Book: Правила движения к свадьбе



Правила движения к свадьбе

Алина КУСКОВА

ПРАВИЛА ДВИЖЕНИЯ К СВАДЬБЕ

Вместо предисловия

Инспектор Свистунов сидел в учебном автомобиле «ВАЗ-2109» и выставлял штрафные баллы курсанту автошколы Валерьяну Тимофееву, объясняя, что ему ни в коем случае никогда в жизни нельзя садиться за руль. Валерьян щурил близорукие глаза и ехидно улыбался. К учебному автомобилю подплывала Марго. Группа ребят замерла в оцепенении и уставилась на инспектора. Тот, третьим глазом ощутив на себе повышенное внимание, поднял голову. То, что он увидел, его ужаснуло.

Если бы Свистунов точно не знал, что девица шла на сдачу экзамена по вождению автомобиля, он бы подумал, что Марго собралась на кастинг в модельное агентство. Невысокая, но стройная до худобы, со всеми выпирающими достоинствами, симпатичная блондинка с глазами цвета зеленой тоски сегодня была облачена в умопомрачительно короткую мини-юбку, неприлично маленькую курточку и сапоги-ботфорты. Свистунов внутренне сжался. Сейчас она сядет за руль, и все начнется сначала: битые иномарки, покалеченные пешеходы, море крови из разбитого учебного автомобиля. Ничего подобного еще не случилось только благодаря тому, что он успевал вовремя среагировать. Одна оплошность, и эта девица сведет его счеты с жизнью.

Инспектор Свистунов перекрестился и тяжело вздохнул. Размашистым почерком он поставил Валерьяну заветное слово «хорошо» и вытолкнул того на свежий воздух. Голова инспектора соображала: «плохо», но курсант не стал указывать ему на ошибку и кинулся в бега.

– Можно? – поинтересовалась Марго, заглянув в салон. Свистунов поймал открытым ртом воздух и махнул рукой. Девица тут же устроилась рядом. – Ну что, хороший наш, поехали кататься! – За эту присказку, которую Свистунов слышал от Марго в четвертый раз, он был готов ее задушить. Но вместо этого инспектор махнул рукой: «вперед!», и автомобиль, дернувшись в предсмертной агонии, рывками попрыгал на проезжую часть дороги. – Ха, ха, чайники! – кричала довольная Маргарита и показывала соседним водителям «фак». – Сейчас мы вас сделаем. – Она улыбнулась Свистунову, тот грозно нахмурил брови. – Шучу, – предупредила его Марго и сбавила скорость.

Никто из водителей не посмел издать лишнего звука – ссориться с госавтоинспектором никто не рисковал. Но инспектор уже скривился в предвкушении ошибки – вдали желтым цветом маячил светофор. «Сейчас она заглохнет, – с радостью подумал Свистунов про машину и Марго, – и можно завершать поездку». Но Марго не оправдала его ожидания. Учебный автомобиль, тяжело урча, встал перед светофором и дождался зеленого света с включенным двигателем.

– Есть! – Девица изобразила стоп-кран и приветливо улыбнулась Свистунову. В ответ он кисло усмехнулся. Дальше – развилка, помеха справа и все остальное, на чем она ловилась уже три раза.

Как назло, на развилке не было ни одной машины. Благополучно остановившись перед знаком «Стоп», автомобиль со скоростью сорок километров в час двинулся дальше. Свистунов не отчаивался, впереди – Центральный рынок, и через проезжую часть шныряет масса пешеходов-нарушителей. Он даже расслабился, надеясь получить удовольствие от предполагаемого процесса. Задавить он ей никого не даст, но подъехать настолько близко, чтобы зеленоглазая особа ощутила всеми фибрами души пронизывающий страх, позволит. Инспектор мысленно представлял картину позора Марго, во время которой он объяснит, что ей ни в коем случае никогда в жизни нельзя садиться за руль.

Центральный рынок был закрыт на санитарный день. На проезжей части не было ни души. Свистунов решил, что именно сегодня судьба решила сыграть с ним злую шутку. Сегодня был день рождения его тещи. Это был их день: тещ, блондинистых девиц, тупых курсантов. Инспектор вспомнил, что должен был купить теще цветы. Это был шанс! Парковка – вот ее слабое место. Свистунов указал на обочину, машина, резко затормозив, чуть не уперла его лоб в переднее стекло. Конечно, если бы лоб инспектора при этом издал соответствующий звук, все решилось бы гораздо проще. Но голова замерла в сантиметре от стекла, к тому же девица тут же нашлась:

– Пристегиваться нужно, гражданин начальник.

Да, он не пристегнулся. Но и она! Та еще штучка! Свистунов выбрался из машины и скрылся в цветочном магазине. Девица схватилась за мобильник:

– Капа! Мы возвращаемся по третьему маршруту. Организуй заслон на проспект Котовского! – За выезд теперь можно было не волноваться.

Свистунов вернулся через минуту с неприглядно кровавыми гвоздиками чрезвычайно довольный. Он предвкушал дальнейший ход развития событий. Впереди транспортным потоком гудел проспект. Ее последний вздох. Но неожиданно у самого выезда на шумную улицу ход событий затормозился. Его перекрыл мощный грузовик с аварийными огнями. Нехорошо ругнувшись, инспектор Свистунов зловеще поглядел на Марго. Она постаралась улыбнуться очень искренне, получилось почти по-ангельски. Свистунов махнул рукой, показав обратное направление. Сегодня был не его день.

Глава 1

Через два квартала – светофор! Пока он синий, зеленый или красный…

Маргарита Калугина до двадцати трех лет не мечтала сесть за руль собственного автомобиля. Просто по той причине, что у нее не было ни руля, ни автомобиля. Была зарплата флориста небольшого магазинчика и родители, которые на старой «копейке» при их желании возили дочь на дачу, к родственникам в деревню и в гипермаркет за продуктами и товарами первой необходимости. Почти неожиданную блажь пойти учиться в автошколу они восприняли не как первую необходимость, скорее как каприз единственного чада. Но поскольку до этого момента Маргарита капризничала довольно удачно, то и здесь родители сдались. Особенно после того, как обладательницей новенького международного водительского удостоверения стала соседка Валентина, высоченная, ростом под два метра, девица с таким же непомерным гонором. Она пришла хвастаться обретенными после многодневной изнуряющей учебы правами к матери Маргариты как раз в то время, когда та лежала на диване и страдала за дона Педро. Сама Марго сидела на кухне с чашкой кофе и новым любовным романом. Отец возился в гараже со своим железным конем, который после очередного капитального ремонта норовил отбросить копыта.

– Вот! – Валентина ткнула в лицо Тамаре Александровне блестящую корочку. – Видали?

Тамара Александровна видала и не такое, но сам факт был вопиющим. У Валентины было водительское удостоверение, а у ее дочери – нет. Соревнования «а у кого больше» начались с первых шагов девочек-сверстниц, родившихся и живших по соседству, и, ни на минуту не прекращаясь, продолжались и в настоящее время. Маргарите довольно скоро наскучило соревноваться с Валентиной, особенно после того, как завязанная на ее волосах десятиметровая лента в виде банта (пятилетняя девочка Валя ходила только с тремя метрами) потянула ребенка назад. Маргарита опрокинулась на спину и долго лежала, как перевернутый таракан, махая всеми четырьмя лапками, не в силах подняться. Это был настоящий позор, дело происходило на детском утреннике, и на девочек смотрел Ленька Захаров.

Тамара Александровна, глядя на новенькое водительское удостоверение Валентины, снова будто бы оказалась в том далеком времени. Только Маргарита теперь не махала лапками, а Ленька Захаров больше не торчал под ее окном. Как бельмо на глазу торчала Валентина со своими правами. «Нельзя допустить, – подумала Тамара Александровна, – чтобы моя дочь жила совершенно бесправной. Нужно отправить ее учиться». И, как только Валентина скрылась, разработала план действий, по которому повела агитацию в свойственной ей манере скрытой рекламы. Через несколько дней доверчивая Маргарита сама захотела стать обладательницей новеньких международных прав. Стимулом послужило обещание Тамары Александровны подарить дочери старую «копейку».

Учеба в автошколе прошла легко и непринужденно, на занятиях Марго появлялась редко, на вождении автомобиля ее вообще никто не видел. Тем не менее внутренний экзамен она успешно сдала и стала усиленно готовиться к сдаче на получение водительских прав в Госавтоинспекции. Отец пару раз показал ей, где и на что следует нажимать во время движения и после того, как заметила впереди себя столб. Марго потренировалась на «копейке», и ей даже понравилось, но отец заявил, что она сожгла у машины сцепление, и снова скрылся со старой «копейкой» в гараже.

После этого ее преследовала полоса неудач в образе инспектора регистрационно-экзаменационного подразделения местного отдела Госавтоинспекции Кузьмы Свистунова. Сам по себе он был вполне симпатичным парнем с полным отсутствием присутствия чувства юмора. А в милицейской униформе представлял редкого тупицу, задающего бессмысленные вопросы типа «Для чего нужно зеркало заднего вида?» или «Кого давить на проезжей части – бабушку или внука?» Последний вопрос был особенно каверзным. Для чего нужно зеркало, могла бы сказать любая нормальная женщина. А вот кого выбрать: бабушку или внука, Маргарита сомневалась. Она решила задавить пенсионерку. Свистунов, не моргнув глазом, сообщил ей правильный ответ – нужно давить на тормоз. Такой безграмотности она не ожидала! Тормоз у нее никак не ассоциировался с одушевленным предметом. После таких вопросов ездить со Свистуновым нормально было невозможно. И четвертый раз сдачи водительского мастерства потребовал от Маргариты Калугиной необычайной изворотливости.

Собственно, изворотливой всегда была ее подруга Капитолина Куролесова, которая полностью оправдывала свою фамилию. Водительского удостоверения она не имела, как и соседки Валентины, поэтому она полностью растворилась в проблемах подруги. Своих у нее еще не было, или уже не было. Полненькая, симпатичная особа по имени Капитолина пользовалась успехом у сильного пола, но этой весной была совершенно одна, как и Маргарита. Они обе ждали принца на белом «Мерседесе», но не могли договориться, кому он достанется. Принц не спешил, а время не стояло на месте. Капитолина, узнав, что подруге достанется в наследство старый автомобиль, обрадовалась. Теперь у них появится возможность не ждать, а догонять несчастного принца. Для этого она приложила все свои силы. В то утро, когда Марго сдавала на права, катаясь по городу с инспектором Свистуновым, Капитолина установила перед развилкой дорожный знак, запрещающий въезд транспорта на развилку. Знак они вместе с Ленькой Захаровым выкопали ночью у близлежащего перекрестка. Водители ругались, но объезжали стороной. После того как Маргарита со Свистуновым благополучно миновали развилку, Ленька с запрещающим знаком побежал к перекрестку. Закрыть Центральный рынок на санитарный день оказалось плевым делом. Капитолина позвонила в Роспотребнадзор и сообщила, что купила на рынке больную курицу. Та якобы сидела у нее на кухонном столе и беспрестанно чихала, безжизненно свесив окорочка. Серьезная дама из этой организации ответила ей металлическим голосом, что от анонима жалобы не принимает. Капитолина тяжело вздохнула и пожелала ей и всем посетителям рынка крепкого здоровья. На что тяжело вздохнула серьезная дама. День, когда мимо рынка проезжала Маргарита, все-таки стал санитарным. Оставался проспект. Но и здесь подругам не пришлось особенно ломать голову. Ленька Захаров по просьбе Капитолины поставил свой фургон поперек проезжей части и включил аварийные огни. Он чуть не опоздал, бегая с запрещающим знаком по городу. То, что фургон безнадежно заглох на самом деле и перекрыл движение на улице на весь день, подругам было уже неинтересно. Маргарита Калугина стала одной из немногих обладательниц новенького водительского удостоверения. Седой майор, вручая права симпатичной блондинке, горько пошутил:

– Надеюсь, выпуская вас на дорогу, я не сокращаю этим количество пешеходов.

Маргарита Калугина тоже надеялась, и не только на это.

Как оказалось, зря. Отец и слышать не хотел об экспроприации у него автомобиля в пользу дочери. Та загрустила, сходила с водительским удостоверением к Валентине и поставила заветную корочку в сервант. С этого дня она стала задумчивой и молчаливой. Часто сотрудницы по работе заставали грустную Маргариту у окна.

– Какой красавец, – вздыхала она, разглядывая припаркованный рядом с магазином автомобиль.

Капитолина грустила еще больше, ее мечтам догнать принца было не суждено свершиться – по пешеходным дорожкам за ним было не угнаться. Зато Ленька ничуть не переживал за Маргариту, говоря ей, что всему свое время, и предлагал покататься на фургоне.

Так и случилось. Время пришло. Родной дядя Маргариты собирался уезжать за границу на постоянное место жительства и оставлял ей в безграничное пользование свою бледнолицую «девятку». Как мало нужно женщине для счастья! Маргарита, перед тем как увидеть свой автомобиль, не спала всю ночь, представляя каждое его колесо, педаль тормоза и газа. Под утро она увидела себя в зеркале заднего вида и переехала старушку.

Вступать во владение собственным авто Маргарита отправилась с Капитолиной, та взяла на всякий случай Леньку Захарова. Он должен был ехать на своем фургоне впереди и расчищать калугинскому кортежу проезжую часть. Автомобиль превзошел ее ожидания. В нем было все, что нужно: руль, педали, кресла, зеркала! Маргариту смущал только цвет – слишком никакой, но Капитолина сказала, что это вполне поправимое дело. У Леньки есть знакомый художник, который занимается аэрографией и преобразит ее авто в считаные часы. Нужно было только с ним заранее договориться и накопить денег. Аэрография оказалась недешевым удовольствием. Наскоро поцеловав доброго дядю, который был рад тому, что избавился от капризной машины, Маргарита поспешила вернуться домой.

Она с замиранием сердца села за руль «девятки» и повернула ключ в замке зажигания. Капитолина, устроившаяся рядом с ней, замерла, как будто в ожидании чуда. И оно свершилось – машина тронулась с места и тихо покатилась на улицу. Журча мотором, она выехала на проезжую часть и стала полноправным участником дорожного движения. Только сейчас Маргарита поняла, что не может одновременно крутить руль и разглядывать дорожные знаки. От этого открытия ей захотелось все бросить и сбежать, но оставить на произвол джипов и «Мерседесов» Капитолину она не смогла. Та, догадавшись о причине неожиданной бледности лица подруги, принялась заранее сообщать ей обо всех знаках, которые видела перед собой и на обочине.

– Кирпич! – кричала она. – Ой, нет! Это во двор – кирпич. У нас – рекомендуемая скорость сорок километров в час! Через два квартала – светофор! Пока он синий, тьфу ты, зеленый или красный…

Капитолина от нечего делать учила вечерами вместе с подругой Правила движения и знала дорожные знаки. Было одно «но» – Капа страдала дальтонизмом. Верить ей про светофор было ни в коем случае нельзя. А Марго забыла и поверила. Только благодаря счастливой случайности они проскочили на красный свет без дорожно-транспортного происшествия. К радости подруг, на пешеходном переходе старушек не оказалось. Сон был не в руку.

На зеленый свет в этот момент ехал довольный собой и своей новой «Ауди» Валерьян Тимофеев. Заметив в последнюю секунду перед собой призрак «девятки» с Калугиной за рулем, он резко вывернул руль вправо и «ушел» на тротуар, огороженный «живой» изгородью. Из кустов бузины его вытаскивали вместе с автомобилем. Он сопротивлялся и кричал, что водительские права раздают кому ни попадя.

Но это уже были его проблемы. У Маргариты начались свои мучения.

Оказалось, что все парковочные места около дома принадлежат неформальному объединению местных автолюбителей, и за каждое они сражаются, как за малую родину. Маргарите пришлось «занять» место старой отцовской «копейки», судьба которой складывалась весьма плачевно. Подвинувшая «копейку» машина Маргариты никак не хотела парковаться, словно чувствуя, что заняла чужое место. Справедливости ради нужно заметить, что парковаться не могла ее хозяйка. Но откуда в этой жизни взяться справедливости? Маргарита так старалась, так старалась, что чуть не въехала задним ходом в детскую карусель. Удивленная Капитолина, зачарованно разглядывая «девятку», только произнесла:

– Надо же, автомобиль с передним приводом, а ездит задом!

Это было сильно сказано, автомобиль не ездил, а передвигался, как черепаха. Марго страшно боялась въехать в забор. Один только Ленька Захаров со свойственным ему здоровым оптимизмом улыбнулся Маргарите и стащил ее с переднего сиденья. Ему сразу удалось поставить норовистого железного жеребца в стойло. Маргарита с тоской поглядела на это священнодейство и утерла набежавшую слезу. Ей придется осваиваться гораздо дольше. Хорошо еще, что это будет происходить не под улюлюканье соседей-автолюбителей. Она решила парковаться глубокой ночью, когда те будут спать.



– Правильно, – поддержала ее Капитолина. – Вечерами нам некогда будет этим заниматься. Вечерами мы будем кататься по городу. Учиться управлять автомобилем, – заявила она Леньке, – а не просто заигрывать с другими водителями. – Для чего нужна девушке машина, кроме того, как заигрывать, она не знала. До работы можно прекрасно добираться на метро.

Маргарита ездить в свой цветочный магазин на общественном транспорте больше не хотела. Теперь, когда она стала обладательницей такого средства передвижения, о метро, трамваях и троллейбусах не могло быть и речи. Она влилась в гулкие ряды автомобилистов, в особую касту приближенных к техническому прогрессу людей, и ей не было места среди простых смертных. Но сколько ей учиться для того, чтобы к ней, блондинке за рулем, относились как к человеку! Марго поставила себе задачу – ездить каждый день для того, чтобы набраться опыта и своим мастерством переплюнуть всех остальных водителей. На меньшее она была не согласна, даже несмотря на то, что после вождения у нее дрожали ноги, от переизбытка чувств кружилась голова, а руки вновь жаждали ощутить кожаную оплетку руля.

– Держи, – Ленька протянул Маргарите ворох бумажек. – На первое время пригодится. Обязательно прилепи! Не выделывайся. О дамах за рулем нужно предупреждать заранее. – Он в нее не верил! – Я в тебя верю, – будто подслушав ее слова, сказал Ленька, – но это на первое время – обязательно!

Маргарита послушно взяла бумажки и увидела, что это автомобильные наклейки, уничижающие ее женское достоинство. На одной из них был изображен кипящий чайник, на другой их отчего-то было сразу два (вероятно, Ленька имел в виду ее и Капитолину), на третьей было просто написано: «Я – блондинка», а на четвертой была изображена дамская туфелька. Ладно, чайник она, может, и прилепит, предупрежден, значит, вооружен. Пусть видят этот значок и вооружаются кто чем может. Два чайника – это перебор. Обязательная буква «У» тоже займет свое место на стекле. Надпись про блондинок вообще неприличная. Не лепят же мужчины себе на автомобили «За рулем – брюнет», а стоило бы. Сколько симпатичных брюнетов ездят по дорогам, ненароком заглядишься и угодишь в кювет! Короче говоря, Маргарита одобрила «туфельку», которую они с Капитолиной прилепили на заднее стекло автомобиля. Женская обувь выглядит менее претенциозно, чем два кипящих чайника.

Ленька Захаров перед уходом прочитал небольшую лекцию о том, что он хотел бы увидеть девушек живыми и здоровыми и что для этого следовало делать. По его словам, выходило одно: ни в коем случае не садиться за руль. Маргарита вспомнила – то же самое ей твердил инспектор Свистунов. Она его не послушалась и ничего не потеряла. Во всяком случае, пока.

Боязнь потерять пришла поздним вечером, когда над городом сгустились сумерки. Маргарита, как обычно, устроилась на кухне с книгой в руках. Но она не успела прочитать и двух страниц, как со стороны двора раздалось противное пиканье. Через пять минут, за которые переполошился весь двор, на кухню прибежал злой родитель и высказал дочке все, что думает по поводу женщин за рулем. Марго сначала не поняла его претензий, в данном случае она находилась не за рулем, а за книгой. Когда до нее дошел смысл сказанного, сердце ушло в пятки и оттуда вызвало на помощь мозги. Волшебное словосочетание «твой автомобиль» вывело Марго из ступора. Она бросилась к окну и выглянула во двор. Действительно, пищала ее машина. Что там внизу происходило, она не видела. Марго судорожно обыскивала содержимое карманов в поисках брелка с пультом сигнализации. Он оказался в сумке, откуда его выудила Тамара Александровна. Маргарита вырвала брелок из рук матери и побежала вниз по лестнице, перепрыгивая, как молодая кенгуру, сразу через три ступеньки. Лифт, как обычно, не работал. Бастовали обе стороны: жильцы с первого и второго этажа, отказывающиеся за него платить, и организация, обслуживающая этот вертикальный транспорт. Спуск хоть и занял гораздо меньше времени, чем подъем, но успел собрать у автомобиля заинтересованных пенсионеров.

Они больше походили на стаю голодных шакалов, сгрудившихся вокруг беззащитной овцы. Роль овцы в данном случае отводилась Маргарите.

– Чуть не угнали! – возмутилась Маргарита, вовремя спохватившись, что лучшая защита – это нападение. – Это вы, господин Переделкин, пытались вскрыть мой автомобиль?! – набросилась Марго на того, кто стоял ближе к машине, отключая ее противное завывание.

Состояние инвалида Переделкина в последнее время позволяло ему вскрывать только упаковку лекарственных препаратов. Обвинение в свой адрес он воспринял в штыки, заметив, что яблоко от яблони недалеко падает и что старший Калугин не раз донимал дворовую общественность жутким воем своей автомобильной сигнализации. Товарищи его поддержали, добавили к отцу Марго еще тройку-другую таких же нерадивых водителей, потом все перешли на обсуждение Вовки Бубенцова, купившего не так давно новую стереосистему.

Маргарита тихо открыла салон и села за руль. Ноги сами нащупали педали сцепления и газа, руки вцепились в баранку, в глазах встал туман от ощущения полного блаженства. Родственник предупреждал, что сигнализация у «девятки» слишком чуткая и «пугается» каждого воробья. Чего она испугалась на этот раз, Марго так и не узнала. Сама она со страшной силой боялась потерять своего нового друга. Марго решила ночевать в машине. Она вернулась домой за подушкой и одеялом. Тамара Александровна чрезвычайно удивилась такому решению, до этого ее дочь всегда ночевала только дома. Или почти всегда. Но тогда она собиралась за Степана замуж, и никто из родителей не стал вмешиваться в отношения влюбленных. Вмешалась старая приятельница Степана, которая увела его практически из-под венца, но вскоре бросила – подвернулся более обеспеченный жених. И сколько Степан ни винился перед Маргаритой, ночевать та предпочитала дома.

Спать в машине оказалось неудобно: сиденье не раскладывалось полностью, подушка никуда не помещалась, фонарь светил прямо в лицо. Свернувшись калачиком и завернувшись в одеяло, Маргарита пыталась задремать. Было далеко за полночь, когда она проснулась от резкого удара в боковое стекло. Первой мыслью было то, что ее пытаются угнать вместе с машиной. Она открыла глаза, и звук о помощи замер в ее горле, так и не вырвавшись наружу. Сквозь стекло на девушку глядела натуральная собака Баскервилей, она облизывалась, прицениваясь к ее костлявому тельцу. Маргарита нащупала в кармане брелок с ключами, медленно достала его и вставила ключ в замок зажигания. Автомобиль заурчал, собака отошла на один шаг и замерла в ожидании хозяина.

Он появился через пару минут. Высокий, спортивного телосложения мужчина шел широким, размашистым шагом по направлению к ее автомобилю. В руках он держал какую-то веревку. Марго испугалась, издали он был похож на красавца-маньяка, решившего задушить свою очередную жертву. Крик, застрявший было где-то в горле, вырвался наружу одновременно с клаксоном автомобиля, на который Маргарита надавила что было сил. Дуэт оказался для собаки жуткой смесью, она отпрыгнула от машины и подбежала к хозяину. Тот взял ее на поводок и скрылся вместе с ней в соседнем подъезде. Маргарита не стала больше испытывать судьбу, схватила одеяло и убежала домой. Как только ее голова коснулась подушки, Марго погрузилась в сонное царство.

Ворча на судьбу и дочь, Тимофей Спиридонович устроился у кухонного окна и принялся караулить нежданный подарок своего брата. Не дело девице ночевать по машинам, она хоть и великовозрастная, но все-таки дочь. Будет ей хоть и сорок лет, она и тогда останется для него маленькой вредной Риткой, капризничающей по любому поводу. Вот и сегодня он сторожит ее очередной каприз. Дочь захотела стать водителем, а с детства обещала заниматься только цветочками. Он потерял бдительность – и вот тебе! Сиди ночью и карауль ее автотранспорт. А чем придется заниматься завтра?! Тимофей Спиридонович закрыл глаза и представил, как Маргарита создает опасную ситуацию на дороге, сбивает гаишника, столб, ларек с шаурмой, остановку, автобус с пассажирами, что-то еще… Море крови, стоны раненых, трупы, трупы…

Он вздрогнул и проснулся. Светало, солнце наполняло кухню яркими лучами, на березах запели птицы, ранние собачники вывели на прогулку своих питомцев. Вспомнив, а зачем он, собственно, сидит у окна, Тимофей Спиридонович подскочил. Но с автомобилем все было в порядке. Он стоял перед окнами целым и невредимым, не считая большого темного пятна на крыше. Оно оказалось кошкой, которую Калугин прогнал громким свистом из форточки. «Небось поцарапала машину, вредное животное! – подумал Тимофей Спиридонович и вздохнул. – Придется запустить дочь в гараж. Пусть оставляет свою машину там, не караулить же ее по ночам». Так старая «копейка» заняла свое прежнее место, на которое больше никто не покушался.

Глава 2

Биг-Бен, парламент. Снова Биг-Бен?!

Маргарита встала ни свет ни заря – в семь часов утра. Для нее это была рань необыкновенная, магазин открывался только в десять, персоналу следовало приезжать за пятнадцать минут до открытия, а ехать на метро, которое находилось совсем рядом, нужно было десять. Но она не собиралась отныне спускаться в подземку. Марго села за руль своего автомобиля и закрыла глаза. Как назло, все знания вылетели из головы, как будто их сдуло сквозняком. Что за чем включать, на какие педали и сколько нажимать… Она вспоминала вслух.

– Отпускаю сцепление и одновременно жму газ, – убеждала себя Марго.

– Плавно отпускаешь и плавно жмешь, – подсказал ей озабоченный мужской голос. Она открыла глаза и увидела Леньку. – Сейчас я тебя отвезу на работу, – твердо сказал он, – а ты будешь сидеть рядом и запоминать обратную дорогу. Вечером я не смогу тебя подстраховать.

– Ой, Ленечка! – засмеялась Маргарита. – Как здорово! Вечером я сама доеду, не беспокойся.

Леня Захаров по старой дружбе всегда выручал и помогал Маргарите, когда в этом была необходимость. Особенно Марго была ему благодарна за яркий фингал под глазом Степана на следующий день после побега с торжественного бракосочетания. Сейчас Леня сидел рядом и вновь предлагал свои услуги. «Ну почему, – подумала Маргарита, – принцы не бывают водителями фургонов и не развозят молочные продукты по магазинам?!» Тогда она точно выбрала бы Леньку и на этот раз не обожглась бы. И кто только придумал сказки про любовь? Может, ее вовсе нет, а она все ждет принца и надеется на большие светлые чувства.

Маргарита спохватилась, что Леня ждет, когда она освободит ему место водителя. Улыбнулась, пересела и задумчиво уставилась в окно. Нужно запоминать обратный маршрут, а то придется тыкаться, как слепому котенку. Дома мелькали за окном пестрыми вывесками и броскими рекламными щитами.

– Так, – запоминала Марго, – после парфюмерного магазина нужно повернуть направо, за универмагом свернуть налево, а от бутика с дорогущей обувью ехать прямо до… моего цветочного магазина! – Она обрадовалась завершению маршрута.

– Ты, Марго, словно к шопингу готовишься, – изумился Захаров. Он, в отличие от нее, предпочитал ориентироваться по дорожным знакам и светофорам.

Мужчина, что с него взять. Они не умеют думать сразу двумя полушариями, мыслят совершенно однобоко. Маргарита по пути успела разглядеть, в каких магазинах какие скидки, а не просто, как мартышка, заучила обратный путь. Возвращаться она предполагала с Капитолиной, заодно и забежать в пару магазинов, где скидки обещали быть до пятидесяти процентов.

– Держи ключи! – Ленька протянул ей брелок и поцеловал Марго в щеку. – Если что, зови. – И небрежной походкой направился в метро.

Маргарита поглядела на часы: до открытия магазина было больше часа. Хорошо, что у нее были ключи от подсобки, не то стоять бы ей на улице… Ах да! Как она только забыла. Сидеть ей в своей машине столько времени! А почему бы и не посидеть? Маргарита пересела на место водителя и завела двигатель, он нежно заурчал, сообщая о своей готовности двинуться в путь. Но двигаться Маргарита не стала, хорошего понемногу. И все хорошее ожидает ее этим вечером. Впрочем, может быть, и раньше. Из выхода метро показалась заведующая магазином и, как савраска, понеслась к магазину. Точно! У нее был отчетный период, потому она пришла гораздо раньше. Маргарита нажала на клаксон, привлекая к себе ее внимание. Та, заслышав возле себя протяжный гудок, резко отпрыгнула в сторону, испугавшись, что ее собираются давить со смертельным исходом.

– Я же не асфальтовый каток, – усмехнулась Маргарита, показывая голову из салона. Заведующая обомлела и забыла про отчет.

После нее на водительском месте сидела и бибикала продавщица Варя, уборщица тетя Соня, девочки из соседнего магазинчика попутных принадлежностей, девочки из отдела сувениров… Цветочный магазин на этот раз открыли с большим опозданием. Хорошо, что с утра никто не торопился закупать букеты. Маргарита закрыла автомобиль, погладила рукой боковое зеркало и провела взглядом по антенне. «Нужно будет на этот бесполезный штырь какую-нибудь яркую ленточку нацепить. Украшением машину не испортишь». И помыть бы автомобиль следовало, и нарисовать на нем что-нибудь интересное. К примеру, изобразить морской пейзаж. Маргарите теперь не скоро придется съездить к морю. Куда она денет свою малышку? Оставит на произвол судьбы и родителей?! И почему она думает о машине как о девочке? Ее автомобиль должен быть с мужским характером. Ленточку лепить она не будет, а нарисовать закажет что-нибудь мужественное. Хочется ощутить рядом с собой настоящего жеребца, пусть даже железного. А еще приятнее не просто ощущать, а управлять им, чтобы он подчинялся каждому ее движению. Чтобы подчинялся велению руки, одному взмаху ресниц…

– Ну ты даешь, – восхитилась Варя. – Тогда нужно было брать «японца». У них автомобили компьютерными программами наворочены. Только что не летают.

– Я – патриотка, – искренне веря в свои слова, говорила Маргарита. – Езжу на отечественном автомобиле и рекламирую родной автопром. Пока он меня устраивает.

– Да, – с чувством глубокой зависти ответила Варя. – Везет же людям.

Маргарита знала, что ей повезло. Получить в двадцать с небольшим хвостиком свой собственный автомобиль – редкая удача. Возможно, лет через пять-десять у нее будет свой «японец». А пока ее задача – научиться сносно водить простую «девятку». Она и училась, подбирая сиреневые лилии к белым хризантемам. Мысленно представляла себя за рулем, поворачивала ключ, поочередно нажимала на педали, дергала коробку передач… И кто только ее придумал! Варя сказала, что у «японцев» она автоматическая и переключается сама. Умные люди, до чего додумались. В любом автомобиле масса лишних деталей. Почему педалей три, когда у человека только две ноги?! Представьте себе велосипед с тремя педалями. Одна точно будет крутиться в противоположную сторону, и ехать будет невозможно. А на автомобиле хочешь не хочешь – езжай.

– О! Калугина, там не твоя поехала? – задавали ей один и тот же вопрос все, кому было не лень этим интересоваться. И Маргарита каждый раз дергалась, подбегала к витрине и проверяла свою «девятку». Та стояла смирно и темнела на солнце немытыми боками, всем своим видом говоря: «Кому я нужна, кроме тебя, дорогая моя хозяйка». Маргарита успокаивалась и бежала к лилиям, в который раз представляя, как она сядет за руль, заведет мотор и нажмет на педали.

Она это сделала, как только закончился рабочий день. Как раз когда она садилась за руль, подбежала Капитолина и, отдышавшись, сообщила о сезонной распродаже на ярмарке, но Маргарита кисло заметила, что пока запомнила только обратную дорогу. Придется воспользоваться теми скидками, что встретятся им по пути. Капитолина не стала настаивать и заскочила на переднее место рядом с водителем – с Маргаритой. Та сидела исполненная гордости за предстоящее ответственное дело. Подруга махнула рукой, как первый космонавт, и сказала: «Поехали!» Автомобиль сдвинулся с места.

То, что учиться ездить по городским улицам нужно было каждый день, Марго догадалась сразу. Тогда бы она, по крайней мере, не заблудилась между трех памятников архитектуры.

– Так, прямо до бутика с дорогущей обувью, после него налево или направо до парфюмерного магазина, – рассуждала вслух Маргарита, двигаясь по левой полосе дороги с предельно низкой скоростью.

– Ой, на доме табличка висит, что он – памятник архитектуры девятнадцатого века. Марго, ты бы хотела жить не в доме, а в памятнике? – щебетала Капа. – Ой! А рядом с памятником магазин. Маргарита! Там скидки до пятидесяти процентов! Чего сигналишь?! – Капитолина обернулась к уткнувшемуся к ним в хвост джипу. – Не видишь, люди едут! Не нравится, ходи пешком, – менее уверенно добавила она.



– Людей не вижу, – криво усмехнулся обгоняющий их водитель джипа. – Одни блондинки в машине! Мать моя женщина, что делается, бабы заполонили все дороги…

Маргарита закрыла окно и увеличила скорость до сорока километров в час. Когда едешь с такой скоростью рядом с кем-то, то кажется, что продвигаешься черепашьим шагом. Когда сидишь за рулем сама – несешься со скоростью света. Нестись Марго не хотела, она не знала куда. Для того чтобы вспомнить, налево или направо нужно сворачивать, девушки решили объехать вокруг и вернуться на исходную позицию. Тихо ездить по кругу было совершенно необременительно. Другие водители так не считали, джентльменов из себя не строили и гудели «девятке» наперебой.

– Марго! Снова этот дом-памятник, а там – скидки, – стонала Капитолина. – Настоящее безумие ехать мимо магазина, где в витринах огромными буквами написано про пятьдесят процентов…

– Сейчас разберемся, – не суетилась Марго. – Направо мы уже сворачивали и попали в круговорот. Сейчас свернем налево и поглядим, что там.

– Правильно, – обреченно согласилась с ней Капитолина. – Возможно, и там есть дом-памятник со скидками. – Через пять минут она радостно завопила: – Есть, Марго! Точно есть! Вон на той стороне в витрине скидки до сорока процентов… Снова мимо?! Выпусти меня отсюда, меня начинает тошнить от езды по кругу. «Биг-Бен, парламент. Биг Бен, парламент. Снова Биг-Бен», – процитировала она героя своей любимой комедии, который так же, как и они, не зная дороги, колесил по кругу.

– Готовься! – скомандовала Маргарита. – Сейчас я остановлюсь у пешеходного перехода и сделаю вид, что пропускаю пешеходов. А ты выскакивай осторожно и беги в магазин. Посмотришь, на что там скидывают, позвонишь и расскажешь. А я пока поезжу по кругу.

На запрещающий сигнал светофора Марго остановила автомобиль, пропустила пешеходов и выпустила отчаявшуюся было Капитолину. Та умудрилась выскочить под колеса троллейбуса, обозвала водителя «рогатым придурком» и посоветовала ему ходить пешком.

Водитель троллейбуса покрутил пальцем у виска, а пассажиры недоуменно пожали плечами: девица чуть не попала под троллейбус, но вместо того чтобы быстренько бежать прочь с проезжей части, остановилась и принялась ругаться с водителем. Марго сделала вид, что не заметила инцидента. Не хватало ей только вылезать из машины и поддерживать ругачую Капитолину. Вмиг на дороге образуется пробка, в которой все эти шовинистически настроенные особи мужского пола обвинят именно ее, а не водителя троллейбуса, который мог бы не связываться с ее подругой. С ней только свяжись. Вот сейчас придется заходить на очередной круг (Марго почувствовала, что управляет летательным аппаратом), пилотировать к магазину, в котором скрылась Капа, и приземляться неизвестно где. Краем глаза, удаляясь от магазина, она заметила, что там нет ни одного свободного места.

– Биг-Бен, парламент, – повторила Марго, проезжая мимо дома-памятника, – и снова Биг-Бен.

Про парламент сказать она не успела, заверещал мобильный телефон. Звонила Капитолина, которая на распродаже приглядела себе симпатичную блузку.

– Тебе брать?! – орала она в трубку. – Или ты копишь на бензин для того, чтобы кататься по кругу?! А то тут всего две блузки. Нам повезло, они совершенно разных оттенков.

– Очень смешно про бензин, – процедила Марго и решила во что бы то ни стало припарковаться рядом с магазином. Пусть Капа и все остальные поймут, что она не какая-то там водительница-неумеха, а настоящая блондинка за рулем. Хотела подумать: «ас за рулем», а получилось черт-те что. Что и было на самом деле. Во всяком случае, пока. Она была настойчивой и не собиралась останавливаться на достигнутом. «Ездить каждый день», – твердила себе младшая Калугина как молитву.

Когда показался заветный магазин, Маргарита снизила скорость и включила аварийную сигнализацию. Мигая одновременно всеми огоньками, «девятка» смело подрулила ближе к витрине, залезла брюхом на пешеходный переход и замолчала. Марго испуганно высунулась, никто не обратил внимания на ее маневр. Машины ломались у всех, от этого никто не был застрахован. Маргарита прекрасно помнила, как отцовская «копейка» одно время постоянно глохла у светофоров. Боялась их панически. Может, и ее автомобиль тоже заглох, только на пешеходном переходе. Маргарита бросила его и пулей влетела в магазин, витрины которого были так призывно украшены.

– Где блузка?! – издали закричала она подруге, стоявшей у расчетного центра. Та показала ей ворох кружев, зажатый в кулаке. – Покупай и мне! – одобрила Маргарита и выскочила назад.

Автомобиль стоял на прежнем месте, за пять секунд на него никто не успел покуситься. Марго села за руль и поехала совершать очередной круг. Этот путь она выучила наизусть и смогла бы проехать по нему с закрытыми глазами.


На очередном витке Маргарита заметила Капитолину, готовящуюся к прыжку в салон. Та ходила взад-вперед, разминаясь и приноравливаясь к беспрецедентному полету, но Маргарита неожиданно остановилась прямо рядом с ней. Капитолина изумилась и обернулась на водителей, терпеливо ждущих, пока дама сядет в авто. Капа даже протерла на всякий случай глаза, это было в действительности.

– Что это с мужиками? – поинтересовалась она у подруги. – Я еще не успела надеть новую блузку.

Маргарита улыбнулась и отключила аварийную сигнализацию. Раскрывать свою маленькую хитрость ей не хотелось. Пусть Капа думает, что мир перевернулся с головы на ноги и мужчины вновь стали галантными кавалерами, позволяющими дамам делать все, что им только заблагорассудится. Даже на проезжей части улицы. Мир перевернулся, и мужчины поняли, что только дамы водят машины аккуратно, спокойно, делая при этом несколько дел одновременно. Они это поняли и решили не мешать.

Маргарита делала сразу три дела: крутила руль, давила на педаль тормоза и вспоминала обратную дорогу. Капитолине, пролившей бальзам в виде блузки на раненое скидками сердце, больше не хотелось выскакивать из машины. Она сидела и строила очаровательные рожицы водителю соседнего автомобиля. Привлекательный мужчина средних лет с невыразимой тоской в серых глазах пытался объясниться с ней знаками, но та ничего не понимала и мило пожимала плечиком.

– Гляди, – толкала Капа подругу в бок, – какой симпатяшка. Только молчит, ничего не говорит. Может, немой? Не в том смысле, что он не мой, а в том, что не разговаривает.

– Заговори сама, – посоветовала Марго.

– Вы не подскажете, – обратилась к нему на очередном светофоре Капа, – как проехать до улицы Дзержинского, дом № 45? – Она откровенно кокетничала, но особенно не старалась. Если этот тип сейчас начнет объясняться на пальцах, далеко с ним она не уедет.

– Прямо, милая девушка, – обрадовался симпатяшка, – а потом…

– Кто это там «милая девушка»?! – С заднего сиденья поднялась всклокоченная женская голова.

– Я! – заявила Капитолина вредной тетке и попросила подругу поддать газу. – Ездят тут всякие.

Маргарита обрадовалась подсказке и поддала. Она совершенно забыла, что сначала нужно ехать прямо, а не направо и не налево. Кстати, стороны света она безбожно путала и успокаивала себя тем, что это присуще многим настоящим женщинам. Инструктор в автошколе научил ее запоминать правую сторону. Теперь, когда Маргарита собиралась поворачивать направо, она представляла, в какой руке держит обеденную ложку. И радовалась, что она не левша.

По верному пути ехали медленно, пришлось разглядывать знаки, установленные и вывешенные на дороге. Они терялись за рекламой полураздетых женских тел, возлежащих на кожаных диванах, и подругам приходилось прилагать немало усилий, чтобы их отсортировать. К тому же Капитолина не теряла надежды на каком-нибудь светофоре познакомиться с водителем иномарки. Но Маргарита начинала медленно тащиться после того, как загорался зеленый свет, все машины их резко опережали, так что знакомиться оставалось только с их задними фарами. Те мужчины, которым Капитолина успевала улыбнуться, махали ей на прощание рукой. Разочарованная после нескольких безрезультатных попыток, она занялась изучением дорожных знаков и стала помогать подруге, взяла на себя роль штурмана. Маргарита на всякий случай включила аварийную сигнализацию, благодаря которой спокойно доехала до своего двора. Конечно, в особо опасной близости к дому она ее быстренько отключила. Мало ли что может подумать Валентина или тот собаковод-маньяк. Она еще только учится водить машину, но пусть об этом знают только свои, а не вся округа.

– Классно доехала, – поцеловала ее в щеку Капитолина. – Молодец! Поздравляю!

Но Марго прекрасно понимала, что радоваться еще слишком рано. Нужно было парковаться, мест, естественно, не было. Она поставила автомобиль прямо под окнами дома, перекрыв полностью и так небольшой проезд. Тут же поблизости показалась еще одна машина, и парень, высунув голову в щель тонированного стекла, проорал девицам, чтобы те сдали назад.

– Ты что, перец? Какое «назад»? – возмущенно ответила ему Капитолина, хлопая длинными ресницами и поправляя блондинистую челку. – У нас машина с передним приводом!

Парень внимательно поглядел на нее, понял, что та не шутит, округлил глаза и сдал задним ходом сам.

– Знаю, знаю, – поспешила возразить Капа. – Она ездит задом, ездит. Зато какой эффект!

Следом за парнем задом сдавал большой неповоротливый джип. Маргарита беспомощно обернулась в поисках Леньки Захарова. Когда не надо, он всегда тут, а когда надо, его не дождешься. На улице начинало темнеть, водить автомобиль в темноте Маргарита панически боялась.

– Раз ты больше ничего не можешь сделать, – обрадовалась Капитолина, – поедем кататься по кругу! Только давай по Садовому кольцу, оно, по крайней мере, побольше.

Маргарита ужаснулась тому, на что ее толкает подруга. С другой стороны, когда-то нужно начинать… Или позвонить Леньке Захарову, он живет совсем рядом, прибежит и припаркует ее автомобиль. Если не работает. Маргарита вспомнила, что Захаров работал посменно. Наверняка, по закону подлости, сейчас как раз его смена развозить молочные продукты по торговым точкам. Она полезла в сумочку за мобильным телефоном и неожиданно увидела отца. Он шел, глядя мимо нее, куда-то в сторону магазинов. Маргарита подумала, что мама послала его за хлебом, заканчивающимся часто так не вовремя. Но отец подошел к ней, мимоходом поздоровался с Капитолиной, важно осмотрел «девятку» со всех сторон и буркнул дочери:

– Хорошая машина. Ездит нормально? – Он похлопал автомобиль по капоту.

– Нормально, – ответила Маргарита, не понимая, чего он хочет.

– Жалко ее держать под окнами, – заметил отец. Маргарита кивнула головой. – Я вот тут подумал, дочь, – Тимофей Спиридонович вздохнул, – ставь ты ее в гараж!

Широкий жест поразил Маргариту в самое сердце. Такого от родителя, трясущегося над своей «копейкой», она не ожидала. Он жертвовал своим гаражом ради ее машины! И не только им. Старый «жигуленок» теперь будет выброшен на улицу. Маргарита прослезилась и кинулась обнимать отца.

– Ладно, – отмахивался тот, – чего уж там. Что я, ничего не понимаю? Давай ключи, сегодня поставлю сам. – Маргарита протянула ему ключи от автомобиля и только сейчас заметила, что отцовская «копейка» уже сиротливо стоит перед подъездом.

– Ну и как?! – с порога набросилась на дочь Тамара Александровна. – Доехали без приключений?

– Без приключений, – с сожалением ответила вместо Марго Капитолина.

– Вот и отлично! – обрадовалась мать. – Сейчас отец вернется, поужинаем. Он за хлебом пошел.

Маргарита улыбнулась. Неужели он матери ничего не сказал о своей великой жертве? Тамара Александровна прошла вместе с девушками в комнату и выглянула в окно:

– Где она, твоя красавица? Что-то я не вижу. Только «копейка» наша стоит.

– В гараже, – ответила Маргарита. – Отец поехал ставить мою машину в гараж.

– Надо же, – всплеснула руками Тамара Александровна, – цени. Это отцовская любовь!

– Вот, вот, – проворчала, как маленькая симпатичная старушенция, Капитолина. – Она нас преследует, эта родительская любовь. Видно, другой просто нет на белом свете.

Тамаре Александровне было странно слышать такие слова от двадцатитрехлетней девушки. Ладно Маргарита, у которой произошло недоразумение перед самой свадьбой, но отчего Капитолина разуверилась в любви? За ней ухаживает такой хороший мальчик Ленечка Захаров, со всех сторон положительный парень, с квартирой, работой, чувствами. Чего ей еще нужно? Тамара Александровна не понимала. Капитолина постоянно твердила, что Леня не ее парень, а просто их с Маргаритой хороший друг. В это вполне можно было поверить, глядя на то, как он помогает то одной, то другой. Но опытная мать сердцем чувствовала, что Леня привязан к девушкам не просто дружбой. В последнее время, когда у дочери появился автомобиль, он стал приходить чаще. Тамара Александровна стала лелеять надежду, что Маргарита влюбится в этого хорошего мальчика и выйдет за него замуж. Лучшего зятя Тамара Александровна для себя не представляла. Но, как теперь оказалось, современные девицы не верят в любовь. Неужели и ее дочь предпочитает любить только свой бездушный автотранспорт?

