлей в подвале "Капеллы".

Незнакомец опять торопливо поглядел в разные стороны и, словно удостоверившись, что за ним никто не следит, сказал:

- Меластр, в полдень в "Капелле" произошло убийство. Там теперь шныряют полицейские.

- Меня это не касается,- пожал плечами Мажан. - Кроме того...- он вдруг осекся. "Если меня найдут здесь, полиция обвинит тебя в укрывательстве",всплыло у него в памяти.

Незнакомец не обратил внимания на то, что Мажан внезапно замолчал. Он шел все так же быстро, и аптекарь машинально следовал за ним.

Напряженно и торопливо проскочив цилиндрическое здание гостиницы "Капелла", квартала через два они остановились перед скромным двухэтажным зданием таверны. Эта ионная встреча теперь предстала перед Мажаном в новом свете.

- Послушайте, меластр, не вы ли это недавно звонили ко мне в аптеку? спросил он, прежде чем войти внутрь.

- Может быть,-буркнул незнакомец...-Мне были нужны таблетки... Ну, а потом я прочел на двери объявление, что по ночам заказы не принимаются. Что же вы стоите? Прошу. Отличное место! Я бываю здесь довольно часто... Прошу...

Таверна с первого взгляда понравилась Нерсесу Мажану: мягкий, теплый полумрак, небольшой тесноватый зал, некрашеные деревянные столы и грубо обструганные стулья, на полу расстелены циновки; какие-то вьющиеся растения с длинными листьями тянулись к свету, пробиваясь в щели между шероховатыми камнями стен. Посетителей было много, и в зале не утихал монотонный гул.

Незнакомец с уверенностью завсегдатая провел Мажана в следующий зал, еще меньше, но в остальном ничем не отличавшийся от первого. После извилистого темного коридора с несколькими, полураскрытыми дверьми, через которые они прошли, в комнате показалось светлее, чем было на самом деле. Столик в углу был свободен.

- Это мое любимое место,- заметил незнакомец и предложил аптекарю сесть.

Нерсес Мажан осмотрелся и подумал, что нарочитая изысканная простота и скромность таверны потребовала, должно быть, немалых средств. Впрочем, все это наверняка с лихвой окупается доходами от посетителей, которым наскучила назойливая роскошь комфортабельных современных гостиниц.

Да, конечно же незнакомец не новичок в городе. Видимо, он проводил на Виланке не первый свой отпуск. Вначале предпочитал дорогие гостиницы и рестораны, потом они, наверное, ему надоели, и он нашел эту таверну.

За соседним столиком напротив Мажана сидели двое.

Мужчина, подперев рукой голову и полузакрыв глаза, дремал. Рядом сидела женщина. Одета она была крайне просто, в черное с закрытым воротом платье, что, впрочем, гармонировало с обстановкой бара Время от времени мужчина, нащупывая рукой бокал с вином, делал глоток, не без труда отыскав собственный рот.

- Что желаете? - неслышно подойдя, спросил официант.

- Какой-нибудь коктейль,- ответил Мажан и вопросительно посмотрел на незнакомца.

- Да, коктейль, - согласился тот.

- Имеется "Шея кикена", "Верблюжий горб", "Пылкая красотка с Рамзеса", "Синее Светило", "Легендарная Земля", а также...

- "Синее Светило",-прервал его незнакомец.

- А мне "Легендарную Землю"...-выбрал Нерсес Мажан.

- В таком случае и мне "Легендарную Землю".

- Что еще? - спросил официант.

- Пока все,- улыбнулся Нерсес Мажан. А когда официант отошел, проговарил вполголоса: - Кстати, меластр, людям не мешало бы время от времени вспоминать легенды о3емле. Как, по-вашему, будит этот напиток какие-нибудь воспоминания в людях?

- Сейчас узнаем, - пошутил незнакомец.

Официант поставил на стол высокие прозрачные бокалы и, бесстрастно глядя на аптекаря, произнес:

- Нет, не будит. После первого бокала забывают даже то, что знали. Это наш самый крепкий коктейль, все его компоненты натуральные... Если верить преданию, именно такой коктейль делали на Земле... Но кто знает?.. Прошу вас.

Когда они опять остались одни, незнакомец, не глядя на Мажана, сказал с робостью:

- Я же говорил, что здесь хорошо. - Он сделал паузу и, немного поколебавшись, признался: - Вчера вечером я проиграл все свои деньги и...

Нерсес Мажан поднял бокал.

- Пустяки, - сказал он,- я угощаю.

- Неужели Земля действительно существовала? - спросил незнакомец, пытаясь скрыть неловкость.- Чего только иной раз не придумают люди!

Нерсес Мажан ничего не ответил.

Женщина за соседним столом поймала его взгляд. Она улыбнулась и с показной иронией поглядела на своего дремлющего соседа.

После нескольких глотков коктейля по телу Мажана разлилось приятное тепло. Он вновь посмотрел на женщину.

На теперь она сидела, скромно оиустив глаза, и быстрыми движениями длинных пальцев вертела стоящую на столе вазочку.

"Где я ее видел?" Мажан тряхнул головой, мысли его уже получили полную свободу, начали неистовую, суматошную игру. И ему не хотелось останавливать ее, он улавливал в глубинах своего сознания какое-то приятное пробуждение.

- Может, ты думаешь, меластр, что у меня не свои собственные воспоминания? - аптекарь пришел в себя от глухого негромкого голоса незнакомца.

- Меня зовут Нерсес Мажан.

- Нерсес, я с детства предпочитал иметь пусть немногое, но свое. Теперь, когда за плечами почти четыре десятка, оказывается, я имею немало. Но сейчас я бы с удовольствием продал свое богатство.

- В самом деле?

- Да, если только найдется хороший покупатель. Может, ты купишь? - И, видя, что Мажан не отвечает, продолжил: - Тал помоги мне! Ты со многими общаешься... Предложи своим клиентам. А что касается полагающихся тебе процентов, я торговаться не буду.

"Где я ее видел?" Нерсес посмотрел на женщину в черном. Та кивнула. Не поняв ее движения, Нерсес пожал плечами.

- Двадцать процентов тебя устроят?

- Почему ты хочешь продать свои воспоминания? - спросил аптекарь.

- Я же сказал - проигрался вчера вечером... А мне деньги нужны, чтобы улететь с Виланка.

- Собираешься уезжать без воспоминаний? Другим человеком?

- Пока решил так... Но когда продам... Кто знает, может, тот, другой, не захочет уезжать... Мой долг, Нерсес, оставить ему наследство. С.деньгами в кармане он может смело и уверенно начать новую жизнь. Разве я не в ответе за него?

- Ладно, я помогу, - пообещал Нерсес Мажан.

"На кого она похожа?" Женщина отодвинула стакан и встала.

- Не знаю, как выразить мою...-незнакомец от волнения не мог договорить. Потом пробормотал: - С удовольствием дам тебе двадцать пять процентов.

- Забудь о процентах,- сухо произнес Нерсес Мажан. - Я даю тебе деньги. Взаймы.

Незнакомец побледнел.

- Нет, Нерсес. Я не думаю, что...

- Можешь не возвращать их,- небрежно сказал Нерсес Мажан и потянулся к нагрудному карману.

- Постой, - незнакомец, задохнулся от волнения. - Я должен избавиться от своих воспоминаний!

За соседним столиком теперь сидел один мужчина. Приоткрыв мутные глаза, он обвел комнату равнодушным взглядом, опрокинул в себя содержимое бокала и, уронив голову на руки, опять погрузился в сладкую дремоту.

- Теперь это неизбежно, - в уши Мажану вползал монотонный глухой голос незнакомца.-Воспоминания стали для меня тяжелым грузом. Я даже договорился сегодня с меластром Теофилом. Он охотно согласился, но при условии что я сам найду покупателя и возьму на себя все формальности по продаже.

- Кто такой меластр Теофил?

- Бакалейщик... Но иногда занимается операциями по перепродаже воспоминаний.

Мажан поискал взглядом женщину в черном платье, но ее уже не было в зале.

По-видимому предположив, что аптекарю может быть нужен именно он, с готовностью подошел официант.

- Что угодно?

- Повторите, - попросил Нерсес Мажан.

- Завтра вечером я зайду к тебе в аптеку, - сказал незнакомец;

В соседнем зале женский голос, сопровождаемый маленьким оркестром, пел о Виланке, планете, которая кувыркается в центре Галактики и приглашает к себе всех, кому надоела однообразная жизнь, кто хочет заполнить свою душу страстной, безмятежной любовью, любовью... А если эта любовь почему-то запаздывает, не нужно тревожиться: каждый на Виланке рано или поздно находит свою "любовь, любовь, любовь" - хором вторили, притоптывая в такт, сидевшие в зале.

В дверях появилась женщина в черном платье. Издали она снова улыбнулась Мажану.

- А ты любил кого-нибудь? - спросил незнакомец, принимаясь за второй коктейль.- То, о чем здесь поют, не имеет ничего общего с любовью, уж поверь мне.

- Верно, - сказала женщина и остановилась возле их столика.-Можно мне присоединиться к вам?

"Не слишком ли мнош новых персонажей для одного вечера? Но где же я ее видел?"

- Сделайте одолжение, меластра! - произнес Нерсес Мажан вслух.

Женщина седа.

- Может, вы уже собирались уходить?

- Нет, почему же... меластра.

- Я смотрела на вас и удивлялась, - заметила она, по-прежнему улыбаясь. - Неужели у вас нет подружек? Обычно сюда приходят не в одиночку... А может, вы переживаете мужское горе, которое можно утопить в коктейле "Легендарная Земля"? Меластр,- обратилась она к незнакомцу,-вы остановились в "Капелле"?

После некоторого колебания тот кивнул головой.

- Ну конечно же, - сказала женщина, - я видела вас там с прехорошенькой меластрой. Где же вы ее потеряли?

- Почему вы думаете, что я ее потерял?

- Иначе вылришли бы сюда вместе с ней. Как прежде. Не так ли? И вы не знаете, где она?

Незнакомец не ответил.

- Так знаете или нет?

За столом, воцарилось молчание. Удивительно: ни шум, ни музыка в соседней комнате не нарушали наступившей вдруг странной тишины.

Нерсес поставил на стол стакан с коктейлем. В зале было душно. В тишине он слышал удары собственного сердца.

- Мы что-то засиделись, - выдавил Нерсес Мажан и бросил на стол несколько монет.

- Конечно, - согласилась женщина и улыбнулась Мажану.- Вы проводите меня? - Неожиданно обратившись к незнакомцу, она сказала:-Сегодня в "Капелле" совершено убийство.

- Да.

- А вы знали убитого?

Незнакомец весь сжался, так же, как недавно на улице Большого Пса, когда стоял с Мажаном под рассеянным светом фонаря.

- Вы знали убитого, Оскар? - переспросила женщина.

- Да,-ответил незнакомец. - Он был моим карточным партнером.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Торговец овощами, ежедневно рано утром толкающий свою тележку по улице Веселого Зайца, с недоумением уставился на Нерсеса Мажана. Ни разу в этот час он никого здесь не встретил.

Торговец что-то пробормотал себе под нос, и его тележка, впервые отклонившись от прямого пути, описала дугу и обошла Мажана.

Где-то вдали улица Веселого Зайца сливалась с горизонтом, горевшим в этот ранний час фиолетовым пламенем.

Стук колес тележки по булыжникам мостовой вскоре замер. Мажан продолжил свой путь вниз по улице. Двухэтажные домики, мимо которых шел Мажан, были окружены небольшими палисадниками. Улицу недавно поливали, мостовая блестела, отражая тончайшие переливы фиолетового рассвета. С тротуаров сбегали резные маленькие ручейки.

У дома менялы на углу улицы Нерсес Мажан остановился. Утреннее благоухание пробуждающегося сада пьянило его. Оглушительно перекликались пестрые птицы.

...Птичий гомон, как всегда, облегчил душу человека, даже такого, для которого вечер и ночь слились в холодный водоворот неожиданностей.

Соседний переулок сворачивал на улицу Большого Пса.

Мажану захотелось вот так, стоя, послушать пение птиц. Но в это вр.емя в ромбовидном окне второго этажа показалось встревоженное, полное любопытства лицо жены менялы, и он решительно зашагал прочь. Отойдя на десяток шагов, Нерсес обернулся. Теперь уже вслед ему из окна обеспокоенно глядели и жена менялы, и сам меняла.



Нерсес ускорил шаги.

Он шел, напряженно размышляя над тем, какая роль будет отведена ему в создавшейся ситуации. Здравый смысл рекомендовал держаться подальше от этого дела или, в крайнем случае, отнестись к происходящему безучастно: он ведь действительно для них человек посторонний. Но Нерсес понимал, что такое решение камнем ляжет на его совесть и долго, может, всю жизнь, будет тревожить его, принося мучения. И все же он не был уверен и в том, что его вмешательство сможет изменить что-то в этой запутанной истории.

Спустя годы иногда он будет припоминать ощущение неуверенности и нерешительности, овладевшее им, когда он свернул влево на улицу Веселого Зайца. При этом Нерсес будет испытывать радость, знакомую художнику, когда после длительного угнетающего бездействия он вдруг ощутит в себе нарождающиеся неизбывные творческие силы.

А пока аптекарю Нерсесу Мажану предстояло принять важное решение, от которого, как ему казалось, зависела его дальнейшая жизнь. Домой идти не хотелось: там его будут отвлекать и старик Нестор, давно равнодушный к жизненным перипетиям, и девушка Урсула с символическими узорами на высокой груди, девушка, которую разыскивает ПОСИЗУ.

Расстояние от зала на втором этаже таверны, где они сидели с женщиной в черном платье, до конца улицы Веселого Зайца он прошел неспешно, пытаясь найти самое верное решение.

Однако все было напрасно... Он не мог сосредоточиться...

Мажану недоставало своей комнаты, где на шкурах кикенов он мог бы, полузакрыв глаза, думать, думать, думать.

"Клуб, постоянных жителей"! Вот что нужно ему сейчас больше всего.

И тут же за поворотом открылось причудливое полукружие здания, клуба. Казалось, ноги сами привели его сюда.

В свое время аборигены Пятой планеты Альфа созвездия Скорпион украсили фасад здания таинственными змееподобными узорами или знаками, которые если когда-то и имели смысл, то давным-давно утратили его здесь, на Виланке.

Знаки, эти оставляли странное, незнакомое, глубоко волнующее впечатление. Появлялось неодолимое желание вырвать из темных уголков подсознания и без того смутные воспоминания о том, как в давние времена усмирялись и подвергались уничтожению эти аборигены. Они не позволили себя покорить - и были физически уничтожены.

После того как коренное население планеты исчезло, люди с подозрительной родословной превратили освободившиеся земли в плантации чамчара, сохранившиеся по сию пору, ибо, из корня чамчара изготавливаются стяжавшие громкую известность сигареты "Сердце скорпиона".

- Доброе утро, меластр Мажан!

- Доброе утро,- ответил он портье.

- Давненько не заходили.

- Да-а, порядочно.

- Прошу вас, меластр Мажан. Сегодня вы один из первых,- сказал старик, принимая его плащ.

- На это я и рассчитывал,-признался аптекарь.

"Клуб постоянных жителей" обычно бывал полон по утрам: после напряженной ночной работы посетители приходили выпить грогу или маулийского кофе и обменяться последними новостями.

Слегка поклонившись, Мажан приветствовал нескольких посетителей, которые, погрузившись в мягкие кресла, вели между собой беседу.

Он расположился у окна, откуда ему особенно нравилось наблюдать оранжевый восход, и посмотрел на часы. Оставалось часа полтора до того времени, когда посетители заполнят зал и первые лучи оранжевого солнца заиграют на оконных стеклах. Из стоящей на столе бутылки Мажан налил себе в стакан прохладный фирменный напиток. Он с удовольствием ощущал, как с каждым глотком из него вытеснялась тяжелая усталость, скопившаяся в теле.

- У меня небольшое дело к вашему другу. И к вам тоже... Почему он тотчас же не заявил, что не имеет ничего общего с этим человеком? Что Оскара он впервые встретил всего часа два назад и даже имя его узнал только что?

- Я вас слушаю, меластра.

- Здесь не очень удобно. Не подняться ли нам наверх?

- Пожалуйста, меластра.

Потом гостиная второго этажа. Похоже, хозяин бара выделил ее специально для клиентов, обремененных государственными заботами, которые по тем или иным причинам хотели часть своих дел решать не в официальных кабинетах.

Ослепительно яркий свет после мягкого полумрака, царившего внизу.

- Присядьте.Женщина больше не улыбалась. Скрестив руки на груди, она стала за стулом Оскара, и тогда Нерсес Мажан непроизвольно воскликнул: "Линда Ло?" Наконец-то он узнал ее, Линду Ло, очаровательную Линду, одного из самых опытных следователей ПОСИЗУ.

- Ваше имя, меластр? - спросила Линда Ло, никак не отреагировав на восклицание Мажана.

Оскар удивленно посмотрел на аптекаря, он не понимал, зачем нужно спрашивать имя, если оно и так известно.

Мажан пожал плечами, и низкорослый человек тихо ответил: - Оскар.

В зал вошли двое. Увидев Мажана, они заулыбались ему издали. Аптекарь испугался, что они сейчас подойдут и заведут с ним ненужный разговор. И он демонстративно отвернулся к окну...

- Вы помните имя своего партнера, меластр Оскар?

- Конечно.

- Попрошу поточнее.

- Зенон Джабез.

- Когда вы впервые встретились с ним?

- Шесть лет назад.

- Где?

- Там, в гостинице "Капелла". В тот день мне не хотелось играть, но он меня уговорил. Тогда мы фактически и познакомились.

- Почему вы не хотели играть?

- Перед тем я проиграл большую сумму.

- И все-таки Зенон Джабез смог уговорить вас?

- Да. Узнав причину моего отказа, он предложил, чтобы тот, кто выиграет, возвратил все деньги по окончании игры.

- И вы согласились?

- Да. В тот день он хотел играть ради своего удовольствия. А мне терять было нечего.

- Догадываюсь: вы проиграли.

- Эту лгру я выиграл. А на следующий день отослал ему весь выигрыш. Это было интересно. Видите ли, меластра, мысль о том, что Зенон станет переживать, волноваться, не нарушу ли я уговор, удваивала удовольствие от игры. Но я возвратил деньги без всякого сожаления. Главным были игра, азарт.

- Значит, вы не нарушили уговора. И, оценив вашу честность, Зенон Джабез захотел иметь вас в качестве постоянного партнера?

- Не знаю. Но и в. следующую ночь он предложил играть. На тех же условиях. Сказал он об этом словно бы в шутку, и я согласился. И, как нарочно, опять выиграл. А утром отослал ему деньги.

- Он не ожидал этого?

- Не ожидал, так как вечером зашел ко мне и сказал, что предлагал условие в шутку и принес обратно мой выигрыш... Конечно, я отказался принять деньги. И попытался ему объяснить, что в конце концов в игре никто не выигрывает. И что я получаю гораздо большее удовольствие, возвращая деньги. Он все понял. Молча кивнул. "Значит, будем играть и сегодня ночью",- сказал он. Скоро мы стали постоянными партнерами.

- Сколько раз в году вы бываете здесь?

- Только во время своих отпусков.

- За дгорным столом вас всегда видели вместе. Вы заранее договариваетесь о следующей встрече? Кажется, вы жители разных планет?

- Да, разных. Он с Леты. Иногда мы договаривались заранее, а порой встречались случайно. Понимаете, бывали и совпадения. А вообще он всегда встречал меня на Виланке. И только однажды, я это хорошо помню, он прибыл на Виланк спустя несколько дней после моего приезда...

- Персее! - прервал его воспоминания радостный женский голос.

Возле него стояла хозяйка клуба, девушка редкого обаяния, давний добрый друг Мажана.

- Здравствуй, Забель,- обрадовался и он и невольно залюбовался ею.- Ты отлично выглядишь.

Девушка ласково провела рукой по его седеющим волосам и, может, чуть серьезнее, чем ему бы хотелось, заглянула в глаза.

- Будешь завтракать?

- С удовольствием.

- Я уж думала, ты нас забыл.

- Что ты, Забель! Просто я знаю, что с тобой у нас впереди много времени.

- Ты расстроен, Персее?

- Разве?

- Расстроен или .озабочен, это заметно сразу. Так что же ты хочешь на завтрак?

- Не будем менять наших привычек! Ты помнишь...

- Я-то помню все! Сегодня тебя накормят дичью.

- Спасибо, милая. Ты умеешь угадывать желания.

- Но что же с тобой происходит, а? - девушка озабоченно, глянула на его покрасневшие, припухшие веки. Потом всплеснула руками: - Знаю! Влюбился, да?..

- Где Урсула?

- Не знаю,- ответил Оскар, взглянув исподлобья на Нерсеса Мажана.

- И вы тоже не знаете, меластр Мажан? - обратилась к нему Линда Ло.

Вопрос застал Мажана врасплох, однако он быстро овладел собой:

- О ком идет речь, меластра?

Он подумал, что аптекарь с улицы Большого Пса может и не знать, кто такая Урсула, и что ПОСИЗУ обойдется без услуг непрофессионалов.

Но разве Оскар не знает, где. прячется девушка? Впрочем, конечно, он может и не знать...

- Я угадала? - повторила Забель.- Ты влюблен?

- Да,-согласился Нерсес.-Угадала.

- В кого же?

- Отгадай и это.

- Не хочу,-как-то резко сказала Забель.

- В Линду Ло!

Забель засмеялась.

- Вот именно, в Линду Ло,- Мажан провел ладонью по лицу, словно стараясь стереть с дего напряженность.

- Ладно тебе, Нерсес,- сквозь смех проговорила Забель.- Ей хватит преступников.- Забель вытерла выступившие на глазах слезы.- Говорят, в этом секрет ее успеха. Вместо признания в любви преступники выбалтывают свои тайны и оказываются в ловушке. Ох, Нерсес, как ты меня насмешил!

- А я тоже преступник, Забель.

- Ты?

- Да. Вскоре и ты почувствуешь себя так же.

- Не зря мне сразу показалось, что что-то случилось!

- Мы преступники... Все... Те, которые захотели продлить свою молодость. Впрочем, разве это сделало нас счастливыми? Мы ведь так и не нашли смысл своей жизни?

- Сейчас пришлю тебе завтрак,- сказала Забель. - И ты отвлечешься от грустных мыслей.

Нерсес Мажан ощутил ласковое и легкое, словно ветер, прикосновение ее ладоней.

На столе появилась холодная и горячая дичь, разноцветные бутылки и сигареты "Сердце скорпиона" - экзотическая гордость Виланка.

Лицо Мажана с резкими чертами казалось окаменевшим, глаза смотрели мрачно, губы .сжались. Ему вдруг стало ясно, что Оскар звонил в аптеку вовсе не для того чтобы заказать таблетки. А покупателя на свои воспоминания он мог бы найти с помощью любого официанта из бара.

В плоской прозрачной вазе, чуть покачиваясь, плавали оранжевые маки.

"А вдруг именно он и есть убийца?"

- Когда вы последний раз видели Зенона Джабеза?

- Мы простились с ним вчера, перед рассветом.

- И больше не встречались?

- Утром я узнал, что его убили в спальне.

- Кто и когда сообщил вам об этом?

- Все говорили. Сначала я ничего не понял. Вернее, не поверил. Подошел к гардеробщику. Он подтвердил, что Зенон Джабез убит.

- Что еще он сказал?

- "Меластр Оскар! Вы были такие друзья! С кем же теперь вы будете проводить вечера?" - Оскар слово в слово повторил сказанное гардеробщиком.

- Кто из вас выиграл вчера? Опять вы?

- Нет, меластра. К сожалению, я проиграл.

- Сколько?

- Все, что у меня было.

- Почему - к сожалению? Ведь утром он должен был вернуть вам всю сумму?

- Увы, меластра. Он ее не прислал. Теперь я банкрот, у меня нет денег даже для того, чтобы добраться до дому. А дома меня ждут. И здесь делать нечего.

- Постойте... И вы не встревожились?

- После проигрыша я всегда испытывал беспокойство до тех пор, пока деньги снова не попадали в мои руки.

- Но ведь у вас была договоренность.

- Все эти шесть лет я боялся, что он когда-нибудь забудет о шутливом условии. Зенон Джабез был расчетливым человеком. И мне нередко казалось, что он хочет обвести меня вокруг пальца... Мне приходило в голову, что о нашем договоре Зенон позабудет в тот самый день, когда оберет меня до последней монеты... Скорее всего, это был человек огромной выдержки. Шесть лет!.. Согласитесь, меластра, очень здорово он меня провел.

- Несмотря на опасения, вы тем не менее продолжали играть на этих нелепых условиях?

- Но в этом была своя прелесть! Игра ведь продолжалась и после того, как мы покидали игорный стол. Риск продолжался. Минуты, когда служитель приносил деньги или вексель, были ни с чем не сравнимы... Вам это трудно понять.

Плавающие в вазе маки постепенно распускались. Нерсес Мажан засмотрелся в окно. Всходило Оранжевое Солнце.

Зал был наполнен шумом и суетой. Сквозь гул голосов время от времени прорывался чей-то бас. Нерсес Мажан не видел обладателя баса. Вероятно, голос принадлежал старшему дежурному космодрома, который рассказывал о прибывших за ночь туристах...

- Скажите... В какое время обычно производилась церемония возвращения выигрыша?

- Определенного часа не было.

- Ну все-таки - в первую или вторую половину дня?

- До полудня обычно... За час, а то и за два. Несколько раз Зенон возвращал их рано утром. Но тут уж я запротестовал.

- Почему?

- Да потому, что эти утренние часы наполняли мою жизнь острыми ощущениями - сомнениями, надеждами. Я рисковал, я продолжал игру. И для этого мне нужно было время.

- Вы встречались только за игорным столом?

- В основном да.

- Значит, вчера ваши переживания длились до самого полудня?

- Совершенно верно, меластра. До полудня.

- Ну, а после?

- Когда часы пробили двенадцать, я почувствовал себя банкротом.

- Однако вы ожидали этого в течение шести лет?

- Вердо. Но всегда была надежда. А с последним ударом часов она исчезла.

- Можете ли вы припомнить, где находились и чем были заняты до той минуты, когда узнали об убийстве Зенона Джабеза?

- Постараюсь, меластра... Хотя я, право, не понимаю истинной цели ваших расспросов. Мои ответы не помогут вам, найти убийцу. Значит, так... Обычно я завтракаю в постели. И вчера, согласитесь, у женя не было оснований изменять своей многолетней привычке. Я вообще живу по раз и навсегда заведенному порядку. Поскольку до полудня у меня еще оставалось время, я решил немного поваляться в постели. Но вскоре мне это надоело. По правде сказать, мой день начинался с той минуты, когда я получал назад проигрыш. Делать было нечего, и я, включив приемник, стал слушать последние известия. Все-таки жизнь на планетах Галактического центра чертовски беспокойна... Если и дальше так пойдет, недолго и до войны. Помню, я подумал, что зря я так редко слушаю эти передачи... Когда кончились известия и часы пробили двенадцать, я вдруг понял, что ждать служителя бесполезно: все - я банкрот. Я встал с постели и позавтракал... Умылся, побрился, одним словом, исполнял обычный утренний ритуал.

- И вышли из номера?

- Да.

- В котором часу?

- Точно не могу сказать. Пожалуй, в час, нет, скорее в два...

- Вы жили с Зеноном Джабезом на одном этаже?

- Мы были соседями. В этот раз я даже на минуту остановился, проходя мимо его двери. Но, меластра, у меня есть чувство собственного достоинства.

- Понятно.

- Я спустился в вестибюль. Там и услышал эту тяжелую весть.

- Чем вы можете объяснить, что, когда между часом и половиной второго представитель полиции постучал в вашу дверь, ему никто не ответил?

- Я ничего не слышал.

- Потому что вас уже не было дома?

- Не знаю, может, я тогда был в ванной.

- Вы утверждаете, что не встречали Зенона Джабеза после полудня?

Оскар опустил голову. Нерсес Мажан заметил, как напряженно бьется жилка на его правом виске.

- Так как же? Встречали или нет?

- Вы предполагаете, что я...

Оскар осекся.

...Нерсес Мажан потер лоб и уставился в окно, за которым играли веселые лучи первого рассвета.

Неслышно открылась дверь в гостиную. Вошел высокий худой полицейский в сопровождении хозяина бара. Подойдя к Линде Ло, он что-то сказал шепотом. Выслушав распоряжения следовательницы, переданные также шепотом, он бросил на Оскара и Мажана мимолетный взгляд и вышел.

Хозяин бара чуть помедлил, заискивающе-вопросительно глядя на Линду Ло Но она не обращала на него никакого внимания. И он, явно досадуя, покинул комнату.

- Сколько вы потеряли вчера наличными?

- Двадцать тысяч... А по векселям...

- У Зенона Джабеза нашли чековую книжку, но наличными было всего пять тысяч семьсот двадцать один... Векселей мы не нашли. Как вы думаете, куда могли исчезнуть ваши двадцать тысяч вместе с векселями?

- Значит, их нет? - прошептал Оскар.

- Может, Зенона Джабеза убили с целью ограбления? - высказала догадку Линда Ло.

- Да, меластра... Может быть.- Оскар побледнел.

- Но грабитель был в известной мере честным человеком,- не без иронии заметила Линда Ло.

- Разве может убийца быть честным человеком? - воскликнул Нерсес Мажан.

- Да, - Линда Ло, до этого энергично расхаживавшая по комнате, остановилась перед аптекарем.- Кстати, меластр, вы продолжаете утверждать, что не знакомы с Урсулой?

- Кто такая эта Урсула? - с наивным видом переспросил Мажан.

- Честность грабителя, разумеется, была относительной,- Линда Ло, словно не слыша Мажана, обращалась к Оскару.- Этот человек забрал двадцать тысяч и векселя, а пять тысяч семьсот двадцать один, не принадлежащих ему, оставил, не тронул. Тем самым он совершил ошибку. Не так ли, меластр Оскар?

Оскар пошатнулся, глаза его словно застыли. Нерсес вскочил и, подхватив его, осторожно усадил на диван. Линда Ло деловито налила из вазы стакан воды и протянула аптекарю...

- Милый мой человек... Я так люблю гладить твои волосы! Ты это чувствуешь?

- Да, Забель.

- Я телерь почелму-то часто думаю о том, что наших с тобой сверстников давно уже нет в живых. Они предпочли обыкновенную жизнь... Сколько поколений сменилось на наших глазах! А мы все еще сохраняем лучшую пору... И ты сомневаешься, пользуемся ли мы всеми благами жизни?.. Пользуемся, потому что живем.

- А во имя чего мы продолжаем эту консервированную жизнь? Какой смысл в нашей долгой молодости?

Забель тихо рассмеялась.

- Мне тридцать, - устало произнес Нерсеc, -Восемь лет назад я начал новую, странную и, конечно, чем-то привлекательную жизнь. Они мои, эти восемь лет. А в действительности мимо промчались десятилетия! А то и столетия... Я не могу теперь вспомнить, когда и как это началось. Но мы стали равнодушными и черствыми. Нам нет дела до тех, кто остается в старом времени, до того, что происходит в их мире. А это ведь люди. Множество людей...

- Ты и в самом деле влюблен,- вздохнула Забель. - Мне очень грустно, Нерсес...

- Знал ли Зенон Джабез, что вы иногда встречаетесь с Урсулой?

- Вероятно, нет... А может, догадывался, но делал вид, что не знает...

- Почему вы позволили себе этот роман?

- Мы полюбили друг друга.

- Да? - Линда Ло впервые с интересом посмотрела на Оскара.- И часто вы встречались?

Оскар покачал голдвой: - Не знаю, что вам на это сказать...

- Спасибо, меластр... У меня нет больше вопросов. Не беспокойтесь: если против вас выдвинут обвинение, у вас будет возможность защищаться. Меластр Мажан, значит, вы не знакомы с женщиной по имени Урсула?

- Я уже говорил: нет.

- Не сердитесь, . меластр, не сердитесь,-улыбнулась Линда Ло...

- Мы себя обманываем, Забель,- сказал Нерсес Мажан.- Печальнее всего, что мы обманываем себя постоянно. И притворяемся, что не понимаем этого. Чем настоящим занимались мы все эти годы? Что успели сделать?

Забель через стол наклонилась к Мажану и пристально посмотрела ему в глаза.

- Милая,-аптекарь попытался улыбнуться.-Когда люди заняты тем, что наслаждаются вечной молодостью, они очень запаздывают. Они запаздывают с изучением глубин собственной души, не успевают понять других, не успевают... полюбить. Им кажется, будто время нескончаемо...- Он ласково погладил ее руку и поднялся.- Я пойду... Засиделся.

Мажан прошел между столиками, рассеянно здороваясь со знакомыми.

Забель молча шла за ним.

У выхода из клуба Мажан обнял девушку за плечи: - До свидания, Забель.

- Я буду ждать тебя, Нерсес.

"И она проснулась от глубокого сна... Увидела светлый, безмятежный мир. Расправила маленькие крылышки, и сила, скрытая в них, напугала ее",

Нерсес Мажан неспешно возвращался домой. Он попрежнему никак не мог сосредоточиться, мысли, словно в горячке, лихорадочно мельтешили.

"Бабочка посмотрела сначала на одно солнце, потом на другое... Она хотела лететь к солнцу, но к какому?.. Она не могла сделать выбор, потому что у ее родителей, дедушки и бабушки было всегда одно солнце, и не было дужды выбирать. В маленьком ее тельце сгущалась тревога. Какая-то неопределенная тревога. Бабочка проснувшаяся от глубокого сна, смотрела на пылающие в небосводе два солнца и не осмеливалась взмахнуть уже расправленными крылышками. Не осмеливалась, не осмеливалась... Потому что эта бабочка оказалась в нашем мире совершенно случайно, совершенно случайно..."

Политые на рассвете тротуары давно уже высохли, мостовая потускнела, потеряв свой лаковый блеск.

Нерсес Мажан остановился у витрины с музыкальными инструментами. Он дытался хоть на время избавиться от преследующих его воспоминаний, от несчастной бабочки, которая увидела вместо одного солнца два и, так и не сумев решить в считанные часы, отпущенные ей жизнью, куда лететь, умерла.

В витринах на черном бархате нежились на солнце отливающие, золотом литавры, деревянные лютни, валторны, элегантно вытянутые трубы.

Продавец, заметив человека, как ему показалось, изучающего инструменты, энергично жестикулируя, пригласил его в магазин.

Нерсес Мажан удивился, но все-таки вошел.

- Вы музыкант, меластр? - спросил тучный продавец, руки которого мелькали в воздухе, не зная покоя.

- Нет.

- Так, - руки описали большую дугу перед полкой с деревянными инструментами.- Вы никогда не занимались музыкой?

- Нет.

- Чудесно! - восхитился продавец. На какое-то мгновение его руки успокоились, взлетев вверх, но тотчас же продолжили свой безумный полет.- Я это сразу же понял, иначе зачем бы вам с таким любопытством изучать нашу витрину? Стало быть, вы не знаете, что такое до-о? - Губы продавца округлились.- Отлично! А ре-е-е... меластр? Не знаете?

Нерсес Мажан с интересом наблюдал за богатой мимикой толстяка.

- А ну-ка, ми-и-и... - натирая руки, запел продавец.Фасолля-сидо-о! Он перевел дыхание. - Силясольфамиредо-о-о.. О меластр, вы редкий локупатель. Могу предложить вам лютню, которая изготовлена из двухсотпятидесятилетнего макиса... А может, вы предпочитаете кампанеллы, ясный звук которых сводит с ума женщин?

- Я не музыкант.

- И это прекрасно...- продавец неожиданно оказался на верхней ступеньке высокой металлической лестницы. - Я покажу вам сейчас флейту, звук которой навсегда останется у вас в памяти. Всякий раз, когда вы услышите о Виланке, она будет звучать так печально и нежно, что дни, проведенные на нашей планете, покажутся во сто крат чудеснее, чем были на самом деле...

Он кряхтя спустился вниз и протянул Нерсесу Мажану черную флейту с блестящими металлическими рычажками и полированными подушечками.

- Видите, меластр? Какая работа, какая тонкая работа!.. И весьма доступна в цене по сравнению с прочими развлечениями Виланка. Это лучшее, что я могу вам предложить. Будем откровенны, меластр, слушая музыкантов, вы всегда завидовали им. Иной раз вам даже казалось, что вы не полноценный человек. И это - несмотря на все ваши достоинства. Неумение играть - пробел в вашем воспитании! Да-да! Хотя бы даже на барабане... Дум-думдум!

Продавец сделал паузу и незаметно покосился на Мажана. Тот молча улыбался. Истолковав по-своему его улыбку, продавец снова воодушевился:

- Наш магазин создан для таких людей, как вы. Сейчас все поясню. Берете флейту в руки. Вот так. Здесь прижимаете ее к губам. Пробуете подуть. Впрочем, можно этого и не делать. Вышеназванные действия нужны лишь, чтобы слегка обмануть себя, самую чуточку... будто играете... вы сами! Понимаете? Поэтому не так уж важно, в какой последовательности нажимать клавидш. Главное, стать в позу музыканта, сосредоточиться, ощутить себя творцом... А флейта будет играть сама. Зазвучит мелодия, которая создана для этой флейты.

- Значит, сама?

- Конечно... Будем до конца откровенны, меластр: чтобы флейта заиграла, не нужно даже подносить ее к губам. Надо только нажать кнопку. Но согласитесь, куда приятнее вообразить, что музыку рождаете вы, сами. Просто совсем другое дело!

- И что же, всякий раз слышится одна и та же мелодия? полюбопытствовал Нерсес Мажан.

- Неужели, я такое говорил, меластр? - продавец вложил флейту в футляр.- Я такого не говорил... Мелодия звучит один раз после того, как вы нажмете кнопку. Потом флейту можно выбросить, но многие, насколько нам известно, хранят ее как дорогую память. Поверьте, ведь в этом случае удовольствие становится действительно неповторимым. Прошу вас, меластр...

Нерсес Мажан машинально взял маленький футляр, протянул деньги.

- Мой магазин к вашим услугам, меластр, - церемонно поклонился продавец, возвращая сдачу. - Может, вы захотите поиграть на лютне, кампанелле, барабане? Ха-ха!.. Барабан, конечно, для самых безнадежных. Уверен, что тот, кто выбрал эту флейту, никогда не опустится до барабана. Дум-дум-дум... До свидания, меластр!

На улице Нерсес Мажан остановился и с недоумением посмотрел на коричневый футляр. Потом он рассеянно сунул флейту в карман и повернул налево.

Пройдя не более ста шагов, он очутился на улице Большого Пса.

Сейчас Мажан словно чужими глазами видел все вокруг - такую привычную, но будто бы заново открывшуюся ему улицу, застроенную двух- и трехэтажными домами.

И вдруг он вспомнил те отдаленные времена, когда впервые прибыл на Виланк, выбрал этот город и решил открыть аптеку на уютной и спокойной улице Большого Пса.

За последние десятилетия здесь почти ничего не изменилось. Почти ничего...

Он с тоской подумал о прошлом, не оставившем в его памяти четких воспоминаний, ибо воспоминания накапливаются, когда жизнь щедра событиями... И еще эта бабочка, которая испугалась скрытой в своих крылышках силы.

Раздосадованный Мажан ускорил шаги.

В прихожей он неторопливо повесил плащ, погладил чучело лавасунга и, подойдя к зеркалу причесаться, натолкнулся на негодующий взгляд Нестора.

- Сердишься? - спросил Мажан и, видя, что тот молчит, продолжал:Прости, старина, я опоздал. Так уж получилось.

Нестор посторонился, уступая ему дорогу.

В гостиной Нерсес Мажан, словно не замечая сервированный к завтраку стол, просительно сказал:

- Я голоден, Нестор.

- Сейчас.

Нерсес невольно улыбнулся. Стоило ему прикинуться голодным, как старик готов был простить все.

- Садись.

Нестор поставил поднос на стол.

- Ты очень сердишься, старина?

- Ешь.

Нерсес пододвинул к себе тарелку.

- Выйдя вчера из дому, я встретил хозяина тени, помнишь странную тень в прихожей? Его зовут Оскар. Мы отправились с ним в бар. А ведь я хотел только немного погулять. Но уж так получилось, помимо моей воли.

- А есть тебе все-таки не хочется, - вздохнул Нестор.

- Не знаю. Может быть... Но поверь, я не ел со вчерашнего дня. А что поделывает наша гостья? Она завтракала?

- Не успела, бедняжка... И поднялась-то ни свет ни заря...

Нерсес замер.

- Что случилось?

- Ее увели.

Ссутулившись, Мажан продолжал ковырять вилкой в тарелке. И словно откуда-то издалека слышал бесстрастный голос Нестора:

- Их было двое... "Мы хотели бы видеть Урсулу,заявил один.- Нам известно, что она находится здесь"."Неужели?" - спрашиваю я. А она в это время спускалась к завтраку. "Я здесь! -крикнула она.- Вы ко мне?" Они оттолкнули меня, потому что я стоял в дверях, и вошли в столовую. "Вы, вероятно, знаете, что вчера после полудня служитель гостиницы нашел Зенона Джабеза в спальне мертвым?" "Да, знаю,- ответила девушка,- я видела этого служителя".

"Не возражаете, если мы продолжим нашу беседу в ПОСИЗУ?" "Вы торопитесь?" "Да".

"Ну что ж, пойдемте,- сказала Урсула, так и не притронувшись к завтраку,- Идемте, меластры, но вряд ли нам будет о чем беседовать".

"Вы думаете, меластра?" - насмешливо спросил один полицейский.

"Я в этом уверена". И они ушли.

- В котором часу это произошло?

- Наступил первый рассвет.

- Урсула ничего не просила передать мне?

- Сожалеет, сказала, чта не имеет возможности поблагодарить за гостеприимство... Не беспокойся, мой мальчик,- прибавил старик,- я сам займусь клиентами. А ты отдохни немного. И убедишься, что все то, что вдруг показалось тебе ужасным кошмаром, в жизни людей всегда было делом обычным.

- Да, пожалуй, - сказал Мажан, поднимаясь по винтовой лестнице к себе в комнату и потирая усталое лицо.

Он заглянул было в комнату Урсулы, ожидая, наверное, найти хоть какие-то следы, оставленные ночной гостьей.

