Book: Танец Демона. Новая империя (сборник)



Императорский марш

Купить книгу "Танец Демона. Новая империя (сборник)" Зимина Светлана

1.

— Ваше Высочество? — прохладный голос. Да и сам владелец голоса выглядел, как долгожданный свежий ветер. Светлые одежды, серые глаза, тонкие черты узкого лица и длинные-длинные волосы, светло-русого оттенка.

Беловолосый мальчик повернулся к нему. Алые глаза потеплели.

— Граф.

— Вас все ищут, мой принц.

Демон подошел ближе и внезапно оказался рядом с Сураном. Мальчик с горечью понял, что опять не сумел разглядеть движения Графа.

— Я знаю, — он заставил себя отвести взгляд от развевающихся волос демона.

— Мне сказать им, что Вы не желаете, что бы вас беспокоили?

— Если это понадобиться, я сам сообщу тем, кто меня ищет о своих желаниях, — отозвался Суран. Голос его был бесстрастен.

— Вы слишком серьезны для своего возраста, мой принц, — укорил его старший демон.

— Для моего возраста? — Суран улыбнулся, все так же не глядя на него. — А что с ним не так? По-моему, он вполне подходящий, чтобы умереть.

— Вы думаете о смерти, Ваше Высочество?

— Я думаю о том, как выжить, — спокойно отозвался мальчик.

— Вашей жизни что-то угрожает?

Суран, наконец, взглянул на него, и глаза его смеялись:

— Граф, вы разговариваете со мной как с неразумным ребенком.

— Но вы такой и есть, — демон улыбнулся. — Вам всего четырнадцать. Лет. Не веков и не тысячелетий. А жалких недолгих мгновений, которые зовутся годами.

— Думаете, возраст имеет такое сильное значение? — вскинул бровь Суран. — Граф, не смейтесь надо мной. Императорский род может иметь наследника только в случае, когда род может прерваться. Это закон. Это магия. И до сих пор она не сдавала сбоев. Я появился на свет. Моя мать понимает, что это её конец.

— Пройдет еще много времени, прежде чем это случится, — голос графа уже не был прохладным. Он был серьезен и тяжеловесен, как камень.

Суран кивнул:

— Ваше право так думать. Но вы — так стары и мудры, граф. Неужели вы не видите, что все меняется? Сначала в роду императоров рождаются близнецы, потом они раскалывают империю на две части из-за сумасшедшей гонки за любовью одной-единственной демонессы, о которой до этого никто не слышал. Мать удержала родительский трон. Но она занята странными экспериментами. Она чем-то одержима, и никто не знает чем же именно. Потом появился я. Как вы думаете, граф, моя мать успела завершить свои эксперименты? Она удовлетворена результатами, которые успела получить?

— Ваши мысли прозрачны, как вода, Ваше Высочество, — отозвался граф. — Вы думаете — Императрица попытается убить Вас?

— Я не думаю, — качнул головой мальчик. — Я знаю. Рано или поздно, она попытается это сделать. Не сейчас. Позднее. Ей нужно время. Так как она знает, что едва исчезну я, она родит нового наследника.

— И что вы собираетесь предпринять?

— Понять, когда это время придет, — отозвался Суран. — И успеть защитить себя.

Они молчали долго. Спустя час Граф спрятал длинные кисти рук в рукава своего светлого одеяния и покосился на юного принца.

— Я, наверное, слишком стар для Вас, Ваше Высочество. Я вижу мальчика, который должен развлекаться, спешить жить, но слышу из его уст слова демона, который уже имеет опыт. Откуда это в вас, мой принц?

Суран пожал плечами:

— Я спешу жить, граф. Вы читали последние статистики по новым поколениям? Демоны нашей Империи начали жить по-другому. Они сражаются друг с другом, и теряют жизни. На границах, каждый знает, что может умереть в любой момент. Это может случиться в тысячелетнем возрасте, а может в столетнем… а может в годовалом. Что-то неспокойное происходит в Империи. В академиях новые потоки молодежи. И им всего по пятьдесят лет. Но я слышал, что последнее пополнение, которое прибывает с границ, вообще набиралось из двадцатилетних. Потому что тех, кто смог дожить до положенных для поступления двухсот лет, фактически не осталось.

— Откуда вы все это знаете?

— Вы забыли добавить «мой принц», граф.

Демон внимательно вгляделся в профиль мальчика, стоявшего рядом с ним. И повторил:

— Откуда вам все это известно, мой принц?

— Из тех докладов, что присылают академии, — пожал плечами Суран. — А секретари моей матери выбрасывают это в мусор, так как по распоряжению Императрицы — это незначительные проблемы, которые должны решать сами академии. Это распоряжение она дала пятьсот лет назад, когда начали появляться курсанты, которые не дотягивали до нужного возраста по два-три десятка лет.

Старший демон нахмурился:

— Вы уверены? Императрица действительно отдала такое распоряжение?

— Я видел указ, подписанный её рукой, — альбинос пожал плечами. — Как и много других указов. Вам бы, наверное, было интересно почитать их, Граф. Вы же были наставником и моей матери.

Демон медленно кивнул головой.

— Действительно. Было бы интересно.

Мальчик все так же задумчиво заметил:

— Знаете, мусор — удивительная штука. Кому-то он кажется бесполезным. А кто-то может посчитать, что обнаружил, что нашел истинное сокровище. Это принцип разности мировоззрений?

— Думаю, что да. — Голос старого наставника императоров Темной Империи, который пережил уже три поколения этого рода, был таким же задумчивым, как и у его будущего императора, четвертого поколения, которое граф надеялся пережить.

Но этот странный разговор…

— Вы не покажите мне, где можно найти столь интересный мусор, мой принц? — почтительно поинтересовался граф после некоторого молчания.

— Почему бы нет, — пожал плечами тот и поежился. — По-моему похолодало. Пожалуй, пора вернуться во дворец.

— Я провожу вас, мой принц.

— Буду благодарен, Граф Ветра, — Суран, наконец, повернул к нему свое точеное, почти треугольное лицо. И старый демон вздрогнул, словно от удара. Удивительно, как этот маленький демон напомнил ему первого императора, который доверил свое дитя, тогда еще юному по меркам Империи виконту Ветра. Но тому императору было несколько тысячелетий, в отличие от этого пока еще принца.

Однако тот император в свое время в первые же годы своего правления расширил Темную Империю на несколько государств, подняв её на небывалую, по тем временам, высоту. Ветер еще помнил ту смесь почти животного ужаса и высокого восхищения, которое он испытывал в присутствии Императора. Оттенок этого чувства сейчас возникло у него, когда он смотрел в алые глаза принца Сурана.

Кажется, Империю ожидают еще более необычные времена, чем при правлении императрицы Юрии. Но для этого нужно, что бы мальчик дожил до своего воцарения на престоле. Особенно если он прав…


2

Суран, тяжело дыша, отступил на шаг, однако красно-рыжие волосы отрубленной головы, словно заколдованные, прилипли к его сапогам. Принц издал звук, больше похожий на всхлип, но тут же подавил его, когда распахнулась дверь кабинета. На пороге стоял полузнакомый демон. Он окинул представшую его серебристыми глазам картину, и аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Ваше Величество? — голос звучал… мягко.

Это обращение, словно не было тела на полу. Словно это было самое естественное обращение по отношению к самому Сурану.

И бывший минуту назад принцем, теперь новый император, выпустил из рук меч. Он рухнул в лужу крови рядом с телом его матери.

Альбинос присел и коснулся губ матери, чья голова откатилась к самым его ногам. Почти нежно, он провел по лицу мертвой императрицы ладонью и, наконец, закрыл ей глаза.

— Она умерла, — голос императора звучал безжизненно. — Как тебя зовут?

— Хилар, Ваше Величество.

— А… Я знаю тебя. Мать говорила, что ты далеко пойдешь, правда ей нужна была твоя сила, поэтому она не собиралась дать тебе просто так уйти дальше… Ты знаешь, что она пыталась сделать?

— Не точно, мой император, — тихо ответил демон. — Но кое о чем я догадывался. Именно поэтому согласился на её предложение приехать ко двору.

— А вот я даже не подозревал, — тихо ответил он и выпрямился во весь рост.

А вот граф ветра докопался до сути. Мусор действительно оказался для кого-то настоящим сокровищем. Но и смертельной ловушкой. Старый демон был слишком стар. Правда стала для него последним, что наставник император успел выкрикнуть в лицо императрицы Юрии. Это была его ошибка.

Как бы ни был стар демон и как бы ни был могущественен, все же его сила ничто по сравнению с силой императоров Темной Империи. А вот императрица явно почувствовала опасность и решила поторопиться со своим планом. Только и императрицы допускают ошибки.

Откинув волосы за спину, бывший принц внимательно взглянула на молодого демона.

— Хилар, мне понадобиться твоя помощь. Одному мне не закрыть проход, я слишком молод ещё. Она на это и рассчитывала.

— Да, Мой Император, — он поклонился.

— Возьми её тело и следуй за мной.

Хилар кивнул и, наклонившись, легко подхватил обезглавленное тело императрицы. Её сын, держа голову матери в руках, открыл вихрь портала, и Повелитель Льда не задумываясь, шагнул за юным императором

Стена из холодного застывшего пламени, сплошная стена, у которой нет ни конца, ни края, как говорят легенды, встретила их тишиной. Стена, за которую изгнали Изначальных демонов, прародителей всех нынешних демонических созданий. И на этой монолитной стене тонкая трещина, словно шрам на идеально гладкой коже. Граф был прав и в этом. Он раскопал слишком многое, что бы можно было оставить ему жизнь. Даже если бы он выжил.

— Это сделала моя мать, — задумчиво кивнул Император, проследив взгляд своего спутника, который без отрыва смотрел на трещину. — Могущество — это очень привлекательная вещь. А Изначальные были самыми могущественными созданиями в нашем мире. Ты умеешь петь, Хилар?

Тот лишь вздернул бровь. Похоже, он не ожидал, что его новый господин знал о нем больше, чем кто-либо при дворе Темной Империи.

— Тогда пой, Хилар. Пой. Потому что мы с тобой хороним Императрицу.

Да, пой, Хилар, а Император послушает гимн своей жизни, так как его собственная мать чуть было не сделала его жертвой, чья кровь могла открыть врата Ада для демонов этого мира.

Заклятие ложилось ровно, словно, влитое. Граф был отличным учителем и наставником. А главное, он все же не испугался, когда ученик начал требовать все больше и больше. Суран передернул плечами, выныривая из глубин песни Ледяного Лорда.

— А у вас отлично получается, — он пристально взглянул на Хилара. — Хаос?

Тот кивнул. Что-то было в нем…

— Будете моим Первым лордом?

Сереброволосый наклонил голову, рассматривая своего императора, как какую-то редкую ценную… Вещь.

— И каковы же будут мои обязанности?

Альбинос удовлетворенно улыбнулся, он не ошибся в своем выборе.

— Разнообразные. Очень разнообразные. Вы и представить себе не можете, сколько работы нам предстоит, Хилар.

— Почему же, — ответил тот. — Уйма и еще немножко.

Суран кивнул:

— Совершенно верно.

Он повернулся спиной к Стене, и зашагал прочь, не оглядываясь. Здесь ему делать было нечего. Кровь его матери стала новым кирпичиком, удерживающим запечатывающее заклинание.

Лорд Хилар плавно двигался на полшага позади.

— Для начала, — задумчиво заметил Император. — Нам необходимо собрать команду и очертить круг главных задач.

— Да, Мой Господин.

Вихрь портала отсек их от надвигающейся Тьмы, которая закрыла Стену. Оба уже не слышали голодного воя из теней.


3.

Суран закрыл переплет тетради. Граф Ветра как всегда был точен в формулировках. Это был его плюс, но это стало его минусом, когда он точно сформулировал свои предположения в обвинения Императрице. Император запомнил каждое слово и каждую эмоциональную нить, которую использовал демон. Суран собирался учиться у него и мертвого. Поэтому сейчас уже на пятый раз перечитывал записи наставника. Пометки на полях, предположения… Юный император решился. Он должен проверить то, что прочитал. Ему нужна была сила. Много силы.

Открыть портал — это минутное дело. А вот решиться войти в него… тем более, Суран нахмурился, требовалось держать портал открытым, что бы успеть его пересечь на обратном пути. А если записи правдивы, то нужен страж.

Первый Лорд вряд ли одобрит эту выходку, но… довериться можно только ему.


Ледяной Лорд промолчал, но взгляд его призрачных глаз был необычайно выразителен. Суран не первый раз с недоумением вспомнил мнение своих подданных, что эти глаза холодны и безжизненны. Именно из-за этого взгляда выбор приближенного лица императора считали весьма удачным. Про возраст никто не заикался, иначе пришлось бы обсуждать возраст самого Императора. Однако альбинос уже заставил некоторых забыть и своей непростительной молодости.

— Вы настроенный весьма решительно, Ваше Величество, — заметил Хилар.

— Граф редко когда ошибался, — рассеянно ответил тот.

— Он умер, а значит, допустил свою самую главную ошибку в жизни.

— Это правда, — медленно кивнул Император и взмахом руки открыл портал. — И тем самым спас мне жизнь.

Из вихря дохнуло страхом и жаждой крови.

Оба демона моментально извлекли мечи из ножен.

— Возвращайтесь, Ваше Величество.

— Обязательно, — и Суран прыгнул в переход. Прямо в объятия Тьмы.

Ему достаточно убить всего одну Тварь, что бы узнать был ли прав Граф. И получить силу взаймы настолько просто. Лезвие меча мелькнуло навстречу оскаленной пасти… Сила очень нужна. Так же сильно, как ход к Трещине, которую попытается открыть некто изнутри когда-нибудь в будущем. Некто очень опасный. Намного опаснее всего, что может случиться в будущем.

Темной Империи нужна любая доступная сила.



Ледяная серенада

Часть первая: Повелитель Льда

Пролог

На ступенях, ведущих к главному входу замка, стоял мальчик. Светлые, словно выбеленные волосы разметались по плечам прямыми прядями. Призрачные, словно прозрачные, чуть раскосые глаза на необычайно смуглом лице смотрели так, словно видели что-то недоступное окружающим.

Воин не выдержал и опустил глаза. Теперь они оба смотрели на тело женщины, распластавшееся на лестнице. Искрящиеся снежной лавиной на солнце, длинные волосы служили ей простыней, ярко-синие глаза не утратили своего интенсивного цвета даже в смерти. Надменное, словно вылепленное из алебастра, лицо навсегда застыло в маске покоя. Повелительница Льда в свои последние минуты знала, что может умереть спокойно.

Мальчик наклонился и провел рукой над её лицом, не позволяя эмоциям взять вверх и закрыть ей глаза. Все Повелительницы Льда предпочитали видеть даже после смерти.

Он выпрямился и взглянул на воинов.

Мужчины, не вставая с колен, внимательно смотрели на своего нового Повелителя.

Хилар вздохнул и вскинул голову.

— Рудольф. Возьми мою мать. Ты поможешь мне.

Бес поднялся на ноги и осторожно подхватил тело своей госпожи.

И когда мальчик двинулся вниз по лестнице, последовал за ним. Волосы мертвой женщины колыхались в воздухе.

Они шли мимо коленопреклоненных воинов и низших, провожаемые молчаливыми взглядами. Они направлялись к аллее памяти, что вела в замок Повелителей Льда.

Ледяные прозрачные колонны сменили живых подданных. Хилар поднял глаза. Первая колонна — Первая Леди Льда смотрела на него ярко-синими гласами, плотно сжав губы. Вторая колонна — Леди Льда, прославившаяся военными подвигами, она и в смерти сжимала узкий клинок меча. Серые глаза, казалось, внимательно наблюдают за необычным потомком. Третья Леди — художница, четвертая — великий бард, пятая… пятая смотрела на него огромными серьезными глазами цвета черного янтаря. Легенды гласят, что замок Повелителей Льда был впервые захвачен, когда ей было всего пять лет, и она был рабой в собственных владениях, пока в двенадцать лет не уничтожила всех врагов хитростью и силой истинной Повелительницы Льда. В тринадцать лет она умерла во время родов, произведя на свет шестую Повелительницу.

Мать Хилара была двенадцатой в этом роду. И она прославилась, как Победительница Проклятья, произведя на свет мальчика, будущего Повелителя Льда.

Хилар остановился возле пустого постамента, который послужит теперь усыпальницей его матери.

— Положи её, — приказал он бесу.

Тот аккуратно положил свою повелительницу и отошел в сторону. Мальчик приблизился к матери в последний раз. Он поцеловал каждую её ладонь, коснулся губами её лба и выпрямился. Воин отвернулся, по лицу его нового повелителя бежали слезы, но он их не замечал.

— Твоя главная мечта сбылась, мама, — прошептал Хилар. — И я не подведу тебя. Обещаю.

Он отошел на пару шагов и… запел. Воздух вокруг уплотнился и вокруг постамента с телом Демонессы взвились снежные вихри, которые с каждым витком все больше скрывали тело от взора наблюдающих.

Печальная песня неслась по аллее, окутывала замок, проникала с души и сердца. Околдовывала. А с неба медленно кружа, посыпался белыми хлопьями снег. Госпожа всегда любила тихие снегопады.

Вихри вокруг постамента постепенно замирали и исчезали, оставляя прозрачный лед колонны, из которой на своего сына смотрела двенадцатая Леди Льда.

Песня тихо сошла на нет, и Хилар просто молча смотрел, пока его не окликнул бес:

— Господин?

Мальчик перевел на него взгляд:

— У нас осталось два года, Рудольф.

— Я знаю, господин, — склонил голову воин.

— Через два года за своим ребенком придут инкубы, — задумчиво проговорил мальчик. — Мы должны хорошо подготовиться к приезду моего отца.

Глава первая: Полукровка

— Не нравиться мне его выражение лица. Он что-то скрывает от нас, — хмуро приговорил Лорд Дайсу, придержав своего горного кота так, чтобы оказаться рядом с сыном.

Таган кивнул:

— Я тоже это заметил. Но не забывай, низшие демоны всегда такие. Они просто орудия в руках более совершенных и более опасных созданий. А этот и вовсе пограничник.

Старший инкуб покачал головой:

— С одной стороны из твоего постоянного общения с демонами и бесами есть определенный толк, но с другой…

Его сын вздохнул:

— Я знаю, отец. Но ты прекрасно знаешь, что я действительно не покидал пределы нашей территории уже двенадцать лет. И я был столь же поражен, как и все остальные, когда оракул произнес мое имя. Я просто не могу быть отцом этого ребенка.

— Однако оракулы никогда не ошибаются, — тихо заметил Лорд Дайсу. — Если названо твое имя…

— Да, и оракул сказал, что все так смазано, что многие линии не понятны, — в голосе Тагана появились нотки раздражения. — Отец, давай найдем ребенка. Там станет все намного яснее. Сейчас нам надо подготовиться к встрече с Повелительницей Льда. Эта женщина очень и очень опасна.

— Как и все демонессы, — с внезапной мягкостью напомнил ему отец. — Не опасных демонесс нет. Тем более с титулом Повелительницы.

Мужчина с интересом посмотрел на него:

— Отец, это правда, что много веков назад, наши оракулы прокляли род Повелителей Льда?

— Правда, — улыбнулся тот. — Как ты думаешь, почему у них с силой рождаются только девочки? Они могут работать только с силой Льда, а сила Хаоса доступна лишь мужской линии этого клана. Если бы все эти века правили мужчины-демоны, то наша территория не слишком долго принадлежала бы нам. Они имеют иммунитет к чарам суккубов. Оракулы очень мудро поступили в те времена, заманив в ловушку Повелителя Льда и наложив на него проклятие.

Таган задумчиво посмотрел на спину, покачивающегося в седле проводника-беса, который ехал впереди.

— А если проклятие преодолеть?

Лорд Дайсу помрачнел:

— Сила нескольких поколений будет во власти первого отпрыска мужского рода. С каждым мальчиком сила будет уравновешиваться, но только через все те поколения, что проклятие висело на их клане — сила уменьшиться до приемлемого количества. Самое страшное, что даже демону не под силу справиться с десятикратно увеличенной силой поколений. Первого же обредшего силы мальчика сведет с ума её обладание. Пятой Повелительнице Льда было под силу разрушить заклинание — проклятие, но она решила иначе, потому что хотела своему ребенку счастливой жизни. Но мы с тобой сейчас разговариваем не о том. Нам нужно сосредоточиться на этом полукровке. Если он действительно твоей крови, то я не хотел бы отдавать его в Храм. Лучше воспользоваться Правом…

— Зачем? — голос Тагана внезапно стал таким жестким, что его отец с недоумением посмотрел на сына. — Сделать его своей игрушкой в ожидании внука, отец? Ты знаешь Закон лучше других. Ты помнишь его дословно. Когда родиться наследник ты в любом случае должен будешь решить, что с ним делать.

Лорд Дайсу побледнел, черты лица его заострились, но ответить он не успел. Потому что они выехали к цитадели Льда. Сердцу владений Повелителей Льда. У инкубов перехватило дыхание. Больше всего в жизни, как и их собратья из моря — сирены, они ценили красоту. Ледяные шпили взлетали к небу, сияя в лучах дневного слепящего солнца. Строгие линии и прихотливые узоры создавали впечатление, что замок строился изо льда и снега. Впрочем, возможно это было правдой. Никто не знает сил и возможностей тех, кто повелевал льдом и снегом.

Огромные тяжелые ворота открылись, пропуская делегацию. А их проводник решительно направил свое животное вперед, указывая дорогу.

И первое, что встретило гостей — это двенадцать строгих ледяных колонн, из которых на прибывших гостей внимательно смотрели двенадцать пар глаз предыдущих Повелительниц Льда.