– А как дела у Ленечки? – поинтересовалась она как бы невзначай, разогревая ужин.

– Не знаю, – призналась Маргарита, – утром было все в порядке. Он мне дорогу показал до работы.

– Какой хороший парень, – одобрила поведение Лени мать, и у нее снова появилась надежда.

Маргарита всегда знала, что он хороший. Еще с детского сада, куда они ходили все вместе: Леня, Капитолина, Валентина и она. В школе оказались в одном классе, Капа с Леней вообще сидели за одной партой. Первый поцелуй с Ленькой достался Маргарите, она наградила его за часовые бдения под ее окном. Потом у нее появился Степан, и Захаров отошел на второй план. Она думала, что он особенно не переживал по этому поводу, но со Степаном после их несостоявшейся свадьбы разобрался по-мужски. С тех пор они друзья. Да, Ленька Захаров хороший парень.

– Нужно будет ему позвонить, – неожиданно вспомнила Капитолина.

– Зачем? – с ревнивыми нотками в голосе поинтересовалась Тамара Александровна.

– У него есть знакомый аэрограф, – пояснила той Капа. – «Девятку» нужно приводить в нормальный вид. А для этого нужно к аэрографу записаться. Они, эти художники по металлу, сегодня пользуются большой популярностью. Интересно, а художник холостяк или уже растит наследника?

Тамара Александровна воспротивилась художественным изображениям на девственной чистоте автомобиля. Но кто ее, собственно, спрашивал? Машина была Маргариты, ей и решать. К тому же оплачивать услуги аэрографии ей придется самой. Пусть рисует на ней что хочет. Тамара Александровна поняла, что на этот раз материнское вето будет проигнорировано, и попросила дочь изобразить на автомобиле что-либо приличное: птичек, цветочки, на крайний случай горный ландшафт. На бурном обсуждении изображения пришел довольный Тимофей Спиридонович. Ему больше нравились кони, которых он посоветовал дочери изобразить в полный рост. Капитолина заявила, что машина и жеребцы – две совершенно разные вещи и спорить по поводу изображения нет смысла, возможно, у художника трафарет, с которого тот делает все картинки.


Когда Маргарита отправилась провожать Капитолину, из кухни все еще слышалось:

– Кони! – волновался Тимофей Спиридонович.

– Сам ты конь, – возмущалась его супруга. – Букетик гвоздик!

– С ними только на кладбище, – съязвил тот и стукнул кулаком по столу. – Кони!

На улице уже совсем стемнело. Тусклые фонари плохо освещали небольшой двор с одной пешеходной дорожкой, связывающей два дома, где жили подруги. Девушки решили пройтись по этой дорожке и подышать свежим воздухом. Капитолина как раз говорила о том, что за машиной нужно ухаживать. По крайней мере, хотя бы один раз помыть. Маргарита, согласившись с ней, пообещала завтра же заехать на ближайшую автомойку. Но Капитолина заявила, что они пока еще не носят фамилию Гейтс, так что помоют машину сами и бесплатно. Следующий день был выходным, и они договорились встретиться у гаража ровно в одиннадцать часов утра с ведрами и тряпками. К Маргарите закралась было мысль, что все это неспроста. Ее подруга, да и она сама не отличались болезненной аккуратностью. Но Капитолине так хотелось мыть машину, что Марго отогнала непростые мысли прочь. Хочет, пусть моет.

На обратном пути, подходя к дому, Маргарита заметила мечущуюся у соседнего подъезда тень. Ей стало страшно. В этот подъезд вчера зашел красавец-маньяк со своей дикой собакой Баскервилей. Видимо, сегодня он наметил очередную жертву и собирается ее задушить собачьим поводком, а Марго станет невольным свидетелем, от которого он постарается избавиться или сейчас же, или впоследствии. Она остановилась на середине дорожки и замерла, надеясь, что собака ее не заметит. Сюда не доходил тусклый фонарный свет. Но мужчина был у подъезда один. Он огляделся по сторонам и направился за угол дома. Маргарита еще немного постояла и решила пойти. Не стоять же здесь вечность? Тем более пока еще не видно собаки. Опасность того, что они оба – маньяк и его жуткая собака – выскочат из-за угла дома, была совершенно очевидна. Но они не выскочили. Маргарита забежала в подъезд и взлетела на свой этаж. «Завтра же, – подумала она, – нужно будет выяснить, кто этот мужчина».

Глава 3

Вас снимала скрытая камера. Смотрите свои физиономии в пятницу вечером

Почему Капитолина так рвалась мыть машину, Маргарита догадалась сразу, как только та показалась на горизонте. К этому моменту новая владелица «девятки» вызволила ее из гаражного плена на солнышко, начинающее хорошенько прогревать воздух. Маргарита набрала ведро воды и старательно терла стекла автомобиля, когда появилась ее подруга. Она шла, размахивая пустым ведром и беспардонно виляя пухлой попой в немыслимо коротких шортах. Встречающиеся на ее пути мужчины, коих в гаражном кооперативе было подавляющее большинство, шарахались в сторону. Капитолина думала, что они шарахаются от ее пустого ведра. Есть такая примета: женщина с пустым ведром – к пустому карману. Маргарита была уверена в том, что окружающие разбегаются от Капиного вида.

– Ты что? – зашипела она подруге. – С ума сошла? На улице всего плюс десять!

– А мы не собираемся стоять на одном месте, – громко заявила Капитолина. – Мы будем трудиться!

Маргарита сразу не поверила этому «мы». Хотя Капа и начала с того, что набрала воду в свое ведро. Дело происходило неподалеку у водозаборной колонки, где, помимо Капитолины, уже находились другие владельцы автомобилей, собирающиеся помыть свой автотранспорт. Для Капитолины это был Клондайк. Столько мужчин разом она видела только на футболе, куда ее однажды водил Ленька. У него был лишний билет на суперматч, и он почему-то предложил его Капе. Здесь, в гаражном кооперативе, было гораздо интереснее, чем на матче. Мужчины стояли рядом, и их при желании можно было потрогать. Ну, на крайний случай хотя бы поговорить с ними.

– Вот, – вздыхала Капа, – все приходится делать самим. Сами водим, сами моем.

Мужчины посторонились, пропуская ее без очереди.

– Что вы, что вы, – кокетничала Капитолина, – я лучше постою. Мне ждать не тяжело. Вот нести это нелегкое ведро…– Нести ведро самой, естественно, ей не пришлось. За нее это сделал бугай по имени Федя. – Спасибо, Федор, – важно поблагодарила Капитолина парня. – Вы нам очень помогли.

Но Федору не хотелось уходить. Он постоял рядом с девушками, наблюдая за процессом мойки.

– Так это, – пробасил он, почесывая затылок, – есть стеклоочиститель.

– Да что вы говорите? – искренне изумилась Капа. – Я-то думала, что химические препараты годятся только для домашнего хозяйства. – И Федор побежал за стеклоочистителем.

Через полчаса рядом с Маргаритой стояло бесчисленное количество банок, склянок, пузырьков, предназначенных для ухода за автомобилем. Разбираться с ними Маргарите пришлось самой, Капитолина напропалую кокетничала с Федором.

– Девочки, – раздался рядом с ними веселый голос, – а у вас есть полироль?! – И голос материализовался в парня привлекательной наружности.

– Нет! – обрадовалась новому знакомству Капитолина. – Как раз полироли у нас нет. А мы в ней так нуждаемся! – И она, бросив Федора, принялась кокетничать с Владиславом. Угрюмый Федор подошел к Марго и сообщил, что дарит девушкам все свои пузырьки. Марго кисло улыбнулась, что ей делать с такой массой бутылочек, она не знала. Инструкции их можно было изучать часами. Но спрашивать Федора она не стала, тот показался ей расстроенным. Ветреная подруга переключила свое внимание на более привлекательного самца.

– Ничего не поделаешь, – сказала она Маргарите, отослав Владислава за водой, – естественный отбор. Выживает красивейший. – По всей видимости, в данном случае она имела в виду себя, любимую.

– Выживай скромнее, – посоветовала ей Марго, полоская тряпку, – мне здесь еще жить и жить.

Владислав прибежал с полным ведром, не расплескав ни капли, за что получил очередную порцию приятных слов. Капитолина собралась увлечься им всерьез, но внезапно заметила, как тот, резко переменившись в лице, поскакал на задних лапках в свой гараж. К нему как раз подходила крупногабаритная особа женского пола. Особа презрительно поглядела в сторону Капитолины и властно зашла в гараж Владислава, громко захлопнув за собой дверь.

– До чего докатились женщины! – переживала Капитолина. – Они уже караулят своих самцов, не давая тем проходу даже в собственных гаражах. Она его там сейчас убьет в порыве ревности. Бедный Владик пострадает из-за меня. – Но Владик не пострадал. С довольным видом, не глядя на девушек, он выехал из гаража на автомобиле вместе со своей женой. – Вот и верь после этого мужчинам, – горестно подвела итог Капитолина, глядя им вслед. – А где же Федор? – спохватилась она.

Но его гараж был закрыт. Капитолине пришлось начинать все сначала. Она собрала кое-какой мусор и направилась к мусорным контейнерам.

– Все приходится делать самим, – донеслось до Маргариты.

Результатом заигрываний Капитолины с доброй дюжиной мужчин из гаражного кооператива стал порядок в калугинском гараже. Капа познакомилась с парнем, чей гараж находился у самой помойки, и вынесла туда весь мусор. Если бы это увидел Тимофей Спиридонович, то он бы обомлел.

Мусор собирался годами. Капитолина, волоча за собой тяжелый аккумулятор – более легких ненужных вещей уже не осталось, – указала подруге на недопустимую грязь на полу автомобиля.

– Хорошенько помой пороги, – посоветовала она. – Есть такая примета. Если девушка плохо моет порог, то жених у нее будет кривой. Я, конечно, не очень верю в эту ерунду, но нужно подстраховаться.

– Ага, – пообещала ей Марго, – обязательно подстрахуюсь. Только аккумулятор верни на место. Отец не разрешит выбрасывать запасные части.

– Эта старая рухлядь – запасная часть?! – изумилась Капитолина, разглядывая то, что волокла. – Нет, – она уверенно покачала головой, – запасные части должны быть новенькими и блестящими. Их нужно покупать в магазине, где есть большой выбор… Кстати, а почему мы еще возимся с машиной? Не пора ли отправиться по магазинам запчастей? Прикупить что-нибудь полезное? А, Марго?

– Понимаю, – ответила та, доставая резиновые коврики из салона, – там большой выбор.

– Конечно, в таких магазинах много мужчин, – согласилась Капитолина. – Идем?! Или едем?

– Как только, так сразу, – пообещала ей Марго и занялась мытьем. Капа нашла старую газету, разорвала на кусочки, изобразив из нее мусор, и понесла их на свалку.

Маргарите нравилось возиться с машиной. Тем более приводить ее в чистый, аккуратный вид. Она с нежностью, как будто это был не автомобиль, а щенок, проводила влажной губкой по приборной доске, уговаривая ту хорошо мигать всеми лампочками и не капризничать. Говорят, как мужчина относится к своему автомобилю, так же он относится и к своей женщине. Если он заботится о машине, значит, будет заботиться и о даме. Применительно к Маргарите это действовало противоположным образом. Ей хотелось ухаживать за своей «девяткой» и совершенно не обращать внимания на окружающих самцов. Те пока обращали внимание только на ее подругу, которая крутилась возле мусорной кучи, ощущая себя королевой ненужного барахла. Хорошо зная характер своей подруги, Марго прекрасно понимала, что вскоре Капе наскучит сидеть в гаражах несмотря на обилие представителей сильного пола. Наскучит, если ни один из них не клюнет на нее серьезно.

– Что-то стало тоскливо, – сообщила Капитолина Марго спустя небольшой промежуток времени.

– А как же Федя? – поинтересовалась Марго, надеясь занять подругу объектом внимания.

– Федю съели медведи, – буркнула Капа. – Он исчез. Я прогулялась пару раз между гаражами, никого приличного не видно. Складывается такое впечатление, что если они и есть, то уже давно заняты совершенно неприличными женами. Чего стоит только супружница Владислава? Везет же дурам!

Себя Капитолина считала на редкость умной особой, несмотря на сногсшибательную привлекательность и неповторимый шарм. Отчего-то и то и другое мужчин интересовало редко.

– Они тебя боятся, – высказала предположение Маргарита. – Ты пугаешь их своими шортами.

– Я думаю, – покачала головой та, – они боятся моей неземной красоты, – и засмеялась.

Маргарита уговорила подругу потерпеть еще немного и пообещала прокатить ее вокруг дома. Автомобиль был весь вымыт, но не пропадать же подаркам – хотелось его отполировать. Для этого он должен был подсохнуть. Капитолине ничего не оставалось, как сидеть вместе с Марго в салоне и, пока он сох, рассуждать о смысле жизни. Смысл заключался в одном – подцепить обеспеченного парня, желательно сироту, без вредных привычек.

– Вон тот, который возится с «Мерседесом», очень даже ничего, – рассуждала Капа, приглядываясь к очередной жертве. – И расстояние небольшое, ему нас хорошо видно. Ты знаешь, – она хитро прищурилась, – отполирую я машину тебе сама. Должна же быть на свете справедливость. Ты возилась в холодной воде, мыла ее, намывала. Теперь моя очередь возиться с твоей машиной.

Маргарита удивилась трудовому подвигу подруги, предпочитающей делать все чужими руками. В чем был подвох, она догадалась после того, как Капитолина выскочила из салона и принялась тереть машину. Где простая бухгалтерша Куролесова научилась так извиваться и отклячивать попу, представить было трудно. В детском саду? В школе? В колледже? Нигде ничему подобному ее не учили. Это было ей дано на уровне подсознания, заложено в генетическом коде. Маргарита бы так ни за что не смогла.

Эротический танец – Капитолина включила автомобильную магнитолу – приковал внимание всех без исключения мужчин гаражного кооператива. Под звуки музыки Капа медленно, но очень сексуально, производила движения рукой с тряпкой взад и вперед, извиваясь всем телом. Она наращивала темп, и уже две руки чувственно держали тряпку, а голые ноги подрыгивались в такт рукам, тело пружинило, выпячивая вперед грудь…

– Срамота, – произнесла Маргарита из салона, где наблюдала всю картину. Но ей стало интересно. Окружающие с бесстыдным любопытством разглядывали ее подругу, мужчины пожирали глазами ее тело. Марго вышла из салона, положила на место чистые коврики и подмигнула Капитолине.

– Все! – дотанцевав, заявила та. – Всем спасибо. Вас снимала скрытая камера. Смотрите свои глупые физиономии в пятницу вечером по третьему каналу! – И звонко рассмеялась.

Мужчины разбежались, как тараканы, которых застал яркий свет.

– Так им и надо, – сказала Капитолина, обиженная на весь гаражный кооператив.

– Да, – произнесла Марго, – они надолго запомнят, как мы мыли машину.

На чистом автомобиле нормально ехать было практически невозможно. Маргарита старалась объезжать все попадающиеся на пути лужи. Она делала это непроизвольно, шарахаясь в сторону от воды, производя впечатление, что за рулем сидит пьяный водитель. «Девятка» выписывала такие странные пируэты на дороге, как Капитолина на ней. Маргарита постаралась взять себя в руки и разъяснить самой себе, что надолго удержать автомобиль в идеально чистом состоянии нельзя, что небольшая лужица машине не повредит, пусть привыкает к грязи, не мыть же ее каждый день… «Девятка» жалобно урчала и продолжала с маниакальным упорством объезжать лужи. Маргарита кое-как доехала до своего двора и встала, как обычно, посредине проезда. По-другому у нее никак не получалось. Капитолина требовала продолжения, теперь она мечтала попасть в магазин автозапчастей.

Но в этот день ей было не суждено там оказаться. Во дворе на скамейке сидел Ленька Захаров. Заметив подруг, он поднялся им навстречу. Как оказалось, он уже договорился с художником, чтобы тот посмотрел машину и оценил объем работ. Маргарита обрадовалась, что так вовремя помыла автомобиль и постаралась его доставить чистым. Капитолина тоже обрадовалась, но по другому поводу. У нее намечалось знакомство с художником! Она кинулась к Леньке и поцеловала его в щеку. Захаров покраснел, не успев спокойно отреагировать на этот девичий порыв. Маргарита заметила, что не стоит радоваться раньше времени, вполне возможно, что художник женат и обременен кучей сопливых ребятишек. Ленька сказал, что парень закоренелый холостяк, и получил от Капитолины еще один поцелуй.


Евгений Капустин был принципиальным закоренелым холостяком не потому, что имел противоположную мужскому естеству ориентацию. С нею все было в порядке. Просто на его глазах страдали родители, ругаясь друг с другом на протяжении двадцати лет, и, превращая совместную жизнь в ад, в своих проблемах обвиняли единственного сына. Из-за него, как говорили мать и отец, они продолжают оставаться одной семьей, чтобы дитю было комфортно. Ему было гораздо комфортнее без семьи, и он поклялся ни за что в жизни не жениться. Девушки Евгению нравились, даже очень. Из чувства вредности он предпочитал исключительно брюнеток – мама Евгения была блондинкой. Капитолина не знала про предпочтения художника, который ей понравился с первого взгляда. Он стоял в заляпанном краской комбинезоне, его светлые волосы были собраны в пучок, перетянутый черной резинкой. Взгляд Капустина был отстраненным от бытия и устремленным в неземные дела. Таким Капитолина всегда представляла истинного художника, творца и созидателя красоты и гармонии.

Правда, Капустин созидать наотрез отказался, свалив свое нежелание заниматься машиной Маргариты на нехватку времени. Но позволил себя поуговаривать и даже предложил гостям кофе.

Кофе оказался мерзким быстрорастворимым напитком из пыли с сахаром. Капитолина посмотрела на художника другими глазами. Теперь он показался ей беззащитным гением, которого следовало срочно брать под опеку. Она решительно заявила, что пить такой кофе невозможно, и кинулась в ближайший магазин. Капустин взъерошил челку и задумался. Пока Захаров вспоминал, какие они хорошие друзья, а девчонок нужно обязательно выручить, Евгений думал о своем. Впервые в своей холостяцкой жизни он задумался о подруге, которая будет с ним жить для того, чтобы варить ему кофе. В роли подруги он представлял не Капитолину, но та об этом совершенно не подозревала и сварила ароматный напиток по всем правилам. Капустин попробовал хороший кофе и укрепился в своем неожиданном желании завести постоянно живущую с ним подругу. Оформлять брак с ней он ни в коем случае не собирался. Пусть довольствуется гражданским сожительством.

Захаров в который раз отвлек его от интересных мыслей. Он с упоением рассказывал о том, как жутко выглядит светло-бежевая «девятка» Маргариты и что в таком виде ездить на дядином подарке просто неприлично. Маргарита очень удивилась, узнав мнение Леньки о своем автомобиле, который ее устраивал по всем параметрам. Ей даже стало обидно и фактически наплевать на то, согласится Евгений раскрашивать автомобиль или нет. Она скуксилась, но Ленька это заметил и ободряюще подмигнул.

– Ну что? – спросил он Капустина. – Договорились? По рукам?

Капустин как раз думал, куда он денет гражданскую жену, когда на него свалится слава, а вместе с ней толпа поклонниц его таланта. Он представил себя в черном смокинге на приеме у английской королевы, посвящающей Капустина в рыцари, и смутился. Рядом с ним, по его представлению, стояла Сонечка, его нынешняя пассия. Довольно скучная облезлая девица, ни на что особенное не претендовавшая. Нет, мотнул головой Капустин, она не годится для королевского приема. Ленька принял отрицательный жест на свой счет и принялся с удвоенной силой уговаривать строптивую творческую натуру. Капустин ни за что не хотел покидать покои английской королевы, не представив рядом с собой шикарную женщину. Он старался и представлял. На первый план постоянно вылезала Капитолина.

Он отмахивался от нее, как от назойливой мухи, Капа была блондинкой. Капустин неожиданно подошел к ней, взял за руку, подвел к черному покрывалу, закрывающему ту часть гаража, где он отдыхал, и представил ее брюнеткой.

– Очень может быть, – подумал Евгений вслух, натягивая покрывало ей на волосы.

– Вот и отлично! – обрадовался Ленька. – Теперь давай выберем рисунок.

– Убрать здесь и здесь, – художник суетился возле изумленной Капитолины, которая рассчитывала на его внимание, но не до такой степени. – Подправить в этом месте. – Он стянул новую кружевную блузку на ее животе так, что швы предупреждающе заскрипели, – и очень даже может быть!

– Женька! – попытался вернуть друга на бренную землю Ленька. – Ты о чем думаешь?!

Капитолина раскраснелась, это небольшое происшествие доставило ей массу удовольствия. Пусть таким странным образом, но все-таки этот художник увлекся ею.

– Да, – спохватился тот, – о чем это я? – и уставился на голые ноги Капитолины.

– Я тебе про другое толкую, – не выдержал Захаров.

– Другое? – И Капустин подошел к недовольной Маргарите.

Внимательно изучать себя она не дала, на королевский прием не собиралась, и тому все-таки пришлось обратить внимание на транспорт, который оказался в его гараже благодаря стараниям Леньки.

– Никакой экспрессии, – поджав губы, процедил художник, оценивая автомобиль.

– И это все, что ты можешь сказать, – возмутился Захаров. – Мы ехали через весь город в твой занюханный гараж для того, чтобы услышать про экспрессию?!

– Не кипятись, не чайник, – усмехнулся Капустин, замечая на заднем стекле знакомый предмет. – Так, значит, это женское авто, – догадался он, заметив и туфельку.

Маргарита поняла, что у художника проблемы с мозгами. Она давно знала, что все творческие натуры довольно странные люди, но никогда не думала, что настолько. Сообразить то, что этот автомобиль водит девушка, можно было сразу. С горем пополам, с рядом сидевшим и помогающим ей Ленькой она самостоятельно доехала сюда. Именно она была за рулем, когда Капустин открывал тяжелые ворота, пропуская ее в свой гараж. Приводить свои доводы она не стала, только усмехнулась.

– Значит, – крутился возле машины художник, – изобразим райский сад? – Он отошел на несколько шагов назад и попытался представить картинку на переднем крыле автомобиля целиком.

– Ни за что! – возмутилась Маргарита. – Никаких птичек и цветочков! Пусть будет морской пейзаж. – Она глубоко вздохнула, набирая воздуха перед тем, как спорить с художником.

– Я имел в виду совсем не птичек, – скривился Евгений. – Сюда просится змей. – И он ткнул пальцем в левое крыло. – Маргарита восприняла его слова как намек. Крыло было с водительской стороны, то есть с ее. Значит, как считает художник, ей подходит змея. Хорошенькая аллегория.

– Давай пейзаж, – пробубнил Ленька, видя, что девчонкам не нравятся змеи.

– Давай, – согласился Капустин, предполагая, что клиент всегда прав. Даже ничего не смыслящий в настоящем искусстве. – Вот здесь морской пейзаж, – он провел пальцем по капоту, и Маргарита лишний раз обрадовалась, что успела помыть машину. Палец художника после соприкосновения с капотом действительно оказался чистым. Он удивленно разглядывал его секунд десять, после чего обратился к подругам: – Морской пейзаж? Хорошо, я его вижу. Хотя, – он снова отступил на шаг назад, – здесь лучше бы смотрелись горы. Да, лучше горы, я их натурально вижу в этом месте.

– А верблюдов видишь? – восхищенно поинтересовалась Капитолина. Ей, в отличие от Леньки с подругой, чрезвычайно нравилось общаться с таким неординарным человеком.

– Целый караван пробирается в горы через пески, – пробормотал художник.

– И караван можешь?! – тупо восхищалась довольная художником и его обхождением Капитолина.

– Могу. – Капустин взъерошил челку и гордо вскинул голову. – Я все могу.

– Ну надо же! – хлопнула в ладоши Капитолина. – Все может! Вот это талант.

– Когда сможешь? – не поддержал ее порыва Захаров, решивший брать «быка за рога».

Капустин мог изобразить на Маргаритиной «девятке» морской пейзаж только через три недели. За верблюда он брался гораздо раньше, но Марго не захотела ездить с целым караваном, ей хватало одной очарованной художником Капитолины. Пришлось согласиться ждать почти месяц, но ожидания того стоили. Евгений показал гостям другой автомобиль, который высыхал после его художеств. На темно-синем боку авто «летел» красно-рыжий огнедышащий дракон. Он смотрелся просто изумительно, Капитолина застонала от восторга. Капустин, бросив на нее беглый взгляд, подумал о том, что неплохо бы, чтобы так при виде его творений стонала Сонечка. Но та предпочитала это делать только в интимной обстановке. За стоны счастья Капустин скинул пять процентов. Но и этого было достаточно, чтобы повергнуть в ужас Маргариту, рассчитывающую только на свою зарплату. «Придется месяц не ходить по магазинам, – тоскливо подумала она, разглядывая огнедышащего дракона. – Месяц так месяц!»

Обратной дорогой обсуждали художника и его странности. Капитолина, сидевшая на заднем сиденье, поддакивала, но промолчала о том, что Капустин перед их уходом незаметно от остальных сунул ей в руку визитку с номером своего телефона. Капитолина была на вершине блаженства, сегодня ей удалось почти что невероятное – привлечь внимание такого интересного человека. Она вполуха слушала Ленькин рассказ о том, что Капустин еще тот фрукт, пожирающий бедных доверчивых девчонок. Доверчивой Капитолина себя не считала, когда требовалось, она была очень осторожной. Пока осторожничать не требовалось, и она решила выждать день и позвонить Евгению.

Маргарита тоже недостаточно внимательно слушала Захарова. Хорошо еще, что его речь перемежалась с названиями дорожных знаков и предупреждениями о светофорных объектах. Наставления о том, как нужно давить на тормоз и газ, он оставил при себе, за что Маргарита была ему благодарна. Доехали без приключений. Она, как и Капитолина, поцеловала Леньку в щеку. Он не зарделся, по-видимому, уже привык к подобным знакам внимания с их стороны. И предложил помочь Маргарите поставить машину в гараж.

Задним ходом попасть в небольшое пространство, освобожденное гаражными воротами, было физически невозможно. Маргарита вновь ощутила панический страх от того, что она врежется в стойку и испортит внешний вид своего автомобиля, на котором вскоре должен был появиться потрясающий морской пейзаж. Страх сковывал движение, Маргарита не могла от него освободиться. Ленька предложил ей немного потренироваться. Сначала она заупрямилась, предполагая, что обратится за помощью к отцу. Раз он отдал ей гараж, то вполне разумно будет, если научит им пользоваться. Но сопротивляться долго Ленькиным уговорам она не стала. Все равно вечером делать было нечего. Капитолина отправлялась на свидание с парнем, гараж которого находился у мусорной кучи. Они договорились идти вместе на футбол.

Маргарите было смешно представлять подругу болельщицей на футбольном матче, но склонность к мимикрии у Капитолины била все мыслимые рекорды. Хотя, если вдуматься, особенного счастья не доставляла, серьезных отношений у Капы ни с кем из парней не было. Или те, или она сама быстро разочаровывались друг в друге и расставались без особых сожалений.

Маргарита сделала еще одну попытку. Она отвлекла свое внимание от боязни за столкновение машины с гаражом на подругу, подумала, как глупо та будет выглядеть, крича «Оле!», и спокойно въехала в гараж. Маргарита сделала потрясающее открытие: если думать о Капитолине с ее проблемами, то можно наплевать на свои. У нее все получилось! Она выскочила из салона и обняла Леньку.

– К-хе, к-хе, – раздалось за ее спиной. – Я тут мимо проходил. – Позади Леньки с Маргаритой стоял Тимофей Спиридонович. – Видел, видел, как ты въехала в гараж, – он похвалил дочь, отскочившую от Леньки. – Это ты ее научил? Молодец. – Отец пожал Захарову руку.

– Да я-то что, – смутился Ленька, – она сама молодец. Хорошо водит, честное слово. Даже я хуже начинал, – признался он. Маргарита довольно улыбнулась. Приятно, когда тебя хвалят за вождение, несмотря на то, что ты блондинка.

– Ей это дано, – согласился отец. – У нее мужское восприятие. – Маргарита выпучила глаза. Только такого комплимента ей не хватало. Она – и вдруг мужеподобная?! – Мыслит четко, по-мужски, – пояснил Тимофей Спиридонович и скрылся в гараже.

– Так я пошел? – спросил у Маргариты Ленька. Та молча кивнула головой. Она догадывалась, что после того, как отец обнаружит в своем гараже недостачу мусора, придется выяснять отношения.

Так и случилось. Тимофей Спиридонович выскочил с прижатой к груди замасленной тряпкой, чудом избежавшей плачевной участи. Он начал кричать про запасные детали к «Москвичу-412», такие необходимые в его хозяйстве, про вырезки статей двадцатилетней давности, близкие его сердцу, про памятные сувениры его прапрадедушки… Маргарита выслушала отца с опущенной головой. Она контролировала Капитолину, наводившую в гараже порядок, но, видимо, что-то упустила. Она не знала, что памятные сувениры, в которых завелась моль, и газетные статьи про Байкало-Амурскую магистраль были так важны для отца. Она вспомнила, что отец хотел попасть на эту стройку, но встретил маму, которая категорически воспротивилась покидать столицу, и никуда не поехал. Конечно, он не мог хранить эти вырезки дома, там бы его от них избавила жена. Запчасти от «Москвича» она бы тоже выбросила без сожаления. Зря они с Капой так похозяйничали в отцовском гараже. Маргарита подошла к отцу.

– Я сейчас сбегаю и все найду, – предложила она. Отец махнул рукой и полез за сигаретой.

– Ни к чему, – отмахнулся Тимофей Спиридонович, – хорошо хоть аккумулятор пощадила.

– Хорошо, – согласилась с ним дочь, понимая, как нелегко тому делиться с ней своим личным пространством. – Больше ничего не трону, – пообещала она и обняла отца.

– Да ладно, трогай, если потребуется, – разрешил отец, – только не выбрасывай. Слишком вы, молодые, категоричные. Но это даже лучше. Гляди-ка, как научилась водить автомобиль! – Водитель с тридцатилетним стажем похвалил дочь, и лучшей похвалы ей было не нужно.

Глава 4

Здравствуй, новая захватывающая любовь!

Маргарита ездила без приключений почти два дня. Она старалась аккуратно водить автомобиль, выполнять все дорожные правила и соблюдать требования знаков. Тех, которые успевала разглядеть, сидя за рулем. Но и их оказалось немыслимое количество. Конечно, не обошлось без того, чтобы она не перепутала парочку знаков и правил. Мужчины, эти дорожные шовинисты, тут же обрадовались, наехали на нее в прямом и переносном смысле и посоветовали «сделать пересадку мозгов, безнадежно испорченных перекисью водорода». Да, в наше время блондинке очень тяжело за рулем. Но ведь блондинка – это не диагноз, а состояние души. И не только женской! Сколько на дорогах блондинов?! Они тоже пользуются осветляющими красками. Чего только стоит один ее однокашник по автошколе Валерьян Тимофеев! Маргарите показалось чрезвычайно обидно, что во главу ее водительского мастерства ставят не умение водить машину, а цвет волос. Марго всегда знала, что блондинок за рулем дискредитируют, но, когда сама оказалась на их месте, поняла, насколько это обидно. Ей захотелось доказать всем, что она не просто водит машину, а очень хорошо это делает! И такой случай представился.

Маргарита возвращалась на своем автомобиле с работы и захватила до метро Варю. Она делала это несколько дней подряд, подвозить приятельницу было настоящим удовольствием. Варя восхищенно глядела на профиль Марго и мечтала, что когда-нибудь и она сядет за руль автомобиля. В тот вечер, когда Марго встретила Его, лил проливной дождь. Варя выскочила из салона и, как заправский сайгак, понеслась в подземку. Маргарита собралась было отъезжать, как неожиданно дверца с той стороны, откуда выскочила подруга, открылась. Марго подумала, что Варя снова забыла свою сумку и вернулась, но это была не она.

Он стоял, наклонившись к Маргарите, и смотрел на нее голубыми глазами. Таких красавцев вживую Марго никогда не видела. Они украшали популярные женские журналы, которые Капитолина покупала исключительно ради таких мужчин. Мужчина с обложки усмехнулся тонкими губами и попросил Маргариту подвезти его. Та ошалело развела руками и выдавила из себя только один вопрос: «Куда?» У нее совершенно вылетело из головы, что она плохо знает город, выучила только один маршрут, да и тот обкатывала все эти дни. Не считая, конечно, поездки к художнику Капустину. Но она ведь доехала до Капустина практически сама. Если бы рядом не сидел Ленька, то Марго прекрасно справилась бы с поездкой. Она вообще прекрасный водитель… Маргарита уговаривала себя, пока красавчик усаживался рядом с ней. Похоже, что у нее получилось настроить себя на поездку.

– Люблю ездить с очаровательной дамой за рулем, – медленно протянул мужчина, испепеляя Марго своим небесным ангельским взглядом. Она сама, когда этого требовала обстановка, могла глядеть такими же чистыми искренними глазами. Но в этот раз ей показалось, что мужчина не лжет.

– Куда едем? – кокетливо поинтересовалась Марго, подправляя в зеркале прическу.

– С такой девушкой, как вы, – томно произнес голубоглазый, – хоть на край света!

Маргарита струхнула. До края света она может не доехать, сколько бы ни убеждала себя в том, что она отменный водитель. Возможно, он имеет в виду окраину города? Но что такому писаному красавцу делать на окраине? Наверняка он спешит на фотопробы в одно из центральных модельных агентств. А в центре она совершенно не ориентируется! Если только предварительно пройти пешком по дороге, то тогда можно рассчитывать на то, что она где-нибудь не застрянет. Застрять с таким мужчиной можно было бы навсегда. Но только хотел ли этого он сам? Маргарита повернулась к пассажиру. Тот доставал телефон и кому-то звонил. Она переждет этот разговор и скажет, что центр ей не осилить, что она начинающий водитель, что… распишется в собственной беспомощности. Маргариту бросило в жар. Вот она, финита ля комедия. У нее в салоне сидит умопомрачительный мужик, а она ведет себя, как натуральная блондинка. Нет, точно эти шовинисты правы, ей нужно сделать пересадку мозгов!

– Первый у аппарата, – говорил кому-то голубоглазый. – Еду к намеченной цели. Так точно, временно отменить. Есть переждать поблизости. Есть дождаться связи со Вторым. Привет жене, Егор Васильевич. – Голубоглазый закрыл мобильник и спрятал его в карман. – Планы меняются, – улыбнулся он застывшей, как перед слушанием приговора, Маргарите. – Надеюсь, вы не очень спешите?

Спешит ли она?! Маргарита отрицательно покачала головой. Она вела себя как последняя дура. Но ничего с собой поделать не могла. Была бы на ее месте Капитолина! Та бы не стала сидеть в позе истукана, она бы пригласила голубоглазого… куда бы она его пригласила?! Не домой же к родственникам!

– На соседней улице, – вдруг зашептал мужчина, – есть вполне приличное кафе. Нам нужно поговорить. – Он внезапно посерьезнел и уставился на девушку, которая в очередной раз ему кивнула. – Поехали, – предложил он, – здесь совсем близко.

Маргарита автоматически нажала на педаль газа и чуть не въехала в проезжающий мимо автобус. «Нужно взять себя в руки, – твердила она, медленно катясь по дороге. – Другого такого раза может не быть. Никогда в жизни может не быть. А если это моя судьба?!»

Судьба сидела рядом и пожирала ее глазами.

Доехав до того места, куда указывал незнакомец, Маргарита узнала кафе. Сюда они приходили с девчонками раз в месяц, обычно в день зарплаты, для того чтобы немного покутить и доставить себе эстетическое наслаждение. Кафе считалось «художественным» и предназначалось для творческих личностей. Капитолина как-то хотела зацепить здесь одну творческую личность, но якобы ювелир на самом деле оказался скульптором. А камни такого объема Капитолина не любила, скульптора бросила, в кафе появляться перестала. Маргарита припарковалась с горем пополам. Но на этот раз ей очень повезло – среди автомобилей оставалось достаточно места для того, чтобы встать поперек, что она и сделала. Плевать, что этим шовинистам будет тяжело выезжать, зато она выедет вполне комфортно. Маргарита закрыла машину и подошла к незнакомцу, который стоял у входа и внимательно наблюдал за ней.

– Если бы вы знали, как я рискую, – загадочно сообщил незнакомец и провел ее внутрь.

Маргарита, в отличие от него, ничем не рисковала. Но загадочность голубоглазого красавца ее заинтриговала. Получалось, что он выбрал ее методом случайных исключений, исключая всех остальных? И к тому же собирался доверить тайну! Об этом она догадалась, вспомнив случайный разговор незнакомца по мобильному телефону, и по его странному поведению. Хотя, если вдуматься, то ничего странного в том, чтобы пригласить девушку в кафе, нет. Маргарита представила, если бы на месте незнакомца оказался кто-то другой, и этот кто-то предложил ей его подвезти, то она, возможно, и не согласилась бы. Еще чего не хватало. А если бы этот другой пригласил ее в кафе – она ответила бы, что с незнакомцами по кафе не ходит. Голубоглазый был не каким-то другим. Маргарита чувствовала, что он оставит в ее судьбе неизгладимый след. Главное, чтобы не наследил так, как это сделал Степан. Она поглядела в его лазурные глаза и подумала о том, что этот не способен ее обмануть. Маргарите шел всего двадцать четвертый год, и ей казалось, что она влюбилась.

– Здесь нам будет очень удобно. – Незнакомец провел ее к отдельному столику в глубине зала. – Мне нельзя светиться. – Он добавил последние слова шепотом. Марго нравилось, когда он ей шептал. Получалось эротично и доверительно. – Сейчас я все объясню, – пообещал тот и, подозвав официанта, принялся делать заказ.

Несмотря на то что столик в глубине скрывал полумрак, сидящие в кафе девицы все, как одна, уставились в их сторону. Марго понимала, что они интересуются ее спутником, и это ей льстило.

– Максим Исаев, – представился голубоглазый, перегнувшись через стол к Маргарите. – Оперативный работник органов государственной безопасности.

– Какой безопасности? – опешила Марго от внезапного признания незнакомца.

– Государственной, – многозначительно повторил Исаев, глядя на изумленную девицу. Собственно, этого он и добивался. Брал с налета, с наскока, не дав одуматься и улизнуть. Ему нравился сам процесс знакомства, когда девицы от его признания теряли дар речи. Но эта не потеряла, хотя изумилась не меньше остальных. Максим, чувствуя, что она ждет продолжения, добавил: – Ничего особенного, обыкновенный разведчик. Нас много, почти две сотни, все разбросаны по странам Азии и Африки. Я работаю в Москве. Засекречен, но иногда мне требуется помощь. В ваших глазах я прочитал то, что могу полностью на вас положиться. – Он вновь посерьезнел.

– Ложитесь! Я согласна, – вскричала Марго, понимая, что нужно как-то реагировать.

– В каком смысле? – оглядываясь по сторонам, возбужденно поинтересовался Исаев. Девицы в кафе тут же пошли на перехват – принялись ловить его бегающий взгляд.

– Во всех, – не подумав, сказала Маргарита, чувствуя определенную конкуренцию.

– Я так вам благодарен…– Исаев схватил ее руку и поднес к своим губам.

– Маргарита, – блаженно произнесла та, позволяя разведчику поцеловать конечность.

– Я так вам, Рита, благодарен. Я буду называть вас Ритой, или вы предпочтете назваться Кэт? В наших кругах не принято называться своими именами. Я вам открыл свое, но меня следует звать не Максим, а Исаев.

– Кэт? – переспросила озадаченная Марго. – Хорошо, я буду Кэт, Максим. Ой! – Она зажала себе рот рукой и огляделась по сторонам. Девицы не сводили с них любопытных глаз.

– Исаев, – напомнил ей тот сексуальным шепотом. – Максимом меня можно звать в постели.

В другой раз от подобного высказывания Маргарита пришла бы в ярость. Она не успела познакомиться с парнем, а тот уже намекает ей на постель! Мог бы сохранить хотя бы внешние приличия. Но этот не мог, разведчики очень занятые люди, они вечно куда-то спешат, и их отстреливают, как зайцев. Им дорог каждый миг, каждые мгновения, которые стучат у них, как пули у виска. Бедненькие, как им тяжело налаживать контакты с простыми девушками. Но она не простая, она его понимает и поддерживает. Маргарита станет его радисткой Кэт, и пусть все умрут от зависти, глядя, какой у нее бойфренд! Странно, конечно, что он все это выложил перед ней как на духу. Видимо, у нее такая аура. Притягивает кого ни попадя. Но на этот раз ей явно повезло. Прощайте, скучные домашние вечера! Здравствуй, новая захватывающая любовь!

Насладиться внезапно нахлынувшим чувством Маргарите не удалось, после десерта Исаев заторопился. Он рассказал Марго, как много сил приходится прикладывать к тому, чтобы не подцепить хвост, как долго и нудно отсиживаться в засаде, а в следующий раз он пообещал посвятить ее в самые сокровенные секреты службы разведчика органов государственной безопасности. Следующий раз назначили на следующий вечер.

– Если все благополучно сложится, – зашептал ей Исаев на прощание. – Американцы такие хитрые бестии. – Маргарита понимающе закивала головой, как будто в ее жизни хитрые американцы шли сплошным косяком. – Расходимся поодиночке, – заявил Исаев и, поцеловав быстро Марго в губы, выскочил из кафе. Не забыв при этом оставить на белоснежной скатерти деньги за съеденное мороженое.

Маргарита, оглядываясь по сторонам, подошла к своему автомобилю и открыла дверцу. Нырнув в салон, она еще раз огляделась в поисках хвостов, но не заметила ничего подозрительного. Все чисто, как сказал бы Максим. Ах да, не Максим, а Исаев. Неужели она когда-нибудь назовет его Максимом? Интересно, а разведчики носят кофе в постель или предпочитают пить его на ходу?

Исаев, стоя за углом кафе и провожая взглядом Маргариту, позвонил по мобильному телефону:

– Все в порядке, план сработал, еще одну блондинку завербовал.


– С ума сошла?! – возмущалась Капитолина, выслушав рассказ подруги о необыкновенном человеке. – У тебя все дома?!

– Все, – отчиталась Марго. – Мама только пришла с работы, у отца – выходной день. А что ты хочешь от моих родителей? Поужинать?

– Я хочу, чтобы ты поняла, не каждому встречному можно доверять! При чем здесь твои родственники?! Кстати, обязательно расскажи Тамаре Александровне о своем разведчике.

– Вот еще, – возмутилась Маргарита. – Я дала ему слово, что никому не скажу.

– А я, значит, этот никто и есть, которому ты ничего не сказала?

– Ты – исключение, ты – близкая подруга, – вздохнула Маргарита. – От тебя все равно ничего не скроешь. У тебя есть третий глаз и седьмое чувство.

– Да уж, – согласилась с ней та, – я такая. Со мной можно и в разведку, и к разведчику. Завтра же организуем нечаянную встречу! Где вы договорились встретиться? В этом же кафе? Он действует прямо по фильму про разведчиков. Те тоже предпочитали встречаться в одном и том же месте. Оно у него наверняка самое проверенное. – Капитолина, сама того не понимая, включилась в игру. – Кафе, случайно, называется не «Элефант»? В переводе с немецкого языка это значит слон.

– Это кафе совершенно случайно называется «Зоологическое», – пожала плечами Маргарита. – Я не вижу в этом никаких предупреждающих совпадений. Обычное кафе.

– Обычное кафе с необычными посетителями. Ясненько, был там один каменщик, который прикидывался ювелиром. Понимаешь, в этом кафе такая обстановка, – Капа изобразила в воздухе волны, – болтливая. Подходящая для вранья.

– С такими чистыми глазами, как у него, врать невозможно! – обиделась Марго.

– Ладно, не кипятись, чайница, лучше расскажи, как ты там припарковалась, у этой забегаловки всегда полно транспорта.

Маргарита решила, что сменить тему разговора – лучший выход, чтобы не поссориться. И в мельчайших подробностях пересказала свои действия после того, как она, внимательно оглядевшись в поисках хвоста, завела двигатель. Парочка мужеподобных горилл попыталась высказать ей свои мысли по поводу ее парковки, но Марго не стала стоять и слушать. В другой раз она бы специально заехала, скажем, в лужу, чтобы обдать болтунов грязью из-под колес, но теперь ей было нельзя светиться. Она отныне подруга разведчика Исаева, который ведет себя очень скрытно, что советует делать и ей. Капитолина покачала головой. У Марго весь рассказ вновь свелся к пресловутому разведчику. Она поняла, что просто обязана на него посмотреть и взвесить все «за» и «против». Неизвестно, что может случиться, если ее влюбчивая подруга «промажет» и на этот раз. Хотя, как подумала Капитолина, особо влюбчивой Маргариту не назовешь. Влюбчивая она, Капитолина. Но в случае с разведчиком это не может ей помешать. Никаким красавчикам-оперативникам ее не взять голыми руками. У нее будет, как они там про себя говорят, холодное сердце и чистые руки. Капитолина поглядела на ладони, им срочно требовался массаж и маникюр. Предстать перед этим типом, который буквально за миг вскружил голову ее подруге, следовало при полном параде. Пусть не думает, что напал на двух дурочек, готовых ради него на любые подвиги. Капитолина еще посмотрит, насколько он подходит для Маргариты. Если разведчик ей не понравится, то она сумеет переубедить влюбленную дурочку!

Максим Исаев понравился Капитолине с первого взгляда. Такого красавца она видела только во сне и в журналах. В обычной жизни эти мужчины не обитали, они были где-то далеко, со своими богинями, и предпочитали жить отдельной от простых смертных девушек жизнью. Капитолина, как только вошла в кафе, сразу заметила столик, за которым устроилась ее подруга с новым кавалером. Туда глазела вся женская часть коллектива, расположившаяся в уютном зале. Капустин с его художественными закидонами сразу вылетел из ее головы. Вот какой должен быть настоящий мужчина в ее и Маргаритиной жизни, такой, как Исаев. Интересно, а нет ли у него брата? Вопрос не давал Капитолине покоя, но, подойдя к столику, она пересилила себя и задала другой.

– Какими судьбами, Марго? – театрально воскликнула Капитолина, всплеснув руками. – Сколько лет, сколько зим! – Она постаралась не смотреть на спутника подруги, которого уже достаточно разглядела со стороны. – Что ты здесь делаешь, дорогая? Мороженое здесь отвратительное!