Но аккуратный Нестор уже привел все в порядок, и комната встретила его обычной торжественной строгостью.

Нерсес Мажан вздохнул, досадуя в глубине души, и вышел из комнаты.

...Шкуры кикенов ласково коснулись его кожи. И уже в следующее мгновение Мажан витал в мире звездных огней, рассыпанных по синему бархату.

Канатный плясун, сидит на протянутой между звездами проволоке. Задумчивый и печальный, он играет да скрипке.

Мелодия клубами тумана уходит вдаль, а звездные огни отзываются красными, синими, желтыми и оранжевыми голосами...

"Эстер!.." Синие луга начинаются у порога маленького домика и тянутся к самому горизонту, туда, где Красное Солнце вытесняет серые сумерки.

- Эстер!.. Доброе утро!..

Я встречаю ее у сада менялы, как раз в те дни, когда под звездным куполом мерно качается канатный плясун.

Оторвавшись от земли, я легко скольжу но клубам тумана.

Каштановые, золотистые, бронзовые завитки... И румяная девичья застенчивость. Дрожащие губы, ждущие желанных поцелуев.

А канатный плясун все играет на своей скрипке.

На синем лугу есть следы, ведущие к долгой молодости...

Трое сидят в шумном кафе маленького городка. Я, девушка и канатный плясун в ярком колпаке.

- Ты нам мешаешь,- говорит канатоходец, покусывая кисточку из бахромы на конце длинного колпака.

- Идем, Эстер... Я сыграю тебе песенку на своей флейте. Эта песня волшебная, она рождается только раз. И ее нельзя повторить. Идем!

- Уходи, - говорит канатоходец. - Эстер - моя. Она моя песня, разве ты не знал? Вот послушай,- он, продолжая покусывать бахрому колпака, прижимает к подбородку скрипку, и прекрасная мелодия заполняет звездный мир.

- Эстер!

- Уходи! - повторяет девушка и кладет голову на плечо канатоходцу.- Я принадлежу ему... Давно, уже очень давно.

Звезды дрожат в темном небе. Медленно раскачивается стальная проволока. На ней раскачиваются канатоходец и Эстер.

Я карабкаюсь по сугробам тумана, проваливающимся под ногами.

- Я - песня... песня... песня...

- Другого?

- Другого! Другого! Другого!

- Жаль,- нелепо, бормочу я.-Ты - девушка, чьи губы ждали поцелуев. А я никак не мог осмелиться на это, чтобы твои сны не разбились под тяжелым грузом долгой молодости.

- Эстер!

Синие травы на лугу выпрямились, и следы ног исчезли. Можно ли потерять уже потерянное?..

Я смотрю на канатоходца, он стал маленькой точкой под темным куполом.

- Уходи,- эхом разлетается его голос под звездным куполом.- Тебя ждут.

- Кто?

- Линда! Линда! Линда!

... Двое бегут навстречу друг другу под лучами Красного Солнца, через сугробы холодных облаков, стелющихся над холмами, лесами и лугами Джузароки. С волнением и горькой надеждой слежу я за ними и думаю: встретятся ли, полюбят ли?

Потому что один из двоих - я, а другая - Эстер.

Осталось несколько шагов... Я протягиваю вперед руки...

Я, кажется, ощущаю прохладность пальцев Эстер, слышу ее учащенное дыхание, но канатный плясун хватает меня за руку:

- Тебя ждут, жду-ут!..

Мажан проснулся, но глаз не открыл. Хотелось, чтобы сон продолжался.

"Почему я вдруг вспомнил Эстер?" - подумал он.

И сердце тоскливо сжалось.

"Эстер!" Он с трудом сдержался, чтобы не заплакать.

"Эстер!"

- Тебя ждут, проснись наконец, - услышал он голос Нестора и открыл глаза.

- Кто ждет?

- Линда, мой мальчик, Линда Ло.

Нерсеc приподнялся.

- Что ей нужно? Где она?

- В столовой, малыш... Похоже, ее очень интересует вчерашняя девушка.

- Да... Я сейчас,-Мажан сел, надеясь хоть на какое-то мгновенье если не продлить сон, то хоть сберечь свои ощущения.- Подожди, Нестор. Вот только побреюсь и спущусь.

- После, мой мальчик. После побреешься. Представители закона не любят ждать, тем более женщины.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Это было так давао, что Нерсес Мажан, утративший ощущение реального времени, не мог припомнить, сколько прошло десятилетий. Да это и не имело значения. Просто Нерсес неожиданно вспомнил детство, ощутил себя четырнадцати-, А может, пятнадцатилетним.

Он увидел город, дома которого словно бусы были нанизаны на прибрежную, единственную улицу, которую на заходе солнца быстро окутывали густые сумерки.

Он вспомнил этот час, потому что каждый из них весь день ждал именно его. Город, лентой протянувшийся вдоль реки, ребята по взаимному согласию разделили на несколько зон. .Едва опускались сумерки, как они торопливо покидали свои дворы и, осторожно перейдя улицу, направлялись к молодому реденькому лесу, за которым неспешно текла широкая чистая река.

Из дома мальчишки выходили чинно, не торопясь, будто собирались перед сном просто подышать свежим воздухом.

Встречались на уютной лесной полянке или у реки на гладких, словно полированных валунах. Они горячо обсуждали план предстоящих боевых действий.

Какими смелыми, коварными и дерзкими казались эти планы тогда!..

Нерсес вместе со всеми с упоением внимал кратким, неистовым речам .своего предводителя Коротышки Маджо.

О чем тот говорил? Сейчас Нерсес уже не мог точно вспомнить! Но каждый раз произносилось что-то очень похожее, а может, и просто одно и то же. Однако это ничуть не убавляло их восторга.

Начиналось обычно так:

- К вам обращаюсь я, капутанские мужи... Я, Коротышка Маджо, обращаюсь к вам!.. Вчера ночью враги нарушили нашу южную границу...

Или северную, потому что их владения имели только две границы. С востока протекала река, на западе высились дома, за которыми шли луга. Волшебные, сочные, синие луга Джузароки.

- Так покажем им! - размахивая руками, кричал Коротышка Маджо, и у мальчиков, захватывало дух.

- Покажем! - вопили все в один голос.

Они жаждали свести счеты с южными соседями, нарушившими соглашение и поправшими их границы. Пусть им даже суждено геройски погибнуть при этом!

Распаленный собственной речью, Коротышка Маджо тут же посылал нескольких человек нарушить северный рубеж, чтобы следующим вечером им не сидеть сложа руки. Остальные отправлялись на защиту южных границ.

Мальчики легко, бесшумно, один за другим пробирались к своей заставе, которая начиналась у здания редакции "Капутанского курьера", тянулась вдоль белых и желтых полос, намалеванных на гладкой мостовой улицы, и кончалась на берегу реки, там, где лежало поваленное дуплистое дерево. Враги, разумеется, ждали их. Заняв боевые позиции, они с терпеливой готовностью подстерегали момент, когда ребята группы Маджо перейдут их границу.

А потом?..

Потом они, забыв обо всем на свете, с головой уходили в игру. Нерсес до сих пор помнит дважды пережитое ощущение огромного светлого счастья, когда ему удалось незаметно перейти границу и зайти в тыл противника. Правда, оба раза он в то же время оказывался и в плену, но зато до следующего вечера чувствовал себя знаменитейшей личностью, героем, чье имя склоняли по всему Капутану девушки из группы Вероны.

Особенно запомнился один вечер.

Теплый, темный, таинственный вечер.

Для других мальчиков он ничем не отличался от предыдущих и будущих.

Необычным он был только для Нерсеса.

В .этот вечер его отец вернулся с космического патрулирования. Сидя в саду, в удобном плетеном кресле, он рассказывал, как получил задание оказать помощь грузовому звездолету, который потерпел аварию и был выброшен из искривленного пространства. Неторопливо попыхивая любимой трубкой, он вспоминал, где и как нашел пострадавший экипаж звездолета. Люди могли бы погибнуть, потому что, оказывается, им и в голову не приходило, что их звездолет очутился уже в обычном пространстве, физические законы которого они знали весьма приблизительно.

Отцовский рассказ был таким интересным, что Нерсес совершенно забыл про сбор. А когда, спохватившись, он выскочил из сада, было уже темно, густая листва закрывала звездное небо. Нерсес перевел дух только на берегу реки, но, как выяснилось, безнадежно опоздал. Мальчиков на условленном месте не было.

Нерсес сел на огромный валун, край которого омывался мутными волнами реки. Именно с этого камня произносил свои знаменитые речи Маджо.

На гладкой поверхности реки отражались рассыпанные по небу звезды. Было тихо, тепло и спокойно.

Нерсесу стало скучно и захотелось домой. Спрыгнув с камня на берег, он нос к носу столкнулся со Смуглым Ноэлем.

Ноэль растерялся и собирался, похоже, дать тягу. Но Нерсес тихо спросил:

- Это ты, Ноэль?

- Угу.

Ноэль жил в соседнем квартале и не имел права в этот час нарушать границу. Больше того, как и Коротышка Маджо, он был предводителем своей группы. Нерсес понял всю сложность его положения.

- Я никогда еще не брал пленных,- сказал Нерсес.

- А сам-то в плен попадал?

- Два раза!

- А теперь возьмешь меня?

- Ну да.

- Ты один?

- Один... Опоздал вот. Не знаю даже, где сейчас ребята. Но ведь это не имеет значения, верно?

- Ладно, бери меня в плен, - покорно сказал Смуглый Ноэль.

- А ты просто так и сдашься? Не хочешь удрать? Может, посопротивляешься, а?

- Не желаю.

- Я два раза попадал в плен, но, прежде чем меня захватывали, я .успевал поддать кое-кому... Не будь вас так много, я бы вообще .не сдался... Ну, что ты решил?

Ноэль стоял в двух-трех шагах и терпеливо ждал. Такое смирение показалось Нерсесу странным.

- Забирай меня, - повторил Ноэль,-не хочу сопротивляться.

- Может, хоть ради интереса...

- Трус!

- А-а,- догадался Нерсес.- Это ловушка?

- Я пойду,- усмехнулся Ноэль.- Может быть, меня возьмут в плен девушки группы Верны.

Нерсес попытался оправдаться: - Я сегодня никак не настроюсь, Ноэль... Вот если бы ты захотел дать отпор...

- Нет.

- Ноэль, если ты и вправду решил...

- Решил.

- Ладно. Ты мой пленник.

- Вот и хорошо,- обрадовался Смуглый Ноэль.

Нерсес молча пошел вперед. Он был уверен, что пленник следует за ним.

Неподалеку от дома Нерсеса Ноэль спросил:

- Куда ты меня ведешь?

- Не твое дело,-грубо сказал Персее. С пленными не принято было церемониться.

Дома ребят ждал ужин и увлекательные рассказы отца Нерсеса о космических сюрпризах.

- С нашими поссорился, - признался Ноэль, когда после ужина они ушли в детскую.- Придумал отменный розыгрыш для Коротышки Маджо, а ребята ни в какую. С девушками Вероны, видите ли, на рыбалку собрались. Я разозлился и так им и сказал. Что сдамся в плен. Не поверили. Представляешь, завтра они треснут со злости, когда узнают, что я был в плену.

Нерсес считал, что Ноэль не имел права так поступать.

В этот вечер мальчики долго говорили о справедливости, честности и человеческом достоинстве.

Было уже совсем поздно, когда Нерсес проводил приятеля домой.

На обратном пути перед зданием театра под фонарным столбом Нерсес заметил шумную ватагу мальчишек. Коротышка Маджо, размахивая руками, объяснял что-то ребятам из отряда Ноэля. Они слушали его, опустив головы.

- Мигель сам видел,-горячился Коротышка.-Собственными глазами.- Заметив Нерсеса, он закричал обрадованно: - Ты ведь взял в плен Ноэля? Мигель видел вас. А эти вот пришли за своим предводителем. Не выйдет... До завтрашнего вечера он наш.

- Никого я в плен не брал.

- Как не брал?...

- Да так. Отец вернулся с патрулирования... А Ноэль любит слушать его рассказы. Вот я и пригласил его в гости.

- Но-эль, Но-эль! - гордо проскандировали мальчики из отряда Ноэля.

Один, из них подошел к Маджо с ведром, полным рыбы, и вызывающе сказал:

- А уж тебя-то, мы обязательно возьмем в плен! Будешь знать.... Человек в гостях, а он...- И, выразительно сплюнув сквозь зубы, он ушел, разбрызгивая воду.

Стояла поздняя ночь, темная, теплая, напоенная ароматами цветов.

Нерсес с удовольствием вспомнил Коротышку Маджо, Смуглого Ноэля и самого себя, когда ему было четырнадцать или пятнадцать лет...

"Представители закона не любят ждать?" Ну-ну...

Мажан, насмешливо улыбаясь, с рассеянным видом вошел в столовую.

Линда Ло переоделась и стала самой обыкновенной женщиной. У нее был усталый, но в то же время деловой вид. Какая-то неопределенная усмешка на строго поджатых губах.

- Вынуждена обеспокоить вас, - очаровательная Линда смотрела на аптекаря запавшими от бессонницы глазами.

- Меластра, я тронут вашим неожиданным визитом.

Линда Ло откинула назад голову и машинально по правила волосы.

"Ты красивая и умная женщина. Но не из-за тебя же я вспомнил сегодня Эстер?"

- Вы весьма любезны, - заметила Линда так многозначительно, что ее слова можно было принять всерьез, а можно было услышать в них едва скрытую иронию.

- Готов поспорить, вам не пришлось отдохнуть после нашей ночной встречи, - Нерсес нарочно мешал ей сосредоточиться.

- И вы выиграете.

- Вы не успели позавтракать, потому что вели допрос?

- Вы проницательны, меластр Мажан. Однако я пришла к вам не завтракать.

- Понятно. Значит, кофе... Нестор! - позвал Нерсес.

- Да,- ответил старик, входя с подносом.

Одну чашку он поставил на низенький столик перед Линдой. Нерсес взял с подноса другую и с задумчивым видом стал помешивать кофе стеклянной палочкой.

Нестор вопросительно взглянул на Нерсеса. Брови Мажана слегка дрогнули. И Нестор остался стоять в дверях с подносом в руках.

Линда взяла чашку и вполголоса произнесла:

- Мне нужно кое о чем побеседовать с вами.

Нерсес Мажан согласно кивнул головой.

- Нв возражаете, если наша беседа будет проходить при свидетеле? продолжала она, показав глазами на Нестора.

- Если вы находите это удобным, пожалуйста,- любезно ответил Мажан, радуясь, что ему удается скрыть глухое беспокойство, вызванное визитом Линды Ло.

В столовой наступило молчание, Нерсес Мажан не без удовольствия подумал, что уж он-то сегодня никуда не спешит. Безмолвие, чем дальше, становилось все более нелепым, а следовательнице было все труднее его нарушить.

Линда вертела в руках пустую чашку, словно не зная, куда ее поставить. Она надеялась, что Нестор подойдет и возьмет чашку. Тогда она могла бы сказать: "Спасибо", а Нестор бы ответил: "Пожалуйста, меластра". И после столь невинного вступления она бы смело повела разговор по заранее намеченному плану.

Но Нестор стоял, упрямо глядя в пол. И не обращал на нее никакого внимания.

Наконец Линда Ло поставила чашку на край низенького столика.

Нечаянно обернувшись, она поймала смеющийся взгляд аптекаря. Это длилось одно мгновенье, лицо Мажана тотчас вновь стало непроницаемым и равнодушным, но Линда поняла, как недооценила она Мажана поначалу.

- Итак, вы не знаете Урсулу?

Мажан удовлетворенно улыбнулся, ибо Линде пришлось начать беседу без всякого вступления.

- Знаю, ллеластра. Знаю.

- Этот вопрос я задаю вам уже в четвертый раз.

- Верно. И, видимо, .до своего прихода сюда вы допрашивали ее. Ну как, выяснилось что-нибудь? - поинтересовался он.

- Давно знаете ее?

- Со вчерашнего дня.

- Где вы с. ней познакомились?

- Здесь, в моем зале. Видите ли, по вечерам у нас продаются мороженое и соки. Посетителей бывает много. Нестор просто из сил выбивается. Не так-то легко угодить всем в битком набитом зале. Верно, Нестор?

- Да,- ответил старик, не поднимая головы.

- Неужели вы знакомитесь со всеми вашими посетителями?

- В лицо я знаю постоянных посетителей. А когда взера в баре появилась Урсула... Между прочим, она зашла в аптеку в два часа сорок минут. Обычно в это время у нас не бывает посетителей.

- Вы знакомитесь со всеми вашими клиентами? - повторила вопрос Линда.

- Нет. Это просто невозможно.

- В таком случае почему она стала исключением?

- Должно быть, вы не поняли. Посетителей в этот час, как правило, не бывает. Они осаждают Нестора только по вечерам. Урсула же попросила приюта. Позвольте... Все-таки я нe понимаю истинной цели вашего посещения. Не представляю, чем бы я мог быть полезен вам в раскрытии обстоятельств убийства. Кстати сказать, человека, личность которого даже не установлена.

- Не волнуйтесь. Труп опознан. Весть об убийстве Зенона Джабеза мы уже послали на Лету. И просили выслать подробные сведения. Это даст нам возможность вести следствие с максимальной точностью. Дня через дватри получим ответ. Вы можете рассказать, кто такая Урсула, когда она прибыла на Виланк и в каких отношениях была с Джабезом и Оскаром?.. Одним словом, все, что вам известно.

- Не могу.

- Надо полагать, у вас имеются на это серьезные причины?

- Весьма серьезные.

- Интересно.

- Ну что ж... Дело в том, что я о ней ничего не знаю.

Линда Ло, прищурившись, изучала аптекаря.

- Тем не менее решились дать ей прибежище? Оставили в собственном доме...

Аптекарь пожал плечами.

- Все-таки было бы лучше, если бы вы располагали хотя бы самыми общими сведениями,-заметила Линда задумчиво.

- Разумеется, - охотно согласился Нерсес.-Да, так к каким же результатам привело расследование?

- Девушка отказывается говорить.

- Жаль,- вздохнул Нерсес Мажан.

- Вы знали, что мы разыскиваем ее?

- Знал.

- Вы узнали об этом в таверне?

- Нет, раньше. Девушка сама предупредила меня.

- Значит, она все понимала,- заключила Линда Ло.И имела основания скрываться. А теперь решила молчать.

- По вашему мнению...

- У меня пока нет определенного мнения, - прервала его Линда Ло.-Ну, а приютили вы ее, видимо... ради приятного времяпрепровождения?

- Чрезвычайно .тонкий вопрос.

Линда сделала вид, что не заметила его иронии.

- Да. Потому что мужчина обычно не упускает благоприятной ситуации.

- Так вот представьте себе, нет,- ответил Нерсес Мажан.

- Спасибо! Хотя было бы понятнее, если б вы действовали в надежде на ее расположение. Кстати, нам известно, что вы действительно не ночевали дома. Зачем же вам было укрывать девушку? Почему отказались дать показания в баре? Конечно, где вам было знать, что, когда я последний раз спрашивала о ней, мне было известно, что ее обнаружили в вашей аптеке.

- Я мог бы и не отвечать вам,- сказал, поднимаясь, Мажан.- Ибо предполагаю, что вам будет трудно понять... Мне и самому многое не ясно... Действительно, зачем я дал ей убежище? Почему не сообщил я полицию в ту же минуту, когда Урсула сказала, что ее, по-видимому, ищет ПОСИЗУ? - Нерсес шагал взад и вперед по комнате.- Да, вероятно, просто по той причине, что внутренне был убежден в ее невиновности. С вами такого не случалось? Вы женщина, а женская интуиция гораздо тоньше. Может, в глубине души и вы не уверены в ее виновности?

- Для меня важны факты,-снисходительно улыбнулась Линда Лo.- Только факты... Интуиция может помешать расследованию. Я давно уже решила не полагаться на нее. А в данном случае факты против Урсулы. Единственное признание, которое она пока сделала, да и то лишь здесь, в аптеке, таково... Она сказала полицейскому: "Я увидела этого служителя, когда выходила из квартиры Зенона". Любопытны показания самого служителя. Сегодня утром я успела и с ним поговорить. Если Урсула не последняя, кто видел Зенона живым, то уж во всяком случае первая, увидевшая его мертвым. И я не понимаю, почему она решила молдать.

- Значит, вы не уверены, что девушка совершила преступление... Как же вы могли тогда ее арестовать?

- Я ни в чем не уверена, пока нет достаточных улик. - Линда поднялась и стала возле Нерсеса у окна.

Нестор, который все еще стоял в дверях, взглянул на них и усмехнулся. Нерсес и Линда напоминали растерявшихся влюбленных, которые упрямо глядят в окно, лишь бы не смотреть друг на друга, и говорят каждый свое.

- Если бы вы были со мной откровеннее, я, может, и смог бы оказаться вам полезным, - заметил Нерсес Мажан.

"Ты умная женщина и опытный следователь! Почему же ты арестовала Урсулу, когда мотивы для преступления имелись не у нее, а у Оскара?" Аптекарь тихо засмеялся.

- Чему вы смеетесь?

- Просто так... Скорее всего, над собой. Я был уверен, что полиции и в голову не придет искать Урсулу в моей аптеке.

- И не ошиблись. Полицейские после полудня обыскали весь город и округу, весь день следили за транспортом. Представляете мое разочарование? Но нужно было найти и Оскара. Я издала его в баре с восьми часов. Предполагала, что он явится один: было маловероятно, что после убийства он станет ходить по городу c Урсулой. А потом отыскалась бы и девушка. Но он пришел в бар не один, а вместе с вами. Это не могло быть случайностью!

- Но оно тем не менее так и было!

- Возможно. Но только для вас.

Из окна виднелся дворик с редкими деревьями, за ним высилась гладкая стена .соседнего дома. Под яркими лучами солнца красные листья деревьев поблекли. В маленьком бассейне плавали редкие лилии. Тягостное чувство воцарилось в душе Нерсеса Мажана. Похоже, это было дурное предчувствие...

- Мне показалось, вы давно знаете Урсулу,- заговорила Линда Ло. - И я возлагала кое-какие надежды на нашу встречу.

- А разве главное - не мотивы, о которых так откровенно распространялся Оскар?

- Мотивы?.. Да, они довольно ясны.

- Оскар арестован?

- Нет.

- Но как же вы, будучи уверены, что Урсула невиновна... Позвольте, дайте мне закончить мысль,- он предупредил возражения Линды,- арестовали не Оскара, а ее... Странно.

- У меня пока нет твердой уверенности в том, кто является преступником.

- Это, конечно, не мое дело. Но на вашем месте я бы прислушался к внутреннему голосу.

Линда Ло отошла от окна.

- Вам кажется странным, меластр, что вместо Оскара арестована Урсула. Однако ничего непонятного здесь нет. Да, у Оскара имелись причины для сведения счетов с партнером. Но ведь именно Урсула была утром в квартире Зенона Джабеза. И разве исключается, что она сообщница Оскара? К тому же, каким бы смешным ни показалось вам такое заявление в условиях Виланка, не забывайте, что Оскар и Урсула любят друг друга... Может, Урсула была только орудием?

- М-да,- вздохнул Мажан.-- Тяжелое у нее положение.

- И главное,- продолжала Линда Ло,- вместо того чтобы сейчас же сообщить об убийстве, она предпочла спрятаться у вас в аптеке! И почему она молчит теперь, если не принимала никакого участия в преступлении?

"Это он... он убил... Но ПОСИЗУ ищет меня. Я уверена".

Нерсес тряхнул головой. Линда рассмеялась.

- Что и говорить - история запутавшая,- сказал аптекарь.

- Мне бы хотелось верить, что вы готовы помочь следствию.

- Меластра, будьте уверены, что...

- Меня могут убедить только факты. Если у вас будут новости, вот мой телефон. До свидания, меластр Мажан.

Нестор распахнул перед ней дверь.

- Вы, наверно, устали? - с коварной любезностью поинтересовалась Линда.

- Нет, меластра,- ответил старик,- я никогда не устаю.

Нерсес Мажан не без страха поглядел на цилиндрическое здание "Капеллы", куда ему предстояло войти.

Стараясь успокоиться, Мажан деторопливо поднялся по каменным ступеням и очутился в роскошном холле.

Заметив его, администратор, сидящий за стеклянной перегородкой, вскочил и хлопнул в ладоши: - Нерсес!..

- Добрый день!

Администратор выскочил из-за перегородки и вновь хлопнул в ладоши:

- Какая неожиданность!.. Какая приятная неожиданность! Садись, садись, голубчик. Сейчас угощу тебя отменным вином. Уверен, ты такого и не пробовал.

Аптекарь растерянно улыбался. Он тщетно старался припомнить, как зовут администратора.

- Проходил мимо,- забормотал он,- подумал, не худо бы заглянуть... Люди легко забывают старых друзей. Так редко приходится видетъся.

Администратор кивком выразил одобрение и громко засмеялся. Потом вынул из шкафа восьмигранную бутыль и два высоких бокала.

- Вот, подарил один из постояльцев. Говорил, что это вино пьют только президенты Пятого сектора. Я, конечно, не утерпел и попробовал стаканчик...

- И так?

- О! - он закатил глаза к потолку. - Это вино и в самом деле Достойно президентов Пятого сектора!

- Значит, тебе довелось познакомиться с одним из них, а?

- Почему?

- Ну, а кто же тогда подарил тебе эту бутылку?

- Конечно, - хлопнул себя по лбу администратор. - Конечно... И как я тогда ле понял этого! Такое количество работы, столько клиентов, прямо голова кругом идет.

Он бережно наполнил бокалы.

- Выпьем за нашу встречу.

Нерсес Мажан пригубил вино и подумал, что люди, играющие со временем, должны пить именно такое нежное вино.

Администратор удобнее устроился в кресле и блаженно зажмурился.

Аптекарь поставил на стол недопитый бокал.

- Ты, конечно, пришел не только, для того, чтобы повидаться со старым другом,- заметил вполголоса администратор.- Верно?

- Пожалуй, - неопределенно ответил Мажан, чувствуя, что допытывает внутреннюю благодарность к судьбе, пославшей ему старого друга. Правда, он не помнил его имени, но пока в этом не было особой необходимости.

- Ты принял верное решение, Нерсес, - произнес администратор.

- Ты думаешь? - спросил Мажан, еще не понимая, о чем идет речь.

- Рано или поздно за ум возьмутся все постоянные жители планеты. В, свое время я любил повторять, что и мы должны пользоваться этой жизнью. Ты слишком молод и вряд ли это от меня слышал.

- Не слышал, - признался Мажан. - А сам-то ты пользуешься?

- Хотелось бы,- вздохнул он.- Да не получается. Опоздал. Осталось одно только желание. Смотри, чтоб и ты не уподобился мне. Впрочем, нет. Ты умнее меня... А я думал, времени достаточно... Долгая молодость... Какая чепуха! Все равно однажды время кончается. Ты еще не чувствуешь этого.

- К сожалению, чувствую.

- Тогда не все потеряно. Не все потеряно...-Он снова наполнил бокалы. Выпьем, старина, за твой первый смелый опыт.

Нерсес Мажан с удовольствием потягивал президентское вино и старался понять, о чем же все-таки толкует администратор.

- Я поселю тебя в прекрасных апартаментах. На третьем этаже...

- Спасибо.

- Ты один?

- Пока да, - ответил Нерсес Мажан и вдруг вспомнил, что убийство произошло именно на третьем этаже.- Какой этаж ты мне предложил? переспросил он администратора.

Тот помрачнел и недовольно покосился на Мажана из-под густых бровей.

- И ты тоже?.. Не ожидал... Что ж, могу предложить другой этаж. Но на этом у нас самые лучшие номера.

- Я не отказываюсь от третьего.

Лицо администратора просияло.

- А я было подумал, что... Получишь отличный номер. - Немного помолчав, он сказал: - Давненько не бывал- я в нашем клубе.

- Я тоже,- слукавил Нерсес Мажан, чтобы разговор нечаянно не переключился на клубные дела.- А почему постояльцы отказываются от третьего этажа?.. Дело, очевидно, в том, что...-он многозначительно замолчал.

- Да, именно в этом... Боятся... - администратор вновь наполнил бокалы.- Вчерашняя история скоро не забудется. Кто бы мог подумать! -он вздохнул.-Любопытно, что мы с беднягой, сидя на этом самом месте, накануне преспокойно беседовали. Я хотел угостить его вином, но он торопился. Второй день ищу повод осушить этот сосуд. Если бы он тогда согласился распить бутылочку, ничего бы, наверно, не осталось. Так он куда-то торопился. Словно знал, что его ожидает. Как, по-твоему, не предчувствовал ли он все это?

Мажан молча пожал плечами. И администратор продолжал уверенно:

- Предчувствовал, разумеется, предчувствовал. Сам-то я не очень верю в такое, но это было на моих глазах. Он часто спускался побеседовать со мной. Садился в это твое кресло, ждал, пока сяду напротив, вот как мы сейчас сидим, и спрашивал: "Ну, что новенького на свете, меластр Даниель?" барабанил по столу пальцами и улыбался.

- Веселый был человек? - спросил Нерсес Мажан.

- Улыбался потому, что всегда был грустным. Веселые люди почти не улыбаются. Это был грустный и странный человек. "Ну, что нового на свете, меластр Даниель?" - спрашивал он, и мой ответ совершенно не интересовал его. В последнее время я несколько раз нарочно не отвечал. И он, видимо, не был в претензии. Потому что любил говорить сам. Ему нужен был только слушатель. Все рассказывал... Я обычно молчал и... знаешь, я сейчас подумал, что он, скорее всего, грезил вслух. Встречаются ведь такие люди. Они выдают свои мечты за действительность.

- О чем он рассказывал?

- О своей планете, о жене, детях, а что именно... не припомню. Я привык делать вид, будто слушаю, а думал о своем... Выпьем, Нерсес... Чего только не происходит в этом большом мире.

Вино было слишком крепким... Нерсес сделал лишь глоток, чтобы не обидеть администратора, щеки которого уже горели.

- Значит, он что-то предчувствовал? - задумчиво повторил аптекарь.

- Непременно, - администратор с сожалением посмотрел на опустевшую восьмигранную бутылку.- Вчера, не успел я еще сдать дежурство, незадолго до полудня, он вошел, сел в кресло и не спросил пообыкновению: "Что новенького на свете, меластр Даниель?" Наверное, единственный раз он не забарабанил пальцами по столу. Я спрашиваю: "Вы сегодня не в духе?" А он только улыбается. Вот так...- администратор попытался изобразить улыбку Зенона Джабеза. Глупая и смешная гркмаса появилась на его лице, и Нерсес Мажан кивнул головой. - Я ему предложил выпить стаканчик президентского. Он отказался...

Администратор энергично потряс пустой бутылкой, и Нерсес молча поделился с ним содержимым своего бокала.

- Впрочем, мне кажется, его что-то угнетало... Многие годы... Какая-то тревога, которая заставляет людей все время улыбаться и без конца рассказывать о своих мечтах, не имеющих ничего общего с действительностью... Но вчера он был спокоен. Посидел немного, молчаливый и какой-то ушедший в себя... Наверно, мысленно беседовал со мной. Так тоже случается, и довольно часто. Двое сидят молча. Со стороны кажется, будто они молчат. А на самом деле они беседуют. И даже спорят... Вот и он тоже... мысленно беседовал со мной, понимаешь? Потом проговорил вслух; "Прощайте, меластр Даниель".- "До свидания",-ответил я. "Возможно, эхо наша последняя встреча".- "Не хотите ли прекрасного вина?" - предложил я. "Нет, сейчас мне нельзя",- отказался он. Я поинтересовался, не собирается ли он в дорогу. "Да",- сказал он, пожал мне руку и направился к окошку банковского отделения. Он. собирался покинуть нас, и на сей раз ему это удалось...-вздохнул администратор.- Твое здоровье, дружище. Извини, я сегодня много болтаю. Дело в том, что эта смерть ужасно на меня подействовала. Лучше бы я его вчера не встречал!

- Часто ли он уезжал с Виланка?

- Часто?.. Да, несколько раз уезжал. И, уезжая, всегда говорил, что вряд ли когда-нибудь вернется. Но снова возвращался и просил, чтобы я поместил его на третьем этаже в конце коридора. Он был почти постоянным жителем этого номера. Вчера, когда он, закончив операции в отделении банка и кивнув мне издали, подошел к лифту, я крикнул, что все же сохраню за ним номер, "На этот раз не вернусь, - ответил он.-Точно не вернусь!" И поднялся наверх.

- Он так и сказал: "Точно не вернусь"?

- Именно. Теперь ты понимаешь, он что-то предчувствовал.- Администратор крупной ладонью вытер пот со лба.

Нерсес Мажан кивнул.

- Я уже сдал дежурство, сменил форму и собирался идти домой, когда вдруг на лестнице появился служащий с третьего этажа и произнес как-то странно: "Человека убили". Он сказал это, словно пропел.- "Джабеза?" спросил я. Как, по-твоему, почему я сразу же догадался кого? Джабез сам внушил мне эту мысль. Да! Он ждал этого и пошел навстречу неотвратимому с завидным хладнокровием. Да...

- А потом?

- Мы вызвали полицию.

- Тебя допрашивали?

Администратор удивленно посмотрел на Мажана.

- А как же! Сначала дежурный полицейский, а потом эта женщина... Линда.

- Ты им все это рассказал?

- Если бы их интересовало, я может, и рассказал бы. Но когда я высказал свое мнение о том, что Джабез предчувствовал все это, Линда тотчас же поблагодарила меня и отправила домой. Удивительно... А по-моему, это как раз самое важное - то, что Джабез предчувствовал. Верно?

- Я тоже так думаю, - ответил Нерсес.-Тем более что совершенно не верю в предчувствия.

- А я теперь верю,- заявил администратор.- Если бы ты видел выражение его лица и глаз, когда он сказал, что на сей раз не вернется точно!..

Мажан машинально повертел бокал и снова поставил его на место.

- Может, спустимся в погребок? - подмигнул администратор.- Конечно, такого вина не достанем, но...

- В другой раз,- мягко отказался Мажан.- Не стоит портить впечатления, от президентского.

- Да, да, действительно,- согласился администратор, - не стоит. Очень приятно было посидеть с тобой.

- Спасибо.

- Правда. Я уже отвык от дружеских бесед за бутылкой хорошего вина. Даже на сердце полегчало. Людей мало интересует, что ты думаешь по тому или иному поводу! Приходится слушать самого себя...

Нерсес поднялся.

- Хочешь посмотреть номер? - администратор прошел за перегородку и протянул аптекарю ключ-шифр.- Служитель по этажу проводит тебя. Да, милый мой, сначала кажется, что наша длительная молодость бесконечна. Все терпим, откладываем... А десятилетия и столетия проходят, в один прекрасный день становится ясно, что твое время истекло и ты остался один на всем свете. Тогда только понимаешь, что всю жизнь прожил одиноким. Помни об этом.

- Да-да,- машинально ответил аптекарь.- Значит, третий этаж?

- Третий, голубчик, третий,- поспешно подтвердил администратор Даниель.

- Ну как? Вам нравится?

Нерсес Мажан привычно пожал плечами. В данном случае это означало "ничего, нормально". Служитель остался стоять в передней. Мажан искоса поглядел на него, раздуммвая, можно ли что-нибудь узнать у этого толстого человека с огромной головой и седой гривой.

- Спокойный этаж,- сказал Нерсес.- Здесь всегда так?

- Да, меластр.- Толстые и тяжелые губы служителя двигались словно бы с большим напряжением. - Вообщето мирно. А сейчас - особенно. На этом этаже теперь много свободных номеров. После вчерашнего события...он осекся.

- То есть после убийства? - небрежным тоном уточнил Нерсес.

- Вы знаете об этом и соглашаетесь здесь жить? - почти шепотом спросил служитель.

- А что тут такого?

Служитель оживился, губы его задвигались быстрее.

- Вот и я говорю - что тут такого? Но уже вчера многие покинули свои номера. Если так будет продолжаться, то на этом этаже скоро не останется постояльцев. Может, и вы передумаете?

- Вряд ли.

- Поверьте, таких прекрасных номеров в "Капелле" всего пять, и сдаются они только высокопоставленным клиентам. Ведь дай особенные, эти апартаменты...

- Я не высокопоставленный,- перебил его Нерсес Мажан.

- Видимо, вам сделали исключение ввиду создавшегося тяжелого положения, - губы служителя еще некоторое время двигались будто по инерции. После небольшой паузы он продолжил: - Вы сможете здесь хорошо развлечься...

- Этогоя и хочу.

- Иа своего номера вы сможете наблюдать жизнь других жильцов,служитель понизил голос.- Это очень забавно - смотреть со стороны на человека, уверенного, что он один в комнате. А когда их двое!.. Представляете?.. Некоторые останавливаются у нас инкогнито.

- Уговорили, - улыбнулся Мажан. - Через пару дней переберусь.

- А чего тянуть-то?.. Можно прямо сегодня!

- Нет. У меня несколько неотложных дел... Хочу непременно найти...Мажан замолчал и вдруг, словно осененный неожиданной мыслью, дружески улыбнулся служителю. И тут же достал из кармана и протянул ему купюру.

- Чем могу быть полезен? - губы служителя опять задвигались.

Мажан сел в кресло и жестом пригласил его войти в комнату.

- Я хотел бы, любезный...

- Аргам, меластр. Меня зовут Аргам.

- Я бы хотел, любезный Аргам, поговорить с человеком, который вчера первым увидел постояльца мертвым. Я слышал, что это был здешний служитель.

- Верно.

- Где я могу его найти? Сегодня.

- Нет ничего легче, меластр.

Какое-то время Аргам с кривой усмешкой изучал свои руки.

- У вас к нему важное дело?

- Да.

- Хотите расспросить про вчерашний случай?

- Угадали.

- Вы из полиции?

- Нет, дорогой Аргам. Никогда не имел дела с полицией и не хочу иметь.

- Я тоже, меластр...

- Так как же мне с ним встретиться? Может быть, вы его пришлете...- он на миг задумался, - пришлете в аптеку, что на улице Большого Пса? Там только одна аптека. Пусть спросит Нестора.

- Вас зовут Нестор?

- Нет. Но пусть он спросит Нестора.

- Это обязательно, чтобы он пришел в аптеку?

- Мы можем встретиться, где ему угодно. Но желательно сегодня же.

- А что вас интересует, меластр?

Нерсес Мажан все так же внешне невозмутимо спросил:

- Я слышал, что вчерашний служитель видел девушку, которая выходила из номера покойного... И я бы хотел..

- Вы об Урсуле? Лу, конечно, меластр... Я послал ему завтрак: он любил завтракать после лолудня, я имею в виду покойного. Досле этого пошел сервировать стол... У самой лестницы встретил Урсулу. Она вышла из комнаты покойного и чуть задержалась у дверей... Я заметил, что она была сильно взволнована. Да, да, не смотрите на меня так: я и есть вчерашний служитель. И завтрашним буду, и послезавтрашним. Девушка казалась взбудораженной и напуганной.

Аргам замолчал и словно бы погрузился в размышления.

- Чем же она была взволнована? Что вы подумали тогда?

- Ничего особенного. Мало ли здесь происходит личных трагедий, крушений надежд, разочарований?.. За годы работы приучаешься не обращать внимания на такие вещи. Меня она не заметила... И быстро направилась к своему номеру. Она жила по соседству с покойным.

- Как и Оскар?

- Вы знаете больше, чем я предполагал... Хоть и уверяете, что не имеете никакого отношения к полиции.

- Я аптекарь.

- Если вы даже из полиции, то все равно вчера я уже рассказал все это следователю. Неприятно, когда говоришь не просто чтобы рассказать, а стараешься припомнить какие-нибудь подробности, которые якобы могут помочь следствию. Когда стараешься, невольно и присочинишь что-нибудь.

- Пожалуйста, расскажите мне просто чтобы рассказать.

- С удовольствием...-После каждой паузы служитель беззвучно шлепал губами.- Так вот, все это продолжалось несколько секунд. Помню, я тотчас пошел туда. Дверь была полуоткрыта, я вошел. В столовой никого не оказалось.

- Это не встревожило вас?

- Почему я должен был встревожиться? Я думал, что покойный, проводив девушку, одевается в спальне. Накрыв на стол, я крикнул, что все готово и меластр может приступить к завтраку. Обычно при этом из спальни раздавались слова благодарности, и я уходил. Но вчера он мне ничего не ответил. Да оно и понятно, раз его уже убили. Как бы случайно я подошел к двери спальни и заглянул туда. Я увидел, что постель прибрана, а его нет. Я снова подал голос, на этот раз уже громче. Но когда человека убили, разве может он ответить, даже если будешь звать его во все горло?

- Не может,- согласился Нерсес, потому что служитель, тяжело дыша, ждал ответа.

- Я зашел в спальню. Покойный сидел в углу, на диване, склонив голову на плечо. Сначала я ничего не понял. Почувствовал только, что что-то произошло. Потом мой взгляд упал на пол. На ковре стояла целая лужа крови. Его убили. Ужасно, когда убивают человека.

- Да.

- Позже у меня немного прояснилось в мозгах, - Аргам улыбнулся, его тяжелые губы раздвинулись в дугу,я говорю "прояснилось", потому что был словно в тумане... я кинулся вон из номера... Уже у лестницы я вдруг подумал, что до прихода полиции не следует упускать девушку из виду. Вернулся и запер снаружи дверь ее квартиры. Я был уверен, что это она прикончила Зенона.

- Почему?

- А кто же еще? - спросил недоуменно служитель.Значит, я помчался вниз. Давно так не бегал. Здесь же кто-то дал знать в полицию. А потом...-он, довольный, улыбнулся,- меня допрашивали. Ох, и красивая была женщина, меластр!.. Не всякому в жизни доведется беседовать с такой красавицей. Когда пошли за девушкой, в номере ее не оказалось. Что вы на это скажете?

- Ничего,- ответил Нерсес Мажан.

- Как ничего?.. Разве это не удивительно?

- Немного...

- Конечно, безобразие, когда человека убивают в собственной спальне, не дав ему даже позавтракать, - сказал служитель.- Но разве это достаточная причина, чтобы отказываться здесь жить? Когда вы переберетесь? Это важно в плане психологического воздействия на других.

- Посмотрим... Дня через два,- ответил Нерсес Мажан.- Если до этого ничего не случится.