— Отец, — голос Тагана сел, когда он окликнул своего родителя. Тот встревожено обернулся, и увидел, что его сын остановил своего кота перед одной из колонн. — Это она!

Лорд Дайсу задохнулся от ужаса, увидев ярко-синие глаза и белые волосы на узком лице. Двенадцатая Повелительница Льда, к которой они ехали с древним договором, смотрела на них из своего последнего места упокоения и, казалось, её бескровные губы смеялись над ними, кривясь в улыбке торжества.

— Алисия, Повелительница Льда, Разбившая Проклятие, — прозвучал за их спинами голос проводника. — Она погибла два года назад в битве.

— И ты молчал, низший?! — в ярости обернулся Дайсу.

Тот пожал плечами и спокойно, словно не услышав обращения, ответил:

— Вы не спрашивали. Вы лишь требовали препроводить вас в замок, в соответствии с договором.

В свите инкубов раздался возмущенный ропот. Но Лорд Дайсу пресек его взмахом руки, не отрывая взгляда от проводника.

— То есть нам придется иметь дело с сопливой девчонкой вместо взрослой повелительницы? — инкуб побледнел от едва сдерживаемой ярости.

Бес внимательно посмотрел на него и покачал головой:

— Нет.

— Отец, — Таган коснулся плеча отца. — Давай все же проследуем в замок. Там все раскроется с большей ясностью.

Его голос звучал спокойно, однако, где-то глубже, в интонациях слышалось дикое горе. И старший повелитель клана, уступил. Он знал о слабости своего сына, и знал, почему тот согласился ехать сюда, несмотря на невнятность требований и указаний оракула. Он надеялся еще раз увидеть эту демонессу.

Они сдерживали свои эмоции по прошествии всего оставшегося пути, они ни слова не промолвили, когда спешились, и их котов увели слуги. Проводник все время следовал чуть впереди. Все было намного серьезнее, чем можно было предположить, поэтому их уже не занимала строгая завораживающая красота окружения, когда они шагали по коридорам замка.

Они шагнули в залу, где возвышался трон, на котором застыла невысокая хрупкая фигура.

— Приветствую вас в Ледяной Цитадели — сердце Льда и Хаоса Империи, — звонкий мальчишечий голос заставил инкубов вздрогнуть и поднять глаза.

Их проводник опустился на колени, почтительно склоняя голову:

— Мой Господин, посольство инкубов прибыло в соответствии с древним договором.

— Ты хорошо выполнил свой долг, — похвалил его мальчик, но ни одна черта его красивого лица не дрогнула.

Таган стоял как громом пораженный, а его отец рядом сжал в кулаке перчатки, которые успел снять, так сильно, что в тишине послышался треск плотной ткани.

На них очень серьезно смотрели призрачные глаза с юного лица, которое могло бы быть отражением самого Тагана. Они нашли полукровку.

Мальчик поднялся с трона и чуть склонил голову:

— Прошу уважаемого Тагана и его великого отца быть моими гостями.

Глава вторая: Серенада Повелителя Льда

— Я вижу, вы потрясены, — мальчик серьезно смотрел на посланцев.

— «Потрясены» — это мало сказать, — Лорд Дайсу, прищурившись, разглядывал его. — Как твое имя?

Полукровка усмехнулся:

— А где же ваша хваленая ледяная вежливость, о которой столь часто я слышал от своей матери, уважаемый дедушка? Но я отвечу вам на вопрос. Мое имя — Хилар, по имени камня. Я — Тринадцатый Повелитель Льда и Хаоса с момента действия проклятия, тяготеющего над нашим родом.

— Разбившая Проклятие, — пошептал Таган. — Она нашла способ разбить проклятие!

Хилар задумчиво кивнул:

— Да, это правда. Правда, для этого пришлось пожертвовать чистотой крови и придумать сложную комбинацию, что бы задержать видения, которые приходят к вашим оракулам. Иначе вы пришли бы слишком рано. Я мог не успеть вступить в силу. Что касается чистоты крови, то императрица полностью одобрила план и подтвердила мое право.

Старший инкуб прищурился и процедил:

— Ребенок, ты хочешь сказать, что якобы вступил в силу? Ты еще даже в возраст совершеннолетия не вошел. Тебе только в постели сейчас кувыркаться, да танцы изучать.

— Отец, — выдохнул Таган. — Что ты…

Хилар выпрямился во весь рост и его глаза гневно сверкнули:

— Кажется, вы забываетесь, лорд Дайсу.

Его голос окутал обоих своим гневом и мягкой угрозой опустился им на плечи. Мальчик пользовался Голосом. Пользовался так, словно его учили этому с колыбели.

— Вы должны кое-что уяснить, инкубы, — взгляд полукровки был неумолим. — Я — Повелитель Льда и правлю этими землями с того момента, как умерла моя мать. Каждое мое слово здесь — это закон. И вы на моей земле. Я понимаю, что вы привыкли к другому укладу жизни и у вас иные законы. Но демоны не имеют детства. В моих жилах течет ваша кровь, но и только. Сейчас, я предлагаю вам закончить аудиенцию. Завтра мы встретимся снова и поговорим. Надеюсь, вы понимаете, что закон передачи полукровок в данном случае придется пересмотреть?

— Но, — Таган поднял глаза. — Не мы решаем этот вопрос.

— В данном случае, именно вы, — отрезал мальчик. — Вас проводят в ваши покои.

Инкубы смотрели, как невысокая фигурка растворяется в глубинах зала, и молчали. Им было над чем подумать. Коротенькая аудиенция потрясла их всех. Почти развлекательная прогулка оборачивалась чем-то намного более серьезным.


— Что нам делать, отец? — Таган сидел в кресле, сжав руки в замок, не поднимая головы. Он выглядел осунувшимся.

— Не знаю, сын, — тяжело вздохнул лорд Дайсу. — Я, как и ты не ожидал ничего подобного. У нас несколько проблем и три из них основные: во-первых, кто-то ошибся со временем, и мальчишка успел вырасти. Двенадцать лет не шутка, особенно для полукровок. Во-вторых, он воспитывался среди демонов, демонами же и в глаза не видел свой народ. В — третьих, он твой сын и мой внук. У тебя есть хотя бы предположение, как это могло произойти?

Таган поднял голову и неохотно, словно преодолевая себя, кивнул:

— Алисия использовала свои силы и, если мальчик сказал правду, её поддерживала сама императрица демонов. Таким образом, вся та романтичная история тринадцатилетней давности на самом деле — тщательно разработанный план. Уж не знаю, именно я был выбран изначально или я случайно попался ей на глаза, но это не я соблазнил тогда Повелительницу Льда, как до сих пор думают, а она позволила своему плану начать действовать. Печально признавать, но, кажется, меня использовали, отец. А я подвел всех, своим поведением, словно все еще не выйдя из Храмового возраста. Я был уверен, что все сделал правильно, и ребенка не должно было быть.

— Но у Леди были свои планы на этот счет, — криво усмехнулся его отец. — Да, не зря мы столь ревностно блюли свои границы. Похоже, с её ресурсами, она сделала все, что бы мы как можно позже узнали о ребенке. Она была сильна, раз мы узнали только через два года после её смерти, когда этот мальчишка уже успел установить свою власть.

Закон предусматривает случаи, когда ребенок найден позже положенного срока. Мы могли бы забрать его в Храм и предать очищению памяти. Тогда бы служители занялись его истинным воспитанием. Или по праву родства, мы могли бы воспитывать его сами. Но теперь это невыполнимо. Мальчик — сын Повелительницы. Лорд и Повелитель Льда и Хаоса, принятый своей землей.

Инкуб размеренно ходил по комнату, чеканя шаг. Это была его давняя привычка, словно, так легче укладывать свои рассуждения в логическую цепочку.

— Меня настораживает тот факт, что он утверждает, что его приняла и сила Повелителей. Тогда он должен владеть силой двенадцати предыдущих, неиспользованных поколений. Тяжелый, почти невыносимый груз… Однако он не выглядит так, что вот-вот может сойти с ума.

— Наверняка, Алисия предусмотрела и это, — тихо вклинился Таган. — Не могла она забыть об этом факте. Меня пугает другое…

Лорд Дайсу остановился и взглянул на своего сына:

— Что?

— Ты забыл, отец, — инкуб сжал пальцы так, что побелели костяшки. — Он использовал Голос. Кто мог быть его учителем?

Они молча смотрели друг на друга. Объяснение находилось лишь одно. И учитывая все остальное — это не было таким уж невероятным.

— Родовые сны, — лорд Дайсу выругался. — Он учился все эти годы в твоих снах, сын. А возможно и в моих.

— Здесь нет власти за троном. Он правил эти два года сам, как полновластны Лорд-Повелитель… — Таган потряс головой, словно пытаясь стряхнуть с себя этот груз.

— Если все так… Он должен умереть, — Лорд Дайсу стоял перед своим сыном, и его глаза горели сухим пламенем. — Сила инкубов не должна принадлежать демонам. У нас нет выбора, Таган.


Хилар открыл глаз и горько улыбнулся. Слуга протянул ему бокал с водой. После полета видений, господин всегда хотел пить.

Мальчик выпил все залпом и поднял глаза на воина, ожидающего неподалеку:

— Вот они и приняли решение, Рудольф. И именно такое, как от них ожидалось. Почему же это вызывает у меня такое чувство горечи?

— Потому что ваше сердце не успело зачерстветь, господин, — серьезно отозвался низший.



Хилар задумчиво покрутил бокал в руке, а потом со всего размаху грохнул его об пол. И когда замер последний звук, господин и его воин стояли и смотрели на разлетевшиеся осколки стекла, господин произнес в пустоту зала:

— Значит — это война.

Только война могла повернуть его судьбу иной стороной. Смерти противопоставить смерть. И для этого он собирался использовать наследие своей крови: силу Повелителя Льда и Хаоса и силу инкубов.

Хилар взглянул на Рудольфа и улыбнулся. Бес содрогнулся, столько тоски и предстоящего ужаса, он увидел в этой улыбке. Его повелитель раскинул руки и запел.

Замок затих. Он слушал песню своего Повелителя.


— Словно язык пламени бьется в оковах льда, — потрясенно выдохнул Таган, замерев на полу-вздохе.

Его отец смотрел на него так, словно под его ногами разверзлась бездна:

— Он владеет Серенадой.

Глава три: Разговор отца с сыном

Стройный, с широки плечами; гибкий словно ящерица, с тонкими красивыми чертами лица, он привлекал внимание даже среди своих сородичей. Уж кто- кто, а инкубы разбирались в красоте и соблазне. Таган был соблазном даже среди таких, как он сам. Он был гордостью клана, но однажды он допустил ошибку. Инкубы любвеобильные создания. Сама их суть — соблазн. Они — искушение для любого и привыкли к тому, какое воздействие оказывают на другие расы. Ошибка Тагана была следствием его воспитания. Как и все инкубы и суккубы, он гордился своими победами, считая их само собой разумеющимися, и поэтому склонен был недооценивать противника в этой сфере. Никто из его народа и предположить не мог, что их могут переиграть именно на этом поле.

Темные глаза инкуба внимательно смотрели на Хилара и пытались найти черты той, которая столь хладнокровно использовала оружие инкуба против него самого. Но он видел лишь серебро волос, которые очаровали его когда-то.

Мальчик поднял взгляд на него, и Таган вздрогнул. Таким же взглядом смотрела на него когда-то Алисия.

— Ваш уважаемый отец не присоединиться к нам?

Инкуб покачал головой:

— Не сейчас. Он плохо себя чувствовал, сегодня с утра.

— Понимаю, — Хилар положил в рот кусочек чего-то со своей тарелки и Таган содрогнулся. Движения мальчика были движениями истинного инкуба, воспитанного среди себе подобных.

В светлых глазах мелькнуло понимание:

— Сложно принимать то, что привычное восприятие мира рушиться на глазах?

— Ты ведешь себя не как дитя, — ответил Таган.

Хилар вздохнул:

— Я два года правлю своей землей. Моя сила пришла ко мне раньше, чем я научился говорить. Три величайшие демонессы помогали мне овладевать искусством. Одна из них научила открывать сны памяти. Так я проникал в родовую память своего клана со стороны инкубов. Вторая учила силе Льда и основам Хаоса, а третья… — он помолчал. — Императрица лично следила за проектом. Ей было интересно, и она решила, что владеть мечом должна научить меня сама. И все время политика — политика — политика…

— Почему ты все это мне рассказываешь, — тихо поинтересовался Таган. — Пытаешься запугать?

— Нет, — покачал головой Повелитель Льда. — Я хотел бы объяснить, что, точнее кого, вы собираетесь уничтожить.

Инкуб замер.

— Вашего отца интересовал вопрос о силе Хаоса, которая по идее должна была свести меня с ума. Если хотите, объясните ему, что те двенадцать колон, что стоят перед входом в замок — не просто усыпальницы Повелительниц. Они еще и своего рода особое заклинание. План моей матери — не совсем её идея. Она просто выполняла последний этап мощного многовекового заклинания. Для этого Повелительницы не должны были упокоиться последним сном просто так. Эти колонны — это необходимая часть заклинания передачи и сохранения силы. Каждая Повелительница брала на себя груз всей силы предыдущей. Таким образом, они уравновешивали копящуюся силу Хаоса, до которой у них не было доступа. Так, что сейчас они равны: сила Льда и сила Хаоса, что мешает им разорвать мое сознание на куски. Они в полной гармонии. А я… — Хилар пристально посмотрел на своего отца. — Самый сильный из всех поколений Повелителей Льда.

Таган выпрямился и усмехнулся:

— Звучит, как угроза.

— Это и есть угроза, — кивнул Хилар. — Или предупреждение. Как будет угодно. Вы считаете, что у вас нет выхода. Но и у меня тогда его нет. Потому что по вашим законам, я должен быть забран в ваш Храм, где меня лишат памяти и сделают марионеткой. А как полукровка, я почти не имею прав в вашем народе. Я могу быть лишь куклой, игрушкой для услады, которую либо выкупают для себя, либо оставляют служить в Храме для почетных гостей.

Убить себя я тоже не могу позволить. Все-таки мечты моей матери стали и моими мечтами. Но вы все равно попытаетесь. Просто так тысячелетние традиции не рушатся.

— Дело не только в традициях, — заметил Таган, полностью погрузившись и приняв атмосферу разговора.

— О да! Есть еще тщеславие и пророчество, как я мог забыть, — покачал головой мальчик. — Сила истинного инкуба не должна служить никому кроме инкубов. Весьма патриотично. — Хилар отодвинул пустую тарелку. — Только вот проблемка. Вы таки опоздали. Я уже владею этой силой.

— Ты противоречишь сам себе, — усмехнулся Таган, вглядываясь в черты лица сына. — Ты говоришь, что не хочешь быть марионеткой, но разве ты не марионетка в руках своей императрицы теперь? Ведь она приложила руку к твоему созданию. Наверняка, она жаждет получить что-то взамен.

Ни один мускул не дрогнул на красивом лице полукровки.

— Или я чего-то не понимаю, юный демон?

Мальчик вздохнул и переплел пальцы рук, которые уместил поверх стола. В его голосе неожиданно поселилась усталость:

— Позвольте просветить вас, уважаемый отец. Да, Её Величество собирается использовать меня в своих целях. О чем она неоднократно мне говорила. Недавно она посетила замок, и мне сделали предложение, от которого я не намерен отказываться. При всем этом, я остаюсь со своей памятью, со своей силой и возможностями. По-моему это намного больше, чем то, что мне предлагает ваша сторона. Разве нет? Я предпочитаю выбирать сам. И я выбрал. Лучше быть псом Империи, чем игрушкой инкубов.

Его льдистые глаза нашли темные глаза инкуба. Таган только теперь осознал, что перед ним сидит не ребенок, не просто демон или маг. Перед ним — истинный повелитель цитадели Льда. И от этого понимания бежали мурашки по коже.

Хилар поднялся на ноги:

— Попытка забрать меня в Храм, свою семью против моей воли, попытка убить меня — любое из этих действий будут рассматриваться, как объявление войны Ледяным Лордам

— Жалкий клочок земли против всей мощи инкубов?! — прозвучал насмешливый рык от дверей. — Ты излишне самонадеян, внук.

— Нет, — Хилар взглянул на вошедшего деда. — Ни в коем случае. Будет так, как я сказал.

— Тогда, ты будешь уничтожен, — холодно процедил инкуб, вскидывая руку.

Часть вторая: Ледяные пределы

Глава четвертая: Оракул

Глаза цвета молодой травы, которую эти земли никогда не видели, волосы, словно поток горной реки, почти треугольное лицо, вечно юное, вечно прекрасное. На узких запястьях звенят тяжелые браслеты, слишком громоздкие для её рук. Фигура больше напоминающая мальчишечью, чем женскую. И алый шелк одеяний.

— Новое ожерелье? — Таган опустился на подушки, раскиданные по ковру комнаты.

Она коснулась звеньев цепи на груди и согласилась:

— Новое.

Голос её шелестел, словно зимний ветер, поземкой мчащийся по снегу.

— Поздравляю.

— Не стоит, — в её голосе мелькнула насмешка. — Дорогой брат. Зачем ты пришел?

Он смотрел в сторону, что бы не видеть торжества на её лице, когда он сообщит ей:

— Наш отец мертв.

Тихий счастливый смех был ему ответом. Он не выдержал и повернулся к ней. Браслеты вздрагивали и тихо звякали, соприкасаясь, прозрачная вода катилась по её щекам и она смеялась, содрогаясь всем телом. Она смеялась долго, и лишь успокоившись, посмотрела на своего брата:

— Спасибо за такие хорошие новости, дорогой брат.

Она вытерла пальцами мокрые щеки, размазывая краску по лицу. С легким недоумением посмотрела на испачканные руки и покачала головой. Подхватив кончик платка, опоясывающего её талию, она начали тщательно вытирать лицо:

— Ты скажешь мне имя его убийцы? Кого мне благодарить темными ночами?

Таган протянул ей свой платок, более подходящий, чем её шелка. Она приняла подарок, коснувшись на мгновение кожи брата. Он смотрел на свою руку, которой коснулись её пальцы.

— Брат? Ты ответишь на мой вопрос? — мягко позвала она.

Он, очнувшись, поднял голову и взглянул в её зеленые глаза:

— Мой сын. Его убил мой сын.

Он боялся, что она снова начнет смеяться, она лишь кивнула и опустилась напротив него. Её волосы окутали её плечи и смешались с алым шелком:

— Я не знала, что у тебя есть сын, дорогой брат. Неужели у клана появился наследник?

Таган покачал головой:

— Нет. Мой сын не может быть наследником клана, ибо он полукровка, как и ты, сестра.

Она сплела пальцы рук, звякнули браслеты:

— Значит в Храме появиться ещё одно дитя без прошлого… Как же младенец смог убить старого ублюдка?

— Он не младенец, — тихо ответил инкуб. — Его мать укрыла его от глаз оракулов. Ему двенадцать лет, и по меркам своей второй семьи он не только в своей силе, но в своем праве. Он объявил нам войну. Ты не знаешь, но уже три года инкубы ведут войну с моим сыном.

Зрачки её глаз расширились, она, не мигая, смотрела на него. А потом снова рассмеялась, запрокидывая голову и позвякивая браслетами.

— Насмешка судьбы, брат! — заливалась она смехом. — Великие инкубы сражаются с мальчишкой, который по их законам — ничто! Вещь! Кукла для развлечения! А малыш — то силен! Кто была его мать, брат? Кого воспевать мне в своих танцах?

— Двенадцатая Леди Ледяной Цитадели. Демонесса, — тихо ответил он и внезапно смех замер на её губах.

Длинный пальцы коснулись его щеки:

— Маленький брат, ты плачешь? Почему?

Он действительно чувствовал, как слезы катятся по его щекам.

— Ты была права… отец — полный глупец. Он недооценил мальчишку. А тот учился в наших снах. Кто-то научил его пользоваться памятью родовых снов. И он получил силу второй крови. Мы считали, что полукровки не могут обладать даром, когда половина из них становилась Видящими, мы сами обманывали себя! Сейчас весь народ расплачивается за эту слепоту! Мы считали, что лед — наш товарищ. Хилар показал нам, что он может стать страшнейшим из врагов. Его воинам не приходиться встречаться с врагом в замерзших в ледяные гробницы городах. Когда мы нашли способ защититься от мощи Льда, он применил вторую силу. Отец самонадеянно решил, что сможет справиться с силой Хаоса. И был поглощен. Смейся, сестра, и танцуй! Потому, что народу инкубов осталось недолго. Оракулы скулят, а их помощники смиренно улыбаются, глядя на нас, потому что все они — полукровки!

— Так твоего сына зовут Хилар? — тихо отозвалась она. Взметнулись шелка одежд. Она кружила по комнате, а он рыдал, сжавшись в комок, как много лет назад, когда отец впервые привел его в комнату его старшей сестры, выкупленной из Храма и запертой теперь в комнатах их многоярусного дворца. Сестра, которая была — полукровкой и Оракулом и посему не имела своего имени.

— Инкубы слишком горды, чтобы признать поражение, — наконец заговорила она. И в голосе её звенела печаль, вместо радости. — Слишком высокомерны. Им и в голову не приходит, что все чего хочет твой сын, это не позволить вашим законам взять вверх над ним. А для этого ему нужно разрушить всю основу расы. Все законы. Только тогда, он сможет не оглядываться, не беспокоясь о том, что ему могут ударить в спину. Это мысли не ребенка. Я слышу и вижу его в твоих слезах, маленький брат. Ему не нужны ваши смерти, как они нужны мне. Вы — просто препятствие на его пути.