– Мы тут сидим, – округлила глаза Маргарита, которая совершенно не знала, что отвечать на дикий выпад Капитолины. Они договаривались встретиться совсем по-другому. Тихо и спокойно.

– О! Да ты не одна! – продолжала Капитолина, утыкаясь удивленным взглядом в Исаева, как будто до этого момента он прикидывался шкуркой и только сейчас себя обнаружил. – С молодым человеком?!

Маргарита была готова ее убить. «С молодым человеком» прозвучало так, будто до этого дня Маргарита встречалась только с пенсионерами. Она посмотрела на Максима, тот не нахмурился, не стушевался. Наоборот, как ей показалось, в его глазах загорелись оживленные искорки.

– Присаживайтесь к нам, – предложил он, придвигая Капитолине стул. – Познакомимся.

– Ой, да что вы, – отказывалась Капитолина, усаживаясь на стул. – Да ни к чему, я тут мимо пробегала. У меня встреча с одним перцем. Но если только, как вы предлагаете сами, познакомиться. – И она уставилась на разведчика тупым восхищенным взглядом, подперев обе щеки кулачками.

– Исаев, – представился тот, улыбаясь белоснежными зубами. – А вы, как я предполагаю, приятельница Маргариты? – Он взял руку Марго в свою и нежно пожал. – Для меня друзья Марго – мои друзья. – Маргарита ответила ему благодарным взглядом и незаметно подмигнула Капитолине: «Вот такой у меня бой-френд, между прочим!» Капитолина пропустила мимо ее подмигивания.

– Я ее очень близкая подруга Капитолина, – кокетливо произнесла она, – ну, очень близкая.

– Понимаю, – по лицу разведчика пробежала хмурая тень сомнения.

– Не настолько, – испугалась Марго, – мы с зимы не виделись! – соврала, не моргнув глазом, и пнула ногой под столом туфлю подруги. Капитолина отдернула ногу и ойкнула.

– А, конечно, – очнулась та, – последний раз мы вместе лепили снеговика перед школой.

Маргарита снова округлила глаза, она была возмущена тем, что несет ее подруга.

– Какой снеговик?!

– Такой белый, пушистый снеговичок, – врала Капа, – с ручками и морковкой.

– Вы увлекаетесь лепкой? – поинтересовался Исаев, прищурив глаза.

– Да нет, – честно призналась Капитолина, – скульптура мне не интересна. Это так, ради любви к искусству. – И тут же перешла в наступление. По-видимому, ступор от неземной красоты незнакомца прошел. – А вы чем увлекаетесь? – получилось довольно простенько и как бы между прочим.

– Я увлечен вашей подругой, – заявил Исаев. Маргарита обомлела, так ей еще никто не признавался. Максим выразительно посмотрел на Капитолину. Та поняла намек, что ей следует отчаливать. Отведенное время для знакомства закончилось.

– Ну, мне пора, – она встала и с тоской посмотрела на выход. – Меня очень ждут, спешу. – И медленной походкой направилась к дверям. – Я позвоню, Марго! – пообещала она, скрываясь.

– Ничего, что я так сурово с твоей подругой? – нахмурился Исаев, обращаясь к Марго. – Я думаю, нам не нужны лишние свидетели. Понимаешь, милая, – от этого слова у Марго кровь запульсировала в два раза быстрее, – у меня такая работа. Я бы даже сказал, служба такая. Наша служба и опасна и трудна.

– И на первый взгляд, конечно, не видна, – допела Маргарита.

– В самую точку, – заметил Исаев, – не видна. Никто не должен знать обо мне, даже подруги!

– Она не подруга, – отмахнулась Маргарита, – а так, мимо проходила.

Если бы Капитолина услышала слова Марго, то обиделась бы сильно и навсегда. Но Марго знала, что Капа никогда не услышит этих слов потому, что ей она их никогда не скажет. Выбирать между подругой и бойфрендом она не собиралась. Нужно будет изолировать одного от другой. А там, по истечении времени, или когда Исаев выполнит свою невыполнимую миссию, столкнуть их снова. Но Исаев уже влюбится в Марго по полной программе и не решится ее бросать из-за подруги. Во всяком случае, Маргарита не знала ни одного случая, чтобы бойфренды бросали своих возлюбленных из-за подруг. Не своих, безусловно. Степан бросил ее из-за своей бывшей подруги. Да, как подумала Маргарита, в отношениях между двумя людьми никакому третьему не место. Только работнику загса с большой печатью. Сегодня Марго поняла, что сильно рисковала. Исаев был недоволен знакомством с Капой.

– Это кафе становится опасным, – сказал он трагическим шепотом, все крепче сжимая ее руку. – Нужно перенести наши встречи на открытое пространство.

– Куда? – не поняла Маргарита, нагибаясь через столик ближе к нему. – В космос?

Так далеко Исаев не загадывал, он решил встречаться в сквере у пруда, где всегда масса уток и ребятни. Среди них, по его мнению, было легче затеряться. Маргарита не понимала, что у нее общего с детьми, а тем более с утками, но поверила ему на слово. Хочет у пруда, они встретятся у пруда. Она даже может для маскировки немного покрякать. От кряканья Исаев наотрез оказался, а встречу назначил через два дня. Маргарита расстроилась, что не на следующий вечер. Но тот ответил, что у него есть неотложные дела, и многозначительно поглядел на девушку. Если она захочет ему помочь, то сможет это сделать прямо сейчас. Маргарита захотела, и они поехали.

Она забыла про свое неуверенное вождение и ехала туда, куда говорил Исаев. Он сидел рядом с ней так близко и так вкусно пах морским бризом, что от этого щекотало в носу и нестерпимо хотелось чихать на каждой его фразе. Она испугалась, не началась ли у нее на Исаева аллергия.

– За нами нет хвоста, – сказал он, а она чихнула в подтверждение, – но лучше объехать по соседней улице. Она объезжала, путаясь в дорожных знаках и одностороннем движении. – Здесь машина будет слишком заметна. – Она снова чихнула. – Встань у того магазина. – Она парковалась так ловко, как будто до этого тренировалась всю свою жизнь. – Жди! – бросил Исаев и выскочил из салона. Она чихнула.

Он скрылся в небольшом офисном здании, и Маргарита потянулась к телефону.

– Ну как он тебе? – голосом плененной разведчицы поинтересовалась она у Капитолины.

– Отпад! – призналась подруга. – Видный мужик. То, что надо. Держи его, а то уведут. Таких красавцев уводят, как племенных жеребцов на вязку. С ними готовы вязаться любые проходимки и за любые деньги. Что ты сейчас делаешь? – Капитолину очень интересовал дальнейший ход событий.

– Жду его, – ответила шепотом Маргарита. – Он же разведчик, что-то пошел разведывать, наверное.

– Жди, – согласилась с ней подруга. – Но не теряй бдительности, кругом – одни врагини.

Окрыленная тем, что Капитолина по достоинству оценила ее новую любовь, Маргарита терпеливо ждала.


– Как она тебе? – Исаев указал в окно на припаркованную рядом с офисом машину.

– А ничего, – процедил полный лысоватый мужичок низенького роста. – Блондинка!

– То, что нужно, – сказал Исаев, – в самый раз. Тупая блондинка за рулем и сказка про разведку.

– Ну, ты силен, – восхитился лысый, разглядывая Маргариту, терпеливо сидящую в автомобиле.

– А то, – похвастался Исаев, – что ни попадя не берем. Симпатичная, с ней приятно общаться.

– Общайся, недолго осталось, – посерьезнел лысый и отошел от окна.


Маргарита была чрезвычайно довольна собой. Сегодня ей удалось так много, о чем она даже не предполагала. Во-первых, она отлично справилась с вождением автомобиля по незнакомым улицам. Черт действительно оказался не таким страшным, каким его намалевали. Отец не зря ею гордится, она оправдала не только его доверие, но и слова седого майора – никто из пешеходов от ее вождения не пострадал, не считая Исаева. Он – а в это так хотелось верить – пострадал от любви. Это уже во-вторых. Она отвезла его на дело, которое увенчалось успехом, после него Исаев ее поцеловал, не боясь, что их заметит хвост. И в-третьих, Капитолина оценила Исаева и посоветовала его стеречь. Маргарита и сама прекрасно понимала, что за ним нужен глаз да глаз, но что поделать, если у него такая работа? Тяжелый, адский труд разведчика! И он просит ее помощи, значит, он в ней нуждается больше, чем в остальных безмозглых девицах. Она ему всегда придет на помощь! Маргарита представила, как она вместе с Исаевым борется с преступниками, стреляет из пистолета и скрывается на своей «девятке» от погони. Вместе с ним.

В домашней обстановке за тарелкой с пельменями это все выглядело как-то комично. Погони, стрельба, разведка. А если она все это придумала? А если все придумал он? Вполне возможно – это такая завлекательная игра с элементами жесткой мистификации. Если он играет в такие игры, то почему бы и ей не сыграть? Очень интересно, чем все закончится. Маргарита представила себя в фате и с букетом невесты. На этом игра заканчивалась, дальше будет неинтересно и прозаично. Сейчас явится его прежняя подруга, такая же лихая разведчица, как и он, скрывавшаяся в горах Кавказа. Нет, Маргарита не должна об этом думать. Она должна стать такой же лихой разведчицей, нигде не скрывающейся, а торчащей перед Исаевым как собственный нос. Чем больше он ее будет видеть, тем сильнее станет влюбляться. Доказанный учеными вариант, как захомутать мужчину. Кого мужчина любит больше всего на свете? Свою мамочку, которая изо дня в день мозолит ему глаза. Маргарита тоже будет мозолить, никакой подруге-разведчице она не отдаст своего оперативного работника. Даже если он все это придумал и решил поиграть. Мужчины – игроки по натуре. Этот решил поиграть в разведчика, так и быть, она с ним поиграет. А если он самый настоящий разведчик, то она станет его надежной опорой.

Глава 5

Его зовут Аид, собака у него – Цербер, а друг – фараон

Последующие дни Маргарита упивалась двумя занятиями, которые ей безумно нравились: водить автомобиль и ждать встречи с Исаевым. И то, и другое требовало от нее терпения и мужества. Откуда оно бралось у молодой блондинки, было совершенно непонятно. В ее возрасте девицы обычно не отличались ни тем, ни другим. У Маргариты, по всей видимости, сказался печальный опыт прежней любви. Да и была ли она, эта любовь? Скорее всего, как она предполагала, Степан ей только нравился. Исаев же манил загадочностью, некой отстраненностью и, чего скрывать, внешними данными. Хотя и считается, что настоящий мужчина должен быть чуть краше обезьяны, все равно слабый пол был и остается падок на истинную мужскую красоту. На нее попалась и Капитолина, но ей-то было не впервой. Во главу угла своих отношений она всегда ставила внешнюю привлекательность, из-за чего чаще всего страдала, но ничего поделать с собой не могла. Понимая это, она уговаривала подругу не сразу поддаваться чувствам, а сделать небольшой перерыв в отношениях, чтобы успокоиться и осмыслить происходящее. Перерыв был, но его потребовал Исаев, а не Маргарита, она была готова лететь к нему по первому зову сердца. Летать Марго предпочитала на автомобиле. Но в тот вечер ей не повезло.

Шел дождь. Брызги от проходящего транспорта попадали на переднее стекло вместе с потоком, льющимся с небес, «дворники» не справлялись, что сужало видимость до нескольких метров. Маргарита снизила скорость перед поворотом и потащилась к дому еле-еле, с опаской оглядывая придорожные кусты. Если сейчас оттуда выскочит кошка, то она успеет затормозить. Выскочила не кошка, а гораздо хуже! «Как накаркала сама себе», – ужаснулась Маргарита. Из-за кустов с проворством этого древнего животного выбежала сгорбленная старушонка, перекрестилась и побежала через дорогу. Но она успела добежать только до «девятки», которая мгновенно завизжала на тормозном пути. Маргариту всегда хвалили за быструю реакцию, и сегодня та спасла жизнь старой женщины.

Но старушка, видимо, решила покончить счеты с жизнью. Она показала Маргарите фигу и нырнула под колеса ее остановившегося автомобиля. Дождь усилился, смывая все следы, в том числе и тормозной путь. Маргарита опешила, этого еще не хватало! Да, как раз этого и не хватало. И еще одного персонажа, который появился сразу, как только старущенция забралась под Маргаритину машину.

– Человека задавили! – завопила стремительно выбежавшая из тех же кустов бабулька, как две капли воды похожая на лежавшую под колесами автомобиля.

Маргарита протерла глаза, уж не кажется ли ей? Все происходящее было страшной явью со смертоубийством, воплями ужаса и кровью, которая вытекла из-под колес. Марго вылезла из салона на подкашивающихся ногах, она не понимала, каким образом могла наехать на старушку, автомобиль стоял как вкопанный. Она огляделась в поисках свидетелей, но на пустынной улочке в ливень никого не было. Проезжающие мимо машины не останавливались, водители не обращали никакого внимания на происшествие. Первой мыслью Маргариты было – ей нужно смыться с места преступления вместе с потоками грязной воды. Но заметившая в ее глазах подобное намерение бабулька вцепилась в рукав куртки с такой нечеловеческой силой, что оторвать ее можно было только вместе с одеждой.

– А! – вопила бабулька. – Слинять надумала! А кто будет теперь кормить ее детей?! – И ее крючковатый палец указал на старушенцию, калачиком свернувшуюся под передним колесом.

Маргарита представила себе ее ребенка, которому, судя по возрасту матери, должен был идти седьмой десяток лет. Да к тому же он не один! Перед ее очами резко всплыла картинка стайки голодных пенсионеров, жадно требующих у нее пропитания. На свою заработную плату ей удавалось содержать себя с горем пополам, не говоря уже о том, чтобы посадить на шею кого-то еще. Прощай аэрография, прощай новая любовь, теперь у нее на все это не останется ни времени, ни денег. Ей придется зарабатывать средства дополнительно, моя подъезды и подметая дворы.

– Милицию вызывать, – участливо поинтересовалась бабулька, – или так договоримся?

Труп под колесами зашевелился, Маргарита слишком долго думала и представляла.

– Договоримся? – Маргарита стала понимать, чего от нее требовалось! – Договоримся!

Старушенция, кряхтя, выползла ближе к ним и уселась на корточки, пряча бутылку из-под красного вина.

– Я согласна, – сказала Маргарита. Пожилые дамы уставились на нее полными надежды глазами. – Не обращаться в милицию, если вы обе подобру-поздорову уйдете отсюда, и я вас больше никогда не увижу на своем пути! – Надежда испарилась, в глазах старушек осталось отчаяние.

– Я тебе говорила, – простонала та, что прикидывалась трупом, – у нас ничего не получится! Нужно было падать под колеса к мужчине, они более душевные создания, чем эти блондинки!

– Ах, – возмутилась Маргарита, – так вы еще шовинистически настроены против блондинок?! Сами седые, как одуванчики! И такое себе позволяете, не стыдно, бабушки?

– Стыдно, – призналась вторая, – а что поделаешь? Бизнес – грязное занятие.

– Бизнес?! – поразилась Маргарита. – Компрометировать ни в чем не повинных людей, это бизнес?!

Старушки развели руками, развести Маргариту им не удалось. Но разойтись по-хорошему у них все равно не получилось. Бабульку заклинило в позе корточек. Оставлять ее на дороге в таком безвыходном положении было слишком опасно. Пришлось погрузить ее на заднее сиденье и вместе с приятельницей отвезти в приемный покой ближайшей больницы. По пути пожилые дамы поделились с доброй и душевной Маргаритой своими дальнейшими планами. Они решили караулить олигарха на Садовом кольце. Маргарита ужаснулась и посоветовала им поберечь свое уже и без того подорванное здоровье. Но старушки, решившие таким рискованным способом поправить свое материальное положение, подмигнули друг другу и сказали, что у них есть запасной план. И при желании Маргарита может к ним присоединиться! Та фактически онемела от предложения и промычала нечто несуразное. На что те ответили, что блондинки за рулем самые глупые водители, которых можно использовать по прямому назначению – на всякие противозаконные глупости. Поймает милиция блондинку за рулем, а что с нее взять? Маргарита обиделась на старушек, в глубине души понимая, что виноваты не они, а людская беспричинная молва о тупых белокурых бестиях за рулем. Лично себя она такой не считала, но бороться с ветряными мельницами, как Дон Кихот, не собиралась.


О том, что Марго не хочет, чтобы ее использовали по прямому назначению, она поделилась с Капитолиной, забежавшей к ней на чашку чая. Та сразу же предложила подруге пойти развеяться в ближайший магазин автозапчастей.

Парковаться рядом с ним было чрезвычайно сложно, это не старушек давить, машину решили не брать и отправиться пешком. Вечером в отделах с запасными частями было не протолкнуться. Складывалось такое впечатление, будто бы у доброй половины водителей сломались автомобили. Но в многочисленности народа не было ничего удивительного, подруги пришли в магазин, который торговал запчастями для отечественных машин. Капитолина выразила бурную радость, увидев столько мужчин в одном месте, озабоченных тем же, чем и она.

– Что это за деталька? – заинтересованно заглядывала она через плечо приземистого бугая. – Мне нужна точно такая же, только беленького цвета. – Бугай удивленно округлял глаза, а Капитолина ему охотно поясняла: – У нас автомобиль серо-бежевый. Вы думаете, – высказывала она предположение, подталкивая его к разговору, – стоит взять точно такую же?

– Я не думаю, – ответил хмурый бугай. – Но если у вас вездеход, берите.

– Маргунюшка, – интересовалась Капа, – а наша машина случайно не вездеход?

– Случайно нет, – сказала Маргарита, разглядывая красочные наклейки.

– К сожалению, – вздохнула Капитолина, обращаясь к бугаю, – у нас не вездеход. – Тот пожал плечами и отошел.

Так же безрезультатно закончился еще один диалог с привлекательным брюнетом, в ходе которого Капитолина пыталась выяснить, какие именно покрышки ей были нужны. Брюнет посоветовал ей сходить в обувной магазин после того, как она поинтересовалась, не из натуральной ли кожи делают колеса, и поделилась своим предпочтением коричневой замши.

– Они ничего не понимают, – шепнула Капа на ухо подруге, – они вообще не думают! Сплошное тупое царство автоводителей, кто у нас только сидит за рулем?! О, какой чувственный взгляд у того перца! – Она показала на парня, который заинтересованно рассматривал витрину с сигнализацией. – Пойду поговорю о музыке, – сообщила Капитолина и поплыла между стоек.

Когда до Маргариты донеслась фраза про Баха и филармонический концерт, она поняла, что Капитолина перегнула палку. Парень теперь заинтересованно глядел не на витрину, а на Капитолину, рассуждающую о том, что хорошо бы иметь сигнализацию, пищащую сонатой Бетховена. В довершение ко всему Капитолина поинтересовалась, какую лучше музыку поставить вместо кваканья клаксона и где найти сайт, с которого ее можно скачать. Маргарита оттащила подругу от изумленного парня, который бросил интересоваться сигнализацией и опасливо покинул магазин со странными девицами.

Подруги остановились у прилавка с разложенными на нем яркими пестрыми переводными картинками и углубились в изучение художеств. Наконец-то на них обратил внимание мужчина, это был продавец-консультант, решивший выполнить свой профессиональный долг.

– Интересуетесь? – с высоты своего двухметрового роста он склонился к Капитолине.

– Нет, – заявила та с вызовом. Ей нравились высокие мужчины, но не до такой степени. – Мы собираемся сделать аэрографию, – похвасталась она.

Продавец не собирался отпускать их с миром. Он, заслонив собой проход, долго и упорно разъяснял девушкам, что если те все-таки разукрасят свое авто более чем на сорок процентов поверхности, то им придется заново оформлять документацию в Госавтоинспекции. И нет никакой гарантии, что там все оформят удачно и не заставят автомобиль перекрашивать. А это, как акцентировал внимание консультант, дважды довольно затратно. Маргарите пришлось потратиться и купить двуглавого дракона, куда его лепить, она не имела ни малейшего представления. Но Капитолина осталась довольна. На нее обратил внимание один мужчина. Дракошу, как она его ласково назвала, в случае чего они прилепят в салоне. Пусть с ними ездит хоть одна мужская особь, не считая Леньки Захарова, который в последнее время исчез, как в воду канул. Говорят, его видели в Музее изобразительных искусств с длинноногой девицей, они очумело разглядывали полотна импрессионистов и внимательно слушали экскурсовода. Поверить в такое было невозможно, чтобы Ленька Захаров интересовался искусством?! Вполне вероятно, он заинтересовался девицей и терпел все, что к ней прилагалось. Что же получается? Леньку у них увели из-под самого носа, как и предупреждала Тамара Александровна. Остались они одни-одинешеньки, начала причитать Капитолина, сворачивая Дракошу рулончиком. Ей было совершенно не совестно это делать, несмотря на три свидания, назначенные за последние дни разными кавалерами. Маргариту Леня на данный момент жизни особо не интересовал. Ее больше всего беспокоил вопрос, не станет ли ее автомобиль чрезмерно выделяться из потока ему подобных с Дракошей на борту. Вдруг Исаеву это не понравится? Слишком приметная машина обязательно «посадит» кого-нибудь себе на хвост. Капитолина в очередной раз заявила, что прилепит Дракошу в салоне и назначит его любимым животным. Маргарита с ней спорить не стала.

Потусовавшись еще немного среди изобилия деталей, крикливых аксессуаров и баллончиков с полиролью, девушки направились к выходу. Потерявший надежду раскрутить их на что-либо более стоящее продавец-консультант занялся другим покупателем, в руке у которого дрожал целый список запчастей, необходимых для внезапно заглохшей «классики». Капитолина тоже потеряла всяческий интерес к деталям и мужчинам. Рассуждая о превратностях судьбы, которая, вместо того чтобы подкинуть им удачное знакомство в магазине с автомобильными принадлежностями, проторчала вместе с ними здесь совершенно индифферентно, Капа зашла отвести душу сладким. Они с Маргаритой забежали за низкокалорийным тортом и пошли в сторону дома в предвкушении предстоящего пиршества. Дождь перестал лить, воздух, насыщенный озоном, кружил голову, девушки не сразу откликнулись на зов парня, бежавшего следом за ними из магазина.

– Мы что-то забыли? – резко остановилась Капитолина и прислушалась к завываниям незнакомца.

– Ме-ме-ме-ня! – заявило существо мужского пола, с разбега уткнувшись ей в спину.

– Хвост! – с ужасом произнесла Маргарита, вглядываясь в коренастого низкорослого мужчину.

– Е-е-е-е-ще че-е-е-его! – Тот шагнул назад и изобразил позу мужика с диском. Вместо диска ему служили очки, снятые с близоруких глаз. – Д-д-д-д-де-де-де-ву-вуш-ки! Г-д-д-де у-ли-ли-ца Дз-дз-рж-инского?! – Пока он пытался высказаться, подруги нетерпеливо топтались рядом.

– Все сказал? – поинтересовалась Капитолина.

– Все, – признался парень.

– Там, – она махнула рукой в противоположную сторону. – Там улица Дзержинского.

– Чего врешь? – возмутился тот нормальным русским языком. – Улица Дзержинского здесь!

– А! – поймала его Капитолина. – Знаешь! А зачем тогда спрашиваешь? Да еще таким диким образом?! – И она его передразнила: – Г-д-д-де Дз-дз-рж-инского?!

– Познакомиться хотел, – неожиданно буркнул парень и опустил руку с очками.

– Маньяк, – заявила Капитолина, не заботясь о том, что обижает несостоявшегося друга. – Так знакомятся только умалишенные люди с небогатым воображением. Иди домой, парниша, читай на ночь классиков и учись у них обхождению с дамами.

Парень хмыкнул и пошагал прочь, явно не собираясь следовать совету Капитолины, которая сама после окончания школы не держала в руках ни одной книги.

– Да уж, пешком ходить удовольствия мало, попадаются всякие психи, лучше ездить на автомобиле. Кстати, о маньяках, – тихо произнесла Маргарита. Они уже приближались к ее дому, окутанному ночным туманом. – У нас по соседству живет один из них. У него жуткая собака Баскервилей, а сам он…

– Познакомь! – взволнованно потребовала Капитолина, возбужденно вращая глазами. – Только если он настоящий, а не какой-нибудь завалящий.

– Очень смешно, – укорила подругу Марго. – Болтаешь всякую чепуху, а я между тем толкую тебе о серьезных вещах. Он самый настоящий, собака у него – жуть! Я, как увидела, чуть не умерла.

– Маргуша, ты любишь все преувеличивать. Я уверена, что мужик он хороший, и песик у него ласковый. Хочешь, проверим? Где он живет?

– Вот в этом подъезде, – заговорщицким шепотом сказала Маргарита, в душе которой еще сохранился холодок от ночной встречи с огромной собакой.

Капитолина настояла на своем, они нашли на полутемной детской площадке лавку, уселись на нее, торт положили сверху. Предстоящая встреча с исчадием ада перебила весь аппетит. Пять секунд они просидели молча, после чего Капа принялась жаловаться на то, что к ней липнут совсем не такие мужчины, о которых она мечтает. А те, о которых она мечтает, грезят о других девицах. А эти, которые липнут, совсем не те, что не липнут… Впрочем, Маргарита понимала ее и без слов.

В тот момент, когда она была готова поддержать подругу и обрушить на всю мужскую часть населения страны, за исключением оперативного сотрудника органов Исаева, свой гнев, в темном подъезде послышались какие-то громкие звуки. Девушки замерли. Капитолина от неожиданности прижала коробку с тортом к пышной груди и оборвала фразу на полуслове. Из темноты прямо на них выбежала элегантно одетая дама, следом за ней вырвался на свободу странный звук рыданий и причитаний. Дама не просто рыдала, она голосила на всю улицу. Остановившееся поодаль такси, к которому женщина резко повернула, сразу же взвизгнуло от нажатия педали газа, как только та исчезла в его салоне. Через секунду от элегантной дамы остался только шлейф дыма. Маргарита ужаснулась:

– Дамочка успела сбежать от маньяка! – Она сжала руку подруги в своей до боли.

Чуть погодя следом за дамой выскочил сам маньяк, позади тащилась его огромная собака. Капитолина струхнула. Таких огромных животных она еще не видела, не считая жирафа в зоопарке, но тот хотя бы был за высокой оградой. Эта же тварь была на свободе. Она непостижимым образом унюхала пропитание, прижатое к груди Капитолины, и рванула на нее что было мочи. Опрокидывая любопытных девиц в песочницу, собака ухватилась за торт, или, лучше сказать, за то, что от него осталось, и принялась яростно тянуть коробку к себе. Перевернутая Капитолина, находившаяся в полном ступоре, тянула коробку обратно. Она не собиралась сдаваться без боя. Маргарита, готовая сдаться кому угодно, только бы живой и невредимой, дико заверещала. Увидев перед собой склонившееся лицо маньяка, она закричала еще громче. Но тот не стал ее душить и насиловать, он принялся оттаскивать здоровенного дога от Капитолины, сжимавшей в руке кусочек торта. Большая его часть уже переваривалась в желудке у собаки.

– Девчонки, – внезапно маньяк заговорил человеческим голосом, – извините, честное слово, не ожидал. В принципе Боб вполне спокойный и мирный, никогда такого не вытворял.

Сожрав торт, Боб действительно успокоился и сел рядом с песочницей. Он равнодушно последил, как маньяк выуживал девиц из куличиков и отряхивал их от песка.

– Хороший песик, – заявила Капитолина и протянула тому палец, чтобы пощекотать его за ухом. Для нее это был подвиг. Маргарита догадалась, что подруге понравился его хозяин.

– Ры, – недовольно предупредил дог, памятуя о том, как Капитолина тянула торт на себя.

– Ладно, – миролюбиво сказала та, кинув псу последний кусок, – давай мириться. – Пес сожрал кусок и дружелюбно замахал хвостом. – Ему будет плохо, – заметила Капитолина маньяку, – зря вы кормите его тортами. Это вредно даже людям, не то что собакам.

– Я вообще-то ему не хозяин, – признался «маньяк». – Друг попросил посидеть, пока катается по Египту.

– Что же он не взял его с собой в Долину царей? Песик там бы отлично вписался, – подала дрожащий голосок Маргарита. Она не верила этому мужчине с приятным баритоном и выпирающими из-под одежды мускулами. Что-то в нем ее настораживало и пугало. – Его случайно зовут не Цербер-Боб?

– У него слишком сложное имя, – признался мужчина, – но вам не нужно его бояться.

– А мы его и не боимся, – принялась кокетничать Капитолина, – только вот тортик жалко. Вкусный был, низкокалорийный, со сливками. Совсем свеженький. Стоил жутко дорого!

– Я сейчас сбегаю, куплю такой же, – засуетился мужчина. С его внушительным видом это совершенно не вязалось. Маргарита заподозрила неладное. Представьте только себе, как Терминатор суетится и бежит в магазин полуфабрикатов. По крайней мере, странно.

– Не нужно, – быстро сказала она, – как-нибудь в следующий раз. Мы спешим. – Марго схватила Капу за руку и потянула к своему подъезду. Та упиралась и пыталась мило улыбаться.

– Девушки, – говорил вдогонку мужчина, – не обижайтесь, честное слово, не хотел.

– Так он и расскажет нам правду о своих желаниях, – зашептала Маргарита, оглядываясь. – Не забывай, дама выскочила в истерике. Одна жертва у него сорвалась, он собирается взяться за две другие.

– А кто эти две другие? – живо поинтересовалась Капитолина, думавшая совсем о другом. – Мы с тобой?! Он выбрал нас с тобой?! Интересно, а кого именно: тебя или меня? Вот увидишь, он выбрал одну из нас, у меня собачий нюх на это дело!

– И тебе, дорогая подружка, спокойной ночи! – яростно зашипела Маргарита. – Покедова!

– Ты что?! – испугалась та. – Сегодня я ночую у тебя! Застращала меня маньяками, которые вокруг на каждом шагу, и отпускает во тьму. Если только вернуться к Бобу и спросить, как зовут его «нехозяина»?

– Только через мой труп, – вырвалось у Маргариты, и она прикрыла рот рукой. – Ночевать ко мне.

– Я только на минуточку, – капризничала Капитолина, – сбегаю и спрошу имя.

– Его зовут Аид! – изрекла подруга многозначительно. – Собака у него Цербер, а друг – фараон.

Капитолина, оглянувшись в последний раз на прогуливающуюся парочку, посокрушалась над странным именем и кличкой. Ей казалось, этому красавцу подошло бы имя Эдуард. Но она ошибалась.

Маргарита долго не могла уснуть. О каком сне вообще могла идти речь, если рядом с ней на гостевом диване лежала Капитолина и без умолку болтала. Пришлось слушать все ее доводы и сетования, касающиеся сегодняшних приключений. Маргарита предпочла бы подумать на ночь о своем разведчике, подготовиться к разговору с ним, наметить обсуждаемые проблемы. Обсуждать с ним ей хотелось только одно – чувства. Она не ждала скоропалительных признаний в любви, но женское естество требовало подпитки рождающегося интереса к мужчине. Нежные слова, смущенные взгляды, красные щеки – она желала не этого, Марго хотела пойти с ним в разведку, где их бы ждали умопомрачительные происшествия. Она бы спасла ему жизнь, закрыв своим телом, а он бы остался ей благодарен на всю жизнь. Пока Капитолина вслух перечисляла возможные имена Терминатора, Маргарита подумала о том, что ей нужно срочно научиться стрелять из пистолета. Винтовку она вряд ли осилит, о более тяжелом оружии и мечтать не приходится, говорят, у него такая отдача после выстрела, что остаются синяки на плече. Миленький дамский пистолетик, вот что бы ей хотелось приобрести в самое ближайшее время.

– Капа, – она перебила подругу, – где у нас поблизости охотничий магазин?

– Маргуша! – забеспокоилась та. – Вот это теперь только через мой труп! Я не позволю убить Терминатора только за то, что его собака, которая на самом деле совсем не его, сожрала наш торт. В том, что парень никакой не маньяк, я тоже убедилась. Выброси из головы все глупости и послушай меня дальше. Итак, его наверняка зовут Левушкой. Очень красивое имя, навевает что-то пушкинское…

– Терминатор здесь ни при чем, – возразила Марго, приподнимаясь на постели, – кстати, вполне подходящее для него имя. Точно! Его зовут Терминатор, он сбежал со съемочной площадки, на которой всех перестрелял. Но я не о нем. Мне срочно нужен пистолет для Исаева.

– Ты встретила его с другой?! – всполошилась Капитолина и села на своем диване. – Когда?!

Маргарите пришлось долго и нудно объяснять подруге, для чего ей нужен пистолет. Как будто не понятно, что девушка, собирающаяся встречаться с разведчиком, должна в совершенстве владеть огнестрельным оружием, мало ли от кого придется отбиваться на очередном свидании. В крайнем случае, пистолет всегда пригодится, когда заметишь за собой хвост. Только покупать его нужно обязательно с глушителем, чтобы никто из прохожих не услышал рокового выстрела.

– Это не выстрел роковой, – изумленно произнесла Капитолина, вглядываясь в очертания сурового лица подруги разведчика. – Это ты, Марго, роковая женщина! – и тут же выпалила адрес магазина охотничьих принадлежностей. Они решили, не откладывая, – времени до свидания с Исаевым оставалось все меньше, – завтра же забежать туда после работы.

– Заехать, – поправила ее Маргарита. – Мне нужно ездить как можно больше. Вдруг Исаеву потребуется моя помощь как водителя?! – Она глубоко вздохнула, готовя себя к подвигам на благо страны и Исаева.

– Маргуша, так нельзя, – укорила ее Капитолина, укладываясь в постель, – ты зациклилась на нем. Подумай о чем-нибудь другом. Слушай, Марго, как ты думаешь, а у Терминатора есть подружка?

– Есть, – уверенно ответила та, – Терминаторша. Они маньячат вместе долго и счастливо одной семьей.

– Как можно, – удивлялась Капитолина, снова вскакивая, – не интересоваться теми, кто живет рядом с тобой?! Вот я знаю поименно всех своих соседей. Семейное положение каждого молодого мужчины я могу сказать, даже если ты разбудишь меня ранним утром и я обзову за это тебя Кикиморой. И не только соседей! Каждого знакомого, каждого. Вот знаю, что Ленька Захаров нашел себе натуральную хмыриху. Не может нормальная девушка в наше время таскаться по музеям и интересоваться импрессионистами! Маргуша, как ты думаешь, у Леньки это серьезно?

Маргарита улыбнулась, она вспомнила, как несколько лет назад две девчонки лежали в этой же комнате и живо обсуждали, кого любит первый красавец в школе Ленька Захаров. Время прошло, мало что изменилось, они снова лежат и обсуждают… Капитолина вскочила и подбежала к окну.

– Как я понимаю Наташу Ростову! – заорала она, пытаясь открыть пластиковую раму. – Так и хочется посидеть на подоконнике, поглядеть на луну и помечтать о чем-то несбыточном. – Рама не поддавалась, она открывалась не так, как бы хотелось Капитолине. – Так и хочется… – Она дергала раму. – О! – Внезапно ее рука замерла, послышался шепот. – Маргуша, там Терминатор стоит под нашими окнами.

Это был неожиданный поворот судьбы. Маргарита подскочила и на цыпочках подбежала к окну. Спрятавшись за занавесками, подруги наблюдали, как Терминатор с нескрываемым любопытством оглядывал окна дома, что-то ища в одном из них.

– Маньяк, – прошептала Марго, – нас ищет. А ты все Левушка да Левушка. Пистолет! Завтра срочно за пистолетом! – Она проследила взглядом за соседом по подъезду и не успокоилась даже после того, как к нему подбежала огромная собака.

– Он с собакой гуляет ночью, – нашла ему оправдание Капитолина. – С таким слоном нужно гулять только по ночам, чтобы не пугать днем добрых людей.

– Это точно, – согласилась с ней Марго. – Добрые люди по ночам дома сидят. Сон как рукой сняло.

Глава 6

«Шерше ля фам?!» Задержать, я сказал!

Утром Маргарита проснулась с больной головой. Не то чтобы она сильно болела, но при каждом шаге тяжелым ударом в затылок сообщала о том, что ночью нужно спать, а не заниматься всякой ерундой. Вчерашние кошмары показались глупостью, мечты – сплошными грезами, разговоры – пустой болтовней. Пока сонная Марго таскалась по уже убранным комнатам, Капитолина вовсю плескалась, оккупировав ванную. Тамара Александровна нажарила на завтрак творожников и звала всех к столу. Маргарита, рассуждая о том, плюнуть ей и умыться позже или все-таки выкурить подругу из ванной, обрубив электричество и перекрыв в туалете вентиль с горячей водой, потащилась на кухню. Но по пути ее остановил телефонный звонок.

– Да, – протянула Марго сонным голосом, – слушаю. – В трубке раздалось многозначительное сопение и кряхтенье. Внезапная догадка разбудила спящую красавицу. – Максим?! Ой, Исаев, это ты?! – Трубка сказала: «К-хе, к-хе», но Маргарита знала, что никто из числа ее знакомых так красноречиво не сопел. – Ты хочешь встретиться? – зашептала она настолько горячо, насколько ей позволяло разбитое состояние. – Говори, где и когда…

– Маргарита, – зашипела трубка голосом Исаева, – я лежу под пулями в одном из кварталов Нью-Йорка, приходится участвовать в разборках местных террористических группировок. Опираюсь на сапог убитого в неравном бою товарища. Жди меня, Маргарита! – И трубка противно запикала.

– С кем это ты шепчешься? – Тамара Александровна, услышав звонок, в мгновение ока оказалась за спиной дочери. – В шпионов играете?

– Тебе Капитолина рассказала?! – рассердилась та. – Вот болтушка! Просила же ее про моего разведчика ничего никому не болтать.

– Даже родной матери?! – всплеснула руками Тамара Александровна и укоризненно поглядела на дочь. – Ты же мне с детского сада все секреты сообщала, в школе про каждый поцелуй рассказывала! Я не говорю про Леньку Захарова, в которого вы все были повально влюблены. А тут – тайны от матери!

– Мамочка, – простонала Маргарита, – это оттого, что я сглазить боюсь, еще ничего серьезного нет.

– Парень-то хороший? – смягчилась Тамара Александровна. – Любит тебя? Или как Степан?

– Ничего не знаю, – призналась дочь, – кроме того, что он работает в разведке. А сейчас находится в Нью-Йорке и лежит под пулями террористов на сапоге убитого товарища.

Маргарита не знала, смеяться ей или плакать. Если это шутка, то довольно идиотская, а если Исаев действительно погибает под пулями? Что ей делать? Бежать за билетом на самолет? Но кто ее туда пустит, в эти американские трущобы?! Выплывшая из ванны Капитолина сразу поняла, в чем вопрос.

– Под пулями в Америке? Ты точно слышала – в Америке или в Ираке? Наши спецназовцы давно сапог не носят, у них такие стильные полуботинки, им известные модельеры шьют. Откуда там группировки? Нашел чем хвастаться, вот у нас организованная преступность похлеще их группировок! Дай-ка мне трубочку, я позвоню кому надо.

Она схватила трубку и принялась названивать. Через несколько минут Капитолина озадаченно положила трубку на место.

– Они говорят, что звонили через Австралию, абонент связывался по Интернету. Маргуша, дела обстоят еще хуже, он променял тебя на крокодилов! А Америку придумал для того, чтобы тебе было не так обидно.

Маргарита доковыляла до зеркала. Да, действительно, сегодня краше ее даже крокодил. Но зачем ему обманывать? Маргарита отвернулась от зеркала и уверенно заявила застывшим матери и подруге:

– Он не придумал, он заметал следы. К тому же просил его подождать.

– Люди добрые, что делается, – запричитала Тамара Александровна. – Зять среди аллигаторов погибает! – Поглядев на дочь, она добавила: – Ну, почти что зять, какая разница? Что делать-то?!

– Творожники есть, – мрачно ответила Маргарита. Ей самой этот странный звонок показался слишком странным. Вполне возможно, террористы напустили нервно-паралитических газов, и Исаев все перепутал. Радовало одно: он не забыл номер ее домашнего телефона. Значит, если он останется жив, позвонит еще. А если не позвонит?! Маргарита схватилась за сердце, но по затылку кто-то тут же стукнул молоточком: глупости все, глупости, вот голова – единственный объект, за который сегодня нужно переживать. – Давайте завтракать, – как могла бодро предложила Маргарита, пеняя себе на то, что проговорилась матери про Исаева. Теперь от нее не будет проходу, она спит и видит, как бы спихнуть дочь замуж. Ей, видите ли, не терпится понянчить внуков. Вот отцу одной Маргариты вполне достаточно. Тот к ней не пристает с расспросами. Хотя кто знает, мать расскажет, он не выдержит и примется давать дочери советы. Нужно будет отвлечь его разговорами о машине. Показать наклейку с Дракошей! Возможно, она понравится, и он заклеит ею ржавое пятно на своей машине. Маргарита налила всем кофе и встревоженно поглядела на часы. – Все, – ужаснулась она, – на работу опоздала! – схватила творожник и бросилась в ванную.

– Сиди, – остановила ее Тамара Александровна, – голова твоя забита не тем, чем надо. Шпионы, террористы. Сегодня у тебя выходной день! Отец работает, я надеялась, что на дачу меня отвезешь ты. Рассада вымахала высоченная, высаживать нужно. Отвезешь меня и можешь возвращаться.

– Точно, Марго, – заметила Капитолина, – сегодня суббота. А я думала, что ты знаешь…Тамара Александровна, подождите меня, я поеду с вами. А то Маргарите одной возвращаться будет скучно.

Вот так нелегко приходится автомобилистам-любителям. Никто не спрашивает у них, хорошо ли они выспались, не болит ли голова, не ломит ли спина, не подкашиваются ли ноги. Ставят перед фактом – будь, милый или милая, добр, довези родственника до места назначения. Пользоваться общественным наземным и подземным транспортом родственники уже не хотят, требуют комфорта…

– Значит, – поджала губы Тамара Александровна, – мать родную везти не хочешь?

– Хочу, – согласилась дочь, вспоминая, где у нее валяется карта родного края.

– А подругу? – быстро дожевывая, поинтересовалась Капитолина.

Маргарита прикинула, по какой трассе ей нужно будет добираться и как лучше объехать центральные улицы. Маршруты она знала плохо, вздохнула и отправилась искать карту. Когда-то нужно начинать ездить по сельской местности. К тому же ее однокашники по автошколе в один голос твердили, что это гораздо интереснее, чем торчать в городских пробках. Капитолина побежала переодеваться, значит, времени для того, чтобы изучить местность, у нее вагон и маленькая тележка.

– У твоей машины багажник большой? – Тамара Александровна достала приготовленную заранее сумку на колесиках. Маргарита удивилась, она только что думала о тележке. Интересно, если она подумает об Исаеве, он появится перед ней? Или останется увертываться от вражеских пуль?


Весеннее солнце так пригрело хилые ростки помидоров в ящике, что они резко повернулись в его сторону и чуть не свалились со скамейки, на которой дожидались своей очереди на посадку. «Вот это жажда жизни», – подумала Маргарита, помогая матери укладывать многочисленный багаж. Нужно отдать должное помидорам – для того чтобы тянуться к солнцу, времени у них было предостаточно. Пока Маргарита дошла до гаражного кооператива, открыла свою «девятку», поддержала разговор с угрюмым Федором, интересующимся ее подругой, кое-как выкатилась из гаража, пропустила, для того чтобы не сдавать задним ходом, все транспортные единицы в пределах видимости… как раз подошла Капитолина. Выглядела она отпадно: дерзкий топик, намекающий на скрытые прелести, и ни на что не намекающая юбчонка – из-под нее все торчало наружу. Боевую раскраску подруга нанести еще не успела, но намеревалась это сделать в машине, усевшись на переднее сиденье. Тамара Александровна, переживая за рассаду, сама захотела ехать сзади. Как только дочь повернула ключ в замке зажигания, она перекрестилась. Маргарита вспомнила старушек и хотела было обидеться за неверие в ее водительское мастерство, но передумала. «Ну что взять с мамы, – рассудила она, – в ее возрасте женщины более всего склонны доверять глупым шуточкам про блондинок за рулем».

– Ой! – вскрикнула Капитолина, глядя в зеркало заднего вида. – В одной машине три блондинки!

Тамара Александровна округлила глаза и перекрестилась еще раз.

Она зря боялась, доехали практически без приключений. Безусловно, без дорожных пробок не обошлось, пришлось стоять на выезде из города. Происшествие случилось не с Маргаритой, она вела машину очень аккуратно, Капитолина честно предупреждала ее о знаках, она даже не притронулась к косметичке, пока не выехали из города. В пробке стояли из-за того, что разделительную спецполосу не поделили два автомобиля с мигалками, перевозившие в противоположные стороны очень высокое начальство. «Простые» водители чудом не пострадали, когда две «мигалки» заскрежетали дорогим металлом. Пришлось дожидаться представителей Госавтоинспекции, которые мигом обнаружили нарушителя. Им оказался пешеход Иван Васильевич Пупкин, одной ногой ступивший на пешеходный переход. Пока выясняли, зачем он подставил подножку спецтранспорту, все терпеливо ждали. «Девятка» урчала, ворчала на своем автомобильном языке, но свою хозяйку не подвела – не заглохла. Но Марго все равно сидела в напряжении – это была ее первая автомобильная пробка.

Тамара Александровна переживала за помидоры, а те, одуревшие от солнечных лучей, беспардонно лезли в окно на свежий воздух. Вместе с ними лезла Капитолина, ей не сиделось спокойно на одном месте, когда вокруг было столько мужчин. Некоторые из них ехали поодиночке, а Капа все равно поглядывала на задние сиденья их автомобилей. Улыбаясь каждому из них, она мысленно готовилась к внезапному появлению, как черт из табакерки, их ревнивых вторых половин. Помахивая журналом фривольного содержания или «Наукой и жизнью» – в зависимости от того, с кем она собиралась начать разговор, – Капитолина мысленно жаловалась на судьбу, погоду и полное одиночество, смахивая с лица листья назойливых растений, колыхающихся на ветру. Тамара Александровна округляла глаза и пыталась вернуть Капитолину в свое общество, напоминая ей о том, какой хороший парень Леня Захаров. Капе пришлось рассказать, что она видела его с длинноногой девицей, Тамара Александровна высказала ей все, что думала по поводу старых дев, и горестно замолчала. Но ненадолго.