Служитель нахмурился. Складки на его лице расположились так, словно он собирался расплакаться.

- Э-э, меластр. Все люди, наверно, похожи друг на друга. Я тут, конечно, чересчур разболтался... Но имейте в виду, что такой номер иногда ждут месяцами.

- Посмотрим,- машинально повторил Нерсес Мажан. - Возможно, дня через два, если ничего непредвиденного не случится.

Выходя из номера Зенона Джабеза, Нерсес задержался у дверей и, пристально поглядев на служителя, дал ему еще одну бумажку.

Лицо Аргама просияло.

- Благодарю вас, меластр. Если что-нибудь припомню или услышу, непременно явлюсь в аптеку на улице Большого Пса и спрошу Нестора. Вы будете довольны, меластр! Прошу вас...

Как обычно, когда диск Синего Солнца закрыл густые серые облака, на небе ярко возгорелось Оранжевое Солнце.

"Хоть бы дождь пошел",-подумал Нерсес.

Облака быстро густели, но день, вместо того чтобы стать сумеречным, окрасился под оранжевыми лучами в невероятные цвета.

"Хоть на пять минут... Несколько капель".

Было душно. Кроме того, дождь был бы все-таки какойто переменой. А необходимость перемен Нерсес Мажан ощущал всем своим существом.

Мажан бесцельно прошелся по комнате, вышел в коридор, побрел в спальню и решил было спуститься вниз, побеседовать с Нестором, но уже в, следующее мгновенье изменил свои намерения и оказался в библиотеке. Он взял маленький футлярчик и раскрыл его. Лежащая на бархате флейта блестела черным корпусом и полированными кнопками. В глубине этого блеска жила мелодия, ежеминутно готовая вырваться наружу. Нерсес Мажан указательным пальцем погладил кнопку, в вогнутой поверхности которой поместилась комната с книжными шкафами, висящими на стенах картинами и миниатюрными люстрами на потолке. Если он нажмет на нее, комната заполнится звуками флейты, приятными и чудесными в своей неповторимости.

Нерсес Мажан поспешно закрыл футлярчик и положил его на письменный стол...

Выход, наверное, есть, в этом Нерсес Мажан не сомневался. Сообразить бы ему, на чем следует сосредоточиться. С чего начать? Что сделать, чтобы Урсула заговорила? Нерсес посмотрел на часы. Рабочий день еще не кончился, и Линду, вероятно, можно было застать в центральном отделении ПОСИЗУ.

Аптекарь подошел к видеофону.

Сначала раздался голос Линды Ло, и только спустя несколько мгновений на экране появилось ее лицо.

Дождь мягко звенел по оконным стеклам. Нерсес Мажан улыбнулся.

- Почему бы и нет? - сказала Линда, выслушав его просьбу о свидании с Урсулой.- Хоть сейчас.

Шум дождя усилился.

- Чему это вы улыбаетесь?

- Дождь идет,- ответил Мажан.- Вы любите дождливую погоду?

- Дождь обычно мешает нашей работе...

- Ах да!

- Если меня здесь не будет, - сказала Линда,- возьмите у дежурного,разрешение на свидание. Надеюсь, вы сможете убедить девушку, что молчание бессмысленно.

- Посмотрим,-вздохнул Нерсес Мажан.-Постараюсь.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Низкое серое небо словно ватное одеяло спустилось на город. Заостренные крыши домов пиками вонзились в рыхлую тяжелую массу облаков, и окна высоких строений скрылись из глаз. Дождь шел мягко, бесшумно. И только обильные потоки в водосточных трубах органно выводили торжественный гимн дождю. Под эту мелодию, подняв воротник плаща, решительно шагал аптекарь Нерсес Мажан.

Со двора двухэтажного здания, к которому он подходил, на бешеной скорости выскочила закрытая коричневая машина и понеслась вниз по улице. Нерсес отскочил, чтобы не попасть под веерный душ из-под ее колес, и, прижавшись к каменной ограде, проводил ее глазами. Засунув руки в карманы плаща, он вошел во двор и решительно толкнул тяжелую дверь центрального отделения ПОСИЗУ.

Он не поинтересовался, .на месте ли Линда Ло, а только сообщил дежурному о цели своего визита и, получив пропуск вместе с указаниями о поведении во время свидания, направился по длинному коридору, освещавшемуся скрытыми в нишах яркими лампами. Пока Мажан раздумывал, в какую сторону идти, подошел служащий в желтой форме, видимо уже предупрежденный о нем.

- Прошу вас, меластр,- сказал служащий, не глядя Мажану в лицо, ибо для этого ему понадобилось бы задрать голову. А он все-таки был человеком хотя и маленького роста, но гордым и к тому же служащим ПОСИЗУ.- Я провожу вас.

Надзиратель пошел вперед. Его уверенные шаги гулко отзывались в тишине коридора. Похоже, он придавал этому немалое значение: его шаги должны были возвещать обитателям камер о приближении силы и власти.

- Кем ей приходитесь? - глядя на Мажана сбоку, спросил он.

- Приятелем.

- Упрямая женщина. Замучила нас. Не завидую Линде Ло. Что там ни говорите, а нервы у нее крепкие.

- У Урсулы?

- У Линды, разумеется! И все-таки - кто же вы этой Урсуле?

- Я сказал - друг.

- Не сердитесь, меластр. Мне показалось, я ослышался. Здешние обитатели не имеют друзей...- он, остановился возле какой-то двери и нажал одну из кнопок возле ручки. - Входите, меластр. Не забудьте, что время свидания ограничено.

- Не забуду, - пообещал Нерсес Мажан.

Дверь тихо щелкнула за ним.

Урсула сидела на кровати и, сложив руки на коленях, нето думала, не то грезила. Она должна бы была слышать звук отворяемой двери, но не шелохнулась.

- Здравствуй, Урсула...

Похоже, она решила, что у нее слуховая галлюцинация.

- Урсула...

Девушка не выдержала, обернулась и воскликнула сдавленно: - Это ты!..

Нерсесу,Мажану захотелось сказать ей нежные ласковые слова, но волнение, словно судорога, свело ему горло, и он смог лишь молча кивнуть ходовой.

- Ты пришел... Я чувствовала, ты меня не оставишь... Ждала. Не верила, но ждала.

- А мне жаловались, что ты разучилась говорить.

- С ними, Нерсес.- Урсула жалобно улыбнулась.

- Ты ждала только меня?

Она кивнула.

- А может, Оскара?

Урсула поднялась с кровати и встала, прислонившись спиной к стене.

"Я поторопился, черт возьми! Нельзя так сразу... Она может перестать со мной разговаривать..."

Поза Урсулы выражала непринужденность и независимость. Нерсес заметил, что топские символические узоры на ее груди потеряли ясные очертания.

- Что ты знаешь об Оскаре? - глухо спросила она.

- Вчера в аптеке ты ждала его.

- Где он сейчас?

- Сейчас?.. Не знаю. Наверное, ты беспокоишься, что он не пришел вчера? Ведь вы, кажется, договорились... По-мoему, он опоздал потому, .что искал покупателя на свои воспоминания. Бакалейщик Теофил согласился быть его посредником...

- Он приходил в аптеку? Когда?

- В полночь... Жаль, я тогда не знал, что он появился ради тебя. Мы до утра могли посидеть вместе. Этот Зенон поступил не очень красиво. Разве можно доводить старого партнера, до талого состояния, чтобы тот решился на продажу своих воспоминаний? Это тяжелая штука. Что за человек без воспоминаний? А тебе не известно, почему вдруг Зенон решил не возвращать выигрыш обратно?

Она зыбко новела плечами.

"Говори же! Говори!" - Не знаю, может, он хотел отомстить Оскару.

- За что?

- Видно, понял, что мы любим друг друга. Но мы же не виноваты в этом? Я никогда не отказывалась выполнять свои обязанности в отношении Зенона... Скверно все получилось... Мы ведь окончательно собрались уехать. Хотели обосноваться на такой планете, где можно спокойно и счастливо любить друг друга... любить до последней минуты жизни. Нет на свете большего счастья!

- А как же Зенон?

- Зенон?.. Он думал о себе. Любил меня, но только для себя. Мне было очень тяжело. Но я не могла отказаться от своих обязанностей. Жаль только, что я так поздно встретила Оскара. Хотя, не будь Зенона, мы бы вообще не встретились... Если я дочь Варвукса, это не значит, что я не имею права жить по-человечески, - добавила она печально.

"И все-таки придется попытаться... Я вынужден... Прости меня, Урсула..."

- Это он? - спросил Нерсес.- Он убил?

Урсула растерянно посмотрела на аптекаря.

- Почему ты так думаешь?

Нерсес пожал плечами.

- Не понимаю одного - что тебе понадобилось в номере Зенона? размышлял вслух Нерсес Мажан.- Я ведь уверен, что в убийстве ты повинна столько же... сколько я.

Она усмехнулась:

- Вот и следователь тоже не понимает и старается заставить меня выдумать историю о том, как я убила Зенона. А что я могу выдумать?

- Поэтому ты предпочитаешь молчать?

- Поэтому. Я ведь простая девушка. Если я попытаюсь что-нибудь сочинить, Линда тут же запутает меня - и, я боюсь, мои ответы подведут ее к выводам, что убийца он. И тогда мы уже никогда не сможем поселиться на другой планете и найти свое счастье...

- Но ведь и сейчас положение не лучше. Главные улики свидетельствуют против тебя. А если ты будешь признана виновной, едва ли будет реально тобой задуманное.

- Нет! - легким- движением головы Урсула откинула со лба волосы. - Как ты не можешь понять, Нерсес? Я же не убивала. Следователь рано или поздно убедится в этом, и меня отпустят. А вдвоем мы как-нибудь сможем покинуть Виланк. Ты думаешь, это трудно? Ведь мы любим друг друга. Ничего, что Оскар проиграл все свои деньги. Думаю, ты поможешь, Нерсес? Мы непременно вернем долг. И очень коро. А ты приедешь к нам и увидишь наш дом, построенный на берегу реки, наших детей... У нас будут дети. Собственные. Не так, как на Варвуксе. Наш род станет большим и будет продолжаться долго-долго, несколько веков... Не смейся надо мной, Нерсес!

- Я не смеюсь. И непременно помогу... Ну, а если всетаки ты не сможешь убедить следователя в своей невиновности?

- Об этом я тоже подумала. Тогда мои мучения закончатся очень быстро. И может, так будет даже лучше. Ведь если его найдут, я останусь совсем одна. И никому не буду нужна! Появится еще какой-нибудь Зенон, который будет любить меня только для себя...- Нет, не хочу!

Она оторвалась наконец от стены и, отодвинув в сторону столик, села рядом с Нерсесом на кровать.

- Н-да, - вздохнул Мажан. - Зря ты себя так недооцениваешь. Редкие женщины умеют любить так, как ты любишь Оскара! Скажи, Урсула, ты уверена, что он достоин твоей любви?..

- Теперь поздно об этом говорить... Я бы никогда не позволила ему это совершить, но мне такое и в голову не могло прийти. А сейчас ничего поправить нельзя... Теперь, правда, я спокойна, потому что все для себя решила... Ни за что никому не позволю вмешиваться в наши дела. Я не преступница. Это самое главное. Остальное - дело следствия.

"Спасибо, Урсула... Ты открыла мне правду. Это так важно, и прежде всего для тебя".

- Но ты не сказала, что делала в номере Зенона.

- Это так ясно!.. Я ходила узнавать... ну, как тебе объяснить... Не нуждается ли он во мне? Я должна была это делать ежедневно. Меня связывали с ним обязательства. Зенон был очень капризным. И не всегда благородно себя вел.

Она положила ногу на ногу, обхватила руками колено.

По-видимому, эта позл ее успокаивала, и, разговаривая, она размеренно раскачивалась телом взад-вперед.

- Когда Зенон отсылал меня обратно, мы с Оскаром проводили время вместе. Гуляли, пили кофе у меня в номере, а то и...

- В баре.

- Верно, в баре. Это Оскар сказал?

- Нет.

- Откуда же ты знаешь?

- Линда Ло вас там видела. В тот день она до позднего вечера ждала тебя и Оскара именно там.

- Оскара? - Урсула встряхнула головой, словно отгоняя непрошеные мысли.

- Ты что-то хотела сказать.

- Я? - она глубоко вздохнула.- Увидев Зенона в спальне в таком виде...

- В каком?

- Мертвым.

- Когда ты вошла в спальню, он был уже мертв?

- Ну, конечно... Вначале мне стало страшно. Это ужасно, когда мертвый человек сидит. А он сидел на диване, будто ничего и не произошло. Я растерялась... Я подумала, что это Оскар свел с ним счеты. Было только странно, что он так легко отпустил меня к Зенону. Хоть бы предупредил...

- А почему ты решила, что его убил Оскар?

Урсула удивленно посмотрела на Мажана: - Кто же еще?

- Ты встретила Оскара, когда тебе уже стало известно, что Зенон обманул его?

- Оскар появился в полдень. На лице ни кровинки. "Я спустил все свои деньги... А время уже истекло". Мне показалось, рушится мир. Чтобы Зенон нам не помешал, я сама пошла .узнать, не нужно ли ему чего-нибудь, Урсула все раскачивалась, и Мажан вдруг почувствовал, как раздражает его ее качание, но девушка этого не заметила.

- Ты спрашиваешь, почему я решила, что убил Оскар? Не могу сейчас вспомнить, я не сразу это поняла и только потом, когда увидела, револьвер...

- Какой револьвер?

- Револьвер Оскара,- пояснила Урсула.- Он лежал на ковре. О!.. Это было ужасно. Может, именно поэтому Оскар и не помешал мне пойти к Зенону?

Нерсес Мажан вдруг отчетливо увидел Оскара, который, пустив пулю в висок своего партнера, постоял неподвижно несколько мгновений или несколько минут перед диваном, пытаясь постичь весь ужас происшедшего. Нерсес Мажан увидел взгляд Оскара, ставший бессмысленным, представил, как бесшумно падает на ковер револьвер из ослабевших пальцев. А потом? Потом Оскар в панике бросается вон.

А может, наоборот, медленно идет к выходу, как в кошмарном сне?

- Этот револьвер я видела у Оскара. Он был маленький, как игрушечный. А сбоку выгравированы две сплетенные буквы О.

- Ты вернула его Оскару?

- Да. И он почему-то удивился. "Я забыл о его существовании. Откуда ты взяла это?" - спросил он. А я в это время думала, что служитель в любую минуту может поднять шум. "Улетим сейчас же с Виланка, пока никто ничего не заметил",- предложила я" Он рассмеялся: "Как же мы можем уехать? Я ведь говорил тебе, что проиграл все деньги".- "Зачем, зачем ты это сделал?" крикнула я в отчаянии, ведь я думала, что он убил Зенона, чтобы забрать свой проигрыш. "А что я сделал?" - спросил он с недоумением, и я было даже поверила, что он и в самом деле тут ни при чем. Мне казалось, пора действовать, и я сказала, что надо бежать, пока служитель не обнаружил труп Зенона. ."Зенона?! - он сначала растерялся. А потом спрятал револьаер и сразу стал решительным и каким-то жестким. - Отправляйся в аптеку на улице Большого Пса. Мы встретимся там",- сказал он. И заставил меня тотчас уйти из "Капеллы". "Немного подожду, посмотрю, что будет дальше. Ты расстроила все наши планы, Урсула". Я не поняла, чем именно я их расстроила, а он ничего не объяснил.

Урсула замолчала, все так же продолжая раскачиваться.

И Персее подумал, что это монотонное движение выдает глубокое горе девушки.

- Ты не могла бы посидеть спокойно? - попросил он.

- Я спокойна... Сейчас совершенно спокойна.

Персеc Мажан не сомневался, что Урсула, перестрадав, выстроила свою логическую цепь и пришла к каким-то определенным умозаключениям. Вот только насколько верны ее выводы? Если бы можно было узнать, что она решила...

- Ну, а Зенон? Что ты знаешь о нем?

- Пожалуй, очень мало.

У Мажана засели в голове слова администратора гостиницы о том, что Зенон предвидел свою близкую кончину, ждал ее с завидным хладнокровием.

- Когда вы познакомились?

- Очень давно... Лет семь-восемь назад.- Она глубоко вздохнула. - Тогда это был веселый и беспечный человек. Через несколько дней после нашего знакомства он предложил заключить взаимное соглашение... на десять лет. Это большая редкость. Договоры заключаются обычно на два или три года. Мне казалось, Зенон любил меня. Позже я поняла, что он любил только себя.

- Он с Леты?

- Да.

- Раньше он был беспечным... А потом?.. Не хочешь ли ты сказать, что у него появились заботы и тревоги?

- По-видимому, да.

- Чем он занимался на Лете?

- Не знаю. Он не любил рассказывать о себе. Только часто повторял, что я для него все.

- То есть?

- Не знаю. Когда он так говорил, мне становилось очень хорошо. А ему нравилось, когда я была веселой и считала себя счастливой. "Из нас по крайней мере один должен быть веселым",-говорил он с улыбкой.

- Лочему он так сильно изменился?.. Может, о чем тосковал? Ты не задумывалась над. этим?

- Нет, не задумывалась... До встречи с Оскаром. После этого состояние Зенона стало беспокоить меня. Мне казалось, он знал или догадывался, что мы с Оскаром любим друг друга.

- Он делал какие-нибудь намеки?

- Нет, никогда, - сказала Урсула, - а может, Зенон об этом и не думал... Он был человек замкнутый.

- Попробуй вспомнить, Урсула. Это чрезвычайно важно... У него когда-нибудь было желание покинуть Виланк навсегда?

- Последние несколько лет,, уезжая к себе на Лету, он всякий раз при прощании повторял, что больше сюда не вернется. Первый раз я поверила ему и почувствовала себя несчастной. Но очень скоро я полюбила Оскара... Никакого соглашения Оскар мне не предложил, это не нужно было ни ему, ни мне. А вскоре неожиданно вернулся Зенон. Я сейчас припоминаю, он был тогда какой-то печальный. Даже встреча, со мной не обрадовала его. Каждый раз он приезжал совсем не надолго. И, возвращаясь на Лету, говорил: "Теперь я уезжаю навсегда". Но я уже знала, что скоро он опять появится в "Капелле.".

- Как он объяснял свои возвращения?

- Никак не объяснял. "Вот мы и встретились снова", - с грустной улыбкой говорил он обычно. A я уже опасалась его, мне казалось, он подозревал меня в неверности. Мужчины все такие.

Нерсес Мажан поднялся.

- Ты уходишь? - встревожилась она. - Так скоро?

- Сейчас появится надзиратель и предупредит, что время свидания кончается, - объяснил Нерсес Мажан.

- Нельзя ли еще раз...

- Непременно, - сказал Нерсес, - я приду скоро...

- Я так одинока... И это ужасно...

- Одиночество отвратительная штука, - согласился Нерсес Мажан.- Я непременно приду.- Помолчав, аптекарь добaвил: - На твоем месте, Урсула, я бы ничего не скрывал от Линды.

- Нерсес, умоляю, замолчи! - девушка, казалось, была в отчаянье.

- Не волнуйся... Я не собираюсь давать показания вместо тебя. Между прочим, у Зенона обнаружили чековую книжку и всего пять тысяч семьсот двадцать одну купюру наличными.

Урсула в недоумении уставилась на Мажана:

- Какая разница, сколько денег у него нашли?

- Векселя и двадцати тысяч Оскара не оказалось на месте,-пояснил Нерсес.

- Ты хочешь сказать, что...

- Оскар честно взял только причитающуюся ему сумму, свой проигрыш. И не подумал, что тем самым выдает себя.

- Нерсес, он говорил, что мы не сможем уехать! - воскликнула Урсула... Так и сказал: "Не сможем... я спустил все, что у меня было".

- А может, он не хотел ехать с тобой?

- Нет! Что ты говоришь! Этого не может быть!

- Поразмысли-ка, - настаивал Нерсес, ласково погладив девушку по руке.И стоит ли в таком случае молчать?

Она покачала головой.

- Подумай.

- Нет... Мне все равно... Если даже ты и прав.

Она скрестила на груди руки и в раздумье посмотрела на Мажана.

- Сейчас, пожалуй, легче станет... если... Нерсес, я даже сама себе не нужна. Значит, он не хотел уезжать со мной?..- она помолчала, потом произнесла почти шепотом: - Я не стану молчать, Нерсес. Я буду говорить.

- Расскажи все, все без утайки, - обрадовался Нерсес.-по-моему, Оскар просто недостоин тебя.

- Я придумаю увлекательную историю. - Урсула улыбнулась. Увлекательную историю о том, как я убила Зенона. Он сможет уехать один... Линда обрадуется...

- Урсула, ты сошла с ума!

- Сегодня же все придумаю.

Мажан беспомощно огляделся.

- Ты не в своем уме... Подожди хотя бы дня два-три... Я поищу Оскара и переговорю с ним. Он не станет ничего скрывать от меня. Прошу тебя, не выдумывай никаких историй. Обещаешь?.. Ну, дай слово, что хотя бы будешь молчать.

Урсула стояла бледная, бессильно опираясь рукой о стол. Потом она вдруг бросилась к аптекарю и прижалась к его груди, глухо выкрикивая сквозь рыдания: "Нерсес! Нерсес!" Послышался стонущий лязг отпираемого засова...

Сквозь полуприкрытые веки Нерсес Мажан видел прозрачное небо, в глубине которого вспыхивали крошечные искры, они кружили, то замедляя, то ускоряя свой ход.

Невесомые, неуловимые, как воспоминания, таяли, улетучивались, оставляя после себя тоску и печаль.

Мажану пришло в голову, что он никогда раньше на задумывался о, том, куда исчезают из памяти горестные или радостные, воспоминания о тех событиях, которые прежде глубоко волновали человека. Куда ушли, например, Эстер, Коротышка Маджо, бархатные осенние дни, придававшие столько прелести планете Джузароки?

Осень Джузароки. Кончалось лето, и в несколько дней ярко-синий мир превращался в красный, а потом - в зеленый. Воздух делался звенящим, ласковым, и спеющие виноградные гроздья в саду жадно насыщались солнечными лучами...

Всякий раз, когда в Капутане приближался час сбора плодов, отец Нерсеса возвращался из космоса. Сейчас даже трудно сказать, то ли отец возвращался к началу сбора ц винограда, то ли его возвращение возвещало начало сбора...

- Нерсес, ты слышишь меня?..

Высокий, крейко сбитый и сильный отец ловко срезал тяжелые гроздья с белыми, розовыми или черными ягодами, покрытыми тонким матовым налетом.

А спустя несколько дней в глубине сада, под навесом, отец с сыном давили виноградный сок. Крупные ягоды лопались, словно пузырьки газированной воды: члоп, члоп, члоп!

- О чем ты думаешь, Нерсес?..

И густой виноградный сок, от которого першит в горле...

Из большой белой кружки Мажан-отец сначала давал напиться сыну, затем пил сам. Какой сладкий сок!.. Вскоре он начинал бурлить! Снова лопались пузырьки, только более тихо, ласково. Ежедневно они спускались в погреб, чтобы послушать новую, пьянящую песню, винограда и солнца.

В подвале было прохладно и торжественно, как в огромных пещерах Джузароки.

Не любишь ты меня, Нерсес...

Осень дряхлела. Все чаще, когда легкий послеполуденный ветер скользил над лесами и лугами срывались покрасневшие и желтые листья, кружили в воздухе, играя с лучами заходящего солнца, неторопливо стелились по земле, удобряя почву.

- Нерсес, ты думаешь об Урсуле?

Спешащие дни складывались в недели. Вязкий сок винограда превращался в вино, луга и леса щеголяли пышными красками, Мажан-отец уезжал на патрулирование и вновь возвращался. Приближалась синяя весна.

Сейчас я оболью тебя водой!.. Не пугайся...

В ту же секунду Нерсеса окропили холодные колючие брызги. Он вскочил с места и сел, ошеломленно озираясь.

Забель смеялась, и под купальником четко обрисовывались ее вздрагивающие груди.

Нерсес Мажан перевернулся на песке и лег, подперев лицо ладонями, пытаясь охватить взглядом страстно и беспокойно колышущееся море. Под яркими солнечными лучами вода стала зеленой, упругие волны с упрямством бились о песок, а сильный ветер взбивал на них белую пену. После отлива песок еще несколько минут продолжал жить в пене.

У пены была своя мелодия. Нерсесу Мажану хотелось вслушаться в нее, но шум моря был сильнее. И все-таки он успел понять, что пенная песня немногим отличается от гимна давильни - и там и тут звучит голос Жизни...

Лежа на спине, Нерсес видел на мглистом фоне моря и неба короткие кудри, длинную шею, под тонкой кожей которой пульсировали синие жилки, высокие крепкие холмики, спрятавшиеся под полосатой тканью, видел тело, дышащее мелкими каплями пота, и слегка раздвинутые ноги, тронутые загаром, нежные и хрупкие в своем совершенстве и одновременно выносливые и сильные.

Обхватив руками смуглые золотистые плечи, Забель задумчиво смотрела на море.

Она казалась Нерсесу частицей буйной стихии, торжествующей вокруг.

Мажан прикрыл глаза...

- Нерсес, не спи!

Он не спал.

Он прислушивался к шуму моря, к песням пены, веселому и грустному голосу Природы. Он чувствовал, что он сейчас не просто человек, получивший в дар длительную молодость, он осознавал себя частицей самой Жизни.

Невероятно было, что все это он испытал на Виланке.

Ведь Виланк был планетой самообмана, планетой, где господствовал культ Удовольствия, где считалось чудачеством заниматься чем-то другим. Думать, например.

...Каштановые, бронзовые, золотистые кудри. Эстер или Забель? Синие луга и Коротышка Маджо, а может быть, Смуглый Ноэль? Налитые солнечными лучами золотые виноградины, из которых брызжет волшебный сок... И большая планета Виланк, которая в его воспоминаниях становится все меньше и наконец превращается в маленькую строчку из 137-го дополненного издания "Полного галактического справочника" Бенедикта.

- Нерсес!..

Он ощутил возле уха беспокойное и горячее дыхание Забель. Потом услышал мерный шорох песка, это девушка повернулась на бок.

Нерсес вдруг додумал, что он, кажется, знает, как виноградный сок превращается в вино...

Он приподнялся на локте и посмотрел на. девушку, которая с ленивой соблазнительной грацией снова перевернулась на спину и раскинула руки, словно стремясь обнять большой радужный мир.

- Забель! - шепотом позвал Нерсес.

- Ты слышишь, как подкатывается море?

Море вздыхало, волны поднимались, бросались вперед и размывали прибрежный песок. Горячий воздух жадно впитывал прохладу водяной пыли.

- Не закрывай глаза!..

- Нерсес, какой горячий песок!..

Волны упорно рвались вперед. И с отчаянной смелостью разбивались о берег.

Раскаленный песок дышал в лицо Нерсесу. Небо перестало существовать, море стало воспоминанием, переливающейся радугой, мир все сгущался и вдруг взорвался радостным ликованием.

- Я закричу!

- Кричи,-прошептал Нерсес.

...Когда Синее Солнце спустилось, чтобы погрузиться в глубину моря, на берегу уже никого не было. Высокие волны по-прежнему с размаху кидались на берег, но веселые разноцветные брызги, образующие причудливые веера, исчезли.

Теперь на обожженном песке волны оставляли глубокий след - морская пена расползалась по берегу, песчинки, дрожа и обгоняя друг друга, скользили вниз, стремясь найти удобное и спокойное место.

Откуда-то из глубин моря подошла огромная волна и с грохотом обрушилась на берег. Обнаружив на песке два полосатых лоскута, она принялась играть с ними, на минуту вообразив себя независимой. Потом, уйдя под слой песка, медленно, устало отступила в море.

В высохшей яме, под горячими лучами Оранжевого Солнца билась рыбка... Радужный цвет ее чешуи таял в солнечных лучах.

- Хочу послушать, что говорят об Урсуле, - сказал Нерсес Нестору, когда вечером зал аптеки заполнили посетители.

Почти все они знали об убийстве в "Капелле" и теперь действительно пытались вспомнить сидевшую вчера за столиком в углу девушку с топскими узорами на груди. Но ничего, кроме досужих вымыслов, Мажан так и не услышал.

Стоило кому-то одному вспомнить или придумать какую-нибудь деталь, как тотчас же ее ловко связывали с убийством; и все дружно удивлялись, как это они не заметили, с каким чудовищным убийцей сидели вчера почти рядом.

Закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, Мажан расположился в кресле, прислушиваясь к разговорам людей, для которых даже убийство становилось развлечением...

Надо было проанализировать факты и прийти к правильному выводу, что оказалось очень нелегким делом. Факты не желали выстраиваться в стройную логическую цепь и рассыпались на множество бессвязных событий... Растерянный Оскар, решивший продать свои воспоминания... Суетливый продавец из музыкального магазина (но он-то при чем?..)... Урсула здесь, в аптеке, а затем там, в камере центрального отделения... Забель! Коротышка Маджо... Сидящий в кресле у себя в спальне Зенон Джабез ("Это ужасно, когда мертвый неловок сидит!"). Раскачивающийся на металлической проволоке канатный плясун, который играет на скрипке ("Уходи! Я принадлежу ему... Давно, уже очень давно").

- Добрый вечер, Нерсес.

Пока аптекарь приходил в себя от неожиданности, Оскар придвинул, стул к его креслу и сел.

- Извини, я немного...- Оскар говорил заплетающимся языком.- Я немного не того... Извини, что я пил один... Но мы сейчас продолжим вместе. Угощаю я.

- Ты был у Теофила? - спросил Нерсес Мажан.

Оскар как-то растерянно смотрел на Нерсеса, и аптекарю показалось, что он понял, почему Оскар хотел продать воспоминания. "Я должен избавиться от своих воспоминаний... Воспоминания стали для меня тяжелым грузом".

Видимо, нет более подходящего способа спастись от ПОСИЗУ, чем забыть о своем прошлом. После продажи воспоминаний Оскар становится недосягаемым для закона.

Нелепо предъявлять обвинение и покупателю. Оя ведь не может отвечать за чужие преступления. Вот и все... В результате ни фактически, ни юридически преступника больше не существует.

Нерсес Мажан почувствовал спазмы в желудке. К горлу подступала тошнота. Он наклонился, крепко ухватившись за край стола.

- Кто этот Теофил? - голос Оскара шел словно откудато издалека.- А-а, тот бакалейщик?.. Нет, Нерсес... Нет. Вчера я к концу дня получил назад свой проигрыш... Да... Получил назад. Ну как, пару рюмочек "Легендарной Земли"?

Нерсес все еще не пришел в себя и никак не мог понять, о чем говорит Оскар. Откуда-то из глубин сознания.всплыл новый вопрос. Если Оскар уже продал воспоминания, то как же он помнит аптеку и аптекаря? Как он может помнить, что прошлой ночью они пили в баре "Легендарную Землю"?

- Здесь продаются только фруктовые соки,- механически сказал аптекарь. И вдруг смысл сказанного дошел до него.-Как это ты получил деньги назад?

- Как?..- Оскар добродушно рассмеялся и сделал паузу.- От Зенона.

Нерсес Мажан потер ладонью лицо, словно наконец-то проснулся.

- Он любил пошутить... А я сомневался. Дурак... Это я о себе... У нас было шутливое условие, но...- Оскар покачал головой,- но л это была игра, настоящая игра... И теперь я кричу на весь Виланк, что настоящие игроки это мы. Я и Зенон. И Виланк никогда больше не увидит таких игроков... Никогда. Мы играем ради переживаний, ради ощущений, Нерсес... Теперь их нет, они исчезли... Люди сделали все для того, чтобы уничтожить... чтобы убить любое переживание... И убили. Да, Нерсес, им это удалось. А жизнь без переживаний ничего не стоит.

Нерсес Мажан отодвинул свое кресло подальше от Оскара.

- Где Зенон? - вопрос прозвучал явно бессмысленно.- Я хочу сказать, как же он вернул деньги, если он мертв?..

- Мертв? - Оскар наклонился через стол к Нерсесу. - Нет, тогда он еще не умер, Нерсес...

Лоб аптекаря покрылся холодной испариной.

- Вчера он был мертв,-- продолжал Оскар.- Я хочу сказать, что для меня он был мвртв ровно в полдень, когда раздался последний удар часов. Но я заблуждался. Сейчас он уже не мертв. И мы единственные истинные игроки. Ты все еще сомневаешься?..

- Я? - Нерсес промокнул салфеткой дицо.

- Нет... Не верю, что его убили! - воскликнул Оскар, и за соседними, столиками обернулись, надеясь услышать что-нибудь новое. Но, увидев за столом развалившегося пьяного, тут же разочарованно вернулись к прежним разговорам, - Можешь верить или не верить,- сказал Мажан,- от этого ничего не меняется.

- Нерсес... Я хочу угостить тебя коктейлем.

- Каким образом ты получил обратно векселя?

- Каким образом? Вернее, откуда? Из отделения банка. "Капелла", первый этаж... Утром, когда мы расстались, я решил побродить по городским улицам.Оскар с трудом оторвался от стода и уперся руками в его край, стараясь сохранить независимую розу.- Доводилось тебе когданибудь совершать прогулки на заре? Все в синей дымке - дома и деревья, улицы и редкие прохожие. Мне казалось... то есть я хочу сказать... был убежден, что кругом все призрачно...

- Значит, ты отправился бродить по городским улицам, - напомнил Нерсес.

- Я бы не вернулся домой, если бы не хотелось спать... Сейчас тоже клонит ко сну, - Оскар сладко зевнул.-Не спал ни днем ни. ночью, только пьянствовал... от радости... Оттого, что на свете есть такие люди, как Зенон. Люди часто приносили мне горе... А уж если вдруг случилось, что ктото меня обрадовал, то по этому случаю стоило выпить - да так, чтобы сердце в, груди пело.

- Итак, ты возвратился домой, потому что хотел спать, - напомнил Нерсес Мажан.

- И встретил казначея. Он любезно поздоровался со мной: "Меластр, на ваше имя сделан, вклад в двадцать тысяч". На мое имя! Я схватил его за воротник. Не люблю, когда меня разыгрывают. Однажды на Рамзесе я встретил в орбитальной гостинице... как их называют?., да, немого, прибывшего из Лолиланса, то есть не немого, а тех, что говорят, но у них нет голоса, и они не раскрывают рта... Но говорят...

- Так казначей сказал, что на твое имя положено двадцать тысяч?..

- На мое имя! Я не ожидал от Зенона такого. Если бы его не убили, мы бы с ним разработали новый способ возврата выигрышей...

- Зенон сдал в банк векселя на твое имя?

- О чем же я тебе толкую столько времени? Мы единственные на Виланке...

- Идем наверх... А то ты, чего доброго, так и заснешь на столе.

- На столе? Разве я сижу не прямо, Нерсес? Дай я угощу тебя пуншем.

- В другой раз,- Нерсес Мажан поднялся. Оскар попытался встать, но, видимо, ему было крайне трудно сделать это.- В следующий раз,- повторил Мажан, подхватил Оскара под руку.- Нестор, помоги мне отвести его наверх.

Нестор сочувственно покачал головой.

- Пусть поспит,- сказал он.- Потом дадим ему что-нибудь бодрящее.-Он уложил Оскара на диван.-А не стоит этого малыша отправлть домой?

- Малыша? - Оскар всхлипнул.- Так меня называла только мама.

- Он не сможет и на два шага отойти от порога,- сказал Мажан.

- Ничего... полиция помогла бы,- Нестор оглядел фигуру, лежащую на диване.

- У же уснул.

- Две ночи не спал.. И не хочет иметь дел с полицией.

Нестор кивнул головой: "Понимаю!" -и вышел в зал.

"Неужели я задремал?" Нерсес Мажан протер глаза и глянул в сторону дивана. Оскар уже проснулся.

"Кажется, я действительно задремал".

- Ну, как ты себя чувствуешь? - обратился он к Оскару.

Тот помотал головой.

- Голова болит?

Оскар приложил ко лбу ладонь, как бы проверяя, не болит ли голова.

Мажан бросил в стакан воды таблетку, энергично его взбалтывая, и протянул Оскару: - Выпей, это поможет.

- Спасибо.-Оскар с отвращением отхлебнул кисловатую жидкость и, сбросив шерстяной плед, встал.-Долго я спал?

- Не знаю. Я сам задремал. Вот так, сидя на стуле.

- М-м, - промычал Оскар и оглядел комнату.

- Ты что-то хотел сказать?

Оскар старательно поскреб затылок.

- Пожалуй...- он помолчал, словно подыскивая подходящие слова.- Меня не спрашивали?

- Кто?

- Скажем... Женщина по имени Урсула,- он вопросительно посмотрел на аптекаря.

- Дня два назад...

- Два дня назад,-перебил его Оскар.-Два дня назад я думал, все кончено. Иного выхода, кроме как продать воспоминания, я не видел. Так заходила ли сюда Урсула?

- Ты с ней условился встретиться в моей .аптеке?

- Да, ты что-то о ней знаешь? - обрадовался Оскар.

- Она была у меня в день убийства... И ночевала здесь.

Оскар с минуту оторопело смотрел на Нерсеса. Потом его глаза округлились, и он рассмеялся.

- Чему ты радуешься?

- Выходит, когда Линда Ло в баре расспрашивала об Урсуле, она преспокойно спала у тебя в аптеке?

- Думаю, спала спокойно.

- O-ох! -Оскар перевел дыхание.-Ты хороший человек, Нерсес. Ты мне очень нравишься. Значит, ты ее спрятал... А ты знал, что ее ищут?

- Она мне сказала.

Оскар был растроган.

- А мы-то решили, - вздохнул он, - навсегда покинуть Виланк и начать новую жизнь на незнакомой планете... А потом, когда случилось это...-он шумно высморкался, - на деньги, вырученные от продажи воспоминаний, я собирался отправить ее подальше от этого безумного мира. Таково было мое завещание.

- Она согласилась бы?

- Она мечтала уехать...

- С тобой.

- Ну конечно... По-моему, она взяла бы с собой и меня, хотя от настоящего Оскара сохранилась бы только... оболочка,- он посмотрел на свое тело как на чужое, словно со стороны.- И больше ничего. Мы построили бы дом на берегу реки, завели детей. Она бы рассказывала мне, то есть не мне, а тому пустому мешку, продавшему воспоминания, о настоящем Оскаре. Мой опустошенный мозг с радостью впитывал бы истории, воспринимая их, словно волшебные сказки. - Оскар всхлипнул.-Но сейчас все изменилось, - утешил он себя.-Мы можем отправиться хоть сегодня. Верно?.. Я в долгу перед тобой, Нерсес.

- Почему?

- Потому что ты укрыл Урсулу. Если вдруг ее отыщет ПОСИЗУ, снова все полетит к чертовой бабушке. Ты понимаешь?..

- Одного я не понимаю, - сказал Нерсес,-почему ее преследует полиция?

- Разве не ясно? Из-за Зенона.

- Ты имеешь в виду, что Урсула...

- Да,- сказал Оскар.- К сожалению, это так.

- Неужели!

- Не могу простить себе, что выложил ей все о проигрыше. Нужно было потерпеть. Кто бы мог подумать, что она способна на такое? Теперь я ее понимаю: видеть разбитой самую заветную мечту. Житейские неприятности переносить легче... Что же касается иллюзий!.. Странно, однако это так, верно?

- Видимо.

- Не видимо, а точно. Могу привести множество примеров. Взять хотя бы случай, который произошел прямо у меня на глазах. На Бенедикте...

- Ты хочешь сказать, что Урсула...

- Да... В полдень я понял, что пропал, и поспешил к Урсуле. Ведь это касалось не только меня.

- Однако, проходя мимо двери Зенона Джабеза, переменил намерение? заметил Нерсес Мажан.

- Я человек гордый,- важно произнес Оскар.- Игра во всех случаях остается игрой. Правда, сейчас я упрекаю себя за то, что не зашел тогда к Зенону.

- Почему?

- Зайди я к нему, не случилось бы всего этого. Мой жалкий вид его бы обрадовал. Он бы не стерпел и послал меня в отделение банка. Конечно, не сказав об ожидающем меня там сюрпризе.

- Эту возможность я упустил из виду,- скорее сам себе сказал Нерсес Мажан...- Она не исключается.

- Что именно?

- Да так, ничего... Значит, ты отправился к Урсуле.

- Она сразу заметила, что я чем-то удручен. Я нидего не хотел рассказывать, но можно ли остаться верным своему решению, если имеешь дело с женщиной, которая с первого взгляда поняла, что тебе наступили на хвост? Можно?..

- Не знаю.

- Уверяю тебя, нет. В таких случаях женщина становится невероятно упрямой и настойчивой.

- Одним .словом, ты все ей рассказал.

Оскар кивнул.

- Впрочем, и рассказывать-то было особенно нечего.

Я говорю ей: "Проиграл свое состояние. А полдень уже прошел". Вот и все. И вдруг вижу, как она медленно оседает на пол. Закрывает лицо ладонями. Она переживала те самые минуты, о которых я только что говорил. Минуты, когда понимаешь, что рушится твой мир. Я попытался поднять ее. Но она не захотела. Потом она встала и, не глядя на меня, произнесла: "Что же нам делать, Оскар?" А я ответил, что пришел как раз для того, чтобы решить это. "Постой... Я сейчас посмотрю, что делает Зенон",- сказала она и вышла из комнаты.

- Она ничего не взяла у тебя?

- А что она могла взять? - спросил недоуменно Оскар.

Нерсес Мажан разочарованно посмотрел на него.

- Почему она вдруг решила пойти к Зенону?

- Это старая история... Знать бы, что стрясется такая беда, не пустил бы. Пусть лучше Зенон застал бы меня у Урсулы. Такое уже раз случилось несколько лет назад, мы едва но попались из-за своей неосторожности. Неопытные были, да и Зенон объявил, что навсегда улетает с Виланка. Посла этого случая Урсула всякий раз сама шла к нему узнавать, не нужна ли ему.

- Теперь понятно,- сказал Нерсес Мажан.

Оскар усмехнулся:

- Конечно, это было нехорошо по отношению к Зенону. Поэтому я безропотно уступал ему первенство. Ну и что же, что мы находились наВиланке? Кто сказал, что здесь нельзя любить? Скажи, разве это запрещено?

- Нет,- грустно ответил Нерсес Мажан.- Не запрещено.

- Вскоре Урсула вернулась... Никогда еще я не видел ее такой бледной.