Звякнули браслеты, и она изогнулась всем телом, под немыслимым углом, если бы её тело было телом обычного суккуба.

Она танцевала. А Таган заворожено наблюдал за её танцем, погружаясь вглубь видений, врата которых открывала ему его Оракул.


Хилар спал и видел сон. Во тьме звенели тяжелые браслеты на гибких тонких руках, блестели зеленые, словно трава короткой весны глаза, струился, как горная река, поток волос, алые шелка окутывали туманом андрогинное тело танцовщицы, вместо ног которой извивался змеиный хвост. Он слышал от матери о далеких землях, за землями инкубов, где живут нагайны — демоны-змеи. Но в резких чертах её лица, он видел те же черты, что и у своего отца и деда.

Женщина-змея танцевала, словно разговаривала.

— Хилар?

Он резко повернул голову и ничуть не удивился, увидев отца, которого видел три года назад единственный раз.

— Кто она? — спросил он, заворожено кивая головой в сторону танцовщицы.

— Моя сестра и твоя тетя — Таган вздохнул и уселся прямо посреди темноты. Она открыла врата, чтобы показать мне что-то. Оказывается тебя.

— Она полукровка?

— Да. И она хотела поблагодарить тебя за смерть моего отца.

— Не за что. Я не ожидал, что он совершит такую глупость и останется в городе, после моего ультиматума. Упрямый старик.

Таган промолчал, наблюдая за танцем сестры. Потом взглянул на Хилара:

— Ты вырос.

— Демоны растут быстро. Особенно когда сражаются.

— Она хочет, что бы я что-то понял о тебе, Хилар.

Повелитель Льда поколебавшись, тоже сел. Раз стоял на чем-то, почему невозможно сесть в этом странном месте.

— Зачем тебе что-то понимать обо мне? Разве уже не поздно?

— Возможно, что и поздно, — прошептал инкуб. — А возможно, что и нет. Иначе бы, она не начала танцевать. Величайший Оракул, о силе, которой не знает никто из нашего народа, так как он почему-то принадлежит не чистокровному инкубу или суккубу, а полукровке.

— Что ты хочешь понять? — устало спросил юноша.

— Как нам выжить в войне с тобой?

Звякнули браслеты. Хилар встретился с зелеными глазами танцовщицы и улыбнулся. Она ответила ему безумным торжествующим смехом. И Тагану не нужно было слышать то, что он уже понял. Но Повелитель Льда все же сказал ему:

— Подчиниться.

Глава пятая: Договор

Это была долгая и страшная дорога. Таган надрывался на советах, нарушал все мыслимые и немыслимые законы своего рода и расы. Он привел на Совет Оракулов полукровку, которая смеялась над ними и предсказывала, предсказывала так, как не мог ни один из них, ни даже весь Совет вместе. Повелители Кланов отказывались слушать, пока Хаос не поглотил еще два города. Хилар не церемонился, но и не торопился. Он не желал гробить свою армию на переходах, и попусту тратить свои силы. Он давал им шанс. Но и ждать Повелитель Демонов не собирался.

Таган проклинал свой народ и умолял, он не спал ночами, и когда не мог больше говорить, запирался в покоях своей сестры, где, не отрываясь, всматривался в её танцы и слушал её пророчества. Совет не желал верить полукровке, но все её пророчества сбывались, а потом она погрузилась в прошлое.

Полунагайна, полусуккуб — Оракул-полукровка нашла исток презрения к таким, как она. И долго её смех разносился по Зале Совета, прежде чем она заговорила.

— Годы и годы назад, когда еще на нашей земле бушевали воины Изначальных Демонов, было сказано, что инкубы падут, когда Полукровка решит освободить себе путь. Это было не пророчество — это было проклятие. Проклятие проклятой же демонессы. Инкубы сами навлекли на себя свою судьбу, ибо жадность и зависть одного из них, заставили его обратиться за помощью к Изначальным, чтобы проклясть одну из Ледяных Леди, Первую из двенадцати. Он не учел только одного, демоны — потомки Изначальных, их кровь единая, и на проклятие она ответила проклятием. Вы пожинаете плоды. А Изначальные заливаются хохотом в своем заточении, так как нет для них ничего слаще, чем уничтожение ничтожных. А в их понимании ничтожные — это и инкубы и демоны. Так, что решайте, инкубы, свою судьбу сами.

Они знали, что она говорит правду. И молчали.

— Больше я ничего говорить не буду, — Оракул развернула змеиные кольца своего тела и повернулась к Тагану. — Отведи меня домой, дорогой брат. Сегодня они выскажут тебе свое решение. Большего ты не добьешься. Оставь их наедине с их думами и видениями. Я станцую для тебя танец без пророчеств, которые больше не нужны.

Совет прислал гонца утром, когда заря окрасила снежные шапки гор за столицей инкубов в розовые тона. Через полчаса, после того, как пришло известие, что Хаос и Лед поглотили еще один город. Армия Хилара шла прямо к столице, сметая на своем пути все преграды.

Таган смотрел на усталые, но все так же красивые лица своих сородичей. Ему было невыносимо жаль их. Однако он устал не меньше, и поэтому он, молча, стоял и смотрел на них, ожидая того, что они собирались сказать ему.

Наконец, со своего места поднялся молодой Оракул. Таган мигнул, понимая, что этой ночью случилось что-то необычное, потому, что на этом юноше сверкали регалии старшего Оракула, в то время, как тот, кто был их носителем еще вчера, сгорбившись, сидел на скамье с младшими.

Оракул взглянул прямо в глаза инкубу. Таган усмехнулся, не отводя тяжелого взгляда. Он знал, что взгляд его стал тяжелый и давящий, и неделю назад именно это изменение заставило Совет выслушать его.

Оракул отвел взгляд первым и в скрипящей стеклянной тишине, он задал вопрос:

— Ты поговоришь с ним?

Инкуб вздрогнул, услышав, что молодой голос юного Оракула звучит, как скрип железа по стеклу. Он провел ладонью по лбу и задал ответный вопрос:

— Ты согласен подчиниться?

Стеклянная тишина была ему ответом. Таган медленно кивнул, словно ему все же ответили, и развернулся. Никто не посмел его окликнуть. Та же тишина проводила его до самых дверей Зала Совета.


Оракул танцевала в темноте. Звенели браслеты, шелка кружили, как крылья, смешиваясь с горным потоком её волос. Таган любовался сестрой.

— Почему у неё нет имени?

Инкуб не позволил себе вздрогнуть, хотя он и не почувствовал когда появился Хилар и сколько он уже стоит здесь.

— Потому что она — Оракул. У Оракулов нет имен. Они им лишняя обуза.

— Они тоже так считают? — Хилар сел рядом.

— Не знаю, — просто ответил Таган.

Они помолчали. А затем его сын задал вопрос, которого ждал Таган.

— Зачем я здесь?

— Заключить договор.

Юноша поднял руку. Его прохладные пальцы коснулись щеки отца, заставляя повернуть голову так, чтобы можно было увидеть глаза. Таган видел, как прищурился его сын.

— Твой взгляд стал иным, отец. Они решили подчиниться?

— Фактически. — Таган согласно опустил и поднял ресницы. — Они хотят предложить тебе кое-что, потому что просто подчиниться мы не можем.

— Я буду ждать вас у стен следующего города. — задумчиво ответил ему его Хилар, опуская руку. — Через три дня, я погружу его в Хаос, если мы не договоримся к тому времени.

— Разумно, — устало согласился инкуб. — Что ж, до встречи, сын.

— До встречи, отец.

Браслеты звякнули в последний раз и растворились в темноте.


Они предложили ему многое. Он оставлял им их земли и возможность самим выбирать свою судьбу. Они принесли вассальную клятву, закрепленную кровью Изначальных. Он не стал их повелителем. Да это и не нужно было Повелителю Демонов. Но в случае необходимости или по своей прихоти, он мог воспользоваться своим правом владетеля. Их сила, магия, родовые сны и тела принадлежали ему, в обмен на иллюзию свободы. Хотя теперь и он был связан со своей стороны, взяв их под покровительство. Но он знал, что делает, Таган прочел в его глазах это знание. И ему стало страшно. Потому что его сын оказался истинным демоном. И им придется потрудиться, что бы понять, что же они из себя представляют. Потому что, то, что совершил Хилар, слишком отличалась от натуры инкубов.

Глава шестая: Серенада инкуба

— Что ты собираешься делать теперь, Хилар? После того, как мы больше стоим на твоем пути и не нависаем призраком над твоими плечами? — спросил Таган.

Они стояли на кромке ледяного обрыва, недалеко от лагеря и издалека за ними бдительно следили бесы Хилара и воины Тагана, которые старались держаться друг от друга подальше. Ненависть самое долгое чувство, но страх еще более долговечен. Таган прекрасно знал, что его народу долго лечиться от страха перед Повелителем Льда, а воинам от ненависти за всех погибших в этой войне.

Хилар пнул ногой комок снега и проследил, как он падает вниз. Лишь услышав далекий хлопок внизу, он повернулся к отцу:

— Собираюсь принять предложение моей Императрицы. Я собираюсь стать Первым Лордом Империи.

— Ты тщеславен.

— Ты только это заметил? — усмехнулся юноша, однако улыбались только его губы, а не глаза.

— Я вообще мало о тебе знаю, — спокойно отозвался Таган. — Но многое я понял, когда услышал твою Серенаду, которую ты исполнил в день нашего приезда в твою Цитадель Серенада — это ведь не просто показатель идеального владения Голосом. Это — отражение самого инкуба.

— Скажи мне, инкуб, — Хилар задумчиво смотрел мимо него, куда-то вдаль. — Если бы нашли способ меня остановить, кто бы нанес мне последний удар?

Таган вздохнул:

— По Закону старший клана, к которому ты принадлежишь. Но так как мой отец отказал тебе в Праве в тот день, когда мы уезжали из твоего замка униженные и ошеломленные, он отрекся от твоей крови, поэтому ты стал бы достоянием Храма. Так, что это был бы самый низший из всех прислужников.

— Последнее унижение врага?

— Да.

— Разумно.

Таган помолчал, а потом посмотрел на своего сына так, словно хотел запомнить каждую черту его лица. Хилар молча, вздернул левую бровь, в немом вопросе. Инкуб поплотнее закутался в свой плащ и заговорил:

— Мы никогда не сможем стать родными друг другу — это мы понимаем оба. Ты — завоеватель, я теперь твой — вассал по клятве Крови, которую не преодолеть. Во мне нет ненависти, как в остальных, нет и страха. Нет торжества, которое испытывает моя сестра. Но все же, я хотел бы, что бы ты разрешил мне сделать то, что делает инкуб или суккуб только в двух случаях, когда любит больше жизни и когда учит свое дитя.

Юный Повелитель Льда вздрогнул всем телом и уставился на Тагана:

— Ты!.. Ты хочешь спеть мне свою Серенаду?!

Инкуб взглянул на простор ледяной пустоши, раскинувшейся у их ног, и пожал плечами:

— Ты должен понять инкубов, иначе ты просто нас уничтожишь. Я хочу защитить свой народ. А Серенада — это единственное, что мне доступно для тебя.

Демон молчал долго, но Таган терпеливо ждал. Наконец, выдох, почти неслышимый, как легкий пар, выскользнуло между его губ:

— Хорошо.

Инкуб кивнул, принимая разрешение. Он уже не возвращался взглядом к лицу Хилара. Перед ним растилась ледяная пустошь, а его сын стоял рядом. Он не лгал, когда говорил ему, что не испытывает ни любви, ни ненависти, ни страха. Эти чувства выгорели, остался только пепел, но кое что среди этого пепла осталось, и Таган намеревался показать юному полукровке, что действительно важно.


Хилар, замерев, слушал Серенаду. Ту самую, которую жаждал услышать, когда самый первый звук его собственной Серенады сорвался с его собственных губ.

Он слушал, и перед ним над ледяной равниной изгибалась гибкая фигура в алых шелках. Звенели браслеты и зеленые глаза нагайны — полукровки сливались в своей ненависти с болью её брата. Таган пел, а перед его сыном мелькали видения. Он видел, как взвились в беззаботном танце белые, словно снежная вьюга волосы, ярко-синие глаза его матери взглянули сквозь время. Страсть суккубов и инкубов… Весь народ всегда жил на пределе, на изломе и грани, которую видели лишь они сами. Они избрали своей землей холодные равнины Севера, когда в их сердцах и магии всегда горел пожар жаркого пламени.

Юноша понял, что пытался сказать ему его отец. Он почти затушил огонь, и мог это закончить прямо сейчас, но тогда в ледяной пустыне, остался бы единственный отблеск прежнего пламени — его собственный. И рано или поздно он попытался бы разгореться до прежних размеров. Такова суть инкубов, даже если их кровь сильна лишь наполовину.

Таган давно допел свою Серенаду и оставил своего сына наедине с самим собой. Хилар сидел на снегу и размышлял о прошедших годах, о судьбе целого народа, о себе и своем выборе. Потом он поднялся и отряхнул плащ, пора было довести все дела до конца. Впереди еще двор Императорского дворца.

Часть третья: Первый Лорд

Глава седьмая: Императорский дворец

Демон бежал по коридорам замка так, словно за спиной у него были крылья. Бесы шарахались с его пути. Те, кто не успевал, отбрасывались сильной рукой, не заботясь о том, будут ли какие-то последствия.

И можно было только шипеть от ярости, так как задеть любимчика Императрицы никто не решался. Парень всего два года, как прибыл во дворец, а уже в консультантах и императрица сама вызывает его, дабы испросить его мнения по некоторым вопросам. Никто не сомневался, что Хилару предназначается что-то особенное в планах Её Величества. С того самого момента, как она сама вышла встретить два года назад шестнадцатилетнего юнца, прибывшего с Северных границ. Когда в тронной зале, он по требованию советников императрицы сбросил свой меховой плащ, все были потрясены, так как никто на своей памяти не мог припомнить, что бы с Севера прибывал Повелитель Льда. Всегда, на протяжении веков — это были Повелительницы.

За два года он поднялся до невероятных высот, хотя после того, как встретив его у ворот, императрица первое время словно забыла о Повелителе Льда. Но потом он как-то незаметно, оказался возле Её Величества с весьма дельными советами урегулирования некоторых военных конфликтов на границах. Потом дальше… Он знал все обо всех и обо всем. Мало того, этот демон оказался весьма сильным противником для тех, кто решил бросить ему вызов, однако таковых было мизерное количество, так как Повелитель Льда словно обладал какой-то особенностью. Он буквально завораживал. Движениями, голосом, постановками вопросов — он словно манипулировал собеседником. А его воины и низшие были преданы ему настолько сильно, что даже заклинания не могли заставить их предать своего господина. Они предпочитали умирать, когда выхода не было. Но тогда незамедлительно следовали санкции от их хозяина. Хилар дорожил своими кадрами.


Демон одним движением снес дверь, которая была заклята на многие и многие века, разрушая мощную вязь рисунка, и оказался в комнате, залитой черной кровью.

Хилар замер на мгновение. А затем проход за его спиной заволокла черная непроницаемая пелена. Лишь после этого, он позволил себе взглянуть на картину еще раз.

Темные, словно мрак, длинные волосы почти растворились в крови на ковре, невидящие алые глаза больше не горели раскаленной в горне кузницы сталью. Тело в алом платье распласталось на ковре императорского кабинета, протягивая скрюченные руки, словно, все еще пытаясь дотянуться до своей убийцы, который стоял, опираясь на высокий двуручный меч, и край синего длинного плаща стремительно намокал, пропитываясь черной кровью величайшей демонессы.

Такие же алые, как у матери глаза, взглянули на Хилара сквозь белую массу длинных прядей волос, падающих ему на лицо. Руки с красными длинными ногтями судорожно сжимали рукоять меча.

— Ваше Величество? — в голоса Хилара плескалась безбрежная мягкость.

И бывший минуту назад принцем, теперь новый император, выпустил из рук меч. Он рухнул в лужу крови рядом с телом его матери.

Альбинос присел и коснулся губ матери, чья голова откатилась к самым его ногам. Почти нежно, он провел по лицу мертвой императрицы ладонью и, наконец, закрыл ей глаза.

— Она умерла, — голос императора звучал безжизненно. — Как тебя зовут?

— Хилар, Ваше Величество.

— А… Я знаю тебя. Мать говорила, что ты далеко пойдешь, правда ей нужна была твоя сила, поэтому она не собиралась дать тебе просто так уйти дальше… Ты знаешь, что она пыталась сделать?

— Не точно, мой император, — тихо ответил демон. — Но кое о чем я догадывался. Именно поэтому согласился на её предложение приехать ко двору.

— А вот я даже не подозревал, — тихо ответил он и выпрямился во весь рост. Откинув волосы за спину, бывший принц внимательно взглянула на него. — Хилар, мне понадобиться твоя помощь. Одному мне не закрыть проход, я слишком молод ещё. Она на это и рассчитывала.

— Да, Мой Император, — он поклонился.

— Возьми её тело и следуй за мной.

Хилар кивнул и, наклонившись, легко подхватил обезглавленное тело императрицы. Её сын, держа голову матери в руках, открыл вихрь портала, и Повелитель Льда не задумываясь, шагнул за юным императором. Он уже догадывался о том, что увидит. Его мать была права во всем. Спустя столько лет после её смерти, он все еще выполнял её план. План, которым она смогла обмануть даже императрицу, используя сына, как свое орудие.


Они оказались в сияющей всеми красками темноте. Как это было возможно, демон не совсем понимал, но других определений он подобрать не мог.

Он вспомнил, как зовут его нового повелителя. Суран. Теперь уже Император Суран.

Он остановился:

— Смотри, Хилар.

И он увидел. Стена из холодного застывшего пламени, сплошная стена, у которой нет ни конца, ни края, как говорят легенды. Стена, за которую изгнали Изначальных демонов, прародителей всех нынешних демонических созданий. И на этой монолитной стене он увидел тонкую трещину.

— Это сделала моя мать, — задумчиво кивнул Император, проследив его взгляд. — Могущество — это очень привлекательная вещь. А Изначальные были самыми могущественными созданиями в нашем мире. Ты умеешь петь, Хилар?

Он лишь вздернул бровь. Похоже, его новый господин знал о нем больше, чем императрица.

— Тогда пой, Хилар. Пой. Потому что мы с тобой хороним Императрицу.

Глава восьмая: Император Суран

Он расположился на троне, и в красных глазах полыхала насмешка над их удивлением и потрясением. Белые волосы струились по плечам и спине, удерживаемые только короной Повелителя Империи. А за спинкой его трона стояла фигура в темно-сером мундире и белом плаще. Серебристые волосы рассыпались по плечам и не сразу присутствующие опознали Повелителя Льда, потому что никто не видел этих волос распущенными, а его взгляда таким снисходительно — ледяным.

Новый Император поднялся на ноги и в его руках материализовался посох со сферой тьмы на конце — символ власти и могущества истинного наследника престола.

— Моя мать мертва, — и голос императора говорил, что никто не посмеет спросить, как умерла его предшественница. — Отныне и до самой смерти, я беру на себя её обязанности и обязательства. Её бремя теперь мое. Её власть моя. Её могущество и сила мои. По праву.

Так состоялась коронация.

А Повелитель Льда стал Первым Лордом при дворе Его Величества Сурана.


Хилар стоял перед своим императором и молча ждал. Наконец тот оторвался от бумаг и указал на стул:

— Садись.

Едва Лорд сел, император подпер руками подбородок и спросил:

— Что скажешь, Первый Лорд?

— Одному мне не справиться, — четко ответил он. — Рано или поздно я сорвусь и начну просто крушить все вокруг, потому, что моя гармония будет нарушена. Нам нужно больше одного Лорда.

Суран кивнул:

— Я надеялся услышать от тебя подобный совет. Иначе бы мне пришлось приказывать. Ты понимаешь, что я не смогу им доверять? Тебе придется сделать это за меня.

— Ваше Величество, рано или поздно вам придется довериться им.

— Знаю, — кивнул он и придвинул к нему стопку бумаг. — Просмотри это на досуге. Здесь ровно четырнадцать уникальных в своем роде демонов. Твой был бы пятнадцатым. Похоже, моя мать принимала участие в нескольких занимательных экспериментах. Нам с тобой нужно найти еще троих. Каждого на одну сторону света. Тебе Север, им — Юг, Запад и Восток. Ты всегда — Первый. Пока я не получу доказательств, что они не поддадутся Изначальным, если придет время, я не позволю себе им доверять.

— Я прошел проверку? — тихо поинтересовался Хилар.

Он посмотрел ему в глаза и серьезно заметил:

— Тебе не нужны ни Изначальные, ни их силы. Тебе нужно что-то другое, что дать я не могу. Поэтому и тебе я не смогу довериться полностью. Когда ты получишь возможность получить то, что хочешь, возможно, ты предашь меня. Я не знаю этого, Хилар.

— Понимаю, — кивнул он и взял бумаги.

— Не говори пока никому о своем задании, — сказал его император ему в спину, когда он встал и развернулся. — Нам не нужна эта грызня, которую могут затеять аристократы ради титула Лорда. Я пока придумаю, чем их занять.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — Хилар аккуратно прикрыл за собой дверь.


Он придумал. Император Суран начал формировать армию — завоевателя. И вся империя встала на уши. Империя, которая со времен Раскола не вела завоевательных войн, пытаясь сохранить свои границы. Похоже, приход к власти нового правителя меняет все.