Дискуссия о том, в каком возрасте следует современным девицам выходить замуж, затянулась до самого дачного поселка. Маргарита участия в ней не принимала, хотя целиком и полностью поддерживала подругу – с замужеством торопиться не стоит. Лучше всего зарегистрироваться после тридцати, ребенка родить после тридцати пяти, а второго, если очень захочется получить от государства «материнский капитал», завести после сорока. Тамара Александровна расстроилась, раскраснелась, возразила, что заводят не детей, а кроликов, и что это очень плохо, когда у девушек в голове бродят такие революционные мысли. Капитолина добавила масла в огонь, заявив, что и расписываться уже давно не модно, современные семейные пары живут в гражданском браке. Вообще, как добавила она, у матерей-одиночек масса льгот и субсидий, на которые можно спокойно растить ребенка и без отца. Тамара Александровна отпустила помидоры и схватилась за сердце. Молчала она минут пять, подыскивая достойные аргументы, после чего спор разгорелся с новой силой. Капитолина забыла улыбаться проезжающим мимо водителям, да и делать это на скорости было практически невозможно.

Маргарита, как только они выбрались из пробки на трассу, разогналась до шестидесяти километров в час. Конечно, когда едешь на пассажирском сиденье, кажется, что скорость маленькая: деревца мимо проплывают неохотно, пенсионеры успевают небрежно перейти дорогу, кошки – хвостом помахать на прощание… Сядьте сами за руль – деревья с домами сменяются, как в калейдоскопе, пенсионеров того и гляди раздавишь, кошке хвост переедешь, не скорость, а скоростища! У Маргариты захватывало дух, она впервые ощутила всю полноту свободного передвижения, несясь с ветерком. Какая русская девушка не любит быстрой езды?! Маргарита чувствовала, что способна на большее, но сдерживала себя. Тамара Александровна с Капитолиной, наоборот, чуть не переругались. Последняя с маниакальным упорством отстаивала права молодежи, а первая вспоминала свою молодость. Дачный домик с мансардой, в окне которой красовались цветные стекла, показался очень вовремя. Задерживаться долго не стали, выгрузили Тамару Александровну с помидорами, тележку на колесиках, баулы с провиантом и собрались возвращаться обратно. Маргарита планировала в этот день заехать в охотничий магазин. Как ни крути, а огнестрельное оружие покупать придется. Капитолина обрадовалась, что спор с матерью подруги завершился на дружественной «ничьей». У Тамары Александровны стояла в глазах жалость к девчонкам, которые, по ее мнению, так еще ничего и не поняли в жизни. Она оправдывала их тем, что те никогда не любили, и искренне надеялась, что сильное чувство с радостью и переживаниями у девчонок еще впереди.


Инспектор Свистунов скучал на посту. Погода была отличная, сидеть в будке не хотелось, к тому же план по нарушителям он не выполнил. Прихватив свою волшебную полосатую палку, он разгуливал по обочине дороги, провожая цепким взглядом притормаживающие автомобили. Останавливать навороченную иномарку не хотелось, слишком много возни и шума, а вот задержать какой-нибудь «жигуленок» можно было легко. Одним взмахом палочки инспектор Свистунов остановил светлую «девятку», подозрительно тащившуюся по свободной дороге черепашьим ходом, и направился навстречу водителю. Он не сразу признал в водителе свою «старую» знакомую, но, когда узнал, обомлел.

– Калугина?! – От удивления фуражка со лба инспектора Свистунова сама съехала на затылок.

– Товарищ милиционер! – обрадовалась Маргарита. – Какая неожиданная встреча! – И тут же сообразила: – Но вы же не дэпээсник, вы же экзамены принимаете?

– Принимал, – протянул Свистунов, возвращая фуражку на исходную позицию. – Теперь вот начальство доверило самый сложный участок. – Он подозрительно прищурился. – Стою теперь здесь, проверяю…Что, курсант Калугина, тьфу, гражданка Калугина, ремень безопасности не пристегнут?! Так, – довольный Свистунов обошел автомобиль Марго со всех сторон. – Фары заднего хода грязные! Номерные знаки просматриваются не четко! Тонировочка выше нормы… Итого с вас, гражданка Калугина, – Свистунов закатил глаза к небу, – так, еще плюс за превышение скорости. Вы же наверняка, Калугина, превышали. Аптечка небось просрочена, огнетушителя, скорее всего, не было и нет, техосмотр не проходила…

– Некогда, – пробормотала изумленная Маргарита, – но обязательно пройду в следующий раз. Я же только недавно за рулем! Вы что же, товарищ Свистунов, меня штрафовать будете?!

– Уже иду оформлять протокол, – сообщил довольный инспектор, – документики, Калугина!

Маргарита опешила, такого свинства от бравого инспектора она не ожидала. Лично у нее об учебе в автошколе, сдаче экзаменов в ГИБДД сохранились только приятные воспоминания. Свистунов так не считал. Эта Калугина ему столько крови выпила, больше, чем теща, которая сегодня, едва отпраздновав день рождения, праздновала свой день ангела. Или столько или больше? Свистунов на мгновение задумался. Но так как думать он особо не любил, а предпочитал действовать по Правилам дорожного движения, то процитировал нарушительнице пункт, в котором говорилось об ответственности водителя за наезд на пешехода.

– Но на дороге не было ни одного пешехода! – возмутилась Маргарита.

– Поэтому, – Свистунов поднял вверх полосатую палку, – я оштрафую вас, гражданка Калугина, за все остальное! Если бы был пешеход, то ваш автомобиль отправился бы на штрафную стоянку.

Маргарита от неожиданности присвистнула. Инспектор тут же обиделся:

– И прошу без намеков на мое ФИО. Свистунов – это не просто фамилия, это милицейская судьба!

На свист откликнулся не только он. Капитолина, дожидаясь Маргариту, врубила магнитолу, но та ей скоро наскучила однообразной попсой, она щелкнула выключателем и услышала свист подруги. Выглянув в окно, Капа по растерянной физиономии Марго догадалась, в чем дело. Сидеть сложа руки она не стала и открыла дверцу… Свистунов как раз мстительно разъяснял Маргарите, сколько той придется мучиться с оплатой штрафов, а их, радовался инспектор, будет так много.

Фраза оборвалась на полуслове, показавшаяся из салона полная женская ножка нетерпеливо стукнула каблучком об асфальт.

– Маргуша, – раздался капризный голос Капитолины, – ты скоро?! – Следом за ножкой из салона показалась грудь, на ее фоне остальные части тела терялись и казались малозначительными. Капитолина одернула неприлично короткую юбчонку и медленно, вникая в обстановку, поплыла к спорившим. – Ой! – воскликнула прелестница, утыкаясь кокетливым взором в инспектора. – А я вас знаю! Вы заваливали Маргушу на экзамене целых три раза! – Она восторженно распахнула глаза и продолжила надутыми губками: – Я думала, что вы такой злой и жестокий, а вы! – Она хлопнула в ладоши. – А вы, оказывается, такой интересный мужчина. – Капа подхватила хмурого гаишника под руку и сообщила ему волнующе-доверительно: – Вам так идет эта серая форма! Вы такой мужественный!

– Да, я такой, – подтвердил озадаченный Свистунов. – Такой я мужественный.

Капитолина оттащила Свистунова в сторону от подруги и зашептала что-то, обжигая горячим дыханием его галстук. Маргарита улыбнулась: Капитолина, актриса погорелого театра, как обычно, в своем репертуаре – продолжает играть свою трагикомическую роль.

– Кузьма? Тебя зовут Кузьма?! – доносилось до сделавшей безучастный вид Маргариты. – Кузьма! Какое мужественное имя. Мы так надеемся на твое мужество, Кузьма, так надеемся, что ты поможешь двум беззащитным девушкам. – Капитолина плела, сама не знала что. – Мы попали в беду, Кузьма! За нами на навороченном черном джипе с номером в три семерки гонится банда головорезов, за рулем сидит бритоголовый мужик. Он, Кузьма, настоящий наркоделец, пытающийся скрыться от нашей доблестной милиции. У него, товарищ мужественный инспектор, чемодан марихуаны в багажнике. Мы стали невольными свидетельницами этого чемодана. – Капитолина тяжело вздохнула, фантазия иссякла. – Спаси нас, Кузя. – Она провела пальчиком по галстуку и поцеловала Свистунова в нос. – Задержи нарушителей и преступников! И тебе начальство снова доверит самый ответственный пост…

Перед глазами инспектора всплыл подвиг доблестного милиционера, задерживающего бандитов. Он оглянулся на будку, где дремал его напарник, и усмехнулся. Он возьмет преступников один, один станет героем. Нужно браться за джип, пускай эта Калугина проваливает быстрее. Но стоит ли верить этой симпатичной девице? Не навешала ли она ему на уши лапшу? Нельзя поддаваться ее чарам.

– Обождите, гражданка, – отстранился от нее Свистунов и скрылся в будке.

Капитолина вернулась к подруге, и они притихли, как мышки, прислушиваясь к звукам внутри поста.

– Что?! – орал Свистунов, словно разговаривал не с соседним постом, а с Дальним Востоком. – Я говорю – черный джип с тремя семерками! Проходил? Когда? Только что?! Иду на задержание!

Свистунов, оглядываясь на напарника, который продолжал как ни в чем не бывало отдыхать, побежал на дорогу. Продолжать беседу с бывшей ученицей ему уже не хотелось, он махнул им рукой, показывая, что те могут уезжать. Девчонок не нужно было долго уговаривать. Маргарита отлично знала, что в споре с инспектором ГИБДД всегда правы Правила дорожного движения, которые она уже успела забыть.

– Как ты догадалась, что за нами едет черный джип? – поинтересовалась Маргарита у подруги, отъезжая подальше от злополучного Свистунова.

– А чего тут гадать? – пожала плечами Капитолина. – На дороге полным-полно черных джипов. Среди них попадаются навороченные. А у них, – Капа хитро хихикнула, – считается делом чести заполучить себе счастливые номера. Любой навороченный черный джип будет кататься только с тремя семерками. Некоторые лепят шестерки, но это явный перебор. Шестерками быть себе дороже.

Черный джип показался через пятнадцать минут. За это время Свистунов несколько раз отругал себя за то, что поверил дурам блондинкам, которым примерещилась всякая ерунда. Напарник все еще дремал, Свистунов скорчил в сторону будки обезьянью рожу, мало чем отличающуюся от его собственной, и с ухмылкой направился наперерез джипу. У машины действительно номер состоял из трех семерок, а за рулем сидел хоть и не бритоголовый, но тоже лысый мужик. Свистунов потер лоб, где-то он видел этого мужика, но только забыл где.

– Чего хочешь, командир? – опуская тонированное стекло, спросил лысый водитель.

Свистунов расставил ноги на ширину плеч и принялся долбить полосатой палкой по своей ладони.

– Выходим по одному! – приказал он, глядя в удивленную физиономию.

– Да я, как бы тебе это объяснить, чтобы ты понял, – напрягся мужик, – один еду.

– Все равно, – заупрямился Свистунов, – по одному, и руки за голову, а не то я применю табельное оружие! – Он схватился одной рукой за пояс, но оружия там не обнаружил и набычился еще больше.


Начальник управления ГИБДД сидел на кухне, хлебал борщ, заботливо приготовленный дочерью, и мрачно прислушивался к звонку мобильного телефона. Кивком головы указав дитяте, чтобы принесла аппарат к начальственному телу, он отложил ложку и вытер хлебом губы.

– Стародубцев, слушаю. Что?! – взревел он. – Моего зятя?! На посту?! Перетрясли весь джип?! Искали два часа! Все это время – руки за голову?! Так, так… Что искали? Чемодан с марихуаной?! – Он поднял глаза на испуганную дочь. – Нашли? Нет, надо же. А что нашли? Порнографические фотографии, презервативы и визитки массажисток. Что еще? Так, так… надо же. И кто додумался остановить и прошмонать моего зятя?! Свистунов. Так, инспектор ДПС Свистунов. Проклинал всех блондинок, вместе взятых, шмонал, злой, как черт, и не поддавался никаким угрозам и уговорам. – Начальник управления строго поглядел на дочь. – Слышь, у твоего идиота нашли мое охотничье ружье. – Дочь горестно всхлипнула и демонстративно отвернулась к окну. – Задержать нарушителя на неопределенное время до выяснения всех обстоятельств! – Дочь резко повернулась и пристально поглядела на отца, тот молча кивнул. – А он, дурак мой, тьфу ты, зять, один ехал или с бабой? Один, – повторил он для дочери. Та фыркнула и снова отвернулась. – Задержать, я сказал! А этому инспектору Свистунову благодарность и поощрение за проявленную бдительность на вверенной территории.


На въезде в город подруги снова попали в затор. Складывалось такое впечатление, что народ вместе с ними кочует туда и обратно, наслаждаясь стоянием в душных пробках. Маргарите пришлось снова напрячься для того, чтобы медленно, но верно, не пропуская вперед себя ни одного ловкача, держаться за серебристой иномаркой, смело подставлявшей ей свой «зад» для удара. Капитолина расстроилась, заднее стекло иномарки было слишком затонировано, водителя разглядеть через этот сумрак было совершенно невозможно. Оглядываться назад, где мотылялся серый «жигуленок», было просто неприлично. С одного бока их прижимала фура, с другого… Капитолина улыбнулась. С другого бока, практически в двух шагах от нее, за рулем «Мерседеса» сидел темноглазый брюнет. Он, поймав взгляд девушки, улыбнулся в ответ. Капитолина приняла его улыбку как руководство к действию и бросила в окно незамысловатый вопрос типа: «А не подскажет ли кто, который час? Спешить-то мне некуда, сегодня я совершенно свободна. Просто очень захотелось узнать, сколько же мы стоим в этой пробке».

– Ферштее нихьт, – ответил брюнет и снова показал Капитолине свои иностранные зубы.

– И чего зубоскалит, – досадовала та, – если ничего не ферштеет. Маргуша, ты «дую спик инглиш» изучала или «хенде хох»? – Маргарита напомнила, что изучала тот же язык, что и подруга.

– Хенде хох, хенде хох, – обрадовался немец знакомому выражению.

– Нет, ну чему он радуется?! – возмущалась Капитолина. – Я-то не ферштее ничего. – Она развела руками. – Маргуша, может, попытаться объясниться на французском? Я знаю одну очень интересную фразу, подходящую к этой обстановке. «Шерше ля фам?!» – крикнула она немцу. Тот испугался и вжался в кресло «Мерседеса». – Чего это он? – не поняла Капитолина. – Я же спросила у него, который час.

– Мне кажется, – засмеялась Маргарита, – это что-то совсем другое. Помнится, до недавнего момента в переводе с французского это означало: «Ищите женщину». – Смех стоил ей того, что ловкач на сером «жигуленке» ухитрился вклиниться между ней и серебристой иномаркой. «Мерседес» поддал газу и обогнал их «девятку», увозя с собой перепуганного вопросом иноземца.

– Нет, ну какая несправедливость, – взбунтовалась Капитолина. – Как только мужчина слышит от женщины прямое требование свидания, он сразу исчезает с горизонта. Они, мужики, что, душевнобольные? Их нужно долго и упорно приучать к определенной мысли, с которой они так никогда и не смирятся, что мы не такие страшные и не кусаемся…

– Какой кы-ра-са-вица, – раздалось поблизости. Вместо немца сбоку очутился еще один иноземец из южных стран.

– Отвали! – прошипела вредная Капитолина. – Я не понимаю по-иностранному.

– Ку-сачий, – опешил иноземец, – как ко-ро-ко-дила.

Маргарита вздохнула и вспомнила Исаева. Как он там, среди террористов, бедолага?

Глава 7

Она – круглая идиотка, он – полный придурок, пардон

Илья Давыдов гнал свой серебристый «Мерседес», как будто боялся опоздать на важную встречу. На самом деле спешить ему было некуда. Встреча состоялась и не принесла ничего неожиданного. Те же проблемы, те же желания. Жена небогатого менеджера из фирмы по продаже пылесосов наняла Илью для слежки за собственным мужем. Ей стало казаться, что тот приходит домой, озабоченный совершенно другими вопросами, и они никак не связаны с продажей пылесосов. К тому же в последнее время от него за версту несет дорогой парфюмерией, а в один из вечеров он заявился домой с отпечатком губной помады на белом воротничке. Объяснять Милованов ничего не пожелал, заявил, что его специально испачкали для того, чтобы разрушить их крепкую, дружную семью. Но жена на этот раз сильно задумалась над крепостью их отношений и позвонила Давыдову.

Давыдов, два года назад закончивший с отличием юридический факультет, сглупил и стал частным сыщиком. Тогда это занятие казалось ему не только прибыльным, но и интересным. Вскоре дела стали настолько однообразными, что он потерял к ним всякий интерес. Неизвестному сыщику приходилось заниматься исключительно слежкой за неверными супругами, это приносило определенный, а порой даже очень неплохой доход, но не давало морального удовлетворения. Не было в профессиональной жизни Давыдова захватывающих столкновений с сильным противником, раскрытия хитро обставленных убийств, погони за бандитами. Всем этим занимался однокашник Давыдова по институту, работая на солидную сыскную контору. Попасть туда было заветной мечтой Ильи. Его бы взяли к известным сыскарям, если бы он раскрыл хоть одно громкое преступление. Давыдову не везло, очередное дело на первый взгляд вновь оказалось банальной супружеской изменой. Сколько ему уже пришлось вытерпеть слез и истерик слабого пола, так что одним делом меньше, одним больше – не играло в его судьбе никакой роли. Вот если бы раскрыть вооруженное нападение!

Дело Парфюмера, как обозвал Милованова Илья, требовало небольшого вложения средств для покупки принадлежностей, позволяющих следить за клиентом на расстоянии. К тому же нужно было купить баллончик с нервно-паралитическим газом, у того, что лежал в бардачке автомобиля, истек срок годности. Оружия у Давыдова не было, неверные мужья даже не подозревали, что за ними следили, и не знали, кому мстить за разрушенный тет-а-тет. Давыдов подъехал к охотничьему магазину с дерзким названием «За двумя зайцами» и встал как вкопанный.

Перед магазином, перекрывая въезд и выезд всем автомобилям, стояла светлая «девятка». У Давыдова защемило сердце, словно вид автомобиля вредил коронарным сосудам. Так и есть, это была она, та девушка, понравившаяся ему с первого взгляда. Светлая, милая, беззащитная… В его влюбленном мозгу возник ее чистый образ ангела, сидящего на белоснежном облаке. Образ не померк даже после того, как из открытых окон «девятки» донеслось:

– Ты че, мужик, спятил?! Какой задний ход?! Эта машина с передним приводом!

Ангелы умели постоять за себя. Озадаченные водители, крутя пальцами у висков, объезжали «девятку». Давыдов заглушил двигатель и остался следить за предметом еще одной своей мечты. Предмет вышел из «девятки» и медленно поплыл к магазину. Девица шла со своей подругой довольно бодрым шагом, просто Давыдову казалось, что она летела над городской суетой медленно. Он успел разглядеть каждую милую черточку ее озабоченного лица, успел полюбоваться роскошными белокурыми волосами и отточенными движениями восхитительного тела. Когда девушка скрылась в магазине, Давыдов бросился следом за ней, предполагая продолжить свое обычное занятие наблюдателя. Только на этот раз оно доставляло ему неимоверное удовольствие.

– Нам нужно огнестрельное оружие, – заявила Капитолина подошедшему к ним продавцу, – чтоб било сразу и наповал!

Ангел решил кого-то пристрелить. Давыдов постарался не попасть интересующему его объекту на глаза. С его опытом и мастерством это удалось довольно легко.

– На кого собираетесь охотиться? – вежливо поинтересовался продавец.

– На Терминатора, – призналась Маргарита, – с его жутким нечеловеческим роботом-животным.

Брови продавца уползли наверх, но он не подал вида и с поразительной вежливостью принялся предлагать подругам свой товар. Выбор был огромный. Было одно «но» – на огнестрельное оружие требовалось разрешение правоохранительных органов. Его у девушек не было, поэтому выбор сводился к газовым пистолетам и прочей ерунде. Ангел выбрал из всей ерунды самую большую – пневматическую винтовку и с довольным видом выплыл из магазина. Давыдов направился к выходу, но передумал.

Что он ей скажет? Давыдов растерялся, он привык все обдумывать заранее, планировать случайности, предупреждать неприятности… Ничего подобного в данный момент у него не было. Илья вернулся к прилавку и начал рассматривать товар.

«Никуда она от меня не денется», – думал Давыдов, поворачивая руль серебристой машины в сторону улицы Дзержинского. Он знал, где обитает Ангел, оставалось только устроить случайную встречу, которая в дальнейшем переросла бы в более тесное знакомство. Вариантов было множество, но в голове Ильи крутились только недостойные его профессионального опыта глупости. Он «случайно» наступает ей на ногу в набитом битком вагоне метро. Она вскрикивает, ей больно – у него сорок третий размер. Он говорит ей о том, что страшно сожалеет о случившемся, и наступает снова. Она вскрикивает, ей больно. Он извиняется и давит ее ногу в очередной раз. После этого звучит финальная победная фраза:

– Простите, извините! Я совсем не неуклюжий, просто ноги отвыкли от твердой почвы. На днях я вернулся из кругосветного плавания на собственной яхте.

Ангел не может быть меркантильным, к тому же на метро они оба не ездят. Ангел должен сопереживать. Вариант следующий: он падает на траву перед ее домом, сворачивается калачиком, поджимая под себя ноги, и жадно хватает воздух ртом. Она выбегает из дома и кричит: «Что случилось?!» – предлагает свою помощь. Он садится, переводит дух, говорит, что все позади, ему стало легче. Дальше он берет ее руку в свою и осыпает комплиментами: она такая добросердечная, она такая отзывчивая, она такая-растакая! После комплиментов не устоит ни одна представительница слабого пола.

Она должна устоять! Она – непорочная, она – Ангел. Лучше познакомиться проще. Он идет по ее двору, она – ему навстречу. Он распахивает объятия и кричит ей: «Матильда Кшесинская! Сколько лет, сколько зим?! Вы нисколько не изменились и стали еще обворожительней!» Она отрицает свое отношение к Матильде Кшесинской, он смущается, расстраивается и интересуется, так кто же она на самом деле. Ей ничего не остается, как признаться и познакомиться. Но Ангел может ответить, что во дворах с незнакомыми мужчинами не знакомится, и пройти мимо.

Давыдов вытер пот со лба. Ничего хорошего не получалось. Оставалось лишь одно – попасть в совместное дорожно-транспортное происшествие и сплотиться, бегая по инстанциям. Он въехал во двор, где уже стояла светлая «девятка», и оттуда снова неслось про передний привод. Сейчас он разгонится и ударит эту машину! А дальше – будь что будет. Внезапно из-за поворота показался незнакомый парень, который сразу же подошел к «девятке», сел за руль и поехал вместе с подругами в сторону гаражного кооператива. Давыдов разочаровался, у нее уже есть поклонник, к тому же он моложе его и пользуется интересом со стороны Ангела. Как ему не хватает громкого дела, известности, авторитета! Ему срочно нужно найти это дело и начать охоту за Ангелом своей мечты.


Парфюмер оказался крепким орешком. Вместо того чтобы каждое утро тащиться к себе на фирму по продаже пылесосов, он отправлялся в какой-то занюханный магазинчик на углу перед банком и скрывался там на весь день. Вечером Парфюмер выходил из магазина и как ни в чем не бывало отправлялся к себе домой. Милованова звонила два вечера подряд и сообщала сыщику о характерных запахах, не прекращающих разноситься от мужа по всей квартире. Отпечатков губной помады больше не было. Но, по ее мнению, вполне возможно, что ее супруг со своей продажной женщиной «ушли» в глубокое подполье. Давыдов точно знал, что продажные женщины не пользуются духами, дабы не причинять неприятностей женам своих клиентов. Значит, та, с которой Парфюмер встречался в магазине, была его постоянной пассией, а не мимолетным увлечением. Парфюмер с поразительным постоянством таскался на весь день в магазин как на работу. Давыдов выяснил, что так оно и было: из фирмы, торгующей пылесосами, тот уволился и устроился в торговую точку… грузчиком. Мужчина с высшим образованием за плечами устраивается в магазин грузчиком – об этом следовало хорошенько подумать. Вряд ли в этом деле обошлось без женщины! Только ради женщины мужчина способен на безумные поступки. Эта дама его сердца наверняка работала там же. Иначе зачем ему менять место работы? Разве только из-за большего количества свободного времени. Но в последние дни Парфюмер не вылезал из своего магазина, кстати, торгующего парфюмерией и косметикой только для дам. Ответ на один из вопросов был найден: Парфюмер работал в парфюмерном магазине, потому и пах женскими ароматами. Милованову это сообщение ошарашило, Давыдов с трудом уговорил ее не подавать вида и провести операцию слежения за ее супругом до логического завершения. Оставался один вопрос: кто та красотка, ради которой Парфюмер согласился таскать целыми днями коробки с флаконами и тюбиками. В небольшом магазине попеременно работали две продавщицы, обе неопределенного возраста и обычной внешности, заведовал магазинчиком старый армянин, редко появляющийся у своих подопечных. О владельце или владелице никто ничего определенного сказать не мог, но он-она были.

Строя планы знакомства с Ангелом своей мечты, Давыдов не терял бдительности. Милованова вызывала у него сострадание и желание помочь. Хотя дело Парфюмера не могло прославить Давыдова как сыщика, довести его до конца он считал своим долгом, на выполнение которого он отправлялся ежедневно с упорством, достойным другого применения. В один из солнечных погожих дней ему очень повезло. Он увидел своего Ангела. Решив перекусить в ближайшем кафе, пока Парфюмер выгружал из «Газели» коробки, Давыдов заглянул сюда совершенно случайно. Ангел сидел один со скучающим видом и перебирал тонкими пальчиками ключи от своего автомобиля. Она кого-то ждала, это было так очевидно! Время от времени она доставала зеркальце и разглядывала свое отражение, поправляя выбившиеся из общей массы белокурые волоски. Она ждала терпеливо, Давыдов решил сегодня наплевать на Парфюмера и проследить за ней. В его голове вновь стали пробегать дружной чередой подходящие моменты для знакомства. Он может пригласить ее за свой столик, он может пересесть к ней, если тот, кого она ждет, так и не появится. Он многое может, главное, не спускать с нее глаз. Даже если сейчас придет тот парень, с которым они на днях отправились в сторону гаражного кооператива, то это ничего не изменит в его привязанности к ней. Он давно мечтал о достойном противнике, и он его получил. Пусть не в деле с бандитами и погонями. Это дело также заслуживает того, чтобы одержать в нем победу и завоевать внимание Ангела. Сейчас оно было довольно рассеянным и сосредоточенным только на входной двери. Глаза блуждали в поисках знакомого лица, от одного входившего к другому.

Он пришел, тот, кого она ждала. Прошел к ней за столик, воровато оглянулся и одарил девушку белозубой улыбкой и нежным взглядом голубых глаз. Давыдов замер в оцепенении. Такого он не ожидал. Парень, который сел рядом с ней, был не тем парнем, которого он ожидал увидеть. И это был никакой не парень. Это был Парфюмер! Давыдов полез в карман за подслушивающим аппаратом и обнаружил, что оставил его дома. До того дня с Парфюмером было все ясно, слушать его признания с пассией, ради которой он устроился в магазин, было смешно. Давыдов прекрасно знал, что говорят в таких случаях неверные мужья. Но сейчас ему было необходимо знать все, что Парфюмер скажет девушке, все, до единого слова! Он подозвал официанта и вложил ему в карман купюру солидного достоинства, указав на парочку за дальним столом. Официант кивнул головой: дескать, не переживайте, дорогой господин, сделаю все, что смогу. А что он мог?! Несколько раз пройти мимо Парфюмера с девушкой и донести до него обрывки фраз. Давыдов это прекрасно осознавал, но ему было нужно хотя бы это.


Исаев позвонил Маргарите рано утром и сообщил, что вернулся из заграничной командировки. Та испугалась, не ранен ли он, но разведчик четко доложил о своем крепком здоровье и намерении немедленно же увидеть Маргариту. Она не стала откладывать на завтра то, что собиралась сделать сегодня, и согласилась на встречу. В ее душе остался неприятный осадок от телефонного звонка с сапогом убитого террористами товарища, и не терпелось услышать объяснения Исаева, что бы это значило. Марго пришла в кафе раньше его и принялась ждать. Капитолина, которой она позвонила перед тем, как идти сюда, настроила подругу на воинственный лад. Марго, по ее мнению, должна была припереть коварного обманщика к стенке и вытрясти из него необходимые сведения. Маргарита же предпочитала вытрясти из него хотя бы извинение за неуместную глупую шутку. Когда Исаев появился, поглядел на нее своим лучезарным взором, улыбнулся только ей белоснежной улыбкой, она поняла, что трясти из него ничего не будет. Он не груша, чтобы его трясти, он мужчина, к которому ее тянет чисто женское любопытство, а может, даже и любовь. Маргарита не разобралась еще в своих чувствах, но хотела это сделать как можно быстрее. Те гадости, что ей наговорила Капитолина про Исаева, требовали срочного опровержения.

Исаев ничего не собирался опровергать. Он сел напротив Марго и нежно взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. Одна лишь фраза о том, что он глубоко сожалеет о своей несдержанности, ранившей его подругу жизни (он так прямо и сказал «подругу жизни»), расставила все по своим местам. Он переживал, и этого было вполне достаточно. Для Маргариты. Исаеву показалось этого мало, и он скинул с себя пиджак, повесив его на спинку стула. Сам по себе пиджак разведчика не представлял ничего интересного, а вот короткий рукав скрывавшейся под пиджаком рубашки крикливо подчеркивал марлевую повязку на руке, чуть выше локтя. Это было ранение, сквозь марлю проступала кровь.

– Что это? – трагическим шепотом поинтересовалась Маргарита, глядя на перевязанную руку.

– А, так, – махнул здоровой рукой Исаев, – не бери в голову. Бандитская пуля.

Маргарите стало стыдно. Она так плохо думала о человеке, который в это самое время рисковал жизнью, возможно даже, спасая мир! Он действительно уворачивался от пуль в кварталах Нью-Йорка.

– Ты спасал мир?! – восхищенно произнесла она таким голосом, что проходивший мимо них официант обернулся и внимательно поглядел на парочку. – Ты – мой герой! Я тебя ждала.

Исаев улыбнулся хищным оскалом и плотоядно уставился на Маргариту. Эта дуреха поверила ему! Она все приняла за чистую монету. Вот что значит для бабы мужская красота и романтика отношений.

Им не нужно простого менеджера или грузчика, им всем подавай разведчиков. И эта его истеричка жена тоже требует от него невозможного – романтики. Он все продумал, он все сделает правильно. Хотели романтики – пожалуйста, получите и распишитесь. Только где вы будете ставить свою роспись, дорогие бабоньки, вот в чем вопрос. Эта молоденькая дурочка наверняка через денек-другой потянет его в загс оформлять отношения. Та, другая, рыдая, побежит писать иск в суд и делить имущество. А что они нажили за полжизни? Ничего. Тьфу, одни пустяки. Но скоро все изменится, совсем скоро.

– Скоро все изменится, – бесцветным голосом произнес Исаев, – меня отправляют брать Белый дом.

– Это тот, что на соседней улице? – спросила Маргарита.

– Глупышка, – усмехнулся Исаев, – это тот, что в Америке. Очень сложная операция. – Он выставил на передний план свою раненую руку. – После нее вряд ли кто останется живым. – Маргарита хлопала длиннющими ресницами, пытаясь остановить навернувшуюся слезу. Исаева это вдохновляло еще больше. – Мне поручен самый опасный участок: вход в Белый дом, охраняющийся скрытой камерой наблюдения с автоматическим прицелом. – Маргарита замерла. Довольный Исаев продолжил: – Прорваться через нее физически невозможно. Мне придется закрыть амбразуру, то есть камеру, своим телом. Для того чтобы товарищи смогли проникнуть внутрь здания без потерь. – Он помрачнел. – Это наша последняя встреча, Маргарита. Больше я тебя не попрошу меня ждать.

– Может, что-то можно сделать? – робко поинтересовалась та.

– Может, – согласился Исаев и крепко сжал ее руку, – прямо сегодня, прямо сейчас. Только мы с тобой, одни. Одни на всем белом свете, после того, как я буду уверен в твоей любви, она поможет мне остаться невредимым. – Исаев сжал в кармане брюк ключи от квартиры друга. Еще немного, и она дозреет. Он подозвал официанта и заказал шампанского.


– Значит, так, – сообщил Давыдову официант, заглядывая в свою записную книжку. – Оба не в своем уме. Или: она – круглая идиотка, а он – полный придурок, пардон. Он собирается ложиться на амбразуру, она ради него – в постель. Действие собираются перенести в Белый дом и свергнуть действующее правительство. Так, еще, – официант делал вид, будто принимает заказ, – у него ранена рука. Странно, я думаю, голове тоже досталось. Девица, видимо, также где-то пострадала и теперь мыслит совершенно неадекватно.

– Достаточно, – буркнул Давыдов. – Я просил пересказать их разговор, а не предоставлять мне свои умозаключения.

– Между прочим, – гордо ответил официант, выпячивая вперед грудную клетку, – моими мозгами часто пользуется федеральная разведка. У них свой столик в том конце. Как раз там, где сидят ваши знакомые. Только сегодня он не оборудован подслушивающими устройствами, их давненько не было. Сняли аппаратуру, чтобы не пылилась. Мало ли что, народ ходит разный. Вот и ваши со странностями.

– Я уже сказал, – недовольно процедил Давыдов и потянулся к телефону.

– Уже ушел, – на ходу бросил официант. – Если что понадобится, позовите Васю.


Давыдов позвал не Васю, он позвал Милованову. Описав ей парой слов, где она может увидеть мужа с его очередной пассией, он подставил под удар своего падшего Ангела. Илья разочаровался в той, что собиралась в постель с другим мужчиной. Разочаровался до такой степени, что был готов ее убить руками супруги Милованова. Та обещала приехать через пять минут, она как раз находилась в одном из ближайших магазинов. Давыдов горько усмехнулся, Парфюмеру не повезло. Сейчас его застукает жена, устроит большой скандал… Зная характер своей клиентки, на маленькую заварушку можно было даже не рассчитывать. Широта души Миловановой требовала широких действий. Здесь ей было где развернуться по полной программе. Дело сделано. Остался невыясненным вопрос, почему Парфюмер бросил прежнюю службу и перешел в грузчики. Но это было второстепенным. Она же, первопричина, сидела с Парфюмером за одним столиком и жадно ловила каждое его слово. Лишь однажды по ее милому личику промелькнула тень сомнения, и девушка отрицательно покачала головой.

– Между прочим, – Давыдов услышал за своей спиной голос Васи, – за дополнительную плату могу предоставить дополнительную информацию. Довольно интересную информацию. – Давыдов протянул купюру. – Девица отказалась с ним спать, – бросил официант и скрылся из вида.

Разочарование улетучилось так стремительно, как эфир из открывшейся бутылки. Давыдов пригляделся внимательнее: Ангел сидела молча, опустив голову, и тихо страдала. Официант Вася разливал шампанское по бокалам и подмигивал Давыдову. Что делать? Подкинуть через Васю в бокал Парфюмера снотворное? Растормошить эту дурочку, поверившую в сказки о Прекрасном принце, который долго и счастливо женат? Сейчас прибежит супруга и докажет ему, что он женат счастливо! Попробовал бы Парфюмер думать по-другому. Милованова та еще скандальная штучка. Чего стоило ее появление у него дома, своего офиса у Давыдова не было, он старался вести все дела на природе или в ресторанах.

Но Милованова сама затащила его в его же собственную квартиру, откуда выбежала в истерике, устроив грандиозный скандал, перепугавший всех соседей. А Давыдов просто попытался сказать ей как можно мягче, что не собирается заниматься ее делом. И занялся потому, что ничего другого ему не оставалось.

Милованова пришла, не сдержав своего обещания, только через десять минут. Безусловно, она хотела бы прийти через пять, но Давыдов всегда делал скидку дамам среднего возраста, они стремятся опоздать не специально, это у них уже вошло в привычку с молодости, когда кавалеры ждали их часами. Парфюмер не ждал совсем. Он не глядел на вход, по его лицу было заметно, что отказ Маргариты ему не нравится и он все еще пытается ее уговорить. Давыдов поймал Милованову на ходу, пробирающейся к столику, где сидел ее муж со смазливой девчонкой. Эту парочку она заметила с улицы, пробегая мимо больших стеклянных окон кафешки. Давыдов схватил Милованову за сумку и усадил рядом с собой.

– Тихо, – произнес он, – только спокойно. Рядом с вашим супругом слепая девица, – он попытался разжалобить женщину, находящуюся в ярости, – у нее вместо ноги – протез, а в груди – искусственное сердце. Через неделю она должна отбросить коньки и без вашего вмешательства. – Милованова изумленно уставилась на Маргариту. – Она не знает, что ваш супруг женат…

– А грудь, – ее ноздри гневно затрепыхались, – у нее тоже искусственная?!

– Да! – не моргнув глазом соврал Давыдов, на самом деле подозревавший обратное.

– Ладно, – пообещала Милованова, – я ее не трону. Но его!.. – И она сжала кулак.

Происшедшее дальше надолго запомнили все участники событий.

Милованова неслась к столу, за которым восседал ее муженек, как селевой поток, сметая все на своем пути. Первым пострадал официант Вася, который нес на подносе жареную курицу. Обманутая супруга выбила из его рук поднос, курица взлетела кверху и опустилась на голову официанта, готовая нестись с ним или без него навстречу своей злодейке-судьбе. Следующей досталось Маргарите: Милованова уронила ее сумку, задев пышным телом стул, на котором сидела Марго. Но, как и обещала, бить девушку не стала. Она смачно врезала Парфюмеру, испуганно таращившему на невесть откуда взявшуюся супругу глаза. Парфюмер отлетел к стене и, больно ударившись об нее головой, потерял сознание.

– Вали отсюда, – надвинулась над Маргаритой огромная тень Миловановой, – силиконовая инвалидка! Чтобы я тебя никогда больше здесь не видела! Чтоб глаза мои на тебя не глядели! Чтоб… Да ты зрячая! – Маргарита отмахнулась от наваждения рукой. – Чего машешь протезом-то?! Береги лучше свое железное сердце.

Давыдов поздно понял, что ему нужно вмешаться. К бездыханному Парфюмеру подбежали люди, кто-то предложил вынести тело изменника на воздух, его схватили и поволокли навстречу «Скорой помощи». Вместе с людьми и телом отчалила Милованова, держась за ботинок мужа. Она кричала о хреновом партнере, о проведенных с ним годах как о каторге, рассказывала людям о шпионских страстях и измене жене, как Родине, подразумевая под Родиной самое себя, и жалела, что не бросила все и не уехала в Америку. Маргарита изумленно смотрела на происходящее и не знала, что ей делать. Исаев всегда твердил: что бы ни случилось, она ни в коем случае не должна признаваться, что его знает. Она и не призналась, даже не показала виду, надеясь сегодня же вечером узнать, в какую больницу отвезли раненого разведчика. Марго сходит его проведать, и он объяснит ей, кто такая эта бесцеремонная партнерша-нахалка, набросившаяся на него с кулаками.

Марго из заокеанских боевиков знала, что там есть партнеры-напарники, но представить себе подобного партнера у Исаева не могла. Хотя, если брать в расчет захват Белого дома, то все становилось ясным. Такая партнерша не просто войдет в здание, она снесет целую стену. В образовавшийся проход без особых усилий прорвутся все остальные участники вооруженной борьбы. Бедный Исаев, за что она его ударила? Партнерша что-то твердила про измену Родине. Маргарита испугалась, неужели ради нее Исаев изменил Родине?! И за это ему досталось. Что же делать? Маргарита кинулась звонить Капитолине, у которой всегда находился ответ на любой вопрос.

Давыдов обреченно смотрел в ее сторону. Подходить к девушке сейчас не имело смысла. Он сам организовал эту потасовку, она напугана и встревожена. Ей не до новых знакомств, тем более она кому-то звонит. Вряд ли она звонит Парфюмеру, тот после удара жены еще долго будет приходить в сознание. А если она звонит тому парню? Вполне возможно. Сейчас он прибежит и начнет ее успокаивать. Ему ничего не светит с этой девчонкой, вокруг нее мужики вьются, как осы над вареньем. Но он не боится их жала, он станет за нее сражаться. Сейчас придет этот парень, и Давыдов что-нибудь придумает…

Пришла Капитолина. Она бросилась к подруге, в глазах которой стояли слезы, и внимательно выслушала всю историю, разыгравшуюся несколько минут назад. Давыдов, не ожидавший ее появления, так ничего и не придумал. Не проливать же на девицу соус или запирать ее в мужском туалете. Конечно, это вполне можно было бы сделать, но он не стал – девица успокаивала его Ангела.

Глава 8

Место встречи изменить нельзя

Ленька Захаров поглядел на экранчик мобильного телефона, играющего ему «Мурку». Это не Наташа, на ее номер он установил симфонию Баха. Спокойная милая Наташа ассоциировалась у него только с великими композиторами, она сама казалась совершенной, случайно попавшей в этот мир, полный попсы и полуфабрикатов. Он познакомился с ней случайно, когда та стояла на остановке и тоскливо глядела вдаль, выискивая огромными серыми глазами попутный автобус. Проливной дождь не оставил на ней ни одной сухой нитки, она продрогла и сжимала руками худенькие плечи. Ленька остановил свой грузовичок и предложил девушке доехать вместе с ним до ближайшей станции метро. Она согласилась, и он довез ее до самого дома. Все это время они разговаривали о погоде, природе и катаклизмах. На следующий день Наташа повела Леньку в музей, где они рассматривали картины импрессионистов. В музее на Леньку напала такая беспросветная тоска, что рядом с полотном, изображающим белую горячку папы Карло, ему хотелось завыть. Но Ленька сдержал себя и героически выстоял в этом неравном бою с искусством. На стадионе, куда он привел Наташу в один из выходных дней, ее от тоски спас плеер. Весь матч девушка слушала великих классиков, а его друзья-товарищи изнывали от зависти, что она беспрекословно сидела рядом с ним. Сегодня Ленька Захаров мучился в догадках: «А может, это любовь?» Эти его раздумья и прервал звонок Капитолины.

Он тоже касался мучительных сомнений по поводу любви. Сваливая все на разбушевавшуюся весну и, вполне возможно, на критические дни Капитолины, Ленька пообещал помочь. Он всегда помогал ей и ее подруге Маргарите. Слабые, беззащитные девчонки нуждались в его постоянном внимании. Чуть только он ослабевал бдения, они попадали в какую-нибудь нелепую историю. Капитолина совершала глупости на каждом шагу, Марго была посерьезнее, но и у нее мозги «уходили в отпуск». Капитолина просила не просто помочь, сделать это нужно было очень деликатно. Это не научить въезжать в гараж задним ходом, это гораздо сложнее. Ленька прекрасно понимал, что все, касающееся любви, требует деликатного отношения. Он привык быть деликатным после того, как встретил Наташу.

Как оказалось, Марго тоже кого-то встретила. Но этот кто-то водит ее не по музеям, рассказывая о творчестве современных художников, он засыпает ее извращенными фантазиями на тему: «Какой я герой», после которых встает нормальный вопрос: «И что делать?» С бухты-барахты Захаров решительно отрезал, что если девушка задумывается над тем, что ей делать, то ей лучше ничего не делать и бежать от этого парня подальше. Марго, по словам Капитолины, сбегать от разведчика не хотела и продолжала страдать и теряться в догадках. Капитолина рассказала Захарову все, что знала об отношениях подруги с Исаевым, взяв с него клятву хранить молчание хотя бы до свадьбы влюбленной парочки. Но так как бракосочетание откладывалось на неопределенное время, Захаров должен был молчать вечно.

Ленька оставил грузовичок на стоянке, и они вместе с Капитолиной отправились встречать Маргариту с работы. Та, как только выскочила из магазина, сразу кинулась к машине и не обратила на них никакого внимания.

– Теперь ты понимаешь, о чем я говорю? – кивнула на подругу Капа. – В голове один разведчик, на близких – ноль внимания. Мне звонила Тамара Александровна, жаловалась, что Марго стала замкнутой и грустной. Я же не могу оставить подругу в беде! Нужно что-то делать!

– Марго! – окликнул ее Захаров. – Ну что, хорошая, поехали кататься?!

Маргарита обрадовалась их появлению, бросилась целоваться с Ленькой, которого, по ее признанию, не видела сто лет. Захаров недоуменно поднял брови, лично он сталкивается с ней почти каждый день, помогая управляться с автомобилем. Но напоминать об этом не стал, только пожал плечами и сел рядом с ней. Поехали к Маргарите домой, предварительно заскочив в продуктовый магазин. Капитолина неожиданно вспомнила, что сегодня у нее именины. Под ее стенания о том, как везет тем, кому досталось имя Александра – у них именины каждый месяц, – приехали к Калугиным.

Супруги Калугины, собирающиеся на светское мероприятие, были одеты по-праздничному. Тамара Александровна тащила Тимофея Спиридоновича в оперный театр. Тот упирался, как мог. Но никакие сетования по поводу замены свечей и чистки карбюратора на супругу не действовали. Она жаждала послушать оперу, билеты на которую купила совершенно случайно по сниженной цене. Сосед Перепелкин тайком от жены продал их, после чего, облегченно вздохнув, пошел в гараж ремонтировать свой автомобиль. Тимофей Спиридонович продать билеты не успел, отчего страдал неимоверно, представляя свою дальнейшую судьбу. Даже приход дочери с друзьями не остановил взбаламученную супругу. Она, подмигнув Капитолине, вцепилась в Тимофея Спиридоновича, как майский клещ, и потащила на выход. Но не зря тот всегда чувствовал в Леньке своего парня, ох не зря. Ленька Захаров постоянно крутился возле его дочки и помогал всем, чем мог. «Вот такого бы зятя!» – подумал Калугин, глядя на Захарова с нескрываемым одобрением. Тот оправдал его надежды, сунув в карман незадачливого театрала миниатюрный радиоприемник с наушниками.

Ленька советовал вместо арий слушать репортаж с матча наших команд – «ЦСКА» и «Челси». Калугин крякнул от удовольствия и пошел следом за супругой.

– Ну что скажешь, Марго? – прямо спросила подругу Капитолина, когда они уютно устроились на маленькой кухне. – Исаев звонил?

– Звонил, – шепотом ответила та, косясь на Захарова. – Ленечка, тебе кофе или чая?

– Нечего шептать, – возразила Капа, – здесь все свои, между прочим. И все хотят знать о твоих дальнейших действиях для того, чтобы тебе помочь избавиться от этого негодяя.

– Избавиться? – удивилась Марго. – Я не собираюсь от него избавляться. Он сегодня мне позвонил и все объяснил. Оказывается, эта его напарница очень тяжело больна глубоким психическим заболеванием. Они так долго бок о бок работали вместе, что она стала ассоциировать его со своим мужем и ревновать. Исаев сказал, что такое больше никогда не повторится. В каждой работе есть свои издержки. Или я принимаю его работу, или он, – Маргарита всхлипнула, – ставит на своей карьере огромный крест. Ради меня. А у него впереди такая карьера! Завтра мы с ним встречаемся.