.- Что она сказала, когда вернулась, ты помнишь?

- Стала уговаривать уехать, не теряя времени... Однако ты допрашиваешь получше, чем Линда.

- Разве я допрашиваю? - смутился Нерсес.- Меня просто одень занимает эта история. Я же не виноват, что вы договорились о встрече именно в моей аптеке. .Из-за вас я эти дни не могу нормально работать. Совсем выбился из колеи.

- Просто более удобного места мне тогда не пришло на ум,- оправдывался Оскар.

- Случается... Значит, Урсула убеждала тебя покинуть Виланк.

- А я не смог сдержать смех... В безнадежной ситуации я обычно начинаю смеяться... Нервы, наверное. Недешево обошелся мне Виланк. Я ей говорю: "Как же мы можем уехать, если я проиграл все". А она мне: "Ну что ты остолбенел? - Тряхнула меня за плечи.- Служитель того и гляди заметит, что Зенон убит". Только тогда я понял, что произошло. Договорились встретиться в аптеке на улице Большого пса. Я убедил ее немедленно уйти из "Капеллы". После ее ухода я заперся и принял холодный душ. Хотел собраться с мыслями. Вот тут-то мне и пришло на ум продать воспоминания.

- Когда полиция стучалась к тебе, ты вправду ничего не слышал?

- Не слышал.

Нерсес поднялся, подошел к Оскару.

- Мы тут вспоминаем, что да как,-сказал он,-а я думаю совсем о другом.

- О чем же?

- Ты уверен, что Зеиона убила...

- Уверен.

- А как она могла убить его? -скрывая напряженно, спросил Персее Мажаи.

Оскар медленно поднял голову, посмотрел на аптекаря и сказал, чуть помедлив: - Из моего револьвера.

Нерсес сдержал готовый вырваться стон.

Вынув из нагрудного кармана небольшой револьвер, Оскар протянул его Нерсесу:

- Вот насечка: "ОО", то есть Оскар Оскар.

- Как он попал к Урсуле? Ты сам дал ей?

- Нет... Не знаю... Я только предполагаю.

- Твое предположение ничего не меняет. Оружие принадлежит тебе, и если убийство совершила Урсула, что маловероятно, то кто может поручиться, что она заходила к Зенону не с заранее обдуманным намерением, о котором ты наверняка знал? Скорее всего, это была придуманная тобой программа. Но даже отлично рассчитанные планы имеют уязвимые места. Взять хотя бы случайности. В данном случае, случайность явилась в образе служителя. Но, вероятнее всего, именно ты свел счеты с Зеноном до вашей встречи с Урсулой. Возможно, револьвер и остался бы в спальне, если бы Урсула не имела привычки заходить к Зенону, справляться о его желаниях. Остается, чтобы ты по совести признался, какой из этих вариантов был на самом деле.

Оскар смотрел на Мажана с детским любопытством и невинно улыбался.

- Ты обязан признаться, - Нерсес Мажан рассердился на улыбавшегося Оскара. - Потому что Урсула уже в центральном отделении ПОСИЗУ. Ее разыскали в то самое время, когда мы болтали с Линдой в таверне.

Лицо Оскара посерело.

- Если ее... нет... постой, Нерсес,- он вынул бумажник. Лихорадочно поискал в нем что-хо. Наконец нашел. И протянул Мажану сложенный вчетверо лист.-Мне не в чем признаваться... Читай. Это произошло, кажется, два года назад, здесь есть дата. Однажды Зенон попросил у меня этот револьвер. "Зачем он тебе?" - поинтересовался я. "Он бесшумный?" - "Да",-ответил я. "Красивый. А для чего ты его держишь?" - "Просто так",- ответил я. "Я тоже хочу просто так. Пусть на время останется у меня". Когда я спросил, почему он не желает купить у оружейника что-нибудь получше, он объяснил, что на Виланке законы иные, есть затруднения с покупкой оружия, а на Лету он отправится не скоро, да и на Лете, пожалуй, у него были бы затруднения. Он настаивал, чтобы все было по закону... Ты уже прочитал? Это справка из полиции о передаче оружия другому лицу.

- Возьми. - Нерсес, посмотрев, вернул документ.

Оскар спрятал листок в бумажник.

- Обычно Зенон оставлял оружие на постели, клал его рядом с ночником. По-моему, он кого-то опасался... Может, меня? Но зачем ему было меня бояться? Заметив револьвер, Урсула, очевидно, решила отомстить ему. Не за меня... За себя. Нелегко сознавать, что рушатся воздушные замки будущего... Я готов взять на себя вину. Для этого нужно очень немного.

- Возможно, - недоверчиво проговорил Нерсес Мажан.

Оскар слова вытащил из бумажника свою справку и тонкими нервными пальцами стал отчаянно рвать бумагу.

- Зачем, это? - растерялся Нерсес.

Собрав в ладонь мелкие клочки, Оскар с силой дунул на них.

- Прости,-сказал он, - твоему старику прибавилось работы. Итак, справки больше нет. Теперь я могу последовать твоему предложению. Линда Ло так страшится проявить женскую чувствительность и слабость, что с радостью поверитмне. Особенно если в качестве вещественного доказательства я положу ей на стол этот револьвер.

Нерсес Мажан почувствовал боль в сердце.

- Виланк еще не окончательно доконал меня, Нерсес.

- Но Урсула... для нее это.. - Что же делать? У меня ведь нет выбора... В жизни человеку доводится любить по-настоящему только раз. Была у тебя такая любовь?

- Да.

- Значит, ты поймешь... Пожалуйста, лозволь мне переночевать у тебя. Хочу в последний раз выспаться как следует...

- Останься, Нестор.

Старик обернулся.

- Не стой, садись.

Нерсес Мажан беспокойно шагал по комнате от книжного шкафа до темного окна и обратцо. В середине этого короткого пути он незаметно бросал взгляд на Нестора, который, откинувшись в кресле, видимо, витал в стране воспоминании.

Странное короткое название "Земля", многим ничего не говорящее слово, воскрешало в нем удивительные и прекрасные воспоминания о крае, откуда начались его странствия по космическим просторам, о радости и тепле общения с людьми, память о родном очаге и лредках.

Нерсес Мажан знал, что для Нестора все было ясно и просто настолько, что он считал излишним говорить об этом вслух. В щедром мире времени и пространства Нестор порой соглашался видеть себя в одном из городов планеты Виланк из созвездия Зугастра, в скромной и неприметной аптеке на улице Большого Пса.

- Оскар уснул.?

- Давно,- ответил Нестор.

Нерсес открыл лежащий на столе футляр.

- Видел мою флейту?

Нестор не ответил.

Нерсес с нежностью погладил блестящие кнопки.

- Ты чем-то недоволен, Нестор?

- Поздно, скоро рассвет... Ты и сегодня решил не спать?

- Не сердись...- Нерсес подошел к окну и засмотрелся на светлые облака, рассеянные по темному небу.- Эта флейта играет одну-единственную мелодию,сказал он, показав пальцем на открытый футляр.- И создана для того, чтобы сыграть ее только раз. Ты слышал когда-нибудь о столь удивительных флейтах?

- В мире звезд ничто не ново.

- Интересно, что это за мелодия?

- Обычная,-сказал Нестор,-самая обыкновенная.

- Не думаю.

- Потому что ты ее не слышал. Это всегда так.

- Пожалуй, твое, недовольство в какой-то мере справедливо, Нестор. Но если так будет продолжаться, придется закрыть аптеку.

- И вместо нее открыть пансионат, вернее, прибежище для тех, чьи пути по воле случая скрещиваются с ПОСИЗУ. Не думай, что я осуждаю тебя. Наоборот, ты мне нравишься такой.

Нерсес Мажан вздохнул.

- Знаешь,- сказал он,- эта история показалась мне вначале просто занятной. И только потом стало ясно, какой у нее трагический и серьезный смысл... Ведь Урсула и Оскар - люди, которых Виланк не смог погубить.

- Виланк портит и постоянных жителей...

- Вероятно. Но с ними он не справился. Случайно они оказались замешанными в не очень пока понятную, но гнусную историю. И если кто-то из них попал под подозрение, то только потому, что не захотел стать жертвой Виланка. Нужно помочь им, Нестор. Здесь ведь никому нет дела до того, что они действительно любят друг друга. Скорее наоборот, это вызывает издевательства и насмешки.

- Хотел бы я, чтобы тебя слышал отец... Он знал, был уверен, что этот знаменательный день для тебя когда-нибудь наступит.

- Почему же знаменательный?

- Твои предки не признавали длительной молодости, отвергали ее цель.

- Какую цель?

- В конечном итоге - заморозить жизнь... Задержать быструю смену поколений, затормозить прогресс, только потому, что многим од приносит неприятности. А какой может быть прогресс в застывшей, однообразной, серой жизни?.. Твой отец был уверен, что не ошибется в тебе... И это прекрасно, что ты наконец очнулся от своей приятной, расслабляющей дремоты и что ты заботишься о будущем, я доволен... Я много думал, отчего, покинув Землю, люди не смогли сохранить все, что веками и тысячелетиями создавали и хранили их предки...

- Ты помнишь Землю?

- Помню?.. Я хотел бы жить только на Земле и сохранить естественный человеческий облик. Хотел бы не мыкаться, перебираясь с одной звезды на другую, путешествуя то в одной галактике, то в другой не быть вечной памятью вашего древнейшего рода, а вовремя удалиться из мира и слиться с прахом моих дедов, с землей.

Темное окно незаметно изменило окраску, стало синим.

Нерсес Мажан извлек флейту из бархатных недр футляра.

- Если сейчас я нажму эту кнопку, мы услышим, Нестор, редчайшую мелодию. И может быть, после этого нам станет понятнее, как жить дальше.

- Может быть, - согласился Нестор.- Но сохраним пока это чудо. Вдруг оно пригодится для более трудного случая?

- Труднее я себе не представляю.- Нерсес Мажан поднес флейту к губам и чуть коснулся гладкой кнопки.Сейчас мне трудно, потому что я не знаю, кому верить.

- Из-за этого, думаю, не стоит нажимать кнопку. Просто поверь обоим. Тому и другому. И посмотри, что из этого выйдет.

Он взял из рук Нерсеса флейту, положил ее в футляр и щелкнул крышкой.

- Я спущусь вниз,- сказал он.- Приближается время работы. Ты будешь спать или приготовить тебе завтрак?

- Попытаюсь уснуть.

- Стало быть, доброй ночи, хоть сейчас уже утро.

- Доброй ночи, Нестор.

ГЛАВА ПЯТАЯ

- Завтрак на двоих, - заказал официанту Персее Мажан.

В "Клубе постоянных жителей", кроме него, никого не было.

Не появилась и хозяйка, потому что после полудня посетителей обычно не бывало. И Персее Мажан был доволен, ему предстоял серьезный разговор, надо было сосредоточиться.

Очаровательная Линда охотно согласилась с ним встретиться и выбрала для этого "Клуб постоянных жителей".

Мажан сидел на своем обычном месте, у окна, в излюбленной позет вытянув ноги и закрыв глаза. Он пытался мысленно восстановить последовательность тех событий, которые не вызывали у него сомнений.

- Персее!

Смутившись, аптекарь торопливо выпрямился и поднял глаза на хозяйку клуба.

- Здравствуй, Забель.

Забель наклонилась и, ласково обхватив ладонями голову Нерсеса, крепко его поцеловала.

- Будешь завтракать?

Нерсес молча кивнул.

- Сегодня я накормлю тебя жареным...

- Я завтракаю не один,- ответил Нерсес.- Кроме того, я уже сделал заказ... Не уходи...

- Ну, если ты не один...- Забель обняла его за плечи.Что случилось?.. Похоже, ты не спал и этой ночью. Такой бледный.

- Не спал.

- Почему?

- Так вышло. Сначала не мог, потому что пытался отыскать ответ на один важный вопрос, ну, а после... оттого, что нашел его на рассвете.

- С кем ты завтракаешь? - спросила Забель, и в ее голосе Нерсес уловил напряженность.- Не хочешь говорить?

- Это секрет,- протянул Нерсес, обрадованный, что девушке вовсе не безразлично, с кем он завтракает.

Официант не спеша, заботливо сервировал стол. Когда он наконец ушел, Мажан сказал:

- Ты когда-нибудь задумывалась над тем, как важно верить людям?

- Ты мне не веришь?

- Тебе?

- Ты не сказал, кого ждешь.

- Линду Ло.

- Так я и знала.

- Я обещал, помочь ей, - в это время Нерсес увидел, как Линда Ло вошла в зал.- Только и всего.

Линда Ло поискала глазами аптекаря и, увидев его у окна, улыбнулась и приветствовала легким движением руки.

- Я. помешаю? - спросила Забель.

- Пожалуй, но если хочешь...- произносящему эти слова, аптекарю Нерсесу Мажану и в голову не приходило, что вопрос Забель и его уклончивый ответ будут повторяться в течение десятилетий, и Забель всегда будет уходить со скрытым недовольством, не оглядываясь, с гордо поднятой головой, и он будет поспешно бросать ей вслед: - Будь готова, возможно, мы отправимся отсюда на ферму... Кстати, обещание это всякий раз будет звучать по-разному. И чаще всего останется одним только обещанием.

Забелин Линда встретились в центре зала. Следовательница, едва кивнув хозяйке "Клуба постоянных жителей", быстрыми шагами подошла к Мажану.

- Вы пригласили меня на беседу или завтрак?

- На беседу, меластра... Но я уверен, что вы и сегодня не успели позавтракать.

- Вы проницательны...- Линда Ло села напротив аптекаря.- Итак?

Нерсес Мажан налил Линде сок.

- Вы не торопитесь, меластра?

- Нет, но надеюсь, наша беседа продлится не больше чем сам завтрак.

- Я обещал помочь следствию.

- Любопытно, - сказала Линда и прищурилась. - Только бы не было слишком поздно.

- Вам удалось что-то узнать у Урсулы? - спросил тревожно Нерсос Мажан.

Она ответила после небольшой паузы: - Нет...

- Значит, я не опоздал со своей помощью, - облегченно вздохнул Нерсес Мажан.

Линда Ло не ответила.

- Меластра, теперь мне известно, как был убит Зенон Джабез.

Нерсес недоуменно дожал плечами, потому что обворожительная Линда Ло, выпив сок, молча и задумчиво принялась за еду, точно она ничего не слышала.

- Урсула с Оскаром уже давно решили покинуть Виланк, обосноваться на какой-нибудь тихой планете, обзавестись детьми...

Линда иронически усмехнулась.

- Но вы послушайте дальше, - обиделся Нерсес.

- Разве я прервала вас?

Нерсес Мажан принялся чертить на салфетке кончиком ножа какие-то невидимые узоры.

Официант подал горячий завтрак.

- Почему вы замолчали? - спросила следовательница.Вы, наверное, хотели сказать, что Зенона убила не Урсула, а Оскар?

- Нет... Ло мнению Оскара, убийство совершила Урсула, а она уверена, что Зенона Джабеза убил Оскар.

- Тогда почему же она молчала?

- У нее были свои соображения. Вам кажется смешным, что на Виланке есть люди, способные любить друг друга... Готовые пожертвовать собой. Для Урсулы жизнь без Оскара лишена смысла.

- Возможно.

Нерсес удивленно посмотрел на Линду.

- В таверне вы считали это невероятным.

Она отодвинула свою тарелку в сторону.

- Будем пить кофе?

- Да, будем пить кофе,- раздраженно сказал Мажан. - Вы так и не нашли оружия. А я нашел. Это оказался револьвер Оскара, который он два года назад в установленном порядке передал Зенону.

- Хотите сказать, что у Оскара есть разрешение?

Нерсес Мажан вдруг увидел перед собой тонкие нервные пальцы Оскара, разрывающие в клочья разрешение, и сказал, глядя в глаза Линде:

- Да. Есть... Оружие Зенон попросил потому, что кого-то боялся и постоянно держал его у себя на столе, в спальне...

- Кого он боялся?

- Самого себя,- ответил Нерсес Мажан.

- Почему вы не едите?

Аптекарь сердито посмотрел на следовательницу, но все же придвинул к себе остывший завтрак.

- Чтобы прийти к такому выводу, следовало просто не думать, что можно верить кому-то одному, а предположить, что оба говорили правду.

- Урсула вам что-то рассказала?

- К счастью, да... Когда я решил поверить и ей, и Оскару, вывод пришел сам собой. Зенона убил...- Нерсес умолк, опасаясь, что его слова прозвучат несколько театрально. Но ничего нельзя было поделать, и он сказал: - Да, Зенона убил сам Зенон.

- Вы хотите сказать, что это самоубийство?

- Да.

- Причина?

- Не знаю: Мне только известно, что, взяв у Оскара оружие, он скрупулезно исполнил все формальности. Почему?.. Да чтобы отвести от Оскара подозрения если после убийства будет найден его револьвер. Мне известно, что в тот день, решив докончить счеты с жизнью, он деликатно, не нарушая правил их игры, перевел в банк на имя Оскара всю выигранную сумму. Администратор гостиницы "Капелла" утверждает, что все эти годы Зенон Джабез находился в состоянии тревоги. И в день самоубийства, прощаясь с ним, сказал: "Прощайте, меластр Даниель.- И прибавил: - Похоже, это наша последняя встреча"... Вы не придали значения показаниям администратора, и он не зря обижен на вас. Если бы вы выслушали его до конца, то узнали бы, что перед тем, как додняться на лифте, Зенон Джабез объявил: "Я больше не вернусь. Я точно уже не вернусь".

Подали кофе.

- Вы провели ценное расследование,- заметила Линда Ло, не скрывая иронии.- Может быть, вас не удовлетворяет ваша специальность? Нет?.. Должна вам сказать, что сегодня утром мы прекратили дело. Я ведь предупреждала вас, что помощь может оказаться несколько запоздалой. Честно говоря, только поэтому у меня нашлось свободное время для беседы.

- Вы прекратили дело? - растерялся Нерсес Мажан.

- Да. Ночью мы получили ответ на наш запрос. Комендатура города Сонта выразила недовольство нечеткостью наших вопросов. И даже предупредила, что вице-директор фабрики женского белья Зенон Джабез вынужден будет подать в суд на ПОСИЗУ за распространение ложных слухов.

Чашка с кофе едва не выпала из рук Нерсеса Мажана.

- Вы сказали... Зенон угрожает судом?.. Видимо, в комендатуре Сонта сидят шутники.

- Они выслали огромное количество заверенных документов... У нас нет никаких оснований не верить, что в эту самую минуту, сидя в городе Сонте далекой Леты, Джабез прилежно выполняет обычные обязанности вице-директора. Выражусь яснее, - Линда Ло улыбнулась, - Зенон Джабез жив. Его никто не убивал. Ни Урсула, ни Оскар, ни даже он сам, как вы только что рассказывали.

- А обнаруженный в спальне труп?.. Свидетели?..

- Какой труп?.. Если мы располагаем такими документами, значит, трупа не существует, он не может существовать.

- Вы имеете в виду...

- Вообще забудьте, что в "Капелле" было совершено убийство. Вы получите возможность ознакомиться с ответами комендатуры Сонта... И сами убедитесь, что Зенон Джабез жив и здоров и что история, происшедшая в эти два-три дня,чистейший мираж. Чего только не случается в нашем большом мире!.. Ну, а раз убийство не совершено, мы, естественно, прекратили дело!

- Постойте...-Нерсес Мажан подумал, что если Зенон Джабез жив-здоров и, сидя в своем кабинете, управляет производством женского белья, если кошмар этих нескольких дней был иллюзией, то лучшего конца нельзя и придумать.-Значит, теперь Урсула и Оскар смогут наконец улететь с Виланка?

- Нет,-Линда Ло покачала головой.-Урсула уже не сможет.

- Но ведь Зенон Джабез жив... Значит, никто его не убивал...

- Вы меня не поняли,- вытирая салфеткой руки, перебила его Линда Ло.-Дело в том, что Урсула не может уехать, потому что этой ночью она повесилась в своей камере... Сначала я даже не поверила. Женщины ее типа обычно добровольно не уходят из жизни... Но теперь я понимаю, почему Урсула...

"Клуб постоянных жителей" стал медленно раскачиваться... Потом стены, стулья, окна .завертелись быстрее, пол и потолок менялись местами. И в этом вихре Нерсес Мажан едва слышал доносящийся из каких-то дальних далей голос Линды Ло:

- Такое тоже случается, меластр... Не стоит придавать этому серьезного значения... Между прочим, как я говорила, так, и вышло: наша беседа продлилась столько же, сколько завтрак... Я, конечно, знала, что вы ничем не сможете помочь следствию, но эта встреча была для меня приятной... Вы сегодня решили поехать с хозяйкой клуба на ферму?.. Будь у меня время, я бы присоединилась к вам...

"Урсула!..-стучало в висках Нерсеса Мажана.-Урсула-а-а!" В тишине зала к его столу неслышными шагами приближался официант.

КАК УЗНАТЬ ТЕБЯ?

ЛЕТА. Единственная планета созвездия Чинила (см. сектор 138). Среднее расстояние от звезды Чичил 5,7 астрономических единицы. Средняя орбитальная скорость 39,95 км/сек... Период вращения вокруг оси - 32 ч. 3 мин. 11,4 сек.

Планету обнаружил в 4986 г. Маруяма Медуст (см.) и назвал Серой Пустыней.

Когда в 5566 г. началось заселение планеты, пустынные пространства были

засажены привезенной растительностью. В 7000 г. на астрономических картах появилось название Лета, создав тем самым путаницу в астрономии. В 7124 г.

Серия Пустыня неизвестно почему была переименована в Лету.

В древней мифологии Летай назывался источник бьющий в подземном царстве

Гадеса. Испивший из него якобы тотчас же забывал все земное.

Лоуэлл А.- Полный галактический справочник, том 76 (137-е дополненное

издание, Венедикт 9827 г.).

ГЛАВА ПЕРВАЯ

- Меластр!

Нерсес Мажан поднял глаза на худощавого человека, сидящего в соседнем кресле, его лицо со сведенными к переносице бровями напоминало старинную театральную маску.

- Меластр, вы...- человек-маска, тяжело глотая воздух, ткнул пальцем вниз,- вы... здешний?

- Нет.

- Спасибо!

В зале ожидания собрались те, кто сегодня прибыл в Сонт с орбитальной станции. Большинство пассажиров с нетерпением столпились у входа в город, ожидая, когда унылый, механический, словно из преисподней, голос произнесет наконец нужное им имя. При атом названный человек торопливо бросался к темно-коричневой двери,, которая,бесшумно открывалась и, автоматически поглотив его, снова, закрывалась.

Когда голос, глухо отдающийся в,зале, вызвал очередного пассажира, человек в кресле снова обратился к Нерсесу Мажану: - Меластр...

- Да?

- Вы прибыли один?

- Нет.

- Благодарю вас.

За окнами зала загорелась продолговатые буквы, их праздничный ярко-зеленый свет явно контрастировал с царящей здесь атмосферой сдержанной тревоги.

...СОНТ

- Меластр...

СОНТ. Вновь вспыхнули зеленые буквы. Нерсес Мажан повернулся к своему любознательному соседу.

- Если вы войдете в город,- человек-маска кивком головы показал на коричневую дверь,- если вам удастся... могу ли я надеяться увидеться с вами?

- Если это необходимо...

- Благодарю вас.

Нерсес Мажан попытался отвлечься, классифицируя пассажиров в зале. Это оказалось трудным занятием. А может быть, он нервничал в ожидании и потому не мог сосредоточиться.

"В целом, пожалуй, одни - равнодушные, другие - беспокойные? Нет, не совсем так".

- Меластр, это проста необходимо.

"...Терпеливые и нетерпеливые? Тоже нет".

- Завтра,, или хотя бы послезавтра я буду ждать вас...

"...Отчаявшиеся и еще не потерявшие надежду. Вот-вот! Теперь, кажется, точно". Нерсес Мажан с удовлетворением улыбнулся и посмотрел на соседа, пожалуй, единственного здесь, кто принадлежал одновременно к тем и другим. Именно он своим меланхолическим оптимизмом подсказал аптекарю правильное определение.

- Напрасно улыбаетесь, меластр, - проворчал человек-маска.- Это, право же, необходимо... для Леты. Но, возможно, я не узнаю вас... Вы не обидитесь?..

Нерсес Мажан хотел было ответить "нет", но спохватился, что за этим тотчас последует неизменное "благодарю",

- Впрочем, возможно, и узнаю, - продолжал человек.Это было бы чудесно!.. Но на всякий случай я дам вам письмо,- он достал из нагрудного кармана небольшой металлический диск.- Вот какая у меня к вам просьба... Если я узнаю вас, вернитв мне это письмо. В противном случае,на его лице появились страдальческие морщины,- я хочу сказать, что. если не узнаю вас, то отыщите моего сына Гушара... У вас есть семья?

Нерсес Мажан неопределенно пожал плечами.

- Это я просто так спросил... А у меня двое детей. Гушар уже настоящий мужчина. Вручите письмо ему... А Бианке, моей дочери, сейчас, наверное, восемнадцать или девятнадцать лет... Не помню,- простонал он.- Давно не бывал я на улице Бледного Влюбленного. Кстати, я там живу. Не забудете? Улица Бледного Влюбленного... Только, пожалуйста, меластр, не спрашивайте, почему Бледного и почему Влюбленного... Я все равно не смогу вам ответить. Дом семь.. Не забудете? Вы уж не обижайтесь, если там я не узнаю вас, не сердитесь и не пытайтесь напомнить, что мы с вами познакомились в приемной у входа в город... Иначе попадете в неприятную историю... И причиной этому буду я... Вы просто извинитесь и постарайтесь втайне от меня встретиться с Гушаром или Бианкой. Вы приехали на Лету навсегда?

- Нет, думаю, ла короткое время, по делу.

- Благодарю вас,- тут же последовал ответ, и человек-маска замолчал, тревожно посматривая по сторонам.

Таинственный и странно глухой, словно потусторонний голос призвал на сей раз Бааба Гаспара.

Человек-маска внезапно оживился. Глаза его, выражающие надежду и отчаяние, на миг остановились на Нерсесе Мажане.

- Это я,- сказал он, поднявшись.- Если вам удастся попасть в город, остановитесь в гостинице "Желтый кикен". Запомнили?

- Да- Спасибо, - поблагодарил Мажана грустный человек по имени Вааб Гаспар и исчез за коричневой дверью.

...Сонт!

...Сонт!

...GOUT! - сверкали зеленые буквы.

Нерсес Мажан вдруг почувствовал себя очень одиноким.

- Нестор,- закричал он на весь зал,- куда ты пропал?

Пассажиры, прибывшие с орбитальной станции, посмотрели на него осуждающе. Молодой человек с бородкой вел себя непозволительно непринужденно. Это не гармонировало с их собственным внутренним напряжением...

- Ваши имена?

- Нерсес Мажан.

- Нестор.

- Откуда прибыли?

- С Роджера.

- Это понятно. Откуда вы сами?

- С Виланка.

Человек в красном колпаке поднял наконец голову. Его маленькие пытливые глаза с подозрением впились в Нерсеса Мажана. Но тут же он вновь склонился над папкой, и последовал новый вопрос:

- Цель прибытия?

Цель прибытия... Нерсес Мажан потер ладонью лоб и глубоко вздохнул. Интересно, можно ли ответить на этот вопрос так, чтоб не показаться сумасшедшим? В общем-то они приехали сюда, чтабы познакомиться с человеком, который два месяца назад в одной из виланкских гостиниц покончил с собой. Но Мажан понимал, что такой ответ не мог показаться разумным этому чиновнику, и растерянно посмотрел на Нестора.

- Цель прибытия? - строго повторил человек в красном колпаке.

- Просто так,- ответил Нестор.

- Специальность?

- Моя?

- То есть как просто так? - до человека с маленькими глазками вдруг дошел смысл ответа.- Просто так не бывает!

- Бывает,- возразил Нестор.

- Я аптекарь,-поспешил вмешаться Нерсес Мажан. - А это - Нестор, мой помощник.

- Не сбивайте меня,- подозрительный взгляд чиновника остановился на Мажане.-Не сбивайте... Значит, просто так или аптекарь?

- Аптекарь.

- Или и то и другое. Выбирайте, что вам нравится, - ответил Нестор.-А нам все равно.

Страницы мягко перевернулись с мягким шелестом. Человек в красном колпаке удовлетворенно заметил:

- Конечно, аптекарь лучше... Зря только морочите голову,-он встал и торжественно добавил: -Сейчас сверните направо и пройдите через центральную дверь. Сонт приветствует вас.

- Спасибо,- Нерсес Мажан раскланялся с ним и поспешил за Нестором.

Выйдя из центральной двери, они очутились на площади.

- Я ничего не понял,-признался Нестор.

- Пешком пойдем, а? - спросил Нерсес Мажан.

И они направились в город.

Нерсес посмотрел на небо и удивился странной перемене, происшедшей с Чичилом.

Несколько дней назад, когда звездолет, прибывающий на Лету, выбрался из искривленного пространства и космос вновь обрел обычную торжественную и упорядоченную классичность, Чичил вместе со своей единственной планетой выглядел дешевым латунным диском в ворохе блестящих алмазных капель. Но теперь все изменилось - Чичил, тот же самый Чичил, превратился в солидное золотое солнце, окруженное легкомысленными облаками.

- Почему же в приемной была ночь? - с удивлением спросил Нерсес Мажан.

Нестор не ответил.

- И все-таки они одиноки, Нестор,-заметил Мажан.

- Кто?

- Чичил и Лета. Они связаны своим существованием, но оба одиноки... беспомощны и несчастливы.

- Как и мы,-сказал Нестор.-Где мы остановимся?

- В "Желтом кикене". Мне посоветовал это Бааб Гаснар, с которым я познакомился в приемной Сонта.

- Желтых кикенов не бывает.

- Для гостиницы это не важно.

- Интересно, далеко ли он отсюда?

- Не знаю,- ответил Мажан и, чуть помолчав, добавил: - Бааб Гаспар приглашал меня к себе, но беспокоился, что может меня не узнать.

Чичил тем временем переместился в центр небосвода, и в городе исчезли тени.

Нерсес Мажан насторожился, услышав мягкий звон бубенцов.

Навстречу им шел человек в сверкающих одеждах, на его руках, обшлагах брюк и по краям шляпы были подвешены непрерывно звенящие бубенчики. Человек останавливал каждого, идущего ему навстречу, и что-то говорил вполголоса, почти шепотом. Когда он оказался рядом с Нерсесом, тот невольно замедлил шаги.

- В Сонт прибыл аптекарь Нерсес Мажан со своим помощником,- сообщил звенящий человек. Заметив их смущение, он повторил чуть громче.- В Сонт прибыл аптекарь Нерсес Мажан со своим помощником.

- Это мы и есть, меластр,- улыбнулся Нерсес Мажан.

Бубенцы на миг умолкли.

- Не скажете ли вы, где здесь гостиница "Желтый кикен"? - спросил Нерсес Мажан.

Человек с бубенчиками испуганно уставился на чужестранцев.

- В Сонт прибыл...

- Сообщите эту весть кому-нибудь другому, меластр. А нам нужен "Желтый кикен".

- Идите прямо... до конца улицы... В Сонт прибыл аптекарь Нерсес Мажан,- завел свое человек с колокольчиками, заметив каких-то женщин, направляющихся в его сторону. И, не обращая больше внимания на Нерсеса и Нестора, позванивая мелодично, он отправился дальше.

Нерсес Мажан и Нестор дошли до конца улицы и остановились у двухэтажного приземистого строения., на фронтоне которого был изображен пожирающий собственный хвост кикен. Это и была нужная им гостиница. Они не спеша поднялись по каменным ступеням.

Прежде чем открыть входную дверь, Нерсес Мажан сказал:

- Сегодня же навещу Бааба Гаспара.

- И Зенона Джабеза,- напомнил Нестор.

- Непременно!

В вестибюле к ним подошел еще один человек с бубенчиками и произнес почти шепотом:

- В Сонт прибыл аптекарь Нерсес Мажан с помощником...

На улице Нерсес Мажан заметил несколько застекленных кабин непонятного назначения. В одной из них темноволосая молодая женщина громко хохотала, не обращая внимания на прохожих, которые, в свою очередь, тоже не замечали ни кабины, ни хохочущей желщины.

Вскоре она перестала смеяться, вышла из кабины и рассеянно посмотрела вокруг, словно не могла сразу решить, куда ей пойти.

Взгляд женщины скользнул ло стоявшему неподалеку Нерсесу Мажану и привел его в себя. Аптекарь обернулся в сторону "Желтого кикена", увидел в окне второго этажа Нестора, помахал ему рукой и неторопливо зашагал вниз по улице. Чичил уже закатился, и оранжевый горизонт стал сказочно красивым.

Нерсесу очень, хотелось постоять возле какой-нибудь из кабин, где от всего сердца смеялись люди, и попытаться понять, что их так веселит. Но это могло показаться нескромным, и Мажан просто остановился на тротуаре, поискал глазами прохожего поприветливее, чтобы справиться, где находится улица Бледного Влюбленного.

Через несколько минут он пришел к выводу, что найти на улицах Сонта приветливых людей почти невозможно.

- Простите меня, меластр,- обратился он к первому встречному прохожему.

Тот молча посмотрел на Нерсеса Мажана.

- Я потерял улицу Бледного Влюбленного, - беспомощно развел руками аптекарь.

Прохожий не двигался с места, но и ничего не отвечал.

- Потерял,- повторил Мажан растерянно,- вам, наверное, это кажется смешным.

- Нет, нет.. - Я здесь впервые... Сегодня только приехал и...

- Да, да...

Лицо незнакомца оставалось совершенно бесстрастным, и Мажану пришло в голову, что стоило бы попробовать рассмешить его. Он подумал, что, судя по кабинам, смех здесь ценится особенно высоко.

- Разве не смешно, что я потерял .улицу?..- немного вымученно рассмеялся аптекарь.- Забавно, но я вот никак не могу отыскать...

Прохожий смутился.

- Идите к скверу,- проговорил он, пугливо оглянувшись,- перед сквером поверните налево... Там и будет улица Бледного Влюбленного.

Нерсес Мажан приподнялся на цыпочки, стараясь через плечо незнакомца увидеть сквер, но ничего не разобрал.

- Это не очень близко,- ровно, без всяких интонаций сказал незнакомец.Вы устанете.

- Ничего, ничего. Я приехал из куда более далеких мест.

- Да, да... Вы приехали издалека. Я немного... тороплюсь...

- Вообразите только, - продолжал Норсес Мажан, дружески беря его под руку.-Маршрут такой: с Виланка на Рамзес. Далее - Центральный сектор. Оттуда на окраину - Симал Вольф... Потом еще. дальше, к Роджеру... Я не знал, что Лета поддерживает связь только с Роджером.

- Я должен идти... Опаздываю...

Но в то же время незнакомец явно никуда не слешил.

Нерсес Мажан решил еще раз попробовать завоевать его симпатию.

- При полете сквозь искривленное пространство, чтобы как-то убить время, я занимался изучением этой части Галактики... И понял, что мы летим кружными путями. А ведь можно было выбрать путь более близкий, минуя Центральный сектор, не теряя времени на космодромах Рамзеса, Вольфа и Роджера... Я прав?..

- Я спешу, меластр...

- Вы случайно не знаете Бааба Гаспара?

- Спросите кого-нибудь другого... другого, меластр.

- Такой худой и очень печальный человек.

- Нет... он человек веселый.

- Выходит, вы его знаете?

Прохожий не ответил. Он с тревогой поглядывал по сторонам. Хотя Нерсес Мажан отпустил его руку, он явно не торопился уйти и с задумчивым видом изучал беспорядочные трещины на тротуаре, откуда выглядывали на свет маленькие листочки исстрадавшихся растений. Случайно Нерсес наступил на нежные зеленые побеги. Но когда он тотчас же испуганно поднял ногу, стебли и листочки выпрямились, словно с ними ничего не произошло. В этом было что-то неестественное.

- Мне жаль, - вздохнул Нерсес Мажан,-что хотя вы никуда и не спешите, но беседовать со мной явно не желаете. Вы чего-нибудь боитесь, меластр?

Незнакомец не отвечал.

- Ну что же, я вынужден все-таки отправиться на поиски улицы Бледного Влюбленного.

Решив, что беседа закончена, прохожий опять настороженно оглянулся по сторонам и пулей влетел в ближайшую стеклянную кабину. В следующую минуту он уже хохотал, позабыв обо всем на свете...

Сумерки поднялись над горизонтом и оранжевое чудо постепенно заволоклось серым туманом.

Нерсес Мажан направился к скверу.

Бледный Влюбленный... Хотя был уже поздний вечер, буквы б-л-е-д-н-ы-й-в-л-ю-б-л-е-н-н-ы-й не слишком четко проступали на фоне сумерек.

А ярко-зеленые буквы СОНТ? Они казались яркими в солнечный день... Почему? Почему? Впрочем, пока очевидно, что он ничего объяснить не может. Нерсес тряхнул головой и быстрым шагом подошел к дому номер семь. Кончиками пальцев он нащупал в кармане металлический диск и с завистью оглянулся ла выстроившихся вдоль тротуара стеклянные кабины, в которых, запершись, смеялись люди.

На одной из дверей третьего этажа Нерсес прочел: "Бааб Гаспар". Он протянул палец к черной кнопке.

Похоже, послышались шаги, но когда дверь открылась, в просторной прихожей никого не было.

Нерсес Мажан вошел и остановился, не зная, что делать дальше. В это время в одной из дверей показалась миловидная, хотя и не очень молодая, женщина.

Аптекарь поклонился.

- Могу я видеть Бааба Гаспара, меластра?

- Он вас ждет?

- Как сказать... Дела в том, что...

- Присядьте,- прервала его женщина.- Сейчас я узнаю, сможет ли он принять вас. Как вы предпочитаете представиться?

- Нерсес Мажан, аптекарь.

Брови женщины удивленно взметнулись вверх. Исчезла она так же бесшумно, как и появилась.

Нерсес подумал, что, наверное, хозяйка дома как верный цербер охраняет покой мужа.

Он принялся расхаживать по просторному вестибюлю туда и обратно, стараясь угадать, сколько таких отрезков он успеет пройти до возвращения дамы. Пожалуй, после ста он уйдет Вернется в "Желтый кикен", обсудит с Нестором детали своего бессмысленного визита и, если у него не переменится настроение, попытается отыскать Гушара или Бианку.

Раз.

Повернувшись, он оказался перед зеркалом без рамы, на минуту остановился, чтобы полюбоваться своей бородой.

Он отпустил ее совсем недавно и не упускал возможности взглянуть на нее лишний раз.

Два.

Видимо, он шагает быстро. Он понял это, глядя на господина, который двигался навстречу ему в зеркале. Мажан не без удовольствия подмигнул своему отражению, игра начинала нравиться ему.

Три.

Мажан попытался взглянуть на происходящее как бы со стороны. Это было необходимо для дальнейших действий, независимо от того, встретит он Зенона Джабеза в Сонте или нет. В душе он был уверен, что не встретит. И именно эта уверенность заставила его пересечь тысячи световых лет по искривленному пространству, чтобы, вернувшись на Виланк, посмотреть прямо в глаза очаровательной Линде Ло и бросить как обвинение: "Зенон Джабез совершил самоубийство. А кто же убил Урсулу?" Четыре.

Повернувшись в конце вестибюля, Мажан увидел в зеркале собственную фигуру. Отражение неспешно приближалось, строя в зеркале гримасы.

Пять.

Персее Мажан решил было обидеться на того, другого, потому что гримасы были явно .оскорбительными. Похоже, он просто издевается над ним. Но когда они опять двинулись навстречу друг другу, тот, в зеркале, приветливо ему улыбнулся. Это обезоружило Нерсеса, и он громко рассмеялся.

Пять.

Нет, шесть. Конечно, шесть.

- Лрошу вас, меластр,- услышал он бесстрастный голос миловидной женщины.

Нереес обернулся, чтобы подмигнуть своему отражению, но,в зеркале мелькнул только его профиль и затворяющаяся дверь.

В сопровождении хозяйки, Мажан прошел в следующий зал и здесь невольно остановился.

Женщина самодовольно улыбнулась и тоже окинула взглядом зал.

- Ого!-восхитился Мажан.- Бааб Гаспар, оказывается, не только страстный любитель искусства, но и тонкий знаток его. Это, для меня открытие.

Женщина важно кивнула ему и двинулась дальше.

Чтобы собрать такую коллекцию произведений искусства, надо иметь еще и немалые средства. Но почему-то богатство в сознании Нерсеса Мажана никак не вязалось с печальным образом человека-маски в городской приемной. Кто же он, Бааб Гаспар? Может, известный всему Сонту художник?

Но .художники предпочитают выставлять собственные произведения. Может, крупный промышленник? Или путешественник? А что, очень вероятно, ибо здесь, в домашней галерее, висели работы художников дальних и близких планет - с Бенедиктина и Тосна, Роджера и созвездия Ориона, п даже с Лолиланса. Внимание Мажана привлекла удивительная скульптура - образец искусства давно исчезнувших аборигенов Маула. Изваяние было словно живое, его форма и краски непрерывно менялись. Никто не знает, сколько сотен или тысяч лет могут меняться, не повторяя себя, маулийские скульптуры...

Но рассмотреть зал не удалось - Нерcес Мажан должен был догонять ушедшую вперед хозяйку. Домашняя галерея заставила его вспомнить, с каким чувством снисходительной жалости разговаривал он утром с человеком-маской, и ему стало стыдно.

Следующая комната была гораздо меньше. Здесь хозяйка остановилась и, застенчиво улыбнувшись, стала почему-то поправлять свое легкое платье. Нереес Мажан невольно обратил внимание на то, как хорошо она сложена. В ту же минуту женщина смутилась, покраснела и, указав на дверь в глубине комнаты, сказала:

- Он ждет вас!

Нереес еще раз кинул на нее быстрый взгляд и толкнул дверь.

В кабинете Бааб Гаспар, протянув ему руки, воскликнул:

- Рад вас видеть!

Трагической маски больше не существовало. Однако это был все тот же Бааб Гаспар, худой и очень веселый Бааб Гаспар.

- Я подумал, что неплохо сегодня же навестить вас, хоть вы и...

- Прошу, - хозяин дома широким жестом предложил Мажану сесть.- Значит, вы - Нереес Мажан?