Его Первый Лорд путешествовал по всей империи, принося Ему известия о каждом из уголков его владений. Император собирал информацию, и многие кланы насторожились. Многие успели убедиться, что Первого Лорда, не смотря на его молодость фактически не возможно остановить. О его силе начали расползаться полные страха и уважения, слухи. И многие начали задумываться, насколько силен новый император, если его Первый Лорд обладает таким могуществом. Несколько кланов из-за своего упрямства и явного пренебрежения императорской властью пострадали, когда начали перечить Повелителю Льда. И тогда он показал вторую грань своей силы. Разрушительный Хаос поглощал жизни, а он смотрел на это с холодной невозмутимостью. Ледяные глаза смотрели равнодушно. Тогда он получил прозвище Ледяного Лорда.

Эпилог

Зеленые раскосые глаза Оракула распахнулись, и Таган вскинул голову.

— Времена меняются, дорогой брат, — прошелестел её голос. — Осталось несколько лет, и наш повелитель призовет нас в битву. Но у нас есть еще немного времени.

Инкуб кивнул и поднялся:

— Значит надо поспешить. Эта война дала понять многим, что наш народ изрядно ослабел.

— Да, — кивнула она и взглянула на него. — Ты так и не отменил обычай — забирать полукровок.

Таган улыбнулся:

— Я не могу разбрасываться теми, кто может стать сильнейшими в нашем народе. Моему сыну пригодятся необычные силы. Ты сама говоришь, что рано или поздно мы столкнемся с той силой, от которой смогли спрятаться в этих ледяных просторах. Я люблю свой народ, и желаю ему жизни. Пусть это и изменит нас до неузнаваемости. Верховный Оракул согласился со мной.

— Он очень умный мальчик, — прошептала нагайна. — Иди, брат. У тебя много дел.

— Да, — он вышел, прикрыв за собой дверь.

— Повелитель инкубов, — звякнули браслеты. — Ты же понимаешь, брат, что так начинают называть не твоего сына. Тебя. У Хилара другой путь.

Песня из Темноты

— Ты очень красива, ты знаешь?

— Да, — хриплый шепот в темноте.

— Почему тогда?

— Именно потому. Дурнушкам всегда везет больше.

— Ты хотела бы быть уродиной? — недоумение.

— Я так не говорила, — усмешка из темноты.

— Так тебе нравится быть красивой?

— А тебе?

— Я совершенство и мечта, — гордость.

Молчание в темноте.

— Почему ты молчишь?

— Ты сама ответила на свой вопрос.

— Я убью тебя.

— Боишься.

— Я ничего не боюсь! — ярость.

— Ты боишься, что некоторые выберут меня своей мечтой, забыв о тебе.

— Заткнись!

Молчание.

— Почему ты сидишь здесь и никому не показываешь свою красоту?

Тихий смех.

— Отвечай!

— Потому что ты заперла меня здесь, — усталость.


Всплеск в темноте. Максимилиан сделал шаг назад, и глубоко вздохнул.

— Кто ты? — тихо бросил он темноте, — Почему я пришел сюда?

Всплеск.

— Кто ты? — передразнил его женский голос, — Почему ты здесь?

Голова Максимилиана закружилась от почти сладких певучих интонаций голоса незнакомки.

Мальчик выпрямился, выкидывая мысли о страхе, столь недостойном того, кто является наследником Повелителя Звезд.

— Я — Максимилиан.

— Maksimiliano, — протянул голос, выпевая его имя, — Я знаю, почему ты здесь, Maksimiliano… кровь зовет тебя… наша кровь…

Она вынырнула из темноты внезапно, у самых ступеней. И первое, что понял мальчик, это то, что стоит у самой воды; темной воды, в которую уходили ступеньки лестницы. И лишь потом, он обратил внимание на НЕЁ.

Белая-белая кожа, которая почти светиться в темноте, и неестественно синие глаза без белка и зрачка, два провала в бездну, которые казались огромными на узком почти треугольном лице. Иссиня-черные волосы змеями скользили вокруг лица, обнимали обнаженные плечи, струились по груди, и почти растворялись в темной воде. Алые губы, влажные от воды и такие яркие… Тонкие, почти худые пальцы, опирающиеся на поверхность ступеней лестницы, оканчивались, неожиданно зловещими на вид, когтями черного цвета.

— Кровь? — прошептал Максимилиан, чувствуя, как колотится сердце.

Эта странная, почти пугающая красота завораживала его. Не бес, не демон. Это он знал точно. Видел. Чувствовал.

Женщина подтянула из воды свое тело на ступень выше… Дрогнули холмики грудей. И он увидел, что с середины бедер, женщина покрыта блестящей черной кожей.

Всплеск.

Длинный хищный, акульих очертаний хвост.

— Сирена, — мальчик почувствовал головокружение. Он знал об этих существах. Теперь он знал, что за музыку-песню слышал, которая и привела его суда, словно, завороженного.

— Не бойся, Maksimiliano, — шепнула она, — Я не причиню тебе вреда. Никогда. Ведь ты моя плоть и кровь. Я — Исириа…

— Ты, — Максимилиан медленно опустился на ступени, смотря в сапфировые провалы глаз. Он уже понимал. Такой яркий и глубокий цвет… как у его собственных глаз.

— Я — Исириа, — повторила она, — Та, что выносила тебя и родила…

Она провела рукой по воде:

— Сирену можно заставить родить, подчинив магии. Но только один раз. И с условием, что до этого она не имела детей… ОН поймал меня. Заколдовал. И я родила ЕМУ тебя… Но мы как сладкий яд. Больше ОН не может влиять на меня своей магией, но может удерживать здесь.

— Я не понимаю, — мальчика ощутимо трясло.

— Иди ко мне, — она протянула руки, — Иди ко мне, мое дитя.

И мальчик подчинился. Он почти сполз по ступеням вниз, в её объятия, так как не нашел в себе сил подняться на дрожащих ногах.

Объятия сирены были теплыми, Он не чувствовал воды, пропитавшей её тело.

— У тебя длинные волосы, — тихо шепнула она ему на ухо. — Они ведь не подчиняются ножу?

Он только кивнул.

— Я знаю, что некоторые семьи вашего мира начали вырождаться. Демонессы или не могут рожать, или не хотят, чтобы не испортить цвет лица. Они нашли другой выход. Свежая кровь и новые возможности. Но опускаться до низших не желали. Ваши мужчины и женщины начали искать в других местах. Лорд Звезд нашел меня… Но потом не отпустил и не убил, а заточил здесь. Я для него — сладкий яд. Раз, обладав сиреной, жаждешь иметь её всегда. Но я не Пою в заключении, а то что Пою, не для его ушей…

— Почему здесь так темно? — Максимилиан уже перестал дрожать внимательно слушая.

— О, это уже та, что пыталась заметить тебе меня, — в голосе сирены послышалась насмешка и жажда крови, — Демонесса, не способная родить, так как иначе лишиться своей красоты. Ей непереносим мой вид.

— Она ревнует к отцу?

— Нет, мой мальчик, она ревнует к красоте.

Мальчик напряженно обдумывал, а потом его глаза вспыхнули:

— Так вот почему она так ненавидит меня!

— Я слышала твою боль и ярость, — Исириа сжала его в объятиях — И начала Звать. Пришло время дать тебе все, что должен знать сын сирены. Что так и не смог получить твой отец. Главное успеть…

Максимилиан поднял на неё глаза:

— Исириа… — он, словно пробовал имя на вкус.

Она улыбнулась ему:

— Ты умеешь плавать, сын мой?

— Меня не подпускали к воде.

— Понимаю, — она крепче сжала объятия и внезапным рывком они оказались в воде. Темной и теплой. Крик мальчика утонул в глубине, а потом вернулся влагой и возможность дышать.

Он недоверчиво открыл глаза. Она парила в воде рядом с ним и смеялась:

— Смотри, мой сын, как глупа женщина, что заточила меня во тьме. Я покажу тебе, как видит и живет настоящая сирена!

Её волосы развевались в воде, смешиваясь с темными потоками, но не было темноты. Максимилиан видел, как сияет вода, прозрачная, словно небо, где мерцают звезды. Она протянула ему руку. И он не колеблясь вложил свою ладонь в её. Кровь в его жилах пела.


Он уходил вверх по лестнице, чувствуя её взгляд. Взгляд своей матери. Он собирался возвращаться сюда и молчать там. Теперь у него было два мира. И чтобы выжить в одном, он собирался взять все, что можно от другого. Вслед ему неслась тихая мелодия без слов.


— Мааакс, — голос тянет его имя так, словно оно не слово и наименование конкретного демона, а какое-то блюдо для гурмана, и обладатель голоса вот-вот его распробует.

Демона чуть передернуло, и он со вздохом оборачивается. Его голос звучит напротив так, словно, он — барышня, которая обнаружила на подошве своей изящной туфельки какую-то особо непозволительную мерзость.

— Что тебе, ничтожество?

Гласа первого вспыхивают ненавистью, но он прячет её под длинными ресницами:

— Какой ты неприветливый сегодня, Макс.

— Только сегодня? — вскидывает бровь наследник Повелителя Звезд.

— Сегодня особо неприветливый, — поясняет с ехидством наследник Земной Тверди. — Неужели тебя все-таки лишили наследства?

— Шустрый какой, — сладкая улыбка на губах юного демона. — И не надейся.

— Но я слышал, тебя ссылают в Академию, — ненависть и торжество уже ничем не прикрытые. Отвратительные в своем гротеске.

— Это всего лишь другой конец города, — вскидывает бровь Максимилиан.

— Разве? А мне казалось, настоящая клоака. Все мои учителя выписаны к нам в замок.

— Сочувствую, — легкий наклон головы. — Твой отец никак не может отцепить тебя от юбки твоей матери, Шлак?

В глубине грязно-серых глаз вспыхивают багровые искры и Макс, удовлетворенный, отходит в сторону.

Это ничтожество бесило его со времен, когда он впервые начал появляться на торжествах, устраиваемых демонессой, которая считалась его матерью. Старший сын, которого превосходили по внешним данным и уму его собственные братья. И только его уродливая мать считала его совершенством, а в глазах его отца явственно читалось разочарование. Шлак хорошо это чувствовал, и умело защищался, прячась за спину своей матери. Однако в одном он был прав. Максимилиан действительно ссылали в академию. Не его это была инициатива. Не его желание. Он хотел остаться рядом со своей матерью, которая плескалась в темноте вод, глубоко в подземельях замка Повелителей Звезд. Но Исириа тоже сказала свое слово.


— Ты должен выйти в свет, мой мальчик, встретиться со своей судьбой. Тебе не место в этой темноте. Твоя стихия небо, Maksimiliano. Найди способ овладеть её и стать хозяином своей судьбы. Ты не должен повторить тот же путь, что и я. ОНА убьет тебя, не задумываясь, как только поймет окончательно, что ты превзошел её в красоте.

— Я понимаю… Но понимания недостаточно…

— Знаю. Но я чувствую, что там впереди есть кто-то, кто ждет встречи с тобой.

— Он знает, что я приду?

— Пока нет.

— Отец хочет провести какие-то ритуалы.

— Уйди раньше. — Её глаза сверкали в темноте под толщей воды. — Не дай ему запечатать свою силу, так как когда-то запечатали его собственную.

— Запечатать?..

— Даааа… Я не знаю почему, но часть его силы скрыта он него самого. Это сделано кем-то, кто был близок ему по крови, возможно, его собственным отцом… Ты должен избежать этого, иначе ты не сможешь позже забрать то, что принадлежит только тебе, Maksimiliano.

— Я разберусь. Я узнаю.

— Я верю в тебя. Ты мой сын. Ты не проиграешь тем, кто потерялся в темноте собственных умов.

— Похоже, вся Империя потерялась во тьме разума, — грустно улыбнулся он. — В какие еще времена демона моего возраста отправили бы в Академию?

— Правду ли я чувствую в твоей душе? — она положила ему руки на плечи, зарываясь с водоросли волос, колышущихся в воде. — Ваша прежняя Императрица умерла и на трон взошла новая, молодая кровь?

— Так говорят.

— Ты связан с ним.

— С кем?

— С новым Императором твоей второй половины крови. Не упусти свой шанс… не оттолкни того, кто придет на зов твоей души.

— Я слышу, хотя и не понимаю, мама.

— Поймешь. Когда придет время. — Она отстранилась. — Поплавай со мной еще, Maksimiliano.

Тогда он не знал, что в последний раз плавал в подземелье бок о бок со своей матерью.


Астрологи такой силы как Повелители Звезд, просто не могли не знать некоторых фактов, которые предпочитали скрывать от многих, включая своих императоров. Но Максимилиан так же понимал, что знать все…довольно печально. Хроники, которые он изучал, говорили, что младенцы семьи Повелителей Запада подвергались, по особому указу императорской семьи, интересной операции — заклинанию. У них отбиралась возможность помнить некоторые откровения звезд… Заклинание гарантировало предел, после которого срабатывало. Ну, уж нет, он оскалил белые зубы в зловещей улыбке. Он не позволит. Лучше он сойдет с ума когда-нибудь, чем отдаст хоть часть своей силы. Теперь он знал правду. Для этого пришлось перетрясти пол библиотеки, и убить пару нерадивых, но довольно верных его отцу бесов, однако он нашел этот древний императорский приказ и формулу. Насколько же сильна его семья, что император прошлого испугался этой силы?

Нужно было успеть обойти заклинание… И он нашел способ. Звезды он не собирался терять, пусть он пока только слышал лишь слабые отголоски их шепота. Но они тоже не хотели терять часть связи с ним. Эти отголоски и подсказали ему выход. Его отец был слишком погружен в себя и свою силу. Он никогда не уделял сыну слишком много внимания. Наследник есть наследник. И более с него достаточно. Он не заметил подмены. И когда Макс уезжал в экипаже по направлению в Академию, где ему предстояло провести несколько лет, на полу у его ног умирал бес, с которого медленно стекала маска, надетая его юным господином.

Максимилиан сидел, прикусив кончик ногтя на руке, задумчиво рассматривая свою первую жертву. Все-таки он правильно сделал, что позволил матери передать ему все, что она могла о его второй половине крови. Глупцы те, кто считают, что полукровки слабы и бесполезны. Нет. Все наоборот. Все совсем по-другому.

Бес умер в тот момент, когда экипаж въехал во двор академии. Но кто из демонов особо обращает внимания на смерть низшего?


Он задумчиво рассматривал запотевшую бутылку вина.

— Не слишком ли Вы молоды для судьбы алкоголика?

Максимилиан вскинул глаза на голос:

— Мне шестнадцать!

И осекся.

— Ну конечно, мы, аристократы, пьем вино вместо материнского молока.

Спокойная, какая-то бездонная улыбка на узком лице в обрамлении светлых, почти белых прядей волос. Прохлада. Светлые глаза… Юноша поставил бутылку, не отрывая жадного взгляда от незнакомца. Он фактически пил его внешность и что-то ещё, что скрывалось под этой оболочкой.

Он сам не заметил, как оказался на ногах, а его пальцы коснулись скул, губ, волос незнакомца…

И напоролся на понимающий взгляд.

Он смущенно хмыкнул и сделал шаг назад:

— Извини.

— Да ничего, — светловолосый пожал плечами. — Приятно сознавать, что я оказался прав. Твоя реакция подтверждает мое предположение.

— Это какое?

Светловолосый наклонился и его губы почти коснулись уха Максимилиана:

— Кровь сирен, — его шепот дыханием проник в Наследника Звезд, прокатился по всему телу, щекоча кожу изнутри.

— Т-ты?!.. — отшатнулся юноша

— Не совсем как ты, — усмехнулся незнакомец и уселся за его стол. — Я — Хилар, наследник Льда. Но, учитывая, что моя мать никогда не выходила замуж, являясь единственной наследницей Льда, — он поднял светлые глаза на юношу, — родить меня для неё было рискованным предприятием…

Максимилиан сел и вскрыл бутылку.

— Если твой отец не сирена, откуда у тебя сила владения Голосом?

— Инкуб, — коротко ответил тот и прихватил бокал. — За встречу?

Это было за два года до того, как Максимилиан решил, что пора взять свое наследство в свои руки.


А потом он вернулся за своей силой в замок Повелителей Звезд.

— Ты плачешь? — любопытство.

— Нет! — ярость.

— Плачешь, — удовлетворение. — Твоя красота увядает.

— Замолчи!

— Ничто не вечно… время сильнее.

— Тебя тоже это ожидает! — злоба.

— …

— Что молчишь?!

— Невежественная дура, — скука. — Я не состарюсь. Когда придет время умирать, я растворюсь волной и пеной, но старухой не стану. Время ведет отчет для меня по-другому.

— Заткнись! Заткнись! Заткнись!

— Плачь, — смех. — Ты перехитрила саму себя. Даже изуродуй ты меня проклятием, я все равно не увижу себя, здесь в темноте. Моя красота будет вечной. Она возродилась в моем сыне, а твоя… Твоей уже нет.


Максимилиан медленно спускался по знакомым темным ступеням. Мрак подземного озера встретил его мертвой тишиной. Лишь по всплеску воды под ногами, он понял, что достиг цели.

Юноша наклонился и коснулся кончиками пальцев поверхности озера, а потом тщательно слизал с ладони капли. Синие глаза потемнели.

Он поднялся на две ступени выше и начал раздеваться. Когда последняя вещь упала на камень, он с разбега прыгнул в воду, полностью погружаясь в темноту и влагу.

Тяжелая гладь сомкнулась у него над головой. Когтистые знакомые прикосновения к щеке — и он широко раскрыл глаза. Она была здесь, и здесь её не было.

— Я забрала её красоту — рассмеялась она.

— Ты мертва.

— Я — дитя океана, воды и бездны. Я мертва и не мертва. Просто мне надо было дождаться тебя. Ты вырос и обрел свой путь.

— Я сделал свой выбор.

— Хорошо. — Она изогнулась — Ты действительно моя плоть и кровь.

Шершавая акулья кожа её хвоста царапнула его кожу.

— Maksimiliano, — губы коснулись губ, и она растворилась в глубине.

Юноша вынырнул на поверхность, выбрался на ступени лестницы, и долго сидел на камне, обняв себя за плечи.


Он сломал заклятия, запирающие замок, вместе с дверью, и апартаменты встретили его затхлой тишиной. Мертвой и пустой тьмой.

Что-то шевельнулось в глубине комнаты, и Максимилиан подбросил на ладони сияющий шарик. Огонек взлетел под потолок и разлился тусклым светом.

— Нет! Не смотри! — жалкий крик ужаса.

Она свернулась комком в своих роскошных платьях, пытаясь забиться в угол.

Он широким шагом пересек комнату и склонился над ней, вслушиваясь во всхлипы. Потом жесткие пальцы ухватили её за волосы, вздергивая лицо к свету. Тоскливый вой сорвался с уст демонессы. И словно отражением раздался смех её приемного сына. Равнодушный смех.

Брезгливо отбросил её прочь и, развернувшись, вышел, не переставая смеяться. Дверь в комнаты той, кто официально называлась его матерью, он восстановил одним взмахом руки.


Повелитель Звезд поднял голову на стук и обнаружил в проеме двери своего сына.

— Сын мой, ты вернулся.

Лорд поднялся из-за стола, внимательно разглядывая юношу:

— Ты не предупредил о своем приезде.

— Хотел сделать сюрприз, — усмехнулся Максимилиан, и его отец замер, узнав эту усмешку, которой никогда раньше не видел на губах своего сына. Он внезапно широко распахнул глаза, прозревая.

Высокий, гибкий, хищно-подтянутый, в темно-серой форме офицера Империи. Роскошная грива волос струилась вокруг лица и по плечам, опускаясь ниже лопаток. Из-под челки сверкали такие знакомые синие глаза. Красивые, почти порочные губы. В каждом движении чувствовалась экономность и одновременно ленца огромной кошки.

— Я видел мать.

Лорд вздрогнул.

— Обеих, — уточнил юноша.

— Ты знал!

Максимилиан пожал плечами:

— Вообще-то именно Исириа была причиной моего возвращения. Вы и Леди меня уже давно не интересуете. Но я был весьма расстроен, узнав о её смерти. У Леди не выдержали нервы?

— Ты убил её? — вырвалось у его отца почти с надеждой.

— О, нет, — его сын светло улыбнулся, став похожим на мальчишку. — Исириа этого бы мне не простила.

В его голосе появилась глубина и какие-то ласковые интонации:

— Тем более, как я могу лишить Вас, дорогой отец, радости супружеского долга. Ведь это все, что вам остается.

Темные глаза Повелителя Звезд вспыхнули гневом:

— Да как ты смеешь, молокосос!

Улыбка Максимилиана стала соблазнительной и порочной настолько, что его лицо преобразилось. И в какой-то неуловимый момент, Лорд Звезд увидел её, а не своего сына.

И через мгновение он обнаружил, что прижимает юношу к стене и бешено его целует, а тот смеется ему в губы. Точно так же, как смеялась она.

— Отец, — руки сына обвились вокруг него. — Я пришел за своей силой.

Демон оказался в ловушке, уже понимая… Звезды пришли в движение, холодная песня-мелодия вплелась в их хоровод. А потом он услышал смех. Холодный. Дразнящий.


Хилар ждал его в своем замке, который выстроили специально для него, когда он появился в столице.

Полуинкуб поднял глаза, когда Макс появился в проеме дверей его гостиной залы. Демон медленно отложил книгу, которую читал и поднялся из кресла. Он стоял и смотрел на теперь уже Повелителя Звезд. В глазах Максимилиана плавали созвездия, и где-то на дне расцветали сверхновые вперемежку с водоворотами черных дыр. Сейчас его глаза не были сапфировыми. Они напоминали два иголочный прокола в глубину космоса.

— Макс?

Ресницы над космической вселенной дрогнули, и юное лицо исказила болезненная усталость и… что-то еще. Что-то очень знакомое Хилару, но уже полузабытое со временем, которое неумолимо несло его все дальше.

— Я вижу, тебе удалось забрать свою силу.