– Встречаетесь?! – воскликнула Капитолина. – Ладно. Встречайтесь. Только мы с Леней будем за вами следить. И со стороны поглядим, какая там у него напарница и сколько их у него уже перебывало.

– Завтра? – переспросил Ленька. – Завтра я не могу. У меня свидание. – Он пожал плечами и нежно добавил: – С Наташей.

– Подумаешь, – возмутилась Капитолина, – с какой-то там Наташей! Я вот от встречи с Капустиным отказалась. Он оборвал мне весь телефон. Маргарита, завтра мы с Леней не оставим тебя в беде!

– Ой, – вздохнула та, – лучше бы оставили.

Леньке стало обидно, что Капитолина не воспринимает всерьез его увлечение Наташей. Конечно, он еще и сам не знал, насколько это серьезно, но могла бы, по крайней мере, сделать вид, что относится к его подруге с уважением. Капустин оборвал ей телефон?! Интересно, а откуда он узнал ее номер? Коварная Капитолина сидела и в ус не дула. Она продолжала выпытывать у Маргариты точный распорядок вечера, который они должны провести вместе с Исаевым, и предлагала варианты его разоблачения. В том, что тот обманывает ее подругу, она нисколько не сомневалась.

– Маргуша, на твоем Исаеве свет клином не сошелся. Сколько кругом симпатичных перцев!

– Капитолина, уйми свой тинейджерский жаргон, – взмолилась та. – Погляди на Леньку, какой он перец?! В нашем возрасте нужно выражаться более серьезно.

– Ах, – всплеснула руками та, – пардон, мадемуазель. Действительно, Ленька не перец, а кекс!

– Ладно вам, – смирился тот, – какая разница, перец или кекс? Мужик-то хороший?

– Красавец, – вместо подруги ответила Капа. – Как стрельнет голубыми глазами, так сразу – в яблочко! Яблочко свалится на голову, даст по мозгам, они и отключаются. Не верю я красавцам. Раз была тетка, раз она вопила и дралась, дело здесь нечисто. Возможно, у нее с психикой проблемы, а если из-за ее проблем пострадаешь ты? Нет, решено, завтра поедем следом за вами, а потом проследим за Исаевым.


Давыдов сидел в салоне серебристого «Мерседеса» и вглядывался во двор, сейчас она выйдет, сядет за руль автомобиля и поедет на работу. Сама (какая умница!) поведет машину навстречу опасностям, которые поджидают ее на дороге. Ему захотелось ее защитить от всех опасностей, особенно от Парфюмера. Неужели она продолжает с ним встречаться? Милованова звонила и благодарила его за раскрытие измены супруга, перевела на его счет круглую сумму, но морального удовлетворения Давыдов не испытывал. Он раскрыл измену Парфюмера, но тот не уволился из своего магазинчика и продолжал туда ходить изо дня в день. Пока он не встречался с Маргаритой, но это только пока. Что будет вечером? Милованова обещала бдеть за супругом, но если она отпустит вожжи? Илья решил проследить за девушкой. Если что-то случится у Парфюмера, то ему, по большому счету, будет все равно. Он сделал свое дело и удалился, как Мавр, оставив после себя полуживого клиента. А вот если что-то случится с ней… Она такая беззащитная.

Давыдов умел ждать и делал это профессионально. Припарковавшись рядом с машиной Маргариты, он позволил себе зайти и выпить чашечку кофе в ближайшее кафе. К обеду, когда девушки, закрыв магазин, веселой стайкой направились туда же обедать, он проглотил слюну и позволил себе пойти поесть только тогда, когда они вернулись за прилавок. Зато он точно знал, что все это время Маргарита не видела Парфюмера, а он ее. К завершению рабочего дня у магазина началось странное копошение. Сначала рядом с ним припарковался фургон, предназначенный для доставки молочных продуктов, фургон припер черный джип с тремя семерками на номере. Давыдов усмехнулся: интересные ребята, стремятся выделиться из толпы, когда жизнь, наоборот, заставляет в ней раствориться и прикинуться плесенью. Теперь, если что случится, каждый прохожий запомнит не его серебристую иномарку. Все будут называть три семерки черного джипа и тех ребят, что из него вышли. Но выходить оттуда никто не собирался. Давыдов пригляделся, сквозь тонированные стекла ничего не было видно. Зато кабина фургона просматривалась как на ладони. Там сидела ее подруга с тем парнем! Давыдову стало любопытно, что эти двое делают у ее работы. Ждут, чтобы подвезти до дома? Но у нее своя машина. К ней она и пошла, помахав на прощание подругам.

Маргарита садилась в салон со смешанным чувством досады и радости. Досада была оттого, что ей пришлось отказать приятельнице довезти ее до метро, а радость – от встречи с Исаевым, который тут же, как она села, оказался рядом. Он поцеловал ее в щеку и признался, что страшно скучал, вспоминая ее светлый образ в тишине засад и больничных коридоров. Исаев поглядел на нее безмятежным взором, и Марго снова окунулась в бушующее море страсти. Только мысль о том, что за ними следят Капитолина с Захаровым, не дала ей возможности ответить Исаеву поцелуем.

Маргарита завела двигатель и отъехала от магазина. На этот раз Исаев предпочел кататься по городу. Он направил Маргариту к тому магазину, где работал. Марго там продемонстрировала свое мастерство парковки, чуть не задавив бомжующую кошку. Исаев улыбнулся и попросил припарковаться еще раз. Она сделала круг и вернулась на прежнее место, аккуратно поставив машину на тротуар.

– Нет, девочка моя, – Исаев поцеловал ее в шею, – так не пойдет. Нужно встать четко и вровень с дверью. Гляди, между плевательницей и щитом с социальной рекламой. Ну-ка, еще разок. – Он не объяснял, зачем ему надо, чтобы Маргарита парковалась именно в этом месте со стороны подсобки.

Маргарита не стала спорить, она подумала, что Исаев, как и все разведчики, прекрасно водит машину и хочет ее научить тому же. Парковка была ее слабым местом. Но сдаваться ей не хотелось. Она попробовала еще раз, и у нее получилось встать прямо напротив двери в подсобное помещение магазина.

– Мы станем его грабить? – засмеялась довольная Маргарита.

– Нет, – ответил ей Исаев, – мы «станем» другое. – И жадно впился губами в ее улыбающийся рот.

Давыдов сплюнул, смотреть на то, как предмет твоего обожания целует кто-то другой, было невыносимо. Он был готов к этому с того времени, как увидел, что из черного джипа с семерками выскочил Парфюмер и прямиком бросился к автомобилю Маргариты. Его Ангел снова пал. Но на этот раз Давыдов винил Парфюмера, так ловко обольстившего беззащитную девчонку. Хотя в том, что сегодня у нее была защита, можно было не сомневаться. Две каменные физиономии пристально следили из кабины фургона за тем, что происходило в «девятке». И это им не нравилось. Давыдов усмехнулся, это ему на руку. Ясно, что парень ревнует, а подруга завидует. Только такие маниакальные чувства, по его мнению, могли привести их сюда через пробки и расстояния следом за автомобилем Маргариты и Парфюмера. Пробки не испугали и черный джип, он припарковался рядом и затих, пытаясь скрыть свои семерки за фонарным столбом. Странная кавалькада: «девятка», фургон, джип и серебристая иномарка – ездила по кругу и парковалась точно в одном месте. Странной она показалась только Давыдову, Капитолина с Захаровым ничего удивительного не заметили. Мало ли на улицах джипов с семерками на борту и серебристых иномарок. Ездят, где хотят. Они во все глаза глядели на Маргариту с Исаевым и думали, как ее освободить от навязчивого кавалера.

Тот между тем заставил Маргариту еще разок проехаться по кругу и припарковаться у подсобки. Когда все получилось четко, без единой ошибки, он довольно махнул рукой.

– Поехали за город! – предложил Исаев, и она согласилась.

Вместе с ними поехала вся кавалькада.

Давыдов не верил своим глазам, Парфюмер увозил девушку в неизвестном направлении! Милованова, что она делает?! Он, стараясь не потерять на трассе светлую «девятку», достал мобильник и позвонил. Милованова накладывала маску после углубленной чистки лица! Она не могла это сделать раньше или позже?! Да ее физиономии теперь только остается носить маску козы с рогами! Давыдов не сдержался и высказал ей все, что думал. «Девятка» уносилась вдаль, далее следовали: джип, серебристая иномарка, отставал фургон, пыхтящий изо всех силенок.

На сороковом километре, где трасса соединялась с железной дорогой, Исаев попросил Маргариту остановиться. Она отлично припарковалась на обочине, подумав о том, что была прилежной ученицей и доказала своему учителю, что многое может.

– Да, ты сможешь, – сказал Исаев, прижав ее к себе, – я в тебя верю. Ты мне поможешь. А ведь ты мне поможешь?! – Он устремил на нее хищный взгляд, и Маргарите стало как-то не по себе.

– Конечно, – пролепетала она, оглядываясь и ища фургон. Но сзади чернел только какой-то джип. Не останавливаясь, он промчался мимо них.

– Ты же меня любишь, детка? – Исаев целовал ее волосы, шею, глаза… Его руки жадно шарили по ее груди, пытаясь расстегнуть блузку. – Я тебя обожаю, – шептал он, – до такой степени…

– Исаев, подожди, – Маргарита пыталась освободиться, – до какой такой степени?

– Можешь звать меня Максимом, куколка, – прошептал он и полез под ее юбку.

Маргарита слабо пискнула, как мышь, которой прищемили хвостик, и закрыла глаза.

Серебристая иномарка, проезжая мимо припарковавшейся «девятки», резко сбросила скорость. Вглядываясь в окна стоящего автомобиля, Давыдов увидел растерянный взгляд девчонки и наглую рожу счастливого соперника. Слепое чувство ревности захватило все его существо. Негодяй! Он пытался надругаться над Ангелом прямо на обочине. Давыдов доехал до перекрестка, развернулся и помчался по встречной полосе назад. Маргарита и не думала, что Максим совершает над ней надругательные действия. Конечно, он позволял себе гораздо больше того, что она могла ему дать на этот момент их знакомства. После того как тот запыхтел и схватился за ее нижнее белье, она откинула его руку и отстранилась. Слова о том, что она пока еще не готова к близким отношениям и если он любит ее, то подождет, чуть не сорвались с ее губ. Внезапно серый горизонт разрезала серебристая полоса и остановилась как вкопанная напротив «девятки», сигналя что было мочи.

– Это что еще за придурок? – испугался Исаев. – Какого черта ему здесь надо?! Это обочина, а не поворот на дурдом.

Он убрал руки от Маргариты и втянул голову в плечи. Нехорошее предчувствие, что рядом с водителем восседает супруга, не оправдалось. Из салона «Мерседеса» никто не выскочил и морду бить не стал.

– Чего надо?! – крикнул Исаев, высовываясь в окно. – Гони отсюда, мужик, здесь уже занято! – Исаев не сдержался и выплеснул свои эмоции, сдабривая смачным нецензурным выражением в адрес водителя иномарки.

Окно «Мерседеса» медленно приоткрылось, и в лицо Исаева ударила струя цветной жидкости. Он вытер рукой лицо – рука стала ярко-зеленой.

– Ну я тебе сейчас покажу, придурок! – разозлился разведчик и полез прочь из салона. Маргарита попыталась его образумить и остановить.

– Маргуша! Как ты там?! – донеслось до нее. К месту событий на последнем издыхании подкатил фургон. Ленька Захаров заглушил мотор и полез на всякий случай за монтировкой.

– Это еще что такое?! – возмутился Исаев. – Она-то зачем сюда приехала?!

– Надо же! – бежала к «девятке» Капитолина. – Маргарита?! Какими судьбами?! А я еду и тебя в окошко вижу, дай, думаю, остановлюсь и поздороваюсь с подругой. Здрасьте вам!

– Место встречи изменить нельзя, – скривился Исаев и побежал через дорогу. Там его поджидал черный джип. – Я тебе позвоню, Маргарита! – крикнул он ей на прощание.

– Ну и что вы наделали?! – расстроилась та, глядя на приближающихся друзей. – Больше я его не увижу! Он так пытался сохранить свое инкогнито, а вы…– Она всхлипнула.

Серебристая машина сдала назад и медленно, со стороны казалось, чрезвычайно довольно, покатилась по трассе в сторону города за исчезающим в белой дымке черным джипом.

– Этот еще, – Марго указала на «Мерседес», – взялся, как призрак, из ниоткуда.

– Знакомая машина, – заметил мимоходом Ленька, пряча монтировку от девичьих глаз. – Паркуется в вашем дворе. Она мне давно нравится, клевая тачка! Номера те же, – пояснил он удивленным подругам.

– Это что же, я помешала соседу? – не поняла Марго, глядя вслед автомобилю.

– Не обращай внимания, – махнула рукой Капитолина, – у тебя все соседи неадекватные, чего стоит один Терминатор! Кстати, очень симпатичный перец, кекс, ладно, ладно, парень. Хотя нет, мужчина. А на чем уехал твой разведчик? Леня, ты наверняка видел!

– На джипе, – ответил тот. – Видно, остановил попутку.

– Бедный Максим! Ему пришлось кидаться под попутку, если бы не вы, я бы вполне могла сама довезти его до города, мы так хорошо катались, с ветерком…

– А зачем остановились на обочине? Катились бы себе дальше и катились, – хмуро сказала Капа, догадываясь, что сделала что-то не так. – Извини, конечно, если помешали. Но нам с Ленечкой он показался очень подозрительным типом. Возил тебя кругами, кружил голову…

– Конечно, он вызывает определенное подозрение, ведь он же оперативный работник! Они вынуждены скрываться от людей и жить двойной жизнью.

– Что-то не нравится мне его двойная жизнь, – резюмировала подруга, – слишком быстро сбежал.


– Что будем делать? – Лысоватый мужик, восседающий за рулем черного джипа, недобро поглядел на заскочившего к нему в автомобиль взъерошенного Исаева.

– А у нас есть выход? – огрызнулся тот. – Даже если он и есть, то времени все равно нет. Она была тепленькая в моих руках. Сегодня я лепил из нее все, что хотел…

– Пластилиновая блондинка, – усмехнулся лысоватый, – ну, ну. Продолжай в том же духе. Только морду лица оботри, зеленый весь, как лягушка перед метанием икры. Брателло, – он вгляделся в Исаева, – да ты в темноте светишься! Это что за настойка зеленки с фосфором? Дай рецептик, я тестя разукрашу. Представляешь, выходит он к своим ментам, а у него рожа светится, как светофор! И для всех – зеленый коридор. Звонок начальству, и моя супруга – как сирота. Квартира – моя, гараж – мой, все его – мое.


Кузьма Свистунов дежурил на перекрестке, где он остановил джип, за разгром которого руководство вынесло ему благодарность и выдало денежную премию. Он старался оправдать оказанное доверие, считая, что каждый черный джип – потенциальный нарушитель, но не стал им только потому, что инспектор Свистунов его остановил. Инспектор останавливал все джипы, теперь он на них охотился. Один джип – одно поощрение плюс денежная премия, два джипа – повышение в должности, три джипа – еще одна звездочка на погонах. Как у известного русского классика: «Одна старушка – один рубль, две старушки – уже два рубля». Свистунов очень старался, чтобы начальство по достоинству оценило его потуги. Поэтому, когда рядом с ним остановилась прошедшая не через одно дорожно-транспортное происшествие «Ока», он даже не повернулся в сторону этой побитой машины.

С места водителя соскочило нечто среднего рода в тренировочных штанах с обвисшими коленками и в мужской кожаной куртке. Голову водителя украшала футбольная шапка с двумя заячьими ушами, а лицо – безобразная маска. Свистунов отпрянул в придорожные кусты. Увидеть такое на ночь глядя!

– Чур меня! Чур! – отбивался он от наступающего на него водителя полосатой палкой. – Згинь!

– Я тебе сгину! Я тебе сейчас так сгину! – возмущалась Милованова, хватая инспектора за грудки и приближая к нему вплотную покрытое несколькими слоями питательного крема лицо. – Где он?!

– Сгинь, нечистое отродье! – Свистунов пытался перекреститься и вырваться.

– Ох, какие мы эстеты! Нам все чистенькое подавай, мы мараться не хотим?! А придется! – взвизгнула Милованова, подпрыгнула от злости и испачкала китель инспектора белым кремом. – Ой! Я не нарочно, – она схватилась за лицо и вспомнила, что после звонка Давыдова выскочила сразу, забыв вытереть лицо. – С меня сотня на химчистку!

– Утритесь, гражданка. – Свистунов, разглядев в ней женщину, успокоился и протянул носовой платок. – В чем дело? Убийство? Дорожная авария? Угон транспортного средства?

– Угон! – закричала Милованова, хватая его за рукав. – Еще какой угон! Мужа угнали!

– Это к участковому, – отстранил ее Свистунов и направился к брошенной без всевидящего ока трассе. – Мы больше по машинам работаем! – И он махнул полосатой палкой перед черным джипом.


– Стародубцев. Слушаю. Что?! – взревел он. – Моего зятя?! На посту?! Перетрясли весь джип?! Кто тряс? Небось Свистунов. – Начальник Управления ГИБДД повернулся к дочери и сказал ей: – Этот найдет. Даже если ничего не будет, все равно найдет. Из-под земли нароет, с космоса добудет. Молодец, Свистунов! Так, – он снова прижал трубку к уху, – что нашли? Ино… чего?! Слушай, доча, только не переживай, у нашего идиота в машине нашли инопланетянина.

Дочь с демонстративным безразличием отвернулась к окну.

– Так, а кроме инопланетянина бабы там были?! Были, так…

Дочь повернулась и прищурила оба глаза, поджав тонкие губы.

– Значит, слушай мою команду. Всех: моего идиота, тьфу, зятя, вместе с внеземной цивилизацией и их баб – задержать до выяснения обстоятельств! Ну и что, что инопланетянин зеленый и светится?! Сэкономите электроэнергию, свет в обезьяннике не включать!


Маргарита доехала до города вместе с Капитолиной, наотрез отказавшейся покидать подругу. Вдруг Исаев караулит где-то на повороте, готовясь к чему-то жуткому. Марго качала головой и не понимала, отчего Капа так переживала за ее жизнь. Ничего особенного не случилось: они просто поехали кататься и катались. Чего не бывает между мужчиной и женщиной, встали на обочине, решили поцеловаться. Как будто Капитолина была монашкой и относилась к сексу как к атавизму. Капитолина убеждала подругу, что атавизм – это ее разведчик. И еще неизвестно, что у того за душой. Вполне возможно, жена и дети. Странным Капитолине казалось и то, что Исаев до сих пор не дал Маргарите своего телефонного номера, их связь была целиком односторонней и зависела только от его желания позвонить. Надо отдать должное, пока он звонил, но что будет завтра? Вместо того чтобы целоваться с ним по обочинам, считала Капитолина, нужно было первым делом проверить его паспорт с печатью о браке или разводе, что гораздо лучше. Ах, у разведчиков только порядковые номера?! Это он ей сказал? И какой же у него? Первый. Понятно, выскочка. Так выскочил из машины, только пятки сверкали! Капитолина достала из сумочки визитки и блокнотные листки, все они были испещрены записями телефонных номеров и адресами. А что Маргарита знает о своем разведчике? Ничего. Ничегошеньки! Капитолина почти убедила подругу к тому моменту, как «девятка» заехала во двор, что с Исаевым нужно держать ухо востро. Маргарита согласилась и осеклась.

Рядом с соседним подъездом стояла серебристая иномарка. Жаль, что они не запомнили номера той, что сигналила на дороге. Ленька уехал на своем фургоне встречать какую-то Наталью из филармонии. Не вызывать же его ночью для опознавания номерных знаков. Вполне возможно, он ошибся, и на полосу встречного движения выехал другой автомобиль. А чей же тогда этот? Маргарита поглядела вдаль и увидела силуэт Терминатора с собакой. Времени на раздумья не оставалось, и они сбежали.

Глава 9

В сердце предательски закололи иголки ревности

Исаев все-таки позвонил Маргарите. Но и на этот раз этот звонок оказался необычным. Шепотом он сообщил опешившей девушке, что сидит во вражеских застенках и ждет помощи с воли. Видимо, с ним сидели еще несколько разведчиков, они что-то шумно обсуждали, к тому же Маргарита отчетливо услышала визгливый голос напарницы Исаева, которая набросилась на нее в кафе. «Точно, – подумала она, – он с напарницей попался. Теперь его не выпустят живым». Слез не было, сил спешить ему на помощь тоже. Но он и не просил ее прибегать, наоборот, был категорически против их встречи в застенках и требовал только одного – ждать от него известий. Маргарита согласилась ждать, больше ничего не оставалось делать. Но Тамара Александровна быстро нашла ей занятие. Видя, как родная дочь осваивает водительское мастерство, она догадалась использовать ее как дармовую транспортную единицу, старая «копейка» снова была не на ходу, муж целыми вечерами возился с ее внутренностями.

На этот раз ехать нужно было в гипермаркет, чтобы купить недорогие обои. Маргарита никогда не понимала, зачем за дешевыми обоями нужно ездить так далеко, не проще ли купить их в ближайшем магазине, но с матерью не спорила. Ей самой нравилось гулять по гипермаркетам с такими же шопоголиками и наслаждаться изобилием товаров. Обои, скорее всего, были как алиби, предоставленное отцу, который гипермаркетов не любил и ездить туда категорически отказывался. Маргарита согласилась и позвала с собой Капитолину. Та, хоть верная подруга и наметила планы на вечер, охотно с ними поехала и всю дорогу продержала мобильный телефон в руках, ожидая звонка.

Место для парковки (а парковка всегда была и оставалась слабым звеном у Маргариты) искали долго. Трехуровневая стоянка не выдерживала никакой критики. Мало того что там было темно, как ночью в хижине у негра, так еще подъезжающие водители с остервенением жали на клаксон, требуя от Маргариты невозможного – припарковаться. Кое-как черт-те где она наконец это сделала. Довольная Тамара Александровна вылезла из салона, пригрозила соседям внушительным кулаком, чтобы не обижали ее дочку, и потопала к входу в храм расточительности. Девушки побежали за ней следом. Марго чуть не забыла поставить машину на сигнализацию. Если бы и забыла, то это ничего бы не изменило, сигнализацию она среди изобилия гипермаркета все равно не услышит.

Про обои забыли сразу, как только вошли. Зато купили массу других, совершенно необходимых в быту товаров: прищепки, детские пустышки, к ним – памперсы за полцены, двадцать плечиков для одежды, набор ножей и растение с невыговариваемым названием и фиолетовыми листьями. Этого показалось мало, вместе со всей толпой дружно накинулись на уцененные тапочки, взяли четыре пары сорок пятого размера. Других размеров не было. Старший Калугин тонул уже в сорок втором, но Тамара Александровна со словами «Пригодятся для гостей» недрогнувшей рукой сунула их в тележку. Капитолина заподозрила, что та ждала к себе в гости половину команды баскетболистов. Она трепетно прижала к себе одну пару и мучительно вспоминала, кто из ее знакомых носил сорок пятый размер. Маргариту тапочки не интересовали, она застряла среди магнитол для автомобилей и заинтересованно разглядывала предложенный товар. А молодой продавец заинтересованно разглядывал ее, не решаясь заговорить с симпатичной девушкой. С ним заговорила Капитолина.

– Слушай, перец, – обратилась она к скромному парню, – прикинь на себя размерчик, – и сунула тому тапочки. – Что, велики? – Она перевесилась через прилавок. – Маргуша, Капустину, я думаю, будут в самый раз. Он повыше этого перца, ах да, молодого человека. Может, взять еще одни? Для Леньки!

– С чего это вдруг о нем такая забота? – тут же вклинилась в разговор Тамара Александровна. – Парень устраивает свою личную жизнь, и не мешайте ему, пожалуйста. Вы свое счастье упустили. Действительно, молодой человек, – она обратилась к продавцу, – обули бы тапочки. Вдруг они вам жмут! Выйдет, что мы зря набрали.

– Мама, но это же не манекен, а человек, – возмутилась Маргарита. – Он находится на рабочем месте, а вы ему предлагаете черт-те что. – Парень поглядел на нее благодарным взглядом.

– И совсем не черт-те что, – нахмурилась Тамара Александровна, разглядывая домашнюю обувь. – Кантик по краю вполне симпатичный.

– Еще чего, черт-те что, – подхватила Капитолина. – Мы же не женское белье ему мерить предлагаем. А может быть, – она повела подведенной бровью, – пойдем померяем чего-нибудь наедине?

– Капитолина! – возмутилась Калугина-старшая и потащила девушек вместе с тапочками в отдел игрушек. Маргарита бросила прощальный взгляд на магнитолы и продавца, тот ответил печальной улыбкой. Еще одна симпатичная девчонка, а он так и не смог раскрыть рта!

В игрушки играть было некому, так же как и сосать пустышки, сидя в памперсах. Но это были такие игрушки, мимо которых Тамара Александровна не могла пройти равнодушно. Она вздыхала и охала, копаясь в огромной корзине с мягкими чебурашками, ведь раньше, в ее далеком детстве, такого изобилия не было, отчего она страдала безмерно.

А сегодня у нее нет даже внуков, которым она могла бы подарить этих мохнатых непоймичегошек. Маргарита чувствовала, что этот камень летит в ее огород, но обрадовать маму было нечем. Исаев ее домогался, но маме бы это точно не понравилось. Зато Капитолина разошлась не на шутку.

– Знаешь, по этому поводу есть прикольный анекдот, – зашептала она подруге на ухо. – Купила я депиляционный крем, нанесла его на одну ногу. Другую побрила лезвием. Через десять дней провела тест. И как ты думаешь, что?

– Что? – поинтересовалась Маргарита.

– Беременна! – весело ответила подруга.

– Да ты что?! – всплеснула руками Тамара Александровна, услышавшая заключительную часть. – Ленька постарался?! – Предвидя отрицательный ответ, она махнула рукой. – Шутите все, приколистки.

Когда отошли от кассы, шуточки закончились, началась суровая правда жизни. Она заключалась не в отсутствии денег, которые утекли через пальцы, как вода, а в том, что довольная собой и покупками троица напрочь забыла, где оставила свою транспортную единицу. Таская за собой многочисленные пакеты, из которых торчали памперсы, цветы, вешалки и уши Чебурашки, они сосредоточенно вспоминали, каким путем вошли в гипермаркет. Автомобильная стоянка казалась непроходимым лабиринтом со множеством совершенно одинаковых автомобилей. Маргарита растерялась настолько, что чуть не заплакала. Капитолина, пожалев ее, вспомнила, что машина стояла рядом с симпатичным брюнетом, который сидел за рулем… Она напрягла память и указала на синий «Фольксваген». Он-то стоял на месте, но ни брюнета, ни «девятки» рядом не было. Вместо нее около «Фольксвагена» зияло свободное парковочное место. Гоголь со своим «Ревизором» отдыхает после той картины, что воцарилась на парковочных просторах стоянки гипермаркета. От безысходности и страданий опустились даже торчащие из пакета уши мохнатого Чебурашки.

– Уг-на-ли, – трагически произнесла Маргарита и жалобно застонала.

– Угнали! – завопила Капитолина и несколько раз обежала столб, как будто автомобиль мог за него спрятаться. Тамара Александровна тихо схватилась за сердце и осела на пакеты. – Вот! – кричала Капитолина. – Если бы ты не выделывалась и прилепила бы Дракошу на задницу, на нее бы не позарились!

– Господи, – бормотала Тамара Александровна в полуобморочном состоянии, – зачем Маргуше лепить кого-то на задницу, чтобы на нее не зарились?! О чем вы, девочки?!

– О машине, – деловито пояснила Капитолина. – Нужно срочно ее найти и сделать аэрографию. Нарисуем тюремную решетку и небо в клеточку как напоминание, пусть только подойдут. Я сейчас же позвоню Капустину и договорюсь! – Она открыла телефон и принялась названивать Капустину.

Маргарита обошла пару раз столб и погладила рукой синий «Фольксваген». Он-то целехонек. Тому не понравилось ее касание, и автомобиль разразился воем сигнализации. Маргарита отпрянула, но было поздно, к нему на всех парах несся низенький толстый человечек.

– Че надо?! – возмутился он. – Вали к своему автомобилю, мой не трогай.

– Капитолина! – закричала Марго. – Капитолина, он не брюнет!

– Ну и че?! – не понял толстяк. – Это что за шовинизм? Да, я рыжий! А кто, собственно, против?!

Капитолина прибежала как раз вовремя. Как оказалось, не все мужчины любят блондинок. Рыжие их терпеть не могут, особенно возле своих пищащих авто. Оттащив подругу от толстяка, Капитолина заявила, что у нее через полчаса свидание с Капустиным. Срочно нужно искать машину и отчаливать отсюда. К тому факту, что рыжий не брюнет, она отнеслась совершенно спокойно. Предстоящее свидание затмило все остальные страсти. Тамара Александровна язвительно предложила рыжему подвезти Капитолину. Но та отказалась сразу, по его злому виду она догадывалась, что его вторая половина все еще гуляет по гипермаркету. А половинчатые мужчины ей были не нужны, даже в качестве водителей.

Маргарита обрадовалась, что подруга ошиблась и ее машина, вполне возможно, стоит где-то одинокая и брошенная. Ее срочно нужно было найти! И они побежали по длинному коридору автостоянки, за ними засеменила Тамара Александровна с Чебурашкой. «Вот она куда запряталась», – Маргарита не узнавала свой автомобиль. Номера автомобиля она не помнила, в документы заглянуть не догадалась. Надо же, как здорово она припарковалась, сама не заметила, как хорошо. Она достала брелок и попыталась открыть двери. Машина стояла, не реагируя ни на что. Маргарита схватилась за ручку и принялась ее дергать изо всех сил. Завыла сирена, за ней послышалось отдаленное пиканье. Капитолина поглядела назад и приготовилась к встрече с еще одним рыжим хамом. Никто не бежал, но и машина не открывалась. Маргарита села у колеса, обняла его и принялась себя жалеть. Расстроенная мать и подруга присели рядом. Они настраивали себя на то, что им придется ночевать в этом жутком мире сплошного автотранспорта, ожидая, пока не разберут все машины и не останется одна-единственная – их «девятка».

– Дай-ка твой брелок, – неожиданно попросила Капитолина. Она взяла протянутую вещицу, покрутила, нажала кнопки… Вдали кто-то запищал. Озарение пришло внезапно, и они пошли на писк.

Когда машина наконец-то была найдена, оказалось, что у нее от постоянного пиканья сел аккумулятор. Ехать она не могла, если только на буксировочном тросе. Но у Маргариты его не было, к тому же никто из соседей, припарковавшихся рядом, не собирался тащить «тупых блондинок». Оставалось два выхода: вызвать эвакуатор или Леньку, что по идее было практически одно и то же, за исключением того, что Захаров не потребовал бы с них круглую сумму денег, за которую работал эвакуаторщик. Ленька взял трубку не сразу, на отдаленном плане Капитолина отчетливо слышала какие-то охи и вздохи, после чего пошли чмоки.

– Он что, сидит в кино на последнем сеансе и смотрит эротику? – высказала предположение Капитолина, отставляя трубку от своего уха для того, чтобы с чмоками могли ознакомиться и другие.

– Еще чего, – обрадовалась Тамара Александровна, уютно расположившись на заднем сиденье «девятки». – Парень налаживает личные отношения. Не мешайте ему. Девки вы здоровые, взяли бы и вытолкали машину на улицу. Там сидеть приятней, свежий воздух как-никак. Часа через два Ленька намилуется и приедет за вами.

– Но я не могу ждать два часа! – возразила Капитолина. – У меня свидание с Капустиным!

– А мне все равно, – вздохнула Маргарита, – я могу и подождать.

– Ну, так зови своего Капустина сюда, пусть окажет действенную помощь, – предложила Тамара Александровна, прекрасно понимая, что Капитолина звать никого не будет. – А чего стесняться? Втроем бы до дома дотолкали. Леньку отрывать не пришлось бы.

– Ленька! – кричала в трубку Капитолина. – Сейчас же ответь! У нас экстренная ситуация.

– А вы бы почмокали, глядишь, парень и заинтересовался бы.

– Он что, – не понимала Капа, – издевается?! Захаров! У тебя фургон горит!

После этого возгласа Ленька ответил. Но легче от этого подругам не стало. Ехать их эвакуировать парень категорически отказался, он заявил Капитолине, что имеет право на личную жизнь. Марго выхватила трубку у подруги и попросила Захарова приехать им помочь. Тот помялся, с кем-то посоветовался и ответил, что приедет, но не один. Маргарита согласилась. Чем больше народа, тем выше шансы на то, что они вытолкают этот своенравный автомобиль с трехуровневой стоянки.

Ждать пришлось около часа. Тамара Александровна задремала, а девушки задумались. Маргарита думала об Исаеве, Капитолина, после того как позвонила Капустину и сообщила тому, что свидание сегодня отменяется, о Захарове. Странно, раньше она никогда о нем не думала. Жил да был простой парень Ленька, хороший человек и лучший друг. По первому зову являлся, как Сивка-Бурка, и делал все, что они ни прикажут. И вдруг в один не прекрасный момент завел себе Ленька зазнобу на стороне и забросил человеческую дружбу, променял ее на любовь. Капитолина вспомнила, сколько раз она меняла Ленькину дружбу на свои увлечения. У нее в самом дальнем уголке мозга зашевелилась совесть. А в сердце предательски закололи иголки ревности. Ей потребовалось немедленно обсудить это с Маргаритой. И она, косясь на заднее сиденье, тихо поинтересовалась у подруги:

– Маргуша, как ты думаешь, у Леньки это серьезно?

Та пожала плечами, такое у Леньки было в первый раз. Откуда ей было знать, насколько это серьезно.

– А если она его обманет, – продолжала Капитолина, – объегорит, наставит рога? Кто его защитит? Только мы. Знаешь, Маргарита, я думаю, мы должны с ним серьезно поговорить.

– О чем? – удивилась та.

– О безопасном сексе! – выпалила Капитолина и сама испугалась. – Ну, не знаю я, о чем с ним говорить. Чувствую, что нужно, и все тут. – Тамара Александровна всхрапнула, Капа вздрогнула.

– Слушай, подруженька, – зашептала Маргарита, – а ты случайно не ревнуешь?!

Ответ явно просматривался на недовольной физиономии Капитолины, когда Ленька приехал не один. В кабине его фургона сидела девица интеллигентного вида, явно испорченная высшим образованием. Она благожелательно улыбнулась оттуда, но выйти не соизволила. Ленька сразу же занялся транспортировкой «девятки», махнув в ее сторону рукой и обозвав Наташкой. Капитолина выпятила нижнюю губу, разглядывая новую знакомую Захарова, и забыла о своем Капустине, который продолжал ей названивать и требовать объяснений. Девица была вполне симпатичная, с мелкими прыщиками на лице, вызвавшими чувство глубокой удовлетворенности у Капитолины. Изъян был, как говорится, налицо, то есть на лице. Разве ж мог Захаров найти себе модель?! Да кому он нужен?

Калугина-старшая так не считала, пока молодежь возилась с машиной, подошла к девице и поздоровалась. Та ответила с высоты своего положения, как говорится, свысока. И этого было достаточно, чтобы Тамара Александровна ее невзлюбила. Честно признаться, не только поэтому. В ее сердце тоже кольнули иголочки ревности. Она оценила девицу пронзительным взглядом и вслух пожалела Леньку. Тот ответил, что ему не тяжело выручить друзей из беды и продолжил привязывать хитрым морским узлом трос. Маргарита ему активно помогала, а Капитолина глядела на кабину.

Как только буксировочный кортеж выкатился со стоянки, «девятка» тихо заурчала двигателем. Ей всего лишь нужно было, чтобы ее подтолкнули. Или она капризничала и требовала Леньку Захарова? Тот, освободив машину от пут, попрощался с подругами и собрался ехать в другую сторону. Капитолина предположила, что на дороге с ними может случиться всякое, нельзя возвращаться им отдельно от фургона. Захаров переговорил со своей Наташей, и фургон потащился следом за «девяткой».

– Покладистая, стерва, – процедила Капитолина, – знает, как мужика заграбастать.

Маргарита удивленно посмотрела на подругу, ее странная реакция на девушку Леньки изумляла. Зато Тамара Александровна, представляя из себя Нострадамуса, цвела и пахла.

– Я же говорила, – радовалась она, – что локти себе кусать будете, такого парня упустили. А девчонка молодец, поняла, какой клад нашла в этом фургоне. Принцев на всех не хватит, это не сказка, а жизнь. И прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за упущенные возможности!

– Где-то я уже это слышала, – нахмурилась Капитолина. – Маргуша, а чего мы, зря пневматическую винтовку купили? Может, стоит ее опробовать?

– Ты что?! – испугалась Тамара Александровна. – Отелло какая-то нашлась. И не думай!

– Во-первых, Тамара Александровна, Отелло – это мужик, огнестрельным оружием не пользовался, обходился руками. А во-вторых, убивать я никого не собираюсь. Можно ведь пострелять по бутылкам. Просто на Наташку эту поглядела и про ружье вспомнила, про нашу винтовку.

– Ты лучше на Леньку посмотри, – посоветовала ей Калугина-старшая, – и про него забудь.

Так и пришлось сделать, как только они въехали во двор. Захаров просигналил им на прощание и, повернувшись к своей Наташке, укатил в неизвестном направлении.

– В выходные пойдем на пустырь стрелять по бутылкам, – заявила Капитолина, глядя вслед фургону. Маргарита не стала спорить. Ведь зачем-то они купили оружие, пусть и не огнестрельное, отчего бы не пострелять? Безобидное занятие. Особенно если они станут стрелять по банкам или бутылкам. Конечно, если им под руку попадется какая-нибудь Наташка, то пусть пеняет на себя.

Маргарита вышла из машины и уткнулась в серебристый «Мерседес», припаркованный на прежнем месте. Она многозначительно поглядела на подругу, та кивнула головой и принялась расспрашивать Тамару Александровну о неизвестном соседе. Та охотно поделилась информацией: молодой мужчина, квартиру купил недавно, живет пока один, возможно, холостяк. Она подмигнула Капитолине, подхватила пакеты и направилась домой. Возможный холостяк в корне менял дело. Стрелять из винтовки сразу расхотелось, пусть Захаров устраивает свою личную жизнь, ей, Капитолине, нужно о своей позаботиться. Жалко, что никто из соседей не был с ним близко знаком. Придется все начинать сначала.


Давыдову пришлось провести этот день, вызволяя Милованову с супругом из участка, куда их доставили в совершенно удручающем виде. Оба были перепачканы с головы до ног, причем чем был вымазан Парфюмер, Давыдов прекрасно знал. Но секретом делиться не собирался. Пусть помучается, простой водой этот порошок не оттирается. Странно, что их компаньона держали отдельно и обходились с ним по-царски. За что были задержаны супруги Миловановы, Давыдову не объяснили, да он и не вникал, а только просил, чтобы отпустили одну женщину. Выпустили обоих, Давыдову пришлось укрыться и позвонить Миловановой по телефону. Та обрадовалась и потребовала от Давыдова продолжить операцию по слежению за неверным супругом. Илья согласился, но в большей степени потому, что не хотел упускать из вида коварного соперника и собирался его разоблачить перед своим Ангелом, который все еще балансировал на грани падения.

Освобожденный Парфюмер, вместо того чтобы кидаться в объятия любящей супруги, козлиной прытью поскакал в свой парфюмерный магазин. Там вовсю шла разгрузка товара, парочка личностей сомнительного гражданства тягала коробки с духами и дефицитным тройным одеколоном, от запаха которого у них кружилась голова. Странная компания для Парфюмера, который раньше торговал пылесосами, чем-то они его прельстили. Давыдов пригляделся, довольный Парфюмер делился с ними одеколоном а-ля «Шипр» и что-то рассказывал с заговорщицким видом. «Это его подельники, – догадался сыщик, – они собираются ограбить эту парфюмерную лавку». Ему уже приходилось сталкиваться с подобными кражами, только совершали их в основном опустившиеся личности, пропившие последние остатки денег и совести. Парфюмер был другим. Значит, он охотился не только за тройным одеколоном, а за чем-то крупнее. Мелкой рыбешке он кинет коробки с «Шипром», а себе заберет всю кассу.

Пока мужики смеялись над позеленевшим Парфюмером, по всей видимости, объяснившим им причину резкой мутации, Давыдов зашел через центральный вход в магазин и пригляделся. Так и есть. За кассой магазина сидела пухлая блондинка, наверняка новенькая, и неумело щелкала кнопками. Вторая учила ее пользоваться аппаратом. Они не обратили никакого внимания на Давыдова, но тот заметил, что пухлая кассирша довольно рассеянная особа, ключ от кассы валялся у нее под ногами на полу.


Маргарита с Капитолиной поставили «девятку» в гараж и отправились провожать друг друга. Им не хотелось расставаться, но завтра был рабочий день, одну ожидали цветы, другую – накладные. Они шли по тропинке, ничего не подозревая, когда им под ноги бросилась Люська Бубенцова. Это была их одноклассница, отмечающая свой день рождения. Она возвращалась из магазина, куда бегала за дополнительной порцией «горючего». Не совсем трезвая Люська обрадовалась встрече, облобызала приятельниц, гремя полными бутылками, и потащила к себе на четвертый этаж желать имениннице крепкого здоровья и личного счастья.

– Парня бы тебе хорошего! – в сердцах высказалась Маргарита, оглядывая стайку подвыпивших девчонок. Среди приглашенных не было ни одного представителя мужского пола. Даже Вовка Бубенцов, брат Люськи, пожертвовав музыкальным центром, сбежал с этого праздника жизни к своим друзьям.

– Да уж, – вздохнула та, – чего нет, того нет. Налетай, девчонки! – Она разлила по бокалам крепкое красное вино. – Выпьем за любовь! Где она, ау! – Люська заглянула под стол. Но, кроме кошки Муськи, там больше никто не прятался. Да и та особой любовью к своей хозяйке не отличалась. Только в тех редких случаях, когда ей давали рыбу. Люська же кормила ее сухими кормами, которые Муська ненавидела, от этого сильного чувства перепадало и хозяйке. Маргарите с Капитолиной досталось по полному штрафному бокалу, в котором вино плескалось у самой кромки. – Девчонки! – призывала именинница. – За любовь пьем до дна! – И лично проследила за тем, как опустели емкости.

После тоста за любовь пили за родителей, за друзей и подруг, за верность (кому ее хранить, было непонятно), еще за что-то, и так несколько раз. Закуски Люська приготовила, но их съели до появления подружек. От выпитого вина у Маргариты закружилась голова, а ноги сделались совершенно ватными. Она спохватилась и засобиралась домой. Капитолина домой не спешила, она села на диван, обняла Люську и принялась жаловаться той на бессовестного Леньку Захарова, променявшего ее на какую-то сушеную воблу. Маргарита поймала себя на желании присоединиться к ним и поплакаться на своего разведчика, который вел себя как последний кретин. Но боязнь того, что кретинизм на самом деле мог оказаться важным государственным заданием, Маргариту останавливала. Когда Люська, обнявшись с Капитолиной, залилась горючими слезами на тему: «Нам бы, девки, замуж за миллионера», Марго поняла, что пора уходить. Она хорошо ориентировалась в соседской квартире и сразу вышла на свежий воздух. До своего подъезда ей оставалось сделать три шага.

Сделать их ей не дали собственные ноги. Одна зацепилась за другую, обе потеряли твердую почву под собой и понесли в сторону от входной двери. Маргарита сама не поняла, как очнулась на капоте серебристой иномарки. Она лежала на ней животом и упиралась носом в переднее стекло. В салоне машины (ей очень повезло) никого не было. Марго показала язык водительскому креслу и попыталась встать. «Встал» только копчик, не вытянувший остальную часть тела. В такой позе ее и застукал Давыдов. Он сразу узнал Маргариту и догадался, что она вышла из той квартиры, где нестройный девичий хор пьяным разноголосьем выводил песни про несчастную любовь. Маргарита скосила на шум его шагов глаза и, вздрогнув, захлопала ресницами. Вот те раз, на нее шел сам Терминатор! А она даже не могла пошевелиться, ей так приятно было лежать на капоте этой серебристой иномарки и мечтать, что когда-нибудь ее повысят и она купит такую же. Если идет Терминатор, то, значит, рядом бежит его собака. Маргарита с трудом повернула голову и махнула на всякий случай рукой, чтобы отбить наглую собачью морду, но ладонь вяло разрезала воздух, опустилась вниз и повлекла за собой свою владелицу. Упасть Маргарита не успела, она почувствовала, как ее подхватили крепкие мужские руки.

– Терминатор?! – пролепетала она. – А где же Баскервиль? Прятаться нечестно.

– Баскервиль доедает свою овсяную кашу, – с усмешкой ответил Давыдов, – чем советует питаться и вам, Маргарита. – Он встряхнул ее за плечи и пытался поставить на ноги.

– Терминатор знает мое имя? – засюсюкала Марго. – Уси-пуси, он совсем не страшный без овсянки. А что он еще обо мне знает? – Она попыталась принять позу казачьей жены, подбоченясь обеими руками. Но руки не нашли собственные бока и схватились за первое попавшееся – за Давыдова.

– Терминатор, – он догадался, что отныне его зовут так, – знает о тебе все!

– Да ты что? – Марго обхватила его шею и стала стоять более устойчиво. – Какой Терминатор уверенный. И бесстрашный? Терминаторы все такие уверенные и бесстрашные? – Марго улыбнулась Давыдову и таинственно прошептала: – Они такие лапоньки.

Откуда в ее голосе возникли кокетливые нотки, она не знала. Язык плел сам по себе все, о чем думали отравленные алкоголем мозги.

– И бесстрашный, – тихо подтвердил Давыдов, у которого от близости полупадшего Ангела закружилась совершенно трезвая голова.

– Тогда поцелуй меня, – предложила Маргарита, вытягивая губы трубочкой и закрывая глаза.

Давыдов на мгновение задумался и поцеловал девушку в губы, пахнущие цветочной помадой и виноградным вином.

Глава 10

Сбегая от двух мужчин, застать в своей квартире третьего

Настроение было превосходным, хотелось петь, танцевать и радоваться. Первая, кто заметил, что с Маргаритой что-то не так, была продавщица Варя. Она подошла к приятельнице и внимательно поглядела в глаза. В глазах не было ничего, что бы говорило о связи Маргариты с планетой Земля. Мало того что она витала в мечтах, так еще и безбожно обдирала несчастные розы, перепутав их с ромашками.

– Ты что делаешь?! – испугалась Варя. – Уничтожаешь?!