- Да, - ответил аптекарь, - мы с вами не успели представиться друг другу.

Улыбка Бааба Гаспара была обаятельной.

- Мы еще многого не успели, - сказал он. - Очень многого. Значит, вы аптекарь?

Нереес молча кивнул головой.

- И прибыли на Лету...

- Как вам уже, наверное, известно, я собираюсь временно обосноваться здесь.

- И разумеется, открыть аптеку,- с воодушевлением прибавил хозяин дома.

- Угадали, - чтобы не разочаровывать его, ответил Мажан.- Если вы не забыли...-он не договорил и, вынув из кармана маленький диск, положил его на стол.

- Kaк можно забыть? - Бааб Гаспар стал вежливо разглядывать диск.- Раз вы явились прямо ко мне, я полагаю, вы, очевидно, не случайный искатель приключений.

Аптекарь не очень его понял, но спросил, чтобы поддержать беседу:

- А много и таких?

- Таи много, что мы уже опасаемся...- Бааб Гаспар налил в стаканы какой-то шипящий напиток.- В поисках теплого местечка они бродят с планеты на планету. А нам нужны энергичные, знающие люди... Люди, в которых не угас огонь предпринимательства. В этом единственный залог прогресса на Лете.

Нерсес Мажан старался обнаружить в сидящем перед ним человеке черты утреннего незнакомца, следы его трагической маски. Напрасно! Маски больше не существовало.

Бодрое многословие Бааба Гаспара постепенно лриводило аптекаря к убеждению, что утренняя встреча в приемной города была скорее всего наваждением, иллюзией.

- Мы ждали настоящего аптекаря,- взяв в руки стакан, продолжал Бааб, Гаспар, - ибо эти авантюристы довольно скоро обнаруживали полную несостоятельность.

- Может, и я, как они...

- Исключается!

- Почему?

- Вы пришли ко мне домой. А в домашних условиях вопросы решаются быстро и со взаимной выгодой. Приятная, дружеская атмосфера уже сама предполагает доверие. - Он поднес стакан к губам, но отставил его, потому что захотел продолжить свою мысль. - В мэрии я не могу доверять людям, которые прикрывают официальными отношениями свои тайные цели. Планета наша небольшая, и мы хотим остаться в стороне от космической суеты. Мы не хотим вмешиваться ни в чьи дела. Но не позволим, чтобы внешние влияния привели к вырождению нашей тысячелетней культуры и наших традиций... Вы понимаете?

- К счастью, я знал только ваш домашний адрес, - признался Нерсес Мажан.- Улица Бледного Влюбленного, номер семь... Помните?

- Прошу вас, меластр, не спрашивайте, почему Бледного и почему Влюбленного... я дюдился в этом городе и, всю жизнь прожив в нем, десять лет подряд являюсь мэром, но так и не смог узнать, почему нашим улицам давали такие странные названия. К слову, меластр, я никогда не забываю адреса своего дома,- заметил он со снисходительной улыбкой.

Нерсес Мажан почувствовал какое-то внутреннее беспокойство. Он хотел было взять лежащий на столе диск, но передумал и поднял стакан.

- Так, значит?- спросил он.

- Мэрия уже выделила несколько помещений под аптеку, - по-своему истолковав вопрос, ответил Бааб Гаспар. - У вас даже есть возможность выбора, ибо вы первый, кто всерьез откликнулся на наше приглашение, посланное три года назад.

Нерсес молча выпил напиток, с сомнением посмотрел на Бааба Гаспара и взял диск.

- Значит, он не нужен дам? - все же спросил Мажан.

- Письмо?.. Нет, оставьте его у себя. Можете даже выбросить,- улыбнулся мэр.-Конечно, на вашем месте я сохранил бы его как память. Кстати, за последнее столетие это первый случай, когда мы послали письма, приглашая аптекаря со стороны.

- Вы уверены, что отправили это письмо три года назад?-.переспросил Нерсес Мажан.-Я попытаюсь напомнить вам, что сегодня...

- Меластр, я ничего не забываю,-перебил его мэр. - И что вы так волнуетесь по поводу обыкновенного письма?

- Потому что я, должен был вручить его вам.

- Можете оставить, если настаиваете... Воля. ваша.

"Лучше не пробуйте напоминать, что мы а вами встречались в приемной города, иначе попадете в неприятную историю. И причиной буду. я. Вы просто извинитесь и постарайтесь тайком от меня встретить..."

- Извините,- сказал Нерсес Мажан. - Вы правы. Это будет прекрасный сувенир в память о проведенных на Лете годах...

- Конечно,- просиял Бааб Гаспар.- Где вы остановились?

- В "Желтом кикене".

- Это для меня приятная неожиданность.

- Люблю следовать советам...- произнес многозначительно Нерсес Мажан.

- Ах, вам даже посоветовали!.. Тем более приятно, потому что гостиница "Желтый кикен" принадлежит мне. - Нерсес Мажан сунул диск в карман, а Бааб Гаспар продолжал: - А ведь вхего три года назад я чуть не закрыл гостиницу. Клиентов почти не было.

- А теперь?

- Ничего, с помощью мэрии...- смутился Бааб Гаспар. - Кстати, мэрия и для вашей аптеки выделила определенную сумму... Чтобы вы поначалу не понесли убытков. Понимаете?

- Да,- ответил Мажан,- спасибо... Наверное, я уже надоел вам.

- Нисколько, меластр. Но если вы торопитесь...

Аптекарь поднялся.

- Завидная у вас коллекция.

Мэр улыбнулся.

- Я бы сказал то же самое, если бы в зале была одна только маулийская скульптура.

- И вы бы не ошиблись... Это мой любимый экспонат.

- Наверное, потому что очень редкий?

- За эту скульптуру мне предлагали... вы просто не поверите, если я скажу сколько.

- Поверю доверю, меластр,- вздохнул Нерсес Мажан,- ведь во всем Центральном секторе осталось всего три-четыре маулийских скульптуры.

- Верно. Их мало.

- А мало потому, что варварам, уничтожавшим маулийскую цивилизацию, казалось, будто эти изваяния - живые существа, которые меняют облик, чтобы спастись от истребления.

Заметив, как омрачилось лицо мэра, Мажан на минуту подумал, что сейчас оно немного напоминает трагическую маску, и он поспешно добавил:

- Таковы, по крайней мере, свидетельства маулийских историков об этом. Так когда бы мы смогли решить вопрос об аптеке, меластр?

- Вам остается только выбрать помещение, - Бааб Гаспар проводил Мажана до самой прихожей.- Вы меня сегодня обрадовали... По неизвестной причине вдруг исчезли аптекари не только с Сонта, но и со всей планеты. Никто не знает, как и почему это случилось. Просто недавно мы обнаружили, что в городах нет аптек. Допустимо ли, чтобы такой город, как Сонт, не имел аптеки?.. Не забывайте нас! - Бааб Гаспар сделал широкий жест рукой, словно предоставляя аптекарю весь дом.- Вы в совершенно незнакомой среде, и если вдруг затоскуете...

- Благодарю вас... Буду помнить. Но у меня есть один знакомый, который, насколько мне известно, живет в Сонте.

- Неужели? - воскликнул мэр с беспокойным удивлением.- Кто же он, если не секрет?

- Зенон Джабез.

- Где вы с ним познакомились?

Откровенное любопытство Бааба Гаспара не понравилось Нерсесу.

- Это старая история,-ответил он,-Даже, пожалуй, древняя.

Мэр улыбнулся.

- Если встретите, узнаете его?

- Едва ли, вряд ли,- уклонился Нерсес от прямого ответа.- До свидания!

- Я постараюсь, чтобы ваша первая встреча произошла у меня в доме,-пообещал с готовностью Бааб Гаспар. - До свидания, меластр! Передайте мои наилучшие пожелания вашему помощнику! - крикнул он вслед аптекарю, прежде чем закрыть дверь.

У стеклянных кабин, по улице Бледного Влюбленного стояли люди и терпеливо ожидали, когда подойдет их очередь смеяться.

...Какое-то неприятное беспокойство в течение дня медленно, незаметно проникало в душу Нерсеса Мажана.

Была поздняя ночь. Сидя у окна в своем номере на втором этаже "Желтого кикена", он пытался разобраться в причинах тягостного настроения.

На противоположном тротуаре под слабым свето.м красных фонарей,, похожих на воспаленные глаза, время от времени появлялись редкие прохожие.

Воспоминания прошлого, возвращаться к которым у Нерсеса, казалось бы, не было причин, неожиданно выплывали из тьмы. Как эти прохожие, они попадали в полосу света и снова исчезали, растворяясь в вязкой густой тьме.

Тревога и рожденное ею тяжелое настроение напбминалн о чем-то, случившемся в очень далекие времена. Но когда за окном появились расплывчатые спирали букв, Мажан задержал дыхание, стараясь не давать волю воспоминаниям, настойчиво выплывавшим из темноты лет.

Спирали вспыхнули на миг и исчезли. Нерсес устало дотер лоб. Под окном, обняв фонарный столб, стоял человек и нежно поглаживал его гладкий металл, Мажан хотел уже отойти от окна, как вдруг снова отчетливо выступили спиралевидные буквы в топском стиле:

КВАДРАТНЫЙ ШАР

Аптекарь облокотился на подоконник и улыбнулся. Из смутных обрывков чего-то далекого и забытого начали проступать воспоминания. Спокойно, без паники. Прежде всего - КВАДРАТНЫЙ ШАР. Буквы тянулись вдоль улицы.

КВАДРАТНЫЙ ШАР

Чтобы их прочесть, нужно было пробежать от площади Двойников не в направлении улицы Веселого Зайца, а по проспекту Козерога. Непременно бежать, чтобы буквы, находящиеся на порядочном расстоянии, быстро следовали бы друг за другом и слились в слово.

Как только он вернется на Виланк, нужно будет проверить, сохранилось ли еще заведение с этим нелепым названием. Нерсес Мажан мысленно пробежал по улице Козерога, чтобы не отстать от своих воспоминаний, и вместе с ними нырнул в парадную дверь здания.

...Он весь ушел в воспоминания. Настолько, что в тишине комнаты на втором этаже "Желтого кикела" вдруг явственно услышал голос швейцара, сидящего в вестибюле и аккуратно причесывающего плешивую голову.

"Если запоют собаки, постарайтесь, чтобы вам не стало жарко, меластр!" "Ладно",-пообещал Мажан.

...Ниши, ниши, ниши. Большие, малые. Полукруглые и скошенные.

С низкими потолками и высокими полами.

Нерсес Мажан вошел в первую нишу, она оказалась занятой. Человек, лежащий на краю стола спиной к стене, энергично растирал себе уши и не обратил на него никакого внимания.

Мажан огляделся вокруг, вытащил из-под стола двуногий стул, раздумывая, можно ли на него сесть.

"Слушаю вас, меластр",-у входа появился официант.

"Маулийский кофе!" Официант исчез.

Человек, лежащий на краю стола, сказал, не глядя на Мажана: "Умберто. Меня знают под этим именем.- Он все так же продолжал растирать свои уши.- Но я другой человек, потому что Умберто - муж моей любовницы. И если вы устанете, сидя на этом стуле, вы можете встать".

"Почему вы лежите на столе и растираете уши?" - удивленно спросил Мажан.

"А вам бы хотелось, чтобы я лежал на ушах и растирал стол? Лучше в другой раз".

Он поудобнее прислонился к стене.

"Хотя вы и вторглись в мой закуток, но мы не станем ждать карету, обитую оранжевой парчой",-сказал человек после небольшой паузы.

"Какую карету?" - не понял Нерсес.

"Нет, пару дней назад",- ответил человек.

"Нельзя ли говорить яснее",-попросил Нерсес.

"Умберто - муж моей любовницы, потому что я получаю колоссальное удовольствие, растирая свои уши,-сказал человек.- Если служитель не принесет вам,кофе, попросите также горячего льда. Вам не жарко от невыносимого холода?" "Я могу вам помочь,- предложил Нерсес Мажан.- Хотя я простой аптекарь, но в болезнях немного разбираюсь".

"Если бы вы попробовали замесить тесто, я бы убедился, что мне ладоела смерть".

Появился официант.

"Пожалуйста, меластр,- сказал он и положил на колени Мажану что-то, завернутое, в пеленки и одеяльце.- Убежден, что вы останетесь довольны нашим кофе".

Нерсес Мажан в замешательстве посмотрел на сверток, потом осторожно отогнул край одеяльца. Раздался плач грудного младенца.

"Что мне с ним делать?" - растерянно спросил Нерсес уходящего официанта.

Человек на столе повернулся к аптекарю, оставив наконец в покое ухо, не спеша сунул руку в карман и вынул маленький листолет.

"Зря волнуешься,- сказал он.- Когда приносят маулийский кофе, надо непременно плакать, чтобы ребенок не выпил его".

Ол так же неторопливо поднял пистолет кверху, и Нерсес Мажан, прижав ребенка к груди, быстро прикрыл ему лицо.

"Умберто,-забормотал человек.-Умберто, ты - ничтожество, потому что муж моей любовницы три дня назад убежал с моей женой. Умберто, ты должен жить для мести, ибо смерть и без того надоела тебе".

Нерсес Мажан встряхнул головой, стараясь освободиться от этого кошмара. Ребенок у лего на руках заплакал громче. Умберто выстрелил себе в голову.

"Видел, как я промахнулся? - спросил он, удивленно глядя на пистолет. Наверное, никогда не научусь стреЛять... Может, попробовать еще разок?" Не ожидая ответа, он снова поднес дуло к виску и выстрелил.

Нерсес Мажан увидел, как по лицу Умберто стекает струйка крови. Значит, Умберто че промахнулся.

"Уже умер?" - спросила, войдя, какая-то женщина.

Младенец кричал изо всех сил. На правой половине тела женщины красовалась богатая и яркая одежда, на левой - не было совершенно ничего.

"Умер?" - переспросила женщина, вынимая пистолет из ослабевших пальцев Умберто.

Нерсес Мажан кивнул.

"Ему надоела смерть, и он больше не любил меня,- пояснила женщинаУмберто, когда подъедет карета, ты подождешь меня в морге, потому что я твоя любовница. Я всегда скрывала это от тебя, Умберто... Но теперь ты можешь знать вcе. - Женщина резко повернулась, и дуло пистолета уставилось на Нерсеса Мажана.- Умберто!" "Я не Умберто... Уберите пистолет",запротестовал Нерсес Мажан.

"Умберто, любимый! - воскликнула женщина.- Если это не наш новорожденный, то-знай, что для женщины лучше быть молодой и красивой, чем старой и некрасивой... Отвечай, Умберто,- женщина вскинула руку с пистолетом. - Почему ты молчишь, если невиновен?" "Дважды два - пять",- не придумал ничего лучшего Нерсес Мажан.

"Умберто, значит, ты любишь меня,- голос женщины задрожал,Умберто..." - она упала на стол и зарыдала...

Нерсес Мажан осторожно выбрался из ниши, опрометью кинулся в вестибюль и оказался рядом со швейцаром, который все еще причесывал лысину.

"Не хотите ли маулийского кофе?" - задыхаясь, спросил аптекарь.

"Если только он в башмаке",- сказал швейцар.

Нерсес Мажан положил ему на колени ребенка и выскользнул из Квадратного шара.

Он бежал по проспекту Козерога к шшщади Двойников и нисколько не удивился, что сциралевые буквы вдоль улицы выглядели так: "раш йынтардавк".

Из белых ящиков вытянули шеи большие и маленькие, блестящие и прозрачные, голубые и светло-желтые склянки, на которых черными буквами было написано, что они coдержат. На столе на маленьких подставках стояли хрупкие пробирки, широкие фарфоровые ступки терпеливо ждали блаженной минуты, когда содержимое сложенных на полу мешочков станет мелким порошком, нежно облепившим их дно и бока. Обитые темно-красным бархатом стены были очень эффектны, хотя, пожалуй, слишком ярки и будут утомлять нервных посетителей; с продуманной небрежностью расставлены мягкие, круглые, на металлических ножках стулья.

Редкие прохожие замедляли у аптеки шаг, вдыхали ее специфический аромат, украдкой заглядывали внутрь и продолжали путь, не оглядываясь, словно не желая признаваться самим себе, что аптека интересует их.

В полдень у аптеки появился мальчуган.

Нестор с удивлением подумал, что аптека до сих пор еще не удостоилась внимания мальчишек и они, вместо того чтобы взять ее приступом, посылают своего представителя.

Мальчик робко встал на пороге, пугливо осмотрелся и глубоко вздохнул: "Как здорово пахнет", Нестор дружески ему улыбнулся: "Что ты боишься, заходи!" Мальчуган пристально, с ног до головы, оглядел Нестора, удивленно присвистнул и, сорвавшись с места, умчался прочь.

Потом в открытую дверь заглянула тележка.

- Примите почту!

- Сейчас, сейчас,- проворчал Нестор.- Что еще за почта?

- Письмо,- ответила тележка. - Нажмите на первый рычажок... Прошу.

Нестор взял письмо и повертел его в руках. А тележка покатила дальше, вниз по улице, ускоряя ход и сигналя, чтобы не столкнуться с прохожими.

Старик нажал на выступ диска, и мягкий голос произнес: "Улица Небесного Фазана, аптека, Нерсесу Мажану. Из мэрии Сонта... Улица Небесного Фазана, аптека, Нерсесу..." Он выключил письмо и положил его на стол. С беспокойством посматривал Нестор на высокие, от пола до потолка, часы, стоящие в углу. Маятник медленно отбивал время.

"...Что-то Нерсес. запаздывает",- подумал Нестор.

"...Это был первый мальчик, которого я увидел в городе",- подумал Нестор.

И еще он подумал, что почему-то в аптеке до сих пор нет ни одного посетителя.

- Меластр, я предупреждал вас.

- Не мешайте, - Мажан, тяжело дыша, согнулся под тяжестью человека, лежащего на его плечах.-Отойдите!

Нестор помоги.

Вдвоем они занесли тело мужчины, тяжелое, как мешок с чамчаром, в аптеку. Усадили человека в кресло.

- Валялся на улице,- едва переводя дыхание, пояснил Мажан,- и никто даже не остановился возле него. А этот тип,- он указал на рыжего детину рядом,- только мешал мне. Нестор, надо выяснить, что с ним. Мне не нравится цвет его лица.

- У вас будут неприятности, меластр,-предупредил Рыжий.- И у меня тоже.

Нерсес решил не обращать, на него внимания.

- Прощу вас, не вмешивайтесь в дела Спандарата, - Рыжий схватил Нерсеса Мажана за руку.-Почему вы не даете ему умереть?

Нерсес едва высвободился из цепких пальцев.

- Вы аптекарь нашего города, знаю. И прибыли в Сонт со своим помощником, - лицо Рыжего раскраснелось от волнения.- Ну проставьте в покое Спандарата. Если каждый будет соваться в дела, которые его не. касаются, что получится? И как тогда разобраться, кто в этом мире аптекарь, кто парикмахер, а кто скромный конторский служащий?

- Я прошу вас,-пытался перебить его Мажан, но тщетно.

- Спандарат уже, наверное, покончил счеты с жизнью. Неужели он своей смертью причиняет вам беспокойство? - недоумевал Рыжий.

Спандарат лежал на диване неподвижно, холодный блеск его глаз не на шутку тревожил Нерсеса Мажана. Он с трудом расстегнул пуговицы на его груди. В ту же секунду в аптеку ворвались несколько мужчин и грубо оттолкнули Мажана. Один из них ловко застегнул пуговицы на груди Спандарата и злобно уставился на Нерсеса.

- Какое вам дело до нашего мертвеца? - произнес он сквозь зубы и подал своим какой-то знак.

Сложив, как жестяной лист, тело умершего, они опустили его в принесенный с собой ящик и закрыли крышку.

- Я... я предупреждал,- пролепетал Рыжий.

Один из пришедших молча кивнул головой и обратился к Нерсесу:

- Вы ведь у нас аптекарь, за что мэрия и платит вам. Если вы станете подбирать и тащить в аптеку всех, кто падает на улице и, следовательно, принадлежит только нам, в мэрии могут прийти к выводу, что... вы любите вмешиваться не в свои дела, что вы головы создать панику в нашем спокойном городе, что вы явились сюда с корыстными целями... что вы недобросовестны в отношении своих обязанностей.

- Меластр,- вмешался Нестор, воспользовавшись паузой. - Соблаговолите взять с собой и это, - он положил, на ящик с телом небольшой пакет.

- Ну, а... это что такое?

- Не знаю,- пожал плечами Нестор.- Подарок, но что за подарок, мне не известно... В мэрии сочли необходимым премировать нашего первого клиента. Памятный подарок.

- Но мы ведь не клиенты.

- Разумеется, меластр. Подарок принадлежит Спандарату, который в данное время находится в ящике. Когда он соизволит выйти оттуда...

- Он никогда не выйдет из ящика. Уж будьте уверены.

- Возможно, меластр,-согласился Нестор.-Но что я могу поделать, если мэрия поручила мне передать памятный подарок именно первому посетителю аптеки?

Они взяли пакет и, косясь на Нестора, вышли.

Рыжий .хотел что-то сказать, но махнул рукой и последовал за всеми.

Когда они остались одни, Нерсес Мажан положил коробку с медикаментами на прежнее место в шкаф и спросил:

- Что скажешь, старина?

- Там пришло письмо на твое имя.

- И больше ничего?

- Из мэрии, - добавил Нестор,-лежит на столе.

Нерсес взял письмо и, поднеся его к уху, нажал кнопку.

- Нестор! - чуть погодя вскричал он.

- Да?

- Я ведь не самый тупой человек на свете?..

- Нет.

- А ,Oскар... Оскар в силах отличить живого человека от мертвого?..

- Конечно.

- А раз так, то в доме Бааба Гаспара я встречу Зенона Джабеза.

- Вот как?

- Квадратный ,шар,- непонятно выругался Нерсес.

- Или шарообразный квадрат,- невозмутимо заметил Нестор.- Это одно и то же.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Девушка неторопливо вышла из кабины. Взгляд у нее был рассеянный.

Нерсес Мажан улыбнулся ей.

Но девушка, похоже, вообще его не заметила. Нерсес подумал, что со стороны он довольно глупо выглядел со своей натянутой улыбкой. Рассердившись на себя, он решительно открыл дверь и вошел в кабину. Усевшись на стул, Нерсес украдкой посмотрел на улицу, не следит ли ктонибудь за ним.

Но, прозрачная снаружи, изнутри кабина была матовой.

Улица и люди не просматривались, а аптекарь вздохнул с облегчением. Хотя, казалось бы, здравый смысл должен был подсказать нечто прямо противоположное: сидящий в кабине должен иметь возможность видеть улицу, сам оставаясь невидимым. Однако, как Нерсес успел заметить, не все на этой планете подчинялось здравому смыслу.

Поудобнее устроившись на стуле, он оглядел кабину. На стене, напротив него, висел плоский ящик, на котором мигал глаз, похожий на кошачий.

Пока ничего смешного не было.

Оа терпеливо ждал, недоумевая, чему же так смеялась недавно сидевшая здесь девушка.

- Меластр,- тихонько произнес чей-то голос.

- Да? - Нерсес Мажан посмотрел вокруг.

- Долго ли вы собираетесь так сидеть?

- Нет!

И вдруг Нерсес Мажан вспомнил, что он виден снаружи.

Боясь, что он производит на прохожих впечатление тупого человека, Нерсес громко засмеялся, стараясь, чтобы смех звучал как можно естественнее.

- Чему вы смеетесь? - робко спросил тот же голос.

- По-вашему, я зашел в кабину для того чтобы плакать? - с вызовом сказал Нерсес Мажан.-Я как все - смеюсь. Вот так...- он поднялся.

- Вы уходите, меластр?

- Да. Наверное, есть и другие желающие посмеяться.

- Но я еще ничего не рассказал вам.

- А это необходимо?

- Конечно, меластр.

- Постойте, а кто вы, собственно, такой? - спросил Мажан, усаживаясь перед кошачьим глазом.

- Не уходите,- прошептал голос.

- Хорошо, хорошо,- успокоил его Нерсес Мажан.

- Опустите монету в щель, и я расскажу вам нечто очень смешное,кошачий глаз энергично замигал.

Аптекарь порылся в карманах и отыскал монетку.

- Это подойдет? - он поднес ее к кошачьему глазу.

- Не знаю... Не вижу... Я вообще не вижу посетителей. Отец впервые послал тебя посмеяться?

- Отец?

- Ничего, мой мальчик,- в голосе зазвучала нежность.- Ты пока еще не умеешь смеяться. Уж очень искусственно получается. Да и не знаешь, чего стоит каждая история. Со временем ты наберешься опыта, и все станет обычным, естественным, а значит, и приятным. А на этот раз послушай то, что выбрал для тебя отец. А ну-ка... брось монету в щель. Посмотрим, какая история тебе достанется.

- Посмотрим? Но ведь вы же ничего не видите.

- Не обращай внимания, мой мальчик. Это только так говорится. Вот подрастешь немного, узнаешь, как много в мире таких противоречий. Люди говорят о вещах, совершенно им недоступных. Но когда говорят, у лих возникает иллюзия, будто все это существует в действительности.

Голог умолк.

Нерсес Мажан бросил монетку. Кошачий глаз мигнул еще несколько раз и исчез.

А в кабине раздался голос.

- У одного человека была очень легкомысленная жена. Молва о ней дошла до ушей мэра. Он вызвал мужа ветреницы и спросил его: "Как ты можешь терпеть и любить такую беспутную женщину?" - "О меластр! - воскликнул муж. - Как же мне не любить свою жену, если ее любят все мужчины города?" Нерсес Мажан улыбнулся. История показалась ему весьма так себе.

- А дальше?

- Все,- ответил испуганный голос.- Скажешь отцу, чтобы в следующий раз дал тебе более мелкую монету.

- Почему?

- Пртому что ты еще мал слушать дорогие истории. Тебе они непонятны и неинтересны.

- С чего это вы решили? - запротестовал Нерсес.

- Ты, мой мальчик, хочешь знать все... раньше времени,- заметил голос.Я это понял потому, что ты не засмеялся.

- А это обязательно - смеяться?

- Смеяться полезно. Тот, кто смеется, всегда остается человеком.

- Так расскажите что-нибудь еще.

- Видно, твой отец щедрый человек.

- Что-нибудь такое, чтобы я устал от смеха.

- Это стоит дорого... Столько денег у тебя нет.

- А сколько нужно?

- Не знаю,- прошептал голос.- Ты хочешь запутать меня, мой мальчик?

- Я не мальчик. Я аптекарь. Приехал позавчера.

- Извините,- произнес голос смущенно.- В наш город давно уже никто не приезжает. Простите, меластр... До свидания.

И замолк.

- А кто вы такой? - заговорщическим шепотом спросил Нерсеc Мажан.

Голос не ответил.

- Кто вы такой? - громче повторил Нерсеc.

Кошачий глаз моргал так испуганно, что аптекарь не мог удержаться от смеха.

- Мы с вами соседи,- объяснил он, смеясь,- Моя аптека как раз напротив. .Мы встретимся снова. Я должен обязательно выслушать вашу самую дорогую историю.

..."Мы тогда только познакомились и всего несколько раз встретились за игорным столом",- рассказывал Оскар, показывая аптекарю единственную имевшуюся у него фотографию Зенона Джабеза. Они сфотографировались в фойе "Капеллы". У Зенона был необычайный, запоминающийся взгляд. Да, подумал Нерсеc Мажан, не часто встретишь такие выразительные глаза.

Если судить по лицу, то непринужденность светского человека сочеталась в Зеноне Джабезе с тайной грустью.

Неуемная жажда наслаждений с гнетом постоянных забот.

А некая Урсула с узором планеты Топе на груди не мешала ему, должно быть, тосковать по своей далекой планете.

"Интересно, какой взгляд у Зенона теперь!" - подумал Мажан и тряхнул головой, отгоняя эту нелепую мысль.

Потому что "теперь" не было. Было прошлое.

И в этом прошлом - виланкская трагедия: повесившаяся в тюремной камере девушка и покончивший самоубийством Зенон Джабез. Правда, с легкой руки Линды Ло, которая приняла странную телеграмму из муниципалитета города Сонт за чудодейственный жизненный элексир, теперь он считался воскресшим.

Поднимаясь по лестницам знакомого дома по улице Бледного Влюбленного, Нерсеc Мажан сумел окончательно отогнать от себя противоречащую всем законам логики мысль о встрече с Зеноном Джабезом.

Когда он вошел в квартиру Бааба Гаспара, он хотел только утвердиться в том, что человека с синими, словно бы прозрачными глазами, покончившего самоубийством в виланкской гостинице, не существует ни в одном из уголков Галактических далей, и его не сможет воскресить ни одна официальная бумага.

В вестибюле он искоса глянул в зеркало и равнодушно пожал плечами.

Нерсеc Мажан ожидал, снова появится хозяйка, но в этот раз навстречу ему выпорхнуло юное создание.

- Здравствуй, Бланка, - приветствовал ее аптекарь.

Девушка подошла, с нескрываемым любопытством оглядела аптекаря, даже обошла вокруг и немного театрально улыбнулась:

- Да, я Бианка. Но откуда вам это известно?

- Ты похожа на своего отца, когда он грустит, - объяснил Нерсеc Мажан.

- Отец всегда бывает веселым,-заметила Бианка и почему-то с подозрением поглядела на аптекаря.-А я сейчас просто устала.

- Понятно, - произнес Нерсеc Мажан.-Меня, кстати, пригласил меластр мэр. Я - аптекарь Персее Мажан.

Бианка, приложив ко рту палец, задумалась на секунду, потом, оживившись, сказала: - Проходите, пожалуйста.

Немного погодя Нерсес Мажан очутился в большой сводчатой комнате, где на пушистом ковре, расстеленном на полу, расположились хозяйка и незнакомая женщина.

- Здравствуйте,- приветствовала его меластра Гаспар.

Точно так же, как несколько дней назад, она застенчиво склонила голову и долго доправляла оборки на подоле.

- Мадлен, - представила она подругу. - Мадлен Джабез.

- Приятная неожиданность, - признался Нерсес Мажан.- Веселые деньки мы проводили с вашим мужем в "Капелле", меластра. А потом он исчез. Мне и в голову не приходило, что у меня появится новая возможность встретиться с ним. Где же он сейчас? Я пришел сюда в надежде увидеть его.

- Вы познакомились с Зеноном на Виланке? - спросила Мадлен, и уголки ее бледных губ слегка приподнялись, придав лицу подобие улыбки.

"Насмехается, что ли?" - подумал Нерсес и насторожился.

- Виланк пленяет наших мужчин,- продолжала МадЛен Джабез.- Кто не был на Виданке, считает себя неполноценным мужчиной. Наверное, и вы были такого же мнения до того, как побывали там?

- Я там жил,- пояснил Мажан.- Имел аптеку...

- Когда вы в последний раз встречали Зенона, меластр? - спросила Мадлен Джабез.

Нерсес Мажан. поглядел на нее с подозрением, она показалась ему человеком сильным и, непростым. Нерсес заметил что женщина с плохо скрываемым нетерпением ждала ответа.

- Очень давно, меластра,- словно бы проглотив ком в горле, сказал аптекарь.

- Если вы...- начала было Мадлен Джабез.

- К сожалению,- прервала ее хозяйка,- Зенон и Бааб неожиданно выехали из города.

- Жаль, - откровенно огорчился Нерсес Мажан.-Но могу ли я надеяться увидеть Зенона в другой раз?

- Конечно,- заверила его хозяйка.- Только вот, право, не знаю, когда они вернутся.

- Понятно,- вздохнул Мажан облегченно.

Только теперь он почувствовал, что его тревожила встреча с Зеноном, человеком, переставшим существовать там, на Виланке. Логика и здравый смысл убеждали в том, что он никогда не встретится с Джабезом, потому что Зенона нет, он не существует... Он совершил самоубийство. Кто знает почему?.. Все-таки... почему?.. Вопрос этот впервые родился в голове Нерсеса. Он постарялся отогнать его, чувствуя, что это может привести к новому расследованию.

Расследованию?.. Нерсес вспомнил Линду Ло.

Только зачем эти женщины участвуют во лжи? А может, они и в самом деле не знают правды?.. Вряд ли. И не только женщины. Мэр города тоже не желает признавать факт смерти Зенона. В официальных посланиях он утверждает, что с Джабезом ничего не случилось и что тот по-прежнему вносит свою скромную лепту в дело производства на Лете женского белья.

Затянувшееся молчание, по-видимому, беспокоило женщин, ибо Мадлен Джабез, со значением посмотрев на подругу, вдруг заговорила:

- У Зенона неприятности,- пояснила она.- Вы знаете, чем он здесь занимается?

- Знаю... он любил рассказывать о своей работе, о прогрессе техники и смелости модельеров. ...- Нерсес Мажан вздохнул, сообразив, что помимо воли вступает в игру. Впрочем, действительно ли это было против его воли? - На Виланк он прибыл не развлекаться, а с деловой целью. Скорее, то и другое взаимно дополняло друг друга,многозначительно добавил он.- Составляло для него органическое целое.

- Вы хотите сказать...- в глазах меластры Гаспар загорелись озорные огоньки.

- Я хочу сказать, что Зенон настоящий деловой человек. Наверно, эта трудно - создавать новые модели белья. Их и без того великое множество. Модели рассыпаны по всей Галактике,- Нерсес Мажан изобразил увлеченность, он даже поднялся.- Все их разнообразие демонстрируют и виланкские женщины. Виланк - своеобразный демонстрационный зал. К сожалению, на Виланке не носят прозрачные платья и, значит, женщины не могут показать и самое модное белье. Зенон был из тех лемногих людей, которые понимают, как дальше будет развиваться мода. Виланкские женщины прислушивались к его словам. Но правильно ли я понял, что неприятности Зенона связаны с работой, с производством белья? - продолжал он, вновь опускаясь на пушистый ковер.

- Совершенно верно,- подтвердила Мадлен Джабез, с восхищением слушавшая Мажана.- Продажа его сократилась. Такое впечатление, .что женщины Леты отказались надевать белье. Поговаривают, что они думают отказаться и от платьев?

- Неужели? - удивился Мажан.- Почему?

- Чтобы люди могли узнавать друг друга.

- А!..- протянул Мажан.- Должно быть, это очень интересно.

Женщины не ответили.

Меластра Гаспар с непостижимым упорством разглаживала оборки на своем подоле. Мадлен Джабез горела желанием продолжить разговор и сказать что-то очень важное, но не решалась раскрыть рот. Аптекарь терпеливо ждал. Он уже давно убедился, что лишний вопрос или поспешность могут иной раз только помешать продолжению беседы. Однако молчание становилось давящим и угнетающим. Мажану показалось, что он здесь лишний. Он тут же поднялся.

- Меластр,- голос Мадлен звучал сдавленно.

- Да? - с готовностью отозвался Мажан.

- Вы, наверное, спешите? - вмешалась хозяйка.

- Спешу, - развел руками Нерсес Мажан, ибо другого ответа Гаспар от него не ожидала.

- Вы нас не забудете? - хозяйка блеснула глазами.

- Вы очень любезны, меластра, - ответил, поклонившись, Нерсес Мажан и вопросительно взглянул на Мадлен Джабез.

Но она только виновато улыбнулась ему:

- Сожалею, что вам не удалось сегодня повидать Зенона.

- Вы должны его простить, - улыбнулась хозяйка. - Когда дружите с деловым человеком, всегда надо быть готовым к подобным сюрпризам. Но в ближайшем будущем вы его непременно встретите, если, конечно, не собираетесь покинуть город.

"Вы слишком торопитесь выпроводить меня",-подумал Мажан.

- Угадали! - сказал он вслух.-По всей вероятности, я вскоре вылечу на Роджер.

- Зачем? - спросила Мадлен и посмотрела на него огромными зелеными глазами.

- За лекарствами для аптеки,-ответил он, глядя прямо на нее.- Наверное, к этому времени меластры мэр и Зенон вернутся. Я буду необыкновенно рад .принять всех вас у себя в аптеке.- Это приглашение в первую очередь относилось к обаятельной Мадлен Джабез с прекрасными грустными глазами.- Я угощу вас соками и кофе. Так было принято в моей аптеке на Виланке.

- Мы непременно воспользуемся вашим приглашением,- пообещала за себя и подругу меластра Гаспар.- До свидания, меластр.

Аптекарь вновь поклонился и вышел из сводчатой комнаты.

Открыв дверь, он лицом к лицу столкнулся с Бианкой.

- Подслушивала? - строго спросил аптекарь.

Девушка неопределенно мотнула головой.

- Почему же ты стоишь здесь?

Бианка пошла прямо по коридору, знаком дав понять, чтобы Нерсес Мажан следовал за ней. Они вышли из коридора и оказались в соседней комнате.

- Уезжаете? - спросила его Бианка.

- Да.

- Это очень важно?

- Что?

- Привезти лекарства.

- Может, и не очень,- ответил задумчиво аптекарь. - Сонт - город здоровых людей, и Лета, надо полагать, планета здоровых. Не случайно здесь постепенно исчезли все аптеки. Но если мэрия решила иметь аптеку, то эта аптека должна быть хордшей. Бианка,- он понизил голос и с заговорщическим видом осмотрелся.- Я хочу видеть Гушара.

- Это тоже важно?

- Да- Вы не сможете его увидеть.

- Хотя бы завтра... или послезавтра? Я же не говорю, что прямо сейчас. Хотя не плохо было бы...

- Ясно,- прервала его девушка и, протянув руку, поправила iему воротник. - Вы уже не сможете увидеть его. Вчера Гушара увели.

- Куда?

- Не знаю. Наверное, туда, куда обычно уводят тех, кто вышел из строя.

- Что значит "вышел из строя", Бианка?

- Люди либо умирают, либо выходят из строя. Кто как. Мертвых выносят в гробу. А тех, кто вышел из строя,в маленьких ящиках. Складывают в ящики и уносят.

- Понятно... В ящике. Значит, ты хочешь сказать, что Гушар вчера умер?

- Это вы так хотите сказать,- она снова поправила ему воротник.

- Прости, Бианка... Я не знал, что у тебя горе.

Девушка прижала ладонь к горлу.

- Может, я не очень чуткий человек,- продолжал Нерсес Мажан.- Но... Твой отец просил передать это письмо Гушару или тебе. - Он протянул ей маленький диск.

- Отец?

- Бааб Гаспар.

- Когда?

- В тот день, когда я впервые ступил в этот город.

- Где вы встретили его, меластр?

Мажан укоризненно покачал головой.

- Ты любознательная девушка, Бианка... Даже подслушиваешь у дверей. Нехорошо...- И он направился к выходу.

- Меластр,- окликнула его девушка.- Мы еще встретимся?

- Не думаю...

Спускаясь по лестницам, Мажан старался не думать о Гушаре. Теперь для него Гушар и Спандарат странным образом отождествились. Вообще жизнь а городе становилась кошмарным бредом. Но сейчас в бредовом хаосе витал четкий вопрос: "Неужели в этом доме накануне был покойник?" И следовал, вполне логичный ответ: "Нет нет, нет". Нерсес почувствовал, что вновь попадает в водоворот абсурда, в котором теряется естественная закономерность причин и следствий. Нет, следует как можно скорее избавиться от этих излишних парадоксов.

Избавиться. Избавиться...

Подходя к гостинице "Желтый кикен", он уже вынес твердое решение.

Ему больше нечего делать в Сонте.

И на Лете тоже.

Решение это принесло ему внутреннее удовлетворение.

Он мог быть доволен своей деятельностью следователя-любителя на планете ЛЗиданк. Не оставалось сомнений, что Зенон Джабез мертв и сегодняшнее приглашение и сюрприз делового человека был сплошной игрой. Но для чего?.. Аптекарь постарался отогнать от себя и этот вопрос, потому что очередное "почему?" грозило положить начало еще одному расследованию. Он хотел бы представить происшедшее в самом общем виде. Телеграмму же, полученную Линдой Ло с Леты, можно было объяснить мотивами, которые, пожалуй, были известны только Баабу Гаспару.

И все-таки непрошеное "почему?" то и дело выплывало из дальних уголков подсознания.

Нерсес Мажан пожал плечами и, чтобы предотвратить надвигающуюся опасность, вполголоса сказал: "Это меня уже не касается".

...Когда мужчина первый раз прошел мимо двери, изображая полное равнодушие ко всем аптекам в мире, Нестор успел, приметить только синеватые клубы дыма, которые он оставил после себя.

Чуть погодя мужчина прошел мимо двери в обратном направлении,, и тогда Нестор заметил, что это неряшливо одетый человек среднего роста.

Прохожий решил почему-то прогуливаться именно возле аптеки. В третий раз перед стариком мелькнула массивная трубка, которую прохожий сжимал в зубах. И снова остались синеватые клубы, лениво поднимающиеся кверху и незаметно тающие в ярких лучах Чичила.

Нестeр подошел к витрине, где несколько дней назад сам затейливо разложил красные, синие, оранжевые таблетки, размерами напоминающие бильярдные шары, и хирургические инструменты, предназначенные для воображаемых великанов, выглянул наружу.

Человек с трубкой, стоял перед витриной. Взгляды их встретились. Словно вспомнив что-то важное, человек щелкнул пальцами и отошел от витрины, а в следующее мгновенье два синих облачка медленно поплыли в аптечном зале и, не добравшись до потолка, впитались в обитые бархатом стены.

- Здравствуйте,- поздоровался незнакомец.

Нестор кивнул головой.

- Вы здесь один?

Нестор с любопытством глянул на трубку посетителя.

- Наконец-то у нас есть аптека,- продолжал незнакомец, осматриваясь.

- Необходимости в которой, однако, никто не ощущает,- сказал Нестор,- В аптеках обычно не курят, меластр.

- Разве? - удивился мужчина.- А я умею только курить,- он все же вынул трубку изо рта.-Только курить.

Удивительно, не так ли?

- Нет,- ответил Нестор.

- Говорят, вы приезжий?

Нестор посмотрел на него исподлобья.

- Я, кажется, не представился, - улыбнулся незнакомец.-Агамемнон,- oH изящно поклонился.- Пришел за таблетками от головной боли.

- У вас есть рецепт?

- Нет... Эти. таблетки я всегда получал без рецепта. - Агамемнон снова сунул трубку в рот.- Еще до того как в нашем городе исчезли аптеки.