Медленный кивок и хриплый от горя и боли Голос:

— У тебя есть выпить?

Лишь услышав его Голос, Хилар смог вспомнить. И на какое-то мгновение перед его глазами встало двенадцать ледяных колонн перед его Цитаделью в северных землях.

— У меня есть кое-что получше, — тихо ответил беловолосый демон.

— Правда? — почти хрупкая надежда, балансирующая на грани неверия.

— Правда.

Сейчас Максимилиан бы скорее сиреной, чем демоном. И Хилар отстранил свою собственную половину демонической крови, оставив только юного инкуба, который тоже однажды потерял свою мать, и чуть было не уничтожил свой народ, вместе с отцом.

Порыв ледяного ветра, вьюгой пронеся по коридорам его замка, закрывая входы и выходы, заставляя слуг замирать на месте, а потом сломя голову бросаться в убежища поблизости. Никто не хотел оказаться на пути Серенады Господина и потерять разум навсегда. Тот, кто её слышал, чаще всего уже не могли вернуться из мира грез.

Но Макс не был полностью демоном, и, конечно же, он не был бесом. А в данный момент его переполняла сила его предков, ничем не ограниченная и в жилах бушевала кровь сирен, жаждущая отмщения. И Хилар раскрылся.

Серенада, которую когда-то подарил ему его отец, взлетела к высокому белому потолку, растеклась по нему и водопадом обрушилась со стен, с головой накрывая двух полукровок, стоящих в комнате. Их буквально швырнуло в объятия друг друга, и темный шоколад волос расплескался по снежной ткани рубашки. Сильные руки сомкнулись на плечах, удерживая рвущуюся силу в теле Повелителя Звезд.

И ночной небосвод затопил комнату. Хилар краем глаза уловил плеснувший острый плавник где-то у его плеча, но все было уже не важно. Важно было дозваться до Максимилиана. До его Песни. Ведь если у инкуба есть Серенада, то у любой сирены есть своя Песня, которая сможет частично восполнить потерю Повелителя Звезд. И если нужно вырвать её из глубин сердца полусирены, то он это сделает.

Холодные почти ледяные губы коснулись сухих и горячих. И в снежную бурю взглянули звезды, плавающие в ночном океане.

Хилар вытягивал дыхание Макса, и шепот Серенады вливался в горло сирены, заполняя его тело. Чужая музыка и мелодия заполняла тело, захватывала… и звезды всколыхнула темная тень, акульим плавником разрезая гладь воды.

Почти сталью в плечи Повелителя Хаоса впились жесткие пальцы, отталкивая. Но легче было сдвинуть скалу, чем этот айсберг.

— Ненавижу снег… — чужой шепот в обоих сознаниях. — Ненавижу… нет звезд… за гулом метели не слышно их голосов… — и его перебивает другой, насмешливый, но такой же чужой. — Видеть. Как он несется с неба… достигает воды и… растворяется в ней… а иногда ложится хрупкими сетками на волнах, словно пена…

Снег… Хилар жестоко улыбнулся. И вьюга своим гулом наполнила зал, выплетаясь из Серенады, словно отдельная снежная нить…

Рычание у его губ, полное ненависти и ярости. И тогда инкуб дал подсказку…

— Серенада против Песни, Макс… только так остановить снег.

И тот внезапно обвис у него в руках.

Хилар опустил взгляд, чувствуя подступающую растерянность. Правильно ли он поступил?

Сильный удар по ногам чего-то жесткого и мощного, и белые волосы змеями хлестнули по ковру.

Темная бездна океана, взглянула в расширившиеся призрачные глаза. И акулья улыбка появилась на губах, склонившегося Максимилиана. Каштановый темный цвет его волос стал намного темнее, словно завесой они отгородили их от остального пространства.

— Инкууууб, — мягкий, глубокий голос. Чужой голос. — Скажи мне свое имя, инкуууб…

— Не дождешься, — почти счастливо улыбнулся тот и, подняв руку, коснулся скулы сирены.

— Аххх, — выдохнул тот, кого когда-то звали Максом. — Хочешь услышать мою Песню, инкууууб?

— Очень, — признался Хилар.

— Ты подарим мне красивую Серенаду… — задумчивые интонации.

— Она от моего отца…

— О… — он чуть отстранился и уселся на коленях, распластавшегося на ковре инкуба. Только теперь, Повелитель Хаоса смог разглядеть, что изменилось все тело демона.

Красивый обнаженный гладкий торс, сильные руки, от локтей которых опускалась тонкая полупрозрачная вязь плавников, а с середины бедер шероховатая черная акулья кожа длинного гибкого хвоста.

— Тогда я подарю тебе Песню моей матери, — сирена откинул длинные пряди волос за спину, прикрыл глаза и… океан выплеснул на Хилара из своей холодной темной глубины созвездия…


Максимилиан очнулся от того что, кто-то медленно разглаживал пряди его волос. Он открыл глаза и встретился взглядом с задумчивым призрачно-серым взглядом.

— Привет, — Хилар отложил расческу. — Пришел в себя?

— Ох, — демон медленно сел. И обнаружил, что они все в той же зале, куда он пришел после того, как забрал силу своего отца. — Ты сумасшедший, Лар. Так рисковать…

— Но согласись, это было намного лучше, чем выпивка.

— С этим спорить не буду, — вздохнул Повелитель Звезд. — Твой замок все еще стоит на месте?

— Вроде да, — усмехнулся тот. — Только вот слуги мои еще не скоро в себя придут. Мало им периодической Серенады, так тут еще и Песня только что полностью проснувшейся сирены… Кстати, симпатичный ты себе хвост отрастил.

Макс испуганно взглянул на свои ноги и с облегчением вздохнул. Ноги были на месте.

Хилар насмешливо фыркнул и добавил:

— Хорошо еще мой замок защищен, представляешь, что было бы снаружи?

— Весело бы было, — усмехнулся в ответ Максимилиан.

Повелитель Хаоса протянул руку, помогая ему подняться на ноги. — Надо нам с тобой привести тебя в подобающий вид. Император хотел видеть своего нового слугу.

— Ты думаешь, что сейчас стоит?

— Именно сейчас и стоит, — твердо ответил Хилар.

И Повелитель Звезд медленно кивнул, соглашаясь.


Он смотрел на него алыми глазами:

— Повелитель Звезд.

Он поклонился:

— Мой император.

— Хилар дал тебе такую характеристику, при которой моя мать никогда в жизни не позволила бы приблизиться тебе не то, что к трону. Ко двору.

Он обаятельно улыбнулся:

— Потому-то я и не появлялся раньше здесь.

— Ты самонадеян, — тихо заметил он.

Синие глаза потемнели:

— У меня есть на то основания, мой господин.

— Хилар, — он взглянул на светловолосого Повелителя Льда. — Я согласен. Он справится.

Лорд Хаоса поклонился:

— Я в этом и не сомневался, повелитель.

Император поднялся:

— Мне еще многое предстоит сделать, а Вас, лорд Максимилиан, оставляю на попечение лорда Хилара…

Они долго молчали после его ухода. Наконец голос Хилара нарушил тишину:

— Что скажешь?

Максимилиан передернул плечами:

— Он подходит. Действительно подходит, хотя и слишком чистокровный демон.

— Я знал, что услышу от тебя нечто подобное, — уголки губ дрогнули. — Выпить хочешь?

— Аж в глазах темнеет, — признался Повелитель Звезд.

— Я слышал, ты перестраиваешь замок…

— Да, — он кивнул. — Давно пора было это сделать.

— Тогда приглашаю ко мне, — Хилар гостеприимно открыл вихрь портала.

Они уже опустошили три бутылки вина, когда Повелитель Хаоса обратил внимание, что его гость рассматривает хрусталь бокала, словно, вглядывается куда-то вглубь.

— Что ты там видишь?

Повелитель Звезд поднял на него задумчивый взгляд и внезапно щелкнул пальцами. Светлая зала погрузилась в темноту.

Тихая мелодия-голос возникла где-то внутри мрака, просочилась в пространство, смешалась с темнотой. Можно было протянуть руку и потрогать теплый шелк голоса, окутавший двух Повелителей.

Шелк опустился на бархат, тот обернул остроту лезвия и… погрузился в ледяной шепот.

Сапфировые глаза вспыхнули и буквально вцепились в призрачно-ледяные.

Тонкий хрусталь бокалов соединился с беззвучным, потерянным в двух мелодиях звоном. Эти двое понимали друг друга.

Огненное танго

1

Волосы спутанной черной массой лежали у нее на плечах. Юное лицо поражало какой-то почти запредельной красотой и бледностью, даже для существ их расы. Золотистого цвета рубашка изорвана, а руки в прямом смысле, по локоть в крови. Губы и щеки тоже в пятнах уже подсыхающей крови, но все это, словно было создано оттенять ее внешность и… всепоглощающую черноту её глаз.

Брюки из плотной кожи, заправленные в высокие сапоги, были черны, но и на них кровь выделялась разводами. Впечатление от сидящей среди трупов, гари, пепла, — девушки было жутковатое. Она сидела, чуть сгорбившись, словно только что выполнила очень тяжелую и грязную работу, но, несомненно, необходимую.

У ее ног выгнулось тело, поврежденное чуть меньше и как-то иначе, чем остальные. Пепельные волосы лежали на сапогах девушки, а запрокинутое не тронутое ранами лицо беса выглядело счастливым.

Отряд гвардейцев с ужасом оглядывался, стараясь не наступать сапогами на остатки плоти и костей, разбросанные вокруг и покрытые слоем сажи и пепла. Лорд Запада Максимилиан усмехнулся, правильно оценивая растерянность своих сопровождающих, и повернулся к Первому Лорду:

— Милорд, может, спросим девочку, что произошло? Она, судя по всему, самая осведомленная здесь. И самая живая.

Первый Лорд укоризненно посмотрел на Повелителя Запада и послал своего коня вперед, остановив его всего в паре шагов от девушки, которая, казалось, не замечала вновь прибывших.

— Сударыня, — глубокий голос Повелителя Севера обволакивал одинокую фигуру. — Можно вас побеспокоить?

Демонесса медленно подняла голову, и на Хилара взглянули бездонные черные агаты глаз, в которых не отражалось ничего.

— Да? — голос был хриплый и сорванный долгим криком.

— Что здесь произошло?

— Месть, — коротко ответил она.

— Ваша?

— Да.

— Видите ли, — вздохнул Первый Лорд. — У меня прямой приказ императора Сурана арестовать главу клана Воды и его штаб офицеров. А этого я теперь сделать не могу, по вашей вине. Но в любом случае, я должен составить доклад о том, что здесь произошло. Не могли бы Вы объяснить поподробнее? И кто Вы?

Черные ресницы опустились и поднялись вновь. Девушка тыльной стороной руки вытерла губы, но это не помогло; руки были испачканы в крови, так же как и рот.

— Я — Каина, последняя из клана Огня; и соответственно единственная его Повелительница. Десять лет назад, клан воды атаковал и уничтожил всю мою семью. Сегодня я отомстила, — в её голосе сгустилась смертельная усталость.

Коротко и ясно. Хилар соскочил с коня, под его сапогами хрустнули чьи-то кости.

— В одиночку?

— Нет. Вдвоем. Рафаэль погиб, — бесцветным голосом ответила Каина и опустила взгляд на тело у ног. — Он отдал свою кровь мне до капли. А я выпила его до дна.

Мужчина оглядел поле бойни, что устроила эта хрупкая на вид девушка, и протянул руку:

— Пойдемте.

— Куда? — равнодушно поинтересовалась она, даже не двинувшись и полностью игнорируя протянутую руку.

— Вы не думали, что будете делать после совершения мести?

— Собираюсь строить карьеру, — повелительница Огня устало передернула плечами. — Но я слишком безумна для армии. И для магии… вся моя магия строится на крови.

— Понимаю, — Хилар не опустил руки. — А если я предложу Вам место?

— Какое? — все та же безучастность.

— Вы — последняя Повелительница Огня. Думаю Ваше место при дворе императора.

В черной безбрежности глаз впервые прорезался намек на эмоцию, которая оказалась насмешкой:

— И в вашей постели?

Лорд слегка улыбнулся:

— Я бы не отказался.

Каина покачала головой и поднялась на ноги. Аккуратно наклонилась и подхватила на руки безжизненное тело беса с пепельными волосами так, словно оно ничего не весило.

— У меня есть дела. Ваши игры слишком скучны.

Максимилиан на заднем фоне расхохотался:

— Хилар! Не верю своим ушам! Тебя отшили! Впервые слышу, как ты кому-то сам предлагаешь нечто подобное и… отказ! Судьба к тебе жестока.

Каина остановился и оглянулся:

— Вы — Первый Лорд?

— Да, — Хилар склонил голову, украшенную шевелюрой цвета платины.

Девушка кивнул:

— Понятно. Считайте, что я польщена.

И она снова зашагал прочь.

— Куда ты идешь? — окликнул её Хилар.

— Я обещала Рафу, что он будет похоронен рядом со своим повелителем, моим отцом, — она не обернулась. — А это в Пустыне.

Лорд Севера вскочил на коня.

— Максимилиан, ты представляешь, на кого мы напоролись?

— Я не дурак, — пожал плечами второй Лорд и генерал. — Нас ожидает воскрешение целой династии. Но от тебя я такой выходки не ожидал.

— Я от себя тоже, — как-то особенно задумчиво усмехнулся Хилар.


Танго — это танец для троих. Страсть, ревность, выбор. Обучиться танго фактически невозможно. Им нужно жить… Жить, как на лезвии.

Каина сидела над могилой Рафаэля и думала о танго. Она постоянно кого-то теряет. Семья, любовь, слуга, который и слугой-то не был… друг.

Повелительница Огня вздохнула. Она знал, к чему вспомнила о танго. Именно этот танец составлял суть её жизни. Как там говорил Янус? Танец троих? Жизнь, смерть и сама Каина. Вот только, кто из них в центре?

Возможно, Ян мог бы в этот разобраться, но их пути разошлись. Они оказались слишком похожи. Это и было ударом по их дружбе. А ведь со стороны не скажешь. Они сами этого не понимали, пока не дошли до самого края.

Каина встряхнулась и поднялась на ноги, выбрасывая мысли о старом друге из головы. Когда они снова встретятся, там видно будет, а сейчас… сейчас у неё слишком много дел.

Она наклонилась и коснулась песка могилы. Огненный вихрь жидким водопадом хлынул вниз, вглубь песка. Спустя мгновение огонь погас, и на жарком солнце засияла стеклянная сфера, погруженная в песок, в глубине которой смутно темнел силуэт.

— Спи спокойно, Рафаэль, — Каина поцеловала кончики пальцев. — Ты умер так, как мечтал. Теперь осталась самая трудная часть. Возродить величие Повелителей Огня. Но у нас ведь пара козырных тузов в рукаве, не правда ли?

Черные глаза скользнули по поверхности второй такой же сферы, которую за многие годы так и не смог окончательно занести песок. Ветер, словно стороной обходил эту могилу. Впрочем, так оно и было. Каина тогда впервые воспользовалась своей второй стороной магии. Точнее обеими сторонами своего наследства.

Девушка отвернулась и зашагала прочь, оставляя следы на песке, которые тут же разглаживал ветер.


— Лорд Максимилиан, — император Суран хмурился. — Я, что просил слишком многого?

— Мой повелитель, — поклонился астролог. — При всем моем старании и желании служить, я не умею воскрешать мертвых. Сожалею, но звезды молчали о том, что должно было произойти сегодня. Они не посчитали это значительным событием.

Алые глаза альбиноса — императора обратились к Хилару:

— Это Вы отпустили девчонку.

— Сожалею, мой Император, — тот ограничился легким поклоном.

Суран сжал руку в кулак:

— Повелительница Огня… Выходка клана Воды десять лет назад стоила нам много. Но если то, что вы видели, правда… Девчонку нельзя было отпускать.

— Я польщена, Ваше Величество, — мелодичный голос заставил Лордов вздрогнуть. Вокруг Его Величества замерцало поле защиты, его генералы среагировали на уровне подсознания. Император даже не шелохнулся.

Демонесса появилась в воздухе тронной залы и бесшумно опустилась на темные плиты пола. Иссиня-черные волосы в этот раз были уложены в сложную прическу, свободные пряди опускались на зеленый шелк рубашки. Черные брюки и высокие сапоги лишь подчеркивали стройность ног. И изумруды.

Повелители Огня носили рубины. Всегда. На наследнице этого рода были изумруды. Фамильные изумруды Повелителей Ветра. И это могло означать только одно.

— Ваше Величество, милорды, — спокойный поклон. — Прошу простить за столь нетрадиционное явление и мои манеры, но боюсь за последние десять лет, я их немного подрастеряла.

— Леди Каина, — прохладный голос Первого Лорда был тихим. — Вы в курсе, что на волосок от гибели?

— Ах, бросьте, — белоснежная рука с длинными ногтями мелькнула в воздухе. — Я живу так. Всегда на грани. Тем более преодолеть защиты дворца было так интересно. Странно даже, но очень мало защиты против сквозняков, — она лукаво улыбнулась. — Мне даже не пришлось применять силу Огня, хватило одного Ветра.

— Ты дочь Леди Ветра, что вышла за Лорда Огня незадолго до конфликта вашего клана с Водой, — послышался задумчивый голос Императора Сурана.

— Ваше Величество осведомлены, — черные агаты глаз сверкнули. — Вообще-то Леди Ветра и явилась причиной конфликта. Долгая и запутанная история. И вот теперь я явилась на Ваш Зов.

— Вы не спешили, — холодно заметил император.

Каина подняла голову, и безмятежный взгляд встретился с алым.

Его Величество выпрямился и заметил спустя целое мгновение молчания:

— Вы — безумны.

Девушка задумчиво кивнула:

— Это так Ваше Величество. Но это контролируемое безумие.

— Все эти десять лет именно вы вели войну с кланом Воды?

— И не только с ними, — отозвалась она. — Господин мой, когда клан воды уничтожил соперников по силе, то есть мою семью, они не взяли на себя наших обязанностей — контролировать Пустыню Огня.

Альбинос откинулся на троне.

— Вот оно что. Моя мать говорила, что что-то не так с Пустыней. Нас поражало, что племена демонов, запертые в песках, до сих пор ограничивались мелкими набегами. Неужели вы в одиночку удерживали их?

Повелительница Огня и Ветра пожала плечами:

— Зачем удерживать? Иногда я получала помощь, однако, её было недостаточно, что бы удерживать… Я просто уничтожала тех, кто нарушал договор с нашей семьей.

— Почему вы не обратились к нам? — подал голос Лорд Максимилиан.

Черный безмятежный взор обратился на него:

— Мне было восемь лет. Моя семья уничтожена, а клан воды возвышен. Единственный, кому я действительно доверяла, — был бес — охранник, который унес меня в Пустыню и вместо воды поил собственной кровью. Я уже тогда начала сходить с ума. Он же успел вытащить моего отца, и тот умер у нас на руках. Скажите, Лорд-демон, к кому я могла бы обратиться? Кому могла поверить?

— Значит, теперь Вы поверили?

Каина безмятежно улыбнулась, качнулись сережки в ушах:

— А сейчас это не имеет никакого значения.

Император вздохнул:

— Леди Каина, Вы собираетесь вернуть величие семьи Огня?

— Да, господин, — её глаза вспыхнули. — Поэтому я и рискнула явиться к вам. Я ваша подданная, не смотря ни на что. И в моих жилах кровь, которая говорит сама за себя. Преодолевать иерархическую цепочку армии, у меня просто нет времени. Вы сами отметили, что я безумна; мало того я должна продолжать держать демонов Пустыни на цепи, а рядовому, или даже офицеру — мне не совместить эти занятия. Поэтому я решила вручить себя вам лично.

В наступившей тишине потрясенно выругался Второй Лорд:

— Ты хочешь титул Великого Лорда?

Каина почти шаловливо склонила голову на бок:

— Вообще-то Великой Леди.

— А если нет? — серебристые глаза Первого Лорда изучали стройную фигуру.

— Вернусь в Пустыню, — пожала плечами девушка, внезапно становясь безразличной. — Там есть, где развернуться… я в любом случае попытаюсь вернуть величие своего дома.

— О, это уже походит на угрозу, — в голосе астролога слышался восторг.

— Хватит, — император поднялся на ноги, покидая трон. — Леди Каина, я дарую Вам титул великой Леди. Вы принесете присягу. Однако я заглянул в Ваши глаза и у меня есть условие.

— Ваше Величество?

— Я не буду унижать вас, приставляя шпиона, но я должен быть уверен, что мой риск оправдан. В течение полугода, вы прослужите, как личный адъютант лорда Хилара. Это достаточный срок для того, что бы мы увидели, на что вы способны, и для того, чтобы вы поняли многие из своих обязанностей, как Великой Леди.

Каина несколько мгновений обдумывала слова императора, скользя взглядом по Первому Лорду и, наконец, медленно кивнула:

— Я принимаю ваши условия, Ваше величество.

Она повернулась к Хилару:

— Лорд. Я явлюсь к вам завтра с утра. Это Вас устроит?

— Вполне.

— Позвольте откланяться, — и демонесса растворилась в переходе портала.

Император опустился на трон:

— Хилар, я рассчитываю на тебя. Эта девочка нам необходима. Её сила действительно огромна. Смесь Огня и Ветра; приправленная магией крови… Но меня беспокоит её безумие.

— Вы поступили мудро, Ваше Величество, — поклонился Первый Лорд. — Я сделаю все, что в моих силах.