Маргарита наконец-то очнулась. От розы, которую она держала в руках, остался длинный тонкий стебель. А нужно было всего лишь оторвать подвядшие лепестки у бутона. Так часто делают продавцы цветочных магазинов для того, чтобы обмануть своих покупателей и выдать лежалые розы за свеженький, только что срезанный товар. Маргарита перевела взгляд на стол, там покоилась горка оборванных стеблей, а под ногами валялись сорванные лепестки.

– Маргарита, – сочувственно поинтересовалась Варя, – ты гадала на «любит-не-любит»? – Она с понимающим видом покачала головой. – Взяла бы для этого хотя бы ромашки, они все равно скоро завянут. За розы придется заплатить, хозяйка собиралась их продать по сниженной цене. – И Варя побежала считать, на какую сумму Маргарита нагадала.

Та не понимала, как все произошло. Она взяла охапку роз и действительно принялась обрывать увядшие лепестки, но, по всей видимости, увлеклась и ободрала их «до нитки». Ни на что она не гадала, просто думала о своем. Хотя какой он свой? Один раз поцеловались и разошлись. Или не один раз. Маргарита плохо помнила, что произошло вчерашним вечером. Терминатор ее поцеловал, и ей было очень приятно. Это ощущение она запомнила хорошо.

Второй, кто обратил внимание на неадекватное поведение сотрудницы, была уборщица тетя Соня.

– Маргарита, – ласково, как будто говорила с умалишенной, пропела она, – что это ты так свой автмобильчик поставила? – И указала на обочину дороги у магазина, где среди других машин одна, обклеенная со всех сторон знаками «У», туфельками и чайниками, стояла поперек, как будто бросала всем остальным вызов. Принять его сдерживал один-единственный знак, любовно прилепленный Капитолиной – «За рулем блондинка». Этим все было сказано. – Как-то не по-человечески стоит, – расплылась в странной улыбке тетя Соня и принялась собирать с пола ободранные лепестки.

– Ты чего сегодня какая-то не такая? – спрашивала по телефону Капитолина. – Голос у тебя с нотками отстраненности и придурковатой мечтательности. Ты гляди, разведчиком сильно не увлекайся! Еще неизвестно, в какую трясину тебя этот Штирлец затянет. Они, разведчики, все такие, им только попадись. – Капитолина говорила так, как будто перезнакомилась со всеми ребятами из ФСБ.

– Капа, разведчик совершенно ни при чем. Он даже не позвонил.

– Вот! Что я говорила! – обрадовалась подруга своему провидению.

– Капа, ты помнишь, что было вчера? – тихим голосом поинтересовалась Маргарита.

– Конечно, – бодро ответила та, – потусовались немного и пошли по домам. Ты ушла практически первой. Мне Тамара Александровна звонила, спрашивала, куда я тебя дела. Слушай, подруга, а правда, куда ты вчера делась, если ушла первой, а домой пришла позже меня?!

– Капитолина, только не кричи. – Маргарита набрала в легкие побольше воздуха и выдохнула. – Я целовалась с Терминатором! И больше ничего не помню.

– Обалдеть! Она ничего не помнит! Такое не забывается, вот если бы я поцеловалась с Терминатором, то никогда бы этого не забыла! С кем с кем, а с таким мужчиной поцеловаться…

– Я прекрасно помню, что с ним целовалась. – Маргарита перешла на шепот. Стоявшая за прилавком Варя повернулась в ее сторону и внимательно слушала откровения. Тетя Соня застыла с тряпкой в руках и забыла про мытье полов. Даже забежавший за букетом паренек с дурацкой улыбкой на вытянутом лице заинтересованно слушал диалог подруг. Маргарита решила, что оповещать всю округу о своем безобразном поведении не будет. – Я все прекрасно помню, – сказала она, пресекая дальнейшую беседу. – Или почти что все. Не думай, что я какая-то безмозглая дурочка, – сказала она.

– Ладно, – догадалась Капитолина, – потом расскажешь. Но знай, что я жду твоего рассказа с большим нетерпением. Маргуша, мы не сможем встретиться вечером, у меня мероприятие. Придется идти с Капустиным в Музей изобразительных искусств.

– В музей?! – Маргарита удивилась. – Капа, ты и музей – две совершенно разные вещи!

– Не обзывайся, – в голосе подруги послышалась хитреца, – мероприятие серьезное. Мы идем вместе с Ленькой Захаровым и его новой подружкой. Что скажешь? Прикольно?

– Ничего хорошего не скажу, – удивилась Маргарита, – зачем тебе это? Хотя, конечно, познакомиться с Наташей нам нужно, Леня все-таки наш друг. Но, как я поняла, она не выражала особой заинтересованности в нашем знакомстве. Что-то изменилось?

– Она и сейчас не выражает, – честно призналась Капитолина, – ее принудят обстоятельства.

– Обстоятельства – это ты, Капитолина?! – догадалась Марго.

– Почти что, – загадочно ответила та. – Просто Ленька не знает, что я иду в музей. Вчера я ему позвонила, – она вздохнула, – ну, понимаешь, спиртное ударило в голову. – Маргарита поняла, что вчера не она одна совершала глупости. – И сказала, что нам с ним нужно встретиться. А он ответил, что вечером не сможет, потому что идет со своей бабой в музей. Я выведала, в какой, и позвала туда же Капустина. Женька сразу согласился, ты знаешь, он обожает живопись. Так что мы все идем в музей. Если хочешь, присоединяйся, только возьми на себя отвлечение Наташки, вдруг Капустин не справится.

У Капитолины оказался целый, продуманный в деталях, план. Маргарита испугалась, как бы подруга не наломала дров, пытаясь вернуть их бывшего кавалера, а теперь друга, Леньку Захарова. И зачем он ей был нужен?! Женщины по натуре собственницы, сколько бы подобное ни говорили про мужчин. И не просто собственницы, они, как собаки на сене, – сама не ам и другому не дам. Другой то есть. Капитолина делиться Ленькой не хотела. Маргарите было жаль парня, если Капа делала это от чистого сердца, то это было одно, а если из вредности? Хотя, как она призналась самой себе, Наталья ей не понравилась. Слишком высокомерная для простого хорошего парня Леньки Захарова. Но, как говорится, на вкус и цвет товарищей нет. Тем более у мужчин. Кто только их не прельщает: полные или худосочные, высокие или низенькие, симпатичные и не очень. До этого времени Леню не прельщал никто, откуда только взялась эта Наташка на их белокурые головы?

Разговор с подругой развеял мечты Маргариты по поводу собственного счастья. Она признала, что действительность была вопиюще несправедливой: Исаев не звонил, Терминатор после поцелуя или поцелуев куда-то исчез. Марго не помнила, чтобы он стоял на коленях и трепетно прижимал ее руку к своим губам, моля о любви. Он прижимал, как только она об этом подумала, сладкая истома заполнила все ее существо, еще как ее прижимал, и от него так приятно пахло! Но ни о чем не молил. Может, она сказала какую-нибудь глупость, Маргарита знала, что вполне могла наговорить мужчине чепухи, и он обиделся? Или кроме поцелуев было еще что-то?! Где? В подъезде? Неужели?! Она не могла опуститься до такой степени: заниматься в подъезде любовью с незнакомым мужчиной! Маргарита кинулась к зеркалу, висевшему в комнате персонала, и увидела в нем свое отражение. Опухшие щеки, нос, губы, подглазины, казалось, опухли даже уши. Совершенно идиотская реакция на алкоголь, надо меньше пить, пить надо меньше. Марго достала косметичку, подправила макияж, это ее нисколько не спасло, но в сознании закрепилось: она сделала все, что могла.

Когда Маргарита вернулась в торговый зал, там стоял Исаев. От неожиданности у нее подкосились ноги. Она почувствовала себя куртизанкой, поцелуи Терминатора воспалились на ее пухлых губах алым огнем. Конечно, она не последняя дура, хоть и блондинка, и признаваться в том, что совершила вчера вечером, не собиралась. Разведчик и не интересовался. Приподнимая темные очки, за которыми прятались его красивые глаза, Исаев шепотом произнес, что ждет ее после работы возле магазина. И он, наклонившись к ее шее, поцеловал завиток волос. Развернулся и вышел прочь. Тетя Соня снова замерла с тряпкой в руках. Сегодняшняя уборка у нее заняла гораздо больше времени, чем в обычные дни, когда Маргарита ничем не удивляла.

– Какой импозантный мужчина! – восхитилась тетя Соня и побежала следом за ним, чтобы проследить, куда он отправился. – Сел в черный джип, – сообщила она Маргарите, – номер из одних семерок. Но сел не за руль, – она вошла в роль детектива, – а на пассажирское место. В джипе он не один.

Какая разница была Маргарите, с кем уехал Исаев. Главное, что он будет ждать ее вечером, а потом они поедут кататься, а после этого на обочине он попытается ее поцеловать…Что же делать?! Маргарита не могла себе признаться в том, что заинтересовалась другим. Это было совершенной глупостью. Ну, поцеловалась случайно с незнакомцем, что в этом такого? Так каждая может поцеловаться. Вон Варя рассказывала, как встречала на вокзале свою родственницу, а рядом бегал парень и искал какую-то Танюшку. Это не мешало ему кидаться навстречу каждой симпатичной девушке, обнимать ее и крепко целовать в губы, после чего спрашивать, не Танюшка ли она. Никто из девушек не собирался бить его по морде за нежданный поцелуй, видя его огорченное лицо после отрицательного ответа. Варя подумала, что он искал незнакомку, которую ему поручили встретить. Но пока ждала, поняла, что парень встречал свою жену, а девушек использовал. Маньяк, что с него взять. Кстати, в Терминаторе что-то есть маниакально-завораживающее. Она, глядя на него, чувствовала себя слабым белобрысым кроликом с длинными ушами, на которые хитрющий удав вешал лапшу. Нет, один поцелуй ничего не должен значить в ее жизни. Так же, как и Терминатор, которого Маргарита, вполне возможно, видела в первый и последний раз. А вот Исаева она знает уже несколько дней и вполне ему доверяет. Битый жизнью и героической профессией мужчина всей ее жизни должен быть именно таким, как Исаев. И встречи с ним должны быть не просто романтическими, а приключенческими: с разборками, жертвами, драками. Маргарита поморщилась, она всегда была домашней девочкой. Но это их должно сплотить.

Она решила весь оставшийся день думать о своем разведчике, чтобы привязаться к нему еще сильнее. Но судьба готовила ей очередной удар. Он стукнул ровно в полдень, когда кукушка в часах прокуковала двенадцать раз. В торговый зал стремительно вошел представительный мужчина и потребовал от Вари самый красивый букет цветов. Та растерялась, дорогих букетов Маргарита сегодня еще не составляла, обычно она это делала после обеда – к вечеру цветы раскупались лучше, люди шли на свидания и в гости. Варя позвала флориста, Маргарита вышла в зал и… увидела Терминатора. Он, в отличие от нее, не растерялся, а наоборот, хищно улыбнулся, показав белоснежные зубы, и, пристально вглядываясь в ее испуганное лицо, медленно поздоровался. Она кое-как ответила Терминатору и поинтересовалась, что за букет он хочет. Удав-Терминатор, надев на свое лицо холодную маску безразличия, сообщил, что собирается на свидание, но девушка еще не знает об этом, поэтому ему хочется, чтобы цветы рассказали ей все за него.

«Как завернул, – недоумевала Маргарита. – Оказывается, у него есть подружка. Я так и думала, этот случайный поцелуй не запомнился ни мне, ни ему. Хотя, чего кривить душой, мне запомнился, и даже очень». Она растянула рот в глупую улыбку, попросила подождать пару минут и отправилась сочинять цветочный романс о большой любви. Только такие чувства мог испытывать к своей возлюбленной могучий Терминатор. Рука флориста потянулась за орхидеей, но внезапные иголки ревности пронзили ее чуткое сердце. Ах, так он хочет подарить цветы какой-то вертихвостке?! А она поможет ему сказать то, для чего у него не хватает слов?! Может, он не успел ее доцеловать и теперь поручит это сделать за него?! Сейчас! Держи карман шире! Кстати, насчет кармана. Она так накрутит за свою композицию, что окупит испорченные розы. Пусть вертихвостка любуется… Маргарита огляделась, пусть любуется лилиями! На языке цветов они означают «ваша красота просто неотразима», но источают такой едкий запах, что нужно будет обязательно посоветовать Терминатору, чтобы его любимая девушка поставила их у изголовья своей постели. Маргарита плотоядно усмехнулась, она надеется, спят они порознь.

– Вот, – Марго бухнула перед Терминатором небольшой букет сиренево-белых лилий. – Отличный подарок, вместо слов говорит запах. Этот аромат предназначен только для чувственных натур. – Ее понесло, как Остапа Бендера, но Терминатор не дослушал, взял цветы в руки, положил на стол тысячную купюру.

– Это тебе. – Он протянул букет изумленной Маргарите и чмокнул ее в щеку. – Надеюсь, мы сегодня встретимся. – После чего развернулся и вышел.

– Какой восхитительный мужчина! – произнесла Варя, глядя ему вслед.

– Ну нет! Я так больше не могу! – заявила очнувшаяся тетя Соня и бросила тряпку в ведро с водой.

– Правильно, тетя Соня, – ответила Варя. – Я давно говорила, что легче управляться моющим пылесосом.

– Нет, – возразила та и поскакала к двери. – Я по другому поводу не могу! Маргариту целуют все заходящие к нам мужчины, а на нас с тобой никто не обращает никакого внимания. Где справедливость?!

Справедливости, как справедливо было замечено, действительно не было. Маргарита не знала, что делать. Сразу двое мужчин позвали ее на свидание. Один сказал, что будет ждать возле магазина, а другой… Другой ничего не сказал, но подарил цветы. Маргарита взглянула на букет и вспомнила, что Терминатор собирался ими что-то сказать. Какая она глупая! Нужно было не лыбиться, как последняя идиотка, а поинтересоваться, что именно он хотел сказать. Сослаться на язык цветов: кроваво-красные розы, к примеру, говорят о буйной страсти. Он бы ей все сказал получше роз. Или у него были иные намерения? А какие именно? Теперь она не узнает, потому что, как только выйдет из магазина, сразу попадет в объятия Исаева, и ей будет не до Терминатора. В голове Маргариты пронеслась шальная мысль: а если выйти через подсобное помещение, чтобы избежать встречи сразу с двумя импозантными и восхитительными мужчинами? Выйти-то можно, но как забрать припаркованный поперек дороги автомобиль? Снова звать Леньку Захарова? А он не сможет, он пойдет со своей Наташкой в Музей изобразительных искусств, где Капитолина изобразит ему все, что придет ей в голову. А так как ничего хорошего там отродясь не было, финал будет жалок и печален, так что неизвестно, придет ли после этого музея Ленька домой вообще. Оставался лишь один выход – сейчас же переставить автомобиль ближе к выходу из подсобки и удирать с работы раньше от греха подальше. Грех сегодня представал в образе двух самцов и совершенно беспомощной Маргариты, которая не знала, кого предпочесть.

Переставить автомобиль оказалось довольно сложно, все свободные места парковки были заняты. Оставалась детская площадка во дворе жилых домов, но Маргарите стало совестно отнимать у детей последнюю радость. Хотя у ее автомобиля был довольно приличный, можно даже сказать, чистый вид, после стояния рядом с песочницей машину пришлось бы транспортировать в ремонт. Маргарита не боялась, что дети забросают «девятку» песочными куличами, она была уверена, что гуляющие с ними старушки с удовольствием насыплют песок в двигатель машины, отплатив за ее постой.

Положение казалось безвыходным, и Маргарита к концу рабочего дня уже собиралась полностью положиться на судьбу и доверить ей свободу выбора. Судьба оказалась злодейкой.

Выбраться из магазина и уехать на своей машине удалось, для чего Маргарита предприняла беспрецедентный шаг: сослалась на парализованную бабушку, которую нужно было срочно покормить. В версию того, что до этого старушка ничего не ела и требовала Маргариту, хозяйка магазина, проверяющая свое подведомственное хозяйство за час до его закрытия, поверила безоговорочно. Она знала таких вредных старушенций, в ее жизни их было целых две: мать ее первого мужа и мать ее второго мужа. Маргарита в красках поведала начальнице о том, как бабуля дрожащей от голода рукой тянется к портрету Маргариты и шепчет пересохшими от жажды губами: «Приди ко мне, возлюбленная внучка!» На самом деле Калугина-самая-старшая была в прекрасном здравии и жила в таежной сибирской глубинке, голодать, так же как и звать внучку, она не собиралась. Прекрасно знала, что та все равно не приедет, сколько ни зови. Маргарита заранее попросила у нее извинения, в мыслях естественно, и соврала. Но это была ложь во спасение. И она ее спасла. Ровно за час до назначенного Исаевым срока Маргарита отъехала от цветочного магазина и затерялась в потоке автомобилей.

Дорога была одна, и сегодняшним вечером она вела ее прямо домой. Маргарита решила отключить мобильный телефон и не подходить к двери. Она скажется больной, и пусть будет то, что будет. Ей не хотелось терять ни Исаева, ни Терминатора. Она прекрасно знала, что сделать выбор придется, но как можно дальше оттягивала эту процедуру, надеясь, что один из претендентов слиняет от нее сам.

Дома ее ждал сюрприз в виде Федора из гаражного кооператива. Глядя на него, Маргарита почувствовала сильное головокружение и тошноту. Сбегая от двух мужчин, она не надеялась застать в своей квартире третьего. Тем не менее он там был. Федор сидел на кухне, сиротливо расположившись за столом, и хлебал мамин борщ из самой большой миски, что нашлась в посудном арсенале. Ясное дело, он сидел не один, его развлекала рассказами о голопузом Маргаритином детстве Тамара Александровна, а рядом пил пиво Тимофей Спиридонович. Догадавшись, что это он затащил гостя к себе домой из гаражного кооператива, Маргарита усмехнулась. Родители все еще надеются выдать свою взрослую девочку замуж для того, чтобы та зажила нормальной человеческой жизнью и нарожала им кучу внуков. Отец, заметив ее хмурое лицо, виновато представил Федора, тот, оказывается, помог ему с ремонтом автомобиля. Маргарита отметила, что они придумали гениальное алиби, вздохнула и села к ним. Не устраивать же скандал человеку, бескорыстно пришедшему на помощь другому?! Хотя, по ее мнению, бескорыстием тут и не пахло. Федор явно старался не ради отца. Неужели ради нее?! Это что, повальное увлечение среди мужиков Маргаритой Калугиной? Ни с того ни с сего повалила удача, зафартило со всех сторон. Как бы подтверждая ее мысли, затрезвонил домашний телефон, мобильный Маргарита успела отключить. Тамара Александровна рысью понеслась в коридор и подняла трубку. Дочь пошла следом и попыталась показать матери, что ее еще нет дома, что она застряла в пробке, пропала куда-то, умерла, в конце концов. Но Тамару Александровну в детстве всегда учили говорить правду, она ее и выдала:

– Маргуша сейчас очень занята, она беседует со своим женихом, перезвоните, пожалуйста, позже.

Это был бы отличный финал для трагедии. Он звонит ей, а ему говорят, что она «другому отдана и будет век ему верна». Он кидает трубку, обижается на всю оставшуюся жизнь и вырывает из сердца ее чистый нежный образ. Но кто этот он? Тамара Александровна пожала плечами, поджимая губы:

– Откуда я знаю, он же не представился. – И в чем-то была права, представляться нужно. Иначе девушка будет весь вечер мучиться в догадках, кого же из ее кавалеров отшила добрая мама.

Маргарита мучилась, представляя то одного, то другого. Оба были злы и готовы ее убить. Зато Федор сидел совершенно счастливым и радовался пустой беседе с ее родственниками. Чего он хотел добиться, придя к ним в дом, Маргарите было непонятно. Ей казалось, что во время первого знакомства там, в гаражах, он увлекся ее подругой. Или она ошибалась? Маргарита пригляделась к гостю, хороший парень, чем-то похож на Леньку Захарова. Она всплеснула руками и побежала звонить Капитолине. Судя по времени, парочка парочек должна была торчать у полотен великих живописцев позапрошлого столетия и стонать от экстаза, обсуждая мазки и задний план. А одна девица, вполне возможно, уже кусала себе локти и из вредности совершала мелкие пакости хорошему человеку по фамилии Захаров.

– Ты что делаешь?! – накинулась Маргарита на подругу, как только та ей ответила.

– Жую колбасу в буфете музея, – призналась Капитолина без зазрения совести.

– Ты что, – возмутилась Маргарита, – туда жрать пришла?! Бери своего Капустина и дуй с ним в ресторан. Кстати, скажи ему, что я согласна на дракона. Но заметь, что копить на него мне придется весь год. Если он не такой прожорливый, как ты, пусть сделает мне скидку! Я все-таки твоя подруга.

– Ладно, скажу, – прошамкала Капа с набитым ртом. – Только я сейчас не с Капустиным ем колбасу. – И в трубке раздалось привычное «Здрасьте!».

– А с кем?! – удивилась Маргарита, предполагая самое ужасное, что только могло случиться.

– С Ленькой, – просто ответила подруга. – Мы с Ленькой торчим в этом растреклятом буфете целый час и обжираемся всем, чем можем. Не сидеть же нам здесь пугалами, вперившись друг в друга. – Маргарита услышала, как она обратилась к своему соседу: – Ленечка, будь добр, принеси пару чашек кофе. – Маргарита услышала, как тот что-то ответил и голос его затих вдалеке. – Слушай, Маргуша…

Случилось непоправимое. Из рассказа подруги Маргарита поняла: Леньке Захарову больше не ходить со своей Наташей по филармониям и музеям. Сегодня для любителей искусства был роковой день. Капитолина сделала так, будто бы она с Капустиным и Ленька с Наташей встретились в залах музея совершенно случайно. Пришлось им всем вместе таскаться и разглядывать картины. Поначалу все проходило так, как и задумала Капитолина: Леньке быстро наскучила художественная суета, и он стал отставать. Капитолина принялась отставать вместе с ним, они удачно посидели вдвоем на скамье в зале импрессионистов, выражая друг другу свои негативные эмоции по поводу этой мазни. И вот когда, по ее расчетам, Капустин должен был спохватиться и прибежать за ней, бросив Наташу, тот не появился. Ленька первый обеспокоился потерей своей девушки, и они с Капитолиной принялись их догонять. Парочку застукали в зале с передвижниками, оба стояли у картины, на которой был изображен промозглый московский пейзаж, и стонали от восторга. Ленька почесал затылок и остановился, так и не приблизившись к Наташе. Капитолина тоже не стала лезть к Капустину, вдохновленному живописью и новой знакомой, которая в ней вполне сносно разбиралась. Они с Леней решили пойти в буфет и подождать парочку там. То, что в двух словах успела рассказать Капитолина, пока Ленька приносил ей шестую чашку кофе, не укладывалось ни в какие ворота.

– Приезжай ко мне домой, – посоветовала Маргарита подруге, – у меня в гостях Федор.

Та, конечно, очень удивилась, в какой-то степени заревновала, но приезжать отказалась. Она не могла бросить Леньку на произвол судьбы. Хотя еще неизвестно, кто был этим самым произволом. Если бы Капитолина не приволокла Капустина в музей одновременно с Наташей, то, возможно, Захаров уладил бы свою личную жизнь. Или нет? Попался бы Наташе вместо Капустина какой-нибудь Ананасов или еще один фрукт, разбирающийся в живописи, и бросила бы она Леньку, несмотря на все его положительные качества. Если признаться честно, решила Маргарита, то этой Наташе действительно больше подходит Капустин, а не Захаров. Но призналась она только себе, расстраивать друзей Маргарита не стала.

Ей пришлось вернуться на кухню к Федору, который уже сидел с самой большой чашкой, найденной в анналах кухонных шкафчиков. Тамара Александровна, оценивая крупные внешние данные будущего дочкиного жениха, предлагала тому только объемные емкости. После чая полагалось распрощаться, чего Маргарита ждала с нетерпением. Но Федор не спеша допил свою бадью и попросил добавки. Тамара Александровна расцвела, получив от гостя комплимент, как хорошая хозяйка плеснула ему еще полведра ароматного напитка. Маргарита подперла кулачком лицо и принялась глядеть на то, как ее новый «жених», краснея и бледнея, пьет чай. Ее волновало, что больше за вечер так никто и не позвонил. А могли бы поинтересоваться ее здоровьем и пригласить вечером на премьеру в один из театров.

– У меня есть два билета в цирк, – радостно сообщил Маргарите, допив до дна, Федор. – Сходим?

Вот! Ей только цирка не хватает. И Федора. В жизни всегда есть место цирку, особенно если это жизнь девчонки, пытающейся убежать от двух зайцев сразу. Третий обязательно окажется волком и подождет тебя у самого убежища. Федор был больше похож на большого, доброго медведя. В детстве его наверняка дразнили «Федя, который съел медведя!».

– Спасибо, Федя, – ласково ответила Маргарита. – Но лучше сходи с другой девушкой. У меня в личной жизни такие сложности, что тебя впутывать не имеет смысла. Ты хороший парень, любая девчонка с удовольствием посмеется вместе с тобой над клоунами. Мне пока хватает своих.

Когда Федор ушел, Тимофей Спиридонович попытался оправдаться:

– Маргуша, я не хотел ничего такого, он сам начал. А жаль все-таки, ты же сама понимаешь, парень-то хороший.

– Так и останешься куковать в девках, – резюмировала из кухни мать, которой пришелся по вкусу аппетит Федора. – Дурехи они, современные девки, счастья своего не видят. И подружка у тебя такая же!

– Мамочка, – Маргарита обняла мать и поцеловала отца, – у меня для вас приятная новость.

– Ты выходишь замуж?! – Тамара Александровна высказала сокровенное желание и села на стул.

– Ну, не до такой степени, – Маргарита улыбнулась. – Капитолина сейчас сидит с Ленькой Захаровым в буфете Музея изобразительных искусств. И, я думаю, это их первое свидание.

– Вот девка! Вот молодец, – искренне обрадовалась Тамара Александровна.

– А тебе бы Федора, – предложил отец, – чтоб не отставать от подруги. Хороший ведь парень.

– Обязательно, – пообещала Маргарита, – что-нибудь попроще в следующий раз. Сейчас у меня роман с разведчиком и Терминатором. – И она пожелала родителям спокойной ночи.

– Я теперь не усну! – заявила Тамара Александровна.

Глава 11

Целоваться с Терминатором она больше не будет

Утро началось со встречи прекрасного принца. Принц засмотрелся на Маргариту, уверенно сидевшую за рулем своего скромного автомобиля и мчащуюся по дороге. Ветер врывался в приоткрытое окно и теребил ее белокурые волосы, солнце бликовало в очках-хамелеонах игривыми зайчиками, и те прыгали налево и направо без зазрения совести, попадая в соседние машины. Прекрасный принц модельной внешности заинтересовался и влип. Дорожно-транспортное происшествие произошло на перекрестке рядом со светофором. «Тойота» принца въехала в остановившийся на красный свет автомобиль, а Маргарита въехала в принца. Услышав «Бум», она заглушила двигатель и закрыла глаза. Он выскочил из своей кареты и кинулся проверять ее гнутый бампер, вместо того чтобы бежать к Маргарите и горевать над ее молодым, красивым и безжизненным телом. Конечно, она немного преувеличила, тело было сковано испугом, но совершенно здорово. Все равно ей стало обидно, что после тех улыбок, которые она ему посылала на протяжении получаса совместной езды, он побежал не к ней. Маргарите даже расхотелось прикидываться раненой и падать в его заботливые объятия. Принц заботился только о своем бампере. Вот так и доверяй им, этим обаятельным мужчинам на дорогах. Какой-то бампер или другая часть автомобиля ему гораздо важнее милой, симпатичной девушки.

Маргарита приоткрыла один глаз, принц невразумительно мычал над погнутым бампером. А рядом у впереди стоящей «Ауди» бегал – ну кто бы мог поверить в такие совпадения! – Валерьян Тимофеев! Принц въехал в ее одногруппника по автошколе. Пришлось открыть второй глаз, чтобы поздороваться с бывшим коллегой.

– Калугина! – завопил Валерьян, прижимая к груди остатки фары. – Я так и знал, что здесь не обошлось без тебя! Это произвол! – Он не переставал вопить: – Блондинки заполонили все дороги, ни вздохнуть, ни проехать! – Валерьян кинулся разглядывать «Тойоту». – А! – радостно сообщил он. – Она все-таки помяла вам бампер. Она такая, – он пригрозил ей пальцем, – ну, Калугина, держись! – И полез в карман за мобильным телефоном, по которому вызвал инспекторов ДПС.

Пока ждали инспекторов, ругались. Вернее, Маргарита молча сидела в салоне своего автомобиля, а вокруг нее с криками и руганью бегали принц и Тимофеев. Они решили все свалить на блондинку и, не стесняясь, сочиняли разные версии. Маргарита грустно глядела на картину всеобщего мужского помешательства и думала, что настоящие джентльмены, увы, давно перевелись. Неужели этим мужчинам доставит радость то обстоятельство, что ее признают виновной в аварии? Неужели в них не заговорит совесть, сострадание, любовь к ближней, в конце концов?! Маргарита пригляделась повнимательнее к перекошенным досадой физиономиям мужчин и поняла, что взывать к их совести ей одной будет совершенно бесполезно. Оставалась большая надежда на сотрудников Госавтоинспекции.

Они прибыли через пять минут, которые стали для Маргариты настоящей пыткой. Но ее состояние еще больше ухудшилось, когда в одном из них она узнала Кузьму Свистунова.

– Вы?! – Ее изумлению не было предела. За одно утро сразу два знакомых и не вполне адекватных мужика – это слишком. – Вы же должны стоять за городом! А это центр города!

– Повысили, доверили, так сказать. – Свистунов гордо указал полосатой палкой на свои погоны, где появилась еще одна звездочка. Маргарита в этих небесных телах на погонах не разбиралась, но догадалась, что Свистунова действительно повысили и перекинули на вольготные рубежи.

– Она меня провоцировала! – подбежал к Свистунову принц, грозя Маргарите кулаком. – Специально улыбалась и оказывала другие знаки внимания, не позволяющие следить за дорожной обстановкой! – Принц ехидно усмехнулся и выразительно поглядел на девушку.

– Так, так, – плотоядно заметил инспектор Свистунов. – Значит, гражданка Калугина выбивалась из общего транспортного потока своей вызывающей внешностью, чем спровоцировала вас на дорожно-транспортное происшествие.

– Точно! – обрадовался тот. – Все так и было! Я засмотрелся на нее и влип. – Он повернулся к девушке. – Ездят по дорогам всякие блондинки.

– Ах, так я всякая?! – возмутилась Маргарита, – а ты, а ты, – у нее не хватало слов от подобной наглости, – а ты не принц, ты – нищий!

– Ах, я нищий?! – воскликнул тот и полез в карман за портмоне. – Вот, – и он потряс перед носом Маргариты пачкой купюр.

– Подкуп инспектора, между прочим, – заявила Маргарита и взяла Свистунова под руку, – а инспектора у нас на дорогах неподкупные! – Свистунов важно кивнул и освободился от Маргариты.

– Она виновата, только она! – раздался голос Валерьяна Тимофеева, который успел спрятаться от инспекторов в салоне своей «Ауди» и поднять тонированные стекла.

– Кто говорит? – заинтересовался Свистунов, приближаясь к «Ауди». – Старший сержант милиции инспектор ДПС Свистунов, – представился он, пытаясь сквозь стекло разглядеть сидевшего в салоне.

– А это Валерьян Тимофеев! – помогла тому Маргарита. – Помните, мы с ним вдвоем у вас были в отстающих! Всё сдавали экзамен по вождению, всё сдавали…

– А, – Свистунов определил новую жертву. – Тимофеев?! Ну-ка, гражданин Тимофеев, вылезайте из автомобиля! – И инспектор открыл дверцу. Валерьян нехотя вылез на белый свет и прищурился.

– Чуть что, сразу гражданин, – пробурчал он. – Это еще доказать нужно. Я спокойно просто стоял на светофоре, а они, – Валерьян кивнул на принца с Маргаритой, – как дали мне в зад! – Свистунов повернул Тимофеева и внимательно оглядел нижнюю часть его туловища. – Не в этом смысле! – возмутился тот.

– Выражайтесь яснее, Тимофеев, – приказал Свистунов и кивнул скучающему напарнику, чтобы тот занялся тормозным путем. – Вы стояли на светофоре, «Тойота» не выдержала дистанцию и ударила в заднюю фару «Ауди», а в «Тойоту», не выдерживая никакой дистанции, врезалась «девятка»?! Так было?

– Так, – согласился Тимофеев, – они совершенно не держали дистанцию. К тому же, – он наклонился ближе к Свистунову, – судя по их же показаниям, кокетничали друг с другом. Я попрошу отметить это в протоколе. Дорога, как вы нас учили, товарищ инспектор, не место для интима.

– Что?! – воскликнули Маргарита с принцем-нищим в один голос. – Мы виноваты?!

– Да он меня подрезал! – заявил ненищий принц.

– А я ни во что не врезалась, а лишь легонько задела! – не сдавалась Маргарита.

– Спокойно! – Свистунов поднял вверх полосатую палку. – Сейчас во всем разберемся.

Пока они разбирались с дорожно-транспортным происшествием, Маргарита разбиралась в своих личных делах. Позвонил Исаев и обиженным голосом заявил, что вчера пытался с ней безрезультатно встретиться. Маргарита соврала, что валялась в постели с высокой температурой, а сегодня ослабленная поехала на работу, но не справилась с управлением и попала в ДТП. Ей самой понравилось, насколько все получилось гладко. Исаев поверил или, во всяком случае, так сказал. Он сразу предложил свою помощь и поинтересовался местом происшествия. Маргарита ему подробно описала, где выясняет отношения со своим бывшим одногруппником, Исаев пообещал приехать и помочь. «Вот, – подумала Маргарита, – есть настоящие джентльмены в русских селеньях!» Но через час, во время которого инспектора замеряли расстояния, описывали повреждения и составляли протокол, приехавший на место происшествия черный джип даже не остановился. В его салоне послышалась какая-то возня, и джип, не снижая скорости, проехал мимо Маргариты, она лишь краем глаза увидела суровое лицо разведчика. «Ему нельзя светиться, – она сразу нашла оправдание странному поступку. – Он мне поможет на расстоянии». И стала дожидаться дальнейшего хода событий.

Исаев-Милованов действительно хотел помочь Маргарите, но лысоватый мужик, сидевший за рулем джипа, заметил среди инспекторов Кузьму Свистунова и, нецензурно выражаясь по поводу предыдущих с ним встреч, промчался мимо. Исаев не стал настаивать, лишний раз привлекать к себе внимание милиции ему также не хотелось. Он позвонил Маргарите и сказал, что обязательно поможет, только чуть позже. Сейчас его срочно вызвали для скрытой охраны президента. Маргарита вздохнула, бедный-бедный ее разведчик. Никакой личной жизни у человека, а она еще вчера сбежала от него! Муки совести прервал серебристый «Мерседес», остановившийся в нескольких шагах от светофора.

Из него вышел… Терминатор и направился прямо к инспекторам. Маргарита видела, как он показал им свою визитку, что-то долго говорил и, наконец, направился в ее сторону. Она оперлась на крышу автомобиля и приготовилась ко всему невозможному. И оно, это невозможное, произошло. Терминатор взял Маргариту за трясущуюся руку и повел в сторону ближайшего кафе. По дороге он говорил ей, что и у него первое в жизни дорожно-транспортное происшествие вызвало массу негативных реакций, что и его мучили дотошные инспектора ДПС, что и ему пришлось снимать напряжение традиционным способом. Маргарита слушала вполуха. Лично она переживала не из-за случившегося ДТП, не из-за принца, оказавшегося такой сволочью, не из-за дотошного Свистунова, который, по большому счету, просто выполнял свою работу. Ей было наплевать на Валерьяна, свалившего всю вину на нее. Она мучительно гадала, каким образом Терминатор нашел ее среди шумного города и пришел на помощь. Получался не Терминатор, а какой-то Супермен.

– Илья Давыдов, – напомнил ей тот, когда они устроились за ресторанным столиком. – А то ты часто вспоминаешь Терминатора. Это моя кличка? – Маргарита по-идиотски кивнула. – Очень интересно. Терминатор – это звучит гордо, но можно просто Илья. Договорились? – Та снова кивнула.

Давыдов заволновался, схватил ее руку и пощупал пульс. Маргарита улыбнулась и пожала плечами. Ничего страшного, она цела, только ей ничего не хотелось говорить. Маргарита сидела и слушала, как ее успокаивал Давыдов. Илья. Красивое имя, почти как Максим. Илья Давыдов, что-то знакомое, где-то она это слышала. Возможно, когда они целовались. Маргарита вспомнила тот вечер и покраснела. Еще и вчерашние лилии, которые она оставила в магазине. А ведь он так хотел подарить ей цветы. Она что-то делает не так и с Исаевым, и с Терминатором, и с Ильей.

Нужно будет все обсудить с Капитолиной и во всем разобраться. А пока остается сидеть и улыбаться, пить заказанный Ильей расслабляющий травяной чай с ароматом валерьянки и слушать его слова. Пусть говорит, ей приятно слышать его голос. Она подняла на него глаза и заметила, что он ждет от нее ответа. Ответ был утвердительным. Давыдов обрадовался, а Маргарита принялась гадать, на что она согласилась. Идти куда-то с ним не имело смысла, нужно было добираться до рабочего места и заниматься своими цветами. Может, он пригласил ее куда-нибудь вечером? А как же Исаев? Что она ему скажет, если тот снова позвонит? Про постель и температуру врать нельзя, повторяться глупо. Но и сидеть ради него дома тоже глупо, нужно куда-нибудь сходить, пока президент находится под личной охраной разведчика. А целоваться с Терминатором Маргарита больше не будет. Она дала себе слово, глядя в его бездонные глаза. Это будет нечестно по отношению к разведчику. Если она и поцелуется – а после ответного взгляда Маргарита уже не исключала такой возможности, – то обязательно признается в этом Исаеву.

Давыдов понимал, что девушка находится в заторможенном состоянии, все-таки первое дорожное происшествие в ее жизни, к тому же ей под колеса попались не лучшие представители мужского населения страны. Она сидела перед ним такая потерянная и тихая, что Давыдов не выдержал, сжал ее ладонь и поинтересовался, куда ее подвезти. Маргарита назвала адрес своего цветочного магазина, но испугалась за оставленную без присмотра «девятку». Давыдов убедил ее, что переживать ни за что не стоит, он, как ее представитель, все сделает в лучшем виде, после чего пригонит машину к магазину.

Маргарите хотелось ему верить, у нее давно не было такого благородного защитника. Ленька Захаров был другом, но его всегда приходилось звать на помощь. А Илья пришел сам. Она согласилась сесть с ним в серебристое чудо и поехать куда глаза глядят. Но он, по всей видимости, был настроен менее романтично и отвез ее к месту работы. На прощание, задержав ее руку в своей большой ладони, он предложил Маргарите встретиться. Та испуганно перенесла встречу на следующий день, непонятно на что надеясь, и скрылась за цветами.

Давыдов пристально поглядел ей вслед и попытался проанализировать ее поведение. Что-то мешало ей полностью доверить ему свою судьбу, он догадывался – это был негодяй Парфюмер. Но сегодня он сделал Давыдову доброе дело. Следя за ним, Илья наткнулся на дорожно-транспортное происшествие, в которое попал его Ангел. Он помог, чем мог, и даже больше – проследил за тем, чтобы инспектора ДПС правильно составили схему, не обвинив по глупой случайности водителя-блондинку. Предварительным виновником назвали парня с модельной внешностью, так не вовремя затормозившего перед светофором. Конечно, частично здесь была вина Маргариты, Давыдов этого не стал отрицать. Но ей «светил» только небольшой штраф. В принципе для первого происшествия – вполне приличный результат. Юрист Давыдов выступил в нем в роли адвоката симпатичной девушки с романтичным именем Маргарита. Ему тут же вспомнилось, что она назвала его Терминатором. Давыдов улыбнулся, это ему понравилось. Терминатор так Терминатор, хотя он больше походил на Супермена. Летал за ней и помогал. А она бегала от него, но не отказывалась от дальнейших встреч.

Маргарита не знала, что делать. А когда она не знала, что делать, то всегда звонила Капитолине, и они вместе решали сложные головоломки судьбы. На этот раз Капитолина совершенно случайно оказалась на рабочем месте и была готова выслушать подругу. Она пообещала, что вечером обязательно забежит к ней на огонек и подробно расскажет о своих чувствах к Захарову. Маргарита досадливо заметила, что это она собиралась рассказывать о своих чувствах сразу к двум мужчинам ее мечты. Капитолина сказала, что времени для разговоров им вполне хватит, в случае чего она останется у подруги ночевать. Маргарита вздохнула и на все согласилась.

– Ой! Марго! – закричала тетя Соня, выглядывая в окно. – Там в твоей машине такой мужчина! Очень похож на того, кто тебе подарил лилии. Те самые, что ты не взяла, и они одиноко куксились в большой напольной вазе.

– Я не взяла их в счет роз, – буркнула Маргарита, но к окну подошла. Тетя Соня была права, из ее автомобиля вышел Давыдов и, поигрывая ключами, направился в магазин. – Про цветы – молчать! – приказала Маргарита, округлив глаза и взбивая поникшую челку. – Лучше вообще – всем молчать.

– Фельдфебель какой нашелся, – возмутилась уборщица, но, увидев ее напряженное лицо, согласилась. – Молчу, молчу. Нема о цветах, как Абрамович о своих доходах. Ой! Какие люди в Голливуде! – Она не выдержала и поздоровалась с Терминатором. – Добрый день вам, дорогой товарищ! Как поживаете? Сердечко не пошаливает? Пульс в норме? – Она полезла в карман с таким видом, словно собиралась выудить оттуда стетоскоп. – Потенция в порядке?

– Тетя Соня! – возмутилась Маргарита и выпучила на уборщицу глаза.

– Да ничего, – усмехнулся Давыдов, – пока не жалуюсь. А вы здесь лечите по совместительству?

– Да я здесь мусор убираю за некоторыми, – призналась та, подхватила ведро и отправилась в подсобное помещение, откуда собиралась внимательно проследить за происходящим.

– Спасибо за машину, – поблагодарила Маргарита и взяла протянутые ключи.

Давыдов не спешил уходить, чем чрезвычайно обрадовал Варю, с открытым ртом заворачивающую букеты в блестящую упаковку. Тот, обойдя зал, немного рассказал о том, какие последствия могут случиться после разбора дорожного происшествия. Ничего страшного Маргарите не грозило, да и машина отделалась легкой царапиной на бампере, будущее было для обеих вполне проезжим. Маргарита поблагодарила Давыдова и застыла как вкопанная. Рядом с ней торчала такая же мумия Вари с открытым от любопытства ртом.

– Варвара! – позвала из подсобного помещения тетя Соня. – У тебя здесь дела, между прочим, остались. Срочные! Слышишь меня? – Варя закрыла рот, извинилась и убежала в подсобку. – Дай людям поцеловаться, – прошептала ей тетя Соня, побольше приоткрывая дверь.

Давыдов не стал дожидаться, пока Маргарита очнется, он выудил из вазы самую длиннющую, а потому самую дорогую розу, протянул ее Маргарите и положил на прилавок деньги. Острый шип больно уколол девушке палец, она вздрогнула, словно очнулась, приблизилась к Терминатору и сама поцеловала его в щеку. Он привлек ее к себе и попытался найти губы, но Марго собрала остатки воли и увернулась. Давыдов неловко чмокнул ее в затылок и засмеялся.

– Я надеюсь, до завтра? – бросил он на прощание и, как обычно, быстро вышел.

– Вот это кадр! – восхищенно пробормотала тетя Соня, глядя ему вслед. Она вышла из подсобки и потянулась за розой, которую Марго держала в руках. – Давай засуну назад цветок любви.

– Этот, – Маргарита прижала розу к сердцу, – возьму.

– Влюбилась, – подвела итог уборщица, – и правильно сделала. Я бы тоже в такого влюбилась.

– И я, – мечтательно произнесла Варя.

– Вы думаете? – задумчиво спросила Маргарита. Она плохо соображала после успокаивающего чая.

– Думаем, – хором ответили сотрудницы и принялись за свои дела.


«Скажи, кто твоя подруга, и я пойму, что связываться с тобой не стоит» – так или приблизительно так подумала Маргарита, глядя на то, как с работы ее встречает Капитолина. Понимая, что отделаться от подруги не представляется никакой возможности, она попыталась сократить разговор до минимума, ища глазами Исаева. Тот не спешил появляться, и Капитолина, обрадованная тем, что сможет высказаться без нежелательного свидетеля, пустилась расписывать свои приключения в музее. Они оказались настолько забавными, что некоторые прохожие стали замедлять ход и возвращаться, чтобы дослушать до конца. Маргарите не понравилось всеобщее внимание, и она затащила сопротивляющуюся Капитолину в салон автомобиля. Ехать без Исаева не хотелось, а слушать Капитолину уже не было сил.

То, что совершила ее подруга, могла сделать только начисто лишенная мозговых извилин девица. По всей видимости, как подумала Маргарита, когда ее подруга выпрямляла утюгом волосы, она задела мозжечок. Свести вместе обожающих и преклоняющихся перед искусством художников могла только безрассудная Капа. Она получила то, что хотела, – Ленька провел с ней вечер, но сколько ей пришлось выслушать тоскливых завываний по поводу Наташи! Теперь перед Капитолиной, не страдающей повышенным интеллектом, стоял популярный среди интеллигенции вопрос: «Что делать?!» Что делать с Ленькой Захаровым, чтобы тот тоскливо завывал из-за нее.

Предлагать что-то с бухты-барахты Маргарита не стала, подумать не хватило времени, из-за угла показался Исаев. Он, крадучись, подошел к ее автомобилю и запрыгнул в салон. Удивлению Исаева не было предела, увидеть Маргариту не одну он не ожидал. Она тоже заметила странные зеленоватые изменения на его лице, но списала этот факт на светомаскировку при охране высокого должностного лица. После этого Марго попыталась выставить подругу, но Капа уперлась конечностями в обивку и вылезать категорически отказалась. Пришлось довезти ее до метро. Но и там зловредная подруга не покинула автомобиль. Исаев нахмурился и снял черные очки. Маргарита решила, что следующим его шагом станет прыжок из салона. Но тот кисло улыбнулся и предложил девчонкам покататься. Капитолина обрадовалась, ей предоставлялась еще одна возможность повторить страдания Леньки Захарова в мельчайших подробностях. Количество слушателей удвоилось.

Маргарита ехала по предложенному маршруту, здесь они уже катались с Исаевым. Тот следил за ее уверенными действиями – она знала дорогу и помнила все запрещающие знаки. Весь его вид говорил о том, что он доволен, если не Капитолиной, которая соловьем заливалась на заднем сиденье, так Маргаритой, умело управляющей автомобилем.