- И давно это было? - спросил Нестор, пристально рассматривая незнакомого мужчину неопределенного возраста.

- Да... да... давно. Я употребляю обыкновенные, самые обыкновенные таблетки. Знаете, такие оранжевые, со, сладкой корочкой... Привык к ним,- он беспомощно развел руками.

Нестор выдвинул ящик стола и стал искать оранжевые таблетки.

- Кто знает, в каких Галактических далях теперь наши аптекари,- как бы про себя произнес Агамемнон.- Так вы, говорите, приехали издалека?

- Нет... Я ничего не говорил,- ответил Нестор, укладывая таблетки в коробку. - Надеюсь, вы знаете способ употребления. Запьете теплой водой... Обязательно полежите несколько минут. На спине. Неподвижно.

- Аптека придает городу особое очарование,- заговорил Агамемнон, пряча коробочку в карман.- Но люди часто не замечают этого. Просто не обращают внимания. И слишком поздно узнают, что в городе нет ни одной аптеки. А это очень печально.

- Печально, что узнают? - переспросил Нестор.

- Вы меня прекрасно понимаете, меластр! Если в городе есть аптеки, значит, есть и жизнь... Не смейтесь, меластр... Существование аптек говорит о том, что люди болеют...

- Пожалуй,- согласился Нестор.

- А там, где есть смерть, .есть и жизнь. Значит, не все потеряно. Значит, Агамемнон может быть уверен, что еще будут клиенты, которым можно оказать услуги.

- Все это так связано с существованием аптек? - спросил Нестор.

- Связано, меласхр, связано. - Агамемнон запыхтел трубкой, и аптека снова наполнилась клубами дыма.- Значит, вас не удивляет, что я могу только курить? Ничего не поделаешь... Вы не против, если я стану вашим постоянным клиентом?

- Нисколько.

- Кстати, вы и ваш молодой друг можете стать. в свою очередь моими клиентами... взаимно. Уверен, что вы останетесь довольны,- сказал Агамемнон.- И будете советовать вашим клиентам обращаться ко мне.

- Пожалуйста... Но чем вы можете быть полезны?

- О меластр. Я помогаю людям жить беззаботно, в развлечениях и удовольствиях, которые обычно недоступны им. С моей помощью они могут, отвлекаясь от серых будней, постоянно наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться.

- Как на Виланке, - заметил Нестор.

- Вы бывали на Виланке? - обрадовался Агамемнон. - Многие мои клиенты наслаждаются там благами веселой и беззаботной жизни. Я уверен, они с признательностью вспоминают меня. Знаете, на первых порах им бывает трудно понять, какую прекрасную услугу я им оказываю. Но я терпелив и довольно упорен. И цены вполне доступные.

- В чем же состоит эта ваша помощь? - полюбопытствовал Нестор.

- Как-нибудь в другой раз, меластр. В другой раз. Прежде всего признайтесь самому себе - жили ли вы полноценной жизнью? Вы уже человек в летах. Вот и подумайте, жили ли вы для того, чтобы испытать все радости жизни? Или всю жизнь, согнувшись под бременем забот, думали лишь о приобретении самого необходимого для своего существования? Трудились, трудились, а жизнь тихо и незаметно проходила мимо. У вас есть семья?

- Нет.

- Вот видите? Вы даже не успели обзавестись тем, что является наиболее обычным, наиболее легким и наиболее древним. И вашего молодого друга ожидает та же судьба. Вы бродите с планеты на планету... Годы проходят... И только в последние минуты жизни вы поймете, что все это глупости. Надо жить, меластр, И даже для вас еще не поздно. Агамемнон готов помочь вам.

- Как?

- В другой раз, меластр, в другой раз,- с улыбкой повторил Агамемнон.Я снова навещу вас. Чтобы купить таблетки от головной боли. Хотя... если признаться честно, голова у меня никогда не болит. Мои наилучшие пожелания Нерсесу Мажану.

Изящно поклонившись, Агамемнон вышел.

А обитые бархатом стены аптеки долго еще впитывали в себя синеватые клочья дыма.

- Совсем не видно детей, - сказал Нестор.

Нерсес Мажан, то поднимая, то опуская крышку ящика, стоящего на краю стола, вздохнул и вдруг поднял голову.

- Что ты сказал?

- В городе не видно детей, - повторил Нестор.- Для чего ты принес этот ящик?

- Гробовщик уговорил...- Нерсес Мажан еще раз поднял крышку.Обыкновенный ящик, а?.. Странный человек этот гробовщик. "Уважающие себя люди еще при жизни запасаются гробом"...

- Ты становишься чересчур дальновидным.

- Так говорил гробовщик. А мне не захотелось объяснять ему,, что в ближайшее тысячелетие я не собираюсь сыграть в ящик... Но он и вправду занятный человек. А почему ты беспокоишься о детях?

- Как же? - ответил Нестор.- Если так будет продолжаться, люди вскоре исчезнут с этой планеты... Зря мы, наверное, забрались сюда.

- Не зря... Иначе бы всю жизнь мучился сомнениями: а может, я ошибся, может, и вправду Зенон Джабез жив, а Урсула, Оскар и прочие приснились в кошмарном сне. Хотя я попал а эту историю случайно, было бы грустно, если бы мой первый опыт следователя не удался.

- А ты не задумывался над тем, почему покончил с собой Зенон?

Мажан с неудовольствием посмотрел на старика: этот вопрос сегодня уже поднимался из глубин его сознания и искушал аптекаря.

- Причин могло быть много, - деланно равнодушным тоном произнес Мажан.Беззаботная, но бессмысленная жизнь на Виланке, Урсула, которая заключила соглашение с Зеноном, но любила Оскара... Кто может поручиться, что Зенон ничего не знал об их связи? Чем не причина для самоубийства?

- Вероятно, так же думала и Линда Ло. Она нашла множество причин и выбрала из них самую вероятную.- Нестор немного помолчал, чтобы проверить впечатление от сказанного, и, заметив, что Мажан нервно теребит бородку, с удовлетворением продолжал: - Самую вероятную... А в итоге? Сегодняшний твой визит лишний раз подтверждает, что Зенон Джабез покончил с собой. А Урсула повесилась в тюрьме. Не так ли?

Мажан осторожно приоткрыл крышку ящика.

- Не понимаю, с чего это я решил зайти в магазин к гробовщику,- сказал он.- Просто проходил мимо... Все могу допустить на витринах, кроме гробов. Они были всевозможных размеров и сортов, с разнообразными украшениями и, разумеется, отличались ценами... Когда гробовщик стал убеждать меня, что уважающие себя люди еще при жизни предусмотрительно запасаются его товаром, а я оставляю впечатление именно такого человека, я решил купить самый дорогой... Нестор, для чего я купил этот дурацкий ящик? Может, я тоже из тех, что выходят из строя?

- Что это значит?

- Не могу тебе точно объяснить... Здесь люди или умирают, или выходят из строя. Зачем я купил этот ящик? Изза цены, что ли?

Нестор кивнул: "Возможно".

- А может, потому, что он совсем не похож на гроб?

Нестор опять кивнул: "И это мoжет быть".

- Видишь, как много вопросов, Нестор.

- Много,-согласился Нестор.-Но бывают существенные вопросы, которые требуют ответа, и бывают совсем неважные, . не обязательные. Я хочу сказать, что если тебя сейчас не волнует, почему покончил с собой Джабез, то не раскаешься ли ты со временем, услышав о новой трагедии, которую можно было бы предотвратить, ответив на этот вопрос, и не попытаешься ли ты, как Линда Ло, найти себе оправдание в каких-нибудь официальных документах?

- Во всяком случае, нам здесь больше нечего делать, старина. Пусть почетный мэр города Сонта подыщет другого аптекаря для своей аптеки. Мы улетим на Роджер, будто бы, за лекарствами, Если бы мы решили остаться в Сонте, я уверен, Агамемнон, который сегодня купил таблетки от головной боли, был бы нашим единственным клиентом.

- Когда мы уедем? - поинтересовался Нестор.

- Дня через два,- Мажан обнял дорогостоящий ящик и понес его к возвышающемуся в углу комнаты постаменту, на котором стояла весьма неудачная статуя местного скульптора, названная почему-то "Утешение".

Аптекарь снял ее с постамента и поставил на это место ящик с откинутой крышкой.

- Вот так,- с удовлетворением произнес он.

- Что подумают люди, увидев на постаменте гроб? - недовольно заметил Нестор.

- Подумают, что аптекарь в их городе сошел с ума, - весело ответил Мажан.

- Твой прапрадед был таким же несерьезным человеком,- заметил Нестор.У него тоже была бородка. Кстати, в роду Мажанов только трое отпускали бороды. Верховный жрец Мажан, имя которого впервые упоминает Хоренаци... Потом твой прадед, живший в две тысячи шестисотых годах, и еще ты... Ужинать не хочешь?

- Великолепно, Нестор... А ты уверен, что память тебя не подводит?

Нерсес Мажан улыбнулся, заметив, что попал точно в цель: Нестор оскорбленно замолчал. Зная, что теперь старик целый вечер не раскроет рта, Нерсес сказал:

- Ужинать не хочу, старина. Но сейчас я с удовольствием поспал бы.

Нестор кивнул и пошел стелить постель, а Мажан подумал, что, усомнившись в его памяти, поступил со стариком излишне жестоко. Он машинально глянул на ящик и тотчас же снова подумал: "Почему Зенон покончил с собой?" Потом он решил, что попросит у Нестора прощения через пару дней, когда старик почти перестанет сердиться, а они будут уже далеко от этой планеты, случайно открытой Маруямой Медустом.

"Лета,- мысленно произнес Нерсес Мажан.-Лета... Источник, бьющий в царстве мертвых, напившись из которого забывают о земной жизни. Лета... Маруяма Медуст назвал планету Серой Пустыней. Почему же ныне ее зовут Летой? Случайно?.. Лета".

Аптекарь еще раз бросил взгляд на ящик с откинутой крышкой и пожал плечами. Вопросов действительно было много. Слишком много.

...Гостиница "Желтый кикен" давно погрузилась во мрак, и ее немногие жильцы крепко спали.

В одной из темных комнат номера Нерсеса Мажана у двери стояла фигура. То был Нестор.

Он стоял неподвижно, подтянутый, собранный, как все эти десятилетия, столетия, тысячелетия, где бы он ни находился.

Через полуоткрытую дверь он прислушался к дыханию спящего в соседней комнате Нерсеса. Все было нормально.

Нестор всерьез задумался, почему дот усомнился в его памяти. В шутку? Но шутки здесь вовсе неуместны.

Нестор был оскорблен.

Потому что он никогда ничего не забывал. Потому что волею обстоятельств он стал вечной, ходячей памятью. Потому что смысл и цель его существования заключались именно в этом.

Перед взором Нестора, стоявшего в тишине во мраке ночи, одна за другой проходили бесконечные вереницы людей и событий, ставших уже давним преданием.

Вот чуть сгорбленный человек в бвлом халате, добрый, с улыбчивым взглядом -ламый первый Мажан, которому в то далекое прошлое и в голову не могло прийти, что Нестор, ставший памятью рода Мажанов, будет бродить по Галактике с его далекими потомками.

Тогда, в две тысячи двадцать пятом году, Нестор был молод и не представлял еще, что значит вечность. Он даже не очень понимал, за что ему приписывают смелость и самоотверженность. В самом деле, что в этом особенного? Ничего.

Обычная операция... и его мозг получил в распоряжение вечное тело. Тело, которое можно сменить, когда оно износится. Впервые он сменил его в первые дни четвертого тысячелетия. Сменил для того, чтобы внешне выглядеть чуть старше. С тех пор каждое тысячелетие он менял облик - становился лет на десять старше. Но с того далекого дня, когда очередной, Мажан назвал его "стариком", он перестал заботиться о своей внешности.

...Под слабым дуновением ветра чуть дрогнула тяжелая оконная занавеска. Очнувшись, Нестор потер лоб. Поток воспоминаний проходил перед ним так отчетливо, словно - Нестор видел все это во сне.

Сны?.. Вот чего ему недоставало. Вот в чем он нуждался, оказывается. Нестор мысленно улыбнулся: это было уже открытие. Но чтобы видеть сны, необходимо последовательно припоминать события. Воспоминания согревают душу.

...Обыкновенные люди большую часть своей жизни живут именно в таком сказочном мире. Они живут завтрашним днем. Нестору тоже захотелось пожить завтрашним днем, тем более что у него было преимущество: его бесконечные воспоминания. Без воспоминаний о прошлом невозможно жить завтрашним днем.

Самый первый Мажан, живший в двадцать первом веке, подготовил его к межзвездным путешествиям, для которых не хватило бы одной человеческой жизни. И Нестор совершил два полета, открыв во время путешествий несколько десятков планет: краткие сведения о них можно получить по полному Галактическому справочнику Лоуэлла.

Два полета в течение почти целого тысячелетия. На Земле у него не осталось родных. Его часто путали с роботами, но он был человеком и потребность в близких ощущал не менее остро, чем обычные люди. Поэтому из поколения в поколение Нестор оставался верным спутником Мажанов.

Многое изменилось за время, которое теперь казалось Нестору мгновением. После двух межзвездных полетов выяснилось, что в Галактические дали могут летать и обыкновенные люди - через искривленное пространство. Дети Земли основали, колонии почти на всех обитаемых планетах.

Человечество переместилось в Галактический центр, где с новой силойзакипела жизнь. Однако многие постепенно стали забывать находившуюся на окраине вселенной планету-мать. И Нестор перестал удивляться тому, что некоторые считают Землю лишь прекрасной легендой.

...В Несторе больше не нуждались.

Как не нуждались и в. Земле.

Никто, кроме Мажанов, для которых старик стал памятью о роде.

Нестор переходил от поколения к поколению и цель своей жизни видел в воспитании потомков Мажанов, рожденных так далеко от Земли, настоящими земными людьми.

Ах, Нерсес Мажан... И ты норовишь усомниться в памяти старика. Хотя бы и в шутку.

Отец Нерсеса...

Он сопротивлялся. Обосновавшийся в Капутане, этот человек Земли никак не мог согласиться, чтобы его сын получил длительную молодость. "Это бедствие,-говорил Мажан-отец, - длительная молодость погубит Галактику". Но когда Нерсес тем не менее начал свою во сто крат замедленную вторую жизнь, Мажан-отец с болью расстался с Нестором, поручив ему Нерсеса. Он заклинал старика не позволять Нерсесу нежиться в снах вечной молодости. Он мечтал, чтобы его сын прожил свою длинную жизнь во имя соотечественников, во имя счастья рассеянных по свету детей Земли.

Теперь Нестор был уверен, что выполнил эту миссию. По случайному и счастливому стечению обстоятельств Нерсес Мажан уже сделал первый шаг. Какое-то, может быть, небольшое время он жил, думая и заботясь о других. И конечно же понял, насколько значительнее и богаче такая жизнь...

"Почему покончил с собой Зенон Джабез?" Вот вопрос, который заставит Нерсеса Мажана сделать еще один решительный шаг.

...Из густо-черных стекла стали матово-белыми. А чуть погодя на крышах противоположных домов начали резвиться первые лучи Чичила.

Успокоенный своим предутренним сном, Нестор наконец зашевелился, решив, что пора будить аптекаря. Но в это время в его голове шевельнулся еще один вопрос.

Стараясь не отвлекаться, старик застыл на месте.

"Ты же просто не хочешь, чтобы я повторил свой вопрос... Поэтому и усомнился в моей памяти. Чтобы я обиделся и замолчал... Но как ты только проснешься, я все равно его повторю".

Да. Мысль родилась.

И старый Нестор направился в спальню Нерсеса.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Взгляд Нерсеса скользнул по обитым бархатом стенам, задержался на небольшом прилавке; ему показалось, что выстроившиеся по ту сторону прозрачной перегородки колбы и пузатые склянки заволоклись вдруг серым туманом.

Очень скоро уйдет во мглу и сама аптека, а равнодушные ко всему на свете обитатели этого города даже не заметят, что аптекарь и старик, помощник его, навсегда покинули город.

- Мы не поняли друг друга, - обратился Нерсес к просторному помещению аптеки.- Вы не разобрались, почему я вдруг очутился здесь. А я... я, видимо, никогда не пойму, отчего это жители города вдруг почувствовали необходимость в нас.

Аптечный зал не удостоил Нерсеса даже эха.

Аптекарь улыбнулся, он вспомнил свою аптеку на улице Большого Пса, тех, кто приходил заказывать странные, рождающие особые ощущения таблетки, и тех, кто благоразумно предпочитал в баре аптеки фруктовые соки или маулийский кофе: они вносили в аптеку оживление и делали осмысленной однообразную, лишенную серьезных переживаний жизнь.

."В послеполуденной безмятежной тишине города гдето вдали раздавались звуки колоколов. Мажан посмотрел на часы. Скоро окончится рабочий день, и он навсегда закроет тяжелые створки дверей, мимо которых, как ему кажется, жители проходят с опасением, не донимая, зачем появилось в городе это новорожденное заведение.

Звонили колокола, приглашая на вечерню жителей Сонта, равнодушных и к религии.

"Равнодушие порождает потерю веры",-подумал Мажан.

А что же породило их равнодушие? Что вообще порождает равнодушие?

Вопрос не опасный, ибо не требует немедленного разрешения. Над ответом можно будет поразмышлять в дороге от Леты до Виланка, можно подумать и в .виланкской квартире, лежа на шкурах кикенов и покуривая сигареты "Сердце Скорпиона".

Хорошо бы удалось найти ответ. В противном случае Нерсес Мажан с озабоченным выражением лица отметит лишь сам факт: "Да, люди стали равнодушными". И этого будет достаточно, чтобы навсегда позабылись и Чичил, и Лета, и Сонт с его перепуганным мэром, с бессмысленными кабинами смеха, с обыкновенными покойниками и непонятными "вышедшими из строя" людьми.

Аптекарь проверил, закрыт ли кран, нажав на кнопку, опустил жалюзи, и в следующее мгновение аптечный зал стал полосатым.

- Вот и все,- произнес он, неторопливо снял халат и повесил его на крючок, рядом с халатом Нестора.

- Нерсес? Здравствуй!

Мажан провел ладонью по висящему халату, провел не спеша, словно стараясь выгадать время, узнать этот хриплый голос, прорвавшийся в тишину аптечного зала.

Голос был незнакомым.

Он медленно обернулся, прищурился и увидел стоящего в дверях высокого человека,

- Ты собирался закрывать?.. Значит, я успел вовремя,по голосу чувствовалось, что незнакомец улыбается. - Ты забыл меня, Нерсес, - теперь в его голосе послышался укор.- Видно, я очень изменился.

Нерсес сделал несколько шагов навстречу посетителю, не успев даже подумать, что они могут оказаться роковыми.

- Зенон?! - он опомнился, услышав собственный голос.- Зенон... уже вынужденно повторил Нерсес Мажан, ибо путей к отступлению не было.

"Квадратный шар, - мысленно выругался аптекарь. - И зачем я только опустил шторы!" Незнакомец поискал взглядом стул.

- Садись, - предложил Мажан. - Может, зажечь свет?

- Нет, нет... так лучше,- остановил его незнакомец. - А ты немного... поседел.

"В самом деле? - подумал Мажан.-Значит, ты считаешь, что мы-давнишние приятели?" Он улыбнулся, глядя на незнакомца.

Игра в кошки-мышки...

Древняя, древняя игра.

Но кто из них мышь? А кто кошка?

- Годы летят,- произнес Нерсес, потому что. все-таки он был хозяином.Годы проходят, оставляя свой след... Кажется, так сказал поэт. А я завтра улетаю на Роджер.

Странно, все шло как бы само собой. Мажан подумал, что именно такой или приблизительно такой должна была быть их встреча с Зеноном Джабезом, если бы они в самом деле знали друг друга.

- Едешь за медикаментами, - кивнул Зенон. - Знаю. А я изменился, Нерсес?

Обычно после долгой разлуки люди не задают таких вопросов. Но Нерсес видел Зенона Джабеза впервые, и было еще неясно, кто из них кошка, а кто мышь, Нерсес понял, как важен его ответ для этого высокого мужчины с голубыми глазами и хриплым голосом.

"Хочешь уточнить, изменился ли ты, на мой взгляд, - подумал аптекарь.С годами люди, как правило, меняются. И ты уверен, что услышишь положительный ответ. Он имеет для тебя существенное значение. Впрочем, знаешь ли ты, что я не знаком с Зеноном, а? Мы играем... А в игре логических закономерностей не существует".

- Не изменился,- сказал аптекарь.- Ты совсем не изменился.

- Совсем?.. - переспросил Зенон Джабез.

- Совсем,- повторил Мажан и вытер вспотевший лоб.

"До моего прибытия на Лету тебе и в голову не приходило, что на свете существует аптекарь по имени Нерсес Мажан. Наверное, ты точно знаешь, что мы никогда не встречались. Ни здесь, ни на Виланке. Интересно, как бы .ты поступил, не скажи я Баабу Гаспару о нашей несуществующей дружбе? Можно обмануть других, Зенон Джабез... Но зачем обманывать самого себя? И почему ты.так упорно молчишь?"

Аптекарь поймал на себе косой взгляд Зенона.

"Ты хочешь быть кошкой. Вполне естественно,- подумал Нерсес Мажан.Поэтому и молчишь. А Нестор сейчас ждет меня. И больше не хочется зря терять время".

Аптекарь негромко кашлянул.

- Что? - спросил Зенон.

"Ага... Хочешь, чтоб я заговорил... Чтобы как-то открылся. Я о тебе знаю достаточно. Даже о самоубийстве в "Капелле". Гм... А что ты знаешь обо мне? Ничего, ровным счетом ничего, дорогой мой. Хорошо, слушай. Приготовься. Посмотрим, как ты отнесешься к такому сообщению".

- Урсула повесилась в тюремной камере.

- Жаль,- сразу же отозвался Зенон.

- А Оскара помнишь?

- Он тоже повесился?

- Нет...

-Гм...

- Просил передать тебе привет.

- Спасибо.

- Он просил непременно напомнить тебе, как мы ловили мышей в подвалах "Капеллы",- сказал Мажан.

- Мышей?

- Мышей,- повторил аптекарь.

- Ах да, конечно, мышей,- спохватился Зенон.- Я не слишком тебя задерживаю?..

"Согласен... Хватит на первый раз. Если игра тебе понравилась и у тебя появится желание ее продолжить, можешь несколько ночей помучиться, чтобы понять, зачем и как мы ловили мышей".

- Нет, не слишком,- ответил Нерсес.- Только вот Нестор станет волноваться. Я всегда предупреждаю его, если задерживаюсь. Ты помнишь моего старика?

Зенон Джабез не ответил.

- Может, заглянем ко мне? Я остановился в "Желтом кикене". Меластр Бааб Гаспар одобрил мой выбор. Хотя мне и в голову не могло прийти, что гостиница принадлежит ему. А ты знаешь, что желтых клкенов не бывает?

Джабез только кивнул в ответ.

- Поначалу было странновато, до я привык. Меластр Гаспар тоже вернулся из путешествия?

- Да.

- Он произвел на меня приятное впечатление. Может, нам пригласить и его?

Зенон смущенно улыбнулся.

- Сегодня не могу... С трудом урвал несколько минут, чтобы повидать тебя перед тем, -как ты улетишь на Роджер. Может, в другой раз.

- Ну что ж... Спасибо и за это, дружище...-добродушно произнес Мажан.Пошли?

У выхода Зенон Джабез подождал, пока Мажан два раза повернул ключ в дверях.

- Ну? - улыбнулся аптекарь, опустив в карман ключи.

- До свидания, Нерсес,- сказал Зенон Джабез.- Счастливого пути.

Несколько сeкунд они молча смотрели друг на друга, потом зашагали в разных направлениях.

...Город погрузился во тьму, а Нерсес Мажан все бродил по улицам. Загорелись редкие фонари, рождающие холодные и светлые блики. Ничто не в силах было рассеять ни гнетущей вязкой тьмы, ни внутренней убежденности аптекаря, что даже под яркими лучами Чичила город Сонт окружен таинственной и темной оболочкой.

Нерсес Мажан., словно бесцельно прогуливающийся человек,, останавливался временами перед яркими витринами баров и ресторанов. Посетители этих больших и маленьких, ярко или интимно-мягко освещенных заведений и не думали обращать внимание на человека, выныривающего на минуту из темноты. А он, засунув руки в карманы куртки, с лихорадочной напряженностью заглядывал в окна, как бы пытаясь разглядеть то, что тщательно укрыто за непроницаемым равнодушием людей.

Ему показалось, они были всюду одинаковые, эти посетители, пристально всматривающиеся в гладкую поверхность стола и изредка перебрасывающиеся парой слов; они забывали даже о полных искрящихся бокалах, стоящих перед ними.

"Кто же вы?.. Какие невинные или преступные мысли, надежно спрятанные за бесстрастными масками вместо лиц, рождаются у вас в мозгу?.. Отчего так холодны ваши глаза, похожие на блестящие стеклышки?.. И отчего вы не видите расплывчатой бессмысленности, которая постепенно и незаметно поглощает вас, ваши души, вашу ненависть, вашу любовь?.. Может, вы давно устали от этой жизни?.. Или это сознание собственного бессилия отпечаталось на масках, скрывающих ваши мысли?"

В одном из баров одиноко сидящая за столом девушка подняла на Нерсеса внимательные глаза.

Аптекарь прильнул лицом к стеклу. Брови девушки взметнулись вверх, на щеках обозначились ямочки. Девушка засмеялась. Смех ее, Нерсес это сразу заметил, был беззвучным. Почему, почему она смеется беззвучно?.. Ах да, в полный голос здесь смеются лишь в кабинах, мелкими монетами пробуждая кошачий глаз.

"Ты смеешься надо мной? Не думай, я не бесцельно брожу по безлюдным улицам твоего города. Мне хочется понять, что вы за люди, почему вы разрушили связи с другими людьми и почему мир забыл вас?"

- Да, да,- вполголоса произнес Нерсес Мажан, отойдя от широкой витрины,насколько угрюмее было бы все здесь, если бы не женщины...

Он сделал всего несколько шагов, как дверь бара отворилась - и за облаком теплого воздуха показалась девушка. Она прислонилась к дверному косяку и, глядя на аптекаря, ласково ему улыбнулась.

"Мы понимаем друг друга... Да, мы ведь понимаем друг друга?" Вялые лучи искусственного света, пробивающиеся из зала, обрисовали ее женственно стройный силуэт.

Легким кивком головы девушка пригласила Нерсеса в бар.

В зале было теплo и пусто.

- Садись,-- предложила девушка, подойдя к своему прежнему столику.

Нерсес Мажан не заставил себя просить, он вдруг почувствовал гнетущую физическую усталость и разбитость.

- Что ты потерял? - спросила девушка так, словно они с Нерсесом были старыми добрыми приятелями.

Чёрные прямые волосы тяжело падали на ее плечи. и грудь, закрывая и часть лица. Но аптекарь разглядел всетаки и маленький подбородок, и полные губы, и точеный нос, и прекрасные темные глаза, в которых угадывалось прирожденное лукавство и застенчивая затаенная страсть.

- Можешь больше ничего не искать,- улыбнулась девушка,- ты уже все нашел.

- Я ничего не ищу, - вздохнул Нерсес Мажан.

- Меня зовут Ева... Ты искал меня.

- Разве?

- И не спорь со мной. Знаешь, всегда ищут то, чего нет. Или то, что кажется несуществующим. Верно?

- Может быть.

- Как меня зовут, в общем неважно. Если хочешь, можешь называть меня Астарт, Гретхен, Николет, Мариам, Дженевра или Лилит... Главное, ты нашел, что искал.

- Я...

- Не спорь со мной!

- Что же я, по-твоему, нашел?

- Дверь.

- Дверь?

- Которая отворится перед тобой, если ты Али-Баба.

- Ты любишь сказки,- заметил Нерсес Мажан.-Но завтра утром я улетаю на Роджер.

- До утра еще есть время. А ты уверен, что тебе удастся улететь?

- Мне кажется...

- Ясно,- перебила его девушка. - Значит, завтра ты не улетишь. Ты знаешь, кем была Ева? Ева была матерью. Праматерью рода человеческого. Вечная мать, повторяющаяся в каждой женщине. О чем ты задумался, Нерсес?

- Хочу вспомнить, где мы встречались.

- Мы встретились здесь. Несколько минут назад.

Девушка пододвинула свой стул к Нерсесу. Резким движением головы она отбросила волосы с лица. Сейчас наконец Нерсес сможет, рассмотреть ее, заглянуть в глаза. Но кто знает, не заставит ли это его разочароваться? Не окажется ли, что за одной маской скрывалась другая? Может быть, все это ода делает нарочно. И ему придется ломать голову, разгадывая новые тайны...

- О чем ты задумался, Нерсес?

Аптекарь улыбнулся.

- Сам не знаю.

- Это правда?

- Точнее - мне трудно передать свои мысли словами.

- Я боялась, что нам с тобой не удастся встретиться, - сказала Ева, Зенобия или Николет.- Когда я пришла, в аптеку, у тебя там кто-то уже был. На улице разговаривать не хотелось. И тогда я решила подождать тебя здесь.

Нерсес Мажан нахмурился.

- Я была уверена, что ты найдешь меня.

- Я случайно проходил мимо этого бара.

- Конечно, случайно, - согласилась девушка.- Находят всегда случайно, если только и в самом деле есть желание найти. Закажи нам что-нибудь, Нерсес.

Аптекарь недовольно посмотрел на приближающегося официанта.

"Сезам, откройся",-вспомнил он.

Но вместо звука щеколды Нерсес услышал голос девушки:

- Что-нибудь, все равно что.

Официант принес на подносе два стакана, молча поставил их на столик и удалился.

Аптекарь взял стакан и посмотрел на странную коричневую жидкость.

Что делать? Они затеяли бесполезную и бессмысленную беседу. Девушка, конечно, не была ни Евой, ни Николет, ни Мартой, ни Асхарт. Очередная маска, умело скрывающая свое лицо. Правда, привлекательная и охотно выставляющая напоказ свои прелести. Вероятно, ей хотелось, чтобы Нерсес Мажан был Адамом. Традиционное яблоко она старалась подменить иллюзией некоей таинственной двери.

- Сезам, откройся, - проговорил Нерсес Мажан.

- Мне жаль, что ты меня не понимаешь,- вздохнула девушка.- Между сказкой и действительностью огромная разница.- Она опять откинула с лица густую прядь волос. - Мы можем встретиться завтра или несколько дней спустя... Мы непременно должны встретиться, потому что ты пытаешься стать новым Али-Бабой... Пей... Все равно ты завтра не улетишь. И вообще...волосы снова прикрыли ее лицо, - есть только один путь сбежать отсюда. Ты очень скоро найдешь его.

Аптекарь залпом выпил коричневую, щекочущую горло жидкость и поставил стакан на стол.

- Ты не веришь мне,-снова заговорила девушка, - Считаешь нашу встречу очередной нелепицей... или,- девушка подняла к губам полупустой стакан и глянула прямо в глаза Нерсеса,- банальной историей между мужчиной и женщиной.

Ева, Астарт, Николет прищурилась, и лицо ее приобрело лукавое выражение.

- Хотя ее финал мог бы быть достаточно интересным. Но сейчас я стремлюсь к другому. А то бы не стала терять времени. Впрочем, если не в ущерб делу, я, пожалуй, не отказалась бы и от интересного финала...

- Какому делу?

- Ты должен открыть дверь, которую нашел. Чтобы после запереть другую, через которую входят и выходят маски.

- Маски? - растерянно переспросил Нерсес.

- Да. Именно маски. Ты ошеломлен обилием нелепостей и хочешь найти ответы на свои бесчисленные вопросы.

- Какие вопросы?

- Ну, хотя бы - кем был твой сегодняшний посетитель? - взяв Нерсеса под руку, девушка увлекла его к выходу.

Нерсес схватил ее за плечи.

- Зенон Джабез?

- Тихонечко! И не надо, чтоб на улице нас видели вместе. Для тебя уже не секрет, что с наступлением темноты у города начинается агония. Но почему только у города?.. У всей Леты. Эта ужасающая агония длится уже годы... Может быть, она протянется десятилетия? Но все равно, как бы долго это ни продолжалось, смерть неизбежна, Нерсес.

- Постой, как тебя зовут?

- Я же тебе сказала. Николет,.. Мариам... Зенобия... Но я люблю, чтобы меня звали Евой. Мы все хотим быть Евами. Потому что мы еще полноценные женщины, Нерсес. Спокойной ночи!

Девушка удалялась быстрыми легкими шагами. Ее силуэт растворился в вязкой тьме города, с которой редкие городские фонари вступали в упорный, но бесполезный бой.

- Доброе утро!

- Здравствуйте! - пробурчал, не поднимая головы, чиновник в приемной мэрии.

- Я обращался с прошением по вопросу отъезда на Роджер.

- Да,- отозвался чиновник.

- Я должен был вылететь сегодня.

- Да.

- Вечером я узнал, что мне отказали.

- Да.

- Я хочу выяснить причину.

Чиновник ничего не ответил.

- Вы меня слышите?

- Да.

- Я хочу узнать, почему мне не разрешают вылететь на Роджер. К кому мне обратиться?

- Второй этаж, пятая комната.

- У вас что, не принято смотреть людям в лицо? - не выдержал Нерсес Мажан. Ему захотелось разозлить невозмутимого чиновника.

- Да,- все так же бесстрастно ответил .чиновник, не отрываясь от своих бумаг.

Нерсес Мажан решил было кое-что сказать, но, подумав, сдержался. Главное сейчас - получить ответ, твердый ответ и как можно скорее. Всякое промедление могло оказаться роковым. Он был убежден в этом.

Еще вчера он считал себя посторонним зрителем, наблюдающим из глубины темного зала за происходящим на сцене. Шла занятная комедия: незнакомец, например, играл роль давнего приятеля и стремился к встрене без свидетелей, а знакомый, напротив, упорно вас не узнавал, причем удивительно, что он деликатно предупредил об этом при первой же встрене. И вот только женщины... Каждый раз они появлялись в каком-то неожиданном обличье, явно не соответствующем общей программе спектакля.

Таким все казалось до вчерашнего вечера. До того мгновения, когда, расставшись с Евой, Мартой, Николет или Зенобией, Нерсес вернулся в гостиницу и сообщил Нестору потрясшую его новость: "Ко мне заходил Зенон Джабез".

- Убитый? - спросил Нестор.

- Нет, покончивший самоубийством.

- Если он жив-здоров,- заметил Нестор,- то неважно, убитый или покончивший самоубийством. Не только неважно, но и нелогично.

- Ты прав - логика осталась на Виланке... Мы уедем завтра же, и чем дальше будем от этого места, тем скорее восстановится причинная связь вещей. И мне придется, подчиняясь законам логики, поздравить Линду Ло с блестящим завершением следствия, - сказал Нерсес Мажан.- Не понимаю только, зачем я вмешался. Как это мог.ло случиться?

Старик не ответил на вопрос, он думал о вещах, куда более важных для данного момента.

- Если только завтра мы сумеем вырваться отсюда, - сказал Нестор.

- Что это значит? - насторожился Нерсес Мажан, предчувствуя очередные неприятности.

- Это значит, что без разрешения мэрии мы никуда не сможем уехать.

- Почему же ты не получил разрешения? - спросил Нерсес Мажан.

- Я пытался.

- Отказали?

- Нет... Выяснилось, что быстро такие дела не делаются. Пока что посоветовали отказаться от мысли улететь завтра.

И вот тут Нерсес Мажан почувствовал, что иронично-спокойное состояние наблюдателя покидает его бесследно.

Он испугался того, что любая следующая минута, час или день могут без остатка поглотить Нерсеса Мажана, и на той же сцене он предстанет жалким комедийным персонажем.

Это было страшно. Нерсесу Мажану показалось, что вокруг него сжимается кольцо...

...Не постучавшись, аптекарь толкнул дверь пятой комнаты.

- Я пришел, чтобы...

- Когда будет нужно, мы известим вас,- в глубине комнаты сидел дородный мужчина с на редкость невыразительным лицом.

- Я аптекарь.

- Понятно.

- Сегодня я должен был вылететь на Роджер.

- Да.

- Я хочу знать, почему...

- Да, все ясно... Когда будет нужно, мы известим вас, - повторил мужчина, и Нерсес Мажан успел заметить, что во время разговора он ни разу не изменил позы. Если бы в комнате были другие люди, можно было бы подумать, что говорил не он.

- Могу ли я жаловаться?

- Разумеется.

Равнодушный ответ немного остудил Нерсеса.

- Простите, а нельзя ли узнать, хотя бы приблизительно, когда вы известите меня?

- Вы можете жаловаться.

- А вдруг в этом не будет надобности,- подчеркнуто приветливо сказал Нерсес.- Если мы сможем...

- Мы ничего не сможем...

- Жаль. Я подумал...

- Напрасно подумали.

Аптекарь нервно потер подбородок. Он решил уже прекратить бесполезный разговор и уйти. Но неожиданно для себя вдруг снова услышал собственный голос, прозвучавший довольно ехидно:

- Может, вы все-таки поднимете голову?

Молчание.

- Чего вы боитесь? Это ведь даже интересно - увидеть человеческое лицо.

Опять молчание.

- Значит, я попробую пожаловаться, - устало произнес Нерсес Мажан и вышел из комнаты.

- Что ж, попробуйте,- услышал он за спиной.

Неопределенные подозрения грозили превратиться в нечто очень реальное...

Впервые за годы молодости Мажан ощутил всем своим существом, что такое внутренняя тревога.

"Улететь!.. Скорее улететь",- упорно вертелось у него в голове.

В поисках нужной комнаты Нерсес Мажан поднимался на третий этаж. На лестничной площадке он на минуту остановился и скользнул взглядом по резным перилам.

"Ты паникуешь, Нерсес!" Мажан глубоко вздохнул и оглянулся вокруг.

"Ты хочешь убежать... От кого? Кто тебе угрожает? Не удалось улететь сегодня, удастся через неделю, наконец, через месяц".

Логические рассуждения конечно же дисциплинировали, однако он ничего не мог поделать с паническим внутренним желанием убежать отсюда как можно скорее. После встречи с Зеноном Джабезом каждый, лишний час на этой планете мог оказаться для него роковым, ибо он перестал быть сторонним зрителем.

Потому что Джабез все-таки покончил самоубийством в "Капелле"...

Потому что Зенон Джабез был жив...

Исключающие друг друга, но и неопровержимые факты.

А если?..

В это время Персее остановился перед одной из дверей на третьем этаже. Это была комната, которую он искал.

А если?.. Он попытался зацепиться за мелькнувшую, пока еще неопределенную мысль, но напрасно.

- Мэр занят... Мэр занят,- несколько раз повторил женский голос, хотя в приемной, куда вошел аптекарь, никого не было.

Не обращая внимания на это предупреждение, Мажан заглянул в полуоткрытую дверь в глубине приемной.

"Мэр занят... Мэр..." - Разрешите?

- Войдите,-откликнулись изнутри.-Кто там?

- Это я, меластр, - сказал аптекарь, входя. - Здравствуйте, меластр...

- Вы?..- Бааб Гаспар посмотрел на Нерсеса Мажана не слишком приветливо.

- Пришел вот жаловаться, - поспешил объявить Мажан о цели своего визита. - Я собирался сегодня на Роджер за медикаментами. Потому что, как выяснилось, на Лете давно уже перестали их производить.

- Разве? - недоверчиво спросил мэр.

- Да. Я не могу сам готовить все лекарства.- Персее замолчал. Меластр, я вам так сочувствую...

- Благодарю,- сказал мэр.- Что делать, бывает и такое... Услышав о несчастье, я тотчас же вернулся.; Гушара ожидало большое будущее. Вам, не удалось познакомиться с,ним? Жаль. Очень жаль. Но вы, кажется, недовольны, что ваш отъезд откладывается. Правильно ли я, вас понял? Ну, конечно, мы понимаем друг друга. Кстати, вы уже освоились с нашим городом? Приятный город. Мирный. Не пожалеете, что откликнулись на наше приглашение. Но разве так уж необходимы медикаменты? Вероятно, есть спрос? - Бааб Гаспар тараторил, не давая аптекарю возможности ответить. - Если есть спрос, значит, люди болеют. Но в нашем городе не часто болеют. Если заболеют, ни одно лекарство в мире не поможет. Значит, я могу с уверенностью сказать, что вы зря собираетесь на Роджер, Напрасно. Я могу вам...

- Но позвольте,- не выдержал Мажан.

Бааб Гаспар озадаченно посмотрел на аптекаря.

- Вы не позволяете мне ничего сказать, меластр.

- Неужели?.. Прошу, меластр. Скажите, объясните, - мэр, широко разведя руками, изобразил полную готовность слушать.- Но только что значит "не позволяете"? Вы здесь новый человек и, вполне понятно, не успели убедиться, что у вас для таких заявлений нет оснований. Пожалуйста, говорите, меластр, поясните... Однако это будет лишней тратой времени. Поскольку и без того все ясно. Вы находитесь на службе, в распоряжении мэрии. И разумеется, не можете бросить все свои дела и отбыть на Роджер или в иное место без разрешения. Вы говорите - за лекарствами? А это уже прямой намек на то, что положвние в Сонте тяжелое, что здесь эпидемия и нашему здоровому городу грозит бедствие. А. ведь это не соответствует действительности. Более того, вы заявляете, что мы "не позволяем".

Кабинет мэра стал раскачиваться перед глазами.

Нерсес Мажан обеими руками крепко ухватился за подлокотник кресла, и качка прекратилась.

- Вы правы, меластр!

- Пожалуйста.

- И крайне любезны.

- Спасибо.

- Не понимаю только, зачем нужно было открывать аптеку. Тем более что, для мэрии это лишние, расходы.

- Я объяснил вам все в нашу первую встречу. Город не может не иметь аптеки.

- Но если в лекарствах нет надобности?

- А вы еще недовольны? Нет надобности, значит, вы не перегружены. Разве вас не устраивает спокойная работа?

- Которая никому не нужна.

- Меластр, пусть об этом беспокоится мэрия. Если, конечно, это стоит беспокойства. Однако я не вижу здесь ничего страшного. Попросту вы еще не освоились с порядками в Сонте. Вы молоды, прекрасный специалист... Я не ошибаюсь - прекрасный специалист! Вот и пользуйтесь вашей молодостью. А дела предоставьте нам, старикам,- Бааб Гаспар даже улыбнулся.- Во всяком случае, у нас немного больше опыта, не так ли?