2

Каина довольно быстро поняла свои обязанности, настолько быстро, что заслужила одобрительный кивок Хилара. Первый Лорд смотрел на своего нового адъютанта и не узнавал в нем ни демонессу, что видел на развалинах среди крови, ни Леди, что пришла на зов Императора. Исполнительная, подтянутая, скромно одетая, волосы всегда собраны в косу, чтобы не мешались. Словно перед глазами Северного Повелителя промелькнуло три разных существа с одним лицом. Она вызывала острую зависть всех тех, кто претендовал на пост адъютанта, но прямой приказ короля понимали все. Они смотрели в спину Каины и обсуждали, что могло подвигнуть Повелителя на такой шаг. И никто не заглядывал девушке в глаза. Никто не мог подкопаться под неё. Никто не видел изъянов в её работе. Самые чувствительные и сообразительные, почуяв нечто странное, запустили свои каналы разведки об этой загадочной девушке из ниоткуда, но… это ничего не дало. Проверки… Через три дня после церемонии заступления на пост, поползли слухи. Новый адъютант не была бесом. Она была чистокровной демонессой. И лишь очень сообразительные попытались связать её появление с уничтожением клана воды, что так потрясло всю Империю. Но свои предположения держали при себе.

Каина всегда появлялась ровно в назначенное время на своем рабочем месте, четко выполняла указания и порой позволяла себе высказываться и советовать. Хилар внимательно её выслушивал. А ещё через некоторое время вызвал к себе.

Девушка стояла перед столом Первого Лорда, а тот внимательно изучал свою подчиненную.

— Леди, — наконец, лорд Севера открыл рот, и глаза Каины вспыхнули. Хилар обратился к ней не как к подчиненному, а как к равной. — Я заметил некоторые тенденции в ваших замечаниях и инициативе. Вы, несомненно, великолепны в вопросах практического характера. Ваши идеи очень интересны, но страдают от недостатка информированности… Я прав?

— Я знаю это, — кивнула Каина и немного расслабилась. — Но мне всегда приходилось пользоваться минимум. Это закон Пустыни.

— Это бессмысленно, если у вас появилась возможность немного пожить в оазисе, — заметил Хилар. — Доступ в мою библиотеку и центр информации с почти неограниченным паролем, вас устроит?

Черные агаты вспыхнули нестерпимым блеском:

— Вы шутите?

— Ни на секунду, — покачал головой Первый Лорд. — И потом у вас будет ПОЧТИ неограниченный допуск. И я выделю вам время для посещения этого места.

— Не обязательно, — откликнулась Леди Огня. — Я мало сплю, мне хватит времени после работы.

— Замечательно. Вот вам необходимые документы.

Каина долго и внимательно смотрел на Повелителя Севера, а потом её губы искривились в странной улыбке:

— Вы знаете, что даете мне в руки страшное оружие — знания?

— Знаю, — Хилар откинулся на спинку стула. — Но Вы не дура, Леди. В этом я успел убедиться. Ваше безумие, в глубине Ваших глаз, его можно заметить, но вы его очень хорошо контролируете. А это намного страшнее всего, что могут о Вас думать или предполагать. Вы собираетесь возродить свой клан, владеть Пустыней, и для исполнения этих целей, Вам совсем не нужно иметь врага в лице Империи. Тем более что знания помогут Вам понять, какими опасными противниками могут быть остальные кланы. Сейчас я говорю с Леди, а не с адъютантом. Для низших, возможно, это покажется странным, но, по-моему, это и было частью плана Императора. Развязать Вам руки и не позволить узнать об истинных Ваших силах.

— Спасибо, что напомнили, — задумчиво кивнула демонесса. — Мне иногда надо напоминать, — тихо добавил она.

— Именно для этого я здесь и нахожусь, — усмехнулся мужчина.

Она поклонилась каким-то отрывистым движением и вышла.


Адъютант Первого Лорда оборвала себя на полуслове. Офицеры, находящиеся на собрании недоуменно уставились на подтянутую тонкую фигуру. До сих пор никогда ничего подобного не происходило. Хилар повернул голову и взглянул в черные глаза своей подчиненной. Спокойного привычного черного глянца там не было, только глубокие темные омуты. Первый Лорд прищурился, этот взгляд ему был знаком. Он поднялся:

— Каина, вы свободны. Мы закончим позже.

Черные ресницы дрогнули, дернулся уголок губ, словно, она на мгновение пришел в себя. Слабый кивок в сторону Первого и демонесса исчезла в вихре портала, из которого дохнуло непереносимым жаром Пустыни.

Хилар задумчиво мгновение разглядывал опустевшее место, а потом взмахом руки отпустил офицеров. Те поспешно покинули помещение. Он успел услышать их возбужденные голоса за дверью, когда они чуть ли не хором начали обсуждать произошедший инцидент. Он позволил медленной ухмылке поселиться на своем лице, а потом последовал по нити, оставленной девушкой.

Обжигающее дыхание Пустыни и тихий смешок приветствовали его на другом конце перехода.

Лорд Льда взглянул на Повелительницу Огня. Она стояла на песчаном холме, и чернота её волос развевалась под порывами ветра.

— Лорд Хилар, — она приветствовала его взмахом руки и внезапно улыбнулась. — Вы умеете танцевать танго?

— Вообще-то нет, — покачал головой демон. — Как-то не довелось.

Он поднялся и встал рядом с девушкой.

Та уже не смотрел на него:

— Эти наглецы нарушили договор, — тихо прошептала она. — И поэтому я позволю им узнать одну из граней этого Танца.

Первый Лорд взглянул и увидел странный лабиринт из песка, что раскинулся у них под ногами, в котором метались какие-то точки.

— Что это за место?

Каина улыбнулась легкой светлой улыбкой. Песок вздыбился, смешался с ветром и рухнул на лабиринт.

— Это моя игра. Они знали, чем рисковали, если я их поймаю. Стеклянный лабиринт из песка и песчаной бури. Только для них.

— Интересно, — Хилар с минуту наблюдал, только сейчас оценивая новую грань возможностей девушки. — А когда их обнаружат соплеменники, они поймут, что Вы свято блюдете границы.

— Совершенно верно, — кивнула она.

Хилар заправил светлую прядь за ухо, чтобы не мешалась, и заинтересованно спросил:

— А возможно заключить живой объект прямо внутрь стекла?

Черный взгляд обжег его лицо вспышкой:

— Лорд Хилар, — в голосе послышало искреннее восхищение, возможно впервые за время их совместной работы. — Это восхитительная идея. Я должна попробовать.

— Не возражаете, если я помогу?

— Ничуть. Это даже интересно.


Они экспериментировали несколько часов подряд. Благо материала под рукой было предостаточно. Под конец у них получалось настолько хорошо, что почти не требовало особых усилий, и они начали импровизировать. Хилар наслаждался этой передышкой от работы, и с удивлением обнаружил, что Каина питает пристрастие к художественной деятельности.

Наконец, Повелительница Ветра и Огня устало опустилась на песок, разглядывая стеклянную скульптурную композицию, покрытую изморозью.

— Думаю, Ваш лед напугает их ещё больше, — довольно усмехнулась она. — Такого раньше я никогда не делала. Тем более, кто-то будет достаточно храбр, чтобы потрогать изморозь и понять, что в этой жаре, она остается холодной.

Мужчина сел рядом и задумчиво заметил:

— Позвольте признаться, мне давно не было так интересно. И у Вас хороший вкус, Леди.

Она покосилась на него:

— Это не разговор с адъютантом.

— А я сейчас, что-то адъютанта и не вижу, — насмешливо отозвался Хилар.

В темной глубине агата мелькнули золотые искры:

— Можно спросить?

— Конечно.

— Вы были серьезны в нашу первую встречу?

Первый Лорд рассмеялся. Каина заворожено смотрела на него. Она никогда не видела такого искреннего смеха. Чистого и обжигающего, как жаркое солнце Пустыни.

— Макс тогда правду сказал, — отсмеявшись, заметил демон. — Я впервые кому-то предлагал что-то подобное.

Девушка усмехнулась:

— Вы ушли от ответа, Лорд. Ну да ладно. Мы не собираемся возвращаться на совет?

— Я всех отпустил.

— Тогда… Хотите, научу Вас танцевать танго?

Первый Лорд недоуменно взглянул на неё:

— Вы непредсказуемы, Леди Каина. И неутомимы.

— Как пустынная буря, — серьезно кивнула она. — Я знаю. Так что?

Хилар обвел рукой песчаный горизонт:

— Прямо здесь?

— Танго — танец для троих. Вы, я и Пустыня — я хочу познакомить Вас с этой обжигающей леди, и танго для этого наилучший проводник.

Лорд Севера взглянул на песок, взял его в пригоршню и пропустил сквозь пальцы. Последняя песчинка упала с его ладоней, и он качнул своей платиновой головой. Поднялся на ноги и протянул руку:

— Я готов, Леди.


Чтобы освоить танго надо чувствовать страсть. В парном танце, настоящем танце, доверять полностью и безоговорочно. Страсть, доверие, Каина едва касался песка, а Белая пелена, словно вьюга, кружила с ней вместе, и Пустыня отзывалась на каждое их движение. Черные глаза взглянули в глубину голубой призрачной вьюги… Она была… теплой и… страстной. Доверие?…Танго — танец, в котором они не смогли бы обмануть друг друга.

Невозможно, — шелест песка.

Невозможно, — шепот вьюги

Невозможно, — и крепко сплетаются пальцы и у глубины, оказывается, есть дно.

Невозможно. И Пустыня отступила, так как Танго — танец для троих, четвертый лишний, а её место оказалось занято…


3

Макс буравил взглядом товарища по оружию и друга:

— Ты ЧТО? Влюбился в своего адъютанта?

Взлетела серебристо-белая бровь:

— Ни за что, Макс. Только в Леди Каину.

— Вот так?! Сразу и безоговорочно?!

Первый Лорд вздохнул:

— Макс, я наполовину инкуб, как ты наполовину сирена. Это смертные и демоны могут ошибаться. А, имея в жилах кровь существ, которые живут страстью, уж нам ли не знать, где похоть, а где чувство. Её взгляд уколол мое сердце ещё тогда, на пепелище. Но я не сразу понял. Все же во мне слишком много демона.

Повелитель Запада вздохнул и рухнул в кресло напротив:

— Такая поэтичная речь… Дело плохо.

— Точно. Ты знаешь, — задумчиво отозвался Хилар. — Она учит меня танго.

Астролог щелкнул пальцами:

— Стоит выпить.

Хилар вскинул бровь, но промолчал.

— Да, и позови своего адъютанта.

Иногда, с Лордом Звезд спорить было нельзя, особенно когда он говорил таким тягучим бархатным голосом, используя власть Голоса, дарованную ему второй половиной его крови. И Хилар смолчал.

Каина вошла в залу как раз в момент священнодействия: Лорд Максимилиан разливал вино по бокалам. Заметив девушку, он фыркнул, не отрываясь от своего занятия:

— Нам нужна леди Каина, а не ты.

Девушка внимательно огляделась, оценивая обстановку. Мгновение постояла, словно задумавшись, но взгляд уже остановился на Хиларе, который сидел в кресле, и с легкой полуулыбкой наблюдал за Вторым Лордом. Теплый лед глаз скользнул по Каине.

Леди Ветра ответила легкой полубезумной улыбкой. Руки стянули с косы простенький зажим, резкий рывок головой и коса рассыпалась черным каскадом. Ещё один рывок, уже воротника и в полу распахнутом кителе показалась загорелая кожа. Четкость движений смазалась, переплавившись в плавность змеи.

Повелитель Западных границ присвистнул:

— Ничего себе!

— Рада, что вам нравится, Лорд Максимилиан, — белозубо, усмехнулась, демонесса. — Раз уж вы решили мне устроить обряд инициации, думаю, Ваше мнение здесь главенствует…

Хилар усмехнулся. Максимилиан вскинул брови, оглядывая Леди Огня с головы до ног:

— Скажите мне, если это не секрет, откуда у демонессы, выросшей в Пустыне, на руках беса-охранника, манеры истинной Леди? С восьми лет, это должно было просто потеряться в Вашей памяти.

Каина обошла его и села на диван у столика, так, что оказалась прямо напротив Хилара. Задумчиво взяла в руки бокал с вином, которое искрилось, заключенное в хрусталь. И только после этого заговорила:

— Рафаэль не зря стал моим телохранителем. Отец словно предчувствовал то, что произошло с нашим кланом позже. Когда мы выбрались в Пустыню и оторвались от погони, отец уже умирал, но он что-то дал Рафаэлю, как потом оказалось, простую безделушку, но эта безделушка привела к нам помощь. Демонесса, которая может приходить только во снах. Она давно мертва, но какая-то часть её осталась в этом мире, цепляясь за свою силу. Кажется, она была дружна с моим отцом. Когда-то. Безделушка стала моим проводником, и Леди Жадеит помогла мне выжить. Я видела её только, когда засыпала, но её мир был так же реален. Как и тот, песок, что забивался в складки моей одежды во время бодрствования. А когда миновала опасность, и я смогла выходить из глубины Пустыни, она прислала своего сына.

— Тоже мертвого? — Макс с интересом наклонился вперед, он уже с комфортом устроился в кресле рядом с Хиларом.

— Нет, — Каина улыбнулась. — Вполне живого. Именно он просветил меня в тонкости управления Пустыней. Обязанности и власть. Тогда меня это не впечатлило, я жаждала только мести. Но им вдвоем и Рафаэлю в придачу, удалось меня убедить в обратном. А ведь тогда я была уже безумна и не вполне умела контролировать это сумасшествие. И безобразно молода. В тринадцать лет сложно кого-то слушать, даже когда ты разумен. Нам всем тогда досталось. Но пустыне удалось меня приворожить. И вот тогда Леди взялась за меня всерьез, именно она подала мне идею возродить клан. Это была моя цель после свершения мести. Она говорила, что чтобы победить, я должна знать, что после победы что-то будет. Просто месть не поможет мне уничтожить весь клан Воды. И в итоге оказалось, что это даже не месть, а преодоление препятствия на моем пути. Клан Воды мешал возрождению силы и мощи клана Огня. Поэтому он был уничтожен.

Она замолчал. И впервые шевельнулся Хилар:

— А что с леди и её сыном?

— Наши дороги разошлись в тот день, когда я и Рафаэль отправились своим путем. Их ждал другая дорога. Они разбирались в мести не просто так… Двери замка Снов теперь навсегда закрыты для меня, — Каина пригубила вино и прикрыла глаза, наслаждаясь вкусом. — Возможно, это было раньше, чем задумывалось, но так сложилось…

Тишина опустилась на них, словно мягкое покрывало.

Каина широко распахнула глаза, когда в эту тишину ворвался низкий тягучий голос.

Он обволакивал, он звал, он заглядывал в душу, он… это не было песней, это была мелодия без слов. Мелодия, которую никто не мог бы сотворить одним лишь голосом, но это было. Синие сапфировые глаза Лорда Звезд превратились в волны, и глубина океанов смешалась с небом. Песок, ветер вплелись бурей, а где-то в эпицентре зажегся огонь. Леди Огня и Ветра чуть качнулась в такт мелодии, и сильные руки обхватили её плечи. Она оглянулась… и вьюга вплела в мелодию свою ноту, придав этому бушующему мраку колкость и… свет.


— Ч-что это было? — она вскочила на ноги, глядя в глаза синеглазому брюнету.

Тот невозмутимо поставил свой пустой бокал на стол:

— То, что в народе моей матери называют Сплетением. Я просто позволил себе маленький эксперимент. Если бы моя Песня вас отторгла, Леди Каина… — он чуть помолчал. — Я бы убил вас, не задумываясь. Слишком я дорожу дружбой с Хиларом. Сейчас он бы выдержал Вашу смерть, потом я мог бы потерять и его. Как Вы выразились в самом начале нашей беседы, Вы прошли обряд инициации.

Каина оглянулась и обнаружила за своей спиной Хилара. Светлые пряди волос, белым снегом закрывали его лицо. Поддавшись порыву, она протянула руку и отвела белые волосы с лица Первого Лорда. Спокойный прохладный взгляд.

— Почему Вы вмешались в это?

— Потому что, ты увлеклась Песней Макса. Его тьма почти заворожила тебя, — голос звучал глухо.

Его друг фыркнул:

— Я не собирался её соблазнять! Кто ж знал, что она окажется такой горячей…нечего ревновать. Я не претендовал на неё, моя судьба еще не нашла меня. А на твоем пути, Хилар, я никогда не встану. По крайней мере, в этом плане.

— Хорошее уточнение, — усмехнулся Первый Лорд. — А то я начал думать, что ты что-то задумал.

Он аккуратно отошел от Каины и сел обратно в кресло. Девушка немного подумала и тоже опустилась на место:

— Можно ещё вина? А то после всех этих откровений, непереносимо хочется выпить.

Макс рассмеялся:

— А ты мне нравишься, детка.

Каина задумчиво посмотрела на него:

— Вы споете как-нибудь ещё? Но без этого «сплетения»?

— Обязательно, — серьезно отозвался тот. — Как только вы станете Третьей в нашей компании Лордов.


Император поднялся на ноги, внимательно вглядываясь в три коленопреклоненные фигуры у подножия трона. Все было решено ещё до этого момента. Окончательно он утвердился в своем решении вчера вечером, после личного доклада Хилара и его комментариев. Слишком хорошо он его знала, а он его.

— Да будет так, — он смотрел на демонессу, укравшую сердце его Первого Лорда.

Та поднялась на ноги и выпрямилась, глядя на него черными агатами глаз.

Огонь запылал у её ног, а ветер взметнулся вокруг неё в воронку, что скрыла на несколько ударов сердца, фигуру девушки. Когда магия исчезла, император протянул руку к своему Третьему Лорду, то есть Леди:

— Отныне ты Повелительница Огня, Леди. Но носить ты будешь цвет ветра. Умным этого будет достаточно, а глупцам, — он пожал плечами. — Глупцы не достойны жизни. Отныне, ты — Повелительница Юга. Пока ты верна мне, я верен тебе, пока ты защищаешь меня, я буду защищать тебя. Такова формула и таков наш долг и обязательства. Для тебя у меня есть подарок, так как ты подарила себя мне, я тоже хочу сделать тебе подарок, пусть и не столь богатый, что преподнесла ты. Но я все же думаю, ты оценишь.

Он щелкнула пальцами и в центре зала, перед Каиной материализовались две фигуры, закованные в цепи. Каскады темно-синих и светло-голубых волос выдавали их силу. Они не были бесами, однако, взгляд их был полон апатии.

— Эти двое принадлежали к высшей ветви клана Воды, оба они принимали участие в налете на клан Огня. Оба мятежны и лишены своей демонической силы. И оба теперь принадлежат тебе, Леди и Наследница клана Огня. Без права выкупа.

Черные глаза вспыхнули и, Каина поклонилась своему Императору почти благоговейно:

— Благодарю, Мой Господин.

— Завтра официальная церемония, — император прикрыл глаза, чтобы не было видно их алого блеска. — И бал в честь Третьей Леди. Не подведите меня.

— Ваше Величество, — все трое поклонились.


— Что ты сделала с подарком? — Повелитель Запада стоял, облокотившись на стену, и вместе с Повелительницей Юга наблюдал за танцующими парами.

— В моем замке есть купальни, — задумчиво отозвался она. — Там очень красиво… Ты, кстати, знал, что клан Воды корнями уходит к расе русалок?

— Ничего удивительного, — пожал плечами её собеседник. — Это объясняет их поверхностное понимание предметов и довольно легкомысленное поведение, а так же бессмысленную жестокость.

— Разве сирены не жестоки так же?

— Не совсем, — васильковый взгляд потемнел от странного возбуждения, — Есть жестокость, и есть жестокость. Когда в ней есть красота, это оправдывает все. Русалки эту красоту не видят. Их жестокость бессмысленна.

Каина хмыкнула:

— Без демонической силы, оказалось, очень легко вытянуть эти ниточки на поверхность, — она отпила из своего бокала вина. — Теперь у меня в купальнях плавают две красивые русалки. Правда, они мало что понимают, но ты бы видел как это красиво.

— Надеюсь, что увижу, — серьезно отозвался Максимилиан. — Только русалки мужского пола правильно называются — тритоны.

— Я запомню, — кивнула демонесса.

Они помолчали, и Второй Лорд, наконец, решился:

— Хилар…

Каина приложила палец к его губам:

— Т-шш… Не волнуйся за него. Я не собираюсь причинять ему вреда. Я поняла это, когда госпожа Пустыня ушла из круга нашего танго, потому что там не может быть четверых…

— Ты хочешь сказать…

— Я ничего не хочу говорить, Лорд Максимилиан, — тихо улыбнулась она. — А ты обещал мне песню.

Астролог задумчиво посмотрел на неё. Потом кивнул:

— Не здесь. Я не пользуюсь Голосом на виду у всех.

— Я могу предложить место, — голос Первого Лорда застал их врасплох.

— А бал? — Каина указала на танцующих.

— Свои функции мы уже выполнили, теперь всем безразлично есть мы или нет, — ответил Хилар. — В моем замке достаточно тихо, чтобы нам не мешали.

Макс первым оторвался от стены:

— Я согласен. Только вот мне тоже хотелось бы поставить одно условие.

— Это какое? — они оба взглянули на него.

— Я пою, вы — танцуете. Должен я, наконец, посмотреть на это танго….А нас как раз трое.

Первой тихо рассмеялась Каина. А Хилар просто открыл портал, в вихре которого они растворились, словно призраки.

Призрачный вальс

1.

— Янус, — легкий почти летящий шепот над ухом. — Яни, мальчик мой. Уже утро.

Синие-синие глаза, такие же, как у неё самой, открылись. Светлые брови чуть сошлись, и недовольный голос со сна сообщил:

— Я же просил не называть меня так, мама.