– Ты прирожденный водитель, – восхитился разведчик. – Немногим дамам дано настолько тонко чувствовать технику и дорогу. Помни, Марго, я на тебя рассчитываю.

Целоваться с Исаевым не пришлось. При Капитолине он не делал никаких поползновений. Они обошлись даже без прощального поцелуя. Возможно, этому способствовал рассказ про Леньку.

Настроение подняла роза, лежащая на заднем сиденье.

– Ой! Цветочек?! – Капитолине, решившей поудобнее устроиться, шип уколол ногу. – Откуда?

– От верблюда, – буркнула Маргарита, разозлившаяся на подругу, испортившую ей свидание.

– Понятно, что из магазина, – не собиралась обижаться Капа, – и не дуйся. Я специально не вышла, не нравится мне твой разведчик. Вот Терминатор куда приятнее.

– Наверное, все-таки нужно, чтобы он нравился в первую очередь мне.

– Ты это о ком? – Капитолина уткнулась носом в бутон и восхитилась ароматом царицы цветов.

– Действительно, – вслух подумала Марго, – о ком же я?

Обида прошла, ей даже стало смешно. Она представила, как себя должен был чувствовать Исаев, выслушивая рассказ о Музее изобразительных искусств и двух идиотах, распивающих крепленые напитки среди живописных экспонатов. Но в третий раз выслушивать одно и то же Маргарита отказалась. Она решила совместить приятное с полезным и заехала на заправку.

Заправлять автомобиль она умела давно, отец часто доверял ей это серьезное дело. В принципе никакой особой сложности здесь не было, особенно если помогали заправщики. Но на той заправке, куда приехала Маргарита, их не было. Она сбегала в кассу, оплатила топливо и подошла к машине. Неожиданно зазвонил телефон. Маргарита отвлеклась и поручила Капитолине заправить машину.

Капитолина, в отличие от подруги, этим никогда не занималась и застыла, задумавшись, куда и на что нужно жать. Девушка-кассирша, выглядывающая в окошко и заметившая ее растерянную физиономию, ехидно посоветовала по громкоговорителю вставить пистолет в бензобак. Капитолина совершенно искренне ей улыбнулась, помахала рукой и полезла под водительское сиденье.

– Ну и где тут у нас пистолет? – Она повернулась к подруге, но та отошла от нее на безопасное расстояние и продолжила переговоры, по всей видимости, с неудовлетворенным Исаевым. – Ладно, сама найду. – Кряхтя и сопя, она достала сверток. Винтовка была аккуратно завернута в замасленную тряпочку, тряпочка с винтовкой находилась в пакетике, а пакетик лежал в прошлогодней сумке.

– Ну надо же, – ругала подругу Капитолина, выуживая оружие на белый свет, – аккуратистка какая. А если бы на нас напали бандиты?! Чем бы мы отбивались? Сумочкой с тряпочкой?! – Она протерла винтовку и вылезла из салона. – Маргуша, а где у нас бензобак? Ладно, сама найду.

Девушка-кассирша такого не видела никогда. Она слышала анекдоты на эту тему, но ей не приходило в голову, что подобное может случиться на бензозаправке в ее рабочую смену. Припарковавшийся было рядом с «девяткой» «Мерседес» газанул и рванул прочь. Пожилой водитель старенькой «Газели» перекрестился и побежал в сторону дороги. Его потом поймали на сотом километре и отправили в больницу. Маргарита, в который раз повторявшая Исаеву, что Капитолина не хвост, не подстава и не агент 008, повернулась к объекту спора и замерла в ужасе.

– Стой! – успела крикнуть она перед тем, как подруга сняла винтовку с предохранителя. – Смотреть на меня! Стоять и не двигаться. Не двигаться…

– Ты чего? – удивилась Капитолина, вытаскивая винтовку из бензобака.

– Она пошутила! – громко заявила Маргарита, конфискуя из рук подруги оружие. – Шутка.

Заправляться пришлось на другой заправке.

– Я тебе верну деньги, – причитала Капитолина. – Кто же знал, что кассирша завредничала. Я думала, так и надо делать. Глупо получилось, да? Очень глупо?

– Да, – согласилась Маргарита, – как в анекдоте про тупых блондинок.

– Я знаю этот анекдот, – Капитолина решила поднять той настроение. – Останавливает инспектор двух блондинок, спрашивает, почему те едут со скоростью сто двадцать километров в час. Блондинки интересуются, а сколько положено? Он им говорит: «Шестьдесят». А они ему отвечают: «Шестьдесят и шестьдесят – сто двадцать. Нас же двое!» Прикольно?!

– Очень, – вздохнула Маргарита, – особенно про инспектора. Наверняка им попался Свистунов.

И ей вспомнился утренний инцидент, в котором непосредственное участие принимал Терминатор. В зеркале заднего вида она увидела подаренную им розу, а на затылке зачесалось место его поцелуя. Если это любовь, подумала Маргарита, то она очень даже приятная. Но что тогда говорить Исаеву, который вновь сегодня повторил, что на нее рассчитывает? Она не может его бросить после того, что у них было. А что у них, собственно, было?! Ничего особенного. Вот у Капы с Ленькой «было», есть и сейчас – целая трагедия с драмой. А у нее? Капитолина права, она ничего не знает о своем разведчике. Ни адреса, ни номера его телефона, ни записи о регистрации брака. Если он больше не позвонит, то она не расстроится. Или расстроится, но совсем чуточку, он такой красивый, обаятельный мужчина. Терминатор тоже вполне ничего. А что она знает о нем? Только то, что он живет рядом.


Супруги Миловановы ссорились. В принципе они делали это каждое утро, день и вечер, что не мешало им тем не менее жить под одной крышей. Венера Милованова постоянно ревновала своего мужа, подозревая его во всех смертных грехах, самым тяжким из которых, по ее мнению, была измена. В последнее время она была вынуждена нанять частного сыщика для того, чтобы узнать о собственном муже всю подноготную. Но она узнала только половину. Венера это чувствовала своим неистребимым женским нюхом. Давыдов что-то скрывал от нее или недоговаривал. И то, и другое не устраивало Милованову, она решила продолжить слежку посредством профессионала и сама занялась бдением за мужем с рвением начинающего дилетанта.

Муж умывался и не подозревал, какие тучи сгущались над его головой. Венера искоса наблюдала за его широкими плечами и статной осанкой, с грустью думая о своем животе и целлюлите. Она стала толстой и неуклюжей всего за пару последних лет совместной размеренной жизни. Она ревновала Милованова и раньше, но никогда не придавала этому особого значения, к красивому мужику бабы липнут, как тесто к рукам. Но по мере того как ее тело раздавалось вширь, росли и комплексы, подталкивающие ее к необдуманным поступкам и беспричинной, как ей хотелось бы думать, ревности.

Милованов знал, что жена его ревнует, и пытался избавиться от этого простым способом, нет, он не избегал общения с молодыми смазливыми девицами, он предпочел делать это тайно, играя с собственной женой в разведчика. Впервые о том, что ее мужа завербовали, Милованова узнала в Международный женский день 8 Марта, когда он явился вечером пьяный и без обещанных супруге цветов. Она сначала всплакнула, потом устроила истерику, набила ему синяк под глазом, после чего простила и раскаялась.

Муж оказался чрезвычайно востребованным органами государственной безопасности, он пропадал день и ночь на новой работе. Почему-то забросив фирму по продаже пылесосов, где имел небольшой, но стабильный доход, он перешел в парфюмерный магазин и стал работать «под его прикрытием». Что прикрывали духи и помада, Милованова долго не знала. О том, что муж сменил место работы, она узнала внезапно, встретив его в этом самом магазинчике. Безусловно, там работали дамы – потенциальные развратницы, но муж так озадачился выполнением государственных задач, что после доклада частного сыщика Милованова было успокоилась. Но вскоре подозрения всколыхнулись вновь.

Милованов стал вести себя как-то неестественно, подолгу просиживая в туалете с мобильником в руках. Конечно, он нашел своему поведению вполне приличное объяснение: некоторые, сидя на унитазе, читают, он же предпочитает слать эсэмэски начальству. А начальство требовало от него все больше и больше эсэмэсок о выполнении внеочередных заданий. Венера не решалась высказывать мужу претензии по этому поводу, но внезапно муж стал пропадать по вечерам. Исчезал он ненадолго, по ее прикидкам, времени хватало только для того, чтобы проехать по городу и выехать из него, вернувшись сразу назад. Она пришла к такому выводу после того, как Давыдов сообщил ей о черном джипе, на котором путешествует Милованов. Венера подкараулила автомобиль у своего дома и проследила за его водителем. За рулем сидела не смазливая блондинка, а лысоватый мужик с наглой физиономией. Вроде бы можно было успокоиться и думать, что все страхи позади, но Милованова не успокаивалась. Вновь привлеченный к делу Давыдов молчал, самостоятельная слежка дала прискорбные результаты. Венера решила действовать напрямую. Она еще раз поглядела на широкую спину мужа и сказала:

– Видела вчера твою, эту! – У мужа дрогнула рука, и он чуть не порезался бритвой. Это испуганное движение не ускользнуло от внимательных глаз жены. – Кто она, отвечай!

Милованов подумал, что жена застукала его с Маргаритой. Но в памяти тут же всплыла ее идиотская подруга, и рука снова обрела уверенность в действиях.

– Напарницы, – ответил он небрежно. – Если ты видела, то могла заметить, что вчера их было две! Мы разрабатывали маршрут. Потерпи, милая. – Он повернулся к ней лицом и ласково улыбнулся. – Осталось совсем немного. Еще одно крупное дело, и мы заживем! Так заживем!

– Правительство тебе хорошо заплатит за выполненную работу? – удивилась Венера, до этого момента ни копейки не получавшая от государственной службы мужа.

– Правительство? – переспросил Милованов. – Возможно. Да, конечно, кто же еще!

– А ты расскажешь мне, что это за дело? – Венера подошла к мужу и обняла его за плечи.

– Я не имею права рисковать твоей жизнью, – хмуро заметил супруг и поцеловал жену в щеку.

– Ты рискуешь жизнью! – повторила Милованова. – Со своими напарницами? Им можно рисковать, а мне нельзя?! – Она выпятила нижнюю губу и прищурила глазки. – Пусик! Ты мне лжешь.

– Хорошо, – сдался Милованов, – как только подвернется дельце, тьфу ты, задание государственной важности, я тебя обязательно возьму с собой. Ты будешь держать мне маскировочный халат на всякий случай. В нашей профессии, ты же понимаешь, дорогая, всякое может случиться.

Иногда приходится прикидываться сухостоем, а иногда плесенью.

Венера усмехнулась, она знала, как ее супруг умеет прикидываться. Так, значит, у него не одна, а две напарницы. Это хорошо или плохо? И она кинулась звонить Давыдову.

Глава 12

Вы с идеями? Тогда вам – на улицу Дзержинского!

Маргарита достала мобильный телефон, разрывающийся сонатой Бетховена. На этот раз на экранчике высветился неизвестный номер. Но голос, который заговорил с ней, она бы сразу узнала из тысячи. Это был Исаев, он просил о встрече, но требовал, чтобы она пришла без свидетелей.

– Эта твоя подруга, – говорил он, – довольно милая девушка, но, – и Маргарита услышала шум воды, – нам будет лучше без нее. Ты согласна?

Ей ничего не оставалось делать, как соглашаться. Терминатор не показывался, если у нее еще один кавалер уйдет в разведку, то она точно останется старой девой. Исаев сказал, что собирается сделать ей подарок и она должна его обязательно дождаться на том же месте, в тот же час. Вода полилась снова, заглушая слова Исаева о его всепоглощающем чувстве к ней. Маргарита положила мобильный телефон в карман и задумалась. Если сейчас в магазин войдет Терминатор, то она все бросит, и разведчика в том числе. Она уставилась на дверь. Никто не спешил заходить. Только Марго отвела глаза от входа, как туда ввалилась тетя Соня и с ходу закричала:

– Я только что видела твоего мужика! Того красавчика, который подарил розу и лилии, которые ты все-таки не взяла. Он шел мимо. Я забежала вперед и с ним поздоровалась. Он просил передать тебе привет. Вот, – она глупо улыбнулась, – я тебе и передаю.

– А где привет-то, – съехидничала Варя, – в сумке или ведре?

Маргарита не поняла, как ей теперь считать? Выходило, что Терминатор не пришел, но он заявил о себе. Значит, нужно бросить разведчика. Но куда он шел? Мимо. Не к ней. Значит, разведчика бросать еще рано. У этого привет, у того подарок, они ее явно балуют. Маргарита усмехнулась и поглядела на часы. Рабочий вечер близился к завершению. Сейчас она сядет в машину и подождет Исаева, который наверняка еще находится на государственном задании. Решив, что спешить некуда и можно просто покататься, Маргарита предложила сотрудницам довезти их до метро.

– Правильно! – обрадовалась тетя Соня. – А то что я зря возвращалась, что ли?

Варя тоже не отказалась, и они поехали. В последнее время Маргарита не часто подвозила своих коллег по работе, по вечерам ее встречали то Капитолина, то Исаев. Женщины были в восторге от ее умения лавировать среди потока себе подобных и вклиниваться в, казалось бы, совершенно узкие места. До ближайшей станции метро доехали быстро. На прощание тетя Соня посоветовала заняться Маргарите частным извозом. Какой-никакой, а приработок.

Маргарита собралась поворачивать назад к магазину, как неожиданно к ней в салон заглянул мужчина неопределенных лет, но совершенно определенной национальности.

– Ска-а-жы, дарагая, – произнес он на корявом русском языке, – как проэхат в библэотэк?

«Надо же, – подумала Маргарита, – какая у нас читающая страна». Ответить она не успела. К ней подсел второй мужчина той же воинственной национальности и приставил к бедру колющий предмет.

– Прывэт, дарагая, – сказал второй, растягивая тупую улыбку, – па-а-эхалы!

– Хорошо, мальчики, – ответила Маргарита, заметив, что, пока она таращилась на колющий предмет, первый незнакомец заскочил на заднее сиденье. – Поедем. Куда скажете? Не волнуйтесь, дорого не возьму. Для гостей города у нас, частных извозчиков, сегодня скидки. Можете не тыкать кинжалом, все равно больше шестидесяти километров в час по городу не поеду. У меня инспектор Свистунов очень хороший знакомый. Нам же не нужны встречи с инспекторами?

– Нам нэ нужны! – подтвердил усатый. – Вэзи в Музэй рэволюции! Опыт пэрэнымать будэм.

Объяснять этим татарам, или как их там, точно Маргарита не знала, что она не сможет их довезти до Музея революции, не было ни малейшего смысла. Глядя в переднее зеркало, она поняла, что этим людям наплевать на то, как она водит машину и сколько знает маршрутов. Если она их не отвезет, то эти двое ее просто прирежут. У них на Кавказе разговор с женщинами короткий и суровый. Видимо, сказывается перенаселение слабым полом и генетически врожденная воинственность мужчин. Маргарита вздохнула и дала газа. Вихляя по полосам прямого и встречного движения, она уверенно ехала к одной только цели – куда глаза глядят. Вместе с тем, прислушиваясь к разговору мужчин, она поняла, что они плохо знали город. Хотя гости и говорили на своем языке, Маргарита догадалась по названиям памятников архитектуры, что они не сильны в географии. Решив этим воспользоваться, она остановила машину через три переулка.

– Вот, мальчики, и Музей революции. – Она повернула к ним довольное лицо. – Денег не нужно. Я скинула вам все! Идите, перенимайте опыт. Но пассаран!

– Это что?! – не понял усатый, вылезая из машины и оглядывая окрестности. – Музэй?

– Вай, дэвушк, вай, – покачал головой второй пассажир, – обы-манывать нэ-ха-рашо.

– Чи-то с нее взят? Бля-н-динк!

– Возможно, я что-то перепутала, – буркнула Маргарита, окончательно убедившись, что от этих гостей столицы с ярко выраженным криминальным уклоном ей просто так не отделаться. В ее голове забегали варианты.

Исаев, по всей вероятности, уже поджидает ее у цветочного магазина, если отвезти друзей туда, то он поможет ей от них избавиться. Или… Внезапно Маргарита поняла, что не все так просто. Исаев боится хвостов, а Маргарита посадила себе целых два! Он разведчик, который должен вечно маскироваться, ему нельзя светиться! А если этот усатый джигит засветит ему фингал под глаз? Можешь писать – пропала вся его линия обороны от внешнего и внутреннего врага. Так рассуждала Маргарита. К разведчику лучше не соваться, пусть караулит ее возле магазина, она потом ему объяснит причину своего опоздания. В ближайшее отделение милиции тоже нельзя ехать. Она и так напугала бандитов инспектором Свистуновым. Не хватает еще того, чтобы они перепугались и у самого отделения взяли ее в заложницы. Нужно ехать к Терминатору! Маргарита поймала себя на мысли, что с самого начала все подводила к тому, чтобы встретиться именно с ним. Помимо нее, все возможное для этого совершала и судьба, подсадившая ей этих двух уток, вернее, гусаков.

– Сейчас, джигиты, доедем, – пообещала она пассажирам. – Я вспомнила, где Музей революции!

Идея пришла как раз вовремя, она резко вывернула руль «девятки» и направила машину на свою улицу. «Только бы он оказался дома, только бы оказался дома», – шептала Маргарита как молитву. Дома, как говорится, и родные стены помогают. Так что, если Терминатора и его огромной собаки не будет рядом, она как-нибудь выкарабкается. В крайнем случае на карачках, чтобы, если что, стреляли поверх головы.

До родной улицы домчались быстро. Маргарита специально остановила машину рядом с указателем и прочитала вслух название улицы и объяснила ее предназначение.

– Видите?! Улица Дзержинского! Здесь рядом тот музей, который вы ищете. – Она произнесла это достаточно уверенным голосом. Усатый почесал ухо и нахмурил лоб. – Уж не думаете ли вы, – сказала Маргарита, – что Музей революции должен находиться на улице Чарльза Дарвина? Там находится музей эволюции. А Музей революции – на улице Дзержинского, пламенного революционера и борца за идеи. Забыла, какие. Но не это важно. Вы же тоже с идеями? Тогда вам – на улицу Дзержинского!

Пока Маргарита медленно выруливала к придорожным кустам, усатый по слогам прочитал название улицы и остался доволен. Только Маргарита продолжила движение вперед, к дому, как из кустов выскочила старушенция и кинулась ей под колеса.

– Вай! Вай! – закричал усатый, закрывая глаза рукавом и ругаясь на своем странном языке.

Маргарите тоже захотелось закрыть глаза, бросить машину с двумя бандитами, умирающую старушку под колесами и убежать куда глаза глядят. Но она резко нажала на педаль тормоза, и автомобиль заглох.

– Ой, что делается, люди добрые! Задавили! – Из кустов выскочила вторая старушка и бросилась стенать над первой. Маргарита облегченно вздохнула и поздоровалась с обеими. – Ты?! – возмутились обе старушки, приглядевшись к девушке. – Так удачно получилось, а это ты!

– А вы, между прочим, – напомнила им Маргарита, – обещали подрабатывать на Садовом кольце.

– Что ты, милая, – вздохнули старушки, – там такое движение! Тяжко ориентироваться. Того и гляди переедут поперек прямо на тротуаре и даже не остановятся. Приходится работать в переулках. Но с тобой все ясно, – они пригляделись к ее пассажирам, не понимающим, что случилось. – Может, они подкинут на хлебушек? А, милки?! – И старушенция выставила костлявую руку перед усатым.

– За-рэ-жу, – предупредил тот, ощетинившись.

– Нет, Леонидовна, ты слыхала?! Он еще угрожает мне в собственном переулке. Это просто бунт какой-то, революция! – И бабушка энергично затрясла в воздухе клюкой.

– Рэ-во-люция, да, – обрадовался второй знакомому слову.

– Ах, так?! – Старушки подбежали к дверцам автомобиля, проворно открыли их, словно охотились за борсетками, а не пытались вытащить из салона двух здоровенных мужиков. Это им, естественно, не удалось, джигиты упирались, как могли, но драться со старыми женщинами не собирались. – Горцы, етит твою мать! – била усатого клюка старушенции, а Маргарита растерянно наблюдала за этим. – Бунтуйте у себя дома, а нам дайте спокойно работать! Вечно у тебя не все в порядке, – бурчали они на Маргариту, – возишь всякую непотребность. Когда научишься разбираться в людях?!

Маргарита пожала плечами, она попыталась рассказать, что эти двое заставили ее под страхом смерти отвезти их к Музею революции и угрожали… Маргарита уставилась на то, чем колол ей в бок усатый. Это была авторучка. Они приняли ее за полную идиотку и решили доехать бесплатно! В принципе они были правы. Но любая другая на ее месте…

Маргарита не стала дальше думать о том, что и Капитолина поступила бы так же, и Варя. Она выхватила из бардачка свою сумочку и ударила ею усатого по голове. Особых телесных повреждений этим ударом она не доставила, но эффект был поразительным. Усатый разозлился и выскочил из машины сам. Он подбежал к Маргарите и, одной рукой отбиваясь от клюки, второй достал девушку из салона.

– У-бию! – заорал он как резаный. Маргарита закрыла глаза и поняла, что лучше бы она закончила это дело миром в любом музее, пусть даже и революции.

– Я тебе у-бию! – раздался властный голос, и усатый отлетел от Маргариты на безопасное расстояние. Она открыла глаза – рядом с усатым на газоне приземлился его революционный сподвижник.

Старушки закричали «ура!», не хватало только летающих в воздухе чепчиков. Маргарита повернулась и увидела Терминатора. Внезапно она почувствовала себя такой слабой и немощной, что неизвестно откуда взявшаяся бравада испарилась, как утренний туман. Она смотрела на своих бывших пассажиров и не понимала, как не кричала от страха и не звала на помощь раньше. Терминатор подошел к ней и обнял за плечи. Оказывается, она звала, звала именно его, он услышал и прилетел на помощь. Так не бывает? Бывает, когда между двумя людьми устанавливается тонкая, едва уловимая связь. Они порой сами не могут определить, что это такое, говорят о каком-то внутреннем голосе и предчувствии.

То же самое ей твердил Давыдов. Он почувствовал, приехал, увидел и победил. Пока она молча наблюдала, как он звонит в правоохранительные органы и сообщает адрес, где привязаны к березе два дуба, старушки дали деру. Им не хотелось участвовать в разборках. Давыдов их не стал задерживать. Поочередно поднимая еще не совсем пришедших в себя бандитов, он ремнями с их же штанов привязал каждого к дереву. Провожая Маргариту, которая села за руль своей «девятки», Терминатор пообещал обязательно встретиться. Пока он решил дождаться милицию для того, чтобы убедиться, что у налетчиков хотя бы проверят документы.

Возвращаться к цветочному магазину, где ее должен был ожидать Исаев, Маргарита не стала. Перед ее глазами стоял Давыдов, не в прямом, безусловно, смысле слова. Он-то стоял за ее спиной, тоскливо глядя вслед удаляющемуся автомобилю. Маргарита понимала, что должна была как-то поблагодарить его, сказать большое русское мерси за спасение собственной жизни. Но она настолько устала от напряжения, в котором пребывала во время этой поездки с непрошеными пассажирами, что не было сил благодарить и вешаться на шею. Даже ему, Терминатору-Давыдову, такому мужественному и бесстрашному. Маргарите неожиданно захотелось повернуть назад, броситься к нему на грудь и остаться с ним навсегда. Она влюбилась? Маргарита тряхнула головой, наваждение какое-то. Не может быть, она несколько дней назад была влюблена в Исаева. Ей и сейчас нравится разведчик. Вот только почему-то к нему никак не хочется добавлять приставку «мужественный и бесстрашный», пока он никак себя не проявил. Спасал ее только Терминатор. Но, возможно, все еще впереди?

Маргарита представила, как она мчится на бешеной скорости по пустынной трассе, набирает скорость звука, машина взлетает, летит через поля, леса, дома, гаражные кооперативы. Бац! И падает. И все. Она, раненная, несчастная, выползает из пылающего автомобиля, а ей навстречу бежит… Маргарита задумалась, кого бы она хотела увидеть? Бежит Исаев. Он бледен и печален, в его красивых глазах – тоска по ней. Она машет ему окровавленной рукой и падает замертво. Он склоняется над ней и рвет на себе волосы. Впечатляюще. В кино еще показывают, как машины взлетают, падают и взрываются. Да, она взлетит и взорвется. Не Маргарита, ее автомобиль. Жалко, конечно, но зато как эффектно. Он видит это и бросается к ее останкам. Он, Терминатор. Нет, останков не нужно. Пусть он бросается к ней, а она для этого, целехонькая, вылетит из машины заранее. Бросается и рыдает. Нет, Терминатор рыдать не будет. Он кого-нибудь убьет ради Маргариты. Нет, это ее надо убить, проехала свой переулок! Надо же быть такой идиоткой и мечтать за рулем. Где Капитолина?! Завершились ее страдания по Леньке Захарову или нет? Маргарита повернула к дому.

Звонить подруге пришлось с домашнего телефона, мобильный успел «сесть», о чем сообщил громким протяжным стоном. Можно было, конечно, подождать, пока он зарядится, и позвонить, но ждать не хотелось. Пришлось звонить при любопытных свидетелях – родителях. Благо телефонного провода хватало до туалета, где Маргарита закрылась для того, чтобы спокойно обсудить с Капитолиной свои личные дела. Та сидела дома и страдала. Маргарита вкратце пересказала подруге, как рисковала жизнью, и потребовала ее немедленного участия в качестве плакальщицы. За туалетной дверью что-то подозрительно звякнуло. Маргарита на всякий случай нажала на слив, и из бачка полился поток воды. Трубка застыла в ее руках, голос дрогнул на полуслове, сердце екнуло. Такой же звук она слышала, когда ей звонил Исаев. Так он был в туалете? Его что, поймали и мочили в сортире?! А он, вырываясь, назначал ей свидание, на которое она так и не пришла. Или он, рискуя жизнью, от кого-то прятался, сливая воду. А она не пришла. Совесть, совершенно ненужное чувство у девушки, проснулась и принялась капать на мозги. Мозги – обдумывать создавшееся двойственное положение.

Одна голова хорошо, а две – лучше. Вторая принеслась сразу же после звонка и с порога объявила о том, что влюблена по уши в Леньку Захарова. То, что ее подругу под страхом смерти заставляли катать по всему городу бандитов сами же бандиты, ее мало волновало. Жива, здорова, вот и славно. Ах, ее спас Терминатор?! Так это еще лучше. Но по сравнению с тем, что Ленька ходит хмурый, как старый, больной ревматизмом леший, вот это да! Вот что нужно обязательно обсудить, над чем обязательно нужно поплакать. Но Маргарите было смешно, она представила Леньку в роли старого лешего, получилась довольно забавная картина. Только Ленька-леший все равно получался не старым, а молодым. Для того чтобы окончательно поставить на этой душераздирающей теме крест, Маргарита предложила Капитолине признаться Захарову в своих, то есть в ее, чувствах. Капитолина идею подхватила, но потребовала признаний от Маргариты. Та сначала не поняла и принялась отнекиваться. Она и так была между двух огней, ей не хватает еще и третьего! Когда Капитолина сунула ей трубку с телефоном и сообщила, что признаваться нужно будет Маргарите, но от имени подруги, та согласилась. Сейчас она быстренько признается, и останется уйма времени, чтобы спокойно обсудить Исаева и Давыдова.

– Леня, – начала Маргарита суровым голосом после того, как в трубке раздалось апатичное «Алле». – Если ты стоишь, то лучше, Леня, сядь! – Капитолина послушалась подругу и тоже села рядом с ней в кресло. – Я хочу сообщить тебе нечто очень важное. – После этих слов Тамара Александровна сразу же выглянула из кухни. Она жарила оладьи, и их пшики мешали подслушивать. – Леня, дорогой, продолжила Маргарита, – сейчас я тебе все скажу.

– Ну чего ты тянешь?! – зашептала Капитолина. – Скажи: «Я тебя люблю!» и все.

– Леня, – Маргарита набрала побольше воздуха, признаваться в любви оказалось не так просто, как показалось вначале. – Я тебя люблю!

– Передай Ленечке, – встряла Тамара Александровна с порога кухни, – что я его тоже очень люблю.

– Мама, уйди! – отмахнулась от нее дочь. – Нет, Леня, это не тебе. Просто моя мама говорит, что тоже тебя очень любит.

– Тимофей Спиридонович тоже к тебе, Ленечка, прекрасно относится! – выкрикнула Тамара Александровна на всякий случай и побежала к оладьям.

– Отлично, – вздохнула Капитолина. – Про меня теперь можешь и не говорить.

– Да, Ленька, тут тебя еще и Капитолина любит, – исправилась Маргарита и выслушала ответ. – Он тоже желает нам всем доброго вечера, – сказала она Капитолине. Та недовольно пожала плечами и выхватила у подруги трубку.

– Ну ты, олух царя небесного! Тебе в любви признаются, а ты выделываешься?! – Слезы мешали ей говорить, но Капитолина все равно продолжила: – Кто признается? Дед Пихто! Нет, этот дед не Тимофей Спиридонович. И не Тамара Александровна. Маргарита?! – Она обернулась к подруге. – Он говорит, что ты призналась ему в любви. Когда ты успела?!

– Ой, вы меня совсем запутали. – Маргарита забрала у нее трубку. – Леня, я тебя не люблю! Как это почему? Просто не люблю и все.

– Зато, Ленечка, мы с Капой тебя любим! – закричала в трубку прибежавшая Тамара Александровна и строго поглядела на дочь. – Такой хороший мальчик.

– Мама! Не мешай, мне нужно сосредоточиться. – Маргарита прижала трубку к груди. – Капа, так ты его любишь?! – Та, утирая нос, утвердительно покачала головой.

– Молодец, не то что некоторые, – похвалила ее Тамара Александровна и скрылась снова.

– Значит, так, Леня, – сказала Маргарита, – я надеюсь, ты сидишь. Ах, ты уже лежишь? Собрался спать? А почему так рано, сегодня по телевизору идет «Дом-99»?

– Отлично, – всхлипнула Капитолина, – про меня можешь вообще забыть.

– А, ну да. Здесь, Леня, Капитолина. Она страдает, – договорить Маргарита не успела, подруга провела ребром ладони по собственной шее. – И собирается повеситься. А, ты уже сел?! Это хорошо. От жалости до любви один шаг. – Капитолина нервно вздохнула и покрутила пальцем у своего виска. – Она, Ленечка, просто свихнулась, честное слово. Совершенно неадекватна. – Капитолина всплеснула руками и зашипела на подругу. – Почему? А ты не догадываешься?! Нет, я думаю, не потому что в прошлый раз, когда ты ее подвозил и резко затормозил у светофора, она стукнулась лбом о переднее стекло. Хотя, – задумалась Марго, – от удара всякое может случиться. – Капитолина поглядела на нее зловещими красными глазами. – Нет, Леня, причина в другом. Знаешь, – нашла выход Маргарита, – она тебе сейчас все сама объяснит! – и отдала трубку Капитолине.

– Ну, ты, этот… Ну да, олух, – Капитолина не говорила, а стонала, – я тебя это… люблю. – На обратном конце провода послышался грохот. – Он себя покалечил, – предположила Капа, – чтобы не доставаться никому. – Трубка запищала прерывистыми сигналами. – И отключился в прямом и переносном смысле. – Капитолина всхлипнула и добавила: – Я так и знала!

После телефонного пиканья Маргарита поняла, что обсуждать Исаева с Терминатором они не будут. Те, по крайней мере, не в отключке. Значит, у них нет никаких шансов. Бежать спасать Захарова Капитолина наотрез отказалась. Тамара Александровна дипломатично предложила девушкам занести ему тарелочку горячих оладьев, но ее порыв не нашел поддержки. Видеть Захарова после того, как он бросил трубку, не хотела ни одна, ни другая. Обсуждать подлый поступок Захарова при родителях тоже не хотелось, и подруги решили прогуляться. Капитолина не спешила в свою одинокую квартиру, а Маргарита отважно исполняла роль плакальщицы.

– Бесчувственный идиот, – вздохнула она, обнимая подругу. – После того как ты ему призналась, совершить такое! Бросил трубку, бросил тебя. Бросил всех нас!

– Да нет, он прав, – точно неадекватно рассуждала Капа. – Зачем я ему? Я такая непостоянная. Такая ветреная, такая глупая. Ты тоже думаешь, что я ветреная и глупая? – Маргарита испуганно покачала головой. – И правильно делаешь, что не думаешь. Я на самом деле очень хорошая. Только все дело в том, что он еще лучше меня. Я его не достойна. А другие мне не нужны. Я буду жить монахиней.

– Ты уйдешь в монастырь?! – изумилась Маргарита.

– Я устрою его у себя дома. Буду спать поперек кровати, читать бессмысленные романы, плевать на его портрет и трескать пирожные. – Капитолина напряглась, чего бы еще она могла делать.

– В моем представлении, – возразила Марго, – монастырь – это нечто иное.

– А я не стану ни с кем знакомиться. К тому моменту, когда он одумается, я стану страшной и толстой, пусть кусает себе локти, кого он потерял. – Капитолина схватила подругу за руку. – Ты знаешь, как хорошо жить одной?! Нет! А я знаю. Слушай. Я смотрю по телевизору все «Дома» подряд, а не футбольные матчи. Провожу себе эпиляцию ног и зоны бикини там, где хочу, а не в тесной ванной враскоряку. Хожу в растянутых трениках на босу грудь. Сижу спокойно на диете, когда захочу. И никто не соблазняет меня сосисками. В туалете читаю «Страсть и искушение», а не график проведения чемпионата мира по сноуборду. Покупаю себе цветы и спокойно приношу их домой, не отчитываясь, откуда они взялись. И практически никогда не вру! Заметь, никогда. А зачем врать самой себе? – Она отпустила Маргариту и задумалась. – Действительно, чего уж врать. Одной жить очень плохо.

– Хочешь, я к тебе сегодня же перееду? – предложила Маргарита.

– Не хочу. Зачем я тебе? У тебя же есть Исаев.

– И Терминатор, – напомнила Маргарита, слабая надежда обсудить обоих вновь затеплилась.

– Кстати, – вспомнила Капитолина, – как он там тебя отбивал? Ты так мне ничего и не рассказала.

Маргарита не стала напоминать, что рассказывать ей, собственно, было некогда. Ни к чему лишний раз досаждать расстроенной подруге. Она подумала, что сможет отвлечь ее описанием подвига Терминатора и принялась живописно расписывать страшные физиономии непрошеных пассажиров, решивших проехаться с ней на халяву. Но они расстроили ее еще больше, и пришлось перейти на описание ловких старушек, так вовремя падающих под колеса проезжающих мимо автомобилей. Старушки вызвали оживление в глазах Капитолины. На их фоне подвиг Терминатора показался не таким значительным.

Теперь пришла очередь Маргариты делиться своими переживаниями.

– Я не знаю, в кого точно влюблена, – сказала она, прикидывая, чем бы Капитолина смогла ей помочь. Та помогать не собиралась, шла и внимательно слушала. – Разведчик такой таинственный, загадочный и непредсказуемый. Терминатор… Вот и о нем я точно ничего не знаю. Он такой же таинственный, загадочный и непредсказуемый. И что мне делать?

– Понимаешь, – поделилась Капитолина, – любовь – это когда у тебя внутри раз, и что-то переключилось. И человек, которого ты видела на протяжении нескольких лет, вдруг становится самым родным и близким, и без него просто не хочется жить. Я это поняла, когда первый раз увидела Захарова с Наташей. Вернее, тогда-то как раз и не поняла, что к чему. Защемило, и все, а переключилось позднее. Когда мы бродили по музею за Капустиным и Наташей, переключилось, это точно… Она задумалась, вспоминая незабываемые моменты последних встреч с Леней Захаровым.

Маргарита поняла, что ее кавалерам сегодня так и не суждено быть разобранными по полочкам. Придется снова плыть по течению и ждать, когда у нее внутри что-то переключится. А если это мозги выключатся? Что она станет делать? Наверняка совершит какую-нибудь ошибку, за которую придется расплачиваться всю оставшуюся жизнь. Хорошо, что родители при всяком удобном случае напоминают ей, что были бы рады обзавестись если не зятем, так хоть внуком. Нет, дети не могут быть ошибками, она же не ошибка. Капитолина тоже родилась в любви и согласии. И Маргарита хочет, чтобы у нее было все, как у людей. Она, как всякая нормальная девушка, хочет выйти замуж по любви, нарожать мужу кучу ребятишек и жить одной счастливой семьей. С Терминатором. Все-таки с ним? Маргарита прислушалась к своему организму – нигде ничего не щелкало. Сердце билось немного быстрее при мысли о нем, только и всего.

Глава 13

Банда «Маргуша энд Капочка»?! Сколько сберкасс вы ограбили?!

Парфюмер волновался и суетился, чем не оставлял Давыдову сомнений в том, что развязка близится к логическому завершению. Даже тот факт, что последние несколько дней с работы его встречала жена, никак не повлиял на его странное поведение. Он по-прежнему каждое утро исправно являлся в магазин и наравне с местными алкашами тягал коробки с парфюмерией и косметикой, постоянно озираясь по сторонам. Те работали за «Тройной одеколон», он же преследовал иные цели. Давыдов догадывался, какие, и старался не спускать с него глаз. Желанная встреча с Маргаритой так и не состоялась, причина была простая – частному сыщику было некогда. Он не мог бросить Парфюмера на произвол судьбы – на Венеру – и увлечься новым чувством. Хотя в глубине души он понимал, что Парфюмер не зря завязал отношения с Маргаритой, и Давыдов, преследуя потенциального преступника, надеялся ее встретить.

Маргарита сидела дома и скучала. Она собиралась в монастырь в самое ближайшее время – через год-два, если ей никто не позвонит. Разведчик, скорее всего, отправился охранять сразу парочку президентов, а Терминатор, по всей видимости, помогал старушкам переходить проезжую часть. Она все так же не знала о них ничего существенного. Но однажды случившиеся события многое объяснили.

Маргарита ехала по улице Дзержинского, мимо того парфюмерного магазина, позади которого начинался излюбленный маршрут их вечерних катаний. Внезапно из магазина выбежал Исаев и побежал к черному джипу, нагло припарковавшемуся на тротуаре. Маргарита включила аварийную сигнализацию и остановилась. Она высунулась из окна и только хотела окликнуть Исаева по имени, как из-за угла того самого магазина показался… Терминатор. Он побежал наперерез какой-то толстой тетехе, звавшей какого-то Милованова. Когда Терминатор ее догнал, тетеха мешком с крупой повисла на его могучей груди и пристроила свои ручищи на его шее. Маргарита не стала кричать, к тому же джип резко рванул с места и уже исчез за поворотом. Догонять джип она тоже не стала. Зато прекрасно рассмотрела тетеху! Ею оказалась сумасшедшая напарница разведчика, обвинившая его в измене. «Да они все повязаны, – подумала Маргарита, глядя на то, как Давыдов нежно гладит тетеху. – Они служат в одной организации, как я сразу не догадалась. И название этой организации – ФСБ! А меня держат за дурочку. Как это у них там называется – вербуют. Для того чтобы выведать у меня…» В этом месте она задумалась о том, какие ее секреты понадобились такой серьезной структуре. Как правильно компоновать цветы, чтобы они были единой композицией? Или правила сбора трав для сухостоя? Или мелкие уловки при продаже несвежих роз? Что она могла им сообщить интересного?! Что тетя Соня прячет среди тряпок и ведер? Маргарита с негодованием покачала головой. Вот и верь этим мужикам! А ведь они ей даже не признались в любви. А могли бы, ради конспирации, что им, трудно? Она дождалась, несмотря на звучные бибиканья из машин шовинистически настроенных самцов, когда парочка закончит обниматься. Давыдов проводил тетеху до своей серебристой иномарки и усадил ее рядом с собой. «Что только он в ней нашел?!» – возмутилась Марго и поглядела на свое прекрасное отражение в переднем зеркале. Кроме него позади себя она увидела ряд скопившихся автомобилей, прозванный в народе «пробкой». Ничего не оставалось делать, как нажать на газ и дуть вперед, оставив Давыдова с его тетехой-фээсбэшницей наедине.

Капитолина выслушала ее молча, вместо слов выражая сочувствие скорбным видом. Кто бы сомневался, что все мужики – гады. Только Тамара Александровна с ее любимым Ленькой Захаровым. Нет, безусловно, он хорош, но не до такой же степени, чтобы вспоминать о нем и утром, и в обед, и вечером. Маргарита вздохнула и перестала жаловаться. Ей лучше, она хоть не знает точно, в кого влюблена. А вот Капе тяжело. Она знает, и он не отвечает ей взаимностью. Молчит уже несколько дней, переваривая услышанное. Не приходит, не звонит. Внезапно раздалась телефонная трель. Обе подруги напряглись и прислушались, у кого из них звонит мобильный. Повезло Маргарите, до нее снизошел Исаев. Он назначил ей свидание, признавшись, что сумел оторваться от двух хвостов сразу. Маргарита догадалась, кто были эти два хвоста, и поверила разведчику. Тот, по крайней мере, хоть не врал насчет количества. Встретиться решили у дома Маргариты, куда та, бросив подругу и все на свете, поехала на своей «девятке».

Разведчик уже ждал. Он торопливо вышагивал под кустами сирени и курил. До этого Маргарита никогда не замечала за ним этой вредной привычки. Неловко чмокнув ее в губы, Исаев напомнил Маргарите, что она обещала ему в один прекрасный день помочь. Этот день наступил. Ничего особенного от нее не требуется, ей предстоит подвезти его и немного постоять рядом с включенным двигателем. После чего рвануть по заранее обкатанному ими маршруту. Маргарита снова почувствовала себя кроликом и под взглядом удава кивнула головой.

Ждать, как ни странно, пришлось у той самой подсобки парфюмерного магазина, находящегося неподалеку. Но машины Терминатора там уже не было. Исаев, снова чмокнув ее в губы, исчез в подсобке.

Маргарита, как он и сказал, не стала выключать двигатель, и машина тихо урчала, не привлекая к себе особого внимания. То, что произошло дальше, было похоже на сцену из плохого голливудского боевика про неудачников-ковбоев, решивших ограбить провинциальный банк. Из парфюмерного магазина выскочил бандит в черной маске на физиономии, шляпе на голове и с пистолетом в руках. Кинулся в сберегательную кассу, которая располагалась как раз напротив магазина. Маргарита округлила глаза и растерялась. Что делать? Звонить в милицию, так они приедут только через час. А вдруг это киношники снимают очередную сцену, и она будет выглядеть полной дурой, если вызовет правоохранительные органы. Она оглянулась, ни камер, ни режиссера нигде не было видно. Улица была пустынной, пешеходов не было, а машины неслись мимо по своим делам, не обращая никакого внимания на то, грабят какую-то сберегательную кассу или нет.

Бандит выбежал через три минуты, в его руках вместе с пистолетом болтался почти полный полиэтиленовый мешок. Он пробежал мимо Маргариты, показал ей большой палец и заскочил в парфюмерный магазин. Она опешила и не знала, как реагировать. Захотелось догнать его и наподдать негодяю, чтобы не компрометировал честную девушку. Но ее удержало то, что Исаев просил обязательно его дождаться. Ждать пришлось недолго. Он выскочил из подсобного помещения со спортивной сумкой практически сразу же, запрыгнул в автомобиль Маргариты и приказал ехать. Она рванула, как он и говорил.

– Ты видел, – возбужденно произнесла Маргарита, – к вам в магазин забежал бандит, ограбивший сберкассу! – Она посмотрела на Исаева. Тот сидел бледный, с дрожащими руками, но успокаивал ее:

– Не переживай, кому надо, его поймает. К тому же ты разве видела, что он ограбил кассу? – Маргарита согласилась, что она ничего такого не видела. – Вот, – назидательно сказал Исаев, – раз не видела, значит, все это выдумки и предположения. Ведь никто же не кричал об ограблении.

– Не кричал, – согласилась Маргарита. – Возможно, мне что-то показалось. – Она не стала с ним спорить. К чему ссориться по пустякам, не они же ограбили эту сберегательную кассу.

Исаев тоже не хотел ссориться, как поняла Маргарита, он ничего не хотел. Она везла его за город на сороковой километр и думала о том, в чем сомневаться уже не приходилось: они разные люди. Вопреки Капитолининой теории, у нее внезапно что-то щелкнуло внутри, но она поняла, что любит не этого человека. А он сидел рядом и смотрел на дорогу таким взглядом, будто видел только этот серый асфальт. Не Маргариту, не крушение их отношений, а тонкую полосу дорожного полотна, несущую их к сороковому километру.

– Максим, мне кажется, между нами…

– Погоди, – перебил он холодным голосом, – сейчас не время выяснять отношения.

– Мне кажется, – снова начала Маргарита, – и выяснять-то нечего.

– Вот и отлично, – процедил Исаев, не отрывая глаз от дороги. Маргарита поняла, что он думал не о ней, он думал о чем-то своем. А она была просто приложением к этому своему.

– И это все, что ты скажешь? – Она еще попыталась что-то спасти.

– Помолчи, пожалуйста, Маргарита, мне предстоит трудная миссия, и я должен сосредоточиться.

Маргарита обиженно поджала губы и замолчала. Снова у него задание! А как же она? Если бы она в него влюбилась, как последняя дура, то так бы и терпела безропотно все его миссии? Молчала и терпела? Да ни за что! Маргарита терпеть не будет. Она бросит этого разведчика, пусть отправляется в разведку с другими, со своей бывшей напарницей, к примеру. Пусть забирает ее, а то она слишком возбужденно висела на Терминаторе. Да, нужно думать о Давыдове! Сейчас вот ка-а-к щелкнет…

До сорокового километра они не донеслись ровно сто метров. Инспектор Свистунов взмахнул своей волшебной палочкой и приказал остановиться. Маргарита подчинилась, она не успела повернуть ключ в замке зажигания, как испуганный Исаев бросился прочь от Свистунова. Но он побежал не туда, куда глаза глядят, а к мелькающему вдали черному джипу. Тот как раз только что грузно перевалил свою массу через рельсы и поджидал Исаева.

– Чего это он, Калугина? – недоверчиво нахмурился инспектор, глядя вслед беглецу.

– Он меня бросил, – вздохнула Маргарита. – Нет, это я его бросила. Я первая подумала, что хочу его бросить! Честное слово. – Она уговаривала Свистунова, как будто тот сомневался в ее искренности. – Вот здесь, – она показала на голову, – что-то щелкнуло – и раз, я поняла!

– Ты, слышь, Калугина, к врачу, что ли, обратись, – посоветовал Свистунов и проводил взглядом черный джип, удирающий на всех парах от него. – Номерок-то знакомый. Хочешь, остановим на следующем посту?! – Впервые в жизни Кузьма улыбнулся ей по-человечески.

– Не нужно, – махнула рукой Маргарита, – пусть убегает. Если ему от этого станет легче, то пусть. Вот у тебя, Кузьма, есть девушка?! Ах да, я забыла, ты же женат. Но это еще лучше. Представляешь, живешь, живешь с человеком и не знаешь, любишь его или нет. Потом раз – и переключилось. И понимаешь то, что совсем не понимаешь, что нужно было раньше понимать. То есть понимаешь, что живешь не с тем человеком. Любишь не того, кого надо, а надо бы любить того, другого! Ты меня понимаешь, Кузьма?!

– Правильно говоришь, – вздохнул тот озадаченно, – раз, и понимаешь, что ничего не понимаешь, что нужно было бы понимать. Но ты все-таки к врачу сходи. Езжай, Калугина, и не переживай. Один сбежал, другой прибежит. Тот, другой. Это точно.

– Спасибо, Кузьма. А почему ты сегодня не в городе стоишь?

– Ирония судьбы, – усмехнулся инспектор Свистунов. – Пришлось подменить раненого товарища. Бандитская пуля. Отбивал нападение на банк.

– Надо же, – протянула Маргарита, – а мне сегодня показалось, что я видела, как грабят сберкассу.

– Ох, Калугина, отпускаю тебя с нечистой совестью. Обязательно обратись к врачу!

Маргарита пообещала, что обратится, и повернула назад.


Давыдов усмехнулся, глядя на то, как Парфюмер, словно испуганный заяц, выскочил из «девятки» и кинулся к черному джипу. Ангел остался один, не считая инспектора дорожной службы. Как ни странно, Давыдов отметил, что они вполне миролюбиво поговорили. Ему даже показалось, что глаза инспектора резко подобрели, глядя на расстроенную Маргариту. А она расстроилась, это было совершенно очевидно. Исаев, спасаясь от милиции, бежал с места преступления. Бежал от нее, а это уже результат с положительным итогом. Он не станет пользоваться ее беспомощным положением, ее потерянностью. Он подождет, пока Ангел успокоится и все хорошенько обдумает. Тогда Давыдов предстанет перед ней во всем своем великолепии, обличит преступника, схватит его буквально за руку и призовет к ответственности. Дело будет громким и станет хорошим шагом в его дальнейшей карьере. Давыдов задумался. Если она замешана, то он не станет придавать это преступление широкой огласке. Черт с ней, с карьерой. Не первый и не последний раз он ловит негодяя. Девчонка запуталась, испугалась, пошла на поводу у преступника. Неужели его Ангел все-таки оказался падшим?!

Давыдов кивнул таксисту, желтый автомобиль развернулся и поехал, преследуя черный джип. Негодяя нельзя выпускать из поля зрения. Венера Милованова ему и так чуть не помешала. Еще немного, и все усилия пошли бы прахом.


Капитолина, как ни странно, внимательно слушала Маргариту. Она сопереживала, гладила Маргариту по вздрагивающим плечам и молчала. Все и так было ясно. Исаев сбежал, как подлый трус. А ее подруга, уже однажды пережившая еще худшее бегство, восприняла все слишком близко к сердцу.

– Перестань слюзить, Маргуша, – не выдержала Капитолина. – Судя по твоему рассказу, а я его, заметь, очень внимательно слушала, ты переживаешь не из-за того, что от тебя сбежал разведчик. Ты ревешь потому, что собиралась сбежать первой, а тебя опередили. Но любовь – это не гонки, кто вперед убежит. Это слишком серьезное чувство, и догонялки здесь ни при чем.

– Капа! – Маргарита от изумления сразу успокоилась. – Что тебя так изменило?! Ты стала такой… какой-то другой. Слишком умной, знаешь ли.

– Вот и послушай умного человека. Плюнь на своего разведчика, все равно между вами ничего не было да и не могло быть. Сама еще недавно сомневалась в своих чувствах. Теперь сомневаться не в чем.

– Да, – согласилась с ней подруга, – честно нужно признаться, придурочный был перец. Вечно у него какие-то задания, поручения, дела государственной важности. Хорош кекс!

– Я рада, что ты все восприняла правильно, – обняла ее Капитолина, – сейчас мы с тобой отвлечемся и посмотрим комедию. Прикольный фильм, одно название чего стоит – «Терминатор и амазонки», сейчас начнется, устраивайся поудобнее.

– Нет! – закричала Маргарита. – Этого мне только не хватает. Сегодня я уже имела честь лицезреть его амазонку. Она обнималась с ним прямо среди бела дня! Я вообще про этих двух ничего слышать не хочу. Смотреть фильм не буду, но у тебя посижу. Налей кофейку, а я сбегаю к машине, забыла там сумочку с документами. – И Маргарита унеслась вниз по лестнице.

Капитолина прошла на кухню своей небольшой квартирки и занялась приготовлением бодрящего напитка. За раздумьями по поводу того, что бы добавить подруге в кофе, чтобы та немного успокоилась, не валерьянку же в самом деле, ее застала Маргарита.

– Вот, – она плюхнула на пол спортивную сумку. – Этот паразит забыл. Пусть останется у тебя, я не хочу тащить к себе его вещи. – Она поддела ногой торчавшие из сумки ракетки. – Теннисом занимается, спецагент. Фигуру себе улучшает. И так красавец, от напарниц нет отбоя. Только я вот отбилась. – Она выудила одну ракетку и подбила ею воздух. Вместе с ракеткой на пол вывалилась какая-то пачка. – Что это? – не поняла Маргарита, глядя на пол. – Капочка, это деньги. Ими сумка набита, Капочка…

Маргарита залезла в сумку и принялась доставать аккуратно запечатанные банковским способом пятисотки. Капитолина, конечно же, сразу кинулась к ней, забыла про кофе, который тут же сбежал, залил конфорку и невыносимо навонял гарью. Подруги собрали содержимое сумки и переместились на большой Капитолинин диван. Получилась довольно солидная кипа.

– Он кого-то ограбил, – высказала предположение Капитолина.

– Мамочка! – Маргарита схватилась за голову. – Он ограбил сберегательную кассу! Так это он был в шляпе и маске, то-то я подумала, что тело бандита мне чем-то напоминает Исаева.

– А кроме тела, больше ничего не напоминало? – с надеждой поинтересовалась Капа.

– Но я же не видела его лица, – развела руками та. – Ой, Капочка, а ведь после того, как он ограбил кассу, он сел в мою машину, – призналась она.

Капитолине пришлось приложить небольшие усилия, чтобы из обескураженной случившимся подруги выудить нужные обстоятельства дела. Если за ней придут наши доблестные милиционеры, то у нее должна быть четко выстроенная логическая схема преступления, о котором она ничего не знала. Безусловно, одно взаимно исключает другое, но в этом весь смысл. Прикинуться тупой блондинкой и отрицать все очевидное. Капитолина с жалостью посмотрела на подругу.

– Я дура, – горевала та, – ох, какая я дура! – Тупой блондинкой ей можно было даже и не прикидываться. – Как же я могла ему верить?! Получается, что он не разведчик, а бандит?! И разведывал Исаев совсем не то, что нужно стране. А я ему помогала. Получается, что я – его напарница, ой, сообщница. Нет, точно напарница, раз помогла ему с украденными деньгами скрыться.

– Воровство и разбой – разные вещи, – процедила Капитолина. – За разбой больше дают.

– Так я разбойница?! – обомлела Маргарита. – Жила, жила, и вдруг – разбойница?!

– Вот что значит плохо разбираться в людях, – назидательно произнесла Капитолина.

– А сама-то, – возмутилась Маргарита, – только недавно поняла, что Ленька Захаров самый лучший парень на свете! Может, и мне потребовалось время для того, чтобы я поняла, что лучше Терминатора никого нет и не может быть. Нужно найти Давыдова, он должен мне помочь. Капа. Что делать с деньгами?! Теперь этот бандит Исаев со своей преступной группировкой начнет меня разыскивать.

– Иди с повинной, – посоветовала подруга. – Или еще лучше подкинь деньги в сберкассу.

– Капочка, – Маргарите идея понравилась. – А ты мне поможешь?!

Та обещала обязательно помочь. Подруги решили стереть с пачек свои отпечатки пальцев, предварительно пересчитав всю сумму и обалдев от ее величины. Только здесь, сидя на диване перед уймой денег, они поняли истинный смысл слова «соблазн».

– Может, если мы их вернем, нам заплатят пятьдесят процентов? Или хотя бы двадцать пять.

– Не мелочись, Капочка. И десяти не дадут, это же не клад.

– Но мы же их нашли?! Или почти что нашли. Пусть только не поверят, что мы.

– Не поверят, – сказала Маргарита. – Хотя десять процентов от этой суммы – деньжищи!

– Здесь хватит на хорошую виллу в Египте, еще и останется, – прикинула Капитолина, стирая отпечатки кухонным полотенцем. – Знаешь, Маргуша, дома там недорогие, гораздо дешевле московских квартир. Наверное, здорово жить на берегу Нила, плескаться в его теплой воде, круглый год есть фрукты и овощи, следя за своим телом, и загорать под жарким африканским солнцем.

– Знаешь, Капочка, давай лучше не будем это делать. К тому же в Ниле водятся крокодилы.

– Крокодилы водятся и у нас, – заверила та подругу, – один из них ограбил несчастную кассиршу. Та теперь льет уж точно не крокодиловы слезы. А вместе с ней и мы. Меня, кстати, теперь тоже привлекут за соучастие. Я уже имею к этим деньгам отношение. Придется готовиться, сушить сухари. Тебе хватит одного полиэтиленового мешочка или насушить, пока я буду на свободе, еще парочку?

– Очень остроумно, – сказала Маргарита, оттирая свои «пальчики» губкой, – не надейся от меня избавиться. Пусть об этом заботится Исаев. Я уверена, что он уже поджидает меня у дома для того, чтобы забрать назад свою сумку. Или завтра встретит у магазина для этой же цели.

– У нас есть оружие, – напомнила Капа, – мы будем отбиваться. Сбегай, принеси. Оно лежит в машине под водительским сиденьем. – Маргарита бросилась за винтовкой. Капитолина с тоской поглядела на деньги и полезла за мобильным телефоном.

Но звонить она не собиралась. Наведя фотокамеру телефона на диван, она «щелкнула» несколько раз огромное состояние, которое вполне могло бы быть их с Маргушей, и просмотрела получившиеся фотографии. Пусть хоть что-то останется на память об этом невероятном случае. Когда еще на ее скромном диване будет лежать такая нескромная сумма? Только если за ней вознамерится ухаживать какой-нибудь Абрамович и подкинет ей на текущие расходы. Так как теперь все Абрамовичи были в далеком прошлом, а на горизонте маячил только водитель фургона Захаров, такие текущие расходы она могла только фотографировать. С одной стороны, денег было жалко, с другой – было жалко себя. Сидеть над ними, как старый Кощей, и чахнуть, она не собиралась. Но немного помечтать вполне можно. Деньги они вернут завтра, не тащить же всю сумму на ночь глядя. Маргарита позвонит родителям, предупредит тех, что останется ночевать у подруги, и они вместе придумают, как выкрутиться. Заодно и помечтают немного. Хорошо, что Исаев не знает, где она живет.

В дверь забарабанили. Капитолина вздрогнула, с чего бы это Маргарите биться лбом о ее дверь, если она открыта? Сердце оборвалось в коленках и застучало вместе с ними морзянку. Дверь-то открыта! А тот, кто стучит, этого не знает, значит, это никакая не Маргарита! Капитолина перевела дух и поискала глазами тяжелый предмет. На подоконнике стоял горшок с кактусом. Капитолина не любила это растение, подаренное Тамарой Александровной. Оно требовало к себе слишком много внимания. Его нужно было поливать один раз в месяц! Капитолина постоянно об этом забывала, поливая все цветы подряд гораздо чаще. С ехидной усмешкой на губах – как не повезло кактусу, зато как повезет тому, кто его получит, она ухватила тяжелый горшок. В дверь снова забарабанили, и она сказала: «Войдите!»

Тот, кто вошел, ощутил на себе тяжесть последствий нелюбви хозяйки к собственному растению. Немного помешала дверь, приняв большую часть ненависти на себя, но и вошедшему с лихвой досталось. Обездвиженный и ошеломленный, он сел на пороге входной двери в коридоре и с удивлением уставился на Капитолину, которая раздваивалась в его глазах и плавала под потолком.

– Зачем же так радикально? – спросил Захаров, отряхивая с бейсболки остатки глиняного горшка. – Я тут созрел, между прочим, – он вытащил из-под себя поломанные розочки и неловко сунул их Капитолине. – Поздравляю. Сегодня какой-то праздник. День рыбака, что ли.

– Ты созрел?! – воскликнула Капитолина, бросаясь поднимать Леньку. – И принес мне эти чудесные цветы просто так?! – Она принялась его отряхивать, пряча черепки под ковер. – Как здорово!

– Да уж, – протянул Ленька, на полусогнутых ногах заходя в комнату следом за ней, – встретила, нечего сказать, с распростертым кактусом, – и он отцепил от себя колючки.

– Тише, Ленечка, – ласково перебила его Капа, – я совсем не тебя ждала. Должна вот-вот прибежать Маргарита.

Она не спускала с него влюбленных глаз и улыбалась ему, как последняя дурочка.

– Маргарита?! – Изумлению Захарова не было предела. – И ты собиралась огреть ее горшком? Извини, пожалуйста, Капа, что-то голова кружится. Я, пожалуй, прилягу на диван. – Захаров прошел к дивану и завалился поверх пачек с деньгами, заботливо прикрытых кухонным полотенцем. Но ему показалось не вполне комфортно. Засунув руку под спину, он выудил оттуда одну пачку. – Это что еще такое?! Ты хранишь свои сбережения дома? И откуда у тебя такие сбережения?! – Он выудил еще пару пачек. Голова мигом прошла. – Признавайся, Капитолина, где ты взяла столько денег?!

– Это не я, – сказала Капитолина, – это Маргарита ограбила сберкассу! – Захарова прошиб холодный пот, он сел и уставился на девушку немигающим взглядом. – Чтоб я сдохла!

– Вас нельзя оставить ни на один день! – Захаров принялся расхаживать по комнате. – Что значит, ограбила?! А ты где была? Стояла на шухере?! За шухер, между прочим, так и знай, гораздо больше дают!

– Я знаю, знаю, – попыталась его успокоить Капитолина. – Ленечка, да плюнь ты на эти деньги! Лучше скажи, зачем ты ко мне пришел.

– Я пришел, – попытался вспомнить Захаров, тупо уставившись на пачки, – пришел для того, чтобы…Черт возьми! Где та сберкасса, которую вы ограбили?! Все надо немедленно вернуть! Я пришел для того, чтобы сказать, что подумал. Ты мне очень дорога, я, можно даже сказать, тебя люблю. Но, Капитолина! Если тебя посадят, что я буду делать?! Имей совесть, верни деньги! Зачем тебе столько?! – Захаров подошел к ней и прижал ее голову к своей груди. – Нам не нужен криминал.

– Еле нашла эту винтовку! – радостно сообщила Маргарита, вбегая в комнату. – Ой! Ленька? Ты?!

– Что еще за огнестрельное оружие?! Вы что, организовали преступную группировку? Банду «Маргуша энд Капочка»?! Занялись сбором средств по всей окрестности? Сколько сберкасс вы ограбили?!

– Одну, – растерянно призналась Маргарита.

– Ха! – сказал Захаров. – Кажется, я пришел вовремя. Кто был в подельниках? Признавайтесь!

Маргарите пришлось во всем признаться, после чего ей стало гораздо легче. Как тяжкий груз, свалила она эту проблему на могучие мужские плечи. Капитолина тоже перестала думать о способах прикарманивания чужих денег, рядом с правильным Леней Захаровым это было просто чудовищно. Согласившись с девушками, что они правильно поступят, если вернут все деньги в сберкассу, он заметил, что на дворе почти что ночь. Возвращать, как ни крути, придется утром, когда эта касса откроется. Иначе делать глупо – не оставлять же деньги в милиции, там сразу заметут и начнут дознание, кто и почему. Они, наши правоохранительные органы, не любят работать с анонимами. Если анонимы не успевают сбежать, сделав доброе дело, то их тут же прищучивают и начинают пытать в застенках: сажая на жесткую диету – баланду, поедают перед ними пирожные с шоколадом. Редко какой аноним не раскрывает своего имени. Вот возраст – только под расстрелом. Всегда лучше умереть молодой.

Но Маргарита умирать не собиралась. Она сидела, полная решимости, и сомневалась только в одном: не мешает ли она двум влюбленным голубкам ворковать друг с другом. Ведь не зря Ленька пришел к Капитолине так поздно, наверняка он на что-то рассчитывал. Хотя бы поговорить наедине со своей избранницей. А приходится болтать еще и с ее подругой. Но вскоре поняла, что не она мешает им, а раскиданные по дивану пачки. И Маргарита лишний раз убедилась: когда между влюбленными встают деньги, недалеко до ссоры.

Капитолина предлагала дождаться, пока сотрудница займет свое место у кассы, надеть маску, забежать, крикнуть: «Руки вверх!», подкинуть ей деньги и броситься назад. Ленька возражал. Своим аргументом он делал сердце сотрудницы, оно может не выдержать двойного ограбления и остановиться. Капитолина возражала, что второе ограбление – совсем не ограбление, а наоборот. И сотрудница должна прыгать от счастья. На что Захаров возразил, что обычно в таких случаях место ограбления закрывают, сотрудников не пускают, вешают всякие бумажные ленточки. Выставляют дополнительный пост, чтобы ушлые грабители не подкинули награбленное обратно. Капитолина сказала, что точно знает – такие ленточки вывешивают там, где случилось убийство. Они оба замолчали и уставились на Маргариту.

– Не знаю, – прошептала та бледными губами. – Может, он кого-то и убил.

Захаров решил, что нужно будет обязательно проехать мимо этой сберкассы и поглядеть на обстановку с постом и ленточками. На всякий случай. А вообще-то недавно в одном американском боевике он видел, как сумку с деньгами подкидывали в мусорный контейнер неподалеку. Или это было в России, когда в мусорный контейнер подкидывали музейные ценности. Идея с мусором не понравилась. В России ушлые не только грабители, но и бомжи. Риск, безусловно, благородное дело, но в данном случае рисковать было нельзя. Так и не договорившись ни до чего определенного, все замерли. У Маргариты заверещал мобильный телефон с неопределенным номером. Она сразу почувствовала, что звонит Исаев.

– Маргарита, милая, ты где, дорогая? Я по тебе соскучился. Только что завершилось то серьезное дело, о котором я тебе говорил. Среди наших есть существенные потери…

– Он завершил дело с существенными потерями, – прошептала Маргарита Леньке с Капитолиной.

– Еще бы, – ухмыльнулся Захаров, кивая на диван, – очень существенные потери.

– Мы встретимся? – продолжал как ни в чем не бывало Исаев. – Я подожду тебя у подъезда. Так хочется прижаться к твоим льняным волосам, вдохнуть аромат твоих духов, почувствовать рядом с собой твое трепещущее тело…

– Секс по телефону, – сообщила Маргарита друзьям, – и когда это я, интересно, трепетала?

– Так я жду, любимая? – продолжал домогаться разведчик.

– Я сейчас не дома, – призналась Маргарита, соображая, что говорить дальше.

Захаров замахал руками, показывая, что она может сказать, что находится у него.

– Я у друга, – сказала та, – и вряд ли он захочет, чтобы я с тобой встречалась.

Исаев еще попытался ее поуговаривать, но, когда понял, что делать это бесполезно и Маргарита с ним встречаться не собирается, поинтересовался местом, где стоит ее машина. И не находила ли она в ней его сумку. Маргарита ответила, что ничего не находила, машина стоит на стоянке в Бирюлеве и ей некогда с ним разговаривать. Исаев что-то буркнул и отключился. Маргарита повторила его слова:

– Он сказал, что они меня все равно найдут. Слышите, ребята, он сказал «они». Их много.

– Тише, девчонки, не переживайте, – сразу же всполошился Захаров. – Сейчас что-нибудь придумаем.

Его мыслительная деятельность была ограничена вызовом милиции.

Маргарита сразу вспомнила про Давыдова. Он ее столько раз спасал! Неужели на этот раз не поможет. Нет, он не сможет ей не помочь, он такой смелый, мужественный, решительный… И она снарядила Захарова к своему соседу, снабдив того всей необходимой информацией о месте его жительства. Когда Захаров убежал, девушки закрыли дверь и на всякий случай выключили свет. Телевизор тоже. В полной тишине и кромешной темноте, устроившись на диване с пачками денег, они стали обдумывать сложившееся положение. С одной стороны, ничего страшного не случилось. Марго дала Исаеву ложный след. Пока он ее найдет, наступит утро, а то и день. К этому времени приедет Ленька с Давыдовым. Кто-кто, а Терминатор задаст преступникам жару, да и Ленька не слаб здоровьем. Он тоже смелый, мужественный и решительный. Это уже было мнение Капитолины, которая, совершенно счастливая, лежала рядом с подругой и опять, в который раз, все разговоры сводила к одному – к Лене.

Ей уже не казалось, что жить одной – это огромное счастье. Капитолина была готова делать эпиляцию в тесноте ванной, сидеть на диете, глядя на его мясо в холодильнике, и смотреть вместе с ним чемпионат мира по футболу. Оказывается, ей давно нравился футбол вместе с футболистами. Это такая увлекательная игра. Капитолина принялась подробно описывать правила, которые сама узнала недавно от одной знакомой.

Маргарита потянулась к ночнику, чтобы включить хоть какой-то свет и поглядеть в честные глаза подруги. Оказалось, это не знакомая рассказала ей правила, Капитолина сама их выучила, консультируясь с мальчишками во дворе. Маргарита покачала головой, все было так запущено! Она не узнавала свою подругу, переменившуюся за последнее время.

Глава 14

Ты ловко плел паутину. А настоящим пауком была я

Скрежет раздался внезапно и был таким зловещим, как затянувшаяся пауза, во время которой девушки замерли на диване с деньгами. Захаров с Давыдовым скрежетать не могли. Это делал кто-то другой. Капитолина «отмерла» первой. Она поискала глазами кактус, но наткнулась на сумку, брошенную Маргаритой на кресло, в которой лежала тряпочка, а в ней была завернута винтовка. Тихонько, прислушиваясь к копошению у входной двери и кося на нее взволнованным взглядом, Капа ползла на коленках к винтовке. Маргарита, боясь, что у подруги разовьется косоглазие, одним прыжком опередила ее и схватила оружие. Борьба за винтовку была недолгой. Победу одержала Капитолина, она убедительно доказала, что стреляет лучше подруги. В пятом классе она залепила мячиком физруку прямо в глаз, после чего он ушел на больничный и целый месяц не мучил детей, совершенно не готовых покорять спортивные высоты. Винтовку Капитолина брала в руки не первый раз, первый, роковой, выстрел чуть не случился на автозаправке. Второй она собиралась сделать немедленно.

Когда дверь заскрипела и в коридоре послышались медленные тяжелые мужские шаги, как будто стадо слонов шло на цыпочках, подруги стояли наготове. Капитолина держала впереди себя оружие, а Маргарита – свою руку на выключателе. Как только в комнате появились две огромные тени, она щелкнула им и обомлела. Впереди стада стоял Исаев. Сзади него прятался толстый лысый мужик, не ожидавший, что его тут же возьмут на мушку.

– Ты?! – воскликнула Маргарита и автоматически нажала на выключатель. Свет погас, Капитолина и лысый мужик заорали от испуга одновременно. Маргарита собрала свою волю в кулак и включила освещение, убрав руку за спину. – Как ты меня нашел?! Я же не говорила, где буду?!

– Как, как, – сварливо ответил разведчик, – профессия у меня такая: искать то, что спрятано.

– А я не прячусь! – заявила Маргарита, подбоченясь. – С чего бы мне прятаться?

– Не юли, Маргарита, – Исаев подбил ногой свою пустую спортивную сумку. – Куда дела деньги?

Лысый мужик высунулся из-за спины Исаева и презрительно усмехнулся.

– Но-но! – закричала Капитолина, прицеливаясь. – Стоять на месте, не то буду стрелять!

– Пардон, мадам, – поинтересовался нырнувший за спину Исаеву лысый, – а вы как стрелять собираетесь: предупредительным вверх или сразу в нас?

– Во-первых, мадемуазель, – поправила его Капитолина. – А во-вторых, наверху люди, между прочим, живут. Такие склочные, должна я вам сказать, что нет сил. Музыку им по ночам не слушай, в туалете не кури… А что, действительно нужно сначала предупреждать? Маргуша, может, черт с ними, с соседями, выстрелить вверх, а потом сказать, что это Исаев в них стрелял.

– Не выйдет, голубушка, – скривился тот, не решаясь подходить ближе к дивану, – «пальчики»-то останутся твои.

– А мы мои вытрем, – рассудила Капитолина, – а твою безжизненную руку приложим.

– Рука безжизненная?! Исаев, ты снова ранен?! – всполошилась по старой памяти Маргарита.

– Пока нет, – сплюнула Капитолина в сторону налетчиков, – но будет, если подойдет ближе.

– Маргарита! – закричал Исаев так, будто та сидела в тереме на другом конце города. – Я же тебя люблю! Вспомни, Маргарита! Давай поделим награбленное честно. Нас трое, всем поровну.

– Но-но! – возмутилась Капитолина. – Их, видите ли, трое. Зато у меня в руках оружие.

– Тебе тоже дадим, куда от тебя денешься, – согласился Исаев. – Маргариточка, подумай над моим предложением, я тебя очень прошу. Ты же такая добрая, милая, нежная. Зачем тебе одной столько денег?

– Если отбросить меркантильную часть повествования, – вздохнула Капитолина, – то получится неплохое предложение руки и сердца. «Прими мое предложение, Ромашка ощипанная», – передразнила она Исаева, тот покраснел от злости. – Ничего она от тебя не примет, уголовник будущий! Мы деньги собираемся не делить, а вернуть назад.

– Мать Тереза, е-мое! – не выдержал Исаев. – Ты сначала своего награбь, а потом возвращай!

– И ограблю, подумаешь! Дурное дело нехитрое, – огрызалась Капа. – Стойте, а то застрелю.

– Пардон, мадемуазель, – встрял лысый, – нельзя ли дуло направить чуточку правее. А то, честное слово, как-то не по себе.

– А чего приперлись? – поинтересовалась Капа. – Нам тоже от вас радости мало.

– А я в принципе за компанию шел, – ответил лысый. – Максик говорил, что девочки хорошие.

– Да, – гордо вскинула голову Капитолина, – мы очень даже ничего.

– Я в этом совершенно не сомневался, – продолжал лысый. – Вы и ваша подруга – очаровательные милашки. Только, простите за прямоту, у вас под глазиком тушь потекла, тени размазались, и румяна с лица поползли.

– Где? Что? Когда? – всполошилась Капитолина, бросила винтовку и побежала к зеркалу.

– Стоять! – заорал Исаев, опередивший Маргариту. – Стрелять буду! – И направил на нее оружие.

– Ты меня убьешь? – пролепетала та, теряя дар речи. – Капочка! Иди ко мне, умрем вместе.

– Маргуша, прощай, дорогая подруга! Но вспомни, ведь ты его любила!

– Да? А, конечно. Исаев! Я тебя любила, помнишь наши свидания на сороковом километре?!

– Что?! Ваши свидания?! Ах, подлец, ах, негодяй. Я так и знала. – В комнату зашла супруга Милованова. Ее окрашенное в разные цвета радуги лицо стало серо-буро-малиновым от злости. – Я так и знала, что ты мне изменял! – Она поперла на него своим мощным торсом и выхватила винтовку.

Ее появления в этой квартире никто не ждал. Исаев растерялся, как нашкодивший мальчишка, а лысый быстро перебежал и спрятался за спину теперь уже вооруженной Венеры Миловановой.

– Я могла бы смириться с твоим уголовным будущим, – супруга указала мужу, чтобы тот присоединился к девицам, и погнала всю троицу на кухню, – но твой кобелиный характер мешает мне жить. Что ты нашел в этой тупоголовой блондинке? Смазливое личико? Нежную душу?

– Я ее использовал, дорогая, только в корыстных целях! – пытался оправдаться пятившийся Исаев-Милованов. – Она была мне нужна только в качестве водителя!

– Что?! – возмутилась Маргарита. – Только для этого?! Нанял бы такси, придурок!

– Нанять такси для того, чтобы ограбить банк? – Исаев натянуто засмеялся. – Только блондинка могла такое придумать! Ты видишь, дорогая, что в ней могло меня привлечь?!

– Ну надо же, – Маргарита тяжело переживала этот большой обман, – бабки меня предупреждали! Я не умею разбираться в людях. Капочка, Терминатор тоже окажется сволочью, и нас никто не спасет! – Она обняла подругу и зарыдала.

– Естественно, – сказала Милованова, – все мужики сволочи. За редким исключением. – Она повернулась к лысому и погладила его по блестящей голове. Тот ответил ей таким нежным взглядом, что Исаев-Милованов заподозрил неладное. – Да, – подтвердила его подозрение Венера, – мы любим друг друга. И давно! – Она подпихнула мужа коленом в кухню вслед за подругами и закрыла дверь. – Первый, кто выйдет, – сказала Милованова ледяным голосом, – получит пулю в лоб.

– Венера! – заорал Исаев. – Прекрати этот цирк и выпусти меня отсюда. Нам нужно поговорить!

– Все уже было сказано, – с едва уловимой печалью ответила жена. – Сиди между двумя блондинками и загадывай желание. Только забудь про деньги, мы и без тебя найдем, куда их пристроить. Я хоть и не мать Тереза, но, так и быть, куплю на твою могилу крестик.

Исаев разбежался, стукнул дверь головой и сел на табуретку. Сквозь мутное стекло кухонной двери он увидел, как два бегемота уселись на диван и принялись считать пачки. Надежды на то, что влюбленные бегемоты поссорятся, не было никакой. Маргарита закрыла глаза руками.

– Так ты все это время был женат?! – простонала она.

– Почему был? – пробурчал Исаев. – У меня и сейчас есть жена.

– Еще немного, и она вдова, – поддела его Капитолина. – Ты, кстати, мне никогда не нравился.

– Зато Маргарита была от меня без ума. Правда, крошка?

– Неправда, – призналась та, – я притворялась. А, признаться честно, была влюблена в Давыдова.

– Ой-ой-ой, так я и поверил. – Исаев прислушался. – Сколько они говорят? Миллион?!

– Миллиард, – подсказала Маргарита. – Беги, падай перед ними на колени и проси прощения. Может, они подкинут тебе на одноразовый комплект для последнего пути. Учти, Максик, обманутая женщина всегда безжалостна. Если она тебя разлюбила, то не пощадит.

– Венера! – закричал Исаев и стукнулся об дверь головой. – Пощади меня!

– Ни за что, – ответила та, целуя лысину. – Я теперь люблю другого. А за тобой бегала для прикрытия, чтобы ты ничего не заподозрил и совершил преступление. Спасибо тебе большое, ненаглядный муженек, что сделал меня богатой женщиной. Мы теперь с Лысиком укатим на Карибы и заживем нормальной жизнью. Мне надоело утирать тебе слюни после каждой поднятой юбки. Я встретила Лысика, и мы с ним разработали отличный план, в котором главным действующим лицом должно было стать твое обаяние.

– Вы?! Вы разработали план?! – Исаев снова ударился головой.

– Он что, припадочный? – испугалась Капитолина. – Еще полчаса милой беседы двух бывших супругов, и мне придется менять дверь.

– Да, – продолжала Милованова, – мы разработали этот план. И подключили частного сыщика следить, как ты исправно бегаешь за блондинками. У тебя здорово получалось.

– Не может быть, – прошептал Исаев, но биться головой больше не стал.

– Отчего? Все может быть, – ответила ему жена. – Сначала ты обаял эту дурочку из парфюмерного магазина, и она закрыла глаза на твое переодевание после ограбления. А могла бы позвонить в правоохранительные органы. Следом за ней к твоим ногам пала поверженная работница сберегательной кассы, которая сообщила тебе время привоза крупной наличности. Пала? Так-то. Потом пришла очередь этой горе-водительницы. Все катилось как по маслу. Ты ловко плел паутину. А настоящим пауком была я. Ты в ней сам и запутался. – Милованова жутко засмеялась.

– Черная вдова! – ужаснулась Маргарита. – Эта паучиха сжирает своего самца после того, как с него больше нечего взять.

– Все, дорогой бывший муж. Прощай, нам пора. Вдова будет тебя горячо оплакивать и рвать на себе волосы. Давай, Лысик, лей бензин. Нам не до сантиментов.

– Что она собирается делать?! – испугалась Капитолина. – Поджечь нас?! Только этого не хватало. Соседи меня убьют!

– Прощай, Венера! – заорал Исаев и ринулся на лоджию.

– Что он делает?! Соседи мне этого не простят!

– Что ты заладила про соседей?! – Маргарита побежала следом за ним. – Человек собирается прыгать с девятого этажа! Люди! Спасите человека! Я не люблю этого негодяя, но не могу спокойно глядеть на то, как он погибнет.

– У них там, кажется, заварушка, – произнес лысый скучным голосом. – Соберут толпу раньше времени. Нерочка, уйми бывшего супруга. Пообещай что-нибудь сексуальное, ты же умеешь. – Он кивнул на дверь в комнате, которая также вела на лоджию.

Венера колебалась. В ее душе бушевали разные чувства, но среди них не было жалости. Да, действительно, обманутая женщина мстит жестоко. Сейчас она развернется и уйдет… Но выйдет ли? Этот ненормальный, если прыгнет, соберет над собой толпу. Она вышла на лоджию и поглядела вниз, там уже стояла парочка любопытных собачников, предпочитающих выгуливать своих питомцев по ночам. Как раз над ними, держась за перила, висел Исаев. Сейчас он свалится, и она никогда не выберется из этой квартиры.

– Сделайте же что-нибудь! – приказала ей Маргарита. – Он же был вашим мужем.

– Почему был? – возмутился Исаев и отпустил одну руку. Женщины ойкнули и закрыли глаза. – Венера, признайся, что ты все придумала для того, чтобы мне отомстить. Ты не могла пойти на сговор с лысым и придумать план. Ты же поверила в разведчика!

– А кто же из нас, глупых баб, не верит в разведчиков?! – с досадой ответила Милованова. – И молодые, – она кивнула на девчонок, – и старые дуры, все хотят встретить сильного, храброго таинственного защитника. А чем я хуже? Взяла и поверила. Самое главное, что в то, что я поверила, поверил ты! – Она усмехнулась и направилась к выходу.

– Прощай, Венера! – взвизгнул Исаев и снова отпустил одну руку.

– Сделайте что-нибудь! – не выдержала Капитолина, схватив Милованову за локоть. – Соседи меня линчуют, если под своими окнами обнаружат труп! Пусть передвинется хотя бы на пару шагов и прыгнет под балкон Стародубцевых! У них хозяин в милиции работает, ему все с рук сойдет.

– Как вы представляете, милочка, я его заставлю прыгать под балкон Стародубцевых?!

– Пригрозите ему оружием, – посоветовала Капитолина, – где вы оставили винтовку? Ах, так вы оставили винтовку! – Она кинулась в комнату. Милованова попыталась ее опередить, и они обе застряли в дверном проходе.

– Ничего не выйдет, блондиночка. – Лысый опередил обеих и наставил на них винтовку. – Все в сад! Тьфу, все – на балкон!

– Это не балкон, – гордо возразила ему Капитолина, – а лоджия, между прочим. Балконом называется то, что у Стародубцевых. Но у них есть и лоджия с другой стороны дома. Квартира большая.

– А то я не знаю Стародубцевых. – Лысый усмехнулся и подтолкнул их дулом назад.

– Точно! – хлопнула себя по лбу Капитолина. – А я-то маюсь, вспоминая, где вас видела! Вы же их зять! Только почему-то дочка одна у отца живет, бросила вас, бедолагу? Надо же, какая история. Хотите, я ее сейчас позову? – Она наклонилась в сторону балкона Стародубцевых.

– Стоять! – закричал лысый. – Стрелять буду!

– Лысик, – проворковала Милованова, – твоя рука поднимется для того, чтобы меня убить?!

– Еще как, – пробурчал тот. – Нашлась самка носорога. Это она сделала, это она придумала. Все это время чувствовал себя полным идиотом, подкаблучником и мерзавцем.

– Вот видишь, – горько изрек Исаев, – и ты побывал в моей шкуре. Венера, бросай его, бери деньги и прыгай со мной.

– Так я вам их и отдал! – заржал лысый и стал отступать к вожделенному дивану.

Как сказал классик, если в начале пьесы ружье висит на стене, то в финале оно обязательно выстрелит. Лысый прицелился, отошел на шаг назад… споткнулся о ковер и упал. Жизнь – не театр, но случается всякое. Винтовка отлетела на безопасное расстояние, подпрыгнула на полу и бабахнула в потолок. Милованова с Капитолиной ввалились в комнату и упали на лысого. Следом за ними заскочила перепуганная Маргарита. Исаеву надоело стоять на выступе нижней лоджии и он благополучно перелез обратно. Разочарованно оглядывая комнату в поисках трупа, он крепко выругался, догадавшись, что его пугали пневматическим оружием. Распихивая в разные стороны женщин, он добрался до дивана и принялся собирать в свою спортивную сумку разбросанные пачки. Очухавшиеся супруга и ее любовник повисли на его локтях, причем Лысик упорно пытался укусить Исаева за бок. Маргарита с Капитолиной тихо пятились к двери в надежде незаметно исчезнуть с поля боя, после чего собирались обязательно вызвать милицию, написать явку с повинной, вернуть все деньги назад и поклясться больше никогда-никогда не грабить сберегательные кассы. Вернее, не помогать тем, кто их грабит, даже если этот мужчина им чрезвычайно дорог. Хотя нормальный мужчина вряд ли станет грабить сберегательные кассы, уж лучше браться, как все обычные люди, сразу за банк.

Маргарита пятилась к двери на ощупь, хватаясь за стены. Внезапно ее холодная рука уцепилась за что-то теплое. Она пошарила сзади себя, оно, это теплое существо, было достаточно большим и сильным. От него исходила такая энергия, что Маргарита почувствовала затылком, что это Терминатор. Застонав от счастья, Маргарита обернулась.

Давыдов, зажав ей рот рукой, затащил ее в безопасный коридор. Там стоял Леня Захаров, вооруженный неизвестно откуда появившейся битой. Капитолину с круглыми от испуга глазами втянули следом за Маргаритой. Давыдов приложил палец к своим губам и полез за пояс. Блеснул пистолет.

– Всем оставаться на своих местах! – командным голосом приказал он троице, дерущейся у дивана.

– Еще чего, испугал, – возразил ему Исаев, отражая удар супруги, нацеленный в глаз. – Достали со своей пневматикой, пугайте пугачами воробьев на улице!

– Внимание! Предупредительный выстрел! – спокойно сказал Давыдов и нацелился в потолок.

Капитолина ужаснулась.

– Пардон, дамы и господа, – засуетился Лысик. – Мне пора. Дело, кажется, пахнет порохом. Приятно было с вами всеми познакомиться. Я тут оказался совершенно случайно, – запричитал он, – живу по соседству, перепутал квартиры.

– Сидеть! – приказал Давыдов, и Маргарита сразу вспомнила, при каких собачьих обстоятельствах увидела его первый раз. Лысый присел на диван. Исаев, внимательно приглядевшись к пистолету, присел рядом с ним. Милованова бросилась к Давыдову:

– Илья! Я так рада, что ты пришел меня спасать!

Маргарита не смогла сдержать изумления. С чего это эта тетеха решила, что он спасает ее?! Какая наглость! Давыдов пришел ради нее, Маргариты. Тот строго посмотрел на Милованову и повторил приказ. Милованова прошла назад и села между мужем и любовником.

– Я, между прочим, – сказала она, – хорошо оплачивала твои услуги.

– Что было, то прошло. На будущее у нас нет договора, – твердо ответил Давыдов, которым Маргарита открыто любовалась, выглядывая из коридора.

– Да! – сказал стоявший рядом с ним Захаров, стукнув битой по стене. – Никаких договоров, только протокол о задержании. Наряд уже выехал, вам поможет только чистосердечное признание.

– Хорошо, я согласен, – бухнулся в ноги Захарову Лысик. – Я чистосердечно признаюсь, что ненавидел Венеру Милованову! И действовал только ради того, чтобы доказать жене, что чего-то стою!

– Ах, держите меня семеро! – воскликнула Милованова. – Цена тебе – ломаный грош в базарный день. Я тоже делала вид, что увлеклась тобой. Не надейся. – Она обратилась к супругу: – Ты в моих глазах тоже полнейшее ничтожество, прекрасный мерзавец. Илья! – Она картинно сложила руки на груди. – Я любила только тебя! И ты отвечал мне взаимностью, помнишь нашу встречу в тот самый вечер…

Маргарита ошарашенно посмотрела на Давыдова. Тот пожал плечами и сказал:

– Ничего не было, только дело. Какая любовь?!

Все запутывалось еще больше. Капитолина высунула голову из дверного проема следом за Маргаритой и испуганно посмотрела на Захарова.

– А я люблю Капитолину! – заявил тот, небрежно размахивая битой и подмигивая Капе. Довольная физиономия исчезла в дверном проеме. – Да, я тебя люблю, Капочка! Люблю. – И Захаров послал в коридор воздушный поцелуй.

– Он спятил, – прошептала Маргарита. – Раньше он никогда таким не был!

– Вот и хорошо, – ответила ей Капитолина. – Я такой не была, он таким не был, считай, начнем жизнь заново. Слушай, Маргуша, а какой цвет свадебного платья сегодня в моде?

Маргарита ответить не успела. Дверь распахнулась, и в квартиру ввалился ОМОН. Пришлось думать не о свадебном платье, а о собственном алиби. Маргариту могли «замести» как участницу преступления, Капитолину – как соучастницу. По крайней мере, все трое: и супруги Миловановы, и лысый мужик в один голос утверждали, что сберкассу ограбили две тупые блондинки. Давыдов взял на себя роль адвоката, нашел свидетелей: еще двух блондинок – кассирш из магазина и сберкассы, которые указали на Исаева как на грабителя. Разбирательство все равно затягивалось на неопределенный срок. Вмешался Стародубцев, который не верил, что его зять мог совершить преступление, и его дочь, которая пообещала забрать Лысика назад в большую квартиру. Он расчувствовался и во всем покаялся. Только после этого подозрение с подруг было снято. Этому, безусловно, немало поспособствовал Давыдов, не оставляющий их без своего внимания ни на один день.


– Ты такая счастливая, – радовалась за свою коллегу по работе Варя, выглядывая на улицу из-за ваз с цветами. – Сегодня вечером он снова приедет за тобой?

– Да, – ответила Маргарита, упиваясь ароматом лилий, – приедет за мной. Мне же ездить не на чем. «Девятку» пришлось отдать отцу, в его машину на светофоре въехал «Мерседес».

– Бедный, – посочувствовала Варя.

– Наоборот, теперь он богатый. Только мне приходится добираться на перекладных.

– Знаешь, – призналась Варя, – я бы все отдала, чтобы узнать то место, где обитают подобные перекладные.

– Как ни странно, в собственном дворе, ты просто приглядись внимательней, – посоветовала Марго.

Но Варе пришлось обратить внимание на импозантного мужчину, вошедшего в их магазин.

– Девушки, – он радостно улыбнулся, – огромный букет самых роскошных цветов! От души.

Выбирал он недолго, цветы, которые предложила Маргарита, ему понравились сразу. Они и не могли не понравиться, букет был не таким роскошным, но очень изысканным. Ей самой он бы очень понравился.

Мужчина заплатил за букет, достал из кармана визитку и протянул ее Варе.

– «Щит и меч», – озвучил он то, что на ней было написано. – Солидная сыскная контора. Обращайтесь в случае чего, – он одарил ее белозубой улыбкой. – А вам, я думаю, мои услуги не потребуются. – Это уже относилось к Маргарите, та удивленно вскинула брови. – Теперь у нас работает ваш жених. – Он положил на прилавок газету с крупным заголовком: «Раскрыто дело Парфюмера, ограбившего банк!» Большая перекошенная физиономия разведчика иллюстрировала статью как нельзя лучше. Импозантный мужчина вручил Маргарите цветы.

– Илья просил передать своей невесте, что он немного задерживается.

– Я его подожду, – прошептала Маргарита.

Она никак не ожидала, что Давыдов представит ее своей невестой. Их отношения еще не зашли так далеко, чтобы строить планы на будущее. Капитолина с Ленькой уже успели определиться со временем и гостями и подать заявление в загс. Конечно, они дольше знают друг друга, а Маргарите с Давыдовым еще нужно проверить свои чувства. Она кинула мимолетный взгляд на газету, где с первой полосы на нее озлобленно глядел Исаев. Разве ей нужно проверять себя? Может, просто поверить, не разведчику, не сыщику, а просто мужчине. Мужчине, которого она любит. Любит, да, это точно. В области сердца что-то внезапно щелкнуло и кольнуло. Маргарита схватилась за стол. Варя испуганно обняла ее за плечи.

– Все в порядке, – сказала Маргарита, – просто пришло время, вот оно и переключилось. Представляешь, – она показала на сердце, – просто раз – здесь щелкнуло! И сразу все стало так понятно.

– Ага, – кивнула головой та, – понятно. Но учти, с сердцем не шутят!

– Вот это точно, – согласилась с ней Маргарита.


Давыдов заметил Маргариту сразу, он вышел ей навстречу и открыл дверцу серебристой машины.

– Куда поедем? – поинтересовалась она небрежным напускным тоном.

– Поедем в ресторан «Алые паруса», – радостным голосом сообщил ей Давыдов. – Я заказал столик.

– Так там же, – всполошилась Маргарита, – там же обычно…

– Да, – подтвердил он, – там обычно признаются в любви, что я и собираюсь сделать. Кстати, моя прекрасная цветочница случайно не знает, там только признаются в любви или делают еще более серьезный шаг? Сегодня я настроен на самые решительные действия!

– Там делают что хотят, – прошептала Маргарита и закрыла глаза. Давыдов обнял ее и привлек к себе. – Конечно, не до такой степени.

– До такой, – перебил Илья и наклонился к ее губам.


– Какая красивая пара! – вздохнула Варя, глядя в окно на целующуюся парочку.

– Да, – согласилась с ней тетя Соня. – Повезло девчонке. Вот что значит уметь разбираться в людях.


home | my bookshelf | | Правила движения к свадьбе |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 5
Средний рейтинг 3.6 из 5



Оцените эту книгу