- Вы избалуете молодых,- заметил Мажан, приняв серьезный вид.

- Не думаю, не думаю...

- Значит, они состарятся раньше времени. Молодые старики... Неприятная вещь,-заметив, что мэр хмурится, Нерсес Мажан поспешил сменить тему.- Так что же, мой отъезд на Роджер исключается?

- Разве я сказал: исключается?.. Просто сейчас нецелесообразен.

- Почему?

- Аптеку закрывать нельзя.

- Никто не нуждается а этой аптеке!

- Тем более,.. Значит, в медикаментах нет надобности.

- Но ведь вы открыли аптеку для того чтобы...

- Не будьте формалистом, меластр.

- Я ничего не понимаю.

- И не надо... Вы молоды. Развлекайтесь, гуляйте с девушками.

- Развлекаться? Вам не кажется, что Сонт слишком серьезный город для этого?

- Безусловно.

- Значит?

- Значит, можете оправляться на такие планеты, где нет серьезных городов.

- Я могу уехать? Вы не шутите?

- Можете.

- Если бы вы сказали об этом с самого начала...

- Но...

- Я слушаю.

- Но работа в аптеке не должна пострадать.

- Там нет никакой работы!

- Тем более. Она не должна пострадать.

- Но разве возможно, меластр, чтобы я уехал - и в то же время не пострадала работа, которой вовсе и нет?

- У вас еще есть время додумать об этом, - уклонился от ответа мэр.-А время - великий чудотворец...

- Время, разумеется,- пробормотал Мажан, лихорадочно пытаясь поймать мелькнувшую было нечеткую мысль.- До свидания, меластр,- придя в себя, он торопливо попрощался.

- Заходите, когда вам станет скучно, - любезно предложил Бааб Гаспар.-Поговорим.

- Спасибо, меластр.

- До свидания.

"Ты уверен, что тебе удастся улететь отсюда?" - услышал он в тишине мэрии голос Евы, Зенобии или Николет.

Нерсес не придал никакого значения этим словам, произнесенным вчера а баре. Интересно, были они случайными или девушка предвидела такой исход?

"Нет, случайного здесь ничего не бывает",- подумал Нерсес Мажан.

Он остановился перед дверью аптеки, которую запер вчера, твердо уверенный, что никогда более ее не откроет.

В темном стекле витрины отражался тротуар, прохожие и люди возле кабин смеха.

Нерсес Мажан повернулся и рассеянно поглядел на людей, терпеливо стоящих в очереди. Видимо, у многих день начинался с какой-нибудь неприятности. Потому что желающих посмеяться сегодня было явно больше обычного.

Так и не открыв дверь аптеки, Мажан пересек улицу и подошел к стеклянной кабине. В очереди стояли средних лет женщины и совсем юные девушки, чьи грустные, любопытные и даже кокетливо-призывные взгляды тотчас же обволокли Нерсеса. Он поспешил изобразить безразличие. Вначале это ему удалось, но вскоре он поймал, чей-то пристальный, упорный взгляд. Пока он пытался вспомнить, где видел эту женщину, она вышла из очереди и подошла к нему.

- Мадлен?.. Меластра...

Мадлен Джабез едва заметно кивнула и, дружески взяв аптекаря под руку, отвела его в сторону.

- Не удалось вам уехать,- сказала она, и Мажан не понял, рада она или, наоборот, сочувствует ему.

- Не удалось,- вздохнул Мажан, почему-то оглянувшись.

- Мне хотелось бы встретиться с вами... наедине...

- Я уже успел заметить, что здесь все предпочитают встречи без свидетелей,- улыбнулся Мажан.

- Это неважно,- Мадлен Джабез опять взяла его под руку, и они сделали еще несколько шагов.- Вы сегодня поздно появились в аптеке.

- Ходил в мэрию выяснять, почему меня задерживают.

- Выяснили?

- Вы оптимистка.

- Хотя аптека и была закрыта, я не сомневалась, что вы не уедете. Решила, пользуясь случаем, немного посмеяться... Давно не смеялась.

- Грустная штука: все, кроме меня, были уверены, что я не уеду... А почему вы не смеялись?

- Не было времени,- Мадлен Джабез покосилась на очередь у кабины.Здесь неудобно беседовать, меластр.

Они пошли к аптеке. Нерсес спиной чувствовал откровенную недоброжелательность провожающих их женских взглядов. А может, они им просто завидовали?

Полутьма аптечного зала создавала атмосферу простоты и легкости общения. И Нерсес Мажан с молчаливого согласия Мадлен Джабез не поднял штор.

- Я вас слушаю, меластра.

- Зедон очень изменился? - Мадлен Джабоз сидела, положив ногу на ногу и обхватив руками колено.

- Нисколько.

Мадлен нервно подалась вперед.

- И это не удивило вас?

Вопрос не был случайным, Мадлен ждала ответа.

- Это меня обрадовало, меластра. Обрадовало, что годы проходят мимо, не оставляя никаких следов.

- Да... Годы и в самом деле прошли мимо него... Вы это правильно заметили.

Мадлен Джабез молча и испытующе сматрела на аптекаря. Нерсес упорно отводил взгляд, но чувствовал себя неловко. Он решил, что разумнее всего самому помолчать и стараться только отвечать на вопросы.

- Нерсес,- полумрак и впрямь благоприятствовал дружеской беседе,- ты уверен, что вчера встречался с Зеноном?

"Квадратный шар",-подумал аптекарь и крепко сжал зубы.

- Да, - ответил он.

"Да... Если я вообще когда-нибудь в жизни встречал Зенона Джабеза. А пока - сделаем первый вывод. Джабез не хочет отрицать версию о нашем знакомстве. Но почему и зачем? Очевидно, что у него есть причины для подобного поведения. Но какие?"

- Чему ты улыбаешься? - с беспокойством спросила Мадлен Джабез.

- Мне показался немного странным вопрос.

- Нерсес,- Мадлен Джабез наклонилась вперед, словно бы желая преодолеть невидимый барьер недоверия.- Нерсес, ты можешь быть искренним со мной?

- Будьте уверены, меластра...

- Чтобы после не .сожалеть.

Аптекарь кивнул в ответ. Кто знает? Может, и будет сожалеть. Гарантий ведь в таких делах не бывает...

- Я могу многое рассказать тебе,- Мадлен Джабез говорила нежным и мягким голосом, в котором, правда, проскальзывали тревожные нотки.

- Пожалуйста, меластра... Если я могу быть полезен...

- Ты и твой помощник - первые люди, которые появились здесь за последние несколько десятилетий.

- Я этого не знал,- Нерсес Мажан вспомнил приемную города, где люди безнадежно и покорно ждали, пока их вызовет скрытый голос.- В приемной города...- произнес аптекарь, но тотчас же осекся.

- Ты не хочешь говорить,- грустно заметила Мадлен.

- Я хотел сказать, - замялся Иерсес, - что Лета находится в стороне от космических дорог. А сюда, как нарочно, ведут только окольные пути. К тому же в приемной так многх нудных формальностей, что сразу исчезает желание снова появиться в этих краях.

- Ты сказал не то, что хотел.

- Меластра...

- Зенон никуда не уезжал,- продолжала Мадлен.

- Вы хотите сказать, что у него не было оснований жаловаться на сбыт белья?

- Я не это хотела сказать. Впрочем, женщины и в самом деле отказываются от нижнего белья. Просто Зенон неожиданно решил, что не подготовлен к встрече с тобой.Она откинулась на спинку стула.- Нерсес, ты не хочешь быть со мной откровенным. Я многое могла бы рассказать тебе. Но... для этого дужно, чтоб с тобой я могла говорить так, как если бы говорила сама с собой.

Искушение к откровенности было велико. Но аптекарь боялся оказаться слишком простодушным. Не исключено, что все это тоже игра. Разработанная в подробностях и умело продуманная игра, начатая Зеноном Джабезом или кем-то еще.

- Поверь мне, Нерсес,- вздохнула Мадлен,- потом будет поздно. Сейчас я уверена, что передо мной сидишь ты... Наш новый аптекарь, недавно прибывший в Сонт,- женщина прижала руки к груди.- Сейчас я верю тебе, но завтра...

- Завтра не поверите, меластра? Почему же? Вы должны знать, что я всегда выслушаю вас и разделю все ваши горести.

- Я не сержусь на тебя, Нерсес. Я понимаю, что так и должно было быть. Я долго думала, прежде чем прийти сюда. И все-таки пришла. Хотя знаю о всех возможных тяжких последствиях этого шага. Пришла, чтобы спросить тебя... как поживает Зенон? - Мадлен замолчала, потом медленно поднялась и, глядя на аптекаря сверху, продолжала: - Я все еще люблю его, Нерсес...

Мажан встал, прошелся по комнате и, дружески обняв Мадлен за плечи, прошептал:

- Вы действительно расстроены, меластра.

- Я поняла тебя, Нерсес,- слегка поведя плечами, Мадлен освободилась.Самое ужасное вот что: если ты вдруг решишь ответить на мои вопросы, я не стану слушать. Потомму что не поверю.

Она торопливо подошла к двери и, не оглядываясь, сказала: - До свидания.

...Ярко-синий мир становился густо-красным, потом зеленым.

Сбор винограда. Волшебный сок, выжимаемый в давильнях. Изумрудная осень.

Так писал "Капутанский вестник" о наступлении осени.

"Пусть будет "изумрудная осень",- соглашался Нестор, не скрывая, однако, своего недовольства.

"Пусть! - повторял юный Персее.-Лишь бы только осень".

Он готов был часами смотреть на дальние луга, разглядывать склоны больших и малых холмов, покрытые беспорядочными грудами коричневых валунов. Скоро, очень скоро капутанские ребята отправятся туда в походы, забыв на время свою вражду из-за прибрежных земель. Путешествия будут полны приключений и открытий. Открытий?.. Конечно.

За несколько юношеских лет они открывали в себе все то, из чего в будущем складывались их характеры и мировоззрения.

"Не подходит",- упрямо говорил Нестор после долгого молчания.

"Что?" "Осень бывает золотой,- отвечал Нестор.- А изумрудной, наверное, может быть только весна. Хотя я и не помню, чтобы кто-нибудь говорил изумрудная весна".

"Кто? Про кого ты говоришь?" - интересовался Нерсес.

"Про людей, конечно,-отвечал Нестор.- Про тех, кто жил на Земле. Эти люди всегда знали, что весна зеленая, а осень - золотая. Настоящие весна и осень такими и бывают".

"Значит, наша осень не настоящая?" "Наверное, настоящая... Для тебя. Для других сыновей Джузароки",- в голосе Нестора появился оттенок печали.

Видимо, ему было грустно, что Нерсес его не понимает.

Едва ли он догадывался, как старательно передают люди из поколения а поколение свои странные воспоминания.

Только ли воспоминания?

Мажан посмотрел на Нестора, тот спокойно вытирал белые плитки стола, переставлял колбы и пробирки, разложенные на подставках, фарфоровые ступки, стараясь хотя бы этим внести разнообразие и смысл в грустную и монотонную жизнь аптеки.

Разве картина изумрудного мира, только что открывшаяся взору Мажана, была просто воспоминанием и беседа с Нестором растворилась, растаяла в дымке далеких лет? Неужели ему почудились необыкновенно близко и отчетливо слова Нестора: "Осень всегда золотая"?

Давнишняя история. Прошлое.

Прошлое, пробившееся в миг настоящего.

Или время может восстанавливаться под действием какой-то магической силы?

Нет. Просто время возвращается.

Детство нередко становится опорой взрослому человеку.

Почему-то люди думают, что трудности можно преодолеть с помощью жизненного опыта. Отчего мы так самонадеянно уверены в этом своем опыте, отчего мы думаем, что любознательное, непосредственное детство навсегда покидает нас вместе с ушедшими годами?

"Я пришла, чтобы узнать, как поживает Зенон... Что он делает? Он и в самом деле счастлив без меня?" Что же это такое, а?

"Я все еще люблю его, Нерсес".

Зачем он приехал сюда, в Сонт, где все так нелогично, чуждо и неестественно?

Нерсес Мажан попытался представить себя в каюте звездолета, преодолевающего искривленное пространство на пути от Леты к Роджеру.

Это ему не удалось.

Вместо кабины перед его глазами встала приемная мэра.

Когда же он сумел избавиться от этой картины, то опять обнаружил себя в аптеке. В ней было так же тоскливо, как и во всем городе.

- О чем ты задумался? - спросил Нестор.

- Вспомнил Капутан, изумрудную осень...

- М-м-Мтда, - пробормотал старик.

- Там все имело смысл. Подчинялось внутренней логике. За синим летом следовала зеленая осень...

- Или за зеленым летом следовала золотая осень, - откликнулся Нестор.Так, наверное, точнее. А логика может быть разной.

- Возможно,- поспешил согласиться Мажан, чтобы не вспугнуть появившуюся вдруг новую мысль. Спешить было нельзя.- Возможно... Нет, это невероятно, чтобы незнакомый, да еще умерший человек вдруг заявлялся к тебе побеседовать на. правах старого приятеля.

- Невероятно, - согласился Нестор, он стоял около витрины и обеими руками раскрывал и закрывал гигантские хирургические ножницы, лезвия которых описывали огромные дуги за стеклом витрины.

- А если все-таки заявился?..

Нестор беспомощно развел руками.

- А не может быть, что наш зигзагообразный путь от Виланка до Леты был путешествием не только в пространстве, но и во времени? - спросил Мажан.

- Вполне возможно.

- И более того,- создавая новую логическую цепь рассуждений, аптекарь упорно старался пробиться к истине, - а если время на Лете и на Виланке течет в разных измерениях?

- Нужно проверить,- сказал Нестор.

- Непременно... Но слушай дальше. Предположим, на Лете сейчас то время, когда Зенон Джабез еще не улетел на Виланк. А не улетел,- значит, не совершал самоубийства.

- Линда Ло тоже считала, что в "Капелле" не произошло самоубийства,заметил Нестор.

- Она ошиблась. Давай попробуем разобраться, продумать, как это могло произойти... Лета находится в поле потока времени, отстающем от потока времени на Виланкe и других планетах. Может, поэтому она и обособилась от своих соседей?

- Ты говорил о Зеноне Джабезе,- напомнил Нестор.

- Да. Зенон еще не уезжал на Виланк. Он может уехать в ближайшем или далеком будущем. Это зависит от степени разности времен. На Виланке он познакомится с Оскаром. Они станут партнерами. Джабез встретит Урсулу и навсегда забудет и Лету и Мадлен. Пройдут годы. И однажды он совершит самоубийство в "Капелле".

- Почему?

- Не знаю.

- Но это самый важный вопрос.

- Важный. Слушай дальше... На Виланке начнется расследовдние. Линда пошлет запрос в мэрию Сонта. Но имей в виду, запрос придет, вернее, уже пришел на Сонт в то время, когда у Зенона Джабеза еще и в мыслях не было ехать на Виланк.

- Понятно.

- То есть фактически мы для Зенона люди, пришедшие из его будущего. И все .недоразумения и нелепости идут отсюда. Такие случаи известны. Вспомни, как путешественники обнаруживали новые миры. Справочник Лоуэлла полон подобных фактов.

- Да... Но опять-таки не все здесь можно объяснить этим...- Нестор отошел от витрины и с удовлетворением оглядел ее.

- Что именно ты имеешь в виду?

- Я не понимаю, например, почему Джабез притворяется твоим знакомым. Почему он при тебе вспоминает виланкские встречи, раз он еще не вылетал на Виланк и отбудет лишь в будущем, которое для нас дрошлое? А главный вопрос, на который ты не можешь ответить, - почему Джабез покончил с собой?.. Люди просто так, от нечего делать, не накладывают на себя руки.

- Не придирайся, Нестор. Скажем, Джабез уже готовится полететь на Виланк? Он сообразил, что может быть смещение времени, потому и притворяется.

- Зачем?

- Наверное, у него есть на это причины.

- А отчего Бааб Гаспар, в противоположность Джабезу, притворился незнакомым? У него тоже есть причины? Это не ответ, Нерсес. Разностью потоков времени можно объяснить немногое. И еще, мне кажется, ты поспешил вручить письмо Бианке. Это более чем странно: отец посылает письмо своим детям, когда, скажем, через час сам должен встретиться с ними. А это как объяснить - опять разностью времен между Летой и Виланком?

"Прошу извинить меня, если не узнаю вас... Не сердитесь и не пытайтесь напомнить, что мы встречались с вами в приемной города. Иначе влипнете в неприятную историю",- вспомнил Мажан свой первый разговор с Баабом Гаспаром.

- Ты прав, Нестор.

- Можешь узнать содержание письма у Бианки.

- Если только удастся с ней встретиться.

- Я помогу тебе-пообещал Нестор.-Встретишь девушку сегодня же... во дворе церкви... Удобно? Там обычно совершенно пусто.

- Проверь еще возможную разницу во времени,- попросил Мажан.

И, понимая, что он опять впутывается в историю, которая его не касается, и что это вмешательство не сулит ему ничего хорошего, Нерсес постарался представить себя в кабине звездолета, отбывающего на Роджер.

...Город нехотя сдавался штурмующим его сумеркам. Небо было хмурое, затянутое тучами. Они обещали после полуночи пролиться на город обильным дождем. Но пока любопытные серые сумерки спешили незаметно раствориться в городе, им хотелось, чтобы все поверили, что они никому не мешают, а лишь подчеркивают и оттеняют светящиеся буквы и картинки на фронтонах зданий.

Огромная церковь казалась особенно величественной а темном фоне неба. Но деревья, и кустарники сквера прилежно впитали в, себя сумерки, что Нерсес Мажаа чуть не заблудился в темных аллеях Потом, когда справа на фасаде и крыше торгового дома вдруг появилось яркое изображение прозрачного женского пеньюара, уступившего затем место огромным буквам Д-Ж-А-Б-Е-З, аптекарь почувствовал себя увереннее, потому что темнота празднично расцветилась оранжевыми и зелеными оттенками.

- Мы снова, встретились, меластр.

- Добрый вечер, Бианка.

Девушка ловко переплела свои пальцы с пальцами Мажана. И он почувствовал удивительную теплоту, которая шла от ее рук. Это смутило Мажана,- он не находил в себе ответных чувств. Неужели нужно было на этой обособленной .планете, так далеко от Виланка, встретить девушку, чтобы вдруг осознать, что его нежности хватает только на одну-единственную женщину. И тотчас же тоска, странная тоска охватила Нерсеса Мажана. Он увидел себя на берегу пенящегося моря, в его радужных переливах грустно улыбалась хозяйка "Клуба постоянных жителей".

- Посидим, Бианка,- после продолжительного молчания .предложил Мажан.

- Посидим, - не выпуская руки Нерсеса, девушка направилась к скамье.

- Я хотел встретиться с тобой.

- Я тоже, Нерсес.

- Да, понятно.

- Что понятно, Нерсес?

- Что ты тоже искала встречи... Сегодня меня здесь уже не должно было быть.

- Знаю.

- Ты все знаешь, Бианка.

- Все? - девушка сдавленно засмеялась.-А это возможно?

- А возможно, чтоб люди смеялись только на улице?

- Нет,- сказала Бианка.

- Вот видишь?.. А почему? - Нерсес Мажан попробовал вытянуть руку, но девушка лишь сильнее сжала его пальцы.- А можно, чтобы Зенон Джабез...

- Ты с ним встречался?

- Да,-уже недовольно ответил Мажан, ибо Бианка вес время перебивала его.

- Где?

- В аптеке.

- И ты узнал его?

- Да.

- Как же ты узнал его, Нерсес? - девушка порывисто прильнула к Мажану, глядя на него с полудетским-полуженским любопытством.

"Из меня все-таки никогда не выйдет детектива,- подумал Нерсес Мажан.Вопросы мне задают те люди, от которых Я Сам жду ответа". Эта мысль огорчила его. "Детектив... Но ты же аптекарь. Зачем тебе становиться детективом?"

- Как же ты узнал его, Нерсес? - повторила Бианка.

Что делать? Такова природа людей. Презрев жизненный опыт отцов и дедов, оди оказываются перед необходимостью делать собственные выводы, приобретать собственный опыт.

А это нередко приводит к трагедии, маленькой или большой, кому как повезет...

- Он не изменился,- ответил Мажан.

Девушка молча гладила его пальцы.

- Бианка, тебе не кажется, что в вашем городе совершается много странного?

- В нашем городе все обычно.

- Даже то, что люди смеются только в кабинах?

- На улицах смеяться нельзя, Нерсес, это неприлично.

- О чем писал твой отец в письме? - спросил аптекарь, кляня себя за торопливость.

Девушка выпустила его руку.

- Если это секрет, можешь не отвечать,- поспешил добавить Нерсес Мажан. - Я только хотел сказать тебе, что история с этим письмом тоже необычна. Я встретился с твоим отцом в приемной города. Скажи, разве не странно, что он попросил меня вручить письмо тебе или Гушару, ведь он должен был увидеть вас раньше меня, хотя, может, и это обычно... Он давно уехал из города?

Бианка молчала.

- Ты обиделась?

- Нет.

- Почему же не отвечаешь?

- Нерсес, кто ты такой?

Аптекарь смутился. .

- Я?.. Аптекарь... Нерсес Мажан. Или ты уже перестала узнавать меня? - И после минутного колебания он добавил: - Как и твой отец...

- Кто?

- Бааб Гаспар.

- Он не узнал тебя?

- У меня сложилось впечатление, что в Сонте узнавать друг друга крайне обременительно.

- Да,-прошептала девушка смущенно.

- Но почему же, почему?

- Мама говорит, что внешность людей обманчива.

- Это старая истина, - улыбнулся Мажан. - А письмо и в самом деле было важное? Почему ты молчишь?

- Я кивнула,-сказала Бианка.

- Я не заметил. Темно ведь. Значит, ты кивнула. Понятно. Письмо было важным. Так я и знал. Отец был уверен, что не узнает меня в Сонте... То есть почти уверен. По-твоему это тоже обычно?

- Должно быть, обычно, Нерсес.

- Ладно, - махнул рукой Мажан.-О чем же все-таки говорилось в письме?

Бианка не отвечала.

- Жаль,- вздохнул аптекарь и встал.- Я надеялся, что ты сумеешь рассеять мои сомнения.

- Ты уходишь, Нерсес?

- Да. Уже поздно, идем.

- Отец в письме писал...

- Что?

- Почему ты стоишь? Хочу, чтобы ты сел рядом со мной.

Аптекарь сел.

- Ну?

- Он писал, что соскучился по нас...

- Дальше?

- Что хочет еще раз попытаться.

- Попытаться что?..

- Не знаю. А если не удастся,- писал он,- то ему ничег другого не остается, как только...

- Как только?..

- Нерсес, что значит "убраться ко всем чертям"?

- Это значит... Впрочем, это неважно. А он не объяснил, почему он хочет "убраться ко всем чертям"?

- Потому что в свое время совершил ошибку и теперь раскаивается в ней: "Я один во всем виноват". Так он писал в письме. И просил никому не говорить об этом письме. Даже ему самому.

- То есть как? Или и это тоже у вас в порядке вещей?

- "Ничего мне об этом не говорите. Ни о чем не спрашивайте. Все, что нужно было, я вам сообщил в письме", - имитируя интонации Бааба Гаспара, произнесла Бианка.Отец предостерегал Гушара от собственной ошибки.

- Какой же?

- Не знаю. Но Гушар, наверное, знал. Жаль, он вышел из строя. Он многое мог бы объяснить.

Нерсес Мажан понял, что больше ничего не добьется от девушки.

- А давно твой отец выехал из города? - задал он последний вопрос.

- Нет.

- Когда же?

- Папа вообще никуда не уезжал.

- Что же получается?! - воскликнул изумленный Мажан.

- Не знаю, Нерсес,- девушка положила голову ему на грудь.- Останемся здесь, мне не хочется уходить...

- Бианка!...

Голос прозвучал строго, девушка подняла голову.

- Ты хорошая девушка, Бианка, и я бы не хотел тебя огорчать.

- Не оставляй меня, Нерсес... Я боюсь. .Это только, кажется, что у нас все обычно. Но это неправда. Мне страшно...

Нерсес почувствовал странную пустоту в груди.

- Я хотела встретиться с тобой, Нерсес... Очень хотела.

- Для чего?

- Чтобы сказать тебе все про себя...

- Что же именно?

- То, что мне двадцать два года, Нерсес.

Аптекарь вздохнул. "Что я могу подарить твоим двадцати двум годам? подумал он.- Ничего. Ничего, кроме сочувствия. А вот как раз этого-то тебе и не нужно, Бианка."...

- Пойдем,- Нерсес Мажан поднялся.- Двадцатидвухлетней девушке, не пристало сидеть в темном сквере с уже пожилым человеком.

- Ты молод, Нерсес!

- Это только кажется,-устало произнес Мажан...Я лучше знаю количество прожитых мною лет. Идем, Бианка...

- Ты задержался,-заметил Нестор.-Попал под дождь?

- Как видишь, - ответил Мажан.- Здесь и дождь какой-то мерзкий. Кажется, он льет не сверху, а, как в специальном душе, хлещет со всех сторон.

- Я проверил.

- Да?

- Между Виланком и Летой нет разницы во времени.

Нерсес Мажан вытер полотенцем мокрую голову, лицо, бороду, потом принялся стаскивать мокрую одежду.

- И для Зенона Джабеза мы вовсе не пришельцы из будущего.

- Выходит, так.

- Узнал что-нибудь про письмо?

- Как холодно, Нестор...

- Ложись в постель. Я приготовлю грог.

- Про письмо я узнал. Бааб Гаспар, тот, который был в приемной города, совершил какую-то ошибку и влип в неприятную историю. Такую неприятную, что не хочет признаться в этом даже самому себе.

- То есть как?

- К тому же Бааб Гаспар из Сонта в последнее время вообще никуда не выезжал.

- Не понимаю...

- Я тоже... Приготовь-ка в самом деле грогу. А я тем временем попытаюсь кое в чем разобраться.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Нерсеса Мажана разбудил незнакомый голос, доносившийся из соседней комнаты. Он с удовольствием потянулся под одеялом, улыбнулся синему небу в окне, очистившемуся от унылых серых облаков, и снова закрыл глаза.

- Старческая привычка,- незнакомец, похоже, старался говорить влолголоса, но это плохо ему удавалось,- я, конечно, не вас имею в виду.

- Разве старики любят спать? - заметил Нестор.

Аптекарь попытался не думать о посетителе, так рано навестившем их в "Желтом кикене".

Ему хотелось продлить мгновения, посещающие человека на рассвете. Минуты, когда мир и жизнь кажутся божественным, щедрым даром, когда действительно ни о чем не думаешь или стараешься убедить себя в том, что не дума ешь.

Но не успел ты еще насладиться этим, как вдруг замечаешь, что мысли с безумной скоростью начинают сменять друг друга.

- ...еще молод, - отчетливо долетел до него обрывок фразы.

- Он ваш сын?

- У меня нет сыновей.

Нерсес натянул на голову одеяло, чтобы разговор в соседней комнате не мешал ему. Но увидел себя в тюремной камере. "Постарайся вспомнить, Урсула... Не было ли у него желания уйти навсегда?" И ее ответ: "Всякий раз, прощаясь, он говорил, что больше не вернется. Первый раз я ему поверила. Это было в те дни, когда мы встретились с Оскаром... Но Зенон вернулся. Сейчас я припоминаю, что он был очень подавлен... Несколько раз в году он решал вернуться на Лету. "Улетаю, и навсегда", - говорил он. Но я уже знала, что скоро он опять появится в "Капелле". Он был очень замкнутым человеком"...

- Может, вы предложите мне сесть?

- Прошу, коненно!

- Благодарю вас.

- Только, пожалуйста, говорите шепотом, меластр.

Нерсес сжался под одеялом, а тюремная камера превратилась в приемную Сонта, где он познакомился с человекоммаской.

С маской или Баабом Гаспаром?

Что он сказал, перед тем как скрыться за коричневой дверью? "Если вам удастся войти в город, остановитесь в "Желтом кикене". Запомните?" Если вам удастся войти в город.

Значит?..

Аптекарь почувствовал, что ему стало душно.

...Мужчина в маленьком красном колпаке. Придирчивые расспросы.

А если бы он, Нерсес Мажан, не был аптекарем? И если бы по счастливой случайности мэрию Сонта не посетила мысль открыть аптеку?

А Зенон Джабез? Что известно о нем?

То, что он несколько раз возвращался на Лету. Ему не удалось (почему?) проникнуть в Сонт. Из приемной города он улетал обратно на Виланк. Потом снова пытался пробраться сюда. Можно же все-таки соединить разные звенья и получить логически последовательную, общую цепь событий. Итак, возьмемся за дело.

Подавленная трагическая маска.

Человек старался попасть в город.

Он говорил, что намерен попробовать еще раз. А если не получится, ничего другого не останется, как убраться ко всем чертям.

И далее.

"Папа никуда не уезжал".

Нерсесу сквозь полудрему привиделось множество отцов и мужей, юношей и пожилых мужчин, которые бродят по галактическим просторам, время от времени обосновываясь на какой-нибудь планете, часто вспоминают свою далекую Лету, в прошлом Серую Пустыню, и пытаются вернуться... домой. Домой, где их уже не ждут и куда их почему-то не пускают.

И снова скитаются они в дальних краях, годы и десятилетия медленно убивая время, чтобы однажды, совсем отчаявшись, закончить жизнь в роскошном или скромном номере какой-нибудь гостиницы... Кажется, звенья цепи соединились... Правда, если вглядываться повнимательнее, можно заметить небольшие просветы, вызывающие сомнения. Кто же они, эти отцы, которые никуда не выезжают, мужья, которые всегда рядом со своими женами? Кто они?

И почему время от времени они не умирают,- а выходят из строя и складываются в обыкновенные ящики?..

- Посетителей мы принимаем только в аптеке, меластр.

- Если вы согласитесь, мы можем поменяться ролями.

- То есть как?

- Вы можете стать моим клиентом,- произнес незнакомец.- Слышали что-нибудь о Варвуксе?

Мажан отбросил одеяло и поднялся.

"Я всего-навсего дочь Варвукса..." Он протер глаза, помотал головой, но Урсула упорно стояла перед глазами - с топской татуировкой на полуобнаженной груди, с печальными молящими глазами.

- Слышал,- ответил Нестор,- кажется, это планета.

Спокойный голос старика привел Мажана в чувство.

- Нет. Такой планеты не существует,- похоже, незнакомец, улыбался.- Не существует.. Можете проверить по справочнику Лоуэлла. Варвукс,- видимо, условное или собирательное понятие. Но не в этом дело. Итак, прибыл варвукский агент. Обычно эти агенты избегают личных контактов с клиентами. И вот я выполняю роль их представителя или, если хотите, обыкновенного посредника.

Нерсес торопливо одевался. Странный посетитель, в такую рань пожаловавший к ним в номер и отрекомендовавшийся обычным посредником, заинтересовал его.

Когда аптекарь вошел в полуотворенную дверь столовой, Нестор сервировал стол к завтраку. Гость в углу внимательно рассматривал стоящий на подставке ящик.

- Это случайно оказалось здесь? - спросил он, ткнув пальцем в ящик.

- Нет,- ответил Нестор.

- Это, для тех, кто выбыл из строя, - пояснил Нерсес Мажан, входя в комнату.

Гость обернулся, посмотрел на Нестора, перевел взгляд на аптекаря и, поклонившись, представился: - Агамемнон.

- А-а...

- Я к вам с деловым предложением, меластр. Уверен, что мы встретились вовремя.

- Я собираюсь завтракать, - сказал аптекарь. - Вы не составите мне компанию?

Нерсес сел, придвинул к себе тарелку. Он с нетерпением ждал, когда речь снова зайдет о Варвуксе.

- А больше вам нечего было поставить на пьедестал? - спросил Агамемнон.

- Нет.

- Вы купили этот ящик?

- Да.

- Зачем?

- Не люблю выходить из магазина с пустыми руками.

- Значит, вы побывали у гробовщика?

- Угадали.

- А знаете, кто именно .выбывает из строя?

- Вы любите задавать вопросы, меластр.

- Разве это ответ на вопрос? - заметил Агамемнон.

- Нет, конечно...

- Так как же?.

Нерсес Мажан вытер салфеткой рот и, не глядя на собеседника, сказал: Не люблю разговаривать во время еды. Но слушать могу.

- А дым вам не помешает?

- Курите, пожалуйста.

- Я употребляю исключительно ароматный табак, - Агамемнон закурил трубку и присел к столу.- Желание посетить вас могло возникнуть у меня раньше или позже, это не имеет значения... Но в том и в другом случае мы бы пришли с вами к определенному выводу.- Густые клубы дыма ароматной завесой встали между ними.-Человек по своей натуре - беспокойное существо. Он не любит задерживаться там, где в нем нет необходимости. Именно поэтому заселены все мало-мальски пригодные к жизни планеты Галактики. И я уверен, что в ближайшем или далеком будущем люди непременно вырвутся за пределы своей Галактики и так же последовательно и энергично заселят Галактики соседние. Странно он устроен, человек, а, меластр?

- Интересно, к чему вы это?

Агамемнон улыбнулся.

- Ни к чему,- сказал он.- Хотелось отметить, что и вам не чуждо это древнее человеческое свойство.

- Чашечку кофе? - любезно предложил Мажан.

- Мы - беспокойные души. И не верьте, если вам ктонибудь попытается доказать обратное. Просто у одних это выражено ярче, чем у других.

- Вероятно.

- Насколько мне известно, вы намерены лететь на Роджер?

- За медикаментами, - поспешно пояснил Мажан.

- Разумеется, разумеется, - Агамемнон с удовольствием затянулся.Каждый придумывает какую-нибудь отговорку для того, чтобы оправдать, а точнее, придать смысл унаследованному от предков беспокойному инстинкту. Самые прекрасные края там, где нас нет. Не так ли? Надеюсь, вы не проговоритесь случайному лицу о нашей беседе.

- А не случайному?

- Тоже.

- Ясно,- Нерсес Мажан неторопливо допил кофе.

Агамемнон, прищурившись, смотрел .на аптекаря, похоже, довольный тем, что Мажан добросовестно пытается уразуметь, чего от лего хотят.

- Что же вы предлагаете? - спросил наконец аптекарь.

- Ничего.

Мажан поставил чашку на блюдце и поднялся.

- У меня дела,- сказал он.- Очень приятно было познакомиться.

Агамемнон не ожидал от него такой резкости.

- Мы еще не закончили беседы,- заметил он.

- К сожалению, я занят,- аптекарь направился к дверям.- И на длинные разговоры у меня нет времени, меластр.

- Я же к вам с деловым предложением, - вынужден был уступить Агамемнон.

- Каким?

- Если у вас будет желание вылететь за пределы Леты, обратитесь ко мне, - он протянул Мажану маленькую визитную карточку.- Здесь номер моего видеофона и адрес.

Нерсес Мажан с показным равнодушием взял карточку и небрежно сунул ее в карман.

- До свидания, меластр Агамемнон.

- Вас не заинтересовало мое предложение,- заволновался гость.- Уверяю вас, это единственный путь... Насчет оплаты сговоримся.

- Вы зря думаете, меластр, что в ближайшее время я собираюсь, куда-либо уезжать.- Нерсес на минуту замолчал, остановившись на пороге, недоуменно развел руками и продолжал: - Вчера мне сказали, что меня не должно интересовать, как идут дела в аптеке. Вообще нашим единственным клиентом за все время, если не ошибаюсь, были вы. Жадь, что вам не довелось подучить утвержденный мэрией сувенир. И вряд ли у меня в ближайшее время появится желание покинуть Лету.

Выходя из комнаты, Нерсес Мажан услышал за спиной взволнованный голос гостя:

- Подождите, меластр!..

- Увы, я занятой человек.

- Да, меластр... Но вы еще и самонадеянный человек... Весьма. А эта не очень похвально. Я человек дела. И в данном случае выступаю как посредник варвукского агента.

- Если только вы не есть этот самый агент.

- Допустим, и так. Скажу больше. Кое-кто из ваших знакомых являются моими клиентами. Они давно отправились в дальние странствия. Между прочим, они тоже делали решительные заявления, как и вы.

Нерсес Мажан подумал, что ему следует вернуться в гостиную и откровенно поговорить с Агамемноном о том, ради чего он прибыл в этот край Галактики. Но осторожность взяла верх - он пожал плечами и сказал:

- Вы оставили свой адрес и телефон... Если все, что вы говорили, реально, мы, без сомнения, еще встретимся.

- К тому же вы еще недоверчивый человек, меластр Мажан, и талантливый актер.

- Вы чрезвычайно любезны, меластр Агамемнон.

Агамемнон разочарованно вздохнул, поднялся и, не попрощавшись, вышел.

- Нестор,- Мажан задумчиво потер подбородок.- Ты понял, что он хотел сказать?

- Кажется, он говорил, что твои знакомые давно отправились в дальние странствия.

- Я встречусь с ним завтра же... нет, сегодня вечером.

- А если все это игра?.. Может, не будем торопиться?

- Если игра, пусть она кончится скорей,- решительно произнес Мажан.Мне все это осточертело, я устал.

Он подошел л витрине и посмотрел на улицу.

Напротив, возле стеклянной кабины, все еще стояли люди. Нерсесу пришло в голову, что это очень хорошо, что очередь небольшая и что можно будет запереться в кабине и услышать от зеленого глаза какую-нибудь остроумную историю или шутку, которая хоть немного развеет его удрученное, тягостное настроение. Нерсес, Мажан сел на диван и равнодушно глянул на стоящих в шкафу и на полках маленькие и большие колбы, блестящие инструменты. Аптекарю не хотелось мириться с тем, что это помещение может оказаться его последним рабочим местом.

...Много лет назад, в Капутане, когда он был еще верным соратником Коротышки Маджо, однажды вечером он попал в плен. Самое ужасное было то, что Нерсеса захватили не парни Смуглого Ноэля, а Верона со своими девушками.

Как это случилось? То ли девушки решили просто напомнить о себе, то ли отметить, что парням пора считаться с ними?..

Они заперли его в холодном и темном подвале. Это было неслыханно... Мужественно проглотив слезы обиды, Нерсес старался втолковать амазонкам, что это против правил - держать пленных в темном подвале. Но напрасно... Сколько минут, а может, часов пробыл он в этом подземелье? Тогда ему казалось, что он никогда больше не выберется оттуда.

За дверью затихли шаги, жизнь его обернулась тьмой и молчанием. Нерсес не был уверен, что девушки не забывают о пленниках. И оттого, что он из гордости не мог кричать и звать на помощь, положение казалось ему безнадежным, ...Теперешнее вынужденное ожидание в большом и светлом помещении напоминало давнишнее состояние, пережитое в подвале.

Нерсес поднялся, беспокойно походил по комнате, и, хотя на улице перед кабиной не было очереди, он прошел в соседнюю комнату и сел у видеофона.

Колебался он мгновенье. В следующую минуту Нерсес уже знал, что никакая сила не заставит его отказаться от намерения найти Агамемнона и как можно скорее вырваться из темного и сырого подвала.

Он вытащил из кармана визитную карточку. Набрал длинный ряд цифр. И стал ждать, когда на матовом экране появится лицо Агамемнона.

- Здравствуй, Нерсес,- раздался знакомый женский голос.

На ожившем экране появились темные и светлые пятна.

- Что ж ты молчишь, Нерсес?

Светлые и темные пятна сложились таким образом, что на экране появилось лицо Евы, Николет или Мариам.

Нерсес Мажан лихорадочно пытался увязать между собою Агамемнона и Николет или Грехтен, но так ничего и не сообразил. "Ну и глуп же я",-подумал он и на всякий случай улыбнулся.

- Здравствуй, Зенобия.

- Пусть будет Зенобия, - согласилась девушка, ее лицо было скрыто прядями волос.

- Я готов, Зенобия, - сказал Нерсес.

- Встретимся завтра... .в том же баре. В полдень.

- Это поздно!

Она не ответила.

- Это для меня поздно,- разочарованно повторил Мажан.

- Раньше невозможно.

- А если...

- Ладно, договорились, - до полудня, - сказала Николет или Ева.- До свидания, Нерсес.

Пятна да экране закружились, смешались и в следующее мгновенье исчезли. Нерсес Мажан машинально опустил визитную карточку в карман и решил, что теперь он может позволить себе посетить стеклянную кабину.

Выйдя из аптеки, он пересек улицу.

И вдруг резко остановился, какие-то смутные догадки возникли у него в голове... Что он мог перепутать? Нерсес сунул руку в карман. Пальцы его нашупали две жесткие бумажные карточки. Очень странно! Он хорошо помнил, что Агамемнон дал ему одну карточку. Нерсес оглянулся. Мимо шли люди, не обращая на него ни малейшего внимания, приезд аптекаря давно перестал быть сенсацией.

Вернувшись в аптеку и почувствовав себя в полной безопасности, Нерсес вынул из кармана визитные карточки.

Это были два одинаковых желтых прямоугольника, отличающиеся только синими цифрами и обозначенными в правом углу адресами.

Он облегченно вздохнул, подумав о том, что его предположение о связи Евы или Зенобии с Агамемноном ошибочно. Но когда и как попала к нему в карман бумажка с видеофоном Евы или Нпколет? И поскольку другого объяснения придумать не мог, Нерсeс решил, что она незаметно сунула карточку ему в карман.

Смутное беспокойство, охватившее было его, постепенно исчезало. Но вместе с тем он снова почувствовал себя в темном и тихом подвале.

Нерсес прошел: в кабинет. Набрав номер видеофона, он вспомнил, что девушка обещала встретиться с ним завтра в полдень. Была ли в том необходимость?

Темные и яркие полосы на экране сменились лицом с широко улыбающимися губами, в которых торчал толстый мундштук.

- Не ожидали?

- Ждал, но не думал, что вы так скоро справитесь с собственным упрямством,- сказал Агамемнон.

- Могу ли я подписать соглашение?

- Торопитесь?

- Это не деловой вопрос.

- Вы правы,- густые клубы дыма на миг обволокли матовый экран.Согласие вы можете дать хоть сейчас, устно. Подробности вас интересуют?

- Какие?

- К примеру - цена.

- Это мне безразлично.

- Или, скажем, условия путешествия...