Она рассмеялась:

— В том-то и прелесть, Яни. Ты так мило хмуришься и сердишься, что дразнить тебя одно удовольствие.

Её сын сел на постели и покачал головой:

— И кто из нас чье дитя, мам?

Леди Жадеит отошла от его постели и раздернула шторы на окнах, впуская потоки солнечного света. Только после этого она обернулась с легкой улыбкой на губах:

— Так же говорил и твой отец. Я осталась такой, какой меня убили много лет назад. Ты сам прекрасно знаешь главный закон призраков — мертвые не меняются. Так что, с Днем Рождения тебя, сын. С восемнадцатилетием.

Он встал с постели и потянулся своем гибким молодым телом. Демонесса залюбовалась своим сильным сыном. Она погибла, когда ему исполнилось пять лет. И все же сегодня она могла насладиться зрелищем своего взрослого сына. Красивого, умного, коварного и сильного. Ян больше походил на неё, чем на своего отца. Даже его тело напоминало гибкую сталь, тогда как у её мужа была фигура, которую сравнивали с литой бронзой.

— Ты задумала что-то особенное, мама? — голос сына оторвал её от воспоминаний.

— О да, — она улыбнулась самой своей невинной улыбкой и знала, что Ян ни на секунду не поверил ей. Её единственный и любимый сын.

Он стал еще сильнее, когда в прошлом году убил Диару, которая предала его. Жадеит была даже благодарна этой суке. Её сын закалился. Теперь его не обманет никто иной в такой игре, как любовь.

На его теле шевельнулась татуировка в виде змееподобного дракона.

— Таро, и тебе доброго утра. Ты хорошо защищал этой ночью своего господина?

Татуировка согласно зашипела и переместилась на бедра своего хозяина.

— Яни, одень вот это, — она указала на приготовленную одежду аккуратно сложенную на стуле около его кровати. — Я буду ждать тебя внизу. Хочу кое-что показать тебе.

— Хорошо, — кивнул он. — Сколько у меня времени?

— Час, — Жадеит уже стояла у дверей. Она знала о том, что её сын любил плескаться по утрам в купальне.

Ровно через час, Янус стоял в холле, напротив портрета своей матери, а она сама критически обходила его по кругу, весьма довольная собой.

Красная рубашка очень шла её сыну, широкий пояс, со свободно болтающимися концами у его бедра только подчеркивал его тонкую талию, а брюки облекали мысшицы сильных ног и были заправлены в сапоги.

Демонесса встала на цыпочки и расстегнула пару пуговиц рубашки у самого горла Януса.

— Вот так совсем замечательно, — удовлетворенно прокомментировала она.

— Мама, — укоризненно заметил Ян. — Я же не кукла какая-нибудь.

— Но она права, — раздался радостный девичий голос. — Так действительно лучше.

— Каина, — ласково улыбнулась Леди Жадеит. — Я рада видеть тебя. И весьма благодарна, что ты не стала опаздывать на нашу небольшую прогулку.

— Никогда вас не подведу, Леди, — поклонилась девушка, которая только что вошла в двери.

Длинные черные волосы сверкающим водопадом ложились ей на плечи и стекали по спине. Зеленя рубашка с широким рукавом и расшитая изумрудами черная жилетка, делали её просто ослепительной. Кожаные брюки обтекали линию бедра.

— Ты ослепительна, Кай, — сделал комплимент подруге Янус.

— Спасибо, ты тоже неплох, — она усмехнулась. — Стараниями Леди Жадеит.

Он ухмыльнулся:

— Ну, знаешь ли, и ты училась одеваться у неё.

Каина рассмеялась:

— Да, ты прав.

Жадеит расправила складки своего красного платья и пожаловалась:

— Ну, если я не могу менять свой собственный наряд, то почему не могу насладиться тем, что одеваю других, как подобает?

Молодые демоны переглянулись и хором поклонились:

— Все вашими стараниями.

— Ну спасибо, — хмыкнула призрачная демонесса. — А теперь нам пора.


Янус смотрел в спину матери, которая гарцевала впереди, и думал о том, что никто и не догадывается о том, что на самом деле Леди Жадеит — призрак, все, что осталось от могущественной демонессы. Она сумела удержать себя в призрачном состоянии, а чуть позже и вовсе сделать свое тело материальным, так что сомнений в том, что она жива, ни у кого не возникало. Только несколько существ знало правду.

Впереди появились строения.

— Мама, это же питомники отца, — поравнялся он с матерью.

Она улыбнулась:

— Именно. После того, как ты в битве с Кланом Крови потерял своих солдат, я решила, что пора тебе обзавестись своей нормальной армией. Ты постоянно совершаешь вылазки, но твой отряд слишком мал, вы с Каиной слишком много делаете сами. Вам обоим давали уроки стратегии, и вы оба неплохо ими воспользовались, обладая малыми силами. Но надо опробовать свои силы и больших масштабах. Сам знаешь, что наши владения достаточно велики, и те, кто подальше слишком часто поднимают голову, поглядывая на нас с непозволительной жадностью. Я не могу покидать свои владения, а ты не мог заниматься окраинами.

— Значит, ты даришь мне питомники отца, чтобы я сформировал свою армию и навел порядок в наших владениях?

— Ян, я дарю тебе первый шаг к власти. Причем власти такой, которая должна увести тебя от своего дома достаточно далеко. Ты знаешь, я Повелительница Снов. И вижу, как тебе тесно в моем мирке. Да и Каина, хотя сама этого не подозревает, но через пару лет покинет нас. Её время приближается неумолимо. И тебе придется отступить и отпустить её, — демонесса взглянула на солнце. — Она не позволит помочь себе в своем самом важном деле. Но сейчас постепенно в её голове начинает формироваться план действий, который она приведет в исполнение ПОСЛЕ того, как накажет виновников гибели своего клана. И ты туда не вписываешься.

Он медленно кивнул:

— Ты права. Я уже думал об этом. Мало того, я подозреваю, что наши пути могут пересечься уже в те времена, когда достигнем своих целей.

— Ты заглядываешь слишком далеко, сын, — тихо заметила леди Жадеит. — Сначала справься с моим подарком.

— Кому отец оставил питомник?

— Двум бесам. Юста и Таса. Они терпеть друг друга не могли. Сапфир специально их поставил вместе приглядывать за молодняком. Оба верные солдаты и неплохие сержанты. Но я бы сказала, слишком преданы своему господину. Даже после его смерти.

— Понятно.

Что ей нравилось в своем сыне, ему действительно было многое понятно.

Они въехали в ворота строений. И со стен за кортежем внимательно наблюдали десятки внимательных и настороженных глаз.


2.

— Сын Повелителя? — задумчиво повторил воин, начищая лезвие меча. — И почему ты так взволнован? Рано или поздно Госпожа передала бы ему нас и наших подопечных.

— Ты не понимаешь, Юста, — пожилой бес яростно потер единственный уцелевший глаз. — Этот сын воспитывался Госпожой. Он вряд ли похож на Повелителя. Это не тот Господин, которого мы знали с тобой.

— Таса, — бес остановился и поднял взгляд на собеседника. — Он — Повелитель. Каким бы он не был, кем бы не воспитывался. Он — наш Господин. Госпожа известна тем, что коварна и непредсказуема. Никто не мог обвинить её в глупости. Там где погиб Повелитель она выжила, это о многом говорит. Не думаю, что её сын будет глупцом. Мне, например, надоело протирать задницу в этой дыре. Прибытие нового Господина говорит о том. Что наступают новые времена. Это меня устраивает.

Одноглазый Таса с ненавистью выдохнул:

— Я всегда знал, что ты на самом деле не был верен нашему Повелителю!

— Я верен ему, и так же буду верен его сыну, — поднялся на ноги Юста. — А вот тебе советовал бы придержать свой темперамент. Я кое-что слышал о нашем новом Повелителе.

— Да этот сопляк даже крови не нюхал!

— Сам-то понял, что сказал? — насмешливо отозвался второй бес. — Ты говоришь о демоне — сыне демона и демонессы, владеющих силами. Разгром целого клана в семнадцать неполных лет, по-твоему, крови не нюхал? Подумай об этом.

Он вышел за дверь, аккуратно прикрыв её за собой.

Оставшийся бес задумчиво потер пустую глазницу. Может Юста и прав, однако просто так он не собираться сдаваться. Возможно, это глупо, но память о сильном Господине не оставляла его ни на мгновение. И сын этого могущественного демона должен еще доказать свое право на владение верностью.

Однако следовало поторопиться. Юста прав в том, что демон остается демоном. И еще ни один из демонов на памяти Тасы не любил ждать.

Бес решительным шагом покинул комнату, прихватив меч.

Новый Повелитель ожидал всех своих новых подчиненных во дворе главного строения.

Воспитанники питомника выстроились, как на парад. И в глазах каждого тревога. За последние десятилетие здесь ни разу не появлялся ни один демон. А теперь сразу трое гарцевали на своих верховых зверях вдоль ровных рядов. Красное платье повелительницы трепетало, словно флаг.

Бесы жадно вглядывались в стройную фигуру рядом с ней. Светлые волосы, синие глаза. Слухи не лгали, он больше походил на повелительницу, чем на Повелителя. Но слухи так же говорили и то, что он не умеет ездить верхом, не выходит из своих лабораторий. Однако на бедрах юного Повелителя слишком привычно висели парные мечи.

— Юста и Таса, — прогремел голос повелительницы.

Оба беса выступили вперед и склонили головы.

Лорд Янус спешился. Его сапоги взбили пыль на плацу.

— Поднимите глаза, — спокойный приказ и голос. Голос прежнего Повелителя.

Оба беса невольно вздрогнули и выполнили приказ. На них смотрели бесстрастные холодные глаза. Слишком холодные для такого молодого лица.

Он смотрел достаточно долго. Нестерпимо хотелось отвести глаза, но взгляд демона не отпускал. Наконец, Янус повернул голову в сторону матери, прерывая свое визуальное изучение.

— Ты была права. Эти двое проблема.

— Ты их убьешь? — только здравое любопытство.

Таса потрясенно скинул голову. Такой исход дела он не предполагал. Судя по невозмутимому лицу Юсты, именно этот вариант он предположил первым.

— Только одного, — отозвался сын Повелителя. — Терять ценные кадры, которые разбираются в здешнем гадюшнике я не собираюсь, но и терпеть, что бы какой-то бес смотрел на меня как на одного из своих солдат, не буду.

— Это кто из них такой дурак? — с интересом наклонилась в седле повелительница.

Взмах рукой. Только каким-то образом в руке юного Повелителя оказался один из его мечей. Никто и не успел увидеть, когда он успел его извлечь из ножен.

Таса смотрел поверх лезвия меча в страшные синие глаза юного Повелителя. Металл холодил кожу шеи, и бес обнаружил, что колени подозрительно вздрагивают под тканью штанин.

— Хотя нет, — тихий голос прошелестел над плацем. — Знаешь, мама, терять материал принадлежащий отцу — это расточительство. Думаю, я найду применение даже этому созданию. Имя?

Последняя фраза уже относилась к Тасе. Тот не сразу понял, и светлая бровь на бледном лице приподнялась, выражая несмешливое недоумение.

— Таса, Господин, — бес проклял себя за охрипший голос, но меч все еще не изменил своего положения у его шеи.

— Таса, — задумчиво повторил демон и, наконец, опустил меч. — Что ж, бес Таса. Живи пока. Но ты мне понадобишься. Чуть позже.

И возражать не было ни смысла, ни каких-либо возможностей. В этот момент Таса понял, что, наверное, стоило собирать не только те слухи, которые ему больше нравились, а прислушиваться ко всему, что говорили о юном Повелителе.

— Юста? — демон повернулся к его напарнику и извечному противнику.

— Мой Повелитель, — склонился в поклоне этот лизоблюд. Он и во времена Повелителя Сапфира делал точно так же. Подмазывался и старался предугадывать его желания.

— Ты покажешь мне самых старших. Те, кто уже застоялся в питомнике.

— Как прикажите, — Юста мельком взглянул на Тасу. И взгляд у него был… сочувствующий? Вот только этого не хватало! Чтобы заклятый враг смотрел с таким снисхождением. Таса чуть не заскрипел зубами от злости. Этот ублюдок думает, что ему оставят жизнь? Это не надолго. Он довольно быстро последует за самим Тасой. Эта мысль успокаивала.

— Зачем тебе этот старый бес? — молодая демонесса, которая приехала вместе с кортежем проявила любопытство.

Юный повелитель поднял голову и посмотрел на неё.

— Солнышко, есть много вариантов применения старого материала. Но если тебе интересно, то я собирался разобраться с кое-какими моментами в конструировании бесов. Видишь ли, насколько мне известно, их очень трудно контролировать в боевой форме. Трансформируясь, они теряют и ту ясность мышления, что присутствует в их сознании в спокойном обычном состоянии. Это очень неудобно и создает определенные проблемы, как показывает практика.

— Да уж, — хмыкнула демонесса, словно вспоминала некоторые такие случаи. — Так ты хочешь понять, что мешает им нормально соображать?

— В точку, — он провел по светлым волосам рукой. — Мне нужна нормальная армия, которую я смогу контролировать, и которая сумеет выполнить мои приказы точно, без заскоков. И будет с кого спрашивать.

— Не боишься, что они станут через чур умными? — насмешливо сощурилась черноволосая.

— Риск есть везде и во всем, — пожал он плечами. — Знаешь, Каина, если бы твой Рафаэль мог ясно мыслить, а не просто на инстинкте тащить тебя из горящего дома, то возможно, он сумел бы прихватить не только тебя.

Демонесса промолчала.

А Таса почувствовал, как позвоночник превращается в ледяной стержень. Наконец — то, он понял, какая судьба его ожидает. Вот, что означало сочувствие в глазах Юсты. Его разберут на куски живой плоти. Бес понял, что лучше бы его убили сразу, но он был бесом, который выращен в питомнике, и он понимал, что выполнит приказ. Не сможет не выполнить. Он сам придет в лаборатории, где познает все ужасы настоящего ада.


3.

Пять юных бесов выстроились ровной линией перед своим новым Повелителем.

— Когда умер Повелитель, поступил приказ приостановить рост и развитие бесов, — голос старого беса был ровным. — Эти как раз только вышли из инкубаторов. Тогда то, мы и решились ввести новую программу. Они развивались, как Дикие — очень медленно и все обучение так же пришлось растянуть.

— Полагаю, трудно пришлось, — хмыкнул Янус. — Вы же привыкли выпускать солдат каждые пять лет.

— Были трудности, Господин, вы правы, — кивнул Юста. — Но у нас осталась парочка Диких в составе стражи. Они-то и помогли.

— Понятно.

Янус вгляделся в ближайшего беса с интересом. Красные волосы, убранные в гибкую косу. Чуть раскосые глаза, черные и блестящие в обрамлении густых и длинных ресниц. И это боевой бес?

— Как твое имя? — демон обошел беса вокруг, с интересом разглядывая.

— Тамир, Мой Господин, — голос у беса оказался очень приятный.

— Ты боевой категории?

— Да, Повелитель. Просто я из экспериментальной серии разведчиков.

Янус задумался, припоминая. А ведь точно, давно он читал записи отца о том, что стоит попытаться вывести новую породу бесов. Такую, что сможет очень хорошо играть роль шпиона.

— Но почему такой смазливый? — выразил он свою последнюю мысль.

— Простите, господин, — подал голос второй бес, стоящий рядом. — Экспериментальных серий разведчиков было пять десятков: смазливые, неприметные, десяток был очень уродливых, похожих на калек, десяток со специфическими развитыми способностями в различных областях, и десяток с научным уклоном мышления.

— Логично. Ты, похоже, относишься к последнему? — заметил Янус.

— Да, мой повелитель, — он поклонился. — Я — Самар.

— Юста, — демон повернулся к старому бесу. — Их обучали по обычной программе?

— Да, — кивнул тот. — Прежний Повелитель хотел разработать программу обучения, но она так и не дошла до нас. Так, что я принял решение воспитывать их по обычному образцу, он в любом случае пригодится, как базовый. Плюс я позволил Диким обучать их своим штучкам.

— Хорошо, — задумчиво кивнул Янус. — Очень хорошо. Следующий вопрос, сколько выжило из всех пять десятков?

— Двенадцать бесов, мой Господин, — тихо отозвался он. — Эти пятеро лучшие.

— Всех в замок в мое личное распоряжение, — отозвался Янус и внимательно посмотрел на пятерку. — А один из вас должен стать моим адъютантом. Для этого вам придется потрудиться. Пока я не знаю, кто из вас удостоится этого звания. Раз вы должны быть разведчиками, вот вам первое задание. Сегодня вечером в замке Леди Жадеит будет небольшой бал. Семейный. У вас восемь часов. Вы должны будете станцевать с самой Леди вальс. Тот, кто не справится, выбывает из соревнования. Ясно?

— Мой Господин, — все пятеро склонились в поклонах.

Демон хмыкнул, развернулся и вышел. Ему еще кое-что нужно было оценить в этом питомнике.

Бесы, молча, смотрели на закрывшуюся дверь.

— Что ж, — наконец, произнес Тамир. — Это наш шанс.

— Шанс? — хмыкнул один из его товарищей. — На что? Умереть по-быстрому? Где мы выучимся вальсу за восемь часов? Кто-нибудь вообще знает, как он выглядит — этот вальс?

Юста тяжело вздохнул:

— Я научу вас, ребятки.

— Вы, Старший?! — пять пар глаз с удивлением уставились на него.

— Я, — хмуро кивнул старый бес. — Похоже, наш новый повелитель не так прост, как о нем думал Таса. Он знает кое-что, что по идее должно было быть погребено под слоем времени. Я умею танцевать вальс. Меня учила сама Госпожа. Давно это было, но я помню каждое движение. Так что у нас есть несколько часов. Готовы работать вместе?

— Сейчас мы в одной упряжке, — тихо заметил Тамир. — Нам придется работать вместе.

— Хороший подход, — одобрительно кивнул бес. — Я должен кое-что показать Повелителю. Через час здесь же.

— Старший, — голос Самара нагнал его уже выхода. — Почему вы решили нам помочь?

— Это не твоего ума дела, сосунок, — хмыкнул тот. — Тебя разве здесь учили выяснять мотивы?

— Хорошо, Старший, — кивнул Самар. — Я постараюсь узнать это сам.

— Если получится, — помедлил Юста. — Я в ответ постараюсь убить тебя, мальчик. Запомни это.

Дверь за ним закрылась с мягким хлопком.

— У Старшего есть какие-то скелеты в сундуке, — задумчиво заметил кто-то из молодых бесов.

— У всех они есть, — ответил Тамир. На его красивом лице замерло какое-то странное чувство, которое никак не могли определить остальные. Но Тамир всегда был себе на уме.


— Ты это серьезно? — Жадеит с интересом смотрела на сына.

— Ну, ты же хотела кавалеров, и повеселиться, — улыбнулся тот.

— Но это довольно оригинально, танцевать вальс с пятью бесами подряд.

— Тебе не нравиться эта мысль? Ведь их учителем будет тот бес, которого ты учила вальсу сама.

Она вскинула свои бездонные голубые глаза:

— Откуда?..

— Прочитал в дневнике отца, — тихо ответил Ян. — Он написал, что это было настолько необычно, когда он видел, как во дворе, где в лунном свете искрились струи фонтана, танцевала его невеста с молоденьким бесом из Стражей. Он написал, что это был Призрачный Вальс. Потому что ты была видением, то ли беса, то ли его собственным.

— Сапфир, — тихо прошептала демонесса. Она задумчиво смотрела куда-то мимо своего сына, словно заглядывала в прошлое. — Ты знаешь, Яни. Я действительно любила твоего отца, а он меня. Это было так странно. Никто не думал, что это чувство появиться, оно на самом деле только бы помешало. И именно это погубило нас двоих. Но я, ни на секунду не сожалею.

Она посмотрела в глаза сына:

— Ты отдашь мне его дневник?

Он кивнул.

— Хорошо, — она поправила выбившуюся прядь волос. — Поехали? Нам еще надо успеть проверить, все ли готово к празднику и твоему экзамену этих бесов. Я хочу, чтобы Призрачный Вальс повторился. Все пять раз, которые ты мне подарил.

— Не напугай их, мама, — он улыбнулся. — И, пожалуйста, прекрати называть меня Яни.

Она рассмеялась:

— А я уж подумала, что ты расчувствовался, и больше не будешь возражать.

Каина, что только что нагнала их, рассмеялась:

— Ах, Госпожа! Если он перестанет обращать на это внимание, вы же перестанете так его называть!

— Предательница! — шутливо замахнулся демон на подругу.

Та увернулась и показала язык.

Жадеит подъехала поближе и положила руку на запястье сына.

— Ян, после того, как я станцую свой Призрачный вальс с твоими бесами, ты станцуешь его со мной?

Он медленно кивнул:

— Конечно, мама. Ведь во мне есть частичка отца. А он так хотел тогда спуститься и оказаться на месте этого беса.

— Вот ведь хитрая морда, — возмутилась Леди Жадеит. — Так он уже тогда влюбился! А мурыжил меня еще два года! Когда встречусь с ним в загробном мире, он у меня получит!

Янус и Каина искренне рассмеялись, глядя на кипящую праведным гневом демонессу, и чувствуя невольное сочувствие к бедному призраку Лорда Иллюзий.


4.

Тамир прищурил глаза, смотря на полуобнаженную фигуру своего Повелителя. Прошло уже три года с того знаменательного вечера, когда он и его четверо товарищей танцевали вальс с самой Госпожой. И только год назад Лорд Янус сделал его своим адъютантом. Самар попал в лаборатории Господина и стал там одним из лучших ученых и ассистентов Лорда. Юста погиб в одном из первых походов. Остальные трое все так же в его свите.

Сразу после того вечера, наутро Лорд Янус отправился в питомник и отобрал себе небольшой отряд. Еще через три месяца, все его бесы, включая пятерку, которая танцевала вальс, побывали в лабораториях. Их изменяли.

Тамир до сих пор вспоминал, что он там увидел. В этой стерильной чистоте он встретил Старшего Тасу. Точнее, все, что от него осталось. И еще долго в кошмарах ему снились белые стерильные стены и окровавленные останки тела Старшего. Он знал, что их не зря провели через ту комнату. Все они были из одного питомника, и Таса был их учителем. Часто жестоким и безжалостным, но такие все в питомниках. Тамир знал, что только тогда многие начали осознавать, насколько страшен их новый господин. Несколько бесов погибли на тех столах. Они слишком боялись закончить так же как Старший Таса.

Однако уже через месяц прошедших операцию Господин повел в первый бой.

Он начал наводить порядок на своей земле. Слишком уж обнаглели те подданные, что оказались удалены от замка Леди Жадеит. Пора было напомнить, что существует взрослый наследник. Да и опробовать обновленных бесов было необходимо.

Именно при первом штурме замка одного зарвавшегося барона, бесы обнаружили, что ярость при боевой трансформации больше не застилает им глаза, хотя и сила и мощь осталась при них.

— Эй, Тамир! — господин перегнулся через подоконник своего окна, возле которого стоял все это время.

— Мой Господин? — поднялся он на ноги

— Хороша ночка?

— Гроза надвигается, повелитель

— Я и говорю, что хороша ночка, — он сел на подоконник и перекинул ноги. — А ну-ка.

Сальто в воздухе и легкий хлопок соприкосновения босых ног с прессованным песком. Дракон-татуировка недовольно фыркнул и медленно переместился на спину хозяина, где несомненно, устроившись поудобнее решил подремать.

Тамир поклонился:

— Повелитель?

Синие глаза задумчиво взглянули на него:

— Тамир, ты не разучился танцевать вальс?

Бес чуть вздрогнул:

— Нет, мой Господин.

— Проверим? — насмешливо прищурился демон.

Над головой загрохотало небо. Тамир хорошо видел в темноте, которая их накрыла, и заметил, как в глазах его Господина пляшут искры шаровой молнии.

Бес отложил меч, который натачивал последние полчаса и скинул плащ.

— Как пожелаете, Повелитель.

Он знал, что Лорд Янус прекрасно осведомлен о том, что он в свободное время тренируется, вспоминая каждое движение того танца, что показали им Повелитель с Госпожой, после того, как они все пятеро, дрожащие от напряжения, вытянулись вдоль стены.

Демон рассмеялся и протянул руку. Именно в этот момент хлынул дождь. Одной сплошной стеной ливня

А Лорд иллюзий просто обожал грозу с ливнем. В редкие вспышки молний, следующих за грохотом грома, случайный зритель мог увидеть, как во дворе замка кружат в вальсе, словно в центре бури две мужские фигуры. И этот вальс уже не был призрачным.


5.

Тонкий-тонкий лунный луч просочился сквозь стекло, по пути бросив искры на морозном узоре окна, скользнул по краю шторы, и уперся в стальной клинок, заставив его вспыхнуть, почти нестерпимым светом. Где-то снаружи — приглушенный шум бойни. Тот, кто держал клинок, знал, что все кончено для этого замка, и для его жителей. Приказ: «Пленных не брать!», слышали не только воины захватчиков.

Вот только, она не могла быть там, с теми, кого сейчас убивали. Без жалости, без пощады. Она не могла быть там, потому что её закружил чужой навязанный танец.

Противник стоял прямо напротив неё. Затишье перед торнадо. Они оба это знали.

Он был красив. Старше её года на три от силы. Золотистые волосы, даже сейчас прекрасные, слипшиеся от пота и крови. Яростные веселые светло-синие глаза. Такие пронзительно ясные, такие ненавистные.

Он очень хотела увидеть его кровь. Но на нем была только чужая. Ни единой капли ЕГО крови.

— Будешь моей? — такой хриплый от пыли и постоянных приказов и команд, голос.

— Никогда! — злой выдох. — Я испью твоей крови!

— Красивая. И кровожадная. — он вздохнул. — Жаль.

Ему действительно было жаль, она видела это так же ясно, как чувствовала свою ненависть к нему.

Вихрь стали и магии. Он владел двумя мечами сразу. Она не успела даже заметить, когда он начал движение. Тяжелые портьеры на стенах колыхнулись от порыва ветра.

— Потанцуем? — шепнул сквозняк в комнате.


Мне действительно было жаль. Потому что другим бы выходом было просто лишить её воли и той основы, что составляла её личность. Но это означало так же — лишить её огня, который меня так привлекал. Оставался только один способ.

Она даже не заметила, когда я оказался рядом и приник к её губам. Сладким, жарким…

— Жаль, — повторил я, пронзая её сердце мечом.

Золотые глаза удивленно распахнулись, и смерть поднялась из глубины её зрачков вместе с гаснущей яростью понимания. Я играл с ней все это время. Бедняжка.

Я вытер меч о её одежду и начал спуск с башни, в которой мы так яростно танцевали.

Эта война бесконечна.

Старые древние, выжившие из ума демоны — вот, кто такие бароны, графья и прочая аристократическая шваль, составляющая костяк подданных моего отца. Они все грезят прежними временами, плюясь в меня радужными осколками прошлого. Глупо. Те, кто поумнее — слишком горды, что бы ими управлял какой-то молокосос, которого и в задумках не было, когда они воевали под началом моего отца. А те, кто молод, так же как и я, считали, что могут быть лучше, ловчее, сильнее — раз уж я смог, почему бы и им не попытаться?

Это похоже на замкнутый порочный круг.

Требовалось что-то, что сможет сломать линию этого круга, ну или хотя бы погнуть, что бы испортить его гладкое скольжение. Что-то, что сильно б подкосило основы этой идиотской статичности.

Военная тактика и стратегия вассалов моего отца, была мной изучена за эти годы вдоль и поперек, ничего нового ждать не приходилось. Если только где-то в остатках не затесался какой-нибудь военный гений. Как тот парень, на которого я напоролся в прошлом году. Хорошо еще, что его отец оказался настолько узколоб, что бы не увидеть в сыне — настоящего стратега и полководца. Это позволило мне почти захватить все их земли, прежде чем стрик погиб в одной из стычек. После его смерти парень развернулся.

И я получил искреннее удовольствие от битв, которые последовали вслед за смертью старого виконта.

Но особо я повеселился, когда мы с новым виконтом начали процесс переговоров, которые вылились в вербовку. Теперь — он один из лучших моих стратегов.

Я уже выходил из башни, когда у меня на пути, чуть ли не из под земли, появилась знакомая красная коса моего адъютанта.

Бес поклонился, его глаза встревожено блестели:

— Господин.

— Что случилось? — я насторожился. Что-то из ряда вон должно было произойти, что бы Тамира так передергивало от волнения.

— Вас ожидают послы Его Величества Сурана, — бес справился со своими чувствами. И подал информацию безупречно.

— О, — я вскинул бровь. — Ч то ж, не стоит их заставлять ждать слишком долго.

И снял перевязь с мечами.


Хилар смотрел, как приближается кандидат. Не смотря на морозный воздух, и царящий вокруг холод, он был облачен в один мундир, тогда как вся свита Первого Лорда куталась в теплые пушистые меха.

Волосы Повелителя Иллюзий слиплись от чужой крови, а на лбу блестели бисеринки пота. Голубые глаза смотрели настороженно и холодно.

Юноша сдержанно поклонился:

— Я польщен вашим посещением, Лорд Хилар. Но так же прибываю в недоумении… Мои земли так далеки от столицы Империи и не интересны…

Вот нахал, Хилар вскинул бровь. И все это таким вежливо-отстраненным тоном.

Северный Лорд медленно кивнул, они с Императором не ошиблись в выборе. Осталось предложить сделку этому демону, от которой он не сможет отказаться.

— Вы не правы, Лорд Янус, — он вскользь одарил демона титулом и удовлетворенно улыбнулся про себя, когда увидел, как дрогнул уголок рта Повелителя Иллюзий. Больше тот ничем не выдал своего удивления. — Кое-что интересное для Империи есть в ваших землях.

— Кажется, я начинаю догадываться, что именно, — демон поразительно быстро справился со своим потрясением. — Мои бесы?

— Точнее то, что вы с ними сделали. — Хилар тоже любил точные формулировки. — Мы наблюдали за захватом замка….

А вот тут он вздрогнул. Похоже, ему не понравилась мысль о наблюдении, которое он не смог отследить. Очень хорошо. Это поубавит самоуверенности, которой грешат слишком многие в Империи. Первый Лорд Империи продолжил:

—.. и убедились, что наши информаторы не были введены в заблуждение. Вы действительно создали бесов, которые способны контролировать себя в боевой трансформации и четко выполнять приказы. Император хотел бы предложить вам сделку…

Голубые глаза потемнели, став пронзительно синими:

— Что ж, я думаю, нам будет удобнее пообщаться в более подходящем для этого месте.

Хилар покачал головой:

— Я уже отбываю обратно в столицу, — он протянул демону пакет. — Здесь все изложено. Через три дня мы ждем вас во дворце Императора.

Повелитель Иллюзий протянул руку и взял конверт, а Хилар тут же развернулся и махнул своей свите рукой. Они отбывали.

Северный Лорд скрыл еще одну улыбку, анализ Каины этого демона оказался верным. Ошарашить, дать точную информацию и ограниченный срок для решения. Янус сам должен прийти к ним, привлеченный наживкой, словно акула запахом крови.

Он уже близок к крючку.

Этот демон необходим Империи. Но он должен прийти добровольно.

Открытый вихрь портала, отвлек Хилара от уже проделанной работы. Впереди предстояло еще много дел. Повелитель Иллюзий действительно был — одним из череды решаемых проблем.


Я листал бумаги уже, наверное, на пятый или шестой раз. Нестерпимо хотелось пить, но я не мог позволить себе этого, так как знал, что эта жажда неутолима. Они предлагали мне нечто невероятное, в обмен на всего лишь секрет перекодировки бесов в более контролируемое состояние.

Похоже, император прекрасно осознавал, что на самом деле это более опасная форма бесов, так как они способны мыслить и в боевой трансформации, а значит, становятся и самостоятельнее, опаснее не только для врагов своего хозяина, но и для своих хозяев. Однако они, как и я видели в этом больше плюсов, чем минусов.

И ради этого секрета, мне предлагали место одного из Лордов. Всю восточную территорию в подчинение. И все научные ресурсы Империи. Заманчиво. Сложно. Опасно.

Я откинулся на спинку кресла, в котором сидел. Это то, о чем я мечтал. То, что давало огромные возможно и огромные проблемы.

И я знал, кто им подсказал мою кандидатуру.

Каина. Огненная Леди. Похоже, она решила вернуть долг моей семье. Приму ли я столь опасный и желанный подарок?

Бесшумно приоткрылась дверь, и на пороге появился Тамир.

— Повелитель?

— Что случилось? — я устало поднял глаза.

— Какие-то проблемы лаборатории. Вы просили сообщать о малейших происшествиях.

Я немедленно вскочил на ноги, отшвыривая бумаги. Мой эксперимент! Из-за Лорда Хилара, я совсем о нем забыл!


Тамир аккуратно собрал разбросанные по кабинету листы и сложил их обратно в пакет. Похоже, повелитель их уже изучил досконально. Но все же, вдруг захочет пробежаться глазами еще раз.

Интересно, он пример предложение Императора? От него можно было ожидать и отказа. Но сейчас, лаборатория для него важнее всего. Когда дело доходило до очередного эксперимента, все вставали с ног на уши, потому что Повелитель становился похож на безумца. И так до того момента, пока эксперимент не перейдет в стадию, когда становиться уже все понятно. Только тогда у повелителя ослабевал интерес.

Бес положил пакет к остальным особо важным документам, что бы господин мог просмотреть его сразу после своего возвращения из лаборатории.

Все же было бы интересно стать адъютантом одного из Лордов. Но Повелитель так непредсказуем. Тамир задумчиво потеребил кончик косы, оглядел кабинет в последний раз, и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.


Максимилиан с удивлением разглядывал нового Лорда. Стройный, красивый, невозмутимый, с легкими обводами недосыпа вокруг глаз.

— Позвольте представить Вам Лорда Януса, Повелителя Иллюзий, — Хилар кивнул всем присутствующим. — Лорд Янус — ученый высокого уровня. Он займется видоизменением бесов и другими научными вопросами. Он очень важен для нас. Так же император Суран даровал ему титул Лорда Востока и стратега.

Повелитель Звезд разочаровано вздохнул, штабная крыса. А он-то надеялся на кого-нибудь столь же интересного, как Каина.

Только вот одно смущало сына сирены — взгляд голубых глаз. Он необычайно холодным, словно это он — Повелитель Льда, а не Хилар. Скучный парень, как и все ученые.


Звуки в тишине

Повелитель Теней и Иллюзий Лорд Сапфир аккуратно сложил все свои бумаги, столь же аккуратно прибрался на столе, приводя все к идеальному порядку. В последнюю очередь он, чуть помедлив, надел амулет с охраняющим заклинанием, что подарила ему жена. Затем подхватил китель со спинки стула и вышел из кабинета.

Сосредоточенное выражение на лице постепенно покидало его. Шаг становился все более плавным. Рука непроизвольно взъерошила светлые волосы, и что-то мурлыкающее сорвалось с губ.

Демон любил это чувство оконченной работы. Тишина в замке только добавляла к нему привкус клубники. Синие, под стать его имени, глаза сверкнули удовольствием и озорством; он кое-что вспомнил.

Сапфир резко изменил направление. Замок спал, кроме застывших фигур стражников, на которых хозяин обращал внимание не больше, чем на статуи, украшавшие коридоры.

Мурлыкающий мотив становился все более довольным. Наконец, он достиг своей цели.

Скрипнувшая дверь заставила какую-то тень метнуться в угол. Светлые брови чуть сдвинулись. Демон недолюбливал этих животных, с вороватыми повадками и трусливым характером.

— Свет, — приказал Повелитель Теней и в помещении разлился неяркий уютный свет, осветивший кухонное помещение.

Демон хмыкнул, увидев на столе, прикрытые светлым полотенцем, тарелки. Слуги уже давно изучили некоторые прихоти хозяина.

Когда-то Сапфиру доставляло невероятное удовольствие приходить на кухню поздней ночью, когда он заканчивал работу. Повара довольно быстро разобрались, куда исчезают некоторые продукты и начали оставлять приготовленную пищу на столе.

Он очень ценил своего шеф-повара, который в прошлом был одним из его воинов. Став калекой и постарев, этот бес увлекся приготовлением пищи. В итоге Повелитель Теней поставил его командовать своей кухней, чем осчастливил ветерана, учитывая то, что Сапфир с довольствием поглощал его кулинарные эксперименты.

Демон скинул китель на спинку стула и сел за стол. Он сдернул полотенце и не удержал новой улыбки. Тарелка с крупными ягодами клубники и кувшин белого вина…

Он задумчиво потягивал вино и ел клубнику, разглядывая в высоком окне ночное темное небо, затянутое багровыми тучами.

Золотистые искры сверкнули в бокале и демон, развлекаясь, бросил туда яркую ягоду. Отпив всего один глоток, он поставил бокал и, сложив руки на столе, положил на них светлую голову. Глубокие синие глаза смотрели на бокал, завороженный сочетанием солнечного вина, ягоды и призрачного, льдистого хрусталя.

Тишина покрывалом накрыла его. Сапфир дремал, улавливая каждый шорох в своем замке. Спокойствие замка действовало на него умиротворяюще. Тихо…

— Редкая ночь, — заметил он в тишину кухни.

Свет все более тускнел и сгущался вокруг бокала, словно пытался сосредоточиться в хрустале и солнечном свете вина.

— Вот ты где, — тихий голос вплелся в тишину. Демон поднял голову и взглянул на подругу.

— Проходи.

— Император Рубин тобой не доволен, — заметила Жадеит, села напротив, рассеяно подвигая к себе тарелку с остатками ягод. — Ты ему нахамил

Сапфир пододвинул к нему кувшин с вином:

— Я знаю. Он сообщила мне, что если я не исправлюсь, то он не ручается за своих подданных. Я понял это как намек.

Жадеит тяжело вздохнула:

— Ты знаешь, что я ничем не могу тебе помочь. Я так устала, пытаясь отыскать дорожку к этому Туману. Мне едва хватает сил поддерживать и прикрывать тебя. На большее я буду способна только в одном случае, если брошу все это.

Её муж вздохнул и провел кончиками пальцев по кромке бокала:

— Я не прошу помощи. Меня беспокоят мои неудачи и очень сильно тревожат ощущения, что я испытываю при встрече с герцогиней Горгоной. Чем чаще я её вижу, тем яснее ощущаю, что мы были правы в своих предположениях…

— В смысле? — голубые бездны глаз смотрели с тревогой.

— Сложно объяснить, — демон встал и подошел к окну. Бокал уютно устроился у него в ладонях, — Одно я понимаю, мы не можем доверять теперь даже нашей собственной императрице…

— Все может быть, — кивнула Леди Жадеит и подобрала ноги, устраиваясь на стуле поудобнее. — Вспомни, как она отправила нас сюда. Я сомневаюсь в её помыслах. Юрия хочет вернуть Горгону. А это означает… Она именно то существо…

Сапфир долго молчал, затем судорожно передернул плечами и одним глотком выпил свое вино:

— Любимая, мне не нравиться твой эксперимент с Туманом. Похоже, Горгона там как-то замешана.

— Это и меня пугает, — вздохнула Леди Снов. — Сапфир…

— Да?

— Не смей умирать.

Синеглазый демон обернулся:

— Жаде…

Обманчиво хрупкая фигура устало сгорбилась над столом.

Демон, молча, подошел к ней, отобрал у золотоволосой красавицы кувшин и выбросил его вместе со своим бокалом куда-то в угол

Демонесса смотрела на него с недоумением. Лорд Иллюзий щелкнул пальцами, и на столе появилась бутылка вина и два высоких бокала.

Он разлил кроваво-красное вино. Жадеит помедлила и взяла один из бокалов. Едва слышный звон ветерком распространился по кухне, когда хрусталь соприкоснулся.

Оба молча, пили вино в полумраке.

— Не умирай, любимый.

— Я не настолько слаб, чтобы вот так просто умереть.


— Сапфииииррр!!!! — крик демонессы разнесся над столицей империи Крин. Она бежала сломя голову, чувствуя, как рвется красная нить, которая была крепче, чем все, что знала до этого Жадеит.

— Леди!

Они окружили её внезапно, она едва успела заметить, как они появились рядом.

Туман улыбался ей.

— Леди, не надо спешить…

Она стояла в круге его демонов-воинов и молча, смотрела ему в глаза. Кринит сказал правду, спешить больше было некуда.

Повелительница Снов подняла руку, сплетая заклинание.

Лорд Туман усмехнулся:

— Когда я свяжу тебя по рукам и ногам, имперская девка, ты сможешь лишь умолять меня о пощаде, но её не будет. По одной простой причине: ты станешь моей навеки.

— Я скорее умру, — тихо ответила она. — Но ты умрешь прежде. Гибели мужа я вам не прощу. А чуть позже, я обещаю тебе, старик, придет мой сын, которого вы оставили сиротой, и сотрет с лица земли всю эту поганую империю. И в первую очередь он свернет шею вашей госпоже — этой змееголовой Горгоне!

С её пальцев сорвались молнии:

— Будь проклята эта земля, — её глаза горели безумием. — Все сны теперь этого города будут принадлежать мне!

— Убейте её! — Туман выбросил вперед руку. — Что вы стоите, тупицы! Убейте!

Она смеялась им в лицо, кружась волчком в сужающемся круге. Весь его клан был здесь. Они не могли недооценить её.

Её сердце больше ничто не держало здесь, и сила больше не распределялась на двоих. Всю свою полную мощь, голубоглазая демонесса обрушила на атакующего её врага.

Она лишь не заметила темной фигуры в капюшоне, которая возникла в стороне от битвы… Но успела воспользоваться странной заминкой в доли секунды, во время которой её враги внезапно отступили, перестраиваясь…


Что такое тишина… ТИ. ШИ. НА.

Моя тишина… твоя тишина… их тишина…

Ти-ши-на…

У неё бархатные лапки и ступает она тихо-тихо…ласкается, обволакивает… ти. ши. на.

У неё острые когти… они скребут. Царапают… они бесят и теребят нервы.

ТИШИНА!!!!!

Тишь… и звук. Сердце прыгает, стучит, рвется… тишина вокруг… и кажется…тишина вокруг…

Сначала неуютно, потом не по себе, потом… страшно… жутко.

Ти. Ши. На…

шшшшшшшшшшшш. тише. тихо…замри. не дыши. слушай.

тишина. её можно услышать. только… это очень страшно. услышать тишину.

тссс. она у тебя за спиной…

у неё синие глаза, в глубине которых сияют звезды… Леди Жадеит плакала навзрыд, прижимая к сердцу, которого уже у неё не было, окровавленные руки, в которых тлел странный огонек.

А вокруг… Ти. Ши. На…

Потому что Леди Жадеит, Повелительница Снов только что умерла, но не могла уйти. У неё остались незаконченные дела.

Она не могла уйти туда, куда вела оборванная красная нить… демонесса плакала в тишине посмертия.


Купить книгу "Танец Демона. Новая империя (сборник)" Зимина Светлана

home | my bookshelf | | Танец Демона. Новая империя (сборник) |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 32
Средний рейтинг 4.7 из 5



Оцените эту книгу