- Для меня важно одно: чем скорее, тем лучше.

- Ясно. Сколько человек?

- Я и Нестор.

- За последствия...

- Отвечаю я сам.

- Вам интересно знать, каковы эти последствия?

- Могут они повредить кому-либо, кроме меня и Нестора?

- Кому-либо - нет.

- Ну что ж, тогда приступим к делу, диктуйте ваше соглашение. Записываю на магнитофон.

Мажан вслух повторил все, что услышал из динамика.

Торжественный, монотонный голос Агамемнона затих...

- Что еще? - спросил Мажан.

- Вы можете улететь первым же звездолетом,- произнес Агамемнон.

- Вы в, этом уверены?

- Варвукс никогда не причинял неприятностей своим клиентам. Наоборот, задача Варвукса - всячески им угождать.

- До свидания, меластр Агамемнон.

- Прощайте, меластр Мажан.

- Что? - не понял аптекарь.

- Прощайте,- повторил Агамемнон.- Вряд ли мы еще когда-нибудь встретимся.

На экране исчезли темные и яркие полосы, унося с собой растянутые в улыбке губы и длинный мундштук.

- Меластр...- прошептал голос.

Нерсес Мажан улыбнулся.

- Долго вы будете так сидеть?

- Лет,- ответил Нерсес.- Вы меня не помните? А ведь я у вас уже был, вы тогда приняли меня за маленького мальчика.

Кошачий глаз быстро и тревожно замигал.

- Я обещал, что зайду еще послушать одну из ваших смешных историй,аптекарь замолчал и поудобнее устроился на стуле.- Мы можем и побеседовать. Почему вы молчите?.. Мне бы, например, хотелось знать, отчего у вас смех продается и почему никто никогда не смеется на улице? Или, скажем, кто вы? Умная машина... Человек? Не кажется ли вам, что не такие уж это праздные вопросы, а?

- Опустите монету, меластр, чтобы я рассказал вам смешную историю,сдержанно произнес голос.

- Это вы уже объяснили мне в прошлый раз. Сегодня мне бы хотелось послушать самую дорогую историю.

- Самую дорогую?.. Не стоит, меластр,- посоветовал голос.

Похоже, автомат хотел еще что-то добавить, но Мажан бросил в щель крупную монету. Зеленый глазок некоторое время упорно мигал, потом лениво замедлил темп и наконец погас.

- Слуга мэра как-то поспорил с одним человеком,начал рассказывать голос.- И когда дело дошло до потасовки, этому человеку удалось укусить слугу за нос. Его арестовали и повели на допрос. " Я не кусал его",- сказал арестованный. "А кто же, по-твоему, укусил?" - спросил мэр.

"Он сам себя укусил",- ответил арестованный. "Как же может человек укусить сам себя?" - рассердился мэр. Арестованный пожал плечами: "Э, меластр... Он же слуга самого мэра,- что захочет, то и сделает".

В кабине воцарилось молчание.

- Меластр, - произнес голос,- я предупреждал вас, что не стоит слушать самую дорогую историю.

- Почему?

- Вы не смеетесь.

- Да. Это не столько смешная, сколько печальная история. Печальная история,-повторил Нерсес Мажан. - Грустно, когда слуга мэра может делать все, что захочет.

- Выводы делайте про себя,-посоветовал голос.-Если после каждой истории, вместо того чтобы смеяться, люди начнут высказывать свои суждения, не сомневайтесь, на Лете в тот же день исчезнут все кабины смеха.

- А про себя, значит, можно?

- Это ваше дело. Но вслух - никогда. Однако вы уже второй раз вынуждаете меня вступать с вами в беседу. А это в мои обязанности не входит.

- Извините... я сейчас уйду,-Нерсес поднялся,- и больше никогда не заставлю вас вести со мной диалоги.

- Почему? - кошачий глаз нервно замигал, и этот интерес показался аптекарю странным.

- Потому что я собираюсь уезжать.

- Навсегда?

- Надеюсь.

- Значит, одной тенью станет больше,- прошептал голос.

- Как вы сказали - тенью?

Голос молчал Нерсес Мажан терпеливо ждал, но зря.

Голос, рассказывавший смешные истории, умолк. Может, он сказал больше, чем следовало?

- Прощайте,- сказал Нерсес,-я очень благодарен вам за сегодняшний рассказ. Всегда буду помнить вас.

- А я - скучать без наших разговоров,- боязливо произнес голос.

Не ожидавший такого признания Нерсес смутился. Но он понял, что это были последние слова. Не спеша он вышел из кабины и осторожно прикрыл за собой дверь.

Стоя на краю тротуара, Нерсес задумчиво смотрел на знакомую улицу.

Все было как обычно. Обычная улица, двух- и трехэтажные дома с разнообразными архитектурными украшениями, мощеные мостовые, заметно стертые тысячами ног.

Если Агамемнон выполнит обещание, то очень скоро вся эта история станет просто воспоминанием, возникая в памяти только тогда, когда Нерсесу Мажану захочется рассказать в семейном кругу о своем единственном опыте расследования убийства.

И останется странная грусть.

Ощущение, похожее на то, какое бывает у человека в млнуты размышлений о неизбежном закономерном чередовании жизни и смерти, начала и конца.

"Кто же ты?.. Умная машина или человек?" "Кто ты, обещавший скучать по нашим разговорам?" И сколько, десятки или сотни лет, будет он рассказывать смешные истории несчастным людям?

...На углу улицы в стеклянной кабине хохотал мальчуган лет десяти двенадцати. Мажан замедлил шаги.

Мальчишка невольно гримасничал, бил кулаками по коленям, и из глаз его катились слезы. От смеха он едва не сползал со стула. Он наслаждался тем, что получил за мелкую монету. Мальчик вышел из кабины, обессилевший от смела.

Увидев его серьезное лицо, на котором не осталось и следа от недавнего веселья, аптекарь торопливо отвернулся и, не оглядываясь, поспешил в гостиницу. Он медленно поднялся по ступенькам.

Мэрия выделяла средства на содержание "Желтого кикена". И гостиница упорно продолжала существовать, хотя никто в ней, похоже, не нуждался. И не только гостиница - аптека, его аптека... Любопытно, сколько еще таких заведений в Сонте? Заведений совершенно бессмысленных, но тем не менее охраняемых с особой заботливостью.

- Нестор,- сказал, входя в номер, Нерсес Мажан, - завтра утром у меня свидание.

- Да,- откликнулся из спальни Нестор. Он, должно быть, стелил постель.Смотри, будь на уровне...- не закончив фразы, Нестор как-то странно рассмеялся.

- А почему я могу оказаться не на уровне? - подойдя к двери, спальни, спросил Нерсес.- Вот только у меня не будет времени утром зайти в аптеку... Заменишь меня, хорошо... Здесь не любят, чтобы во время представления отсутствовал хотя бы один статист...

- Я заменю вас, меластр,- Мажану показалось, что он услышал собственный голос.

- Обрати внимание, Нерсес, - сказал Нестор, выходя из спальни.

- На что?

- На него,- Нестор показал глазами в угол гостиной.

Аптекарь повернулся и увидел спокойно стоящую в углу фигуру. Незнакомец как две капли воды походил на него самого.

- Кто это? - удивленно спросил аптекарь.

- Есть еще один,-ответил Нестор и позвал: -Нестор!

В комнату вошел еще один Нестор.

Аптекарь подумал, что в подобных случаях люди обычно протирают глаза. Но на сей раз все было слишком явным.

Он недоуменно пожал плечами.

Старик многозначительно ухмыльнулся.

- Знакомься, - сказал он,- это Нестор, а это Нерсес Мажан. Впрочем, церемонии излишни. Где это слыхано, чтобы человек знакомился со своей копией.

- Что все это значит?

- А то значит, что, во-первых, Агамемнон не бросает слов на ветер, а во-вторых, мы улетаем первым же звездолетом, Нерсес!..

- Да.

- Я не тебе,- сказал Нестор, и обратился к стоящему в углу человеку: Дай-ка документы, Нерсес.

Человек, стоящий в углу, пожал плечами и, потирая подбородок, подошел ближе.

Нерсес Мажан протянул двойнику небольшой конверт.

- С завтрашнего дня я буду сидеть в аптеке вместо тебя,- сказал двойник.

- Хорошо, Нестор!

- Да,- ответили одновременно оба Нестора.

- Мне нужен настоящий Нестор,- Нерсес Мажан с подозрением посмотрел на старика, стоявшего ближе к нему.- Кто из вас настоящий?

- Я, - сказал тот, что стоял возле него.

- Значит, наши двойники останутся, а мы улетим?

- Вот именно.

- А если вдруг нас спутают? И останемся мы?

- Не волнуйся. Пока мы здесь - они не посмеют занять наше, место и предъявить свои права. Хочешь проверить? Спроси у своей копии.

- Пока ты здесь, я только твой двойник,- пояснил второй Нерсес.- Но едва улетишь, я стану тобой. Уж это точно. Буду жить, как захочу.

- Спасибо.

- Пожалуйста.

- Ты не стесняйся меня.

- Не беспокойся. Я стесняюсь лишь в той мере, в какой человек в некоторых вопросах стесняется самого себя. А вообще - мы одно и то же лицо.

- Да, да,- рассеянно ответил Нерсес Мажан.

- Ты чувствуй себя свободно, - предложил двойник. - Главное, чтобы нас не увидели вместе. Впрочем, почти все совершеннолетние мужчины в городе не настоящие, а двойники. Но это не слишком приятно, когда...

- Когда такие истины демонстрируют словно бы нарочно, - догадался Нерсес.

- Вот именно. Нагота приятна, когда человек один или, по крайней мере, с кем-нибудь вдвоем,-двойник криво ухмыльнулся.- К слову сказать - двойникам это чувство неведомо, да и не нужно. Двойники не ощущают голода и не ощущают усталости. Потому наше общество лишено всех человеческих слабостей. Чтобы быть точнее, скажу: скоро здесь, на Лете, будет создано совершенное общество.

- Сомневаюсь, - раздраженно пожал плечами Нерсес Мажан.-.Нестор, не прогуляться ли нам перед сном?

- Конечно,- согласились оба Нестора.

Нерсес Мажан хказал, не глядя ни на кого:

- Имейте в виду, я всегда обращаюсь к настоящему Нестору.

- Отлично, меластр, - произнес Нестор-двойник.-Но, насколько мне известно, .разница между мной и настоящим Нестором не слишком велика. Он тоже в какой-то мере...

- Я просил вас принять к сведению сказанное мной. И, пожалуйста, без лишних слов.- Нерсес Мажан вышел в коридор.

Смерив двойника презрительным взглядом, старик отправился вслед за аптекарем.

- Я бы чувствовал себя гораздо лучше, будь все это уже воспоминанием,заметил Нерсес.

- Что у тебя за свидание? - поинтересовался старик.

- Не знаю... Мне снова придется встретиться с Евой, Астартой или Зенобией. Она твердит, что достаточно мне пожелать, и я могу стать даже Али-Бабой.

- Ну что ж, попробуй.

- Нестор, теперь я уверен, что Зенон Джабез действительно совершил в "Капелле" самоубийство. И понимаю почему.

- Дождь пошел,- произнес Нестор, вытянув вперед ладонь.

...Весь день он не уходил со своего рабочего, места. Весь день дрожал на шкале рычажок аптекарских весов. Нерсес был в своей стихии. Ссыпал .порошки в цилиндрики, штамповал, укладывал... Взвешивал и толок в ступе белые, розовые,, синие твердые комочки... Ссыпал, штамповал, укладывал... Приглушенный шум, доносящийся с улицы Голубого Фазана, представлялся ему дыханием непрерывной и бесконечной жизни, его тревожили лишь скопившиеся перед стеклянной кабиной на той стороне улицы женщины, девушки и юноши. И даже не они, а сама кабина, в которой пугливо мигали кошачьи глаза и невидимый рассказчик порой дерзал шепотом вступить в подозрительную беседу с незнакомыми людьми.

Нерсесу Мажану не хотелось думать о том, что эти разнообразные таблетки никому не нужны, не хотелось вспоминать комфортабельную аптеку Виланка, на втором этаже которой, лежа на шкурах кикенов и с наслаждением затягиваясь сигаретами "Сердце Скорпиона", он прислушивался к привычному гулу голосов снизу.

Сейчас он готовил лекарства с удовольствием и радовался тому, что никакие условности и- обманчивые иллюзии не заставят его проявить недобросовестность в работе, хотя он и не знает, кому и когда понадобятся его порошки и пилюли... У него теперь есть вполне определенная цель беспокоиться только о том, чтобы не выйти из строя раньше времени.

Совесть?.. Но ведь она сродни обманчивой иллюзии, порожденной устаревшей моралью? Инициатива?.. Кому она нужна, если его разноцветные таблетки не требуются нигде: ни на улице Голубого Фазана, ни в Сонте, ни на Лете?

И начни аптекарь проявлять инициативу, доказывая, скажем, ненужность и бесполезность своей работы,- мэру ничего не стоит подыскать нового фармацевта, а с ним проститься без лишних церемоний. А это грустно. Грустно, когда такая милая аптека продолжает существовать без тебя.

Нет, Нерсес Мажан не дурак, он не будет проявлять излишнего рвения. Не причиняя никому беспокойства, тихо и незаметно он будет ежедневно в одно и то же время открывать аптеку, любовно и добросовестно заниматься своим делом и отстаивать необходимость для Сонта аптеки. И это вовсе не важно, могут или не могут здесь быть больные.

...Отворилась дверь, и Нерсес Мажан машинально посмотрел на часы. День пролетел как одно мгновенье. Он спрессовал несколько последних пилюль и с сожалением протер чаши весов.

- Меластр Мажан,- позвал его чей-то голос, - Я только вымою фарфоровые ступки.

- Меластр аптекарь! - Голос был тихий, чуть громче шепота.

Еще рaз окинув взглядом рабочий стол, Мажан снял халат и вышел в зал.

- Я вам не помешал? - спросил, вставая с места, Зенон Джабез.

- Нет, нет, садитесь, меластр.

- Не ждали?

- Пожалуй,- сказал Нерсес Мажан, чему тот говорит шепотом.

- Я пришел, чтобы...

- Минуточку,- прервал его Нерсес. - руки...

- Да, да.

Когда Мажан вернулся, Джабез уже слегка оправился от смущения.

- Чем могу быть полезен? - с готовностью спросил аптекарь.

- Проходил мимо и... решил зайти,-Зелон избегал смотреть аптекарю в лицо.-Я только потом вспомнил, что мы вместе ловили мышей в "Капелле", а сначала - право же, забыл.

- Мышей? - переспросил Нерсес Мажан.-Должен сказать, меластр, я впервые встретил вас в Сонте. И мы никогда не ловили вместе мышей. Да, признаться, я не имел счастья охотиться за мышами.

- А вы ничего не путаете? - спросил Джабез.- Мы встречались на Виланке. Может быть, мы не ловили мышей, но я хорошо помню, что за таблетками к вам в аптеку я заходил.

- Это исключается. Вы не бывали на Виланке. Ваше имя я услышал впервые лишь после вашего самоубийства, - сказал Нерсес.- Даже вашего трупа не видел.

- Я не кончал самоубийством, меластр.

- Потому что вы никогда не были на Виланке.А там покончил с собой Зенон Джабез.

- Я - Зенон Джабез.

- Да, теперь вы спокойно можете утверждать это. Вскоре такая же возможность представится и мэру, ибо, по всей вероятности, покончит с собой и Бааб Гаспар, которому не удалось вернуться в Сонт. Насколько мне известно, он сделал в этом направлении последнюю попытку, а в случае неудачи готовился убраться ко всем чертям.

- Меластр!

- И Нерсес Мажан покинет Сонт первым же звездолетом,- продолжал аптекарь.- Сегодня он задержался - у него свидание с Евой, Николет или Зеаобией.

- Я пытаюсь понять вас...

- Откровенно говоря, я должен был появиться в аптеке лишь после отъезда Нерсеса Мажана. Но у него сегодня свидание, и я воспользовался случаем, чтобы днем раньше приступить к своим обязанностям, войти, так сказать, в русло. Неужели, когда Зенон Джабез, выписав вас с Варвукса, готовился отбыть на Виланк, вы не пережили такого же состояния?

- Хотите сказать...

- Ну конечно! И мы должны отлично понимать, друг друга. Я готов содействовать всем своим существованием дальнейшему прогрессу Сонта.

- О да, да, - торопливо согласился Зенон Джабез,вы совершенно правы.

Нерсес Мажан подошел к витрине, опустил шторы. Зал стал полосатым.

- В прошлый раз вы приходили в этот же час,- заметил Нерсес Мажан,- и я... то есть он, был несколько растерян, он ведь твердо знал, что. вы... то есть, Джабез, покончил с собой на Виланке. Дело в том, что он возомнил себя следователем. Любопытно... Только зачем? Я ему, безусловно, симпатизирую. Но не одобряю его беспокойного нрава. Раньше он таким не был. Характер его изменился после смерти Зенона Джабеза. Скажите, пожалуйста, ну зачем аптекарю становиться следователем? Это для него совершенно непосильная ноша. Время Дон-Кихотов миновало.

- Чье время, простите?

- Дон-Кихотов... Не слышали?. Ну, неважно... Это даже хорошо, что о них начинают забывата,... Меластр, я с нетерпением жду минуты, когда останусь наконец один. Нет, пожалуйста, не поймите меня превратно... Садитесь, прошу вас. Я имею в виду Нерсеса Мажана. Он сковывает меня.

Зенон сочувственно кивнул:

- Понимаю. Не унывайте. Со мной происходило то же самое. Такая, наверное, наша природа. Кстати, вам повезло, что у него нет жены и детей. Неприятная ситуация. Бр-р-р! Эти жены и дети ужасно мешают. Простите, вы не собираетесь сбрить бороду?

- В самом деле,- ответил Нерсес Мажан,- сегодня же сбрею.

- Не торопитесь. Подождите все-таки, пока он уедет, - Зенон. Джабез встал. - Мне было очень приятно с вами побеседовать. Пора домой. Увы, женщины ле очень жалуют посланцев с Варвукса. Объясняем им все преимущества, но они ужасно упрямы. Между прочим, имейте в виду - вслух на столь деликатные темы говорить не принято. Мы все - достойные граждане Сонта, отцы и мужья. Все хорошо. Все идет как надо. Никто не нарушает нашего покоя. И мы тоже никому це мешаем.

- Об атом знают на других планетах?

- Наверное, нет.

- А если кто-нибудь расскажет?

- Ну что ж, пускай, если успеют. Скоро мы прервем сообщение и с Роджером. Те, кто уехали, должны будут понять, что здесь их не ждут и им тут нечего делать. Хотя бы тот же Бааб Гаспар, которого аптекарь, встретил в приемной города... Впусти мы его - представляете, в какое бы неудобное положение попал.мэр? За последние десять лет мы впустили на Лету только аптекаря и его помощника. Я был против того, чтобы открывать аптеку. Чувствовал, что могут быть неприятности. К счастью, аптекарь решил исчезнуть раньше, чем я предполагал.

- Ему хотелось только уточнить, существуете ли вы на самом деле.

- Какая разница? Важно, что я функционирую. Верно, меластр?

- Совершенно справедливо.

- Мы еще встретимся.

- Без сомнения, меластр.

Аптекарь, стоя у порога, долго провожал взглядом Зенона Джабеза. Лотом он запер аптеку и пошел в "Желтый кикен", хотя встреча с Нерсесом Мажаном не сулила ему ни малейшего удовольствия.

ГЛАВА ПЯТАЯ

- Ступай,- произнесла Ева, Зенобия или Николет и слегка подтолкнула Нерсеса Мажана вперед.

Аптекарь огляделся. Вокруг простирались причудливые синие скалы, они были внизу, вверху, справа и слева.

- Иди же, - повторила Ева.

- Куда? - спросил Нерсес Мажан, потому что в этом диком и грозном мире синих скал он не видел ни дороги, ни тропинки.

- Ты хотел найти дверь в волшебное царство,- улыбнулась девушка и показала ему на узкую каменистую тропку, начинающуюся в нескольких шагах от них и исчезающую в невидимых пока глубинах.

- Хочешь сказать, что дверь там? - неуверенно спросил аптекарь.

Девушка не ответила. Она вскарабкалась на огромный валун и, казалось, забыв обо всем на свете, любовалась величественными, уходящими прямо в небо горами. Ветер, вырвавшийся: с плоскогорья, дерзко играл ее волосами и платьем.. Сквозь завесу длинных волос наконец-то открылось лицо Евы. И Нерсес поразился его красоте и женственности.

Сопротивляясь бешеной страсти ветра, который, казалось, хотел умчать ее к дальнему горизонту, девушка зажала ногами подол платья и дружески улыбнулась аптекарю.

- Я должен идти один? - спросил Мажан.

- Да.

- Но куда?

Она рассмеялась вместо ответа.

- И почему один?

- Чтобы, ни на что не отвлекаясь, полнее испытать радость открытия,сказала она.- Ступай.

- Меня ждут?

- Мы встретимся,- она спрыгнула с валуна, подошла к Мажану и, положив руки ему на плечи, произнесла: - Помнишь?.. Мы все хотим быть Евами. И я тоже. Спеши, Али-Баба. Ты еще успеешь.

Потянувшись к аптекарю, она сплела пальцы у него на затылке:

- Мне удалось одолеть Варвукс. И я очень этим горжусь. На этот раз они опоздали. Ты уже здесь.

- Ты уверена, что Варвукс опоздал?

Она закрыла глаза и кивнула готовой.

- Я подарю тебе много детей,- сказала Ева.- Ты станешь отцом большого семейства.

- Спасибо,-растерялся Мажан.- Ты великодушна и... щедра.

- Ну, так иди,- сказала девушка, выпуская его из кольца своих рук.

Нерсес Мажан шагнул назад. Он понимал, что должен сказать что-то важное. Но ничего не мог придумать. А девушка снова вступила в борьбу с ветром, старательно прижимая к себе платье.

Солнце поднялось над ущельем, и. все вокруг: скалы, тянущиеся по их склонам леса, с травами, цветами, проталины и широкая река внизу - жадно вдыхало щедрое ласковое тепло.

Казалось, острые вершины гор вонзились в ясное чистое небо и его нежная голубизна медленно потекла вниз, впитываясь в леса, луга, в присмиревшие волны реки.

Нерсес Мажан стоял, затаив дыхание, боясь потревожить, нарушить гармонию, которую природа создала из причудливого смешения плеска реки, пробивающихся из недр земли ростков, эха в Ущелье, басовитого многоголосья насекомых, зеленого шороха листвы и торжественной мелодии скользящего по небу Чичила. Сколько простоял он так, прислушиваясь к легкому дыханию этого островка природы?.. Он не мог бы ответить: время остановилось, замерло с того мгновенья, как он, спустившись по тропинке на дно Ущелья, оказался здесь, на гладком валуне, омываемом волнами реки.

"А дальше нто же?" - подумал Нерсес Мажан, стараясь преодолеть охватившее его странное оцепенение.

Высокие зеленые волны, ударившись о камни, вскипали пеной, разлетались солнечными брызгами, оставляя после себя влажную прохладу. Нерсес Мажан почувствовал непреодолимое желание слиться со счастливой природой, раствориться в этом беспокойном мире.

Он медленао разделся, сложил одежду в расщелину скалы и, вытянув руки, с удовольствием потянулся, словно исчезла какая-то невидимая преграда и он мог наконец соединиться с окружающей волшебной стихией.

Подняв над головой руки, он не то полетел, не то поплыл, не следя больше за своим телом, а лишь испытывая сладостное блаженство, даруемое ему водой, небом, солнцем - Природой!

Он лег на спину и закрыл глаза, стараясь не думать ни о чем. Но почти в ту же минуту снова возник вопрос, оставшийся без ответа: "А что же дальше?" "Сезам, откройся",- пробормотал он. Но, по-видимому, он был все-таки не настоящий Али-Баба, потому что ничего не изменилось. Нерсес развернулся и поплыл, борясь с течением.

Очень скоро Нерсес понял, что не сможет одолеть течения и в лучшем случае будет барахтаться на одном месте.

"Ну вот и все",- заключил он и поплыл к берегу, потому что Чичил уже склонился к горизонту, а ему, Мажану, следовало бы до темноты успеть в "Желтый кикен", где его ждали два Нестора и один Нерсес.

Подплыв к фиолетовой с ярко-красными прожилками скале, он встал на ноги и, рассекая воду, пошел по скользким камням.

- Эгей, привет! - услышал Нерсес незнакомый голос. И растерянно оглянулся.- Сюда смотри,- снова послышался голос.

Он обернулся и в нескольких шагах от себя в густом прибрежном кустарнике заметил мужчину. Тот приветливо махнул ему .рукой.

- Здравствуй,- ответил Нерсес Мажан и, прыгая по камням, направился к скале.- Я сейчас оденусь,- смущенно сказал он.

- Не надо, зачем?

- Что? - не понял Мажан.

- Говорю, одежда тебе не нужна!

- Ну, не думаю,- Нерсес Мажан ладонью откинул назад мокрые волосы и направился к своей расщелине.

- Не удивляйся, но тебе действительно не стоит одеваться,- сказал мужчина и, раздвинув кусты, вышел вперед.

Он тоже был голый.

- Почему? - спросил с недоумением Нерсес Мажан, стряхивая капельки с бороды.

- Чтобы нас можно было узнать,- любезно пояснил мужчина.

- Меня можно узнать и в одежде. Я Нерсес Мажан.

- Понятно. Но это еще ничего не значит.

- Аптекарь из Сонта.

- Верно. Но и этого недостаточно. Здесь вас могут узнать только без одежды.

- Предположим,- насмешливо сказал Мажан.- Вы тоже без одежды, однако я не могу утверждать, что знаю вас?

- Нет.

- Тогда, может быть, вы все-таки объясните мне так, чтобы я наконец понял, что именно вы. имеете в виду.

- Разве вы не видите, что я человек? - спросил мужчина.

- А кем еще вы могли быть?

- Я мог быть также и...- мужчина растерянно умолк. Потом покосился на аптекаря и спросил: - Вы что-нибудь слышали о двойниках?

Нерсес Мажан молча попытался обойти его.

- Не слышали,- решил мужчина.

- Мне холодно.

- Привыкнете... Мы все. здесь уже привыкли.

- Хотите сказать, что вы не один?

- Конечно, не один. Идемте.

- Но...

- Там, - мужчина показал в сторону плоскогорья, откуда пришел Мажан,действительно не ходят голыми. На это есть причины. А мы... мы не нуждаемся в одежде. Наоборот, .только так и можно отличить человека от двойника. Вы вовремя решили искупаться, а то мне пришлось бы попросить вас раздеться. То, что у нас надо ходить без одежды, вначале всегда смущает. В особенности женщин, хотя они прекрасно знают, куда идут.

- Здесь есть женщины?

- Да. Нх гораздо больше, нем мужчин.

- И вам кажется, что я в таком виде могу предстать перед ними? возмутился Нерсес Мажан.

- Вы напрасно, все усложняете,- успокоил его мужчина.- Вопрос ведь в том, что где принято. Все условно. Если в Ущелье вас увидят в одежде, то отнесутся к этому так, как отнеслись бы в Сонте, попробуй вы там ходить по улицам голым... Но, пожалуйста, не отставайте, меластр.

- Долго ли нам идти?

- Нет.

- Мне сказали, что я должен буду совершить открытие.

- Да... в известном смысле. Вы откроете людей.

Аптекарь кивнул.

- Странно?

- Что именно?

- Что вы откроете для себя людей?

- В общем, да.

- .Наверное, я все-таки должен пояснить... Наверху, то есть в Сонте, и вообще на Лете, люди и двойники перемешаны.- Причем двойников несравненно больше. Мало-помалу они вытеснят людей. Скоро на Лете, если не считать жителей Ущелья, настоящих людей не останется вовсе. Многие винят в этом Варвукс... Но, на мой взгляд, когда речь идет о вырождении целого народа, виновных далеко искать не надо. Люди виноваты сами.

На узком мостике через шумную речку проводник пропустил Hepceca вперед. Мостик был длинным-предлинным и раскачивался в такт шагам. Реку они. пересекли молча.

А на том берегу мужчина продолжил свой рассказ.

- Агония Леты началась с того, что люди стали заботиться только о собственных удовольствиях.

- Понятно, - сказал Нерсес Мажан.

- Ничего вам еще не понятно. Кто-то когда-то сделал первый шаг. Человек приобрел двойника, чтобы освободиться от обязанностей, обременительных, на первый взгляд. Двойник заменил его на работе, в семье и в обществе. А сам человек улетел на Виланк или в другое место, где была возможность развлечься, ни о чем не тревожась... Казалось бы, очень удобно: двойник берет на себя все заботы по службе и дому. И ты свободен...

- Получается, что люди сами уступили место двойникам? - перебил его Нерсес.

- Именно сами. Замена шла долгие годы. Думаю, что теперь на Лете мужчин можно пересчитать на пальцах.

- А женщины?

- Женщины, как всегда, оказались более здравомыслящими. Они-то и организовали общину в Ущелье.

- А давно началось это... это бегство?

- Хорошо сказано - бегство. В Ущелье рождается уже третье поколение.

- Грустная история,- заметил Нерсес Мажан.

- Грустная? - спутник вздохнул.- Этого никогда бы не произошло, если бы в свое время людям не показалось, что двойников иметь очень удобно.

- Но, может, в них была некоторая необходимость?

- Ни малейшей. Сначала двойники заменили только тех людей, которые откровенно хотели получать от жизни как можно больше радостей. Ничего не давая взамен. Но высоким чиновникам двойники чрезвычайно понравились. Исчезла масса проблем. Двойники не причиняли никаких хлопот. Годами, и десятилетиями они готовы выполнять роль машин, делая лишь то, на что запрограммированы. Двойники всегда всем довольны и до глубокой старости, старательно и ни на что не отвлекаясь, выполняют свои обязанности. Казалось бы, все в порядке: довольны обе стороны...

- Да, но все это должно привести к застою,.- опять перебил его Мажан.Ведь у этих двойников нет творческих способностей!

- Конечно! Но дело не только в этом. Постепенно двойниками стали обзаводиться люди, стоящие на вершине общественной пирамиды. И вот тогда-то началось полновластие двойников. Прибраа все к рукам, они не захотели, чтобы уехавшие люди возвращались на свою планету. Да, меластр... Это не просто грустная история, это - трагедия.

Они остановились на маленькой полянке, голубой от полевых цветов, и мужчина сказал:

- Ну вот мы и пришли. Ущелье почти все заселено. По вечерам мы часто собираемся вон под теми скалами, и свободные женщины выбирают себе мужей... Посмотрите сюда, меластр... Что с вами?

Нерсес Мажан застыл зачарованный. Он не мог оторвать глаз от женщины, лежащей в высокой траве. Она лежала неподвижно, закинув руки за голову, и задумчиво смотрела на легкие редкие облака, плывущие по голубому небу. Ее стройное бронзовое тело, словно бы налитое нежностью, казалось воплощением любви и щедрого плодородия, как и все вокруг на этом таинственном, необычном острове первозданной природы.

Женщина почувствовала, что на нее смотрят, и обернулась. В ушах у Нерсеса Мажана зазвучали торжественные медные колокола.

- Меластр, - прошептал мужчина, мягко коснувшись руки Нерсеса Мажана.

- Да,- отозвался аптекарь.

Величавая звучная медь мягко плыла по поляне, Ущелью, по всей вселенной.

...Вечерело. На площадке, окруженной вековыми деревьями, над которыми высились крутые темные скалы, пылал костер. Его длинные красные языки, казалось, могли опалить небесную синеву.

Нерсас Мажан задумчиво смотрел на весело пляшущее пламя, в отблесках которого темные скалы выглядели мрачными и неприступными. Сидящие полукругом у костра мужчины и женщины былл поглощены разговором и, казалось, не замечали ничего вокруг. Разговаривали они вполголоса.

Время от времени кто-то поднимался и приносил сухие сучья, чтобы поддержать огонь.

Чем больше Нерсес Мажан приглядывался, тем больше нравились ему эти люди, упорно сберегающие свою общину.

У них был высокий смысл в жизни. Им предстояло возродить на Лете человеческий род. И кто знает, сколько опасностей и сложностей подстерегало их на этом пути?

Кто-то подсел к Нерсесу Мажану очень близко. Ослепленный пламенем, он разглядел только большие черные глаза оказавшейся рядом женщины.

- Устали, меластр? - сочувственно спросила она.

Не зная, что ей ответить, Мажан дожал плечами.

- Или для вас все слишком непривычно? Ничего... пройдет. Новички в первые дни всегда теряются и чувствуют себя неловко,- женщина улыбнулась.Действительно, нужно время, чтобы привыкнуть. Не беспокойтесь. Постепенно освоитесь. И Ущелье станет для вас таким же родным, как и ваша родина.

"Родным?.. Как Джузарока?.. Нет!.." Нерсес Мажан отрицательно покачал головой. Ничто никогда не сможет стать для него таким же родным, как Капутан, раскинувшийся среди волнистых холмов, бесконечных равнин, синеватых лесов и широких рек. Где светит веселое, во весь небосвод, солнце.

- Почему вы грустите, меластр? - спросила женщина и осторожно погладила длинными тонкими пальцами его лицо.- В мире, думаю, нет другого места, где бы люди так полно, до последней клеточки своего существа, могли бы слиться с природой.

- Наверное... Но это ведь не единственное, что требуется человеку?

- Это самое главное,-уверенно сказала женщина. - Иначе какая судьба ожидает человеческий род? Люди исчезнут, их заменят двойники.

Нерсес Мажан с неясной грустью посмотрел в большие черные глаза молодой женщины, так истово убежденной, что господство двойников началось всюду.

Ему не хотелось разрушать ее уверенность. Ведь именно благодаря этой вере обитатели Ущелья смогли выстоять, решиться, подобно первобытным людям, все начать сначала...

- Я вам нравлюсь, меластр? - спросила женщина и лукаво рассмеялась.

Нерсес Мажан осторожно глянул на нее.

- Может быть... Да... Однако теперь это уже не имеет значения: на днях я навсегда покидаю Лету.

- Меластр,- женщина опять рассмеялась.- Меластр, это невозможно.

- Разве?.. А те, что все-таки уезжают?..

- Они оставляют вместо себя двойника.

- Одним двойником больше или меньше - для Леты это не так уж важно. Рано или поздно все двойники выйдут из строя. И если вы помешаете им сотрудничать с Варвуксом, вам, вероятно, удастся заселить Лету здоровым и полноценным потомством.

- Меластр, когда вы привыкнете к нашему Ущелью, вы не захотите уезжать отсюда. Мы живем среди природы, свободные от всего того, из-за чего люди уступили место двойникам. Когда холодно, греемся у костров. Когда нечего есть, отправляемся на охоту. Мы не боимся времени, потому что никуда не спешим.

- Да,- согласился Мажан,- вы и в самом деле начали все сначала. Ушли в пещеры, чтобы ощутить себя хозяевами планеты. Но, уверяю вас, еще не было случая, чтобы люди, шагнув назад, к пещерам, стали властителями планеты. Планету покоряет тот, кто выходит из пещеры и смотрит на звезды...

Костер уже прогорел, и густой мрак повис над тлеющими красными угольками, между которыми порой пробивались синие язычки пламени. Люди разошлись тихо и незаметно, всего несколько человек остались у костра. Порой в ночную тишину врывался детский плач.

Нерсеса Мажана охватила бесконечная грусть.

То, что он сейчас открыл для себя, не доставляло радости.

Было горько думать, что люди, рожденные в цивилизованном обществе, добровольно отступили во времена своих далеких предков.

Нерсес Мажан медленно поднялся. Он посмотрел на людей у костра и вдруг с ужасом подумал, что потомки этих людей могут обрасти шерстью, потеряв секрет получения огня, могут надеть звериные шкуры, вооружиться дубинами и снова начать учиться говорить...

А тысячелетия спустя новые люди будут спорить о том, существовала ли цивилизация на их планете.

Погруженный в свои мысли, Нерсес подошел к реке и свернул на тропинку, ведущую к плато.

Еще несколько шагов - и он растворился в густой ночной мгле.

ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ, ИЛИ КОНЕЦ НАЧАЛА

- Меластр...

Услышав знакомый голос, Нерсес Мажан вздрогнул. Из кают-компании звездолета к нему шел худощавый мужчина, лицо которого напоминало старинную трагическую маску.

- Меластр, вы, - судорожно глотнув воздух, человекмаска ткнул себя в грудь, - помните меня?

- Бааб Гаспар?

- Благодарю вас,- сказал человек-маска и скрестил руки на груди.

Звездолет давно вылетел с орбитальной станции планеты и вот-вот должен был погрузиться в искривленное пространство.

- Тогда в приемной Сонта вы все предсказали в точности,- улыбнулся Нерсес Мажан.- Я нанес вам визит, вы меня не узнали. И я отдал письмо Бианке.

- А Гушар?..

- Гушар, должно быть, путешествует в космических далях, как я вы.Нерсес Мажан встал, ибо Бааб Гасцар упорно не желал садиться.- Но не встретил даже его двойника. Тот вышел из строя.

- Меластр.-голос Бааба Гаспара задрожал.-Говорят, двойник выходит из строя в тот миг, когда погибает сам человек.

- Неправда! Поверьте мне. Я встретил в Сонте у себя в аптеке дврйника Зенона Джабеза, покончившего жизнь самоубийством на Виланке.

- Зенон Джабез покончил с собой?

- Да. На Виланке. Но его двойник и не думал выходить из строя. Так что ваш сын жив и здоров. Я в этом совершенно уверен.

- Вы видели Зенона Джабеза?

- Его двойника... Он все жаловался,- что продажа женского белья сильно сократилась... Дело в том, что женщины покидают города и собираются в общины - они хотят вырастить поколение настоящих, полноценных людей.

- Значит, и Бианка тоже...

- Бланка славная девушка, меластр, она непременно уйдет в одну из этих общин. А ваша супруга... Простите, меластр, но в общину принимают только молодых женщин. Что ж, по-моему, это разумно.

- Спасибо, меластр...

Бааб Гаспар сделал шаг назад, и Нерсесу Мажану показалось, что он не хочет продолжать этот разговор. Он снова удобно устроился в кресле и подумал, что Нестор, наверное, уже готовит коконы, в которые они должны лечь при прохождении искривленного пространства.

- Меластр,-человек-маска приблизился к Мажану. - Это была моя последняя попытка вернуться в Сонт,

- Понимаю, - кивнул Мажан. - Но пока все ваши попытки обречены: охватив власть, двойники не позволяют настоящим людям вернуться.

- Это было в последний раз! Да и другой возможности уже не будет,вздохнул Бааб Гаспар.- Не будет, потому что этот рейс на Роджер - последний.

- Как последний?

- Связь с Летой последние годы держалась только через Роджер. Но теперь и это сочли лишним.

Мажан подумал: "Полная изоляция... Итак, случайности исключаются.

В следующем издании "Полного галактического справочника" Лоуэлла не будет никаких упоминаний о планете Лете, или Серой Пустыне".

- Меластр,- предупредил Бааб Гаспар, - скоро мы войдем в искривленное пространство.

- Да, да, пора ложиться в коконы.

И они покинули овальный зал звездолета.

- Спасибо, меластр,- в коридоре Бааб Гаспар пожал Мажану руку,- значит, Бианка и...

- И Бианка и меластра Гаспар живы-здоровы. И скучают по вас, - сказал Нерсес Мажан.

- Не забыли меня, значит...- слезы текли по глубоким морщинам Бааба Гаспара, морщинам, которые совсем недавно еще не были заметны.

Нерсес Мажан открыл глаза и посмотрел вокруг. Лежа щий в большом, коконе Нестор улыбнулся ему. Стрелки кварцевых часов двигались как им и было положено. Кабина была освещена неярким мягким светом. Ничего не изменилось.

Словно звездолет и не проходил искривленного пространства.

Нерсес Мажан вылез из кокона и одним прыжком оказался у металлического столика, на который он положил флейту.

Он вынул флейту из бархатного футляра и поднес к губам. Пальцы искали кнопку.

- Подожди! - остановил его Нестор.

- Сейчас мы услышим флейту, "звук которой навсегда останется в нишей памяти...". Я рассказывал тебе об этом продавце музыкального магазина, помнишь, Нестор? Этим и завершится кошмар, который мог так печально кончиться. Если бы нам не удалось улететь. Слушай же, Нестор...

Нерсес Мажан встал в позу музыканта на сцене. Его пальцы нащупали наконец волшебную кнопку.

Но в эту минуту за дверью послышался какой-то шум.

Нерсес оторвал флейту от губ.

- Что там, авария?

И вслед за Нестором бросился из кабины.

- Послушайте, что случилось? - Нерсес схватил за руку одного из бегущих ему навстречу людей.

- Убийство!..

Пол в коридоре стал раскачиваться под ногами. Нерсес прислонился к стене, стараясь успокоиться. Потом медленно пошел в кают-компанию...

Толпа людей окружила кресло, в котором он сидел накануне, беседуя с Баабом- Гаспаром.

Нерсес Мажан остановился. Наверное, многие из этих людей тоже совершили последнюю попытку. Прямо из приемной Сонта они вынуждены были повернуть обратно. И теперь, скорее всего, примирились с неизбежностью своего космического изгнания..

Протиснувшись сквозь толпу, он подошел к креслу и увидел неестественно скорчившегося мэра города Сонта.

Правая рука Бааба Гаспара лежала на груди, между пальцев стекала кровь.

- Самоубийство,- сказал какой-то человек, заметив валяющийся на полу револьвер.

- А может, убили,- предположил другой.- Надо сообщить полиции Роджера.

- Все же ясно,- возразил первый.- После выстрела револьвер упал на пол, а Бааб Гаспар машинально прижал руку к раненой груди.

- Это не самоубийство и не убийство,- вмешался Нерсес Мажан. - Разве вы не видите, что здесь, в кресле, нет трупа? Никто не умер... Слышите? Забудьте обо всем. Мэр города Сонта Бааб Гаспар живой и здоровый сидит сейчас в своем кабинете. А то, что вы наблюдаете,- иллюзия, одна иллюзия.

Сначала люди протирали глаза.

Потом они заулыбались.

И все с готовностью согласились, что застывший в кресле в неестественной позе труп - всего лишь иллюзия и ничего более.


home | my bookshelf | | Аптекарь Нерсес Мажан |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу