Книга: Другая история Средневековья. От древности до Возрождения



Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Д. В. Калюжный, С. И. Валянский

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Купить книгу "Другая история Средневековья. От древности до Возрождения" Калюжный Дмитрий + Валянский Сергей

Предисловие

Первые главы этой книги написаны давно. К моменту нашей встречи один из нас уже 25 лет занимался исследованиями в области хронологии, накапливал и анализировал факты; другой тренировался в журналистике. Объединив информационную основательность одного с борзописностью другого, мы в 1994 году написали первую нашу книгу об истории Европы.

Но ее никто не хотел печатать. Издательства научные – потому, что книга «антинаучная». Издательства художественные – потому, что научная. К тем, кто специализировался на книгах паранормальной и скандальной тематики, мы сами не шли. Только в 1996 году, благодаря поддержке, которую нам оказал поэт Роман Сеф (за что наша ему неизбывная благодарность), книга вышла в свет. Крупное издательство отпечатало ее мелким тиражом под названием, придуманным не нами, и с рисунком на обложке, которого мы до появления тиража не видели, а потому и не одобряли.

И все же книга наделала шума. Набеги корреспондентов, телесъемки, письма из разных городов России и из-за границы вдохновили нас на продолжение, и в 1998 году вышли уже четыре книги. Материала было так много, что приходилось ограничивать себя, довольствуясь иногда пунктирным изложением темы… зато опечаток оказалось столько, что хватило бы на еще одну книгу. Мы не стали отчаиваться и продолжили работу.

Одновременно с нами «глубь времен» измеряют многие энтузиасты в России, Германии, США. Все мы, стараниями «традиционных историков», предстаем перед публикой в лучшем случае как дилетанты в поисках дешевой популярности (а в худшем – как тихие сумасшедшие). Работы большинства наших коллег замалчиваются, с ними «борются». Впрочем, большинство из нетрадиционных историков тоже считают себя «борцами» с окостеневшей официальной наукой.

Но теперь книга А. К. Гуца «Многовариантная история России» расставила точки над i: стало ясно, что «единственно верного» прошлого у человечества уже не будет никогда. История принципиально многовариантна, причем официально принятая ныне версия – тоже всего лишь один из вариантов. Поэтому нет нужды устраивать драку между нами всеми.

Книга, которую вы держите в руках, – результат сведения в один том двух наших книг: «О графе Гомере, крестоносце Батые и знаке зверя» и «Путь на Восток, или без вести пропавшие во времени», с серьезной их редактурой, с добавлением новых материалов, появившихся прежде всего в результате исследований А. М. Жабинского. Надеемся, наша работа понравится вам. Благодарим за внимание.


Сергей ВАЛЯНСКИЙ, Дмитрий КАЛЮЖНЫЙ

СОЗДАНИЕ ТРАДИЦИИ

Человечество едино. История человеческой цивилизации цельна, последовательна и непрерывна.

Истина

Введение

Основы традиционной хронологии заложены были в ХVI – начале XVII века стараниями, в основном, двух ученых: Жозефа Скалигера (1540–1609) и Дионисия Петавиуса (1583–1652). Чтобы хронология стала научной в современном понимании этого слова, им следовало бы, рассматривая имевшиеся в их распоряжении исторические документы, ответить на три вопроса, применительно к каждому из них: КОГДА это происходило? ГДЕ это происходило? и, наконец, С КЕМ это происходило? – предварительно решив, а происходило ли описываемое вообще.

Однако, судя по результатам, документов у них было немного, да и задачу они себе ставили другую: они «увязывали» свои времена с библейской хронологией, которая к тому времени уже была рассчитана. По еврейскому календарю «Начало мира» произошло 7 октября 3761 года до н. э. Но есть и другие даты»: Александрийская, считающая сотворение мира с 25 марта 5492 года до н. э.; Византийская (она использовалась и в России) с 1 марта 5508; также – 5872 (70 толковников); 5515 (Феофил); 4700 (Самарийская); 3941 до н. э. (Иероним). Выбрав какую-нибудь из них и зная сроки жизни патриархов, можно было рассчитать хронологию Ветхого Завета. Это простая математическая задача, в общем-то не имеющая отношения к реальной истории. Но что происходило в разных странах в это время? Как протекала история от ветхозаветных событий до рождения Иисуса? Что было от времен Иисуса до XVI века?

Ко временам Скалигера накопилась уже изрядная историческая литература. Датировок событий практически не было. Из книг писателей XVI века (например, Джорджо Вазари) видно, что «старыми» греками они назвали византийцев второй половины XV века, а «древними» – первой половины того же века. Старых и древних, в таком случае, разделил 1454 год, когда власть в Византии перешла от греков к туркам.

В исторических представлениях то главенствовала, то уходила в тень «простая теория» четырех царств, простота которой заключалась в том, что все сложности и неясности «исторических сочинений» выводились за рамки периодизации по этим царствам: Вавилонскому, Персидскому, Македонскому и Римскому. Современник Скалигера Жан Боден в 1566 году выпустил сочинение под красноречивым названием «Метод легкого познания истории», в котором так высказался о периодизации истории:

«Долгое время господствовала ошибочная идея о четырех монархиях, получившая известность через авторитеты великих людей, которые ищут причины ее появления в столь давних временах, что теперь ее развенчание представляет трудности. Эта теория одержала верх над бесчисленными толкованиями Библии, она распространена среди современных мыслителей (М. Лютер, Меланхтон, Слейдан, Лукидий, Функ, Панвинио), хорошо знающих и понимающих древнюю историю и Святое Писание. Временами, пренебрегая авторитетами, я обращался к мысли, которую вряд ли стоило принимать на веру. Я задумался над пророчествами Даниила,[1] его мнение по этому вопросу недостаточно доказательно, поэтому и пророчества не внушают доверия. Невразумительные и неясные слова Даниила, если их растолковать, могут принимать разумный смысл, а я предпочитаю толковать пророчества однозначно, следуя судебной формуле: «Вопрос неясен». Я полностью одобряю ответ Кальвина, сколь изысканный, столь и умный, на вопрос об Апокалипсисе; когда его попросили высказать свое мнение, то он достойно ответил, что находится в полном замешательстве относительно смысла этого мрачного писания, добавив, что с его содержанием не соглашаются многие мудрецы. Похоже, и я тоже не вижу, каким образом жизнь нашего общества можно сопоставлять с миром диких зверей и как это связано с мыслью, высказанной и обсуждаемой Даниилом, которая сводилась к тому, что монархии, ныне процветающие, собирали силы для этого в течение длительного времени.

В начале наших размышлений попытаемся определить: что же мы называем монархией? Монархия – это определенная территория, населенная народом одного происхождения. Именно по этому признаку мы можем определить, вправе ли мы считать некое государство монархией. Но если бы даже наш спор завязался вокруг этого неполного определения, то проповедь Даниила достаточно точного толкования не дает. В проповеди говорится, что появлению монархий предшествовало явление четырех зверей и духов, а число это соответствует количеству империй: Ассирийская, Персидская, Греческая и Римская. После падения Римская империя при известных обстоятельствах «перелилась» в Германскую империю. И так объясняют существование Германской империи. Я осуждаю эту теорию, разоблачая ее, я забочусь о славе своего имени, своей истории, о полном разоблачении толкований Даниила».

Но мнение Жана Бодена не было учтено при дальнейшем развитии «традиционной истории». Основываясь на теории четырех царств (а не твердых знаний о прошлом), используя выдвинутую Никколо Макиавелли (1469–1527) идею цикличности истории, рассчитал свою хронологию Скалигер. Хронологам требовалось заполнить «пустыню времен», что и было сделано. Вся научность работы, похоже, свелась к математическим расчетам (в основном оккультного свойства) и привязке высчитанных для исторических событий дат к датам солнечных затмений, которые тоже рассчитывали сами хронологи, причем очень хорошо.

Так четыреста лет назад, то есть не очень давно, появилось понятие «единой шкалы времени», позволившее «выстроить» единую линию истории. Из всех бытовавших тогда вариантов «научно изученного прошлого» победил один – он был освящен авторитетом церкви. Сделанный затем Дионисием Петавиусом пересчет всех дат на новую эру от Рождества Христова дал истории единую хронологию, ставшую теперь традиционной и официальной. Костяк хронологии был создан, и в дальнейшем он только укреплялся, подвергаясь незначительным изменениям.

Эту составленную по «простым схемам» хронологическую теорию Скалигера и Петавиуса с конца XVII века популяризировал в среде европейских интеллектуалов Х. Келлер. И лишь затем появились в распоряжении ученых папирусы Помпей, еще позже – папирусы Египта и месопотамские глиняные таблички. Их «встроили» в уже создавшуюся хронологию, вместо того чтобы использовать для ее построения! В XVIII веке появление работ Геттерера в Германии, Гиббона в Англии и Жака Кассини во Франции окончательно утвердило в исторической науке периодизацию истории, разделив ее на древность, Средневековье и Новое время.

А общая теория и история хронологии была разработана лишь в начале XIX века немецким ученым Иделером в книге «Handbuch der mathematischen und technischen Chronologie» (1826). Поэтому только с XIX века античность начинает повсеместно восприниматься, как далекое дохристианское прошлое. «Вот когда идеи Скалигера дошли до широких масс!» – пишет А. М. Жабинский.

Сложности метода

Каждая наука, получая новые факты и методы исследований, развивается и изменяется, причем иногда самым радикальным образом. Примеров не счесть. За последние столетия изменили свой «облик» математика и химия, физика и астрономия, развивались ботаника, зоология, медицина. Постоянно дополняется и изменяется география – как в результате географических открытий, так и из-за уточнения глубин морей, высот гор, рельефа берегов и происходящих подвижек земной коры. Да и потому еще, что люди зачастую меняют названия географических объектов.

Может ли измениться история? Казалось бы, это совершенно невозможно, ведь что было, то было; могут меняться оценки происшедшего, но сами-то события?…

Действительно, с развитием книгопечатания и широким распространением информации скрывать, путать, фальсифицировать события стало почти невозможно. Однако задумаемся: а откуда мы знаем, что и когда происходило ДО широкого развития книгопечатания?

От тех временен до нас дошло огромное количество разрозненных рукописных хроник, написанных авторами разных политических пристрастий. Созданы эти хроники (или переписаны, или переведены на другие языки) часто спустя много лет после событий, часто не самими участниками, а с их слов.

Всегда ли можно верить очевидцам? Каждое свидетельское описание есть результат трех психологических процессов: восприятия, включающего осмысление факта, запоминания этого факта и воспроизведения. Удивительно, что хорошо знакомые юристам и применяемые на допросах свидетелей правила совершенно не известны историкам, работающим с летописями – теми же свидетельскими показаниями.

Известный русский юрист А. Ф. Кони писал: «Свидетельское показание, данное даже в условиях, направленных к обеспечению его достоверности, нередко оказывается недостоверным. Самое достоверное показание, данное с искренним желанием рассказать одну правду – и при том всю правду, – основывается на условии памяти, передающей то, на что, в свое время, свидетель обратил внимание. Но внимание есть орудие для воспроизведения весьма несовершенное, память же с течением времени искажает…» и так далее. Криминалисты даже поговорку сложили: «Врет, как очевидец».

Очевидцы событий древности не были более внимательны, чем люди нашей эпохи.

Но даже если очевидец точно описал событие и поставил дату, ученый-хронолог, как ни удивительно, все же может стать в тупик: когда же произошло описанное? Дело в том, что единой шкалы времени в давние века не существовало. Даже и сейчас человечество в разных местах ведет отсчет лет где-то от Сотворения мира, где-то от Рождества Христова, от эры Хиджры или по 60-летнему цикличному календарю. А если древний летописец пишет: «Было это на пятую зиму после великого мора»?…

Все мы прекрасно помним, как на уроках истории в школе нас заставляли заучивать даты событий, приводимые в некоей единой системе, центром которой было НАЧАЛО НАШЕЙ ЭРЫ, и о том, что было ранее, говорили: «Это произошло в таком-то году ДО НАШЕЙ ЭРЫ». Счет в этом случае увеличивался при движении в глубь веков. А если пишется 1999 год н. э., то это означает – НАШЕЙ ЭРЫ.

В нашей книге мы будем придерживаться именно этой системы счета лет, чтобы читатель мог воспользоваться своими знаниями классической истории. Отметим для порядка, что единообразие в хронологии было введено только в XVIII веке.

Однако не только датировка событий, но и географические названия, встречающиеся в летописях, могли быть неправильно поняты хронологом-исследователем.

Одни и те же города, реки и горы упоминались в летописях прошлого под разными названиями. Почему? Потому что названия были осмыслены (то есть имели конкретный смысл) на том языке, на котором давались. Например, все знают Новгород, но то же самое – Новый город – означает и африканский Карфаген, и испанская Картахена, и итальянский Неаполь, и Одесса на Украине. Древний хронист, переводя все, переведет и название города. Так один и тот же «Новгород» может оказаться в трех разных летописях и «породить» три истории в различных местах.

То же происходило и с Иерусалимом – «Городом мирной жизни», «Мировым городом» или «Городом, владеющим миром». И носил это имя не только современный Иерусалим, но также и Константинополь, и итальянские города, сначала Помпеи, а потом Рим. Точная калька в русском языке – Владимир. Вавилоном – «Вратами Господа» именовали и Каир во времена постройки пирамид, и Авиньон во время пленения там пап, всю Римскую церковь, а через нее и сам город Рим.

В раннем Средневековье полагали, что Нил, Евфрат, Тигр и Инд текут в четыре разные части света из одного и того же пункта на земном шаре, и пункт этот называется Садом Услады – ЭДМ. Это либо полная фантазия, либо описание каких-то реальных мест, но каких?

Бытовали кое-где географические представления вроде того, что «Индия расположена на самом краю земного диска, где небосвод хрустальный соединяется с Землею, а к востоку от тех мест проживают люди с песьими головами, недалеко от Страны плешивых людей», и так далее. (Хотя отметим ради справедливости, что действительно Индия соседствует с Киргизией, где мужчины носили шапки с волчьими хвостами, и Тибетом, где выбривают макушки.)

ЭДМ – написали мы не случайно. При письме издревле было принято пропускать гласные буквы, в частности и для того, чтобы ускорить переписывание и сэкономить дорогой писчий материал. То есть древние рукописи содержат почти только одни согласные буквы. В некоторых языках такое письмо сохраняется и сейчас; это можно видеть и в текстах на старославянском языке. Вот некоторые характерные сокращения: БЪ – Бог, ЧКЪ – человек, ХСЪ – Христос, ЦРЪ – цесарь и так далее. Разумеется, такой способ письма не облегчал жизнь исследователю рукописей. Что, например, может обозначать сокращение КРВ: корова, кровать, кров, кровь?…

Бывало, что тексты писали даже не отделяя слова друг от друга, единой строкой, причем в одних странах писали справа налево, в других – слева направо, а иногда так: одну строчку справа, другую слева, чтобы конец одной приходился на начало следующей. Это когда писали буквами. Но ведь еще писали иероглифами! Писали сверху вниз!

Любая европейская летопись, переведенная на китайский язык, приобретает все китайские черты, и если ее однажды переведут обратно, это уже будет КИТАЙСКАЯ летопись о китайских событиях.

Но это еще не все трудности. Ведь когда-то не существовало обычая давать человеку одно имя на всю жизнь. Очень часто родители просто называли детей по порядку: Первый, Второй, Третий. Отсюда такие имена, как Секонд (Второй), Терций (Третий) или Октавий (Восьмой). Имя было прозвищем (Ждан, Найденыш, Молчун), оно менялось с течением жизни, оно характеризовало человека (Длинный, Добрый, Хромой); оно переводилось на другие языки и приобретало, таким образом, другое звучание и написание; оно изменялось в зависимости от подвигов человека – так, князь Дмитрий стал Донским, Александр – Невским. Если человек по прозвищу, например, Восьмой (Октавиан) вставал во главе империи, его называли еще и Августом (богоподобным), или Цезарем (царем) так название «должности» становилось именем.

После смерти человеку давалось имя, как бы подытоживающее его жизнь (Грозный, Освободитель, Кровавый). Кроме того, боясь сглаза, царствующих персон называли разными прозвищами, скрывая настоящее имя. Видный деятель мог иметь много прозвищ, хороших и дурных, в зависимости от того, кто их давал; это на родном своем языке. При переводе переводилось и прозвище, иначе никакой иностранный читатель не воспринял бы имени героя, оно было бы для него пустым набором звуков.



Н. А. Морозов дает переводы имен самых известных историков древности: Тит Ливий – Почтенный Ливиец; Евсевий Памфил – Всем Милый Благочестивец; Корнелий Тацит – Рогатый Молчаливец; Сократ Схоластик – Ученый Охранитель Власти.

Одно имя на всю жизнь стали давать лишь с появлением обряда крещения, когда человека называли именем святого покровителя, а оно не переводилось, не осмысливалось и потому не менялось.

«Вплоть до христианства и клерикальной регистрации новорожденных у людей не было еще собственных навсегда неизменных имен, даваемых, как наши, при крещении; не было и метрических книг, в которые они записывались бы, как обязательные на всю жизнь», – пишет Н. А. Морозов.

Вот с каким количеством проблем сталкивались все, кто брался за труд свести имеющиеся исторические хроники в единое целое, «привязав» события сотен и сотен летописей к единой шкале времени! И можем ли мы, понимая это, согласиться с тем, что историки в выводах своих основываются на знании? Нет, их база – ВЕРА в правдивость источника информации, в правильность понимания событий толкователями летописей. Нам тоже остается только верить в добросовестность ученых, которые свои выводы основывали тоже на вере…

А. К. Гуц пишет: «Вера не является методом науки. И наука – всего лишь созданная западноевропейцами science, т. е. то, что в России называется естествознанием. Поэтому история не есть наука; наука не основывается на вере. В истории ситуация кардинально иная, чем в естествознании. Нет ответственности за свою теорию, кроме ответственности посредством своего научного авторитета. Как правило, утвердившаяся теория переживает своего создателя, и спросить за ошибку в работе с документами бывает не с кого, и, кроме того, тот, кто начинает восстанавливать историческую правду, действует в рамках нормальной (…) исторической науки, т. е. принимая во внимание одни документы и отбрасывая, естественно, как не заслуживающие внимания, другие».

Чтобы история стала наукой, все старинные источники и все основанные на вере и авторитете мнения о старинных событиях должны быть проверены научно-естественными методами. А потом, с учетом разногласий между результатами такой проверки, должны быть выставлены варианты истории.

Глава не для всех

Люди бывают разные. Даже любители шахмат делятся на тех, кто досконально разбирает игры заштатного турнира, и тех, кому достаточно знать результаты чемпионата мира; тех, кому достаточно знать, кто такой Каспаров, и тех, кто не только отличит слона от ферзя, но и сумеет отыскать на шахматном поле клетку е-4.

Условно говоря, эта глава – для дотошных. Остальные могут ее со спокойной совестью пропустить.

Каким образом люди измеряют время?

Месяцы и годы, как бы мы ни соотносили их друг с другом, все же оказываются несоизмеримы «без остатка» в несколько минут, часов или суток. Поэтому существует так называемая календарная проблема, однозначно не решенная и ныне: как согласовать сутки, недели, месяцы и года наилучшим образом?

Можно создать лунный календарь, в котором месяцы считаются равными 29 и 30 суткам. Год состоит из 12 месяцев и равен то 364, то 365 суткам.

Можно создать лунно-солнечный календарь и попытаться совместить в нем год и месяцы. При этом месяцев в году получается двенадцать с третью. Значит, если мы будем считать в одних годах по двенадцать, а в других по тринадцать месяцев, проблема будет решена.

И, наконец, можно использовать солнечный календарь, так хорошо известный нам в России. Он существует в двух модификациях: юлианский, при котором три года берутся по 365 дней, а четвертый (високосный) 366 дней; и григорианский – в котором, в отличие от юлианского, 1500-й, 1700-й, 1800-й, 1900-й и 2100-й годы не считаются високосными и равны 365 суткам.

Кроме самого счета времени по годам есть еще точка, ОТ КОТОРОЙ начинается отсчет. Так, в магазине можно мерить ткань различными мерными линейками: метрами, футами, саженями, но откуда? – от края ткани. В хронологии такой «край» называется эра, от латинского aera, это аббревиатура выражения ab exordio regni Augusti, «от начала царствования Божественного».

Разные народы в разные времена имели разные календари и эры.

В Израиле принят лунно-солнечный календарь. По религиозным соображениям начало года не может быть воскресением, средой или пятницей. Поэтому возможны шесть вариантов длительности года: 353, 354, 355, 383, 384 и 385 суток. Начало года – весенний месяц Тишри. Эра считается от Сотворения мира, которое произошло 7 октября 3761 г. до н. э.

В мусульманских странах издревле используется лунный календарь. Год состоит из 12 месяцев. Все нечетные месяцы по тридцать суток, все четные – по двадцать девять. Чтобы согласовать лунный год с движением Луны, в последний месяц года время от времени вставляется тридцатый день. Эра мусульманского календаря – эра Хиджры (что значит «бегство») – началась 16 июля 622 г. н. э.

У христиан Египта, Эфиопии и Судана счет лет идет по эре Диоклетиана от 29 августа 284 г. н. э.

В Китае и Юго-Восточной Азии лунно-солнечный календарь. Эра считается по правителю Хуан Ди с 2637 года до н. э.

В древности эры могли начинаться с любых заметных событий: строительства дворцов и каналов, военных побед, воцарений местных вождей. Греческий историк Темей, полагают, ввел летоисчисление от первых Олимпийских игр, c 1 июля 776 г. до н. э.

В средневековье вплоть до конца ХVII века была известна эра ab urbe condita, «от основания Города» (как полагают, Рима), но в империи она не пользовалась популярностью, потому что были большие споры – когда же Рим был основан? По мнению римского ученого Варона (жизнь которого относят на I век н. э.), сей град был заложен 21 апреля 753 г. до н. э.

Конечно, мнение этого удивительного древнеримского Варона было сформулировано на раньше XVII века. Он сам никогда не писал ни об эре «от Рождества Христова», ни о самом Христе; как уже сказано, достоверную датировку по этой эре ввел в оборот Дионисий Петавиус. Все же давайте посмотрим, как создавалась традиционная хронология на примере эры от основания Города. Итак: имеются некоторые документы, описывающие события, происходившие в такие-то годы от основания Города. ПРЕДПОЛОЖИВ, что Город – это Рим (что вовсе не очевидно), и ПРЕДПОЛОЖИВ, что Рим основан в 753 году до н. э. (что тоже спорно), хронологи пересчитали даты этих событий в годы юлианского календаря. А если хоть одно из предположений неверно, мы получаем ошибку в хронологии, причем на совершенно немыслимые сроки: на пятьсот, семьсот, полторы тысячи лет.

Известна эра Набопаласара, начинающаяся 26 февраля 747 г. до н. э. Невозможно поверить, но ею пользовались вплоть до падения Константинополя в 1453 году!

На Ближнем Востоке была также в ходу эра Селевкидов, в честь потомков Селевка, одного из военачальников Александра Македонского. В Сирии она применялась еще и в ХIХ веке.

В ряде стран пользовались эрой от Сотворения мира.

В СССР почти на всех календарях, помимо года нашей эры, указывался также год «от Великой Октябрьской социалистической революции». Это была эра.

В специальной литературе вы можете прочесть, что эра от Рождества Христова введена в 525 году архивариусом папы Римского монахом Дионисием Ничтожным (или Малым, прозванным так за его рост) и обозначалась AD – Anno Domini – Год Господа. Но почему-то эра эта упоминается в документах начиная только с Х века, а в бумагах папской канцелярии – лишь с 1431 года. Этого монаха за его научные пристрастия прозвали также «жемчужина пасхалий Дионисий».

Здесь мы привели эры и даты по традиционной хронологии, в пересчете на годы нашей эры (н. э.) или до нашей эры (до н. э.). Такой стиль появился лишь в 1583 году н. э., когда Жозеф де Скалигер (1540–1609) ввел сквозной счет дней, начинающийся с 1 января 4713 до н. э. в так называемых юлианских днях. А его коллега Дионисий Петавиус (1583–1652) предложил взять за основу летоисчисления Рождество Христово и считать события от него к нам положительными, а до него – со знаком минус и называть их aD – ante Deum – до Господа (в русском написании до Р. Х.).

В двух предыдущих абзацах вы встретили двух хронологов по имени Дионисий: Дионисия Ничтожного (Малого) из VI века и Дионисия Петавиуса из XVI века. Интересно, что прозвище Петавиус в переводе означает Малый (или Ничтожный). И тот, и другой Дионисий Ничтожный, с разницей в 1053 года, занимались хронологией, и тот, и другой предлагали вести счет лет от Рождества Христова.

Позднее мы еще поговорим об «исторических двойниках», довольно часто появляющихся в истории человечества из-за ошибочной, сдвинутой слоями хронологии событий. Основных этих сдвигов три: на 1773, 1053 и 333 года назад; они превратили реальную историю в этакий «слоеный пирог» истории традиционной. Дионисия же Петавиуса упоминаем тут ради курьеза: он, как один из основных хронологов своего времени, конечно, не мог сам себя размещать в разных веках. Так случилось с ним по воле его коллег-потомков, пользовавшихся, правда, его хронологией.

Только ради полноты картины (надеемся, вы не заподозрите нас в розыгрыше) отметим, что был еще один Дионисий, очень известный хронолог, умерший в III веке н. э. Особенно много занимался он вычислениями Пасхи. Интересно не только то, что два Дионисия – этот, без прозвища, и Ничтожный (из VI века) – были единственными учеными, кого вообще интересовала дата рождения Иисуса (и Пасха) за все тысячелетие до Х века, но и то, что смерть первого Дионисия произошла за 333 года до смерти второго.

… Проведя с помощью астрономических расчетов проверку синхронных сведений, имевшихся в летописях, историки, желающие узнать реальную картину прошлого, должны вычислить основные даты, знание которых позволит пересчитать и другие исторические даты по единой системе летоисчисления.

Надо было сообразить, с какого момента отсчитывал эти годы каждый летописец, и связать даты с нашей эрой и сквозным счетом юлианских дней. А правители и жрецы, отвечавшие за правильность счета времени в те не знавшие наручных часов и отрывных календарей века, злоупотребляли своим положением. Они то увеличивали, то уменьшали интервалы времени в зависимости от того, надо им было продлить время своей власти или приблизить время сбора податей.

Это создает еще одну трудность для выявления истинной хронологии событий мировой истории.

Очевидно невероятное

Критическое изучение хронологии возможно при помощи так называемого «этнопсихологического» метода проверки. Это метод чисто логического размышления: возможно ли допустить, чтобы то или иное крупное литературное или научное произведение появилось именно в то время, которому его приписывают, с учетом стадии моральной и мыслительной эволюции человека?

Вот простейший вульгарный пример.

Можете ли вы себе представить, чтобы ваш сын – сорванец, двоечник и враль вдруг ни с того, ни с сего накатал серьезный научный трактат об этике?… Нет, это невероятно.

Или что он действительно взялся за ум, научился водить машину, долго тренировался, а потом в одночасье забыл даже, как ее заводить?

Можно уверенно утверждать, что человечество сразу и ВСЕГДА, как только узнавало о положительных результатах деятельности какого-либо ученого (механика, писателя), начинало применять эти результаты, подгоняя их под уровень своих технических возможностей и потребностей.

Долго ли пролежали у людей «под сукном» электроника, электротехника, бионика; космическая техника, транзистор, телефон, радио; паровая машина, двигатель внутреннего сгорания? Долго ли оставались невостребованными Великие географические открытия? За последнюю тысячу лет был ли хоть один случай, чтобы гениальное художественное произведение, признанное таковым, вдруг исчезло без следа из памяти людей?

Если военный узнает о появлении нового оружия, он немедленно желает получить его себе. Ибо если оно попадет в руки врага раньше – быть беде.

Если купец узнает о новом, более быстром и удобном караванном пути или средстве транспорта, он немедленно воспользуется им, чтобы перегнать конкурента и заработать больше денег.

Если издатель узнает о новом литературном гении, на издании книг которого можно заработать… Если фабрикант узнает о новых швейных машинах и красителях для тканей… Сталеплавильщик о новых сплавах… Агроном о новом сорте картошки…

Да ведь на этом основан прогресс человечества!

Последний пример – атомная бомба. Сложнейшая технология, дороговизна изготовления, практическая ненужность – и что же? Надолго ли осталась эта бомба секретом великих держав?

Цивилизация, если понимать ее как развитие духовной, общественной и материальной культуры человечества, основана на использовании ВСЕМИ народами достижений КАЖДОГО народа.

Но если принять как истинную ныне существующую традиционную хронологию цивилизации, придется volensnolens признать, что раньше человечество было совсем, совсем другим!

Оно все забывало. Ему ничего не было надо.

Положите, например, в ряд географические карты от Птолемея до наших дней, и вы сразу увидите, что достигнув определенного прогресса в античные времена, человечество впало в детство, рисуя на протяжении полутора тысяч лет какие-то каракули, а в Средние века вдруг возродило свою память, добираясь до уровня, с которого оно уже однажды стартовало.

Косьма Индикоплевст (по-гречески Плаватель в Индию), космолог VI века, считал, что Вселенная – это ящик, в центре которого из плоской Земли, омываемой океаном, поднимается гора Арарат, и Солнце ходит вокруг горы, а звезды – это маленькие гвоздики в крышке ящика, а по углам его четыре ангела, производящие ветер.

Но почти за тысячу лет до этого «открытия» Аристарх Самосский (конец IV – начало III века до н. э.) уже знал, что Земля – шар, вращающийся не только вокруг своей оси, но и вокруг Солнца. А Луна вращается вокруг Земли… Кстати, за что же страдали Галилей и Джордано Бруно?!

Эратосфен Киренский (276–194 до н. э.) не только не сомневался, что Земля шар, но и измерил окружность этого шара, да так верно, что его результаты были уточнены только в начале ХIХ века. Если поверить, что этот ученый творил действительно в то время, к которому его относит хронология, то, значит, большинство своих научных результатов он просто угадал, потому что не имел не только хронометра с секундной стрелкой, но и простых часов, и время ему мерить было нечем; расстояния же между разными географическими пунктами измерял он по средней скорости верблюжьих караванов, а углы подъема Солнца – с помощью врытой в землю палки.

И все, чего ни достигала научная мысль в древности, человечество забывало на века.

Чтобы отправиться в первые кругосветные плавания (и по пути открыть Америку и много всякого другого), мореходы языки себе отболтали, уговаривая монархов субсидировать такую авантюру. Да вот хоть бы Колумб: если бы он знал то, что знали за сотни лет до него древние греки, разве допустил бы он такую ошибку (в четыре раза) в своих расчетах пути до Индии? Нет, он ничего не знал.

Если традиционная хронология верна, то возникает интересный вопрос: как, каким образом человечество потеряло память?

Не умея этого объяснить, историки ссылаются на Церковь. То ли она, такая реакционная, держала научные открытиях под спудом; то ли она, такая дальновидная, сохранила память об этих открытия в своих монастырях…

Мы не будем спорить. Действительно, какое-то ОДНО открытие, один какой-либо научный трактат можно было сжечь или сохранить.

Мы обратим внимание лишь на то, что и церковь не избежала общего поветрия: все забыть, а потом вспомнить и снова забыть. Рассмотрим, например, историю римских церквей. Первые списки памятников и церквей Рима были составлены только в ХII веке. В этих списках историк Ф. Грегоровиус отмечает «изумительную смесь верных и ошибочных названий». Что же считается «ошибочным»?

Вот что говорится о церкви Святого Сергия в Риме: «Она была посвящена не только св. Сергию, но и св. Вакху; имя этого святого (Вакх) звучит странно; но все-таки оно не составляло исключения в Риме, так как среди римских святых мы снова находим имена других древних богов и героев, как то: св. Ахиллеса, св. Квирина, св. Дионисия, св. Ипполита и св. Гермеса…».

Если верить традиции, этих имен не могло быть в средневековом Риме; они принадлежат древности. Получается, их «вспомнили» в XII веке и опять забыли. Чтобы вспомнить в XIX веке.

Пользуясь этнопсихологическим методом проверки данных, мы можем уверенно сказать: большинство научных открытий, сделанных якобы учеными Древнего мира и античности, не могло быть сделано.

Если они все-таки были сделаны, человечество не могло бы их ЗАБЫТЬ. Или не смогло бы вспомнить.

С точки зрения здравого смысла невозможны забывания-вспоминания, когда речь идет о целых пластах культуры, о народах, о сотнях событий и исторических личностей.

Доверяй, но проверяй

Трудности датировки документов, о которых мы говорили в главе «Сложности метода», привели к серьезным ошибкам. Во многих случаях, устанавливая даты каких-либо событий, средневековые хронологи здорово промахнулись.



Критика началась сразу, как только история человечества примерила пошитую на нее хронологию. Уже в ХVI веке профессор Саламанского университета Де Арсилла высказал мнение, что ВСЯ древняя история – это сочинение Средних веков. В ХVII веке иезуитский историк и археолог Жан Гардуин указывал, что классическая история – произведение ХVI века.

А вот высказывание Вольтера: «Существует еще более смешная история, чем римская со времен Тацита: это история византийская. Ее недостойный сборник содержит лишь декларации и чудеса и является позором человеческого ума».

Накопившийся материал послужил основой для более углубленной критики официальной хронологии в ХIХ веке. Так, Т. Моммзен писал: «… В отношении всемирной летописи дело обстоит еще хуже. Развитие археологической науки позволяло надеяться, что традиционная история будет проверена по документам и другим надежным источникам, но эта надежда не оправдалась. Чем больше было исследований и чем глубже они становились, тем отчетливее выяснялись трудности написания критической истории Рима».

В другом месте Т. Моммзен так высказывается о методе работы древнего историка: «… И наполнил этот промежуток (о котором у него не было никаких сведений) одним из тех бессодержательных списков царей, которые, к сожалению, были в таком ходу у египетских и греческих летописцев».

В начале ХХ века немецкий ученый Роберт Балдауф считал не только древнюю, но и раннесредневековую историю фальсификацией эпохи Возрождения, отрицая тем самым само название этой эпохи; то есть, если история античности – фальсификация, то и события XIV–XVI веков не могли быть «возрождением» античной культуры.

Как видим, эти авторы не задавались вопросами, КОГДА, ГДЕ и С КЕМ происходили исторические события. Они усомнялись в самих событиях, оставляя незыблемой историческую хронологию. Но развитие естествознания, применение новых математических методов, появление новых доказательств или иное понимание старых привело к другому вопросу: может быть, события-то были, но НЕ ТОГДА, или НЕ ТАМ, или НЕ С ТЕМИ ПЕРСОНАЖАМИ? Может быть, ошибочна сама хронология?

Исаак Ньютон (1643–1727) посвятил пересмотру официальной хронологии, прежде всего библейской и христианской, около двадцати лет напряженных научных исследований, что вызвало большой интерес тогда, но совершенно неизвестно теперь. А ведь сэр Исаак и по современным меркам крупный ученый! Используя методы текстологической и филологической критики, новые данные астрономии и методы расчетов, он изучил и переосмыслил громадный объем информации, передвинув даты очень многих событий древности, в основном «омолодив» их, приблизив к нашему времени на триста, пятьсот, а то и на две тысячи лет сразу.

Более пятидесяти лет посвятил хронологии выдающийся ученый-энциклопедист, академик Н. А. Морозов (1854–1946); само понятие «Возрождение», введенное в оборот незадолго до него, он предлагал заменить словом «Зарождение». Его версия событий на протяжении десятилетий замалчивалась официальной наукой.

Уточнением хронологии занимался М. М. Постников. Существует целая группа «Новя хронология». Пересмотром истории занимается американский ученый И. Великовский, профессора А. К. Гуц из Омска и Яр Кеслер из Москвы… В самом конце ХХ века А. М. Жабинский сделал воистину грандиозное открытие: определил алгоритм, при помощи которого основоположник «научной хронологии» Скалигер сконструировал мировую историю. А. М. Жабинский даже построил «синусоиду времен», позволяющую представить новую, объемную картину истории.

Основываясь на научных позициях Н. А. Морозова, дополненных «синусоидой Жабинского» и нашим пониманием некоторых фактов, мы подготовили эту книгу. Мы понимаем, что ее трудно читать. Еще сложнее нашу версию истории принять! Мы понимаем, что многие из вас не захотят расстаться со школьными представлениями. Но вспомните, десятилетиями астрономы наблюдали на Марсе каналы, и сколько было мечтаний, предположений! Аэлит!.. А каналы оказались обманом зрения. Такая же история и с историей.

Причем обращаем ваше внимание: мы не выкидываем привычные вам исторические сюжеты! Полагаем, многое, описанное в Библии, Евангелиях, мифах и историях Древнего мира, БЫЛО, но НЕ ТАМ и НЕ ТОГДА, куда и когда относит эти сюжеты традиционная история.

Исторические двойники

История цивилизации человечества на Земле цельна, последовательна и непрерывна. Это настолько очевидно, что уже и школьный курс о древних временах называется «Мифы Древней Греции». Сколько же можно жить сказками? Это все равно, как если взрослый дядя будет учитывать в своих жизненных расчетах опыт того, что в детстве приходил серенький волчок и хватал его за бочок.

Не было серенького волчка, дядя. Это сказка.

В те времена и в тех местах, где якобы шумели базары Древнего Востока, битвы Древнего Рима и ученые дискуссии Древней Греции, на самом деле шумели только леса.

Люди, однажды появившись и начав расселение по планете, непрерывно эволюционировали, поскольку новые знания одной какой-то части человечества быстро становились знаниями всех. История общения между людьми и народами, история знаний, верований и торговли – это и есть история цивилизации. А не «история войн», как думают некоторые.

Этносы, изолированные от человечества природными условиями (лесами, как пигмеи Африки, или океанами, как туземцы Австралии), отстают от цивилизации. Этносы, начинающие максимально широко пользоваться всеми знаниями человечества, достигают очень быстрых и поразительных результатов (Япония во второй половине ХХ века).

Как же получилось, что в традиционной истории возникли некие исторические образования, как бы изолированные от общего потока цивилизации и все же достигшие небывалого расцвета, вроде Древнего Египта, Индии, Рима?

Исследования показали, что одни и те же события, происшедшие до ХVI века, изложены в различных летописях не единожды. Таким образом, получились дубликаты исторических документов, с которыми имели дело хронологи. И вот, приняв такой дубликат за оригинальный документ и не зная, куда его поместить в известной ему истории, хронолог опускает его в глубь, совершенно естественно. Куда ж его еще девать?

Предположим, монаху-хронологу известен династический список императоров Римской империи (которую мы ныне называем Третьей). В руки его попадает другой список, тоже явно римский. Это та же самая династия, но с другими именами! И даты проставлены «от воцарения»!

Средневековый монах не имеет никаких возможностей (ни наших современных математических методов у него нет, ни компьютера), чтобы статистически обсчитать данные этих династий по количеству правителей и срокам их правления и определить степень вероятности совпадений. Он принимает эту династию за неизвестную, но реально существовавшую. Но когда? Конечно, ДО известной ему династии (которую мы теперь считаем Третьей).

А потом он находит еще один список царей… Так одна и та же династия правителей в три раза удлинила историю, а кроме того, стала литературной основой для «Книги Царей» Библии.

А если дубликат – это перевод какой-то оригинальной истории на иностранный язык, вторично переведенный на язык, которым владеет хронолог? Так реальная история из жизни Карла Великого в изложении багдадского романиста превратилась в похождения Гаруна, а хронолог ищет в истории место для Гаруна. И вот дубликат попадает не только в более раннее время, но и в другую страну.

Далее мы приводим списки императоров Римских империй разных времен, а также списки царей Израильского и Иудейского царств (по Библии), но располагаем их не друг за другом, как это делается традиционно, а РЯДОМ.[2] На наш взгляд, бесспорно совпадение династий (в скобках – сроки правления).

Расхождения в длительностях правлений некоторых императоров разных династий происходят из-за того, что в истории бывали случаи соправительства нескольких лиц; не все древние летописцы упоминали соправителей, а более поздние толкователи летописей сочли одни и те же списки, написанные разными людьми, за РАЗНЫЕ списки, удлиняя сроки правления.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения
Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Первые три императора 3-й Римской империи (Люций Аврелиан, Диоклетиан и Констанций Хлор «Рыжий») одновременно являются и императорами Восточной Римской (Ромейской, Византийской) империи, то есть они как бы общие императоры; первые три царя Израильского царства (Саул, Давид и Соломон) одновременно цари Иудейские, они – общие цари. Имеется «наложение» Восточной Римской империи и царства Иудейского.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения
Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Надо отметить, что у «параллельных» императоров и царей имеются и биографические параллели, некоторые из которых будут рассмотрены в следующих главах.

… Неправильно прочитанные названия стран в летописях средневековья приводили к возникновению историко-географических двойников. Так, средневековая Венеция, владычица Средиземноморья, крупнейшая торговая держава, родина знаменитого стекла, превратилась в мифическую древнюю Финикию, владычицу Средиземноморья, крупнейшую торговую державу, родину стекла. Поменялось место и время ее существования, незначительно изменилось произношение названия Венеция-Финикия. По всей видимости, то, что приняли исследователи-историки и географы за древнюю Финикию, – колония средневековых венецианцев. Точно так же средневековая Генуя превратилась в древнейший библейский Ханаан.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Образец чистого произвола в традиционных исторических определениях.

Изображение, выдаваемое за портрет Окатавиана Августа. А кто, когда и на каком основании сделал вывод, что это Октавиан Август, а не Помпей, не Констанций Хлор или не сам Диоклетиан, – неизвестно. И так во всем. Это западноевропейская работа эпохи Возрождения, принимаемая за древнеитальянскую.


Вот еще примеры «исторических двойников».

Все знают древнегреческого Платона (427–347 до н. э.), основателя платонизма, создателя платоновской Академии, автора трактата-утопии «О законах». В III веке уже нашей эры попытался внедрить идеи древнего Платона знаменитый философ-неоплатоник Плотин (204–270). А в XV веке Гемист Плетон (Плефон) не только возродил древний платонизм, но и создал свою плетоновскую Академию и написал утопию «Трактат о законах». Утопия до нас в полном виде не дошла, но это не беда: как раз в XV веке (не раньше!) была обнаружена рукопись того, древнегреческого Платона, основателя учения.

Согласно «синусоиде Жабинского», которую мы подробно рассмотрим в следующей главе, эти трое ученых находятся на соседних «линиях веков». То есть в некоей «объемной истории» Платон и Плотин или жили одновременно (в XIV веке), или являются одним и тем же лицом, а Плетон непосредственно продолжал их науку в XV веке.

Вот что пишет Ф. Шупферт о знаменитом римском праве: «Серия великих римских юристов заканчивается Эреннием Модестином, умершим в 244 году после Р. Х. Юридическая наука впала в летаргический сон, и девятьсот лет спустя благодаря Ирнерию… она вдруг воскресла во всей своей первоначальной красоте в Болонье». Эренний и Ирнерий, имена созвучны, и оба знаменитые юристы, между которыми наука вдруг пропала? Эти двое тоже рискуют оказаться одним и тем же юристом.

Ниже мы приводим цитаты из монографии Ф. Грегоровиуса о средневековом Риме.

«Мы встречаем в Х веке римлян с прозваниями, звучащими очень странно. Эти прозвища приковывают наше внимание, воскрешая в нашем представлении древние памятники».

Средневековые римляне «призывают себе на помощь из могил древности, ставших уже легендарными, тени консулов, трибунов и сенаторов, и эти тени как бы действительно витают в Вечном городе в течение всех Средних веков».

«Сан консула очень часто упоминается в документах Х века… Оттон III (император Священной Римской империи с 973 года н. э., из Саксонской династии).… со всей страстью вводил уцелевшие остатки Римской империи – чины, одежды и идеи времен этой империи… Стремление облагородить варварскую эпоху подобными воспоминаниями было общераспространенным».

Много, очень много указаний на то, что «Древний Рим» – это кусочки быта и нравов средневекового Рима, переброшенные в древность. Средневековые хроники просто переполнены поразительными фактами: «… Неподалеку от Рима Ной основал город и назвал его своим именем; сыновья Ноя Янус, Иафет и Камез построили на Палатине город Яникул… Янус жил на Палатине и позднее, вместе с Нимвродом… Воздвиг еще город Сатурнию на Капитолии». Этот документ сообщает о событиях, происходивших в средневековом итальянском Риме, а традиционная история все упомянутые здесь лица и названия относит к библейским временам, причем Нимврод вообще царствовал в Вавилоне.

Одно из двух: или надо признать, что в истории слишком много фальсифицированных документов и нелепостей, или согласиться: ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ ЦЕЛЬНА, ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНА И НЕПРЕРЫВНА, а хронология ее нуждается в коренном пересмотре.

«Синусоида Жабинского»

О том, что искусство, наука и литература античности и Средневековья имеют «параллели», известно давно. Можно сказать, как только появилась хронология Скалигера, так они сразу и выявились. В конце концов, сам термин «Возрождение» ввел Жюль Мишле только в 1838 году потому, что художники, ученые и писатели XIV–XVI веков, как полагают, возрождали именно античность.

Исследуя эти параллели, искусствовед и художник А. М. Жабинский обнаружил, что составленная в XVI веке хронология имеет волновой характер и выстраивается в структуру веков, которую он сам назвал «синусоидой». Стандартная синусоида основного нашего хронолога Скалигера показывает, что по «линиям веков» повторяются исторические события. На каждой «линии» легко найти не только сходные события, но и похожих героев. Троянская война XIII века до н. э. схожа с войной за Константинополь XIII века н. э.; война с Тарквиниями VI века до н. э. – с Готской войной VI века н. э., битва при Кадеше XV века до н. э. – с битвой за Константинополь XV века н. э. и т. д. В циклах нашей эры с VI по XII-й «темные века», и в циклах ДО нашей эры с XII по VI – «темные века».

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

А. М. Жабинский пишет в книге «Другая история искусства»: «… Полагаю, что подобная структура возникла от замысла автора хронологии, Скалигера. Это тем более вероятно, что незадолго до Скалигера идею циклизма развивал Никколо Макиавелли (1469–1547). Она заключается в том, что ситуации, имевшие место в прошлом, повторяются: таково божественное провидение. Если Скалигер стоял на сходной точке зрения, то ему не надо было даже искать древние документы: повторяй в прошлом события вчерашнего дня и не ошибешься. Ведь этот хронолог занимался совсем не выяснением истории, а привязкой ее к Библии».

Стили искусства, направления литературы, научные открытия, экономические теории, изображения на монетах и многое прочее тоже развиваются «волнообразно», но только по немного измененным синусоидам – в зависимости от того, какую «историю» они представляют: греческую, римскую, вавилонскую… С IX по XVII век нашей действительной истории достижения античности «вспоминаются» с той же скоростью, с какой античность развивалась с минус IX до минус I века. Мало того, что по теории вероятности столь полное повторение попросту невозможно, так еще ученые сами же сообщают публике, что «возрождение» началось только с XIV века, когда, дескать, средневековые люди «впервые откопали» античные произведения искусства и литературы. А как же могли они столь последовательно «повторять» античность до XIV века?…

Разумеется, услышав о такой замечательной синусоиде, сторонники традиционной версии истории не поспешили отбрасывать хронологию Скалигера. Они даже обрадовались: а вот мы всегда знали, что история развивается по спирали! Вы только подтвердили это. И с ними можно было бы согласиться, если бы не две крупные (для традиционной истории) неприятности.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Во-первых, авторы Средневековья из всех своих «античных коллег» знали только тех, кто жил «параллельно» с ними. Так Данте (1265–1321, линия № 5–6) в поэме «Божественная комедия» упоминает две сотни имен античных деятелей. Судя по синусоиде, все они жили в веках не выше линии № 6. Каким образом могло случиться, что Данте не были известны имена ученых и писателей эллинистического периода, III–I веков до н. э.? Только если они жили позже него.

Например, Данте не знает Архимеда. И это не секрет: механизмы, изобретенные Архимедом (ок. 287–212 до н. э., линия № 7), и в самом деле не были известны в XIV веке; о них «узнали» только во времена Леонардо да Винчи (1452–1519, линия № 7) и Рабле (1494–1553), который, кстати, в своих статьях пенял «антикам» (вроде Цицерона и Диогена) за то, что они «пишут всякий вздор о французской королеве».

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Во-вторых, А. М. Жабинский обнаружил для исторических царств римскую, старовавилонскую, византийскую, арабскую «волны», а также весьма специфические ассиро-египетскую и индийско-китайскую синусоиды.

«Римская» волна имеет свои сложности (скажем, в показе эволюции искусства она сдвинута вниз относительно «греческой» примерно на пол-линии, и требует дальнейшего изучения. «Старовавилонская» и «византийская» волны как бы продляют друг друга. Одного этого достаточно, чтобы целиком отказаться от идеи циклического развития человечества. История была сконструирована создателями хронологии, которые в расчетах своих исходили из идеи цикличности.

Затем оказалось, что «ассиро-египетская» синусоида в целом сходна со стандартной «греческой», но изобилует «исключениями»: некоторые века по уровню искусства и техники значительно выше по «линиям», чем века до или после них. Понятно, почему это произошло. Египтология – наука молодая, и «встраивание» истории Египта в общемировую хронологию производили в XIX – начале ХХ века люди, не знавшие об алгоритме построения ее хронологами XVII века; ошибки были неизбежны.

А вот историей Китая занимались специалисты, похоже, помнившие еще, по каким правилам надо историю создавать. Книгопечатание в Китае началось в XVI веке, а в XVIII веке был предпринят «сбор всех печатных книг, когда-либо вышедших в Китае. Сбор продолжался 20 лет… По сути дела, это была грандиозная операция по изъятию книг… и не менее грандиозная операция по фальсификации текстов. В вышедших новых изданиях были изъяты все нежелательные места; менялись даже названия книг». Это сообщает нам «Всемирная история» (т. 5, стр. 322), изданная Академией наук, – то есть о том, что процесс фальсификации истории имел место, науке известно!!!

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Мнение А. М. Жабинского: «Переписывать историю Китая «под Скалигера», уничтожая и подделывая книги, начали с 1772 года. Между тем истории Китая и Индии в значительной степени синхронизированы. Ясно, что в том же XVIII веке индийскими властями или в XIX веке англичанами была проведена такая же операция по изъятию индийских книг, чтобы добиться согласования историй стран Востока со скалигеровской. Спрашивается, сколько подобных акций произошло в самой Европе?»

Целая череда «возрождений» в самой Европе (Каролингское, Оттоновское и другие) удивительным образом совпадает с индийским «возрождением» IX века. Этот век в Индии, согласно синусоиде, есть реальный XV век.[3]

И IX век Европы событийно также перекликается с XV веком (только искусство «Каролингского возрождения» находится на уровне XIII века, причину чего хорошо объяснил А. М. Жабинский). Очевидно, последователям Скалигера пришлось увязывать созданную его стараниями цикличную историю с реальными историями разных стран. Швы этой «увязки» и проявились в необъяснимых «возрождениях» в Азии и Европе.

«Индийско-китайская» синусоида очень причудливо ведет себя в правой верхней части. Это объясняется тем, что произведения искусства, созданные в Индии и Китае уже после открытия этих стран западными европейцами (XVI век), были отброшены во времена «дикости», начисто «оголив» культуру Востока той эпохи, которая предшествовала английскому владычеству здесь. Европейцы XVIII века, поселившиеся в Индии, всерьез полагали, что живут среди дикарей, и никакой, ни «древней», ни новой культуры не видели. Только в XIX веке они начали открывать для себя культуру этих стран, но датировку произведений выполнили не лучше: удивились качеству средневекового искусства и датировали его XVI–XVII веками, благо эта эпоха была пуста стараниями их предшественников.

Чтобы воссоздать историю в подлинном, «объемном» виде, следует свести воедино все ветви всех синусоид. Проблема здесь в том, что человечество как-то жило и до «линии № 1», то есть до IX века. Поэтому, прежде чем складывать из мнимых ветвей синусоид «объемную историю», надо суметь вычленить из них события, датировку которых традиционная история выполнила правильно.

Дальше, излагая в основном вариант, разработанный Н. А. Морозовым, мы будем приводить и другие – прежде всего, изложенные в версии А. М. Жабинского.

Историки мнимых времен

Жан Боден, современник Скалигера, автор книги[4] «Метод легкого познания истории», в одной из глав перечисляет государственные должности, «путая» древнеримские и современные его времени названия этих должностей, а также деятелей:

«…Третий вид работ выполняется теми, кто имеет несколько оплачиваемых общественных должностей, не лишенных престижа, но не предусматривающих получения какого-либо особого звания; это, например, трактирщики, писцы, нотариусы, судебные исполнители и их помощники. Четвертый вид приносит почести и награды, но еще не дает верховной власти; это, например, священники и послы. Пятый предполагает великую честь, без вознаграждений и власти; таково звание президента Сената или дожа в Венеции. Шестой наделяет и честью, и властью, но без оплаты, и распространяется на магистратов; к таковым относятся консулы, преторы, цензоры, трибуны, архиепископы, эфоры и им подобные».

Следует пояснить, что магистрат – это государственная должность, присущая именно Древнему Риму. Цензоры – тоже древнеримская должность, они занимались переписью граждан, определением налогооблагаемого имущества и контролем за финансами. Эфоры – «наблюдатели», высшие должностные лица, как полагают, известные только древней Спарте. А вот, оказывается, эти должности существовали одновременно с преторами и архиепископами. Но это бы еще ничего. Нам могут возразить, что Жан Боден даже не «путал» времена, а специально перечислял все известные ему названия должностей вперемешку: римские, венецианские, спартанские, древние, средневековые. Может быть. Но что же нам думать о следующем его высказывании?

«Мы не будем рассматривать отправление религиозного культа как часть гражданского порядка, хотя деятельность священников и епископов контролируется властью магистратов; но делается это прежде всего потому, что церковные обряды и церковные налоги в государстве должны строго защищаться. Религия сама по себе является непосредственным обращением просветленного разума к Богу; поэтому она может существовать вне сферы внимания гражданского порядка, только в душе одного человека, при этом этот человек, по мнению многих людей, окажется счастливее всех остальных потому, что он отделен от гражданского общества. Гражданская же жизнь требует непрерывного действия, ведь государство в целом не может быть занято созерцанием, так же как все тело целиком или все свойства души не могут быть полностью отданы размышлениям. Если мы определим благо только лишь как созерцание, то это состояние, являющееся счастьем для одного человека, не будет счастьем для государства. Это двусмысленное положение очень беспокоило Аристотеля, и он так и не смог найти из него выход; поэтому, по утверждению Варрона (Марсилио Фичино приписывал это также и Платону), идеалом для человека, живущего в обществе, является не только исключительно досуг или только чистая деятельность, мы должны определить характер этого идеала как смешанный, если хотим сделать его универсальным и для отдельного человека, и для общества».

Перечисленные здесь лица принадлежат к линиям № 5–7 «синусоиды Жабинского». Ни одного выше или ниже. Аристотель (384–322 до н. э., линия № 6); Варрон (116-27 до н. э., линия № 6 «римской» волны); Марсилио Фичино (1433–1499, линия № 7); Платон (427–347 до н. э., линия № 5–6). В средневековье два заметных события разделили мироустройство: в XIV веке таким событием стала чума, ополовинившая население Европы, в XV веке – потеря Царьграда, переход византийских земель к мусульманству. Возможно, по этим событиям и разделилась история на «древний», «старый» и «новый» период, что породило в дальнейшем хронологическую путаницу.

Следующая цитата вообще сшибает с ног. Здесь Жан Боден утверждает, что если бы галльский проконсул слушал не приказы римского Сената, а советы самого Жана Бодена вкупе с Демосфеном, то в XVI веке (линия № 8) император Священной Римской империи германской нации Карл V из династии Габсбургов, воюя с Османской империей, смог бы избежать разрушения Коринфа римской армией и поражения Тарента в ходе пунических войн, в 212–209 году до н. э. (якобы линия № 8 «римской» волны). Приводим сплошной текст Бодена, без всяких изъятий:

«Далее обратимся к примеру из деятельности римского Сената, который приказал галльскому проконсулу разрушить союз ахейцев, и это при том, что если бы тот следовал добродетелям своей натуры, то ему, наоборот, надлежало бы поддержать их дружбу и примирить, случись им поссориться. Мы считаем, что это было бы полезнее для римлян, потому что и лакедемоняне, и венеды, и многие другие народы придерживались именно этого пути; Демосфен же в своей речи против аристократов показал выгоду избранного пути и для афинян. Однако если нарушались права народа, то это должно оцениваться как бесполезное и недостойное. По мнению неопытных и несведущих людей, для Карла V было выгодно убить послов Рихена и Фредоса и скрыть, что они были убиты его людьми, потому что они имели своими союзниками армию турок. Все же это преступление не только оказалось подлым, но и обернулось самым пагубным образом против Карла V и его страны, став поводом для великой войны, в которой христианское королевство запылало в огне. Разрушение Коринфа и поражение Тарента не имело какой-либо иной причины, кроме оскорбления послов».

Здесь будет кстати привести мнение А. М. Жабинского. Он пишет:

«История Турции блестяще подтверждает и нашу «синусоиду», и тот неоспоримый для меня факт, что историки-традиционалисты не желают понимать средневековые тексты. А из них, помимо прочего, следует, что с истории Турции и ее взаимоотношений с окружающими странами «списана» история мифического Древнего Рима. По «линиям веков» совпадают события и их география.

Линия № 7. Реальная история. В 1480 году Мехмед II высадился в Южной Италии. В конце XV века испанцы захватили ряд городов Северной Африки. Мифическая история. В III веке до н. э. Рим завоевал Южную Италию, Первая Пуническая война (между Римом и Карфагеном). Рим подчинил себе Сицилию. Вторая Пуническая война.

Линия № 8. Реальная история. В XVI веке османские войска подчинили себе Египет, к Турции присоединены города Триполи и Алжир, затем турки вытеснили испанцев из Алжира и захватили город Тунис (1574). Мифическая история. В 149–146 годах до н. э. происходит Третья Пуническая война, разрушение Карфагена». И, добавим, разрушение Коринфа римской армией Луция Муммия и поражение Тарента в ходе его захвата Ганнибалом в 212–209 году до н. э.

Есть ли другие основания для отождествления Османской империи с позднеантичной Римской империей? А. М. Жабинский предлагает посмотреть, что говорит «по этому поводу» сама традиционная история, и приводит мнение Лорда Кинросса, который был историком скалигеровской школы (и почему-то султана считал своим единомышленником):

«С момента своего восшествия на престол Мехмед II видел себя в качестве наследника классической Римской империи и ее христианского преемника. Теперь завоевание Константинополя только утвердило его в этой роли… Хорошо знающий историю, сверхуверенный в своей способности достичь и удержать в руках абсолютную власть, Мехмед стремился соперничать и даже превзойти, в качестве мирового завоевателя, достижения Александра Великого и римских императоров.

Как уверял Мехмеда критский историк Георгий Трапезундский, позже вызванный ко двору султана: «Никто не сомневается, что вы являетесь императором римлян. Тот, кто законно (! – Авт.) владеет столицей империи, тот и есть император, а Константинополь есть столица Римской империи». Он одновременно был Кайсар-и-Рум, Римским императором, наследовавшим Августу и Константину, и Падишахом, что по-персидски означает «тень Бога на земле».

Когда читаешь Жана Бодена, невозможно отделаться от впечатления, что историки Средневековья сами «разделились» на «средневековых» и «древних», поделив, таким образом, и всю историю. Какая же могла быть для того причина? Возможно, историки вынуждены были так поступать из боязни гнева власть имущих. Жан Боден пишет, как трудно было историкам говорить правду незадолго до его родного XVI века:

«Историкам – современникам событий трудно выпустить в свет свои произведения, ибо отчет может пострадать, подправленный во имя кого-либо, или может нанести ущерб чьей-нибудь репутации. В своих речах Цицерон говорит, не упоминая конкретных имен, об ораторах, которые жили, «боясь гнева тех, кто имел власть». Более того, разве можно историку искать правду в государстве, основой которого является принцип: что бы ты ни думал, но высказывать свое мнение постыдно и опасно? Поэтому лучше преодолеть страх настоящего и жажду наград и вверить свое уникальное сочинение потомкам. Но если кто-то захочет добиться блестящей славы своим трудам еще при жизни, он должен будет беспристрастно исследовать все общественные и частные источники и только потом уже писать историю. Знаменитые писатели дают пример такого подхода – Ливий, Светоний, Тацит, Арриан, Дионисий Галикарнасский. На работы этих авторов можно легко положиться потому, что они писали не о своем собственном государстве, собирая все комментарии и свидетельства дипломатических сношений государств из официальных документов. К этому же классу историков можно отнести Полибия, Плутарха, Мегасфена, Аммиана, Полидора, Ктесия, Эмилия, Альвареса и Людовика Римского. Но к рассказчику меньше доверия, если он употребляет сведения, полученные из вторых рук, – опираясь на рассказы других, как сказал Полибий, даже если он и не использовал фальсифицированных документов. Поэтому лучшие писатели подчеркивают, что они собирали свой материал из официальных документов, отбирая наиболее достоверное для своих произведений».

Здесь в одном ряду перечислены «древние греки» линии № 6, «древние римляне» линий № 6–7 «римской» волны, и авторы эпохи Возрождения линий № 7–8, например, Полидор Вергилий жил в 1470–1541 годах в Урбино, затем в Англии и Уэльсе, а Альварес Франсиско одновременно с ним в 1465–1541 годах, но в Португалии. Понятно, почему Жан Боден не упоминает ни одного человека, жившего после его смерти: он и не мог их знать. Но почему же нигде не упоминает он ни одного «античного грека» линии № 9?… Только потому, что эти «греки» тоже творили после смерти самого Бодена.

«Допустимо, что в ответе Катона Цицерону, как сообщил Тацит, многие вещи излагались так, чтобы подстраховаться и выстроить защиту еще до того, как его осудят судьи. Мнение врага можно считать основательным, если этот человек не развращен деньгами и не думает непрестанно о славе, словно заключенный о свободе. И это вполне справедливо в отношении Фруассара (ок. 1337-после 1404).[5] Разве не правда, что англичане оказались более должны ему, чем он англичанам, стоило ему открыто признать, что он принимал от них щедрые подарки. Тем же путем шел Леонардо Бруни (1370 или 1374–1444), похваляясь подарками, которые он принимал от воспеваемых и восхваляемых им людей. В заключение я хочу высказать следующую мысль: свидетельство человека, большая часть жизни которого отдана делам государственным или войнам, звучит более убедительно. Я думаю, что никто не может совсем отказаться от восхвалений своей страны и не может в этих похвалах быть равнодушным. Так, например, Полибий (200–120 до н. э.), наиболее внимательный и правдивый среди лучших из известных нам писателей, повествовавших о своих соотечественниках, не смог воздержаться от очень язвительной брани в адрес Филарха (III век до н. э.) только потому, что тот скрыл доблесть и славу меголополетян в войне против Аристомаха (тиран Аргоса в III веке до н. э.)».

Все перечисленные здесь лица относятся к линиям № 6–7.

«Этот мотив, если я не ошибаюсь, стал основным у Плутарха в произведении о злобе, направленном против Геродота. В этой работе он остановил свое внимание на материале о биотийцах и херонейцах».

Плутарх (ок. 45-ок. 127), относящийся к линиям № 6–7 «римской» волны, вполне мог направлять стрелы своего остроумия против Геродота (484–430 до н. э.), линия № 5 «стандартной синусоиды». Ведь в нашей версии истории Геродот умер лет за 50–70 до рождения Плутарха и в те неспешные времена мог даже считаться его современником. Кстати, Жан Боден не ставит в своих текстах дат жизни большинства упоминаемых лиц, поэтому позволим себе и дальше дополнять его текст – исключительно для того, чтобы читателю было легче ориентироваться в исторической обстановке. Ведь сам этот историк тоже дает читателям советы:

«…читатель имеет право отвергнуть Тимея (356–260 до н. э.)…, ибо он отступает от истории, часто сводя повествование к простым упрекам, – его не зря называют «клеветником». И вряд ли есть что-либо более трудное, чем решать беспристрастно, имеешь ли ты право судить других за эмоциональные оценки величайших руководителей государства, если ты сам не был рожден частью государственной системы или консулом? Кроме того, что является более глупым, чем мнение о войне тех, кто никогда не видел сражения, но пытается мудрствовать по поводу чужих поражений или побед? Тот, кто рассказывал о войнах Генриха (II Валуа, 1519–1559), я упущу имя этого историка, кто воевал в книге с императором Карлом V (1500–1558) и принимал решения и за того и за другого, окружил короля такой лестью, так засыпал его славословиями, что даже Генрих не мог выносить его восторгов без отвращения. Этот «хороший» человек не понимал, что и лесть, и упреки могут быть одинаково оскорбительны, особенно если речь идет о собственном короле… В результате он единодушно признан всеми лживым как историк и пристрастным как судья. Я согласен с позицией Ксенофонта (430–354 до н. э.), Фукидида (460–396 до н. э.), Светония (70-140), Гвиччардини (1483–1540), Слейдана (1506–1556), которые отваживались на собственное мнение, но делали это довольно редко и осмотрительно».

Все здесь упомянутые авторы относятся на самом деле к XIII–XVI векам, и вполне естественно, что Жан Боден пишет о них как о своих предшественниках. Он сам родился в 1530 году. Ему было 10 лет, когда умер Гвиччардини; Слейдан[6] мог быть его учителем, Светоний – учителем Слейдана. «Древние греки» Ксенофонт и Фукидид жили самое большее за двести – двести двадцать лет до Жана Бодена. Действительно «древность», если вникнуть в смысл слова: ведь это столько же, сколько от нас до А. С. Пушкина. Но ни из чего не следует, что предшественников Бодена отделяют от него и его учителей два тысячелетия:

«…Следует помнить, что он [Тит Ливий] исколесил землю почти до Африки, но Салюстий принимал государственные заявления слишком искренне и прямолинейно. Что могло быть смелее, чем приписать только Цезарю или Катону доблесть всех римлян этой эпохи?

В противоположность такому подходу Фукидид превозносил Перикла, а Слейдан – короля Франции и герцога Саксонского. Дю Белле и другие искали правды, а Слейдан присваивал себе награды, которые те отклоняли, поссорившись с соотечественниками… Это является общим для всех, кто вместе с Гвиччардини, Плутархом, Макиавелли, Тацитом пытается вывести на чистую воду чьи-то тайные планы и разоблачает различные военные уловки. Слейдан был представителем короля Франции и очень часто участвовал в посольствах в другие страны. Но так как он планировал писать в основном о религии, у него не было причины разглагольствовать о чем-то другом. Он не только не привел главных и второстепенных аргументов, но также пренебрег и книгами о религии, написанными обеими сторонами, что многим неприятно. Никто, конечно, не увидит ничего предосудительного в том, что человек интересуется историей древних (двухсотлетней давности, – Авт.) и делает государство предметом своих исследований. Это касается прежде всего таких писателей, как Монстреле (1400–1453) и Фруассар (ок. 1337 – после 1404). У них великое множество всякой всячины, тех самых подробностей, безделиц, которые и открывают нам картины древности; да и современные времена не были ими опрометчиво обойдены. Та же картина была найдена мною у Эмилия, опустившего многие вещи, уже описанные другими. Подобный характер носят труды Льва Африканского, Альвареса и Гаци, который подошел к материалу столь отстраненно, не определяя его значения, что в глазах инквизиции просто рябило от всевозможных вариаций и подробностей».

Тексты перечисленных Боденом авторов и послужили в конце того же XVI века Жозефу де Скалигеру основой для создания полной исторической хронологии. Но только в его версии многие из них уже не выглядят живущими одновременно с прямыми предшественниками историков XVI века, они «выселены» в какие-то мнимые времена.

Скалигер, рассчитывая даты событий, широко пользовался приемами магов-нумерологов. Его старший современник Жан Боден, описывая в своей книге такой метод построения истории, упоминает и Скалигера тоже; он мог почерпнуть у него материал для некоторых «математических» рассуждений. На протяжении десятков страниц убористого текста Боден показывает, сколь часто длительность жизни и правления, сроки существования государств оказываются кратными магическим цифрам 7 и 9, высчитывает кубы, а также толкует события астрологически. Вот какую хронологию, явно рассчитанную на основе каких-то магических правил, приводит он от Цезаря:

«Галлия подчинилась римлянам от окончательной победы Цезаря над галлами до времени маркоманов, когда вожди франков, полагаясь на силу своих воинов, отказались платить подать правителю Валентиниану в 441 г., число, которое образовано из квадрата 7, умноженного на 9, затем до [начала правления] Варамунда [прошло] 9 лет, до конца же его правления [прошло количество лет, равное] 9, взятых три раза. Но со времени, когда он был назван герцогом, до Пипина, который как майордом узурпировал власть и сверг короля Хильдерика, [минуло] 343 года, [значение] куба 7. От убийства Сиагрия, последнего римлянина, управлявшего Галлией, до Капета, галла по происхождению, хотя немцы отрицают это, и анжуйца по рождению, который отнял власть у первых франкских королей, количество лет представляет совершенное число 496. От Варамунда до Капета прошло 567 лет, это число получается через квадрат 9, помноженный на 7. И вновь от Варамунда до Гуго Великого и от последнего до изгнания Людовика IV знатью и его пленения насчитывается 512 лет – чистый куб». И так далее.

В одной из следующих книг мы проведем подробный разбор этих оккультных построений, использовавшихся в XVI веке для «конструирования» нашего прошлого. Здесь отметим только, что упомянутые даты неизвестно от какого события исчислялись. Например, платить Валентиниану подать отказались в 441 году, утверждает Жан Боден. Можно подумать, что речь идет о 441 годе от Рождества Христова. Но по «эре Диоклетиана», которая началась в 284 году, 441-й соответствует 725 году от РХ. Причем это не единственный вариант, и «точка отсчета» может оказаться в IX или Х веке. Во всех «нумерологических» расчетах традиционных хронологов нужно еще очень и очень разбираться, но мы оставим это для следующих исследований, а пока вернемся к событийности истории.

Самый любимый Жаном Боденом историк – Полибий (ок. 200–120 до н. э.), автор «Всемирной истории» в 40 книгах, в которых он охватил пласт истории начиная с Пунических войн, то есть, как считается, с 264 года до н. э. Если в рамках сконструированной магами истории расположить годы его жизни по стандартной синусоиде, то он – современник самого Жана Бодена, если по ее «римской» волне – то, значит, он творил за сто лет до него и относится к линии № 7. Вот что пишет Боден об этом «древнем греке» (добавления в скобках наши. – Авт.):

«Он любил мудрых законодателей, хороших военачальников. Полибий высказал свое мнение о многих вещах, о делах военных и гражданских, а также много писал о назначении истории. В дополнение он оставил отчет почти о всех людях, которые были знамениты в его время и немного раньше – от 124-й Олимпиады или 3680 г. от Творения, до 3766 г. Но из сорока книг, которые он написал, тридцать четыре погибли. Полибий понимал, конечно, что оставить по себе память как о философе нисколько не хуже, чем как об историке. В случае с союзом карфагенян он предупреждал вождей и руководителей государства, что они могли бы объединиться без тех, с кем создали союз, принужденные необходимостью или возможностью дружбы. Указаниями такого рода наполнена шестая книга, в которой он выразил себя очень полно, рассуждая о военных и гражданских занятиях римлян. Никто из древних писателей не дал более точной характеристики отдельных земель и регионов. Кроме того, он часто пренебрегал чуждыми ему мнениями ранних историков, которые много писали нелепых и глупых вещей о римлянах. Благодаря этому человеку мы открыли плачевные ошибки Тита Ливия и Аппиана, свидетельствовавших, что отряды галлов подчинялись Бренну (победили римлян при Аллии в 387 до н. э., линия № 6), отличавшемуся таким хвастовством и надменностью, что другому человеку это было не под силу выдержать, и именно поэтому город и был взят. Юстин (император Византии в 518–527 годах, линия № 6 «византийской» волны) пострадал из-за подобной ошибки, так же как Каллимах (эллинистический поэт и ученый, ок. 300 – ок. 240 до н. э., линия № 7) и его схоласты, которые написали, что войска Бренна опустошили Италию, вторглись в Грецию, но после того, как они разграбили Дельфийский храм, все были поражены молнией и погибли. Кроме того, Полибий показал с большой ясностью и убедительностью доказательств, что эти войска сожгли город, продвинулись до Геллеспонта и, прельщенные удобными, благоприятными участками, поселились вокруг Византии, где в конце концов были завоеваны фракийцами, но при этом они все-таки сохраняли королевство даже во времена Клиара. Этот факт сам по себе не дает возможности установить, когда Бренн был вождем, как долго галлы оккупировали Византию и сколько времени контролировали Грецию».

Чудесное сообщение о событиях последнего столетия перед взятием власти в Византии турками. А еще того чудеснее, что в 10-й главе этой же своей книги – «Расположение и отбор историков» Жан Боден рекомендует читателю ознакомиться с трудом упомянутого выше поэта и ученого Каллимаха под названием «История борьбы поляков против турок». Где античный грек мог бы отыскать в III веке до н. э. поляков и турок – загадка, а вот в XV веке, находящемся на той же линии № 7 «синусоиды Жабинского», он это сделать вполне мог.

Среди прочих книг, которые Жан Боден рекомендует читателю, обращает на себя внимание труд Никифора Калиста «Восемнадцать книг Священной истории от Христа до Гераклита». Если здесь речь идет о том Гераклите Эфесском, которого непременно упоминают все энциклопедии, то жил он в конце VI – начале V века до рождения Христа. Сообщает Боден и о трех книгах Турпиана и Эйнгарда «Жизнеописания Карла Великого», причем в третьей книге жизнь Карла, традиционно относимого на IX век, продлена до 1490 года.

«В наше время Павел Джовио, во всем следуя Полибию (!), тоже решил разделить всеобщую историю, правда, на свои собственные периоды. Но между ними есть и различия, и они прежде всего состоят в том, что последний присутствовал при событиях, или описывал ситуацию по горячим следам, или выискивал материалы повсюду и получал личные и общественные отчеты и записи. Первый же из вышеупомянутых, а именно Джовио, многие вещи описал так, что напрашивается вопрос: «А имел ли он голову на плечах?» Полибий долгое время занимался военными и гражданскими дисциплинами, ни один ученый муж не имел такого опыта. Полибий был признанным вождем в своем государстве среди рядовых граждан. Уже обогащенный большим опытом, он стал врачом. Полибий много путешествовал; объехав большую часть Европы, побережья Африки и Малой Азии, он мог изучить традиции многих народов. А Павел Джовио, как он сам хвастался, оставался в Ватикане в течение тридцати семи лет. Первый был наставником, помощником и советчиком Сципиона Африканского (военачальник II века до н. э.) повсюду, во всех его войнах, а последний был ежедневным советником папы. (Как видим, основное отличие между этими историками не в том, что между ними 1800 лет, а в том, что Полибий лично путешествовал и участвовал в описываемой им войне, а Джовио отсиживался в Ватикане.) Когда его спросили, почему он пишет вещи, которые заведомо являются фальшивыми, или скрывает то, что является правдой, то он ответил, что делает это потому, что так нужно его друзьям. Кроме того, он считал, что потомки будут верить ему бесконечно, вознесут похвалу и ему, и его соотечественникам. Жорес Парижский определенно дал окончательное доказательство этому, когда выразил уверенность, что выдуманные басни об Амадисе будут нести не меньше правды и вызывать не меньше доверия, чем написанное Джовио. Недостатки его были бы еще разительнее, если бы он распространял придуманную им ложь в интересах какого-либо государства. Является фактом, хотя Ксенофонт и Платон и ставили это под сомнение, что если ложь для кого-либо служит основой в жизни, то, действительно, в истории ему всегда найдется место. Как-то кардинал Виссарион (1395–1472) сказал, что когда он заметил, как многие из тех, кого он осуждал, обращались к богам с глупыми восхвалениями Риму, то он действительно стал очень сильно сомневаться, были ли правдой вещи, описанные древними. Таким образом, лживые истории разрушают веру во все остальное».

Действительно, так и создавалась история. Одновременно соседствовали разные «школы», вводились «периодизации», и все это не имело ничего общего с реальным ходом событий, имевших место в прошлом. В итоге победила одна какая-то версия. Впрочем ясно, какая: ставшая теперь традиционной, непререкаемой. Тоталитарной, попросту говоря.

«Если Джовио подражал Полибию, то он должен был бы помнить, как его кумир отмечал, что тот, кто отделяет правду от истории, закрывает глаза на самое прекрасное. Подчеркивая свою правдивость, Джовио пишет, что ему известно имя человека, который называет его автором сплетен, но ведь и Брутт Венецианский часто обвиняет Слейдана в лживости, потому что последний руководствовался религиозными пристрастиями, а позднее – ненавистью к тирании. Но он мог быть опровергнут самим отцом истории Гвиччардини, глубине анализа и правдивости которого могут позавидовать многие (вот вам и новый «отец истории», вместо Геродота). Если его произведения сравнивать с работами Джовио, то они имеют сходства не более, чем круг и квадрат. Они отличаются друг от друга и особенностями речи, и стилем, и трактовками договоров, законов, которые Джовио позволяет себе выдумывать по своему усмотрению. И он так преуспел в насилии над правдой, что рядом с ним рассуждения грубых солдат выглядят как речи утонченных схоластов. Оценивая его самого и отношение к нему других, Алкиатти (1492–1550) заявил: «Отметая глупые похвалы императора Карла, считавшего, что в честь Джовио должны играть фанфары, я обращаю свое внимание на его [Джовио] болтовню, которая представляется мне не более правдоподобной, чем рассказ о том, как Мулей Хасан убил две тысячи львов, или о том, что шесть тысяч овец и две тысячи голов крупного рогатого скота были похищены одним галлом с поля Бреска. Причем его утверждения не подтверждены даже ссылкой на какой-либо авторитет. Многое из того, что он писал об императорах Персии, Абиссинии, Турции, также вызывает сомнение, кое в чем из написанного он даже сам раскаивается».

Если только что вы прочли об историке XVI века, который «переврал» историю Древнего Рима, то дальше вас ждут древние греки, «перевравшие» историю своей собственной Древней Греции (все – линий № 5–6) и два средневековых историка, которые сумели их существенно поправить:

«Некоторые как к судье обращаются к Диодору… Хронист среди философов, историков, поэтов, он внес в историю свой неповторимый вклад. Например, в четырнадцатой книге он пишет, что Ктесий определил начало истории от Нина (основатель ассирийской державы) в правление архонта Лизиада. Диодор изложил в одной книге шесть книг этого автора об ассирийских событиях и некоторую часть истории Персии, там же автор среди других выделяет Геродота. Плутарх, Павсаний, афиняне, а также все греки часто цитируют Ктесия и ссылаются на него; мы же имеем лишь краткие конспекты его работ.

Диодор писал, что Фукидид начинает свою историю правлением Харита, а это – время пребывания консулами Квинта Фурия и Папирия. Эфор, с другой стороны, ведет повествование от снятия осады Гераклитом с Персеполя, Теопомп – от первого года правления Филиппа Македонского, архонства Калимеда. Но те же самые претензии, которые Диодор выдвигал против Теопомпа, могут быть предъявлены и ему самому. Он считал, что пять из пятидесяти девяти книг Теопомпа точно недостоверны, тогда как из сорока книг Диодора, которые дошли до нас полностью, первые пять выглядят почти собранием небылиц. Поэтому Вивес полагает, что нет автора более пустячного, чем Диодор.

Но еще Плиний, выступив судьей, первым среди греков призвал прекратить придавать значение пустой болтовне; кроме того, он предложил писать мировую историю, всеобщие работы. Тем не менее появились сочинения по греческой истории. Кроме того, он очень подробен в передаче речи Гелипия, в то же время при описании спартанцев он сам упрекает Фукидида в отходе от лаконической краткости. Это касается истории войн, которые повсеместно велись в Италии на протяжении почти трех столетий. Однако в пространном отступлении он исследовал просчеты афинян и их причины. Я не уделяю внимания нелепостям его обоснования лунного года, в соответствии с которой получается, что человек должен жить двести лет или даже что время его жизни должно превышать этот возраст. (Удивительное подтверждение правоты А. М. Жабинского, который в «римской» волне синусоиды показал III век растянутым на три «линии веков»; в такой «истории», в самом деле, жизнь одного человека должна удлиниться в три раза и достичь двухсот лет.) Но с тех пор как он признался, что провел тридцать лет в работе над созданием истории и в путешествиях, я не перестаю удивляться, почему он пренебрег исследованием и описанием истории Италии, особенно учитывая то, что он жил там во времена расцвета Римской империи, совпавшего с диктатурой Цезаря.

Если кто-либо сравнит Ливия и Дионисия с Диодором, то обнаружит в древней истории римлян частые и заметные противоречия, особенно в расчетах [религиозных] постов и Олимпиад, в чем последний ошибался особенно часто (здесь еще одно подтверждение, что исторические даты рассчитывались, причем задолго до Жана Бодена и Скалигера, а не были летописно оформлены). Причиной я считаю недостаточное знание латинского языка, и именно поэтому он не исследовал более старательно произведения римских писателей. Доказательством может служить то, что слово «phrourios» он перевел как «ярость», вероятно спутав его с греческим. Также он допустил ошибки в переводе имен собственных, например, он называет Марком Анка Марция, Манлия – Мелием, Лукана – Лактуцием. Допустим, что это можно отнести к ошибкам переписчиков, но подобное оправдание не годится, когда он ошибочно наделяет правомочиями консулов и децемвиров даже солдатских трибунов. В дополнение ко всему он пропустил в своем перечне три или четыре ступени и таким образом полностью перепутал всю систему консульских постов. Но этот материал может быть легко исправлен благодаря Карлу Сигонию (1520–1584) и Онофрио Панвинио (1529–1569) – оба они заслужили высшее признание и уважение их одаренности благодаря точному изложению истории древних римлян».

Надеемся, читатель обратил внимание, какое громадное количество книг писал каждый из «древних авторов». Мы и сами не чужды этого занятию, и уверяем вас, оно не такое легкое и быстрое, как может показаться. Чем писали, на чем? Из каких источников? Узнать невозможно, поскольку подлинников, написанных именно в те «древние» века, нет, а только средневековые копии. А ведь эти книги в те же самые древние времена еще и тиражировали! У Светония можно прочесть, что книгу такого-то писателя «изготавливали» чуть ли не сотнями экземпляров даже для иностранных библиотек. Слова «печатали» там нет. То ли его еще не изобрели, то ли переводчик постеснялся, нам неведомо. О качестве же творчества исторических писателей вот какое мнение излагает Жан Боден:

«Мы имеем бесчисленное множество писателей, которые наводнили мир своими сочинениями… так, что, кажется, главная и серьезнейшая беда его – объем. Поистине, написанное должно быть глупо и несовершенно, ведь только тот, кто беспомощен в писательстве, порождает большее количество книг. Я еще не встретил ни одного писателя, который смог бы в краткой форме изложить разбросанный и разнородный материал. Люди, которые давали подобные обещания в пышных заголовках, потерпели неудачу».

А вот его сообщение об огромных тиражах книг:

«В этом отношении нам также очень поможет Корнелий Тацит (ок. 58– ок. 117, линии № 6–7 «римской» волны)… Он описал традиции, институты и обряды Германии с такой тщательностью, что немцы, для того, чтобы узнать свою древнюю историю, обращаются к Тациту. Он описал события великого значения, потому что Тацит, провозглашенный проконсулом благодаря своей великой мудрости, неоднозначным уступкам Сенату и легионам, в своих книгах, КОИМИ ОН НАВОДНИЛ ВСЕ БИБЛИОТЕКИ, показал черты оригинальности, отличия его расы от других народов. Конечно, он не мог допустить, что мы постигнем всю его работу целиком. Стиль Тацита захватывает, он проницателен и точен».

После объемистой похвалы Тациту беспристрастный Жан Боден сообщает о письме, которое Алкиати написал Джовио (тому самому врунишке XVI века, о котором уже шла речь). В этом письме Алкиати отважился «назвать ясность святой истории [Тацита] дремучими зарослями колючек». Такого мнения придерживался не он один: «Несколько иронично Бюде называл Тацита самым вредным среди историков, потому что тот написал кое-что против Христа». Боден пишет по этому поводу:

«Если пренебречь некоторыми заслуженными обвинениями, то я предполагаю, что Тацит должен быть оправдан. Хотя, по его заключению, иудеи – выходцы из окрестностей горы Ида на Крите, так же как и идайцы. Он, как и Николай Дамаскин, утверждал, что и само название «Иерусалим» имеет греческое происхождение. Если это считать преступлением, то Ульпиан (римский юрист II–III веков) является не меньшим преступником, потому что он написал свои семь книг о мучениях христиан не ради истории, но для устрашения. В действительности грешным в своих описаниях христиан был Светоний. Но его история в основном превозносилась, потому что беспристрастное перечисление вызывает доверие и кажется, что нет ничего более точного, чем когда-то записанный на бумаге факт. Но его история не всегда доставляет удовольствие, потому что он уделяет внимание всяким пустякам… Однако, не касаясь знати, он точно и энергично описал совершенно ужасные похоти королей, чем Корнелий Тацит в своей истории пренебрег. Но в этом отношении его легко превосходит Лампридий, который так много места уделил описанию чудовищных вожделений Гелиогибала (император по прозвищу «Бог Солнца»), сделав это с одной лишь целью – правдиво воспроизвести деяния каждого. Оба автора много знали и были достаточно искушены в описаниях ближайшего окружения королей; особенно Светоний, который был секретарем Адриана и лишился службы по обвинению в более чем свободных отношениях с женой императора… Те, кто последовательно (!) описывает жизнь императоров, сменяющих один другого, а именно Дион, Спартиан, Капитолин, Геродиан, Требеллий, Вописк, Евтропий, Лампридий, Волкаций, Аммиан, Помпоний Лэт (1428–1498, опять влез автор эпохи Возрождения античности в череду авторов самой античности), Орозий и Секст Аврелий, не были писателями такого уровня, как Светоний, но Флавий признался, что был наивен, когда, оценив заслуги Светония, назвал его наиболее безошибочным писателем…

Кто более заслуживает справедливой оценки, чем сам мастер мудрости Соломон? Геродот не проявил особого усердия в установлении правды. Обычно ему не удавалось восстановить все пороки и добродетели описываемого им правителя. И очень часто он был обречен следовать ошибкам Спартиана и Капитолина».

Итак, надежных «исторических писателей» накануне создания традиционной истории не обнаруживается. Даже Геродот, которого Жан Боден сравнил тут с Соломоном и чье имя означает «Даритель древностей», не безупречен как историк. Можно предположить, что кроме мифов и фантазий, написанных с неизвестно какой степенью достоверности, сдобренных астрологическими соображениями и оккультными расчетами, ничего не было у тех, кого принято называть «отцами» истории и хронологии. Что же теперь делать?

ЧЕЛОВЕК И НАЧАЛО ИСТОРИИ

Накануне истории

Мы не знаем, когда, где и как появился человек на нашей планете, и сомневаемся, что кто-либо из ныне живущих достоверно знает это. Судя по результатам, люди, появившись однажды, начали расселяться по Земле, ведя первобытно-общинный образ жизни, занимаясь охотой и собирательством съедобных растений.

Для формирования цивилизации и прогресса людей требовались определенные условия, и они в некий период времени сложились в районе Средиземноморья.

Этих условий было три.

1. Переход от животных видов «работы» по добыванию пищи (охота, сбор плодов) к человеческому труду: сельскохозяйственному, промышленному, интеллектуальному.

2. Создание людьми коммуникаций для обмена продуктами труда и идеями, в том числе (и прежде всего) письменности.

3. Принятие единобожия как идеологии духовной общности, единства людей разных рас и племен.

Существует представление, что человечество развивалось медленно и неспешно, продолжалось это тысячелетиями и лишь в ХХ веке был совершен резкий рывок вперед. Реальная картина все же несколько другая: разобщенные племена сотни тысяч лет развивались самостоятельно, накапливали знания и суеверия, рывок же начался в первом тысячелетии нашей эры в едином центре – Средиземноморье.

Это вроде копья с длинным древком, наконечник которого – цивилизация, а ХХ век всего лишь острие этого наконечника. Цивилизация наша более чем молода; по отношению ко всей истории человека длительность ее составляет доли процента, так удивителен ли разрыв в уровнях развития разных народностей, наблюдаемый нами в конце XX – начале XXI века нашей эры?

Причиной перехода к технической цивилизации стало превышение человеком емкости среды. Иначе говоря, человечество в своем развитии, прежде всего численном, слишком расширило свою экологическую нишу, что привело к колоссальному кризису между численностью людей и возможностями природы. Произошел он незадолго до начала письменной истории и носит название неолитического кризиса или неолитической революции. Академик Никита Николаевич Моисеев описывает это так:

«В начале неолита люди были прежде всего охотниками (и собирателями). Однако в связи с усовершенствованием оружия человечество весьма быстро (может быть, даже за одно-два тысячелетия) извело всех крупных копытных и мамонтов – основу своего пищевого рациона времен раннего неолита, и охота уже не могла больше обеспечить пропитание людей. Человек оказался на грани голодной смерти и был обречен на деградацию. Он имел и реальный шанс вовсе исчезнуть с лица Земли, как исчезали многие другие биологические виды. Судя по всему, многие популяции наших предков были на грани исчезновения. А некоторые вымерли, не сумев справиться с трудностями, или были уничтожены другими популяциями человека в борьбе за ресурс, который был у них общим.

Однако в целом судьба homo sapiens, точнее – кроманьонцев, оказалась более благополучной, и неолитический кризис, несмотря на то, что население планеты уменьшилось почти на порядок, был стартом нового взлета в развитии человечества. Человек изобрел земледелие, а несколько позднее и скотоводство, т. е. начал создавать искусственные биогеохимические циклы – искусственный кругооборот веществ в природе. Тем самым он качественно изменил свою экологическую нишу и положил начало той цивилизации… плодами которой мы пользуемся еще и сегодня».

В состоянии дикости человеческие племена могли жить сколь угодно долго, и некий толчок к началу прогресса и к возникновению нашей цивилизации произошел не так уж давно; А. М. Жабинский предполагает, что немногим более 2000 лет назад.

Мы видели в «синусоиде», составленной этим автором, наличие в некоторых случаях «нулевых линий веков». Это совершенно правильно, ведь история началась не с IX века н. э., а значительно раньше. Здесь речь даже не о том, что многие события раннего Средневековья действительно происходили в те годы, каким их приписывает традиционная история (и определить их очень даже непросто). Речь о том, что в «нулевых» линиях скрыта вся история человечества, протекавшая до появления письменной истории.

«В общем и целом, можно сказать, что цивилизация начинается, когда люди научились заниматься сельским хозяйством, жить в постоянных общинах, создают определенные формы государства и овладевают искусством письма», – пишет британский историк Э. Хантингтон. К тому, что он назвал, следует, видимо, добавить разделение труда и обмен товарами.

Что же это за «люди» научились заниматься сельским хозяйством, создали государство и письмо? Это те самые кроманьонцы, которые пережили неолитический кризис. Это были, условно говоря, дети жителей мезолита, внуки палеолитических гоминидов.

Однако даже наиболее выдающиеся «натуралисты»-археологи, а вслед за ними историки, социологи и популяризаторы, имея перед глазами пещерные росписи первобытных людей, еще в XIX веке исходили из непреложного постулата, что на протяжении всего палеолита человек был существом примитивным, «животным» по своим потребностям. Во многом этот взгляд не изжит до сих пор. Причем вопрос, а когда же и почему примитивный человек перестал быть таковым, даже не возникает.

Еще об одном нужно сказать: о повсеместности и равномерности культурного развития, протекавшего до появления письменной истории. Судить об этом позволяет археология. А. Д. Столяр, анализируя пещерную живопись, пишет:

«…Изображения из Костенок или Мальты оказываются семантическими двойниками находок, сделанных на западной оконечности Европы. Загадочные в своем одиночестве, при изолированном анализе, эти произведения красноречивы именно в совокупности, когда они… объясняют друг друга… Сравнительный анализ этих памятников показывает, что они при всей сложности творческой эволюции, ее многообразии и известной неравномерности в конечном счете воплощали одни и те же идеи».

Это не должно нас удивлять, поскольку склонность к творчеству, как уже сказано, присуща человеку изначально. Многие сходные произведения первобытного периода обусловлены единством биологической природы человека. Но в природе человека и стремление внедрять те новшества, полезные для выживания, которые он подсмотрел у других. Чем шире становились, прежде всего благодаря торговле, контакты между племенами и народами, тем быстрее становились достоянием всей Ойкумены не только стили и приемы искусства, но и все категории общественной жизни, превосходящие чисто животные «программы выживания». Волна окультуривания быстро охватывала весь населенный мир. Это можно сказать и о принципах построения государственной власти. Появились в районе Средиземноморья каганаты, власть в которых была в руках высшего жреца, – и вот мы видим в VIII–IX веках цепь каганатов: Хазарский, Русский, Тюркский, вплоть до Уйгурского, в состав которого входила даже Монголия. Установилась в Европе светская, королевская власть – и повсюду в течение нескольких десятилетий тоже власть стала светской. Стала «модной» демократия – и вот все, включая королей, превратились в демократов.

Изобразительное искусство хорошо для исторического анализа тем, что оно дает в руки исследователя объем, материальность прошлого. Специалисту легко сравнивать стиль и мастерство, с каким сделано то или иное произведение. Имея в руках образцы, он может сказать, что они выполнены в одну эпоху – и его не собьет с толку появившееся лишь сто-двести лет назад «мнение», что между ними три тысячи лет.

Традиционная история уверяет, что в Египте в XIX веке до н. э. ваяли скульптурные портреты, по качеству и стилю ничем не отличающиеся от работ XIV века н. э. Кроме чуда, это нечем объяснить. Еще большее «чудо»: достигнув такого уровня, египтяне от него отказались.

Надо же наконец понять, что какие-то части культуры не могут ни с того, ни с сего «выпрыгивать» существенно выше общекультурного уровня. Не может такого быть, чтобы в естественно развивающемся сообществе люди достигли умения строить морские корабли, но не додумались до стремян для своего коня. Если нет умения кроить ткань, откуда появятся навыки скульптурного творчества?

Если вы никогда раньше не рисовали картин, попробуйте. У вас не получится ничего, кроме картинок в стиле «наив». Именно это и получалось у древнего человека, и никаких шедевров средневекового уровня он создать не мог. А ведь надо иметь в виду, что, в отличие от вас, древнему художнику негде было увидеть те шедевры, которые известны вам, чтобы хотя бы подражать им.

Также поражает существующая в умах многих людей «нестыковка» между пещерной (наскальной) и настенной росписями. Будто когда-то, в неизмеримой дали времен, пещерные жители разрисовывали стены своих пещер. Потом бросили это дело, и значительно позже, в цивилизованное уже время жители городов вдруг додумались разрисовывать стены своих домов. А, между прочим, принципиальной разницы нет ни в стиле, ни в мастерстве. Построив каменные дома, люди могли ходить в пещеры и разрисовывать их, тем более что это наверняка имело какой-то религиозный смысл. Затем (и раньше всего в равнинах) постепенно перешли к росписи настенной.

Религиозные обряды предусматривали принесение жертвы высшему духовному существу. Произведение искусства, скульптура или картина (идол), чтобы приобрести сакральный смысл, должно было пройти через этот обряд. Жертву приносили через посредство искусственного произведения. И мы до сих пор повторяем фразу: «Искусство требует жертв».

А. М. Жабинский предложил ввести понятие «условный век». Если самые примитивные изображения на стенах пещер и гротов условно датировать ПЕРВЫМ ВЕКОМ – просто «первым», без привязки к конкретной эре, – то небольшие скульптурные произведения из кости или дерева можно отнести к третьему условному веку. Затем происходит постепенная детализация и увеличение информационной составляющей произведений, а также развивается стремление к схематичности, сведение изображения к знаку. К пятому условному веку, наверное, следует отнести наиболее удачные произведения в обоих этих направлениях, причем развитие знаковости привело к рождению орнамента, носившего ритуально-магический характер.

Эти «условные века» или правильнее, эпохи не имеют размера: I и II могут длиться по несколько тысяч лет, следующие – по пятьсот, триста, двести лет.

С появлением храмов VI–VII условного века (Чайеню, Чатал-Гуюк, Неа Никомедиа, Джармо, Хаджиляр, Муллино и др.) искусство приобрело черты традиционности. Но с появлением в обществе традиций, то есть сознательной передачи от поколения к поколению элементов культурных и социальных достижений, люди все еще не расстались с пещерным искусством!

«В Африке и Австралии традиции наскального искусства сохраняются на протяжении нескольких тысячелетий. Многослойно перекрывающие друг друга изображения свидетельствуют о том, что изобразительная традиция, берущая начало в верхнем палеолите, сохранялась здесь еще недавно, – пишет В. Мириманов. – Наряду с древними изображениями сцен охоты и мифологических существ живопись и петроглифы Северной Америки изображают события, относящиеся ко времени прибытия на континент первых европейцев, сцены сражений, в которых впервые появляются всадники, вооруженные ружьями… В отдельных районах Сибири и Средней Азии наскальные изображения подновлялись или даже создавались совсем недавно, а кое-где традиция жива еще и сегодня».

Вот насколько близки мы к «древности»!

Монументальные сооружения бронзового века из необожженной глины и грязи быстро разрушались, и, по мнению А. М. Жабинского, люди быстро освоили приемы каменного и кирпичного строительства. Но эти приемы применяются и сегодня! Широкое использование кирпича следует отнести, наверное, уже к седьмому условному веку.

Итак, I–II условные века – палеолит;

III–IV у. в. – мезолит;

V–VI у. в. – неолит;

VII–VIII у. в. – энеолит (медный век) и переход к бронзе, а затем к железу (часто к железу переходили минуя бронзу);

IX–X у. в. – в Европе это эпоха варварских королевств;

XI–XII века – романика, и здесь мы уже переходим от «условных веков» к безусловным, к векам нашей эры;

XIII–XIV века – готика и так далее, вплоть до эпохи так называемого «Возрождения». Возрождения чего?!

Вполне достаточно для человека разумного двух столетий, чтобы перейти от наскальной живописи к самым примитивным настенным росписям! Такой переход естественен. А что естественного в повторном появлении после тысячелетнего «сна» целых пластов культуры? Свои умения люди не приобретают в готовом и завершенном виде. Всему надо учиться. Если же случился катаклизм и знание действительно потеряно, то новый путь к нему никак не может в точности повторять путь, уже однажды пройденный.

«Классический период» искусства, по мнению историков и искусствоведов, начался с появлением письменности и закончился в процессе научно-технической революции (изобретение фото, кино и т. д.) в конце XIX века н. э., после чего «классику» сменил модернизм. Однако такие произведения Средневековья, как «Даниил во рву львином» (капитель церкви Сан Педро де ла Наве, 680–711), «Христос во славе» (рельеф алтаря короля Ратхиса в церкви Сан Мартино в Чивидале-ин-Фриули, ок. 740) и многие другие почти ничем не отличаются от произведений энеолита, который традиционно относят на 3-4-е тысячелетие до н. э. Запредельная примитивность этих вещей не может быть сознательной: нельзя нарушать правила изображения, не имея их. А самые элементарные правила появились позже, в девятом условном веке.

«Почти одновременно в скульптуре и наскальной живописи человеческие изображения начинают члениться на верхнюю и нижнюю части, что в конечном счете приводит к созданию «битреугольной» фигуры. Это фигуры на греческих амфорах, глиняные женские статуэтки из Туренг Тене, каменные фигурки из Трои и Тель Асмара, мраморные кикладские «идолы», – пишет В. Мириманов.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

«Древнеегипетские» изображения: сев, жатва, работа с животными.

Появление определенной школы (правил изображения фигур и тому подобного) – это начало классического искусства. Но в западноевропейском искусстве даже Х века еще не всегда можно увидеть это четкое деление фигур на две части!

«В числе самых ранних антропоморфных изображений на керамике додинастического Египта встречаются битреугольные фигуры, появляющиеся в наскальном искусстве Сахары в середине II тысячелетия до н. э. (это VIII–IX условный век). Женские фигуры обычно изображаются в фас, иногда в позе танца, с поднятыми руками. Эту позу порой в точности повторяют средиземноморские и ближневосточные статуэтки. Мужские фигуры изображаются в двойном ракурсе: верхняя часть до пояса – в фас, нижняя, включая ступни ног, – в профиль».

Первым шагом к развитию той цивилизации, которая ныне быстро подходит к концу, стало возникновение земледелия в Египте. Это был даже не шаг, а гигантский скачок! Изобретение земледелия воистину революционное событие.

Почему можно утверждать, что колыбелью искусственного возделывания земли стал Египет? Рассмотрим этот вопрос. Дело в том, что земледелием нельзя заниматься «между прочим». Посадка семян, обработка, сбор и хранение урожая делают человека привязанным к одному месту, поэтому, проведя анализ условий жизни в различных местах планеты, можно определить место проведения «первого опыта».

Если в этом месте много другой пищи, земледелие попросту не возникнет, в нем не будет нужды; если мало – человек станет слишком зависимым от урожая, и опыт может кончиться печально для этого человека. Урожая должно быть достаточно, чтобы результат сразу превысил некоторый предельный порог. Первый же эксперимент должен был принести удачу, и в долине Нила это было возможным, так как из-за ежегодного разлива наносился ил, и урожай можно было получать без особых технических средств и приемов.

Со временем другие народы, в других местах стали заниматься земледелием; одновременно происходило появление новых орудий труда и освоение конной тяги.

В часто упоминаемом районе между Тигром и Евфратом, в Месопотамии, как традиционно считается, существовало ирригационное земледелие. Но оно могло возникнуть только тогда, когда УЖЕ были хорошо известны не только технология земледелия, но и технология изготовления сельскохозяйственных орудий и, конечно, металлургия. Значит, земледелие в Месопотамии «импортного» происхождения; его принесли сюда представители других, оседлых народов; подробнее мы поговорим об этом в главе «Кто придумал земледелие?», а пока отметим, что даже этих элементарных соображений достаточно, чтобы усомниться в «приоритете» Месопотамии, история которой якобы много древнее, чем египетская.

До начала письменной истории на Балканах или в Богемии впервые научились плавить кричное железо. (Внук библейского Каина, изобретатель и ковач металлических орудий, носил имя Балкан или Вулкан.) Использование железа сделало возможным появление принципиально нового вооружения и средств труда, что позволило культивировать земли, на первый взгляд, для этого не приспособленные.

Первоначальное развитие скотоводства с одомашниванием животных происходило на Малоазийском полуострове, и его вершиной стало приручение коня. А конница как вид вооруженных сил впервые появилась тоже на Балканах: мифический создатель конницы – македонский царь Филипп, чье имя как раз и означает «коневод» (фил – любить; ипп – конь, вспомните слово «ипподром»).

Приручение коня, безусловно, резко ускорило развитие цивилизации, поскольку сделало более быстрым и надежным сухопутное общение народов, но неменьшее значение имело и начало судостроения, создание кораблей, способных не только на малый каботаж, но и на дальние плавания. Развитие же судостроения немыслимо без новых способов обработки древесины, изобретения пилы и сверла.

Был открыт способ выплавки в промышленных масштабах меди из кипрских рудников, начата разработка оловянных руд в Испании, а появление в результате этого бронзы позволило производить бронзовые предметы хозяйства и оружие. Было положено начало наукам, первыми из которых стали геоцентрическая астрономия и астрология.

Как видим, хозяйственное и культурное развитие народов Средиземноморского региона было невозможным без их взаимодействия. Велась широкая торговля; купцы везли зерно из Египта, вино из Галлии, домашний скот, кожи, шерсть с Малоазийского полуострова, металлические изделия из Румынии, Пешта, Рура, Испании, воск из славянских земель. Торговля – двигатель прогресса. Это такой двигатель, который, будучи включенным один раз, работал без перерыва, втягивая в производственную и интеллектуальную деятельность все большее и большее количество народов, и работает по сию пору.

ЛЮДИ были такими же, как мы, не хуже и не лучше, только их окружал другой быт, и представления их о мире были совсем иными.

Реализацией третьего, и важнейшего, условия создания единого человечества (цивилизации) стало принятие единобожия на всей территории Средиземноморья, и это привело к возникновению первой в истории Ромейской империи.

Центром религиозной жизни был поначалу Египет, но к III веку как второй религиозный центр выделилась местность у подножия вулкана Везувий, самого заметного и удивительного «божественного знака» Средиземноморья. Сюда приходили люди разных народов, устанавливали свои алтари (а попросту – «отмечались» перед своим Богом). Здесь сложилась первая жреческая община, учившая всех приходящих своему пониманию Бога.

Извержения вулкана и землетрясения время от времени рушили алтари, установленные богам разных племен, подтверждая учение местных жрецов, что Бог един и поклоняться надо Ему, и только Ему.

Признание всеми единого Бога привело со временем к признанию власти от Бога, которую единый владыка получал путем посвящения, помазания на царство. К имени царя добавлялась приставка Помазанник Божий или Посвященный – Назарей на библейском языке, Христос по-гречески, Август на латыни, причем о евангельском Иисусе Христе, как он известен нам, до седьмого примерно века люди не имели совершенно никакого представления.

Религиозным центром стал Везувий в Италии (подробнее об этом в следующих главах). Политический же центр первой в истории империи разместился в Румынии (Романии) и примыкающей к ней Румелии, это общее название балканских стран и Малой Азии. До начала широкого железоделания в Германии (в Руре) эта область, и прежде всего область Пешта (Венгрия), была в промышленном и техническом отношении самой передовой в мире, сюда тянулись купцы из Европы, Азии и севера Африки. Здесь было средоточие торговых путей, сюда стекалась информация со всего мира, а информация дает власть.

Первая мировая Ромейская империя включала в себя Англию, Францию, Германию, Италию, Испанию, Египет и всю Северную Африку, Болгарию и Балканский полуостров с архипелагом, Малую Азию и Сирию. (Названия приведены здесь в современной географической традиции.)

Вот чем была изначально Римская империя. В этой книге мы называем ее Ромейской или Византийской, а ее западную, европейскую часть называем Романской.

Названия двух частей этой территории, Романии и Румелии, дали основу легенде об образовании Рима (Roma) двумя братьями – Ромулом и Ремом.

«У всех византийских летописцев греки не называются иначе, как «римлянами» (ромеями). И только в XV столетии афинянин Халкокондилас усвояет за своими земляками наименование «эллинов», – пишет Н. А. Морозов. Здесь замечательно, что по «синусоиде Жабинского» совпадают по линиям веков «эллинистический период» в истории Греции и появление самого слова «эллины» в ренессансной Европе. Что касается ромеев, то есть римлян, то так называют себя современные греки в Греции, а группа греков, живущих на Кавказе и говорящих на турецком языке, называет себя урумами. Это слово произошло от названия Рум, Румский султанат, что есть отуреченное название Ромеи.

Оседлость, достаточный уровень производства и государственные потребности позволили некоторой части зажиточных людей заняться интеллектуальной деятельностью, наукой и литературой, а начало производства в Библосе и Египте носителя информации, папирусной бумаги, способствовало широкому распространению грамотности.

Литература зародилась как короткие записи сказок и анекдотов, первичной речитативной поэзии и разного рода практических сведений и рецептов, потом появились первые хроники.

Художественность изначально присуща людям.

Звездные сказки

Разбирая «тайны истории», надо иметь в виду совершенно безбрежную суеверность людей, одушевление ими предметов и, главное, звезд. Звезды! Они имеют имена, которые могут быть записаны буквами. Они объединены в созвездия, и созвездия эти – не скопища пылающих шаров в безвоздушном пространстве (как знаем мы), а ФИГУРЫ, имеющие названия и свои предназначения. Астрология не была отвлеченной наукой!

Звезды и созвездия суть письмена Бога на небе, их тоже можно толковать. Глядя на небо и толкуя (описывая в образах) увиденное, астрологи вовсе не принимали небесные «события» за пророчество на будущее, для них это были РЕАЛЬНЫЕ события, реальный текст, написанный Господом. Вот Стрелец, вот пущенная им Стрела, а вот Орел, пораженный Стрелой. Такие истории удобны для обучения учеников, они распространяются широко.

Ученые редполагают, что люди СНАЧАЛА придумывали мифы, а ПОТОМ размещали их на небе, давая названия созвездиям. Мы думаем, что чаще случалось обратное, – небесные истории становились земными мифами, засоряя реальную историю.

Например, вот история из библейской Книги Есфирь. В ней речь идет о том, что царица Астинь отказалась принять приглашение царя Артаксеркса на пир и была удалена от лица царя, а приближенной оказалась царица Есфирь. Н. А. Морозов же «обнаружил» всю эту историю на звездном небе, и даже высчитал, что события произошли в IX веке н. э. В его описании первая глава библейского рассказа принимает такой вид. Артаксеркс – царь Святой Сферы, Солнце. Сначала его супругой была звезда Астинь, что по-еврейски значит Основа; в обыденном смысле это продольные нити ткани, а в данном случае – основа небесных меридианов, поперек которых идут параллельные круги. Ее, как «жену царя», сменила Астер, что значит «звезда». Это имя с переходом из еврейского языка в греческий превратилось в Естер, а по-славянски в Есфирь.

Вся история прямо указывает на Гамму созвездия Овна, с которой когда-то начинался счет небесных меридианов и которая постоянно сопровождала Солнце. Но из-за прецессии она к IX веку отстала на 140, перестала скрываться под горизонтом при вечерней заре, то есть уже не ложилась вечером «спать» вместе с Солнцем. Понятно, что астрологи «низложили» ее из цариц.

Ведь такая странность, как «измена» звезды Солнцу, не могла не вызвать их недоумения. Но отвергать очевидность стало наконец невозможно. Простой вывод: «первая звезда» Астинь чем-то «провинилась» и потеряла свое первенство, которое перешло к другой звезде. Новой звездой-царицей, приближенной к Солнцу, стала Альфа Андромеды которая, хоть и была дальше от эклиптики, но «ложилась спать» (заходила за линию горизонта) рядом с Солнцем. Она-то и получила в Библии имя Есфирь.

Из этого получилась целая романтическая история.

Слева она дана в современном переводе Всемирного Библейского Переводческого Центра с некоторыми сокращениями, справа – в переводе Н. А. Морозова, который дается по рукописному тексту (на начало 2001 года нигде не публиковавшемуся).


Слева

В третий год своего царствования Артаксеркс устроил пир для своих приближенных и вождей. Там были все военачальники и знатные персидские и мидийские вожди. Пир продолжался сто восемьдесят дней, и в течение всего этого времени царь Артаксеркс показывал огромное богатство своего царства и великолепную красоту и богатство своего дворца.

Когда прошли эти сто восемьдесят дней, царь Артаксеркс устроил во внутреннем саду царских палат еще один пир, который продолжался семь дней. На пир были приглашены все, кто находился в столичном городе Сузах, от самого знатного до самого незначительного человека.

Этот внутренний сад был отделан белыми и синими льняными драпировками, которые прикреплялись шнурами из белого льна и пурпурной ткани, виcящиx на серебряных кольцах и мраморных столбах. Там были ложа, сделанные из золота и серебра. Эти ложа были установлены на полу, выложенном мозаикой из порфира, мрамора, перламутра и других дорогих камней. Напитки подавались в золотых сосудах, и один сосуд был не похож на другой! И было там очень много царского вина, ибо царь был очень щедр. Он приказал своим слугам давать каждому гостю столько вина, сколько тот пожелает. И слуги, разносившие вино, повиновались царю.

Царица Астинь тоже устроила пир для женщин в царских палатах.

На седьмой день пира царь был в веселом, приподнятом настроении от выпитого вина. Он отдал приказ семи евнухам, которые служили ему. Эти евнухи были: Мегуман, Бизфа, Харбона, Бигфа, Авагфа, Зефар и Каркас. Он приказал этим семи евнухам привести к нему царицу Астинь в царской короне. Она должна была прийти для того, чтобы показать свою красоту вождям и знатным людям, ибо царица была очень красива.

Но когда слуги передали царице Астинь царский приказ, она отказалась прийти. Тогда царь очень разгневался. У царя был обычай спрашивать у мудрецов совета о законе и наказаниях. И царь Артаксеркс поговорил с мудрецами, которые понимали закон и были его приближенными. Их звали Каршена, Шсфар, Адмафа, Фарсис, Мерее, Марсепа и Мемухан – семь самых знатных князей Персидских и Мидийских. У них были особые привилегии видеть царя. Они были самыми важными в царстве. Царь спросил этих людей: «Как по закону нужно поступить с царицей Астинь? Она не подчинилась приказанию царя Артаксеркса, переданному ей через евнухов».

Тогда Мемухан ответил царю в присутствии других приближенных: «Царица Астинь поступила плохо. Она виновна перед царем, вождями и всем народом из всех областей царя Артаксеркса. Все остальные женщины услышат о том, что сделала царица Астинь, и перестанут повиноваться своим мужьям. И непочтительность и злоба будут повсюду.

Вот мой совет: пусть царь издаст указ, и пусть он будет записан в персидских и мидийских законах, которые не могут быть изменены, о том, что Астинь больше никогда не будет входить к царю Артаксерксу. А ее царский сан пусть царь передаст другой, которая лучше ее. Когда царский указ будет объявлен во всех уголках его огромного царства, все женщины, станут оказывать почтение своим мужьям, от самого знатного до самого незначительного».

Царь и его приближенные были очень довольны этим советом. И царь Артаксеркс сделал так, как посоветовал Мемухан.


Справа

Это было в третий год Царя Святой (небесной) Сферы (Солнца). Он сидел на своем троне в Светлом Чертоге (неба[7]) и сделал пир для всех своих князей, для служащих при нем (планет), для всех отрядов своего на две части (на два небесных полушария) разделенного звездного войска[8] и для первых сановников и начальников своих (звездных) областей, показывая в сиянии облаков великое богатство своего царства и необыкновенный блеск своего величия по окончании полугодия (180 дней, от сентября до марта).

Затем он сделал еще семидневный[9] пир в окруженных оградою (горизонта) садах своего Светлого Чертога всем, от большого до малого.

Белые, как кисея, шерстяные занавесы (облаков) висели на серебряных кольцах и мраморных столбах (воображаемого небесного свода), прикрепленные пурпурными и багряными виссоновыми шнурами. Золотые и серебряные подстилки виднелись на помосте (горизонта), выстланном камнями зеленого цвета и мрамором и перламутром. Красное вино (вечерней зари) разлито было во множестве в золотые разнообразные сосуды, как и следует быть у царя небесной сферы, но никто не принуждался его пить, потому что каждый поступал по своей воле.

И царица Основа (небесной сети), звездочка Гамма в созвездии Овна, служившая первоначальной меткой весеннего равноденствия, к IX веку удалившаяся на 14по эклиптике) тоже дала пир для женщин в Чертоге царя Святой Сферы (праздник весеннего равноденствия, Пасха).

На седьмой день, когда развеселилось сердце царя, он сказал своим слугам: Грому, Молнии, Зною, Граду, Затишью, Легкому ветерку и Вихрю, всегда ожидающим приказания перед его лицом:

– Приведите мне царицу Основу (т. е. звездочку Гамму Овна, царицу весеннего равноденствия и начала сети небесных координат[10]).

Он хотел показать всему народу и князьям ее красоту. Но она не захотела прийти на пир (весеннего равноденствия) по приказанию, переданному ей через слуг. Сильно разгневался царь и сказал своим мудрецам, знающим времена (т. е. планетам):

– Как мне поступить с Основою (небесной сети)?

Ближайшими к нему тогда были Марс (в Овне), Юпитер (в Овне) и Меркурий (в Рыбах около 13 градусов эклиптикальной долготы,[11] при Солнце +17 градусов).

И сказал Великий Святой (Юпитер[12]):

– Не перед одним царем виновата царица Основа, а перед всеми народами (созвездиями) во всех областях царя небесной сферы. Как только разгласится поступок царицы, все жены будут говорить, как она, свои мужьям. Пренебрежений и огорчений будет довольно.

Да выйдет от царя повеление, и будет оно записано в законы широт и долгот и не отменится: чтоб не приходила более Основа (небесной канвы) перед лицо царя Святой Сферы, и ее царское достоинство да будет передано другой (звезде), которая лучше ее (т. е. более яркой звезде осеннего равноденствия). Услышав об этом повелении царя, все жены будут отдавать почтение своим мужьям.

И сделал царь по слову Великого Святого (Юпитера).


Н. А. Морозов отмечает характеристическое несогласие между еврейско-латинским и греко-славянским текстами. В греко-славянском фигурируют, как и следует быть по равноденственной планетной констелляции, только три планеты: Марс, Юпитер и Меркурий. А еврейско-латинские перечисляют все известные в древности планеты, как это сделано в приведенном (слева) отрывке. Очевидно, что в многовековом процессе превращения «звездной сказки» в человеческую историю еврейские и латинские переписчики первоначального текста перестали понимать, почему «обижены», не упомянуты остальные, кроме Марса, Юпитера и Меркурия, планеты. А греки и славяне ни о каких планетах и думать не думали. Первый переводчик с еврейского еще, возможно, знал, что речь идет о звездном небе, но для дальнейших переписчиков приведенные названия превратились уже в имена людей, и добавлять что-либо они не видели никакой возможности. А также мы можем сделать вывод, что перевод на все существовавшие тогда письменные языки был сделан сразу после события.

Книга Есфири описывает и дальше много приключений, и все их можно «отыскать» на звездном небе. Так, покушение на жизнь Артаксеркса – царя Святой Сферы, описанное во второй главе Есфири-Звезды, относится к солнечному затмению 27 июля 827 года. Мы же здесь напомним еще раз о разногласиях между текстами, составленными на разных языках, и зададимся вопросом: а как вообще появилась письменность?

Алфавит

Цивилизация стала неизбежной в тот день, когда наш неизвестный пращур сделал грандиозное открытие, смысл которого и сегодня в полной мере не постигнут человеческим умом.

Он придумал алфавитную письменность, в которой каждый письменный знак соответствовал звуку речи.

Явления такого порядка происходят лишь один раз.

Легко ли появилась устная речь? Легко. Во всяком случае, для этого не нужен был пример других народов. Даже животные имеют определенный набор звуков для выражения эмоций. Человеку было ЕСТЕСТВЕННО заговорить.

Легко ли было «изобрести» огонь? А его не нужно было изобретать! Огонь – природное явление, он появляется, например, когда молния ударяет в дерево, когда извергается вулкан, когда самовозгорается торф. Трудно было придумать, как добывать его самим.

Легко ли было изобрести колесо? Трудно. Но подсказка тоже имелась: при строительстве жилищ из бревен или перетаскивании камней люди собственным хребтом понимали, что легче катить, чем носить на руках или кантовать с торца на торец.

А вот природной письменности не существует. Нет нигде записи определенных звуков определенными знаками, зрительно различимыми. Подсказок не было. Но однажды мысль о том, что речь можно записывать знаками, влетела в голову первобытного Гения.

… Представьте себе время, когда письменности не было. Представили?… Попробуйте еще раз. Письменности – не было. Не было. Совсем не было. Люди только говорили и слушали, иногда рисовали, а писать и читать не могли – не потому, что не учились или не хотели, а потому, что письменности НЕ БЫЛО. Жили себе и даже не понимали, что ЭТО может быть.

До какого-то момента письменности НЕ БЫЛО нигде и никогда.

И вдруг появилась.

Предположим, наш Гений жил со своим племенем в лесу, недалеко от моря и был колдуном. Время есть, сядет с сыном в уединении, и возятся с кусками кожи и камнями. Одним прекрасным утром собрал он в центре поселка соплеменников и говорит:

– Я здесь, а сын мой на берегу моря, но все, что любой из вас тут скажет, он повторит.

И говорили ему разные слова, а он царапал на куске кожи. Бежали к сыну, тот читал. Говорили слова сыну, он писал, отец повторял. Сын колдуна отходил все дальше, дальше, но неизменно правильно повторял сказанное и записанное…

Вы помните, что ДО этого письменности не было?

Вы можете представить себе, какое впечатление произвело происходящее на окружающих? Благоговейный ужас, вот что чувствовали люди.

Об этом можно судить уверенно. Известно, как восприняли письменность, принесенную белыми людьми, аборигены Америки и Австралии. Они сочли, что обучение письму – это некий религиозный ритуал, что книга – живое существо, умеющее говорить и видеть. Описан случай, когда туземный гонец отказался брать письменное послание, опасаясь, что оно будет разговаривать с ним по дороге. В другом случае туземец нес в соседнюю деревню четыре буханки хлеба и письмо с указанием количества буханок. Одну из них он съел, и его, конечно, разоблачили. В следующий раз, прежде чем съесть буханку, он спрятал письмо в дупло, но правда опять выплыла наружу. Тогда он стал избивать письмо, приговаривая, чтобы бумажка за ним не подглядывала и оставила его в покое. Точно так восприняли возникновение письменности народы Европы, Африки и Азии.

Мистический восторг испытывали окружающие племена и перед первым грамотным народом. Ведь грамотность – это чудо передачи мыслей на расстоянии! Для всех было несомненным, что этот народ получил тайну письма прямо от Бога, что он, стало быть, богоизбранный народ. Да что там говорить! Люди очень долго отождествляли письменность (алфавит) и Бога:

«И Он дал Моисею, когда перестал говорить на горе Синай, две плиты с законом, исписанные Божьим пальцем» (Исход, 31/18). Или: «Знание про них у Господа моего в книге, не заблуждается Господь мой и не забывает» (Коран, сура 20/54).

Откройте канонический текст Апокалипсиса (Откровения). В первой же главе, после обращений к семи церквам, Иоанн приводит самые первые слова Бога, слова, которые должны были сразу убедить читателя Апокалипсиса, что говорит именно Бог: «Я ЕСМЬ АЛЬФА И ОМЕГА», то есть Бог – от первой до последней буквы АЛФАВИТА.

Апокалипсис – первая божественная книга, написанная в 395 году на греческом языке. До этого во всей империи безраздельно владычествовал язык библейский, который с некоторой долей условности можно назвать древнееврейским.

Лингвисты относят еврейский язык к глубокой древности, полагая, что за четыре века до нашей эры он «был вытеснен арамейским». Но «арамейский» (а-ромейский) это и есть тот библейский язык, на котором писала и говорила Ромейская (Византийская) империя в первые века нашей эры. Это язык международного общения, международный жаргон, как русский в бывшем СССР или английский в странах Содружества наций.

Арамейские племена, как официально считается, это семиты, жители Передней Азии. Сейчас на арамейском языке говорят ассирийцы. Многие тексты Библии, Вавилонский Талмуд, Кумранские рукописи написаны на нем. Широкое хождение он имел до VII века н. э. (примерно с III века наряду с письменным греческим и латынью) и был постепенно вытеснен после появления у многих народов своей письменности.

А сначала все народы (галлы, готы, кельты, славяне, хазары), чтобы освоить письмо, были вынуждены осваивать и устную речь библейского народа. Аналогичную ситуацию мы наблюдаем в последней четверти ХХ века на примере распространения компьютерной грамотности: пока не появились компьютерные программы на русском, все русские программисты освоили английский язык.

Что касается алфавита, то количество и формы знаков финикийского, палестинского и арамейского письма совпадают полностью (Финикию и Палестину мы упоминаем просто для обозначения географического места, отводимого им современной историей).

Вообще слова «еврей» и «иврит» – не названия народа. Они происходят от слова «Hiber», переселенец. Как назывался народ изначально и каким был, мы не знаем. Совершенно неправильно отождествлять современных евреев с этим библейским народом, и здесь он так назван лишь в силу традиции.

Кто же изобрел алфавит? Согласно греческому мифу о Кадме, финикийский царь Агенор послал своих сыновей отыскивать сестру их Европу, похищенную Зевсом. Один из них, Кадм, попал в Беотию, построил крепость Кадмею, около которой очень скоро образовался город Фивы. Сделавшись затем царем основанного им самим города, он стал обучать жителей различным искусствам, в том числе искусству письма, благодаря которому они научились излагать свои мысли при помощи особых, изобретенных Кадмом, 16 букв.

Греческие буквы действительно не вполне сходны с финикийскими или еврейскими. И в самом деле, узнать об алфавитной письменности греки могли от финикийцев. Но из мифа вовсе не следует, что саму письменность придумали финикийцы!

Я. Б. Шницер высказал такое мнение по этому вопросу: «Отец истории Геродот впервые, кажется, приводит предание о Кадме и в вопросе о происхождении письма в Греции ссылается на него как на единственный ему известный в то время исторический источник, хотя говорит о Кадме и финикийских переселенцах не как об изобретателях алфавита, а лишь как о наставниках греков в деле письменности. «Финикияне, пришедшие с Кадмом в Грецию, – говорит Геродот, – принесли к эллинам вместе с другими предметами, касающимися образования, и письмена, употребление которых, как мне кажется, прежде этого неизвестно было грекам» (Herod., книга V, глава 58). С легкой руки Геродота и другие древние писатели увековечили в своих произведениях предание о Кадме, и некоторые даже прямо называют финикиян изобретателями алфавита, хотя, правда, тотчас же подчеркивают, что их мнение основано на устном предании, за достоверность которого они ручаться не могут. Возьмем хоть, для примера, стихотворение знаменитого латинского поэта Лукана:

«Финикияне первые, если верить преданию,

Стали грубыми знаками увековечивать звуки.

В то время еще жители Мемфиса не умели сшивать

Из папируса книги, и лишь изображения птиц и разных животных,

Высекаемых на камне, хранили их таинственно-волшебные речи».

Но были в старину и другие мнения об изобретателе алфавита. Например, Тацит, описывая в одном месте своей «Летописи» (Annal., XI, 14) происхождение письмен, говорит: «Идет молва, что Кадм, приплыв с финикийским флотом к берегам Греции, передал ее необразованным народам свое искусство письма. А между тем изобретателями этого письма являются египтяне; от последних его заимствовали финикийские мореходы и, передав его затем грекам, получили славу изобретателей того, что на самом деле они только позаимствовали». Плиний честь изобретения алфавита отдает на долю ассирийцев, Диодор Сицилийский выводить алфавит из Сирии и так далее.

Ныне общепринята версия еврейского происхождения алфавита. В доказательство этой точки зрения Я. Б. Шницер пишет:

«Названия букв древнейшего алфавита сохранили нам евреи в неизменном виде. С точки зрения лингвистических изысканий названия эти могли принадлежать одинаково как евреем, так и финикиянам, так как и те, и другие употребляли один и тот же язык. Но о названиях букв финикийского алфавита мы опять-таки не имеем никаких сведений и судим о них лишь по названиям греческих букв, принимая, конечно, предварительно на веру сказание о Кадме. Во всяком случае, то обстоятельство, что те же названия существуют у греков, в языке которых они не имеют никакого реального значения, несомненно доказывает, что они были ими заимствованы вместе с алфавитом, а это в свою очередь говорит за их высокую древность. Впрочем, когда бы эти названия ни возникли – одновременно ли с появлением алфавита, или же впоследствии, как это думают теперь некоторые, в том и другом случай они могут оказать нам драгоценную услугу в деле выяснения вопроса об изобретателе алфавита, так как, с одной стороны, они бесспорно свидетельствуют о том, что народ, среди которого алфавит получил свое начало, очень долгое время находился под непосредственным влиянием египетских иepoглифов – этого единственного в то отдаленное время письма, в котором звуки речи точно так же выражались названиями предметов и животных (например, буква «а» обозначалась в египетском письме изображением орла и называлась ahom, буква «b» – изображением журавля и т. д.), а с другой стороны, по значениям этих буквенных названий мы можем отчасти судить о характере, занятии и культурном развитии того народа, который, по выражению французского поэта Бребефа, впервые придумал способ «рисовать нашу речь и говорить глазам» (de peindre la parole et de parler aux yeux). И в самом деле, для какой бы цели эти буквенные названия ни были придуманы, они должны были выбираться с таким расчетом, чтобы обозначали предметы наиболее известные, наиболее бросающиеся в глаза, с которыми, следовательно, чаще всего приходилось тогда иметь дело. Из названий же букв еврейско-финикйского алфавита некоторые не имеют для нас особого значения; к ним принадлежат: gof – узел, thav – крест, а также те, которые означают различные части человеческого тела: yod – рука, kaf – ладонь, аin – глаз, phe – рот, resch – голова и schin – зуб. Но зато остальные названия рисуют нам довольно наглядную картину жизни того народа, среди которого эти названия впервые возникли. Так, некоторые названия нам указывают на то, что народ этот преимущественно занимался земледелием (alef – бык, gimel – ярмо, cheth – ограда и lamed – рогатина) и рыболовством (mem – вода и nun – рыба), что он был оседлым, так как жил не в переносных палатках, а в настоящих домах – beth, снабженных дверьми – daleth и окнами – he, при постройке которых употреблялись столбы – samech и гвозди – vav. Кроме того, он был народом воинственным; в битвах он пользовался различными оружиями – zain, из которых чаще всего употреблял копье или дротик – tsade. Наконец, мы узнаем еще о том, что страна, где народ этот жил, изобиловала змеями – teth.

Таким образом, мы видим, что буквенные названия нисколько не характеризуют финикиян; мы здесь не встречаем ни одного предмета торговли, ни одного атрибута мореплавания, этих двух единственных занятей, поглотивших, как известно, всю историческую жизнь финикийского народа. Напротив, это живое описание древнееврейского народа в эпоху его переселения в Ханаан после исхода из Египта, когда из пастухов он превратился в воинов, из кочевников в оседлых земледельцев. Словом, названия букв несомненно принадлежат евреям».

Когда-нибудь история станет наукой многовариантной. Ученые будут рассматривать разные версии, как бы «поворачивая» прошлое разными гранями. Тогда даже следующее небольшое утверждение Я. Б. Шницера, составленное им, естественно, во вполне традиционном ключе, можно будет по-разному толковать. Сейчас мы приводим его для завершения разговора об изобретателе алфавита:

«…Мы считали бы наиболее вероятным предположение о том, что алфавит впервые зародился у еврейского народа, и зародился под небом Египта и на почве его иероглифической системы, а отсюда уже, благодаря событию Исхода, он перенесен был евреями в ханаанскую землю, где он окреп, вырос и вместе с финикийским товаром получил свое распространение по всему миру».

С возникновением письменности появилась возможность записывать СЧЕТ. До этого счет велся при помощи натуральных предметов: по камушкам, по шкуркам животных… Умеющий считать, например, «по арбузам», вряд ли бы справился со счетом «по баранам». Нужен был единый принцип, и он появился, причем еще в иероглифический период. Алфавитная азбека упростила дело. Буквы одновременно становились цифрами. (Здесь возможны варианты. Или буквы-цифры лишь со временем приобрели самостоятельное начертание, или, наоборот, появление значков для счета привело к появлению букв.) Слово «ал-гебра» в переводе значит «наука переселенцев», то есть того же библейского народа.

Мы не знаем, сколько времени понадобилось для развития и распространения грамотности в Средиземноморье: сто лет, двести или пятьсот. Во всяком случае, к третьему веку нашей эры здесь уже была широкая прослойка грамотных людей. А грамотность резко и навсегда изменила мировосприятие людей, стали возможными надежное запоминание информации и расчет событий.

До этого люди жили как свободные кони: сегодня есть еда, вчера был дождь, позавчера медведь приходил, а раньше – это «раньше» или «давно», не знаем когда, сколько пальцев на двух руках – вот когда (современные дошкольники так же воспринимают мир). Наступлению каких-либо событий (например, разливу рек) предшествовали приметы, но для крупных, редких и особо заметных явлений, вроде затмений Солнца, предварительных примет не было.

Только появление письменности и счета могло дать начало развитию и распространению по планете ТЕХНОЛОГИЙ различного вида производств. Экономика вообще требует больших письменных материалов и грамотных людей. Сообщения не должны допускать произвола в толковании, чего не могли дать пиктографические системы письма, а только алфавитная.

Грамотный человек (народ), умеющий накапливать и обрабатывать информацию, мог точно сказать, когда и что было, и предсказать небесные события; сказать, когда и что делать, толковать законы. Ему верили. Он был – Пророк!.. И естественно становился лидером.

Письменный язык переселенцев (иберов) стал всеобщим языком потому, что был ЕДИНСТВЕННЫМ; на его основе создались алфавиты других языков. О том, что латынь произошла от западногреческого языка, вы можете прочесть в любой энциклопедии, как и о том, что начиная с VIII века н. э. латынь легла в основу систем письма большинства народов Западной Европы.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Воспринимая письмо как божественное явление, для упорядочения алфавитов ученые Средневековья обращали свой взор опять-таки на небо. Если написать все буквы по кругу, по две буквы на знак зодиака (дом), то гласные покажут, где в момент составления алфавита находились планеты: Луна, Меркурий, Венера, Марс, Юпитер и Сатурн. Альфа – это Солнце, первая буква. Решение такого гороскопа может быть только одно, или не быть вовсе. Расчеты показали, что греческий алфавит приобрел современный вид в 1152 году, а германские руны, например, в 1198 году. Разное время упорядочения, расстановки букв по местам дает нам несовпадение положений одних и тех же букв в разных алфавитах.

Любопытно, что, как полагают лингвисты, буквы V и U латиняне стали различать по звучанию только в XVII веке; до этого и писали их, и читали как Бог на душу положит, то «в», то «у».

Обратите также внимание, что звучание букв иврита осмысленно, в греческом же буквы «звучат» как в иврите, но уже НЕОСМЫСЛЕННО, а это ясно показывает, что греческий алфавит повторяет алфавит «языка переселенцев», иврита, он от него произошел. Такая же история произошла позже и с кириллицей, от «аз, буки, веди, глаголь, добро» и других ОСМЫСЛЕННЫХ букв которой – русская азбука: А, Б, В, Г, Д…, а далее, на основе русской азбуки, возникли многие алфавиты народов российской империи. Однако кириллическая азбука в своей осмысленности идет дальше, чем иврит, составляя цельное сообщение всей совокупностью букв (Аз Буквы Ведая Глаголю Добро…), что могло появиться лишь в поздний период.

О скорости изменения языков вот что сообщает Жан Боден, автор XVI века:

«Изменения в языке происходят главным образом по трем причинам (я пренебрегаю мнением Моисея, считавшего, что это произошло одномоментно, а не постепенно). Первая: неизбежен ход времени, под влиянием которого не только языки, но и все вещи изменяются и природа любых вещей стареет. По этому поводу Полибий написал, что менее чем через 50 лет, минувших со времени подписания союзного договора между карфагенянами и римлянами, слова текста, который он сам назвал древним, могли уже понимать с большим трудом. Действительно, песни, которые исполнялись в соответствии с древними обрядами, понимались лишь несколькими людьми. Итак, мы видим, что все языки всех народов изменяются в ту или иную сторону. Другой причиной является слияние народов в результате многочисленных переселений».

Спрашивается, какую латынь «возрождали» в средние века – времен подписания договора с Карфагеном, времен Полибия, или других лет? Да и каким образом, если языки столь быстро изменяются, можно хоть какой-то «возродить» и вновь ввести в практику?

Когда письменность распространилась достаточно широко, ученые (которых было немного), чтобы скрыть свое знание от невежд, стали прибегать к шифровке, создавая «искусственное» письмо. Пример – месопотамская клинопись, придумать которую можно было, только уже зная алфавитную письменность.

… Мы начали эту главу с утверждения, что изобретение алфавитной письменности стало первым шагом к тому, что называется цивилизацией. Почему это так? Потому, что появилась возможность создания писаных законов. Собственно, первый закон от Бога и был дан Моисею через письмо.

Таким образом, цивилизация есть этап развития человечества, когда социальные (общественные) отношения в значительной мере превалируют над биологическими, семейно-половыми отношениями, а жизнь сообщества людей, в силу этого, базируется на единой общепринятой морали и едином, письменно оформленном праве, исключающем разночтения. Такие понятия, как культура и степень цивилизованности, находятся в связи с понятием цивилизации человечества, показывая ее развитие в пространстве и времени (в разных странах и в разные эпохи).

Путь Моисея

… Прогонит Яхве все эти народы от тебя, и вы овладеете народами, более великими и сильными, чем вы.

Второзаконие, 11 /23.

Комментарии к Пятикнижию Моисея весьма и весьма обширны. Мы приведем из них двадцать пунктов подряд, без выборки, из относящихся к библейским географическим названиям Книги «Числа» (глава 33).


14. Рефидим – обычно пытаются локализовать в окрестностях Вади Фиран или Вади Шейх на западе Синайского полуострова.

15. Пустыня Синай – окрестности священной Горы; локализация местности неясна и зависит от локализации горы Хорив.

16. Киврот-Хаттаава – евр. «Погребения вожделения».

17. Хацерот – идентифицируется с пунктом Айн ал-Хазра на северо-востоке Синайского полуострова.

18. Ритма – обычно отождествляется с Вади Ретемат поблизости от Айн Кадис.

19. Риммон-Парец – расположение неизвестно.

20. Ливна – местоположение неизвестно.

21. Рисса – возможно, идентифицируется с Расой, расположенной неподалеку от Акабы (Эйцион-Гевер).

22. Кехелат – название означает «Место собрания».

23. Гора Шафар – идентифицируется с Джебель Аранф.

24. Харад – возможно, Джебель Араде.

25. Макхелот – местонахождение неизвестно.

26. Тахат – возможна идентификация с Вади Эльти.

27. Тарах – местоположение неизвестно.

28. Митка – местоположение неизвестно.

29. Хашмона – местоположение неизвестно.

30. Масерот – местоположение неизвестно.

31. Бене Йаакан – местоположение неизвестно.

32. Хор-Хаггидгад – возможна идентификация с Вади Гузагиз, но также с Вади Гиддаде.

33. Йатевета – местоположение неизвестно.

И так далее, и так далее, и так далее.


Столь полно описанный в Библии путь Моисея (в Коране под именем Мусы) и его народа в рамках современной географии Ближнего Востока почти никак не локализуется. Отчего такие сложности? Дело в том, что в первоначальных текстах географические названия НЕ БЫЛИ ОГЛАСОВАНЫ, то есть были записаны только согласными буквами, почти совсем без гласных: КНУН, ЛБНУН, ПРТ, и только значительно позже, когда евангельская географическая традиция уже сложилась, названиям этим попытались придать гласные буквы, и получилось – Ханаан, Ливан, Евфрат… Место действия толкователи поместили в Палестину, там и стали разыскивать места событий. А правильно ли это? Правильно ли «огласованы» названия?

Если в библейских текстах описаны реальные события (а мы полагаем, что это так), происходившие с реальными людьми (что тоже правда), то, без сомнений, дело происходило в каких-то реальных местностях. Правильно определив эти местности, мы увидим, что совершался поход Моисея от горы Синай (Сион, Хорив) в Землю обетованную значительно позже, чем говорят теологи. Во II или III веке н. э., полагает Н. А. Морозов. Возможны и другие варианты: VI или VII век. Но в любом случае, Палестина тут совершенно ни при чем.

Так откуда нам начинать поиск «объектов», то есть поименованных в Библии городов, рек и гор? Представьте себе, буквально «от печки», от вулкана.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Ставрос (кол, крест по-гречески) или Сион (столб, путеводный знак по-библейски) над Везувием при извержении 1822 года.

Вулканических фрагментов в Библии тьма-тьмущая, на это давно обратили внимание многие исследователи. На третье новолуние после «бегства из Египта» Моисей оказался возле некоей горы, на которой имел продолжительную встречу с Богом-Громовержцем. Эта гора носит разные названия: Сион (Столб), Синай и Хорив (Хоррибл, ужасный). Это вулкан, ужасный и громогласный, со столбом дыма и пепла.

Обратимся к первоисточнику.

«На третий день, при наступлении утра, были громы, и молнии, и густое облако над горою, и трубный звук весьма сильный; и вострепетал весь народ, бывший в стане… Гора же Синай вся дымилась оттого, что Господь сошел на нее в огне; и поднимался ее дым, как дым плавильной печи, и очень сотрясалась вся гора. И звук трубный становился все сильнее и сильнее…» (Исход, 19).

«И стоял народ вдали; а Моисей вступил во мрак, где Бог» (Исход, 20/21).

«Вы приблизились и стали под горою, а гора горела огнем до самых небес, и была тьма, облако и мрак. И говорил Господь к вам из среды огня; глас слов его вы слышали, но образа не видели, а только глас» (Второзаконие, 4/11-12).

Итак, описания горы Синай-Сион-Хорив однозначно показывают нам действующий вулкан.

Но! Традиционная гора Синай никогда не была вулканом. Вообще на Синайском полуострове, в Сирии и Палестине, на севере Африки нет и в исторически обозримом прошлом вулканов не было.

Где же наша «печка»?

Геологическая карта Средиземноморья вкупе с некоторыми библейскими «подсказками» дает нам единственный подходящий вулкан: Везувий в Италии.

Везувий – вулкан плинианского типа. Вот что представлял он собой в те времена: из кратера с огромной силой бьют газы, образуя вместе с пеплом высоченный, многокилометровый столб багрово-черного цвета. Вверху он расплывается в облако в форме итальянской сосны, пинии, а издали похож на столб с перекладиной, крест.

Образование креста сопровождается грозами с полыхающими молниями. Изредка происходит извержение лавы, но грозы с ливнями, смешиваясь с колоссальным количеством пепла, дают грязевые потоки, по разрушительности не уступающие лавовым.

Одновременно наблюдается трясение земли с преизрядным грохотом, слышимым на десятки километров.

Это был очень, очень заметный и самый необъяснимый объект Средиземноморья.

Египет был не только колыбелью цивилизации, но и первым религиозным центром человечества; Везувий стал вторым.

Вернувшись ненадолго к вопросу об алфавите, отметим, что, несомненно, полученные Моисеем на этой горе скрижали Бога могли иметь свой смысл и значение лишь в том случае, если народ уже заранее был знаком с письменностью, которая была использована в начертании заповедей. Иначе Моисею пришлось бы предварительным обучением подготовить народ свой к пониманию скрижалей, а это противоречило бы назначению этого письменного памятника в той обстановке, в которой он дан был Моисееву народу, а обучение безграмотного и невежественного народа искусству письма является делом небыстрым.

Я. Б. Шницер пишет: «…Новейшая критическая история смотрит на Моисея, не как на родоначальника священнической корпорации, как это принято было думать до настоящего времени, а лишь как на знаменитейшего представителя уже существовавшей до него жреческой касты, исключительной привилегией которой было служение культу и которая впоследствии, во время пребывания евреев в Египте, по-видимому, являлась еще единственным сословием, располагавшим правом и досугом заниматься науками, искусствами и египетской мудростью. Вот, исходя из этой точки зрения, а также принимая во внимание предшествующие факты, мы считали бы наиболее правдоподобным предположение о том, что алфавитное письмо было известно евреям гораздо раньше Моисея и было создано еврейскими жрецами под непосредственным влиянием египетских иероглифов. Появление алфавита на свет у еврейских жрецов могло быть вызвано, конечно, различными причинами, между которыми известную роль могли играть, например, соревнование с египетскими жрецами, которым они не хотели уступать в мудрости, и некоторые соображения политического характера».

Надо полагать, спор Моисея с «египетским фараоном», описанный в Ветхом Завете, – это спор о вере с применением колдовства; не желая оставаться рабом прежнего Бога, Моисей хотел уйти и увести своих последователей, «свой народ», а национальность народа не имеет никакого значения.

Давайте посмотрим, куда мог пойти он со своим народом, своими единоверцами, если шли они от Везувия? Возможна ли идентификация библейских названий?

«Господь, Бог наш, говорил нам в Хориве, сказав: Довольно вам сидеть на этой горе! Поворотитесь и двиньтесь, и пойдите на Гору Аморейскую и ко всем их соседям, в пустыню, на гору и на низменность, и на южный край и к берегам моря, в землю КНУН и к ЛБНУН, даже до реки великой, реки ПРТ» (Второзаконие, 1/7).

В итальянской географии можно огласовать эти названия как Кенуя (Генуя) вместо Ханаана; ЛБНУН в точном переводе значит Белый – и действительно дальше, по пути из Италии, имеется Белая Гора, Монблан. ПРТ, огласуемый обычно как Евфрат, можно посчитать рекой Прут, это крупный приток Дуная.

«И отправились мы от Хорива и шли по всей этой великой и страшной пустыне…»– в самом деле, рядом с Везувием расположены знаменитые Флегрейские поля, обширные, выжженные земли, залитые лавой, полные мелких вулканов. «И пришли в КДШ В-РНЭ». Теологи полагают, что это то ли город, то ли водный источник Кадес-Варни; но это, возможно, Кадикс-на-Роне, современная Женева. «И много ходили вокруг горы Сеир». Название горы оставлено теологами без перевода; если же перевести, получится Чертов хребет, Чертова гора. За Женевским озером она так до сих пор и стоит: Diablereux, Чертова гора.

(Если был бы проведен конкурс по выбору местности, претендующей на звание Земли обетованной, с участием Палестины и Швейцарии – что выбрали бы вы?)

После исхода из «Египта» (ставим Египет в кавычки, так как в еврейском оригинале Библии вместо применявшихся в Средневековье названий Египта – Копт или Гипт написано МЦРМ или МИЦ-РАИМ); так вот, после бегства от «фараона» (в Коране «фир-аун») была послана погоня за беглецами, однако те прошли по дну моря и спаслись. «Гнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь и сделал море сушей, и расступились волны» (Исход, 14/21). Совершенно недвусмысленно написано: восточный ветер! Посмотрите на карту: если дело происходит у Красного моря (таково традиционное решение), то восточный ветер в лучшем случае может НАГНАТЬ воду, но никак не отогнать. Восточный ветер может отогнать воду, например, в Неаполитанском заливе, недалеко от Везувия. Видимо, беглецов прижали к берегу и они не имели другого пути.

Невозможно не заметить, что для рабов, спасающихся от притеснений и нищеты, эти люди снаряжены неплохо: серебро, золотые украшения, богатые ткани, металлическое оружие… Читая Библию, обратите внимание на бытовую сторону жизни этих людей – очень интересно.

«Вечером налетели перепела и покрыли стан, а поутру лежала роса около стана» (Исход, 16/13) – и говорить нечего, что перелетные птицы, попавшие в поднявшиеся вверх ядовитые газы от извержения вулкана, падали мертвыми в окрестностях его.

Вот яркая картина! Грохот, ужас, разрушение, повержены языческие идолы; беглецы, славящие единого Бога, не имеют чем питаться, и тут Бог посылает им пищу. Голодный народ, вместе со своим предводителем, толкует это как заботу Бога о них… Но «мясо еще было в их зубах, еще не были съедены птицы, как возгорелся на них гнев Громовержца и поразил он их великим мором. Они назвали это место Могилами прихоти (Погребение вожделения), потому что тут похоронили умерших».

То ли мясо птиц было ядовитым, то ли вулканические газы начали опускаться, доходя до земли и отравляя людей, но такого не придумать было ни тогда, ни теперь.

Одна из стоянок Моисеева народа при бегстве, ТБЭРЕ, огласована как «таверна», но не Тибр ли это? Далее следует ЦН, Сиена.

«Перейдите поток АРНН» (Второзаконие, 2/24). В современном переводе: река Арнон. Но в Италии и сегодня можно видеть реку Арно! «И шли к Васану». Считается, что Васан (Башан) – это местность в Заиорданье; постоянно упоминается в Библии и… до сих пор стоит в Ломбардии Bassano.

«… И шли к Васану; и выступил против нас на войну Ог, царь Васанский, со всем народом своим, при Адрии» (Второзаконие, 3/1). Адрия существует до сих пор, под этим же названием, близ устья По, а реку По латинские авторы часто называли Иорданом (Eridanum), что хорошо ложится на библейское название ИРДН.

«И взяли мы в то время все города его; не было города, которого мы не взяли бы у них: шестьдесят городов, всю область Аргов, царство Ога Васанского» (Второзаконие, 3/4).

Города укреплены были высокими стенами, не поселки какие-нибудь камышовые. ШЕСТЬДЕСЯТ укрепленных городов! У одного только царя Ога! А сколько еще царей победило войско Моисея?… Не было, нет и, возможно, никогда не будет такого количества городов на землях современного Израиля. А вот на севере Италии и в самом деле стояло в Средние века (в СРЕДНИЕ века) множество городов, известных и по сию пору: Верона, Падуя, Феррара, Болонья и другие.

«Ибо только Ог, царь Васанский, оставался из Рефаимов. Вот, одр его (гроб), одр железный, и теперь в Равве, у сынов Аммоновых: длина его девять локтей, а ширина его четыре локтя, локтей мужских» (Второзаконие, 3/11). Ну что тут сказать? Знаменитая металлическая гробница Теодориха Готского, действительно, «и теперь в Равве», да только эта Равва – Равенна – не в Палестине, а в Италии. Традиционная история датирует гробницу Теодориха VI веком н. э.

Город Масса (Исход, 17/7), где Моисей извлек воду из скалы ударом своего посоха, существует и теперь к северо-западу от Феррары. Город Реховот, где царствовал Саул над Эдомом (Бытие, 36/37), и теперь называется Реджио, к востоку от Пары, библейского Парана (Второзаконие, 33/2 и Числа, 10/12).

Громовержец дал Моисею четкий стратегический план: покоряя народы Европы, дойти до места слияния Дуная с рекой Прут, спуститься вниз, до Румынии и Румелии, и основать государство на идеологии единобожия.

«Вот, Я даю вам землю сию, пойдите, возьмите в наследие землю, которую Господь с клятвою обещал дать отцам вашим Аврааму, Исааку и Иакову, им и потомству их».

Должны сказать любителям поплеваться при звуке еврейских имен: Авраам (Аб-Ром), Исаак и Иаков – НЕ имена. Не было тогда еще имен в нашем понимании! Так Н. А. Морозов переводит это место.

«Вот земля, о которой я клялся Отцу-Риму, Распространителю письмен и Богоследителю, говоря, что дам ее их потомкам».

Далее следует указание, как вести себя единобожцам в отношении язычников:

«… Но их жертвенники разрушьте, и [священные] их плиты разбейте, и их Ашеры (священные древа) разрубите, и статуи их богов сожгите огнем, ибо ты не поклоняйся другому богу, но Яхве-Богу: Мститель – его имя, Бог-Мститель он». (Мститель в смысле ревнивец, ревнующий к иным богам.)

Моисей и его первосвященник Арон (в Коране Харун) несли народам идею единобожия, вбивая ее со всей жестокостью, разрушая по договору с Богом (Яхве, Иеве) капища местных языческих божков, ставя над народами новую знать «из колена Израиля», то есть из Богоборцев, насаждая новых священников, новые обряды, вводя новые налоги. Моисей, гениальнейший человек, создавал новый мир.

Израиль не было названием страны или нации. Слово это обозначает борющихся, сражающихся с богами. Другое значение по корню ИШР, прямой. Страна Израиля – идеал, а не вещность. Имя Моисея (МШЕ) означает Избавитель или Спаситель, Арон – светлый, Просветитель.

Из века в век, из книги в книгу повторяется нелепая байка, якобы Моисей сорок лет водил народ свой по пустыне. Что же это за пустыня, в которой стоят десятки городов, растет чудесный виноград, живут разнообразные народы?! Если только пустыня духа, куда не пришла еще идея единого для всех Бога.

(Напоминаем, что здесь мы не занимаемся богословием, а используем Библию как источник исторических сведений.)

Книга Числа интересна тем, что в ней приводятся результаты первых в истории переписей населения. Переписи необходимы для правильного взимания налогов и расчета бюджета государства, для организации призыва в армию. Для чего это вчерашним рабам, пленникам фараона, бредущим «по пустыне»?

Перепись исчислила мужчин от двадцати лет и старше, всех годных для войны богоборческой, в шестьсот тридцать тысяч пятьсот пятьдесят человек (колено Левита не призывалось).

Если армия составляет более пяти процентов населения – страна разоряется дотла (пример СССР не даст соврать). Предположим, Моисей рискнул и призвал все же пять процентов, тогда, значит, население его государства достигало 12,5 миллиона человек.

Это лишнее доказательство, что события происходят не на узкой полоске суши, где сейчас живут 4,5 миллиона израильтян. В самом деле, не на головах же они друг у друга сидели? Они бы не прокормились! «До ХХ века евреи в земле Израиля почти не занимались продуктивным трудом, да и никто не занимался тут продуктивным трудом» (Исраэль Шамир. «Путеводитель по Агнону»).

Судя по всему, это численность всех подвластных Моисею народов. Ученые высчитали, что в V веке нашей эры в Италии, Галлии, Германии и на Балканах жило суммарно 8,5-11 миллионов человек («История Европы», 1992, т. 2).

Моисей расставил по странам 12 колен израилевых (богоборческих):

Юг – Нижний Египет (Библос), Верхний Египет (Мемфис), Аравия, Испания и Мавритания.

Восток – Сирия, Анатолия, Греция.

Запад – Италия (Римская область и Ломбардия), Сицилия.

Север – Дунайская область, Северная Германия, Франция.

Колено Левита в армию не призывалось: мужчины этого рода становились священниками. Левитов (ЛУИ = прислужник, священник) получилось общим счетом 22 тысячи человек. Понятно, такая тьма священников тоже не для одного города предназначалась.

По расчетам Н. А. Морозова выходит, что Пятикнижие Моисея было приведено в окончательный вид в 710 году н. э., значительно позже событий, и не им самим, ибо не мог же он сам написать о себе:

«И умер там Моисей, раб Господень, в земле Моавитской, по слову Господню. И погребен на долине в земле Моавитской против Веффегора (Бет-Пеора), и никто не знает места погребения его даже до сего дня» (Второзаконие, 34/5-6).

До какого, спрашивается, дня?

Моисей умер в походе, и дело его принял Иисус сын Нуны (Навин); и убил он при завоевании Страны Израиля (при создании богоборческой империи) тридцать царей, в том числе отца армянского царя Шобаха. Собрал армянский царь великую силу воевать Навина, но ничто не помогло ему, «сокрушил силу армян Иисус Навин».

Откуда такая прорва царей в Израиле? И какого горя искали там армяне? Не объяснить этого никак, если не понять, что выполнил Навин завет, дошел до устья Дуная, сражаясь по пути с царями, а спустившись к югу берегом Черного моря, нашел идеальное место у Босфорского пролива, откуда удобно вести контроль за военными, религиозными и финансовыми делами складывающейся империи. Между прочим, идеальное место и для международной торговли, и для поборов с проплывающих судов.

Здесь уже территория Армении (А-Ромении?). Она включала в себя в отдельные времена земли от Каспийского до Средиземного моря и стала составной частью создаваемой единобожцами империи.

ЗАПОВЕДИ БОЖИИ,

данные людям через Моисея

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения
Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Аналогичные заветы имеются и в Коране. Например:

«И вот взяли Мы договор с сынов Исраила: Вы не будете поклоняться никому, кроме Аллаха; к родителям – благодеяние, и к родичам, и сиротам, и беднякам. Говорите людям хорошее, выстаивайте молитву, приносите очищение…

И вот Мы взяли договор с вас: Вы не будете проливать вашей крови, и вы не будете изгонять друг друга из ваших жилищ» (Сура 2/77, 78).

А завет «не убий» просто пронизывает Коран…

Перуны разных народов

Распространено мнение, что Перун – это древнерусский «бог грома», не более того. Будто бы Перун – языческий идол, деревяшка с узорами, объект наивных поклонений отдельных диковатых племен степной и лесной Руси, сожженный в конце Х века н. э. после прихода на Русь христианства.

Нет ничего более далекого от истины.

Изучение диалектов индоевропейского языка показывает, что Перун, во-первых, известен едва ли не всем народам Европы и Азии, а во-вторых, имя этого бога этимологически связано с такими понятиями, как «гора, скала», «дуб, сосна», «гром и молния», «небо».


литовский – Perkunas

латышский – Perkuns

прусский – pеrcunis (гром)

древнеисландский – Fjorgyn (мать бога грома Тора)

кельтский – Hercyniy

древнеиндийский – Parjanya (бог грома, дождя)

там же – Parvata (божество Горы)

русский и украинский – Перун

белорусский – Пярун

чешский – perun

польский – piorun (гром)

албанский – Peren-di (бог, небо)

кафирский – Пярун (имя бога войны)


В латышском Perkuona uozuols означает «дуб бога грома». В хеттском Перунаш – cкала, но и женщина, рождающая сына богу Кумарби. В Афганистане созвездие Плеяды носит название Perune. Перуну-Перкуну созвучны названия дуба в кельтско-итало-германских и в древнеиндийских диалектах. Имеются этимологически родственные слова в значении «гора».

Т. В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Иванов в своей книге «Индоевропейский язык и индоевропейцы» делают по этому поводу такой вывод: «Связь общеиндоевропейского имени ‘бога грома’ p(h)er(k(h)o)u-n c названием ‘горного дуба’, ‘дубового леса на горе’, ‘горы’, ‘скалы’ легко объясняется древнейшими представлениями о ‘молнии’, поражающей мощные дубы на вершинах гор. Такие представления должны были отражать постоянно наблюдаемые явления в высокогорных районах обитания древних индоевропейских племен».

Очень интересное мнение, но, к сожалению, слегка притянутое за уши. Не на всех территориях, где расселились индоевропейцы, имеются горы и скалы. И трудно предположить, что народы толпами, в грозу, взбирались на горы, чтобы полюбоваться, как молния поражает мощный дуб. Так что вряд ли такие явления были «постоянно наблюдаемы».

Самое интересное, что разноплеменные «перуны» представляют собой как бы осколки единой картины. У одних народов в этом слове совмещаются бог, молния и дождь. У других – бог и скала. У третьих – скала и дуб. Или просто скала, гора, просто дуб, а то и небо. А в романских диалектах вместо дуба – сосна (пиния).

Не нужно забывать, что индоевропейцы – достаточно условное наименование племен, расселившихся по планете от одного какого-то, пусть и обширного, территориального центра. У этих родственных племен могли быть (и были) общие воспоминания, мифы и предания.

До V века славяне занимали центр и юг Европы. Затем началось их вытеснение на восток, они и сами уходили под давлением более культурных и сильных германских племен. Одновременно «излишнее» население Малоазийского полуострова распространялось в сторону Ирана, Индии, Средней Азии, Китая.

Но еще до начала расселения всех этих народов какое-то одно событие так поразило всех, что рассказы о нем сохранились потомками, заселившими планету. Потомки эти через сотни, может быть, лет, в других совершенно местностях искали объекты для приложения Слова о том давнем событии и прилагали его к дубам, горам и грому…

Что же это за событие? Что за Гора такая, на которой поражающий воображение Дуб, и Гром, и Молнии, и пламя до небес, и Бог? Это – извержение Везувия. Напомним: из кратера бьют газы, образуя вместе с пеплом толстый, высоченный, многокилометровый столб багрово-черного цвета. Вверху он расплывается в облако, как бы крону дерева, вроде итальянской сосны или дуба. Образование «дерева» сопровождается грозами с полыхающими молниями. Одновременно происходит громовое трясение земли.

И падают камни с небес.

Отсюда Моисей повел своих сторонников на богоборческую войну за утверждение веры в единого Бога.

Богу грома Перуну был посвящен на Руси один из дней недели, четверг, и у римлян четверг был «отдан» громовержцу Юпитеру. Доныне французский четверг называется жеди, Юпитеров день, а немецкий четверг – доннерстаг, означает день грома.

В некоторых индоевропейских диалектах сохранились слова, относящиеся к камням Бога-Громовержца, которые он с неба бросает на землю. Литовское Perkuno akmuo, камень Перкунаса, польское kamien piorunowu, камень Перуна. Всеобщим было представление о каменном небе, о Громовержце, обитающем в горе или на каменном небе.

Извержение вулкана действительно во всех смыслах потрясающее явление. Вулкан виден (и слышен) на громадном расстоянии всеми людьми, и камни, вылетевшие из него, потом падают с небес. Он страшен, он ужасен, он воистину может быть принят за явление Бога.

Отголоски воспоминаний об этом событии мы и находим во многих языках. Разве могли бы породить такой эффект даже самые оглушительные грозы, разбивающие пусть мощные, но достаточно ординарные дубы в горах? Грозы проносятся над землей постоянно. Они могут, конечно, вызвать изрядный страх в первый-второй раз, но со временем приедаются. Не нужно считать наших предков такими уж дурачками с детским умишком. Они жили в условиях более трудных, чем мы, и чтобы напугать их, требовался не менее, чем Бог.

Божественный император

Диоклетиан Гай Аврелий Валерий (Богопризванный Сильный Золотой Крепкий, с латыни и еврейского), согласно традиционной истории, стал императором в 284 году, в возрасте сорока лет, после того, как его предшественник умер в походе.

Мы уже говорили, что имен в сегодняшнем понимании в начале нашей эры не было. Поэтому мы не знаем, как звали Богопризванного Сильного Золотого Крепкого до воцарения.

По варианту истории, предложенной Н. А. Морозовым (хотя возможны и другие варианты), III век – это век «перехода» от истории мнимой к истории подлинной. Ромейская империя, начало которой мы описываем сейчас, как бы уже «закончилась» накануне этого века, сдвинутая в прошлое на 333 года в результате хронологической ошибки. Получается, что перед первым императором, Диоклетианом, правил последний император ЭТОЙ ЖЕ империи.

Но между началом и концом целой эпохи общество развивалось. Если и в самом деле перед нами НАЧАЛО после конца, мы должны неизбежно обнаружить изрядный регресс, попятное движение. И такое попятное движение есть! Его обнаружили сами историки и, не зная, как объяснить, просто приняли за данность: так уж, дескать, получилось… все вернулось к прежнему…

Такой эффект, будто кинофильм крутят задом наперед. Вот, судите сами, традиционное описание этого «регресса», которое вы можете найти в любом учебнике истории:

«Ранее (до Траяна) не только оружие римлян, но также и речь, вера, обычаи всюду продвигались вперед. 100-200 лет спустя (ко временам Диоклетиана), обратно, все римское стало отступать назад. По краям империи село множество варваров; латинская речь местами исчезла, местами огрубела и исказилась. Особенно войско потеряло прежний римский характер.

К солдатам переходила вера врагов империи. Иноплеменники, потомки варваров, добирались до важных должностей, получали начальство над легионами. Денежный налог заменялся натуральным. Все больше и больше исчезали старинные римские обычаи и порядки. Император уже более не делился властью с сенатом. Он не считался уполномоченным от народа: он был правитель по божественному закону».

На самом-то деле до «сената» было еще жить да жить; и ничто римское не отступало назад, его просто не было, все было впереди, а первым императором «по божественному закону» стал Диоклетиан.

Опыта руководства такого рода империей еще не имелось (кроме опыта Моисея и Навина?), и в 285 году Диоклетиан своей властью назначил себе трех соправителей: Максимиана (Максимиан Марк Аврелий Валерий, 240–310), который считался Августом (божественным) наряду с императором, и двух цезарей (рангом пониже), Галерия и Констанция Хлора (Рыжего).

Империя была разделена на четыре части, состоящие суммарно из 12 диоцезов (двенадцать колен?), по 101–120 провинций в каждом. Между собой их разделили так. Диоклетиан управляет Восточной частью. Это Египет, Ахайя, Понт и Фракия. Столица – Никомедия в Малой Азии. Максимиан получил Италийские диоцезы, включавшие Италию, западную Иллирию и северную Африку. Резиденция – Медиолан (современный Милан в Италии). Иллирийские диоцезы взял Галерий. Резиденция – Сирмия на Нижнем Дунае. Галльские диоцезы – Галлия, Испания и Британия, достались Констанцию Хлору. Резиденция – Трир у Рейна.

Обратите внимание, никакого итальянского Рима пока нет и в помине.

Неверным было бы представление об этой империи, как о чем-то вроде Российской империи начала ХХ века, едином государстве, управляемом наследным императором. Н. А. Морозов пишет: «Старинная «Римская империя» во все периоды своего существования походила более на современные союзы, вроде бывшего тройственного между Германией, Австрией и Италией. Латинская, греческая и египетская (арабско-мавританская и коптская) части жили совершенно независимой жизнью и если признавали в данный исторический период главенство какой-нибудь одной области, считаемой наиболее сильной или культурной, то в той же мере, как и в тройственном союзе признавалась гегемония Германии».

… При Диоклетиане, владыке по божественному закону, вошли в обычай пышные выходы и приемы императора, земные поклоны перед ним. Он появлялся в длинной одежде первосвященника с белой жреческой повязкой, усеянной жемчугами, на голове.

Его рисовали с сиянием вокруг головы. Все, что его окружало, приобретало священный характер.

Он, конечно, воевал. Ведь по краям империи было множество варваров! Воевали в Галлии с багаудами (прототип восстания Спартака), с маврами в Африке, с Ахиллом в Египте (в 294–295), Каравсием в Британии (297). Отражали нападения франков и алеманов на Рейне, диких племен на Дунае. То, что варвары – это варвары, а племена дикие, является мнением тех, кто эти события описывал. «Варвар», или «барбар», в точном переводе с латыни значит борода, тот, кто носит бороду. От этого слова произошло современное испанское barbudo и, возможно, русский пес Барбос. В чем заключалась «дикость» дунайских племен, кроме небритых лиц и неподчинения императору, мы сведений не имеем.

В 286–287 и в 296–298 Диоклетиан воевал на персидских землях, в результате чего укрепил влияние в Армении и Иверии (Грузии) и подчинил империи часть Месопотамии.

Армия его составляла 450 000 человек на всю империю. В главе «Путь Моисея» мы приводили сведения Ветхого Завета, согласно которым перепись исчислила призывников для войны богоборческой в количестве 630 550 человек. Это – лишнее доказательство, что Моисей пересчитывал людей не в пустыне, а во всех землях империи.

Проведя военную реформу, Диоклетиан разделил войска на подвижные и пограничные. Ромейская империя очень долгое время была чисто военным государством. Диоклетиан, как и все последующие императоры, был обязан крепко держаться в седле и быть в состоянии сам вести войска. По «синусоиде Жабинского» вся эта эпоха прекрасно совпадает со средневековыми Крестовыми походами, когда вся знать превратилась в рыцарей и обязана была крепко сидеть в седле. Это линия № 6 «синусоиды».

В 301 году императорским эдиктом были установлены лимиты цен на товары, но эта антирыночная реформа провалилась. Зато во взимании налогов император преуспел и дал пример будущим поколениям.

В каждой области, диоцезе, провинции, городе появилось множество чиновников для поддержания порядка, сбора налогов, надзора за поставками хлеба, продовольствия и всего прочего для войск и столицы. А чтобы исключить злоупотребления этих чиновников, были назначены другие чиновники по надзору за первыми. Еще одна группа чиновников находилась в столице; эти принимали счета, донесения и известия и обо всем докладывали императору. Вот когда зародилась бюрократия! – одновременно с появлением государства.

Такие перемены вызвали большое общественное воодушевление. Требовались грамотные люди! Но даже неграмотный, но достаточно смышленый человек мог выстроить неплохую карьеру; так, вице-император Максимиан был неграмотным.

Чтобы содержать свой пышный двор, а также чиновников и армию, Диоклетиану требовалось много средств. Он их, конечно, брал у населения. Был установлен единый поземельно-подушный налог, то есть брали с количества земли и с физического лица в натуральной форме (зерном, баранами). Этот факт позволяет усомниться в подлинности известной монеты с надписью «Диоклетиан (Богопризванный)», приписываемой его эпохе и, кстати, совпадающей по качеству изготовления с европейскими монетами XIV века (линия № 6).

Когда мы говорим, что «налоги брали», то это именно и означает: ходили по домам и БРАЛИ. Но имейте в виду такое противоречие, что большинство жителей воспринимали императора и его указы как божественные, а сборщиков налога считали, скорее всего, грабителями (вот где драма!).

Человек, не умеющий содержать себя и платить налоги, закреплялся за государством или другим человеком, который о нем заботился, и заставлял работать, и платил налоги за него. Люди «из лесов» и пленные варвары не понимали современной жизни; рабство было НЕОБХОДИМОЙ общественной мерой.

В своем императорском деле Диоклетиан достиг выдающихся успехов, он по праву числится среди самых замечательных государей своего времени. В империи начались распри, вспыхнула война за власть, когда он в 305 году добровольно отказался от трона, да еще и Максимиана подбил сделать то же самое. Он поселился в своем поместье в иллирийском Салоне (в Хорватии) и занялся огородничеством. Когда однажды к нему примчались былые соратники с громогласными призывами вернуться и навести порядок, мол, без него империя гибнет! – он ответил: «Но вы посмотрите, какая у меня уродилась капуста! И никуда не поехал».

Может быть, он чувствовал себя слишком старым, чтобы сидеть в седле и вести войска? Или разочаровался в людях, окружавших его? Или иные духовные горизонты открылись ему, сделав неинтересными богатство, почести и бесконечные бои, пусть и во славу Господа?

Н. А. Морозов впрямую связывает имена Диоклетиана и библейского Моисея, считая, что это одно лицо. Мы склонны думать, что Моисей – это обобщенный образ; в Библии, приведенной в современный вид позже описанных в ней событий, в Моисее слились черты и биографии нескольких первых руководителей Ромейской империи.

… Некоторое время после Диоклетиана правил Констанций Хлор, затем сын его товарища Константин, тоже иллириец (славянин); это он перенес столицу империи в поселок Византия. Константин – имя латинское, означающее Твердый, Постоянный; а как звали его папа с мамой? – тоже неизвестно.

С тех пор название Византии прилагалось и к столице, и ко всей империи; официальное же название столицы, Константинополь, скорее всего, появилось позже; его можно перевести с латино-греческого, как Укрепленный город. В этой книге мы чаще называем этот город Царьградом; название происходит от еврейского Кошар, превратившегося в греческом произношении в Кай-сар или царь.

Византия, давшая начало Царьграду, считается греческим поселком. Якобы греки, живущие издревле в Греции (со столицей в Афинах), колонизовали побережья морей и вот завоевали себе земли на Босфоре и построили там Византию. Как вы увидите позже, напротив, искони «греки» жили на берегах Черного моря и средиземноморских островах, составляя одну из народностей империи, и лишь с VIII века н. э. начали колонизацию территории Греции.

На месте Византии была выстроена столица Ромейской империи, первый Рим, Царьград. Итальянского Рима, «древнейшего» и величайшего, в то время еще НЕ БЫЛО, как не было и Афин в Греции.

Зачем строили Рим?

Давайте подумаем: случаен ли выбор мест для постройки столиц? Посмотрите на карту. Все столицы Европы и Средиземноморья расположены в устьях крупнейших рек, на их берегах и берегах морей. Если кто-то думает, что цари просто хотели жить поближе к свежему речному или морскому воздуху, то пусть оставит эти мысли. Реки – это дороги! На реке не заблудишься. По реке легко попасть в глубь материка, море дает выход к другим странам, а это информация, торговля и благоденствие. (Зря, что ли, Петр I «рубил окно» в Европу через Балтийское море? Хотя, откровенно говоря, Россия искони имела морской выход в Европу через Северную Двину.)

Александрия стоит на Ниле, величайшей реке Африки. Париж – на реке Сене, длина которой 780 километров, площадь бассейна почти 80 тысяч квадратных километров. Столица Великобритании стоит на Темзе: длина 332 километров по равнине, ширина в черте Лондона до двухсот пятидесяти метров. А сколько столиц на Дунае и его притоках? Поразительно удобно расположение Царьграда (ныне Стамбул) на берегах Босфорского пролива: выход ко всем морям, ко всем окружающим странам по любым берегам!

Нет, в древности не цари выбирали, где быть стольным градам. Столицы возникали и росли сами, не спрашивая властителей.

Почему же Рим, Город городов, Столицу столиц, построили на несудоходной горной речке, в тридцати километрах от моря? Чтобы люди могли в него попадать, пришлось мостить дороги во все стороны!

Дело в том, что Рим столицей какой-либо империи не был НИКОГДА и не мог ею быть. И в более поздние времена, когда делались попытки провозгласить его центром империи, ничем, кроме конфуза, такие попытки не кончались. Рим был резиденцией церкви и то стал ею не сразу. Даже столицей Италии он смог стать лишь в XIX веке. Городами, стоявшими в политической иерархии значительно выше Рима, в Западной Римской, то есть Романской, империи, были морские города Неаполь, Генуя, Венеция. Столица же империи вообще находилась в Германии, в Ахене.

Вас это удивляет? Но почему? Ведь если на Западе «Germania» стала звучать как «Джэмэни», то у нас-то на Руси она и сейчас произносится по-прежнему, артикль и название: Хэ-Романиа, Германия. И ясно, что это было название основного государства империи, которое дали ему окружающие народы. Ведь сами немцы свою страну Германией не называют, а говорят Дойчланд.

Так какая необходимость была у Ромула с Ремом, выкормышей одной волчицы, с помпой и шумом затевать в VIII веке до н. э. строительство Рима-столицы? Никакой. При начале строительства, заметим, Ромул убил Рема, и пример, что ли, оказался заразительным? Западная Романская империя, в свою очередь, «убила» Восточную Ромейскую, присвоив себе ее историю.

Здесь мы возвращаемся к византийскому императору Константину, чтобы сравнить его историю с историями Ромула и библейского царя Иеровоама. Уж слишком много в них совпадений! Все трое основали новые столицы: Рим, Сихем и Константинополь. Рим и Константинополь названы в честь своих основателей. После «эпохи Ромула», эпохи Иеровоама и эпохи Константина других оснований столиц не было.

Каждый из них имел соправителя: Ромул – брата Рема, Константин – Лициния, а Иерововам – Ровоама. Соправители Ромула и Константина погибли в результате борьбы со своими царями; Иеровоам и Ровоам постоянно воевали.

При Ромуле и при Иеровоаме из-за отсутствия женщин возникла угроза пресечения рода. И в том, и в другом случае для решения проблемы женщин похитили у соседей. В истории Рима это было знаменитое «похищение сабинянок»; Библия описывает «похищение девиц Силомских» при Иеровоаме. Сообщений о чем-либо подобном при Константине нет, но известно, что войско императора при закладке города было сплошь мужским, и подобное похищение могло быть.

Ромул был обожествлен при жизни; Иеровоам – основатель крупнейшего религиозного движения; Константин, как и Ромул, тоже был обожествлен при жизни (причислен к святым) и, как Иеровоам, основал крупное религиозное движение, арианство.

При Константине родился Василий Великий, легенды о котором тождественны легендам об Иисусе Христе, сыне Бога. При Иеровоаме начинает править «царь Аса», исторический двойник и Василия Великого, и Иисуса.

Константин I ближе к нам по времени правления. Возможно, двое остальных «списаны» с него: Ромул – хронистом Титом Ливием, а Иеровоам – авторами Библии. Но могут быть и другие варианты.

Митра и другие боги

Традиционно считается, что Диоклетиан был ярым сторонником бога Митры и гонителем ранних христиан. Противоречит ли это взгляду, что империя основывалась на идее единобожия? Нет, не противоречит, точно так же, как идее единобожия не противоречит христианство.

Митра, человек, посланный Богом-отцом для борьбы со злом, совершив свои подвиги на земле, возносится на небо к своему отцу, чтобы вернуться на землю в ее последний день. Культ имеет обряд омовения от прошлых грехов при приеме новообращенного, а также обряд священной трапезы, когда митраиты едят хлеб с вином, разбавленным водой, вспоминая последнюю трапезу своего учителя с учениками и приобщаясь к божеству. Проповедуется аскетизм, равенство и братство.

Должны сообщить вам, что хронология религий запутана ничуть не меньше, чем все прочие хронологии. Например, считается, что митраизм – древнейший культ, так как он содержится в учении Заратустры, а он якобы жил во времена падения библейского Богоборческого Израильского царства. Между тем культовые надписи и рисунки этой религии указывают, что непобедимый Митра, Бог-солнце, побеждает быка (тельца), то есть астральный смысл легенды заключается в борьбе Солнца с созвездием Тельца. Это позволяет однозначно утверждать, что культ возник в начале нашей эры, ведь только с этих пор в день весеннего равноденствия созвездие Тельца «сгорает» в лучах вечерней зари. Лишь в начале нашей эры митраизм появился в Европе, но не пришел с Востока, как считают сейчас историки, а отсюда и с этих пор начал распространяться НА Восток.

Видимо, название митраизма происходит от еврейского МТР, что значит орошенный, то есть крещеный водой. Таким образом, разбросанные по всей Европе древние митреумы – это просто крестильни, подобные католическим баптистериям.

День рождения Митры 25 декабря по юлианскому счету; праздничный день – воскресение, называемое днем Солнца. «Митраизм был почти всеобщей религией Западной Европы в первые века христианской эры», – сообщает Дж. Робертсон. Надо полагать, легенда о Митре и обрядность этого культа, соединившись с реальной биографией Василия Великого (об этом в следующих главах), и дала человечеству идею христианства.

Головным убором митраистского верховного жреца была тиара, или митра. Это название имеет и головной убор Папы Римского; как и жрецы Митры, обувается Папа Римский в красную обувь, и так же заведует ключами «Бога-скалы» Петра.

Нам «перетягивание» митраизма с древнего Востока в раннее средневековье Европы дает еще одно доказательство того, что библейское Богоборческое царство – не что иное, как аналог Ромейской империи, сдвинутой в прошлое хронологами. Это подтверждается и утверждением Корана, будто Арон, брат библейского Моисея (Мусы) – дядя Иисуса Христа, ибо мать его Мария (Марйам) – сестра их:

«Вот сказали ангелы: О, Марйам! Вот, Аллах радует тебя вестью о слове от Него, имя которого Мессия ‘Йса, сын Марйам, славном в ближнем и последнем мире и из приближенных» (Сура 3/40). «О, Марйам, ты совершила дело неслыханное! О, сестра Харуна…» (Сура 19/28-29).

Об истории религии мы еще поговорим, а пока ограничимся лишь некоторыми аналогиями. Так, помимо митраизма с христианским культом практически совпадает египетский культ богини Исиды.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Видоизменения Божьей Матери при ее переходе в разные страны.

Юнона с младенцем Марсом.

Деметра с младенцем Бахусом.

Диана с крестом, шестиконечной звездой и полумесяцем. Возможно, это должно было символизировать многоконфессиональность империи.

Салисбюрийская Богородица (с крестом, полумесяцем и звездой).


Поклонники этого культа имели свои заутрени, обедни, вечери, поразительно напоминающие соответствующие католические, а зачастую и православные службы. Историки описывают рисунки со стен храмов:

«… Воскресение Осириса из мертвых после трехдневного пребывания его во гробе. Изображен он в момент воскресения, восстания из гроба… Рядом с ним стоит его жена и сестра Исида».

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Индийская Богородица с младенцем Кришной и с созвездиями зодиака внизу.

Египетская Богоматерь Гатор с младенцем Осирисом.

Ромейский метеоритный камень в образе апостола Петра (статуя в Соборе апостолов в Риме).


Описание пяти египетских барельефов, традиционно датируемых 1500 годом до рождения Иисуса: «На первой картине божественный вестник Тот стоит перед царицей-девой Мет-ем-ве и благовествует, что она родит сына. На второй объясняется, кто будет отцом последнего: названная дева и верховный солнечный бог Аммон сжимают друг друга в любовных объятиях. Третья картина дополняет и раскрывает смысл предыдущей: непорочное зачатие от божественного семени. На четвертой картине представлена сама сцена рождения царственного богочеловека, и, наконец, пятая рисует нам поклонение младенцу. Три коленопреклоненные человеческие фигуры приветствуют и подносят ему дары» (Н. Румянцев). Не только в Египте, но и в древней Индии, Месопотамии, Персии широко распространены изображения крестов. Дионис и Вакх – два имени умирающего и воскресающего Спасителя Древней Греции. В биографиях Будды и Кришны масса совпадений с основными евангелическими мифами.

«… Кто надеется доказать отличие смерти Иисуса от рода смерти его малоазийских родственников, кто в Марии Магдалине и других Мариях, стоящих у креста и гроба Спасителя, не может узнать индийскую, малоазиатскую и египетскую богиню-мать Майю, Мариамму, Мариталу, Марианну, Мандану – мать «мессии» Кира, «Великую матерь» Пессинунта, скорбную Семирамиду, Мариам, Мерриду, Мирру, Майру (Меру)… тот пусть не суется в религиозно-исторические вопросы» (А. Древс).

Многие и многие культы различить было бы просто невозможно, их различают датировкой, а совпадения объясняют заимствованиями. Наверное, надо прекратить эти детские «пряталки» и сказать правду: традиционная хронология неверна.

Время пирамид

Сдвинув в прошлое жизни многих царей империи, хронология зачастую в еще более древнее прошлое отбрасывает их смерти.

В Библии часто встречается упоминание о таинственном городе ЕЙР-ДУД (город Давида). Н. А. Морозов собрал и систематизировал все упоминания об этом городе, и выяснилось, что почти во всех случаях он упомянут как место погребения богославских (иудейских) царей, а в силу династических параллелизмов между библейскими царями и царями Ромейской (Византийской) империи – византийских императоров.

«Город Давида» упоминается только в составе неизменяемой погребальной формулы: «И почил с отцами своими, и погребен с отцами своими в городе Давида», то есть речь не о городе в бытовом понимании, а о крупном некрополе, городе мертвых.

Можно уверенно сказать, что здесь были похоронены, по крайней мере, императоры Диоклетиан, Констанций I Хлор, Василий Великий, Лициний, Феодосий I Великий, Аркадий, Феодосий II, Лев I, Зенон, Анастасий. В традиционной истории неизвестны не только гробницы этих самых выдающихся владык империи, но даже приблизительное место их захоронения. Что интересно, этот факт может быть объяснен тем, что все перечисленные – лишь «отражения» реальных руководителей империи, живших в позднее Средневековье. Впрочем, давайте продолжим рассмотрение варианта истории, предложенного Н. А. Морозовым, а другие варианты будем брать в скобки.

Где же в Средиземноморье находится такой громадный погребальный комплекс, в котором на протяжении веков могли быть захоронены не только перечисленные императоры, но и другие цари, их ближайшие родственники, военачальники, высшие сановники?

Такой комплекс существует, причем единственный. Это знаменитое Поле пирамид в египетской Гизе (в которой возведено три самостоятельных пирамидных комплекса.)

Дело в том, что с IV по VI век н. э. включительно, до времени отпадения Египта от империи под воздействием мусульман, покойных императоров увозили в Египет, а там хоронили, записывая их посмертные имена демотическим (древнеегипетским) письмом. (Это линии № 3–5 по «синусоиде Жабинского», что в позднем Средневековье соответствует векам владычества европейцев над Сирией, Палестиной и Египтом и войнам с мусульманами.) Хронологически же история Египта запутана и сдвинута в древность значительно дальше, чем история Европы. Строго говоря, никакой истории Древнего Египта вообще нет.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Два Атрибских гороскопа, найденных Флиндерсом Петри.

Почему имена покойников записывали демотическим письмом? Оно было самым древним из существовавших тогда письменных языков, естественно было писать прозвища усопших на том же языке, что и прозвища ранее умерших предков.

Исследования, проведенные египтологами, показали, что по строению черепов и пропорциям частей тела множество мумифицированных соответствуют людям европейских племен.

Египет был первым по времени возникновения, но вторым по значению крупным религиозным центром Византийской (Ромейской) империи и естественно стал имперской усыпальницей. Тут возник культ мертвых, чем и объясняется преобладание погребально-культовой темы в монументальных и письменных памятниках, а вовсе не природной некрофилией древних египтян, как можно подумать, читая исторические труды.

«… Большая часть сохранившихся памятников с находящимися на них надписями посвящена религиозным целям. Из дошедших до нас папирусов, может быть, девять десятых – религиозного содержания. Весь этот материал довольно односторонний; происхождением своим он почти всецело обязан существовавшим похоронным обрядам. Надписи же в большинстве случаев имеют характер кратких формул, содержащих имена богов смерти…» (Шантепи-де-ля-Соссей).

Трупы в песке не гниют. Бальзамирование, скорее всего, возникло с целью сохранения царственных останков во время долгого пути в Египет через Средиземное море (сразу вспоминается миф о громадной реке Стикс, лежащей между миром живых и Страной мертвых). Император, в божественной сущности которого было уверено все население, конечно, не мог быть захоронен как обычный смертный.

Местных же египетских номархов (руководителей номов, областей) не бальзамировали, а погребали в склепах, вырубленных в скалах.

Убедительные доказательства «молодости» египетских построек – гороскопы, обнаруженные на некоторых из них. В Дендерах, городе к северу от Фив, найдены два каменных гороскопа на стенах храма: четырехугольный и круглый. Точные их решения – 6 мая 540 года и 15 марта 568 года н. э., а это не такая уж и древность.

Искусственную пещеру в Верхнем Египте с погребением отца и сына, на потолке которой изображены два гороскопа, историки «отнесли» к I веку н. э., расчеты Н. А. Морозова показывают 1049 и 1065 годы н. э.

Саркофаг из сикоморского дерева с изображением звездного неба, обнаруженный Г. Бругшем в 1857 году, определили как принадлежащий I веку н. э., датировать гороскоп не смогли. Но решение было найдено, как только отказались от налагаемых традицией ограничений: 17 ноября 1682 год н. э.

Так что египетские «древности» появились не так давно, как принято думать. Подробнее рассмотрим этот вопрос в главе, посвященное Египту, а пока скажем, что наше мнение однозначно: египетская история начиналась и развивалась в русле всемирной истории цивилизации. То, что называется сейчас «Историей Древнего Египта», – миф.

Мифическим представляется и деление Древнего Египта на 42 нома, автоНОМные государства. Получаются «государства» по 30 километров в поперечнике. Это, скорее всего, области или провинции. Кстати, греческие провинции до сих пор называются номами.

В Египте, как и в истории с древней Палестиной, мы видим сжатую в малой локализации географию всей Византийской империи. Об этом же говорит и деление Египта на две части, верхний Миц-Рим (или Паторис) и нижний Миц-Рим (или Патомхит). Так и Ромейская империя делилась на Восточную и Западную. Понятие «восточный» превращается в «верхний» довольно легко: в Средневековье (опять в Средневековье!) географические карты были ориентированы на восток, то есть восток был вверху карты, поэтому «верхний» значит восточный.

Слово фараон в смысле владыка в текстах Египта не употреблялось; иероглифы, обозначающие владыку, читаются СУТЭН (султан?) на севере страны, а на юге – ШЕВТ (то же самое, что арабский шейх или персидский шах, что значит старейшина).

Стены храмов были расписаны, так велась запись истории, но была она зашифрована. Покойным императорам давались разные имена в разных храмах. Для чего шифровали? Чтобы непосвященные не могли самостоятельно пользоваться информацией. Это обычное дело для средневековой науки, шифровалось всякое знание: астрологическое, алхимическое, технологические рецепты и так далее. Почему же историческое знание должно быть доступно любому профану? Ведь знание для храма – это его авторитет и его богатство!

Из-за этой-то секретности появилось несколько десятков мифических древних династий Египта, давших при попытке выстроить их друг другу в затылок несколько тысячелетий. Хотя сам великий Г. Бругш отмечал несомненное сходство между династиями. Например, они не только всегда имели одинаковое количество монархов, но и заканчивались, как правило, правлением женщины. Но дальше констатации факта ученый не шел, не делал напрашивающегося вывода о том, что налицо копии одного прототипа.

А наличие женщин в конце каждой династии вызвало у некоторых египтологов натужное признание, что женщины, должно быть, более приспособлены к руководству странами в моменты смут…

Как звали при жизни захороненных здесь великих людей? Неизвестно. Сами ученые-историки утверждают, что имя фараона было священным и его вообще нельзя было употреблять. Имя заменяли прозвищами! И в каждом храме царственным покойникам давались разные прозвища.

Кто же «выстроил» из этих прозвищ «историю Египта»? Ученые-историки. Это просто невероятно! Как же они разбираются, кому какое прозвище принадлежит, если настоящие имена даже нигде не фиксировались?!

Но и те имена фараонов, которые всем известны по школе, совершенно произвольны и не отражают реальности, ведь в текстах, из которых их «взяли», нет гласных букв. Вот мнение крупнейшего американского специалиста-хронолога Э. Биккермана: «Эти формы (имена фараонов) зачастую значительно отличаются друг от друга, и упорядочить их как-либо невозможно, т. к. они все – результат произвольного прочтения, ставшего традиционным».

Например, первый фараон первой династии носит имя МНА, что озвучивают как Мина или Мэнэс. А по-гречески это Монос, единственный, в переводе на латынь – Unus. И такой фараон тоже есть в списке, составленном египетским жрецом Манефоном, под номером 30: Унас. Это не имена, а просто слова для обозначения монарха, царя!

Далеко не сразу появился обычай давать человеку одно имя на всю жизнь, мы говорили об этом в главе «Сложности метода», поэтому нет ничего удивительного, что один фараон имел несколько прозвищ, а у разных могло быть одинаковое прозвание. Это усложняет работу историков, но в те времена об облегчении их жизни, наверное, мало задумывались.

Египет, конечно, имел свою интересную, важную для человечества историю, – в конце концов, здесь зародилась наша цивилизация, но письменных свидетельств о том времени не существует. Мы не можем говорить о нем достоверно и не хотим строить догадки. Но эта «доисторическая» история не имеет ничего общего с распространенным ныне мифом.

МИФЫ АРХЕОЛОГИИ

В 1767 году профессор Христиан Готлиб Гейне прочитал в Геттингенском университете курс лекций на тему «Археология искусства древности, преимущественно греков и римлян». Слово археология профессор употребил, как видим, в смысле «описание, классификация». Так понимали классическую археологию в XVIII–XIX веках.

Наука, которую мы называем археологией теперь, сформировалась лишь в самом начале ХХ века. Она объединила четыре ранее самостоятельных направления в изучении старины. Помимо классической археологии, занимавшейся письменным периодом «классических» Греции и Рима, в то время существовали также «первобытная», «средневековая» и «восточная» археологии. «Первобытные» археологи шли вслед за геологами, биологами и другими учеными-естественниками, подбирая все, что можно было счесть следами древнейшей жизни людей. «Средневековые» изучали вещественные памятники Средних веков Европы. Сфера деятельности «восточной» археологии – история Египта и Передней Азии, добывание вещественных и письменных источников для особого, восточного раздела классической истории.

«Отцом археологии» называют Кириако Анконского (139-1452), связавшего, как полагают, изучение классической древности с классической филологией. Одновременно Петрарка (1304–1474) возрождал классическую латынь. Помпоний Лэт (1428–1397) возрождал античный театр. Римляне возрождали Римскую республику, исчезнувшую с лица Земли за тысячу лет до этого. В общем, отец археологии взялся изучать историю Древнего мира в том самом веке, когда эту историю начали повсеместно «возрождать».

Миражи античности

Разрыв между древностью и возрождением древности – результат хронологической ошибки. На самом деле события так называемого Древнего мира непосредственно предшествовали эпохе, прозванной эпохой Возрождения. История, как это и положено естественному процессу, развивалась последовательно, события и достижения X–XII веков стали прологом событий и достижений XIII–XV веков. Если понимать это, не будешь удивляться, что от «античного мира» не сохранилось ни одного подлинного письменного свидетельства.

Вы правильно поняли предыдущую фразу? Мы говорим о том, что ВСЕ античные произведения, написанные якобы задолго до нашей эры, известны только в рукописях Х-ХV веков.

Ученые-историки об этом предпочитают помалкивать, но проговариваются теологи, историки религий. В книге «Введение в текстологию Нового Завета» Гринли пишет: «Старейшие из известных списков греческих классиков на тысячу лет или более того моложе, чем оригиналы… Что же до Нового Завета, то два из наиболее важных списков были составлены самое позднее через 300 лет после завершения Нового Завета… Коль скоро ученые с доверием относятся к трудам древних классиков, несмотря даже на то, что их самые старые списки изготовлены настолько позднее оригиналов, а число дошедших до нас списков иногда столь мало, – становится ясной достоверность текста Нового Завета».

(Мы не сомневаемся в достоверности текстов ни греческих классиков, ни Нового Завета. Мы сомневаемся во времени их создания.)

Вот данные из книги Джоша Макдауэлла «Неоспоримые свидетельства»:

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Брюс Метцгер в своем труде «Текст Нового Завета» пишет: «Книги многих древних авторов дошли до наших дней по самой тонкой ниточке, какую можно представить. Например, свод римской истории Велия Петеркула сохранился лишь в одном неполном списке… но даже и этот список погиб в XVII веке». Ф. Ф. Брюс («Документы Нового Завета») отмечает: «Из 142 книг «Римской истории» Ливия (59 год до Р. Х. – 17 год от Р. Х.) сохранилось лишь 35, которые дошли до нас в лучшем случае в 20 списках различного происхождения, причем самый ранний из них относится к 4 веку».

Мы утверждаем: никаких подлинных письменных свидетельств античного мира нет, потому что их и не было. Известные науке труды «античных авторов» были написаны именно тогда, когда они были якобы «найдены», а именно в Средние века, во времена, предшествовавшие началу их исторического изучения и осмысления. Просто в XV–XVI веках зародилась новая наука, история, и, приняв с первых же своих шагов неверную хронологию, она напластовала за следующие столетия тысячи ошибочных толкований, ошибочных не по сути своей, не по событийности и сюжетам, а именно по хронологии.

Археология, наука более чем молодая, следуя за исторической традицией, неизбежно должна была совершить ту же ошибку.

Первоначальная археология не была наукой в современном понимании этого слова. Она начиналась как бессистемное собирание всего, что можно было счесть древним. Вместо научно обоснованных раскопок дилетанты просто выкапывали произведения искусства ради коллекционирования. Причем поврежденные вещи, вне зависимости от их древности и художественной ценности, безжалостно выбрасывались.

В конце XVII – середине XVIII века по всей Европе начался период создания музеев древностей и академий надписей, живописи и скульптуры. И в России вышел указ Петра Первого, повелевающий собирать находимые в воде или земле «старые надписи, старое оружие, посуду и все, что зело старо или необыкновенно». В Санкт-Петербурге Петр учредил Кунсткамеру, обязанную покупать и выставлять на обозрение публики подобные находки.

В это время был достигнут определенный успех в систематизации находимого, но вот отыскание археологических материалов, проведение раскопок вплоть до начала XIX века выполнялось самыми грубыми способами.

В 1711 году недалеко от Везувия под затвердевшим, как камень, слоем пепла был найден город, который сочли за Геркуланум. Из наскоро вырытых ям «археологи» извлекали отдельные предметы искусства, после чего яму засыпали и отрывали новую в случайном месте. Варварство было столь очевидным, что правительство запретило раскопки частным лицам, взяв их в собственные руки (что, надо сказать, мало изменило «научность» работы).

В 1748 году начались раскопки другого города, определенного как Помпеи. Здесь произошло то же самое, что и с Геркуланумом. К счастью, необъятность работы и обилие материала в этих двух городах подтолкнули археологов к созданию некоторой научной методологии для проведения раскопок. Однако при всем этом на серьезную научную основу археологическое изучение Помпей и Геркуланума встало только в 1911 году.

Большое значение для развития археологии, прежде всего первобытной, имело промышленное строительство и вызванная им геологическая разведка. Определенное ускорение этой науке придала также французская революция, рост национального самосознания во Франции и других европейских странах. В обществе появился интерес к своему историческому прошлому. Широко известны заслуги ученых, отправившихся вместе с Наполеоном в его египетский поход. В 1793 году французский Конвент принял декрет, превративший Лувр в национальный художественный музей, один из величайших музеев мира, с богатейшей археологической коллекцией.

Что сокрыто под землей

Ниже мы приводим в своем изложении отрывки из книги А. Т. Фоменко «Методы статистического анализа нарративных текстов и приложения к хронологии». Ученый сумел сделать полный критический обзор современных методов материальной хронологии, археологический и радиоуглеродный. Но, к сожалению, академик отнюдь не писатель, и без литературной обработки его тексты читать трудно.

Археологи определяют возраст найденных предметов, сопоставляя их с другими археологическими материалами, возраст которых им, как они думают, известен. Такой метод называется «методом домино». Например, в Египте, в могилах, относимых учеными к эпохе 18–19 династий фараонов, археологи обнаруживают греческие сосуды. Тогда они считают эти сосуды одновременными 18–19 династиям фараонов. Затем такие же сосуды попадаются им в Греции, причем рядом с ними лежат старинные застежки. Аналогичные застежки встречаются в раскопках в Германии, рядом с урнами. Позже однотипную урну находят еще в одном раскопе, а в ней лежит булавка нового вида. И вот когда похожую булавку нашли в Швеции, в «кургане короля Бьерна», то и датировали этот курган временем 18–19 династий Египта.

Этот «курган Бьерна» стал изумительным открытием для ученых, потому что он никак не мог относиться к известному королю викингов Бьерну, правившему в Средние века, «а был воздвигнут на добрых две тысячи лет раньше», как сообщает Л. С. Клейн.

Как видим, методика существенно зависит от датировки династий Египта, и вся целиком покоится на безраздельном субъективизме, поскольку «похожесть» предметов из разных раскопок определяет сам археолог. На самом-то деле в описанном случае установлено только одно: курган Бьерна сооружен в те же времена, когда правили 18–19 династии Египта, а время их правления – это уже другой вопрос (весьма, кстати, непростой).

В свое время Флиндерс Петри, Л. Борхардт и другие египтологи оценили продолжительность истории Древнего Египта в пять-шесть тысяч лет; так возникла «длинная хронология» Египта. Позже ей была противопоставлена «короткая хронология», учитывавшая, что фараоны и даже целые династии могли царствовать одновременно как соправители или параллельно в разных частях страны.

Но и в этих версиях между египтологами существуют изрядные разногласия. Судите сами, они относят восшествие на престол Мены, первого фараона, на следующие годы до нашей эры: 5867, или 5770, или 5702, 5613, 4455, 4157, 3892, 3623, 3180, 2850, 2320, 2224. Комментарии излишни: разница между крайними датами более 3600 лет.[13] Поэтому привязка какого-либо археологического материала к «египетской шкале» не помогает решить задачу абсолютной датировки.

Между тем к египетским датировкам намертво привязана хронология Ближнего Востока: Палестины, Сирии, Ирака (Месопотамии). Об археологических находках в этих местах известный археолог Л. Райт, ярый сторонник правильности ортодоксальной локализации и датировки Библии, писал: «Громадное большинство находок ничего не доказывает и ничего не опровергает; они заполняют фон и дают окружение для истории… К несчастью, желанием «доказать» Библию проникнуты многие работы, доступные среднему читателю. Свидетельства неправильно употребляются, выводы, делаемые из них, часто неверны… Традиция считает, что в Месопотамии и Сирии действовали библейские патриархи, но что касается личности самих патриархов Авраама, Исаака и Иакова, то можно лишь повторить, что богатейшие результаты раскопок в Сирии и Месопотамии дали о них беднейшие результаты – попросту сказать, никаких».

Так правильно ли искать следы патриархов в Месопотамии?

Еще хуже обстоит дело с археологией Нового Завета: «Следует отметить как факт, вызывающий недоумение, что в нехристианской литературе I века н. э. события, описанные в Новом Завете, не нашли никакого отражения… Нет фактически ни одного нехристианского свидетельства, которое принадлежало бы современнику описанных в Новом Завете событий», – пишет тот же Л. Райт. Этот факт получил специальное название: «молчание века».

Отсутствие археологических подтверждений Нового Завета ученые объясняют тем, что в 66–73 годах н. э. Иерусалим якобы был разрушен до основания, а затем на его месте во II веке н. э. построили новый город Элия-Капитолину (местное название Эль-Кудс). Так что показываемые сегодня туристам и паломникам «исторические остатки» раннехристианских времен, вроде «стены плача» и тому подобного, не выдерживают даже минимальной критики и носят сугубо коммерческо-рекламный характер.

Можно сказать с полной уверенностью и категоричностью, что ни один, буквально ни один новозаветный сюжет не имеет до сих пор сколько-нибудь убедительного археологического подтверждения (в традиционной локализации). Это полностью относится, в частности, к личности и биографии Иисуса Христа. Ни одно место, которое по традиции считается ареной того или иного новозаветного события, не может быть указано с малейшей степенью достоверности. Археолог Швеглер пишет: «Место его (Христа) смерти, если рассуждать археологическими понятиями, окутано глубочайшей тьмой».

В ХХ веке археологи обратили внимание на следующий странный факт: подавляющее большинство древних памятников (здания, архитектурные комплексы, статуи и так далее) за последние 200–300 лет, то есть начиная с того момента, когда за ними стали вестись непрерывные наблюдения, почему-то стали разрушаться сильнее, чем за предыдущие столетия и даже тысячелетия. Примеры известны: Эпидаврский театр, Парфенон, Колизей, дворцы Венеции. Обычно ссылаются на «современную промышленность», но пока никто не проводил оценок ее влияния на каменные строения. Естественное предположение: все эти постройки не такие древние, как это утверждает традиционная хронология, и разрушаются они естественным порядком и с естественной, более или менее постоянной скоростью.

Кроме археологических для датировки событий применяются и некоторые физические методы. Наиболее популярным из них является радиоуглеродный метод, претендующий на независимое датирование античных памятников. В сознании читающей публики твердо укоренилось представление, что этот метод позволяет определять возраст находок абсолютно точно.

Однако в его применении имеются серьезные трудности, в частности, как пишет А. Олейников, «пришлось задуматься еще над одной проблемой. Интенсивность излучений, пронизывающих атмосферу, изменяется в зависимости от многих космических причин. Стало быть, количество образующегося радиоактивного изотопа углерода должно колебаться во времени. Необходимо найти способ, который позволял бы их учитывать. Для того, чтобы добиться определения истинного возраста, придется рассчитывать сложные поправки, отражающие изменение состава атмосферы на протяжении последнего тысячелетия. Эти неясности наряду с некоторыми затруднениями технического характера породили сомнения в точности многих определений, выполненных углеродным методом».

Надо учитывать также близость или удаленность от океана, деятельность вулканов и многое другое…

Автор методики У. Ф. Либби был уверен в правильности традиционных исторических датировок: «У нас не было расхождения с историками относительно Древнего Рима и Древнего Египта. Мы не проводили многочисленных определений по этой эпохе (вот тебе и на!), так как, в общем, ее хронология известна археологии лучше, чем могли установить ее мы».

В чем суть метода? Вам дают вазу и говорят: этой вазе три тысячи лет; определите ее радиоактивность. Затем исследуйте другие вазы, и если они будут иметь радиоактивность, близкую образцу, то им тоже по три тысячи лет. (Пример условный).

Но откуда известно, что первой вазе три тысячи лет?

Против радиоуглеродного метода выступали даже сами археологи. Например, Владимир Милойчич не только обрушился на практическое применение радиоуглеродных датировок, но и подверг жесткой критике сами теоретические предпосылки физического метода. Сопоставляя индивидуальные измерения современных образцов со средней цифрой – эталоном, Милойчич обосновал свой скепсис серией блестящих парадоксов.

Так, при абсолютной норме радиоактивности 15,3 распада в минуту раковина исследованного (и вполне живого) американского моллюска с радиоактивностью 13,8 оказалась довольно старой: ей около 1200 лет! Цветущая дикая роза из Северной Африки (радиоактивность 14,7) для физики «мертва» давным-давно, она расцвела и увяла уже 360 лет назад… а вот австралийский эвкалипт, чья радиоактивность 16,31 распада, вырастет только через 600 лет. Раковина из Флориды, у которой зафиксировано 17,4 распада в минуту на грамм углерода, «возникнет» лишь через 1080 лет.

Аналогичные колебания и ошибки следует признать возможными и для древних археологических объектов. И вот вам наглядные факты: радиоуглеродная датировка образца от средневекового алтаря в городе Гейдельберге показала, что дерево, употребленное для починки алтаря, еще вовсе не росло!

Подобным примерам несть числа…

Шуточки

«В 1856 году, – сообщает К. Керам, – неподалеку от Дюссельдорфа были найдены остатки скелета. Когда мы сегодня говорим об этой находке, мы называем ее останками неандертальского человека, но в те времена их приняли за останки животного, и только доктор Фульрот, преподаватель гимназии из Эльберфельде, сумел правильно определить принадлежность найденного скелета. Профессор Майер из Бонна считал его скелетом погибшего в 1814 году казака, Вагнер из Геттингенского университета думал, что это скелет древнего голландца, парижский ученый Прюнер-Бей утверждал, что это скелет древнего кельта, а знаменитый врач Вирхов… авторитетно заявил, что скелет принадлежит современному человеку, однако носит следы старческой деформации. Науке понадобилось ровно пятьдесят лет для того, чтобы установить: учитель гимназии из Эльберфельде был прав».

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Портрет человека, изображенного слева, известен миллионам людей: в учебниках его помещают с надписью «капитан-командор Витус Беринг». На самом деле знаменитый пролив между Аляской и Чукоткой открыл тот, кто изображен справа. А всем известный «Беринг» всего лишь дядя мореплавателя! Перепутали, а ведь герой жил в XVIII веке.


Немало примеров, когда ученые вставали в тупик, датируя памятника, даже если памятник этот неплохо сохранился. А сколько было шуток и заблуждений!

Один археолог шутки ради подбрасывал в раскопанные им гробницы каменные фигурки белых слоников. Лет через пятьдесят, говорил он с хохотом, когда гробницы вновь откопают, слоники уже позеленеют. Вот поломают головы наши внуки!.. Приходилось слышать о другом исследователе, который среди надписей на храме в Непале высекал фривольные словечки.

В 1726 году профессор Берингер опубликовал книгу, в которой поведал об окаменелостях, найденных им совместно с любимыми учениками неподалеку от Вюрцбурга. В сопровождении великолепных гравюр, дополняющих текст, было сообщено о цветах, лягушке, о пауке, окаменевшем вместе с пойманной им мухой, о табличках с еврейскими письменами и прочих поразительных вещах. Книга была принята на ура, ею зачитывались… пока не стало известно, что все описанные в ней находки были изготовлены вручную теми самыми любимыми учениками профессора Берингера. Несчастный профессор потратил почти все свое состояние, чтобы выкупить весь тираж книги, в том числе у тех, кто ее уже приобрел.

В Арсенальной библиотеке Парижа хранится великолепно изданная в 1860 году книга аббата Доменека «Manuscript pictographique americain» с иллюстрациями. Позже оказалось, что «рисунки американских индейцев» были черновыми эскизами одного американского мальчика, вовсе не индейца, а немца по рождению.

Сам Винкельман однажды стал жертвой мистификации художника Казановы (брата известного мемуариста). Казанова изготовил три картины, на одной из которых изобразил Юпитера с Ганимедом, на двух других – танцовщиц, и выдал эти картины за снятые со стен в Помпеях. Винкельман не только поверил, но и дал описание картин в своей книге «Неизвестные античные памятники» в таких выражениях: «Любимец Юпитера, несомненно, принадлежит к числу самых ярких фигур, достающихся нам от искусства античности. Я не знаю, с чем можно сравнить его лицо: оно буквально дышит сладострастием, кажется, для Ганимеда в поцелуях – вся жизнь»… Далее Винкельман добавляет, что это картина, «равной которой еще никому не приходилось видеть», и уж тут-то мы полностью с ним согласны: действительно, кроме Казановы и самого Винкельмана, никто этих картин не видел.

Но это шутки и ошибки. Поговорим серьезно. Основа для толкований археологических находок – тексты древних авторов, Геродота например. Как же относятся сами археологи к этим текстам? То есть, откопав древний памятник и сопоставляя его со свидетельствами тех, кого ученые считают возможными современниками памятника, насколько серьезно они к этому относятся?

Приводим без комментариев фразу К. Керама:

«Мы упомянули Геродота – автора, чьи произведения и поныне служат неиссякаемым источником сведений о датах, о произведениях искусства и их авторах. Труды античных авторов, к какому бы времени они ни относились, – основа герменевтики (искусства толкования текстов), но как часто они вводят в заблуждение археологов! Ведь писатель говорит о высшей правде – что ему банальная действительность! Для него история, а тем более мифы, – лишь материал для творчества».

Эпоха великих открытий

Студентом Федя очень был настроен

поднять археологию на щит.

Он в институт притаскивал такое,

что мы кругом все плакали навзрыд

Владимир Высоцкий

XIX век называют эпохой «великих археологических открытий». Начались открытия с Египта. До похода Наполеона представления европейских ученых о Египте были крайне скудны. Некоторые сведения из Геродота и других «античных» авторов, не идентифицированные свидетельства Библии да еще сочиненная египетским жрецом Манефоном (якобы за 300 лет до н. э.) история тридцати династий фараонов. Плюс к этому – два-три покрытых нерасшифрованными иероглифами обелиска и несколько статуй, хранящихся в Риме, вот и все. Можно сказать, ничего не было известно об истории и хронологии Египта. Однако это не помешало Наполеону с ходу установить возраст пирамид, когда его войска дошли до них. «Указав на пирамиды, Наполеон воскликнул: «Солдаты! Сорок веков смотрят на вас с высоты этих пирамид!», – сообщает К. Керам в книге «Боги, гробницы, ученые».

Наполеон, конечно, крупнейшая историческая фигура, но все же отнюдь не историк. Пошло ли на пользу науке его более чем авторитетное, но совершенно некомпетентное мнение, установившее хронологические рамки истории Египта? Да и говорил ли он это? Может быть, сами ученые приписали ему эту «историческую фразу», чтобы оправдать свои «исторические выводы».

Большой загадкой были египетские иероглифы. Интересно отметить, что еще в XVIII веке французские археологи, сравнивая иероглифы Египта и Китая, доказывали, что китайцы – египетские колонисты; английские же ученые (возможно, из привычки спорить с французами), напротив, утверждали, что египтяне – выходцы из Китая.

Многим известно имя Франсуа Шампольона (1790–1842), научным подвигом которого считается расшифровка иероглифов. Он дал ключ к прочтению египетских письмен!.. На самом деле он сумел расшифровать только пятнадцать знаков и как исследователь был далеко не безупречен. Он исколесил весь Египет в погоне за случайными находками, не придерживаясь никаких научных приемов.

Остались воспоминания русского путешественника, посетившего Египет лет через тридцать после Шампольона. Однажды он обратил внимание на стену с явно соскобленными надписями. На его недоуменные вопросы проводник ответил, что это сделал великий француз. Возможно, проводник соврал. Возможно, русский турист неправильно его понял. Но не исключено, что действительно, в опасении, что надписи противоречат его теории, их соскоблил Шампольон.

С точки зрения науки значительно больший вклад в египтологию внес немецкий ученый Рихард Лепсиус (1810–1884). Он открыл и исследовал более тридцати неизвестных до него царских пирамид, увеличив их общее число до 67, и 130 гробниц сановников и вельмож. Именно он предложил и утвердил в науке разделение истории и хронологии Египта на три периода: Древнее, Среднее и Новое царства. Он составил хронологический перечень почти тысячи имен и титулов царей, цариц и царевых детей. Бесчисленные монографии и двадцатитомное издание «Памятники Египта и Эфиопии» – несомненный вклад ученого в египтологию.

Материалы, подбор и объяснение которых сделал Лепсиус, легли в основу экспозиции Берлинского музея, который он сам и возглавил. Он стал более чем авторитетен в научных кругах. Его называли «основателем современной научной египтологии». Таким образом, научный авторитет Р. Лепсиуса держался на египетских древностях, а их «древность» – на его авторитете.

В Греции археологические раскопки начались лишь после 1829 года, с окончанием освободительной войны, в которой участвовали Англия, Франция и Россия. Только с этого времени ученые получили доступ к памятникам Греции. Заметим, что хронологически неверные представления о классическо-эллинистской эпохе уже полностью владели умами, так что археологи, еще не начав раскопок, знали, что может быть здесь найдено и какие постулаты будут подтверждены находками.

Что за Трою отрыл Шлиман?

Доказать истинность событий, описанных Гомером, такую цель поставил он перед собою еще в отрочестве, – утверждал сам Генрих Шлиман (1822–1890). Нажив состояние на поставках селитры для русской армии в Крымскую войну 1853–1856 годов и на торговых сделках в Североамериканских штатах во время Гражданской войны, он смог финансировать поиски Трои.

В те годы сведения об этом городе, как и вообще о культуре и истории Греции, ограничивались гомеровскими «Илиадой», «Одиссеей» и еще несколькими легендами и мифами. Самого Гомера почти все считали не более как мифотворцем. В реальность описанных им событий не верил никто. Местонахождение Трои было совершенно неизвестно. Она могла быть в Италии, Греции, Турции, на любом берегу Средиземноморского бассейна. Шлиман тоже не знал где искать.

Сначала он выбрал для раскопок остров Итаку. Ничего не нашел, поехал в Грецию, потом в Турцию, предполагая, что гомеровская Троя найдется в местечке Пинар-Баши. Не нашлась.

Затем по совету британского консула в Дарданеллах Шлиман обратил внимание на холм Гиссарлык на берегу турецкой Малой Азии. И вот 11 октября 1871 года здесь начались раскопки. В итоге Шлиман отрыл многослойный памятник, девять сменяющих друг друга городов. Довольно долго археолог не мог решить, который из них описан в поэме Гомера. Многие ученые считают, что искомая гомеровская Троя находилась в шестом или седьмом слое; Шлиман же, снося слой за слоем, добрался до города номер два. Позже он писал в дневнике: «Я нашел то, что искал. И я разрушил то, что искал».

Мы не будем гадать, почему каждый следующий город строили на месте предыдущего и сколько веков это длилось. По сути, вопрос ясный. На месте разрушенного землетрясением Ташкента построен новый Ташкент, на месте Спитака – Спитак. Деревянная Москва горела едва ли не ежегодно, и над головешками немедленно строили новый город. Откопанный Шлиманом «слоеный» город мог существовать тысячу лет, но при хорошей (то есть при отвратительной) сейсмической активности мог быть разрушен, построен, снова разрушен и так далее и за сто лет.

Это неважно. Важно другое: почему откопанное им Шлиман назвал Троей?… Да потому, что он пришел туда откапывать Трою, вот и все. «Я искал город Трою, и я нашел город. Значит, это Троя». Чистейший волюнтаризм, но спустя сто тридцать лет кто об этом думает? Время и кропотливая работа последователей, толкователей, историков, романистов и школьных учителей превращают любое заблуждение в непреложный научный факт, во всяком случае в сознании обывателя (прости, читатель).

Конечно, закреплению мифа об открытии Трои способствовал скандал, разгоревшийся из-за сокровищ, предъявленных Шлиманом мировой общественности и названных им самим «кладом Приама». Но это не был клад Приама. Как сообщает русский историк Владимир Толстиков, «прошло более ста лет, пока ученые выяснили, к какому же все-таки времени принадлежит «Клад Приама». Оказалось, что это эпоха ранней бронзы, то есть примерно за 1000–1200 (!) лет до известных троянских событий».

Другое открытие Шлимана – гробница царя Агамемнона в Микенах. Сообщалось об открытии так: «Затем, руководствуясь свидетельством Павсания о местонахождении могилы Агамемнона, он (Шлиман) предпринял раскопки Микенского Акрополя и нашел гробницу знаменитого ахейского вождя. Может быть, гробница принадлежала и не Агамемнону (и действительно), но, во всяком случае, это было богатейшее, несомненно царское погребение с массой золотых вещей».

Всего было отрыто пять могил, а в них – останки пятнадцати человек, усыпанных золотом и драгоценностями. Королю Греции Шлиман отбил телеграмму: «С величайшей радостью сообщаю Вашему Величеству, что мне удалось найти погребения, в которых были похоронены Агамемнон, Кассандра, Эвримедон и их друзья, умерщвленные во время трапезы Клитемнестрой и ее любовником Эгистом». Действительно ли это могилы перечисленных лиц? К. Керам пишет: «У него (Шлимана) не было ни малейшего сомнения в своей правоте, и все же – сегодня мы это знаем совершенно точно – его теория была неверной. Да, он нашел под агорой царские погребения, но не Агамемнона и его друзей, а людей совершенно другой эпохи… Но это, в общем, несущественно». (Забавно, что популяризатор археологии К. Керам считает «несущественными» расхождения с фактами как откровений Геродота, так и утверждений Шлимана.)

Мы не хотим бросать камни на могилы ученых. Мы всего лишь призываем осторожнее относится к толкованию письменных трудов, к объяснению археологических находок. История человечества – категория настолько грандиозная, что специалисту в какой-либо области истории нужно быть скромнее в выводах… А ради полноты картины отметим, что методы Шлимана при раскопках «Трои» специалисты считают варварскими. Он уничтожил этот исторический памятник.

Как факт подтверждает миф

Начиная с 1900 года на острове Крит проводил раскопки английский археолог Артур Эванс (1851–1941). До него об истории Крита знали еще меньше, чем о Египте, Трое или Месопотамии. Кроме мифов, ничего не было известно об истории Крита. О результатах своих раскопок Эванс писал: «Исключительное явление – ничего Греческого, ничего Римского».

Он обнаружил развалины дворца и назвал найденное им «дворцом Миноса». Минос – мифический сын Зевса, отец Ариадны и Федры, владелец лабиринта и хозяин ужасного быкочеловека (или человекобыка) Минотавра. Теперь мифы о Миносе и о нити Ариадны сопровождаются фотографиями развалин дворца. А как же иначе? Согласно мифу, на острове Крит был дворец Миноса. Вот Крит. Вот дворец. Значит, это дворец Миноса. Так миф подтвердил факт, а факт, в свою очередь, подтвердил миф.

Поговорим же об острове Крит и его истории. Период расцвета критской цивилизации относят к 1600 году до н. э. (линия № 4 «синусойда Жабинского»), основываясь исключительно на египетской хронологии (а делать это, как мы показали выше, нужно очень осторожно). Конец критского царства произошел, по одним версиям, из-за нападения варварских племен, по другим – в результате мощнейшего землетрясения.

Неизвестно, кто населял остров. Гомер утверждает, что здесь жило пять народов. Геродот сообщает, что Минос не был греком, Фукидид говорит обратное. Эванс выдвинул гипотезу об африканско-ливийском происхождении населения. Крупнейший знаток античной истории Э. Майер пишет, что эти люди пришли не из Малой Азии, а Дерпфельд, старейший сотрудник Шлимана, утверждал, что крито-микенское искусство зародилось в Финикии. (Как это все напоминает «психологические задачи» из журнала «Наука и жизнь»! Дается множество высказываний, чтобы читатель путем логических рассуждений решил, кто сказал правду. А прав кто-то один или никто.)

Изрядную загадку представляет местная письменность. Оказалось, тексты написаны грекоговорящими людьми, но не на основе греческого алфавита. Возможно, тексты когда-нибудь расшифруют, но вся критская история останется мифом, если не потревожить хронологию событий… История Крита явно требует омоложения. На наш взгляд, расцвет здешней культуры пришелся на времена крестоносных государств XII–XIV веков н. э. (линии № 4–6), то есть надо историю Крита «придвинуть» к современности на 3000 лет.

Даже сами историки, запутавшись в своей истории, говорят о необходимости пересмотра хронологии Крита, но они, конечно, предпочли бы «удревнить» его историю. Мы уже говорили о том, что, не зная, куда поместить непонятные факты, историки норовят запрятать их поглубже во тьму веков. Вот цитата на эту тему:

«Античная филология находится накануне окончательного разрешения интересующей ее проблемы, однако ее разрешение ставит сразу же еще одну, гораздо более широкую проблему перед всей наукой о древности: почему, из каких побуждений на Крите – центре самостоятельной высокоразвитой культуры – за шестьсот лет до Гомера писали по-гречески местными письменами, на языке народа (греков), который в те времена отнюдь еще не был высокоразвитым? Может быть, эти два языка существовали параллельно? А может быть, неверна вся наша древнегреческая хронология?» Понятно, что если древних греков сделать еще древнее древних критян, то проблема будет решена.

Сходная история с датировкой многих других археологических материалов.

С 80-х годов XIX века в Египте работал английский археолог Флиндерс Петри (1853–1942). Он первым начал изучать керамику, причем не богато украшенную, как до него, а любую. И предложил «сравнительный метод» для перекрестной датировки египетской и греческой керамики. Основываясь на этом методе, Эванс установил «абсолютную» хронологию крито-микенской культуры. Но стоит только усомниться в истинности датировок египетских археологических находок, и куда подевается абсолютная точность хронологии других стран! Чуть двиньте хронологию Египта, и посыплется история всего «Древнего мира».

А самостоятельная история этого «мира» недостоверна до крайности, мало того, изучение ее началось буквально «на днях».

Так, древняя история Индии стала известна совсем недавно, благодаря археологическим открытиям последних семидесяти лет. До этого единственным источником знаний об этой «истории» были Веды, сборник религиозных гимнов и заклинаний, не содержащий никаких вообще указаний на время их написания.

И «Древний Китай» до 20-х годов ХХ века был науке совершенно неизвестен. То есть имевшиеся о нем сведения позволяли думать, что территория Китая в древности совсем не была заселена. Никаких археологических раскопок не велось вплоть до последнего времени; дело в том, что китайская традиция запрещает рыться в земле, так как это может оказать магическое действие на живых.

Первые раскопки принесли только сведения палеолитического и неолитического периодов о временах каменного века. Позже были откопаны «доисторические» гадательные кости с иероглифами. Сейчас имеются и находки более близких к нашему времени периодов, среди которых следует отметить изделия из янтаря, при том, что природного янтаря в Китае нет.

Мы не раз цитировали интереснейшую книгу К. Керама, посвященную археологии. Но в этой книге нет рассказа о раскопках в Китае. Почему? Вот как он объясняет это сам: «Мы довольно неплохо осведомлены об истории Китая, но нашими знаниями в этой области мы лишь в незначительной части обязаны археологии». А чему обязаны? Записям о династиях императоров, сочиненных неизвестно кем, неизвестно когда и неизвестно с какой степенью правды!

Если встать на такую точку зрения, то лучше всего мы знаем историю Атлантиды. В самом деле! О ней упомянул однажды Платон, ссылаясь на древнеегипетских жрецов. Трудов этих жрецов не сохранилось, подлинных трудов Платона тоже. Раскопок по вполне понятным причинам не проводилось, но количество наименований работ, посвященных этому потонувшему государству, перевалило уже за двадцать тысяч. Когда новые авторы, начитавшись предположений и фантазий своих предшественников, насочиняют еще несколько сотен книг, наши знания об Атлантиде, надо полагать, увеличатся.

Чтобы больше не возвращаться к вопросу об истории Атлантиды, напомним, каковы истоки «знания» о ней. Согласно записям Платона, пожилой жрец, приступая к повествованию о событиях, происходивших за 9000 лет до их беседы, сказал: «Я расскажу то, что слышал как древнее сказание из уст человека, который сам был далеко не молод. Да, в те времена нашему деду было, по собственным его словам, около девяноста лет, а мне – самое большее десять». В другом месте он объясняет, почему молчал раньше: «… По прошествии столь долгого времени я недостаточно помнил содержание рассказа; поэтому я решил, что мне не следует говорить до тех пор, пока я не припомню всего с достаточной обстоятельностью». За 9000 лет девяностолетних старцев было уж никак не меньше сотни… И кстати, о достоверности записей: «… Египтяне, записывая имена родоначальников этого народа (атлантов), переводили их на свой язык; потому и сам Солон, выясняя значение имени, записывал его уже на нашем языке».

ДРЕВО ВЕРЫ

Представьте себе

Современный человек ничем не отличается от людей эпохи Моисея или Диоклетиана. Мы не изменились биологически и духовно; мы не стали умнее. Люди точно такие же, какими были.

Попробуем представить себе жизнь людей в первые века цивилизации. Прежде всего, чего тогда НЕ было и что было?

Не было тогда телевидения, радио, газет, магнитофонов, патефонов, граммофонов, фонографов, кино, видео, диафильмов, фотографии, дагеротипии, телефона, телеграфа. Не было самолетов, тепловозов, пароходов, тракторов, автомобилей, автобусов, мотоциклов, велосипедов, воздушных шаров, часов, авторучек, туалетной бумаги.

Не было ракет, торпед, бомб, пушек, танков, пулеметов, автоматов, винтовок, пистолетов. Географических атласов, карт, глобусов. Асфальта, бетона, оконного стекла, пластиков, синтетики. Электричества, бензина, керосина, газовых плит, СВЧ-печей, холодильников. Футбола, баскетбола, хоккея, бейсбола.

Не было Ветхого и Нового Завета, Корана, брошюр по уголовному и прочему праву, поликлиник, юридических консультаций, политических партий, журналов и газет.

БЫЛО: дом, семья, работа, общие представления о мире, Боге, этике человека и нравственности общества. Вообще-то, этого достаточно. При наличии всего вышеприведенного списка, но без этой малости – цивилизации нет.

На громадных пространствах Евразии, среди лесов и на берегах рек стояли хутора, села и города. И были у людей транспорт и связь, информация и развлечения, а главное – вера и работа.

… Что еще БЫЛО у нас, людей, в Средневековье? Вьючная и тягловая сила: лошади, ослики, быки. Ветряные мельницы, прялки, сельхозинвентарь, ручной ремесленный инструмент. Грунтовые или мощеные булыжником дороги, парусные и весельные суда, холодное и метательное оружие, одежда из натуральных материалов.

Свечи (у восточных славян – лучины).

Если отвлечься от внешнего оформления жизни людей в прошлом и настоящем, если не обращать внимания на антураж, становится ясно, что цивилизация на любых ступенях ее развития основана на РАБОТЕ. Как только происходят сбои в области организации труда, начинаются бедствия, рушатся нравственность и экономика. Если на территории людей становилось больше, чем требовалось для работы на ней, лишние или уходили, или осваивали новые профессии, становясь ремесленниками, торговцами, учеными, монахами. Если уйти было некуда и другой работы не находилось, начинались общественные катаклизмы.

Издревле люди с детства приучались к труду. Дети с трех лет работали по дому, с девяти-одиннадцати осваивали профессию родителей. И никакой подростковой преступности, она возникла в значительно более поздние времена, когда были приняты «гуманные» законы, запрещавшие детский труд.

Технический прогресс существовал всегда, и темпы его были постоянны относительно числа причастных к нему народов и объема накопленных знаний. С этой точки зрения изобретение, например, бритвы вполне сопоставимо по сложности с изобретением нейтронной бомбы, при том, заметим, что бритва для мужчин много полезнее.

То, что нас интересует больше всего, – информация распространялась из уст в уста. Кто что услышал, рассказывает любому встречному, который согласен выслушать и поделиться своими сведениями. Вы можете видеть эту «технологию» связи каждый день и сегодня: ею пользуются тетушки у подъезда, которые газет не читают, но все, что им нужно, знают; подружки-сплетницы, завзятые анекдотисты.

Книги были, но рукописные, страшно редкие и дорогие.

ТОГДА информация расходилась кругами от источника возникновения до границ обитаемого мира. Малозначащие сведения распространялись не очень широко («У Фемистокла дочка родила; Фемистокл теперь, хе-хе, дедушка»); сведения, представлявшие всеобщий интерес, становились известны ВСЕМ, обрастая по пути невероятными подробностями и догадками (о войнах, болезнях, указах властей, небесных знамениях, о пришествии Бога на землю), и нередко возвращались назад, измененные до неузнаваемости.

Как рождались легенды в первые века нашей эры? А так же, как они рождаются и сейчас. В стремлении мифологизировать свою жизнь мы недалеко ушли от того времени.

… Тяжело жить, трудно. Работа от зари до зари. Сборщик налогов приходил, барана увел. Сынок наместника проезжал, дочку увел. Жена ворчит. Дров нет. Денег остался один мешочек.

С того берега приплывал незнакомец, говорит, его зять из похода вернулся, так он слышал, как один умный человек рассказывал, что мудрец по Божиим знакам на небе прочел, что придет Избавитель. Да и в книге про то написано буквами.

Ужо, приидет Избавитель! Ужо, дождетеся! Он вам всем вину отмерит! Он меня пожалеет! Вот когда начнется жизнь-то хорошая.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

А вот легенда, записанная в 1918 году. О ком она? Ну, конечно, об очередном Спасителе, о Ленине.

«Душа его скорбела целую жизнь о горе и несчастии не только его народа, но и всех людей, которых – всех одинаково – он считал за братьев.

Всю жизнь положил он на то, чтобы разгадать причину горя людей, и, наконец, все стало ему ясно, и он поднял скорбное лицо свое к солнцу, и солнце улыбнулось ему…

И он пошел.

Все поверженные, все измученные, все обреченные на смерть, все обездоленные, все угнетенные поднимаются за ним, чувствуя новое дыхание наступающей радостной жизни, чувствуя новую свободу, неутомимую жажду к новой борьбе со всеми, кто угнетает человека.

Измученные народы ждут пришествия избавителя в их родные страны из страны Дальнего Севера, откуда уже дошел до них луч надежды, растопивший их трепещущие сердца».

Вот так и рождаются легенды.

Можно предположить, что в первые века нашей эры было уже классовое и профессиональное деление: знать, воины, простолюдины и «прикрепленные» работники, которых теперь мы называем рабами.

Жили на хуторах и в селах. Поселки, будущие города, возникали там, где были для них, во-первых, естественная защита – река, скала, гора; во-вторых, удобные коммуникации, ведь хлеб в поселке не растет, да и скот нельзя прокормить. Первичными укреплениями становились замки местных феодалов или аббатства.

В селе один кузнец и один шорник, в городе их много. В городах стали возникать гильдии, братства и другие объединения на профессиональной основе под разными наименованиями. Каждый союз выбирал себе святого покровителя, память которого чтили. Создавались общественные кассы, выбирались должностные лица; дело шло к созданию муниципального правления в городе.

Как правило, вокруг (или в самом городе) жили несколько феодалов. Каждый желал быть главным покровителем города, а уж горожане выбирали, чьей руки держаться; так для них начиналась политика. Муниципальное управление городом способствовало процветанию, поэтому феодал с удовольствием поддерживал гильдии и муниципалитеты: ведь это значило процветание округи и самого феодала. А муниципалитет поддерживал того, кто сулил большие выгоды и права.

Слово res-publica значит общественное управление (res – государственное дело, publica – общественное). Членами городской республики могли быть только те, кто имел в городе недвижимость. Чтобы войти в сообщество, надо было заплатить, и чтобы выйти, также надо было заплатить. Так возникала кровная заинтересованность жителей и отдельных групп в процветании города.

В городе устанавливались договорные отношения с феодалом-покровителем. С ним подписывали Коммунальную хартию, которую заверял сюзерен этого феодала, зачастую сам король. Город «встраивался» в общую феодальную систему, становясь «коллективным бароном», приобретая все права сеньоров (законодательство, войско, милицию и суд), заключал договоры с соседями и вел войны. Постановления муниципалитета были обязательны для всех жителей. Символом независимости становились печать и вечевой колокол на ратуше – вот они, средневековые прообразы городов-республик «античности».

Сказанного достаточно, чтобы вы могли представить себе жизнь простого человека тех лет. Историки сокрушенно сообщают нам, что люди жили плохо, бедно, были недовольны, мучались, задавленные непомерными налогами и самовластием жестоких правителей. Это, в общем, преувеличение. Они были такие же, как мы, и знали, что если все время «страдать», то можно язву желудка получить.

Властители разных рангов жили лучше обычных людей, и они, конечно, занимались сбором налогов. Деньги шли императору (или местному царю), и он позволял себе не только жить лучше любого из своих «простых подданных», но и содержал армию и чиновничество, чтобы обеспечить внутреннюю и внешнюю политику государства. Чего же здесь «ужасного и нетерпимого» для народа? Ведь в этом и заключается смысл власти и работа властителя.

Разве в наши времена что-нибудь изменилось?

Юлиан Философ

Имя императора Юлиана (361–363 годы), философа и путешественника, ныне почти неизвестно. Между тем Юлиан – крупнейшая фигура, оказавшая влияние не только на свой IV век, но и на всю дальнейшую историю человечества. Его жизнь и три его смерти породили неисчислимое количество легенд, определивших физиономию истории на века.

То, что вы прочтете ниже, – наша реконструкция событий с учетом косвенных доказательств.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Юлиан Философ

Слишком много переплетений в канонических биографиях Юлиана, Иисуса и Василия Великого. «Накладывая» тексты, в том числе евангельские, друг на друга и используя астрономический, геофизический и другие методы доказательств, мы получили цельную биографию одного человека.

Он известен под именами Аса, Юлий, Юлиан Философ, Василий Великий (IV век, по «стандартной синусоиде событий» линия № 6). Его черты мы находим в таких персонажах, как Иисус (I век, это линия № 6 «римской» волны), пророк Илия, Александр Север, Александр Македонский (IV век до н. э., линия № 6). Подобно камню, брошенному на спокойную гладь пруда, он породил волны, бегущие кругами в разных направлениях. Он имел имена на многих языках и в результате хронологических ошибок «попал» в разные времена.

Юлиан – Иисус Христос, отраженный позже в легендах о Кире-младшем, в индуистском Кришне, тибетском Будде, библейском Илии, упокоившись в мире, был бальзамирован под именем Рамзес Великий (Ра-Мессия, Богом Посланный).

А начиналась его жизнь легко и безоблачно. Как наследник престола (двоюродный брат императора Византии Констанция II), он имел почти неограниченные возможности, но ему хотелось не материальных благ, а знания: как устроен мир? Каков Бог? Принц-романтик, он мечтал увидеть, откуда появляется Солнце утром и куда оно скрывается вечером.

На Восток его отпустить не могли – это были неизведанные земли, это было опасно. А вот поход на Запад был организован, ведь весь путь проходил по территории империи. В сопровождении отряда он прошел от Царьграда до берегов Атлантического океана, до места под названием Святой Назарет (Saint Nazaire) в устье Луары. Он видел, как Солнце закатывается в океан.

Затем он посетил «Канны Галлилейские», то есть Галлийские (Галлия – старинное название Франции и Северной Италии). Это посещение ознакомило его с виноделием и применением вина в богослужебной деятельности.

Алкогольное опьянение, механизм действия которого не был понятен в то время, трактовалось как нисхождение божественной сущности на человека. (Почти все жрецы и шаманы пользуются для вхождения в транс либо наркотическими препаратами, либо специальными упражнениями.) Евангелие, заметим, содержит многочисленные упоминания о вине, виноградарь – излюбленный персонаж евангельских притч.

Виноградарство – чрезвычайно трудоемкая и сложная отрасль сельского хозяйства. Говорят, первых урожаев хватало на два стакана вина. При этом виноград и вино, строго говоря, не являются питанием первой необходимости. Развитие этой отрасли возможно только в регионах, имеющих избыточное производство другого продовольствия, развитую торговую сеть и, конечно, подходящие климатические условия. Кроме того, маловероятно широкое развитие виноградарства в странах, официальной религией которых употребление вина запрещено. Но когда может возникнуть запрет? Если вино привозное и традиции пития в стране нет, запрет возможен. Запрещать же винопитие, виноделие в стране со сложившимся виноградарским хозяйством – значит подорвать экономику и вызвать недовольство народа. И мы наблюдали это воочию, во время антиалкогольных реформ Горбачева-Лигачева.

Именно Галлия была родиной виноградарства, это общеизвестный исторический факт. Вино, производимое по северному берегу Средиземного моря, было предметом широкого экспорта, о чем свидетельствуют многочисленные находки глиняных амфор для перевозки вина, в том числе на дне моря в местах кораблекрушений.

Посетив затем Италийский полуостров, Юлиан в одиночку поднимался к вершине Везувия (гора Фавор), чтобы заглянуть в кратер, его ненасытная любознательность требовала новых впечатлений. Для спутников это стало дополнительным подтверждением божественной сущности императорского отпрыска – он не только говорил с Громовержцем, но и вернулся живым и вдохновленным!

Ореол святости позволял ему успешно излечивать людей словом. Возможно, Юлиан обладал немалыми экстрасенсорными способностями. Вообще Западный поход принес ему большую известность в империи, сделав его имя популярным. Принимаемый всюду как царь, он не гнушался выступать перед простым народом с проповедями и заслужил прозвище Философ.

Представьте себе, как в какое-нибудь село, весьма удаленное от мировых центров, вдруг входит отряд, и среди пришедших – божественное лицо, которое между тем держится как обычный сын человеческий! И рассказывает им, простым селянам, о местах, где побывал, о своих взглядах на мир и Бога! И они сбегаются, чтобы видеть его и слышать, ведь этот визит, без сомнения, главное событие в их жизни.

В Евангелиях, составленных спустя 300–500 лет, Западный поход Юлиана (как странствия Иисуса) представлен в укороченном виде и весь помещен в одну местность. Это неудивительно, ведь многое изменилось, забылось. Сложилась уже какая-то церковная традиция. Евангелисту позволительно было и не знать, что первые цари всей Средиземноморской империи были выходцами из еврейского (библейского, точнее говоря) народа. Тот факт, что находившиеся в его распоряжении документы написаны на еврейском языке, он трактовал просто: значит, дело происходило в местах «компактного проживания» евреев.

… По возвращении из Западного похода он стал императором Юлианом и, процарствовав не более года, заслужил титул Великий.

Вообще вопрос об именах византийских императоров весьма не прост. Мы уже говорили, что первым официальным языком империи был язык еврейский. Тогда и наш герой первоначально имел имя Илия (Илу, Элу). Сразу по воцарении или позже он получил классическое латинское имя Юлий, Юлиан. Он мог принять это имя сам либо ему приписали имя при переводе истории империи на латынь. Ила и Юлиан в дословном переводе с еврейского и латыни значит Бог.

А на каком языке говорило население столицы и столичного округа, мы не знаем и не узнаем уже никогда. На греческом? Турецком?…

Что означает выражение «стал императором»? Это значит, приобрел титул Кайсара (по-еврейски) или Базилевса (по-гречески). Его стали звать Василием, ведь Базилевс (Василий) только одно и значит – Царь. Базилевс Юлиан, Царь от Бога. Ну и в довершение, как и все помазанные на царство, он приобрел к имени приставку Август по-латыни, или Христос на греческом языке, или по-еврейски Назарей, что значит «священный».

До сих пор среди людей популярна традиция называть начальников не по имени, а «по должности» – шеф, босс, комиссар, Ваше Святейшество, а мирянин, принимающий монашеский чин, меняет имя. Многоязычие империи и отсутствие традиции давать одно имя раз и на всю жизнь привели к дальнейшей путанице.

На своем – посту Юлиан провел ряд государственных и церковных реформ и стал знаменит еще и ими. В частности, ввел в обиход юлианский календарь (которым мы пользуемся и сегодня,[14] так что эта реформа имела общемировое значение), новую литургию (ныне известна как «литургия Василия Великого»). Римские историки (например, Марцеллин) посвящали Юлиану панегирики, прославляя его деяния.

Теперь он получил возможность, ни у кого не спрашиваясь, совершить давно задуманный Восточный поход. Во главе изрядного войска император отправился в путь.

Надо понимать, что научные, географические экспедиции того времени были сопряжены с большими трудностями и опасностями, поэтому внешне выглядели как военные походы. Это наблюдается даже в XVIII–XIX веках; походы Семенова-Тянь-Шанского, Пржевальского и других исследователей сопровождались войсками.

Не исключено, что многие даже очень дальние экспедиции, организованные царями разных стран, впоследствии были описаны историками как завоевательные войны, хотя таковыми не являлись. На наш взгляд, человеку более свойственно исследовать, узнавать и строить, чем грабить и убивать. Если бы было иначе, род людской давно бы пресекся.

Поход Юлиана закончился печально. Тяжесть пути и эфемерность цели, непонятной простым солдатам, привели к бунту. Юлиана ударили копьем в бок и, решив, что он мертв, бросили в далекой стране – не знаем где, но по мнению традиционной истории – в Индии.

В 363 году войско вернулось в столицу. Было объявлено о смерти императора. Империю принял Иовиан, затем Валентиниан, а с 364 – бывший сподвижник Юлиана (возможно, участник Восточного похода) Валент Нечестивый. Он царствовал затем до 378 года.

На этом классическая история ставит точку в жизни Юлиана.

Однако он не погиб. Неизвестно, где он странствовал пять лет, но к 368 году вновь объявился на родине.

– Я Христос, помазанник Божий, царь назарейский! – что-то в этом роде говорил он встречавшим его, и это была чистая правда.

Разумеется, не существует и не может существовать никаких документов о возвращении Юлиана. Если они и были, то их уничтожили правители. Отсюда начинается история Василия Великого.

Традиционные биографии Юлиана и Василия до странности схожи. Родились в одно время, учились в одном учебном заведении, были образованнейшими людьми своего времени, очень рано проявили свою ученость (как и евангельский Иисус, с которым оба они совпадают по линии веков «синосоиды Жабинского», если смотреть Иисуса по «римской» волне). Оба – выходцы из царской семьи… И все же в традиционной истории есть некая неувязка с Василием. Получается, что во время правления и Юлиана, и Валента был еще какой-то «параллельный» царь, Василий Великий. Причем Юлиан и Василий жили душа в душу, совместно проводили реформы (литургию вот составили), а Валент и Василий страшно враждовали. Историки никак не могут уяснить, что Василий всего-навсего значит «царь», это не имя собственное! Это базилевс Юлиан.

Народ принял его возвращение с восторгом! Многие помнили его, другие слышали о его деяниях. Во всяком случае, народу он был более мил, чем Валент. Его вход в Царьград описан в Евангелиях, как вход Иисуса Христа в Иерусалим.

Что же делать императору, его чиновникам, военачальникам, предавшим своего господина? Они не могут открыто признать его правоту, но не могут и допустить, чтобы Юлиан свободно разгуливал по империи и рассказывал правду.

Они его боятся!

Тут нам представляется уместным привести биографические параллели царей Израильского царства и императоров Ромейской империи IV века, сделанные группой «новых хронологов» в части, касающейся библейского царя Ахава и императора Валента.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения
Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Мумия Великого Царя, Мессии – Рамзеса, или Ра-Массу Миамуна (Египет, Каир). Рисунок Я.И. Чахрова с натуры.

Есть и еще одно доказательство тождества Иисуса и Юлиана (Василия): провал в их биографиях в несколько лет. Для Юлиана это его Восточный поход и последующие странствия, для Иисуса – разрыв между его хождениями по стране и входом в Иерусалим, для Василия – некое «удаление в пустынь».

Походы царя вызвали различные легенды, причем Западный поход был укорочен (Евангельский вариант), а Восточный удлинен до Индии и Китая. Удар копьем в бок, полученный Юлианом в Восточном походе, нашел отражение в истории с протыканием копьем бока Иисуса при распятии (и Александра Македонского в его Восточном походе; хотя Александр, конечно, «синтетический» герой).

Вернувшись из пустыни, Василий начал творить чудеса, сходные с чудесами Иисуса, в том числе лечить прокаженных и оживлять. У него была своя «Мария Магдалина». Ему явились дух святой в виде голубя и «мужи в светлых одеждах», поражая присутствующих. Его призывали на суд и собирались столбовать.

Ведь «устрашенный» Валент (а чего бы ему устрашаться, если вины за собой не чувствовал?) должен срочно принять какие-то меры. У него и его присных один, только один выход: схватить Юлиана, объявить его самозванцем и немедленно казнить. И они делают это, причем, чтобы подчеркнуть ничтожность «самозванца», казнят его вместе с двумя бандитами.

Официально Валент не может отдать приказ о казни: ведь если станет известно, что казнен богопомазанник, каждому будет ясно, что император, якобы имеющий власть от Бога, не просто смертен, но и преступно смертен. Валент заявляет, что «он умывает руки». Таким образом, казнь осуществится как бы помимо его воли. Только так можно объяснить непоследовательность власти в принятии решения о казни. Если бы Валент (Пилат) НА САМОМ ДЕЛЕ не желал этой смерти, ее бы не было. (Заметим, что в Иудее общепринятым способом казни, как прямо указано в Евангелиях, было побитие камнями, а вовсе не распятие на кресте.)

В ночь намеченной казни происходит лунное затмение (21 марта 368 года), что идеально соответствует Евангелию и является астрономическим доказательством. Затмение приводит власти предержащие в ужас. Пользуясь возникшей паникой, приверженцы Юлиана снимают его с креста (столба, по греческой версии) и прячут.

Все пережитое отвратило бывшего императора от мирской суеты. Очнувшись (воскресение из мертвых), он отверг уговоры возобновить борьбу за трон. Он, конечно, получил бы поддержку. В некоторых районах империи события весны 368 года вызвали религиозные восстания, но решение его было однозначным:

– Царствие мое не от мира сего, – так отвечал он тем, кто желал вновь втянуть его в политику.

Интересно, что Коран не признает смерти Иисуса на кресте, см. Суру 4/156 (157): «… И за их слова «Мы ведь убили Мессию, ‘Йсу, сына Марйам, посланника Аллаха», а они не убили его и не распяли, но это только представилось им; и, поистине, те, которые разногласят об этом, – в сомнении о нем; нет у них об этом никакого знания, кроме следования за предположением. Они не убивали его, – наверное, нет, Аллах вознес его к себе: ведь Аллах велик, мудр!»

… Ему позволили заниматься божественными делами без претензий на царство. 15 июня 368 года Василий Великий был провозглашен архиепископом. Он автор не только литургии своего имени, но и ряда богословских трудов, создатель христианской космографии. Н. А. Морозов пишет: «Вся история «Великого Царя» после суда над ним, рассказанная в Житиях Святых, относится уже к жизни евангельского «Спасителя» после его неудавшегося столбования».

Понятно, почему его жизнь после распятия не нашла отражения в Евангелиях. Мессия по определению своему не может быть побежденным, он всегда – победитель. Даже его проигрыш должен обратиться победой! Так в Евангелиях распятие стало кульминацией жизни Иисуса, превратилось в спасение и искупление всего человечества.

Его истинная смерть (1 января 378 года) опять породила смуту. Те, кто видел его мертвым, свидетельствовали об этом, кто не видел – не верили и объявляли первых предателями. Иоанн Златоуст заклеймил этим словом секту богославцев-иуд, свидетелей смерти Юлиана (Василия). Здесь исток легенды об ученике Иисуса, предателе Иуде.

В то время, как иудеи (богославцы), свидетели смерти Мессии, вырабатывали свое мессианское учение, остальные, с Петром во главе, ждали, что умерший воскреснет и явится живой и невредимый. Событие, по расчетам, должно было произойти в первое воскресение после первого полнолуния за весенним равноденствием. В ожидании сего дня назначали всеобщий пост и молились о возвращении.

К Пасхе 378 года он не вернулся. Собравшиеся 30 июня в числе 12-ти вожаки христианства решили, что Великий Царь не умер, а только вознесся на небо, и надо продолжать верить и ждать. Все было повторено в следующем 379, потом в 380 году. Затем состоялся Константинопольский Собор, на котором был сформулирован второй тезис[15] «Символа веры»:

«И во единого (верую) господа нашего Иисуса Христа, сына Божия, единородного, рожденного отцом прежде всех веков, света от света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не сотворенного, единосущного отцу, через которого все произошло».

Мы наблюдаем только два случая во всей истории христианства, когда не только сам пророк, но и все его братья и сестры причислены в дальнейшем к лику христианских святых. Пророки эти – евангельский Иисус Христос и Василий Великий.

В мавзолее пророка Мухаммеда в Мекке, говорят, стоят гробы пророка и его преемников по халифату, Абу-Бекра и Омара. Под отдельной занавеской покоится тело Фатимы, дочери Мухаммеда. И есть там одна пустая гробница, ждущая ‘Йсу-бен-Марйам – Иисуса, сына Марии, после Его второго пришествия…

Н. А. Морозов находит, что хронологически с жизнью Василия Великого совпадает и жизнь героя еврейской истории Гиллеля Великого (333–370 годы). Имя его произошло от слова Эллель-Ие (Прославление Бога), а в греческом произношении превратилось в восклицание, сохранившееся в христианском богослужении до сего дня: Аллилуйя!

Тело Юлиана (Иисуса, Василия) после его смерти переправили в Египет, усыпальницу императоров. Тут он получил посмертное имя Рамзес Великий, под которым и экспонируется ныне в музее египетских древностей в Каире.

Золотой гвоздь

Эта глава посвящена Иоанну Златоусту и его пророчеству, известному как Апокалипсис, или Откровение.

Почему из всех деятелей конца IV– начала V века мы выбрали не императора или полководца, а священника, бродячего монаха, отличавшегося только потрясающим умением пользоваться словами, народного оратора – демагога, как называли его тогда с восторгом и почтением?

Потому что никакая война не прогремела на весь мир так, как сказанное им Слово – Апокалипсис.

Его пророчество высмеивали или им восторгались, боялись или называли бредом сумасшедшего, считали пустым набором слов или истинным божественным откровением, но ждали Судного дня. До сих пор люди крестятся при упоминании знака Зверя, не зная, что знак этот и есть крест (Исаак Ньютон давно прояснил это). Вызывает суеверный страх число Зверя, хотя и в этом числе нет ничего магического.

Апокалипсис интересен и как первая теологическая книга, написанная не на библейском, а на греческом языке.

Для нас же особенно важно, что в тексте книги зашифрована дата ее написания, 30 сентября 395 года. Немного таких удач выпадает на долю хронологов! Разве только некоторые гробницы или египетские храмы, с вырезанными на них гороскопами. Апокалипсис – золотой гвоздь хронологии, вбитый в трухлявое древо истории. Тут даже А. М. Жабинскому с его «синусоидой» делать нечего.

Иоанн Хризостом (Златоуст), знаменитый византийский оратор, противник господствовавшей при нем государственной церкви (и возведенный после смерти неизвестно какими способами в ее святые), родился в 354 году. С детства он обучался астрологии, математике, географии и всем тогдашним наукам. В 18 лет отправился в Афины (видимо, в Афу, Фивы египетские, греческих Афин тогда еще не было) для завершения образования. Прекрасно окончил школу и «с разбитым сердцем» из-за смерти любимой девушки и развившимися от этого мистическими наклонностями вернулся в Антиохию.

Здесь на двадцать третьем году жизни он принял христианство, поддаваясь увещаниям «какого-то Василия», как пишет Н. А. Морозов. Нет никаких сведений ни об обряде принятия Иоанном христианства, ни об этом Василии, зато мы уже знаем, что люди тогда не имели личных имен в нашем понимании (даже Иоанн – от еврейского Иеханан, означающего «Божий дар» или «Божья милость») и что Василий – искаженное Базилевс, Царь. Действительно, именно в этих местах и в это время (377 год) жил Василий Великий, отрешившийся от мирских забот и посвятивший себя Богу.

После этого Иоанн провел четыре года в горном монастыре в непрерывных занятиях науками и теологическими изысканиями. Где же и заниматься науками, как не в монастыре? Само это слово – «мон астерион», счет звезд, означает обсерваторию. (А кстати, епископ – «наблюдатель». Первоначально это были рассматриватели, следящие за звездами для дальнейшего растолковывания небесных явлений для публики. Свой церковный смысл слово епископ приобрело значительно позже.)

С 381 года Иоанн занимает различные церковные должности в Антиохии, третьем по величине городе империи, часто и с огромным успехом выступает перед народом, участвует в восстании населения против византийского политического и религиозного деспотизма. Далее существует некий пробел в биографии Златоуста. Скорее всего, он скитался по Малой Азии, где организовывал собрания своих единомышленников (в семи городах).

В 395 году он попал на остров Патмос, неизвестно, по своей воле или сосланный властями. 30 сентября весь день ждал Божьего знака – рассчитанного им солнечного затмения (действительно, оно было в тот день, но только над территорией Южной Америки). И произошло событие, поразительным образом повлиявшее на жизнь Иоанна, судьбу империи и историю религии: над Патмосом пронеслась гроза. Когда в момент закрытия солнца тяжелыми грозовыми тучами внезапно наступил как бы вечерний сумрак и показался «гневный лик» солнца между ними, он счел это ожидаемым Божьим знаком, тем более что событие сопровождалось четырьмя подземными толчками.

Острая наблюдательность, блестящее знание астрологии, литературный талант – эти качества, помноженные на религиозную экзальтацию, позволили Иоанну создать выдающееся произведение, которое затем он размножил и разослал друзьям (не желая иной огласки).

«Иоанн – семи малоазиатским собраниям:

Благосклонность вам и мир от того, кто был, есть и будет, и от Семи Душ (сияющих в созвездии Большой Медведицы) напротив его ТРОНА, и от верного провозвестника истины Иисуса-Посвященного. Перворожденный из мертвых и властелин земных царей, он принял нас к своему сердцу, обмыл своей кровью от наших проступков и сделал нас самих царями и священнослужителями перед Богом, своим отцом. Да будет ему слава и власть в веках веков! Да будет!

Вон идет он в облаках (бури) и увидит его всякий глаз, и те, которые пронзили его, и зарыдают над ним все племена земные!

Я, Иоанн, ваш брат и участник в печали и торжестве, и в терпеливом ожидании его прихода, был на острове Патмос для божественной науки и проповеди об Иисусе-Посвященном.

В воскресенье я находился в состоянии вдохновения и слышал (в шуме волн) позади себя могучий голос, звучащий как труба:

– Я первая и последняя буква алфавита, начало и конец. То, что видишь, напиши на папирусе и пошли собраниям верных в Малой Азии: в Ефес, Смирну, Пергам, Фиатиры, Сардис, Филадельфию и Лаодикию.

Я оглянулся на этот голос и вот увидел (в очертаниях облаков, между которыми проглядывало солнце) семь золотых светоносных чаш, а посреди них (облачное) подобие человеческого существа, одетого в длинную белую одежду еврейских первосвященников и опоясанного под грудью золотым поясом. Его голова (солнце) и волосы (т. е. края облака над солнцем) были ярки как белый пух, как снег. Его глаза, как огненное пламя. Его ноги (столбы лучей, пробивавшихся на землю сквозь тучи) были подобны раскаленной в печи бронзе, голос же его был – шум множества волн. На правой стороне он держал в своей (облачной) руке семь звезд (Большой Медведицы), изо рта его выходил меч, заостренный с обоих концов, а лицо его было – солнце, сияющее во всей своей силе.

Увидев его, я упал, как мертвый, к его ногам, но он протянул надо мною свою правую (облачную) руку и сказал (этим):

– Не бойся! Я первый и последний, я жив, но был мертв, и вот буду жить в веках веков. Мне принадлежат ключи, запирающие смерть и подземное царство. Опиши все, что ты только что видел, все, что видишь теперь и что случится после этого.

Сокровенный смысл Семи Звезд в моей правой руке и семи золотых светоносных сосудов (в тучах) таков: Семь Звезд – это оглашатели (ангелы) семи (малоазиатских) общин, а семь сосудов – это сами общины» (перевод и комментарии в скобках Н. А. Морозова).

В подлиннике Апокалипсиса нет имени Спасителя, нет даже имени Иисус, а написано греческим письмом еврейское Егошуа, что значит буквально «Божья помощь». Греки переделали это имя в Иесус, латиняне в Иезус, французы в Жезю, англичане в Джизэс и т. д. В результате от Егошуа не осталось почти ни одного звука. Христос же есть простое прилагательное, которое в обычном греческом языке означает окрашенный, вымазанный, а в переносном смысле – помазанный на власть (символическим помазанием маслом, елеем при обряде принятия).

Греческое слово «ангел» нельзя оставлять без перевода в старинных документах на греческом языке. Это самое обычное разговорное слово, обозначающее гонец, вестник, глашатай – ангелами называли лекторов оригенитских общин, к которым и адресовался Иоанн.

«А от Трона (посредине Млечного Пути) исходили молнии и громы и звуки (надвигающейся грозы), и горели против него семь огненных лампад (Большой Медведицы), семь душ, принадлежащих Богу. Вокруг же Трона стеклянное море (небесный свод), прозрачное как хрусталь, а посреди этого моря и вокруг трона находятся животные (четырех времен года), полные очей спереди и сзади.

Первое из них (созвездие всепожирающей осени) подобно Льву, второе (созвездие питающего лета) подобно Тельцу, третье (созвездие все убивающей зимы, Стрелец) обладает лицом, как у человека, а четвертое животное (созвездие весны, крылатый конь Пегас) подобно летящему орлу (этим греческим словом обозначали в те времена млекопитающее животное, а не птицу). И имели они как бы на каждого из себя по шести крыльев (часов прямого восхождения неба), расположенных круговидно, а внутри себя и около они полны очей (звезд; подтверждение, что речь идет о фигурах древних созвездий. У каких других животных могут быть глаза внутри и кругом?) и ни днем, ни ночью не имеют покоя, восклицая (своим мерцанием):

– Свят, свят, свят властелин наш Бог всемогущий, тот, кто был, есть и будет!»

Всего в Апокалипсисе двадцать две главы. Когда небо уже сплошь покрыто тучами, Бог позволяет автору «сорвать печати», то есть показывает в просветах меж тучами созвездия, и Иоанн астрологически толкует расположение звезд. Он вообще толкует все, что видит (форму облаков, прибитый к берегу волнами кусок коры, найденную тростинку и так далее), в пользу скорого пришествия Иисуса Христа (Божьей Помощью Помазанника Посвященного) для покарания людских пороков.

Множественные упоминания Иоанном планет, приходящих в разные созвездия, сделали нетрудными вычисления времени, когда пронеслась над Патмосом описанная им гроза. Решение было найдено Н. А. Морозовым и проверено затем в Пулковской обсерватории: Откровение явилось Иоанну 30 сентября 395 года по юлианскому календарю.

Определились даже часы дня, когда пронеслась главная туча грозы, появилась радуга, промчались последние тучки. Несколько вариантов расчетов приведены в книге Н. А. Морозова «История возникновения Апокалипсиса (Откровение в грозе и буре)», к которой мы и отсылаем читателя. Репринтное издание 1907 года выполнено издательством АОН М, 1991.

«Я стал на морском песке, чтобы рассмотреть зверя, выходившего из моря (Византийская империя в виде чудовищной грозовой тучи) с семью головами и десятью рогами. На рогах его были десять корон, а над головой его эмблема богохульства (поднявшаяся к небу голова созвездия Змея?)… И увидел я нового зверя (символ государственной церкви), выходящего со стороны суши. У него были два рога… И вот Зверь (Византийская империя) постановляет теперь, чтобы всем, большим и малым, богатым и бедным, свободным и рабам, выдавали особые значки (по исследованиям Ньютона – кресты) для ношения их на правой руке или на голове, чтобы не смели ни покупать, ни продавать все те, кто не имеет на себе этого значка зверя или его имени или числового изображения его имени.

Здесь мудрость: у кого есть ум, сосчитай число зверя, потому что оно доступно человеку. Число это шестьсот шестьдесят шесть».

Почему зверь с двумя рогами символизирует церковь? Дело в том, что все годы от времен императора Константина и до Феодосия шла борьба двух религиозных фракций, николаитов и ариан, за власть над троном. Каждая из двух фракций называла себя универсальной (по-гречески – кафолической). Оригениты, к которым принадлежал Иоанн, за власть не боролись.

В пассаже о «знаке зверя» речь идет об эдикте императора Феодосия (умер в 395), которым империя начала гонения на язычников и всех, не принадлежащих к господствовавшей при нем Николаитской церкви. Люди лишались гражданских прав и даже права продавать и наследовать имущество, если не имели на себе знака правительствующей в империи религии (зверя по Иоанну), то есть креста, или слова «латинянин», или для простоты суммы букв этого слова.

Мы изобразим его для вас русскими буквами, с греческими числовыми значениями букв:


л = 30

а = 1

т = 300

е = 5

й = 10

н = 50

о = 70

с = 200

Итого 666


(Существовали аналогичные буквы древнерусского счета, так называемые «славянские цифры». Каждое из целых чисел от 1 до 9, а также десятки и сотни обозначались буквами азбуки с надписанным над ними значком, титлом, похожим на лежащий на боку знак интеграла. «Счет» и «чтение» слова однокоренные. Сочитано? – спрашивал один купец другого. – Считано, – отвечал тот. Латыни тоже известны буквы-цифры: I = 1, V = 5, X = 10, L = 50, C = 100, M = 1000.)

Крест ВПЕРВЫЕ привиделся Константину I более чем за полвека до написания Апокалипсиса в виде шести лучей, исходящих от Солнца. Он воспринял видение как Божий знак. Была изготовлена хоругвь с шестилучным крестом и надписью «Божией Помощью – Сим победишь».

Этот факт вместе с явным отсутствием у автора Апокалипсиса восторга перед крестом, столь свойственного христианам нашего времени, помимо нашего желания свидетельствует: религия была СОВЕРШЕННО не похожа на евангельское христианство.

Иоанн Златоуст, сам причисленный к еретикам, императорского эдикта о ношении на теле знака Зверя, конечно, не одобряет. Суровыми карами грозит он властям и церкви!

Исполнение пророчества (сошествие Христа) Иоанн определил на 13 марта 399 года, когда, по его астрологическим вычислениям, Агнец из созвездия Овна спустится на землю на ярко-белом коне Юпитера. Дату эту он зашифровал в 11, 12, 13 и 19-й главах Откровения так хорошо, что полторы тысяч лет никто ничего не мог разобрать.

Но для верующих той поры дата ожидаемого пришествия Христа, конечно, тайной не была. Иоанн вынужден был раскрыть ее друзьям, а впоследствии и сильным мира сего. Слухи довершили дело.

«Вот, приду скоро (говорит Иисус) и всем принесу с собою мое возмездие и воздам каждому по его делам. Я первая и последняя буква алфавита, начало и конец. Счастливы исполняющие мои заветы: ось жизни будет в их власти, и они войдут в твердыню (небес) воротами. А все льстецы, шарлатаны, безнравственные, убийцы и поклонники изображений (икон и статуй) и всякий любящий и делающий неправду – будут вне ее. Я, Иисус, послал моего вестника засвидетельствовать все это на собраниях верных. Я корень и потомок Любви, звезда светлая и утренняя!»

К тому моменту, когда книга распространилась по Византии, императорский трон занимал девятнадцатилетний Аркадий с юною своею женой Евдоксией. Как же поступили царственные супруги с монахом-еретиком, посмевшим пророчествовать против власти и церкви? Казнили? Заковали в железа? Выслали навсегда?

Тот, кто так подумает, совсем не разбирается в силе людских суеверий. ТОГДА каждый понимал пророчество абсолютно всерьез и ожидал предсказанных бедствий. Жуткая паника охватила не только христиан, но и живших среди них язычников. Даже много столетий спустя книга вызывает у малообразованного читателя ужас, заставляя предполагать, что предсказанное когда-нибудь непременно сбудется.

Аркадий и Евдоксия были впечатлительными и суеверными молодыми людьми, детьми своего времени. Что же им делать, если грядут такие беды? Ничего иного, как вызвать к себе говорившего с Богом и провозгласить его своим собственным пророком. Немедленно исполнять все, что он требует, каяться и исправляться!

В 397 году кстати умер престарелый епископ Нектарий, «и все константинопольские священники, и окрестные епископы, и весь народ» требуют Иоанна! К нему отправляют послов с приглашением.

А что же пророк, опять живущий в Антиохии? Обрадовался? Возгордился? Смиренно принял сан, дабы исполнить волю Бога по искоренению мерзостей?

Ни то, ни другое, ни третье. Он испугался и скрылся в храме, под защиту местных жителей. Он решил, что его хотят доставить на смерть, и наотрез отказался куда-либо ехать.

Очень красноречиво, не правда ли?

Пришлось хитростью выманивать его наружу и, фактически похитив, под конвоем везти в столицу.

Три года он руководил затем византийской церковью. И не было, и не могло быть в ожидании предсказанного им пришествия Христа ни николаитов, ни ариан, никаких других сект. Все стали оригенитами, а вернее– иоаннитами, в его честь.

Когда минули страшные три года ожидания кончины мира и сам Иоанн давно уже понял, что пророчества не сбудутся, начал он проповедовать, что вот, де, вы покаялись, и Бог отложил свой визит, он вас простил… Но тут уж новые «друзья» не простили Иоанну пережитого ужаса, и все прежние страсти грянули с новой силой и смели с исторической сцены как самого пророка, так и всех его сторонников.

Но эта история уже не имеет прямого отношения к хронологии.

Метеориты: роль в истории

В 622 году все Средиземноморье вздрогнуло от упавшего метеорита. Небесный камень «с великим блеском и грохотом» с такой силой ударил в землю в районе Мекки, что содрогнулись храмы Сирии и Египта, обрушились и разбились статуи и алтари «официальных» богов. Когда аналогичный метеорит в ХХ веке упал в районе Подкаменной Тунгуски в Сибири, удар зафиксировали все существовавшие тогда сейсмостанции мира, воздушная волна дважды обогнула земной шар, в Азии и Европе несколько дней не было видно Солнца из-за загрязнения верхних слоев атмосферы.

В это время в Византии правил император Гераклий (610–641, линия № 3, см. синусоиду в главе «Юлиан Философ»), иначе называемый царем Геркулесом.

В библейской Второй книге Паралипоменон есть аналог Гераклия, царь Иосия (639–609 до н. э., линия № 3), шестнадцатый царь Иудейский, «тридцатилетнее с годом царствование», о котором Библия сообщает:

«В 12 году его царствования были разрушены перед его лицом жертвенники, построенные властелинами, и статуи солнца, возвышавшиеся над ними, и изломаны священные деревья, и истуканы и столбы. Их разбили в прах, и рассыпали их над гробами тех, кто приносил им жертвы, а кости жрецов сожгли на жертвенниках их».

Для Гераклия 12-й год правления – как раз год 622-й, год падения метеорита. Упал камень в районе Мекки, родины пророка Мухаммеда. Коран еще не был составлен, мусульман было не так чтоб много; и вот Божий знак…

(ПРОСИМ иметь в виду, что слова христианство, мусульманство, ислам, иудаизм мы используем в нашей книге ТОЛЬКО для лучшего понимания текста читателями. НА САМОМ ДЕЛЕ названия и суть верований были зачастую СОВЕРШЕННО иными. Они приобрели современные наименования и содержание лишь после Х века н. э. Все они по отношению друг к другу были разными ответвлениями единой веры в единого Бога. Тогдашних агрян (мусульман) в современных терминах можно назвать сектантами по их отношению к господствующей арианской церкви. И, наконец, напомним, что хронологически «походы народа Моисеева» могли происходить в VII веке, как было показано в главе «Путь Моисея».)

Жители Мекки не приняли метеорит за Божеский знак, и не вняли увещаниям Мухаммеда признать его пророком Аллаха, ведь нет пророка в своем отечестве («Неужели за человеком из нас одним мы последуем?» – так об этом говорится в Коране). Мухаммед с немногочисленными друзьями бежал в Медину (слово хиджра означает «бегство»; эра хиджры у мусульман считается с 16 июля 622 года) и долгие восемь лет после этого добивался принятия Меккой ислама.


Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

1. Когда небо раскололось,

2. и когда звезды осыпались,

3. и когда моря перелились,

4. и когда могилы перевернулись,

5. узнала тогда душа, что она уготовала впредь и отложила.

6. О человек, что соблазняет тебя в Господе твоем щедром,

7. который сотворил тебя, выровнял и соразмерил,

8. в таком виде, как пожелал, тебя устроил!

9. Но нет! Вы считаете ложью день суда.

10. А ведь над вами есть хранители —

11. благородные писцы.

12. Знают они, что вы делаете.

13. Ведь праведники, конечно, в благодати!

14. А ведь грешники, конечно, в огне!

15. Они будут гореть там в день суда,

16. и не скроются они от него.

17. Что же даст тебе знать, что такое день суда?

18. И затем, что же даст тебе знать, что такое день суда? —

19. в тот день, когда душа ничего не сможет для души, и вся власть в тот день – Аллаху.

Сура 82. Раскалывание.

Победа осталась за Мухаммедом.

Традиционная история уверяет нас, что это была военная победа: якобы, не выдержав вооруженного натиска агрян, Мекка вынужденно пошла на компромисс. В борьбе за веру магометане хватаются за оружие, не задумываясь, но странный это был бы компромисс для завершения войны! Побежденный город согласился принять ислам, а победители за это обещали объявить его святым городом и сохранили даже культ находящегося в Каабе старинного фетиша, Черного камня.

Величайшая глупость не только написать, но даже подумать, что агрянин (мусульманин) даже в старину из политических выгод мог сделать своей первой святыней языческий камень и стал бы поклоняться камню. Ведь сказано в Коране: «Из Его знамений – день и ночь, солнце и луна. Не поклоняйтесь солнцу и луне, а поклоняйтесь Аллаху, который сотворил их, если вы Его почитаете!» (сура 41/37).

Даже солнцу и луне поклоняться нельзя! Почитанию камня не может быть никаких объяснений, кроме одного: «Черный камень» не просто творение Аллаха, не просто знамение Его, а такое знамение, которое послано Аллахом специально в назидание и поклонение мусульманам.

Считается, что во времена правления царя Геркулеса мусульмане начали безудержную экспансию и арабские пастухи под клич «Нет Бога кроме Бога» ринулись завоевывать мир. Но на самом деле никакого «завоевания» не было! Население некоторых территорий Византийской империи (Cирии и Египта), севера Африки, Испании, Сицилии и даже юга Италии добровольно принимало агрянство.

И не встретило отпора со стороны имперской власти и церкви. Как же так? А так: они где жили, там и остались, просто падение метеорита резко, сразу разделило источники религиозного поклонения. Ведь власть императора держалась не столько на силе оружия, сколько на общей вере, и разделение веры неминуемо привело к политическому разделению.

Сторонники исторического материализма объясняют происшедшее тем, что арабов стало много. Они, дескать, не могли нормально развиваться в неблагоприятных природных условиях и вот захватили земли византийцев.

Это плохое объяснение, то есть это вообще не объяснение: ведь из Аравии они так никуда не ушли, не поменяли природные условия.

Кроме того, как известно из той же официальной истории, в те времена в пределах Аравийского полуострова и Сирийской пустыни не было ни одной политической организации, которая могла бы образовать государство. Утверждение новой религии (по знаку Бога) и отделение от Ромейской империи создали и организацию (церковь), и государство.

Вспомнив, какое значение придавали тогда люди любым знамениям, мы не удивимся ни резкой вспышке мусульманского энтузиазма в этих краях, ни тому поразительному факту, что имперская власть не предприняла никаких усилий по подавлению ереси, а имперская церковь не предала агрянство анафеме, отнеслась к нему веротерпимо. А ведь Гераклию и патриархам такая ситуация наверняка не нравилась. Но что они могли сделать?

Разве царь всевластен и может делать все, что в голову взбредет? Конечно, нет! Он принимает решения, исходя из конкретных объективных условий. Византийский царь Геркулес должен был учитывать, что народ не поддержит войны с теми, кто только что, на глазах у всех, получил подтверждение своей богоизбранности прямо с неба! Войны с теми, кого вел живой пророк! Если бы Гераклий развязал войну, при первом же поражении его люди начали бы переходить к Мухаммеду целыми армиями.

Нужно было другое решение.

К этому моменту алтари у подножия Везувия были разрушены очередным природным катаклизмом (извержением, землетрясением). Получается, Бог явно показывает, что идея религии должна базироваться не на вулкане, не на лаве, истекающей из недр (то есть ада), а на Камне небесном!

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Кааба в Мекке, где хранятся осколки Черного камня.

Архитектурно представляет из себя сундук, или ковчег. Завет Божий, как известно, был первоначально начертан Богом на камне, камень разбит Моисеем (Мусой). Завет Божий носили в ковчеге.


Корана еще не было, и отличительным признаком агрянства стало паломничество к камню, хадж; но паломники посещали и Везувий.

А ведь и нам было знамение, и даже раньше меккского, вспомнили ромейские священники, а мы не поняли… Камень, вокруг которого построена часовня в селении Палатин, у реки Тибр, на пути бредущих к алтарям Везувия паломников!

Камню в Палатине (порфирит, перед которым паломники совершали коленопреклонения) дали название Апостолос Деос Симеон Петрос Павлос, что по-гречески значит Посланное Божье Знамение Камень Малый. Или просто Петрос Павлос, Камень Малый. Селение Палатин с VII века н. э. превращается в город-церковь, резиденцию верховного жреца, понтифика-максимума, позже – Папы Римского.

Палатин один из холмов, на которых стоит Рим. Свое название Roma, Рим, город получил в VIII веке н. э. Его «классические» сооружения построены в XI–XV веках. Свидетельством этому является тот факт, что когда 30 апреля 801 года произошло мощнейшее землетрясение, от которого пострадали многие города Италии, ни одна из многочисленных летописей не сообщила о повреждении строений и памятников «седой древности» в Риме! Понятно, что никаких памятников еще не было.

Хроники 840 года говорят нам и о том, что понтифик-максимум Григорий ведет строительство крепости Остия в дельте Тибра, чтобы защитить Рим с моря. Чудны дела твои, Господи! Наверное, не знали средневековые летописцы, в отличие от современных историков, что Рим и Остия построены за полторы тысячи лет до Григория.

Невозможно удержаться, чтобы не процитировать советскую энциклопедию: «В борьбе за создание христианской церкви была пущена в обращение легенда, что Петр – камень, на котором будет построена церковь».

Вот и получается: то, что считалось истинной историей, оказывается легендой, а то, что называли легендой, – правда.

Древо веры

… В религии —

Нет ереси, чтоб чей-то ум серьезный

Не принял, текстами не подтвердил,

Прикрыв нелепость пышным украшеньем.

Вильям Шекспир, «Венецианский купец»

До появления в III веке идеи единобожия-арианства в Средиземноморье господствовала колдовская религия. Слово колдун произошло от еврейского КЛД, от него же современные слова культ, культура.

Жрецы, шаманы этих верований занимались именно колдовством и магией. Располагаясь в поселках при разрозненных капищах богов, они промышляли знахарством, поиском пропавших вещей, предсказаниями судьбы и так далее. Они полагали, что делами людскими управляет не Творец, а местные второстепенные боги. Возможно, им просто не хватало кругозора и уверенности в себе, чтобы мыслить категориями более широкими.

Разумеется, организованного духовного сословия не было и не могло быть. Лишь Моисей объединил их под своей рукой, и шаманы этому не сопротивлялись. И не потому, что были разобщены и слабы, – нет, они были даже рады объединиться! То, что мы принимаем сейчас за религиозную систему античности, на самом деле во многом созданная арианством промежуточная система, включившая в себя разные культы, в которой есть Бог Отец (Громовержец) и другие подчиненные ему боги.

Эта система верований в результате хронологической ошибки была перенесена в древность, но не целиком. Что мы видим в истории «Древней Греции»? Скопище враждующих богов и богинь, легенды об их похождениях на земле и храмы божии. Чего мы не видим в этой истории? Мы не видим религиозного канона и, самое странное, священников. Но ведь каждый бог должен иметь своего проповедника! А кто и по какому канону строил храмы? Они ведь не растут, как грибы.

Разгадка в том, что проповедники остались жить в своем родном IV, V, VI и так далее веке н. э., а их боги, волей хронологов, «отправились» в древность, где не было еще никаких Парфенонов…

Секты, вошедшие в единую религиозную систему, но отдававшие предпочтение прежним языческим богам, получили в Ромейской империи название николаитов. Название это Н. А. Морозов производит от еврейского слова НКЛ – хитрец, чудотворец; В. Т. Поляковский предлагает другое толкование: николаиты не колдуны, а «люди победителя народов», Николауса по-гречески.

В различных книгах Библии имя Бога различно, и неправильно переводить его одним и тем же словом. У пророков это Бог, который должен прийти и царствовать на земле, Иеве, где первое И значит Бог, ЕВЕ – быть, грядущий (иное произношение – Яхве). Этот Иеве имеется и в латинском пантеоне богов с прибавлением знака «S», как принято для имен существительных мужского рода: Иевес (Jovis), Бог Громовержец.

Раввинам было запрещено произносить Иеве, чтобы Громовержец не откликнулся на зов. Имя стали произносить, изменяя его. Так получились Бог Спаситель И-исус (иса – значит спасать, помогать) и Бог Отец Jo-Рater, в итоге превратившийся в Юпитера.

Название единого Бога было в разных языках разным. «Древнегреческий» Зевс происходит от слова «Зоо», живой, сущий. Но произнесите звук З на английский манер, как Th, и вы удивитесь, во что превратится этот Зэус. В родительном падеже он и произносится как Dios, что созвучно латинскому Deus, бог. Например, в этом падеже упомянут Зевс в имени известного греческого философа Диогена: Богом Рожденный.

Произношение имени Бога на древнеарабском – Илу (Элу, Али). Слово Аллах экзотично для русского уха, но, как отмечал Исраэль Шамир, оно совсем не чуждо уху еврея, поскольку означает то же самое, что еврейское Элоха, тоже происходящее от Илу (Элу, Али). От этого же Элу древнееврейское название греков «эллины», что значит Богославный народ.

Первичным Богом было Солнце, это ясно видно из его названия: Элиос, Гелиос. К нему взывал Иисус при распятии: «Эли, Эли! Ламма савахтани» (Боже, Боже! Зачем ты оставил меня).

Солнце (Свет) было Богом и древних славян. В русской «Велесовой книге», относимой к IX веку н. э. (если она подлинна), читаем: «У Лукоморья всякий день обращаем взор к богам, которые есть – Свет. Его же мы называем Перун, Дажьбог, Хор, Яр и иными именами. И поем мы славу богам и живем милостью божьей, до тех пор, пока жизнь имеем». Далее упоминается о крещении Руси, а затем говорится: «И вот храни приняли Патера Дыя, чтобы он стоял особо напротив Матери». Дый – это Део, Тэо, Зоо, единый Бог на разных языках.

Племенные верования и племенные названия богов – как бы ветви единого древа веры.

С распространением единобожия шаманские идолы начали рушиться и в переносном, и в прямом смысле в результате землетрясений. При наличии нового мощного, объединяющего разные племена верования это было понято как знак главного Бога, и прежних идолов начали разрушать целенаправленно. Началось (точнее, продолжилось) израелитство, что в переводе значит «богоборство».

Это стало второй ступенью религиозной эволюции Европы и всего Средиземноморья. Вожди арианства, основатели Ромейской империи со столицей на берегах Босфора, были одновременно великими первосвященниками (Pontifices Maximi) и предводителями новых магов, которые служили теперь, главным образом, единому отцу богов и людей, Богу Громовержцу, имеющему трон свой над Везувием, у которого цари-понтификсы получали свое посвящение.

При Константине Великом (306–337, с него списаны истории Ромула, императора Октавиана и библейского царя Иеровоама) духовенство, в которое обратились привычные людям местные маги и колдуны, освобождалось от несения государственных повинностей, их поселения могли получать земли в дар или по завещанию, над ними назначались наблюдатели – епископы, которым даны были права судей не только над духовенством, но и над светскими людьми. Так власть получила поддержку и народа, и духовенства.

Почти одновременно, уже в IV веке, начало складываться первичное (раннее) мессианское христианство как понятие о Сыне Божием, посланнике Его, или Мессии. У языческого божка не могло быть сына или посланника! Только общая вера в единого и единственного Господа могла вызвать веру в Христа.

Христов, Назареев было немало, ведь это просто значит «посвященный». Особое место среди них занял Великий Царь (Василий Великий), спасшийся от казни, которая сопровождалась лунным затмением и землетрясением.

После его смерти и появления Апокалипсиса (395 год) началась эпоха пророчеств, эпоха апокалиптического христианства.

Смерть Христа разделила мессианских христиан. Одни в нем разочаровались и не признавали в нем Сына Божьего (в основном те, кто видел его последний путь и погребение в Египте), другие продолжали верить и ждать скорого возвращения Мессии для устранения несправедливости в мире.

Были такие, кто считал, что он не умер, а скрывается где-то до поры; и такие, кто полагал, что загробный мир – поле его деятельности после смерти, и он там наводит порядок.

Помимо официальной арианской церкви появился целый набор сект мессианского толка, ожидающих Мессию-Спасителя и не верящих, что он уже приходил (у евангелистов они названы фарисеями). Они не просто ждали Мессию, а надеялись, что он сурово накажет власти предержащие за отход от Божеских заветов. Разумеется, такая позиция властям не нравилась!

Секты христиан-мессианцев скрывались в уединенных местах, их преследовали, выселяли в пустынные места – проповедуй, дескать, воронам!

Были и другие мессианцы, не христиане, они называли себя иудействующими (богославцами). В споре с арианами они объявили, что их вера существовала задолго до Ария (умер в 336), а потому более правильная.

«… И злословие от тех, которые говорят о себе, что они Иудеи, а они не таковы, но – сборище сатанинское» (Апокалипсис, 2.9, традиционный перевод). Здесь христианский святой Иоанн говорит о движении иудеев-БОГОСЛАВЦЕВ, о том, что они взяли название себе как славящие Бога, но этого названия не заслуживают, потому что он СЕБЯ и своих единоверцев считает истинными богославцами, иудеями.

Иначе говоря, известные нам легенды о преследовании ранних христиан язычниками рассказывают на самом деле о том, как правившая тогда арианская церковь и государство гнали сторонников христианства, которые верили, что Христос УЖЕ приходил и придет вновь, а также о том, как ариане и христиане ВМЕСТЕ преследовали секту иудеев, которые не верили в уже произошедшее пришествие. Они видели смерть Василия Великого и не признавали его божественной сути, но верили в грядущее пришествие Мессии (они и сейчас его ждут).

Так арианство разделилось, а позже, в VII веке, когда ариане агрянского толка (мусульмане) начали выводить свою веру из событий, происшедших в Мекке, разделилось еще раз.

Известно, что иногда одно слово имеет несколько разных значений, а иногда несколько слов означают одно и то же. Со временем значение и понимание слов изменяются, и появляются легенды самого нелепого толка. Так получилось и с названиями верований. Ни одно утверждение о столь давних событиях, приведенное в исторических книгах (в том числе в этой), нельзя воспринимать как полную, непреложную и окончательную истину. В этом деле всегда возможны открытия.

Если даже ДАТЫ событий перевраны традиционной историей, и не единожды, то что уж говорить о СУТИ этих событий!

Культура (и вера) имеет свойство распространяться из более культурных мест в менее культурные, но там она не воспринимается адекватно, потому что для нее нет основы. Поэтому идеи на периферии сильно изменяются, а потом возвращаются обратно. А в любом, даже самом культурном обществе есть люди с разным уровнем развития, в том числе с развитием, отстающим от общего. Вот именно они склонны хорошо воспринимать обратное поступление искаженных идей. Возвратный поток может захлестнуть и сам центр, заставляя его эволюционировать весьма своеобразно.

Пример этому – возникновение огромного количества сект (более шестисот) на раннем этапе христианства (впрочем, отметим, что этот процесс и сейчас идет).

Крупная секта хилиастов (тысячелетников, по-гречески) считала, что скоро наступит царствие Мессии и продлится тысячу лет.

Секта яковитов проповедовала, что Христос и есть сам Бог.

Секта несториан, в противоположность им, полагала Христа человеком, в котором Бог лишь «нравственно обитал». Христос не Богочеловек, а Богоносец, и мать его не Богородица, а Христородица. Несториане ждали возвращения Христа для наведения порядка в земных делах, как исполнителя божественной воли, наделенного сверхъестественной силой. Эта секта, осужденная в центре империи, расцвела пышным цветом в Персии, Аравии, Индии и Китае. (Высланные из империи, несториане принесли в восточные страны идею Христа, став браминами новой веры, которая здесь развилась в кришнаитство; и вот сегодня мы наблюдаем, как христианство, переработанное на периферии, возвратно ударило по Европе под своим другим именем.)

Николаиты (колдуны), получая «подпитку» от самых темных слоев населения, то возвышались, то уходили в тень, но до сих пор не исчезли, в том числе с телеэкранов. Вот что пишет о них Иоанн, обращаясь к ангелу (лектору-проповеднику) Пергамской церкви от лица Иисуса:

«Но имею немного против тебя, потому что есть у тебя там держащиеся учения Валаама, который научил Валака ввести в соблазн сынов Израилевых, чтобы они ели идоложертвенное и любодействовали. Так и у тебя есть держащиеся учения Николаитов, которое Я ненавижу. Покайся; а если не так, скоро приду к тебе и сражусь с ними мечом уст Моих» (Апокалипсис, 2, 14–16). Упомянутые сыны Израилевы – вовсе не евреи Израиля,[16] и не иудеи, как можно подумать, а сторонники богоборства, борьбы с идолами николаитов.

Ефтихиане – блаженцы, монофизиты (как и несториане), то есть признающие какую-то одну сущность Христа: либо божественную, либо человеческую. В отличие от несториан считали Христа Богом.

Манихеи-буддисты («мане» по-персидски дух; манихеи – духовные люди). Традиционно считается, что секта возникла в 270 году. Если же считать годы не по эре «от Рождества Христова», а по эре Диоклетиана, которая начинается в 284 году, то время основания секты манихеев – VI век н. э. Основоположником считают сарацинского торговца Скифана, который, разбогатев на торговле с Индией, поселился в Александрии и, занявшись философией, создал свою собственную религиозную систему.

После его смерти проповедовать учение стал его слуга Терпентин. Предположив, что достигнет успеха в Персии, он переехал в эту страну и принял имя Будды. По нашему мнению, современный буддизм Персии, Индии и Китая – это ветвь христианства, прошедшего через манихейство и дополненного местными языческими верованиями. (О буддизме мы более подробно поговорим в следующих главах этой книги.)

В 590 году эпидемию чумы в Италии не смогли остановить обращения ни к Богу, ни к Его Сыну. Но после процессии в честь Небесной Девы чума пошла на убыль… И у верующих появился новый защитник, Небесная Дева. А синтез мессианского христианства с культом Девы и появившимися вскоре первыми Евангелиями привел к возникновению евангельского христианства.

622 год – обособление агрянства (раннего мусульманства).

Власть в империи держалась на общем признании того факта, что дается она от Бога в религиозном центре мира в Италии. Появление нового центра поклонения в Мекке должно было привести к появлению и второго правителя, власть которого столь же божественна и законна, как и власть базилевса империи. Им стал наместник Бога – халиф.

Первоначально оба верования были арианскими. Это подобно двум приходам, один из которых Святой Троицы, а другой – Николая Чудотворца. Оба православные, но храмы посвящены разным событиям, а потому и названия разные. Если бы два эти прихода решили выяснить, какой из них главнее, то спорили бы не об основах веры, а, например, о количестве прихожан, величине храма. Вот и между двумя религиозными центрами, арианским и агрянским, сначала не было разногласий, хотя правители государств, конечно же, решали свои проблемы с помощью армии.

Только в 680 году византийская церковь объявила агрянство ересью. Но еще и в Х веке отношения двух ветвей одной религии были не просто мирными, а дружескими. Чтобы оценить их, прочтите отрывок из письма греческого патриарха Николая Мистика к критскому эмиру (915 год; цитируется по книге Н. А. Морозова «Христос», том 6):

«Преславному, знаменитейшему и возлюбленному эмиру Крита (пишет мусульманину! православный! патриарх).

Всякая земная власть и началие, друг мой, зависят от началия и власти свыше, и нет среди людей ни одного властителя, держащего на земле власть собственной мудростью, если владыка на небесах, царь и единый властитель, не согласится на его власть…

Две власти, сарацинская и римская, превосходят всю власть на земле и блистают, как два великих светила на тверди небесной. И уже по одному этому нам нужно относиться друг к другу общительно и по-братски, и из-за того, что мы разделены образом жизни, нравами и религией, не следует вполне чуждаться друг друга…».

При Махмуде Газни (998-1030) агрянство преобразовалось в мусульманство. Принял окончательный вид Коран… И лишь в 1180 году, при императоре Мануиле Комнине и патриархе Феодосии, эта религия была отлучена от византийской церкви.

Почему же понадобилось ждать более полутысячи лет? Предположив, что на самом деле основал мусульманство Махмуд Газни (Завоеватель), объединивший под своим «единобожническим флагом» многие страны, Н. А. Морозов пишет:

«Выход из затруднения, и самый естественный, будет тот, что магометанство и возникло из арианства лишь незадолго до своего отлучения, и это поразительно совпадает с некоторыми историческими фактами».

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Не менее поразительно, что по «синусоиде Жабинского» события VII века (пророк Мухаммед, линия № 3) совпадают с событиями XI века (Махмуд Газни, линия № 3). Отлучение же магометанства от византийской церкви произошло в XII веке (линия № 4).

При этом, надо заметить, сам император возражал против проекта анафемы «Магометову богу», написав собору в Скутари:

«Я был бы неблагодарен и безрассуден, если бы не воздал моему богу, владыке и царю всяческих, хоть самую малую честь за все те благодеяния, которые я от него получил, употребив все старания для того, чтобы его – истинного бога – не подвергали анафеме».

То есть и в XII веке византийские императоры считали, что у них и у мусульман один Бог! Может ли это быть, ведь от VII до XII века религии должны были очень сильно разойтись!

Архиереи мнению своего императора не вняли. Понадобились долгие личные объяснения между ним и патриархом, прежде была выработали компромиссную редакцию документа, вообще не упоминающую Бога: «Отлучение Магомету и всему его учению и всем его последователям».

Итак, до XII века мусульманство считалось только ересью, ответвлением общей веры в Бога.

Необходимо отметить, что арианское исламство, называвшееся в средние века агрянством, исмаэлитством или сарацинством, поначалу практически ничем не отличалось и от иудейства. И так было вплоть до кануна Крестовых походов, когда в Европе распространились Евангелия, а в агрянских странах Коран, принесшие в мир вместо всеобщего братства всеобщий раздор, меч крестоносца и джихад.

Несколько ранее, в 717–802 годах, проходило очередное иконоборчество на востоке Византийской империи, временно разделившее церкви Византии и Италии. С этого времени началось формирование православной и латинской церквей.

Этому послужила и причина личного характера: когда во второй половине IX века на патриарший престол в Царьграде претендовали два кандидата, римский понтифик-максимум (еще не папа) вмешался, поддержав одного из них, и не угадал. Новый византийский патриарх предал римского деятеля анафеме, обосновав свое решение тем, что латиняне безосновательно признают Святой Дух исходящим не только от Бога Отца, но и от Сына. Римский деятель в долгу не остался и предал анафеме патриарха.

Случилось это в 867 году, но то не было первой попыткой латинян добиться самостоятельности и заявить свое превосходство, поскольку уже в 800 году Рим короновал императорской короной Карла Великого, который стал первым романским императором, политическим руководителем Западной Римской империи.

При нем, кстати, произошел перенос выходного дня с субботы, как того требует Ветхий Завет, на воскресенье. Казалось бы, какая разница? Но так была проведена четкая граница между мессианцами (первичными евреями всех народов) и евангельскими христианами. Акция Карла стала первым звеном в цепи событий, приведших к так называемому «освобождению Испании» и гонениям на евреев.

Итак, в VII–X веках были написаны и стали достаточно широко известны все Евангелия и Деяния апостолов, в IX–X приняли канонический вид еврейское Пятикнижие и Ветхий Завет, в ХI веке – Коран. Религиозный мир встал на грань нового разлома.

Летом 1054 года послы из Рима, понтификальные легаты, положили на алтарь храма Софии в Царьграде грамоту, в которой патриарху «Михаилу и сообщникам его, пребывающим в заблуждениях и предерзостях», провозглашалась «анафема вместе со всеми еретиками, купно с диаволом и ангелами его». Михаил в ответ на это созвал собор, на котором была произнесена анафема римским легатам и соприкосновенным с ними лицам, пришедшим в «богохранимый град подобно грому, или буре, или, лучше, подобно диким кабанам, чтобы низвергнуть истину».

Так произошло окончательное отпадение западной христианской церкви от восточной. Вскоре начались Крестовые походы.

Иоанн IV, женщина из Англии

7 июля 855 года престол Св. Петра в Риме заняла Джованна, дочь англосакса, родившаяся в городе Ингельгейме. Она изучала науки в школах Майница и Афин и постигла все, что доступно было современному знанию. Приехав в Рим, получила профессуру в школе Св. Марии.

Римские философы и кардиналы были совершенно очарованы ею! Очень скоро она стала считаться чудом Рима. И она действительно была незаурядной личностью, судя по тому, что после смерти Льва IV заняла его место.

В IX веке занятие женщиной должности понтифика было событием, выходящим из всяких рамок, но не потому, что заняла она именно ЭТУ должность, а потому, что общее отношение к женщине было как к человеку второго сорта.

Примерно в это же время и в Византии правили женщины, сестры Зоя и Феодора. Вот, наверное, тот момент истории, когда мужчинам (в том числе духовным лицам) стало неудобно содержать гаремы.

Конец жизни Джованны был печальным. Во время одной из процессий, между Колизеем и церковью Св. Климента, у нее начались родовые схватки, она родила мальчика и вскоре после этого умерла.

Ее портрет более семисот лет висел потом в Сиенском соборе среди портретов Римских пап с надписью «Иоанн IV, женщина из Англии». Статуя чудесной девушки с понтификальной короной на голове и с ребенком на руках была установлена в Риме…

Однако наступило время, когда существование «папессы» – а вернее, понтификессы, стало мешать церковным представлениям об истории. Что делать? Историю начали корректировать.

Статую Джованны убрали в XVI веке по распоряжению папы Сикста V. В XVII веке папа Климент VIII велел замазать ее портрет и заменить изображением папы Захария. Память о ней уничтожали и дальше, была пущена официальная версия, что Джованна обманщица, скрывшая омерзительную правду под мужским платьем, и обман ее вскрылся только при внезапных родах.

Пусть Бог судит, кто здесь обманщик.

Нам же эта история совершенно ясно показывает, что папство, возникшее в XI веке, и понтификат, державший религиозную власть до этого, – совершенно разные вещи.

Сохранение папством преемственности нумерации высших религиозных лиц, ведшейся до XI века, это попытка удревнить историю католической Романской империи.

Именно в XVI–XVII веках, когда стиралась память о Джованне, создалась и традиционная хронология, причем создавалась она в рамках Римской церкви и под ее контролем. Почти все знаменитые хронологи, глубоко верующие люди, занимали к тому же церковные посты. Скалигер был богословом, Петавиус – иезуитом и богословом, основатель палеографии Тишендорф – доктором теологии и так далее. И разумеется, при составлении хронологии ученые учитывали интересы религии. Даже астрономический метод датировки Скалигер и Петавиус применяли отнюдь не для проверки, а для подтверждения церковной хронологии.

Теперь смотрите, что получается. Время жизни и деятельности Христа установлено трудами католических хронологов на начало первого века. Собственно, с Христа летоисчисление и начинается. Согласно Евангелиям, Иисус благословил апостола Петра на создание церкви, и Петр церковь создал. Какую? Разумеется, единственно верную, католическую.

Такая хронология была на руку средневековым руководителям евангельских христиан, поскольку освобождала «место» для католичества, начиная с I века н. э. У них и сложилась история, в которой Римская империя существует от Ромула, христианство – с I века, а Византийская империя превращается в осколок империи Римской.

И, как оказалось в дальнейшем, даже не надо фальсифицировать документы! Достаточно сказать, что документы БЫЛИ. Ф. Грегоровиус, полностью уверенный в истинности традиционной хронологии, сокрушается: «В папском архиве сохранялось бесчисленное множество церковных актов и регисты или папские письма… Утрата этих сокровищ, погибших бесследно в XII и XIII веках, привела к тому, что в наших сведениях о том времени появился крупный и неизгладимый пробел».

Между тем факты (в том числе история с Джованной) противоречат такой хронологии. Что делать с фактами? Или буквально замазать, как замазали портрет Джованны, или «выдавить» их во времена, предшествовавшие традиционной дате рождения Иисуса, что и было сделано.

Ведь христианский культ даже в XI веке не совпадал с современным, выросшим из Евангелий (которые в ТЕ времена не везде еще были известны), но зато изумительно совпадал с тем, который ныне считается языческим, «древним», вакхическим или античным культом.

Ритуал христианско-вакхических богослужений включал в себя вакханалии и оргии в их прямом значении и исполнении (по сравнению с которым наша современная «свободная любовь» – просто школьный утренник). Бороться с таким ритуалом в силу его очевидной привлекательности было, ой, как непросто… Заметим, что речь не идет о разврате как таковом, а только лишь о религиозном обряде, способствующем достижению высшего экстаза при богослужении.

Такая обрядность была отражена и в архитектуре; церковные стены, для удобства, снабжались каменными фаллосами и прочими подобными украшениями. Вот что писал об этом ученый Шампфлери в XIX веке: «На стенах зал некоторых старинных христианских храмов мы с удивлением видим изображения половых органов человека, которые угодливо выставлены напоказ среди предметов, назначенных для богослужения. Как будто эхо античного символизма, такие порнографические скульптуры в храмах с удивительной невинностью высечены каменотесами…

Бордоский ученый-археолог Лео Друэн показывал мне курьезные образчики бесстыдных скульптур, выставленных напоказ в старинных церквах его провинции, которые он скрывает в глубине своих папок! Но такой избыток стыдливости лишает нас важных научных знаний. Новейшие историки, умалчивая о христианских изображениях половых органов в некоторых помещениях старинных храмов, набрасывают покрывало на мысль того, кто хотел бы сопоставить памятники классической древности с памятниками Средних веков».

Реформы ХI-ХII веков объявили оргаистический ритуал дьявольщиной, а религиозные вакханалии – шабашами ведьм (верхом на палке), и все равно церкви понадобились десятилетия упорного труда, чтобы вытравить все это из памяти людей. В 1212 году Парижский собор издал запрет на оргии, предупреждая паству: «От безумных праздников, где принимают фаллус, повсюду воздерживаться, и это мы тем сильнее запрещаем монахам и монашенкам». В 1430 году на религиозные «безумные праздники» пришлось издавать запрет во Франции. В 1559 году подобный запрет приняла обновленческая церковь!

Борьба со старым вакхическим обрядом была долгой и бескомпромиссной. Спустя столетия люди, читая о мрачной деятельности Святой инквизиции, ужасаются: надо же, какое немыслимое количество невинных женщин сожгли на кострах эти церковные фанатики, объявляя их ведьмами!

Мы-то знаем, что ведьм не бывает.

… Отзвуки церковной реформы, касающейся запретов на вакханалии, можно найти в местностях, весьма удаленных от Рима и Парижа. Так, в России существовал праздник Ивановой ночи накануне дня Ивана Купалы. В XV веке он был объявлен языческим, вместе со всеми присущими ему вакхическими обрядами. Но имя Иван – это измененное имя Иоанн. А кто он, этот Иоанн? Он КУПАЛА, тот, кто окунает в купель, то есть Креститель.

Об этом сообщают энциклопедии, добавляя далее: «Некоторые из обрядов Ивановой ночи приближаются к обрядности умирающего и воскресающего бога растительности в религиях античного мира».

Не очевидно ли, что религии «античного мира», славянский «языческий бог Иван» и раннее христианство суть одна религия, размазанная стараниями хронологов по шкале времени?

Сын Бога, Дионис

«Античная» эллинская система богов не только не противоречит первичному христианству, но и выросла из него или, вернее, совместно с ним. Первая попытка провозглашения единобожия, явленная в Библии («Аз есмь Господь Бог твой, да не будет тебе богов иных, разне меня», осталась лишь попыткой, она позволила провозгласить специального Бога богов, не более.

Лишь преемники пророка Мухаммеда добились успеха, действительно установив единобожие со своим знаменитым «Нет Бога, кроме Бога, а Мухаммед пророк его». С этим лозунгом они до начала Крестовых походов, громили статуи и прочие изображения богов. Крестоносцы пытались остановить их идеологическое наступление, ведь христиане сохранили в своей религиозной традиции «иных богов» и их изображения: статуи Спасителя и Пречистой Девы (у католиков), живописные изображения (иконы) Бога Отца (Зевса-Юпитера), Бога-Сына (Аполлона-Диониса-Иисуса) и его матери Пречистой Девы. Остальные боги и полубоги были преобразованы в ангелов, демонов, невест христовых (нимф) и святых разных разрядов.

Именно такую систему мы видим в повествованиях классических писателей. Например, в книге Фукидида мы находим, кроме поклонения Богу Отцу, также поклонение Его сыну, под именами Аполлона и Диониса (Феба по Гомеру), его братьям и сестрам и даже иностранным отображениям вроде Бахуса,[17] а в Латоне, Лете и Семеле можно узнать обожествленную деву Марию. Фукидид приводит один из гимнов Богу Сыну, цитируя Гомера:

Радостью, Феб, ты нигде так не тешишься, как здесь на Делосе.

Там, где по стогнам твоим ионияне в длинных рубашках

Вместе с детьми и супругами славят тебя всенародно,

Боем кулачным, и песней, и пляской твой дух развлекая

В дни, когда В ПАМЯТЬ ТВОЮ совершают священные игры.

Легко увидеть, что для «древних греков» явление Мессии лежит в прошлом, как и для христиан. Дата жизни Гомера не установлена окончательно, но мы, принимая самую распространенную версию – что он жил в VIII веке до н. э., обнаруживаем, что по «синусоиде Жабинского» этот век находится на линии № 2 и соответствует Х веку реальной истории. Это – канун крестовых походов.

Во времена этих походов и владычества латинян над Грецией папа католиков со всей курией кочевал между Римом и Авиньоном; Европу раздирали межгосударственные противоречия; Италия была разделена на десятки монархий и республик; связь и транспорт не были развиты в достаточной степени. Ничего нет удивительного, что в Греции того времени мы видим систему христианства, сходную с «античной», но не видим позднейшей теологической софистики, заявляющей, что Бог Отец и Бог Сын – не два отдельных бога, а один и тот же, сам себе отец и сын через Божественную деву.

Развитие христианства застыло тут на стадии, предшествовавшей Крестовым походам. В целом же античная теология, изображенная Фукидидом (V век до н. э., линия № 5, реальный XIII век), отличается от современного христианства лишь вариацией имен и некоторых терминов. Многих классических богов можно легко узнать в различных архангелах католической и православной церквей. Мало того, теологи того времени прямо связывали рождение Иисуса Христа с именами Хроноса, Зевса, Геры, Реи, как это, например, сделано в «Сказании Афродитиана», очень популярном с конца XIV и до середины ХVI веков, в том числе на Руси. Лишь позже христианство отвергло свои «древнегреческие» корни.

Посмотрите, с какой яростью отзывается об античных богах инок Максим Грек, творивший в XVI веке! Они явно его современники, а ведь по традиционным представлениям промчалось полторы тысячи лет после их исчезновения с исторической карты:

«И аще сия сице, убо Христос не от Девы, но от блудницы Иры (Геры) и от корене Кроноса, и Реы, и Зевса бесовъ, а не от корене сочтется Авраамля, Иессея и Давида праведныхъ. Который же слух християньскый, аще воистину по Бозе благочествуетъ, кротце понесет слышать Христа от род глаголемаго Крону и Зевса, и Иры бесов, а не Аврааму, и Иесею, и Давиду праведных?… Ирою бо самую Деву Марию образовательне знаменуютъ. Оле нечестиа и безумия вкупе!»

Римский папа, русский царь

В XI веке Византия, оставаясь эталоном роскоши, теряла возможность влиять на кадровую политику в Риме. Понтификсов короновал император Романской (Римской) империи, немец. Однако по-прежнему римская знать, завидуя Византии и подражая ей, вся говорила на греческом языке, в большой моде было брать учителей-греков. В Риме велось активное строительство зданий и памятников (считающихся ныне классическими), был построен цирк Колизей, ставший ареной ожесточенных церковных баталий. К этому времени Рим, окрепший как культовый центр Западной Римской империи, уже несколько раз пытался претендовать не только на религиозное, но и на политическое господство, но увы! По своему географическому положению быть центром огромной империи он не мог.

Незадолго до этого (в Х веке) в Испании был создан Ветхий Завет в его канонической форме. В предшествовавшие века появились тексты всех Евангелий. Споры между христианами различных фракций велись повсеместно, а обилие спорщиков привело и к «изобилию» церковных администраторов. Был момент, когда в Риме имели резиденцию сразу три великих понтифика! И каждый считал себя истинным владыкой. Светские римляне, желая прекратить нестабильность и раздробленность, обратились к цезарю (кайзеру) Германии Генриху III, прося его навести порядок. Кайзер дважды назначал понтификов, но смута продолжалась.

Страсти подогревались еще и природными катаклизмами: Везувий, возобновивший свою вулканическую деятельность, грохотал с 1036 по 1049 год, и лава доходила до самого моря. А тут еще комета (1049 год), прошедшая через голову Овна, 114 дней пугала богобоязненных граждан.

Это можно было толковать только как гнев Бога.

В феврале 1049 года из Германии прибыл очередной понтифик, Бруно, и принес на время мир и спокойствие.

Он вошел в Рим босым, с небольшой свитой, среди которой был будущий реформатор церкви Григорий Гильдебранд. Читая молитвы, Бруно прошел к храму Петра и объявил, что займет свой престол лишь тогда, когда будет избран по каноническому правилу. Считается, что поступить так ему посоветовал Гильдебранд, приближенный к понтифику еще во Франкфурте.

Поведение Бруно вызвало симпатию народа, и он был избран под именем Льва IX. Встав на путь популизма, он не мог остановиться, и начал борьбу с внебрачным сожительством духовенства и симонией (продажей церковных должностей), но быстро понял, что победа над развратом оставит его без подчиненных, и ограничился увольнением лишь наиболее безнравственных епископов и клерикалов. Однажды, ввязавшись в мелкую войну и потерпев поражение, Лев потерял авторитет. Одни не простили ему военных неудач, другие считали, что пастырю пристало не войны вести, а бороться с греховностью с помощью христианской проповеди. Sic transit gloria mundi!

19 апреля 1054 года Лев IX скончался, и в том же году византийская церковь перестала считать римских понтификов своими единоверцами. В 1056 году умер и Генрих III. В церковной жизни Рима начался откат назад: епископы предавались «языческим» оргиям, а монахи-анахореты проводили дни в молитвах. При следующих понтификах (Стефане IX, Николае II, Александре II) церковь разбилась на два лагеря, один из которых возглавил Григорий Гильдебранд.

Он разработал новый закон по избранию понтификса, согласно которому светские власти от выборов отстранялись вовсе, а допускались к ним лишь церковники. Сторонники этого закона получили название патеров, то есть отцов. Понтифик должен был стать папой.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Григорий VII Гильдебранд, основатель папства и монашеского духовенства в Риме.

В течение десяти лет шла непримиримая борьба между полуязыческим понтификатом и монашеским папством, опирающимся на Евангелия и Апокалипсис. С трудом победа доставалась обновленцам. Перелом произошел в 1073 году, когда при шумном восторге толпы на престол был избран Григорий VII Гильдебранд.

Он получил, наконец, возможность проводить реформы сам, от своего имени. Впрочем, к должности он не приступал, пока не состоялось его утверждение императором Генрихом IV. (Тем самым он как бы «перевернул» ситуацию с Бруно который назначенный императором, требовал еще и избрания).

Историк Ф. Грегоровиус так характеризовал этого деятеля:

«Григорий впервые внес в церковь дух цезаризма. Эта, как ему казалось, совершенная система должна была соединить в себе все другие политические формы: демократическую, аристократическую и монархическую, но на деле вышло иное. Зависимость всего от воли отдельного лица и сосредоточение всей догматической власти в руках одной касты не могли не породить всего зла, к которому обыкновенно приводят произвол и деспотизм».

При нем Римская церковь присвоила себе множество прав, зачастую очень курьезных. Так, Григорий считал себя государем Руси, потому что какой-то выгнанный из Новгорода князь, посетивший Рим, объявил свою страну ленным владением Ватикана. Он также полагал себя государем Венгрии, ибо предыдущий император Германии, покорив Венгрию, принес в дар базилике Св. Петра государственное копье и корону этой страны. Вступив на престол, папа немедленно послал кардиналов в Испанию, Корсику, Сардинию, Скандинавию, Польшу, Англию, совершенно серьезно считая их своей собственностью.

Высокомерное отношение к царям, желание выступить в поход на Восток – откуда столь невероятное поведение? Причина, конечно же, кроется в книгах Нового Завета. Власть Христом завещана Св. Петру, папа – наместник этого апостола, а потому его власть выше власти любого земного владыки.

Евангелия стали широко известны накануне XI века и никаких дат в них нет. Датировка евангельских событий была выполнена значительно позже, после создания сквозной шкалы времени Скалигером и Петавиусом, после расчета даты рождения Иисуса, то есть через полтысячи лет после Григория!

Конечно, при Григории VII распятие Спасителя воспринималось как событие, происшедшее недавно. Только этим объясняется энтузиазм крестоносцев, которые через двадцать лет после избрания Григория на папский престол ринулись освобождать Гроб Господень, хотя, по современным представлениям, со своим подвигом они немного запоздали – на тысячу лет.

Поверив в свою силу, папа ввел в действие давно разработанную им реформу, объявив светскую власть лишенной права инвеституры в отношении духовенства. Он выбил тем самым один из главных рычагов власти у романского (германского) императора Генриха IV. Церковная инвеститура включала в себя два акта: назначение и утверждение духовного лица в должности и сане (с вручением кольца и посоха) и передачу ему церковных земель (с вручением скипетра).

Григорий полагал, что оба акта должны осуществляться папой, то есть им самим, потому что он тут самый главный. Генрих имел другое мнение, ему реформы были вообще ни к чему. Так они оба и стояли на принципе: «одно из двух: или по-моему, или одно из двух» (Л. В. Плигин).

Только в 1122 году, когда этих владык уже не было на свете, церковные и светские власти достигли компромисса: короли Англии и Франции отказались от инвеституры кольцом и посохом, сохранив за собой передачу скипетра в своих странах; за германским же императором оставался еще и формальный акт передачи земель кандидатам при выборе духовных лиц Италии.

Но Григорий VII и Генрих IV компромисса не нашли. Генрих, в свое время утвердивший Григория в должности, направил ему указ о смещении с нее. Григорий не только не выполнил указ, но, в свою очередь, отлучил императора от церкви и объявил низложенным с трона.

Это был сильный удар! От Генриха сразу отвернулись все германские бароны, ведь он уже не помазанник Божий!

Смиренный император тут же поехал в Рим, явился к замку Каносса, резиденции папы, и три дня в одежде кающегося грешника, зимой, босым простоял у ворот (отсюда взялось известное выражение «Идти в Каноссу», то есть согласиться на унизительную капитуляцию). Папа снял с Генриха отлучение и вернул трон. А Генрих, вернувшись домой, тут же накатал новый указ о смещении папы.

А папа снова отлучил его от церкви.

Но этого уже никто не воспринял всерьез. Отлучить человека от церкви, так же как и повесить, можно только один раз. Генрих, надо сказать, подвергался папским отлучениям и преемниками Григория, после его смерти.

Вопрос никак не разрешался. Генрих пытался назначить «антипапу» Климента III, а Григорий способствовал избранию нового германского короля Рудольфа.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Император Генрих IV и его «антипапа» Климент III.

Изгнание папы Григория VII.

Григорий VII в изгнании, окруженный кардиналами.

Смерть Григория VII. Вокруг миниатюр три стиха: «Тут раскол. Является новый папа при жизни прежнего. Изгнанный проклинает духовенство и беснующегося короля. Здесь изгнанный покоряется закону изменчивого мира». (Миниатюры из рукописи XII века).


В 1084 году император собрал армию, взял Рим и разграбил его. Это тоже был сильный ход в их противостоянии! Папа бежал и обратился за помощью к норманнам, к тому времени захватившим Сицилию; те, конечно, откликнулись на зов и разграбили Рим еще раз.

Мы не думаем, что горожане остались довольны. Во всяком случае, папа вернуться в свою резиденцию не решился. Умер он в Салерно 25 мая 1085 года. Его последние слова: «Я любил справедливость и ненавидел неправду и за это умираю в изгнании».

XI век не просто разделил католичество, православие и мусульманство, он привел к вооруженному противостоянию религий.

С 1096 года началась эпоха Крестовых походов.

Бог един ДЛЯ ВСЕХ живущих на Земле (впрочем, он един для живущих на всех планетах во всей Вселенной). Но вот уже несколько столетий люди убивают друг друга «во имя Бога», как будто придуманный ими религиозный канон той или иной конфессии Ему милее, чем жизни людей…

Всякая всячина

Н. А. Морозов писал:

«Общежития христиан – монастыри объединяли вовсе не религиозных фанатиков, а ученых, звездочетов. Монастырь (мон-астр) – место для наблюдения и расчета движения звезд.

Изменение функций монастырей отразилось в эволюции их названий в разных странах. Англия: первое название mon-astery, далее friary, по-видимому, от французского frere (брат), потом convent (собрание); cloister (место затворничества, заточения). Франция: mon-aster, le couvent (убежище), cloitre (затворничество). Германия: kloster, Италия: mon-astro; couvento».

«Насельники монастырей были не таковы, какими знаем мы их сейчас. В Англии в Х веке монастыри были заняты женатыми монахами. Религиозные должности передавались по наследству. Даже в XI веке клерикалы Англии, Шотландии и Ирландии продолжали жить брачной жизнью».

«Современные однополые монастыри есть перерождение первичных двуполых монастерионов, которые в период достаточного сгущения населения и появления достаточно удобных путей сообщения должны были образоваться около «чудотворных мест».

«Поселившиеся около них кудесники, несомненно, еще в дохристианский период жившие вместе со своими многими женами и детьми, быстро размножались, обильно питаясь и хорошо одеваясь благодаря жертвенным приношениям окружающего суеверного населения.

Самый способ существования от приношений, которые делались не лично тому или другому из поселившихся чудесников, а воображаемому богу этого места, делал неизбежным постоянное распределение получаемого дохода между всеми членами чудотворного поселка, то есть приводил к коммуне. Получилась такая дилемма: или 1) весь поселок должен был распасться на отдельные семьи, что было невозможно при общем источнике питания от стола местного бога; или 2) перейти к коммунальному браку, что, по-видимому, и сделалось в начале Средних веков, превратив такие поселки в места свиданий и для посторонней публики, содержащей их своими приношениями, причем мужская часть превратилась, как говорится в Библии, в кадешей, то есть, как выражается Штейнберг в своем еврейско-халдейском словаре, «обреченных на распутство путем посвящения (очевидно, с приходящими к святилищу женщинами) в честь Богини любви».

«Я скажу, между прочим, что от этого же слова КАДЕШ происходит и русское КУДЕСНИК или ЧУДЕСНИК, одно из занятий которого – предсказание будущего… Но тут чудесник изображен только в смысле пророка, а венерические занятия его оставлены в тени.

По-гречески слово КАДЕШ переводится в Библии словом ПОРНОС, от которого происходит и международный термин порнография, что достаточно характеризует его значение. В славянском и русском переводе Библии вместо этого слова везде читаем БЛУДНИК, в латинских – scortator, профессиональный прелюбодей, во французском – prostitue, проститут, в немецком – Hurer, в английском – fornicator, в испанском – fornicario, в итальянском – prostituto. Везде в смысле профессионального культового блудодея».

…С ХI века разгорелась и стала очень заметной борьба за чистоту нравов, укрепление семьи, моногамию, те или иные ограничения в брачной жизни священнослужителей разных конфессий. В чем причина? Откуда такой интерес к интимной жизни духовных пастырей?

А причина проста: эпидемия венерических заболеваний, поразившая цивилизованные страны. (Сейчас, при разгуле СПИДа, мы можем это понять.) Способов излечения сифилиса тогда еще не было, а пастор с проваленным носом, согласитесь, производит дьявольское впечатление. Спасение от такой напасти видели только во внедрении в обиход различных ограничений в сексуальной жизни населения.

Вопрос же, когда в Европе установилась моногамия, совершенно неясен.

Театр – слово божественное

Учебники утверждают, что «истоки современного европейского театра прослеживаются в Древней Греции: театр родился из сельских праздников в честь бога Диониса.[18] В Афинах этот праздник превратился в более официальное праздничное действо, известное как Великие, или Городские, Дионисии. Ежегодно к этому празднику поэты сочиняли песни, их исполнял хор». В Риме эти праздники назывались вакханалиями.

Слово театр (teatrum) историки-лингвисты производят от греческого теама, зрелище, но вот какая странность: «теама» как зрелище относится в греческом языке только к театральным представлениям, обычное же зрелище называется опсис и эйдес. Так что, скорее всего, не «театр» произошел от «теамы», а наоборот.

На самом деле, полагаем, название театр есть сокращенное тео-атриум, то есть преддверие богов; комедия (коме-диа) – шествие богу; трагедия (траге-диа) – жертва богу. Таково мнение Н. А. Морозова. Историки же слово «трагедия» производят от греческих слов, означающих в переводе «песнь козла». Возможно и так, но нельзя забывать, что козла приносили в жертву в новомесячия и в годовые праздники за грехи народа, (см. Числа, XXVIII, 22, 30).

Церковная служба и театральные представления – две ветви культуры, выросшие из одного и того же корня, причем церковные представления, конечно, предшествовали светским.

И ныне на церковную «сцену» выходят только священник и дьякон. Их разговоры не сложны, им содействует хор на клиросе. А каков первоначальный «античный» театр? Зрительные места, обязательный жертвенник (алтарь), хор и сцена, на которую выходят один или два актера, читающие божественные тексты в сопровождении хора. Как далеко ушли от этого и сложный античный, и современный светский театры, где на сцене действует множество актеров!

Мы не признаем разновременности сложного античного и средневекового светского театров, это один и тот же пласт культуры. Античный театр – мираж, отражение в древности театра эпохи Возрождения или ее кануна.

Драматизированное Евангелие, библейские сюжеты служили основой развития религиозных мистерий как одной из ветвей театрального творчества. «Трагедии в придворном театре царя Алексея Михайловича конца XVII века не ставились, в комедиях (драмах, действах, действиях) выводились одни и те же персонажи: боги, библейские герои, отвлеченные понятия: Мудрость, Вражда, Любовь», – сообщает Е. Г. Ковалевская. О чем, думаете вы, повествуют пьесы XVII века: «Рождественская драма», «Артаксерсово действо», «Жалостная комедия об Адаме и Еве»? Они, как и многие другие, написаны совершенно в том же стиле, что и драмы Еврипида… Н. А. Морозов приводит к случаю мнение крупного театроведа З. Ашкнази:

«Нужно мысленно воспроизвести лихорадочно-религиозную атмосферу, в которой жили первые христиане, их апокалиптическое возбуждение, чтобы понять, какую громадную роль играл в их культе активно драматический «оргийный элемент»… Первые мистерии исполнялись в самой церкви и составляли как бы часть богослужения. Но постепенно они начали привлекать все более широкий круг зрителей, которые съезжались на церковные праздники и на приуроченные к ним ярмарки из окрестных приходов».

Так разделились театр и церковь.

Строительство театров круглой формы (циркос – кольцо по-гречески; circus – круг по-латыни) обогатило мировую лексику словом «цирк», но не только. Место богослужений называется в Греции эклизио; православные храмы в Турции и сейчас килизе; что же удивительного, что Круглый Большой Храм в Риме прозвали Цирк Максимум Колизей? Построили его вряд ли раньше XI века; сам же этот римский божественный «цирк» преобразовался в разных языках пусть причудливым, но вполне конкретным образом:


cтарочешский – cierkev

чешский – cirkev

cловенский – cerkev

старопольский – cirkiew -

русский – церковь

древнерусский – цьрквы, или чрквы

болгарский – черква

современный английский – church

древнеанглийский – cirice, или circe

cовременный немецкий – Kirche

готский – Kirko

древнескандинавский – Kirkja

древневосточнонемецкий – Kirihha

Оперетки Аристофана

Аристофана, чье имя значит Наилучший Освещатель (нравов), энциклопедии рекомендуют нам как древнего грека (445 – ок. 385 до н. э.), «отца комедии». В его пьесах нет того, что называется ныне интригой; нет показа индивидуальной психики как мотива для действий персонажей; коллективные разговоры ведутся хоровым напевом в сопровождении танцев.

По своему построению любая пьеса его – чистейшей воды оперетка-балет! Так и незачем относить такого рода произведения в незапамятную древность. Почему не рассматривать их как переходную ступень к балету?

Лучшая комедия Аристофана – «Лисистрата», что в переводе означает «Упразднительница войны». Сюжет прост: дабы отбить у мужчин охоту к войнам, женщины сговариваются отказывать им в любовных утехах.

Любовники – и те как будто вымерли.

От самого милетского предательства

Уж пальчика из кожи[19] я не видела,

В печальной доле вдовьей утешителя!

Хотите ж, если средство я придумаю,

Помочь мне и с войной самой покончить все? —

так «Упразднительница войны» предлагает подругам свой план. Они спорят; они сомневаются. Лисистрата настаивает:

Да! Клянусь богинями!

Когда сидеть мы будем, надушенные,

В коротеньких рубашечках в прошивочку,

С открытой шейкой, грудкой, с щелкой выбритой,

Мужчинам распаленным ласк захочется!

А мы им не дадимся, мы воздержимся,

Тут знаю я, тотчас они помирятся.

И в таком духе страницы, страницы и страницы. Сорок четыре развязные и длинные комедии, ежели Аристофан действительно жил в V–IV веках до нашей эры, были написаны им не иначе, как веточкой на песке или шипом от розы на кленовых листочках, ведь до изобретения писчей бумаги и скорописи оставались еще века и века. Описание же Аристофаном одежды героев пьесы вообще вгоняет в оторопь:

Ах! что же сделать можем мы разумного

И славного, мы женщины, нарядницы,

В шафрановых платочках, привередницы,

В оборочках немецких, в полутуфельках?

Нужно напомнить читателю, что согласно традиционной истории через СЕМЬСОТ лет после приключений Лисистраты германские варвары, победившие наследников древнегреческой культуры – римлян, ходили, обернувшись в медвежьи шкуры. Куда ж они подевали свое портняжье искусство, так хорошо знакомое «древнему греку» Аристофану? Куда девали «рубашечки в прошивочку», оборочки, туфельки и полутуфельки, которые, как видим, экспортировали даже в Древнюю Грецию?

Литературовед А. И. Пиотровский (1898–1938) пишет:

«Через десять-пятнадцать лет после постановки Лисистраты умерла древнеаттическая комедия как театральный род. Умерла надолго (на две тысячи лет!!!). Основные особенности ее – хоровое начало, и симметричная композиция – всегда оставались в стороне от большой дороги театра, занятого торжествующей комедией интриги. Только средневековая драма, рожденная социальными и религиозными условиями, напоминающими обстановку пятого века до Рождества Христова в Афинах, приблизилась к формам этого ритуального, этого обрядового театра».

Тут уж и добавить нечего. Договорились! Действительно, средневековая обстановка настолько напоминает античную древность, что различить их совершенно невозможно, да и незачем. Аристофан (линия № 5–6 «синусоиды Жабинского») – автор, творивший лет за сто-полтораста до Шекспира (1564–1616) и Рабле (1494–1553). Достаточно сравнить любую его комедию с изделиями Боккаччо (1313-75, линия № 6), чтобы убедиться: это произведения одной и той же выделки.

Ни одно – ни одно! – драматическое, беллетристическое, историческое или научное произведение так называемых античных авторов не было известно никому вплоть до кануна эпохи Возрождения. Например, вот рукописи драматурга-трагика Еврипида (якобы ок. 480–406 до н. э., линия № 5) в порядке предполагаемого историками появления их в поле зрения публики: «Кодекс Ватиканус» и «Кодекс Марсианус» не ранее XII века (линия № 4); «Кодекс Паризинус» и второй «Кодекс Марсианус» не ранее XIII века (линия № 5); две рукописи «Кодекс Флорентинус» не ранее XIV и две не ранее XV века. Словосочетание не ранее означает, что раньше указанного века манускрипт быть составленным не мог, а позже – мог. Сходная картина с рукописями ВСЕХ античных авторов!

Хватит ли нам наивности для предположения, что труды «антиков», наподобие древнеиндийских Вед (о которых позже), создавались и столетиями передавались от поколения к поколению изустно, дабы в XII–XV веках быть записанными и дать начало «Возрождению» античности? И сможем ли мы наконец понять, что если герои «древнегреческой» пьесы одеваются как люди Средних веков, то и пьеса, скорее всего, написана в Средние века?

ИСТОРИЯ ГРЕКОВ

Историческая правда – не то, что случилось, а то, что мы полагаем случившимся.

Х. Л. Борхес

Народ, который теперь занимает территорию Греции и представителей которого называют греками, когда-то не имел к этой территории никакого отношения. Этот народ населял острова Средиземного моря и побережья морей Черного и Мраморного. Эллины, что означает «боголюбивый народ», составляли наряду с турками основное население Малоазийской части Ромейской империи.

Афины впервые появились не ранее VI века н. э. как небольшое византийское укрепление на славянских тогда землях. Поскольку государственным языком империи был язык библейский, то и само название Афин происходит от еврейского слова Атс-Ани, порт, место прихода кораблей (по латыни Athaenae).

Только в VIII веке началась планомерная колонизация Греции византийцами, а точнее – эллинскими ее племенами. Местные славяне-горяки, согласно сохранившемуся документу IX века, держали себя так, что «никакой ромеец туда и ногой ступить не осмеливается», а ромеями между тем называют себя нынешние греки.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Такова версия Н. А. Морозова. Однако и она не объясняет всех «греческих» проблем. Они столь велики, что Ф. Грегоровиус был вынужден привести мнение, согласно которому «…Афины с VI по Х век превратились в необитаемую лесную поросль, а под конец и совсем были выжжены варварами». Интересно, что А. М. Жабинский выстроил для византийской истории отдельную «волну», которая сводит ее всю в три века.

Но даже и в этом случае остается масса вопросов. Например, в русских летописях отнюдь не с XIII, а начиная с Х века греками совокупно называли всех византийцев (похоже на то, как в ХХ веке русскими называли всех советских). Русская «Велесова книга» утверждает: «Эллины среди греков племя особое».

Команда «Выжить»

Уточнению хронологии должны служить науки, изучающие языки, их распространение и эволюцию, историю расселения народов. Но, к сожалению, использовать выводы этих наук для восстановления истинной истории человечества затруднительно, ведь сравнительная лингвистика и этнодинамика сами развивались в рамках традиционной хронологии, вместо того чтобы эти рамки устанавливать.

Найти опоры для независимой проверки исторического процесса внутри лингвистики и этнографии, конечно, можно, но эта работа еще ждет своих энтузиастов. Мы же дадим краткий обзор современных представлений о социальном развитии человека, возникновении народностей и наций. Это важно, потому что с IX века происходило выделение национальностей в Европе, государственное их оформление.

РОД – ПЛЕМЯ – НАРОДНОСТЬ – НАЦИЯ, считается, что развитие шло именно так (С. И. Брук).

РОД – это кровородственное объединение людей, пришедшее на смену первобытному человеческому стаду. Родовое строение общества возникает тогда, когда социальные отношения становятся важнее биологических отношений. Это форма, когда уже возникли и существуют социальные и производственные отношения.

ПЛЕМЯ – тип этнической общности и социальной организации доклассового общества. Происходит переход к экзогамности, подбору жен не в своей семье, а это требует, как минимум, наличия двух родов в племени. Характерные черты: определенная племенная территория; коллективные действия (войны, охота), единый племенной язык, племенное название и самосознание. В отличие от народности или нации племя основано на общем происхождении входящих в него родов, на кровородственных связях его членов.

НАРОДНОСТЬ – исторически сложившаяся языковая, территориальная, экономическая и культурная общность людей, предшествующая нации. Иначе говоря, требования экономики, культурных связей, военной необходимости приводят к союзу племен. Народности могут складываться разными путями. Например, как союз нескольких племен, родственных по происхождению и языку. Так, польская народность возникла из славянских племен полян, вислян, мазовшан; немецкая – из племен швабов, баварцев, альманов и других.

Образование народности возможно и в результате захвата одного племени другим (навязывание своей власти). Так, племена галлов, выходцев с Апеннин, подчинили себе германские племена франков, вестготов и бургундов, образовав французскую народность. Пршемысловцы, вожди племени чехов, подчинили себе постепенно к Х веку пшован, дечан, лемузов, лучан, седлчан, доудлебов, эличан и хорватов. В этом случае общим языком становится язык или более развитого, или более многочисленного племени, остальные языки и диалекты исчезают. У народности появляются общее имя, территория, экономика и культура. Современные государства могут по языку и территории не совпадать с местом обитания народности.

НАЦИЯ – историческая общность людей, складывающаяся на основе территориального разделения труда. Вот стержень, связывающий людей в нацию. Появляется общенациональный рынок, формирующий общий язык, культуру, территорию, экономическую жизнь, определенные особенности характера. При этом многие этнические особенности нивелируются, подводятся под общий знаменатель.

Одновременно с процессом интеграции народностей происходит и противоположный ему процесс дифференциации. Точно так же идут дела и среди отдельных людей. Условно говоря, конвейер требует однородных, средних по параметрам работников, каждый же человек стремится выделиться, быть личностью. (Мы имеем примеры «котлов», где варятся новые нации: США, Китай, Индия, Россия.)

Что дает нам знание процессов развития от рода до нации? Оно позволяет понять, что многие события традиционной истории НЕ МОГЛИ произойти в древности ни при каких обстоятельствах.

Посмотрите: территория – вот то общее, что есть у племени, у народности и у нации. Понятно, если у племен не будет общей территории, они не сложатся в народность. Никакого единого рынка не получится у народности, превращающейся в нацию, если она вдруг откажется от своей территории. Даже кочевые скотоводческие племена кочуют не где захочется, а по какой-то определенной (то есть имеющей пределы) территории.

К территории человека привязывает недвижимое имущество: жилища и хозяйственные постройки, производственные и культовые здания. Они и являются вещественным выражением экономической и культурной общности людей данной народности, нации.

С перечисленными выше общественными категориями тесно связано понятие государственности, идеологического, политического и юридического оформления общественных отношений.

«Высшие» и «низшие» классы и сословия, образно говоря, есть полюса одного магнита, без которых не может возникнуть энергия движения. Умный крестьянин становится императором, неумелый император, проиграв войну, превращается в раба. Это перетекание людей из класса в класс, а не классовая борьба, как полагают некоторые. Раб, возглавивший восстание против власти под лозунгом истребления «класса угнетателей», сам становится властелином (и угнетателем) – разве ХОТЬ РАЗ получилось иначе? И разве это борьба между классами? Это борьба личности за свой переход в высший класс, за свою лучшую жизнь… Нельзя насильно ломать сложившуюся естественным путем сословность общества.

Целью деятельности царя, если посмотреть широко, является обеспечение мирной работы этого межклассового «магнита» при помощи политического и правового регулирования общественных процессов. Государство, в идеале, должно соблюдать интересы общества, но сложность в том, что находящиеся у власти имеют и СВОИ интересы. Если они превалируют над общественными – страна разоряется. По этому поводу приведем два стиха из китайской книги «Дао дэ цзин» (перевод Валерия Перелешина):

Где власть проста,

Там честен и народ.

Где власть сложна,

Там и народ хитер.

* * *

Где голоден народ,

Там, стало быть, поборы велики,

Поэтому и голоден народ.

А где для власти цель ее трудна,

Там слишком много действует она,

Поэтому и цель ее трудна.

И где народ собой не дорожит,

Там слишком хорошо его вождям,

Зато народ собой не дорожит.

С такой точки зрения вся история человечества есть история поиска наилучшей формы правления и технологии власти.

И, наконец, главный фактор, определяющий движение истории в рамках наций и государств, – человек. Да, человек как таковой. Какова его цель? Зачем он тут?

А он просто живет. И нет у его жизни никакой другой цели. Вы понимаете? Он ПРОСТО живет и как живущее существо имеет одну задачу: ВЫЖИВАТЬ. Не в том смысле, чего бы скушать поутру, а в общем смысле – продолжать жить насколько возможно хорошо, ВЫЖИВАЯ как личность, как родоначальник будущих поколений (отсюда – семья); как член общества: работник, горожанин, представитель группы (клуба, коллектива), представитель класса, нации (отсюда войны); наконец, выживая как единица человечества (а это дает надежду, что войны когда-нибудь кончатся навсегда).

Если бы люди жили иначе, наплевав на интересы сородичей, коллег, на свою работу, детей и личную гигиену, никак не дошло бы человечество до возникновения народностей и наций. (Хотя отдельные отвратительные персонажи, конечно, встречались всегда.)

«Основной закон всего существующего – это уцелеть, выжить» (Макиавелли). «Динамическим принципом существования является «Выживай!» (Л. Рон Хаббард).

Так люди творят историю человечества, и так они живут в ее русле.

Вы сами можете найти примеры. Мы приведем один: обедневшие русские дворяне в XIX веке, сохраняя личное достоинство, переходили в разночинцы, меняли классовую принадлежность. Вчерашние аристократы становились учителями, купцами, врачами. В новых условиях они действовали в соответствии с принципом «выживай».

Или в 1917 году, после захвата власти большевиками, одни уехали за границу, другие ушли к белым, третьи устроились на работу в большевистской России. Строй рухнул, в правящем классе произошла замена феодальных аристократов на партийную номенклатуру, а ЛЮДИ, вчерашние аристократы, в большинстве своем выжили и приспособились.

А вот древние греки, если верить традиционной истории, были не таковы. Полторы тысячи лет цивилизации, вот что они имели! И предпочли исчезнуть без следа, когда достигли «наивысшего расцвета». Выживать они ну никак не хотели.

Авторитетный и некогда популярный в России ученый Ф. Энгельс описывает это так: «Ко времени наивысшего расцвета Афин общее количество свободных граждан, включая женщин и детей, состояло приблизительно из 90 000 душ наряду с 365 000 рабов обоего пола и 45 000 неполноценных жителей – иностранцев и вольноотпущенников… С развитием торговли и промышленности происходило накопление и концентрация богатств в немногих руках, обнищание массы свободных граждан, которым только оставалось на выбор: или, занявшись ремеслом, вступить в конкуренцию с рабским трудом, что считалось постыдным, или же превратиться в нищих. Они шли – при данных условиях неизбежно – по последнему пути, а так как они составляли массу населения, то тем самым привели к гибели и все афинское государство».

Как видим, «древних греков» не вырезали, не сожгли, не утопили, не выгнали. Просто восемнадцати процентам населения показалось постыдным РАБОТАТЬ, чтобы выжить, и цивилизации как не бывало, исчезли все, да так лихо, что целую тысячу лет после этого о них и слышно не было… хотя, если подумать, становится ясно даже из приведенной цитаты: развитие торговли и промышленности в «Древней Греции» могло привести к гибели рабства и рабовладельческого государства, но не населения, не народности, не государства вообще.

Хорошо, согласимся, свободным гражданам выпала доля не жить более, а рабы? Что, из них не нашлось никого, желающего заменить почивших бездельников-хозяев? А вольноотпущенники, бывшие рабы? Им тоже было работать в тягость? А что поделывали те, в «немногих руках» которых сконцентрировались богатства? Заплакали от горя, что вчерашние «свободные граждане» превратились в нищих, закопали накопленные богатства и удалились в пустынь?…

Если верить традиционной версии истории, эти полмиллиона человек составляли народность с общей территорией, культурой, языком и «экономическим пространством»; они имели развитую форму государства. Но люди почему-то руководствовались принципом «помирай». И сам помирай, и дети пусть не живут, и все окружающие.

«Не демократия привела Афины к гибели, как это утверждают европейские школьные педанты, виляющие хвостом перед монархами, а рабство, которое сделало труд свободного гражданина презренным», – пишет Ф. Энгельс (экономист, как ни удивительно).

Мы не будем спорить ни с ним, ни со «школьными педантами» о причинах гибели Древней Греции, потому что никакой народности и никакой цивилизации в те времена и на той территории не существовало, и гибнуть было нечему. А что до рабства, которое довело «Древнюю Грецию» до краха… Вот мнение историка XVI века Жана Бодена. Прочтите, и вы неожиданно обнаружите, что рабство никуда не делось и продолжало существовать даже и в XIV веке н. э., а когда его отменяли, то есть изменяли общественный строй, – происходили мятежи и кровопролитие.

«…Сейчас нет рабства, и мы не можем точно знать, когда оно прекратило свое существование… Положения о рабстве мы обнаруживаем и в законах Каролингов, и у Людовика Благочестивого, и у Лотаря, и в своде законов ломбардцев. Существуют также законы о рабстве и о вольноотпущенниках у короля Сицилии, и у императора Неаполитанского королевства Фридриха II. Фридрих стал германским королем в 1212 г. Имеются декреты пап Александра III, Урбана III и Иннокентия III о браках среди рабов. Александр был выбран папой в 1158 г., Урбан – в 1185-м и Иннокентий – в 1198-м. Известно, что рабство не существовало после правления Фридриха. Бартоло в сочинении «О пленных»… свидетельствует, что в его время не было рабов в течение долгого периода. Но он (Бартоло) процветал в 1309 г.

С другой стороны, мы не должны упустить то, что в летописях двора, как я читал, декретом Сената запрещалось присоединять чужие земли к своему поместью или освобождать рабов, даже с согласия их хозяина. Декрет относится к 1272 г. Напомню, что при Аврелии война рабов уже серьезно подорвала Италию, и это было в год милости 781-й. Мне кажется вероятным, что христиане, следовавшие примеру арабов, уничтожили рабство потому, что еще Мухаммед или, позже, Омар освободили всех рабов своего вероисповедания. Этот опыт показывал серьезные недостатки в христианских государствах. И это легко читается в «Законах о рабах», в книге 2, главе VII. Когда было предоставлено разрешение на освобождение рабов, то последовала плачевная волна обнищания и разорения, что обычно влекло за собой гибель государства. Все это породило грабежи, воровство, кровопролитие и торговлю нищими. Правительства и общины были очень раздражены различиями в религии, хотя формально культ был один для всех, исключая иудеев. Следовательно, были неизбежны большие изменения в правлении».

Проблемы территорий

Первой крупной народностью, в которую реально объединились в III веке нашей эры племена Средиземноморья, была «единая общность» в пределах Ромейской (Византийской) империи. Все признаки народности: общая территория от Альбиона до Армении, общая экономика с развитой торговлей, общая культура (культ) – единобожие. А вот язык-то был общим только письменный, библейский.

Поэтому с развитием и широким распространением греческого и латыни (и одновременным экономическим развитием территорий) начался сепаратизм, приведший при Ирине и франкском (не французском в нынешнем понимании) короле Карле Великом к распаду империи на греческий Восток и латинский Запад. Было это в 800 году.

Расцвет франкской народности связывают с династией Каролингов, потомков Карла Великого (768–814). При нем образовался союз Рима и королей Европы. Короли признавали церковную собственность, а церковь признавала назначение священнослужителей королями. Карл был коронован императорской короной, положив начало Романской империи, западной части бывшей империи Византийской. Внуки Карла Великого Людовик и Карл, приводя свои войска к присяге и давая друг другу взаимную клятву верности (в Страсбурге), были вынуждены пользоваться разными языками. При них «галлы и франки на западе уже говорили на одном романском, т. е. французском, языке и стали представлять собою французскую народность, а германцы, жившие к востоку от Рейна и по его правому берегу, уже говорили на немецком языке» (А. А. Васильев).

С VIII века на основании латыни начали образовываться письменности народов Европы, в том числе французская и немецкая. И только много позже, после полосы разделений, объединений и новых разделений, образовались здесь нации и национальные государства.

В 962 году император Оттон I на землях Германии, Чехии, Бургундии, Нидерландов, Швейцарии и севера Италии создал Священную Римскую империю со столицей в Ахене. Империя эта просуществовала до 1806 года и была ликвидирована Наполеоном Бонапартом. С конца XV века она называлась Священной Римской империей германской нации. Народности же продолжали жить на своих исконных территориях и в большинстве случаев имели свою государственность, оставаясь в рамках империи.

Своя территория, земля – вот самое важное, что есть у народности (племени). Чтобы племя целиком ушло со своей земли, нужны очень и очень веские основания, например природный катаклизм. Ведь потеря земли и перемещение неизвестно куда подрывает экономику и культуру, снижает выживаемость племени и каждого отдельного его члена. Переселение на новую землю приведет к войнам и ассимиляции с местными племенами.

Территория важнее религии и важнее языка. Галлы, франки и прочие племена, создавшие французов, объединившись, приобрели общую территорию и общий язык, но при этом каждое племя осталось на своей территории, потеряв свой прежний язык.

Под давлением военной силы многобожники Европы приняли единобожие, сменив религию, но остались на своих местах. В Византии сменяли друг друга правители, происходившие из разных племен: сирийцы, иллирийцы, греки; македонская династия, болгарская династия, албанская. Разве переселились племена, дававшие правителей, в Константинополь?

Выселение народностей Сталиным – вот пример, который у нас перед глазами. Насильно увезенные за тысячи километров, народы через десятки лет все же вернулись на свои места.

Люди могут сохранить культуру, язык и религию, но лишиться территории, и вот перед нами проблема беженцев, с огромной остротой стоящая сейчас перед Объединенными Нациями.

Средневековые народы прикладывали колоссальные усилия для охраны своих территорий. (Имейте еще в виду, что с населения охраняемых территорий цари собирали налоги и подати.) Так, в России с XII века применялась система оборонительных сооружений, называемых засеками. Первые сведения о засеках встречаются в Новгородской (1137–1139 годы) и Троицкой (за 1216 год) летописях. С XIII века началось возведение защитных систем, называемых Засечными линиями (чертами). Такая система состояла из лесных завалов-засек, чередовавшихся частоколами, надолбами, земляными валами и рвами. В определенных местах Засечных линий стояли города-крепости, и только через них можно было покинуть территорию страны. Охрану линий и крепостей осуществляла специальная засечная стража, на содержание которой собирались особые подати, «засечные деньги».

Засеки охватывали весь юг и центр Руси, тянулись на сотни и сотни километров от Брянских лесов до Волги, а вдоль Волги был насыпан земляной вал. В отдельных местах Засечные линии имели в ширину двадцать-тридцать КИЛОМЕТРОВ. По трудоемкости создания Засечные линии России можно сравнить только с Великой китайской стеной. Интереснейший исторический памятник, Тульские засеки при советской власти были признаны государственным заповедником.

Вот какое значение придавали (да и теперь придают) своей территории люди! Поэтому представляется, что известное переселение народов в VI–VII веков н. э. могло быть «переселением» названий и языков, а не реальных племен.

Конечно, переселения отдельных лиц и групп, даже целых родов были всегда (есть они и сейчас), но народности при этом оставались на местах. Об этом говорит нам история колонизации диких земель, история, документально подтвержденная. Разве все англичане и немцы уехали в Индию, Северную Америку, Южную Африку, Австралию? И разве ушли куда-нибудь при этой колонизации индусы, индейцы, зулусы?

Просто бывшие окраины европейской империи (Англия, Португалия, Испания, Франция, Бельгия) начали самостоятельную имперскую политику, раздвигая границы цивилизации от Средиземноморья на всю планету.

На территории Северной Америки в какое-то время колонисты, выходцы из разных стран Европы, стали преобладать над коренным населением, разрозненными первобытными племенами. Языком народностей в образовавшихся государствах (states, штаты) стал английский, названия себе эти штаты взяли у местных племен, например Айова, Дакота, Вайоминг. Коренные жители получили общее название индейцев, по наименованию совершенно другой страны – Индии. При этом на той же территории оказалось изрядное количество разноплеменных чернокожих людей.

Вот представьте, что все это произошло бы ДО широкого развития книгопечатания и свидетельств о временах колонизации Америки было бы мало. Могли бы мы воссоздать точную картину происходивших событий, объяснить все эти чудеса с названиями и языком? И не появился ли бы соблазн объявить Северную Америку прародиной человечества? А ведь с Грецией произошло примерно это.

В IX–X веках наступил момент, когда эллины-колонисты стали преобладающей народностью Греции, причем народностью, имеющей более высокую культуру, чем местное население. Местные славянские племена горяков приняли язык пришельцев. Пришельцы взяли себе название этих племен – горяки, гряки, греки.

Так началась реальная история грекоговорящей Греции.

Троянская война

Согласно традиционной истории, в 518–527 годах Византией управлял император Юстин. Если его имя напомнило вам латинское слово Justitia, то вы совершенно правы: Юстин был законодателем и по имени, и по деятельности, и это еще одно свидетельство, что латинские имена византийским правителям дали много позже времени их правления. Ведь когда он вступал на престол, никто не знал, что он станет Законодателем? Его реального имени мы не знаем; возможную подсказку ищем в Библии: библейский царь Манассия (VI век до н. э., линия № 4 «синусоиды Жабинского, царствовал 55 лет) – аналог династии Законодателей (VI век н. э., линия № 4), в которую входили Юстин, Юстиниан и Юстин II (общий срок власти – 59 лет).

Центральной фигурой века стал племянник Юстина, Юстиниан.

Жан Боден, историк XVI века, помимо прочего занимался изучением истории права. Среди историков его можно счесть «диссидентом». Его выводы во многом противоречат традиционной версии – а ведь он современник Жозефа Скалигера. Вот что пишет он о римском праве:

«Собранный мною материал я подтверждаю мнениями правоведов и историков разных народов. При этом изучаемый нами предмет становится куда более ясным и достойным уважения, чем если бы мы полагались на источники, исходящие только от одного народа – римлян. Впрочем, как выясняется, все, что у нас есть [из римского права], – творения греческие. Но когда обнаружилось, что почти все документы пострадали от грубейшего варварства, Юстиниан для выработки законов выбрал пятнадцать человек, которые составили свод законов таким образом, что привели в полный беспорядок первоисточники права, и теперь уже почти ничего нельзя извлечь из этой грязи. И здесь кроется причина того, что ныне огромное и беспорядочное множество декретов сглаживает противоречия, содержащиеся в самих законах, составляя из разрозненных частей единое тело. Из этого становится понятным, что древние глоссаторы, при их огромных талантах, ставили перед собой совершенно невыполнимую задачу. Из чтения их трудов складывается впечатление, будто авторы, с их усердием и плодовитостью, проводили все свои дни в сочинительстве, однако совсем ничего полезного для читателя не придумали».

Историю правления Юстиниана (527–565) оставил нам Прокопий Кесарийский, его современник. Этому императору приписывают создание знаменитого кодекса Юстиниана в пятидесяти книгах, охватившего все стороны государственной и общественной жизни. Точно ли при нем была проделана такая колоссальная работа? Или все же большинство текстов – результат работы юристов более позднего времени? Вполне может быть, что какому-то реальному императору, правившему в VI веке, стараниями оккультистов-хронологов оказались приписанными деяния, которых он не совершал.

В своей повседневной жизни человек руководствуется этикой, внутренним моральным законом, который он принимает на себя и исполняет добровольно. Сообщества же людей объединяет нравственность, устный или письменный моральный закон, обязательный для исполнения каждым членом сообщества. Первыми известными нравственными нормами являются Заветы Божии, принесенные Моисеем. Юстиция, правосудие всего лишь устанавливает меру ответственности людей за неисполнение нравственных законов.

Русский государственник Н. В. Устрялов (1890–1937) писал:

«В иерархии ценностей праву принадлежит подчиненное место. Выше его – нравственность, эстетика, религия. Большие исторические движения обыкновенно допускают известное «оформление» именно нравственными, эстетическими и религиозными категориями, но не правовыми. С точки зрения последних они иррациональны и потому еретичны, отрицательны, злы. Вот почему юристы-догматики в массе обычно «ничего не понимают» в таких движениях. Их время приходит потом, когда нужно уже фиксировать результаты кризиса… Не следует, впрочем, преуменьшать плодотворнейшего значения этой работы».

Работа для юриста появляется одновременно с появлением государства, ведь нужно создать систему мер и наказаний, применяемых к тем, кто не желает следовать нравственным нормам и своими разрушительными действиями наносит вред обществу и государству. Однако, как мы видели из приведенной цитаты, потребности общества требуют иногда перемен, которые происходят вопреки праву, а потом вновь правом оформляются. Разумеется, становление юриспруденции – длительный процесс, ведь жизнь слишком сложна и многогранна, чтобы разом охватить ее всю и отразить в законах. Знает ли большинство людей писаные законы, а если знает, то соблюдает ли их – это другой вопрос.

В 532 году н. э. в Царьграде, несмотря на обилие законов, произошло восстание «Ника», при подавлении которого отличился полководец Велизарий, герой Троянской войны. Народ, выйдя на улицы, начал поджигать лучшие здания и церкви. От крика мятежников «Ника!» (побеждай!) и восстание получило это имя. Упавший духом Юстиниан хотел уже бежать из столицы, но его удержала супруга Феодора, которая уверила своего царственного мужа, что бегство бесполезно. Как сообщает традиционная история, «усмирение восстания было поручено Велизарию, которому удалось загнать бушующую толпу в цирк и там перебить более 30 000 человек» (А. А. Васильев).

Что же это за восстание такое? К кому обращен призыв: побеждай? По какой причине десятки тысяч людей поднялись разом? Почему был такой мощный успех на первом этапе, а потом восставшие были перебиты?

История не дает ответов.

Но все станет понятным, если учесть апокалиптические настроения суеверных граждан. Народ ждал пришествия Мессии, предсказанного Апокалипсисом, и наказания пороков царствующего дома! А тут в течение полугода на небе висит комета в форме меча. К чему бы это? И вот 3 июня, как только Солнце скрылось на западе, происходит лунное затмение. Появляется полная Луна в виде красного кровавого пятна, как это бывает при затмениях в созвездии смерти Скорпион, вместе с красным Марсом. Все это напомнило приметы Апокалипсиса о приходе Судного Дня. Кто-то из фанатиков, сидящих в цирке (церкви), заорал, что идет Царь-Мессия. Именно ему и адресовали клич «Побеждай!» Остальное доделал эффект толпы.

Юстиниан, Феодора и Велизарий даже не думали о сопротивлении. Кому сопротивляться-то? Богу? А через несколько дней, когда стало ясно всем, что ошибочка вышла, толпа рассеялась сама собой. Остатки фанатствующих граждан блистательный Велизарий загнал в цирк и там, не исключено, казнил, но, конечно, не 30 000. Наличие тридцати тысяч трупов посреди города в июне – дело происходит на территории нынешнего Стамбула, представьте себе погоду – наверняка вызвало бы страшную эпидемию, между тем хроники не показывают нам никакой эпидемии об эту пору.

Если опять вспомнить библейского царя Манассию, то этот деятель тоже подавлял религиозную и политическую оппозицию: «Еще же пролил Манассия и весьма много невинной крови, так как наполнил ею Иерусалим от края до края» (4 Цар, 21:16).

В правление Юстиниана, в VI веке н. э., произошла знаменитая Троянская война, традиционно относимая к XIII веку до н. э.

Армия императора не скучала и без войн, она постоянно тренировалась. Толпы людей сбегались посмотреть на тренировки воинов, прежде всего гладиаторов, меченосцев (gladius = меч). Это было захватывающее зрелище!

Гладиаторы – элита армии, высшая армейская каста, что-то вроде современных десантников. И позже во всей Европе носить меч на бедре разрешалось только представителям высшего сословия, рыцарям,[20] которые переняли у гладиаторов моду на турниры между равными. Понятие рыцарства, однако, появилось лишь в XI веке, это линия № 3 «синусойда Жабинского». А римских меченосцев-гладиаторов мы находим на линии № 4 и выше. Все правильно: в веках, лежащих ниже линии № 3, нет ни гладиаторов, ни рыцарей.

Невзирая на случавшиеся смертельные исходы турниры между рыцарями проводили, но не для щекотания нервов прекрасных дам (хотя и для этого отчасти), а для подготовки воинов. Англичане вслед за французами ввели у себя турниры, как только начали проигрывать французам в боевой подготовке.

Со временем гладиаторские бои (турниры) выродились в дуэли между дворянами, а сражения бойцов с дикими зверями (львами и тиграми) – в бои с быками, ведь львы и тигры редки и дороги, а быки всегда под рукой.

Вызывает недоумение переходящая из одной книги в другую сказка о том, что гладиаторы – это рабы, специально обученные воинскому искусству. Приходилось даже читать о десяти тысячах рабов-гладиаторов, как-то раз одновременно сражавшихся для развлечения знати. Десять тысяч (!) вооруженных мечами (!) обученных бою (!) РАБОВ (!) – надо быть сумасшедшим, чтобы такому поверить. И вроде бы даже некоторые ожиревшие патриции водили своих юных жен полюбоваться, как ведут грамотный бой молодые сильные мужчины. Спросите у женщин, чем бы кончилось такое «любование» для патрициев.

Хотя, конечно, человек, далекий от армии и не понимающий, что такое воинская дисциплина и каково строение армии, при описании непонятных ему событий мог и ошибиться, принять воинов за рабов. Но ведь когда-то надо избавляться от заблуждений, не так ли?

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Реальный прототип сказаний о классических гладиаторах.

Трудно в учении, легко в бою. Юстиниан решил восстановить целостность империи, утраченную после захвата власти в Италии остготами под предводительством короля Теодориха, и развязал против остготов войну. В ходе большой войны в Италии происходила «малая война», которую можно счесть войной за Трою (в таком случае, это другое название города Неаполь).

Это – версия Н. А. Морозова. По одной из других версий прототип Троянской войны нужно искать в XII веке н. э. В свою очередь А. М. Жабинский показал, что, конструируя всемирную хронологию, Жозеф Скалигер широко пользовался двумя оккультными числами: 333 (половина от «числа Зверя», что выражало дьявольское начало мира) и 360 (половина от 720, значения прецессионного круга – это божеское начало мира). И вот оказывается, что сходные по сюжетам войны происходили в традиционной версии истории со сдвигами в 333–360 лет («римско-византийский сдвиг»), 1053 года (360 × 2 + 333, «римский сдвиг»), 1773 года (360 × 4 + 333) и 1800 (360 × 5, «греко-библейский сдвиг»). В результате мы имеем Троянскую войну в минус XIII веке по Гомеру (линия № 5 «синусоиды Жабинского»), крестовые войны XII–XIII веков н. э. (линия № 4–5), войну Тарквиния Гордого в VI веке до н. э. (линия № 4) и войну Юстиниана с готами в VI веке н. э. (линия № 4).

Интересно отметить, что Жан Боден в своей книге «Метод легкого познания истории» упоминает Константа Германа Эмунда, составившего труд «Об отношении герцогов Бургундского, Фландрского, Брабантского и Голландии: история от Троянской войны до императора Карла V». Само название размещает эту войну в Средневековье, а именно во временах Крестовых походов.

Традиционно считается, что первым эту войну описал Гомер, но известными его поэмы стали только в конце XIV века. До явления читающей публике поэм Гомера были уже известны такие произведения: «Роман о Трое» Бенуа де Сент-Мора (XII век, Франция); «Песнь о Трое» Герберта фон Фрицлара и «Троянская война» Конрада Вюрцбургского (XIII век, Германия); «История крушения Трои» Гвидо де Колумна (XIII век, Сицилия).

Между тем в VI веке н. э. имелся латинский (а не греческий) текст, повествующий о происходившей в это время «древнегреческой» войне. Рассмотрим эту историю, не забывая, однако, что по «синусоиде Жабинского» совпадают VI и XI века.

В сборнике «История французской литературы» (СПб, 1887) говорится: «Какой-то невежественный писака, живший, вероятно, в VI в., составил сухое и монотонное изложение фактов; в средние века он очень нравился». Еще бы ему не нравиться, если о поэмах Гомера – ни гу-гу, а война только что кончилась!

Ветераны войн во все времена любили предаваться воспоминаниям о своих подвигах. Вот и двое свидетелей Троянской войны, Дарес и Диктис, вполне живые, несмотря на 1800 лет, прошедших после «гомеровской» Троянской войны, опубликовали свои воспоминания в VI веке. Кстати, Гомер упоминает Диктиса как сподвижника критского царя Идоменея, а Дареса песне пятой «Подвиги Диомеда» «Илиады».

Был в Илионе Дарес, непорочный священник Гефеста,

Муж и богатый и славный, и было у старца два сына,

Храбрый Фегес и Идей, в разнородных искусные битвах.

А также Дарес упомянут в «Энеиде» Вергилия. Воспоминания славного Дареса были в Средние века первыми среди громадного количества произведений, посвященных этой войне. Он стал одним из самых известных писателей, и только после установления «официальной» хронологии в XVII веке его тексты признали фальсификацией. Также и Диктис был известен шестью книгами о Троянской войне.

Не будем сравнивать изложение войны по Гомеру, Титу Ливию и «по фактам» VI (и других) веков, предоставим это удовольствие читателю. Отметим только: совпадений много. Так, все три войны трактуются древними источниками как «войны отмщения за оскорбление женщины»: у Гомера – Елены, у Тита Ливия – Лукреции. В VI веке одной из героинь стала готская царица Амалазунта.

В поэме Гомера спорили три богини: кто из них лучше? В состязании победила богиня любви Афродита. Троянец Парис – главное действующее лицо. Богиня любви обещала отдать ему Елену, жену Менелая. Парис приезжает в дом Менелая, его приветливо принимают, а он похищает Елену. Греки требуют ее вернуть, и после отказа начинается война.

В царском Риме, по Титу Ливию, повод для войны тоже был, если можно так сказать, романтический. Произошел спор мужей: чья жена лучше? Устроили состязание, и победила Лукреция, жена Коллатина. Главный участник спора – Секст Тарквиний. Овладела им «преступная страсть опозорить насильно Лукрецию» (так сообщает Тит Ливий). Поэтически выражаясь, вполне можно «преступную страсть» объяснить проделками богини любви.

Без ведома Коллатина Тарквиний приезжает в его дом, где его приветливо принимают; ночью, когда Лукреция спит, он набрасывается на нее и насилует. После самоубийства Лукреции начинается война.

В легенде «амазонки» воюют на стороне троянцев, и их царица убита. В войне VI века убита готская царица Амалазунта.

Можно предположить, что гомеровский Ахиллес списан с полководца Велизария, Гектор – с короля готов Витигеса, Агамемнон – с Юстиниана, Улисс – с военачальника Нарзеса. Остров Тендерос, упоминаемый в поэме, – это Сицилия.

И «Троянский конь» имел место! В Неаполе до сих пор сохранились старые акведуки, водопроводы. Громадных размеров труба, с ногами-опорами, входящая в город. В поэме описывается, как сами троянцы втащили в город огромного коня, внутри которого притаились греческие воины. Когда горожане уснули, воины вышли и открыли ворота, в которые хлынула армия, и Троя была взята. На самом деле византийцы разрушили стену внутри акведука (который задолго до этого троянцы действительно сами втащили в свой город) и так попали на территорию осажденного Неаполя, а ночью вышли и открыли ворота.

Прокопий Кесарийский не обошел вниманием эту огромную трубу на массивных ногах-опорах. Кроме него многие средневековые авторы описывают этот эпизод, но говорят не о коне, а о «подобии коня». Это очень поэтическое сравнение, но чтобы оценить его, надо знать, что по-латыни вода пишется aqua (aquae), а конь – equa (equae), соответственно акведук и коновод – aquae-ductio и equae-ductio. Разница в одной гласной!

А что за город отрыл археолог Шлиман на Малоазийском полуострове? – спросите вы. Мы не сможем вам ответить. Потому что отрыл он ГОРОД (и даже не один), а вот как назывался этот город – никому неведомо. Не было там путеуказательных надписей.

Царь Геркулес

Византийский император Гераклий, а по-простому царь Геркулес, правил с 610 по 641 год. По мнению историка Себеоса, происходил он из Армении, из рода Аршакидов. Но вы не найдете его в современных учебниках или энциклопедиях. В какой-то момент, непонятно из каких соображений, ученые-историки поменяли ему имя, и Нeraklius превратился в царя Ираклия.

При его царствовании, после метеоритной катастрофы 622 года, образовался новый религиозный центр в Мекке, а империя потеряла Сирию, Палестину, Египет и некоторые другие земли.

В 622–628 годах Гераклий совершил три успешных похода против персов и, как считается, вернул христианскому миру одну из самых дорогих святынь, животворящее древо – Крест Господень, который был якобы вывезен захватчиками из Иерусалима. Непонятно, правда, зачем он был им нужен. Он решил водворить его на прежнее место и водворил… в столице, Царьграде. Значит, тут и было его прежнее место?

Он был первым, кто официально назвал себя базилевсом (в 629 году), хотя так его давно называли в грекоговорящей части империи. До этого властители носили еврейские официальные титулы Мелек или Кошар (крепкий, стойкий), звучащее в греческом произношении кайсар, Кесарь. Калькой этого слова на латыни является имя Константин.

Считается, что столицу империи с самого начала назвали Константинополем. Этого не так! Город, основанный на месте эллинского поселка Византия, именовался со времен первых императоров (которые тоже не назывались словом «император») Кай-Сар-Град, Царь-Град. В России город был известен как Царьград до XVII века. Слово, обозначающее владыку – кайсар, было первым в ряду, оно применялось задолго до появления в Риме цезарей, в России царей, во Франции сиров, а в Германии кайзеров.

Итак, в VII веке при Геркулесе начался переход к новому государственному языку, греческому. Об эту пору появляется и первое Евангелие (от Марка) на греческом языке. Тот факт, что до этого государственная верхушка использовала древнееврейский язык, то есть не тот язык, на каком изъяснялся «окружающий» народ, нас не должен удивлять. Такие случаи бывали и в другие времена, и в других местах. Например, в России в XVIII – начале XIX века вся аристократия говорила по-французски.

Еврейский был языком межплеменного общения и во всей империи, и на Малоазийском полуострове, где жили не только греки, но и турки и другие племена, по той простой причине, что был он первым письменным алфавитным языком.

Лев Боголом и гречанка Ирина

VIII век стал переломным в судьбе империи, и этому способствовали две фигуры на троне. При императоре Льве III (717–741) надолго охладели отношения западной и восточной ветвей церкви, при императрице Ирине распалась сама империя.

Лев III Исавриец (сириец по рождению) получил прозвище Эйконокласт, что значит Разбиватель Изображений, Боголом. Считается, что именно при нем греческий язык официально был признан государственным языком империи. При нем были изданы «Эклоги», сокращенное извлечение из законов прошлых царств с исправлениями в сторону большего человеколюбия. Главным в новом законодательстве стало отделение суда светского от суда церковного и введение государственных окладов для судей, дабы не брали мзды с лиц, судимых ими. Так началась борьба с коррупцией, идущая до сих пор.

Во времена Льва изобретен был «греческий огонь», жидкость, горящая на поверхности воды; согласитесь, очень эффектное зрелище, когда ночью вдруг загорается море и вспыхивают деревянные корабли. По всей вероятности, это была сырая нефть.

К этим же временам относят создание трех юридических сборников законов: земельного, военного и морского. По земельному закону выходит, что в государстве, наряду с крестьянской общиной и мелкими собственниками на землю, существовало и крепостное население. Военный закон содержал перечень наказаний, налагаемых на военнослужащих в случае восстания, неповиновения, дезертирства и тому подобного. Это было важно, поскольку государственное устройство империи все еще носило чисто военный характер, как было заведено первыми императорами со времен Диоклетиана.

Морской закон представлял собой Устав торгового мореплавания, и многие особенности его были связаны с морским грабежом (пиратством), но в более поздних государственных актах, вплоть до XIV века, нет ссылок на этот закон. То есть он вряд ли мог быть принят ранее XIV века. По «византийской» волне «синусоиды Жабинского» VIII век совпадает как раз с XIV веком.

Еще одно известное деяние Льва Исаврийца – введение специального налога на жителей для восстановления городских стен Царьграда, разрушенных землетрясением.

Но главная загадка его биографии: почему же его звали Иконоборец, Боголом?

Мы уже говорили, что толкование и ревизия религиозных документов происходили постоянно. Несмотря на прямое указание в Заповедях Моисея, что нельзя верующим поклоняться изображениям (обратим внимание: поклоняться, а не изготавливать), практика создания вещественных символов для религиозных целей имела место везде.

Это не удивит нас, если вспомнить, что книгопечатания еще не было, рукописные книги были достаточно редки и дороги, да и народ не имел еще поголовной грамотности. Художественные изображения, иконы и скульптуры – самое удобное и понятное средство для привлечения людей к религии, объяснения сути верований. Но время от времени все же происходила резкая борьба с изображениями, разрушение их. Что послужило причиной для этой борьбы при Льве Боголоме?

Историки выдвигают самые разнообразные версии. Одни считают, что Лев, по происхождению сириец, был хорошо знаком с кумироборством агрян (мусульман) и пытался перенести их учение в Византию (хотя нет никаких указаний на истребление изображений мусульманами ранее XI века). Другие полагают, что император уничтожал иконы, пытаясь, наоборот, сблизить веры христиан, мессианцев (иудеев) и мусульман. Третьи думают, что это была борьба за чистоту христианской веры, направленная против язычников. Предполагаются и политические мотивы иконоборства: якобы Лев пытался вырвать народ из-под сильного влияния церкви, для которой изображения были основой религиозной пропаганды.

Но вот интересно! В 730 году император издает эдикт против божественных изображений, столь милых народу и церковникам, и – тишина. Нет никаких сведений о бунтах или о репрессиях властей по поводу бунтов. Возражали против императорского эдикта только религиозные деятели далекой Италии.

В чем же дело? А причина буквально лежит на поверхности: для чего был введен императором специальный налог? Для восстановления разрушенных землетрясением городских стен. Вот и разгадка причины борьбы с иконами и статуями: некто более могущественный, чем кто бы то ни было на земле, сотряс храмы и здания, разрушил статуи и мозаичные изображения. А власти просто «декретировали» волю Бога, потому и народ не роптал.

Понятно и недовольство Запада, ведь там землетрясения не было.

А в результате этих событий кумиролюбивая Италия ушла из-под идеологического влияния Византии.

Более ста лет после смерти Льва III Византию бросало из крайности в крайность, иконы то ломали, то восстанавливали, пока в 843 году императрица Феодора не восстановила окончательно почитание изображений.

Но еще до Феодоры первого замирения церквей достигла императрица Ирина, но она же разрушила империю.

Ее муж, Лев IV Хазарин (775–780), процарствовал только пять лет и не успел совершить чего-нибудь яркого, зато Ирина, оставшаяся регентшей при их малолетнем сыне, очень даже отличилась.

В 783 году она послала в Грецию войска. Вот что пишет историк Ф. Грегоровиус: «С богатой добычей вернулся Ставракий оттуда, словно из завоеванной земли… Ни Коринф, ни Фивы, ни Афины при этом случае даже не упоминаются». Историка удивляет, что величайшие города не упоминаются в хрониках. Но чему ж удивляться, если НА САМОМ ДЕЛЕ этих городов еще не было?…

В VIII веке из Византии в Грецию начали ссылать преступников (а их всегда ссылают в самые дикие места – то в Сибирь, то в Австралию, то, как видим, в Грецию), и с этого времени началась постоянная колонизация Греции эллинами.

Ирина, не одобрявшая разрушения божественных изображений, начатого в первой половине IX века Львом III, выступила за возвращение старых порядков. Сначала ее замыслы встретили противодействие: в храм, где собирались предать анафеме иконоборство, ворвались войска и остановили ее. Лишь в 787 году, разогнав участников событий по отдаленным гарнизонам, она смогла осуществить задуманное и примирить две ветви одной церкви.

Правда, восстановление кумиров было как бы половинчатым: только произведения живописи украшали отныне храмы Византии; скульптура, столь излюбленная на Западе, на Восток не вернулась.

Но, добившись примирения религиозного, она через десять лет, в 797 году, совершила поступок небывалый – поступок, навсегда разрушивший империю. Она отстранила от власти собственного сына Константина VI и стала первой в истории императрицей. Это было настолько ново и необычно, что вызвало шок в политических и религиозных кругах. Женщина (!) – на престоле?! Это все равно, что пустой престол.

А раз престол свободен, его может занять тот, кто смел и силен. 25 декабря 800 года в Риме короновался императором король франков Карл (768–814), прозванный Великим. Но все же, все же! Женщина на престоле – это, конечно, большая новость, однако коронация не в Царьграде, а в Риме, новость еще более потрясающая. Признают ли Карла императором все народы империи? Ведь он самозванец!

Вся эта история достаточно хорошо известна, но, на наш взгляд, поведение Карла после получения императорской короны блестяще подтверждает, что коронаций в Риме ДО него не было никогда, как не было и самого «Древнего Рима».

Карл предлагает Ирине стать его женой.

Это, конечно, решение проблемы для них обоих. Для нее – потому, что она женщина, а для правительницы это такой недостаток, который, кроме как браком, ничем не исправишь. Для него – потому, что он, женившись, входит в семью византийской императрицы и его зыбкое положение как бы получает законное подтверждение.

Ирина согласна!

(Интересно, что незадолго до этого она тщилась устроить женитьбу своего сына Константина на одной из дочерей Карла.)

Но, оказывается, не только Карл смел и силен. В 802 году секретарь Ирины Никифор, видимо раздосадованный всем этим политическим развратом, свергает царственную невесту с трона и отправляет ее в ссылку (на остров Лесбос, где она умерла через несколько месяцев).

Так империя развалилась на две части. Карл признать Никифора своим императором не хочет; тот, в свою очередь, относится к неудачливому жениху с большим сарказмом.

Лишь в 812 году, при императоре Ставракии, был достигнут компромисс. Императоры согласились считать друг друга со-императорами, но единства империи не было больше никогда, ее Западная (Романская) часть была потеряна Византией безвозвратно. Это стало второй крупнейшей потерей после 622 года, когда отошли земли, принявшие агрянскую веру.

Женщина на императорском троне принесла государству разрушений больше, чем метеоритная катастрофа!

Христианская богоматерь Афина

Традиционная история Афин повторяет историю других античных городов, этапы которой – великий древний расцвет, тьма средних веков, возрождение. Причем вторая часть этой триады, уж действительно, такая ТЬМА, что историки XIX века, не сомневавшиеся в официальной хронологии (в отличие от нас), буквально заходили в тупик.

Чтобы вы не обвинили нас в предвзятости, приведем несколько цитат из фундаментального труда Ф. Грегоровиуса «История города Афин в Средние века»: «Что касается собственно города Афин, то его судьбы в эту эпоху (Средневековье) покрыты… непроницаемым мраком… Доказательства существования Афин в мрачнейшую эпоху добыты вполне неоспоримые, но едва ли может служить что-нибудь более разительным подтверждением полнейшего исчезновения Афин с исторического горизонта, чем тот факт, что потребовалось приискивать особые доказательства ради того только, что достославнейший город по преимуществу исторической страны вообще влачил тогда существование».

Предположения, что горяки вырезали эллинов напрочь, а те потом восстановили историческую справедливость и «обратно» населили свою землю, не имеют никаких подтверждений. Зато существует на карте современной Греции огромное количество славянских названий: Волгаста, Границы, Кривицы, Глоховы, Подагоры и другие.

Мы вновь наблюдаем здесь эффект пущенной вспять киноленты, как и в случае с «исчезновением» древнеримской культуры.

Ф. Грегоровиус пишет об Афинах: «На Афины и Элладу теперь спускались более глубокие сумерки… Политическая жизнь здесь погасла, торговля и промышленность почти не оживляла греческих городов, за исключением бойкого рынка Фессалоник».

«Город обезлюдел, обеднел, его морское могущество и политическая жизнь угасла так же, как жизнь и во всей вообще Элладе… Славу же за современным (средневековым) городом обеспечивают не столько мудрецы, сколько торговцы медом… Мы не имеем фактических доказательств в пользу существования в Афинах ни школ, ни общественных библиотек. Тот же мрак покрывает гражданское устройство города Афин в данную эпоху».

«Ни история, ни предание не нарушают для нас безмолвия, окутывающего судьбы достославного города. Это безмолвие настолько непроницаемо, что тот, кто исследует следы жизни знаменитого города в описываемые столетия, радуется, словно открытию, когда натыкается хотя бы на ничтожнейшие данные, вроде приводимых в «житии» св. Луки о том, что чудотворец посетил Афины».

Отчего же такое «безмолвие»? Да оттого, что греческие хронисты Средневековья (Фукидид, Ксенофонт и другие) вместе со своими хрониками и всей историей были «выкинуты» на столетия и столетия в прошлое!.. Кстати, «фукидид» в переводе значит «подаватель кадила», дьячок – откуда такое имя у древнего грека?

Грегоровиус, рассказывая о средневековых хрониках, сетует: «Синезий в письмах из Афин ни единым словом не упоминает о знаменитых городских памятниках»… Бедняга Синезий! Да он просто не дожил до постройки знаменитых памятников. Греческие Афины как укрепленный поселок эллинов-колонистов появились впервые в VI веке. В VIII–X веках шло активное заселение полуострова и прилегающих островов выходцами из грекоговорящей части Византийской империи, начатое императрицей Ириной и Ставракием. Широкая застройка Афин, в том числе возведение культовых зданий, началась после Х века. Конечно, христианское население строило христианские церкви.

«Пресвятая Дева Мария уже начала победоносную борьбу с Девою Палладою из-за обладания Афинами, – пишет Грегоровиус. – Афиняне построили красивую церковь и водрузили в ней этот образ, который и нарекли Атенайя (Афина)…».

Античная богиня Афина и есть христианская Богоматерь, и знаменитый Парфенон построен в средние века как храм Афинской Богоматери!.. Грегоровиус так излагает историю религии в Греции:

«Греки просидели сотни лет, безвестные в истории, под сенью развалин седой своей древности… Некоторые из красивейших древних построек соблазнили афинских христиан переделать их в церкви. Когда именно совершилось это впервые и когда впервые афинский храм превратился в храм христианский, о том мы ничего не знаем. История афинских церквей очень смутна».

«Христианская религия обратила на свои потребности великую святыню античной городской богини на Акрополе (Парфенон), совсем почти не повредив храма. Во всей истории преобразования понятий античных верований и святынь в христианские не найдется ни одного примера такой легкой и полной подстановки, какая постигла Палладу Афин замещением ее Пресвятой Девой Марией… Афинскому народу не потребовалось даже менять прозвища для своей божественной девственной покровительницы, ибо и Пресвятая Дева Мария ими теперь именовалась Parthenos».

Документально подтверждается, что Парфенон как храм Богоматери существовал уже в XII веке н. э. Итак, что имеют историки? Храмы (в натуральном виде), средневековые документы, в которых эти храмы впервые упоминаются, а также ничем не подтвержденную «точку зрения», что они существовали эдак за тысячу-полторы лет до того. Начинаются толкования: «В чудном храме Эрехтеуме в неизвестную нам эпоху была устроена христианская часовня… В церкви Св. Димитрия распознали (!) храм Деметры» и так далее.

У нас другая точка зрения: храмы были построены в Средние века и с тех пор упоминаются.

И пусть вас не смущает «классическая» архитектура христианских храмов Афин. Религиозные и архитектурные каноны менялись, и еще как менялись! Римский Колизей, например, был христианским храмом. Или из русской практики: применение свинца, мягкого металла, при изготовлении церковных куполов приводило к тому, что купола, оседая, приобретали внизу округлые формы. Со временем их так и стали делать «луковкой». Кто теперь об этом помнит!

Так создавались декорации «Древней» Греции. Последующие события XIII–XV веков наполнили эти декорации жизнью, и вы увидите, как это произошло.

Латинская Греция

Мы не пишем учебника истории, поэтому нет в нашей книге последовательности в изложении событий. Наша задача – показать, что количество ошибок в традиционной исторической датировке невероятно велико. Поэтому зачастую мы оставляем «на потом» интереснейшие периоды истории. Крестовые походы, например. Сколько событий, открытий, страстей!

Должны предупредить тех, кто увлекается этой эпохой: будьте внимательны. Перед каждым походом в Европе распространялась невероятная ложь о зверствах мусульман и иудеев в отношении христиан. Крестоносцы в походах убеждались, что это не так, и католицизм становился более веротерпимым, но ложь осталась и кочует из книги в книгу. Имейте это в виду.

Сообщалось, например, что халиф аль-Хаким, начиная с 1009 года разрушал древнейшие христианские памятники и расхищал христианские святыни. Якобы только в середине XI века их вновь отстроили завоевавшие эти земли европейцы. Однако никакие руины не найдены, и можно сделать вывод, что в XI веке европейцы впервые построили эти храмы в городе Эль-Кудсе, и город с того времени называется Иерусалимом, Городом Мира или Святого Примирения.

И не всегда земли, будто бы захваченные мусульманами, были действительно захвачены. Большая или меньшая часть населения Сирии, Палестины, Малоазийского полуострова, Испании, Сицилии исповедовала мусульманство, но все равно это было местное население, а не пришлые захватчики.

С другой стороны, пора, наконец, отказаться от навязанных стереотипов, будто крестоносец – это тупой фанатик в железном панцире, единственная страсть которого резать беззащитных кровожадных сарацинов и похищать несметные сокровища из их убогих жилищ.

Грубая сила всегда на виду, поэтому силовое деяние попадает в летопись быстрее, чем тонкая материя духа и просвещения. Сколько было крестоносцев-миссионеров, принесших слово Божие, а заодно и знания о науке, технике, медицине в отдаленнейшие уголки мира! Можно смело сказать, что современная цивилизация на планете Земля – ЭХО КРЕСТОВЫХ ПОХОДОВ.

Теперь вы можете смело браться за изучение этой интереснейшей эпохи. А мы вам покажем, как в результате 4-го Крестового похода были созданы история, искусство и мифы Древней Греции.

В 1204 году латиняне Романской империи направили удар Крестового похода против Константинополя. Византийская империя была разгромлена. На ее землях итальянские и французские захватчики образовали так называемую Латинскую империю. Ее императору, избираемому из числа западноевропейской знати, отошла четвертая часть завоеванных земель, остальные земли разделили между рыцарством разных стран и Венецией. На греческом архипелаге были созданы республики венецианского типа; материковая Греция досталась французам.

И хотя Латинская империя пала уже через 57 лет (15 августа 1261 года, когда сторонники православия вернули себе Константинополь), сама Греция оставалась протекторатом еще долгое время.

Здесь появились княжества и королевства латинян.

Весь Пелопоннес занимало Ахайское княжество, просуществовавшее под культурным европейским влиянием и протекторатом Западной Европы двести двадцать семь лет. Ахайский князь не был монархом, а только «первым среди равных», подчиняющимся феодальному кодексу (прототип устройства Древней Спарты).

Резиденцией герцогов Афинских были Эстивы, принимаемые теперь за древние Фивы.

Греция очень быстро превратилась в модное и удобное место! Мало того, что она как-то вдруг вернула себе «древнее» военно-морское превосходство, так она еще стала курортом, центром притяжения для знатных людей. Дамы и кавалеры, высшая знать Европы, принцы и принцессы едва ли не наполовину переселились в Грецию.

Началось бурное строительство частных и общественных зданий, в большой чести были искусство и спорт, ведь эти люди были не из тех, кому надо гнуть спину на виноградниках, чтобы заработать на жизнь. Это были свободные люди, и свободного времени у них было достаточно. Они ваяли скульптуры, создавали фрески, философствовали, писали поэмы и музыку, устраивали у подножия Олимпа многолюдные спортивные состязания.

В Эстивах стоял прекрасный, покрытый фресками замок, в котором творил граф Сент-Омер (Sent-Homer), автор героических поэм о былых войнах и о дальнем, полном приключений плавании крестоносцев под водительством отважного царя Итаки Одиссея… Он писал на старофранцузском языке, но греческий тоже был в ходу. Вспомним, в Средневековье на греческом говорила вся знать Рима, а южная Италия вообще называлась Великой Грецией.

Получается, что сначала (в VIII–X веках) Грецию заселили самые деятельные люди Восточной империи, а затем – самые культурные и богатые люди империи Западной.

Ф. Грегоровиус пишет: «Новую историю для Греции открыли именно латины, и новая история эта оказалась почти такой же пестрой, как и древняя… Венецианские нобили, жаждавшие приключений, пустились в греческие моря, изображая из себя аргонавтов XIII века… При дворе Феодора II жил знаменитый византиец Георгий Гемист (Плетон), воскресший античный эллин».

Но вот беда! История франкских крестоносных государств на территории Греции тоже имеет громадные пробелы из-за «недостаточности исторических документов». И это несмотря на то, что «то было время, когда сказки и предания превращались в действительность». По нашему-то мнению, как раз наоборот: историки превратили действительность в сказки и предания, несмотря на то, что сохранилось немало архивов той поры.

В. Мюллер пишет: «Эти архивы дают нам лишь скелет той романтической драмы, театром которой была Греция в продолжение 250 лет и в которой играли руководящие роли: и живописная толпа бургундской знати, и германские рыцари, и военные авантюристы Каталонии… и флорентийские богачи… и, наконец, принцессы и высокопоставленные дамы из старейших французских родов».

Военные авантюристы Каталонии, о которых сообщает В. Мюллер, это так называемая «каталонская команда», испанцы, в XIV веке захватившие часть греческих земель. «Команда» была нанята византийским императором Андроником II для других каких-то работ, но условия контракта их не устроили, и они предпочли самостоятельно поразбойничать в Греции. Предводителем у них был немец Роджер Блюм (цветок); в испанской ватаге он получил имя де Флор (тоже цветок). Как видим, еще и в XIV веке имена переводились. Испанцы мало обогатили культуру полуострова за свое столетнее владычество, став лишь «авторами» многочисленных развалин, которые спустя два-три столетия были сочтены историками за дохристианские. Испанские источники превозносят этих разбойников до небес как благородных рыцарей, а греческие восклицают: «О, если бы Константинополь никогда не видел латинского Роджера!» На острове Эвбее и теперь еще, осуждая дурной поступок, говорят: «Этого не сделал бы и каталонец».

В самом начале колонизации и ради ее поощрения папа издал буллу, согласно которой переселенцы сохраняют имущество на родине и получают с него, находящегося под охраной католической церкви, доход. Правда, реальная жизнь внесла свои коррективы, особенно в части дохода, ведь по прошествии двух столетий переселенцев напрочь забыла родня во Франции и Италии. Пандемия чумы, свирепствовавшей в XIV веке по всей Европе, довершила дело.

Отсутствие инвестиций из Европы и вызванный этим фактором экономический кризис привел королей и герцогов греческих территорий к необходимости ассимилироваться здесь окончательно. Тех, кто не смог «стать своим», православная церковь Греции объявила язычниками, и они уехали вместе со своей поэзией, культурой и романтизмом.

Приход к власти в Константинополе турок в 1453 году довершил дело, и Греция надолго выпала из сферы интересов Европы. История ее мифологизировалась, а хронология, составленная Скалигером и Петавиусом, закрепила миф.

Уже в XVI веке всерьез ставился вопрос: существует ли город Афины? «Только непосредственным знакомством мог быть разрушен упорно державшийся в Европе предрассудок, будто Афины не существуют; это была заслуга французских иезуитов и капуцинов. Первые появились в Афинах в 1645 г.» (Грегоровиус).

Во второй половине XVII века французские монахи составили первые планы города. Лишь после этого в условиях уже сложившейся исторической хронологии началось научное изучение Афинского наследия. Историки, опираясь на эту хронологию, исказили, вслед за историей Рима, и историю Греции.

Системы правления

Предлагаем отрывок из книги Жана Бодена «Метод легкого познания истории». Здесь сравниваются формы народного правления у римлян, греков и венецианцев. Римляне и греки, по традиционной истории – «древние», венецианцы же по определению древними быть не могут, поскольку сама Венеция появилась на карте Земли (на морских островах) только в IX веке. Но удивительное дело! Жан Боден, автор XVI века, считает возможным ставить венецианскую систему правления в пример афинской. Мы тут специально не даем обширных пояснений, текст говорит сам за себя (разбивка на абзацы наша, – Авт.):

«Однако позвольте нам, в надежде доставить вам некоторое удовольствие, сравнить, прибегая к более убедительным аргументам, формы правления афинян, венецианцев и римлян, с тем, чтобы мы могли признать, что их государства были народными (в этом они не имеют ничего общего со спартанцами). Когда я говорю о форме римского государства, то я заведомо считаю народной определенную систему, при которой народ имеет действительную, а не фиктивную власть, как это было в ранние дни при королях, которые отдали народу право высшего решения вопросов о войне, мире, суде, помиловании, о чем свидетельствует Дионисий в IV книге. Хотя в действительности короли сами по собственному разумению и воле решали эти вопросы. Также и Август, когда пришел к власти, сохранял подобие комиций,[21] но законы он принимал раньше народа и на деле являлся единственным судьей. Общеизвестен и неоспорим факт, что собрание народа имеет верховную власть. Но таковая власть имеет отличия. Например, венецианский народ контролировал только те вещи, которые, как мы упоминали, принадлежали к юрисдикции верховной власти, остальные – решались Сенатом, магистратами. Редким было принятие обращения к народу, еще более редкими – споры о начале войны и уж совсем редкими – о принятии или отмене законов. Если когда и созывался народ, то почти всегда для выбора магистратов. Римский плебс, однако, был окончательным авторитетом даже в делах выборных магистратов, которым на деле не принадлежало могущество государства. Почти повсюду народ назначал магистратов.

С другой стороны, афинский народ в дополнение к решениям о законах, союзах, войнах также занимался религией, посольствами, планами, работой Сената и даже принимал решения по пустяковым вопросам, чаще, чем это требовалось. В ранний период, действительно, горожане были вынуждены посещать общественные собрания под страхом наказания штрафом, как можно прочитать у Поллукса (183 год н. э. – Авт.). В результате правления Перикла значительно уменьшилась власть Ареопага и усилилась власть народа. Потому что Перикл вознаграждал народ за участие в народных собраниях. Было довольно плохо то, что граждане определяли свою волю и принимали решения путем поднятия рук (как и сейчас[22] делают гельветийские горцы), когда слабых заставляли голосовать кулаками более сильные, и это было самым убедительным их аргументом. Исключение составляли остракизм (изгнание из общества. – Прим. переводчика) и получение гражданства, как свидетельствует Демосфен в своей речи «Против Неэры». Хуже всего, когда народ бесконтрольно представлял к наградам и даровал гражданство, раздавал щедроты, короны, первые места, постановления и еду на площадях, об этом Демосфен написал в своей речи «Против жителей Лепты».[23] Все это в результате доставалось самым бесстыдным, но проходило мимо самых честных. Это было даже более глупо, чем то, что при выборе магистратов опирались на большинство, потому что эта власть была в большей степени игрой на удачу, чем демократией, так как власть гарантировалась согласием большинства, но не всем народом.

Римский путь был лучше, потому что у них все выборы всех магистратов проводились на основе гарантированного независимого права голоса, согласно закону Кассия и Папирия, который не был поддержан Цицероном, чему я очень удивляюсь. Хотя предоставленное всему народу право голоса привело к длительной ненависти и борьбе. Народу, однако, полезно давать вознаграждения, хотя мы видим, что римляне не признавали более высокой награды, чем слава. Это действительно правда, что среди венецианцев[24] было принято предоставлять права гражданства иностранцам, заслужившим похвалу государства. Отличившиеся перед государством могли получить гражданство, почести, службу и статус.

Но Сенат римлян отличался от Сената венецианцев, афинян, генуэзцев, рагузанцев, как и почти всех городов-государств, которые контролировались властью оптиматов, организованной таким образом, что последние имели власть пожизненную, а первые – сроком на один год».

Демократическое устройство власти «древних» Рима и Афин удивительно в своей изолированности среди всеобщей дикости и тирании. Напротив, такое же демократическое устройство этих городов, когда оно показано в сравнении с подобными городами-государствами Средневековья и оказывается широко распространенным, не удивляет. БЕЗ СОМНЕНИЙ, перед нами описание государственного устройства Рима и Афин XII–XIV веков, тех самых времен, о которых сказано историками: «архивов не сохранилось», и что там было, неизвестно. Остается сделать последний шаг и понять: если о средневековом Риме, существующем одновременно с Венецией и Генуей, свидетельствуют Цицерон, Кассий и Папирий, а об Афинах – Платон, то и они средневековые деятели.

«Платоновский Сенат всегда избирался ежегодно. Среди венецианцев Сенат имел очень большую власть, среди римлян – довольно умеренную, среди афинян – совсем незначительную, и чем больший авторитет давался народу, тем заметнее ослаблялась власть Сената. В более поздние времена решение Сената могло быть приостановлено речью одного протестующего трибуна. Многие комментаторы римского права ошибаются, когда относят к Сенату право приостановки действия закона. До правления Тиберия это было не дозволено. Тиберий передал от народа Сенату эту функцию комиций, которую Август вернул народу, поставив его полномочия сразу после своих. Он использовал этот шаг для того, чтобы утверждать законы, которые он сам уже определил. Кроме того, он решил предоставить народу право выбора на половину служебных мест, распространив это правило на половину провинций, хотя кандидатов всегда предлагал сам. Тацит во II книге, Дион в LIII книге рассказали, что комиции были преобразованы в Сенат. Это означало, что права, в принципе предоставленные народу, затем были переданы Сенату. С этого времени решения совета Сената стали иметь силу закона. Законы, однако, готовились правителями и только затем утверждались, это можно пронаблюдать в речах императоров Марка, Адриана, Севера, которые мы имеем в Пандектах.

Но здесь мы обсуждаем демократический период и власть трибунов. Среди венецианцев трибунов не было, поэтому и не было бесстыдных ораторов, которые отваживались бы управлять народной волей, приобретать то, что хотели. Сенат приказывает то, что может приказать своим могуществом и император, исключая народ Афин или Рима, как писали Плутарх и Демосфен в своей речи «Против Андроция». Демосфен обвинил Андроция, потому что тот принял закон раньше народа и без одобрения Сената. Этому обвинению Андроций противопоставил существующую традицию, согласно которой он имел выбор в этой ситуации. Однако заключительной частью закона, которую можно назвать худшей, им позволялось принимать некоторые меры раньше римского плебса и без согласия Сената. Венецианцы очень справедливо решили, что ни одно дело не может быть отдано на рассмотрение народу или в Сенат без обсуждения в Совете шестнадцати или, по Аристотелю, в Совете старейшин.[25]

С другой стороны, здесь есть один общий аспект. До тех пор пока государство развивалось свободно, ни у афинян, ни у римлян Сенат не касался суда, при условии, что разбирательство не носит чрезвычайного характера или жестокость преступления не требует меры наказания сверх обычной. Но когда афинский Сенат имел экстраординарные функции, он и тогда не имел права налагать штраф выше 500 драхм, как Демосфен пишет об этом в речи «Против Эргоса». Если происходило что-либо серьезное, то это должно было обсуждаться и приниматься всем венецианским народом. Советы десяти и сорока имели специальную компетенцию общественного суда, даже афинский Сенат имел дополнительные функции, позволявшие удалить человека по воле народа в целях его собственной защиты.

Среди римлян цензоры имели определенную власть, среди венецианцев подобной властью обладал Совет десяти. Среди венецианцев и афинян были магистраты, которые имели много общего, но совсем не были похожи на римлян, исполнявших те же функции. Известно, что в Риме было совсем немного магистратов, но Афины имели их очень много. С другой стороны, Совет пятисот был ниже Ареопага и имел власть, равную власти венецианского Совета десяти. Но было различие, которое заключалось в том, что нечто, существовавшее короткое время, предопределяло жизнь в дальнейшем, становясь традицией. Афиняне были первыми, кто в законе возвысился над королями, затем Солоном была проведена проверка хранилища законов с целью поиска и упорядочения всех материалов,[26] как об этом писал Плутарх. Но так как Перикл разрушил власть Ареопага, то не осталось власти на более низком уровне, чем власть Десяти, еще более ущемленная созданием Совета сорока, а потом – семи и шестнадцати. Затем создается коллегия из девяти архонтов, которая является некоторой аналогией коллегии семи у венецианцев.

Против этого была создана коллегия сорока, которая имела значительную силу, и введены сорок эфоров, которые могли быть сравнимы с сорока уголовными судьями венецианцев. Но эти эфоры имели юрисдикцию только в случае нечаянного убийства, как мы можем прочитать у Поллукса и Павсания в его описаниях Аттики, где подробно объясняются все типы судов. К судебной ответственности привлекались не только граждане и иностранцы, но даже животные и птицы, а также неодушевленные предметы. Это было обычным среди греков. Плутарх написал в жизнеописании Тимолеонта, что после Дионисия Младшего и Гикета управление городом стало похожим на систему карфагенян. Основным наказанием было взыскание со статуй диктаторов и тиранов, так как считалось, что таким образом наказывают самих тиранов.

Было почти 220 магистратов, избиравшихся ежегодно большинством из всего народа. Они занимали свой пост около шестидесяти лет жизни, по Поллуксу, или около пятидесяти лет, как говорит Суидий, или столько лет, сколько раз их переизбирали. Это может быть сравнимо с системой венецианцев, когда восемьдесят человек избирались для разбора гражданских случаев, из которых сорок занимались разбором случаев между иностранцами и гражданами. Архонт заслушивал судей граждан, полимах – судей иностранцев. Два претора, городской и иностранный, вместе с сотней людей выполняли эту службу среди римлян. Во главе их были десять человек, выступавших в суде в интересах претора. Преторы, наделенные сенаторскими и воинскими функциями, председательствовали в общественных судах в специальных судебных куриях. Аврелианским законом к ним были добавлены трибуны казны. Среди афинян Совет десяти филархов, или старейшин родов, по некоторым утверждениям, был точной копией коллегии шестерых, разбиравшей судебные дела среди венецианцев, и филархи афинян были подобны префектам гильдий среди венецианцев или старшинам курии среди римлян. Служащие такого ранга почти всегда имели право ареста. Напротив, демархи афинян были похожи на трибунов плебса только именем, но не властью.

Президенты, архонты, суперинтенданты Сената, собрания, судебные заседания – все это имело некоторое подобие в различных венецианских гильдиях. Римские консулы председательствовали в Сенате, считавшемся единственным высшим судьей над народом, трибуны стояли над плебсом, а в судебном заседании главная роль принадлежала эдилам (довольно редко), или главному магистрату, или претору. Среди афинян, однако, были одиннадцать человек, которых называли «стражи закона» по Поллуксу, они представляли собой почти то же самое, что и триумвиры среди римлян. Намного меньше судей было среди венецианцев, хотя римляне и афиняне их вовсе не имели. Впрочем, были служащие, подобные торговым судьям по коммерческим делам. Эти факты могут быть прослежены по Контарини. Среди венецианцев есть вид магистрата, который называется триумвир-адвокат. Он имел право обвинять и арестовывать преступников. Поэтому как среди римлян, так и среди греков никто не мог быть обвинен без доказательств.

В нашей стране[27] есть некоторые вещи, схожие с их правилами, например вызов трех свидетелей во всех категориях судов. Logistae афинян почти сравниваются по многим параметрам с синдиками венецианцев, так как каждый решает вопросы в соответствии со своими служебными обязанностями. Основанием в этом [в определении круга служебных обязанностей] является знание законов, которое приобреталось раньше, чем судья официально начинал действовать; в ходе разбирательств он мог обращаться [по спорным или незнакомым вопросам] к муниципальным судьям. Судьи другой категории, которые брали под контроль казну, были как у афинян, так и среди венецианцев.

Численность префектов налогов и казначеев у венецианцев была весьма велика, что соответствовало большому количеству пошлин и налогов. Среди них были префект налогов, займов, хранители казны и городские квесторы, имевшие дело с деньгами. У афинян были хранители сокровищ Паллады, хранители муниципальной казны или драгоценностей, синдики, которые собирали священные деньги для выплат жалований, хранители казны Игр, военной казны, казны товаров для продажи, регистраторы товаров, ревизоры-контролеры. Но самой важной среди прочих была казна народа. Судьи, отвечающие за продовольственное снабжение, всегда были более многочисленны среди венецианцев и римлян. Позднее эти функции возлагались на одного префекта продовольственного снабжения или на двух эдилов.

С другой стороны, к служащим рынка были добавлены многочисленные контролеры зерна, пятнадцать контролеров мер и весов, контролеры торговцев. К тому же среди венецианцев было много уполномоченных по охране общественного здоровья, супервизоров денежного обращения, дорожных комиссаров, командующих флотом, прокураторов святого Марка, которые заботились о сиротах и вдовах. Среди афинян имелось бесконечное множество ответственных лиц, заботившихся о безопасности граждан и благоустройстве города. Аристотель назвал их «городскими стражами». Но существовали также комиссары водных запасов, укреплений и общественных работ. Кроме того, стражи закона контролировали церемонии, суперинтенданты – традиции, винные инспекторы организовывали пиры, специальные магистраты выявляли нарушения в школах, хореги инспектировали хоры, генекосмы следили за поведением женщин.

На специальных общественных служащих возлагались конкретные общественные задачи и административные обязанности. Рекрутские офицеры отделяли граждан от иностранцев. Послы направлялись к союзным или иностранным народам. Выше всех я поставил бы военных служащих, старшин, кавалерийских генералов, капитанов и командующих. Во главе я поставил бы также и преторов, которые становились все более многочисленными среди римлян по мере того, как возрастал интерес к религии и военным занятиям.

Среди афинян я не нашел провинциальных служащих, так как их союзы имели своих собственных магистратов, но право помилования было юрисдикцией только афинских магистратов, как мы читаем у Ксенофонта. Так было заведено и среди венецианцев и римлян. Они также имели провинциальных судей. У римлян их было три вида: правитель (губернатор), депутат (заместитель) и казначей. Если провинция имела обширную территорию, то добавлялись еще и депутаты. Венецианцы предпочитали назначать четырех магистратов: претор городских занятий, военный префект, хранитель цитадели, казначей. Такова была структура власти всех наиболее известных государств демократического типа, за исключением карфагенян, традиционное устройство которых весьма невнятно прописано на страницах сочинений Аристотеля, Полибия и Ливия.

Из этих фактов ясно следует, что венецианское государство, формально оставаясь народным, мало-помалу стало изменяться в сторону аристократического правления. Так как большинство граждан и плебса были заняты ремеслом, то они были готовы отойти от управления делами, а иностранцы и союзные посланники не допускались к управлению, если право участия в правительстве не давалось как награда за особые заслуги перед государством. Иностранцу гражданские права предоставлялись с большой неохотой. Постепенно старые фамилии стали исчезать, древние роды становились малочисленными. Во время Генуэзской войны[28] даже тридцати иностранцам не предоставили прав, и это при том, что город очень нуждался в преданных воинах и испытывал сильнейшую нужду. Число граждан среди афинян увеличилось, когда всем временно проживающим и свободным было даровано право гражданства. Римляне, со своей стороны, принимали в число граждан всех свободных, за небольшим исключением, поэтому латиняне стремились продать своих детей в рабство именно к римлянам, чтобы те после освобождения смогли достичь права почестей, – так утверждает авторитет Дионисия. Позже в результате общественной борьбы римляне предоставили гражданство всем итальянцам, позднее – всем иностранцам и, наконец, всем, проживающим на территории Римской империи. Неимущих и плебеев среди венецианцев так же много, как знатных и богатых, но, будучи суверенной личностью, каждый из них является в высшей степени гражданином, как, например, любой магистрат, но они различаются в праве на почести и в праве на участие в правительстве.

Сейчас мне следует вернуться назад, к тому месту, откуда я начал свои рассуждения. Любой венецианский гражданин мог быть канцлером (хотя это допускалось только через голосование, причем не большинства) или даже секретарем, и тогда он мог бы возвыситься над гражданством, потому что имел уникальный и редкий пост, который пожизненно получали только несколько человек. Но венецианцы зорко следили за тем, чтобы он прежде всего оставался гражданином. Люди, оставшиеся за пределами прав, были иностранцами. Среди афинян, если довериться их писателям, было 20 000 граждан, которые держали в своих руках часть власти, а также 10 000 иностранцев и рожденных от иностранцев, которые были отрешены от почестей и голосования и не могли претендовать на звание гражданина. Но поскольку они получали свободу, покровительство правительства, равенство со всеми перед законом, постоянное место жительства, то они могли быть востребованы другим правительством и при другой форме государственности, ибо они получали право считать родиной землю, на которой родились.

Таким образом, в действительности могло быть 30 000 граждан, из которых 12 000 составляли основу народного правления. В государствах этого типа не обязательно, чтобы все граждане поддерживали правление, но – только их большая часть, так как говорят, что если довольно большинство, то довольны все. С другой стороны, когда правит меньшая часть граждан и то, что принято несколькими гражданами, должно уважаться как закон, то власть является аристократической. Но до каких пор мы действительно будем основываться на принятой трактовке, по которой выходит, что правительство не является аристократическим до тех пор, пока лучшие люди не встанут в главе его? Однако такой подход не позволит назвать аристократическими государства венецианцев, рагузан, генуэзцев, жителей Лукки и германцев, где всего несколько человек имели контроль в своих руках, да и вообще в наше время возникновение аристократических государств исключено.

Коррупция может появиться в любом государстве, где нобили или богатые люди сосредоточили в своих руках политическую власть, не располагая ни уважением окружающих, ни личной добродетелью, ни соответствующим образованием. И только иногда лучшие или наиболее проницательные являются группой, поднявшейся над бедностью и незнатностью происхождения. Эта теория ведет к полной глупости.[29] Кроме того, позвольте нам использовать народное выражение и определить власть оптиматов как правление нескольких, а этих нескольких определить как меньшую часть граждан: кажется, что только двое или трое триумвиров (это число 2 непонятно для правоведов, как они сами признаются), как при Августе, так и при Антонии и Леониде, представляли собой государство и управляли действием основных законов. Эта система управления постепенно уступала место трем монархам, потом – двум и, наконец, одному».

Далее Жан Боден рассказывает о различных видах монархий. Здесь рядом с римлянами и греками уже появляются испанцы, турки и поляки. Совершенно очевидно, что во времена Бодена не было еще стереотипного представления о немыслимой древности греков и римлян.

«После правителя высшей властью обладает Сенат, который среди нас обычно называется Тайным советом, среди испанцев – Королевским советом, среди турок – Священным советом. В дополнение к этому повсюду имеется еще один Сенат, который испанцы называют секретным, а мы – внутренним советом. Он состоит из четырех-пяти человек, которые находятся в дружеских отношениях с правительством и имеют дело с секретами империи.

Другим советом является орган, который занимается внутренними делами. Это четыре или пять человек, которые контролируют власть знати, торговые компании, военные походы. Еще одним, пятым органом власти является инквизиция, где принимаются к рассмотрению религиозные дела. Шестой обычно включает в себя военачальников и высшую знать, он ограничивается военными делами. Среди поляков есть два совета: первый – более избранный, второй – более широкий или большой. В эти советы допускаются епископы и военачальники, коменданты крепостей или те, кто несет основную службу, как об этом сообщает Жан Сарий, польский писатель.

Среди англичан избирался Сенат, в который входили около сорока человек и который был утвержден Эдуардом II,[30] он формировался из тех, кто обладал высоким авторитетом и уже доказал свою проницательность… Турки, говорят, имеют правительственный Сенат, состоящий из четырех пашей и двух кадилесков, а также восьми бейлербеев. В нашем обществе принцы королевской крови допускаются в совет, так же как и крупнейшие магистраты, например канцлер, коннетабль, министр торговли, королевский библиотекарь, марешали, адмиралы и великие военачальники. Остальные избираются волей правителя, как, например, кардиналы, епископы, некоторые служащие казначейства, президент парламента и другие служащие, которые выдвигаются в соответствии с их заслугами в международных делах и богатым опытом в управлении государственными делами.

За консулом, по степени важности, следуют коннетабль и канцлер, эти фигуры почти во всех монархиях выполняют одинаковые функции. Формально при римских королях считалось, что они влияют на законы с таким же успехом, как и на армию: при диктаторе – командующий армией, при императорах – командир охраны. Далее этот же служака становился хорошим сенатором, бравым генералом и красноречивым оратором, в соответствии с требованиями времени. Такими были Фемистокл, Аристид, Перикл, Фалерон, Демосфен, Катон, Цезарь, Брут, Антоний и бесконечная череда других.[31]

Так под влиянием многочисленных законов происходило становление государства. Система военной и городской администрации была разделена, повсюду была принята двойная система служащих: одна – для мирного времени, другая – для военного. Тот же самый человек, который как в нашей стране, так и среди испанцев и британцев назывался майордомом дворца, в другое время назывался комендантом или коннетаблем. Среди карфагенян он именовался munafidus, Джовио назвал его неточно – niphates, это же название Лев Африканский использовал для обозначения человека этого ранга в султанатах. Среди турок он известен как визирь, что соответствует нашему главе собрания, среди абиссинцев – betudeta, что означает «слуга». Авторитет этих людей всегда был велик, а должность считалась и более почетной, чем у гражданских служащих – чиновников, потому что безопасность государства и внутренний порядок зависели от боеготовности армии, а основой издаваемых декретов и приказов является военная администрация, которая исполняет приказы.

Функции канцлера тоже почти одни и те же повсюду – быть толкователем правосудия и законов, а также хранителем священной печати. Макиавелли глупо наделял канцлера Галлии неограниченной властью над жизнью и смертью граждан. Официальное лицо, выполняющее те же функции, что и канцлер, среди абиссинцев называется главой правосудия, как свидетельствует Альварес. Среди турок это кадилеск, а среди магистратов – лидер, если сказать по-европейски. Эти лица присваивали себе первенство над пашой. Они имели также контроль над магистратами и вынесением окончательных решений в судах. Человек, который является муфтием или главой священников, действительно решает, как трактовать священный закон таким образом, чтобы никто не смог себе даже представить закон, который выше и значительнее религии. В военную годину, как и в мирные времена, чиновники подчиняются главе священнослужителей. Эти люди среди персов называются сатрапами, среди римлян – правителями, среди турок – бейер беями, а среди германцев, британцев и галлов они называются герцогами, а также графами и являются сейчас правителями провинций. Те, кого турки называют sangiachi, также отличаются от наших сенешалей».

Закат Византии

«… Время Палеологов принадлежит к наименее ясным временам византийской истории, причиной чего является ОБИЛИЕ и РАЗНООБРАЗИЕ источников», – пишет А. А. Васильев в книге «Падение Византии» о событиях XIV – середины XV века.

Васильев, один из крупнейших историков, пишет такую вещь! Да ведь недавно мы читали, как историки сокрушаются о недостатке исторических источников. Казалось бы, чем больше источников, тем полнее представление о событиях, яснее история! Ан нет. Всякий самостоятельный рассказ о событии односторонен, он выражает видение и оценки одного свидетеля, а когда свидетелей оказывается много, труднее выяснить истину.

Так, по разным свидетельствам, в XIV веке Византия предстает то страшно разрушенной (сообщают араб Абул-Феда и испанец Клавихо), то пышной и богатой (сообщает Кодин, о разрушениях у него ни слова). Эти взаимоисключающие свидетельства сбивают историков с толку. Но пройдитесь по Москве конца второго тысячелетия, вы увидите и нищету, и бьющее в глаза богатство.

В то время Византия, после Крестовых войн и потери почти всех своих земель, являла собою жалкое зрелище. Она сократилась до размеров одной лишь Константинопольской области, но эта область, обладавшая чрезвычайно выгодным географическим положением, притягивала международных авантюристов отовсюду.

Не считаясь с местным правительством (а управлял император!), Генуя и Венеция прямо на территории Византии, почти в самом Царьграде вели между собой войну за право обладания проливами. Венецианский флот, прорвавшись через Геллеспонт и Мраморное море, разорил и сжег берега Босфора и предместье Царьграда Галату, где жили генуэзцы. Тогда генуэзцы укрылись за стенами столицы, устроили погром здешним венецианцам и добились у императора Андроника II разрешения обнести Галату стеной и рвом.

Во главе их колонии стоял подеста, назначаемый из Генуи. Так рядом с православным Царьградом возник хорошо укрепленный, политически независимый и влиятельный латинский городок. Все это совершенно не нравилось ни населению, ни политическим и религиозным руководителям окружающих территорий, осколков великой империи.

Стефан Душан, король Сербии (1331–1355), объединивший под своей рукой Сербию, Боснию и Герцеговину, Албанию, Эпир, Фессалию, Македонию и другие земли, полагал, что сумеет покорить и Константинополь, чтобы восстановить величие православной державы. Он был провозглашен царем сербов и греков, а сербский архиепископ возведен был в сан патриарха. Но на этом «объединение Византии» и кончилось, поскольку турки Малоазийского полуострова тоже имели на судьбу империи свои взгляды. Потерпев от них поражение, Стефан Душан вскоре умер.

(Интересно, что после его смерти созданная им держава рассыпалась. Это был крах уже третьей попытки создания на Балканах Югославской империи, после предпринятых в Х веке Симеоном Великим и в XIII веке Иоанном Асением II.)

А кто такие турки, победители Стефана Душана? Это тоже наследники Византийской империи, коренное население Малой Азии, живущее по законам Византии со времен Диоклетиана и Константина I. Конечно, судьба родных земель была для них небезразлична! Мусульмане, они были весьма веротерпимы. Существует масса свидетельств мирного сосуществования на одних землях мусульман, христиан и иудеев. Но после XI века латинская церковь провела несколько военных походов против мусульман (и против православных). Удивительно ли, что туркам не нравилось присутствие на их исконной родине латинских торговцев и войск?

Однако ни византийскому императору, ни латинянам турецкие «виды» на управление Византией не нравились. Чтобы организовать совместное противостояние им, летом 1439 года в кафедральном соборе Флоренции была торжественно провозглашена уния (соединение) восточной православной и западной католической церквей. Уния была подписана папой Евгением IV, императором Византии Иоанном VIII Палеологом, митрополитом московским Исидором. Взамен папа должен был поднять новый Крестовый поход против мусульман.

С политической точки зрения Иоанн VIII совершил громадную ошибку, подписание унии предопределило крах его микроимперии. Народ и большинство патриархов унии не приняли, многие из патриархов, подписавших ее, сняли свои подписи. Митрополита Исидора по его возвращении в Москву взяли под стражу.

Таким образом, уния осталась личным делом византийского императора, ее осудили православные владыки.

Между тем папа сподвигнул на войну с турками венгров, поляков и румын. Составившееся крестоносное ополчение встретилось в 1444 году с войсками султана Мурада II у города Варны и потерпело полное поражение. Это сражение стало последней попыткой Европы помочь Византии.

К маю 1453 года столица была на грани падения. Кто защищал ее? Греки, венецианцы, генуэзцы.

«Видя приближение смертельной опасности для города, Константин XI (сменивший к тому времени Иоанна VIII) обратился снова за помощью к Западу; но вместо желанной помощи в Константинополь прибыл римский кардинал Исидор, бывший московский митрополит и участник флорентийского собора, и отслужил униатскую обедню в храме Св. Софии, что вызвало сильнейшее возбуждение среди городского населения. Один из министров сказал, что лучше Константинополю быть под властью чалмы, чем папской тиары», – так пишет А. А. Васильев.

Вскоре после этого произошел государственный переворот, власть в империи взяли турки-мусульмане.

Имея массу свидетельств с той и другой стороны, европейские историки приняли только одну точку зрения, согласно которой пришлые турки завоевали чужие земли, а население Малоазийского и Балканского полуостровов, дабы не попасть в магометанское рабство, вынужденно бежало в Италию и Испанию.

С точки же зрения турок, это просто освободительная война на своей территории. Естественно, итальянцы и испанцы бежали к себе на родину! Пришли хозяева, незваным гостям пора и по домам. Такой взгляд на вещи, в общем-то, был тогда и в Европе. Известна бронзовая медаль работы итальянского медальера Констанцо 1481 года с изображением султана Магомета II и надписью, подтверждающей, что султана считали императором Византии: «SULTANI MOHAMMETH OCTOMANI VGVLI. BIZANTII IMPERATORIS». Но европейским историкам более позднего времени, конечно, милее было объявить турок захватчиками.

Мусульмане взяли власть, а православные местные жители (в основном греки) остались, где и жили, на той же территории.

Тело погибшего при штурме города императора Константина было с почетом погребено, и, по некоторым свидетельствам, над его могилой была зажжена по распоряжению нового турецкого правительства неугасимая лампада. Православные религиозные учреждения сохранились и продолжали службы. Личности патриарха, епископов и священников признавались неприкосновенными, все духовные лица освобождались от податей. Гражданам империи была предоставлена полная свобода вероисповедания.

Даже в турецкую армию (в янычары) набирали христиан, причем местных, а не военнопленных, как утверждают историки-традиционалисты. Что за фантазия составлять себе армию из военнопленных, когда своих «иностранцев» некуда девать?

… Через тридцать лет еще одно государство Средиземноморья сменило свою религиозную окраску – Испания. История говорит нам о бесконечной, тысячелетней смене населения Пиренейского полуострова. Финикийцы, вестготы, арабы, евреи, испанцы; христиане и «грубые мусульманские племена».

До VIII века на полуострове проживали так называемые «мос-арабы» – якобы испанцы, усвоившие арабский язык и арабские обычаи, но христиане по вероисповеданию. Думаем, население не менялось, и ничего оно у арабов не перенимало, так как арабы и были коренным населением этой страны. Что касается религии, на полуострове жили одновременно семиты разных вер, как мусульмане, так и иудеи. Колонизация заселенной ими территории шла с северо-востока, вели ее преимущественно христиане.

Н. А. Морозов выводит название «мос-арабы» от слова Mus’arabi, моисеевы-арабы, что означает первичных мессианцев доевангелического толка. Слово же араб – от еврейского АРБ, западный.

В начале IХ века Карл Великий основал в Барселоне христианскую «Испанскую марку» (одного этого факта – основания марки[32] – достаточно, чтобы понять: Испания ранее христианам не принадлежала). Столицей мусульман была Кордова, иудеи своей государственности не имели (как всегда; их государственность всемирна, а сами евреи были тогда не нацией, а религиозной международной группой). По свидетельству немецкого аббата, посетившего Кордову в 954 году в качестве посланника, религиозные конфессии жили мирно. Он сообщает даже о том, что христиане добровольно подвергают себя обряду обрезания. Это было через 150 лет после Карла Великого.

В XI веке (еще через сто лет) с утверждением в романском мире евангельского христианства, действительно резко отличного от взглядов мусульман, началась наступательная христианская война, имеющая целью «освободить» полуостров от мусульман, так что первые недоразумения между двумя ответвлениями одной религии, мусульманской и христианско-евангельской, начались не на Востоке, а в Испании, да и то позже 954 года.

В 1492 году (спустя пятьсот лет после Карла Великого) пал последний мусульманский оплот, Гранада. За эти столетия сложилась испанская народность, развились язык и экономика. Много было на этой территории боев и крови, но разве можно сказать, что развитие шло не эволюционным путем? Десятки поколений сменили друг друга. А что мы читаем в энциклопедиях? «Реконкиста (от исп. Reconquistar – отвоевывать) – освободительное движение народов Пиренейского полуострова против арабов в 8-15 вв». Вдумайтесь: освободительное движение на протяжении ВОСЬМИСОТ лет!

Примерно за такой же срок другой полуостров, Крым, тоже многократно сменил религию; он бывал языческим, иудейским, мусульманским, католическим и православным. Идет ли речь об «освобождении»?

В отличие от Турции религиозную проблему в Испании решали силой и обманом. Христианское правительство дало обещание о своей полной веротерпимости и нарушило его. Преследования иноверцев вынудили мусульман во главе с эмиром Боабдилом переселиться в Африку. Распоряжение, чтобы евреи к определенному сроку покинули страну, привело к массовой депортации евреев; было выселено 160 000 человек.

Они разъехались по всему миру, но и до сих пор Испанию называют иногда прежним именем Иберия по названию этого племени – hiber, еврей. Слово это, как мы уже писали, означает переселенец, но, строго говоря, неизвестно, то ли библейский народ с неведомым названием нарекли когда-то переселенцами, то ли это и в самом деле их исконное название, приобретшее в какой-то момент нарицательное значение переселенец, изгой. Гибралтар, алтарь переселенцев, – еще одно напоминание об этом.

ЖИЗНЬ В ЛАДУ С ПРИРОДОЙ

Природа, если к ней судьба нещадна,

Всегда, как и любой другой посев

На чуждой почве, смотрит неприглядно;

И если б мир, основы обозрев,

Внедренные природой, шел за нею,

Он стал бы лучше, в людях преуспев.

Данте Алигьери, «Божественная комедия», «Рай», песнь 8.Перевод М. Лозинского

В конце ХХ века физики заинтересовались: как возникают структуры из хаоса? По каким законам происходит развал существующих структур? Вопрос на уровне Бога. Началось изучение самоорганизующихся систем, а таковы и Вселенная в целом, и жизнь одной клетки, и устройство человеческих сообществ.

Выяснилось, что, говоря коротко, неорганизованное нечто само преобразуется в организованное что-то, если поток информации (энергии, вещества) протекает через это нечто. Результат зависит от условий, в которых происходит процесс, то есть от внешней среды.

Перед вами самое краткое изложение сути мироздания, и мы далеки от мысли вас дурачить. Давайте попробуем прочесть чуть-чуть иначе: неорганизованное нечто само преобразуется в организованное что-то, если поток информации (энергии, вещества) протекает через это нечто.

Слабенький умишко новорожденного ребенка со временем превращается в могучий ум взрослого, если ребенок получает информацию (и, конечно, питание тоже, ведь в еде энергия и вещество). Можете сколько угодно твердить, что это ВЫ его кормили, воспитывали, обучали и сделали умным. На самом деле вы просто направляли через свое чадо поток информации, а уж ум его формировался САМ, причем в зависимости от внешней среды, в том числе языковой и культурной. К среде можно отнести и физические характеристики мозга. (О правдивости информации разговор особый.)

Если ребенка с каким угодно потрясающим мозгом запереть лет на сорок в темную комнату, совсем не разговаривать с ним и только кормить, получится полный дебил. То есть без потока информации ум не развивается. А если с дитятей разговаривать «о высоком», но лишить потока вещества и энергии (еды), саморазвитие его ума, как и вообще всего организма, может окончательно прекратиться, и мы просим вас принять этот постулат без проверки.

Пример с развитием ума приведен лишь потому, что он (пример) понятен каждому. Любой из нас прошел путь от ребенка до взрослого; у многих есть дети. Но имеющие достаточно досуга могут сами для себя придумать сотни две других примеров! О сталагмитах и сталактитах, слонах и мышах, звездах и плесени, королях и капусте.

А мы попробуем разобраться, как же так получилось, что люди, живущие на разных материках, стали внешне очень и очень разными, при том что «внутренне» остались достаточно одинаковыми.

Ева: 200 000 лет назад

В 1986 году английские ученые доказали, что все народы мира произошли от одной маленькой группы доисторических африканцев, связанных между собой кровными узами. Одновременно американские ученые, проводя исследования географического распределения генов митохондрий (которые передаются только по женской линии), сделали вывод: все мы потомки одной женщины, которая жила в Африке двести тысяч лет назад.

Итак, наше исходное нечто – первочеловек, появившийся двести тысяч лет назад. Он, безусловно, получал поток информации, энергии и вещества, попросту питался и глазел по сторонам. Третья компонента самоорганизации, внешняя среда, проявила себя при расселении потомков этого человека по планете. Географические и климатические различия мест расселения, разное питание – вот что сделало людей столь отличающимися друг от друга. Климат и питание повлияли на разницу в цвете кожи, телосложении, размерах челюстей жителей разных материков.

У негров Африки и меланезийцев Тихого океана кожа одинаково черная, однако они столь же мало расово связаны друг с другом, как и с белыми людьми. Оказывается, цвет кожи вовсе не означает принадлежности к той или иной расе. Просто черная кожа хороша для «большого солнца», а белая – для «малого». Белый человек на солнце покроется волдырями, а черный в прохладных туманных странах будет испытывать трудности с выработкой витамина D, способствующего росту костей. Так что отличие по цвету кожи – результат разных климатических условий жизни одного и того же подвида живых существ, людей, потомков одной матери.

Понадобились тысячелетия, чтобы так нас всех «раскрасить».

Далее. У негра большая поверхность тела по сравнению с его объемом (высокий рост, худые, длинные конечности). Зато в жаркую погоду у него хороший теплообмен. Эскимос, наоборот, небольшого роста, плотного сложения, у него меньшая поверхность тела при большем объеме, зато и меньше потери тепла через поверхность. Этому же способствует жировая подкожная прослойка.

Племенам, которые жили вдоль экватора и питались плодами, собранными с земли, постоянно не хватало еды. Это привело к выживанию только людей маленького роста! Так образовались племена пигмеев в Африке и в штате Керала в Индии, на Цейлоне, на Андаманских островах и Малайзии, на островах Палаван, Лусон, Минданао, Сумбава, Тимор.

Севернее, в полосе от Египта и Европы до Китая, из-за длительной перенаселенности и недостатка пищи жили люди среднего роста, но хрупкого телосложения. Как только улучшались условия жизни, изменялись размеры тела. (В 60-х годах в Америке исследовали детей иммигрантов-итальянцев, родившихся в США. Оказалось, дети в большинстве случаев выше ростом, чем их родители: результат улучшения условий жизни проявляется уже в следующем поколении.)

Размер зубов также зависит от питания. Большие зубы у народов, привыкших питаться грубой сырой пищей (аборигены Австралии, жители юго-востока Индии, запада Африки). Долгое потребление вареной пищи вело к уменьшению тех лицевых структур, которые связаны с жеванием. Самые маленькие зубы у населения Европы, Ближнего Востока, Китая. Нижняя челюсть имела тенденцию к уменьшению до тех пор, пока зубы верхней челюсти не стали перекрывать нижние.

Жизнь в разных условиях повлияла и на «носатость» разных народов. В высокогорьях меньше кислорода в воздухе; на севере силен мороз. Чукча с орлиным носом быстренько простудится и умрет, кавказца с маленькой «носопыркой» замучает нехватка воздуха.

Применение орудий уменьшило потребность в мощных мышцах и прочных костях. В результате повсеместно скелеты становятся менее прочными, а общее строение хрупким.

Как происходит накопление новых признаков организмом? Поясним на примере. Предположим, у человека генетически заложен рост 170 см. Если условия жизни будут благоприятными, то он может вырасти до 172 см. Если же условия будут плохими, его рост не превысит 168 см. Вот эти четыре сантиметра, эта небольшая разница, называемая нормой реакции, и дает возможность организму изменяться при одном и том же генном составе.

Причем, конечно, речь идет не только о росте.

Норма реакции у женщин выше, чем у мужчин, ведь роль женщины в процессе сохранения вида тоже значительно выше. Поэтому при постепенном длительном похолодании (например, наступлении ледникового периода) у нее увеличится жировой слой, и она продолжит жить, как жила. А мужчина не может накопить достаточно жира. Чтобы не умереть, ему придется придумать какую-то защиту от холода. Скажем, научиться использовать для обогрева огонь или шкуру животного.

У мужчин и женщин разные биологические задачи. Женщины сохраняют накопленные видом изменения, выживая при любых условиях. Мужчины же, имея низкую норму реакции, легко вымирают, поэтому выживают и дают потомство только самые выносливые или самые изобретательные.

Но уж если уцелеет даже один-единственный, самый «качественный» мужчина, он сможет обеспечить потомством всех женщин, причем передаст этому потомству всю свою генетическую приспособленность к новым условиям жизни. В этом проявляется естественный отбор.

Первый тип отбора – стабилизирующий, когда выживают люди, средние по параметрам. Умирают самые мелкие и самые крупные младенцы; самые толстые и самые худые взрослые. Второй тип – направленный отбор. Пример: если крыс травить каким-либо ядом, они, конечно, передохнут. Пусть останется в живых только несколько животных; для них этот яд будет уже нейтральным веществом. Если продолжать их травить, для последующих поколений яд станет питанием.

Если говорить о людях, для них таким «ядом» стал алкоголь. И сейчас индейцы Америки, народы Севера гибнут от «огненной воды», но многие народы к алкоголю привыкли, он для них нейтрален. А для французов, итальянцев, грузин вино стало необходимым продуктом питания. Есть уже люди, которым алкоголь нужен для нормальной жизнедеятельности организма. Так, У. Черчилль выпивал ежедневно по бутылке коньяка; в книге академика Крылова описан русский помещик, пивший по литру водки ежедневно и доживший до девяноста лет. Да и сам академик славился чрезмерным употреблением спиртного, но при этом прожил долгую жизнь, сохраняя высокую работоспособность.

Третий тип отбора – дизруптивный, или рассекающий. Он проявляется при рождении детей от межнациональных и межрасовых браков, когда ребенок приобретает не средние, а лучшие качества родителей, наиболее нужные для жизни в данной среде. Благодаря именно этому типу отбора и формируются столь разнообразные типы людей.

Так шел отбор, позволявший выживать и размножаться людям, по строению и форме тела, физиологии и поведению лучше приспособленным к среде. Другие, неприспособленные, гибли или не оставляли потомства. Результат отбора – избирательная смертность и избирательное выживание.

Продолжается ли сейчас биологическое развитие человека?

Скорее всего, нет. Эволюция перешла в культурную сферу. Преимущества телосложения, интеллекта, цвета кожи, остроты зрения не имеют более значения из-за достижений технологии и медицины. Люди, какие-нибудь сто лет назад обреченные на вымирание в детстве, теперь выживают и дают потомство, передавая ему свои генетические дефекты.

О зверях и людях

Отбор идет не только по внешним признакам, но и по типу поведения. Наука этология занимается изучением поведения животных. И как оказалось, многие поступки людей вызваны всего лишь срабатыванием «животных» поведенческих программ, а вовсе не нашим высоким разумом.

Одна из основных таких программ – агрессивность, отвечающая за выживаемость вида. Слабых зайцев съедят волки; сильные (агрессивные) зайцы убегут и дадут более приспособленное потомство. Человеку агрессивность свойственна даже в большей степени, чем зверям. Но человек не животное, его агрессивность может уравновешиваться общественной нравственностью, которой животные не обладают.

Агрессивность постоянная категория, нравственность – переменная. Если на протяжении десятилетий в каком-либо сообществе людей подавляется нравственность (как в ХХ веке в России или во времена фашизма в Германии), то на первый план вылезает агрессивность, которую никак невозможно снизить, если вновь не начнется нравственный рост каждого человека и всего общества в целом.

Агрессивность проявляется при общении как попытка особи (животного или человека) занять более высокое по отношению к другим положение, доминировать над ними. Такое «выяснение отношений» приводит к самоорганизации группы в иерархическую лестницу, иначе называемую пирамидой подчинения. Кто имеет хорошие внешние данные, кто сильнее и нахальнее, тот лезет вверх, чтобы подавлять слабых и робких. Он, конечно, стремится к лучшей жизни для себя; но таким образом достигается ситуация, когда руководители группы сильны и нахальны, и это хорошо, иначе как бы справилась эта группа при столкновении с другой, враждебной группой?

При пониженной нравственности (прежде всего по отношению к живой природе) чем выше плотность особей (населения) на ограниченной территории, тем выше в данном сообществе агрессивность. Это вредит сообществу, но что делать? Убрать агрессию, не нарвавшись на нее же, нельзя, она все равно найдет выход, и чем позднее, тем страшнее. Поэтому в группе постоянно происходит переадресовка агрессии с верхних ступеней на нижние. Вверху мало сильных, внизу много слабых (ведь это пирамида). Самые нижние находятся в постоянном стрессе, переадресовать агрессию им некуда; они колотят кулаком по столу, бьют детей и посуду, пьянствуют и всякими прочими способами укорачивают себе жизнь. Они почти не размножаются. В результате раннего вымирания самых слабых уменьшается численность популяции, снижается плотность населения, а вслед за ней и агрессивность. Это естественное (природное) решение проблемы.

Посмотрите вокруг: сломанные телефоны-автоматы, вспоротые сиденья электричек, разгромленные общежития (даже студенческие!), пьянство, бытовые «разборки», уличное хулиганство, рост числа самоубийств – это проявления агрессии, докатившейся до тех слоев общества, которым направить ее дальше некуда.

Возможно решение проблемы излишней агрессивности не природное, а общественное. Это или повышение нравственности, или предоставление людям возможности «переадресовки» агрессивности. В Японии в свое время на заводах устанавливали резиновые манекены, изображавшие начальников этих заводов. Рабочие имели право свободно прийти и поколотить этих «начальников»; так излишнее возбуждение получало выход, иначе люди находили выход в мелких диверсиях на производстве, например выпуская бракованную продукцию.

Противоположный пример, негативный. В России людей, выплескивающих агрессивность в виде хулиганства или иных антиобщественных проявлений, сажают в «исправительные учреждения», тюрьмы и колонии. В камерах и бараках размещают, как правило, по несколько десятков, а то и сотен человек. Среди них немедленно возникает своя иерархическая лестница, агрессивность из-за жутко высокой плотности достигает немыслимой высоты, а переадресовать ее вовне никак невозможно, поскольку за этим следят автоматчики с собаками. И это – плохое решение. Выходя на свободу с накопленным запасом агрессии, такие люди значительно увеличивают напряженность в обществе.

Теперь посмотрим, как происходит между членами сообществ дележка собственности.

Животным знакомы шесть форм присвоения чужого:

– захват и удержание источника блага (дерева с плодами, источника воды и так далее);

– грабеж с использованием силы;

– взимание «дани», то есть отнятие добра у слабого, с одновременным подтверждением своего господствующего положения;

– тайное похищение (особенно развито у обезьян);

– попрошайничество;

– обмен, причем обычно жульнический (дать не то, захватить оба предмета и тому подобное).

Однажды ученые обнаружили, что обезьяны изредка раздают излишки своего добра другим, слабым обезьянам. Что это? Неужели благотворительность?! При более внимательном изучении оказалось, что делятся они тем, что из-за бродячего образа жизни не желают таскать сами. По мере же необходимости они проводят новую «приватизацию», отнимая отданное ранее и подтверждая тем самым свое более высокое положение в стае.

Был проведен такой эксперимент. Обезьян научили качать рычаг и за выполнение задания давали жетон. Опустив его в автомат, обезьяна могла «купить» еду, выставленную на витрине. Очень быстро все члены стаи самостоятельно поделились на три группы. Первая – «рабочие», которые своим трудом зарабатывали жетоны; некоторые их копили, а некоторые проедали сразу. Вторая – попрошайки, которые клянчили жетоны у тех, у кого они есть. Наконец, третья группа, грабители, силой отнимали заработанное. Причем они сообразили, что выгоднее отнимать не уже купленную еду, а именно жетоны, потому что их можно прятать за щекой и тратить в удобное время. Тогда обе команды «рабочих», копивших жетоны и проедавших их, слились в одну команду проедающих. Копить перестали. (Даже неудобно вспоминать Россию конца ХХ века с ее «финансовыми пирамидами», безумными налогами и неплатежами зарплаты.)

Как только в первобытных человеческих племенах появился избыточный продукт, немедленно нашлись желающие его изъять, забрать силой или получить добровольно. Началось выстраивание новых пирамид власти. Появились люди, которые могли не заниматься непосредственной добычей питания, но быть сытыми, предаваясь другим делам. Не следует думать, что на ранних этапах развития общества их было очень много! Так, в России даже в XVI веке таких людей было не больше, чем 10 процентов всего населения.

Кто же входил в число этих счастливчиков? Вот их список по убыванию численности: ремесленники, военные, управляющие, священнослужители, высшая власть с обслугой. Причем воины и высшая власть существовали всегда, с самого начала. Помните обезьян, отнимающих жетоны? Часть стаи сразу нашла более выгодным заниматься грабежом, нежели работать. Это были наиболее сильные или нахальные самцы и вожак, получающий свою долю по праву самого сильного в стае. Но если в популяции становится слишком много таких «грабителей», то они мгновенно вступают в борьбу друг с другом за право эксплуатировать «мужиков». В конечном итоге их опять будет не более того количества, которое может прокормиться.

Важно, что не весь прибавочный продукт отбирается силой, даже напротив, как правило, люди добровольно отдают его тем, кто стоит выше их по иерархической лестнице. Например, священникам, ведь проще отдать немного и получить милость от Бога, чем потерять все! Ремесленнику отдают потому, что взамен получают от него изделия, облегчающие жизнь и работу. И воинам отдают почти добровольно, так как они охраняют от набегов чужих, которые могут забрать все.

Разумеется, выплачивая дань или налоги, человек не испытывает восторга и не предается рассуждениям вроде тех, которые мы сейчас привели. А просто с первобытных времен действует природная программа сохранения себя и семьи (кушать надо каждый день) и сохранения сообщества (порознь вообще пропадем). Подданные должны платить дань, налоги. Властитель должен поддерживать порядок, за что он, собственно, и получает эту дань. Если одна из сторон нарушает свои обязанности, она поступает вопреки законам нравственности, в таком случае начинает расти агрессивность и происходят общественные катаклизмы.

Механизм самоорганизации лежит в основе формирования и уголовных банд, и государств. Самоорганизация структур – причина образования все новых и новых пирамид власти: цеховых, профсоюзных, партийных; школьных и профессиональных; религиозных и государственных. Свобода личности есть право каждого самому выбирать, в какие «пирамиды» он войдет и каких ступеней достигнет.

Скажем более того: механизм самоорганизации лежит также в основе развития языка, а также в развитии наук, которые зависят от языка, от текстов. Такова, например, история. Как происходит развитие этой науки? В поле зрения ученых попадают некие тексты. Разные ученые делают разные предположения, какой эпохе тексты принадлежат, кто их автор, как он выглядел. В силу разнообразных мелких причин (флуктуаций) одна из версий или какой-то «свод» версий, становятся общепринятыми. Здесь могут сыграть свою роль и авторитетность ученого, и возможность публикации его мнения, и политические и религиозные пристрастия как ученого, так и вождя, который платит ему деньги за «историю».

В качестве примера поговорим о слепоте Гомера, жившего, полагают, в VIII веке до н. э. Вот несколько строк из книги Германа Хафнера, из главы, посвященной изображениям поэта.

«Возможно, он творил при дворе Глаукидов или Энеадов в Трое, а может быть, даже на острове Хиос. По преданию, он был похоронен на острове Хиос. О месте его рождения единого мнения не существует. Когда в V в. до н. э. возникло желание иметь портрет Гомера, то, естественно, аутентичного представления о его внешности ни у кого не было. О его слепоте было сделано заключение лишь на основе образа «слепого человека из Хиоса» в гимне Аполлону и слепого певца Демодока в «Одиссее». Статуя Гомера… стояла в большом храме Микита в Олимпии, воздвигнутом в 460 г. до н. э. Раньше предполагалось, что это изображение Эпименида… Однако голова принадлежит статуе, которая, к сожалению, нам неизвестна, и, таким образом, закрытые глаза были истолкованы как признак слепоты».

Однако это не единственная трактовка образа Гомера. Так, когда в IV веке до н. э. создавались новые памятники Гомеру, то его изображение изменялось. Во всяком случае, Гомера больше не изображали слепым… Идеальный зевсоподобный профиль Гомера изображен на монете из Хиоса. Тем более удивительна трактовка образа Гомера, известная по многочисленным копиям, которая ранее ошибочно связывалась с именем Аполлония Тианского. Совершенно новыми по сравнению с ранним портретом Гомера являются не только его открытые глаза, но и форма волос надо лбом, длинные локоны, падающие на затылок, и ввалившиеся щеки.

В поздний период был создан новый портрет Гомера, правда имевший совершенно иную трактовку, чем прежний, однако не менее великолепный.

Мы удивляемся, с каким мастерством, основанным на анатомических этюдах, художник сумел передать возраст и слепоту полуоткрытых глаз и с каким чувством он выразил величие поэта. Стиль и широкое распространение этого произведения говорят о том, что оно было сделано с оригинала той знаменитой статуи Гомера, которую, как культовое изображение, установил Птолемей IV Филопатор (222–204 гг. до н. э.) в храме Гомера в Александрии. Гомер изображен сидящим на троне, вокруг него статуи – символы городов, которые претендовали на право считаться его родиной…

Однако в поздний период Римской империи оба эти изображения, очевидно, оказались почти забытыми. Абсолютно идеализированным и зрячим представлен Гомер на мраморной инкрустации из Кенхрей. Он опирается на высокую скипетрообразную палку. В левой руке у него котомка, правой он держится за бороду».

Зрячим был Гомер или слепым – разумеется, не самый важный вопрос истории. Мы только хотим показать вам, что исторические мнения меняются сами по себе, независимо от того, каким был реальный факт истории. Создание мифа о Гомере – пример действия законов самоорганизации человеческих сообществ и всех категорий жизни этих сообществ.

Пирамиды власти

Рабы существуют для того, чтобы их ленью и нерадивостью можно было объяснить отсутствие благоденствия, а цари – для того, чтобы в глазах рабов служить единственной на благоденствие надеждой.

Булат Окуджава «Свидание с Бонапартом»

Очень многое в нашей жизни зависит от срабатывания животных программ, так давайте посмотрим, какие сюрпризы приготовили для нас ученые-этологи, изучая поведение животных.

Биологически наиболее близки человеку приматы, поэтому этологи внимательно изучают их поведение. Оказалось, у них командуют самцы, которые между собой устанавливают иерархические отношения. Самки же всегда занимают подчиненное положение и к распределению по рангам не допускаются.

У горилл один глава, обычно самый старший, стая организована по семейному типу. Другая ситуация у павианов, собакоголовых обезьян. У этих на верху пирамиды подчинения несколько патриархов, получается так называемая геронтократия. Сообща им сподручнее бороться против молодых сородичей, рвущихся к власти и связанным с нею благам. Разве не видим мы чего-то похожего в человеческом обществе?

У макак один вождь, и авторитет его непререкаем. Сама стая накажет того, кто провинился перед вождем, из страха перед ним и пользуясь возможностью проявить свою агрессивность. Такое поведение тоже встречается у людей! Например, если в очереди в магазине один из покупателей сделает замечание продавцу, даже справедливое, даже в интересах всех присутствующих, сама же очередь и обрушится на него с негодованием из-за боязни гнева продавца. Причем самые беззащитные (обычно старушки) – самые яростные.

Любой владыка должен уметь манипулировать агрессивностью своих подданных, знать, куда ее направить. Если вождь не указывает своим людям врага, люди в конце концов, устав ждать, направят свою агрессивность на самого вождя. Не обязательно враг должен выступать в образе конкретного человека или племени; это могут быть общественные проблемы (коррупция, например), по поводу которых подданным разрешается покричать.

Интересно, что если пирамида подчинения в каком-либо сообществе уже стала привычной, то ее можно формировать искусственно, «подсаживая» в систему не подходящую по параметрам особь. Проводились такие эксперименты. В стае молодых петухов, где уже установилась некоторая иерархия, берут самого затюканного петуха и крепят ему на голову большой красный гребень из пенопласта. Повышенный в ранге петух сначала ведет себя по-прежнему робко, но потом, видя уважительное к себе отношение окружающих, меняет поведение на соответствующее новой «должности». Примеры иерархии, устанавливаемой сверху, также свойственны человеческому обществу (офицеры в армии, милиционеры, депутаты, чиновники).

Еще одно интересное свойство животных – признание супериерарха (сверхвождя). Обычно таковым становится человек. Животное повышает свой ранг в стае, когда оказывается вблизи супериерарха. Для ездовых собак хозяин вроде божества. В стаде волов тот, на которого сел мальчишка-пастушок, становится главным в стаде, остальные покорно идут за ним. Овцы слушаются собаку, приближенную к хозяину. Шимпанзе, нашедший пустую канистру и осмелившийся взять ее в руки, существенно повышает свой ранг среди сородичей.

Люди полагают, что собаки прыгают на грудь своего хозяина от радости. Это не так. Как и всякое другое ручное животное, собака считает своего хозяина вожаком стаи, а по собачьим правилам необходимо в знак своей покорности при каждой новой встрече ткнуть снизу носом в подбородок вожака. Подбородок человека находится высоковато для пса, отсюда и прыжки.

Человеку также свойственно выражать свою покорность вожаку. («Итак, сэр Оливер, – сказал сэр Найджел, глядя на берег заблестевшими глазами, – мы снова стоим перед вратами чести, и сколь часто врата эти открывали нам путь к рыцарским доблестям и славе! Вон развевается знамя Принца, и хорошо бы поспешить на берег и выполнить по отношению к нему наш долг покорности». Артур Конан Дойль «Белый отряд».)

Исследования показывают ошибочность представлений о первобытном человеческом обществе, как обществе с равномерным распределением благ (первобытный коммунизм), где отсутствовала иерархия власти, а женщины могли занимать господствующее положение и даже смели иметь какую-то свою «первую древнейшую профессию». Первая древнейшая профессия – вождь. Вторая – воин.

Баланс жизни

Курс истории принято разбивать на части: первобытный мир, древний, средневековый… И книги написаны для каждого «мира» отдельно, и преподают по частям. Но история вовсе не слоеный пирог! Ведь и ныне, в эпоху спутников и компьютеров, живут кое-где первобытные племена.

К сожалению, такое изучение истории лишает ее достоверности. Причины-то самых острых событий одного «слоя» кроются в незаметных, казалось бы, событиях слоя предыдущего, когда неспешно менялись условия жизни, типы и способы производства, уровень знаний и умений.

Для нормальной жизни общества необходимо равновесие между популяцией людей и средой обитания. Перемена способов добывания пищи, например переход от охоты за зверями к домашнему их разведению, дает избыток питания; численность людей на этой территории начинает расти неудержимо; нарушается равновесие со средой – человек попросту «объедает» природу. Результат: природные и общественные катаклизмы, происходящие, если людям уже некуда уходить (скажем, все окрестные земли уже заселены). Летописи, а вслед за ними историки описывают именно эти результаты, и только их: войны, миграции, восстания. А почему воевали? Отчего восстали крестьяне? Начинается мифотворчество: воевали-де потому, что цари бабу не поделили; стену построили до небес потому, что император плохой сон увидел; а восстания без конца оттого, что царь в тех местах был совсем уж никудышный.

А причина – дисбаланс, вызванный изменением способа производства и безнравственным отношением людей к природе.

Хороший пример равновесия показывает Чукотка. Олени ходят по тундре в поисках ягеля. Чукчи ходят за оленями. Оленей будет ровно столько, сколько тундра может прокормить. Чукчей будет ровно столько, сколько может прокормиться при оленях.

Каков же механизм нарушения баланса жизни?

Во всех случаях, когда ученым удавалось проследить историю той или иной группы древних земледельцев, оказывалось, что все они в недавнем прошлом были охотниками, рыболовами или собирателями и перешли к земледелию сразу, вдруг. Этнографам и археологам неизвестен ни один народ, у которого развивалась бы начальная стадия одомашнивания растений и животных. То есть это настолько редкий процесс, что он не возникал независимо в разных местах планеты; культура всегда приходила «со стороны».

Идея земледелия и скотоводства, правила и последовательность выполнения работ возникли и были отработаны в одном каком-то месте и затем воспринимались в других местах, другими племенами уже в готовом виде. Можно смело сделать вывод, что для всех народов земледелие и скотоводство – заимствованный элемент культуры.

В те времена (в течение последних десяти тысяч лет перед началом н. э.) и в тех местах (в полосе между 30 и 45 градусами с. ш.) растительной и животной пищи было неимоверное количество. Другое дело, что за пищей нужно было понагибаться и побегать. А иная «пища» и сама могла использовать охотника на обед. Сохранять собранное и добытое не умели, и собирать пропитание приходилось целыми днями и круглый год. Вся работа, вся жизнь были подчинены одному: добыть еду и съесть. И снова добывать.

Это была бедность. Не было и не могло быть никакой общественной жизни, политики, права, науки, искусства. С легкой руки Жан-Жака Руссо то время назвали «золотым веком», когда под каждым кустом был готов и стол, и дом. Неправда! Если бы это было так, мы и сейчас бродили бы вольными стадами по бескрайним просторам.

Жизнь была невыносимо суровой, поэтому с радостью принимались любые изобретения, улучшавшие положение. Таким изобретением стало земледелие, но где бы ни начинали его внедрять, очень скоро, через несколько поколений, происходила разбалансировка системы «человек среда».

Подсчитано, что на десяти квадратных километрах могут прокормиться два-три охотника; та же площадь обеспечит едой двадцать земледельцев, не знающих полива, и сто человек, освоивших ирригационное земледелие. (Это расчеты для условий средней полосы Европейской части России. А в Центральном Китае одна сотка может год кормить троих рисоводов.) Переход от первобытных способов добывания пищи к более технологичным увеличивают емкость среды, позволяя при прежних природных условиях содержать значительно больше народу. Резко повышается выживаемость людей, улучшаются условия их жизни. Люди приобретают время для иных утех, кроме поисков питания. Образуется некоторое количество «лишних» людей, которые осваивают новые виды деятельности или переселяются на новые земли, если есть куда.

Какое-то время (двести, триста лет) баланс между численностью людей и средой положителен. Однако при хорошей жизни люди плодятся быстро, их количество стремительно возрастает и практически всегда проскакивает точку равновесия, то есть их опять становится больше, чем природа может выдержать.

Для возврата к равновесию есть два пути, природный и общественный.

Природный путь: ухудшение среды обитания, экологические проблемы, эпидемии, голод, повышенная смертность по иным причинам; все это повышает агрессивность в обществе, а результат один: снижение численности людей. Причем если среда «загибается» быстрее, чем уменьшается численность населения, то данная популяция обречена на полное вымирание.

Общественный путь: целенаправленное уменьшение численности людей через общественную деятельность (войны; миграции племен целиком или частями; экономические и политические репрессии властей и восстания населения под знаменем «возврата к счастливому прошлому») – или повышение общественной нравственности: добровольное ограничение потребностей, природоохранные и восстановительные мероприятия.

Мы уже говорили о таких категориях общественной жизни, как агрессивность и нравственность, о пирамидах власти и борьбе между ее представителями, возникающей при недостатке распределяемого продукта. Разбалансировка системы «человек-природа» как раз и ведет к усилению этой борьбы, росту агрессивности и падению нравственности, а значит, и к общественным катаклизмам, принимаемым за исторический процесс.

Европа пережила несколько случаев такой разбалансировки; преодолевались они разными способами, от эпидемий чумы до крестовых походов, от массового оттока населения в Америку, Австралию и Индию до локальных экологических катастроф, но обычно путь возврата к балансу комплексный. Война ведет к эпидемиям, голоду и вымиранию; точно также эпидемия и голод ведут к войне и убийствам. Программа возврата к балансу такова, что ее только тронь, потом не остановишь.

До ХХ века России удавалось избегать сильных разбалансировок по простой причине: избыточное население уходило на восток, ведь Русь имела колоссальные свободные земельные площади. Теперь «точка возврата» пройдена, природа загублена, а свободных земель больше нет. В течение последних лет естественная смертность в нашей стране превышает рождаемость. И это, заметьте, невзирая на огромные людские потери 1914–1945 годов; казалось бы, людей стало меньше и должен быть достигнут баланс с природой? – но здесь надо учитывать, что большевики не только способствовали быстрому сокращению числа живущих, но и проводили такую хозяйственную политику, которая уничтожала природу еще быстрее. Впрочем, пришедшие им на смену «либералы» только усугубили ситуацию.

Нынче на Земле наблюдается более чем пятикратное превышение численности людей над оптимальным. И что мы видим? При всех достижениях медицины и культуры – повышенная смертность из-за загрязнения среды, откровенный гомосексуализм, наркомания, массовые убийства и смертность от голода в Африке и Азии. Было подсчитано, что с 1970 по 1995 год число сперматозоидов в семенной жидкости мужчин в среднем по планете снизилось на 25 процентов. Это ответ природы на перенаселение планеты.

Смогут ли люди найти нравственное решение этой проблемы?…

Н. А. Морозов: предсказание СПИДа

То, что вы прочтете ниже, точная, с небольшими сокращениями и нашими добавлениями (в скобках) цитата из книги Н. А. Морозова «Христос. Шестая книга. Из вековых глубин», изданной впервые в 1930 году, без малого за полсотни лет до начала эпидемии СПИДа на планете Земля. Орфография и пунктуация сохранены.

«Сильное развитие эротизма при переходе человека от чисто созерцательного и рефлекторного обезьяньего состояния к человеческому, сознающему причинность событий, и подражательность детей взрослым вместе с ничем не сдерживаемой свободой половой деятельности и с изобретательностью в способах ее удовлетворения вызвали прежде всего то, что у девочек так часто стали происходить повреждения, засорения и воспаления вагины, что сама же болезнь выработала против себя и лекарство в виде срощения стенок вагины, превратившегося, от однообразного повторения почти у всех в девственную плеву, которая совершенно отсутствует у остальных недогадливых животных (а у них и рук, чтоб дотягивались, нету). Она воспретила девочкам вводить из любопытства в свои половые органы различные предметы, но самый эротизм не мог быть уничтожен, так как это сопровождалось бы прекращением существования всего человеческого рода. И вот, когда человечество сильно уплотнилось при оседлой жизни, и свобода междуполовых отношений неизбежно стала приводить к вредным для продолжения рода излишествам, эволюционные и видоохранительные факторы природы и самой жизни выпустили на сцену несколько видов венерических микробов. Благодаря им… стало составляться представление о несдержанности в половых сношениях, как о чем-то очень греховном, и выработалась охраняемая законом пожизненная семья и родовой быт.

При единоженстве это достигало цели, а при многоженстве у беднейшей части мужского населения не хватало жен, и в ней стали развиваться противоестественные пороки, а в богатой части многочисленные жены оставались мало удовлетворенными в половом отношении, и у них появилась потребность заводить любовные интриги с посторонними, скрывая их от своих слишком разбрасывавшихся законных мужей.

Тем ничего не оставалось как запереть их в гаремах, и разрешить выходить к родным только под чадрою, что охотно было усвоено и остальной частью населения, так как было лучшей гарантией того, чтоб всякая особенно хорошенькая девушка тотчас же не попадала в руки местного властелина и не захирела в его гареме. Если сама девушка и не понимала еще пользы чадры при таких условиях для себя, то понимали это ее родители.

Мы видим отсюда, что чадра на магометанском Востоке получила всеобщее распространение не вследствие простой ревности многоженных мужей (как то утверждает Коран), но и как защита юных и красивых девушек от могущественных многоженцев, и должна была держаться в странах, узаконивших многоженство, вплоть до прекращения этого биологически и социально вредного установления.

Сопоставив это с уже указанными мною ранее причинами обычая обрезания, возникших в тех же теократически организованных многоженных государствах, и с развитием монашества и даже скопчества, как антитезиса свободной любви, у христианских народов, мы видим, какими разнообразными средствами защищала природа, да и сама общественная жизнь, беспрепятственное продолжение человеческого рода. Поразмыслив обо всем этом, мы приходим к уверенности, что те же самые биологические и общественные факторы жизни выработают радикальные, хотя и может быть очень суровые средства и против новейших половых искажений, возникших в некоторых странах, вреднейшим из которых является вытравливание зародышей будущего человечества еще в животе его матерей. Усилит ли природа для его прекращения давнишний инстинкт материнства, ослабит ли эротизм обоих полов до полного наступления половой зрелости или библейское сказание о потомках Онона, истребленных Громовержцем с лица земли за онанизм, окажется пророческим для целых современных наций, считающих себя культурными, этого еще нельзя сказать в настоящем времени. Средство вероятно будет совсем неожиданное, но несомненно найдется в неведомых тайниках органической жизни на Земле. Прошлое ручается за будущее».

Остается добавить, в продолжение цитаты из книги Н. А. Морозова, что «средство», найденное в неведомых тайниках органической жизни, – СПИД (как ранее венерические болезни), не только суровое, но и в достаточной степени комплексное, ибо помимо задачи упорядочивания половой жизни людей решает еще одну: перенаселение планеты и возникающую в результате безнравственность в отношении Природы.

Необратимость процесса

Воспитывая ребенка, вы можете сильно влиять на его судьбу. В зависимости от условий жизни, питания, обучения и воспитания может получиться толстячок или дистрофик, хам или джентльмен, ученый или водовоз. Возможно все!.. Но вот мечта поэта «Мама, роди меня обратно!» (А. Вознесенский) совершенно невыполнима.

Или, предположим, вы растите дерево. Если будете его поливать, удобрять и вовремя обрезать ветви, оно станет красивым и плодоносным. Не будете поливать, а начнете его всячески угнетать, вырастет чахлым и неплодоносным. Но никаким образом вы не добьетесь, чтобы растение «уползло» обратно в семечко.

В истории, как и в природе, все объекты, субъекты и явления проходят путь от возникновения до исчезновения (смерти) через определенные эволюционные ступени. Лишь повернуть движение вспять невозможно (любой объект, конечно, может быть уничтожен, однако такой путь развития, согласитесь, естественным назвать нельзя).

Цивилизация и отдельные ее проявления, общественные институты, однажды появившись, растут естественным образом. Власть и религия, война и бюрократия, культура и искусство, торговля и финансы, преступность и борьба с нею, наука и производство товаров, строительство, транспорт, литература, мода, медицина – все эти категории нашей жизни растут, переплетаются, взаимно влияя друг на друга и оставаясь при этом в русле цельной, последовательной и непрерывной истории человечества.

Это доказывают открытия синергетики, науки о самоорганизации структур из хаоса и о хаостизации организованных структур. И биосфера в целом, и ее различные компоненты, живые или неживые, существуют в сильно неравновесных условиях. «В этом смысле жизнь, заведомо укладывающаяся в рамки естественного порядка, предстает перед нами как высшее проявление происходящих в природе процессов самоорганизации», – пишет бельгийский ученый Илья Пригожин. Неравновесность, неустойчивость компонентов жизни (в том числе общественной) порождает необратимость происшедших событий. Что случилось, то случилось. Обратного хода нет. А неравновесность и необратимость – это те категории, которые порождают структуру, заставляя любую систему самоорганизовываться.

Г. Хакен приводит такой пример необратимости. Если у нас есть сосуд с молекулами газа и мы откроем клапан, чтобы газ мог попасть во второй сосуд, то оба сосуда окажутся заполненными газом более или менее равномерно. Однако обратный процесс в природе никогда не наблюдался: никому не доводилось видеть, чтобы второй сосуд самопроизвольно опустел и все молекулы собрались снова в первом сосуде.

Вы уже знаете, что в любом человеческом сообществе возникают иерархии, или пирамиды власти: государственные, торговые, цеховые, военные. Если уж «пирамида» возникла, она сама собой не рассосется: при сохранении прежних условий действует закон необратимости. Таким образом, необратимость – важнейшая категория для понимания сути и хода истории.

Например, в XV веке Фердинанд Арагонский создал державу, в состав которой вошла большая часть Пиренейского полуострова, Балеарские острова, Сицилия, Сардиния и Южная Италия. В 1492 году он завершил свою войну в Испании взятием Гранады, и после этого у него на руках оказалась огромная армия, колоссальная военная структура со своей иерархией, для которой больше не было работы. Условия изменились, и эта структура начала превращаться в шумные толпы разбойников или наемников. Фердинанд, дабы избавиться от лишней армии идальго, ухватился за предложение Христофора Колумба об организации плавания «в Индию» нетрадиционным путем. Предполагалось, что после открытия этого пути удастся сплавить войска в эту Индию, чтобы они там повоевали для присоединения Индии к испанской короне.

Что было дальше – вам известно, и эта история необратима. Если бы король Португалии был внимательнее к Колумбу, когда тот к нему обратился; или если бы брат мореплавателя сумел добиться встречи с королем Англии; если бы, наконец, Фердинанд не вернул Колумба с дороги в Париж, куда тот отправился, чтобы организовать плавание силами французов, – мы имели бы ныне совершенно иную политическую карту мира.

Необратимость есть источник порядка на всех уровнях, от клетки до организма, от государства до Вселенной. Необратимость есть тот механизм, который создает порядок из хаоса. Благодаря необратимости общественных процессов возникает новое единство. По мнению Ильи Пригожина, в результате бурного роста естествознания наша уверенность в «рациональности» природы оказалась поколебленной. Ныне мы учитываем такие аспекты изменения, как множественность, зависимость от времени и сложность.

Некий неведомый Гений придумал когда-то впервые основы алфавитной письменности, назовем ее условно древнееврейской. От этого алфавита произошел позже письменный греческий, от греческого – латынь, от латыни письменные языки Европы и всего мира. Создание древнееврейского алфавита – событие, имевшее место в истории.

Однако этого Гения мог съесть медведь в раннем детстве; или его маму мог съесть медведь до его рождения, и он бы не родился, и алфавит был бы изобретен столетия спустя, и назывался бы позже, скажем, древнеяпонским. Это пример неравновесности и неустойчивости. ДО изобретения алфавита длилась эпоха бесписьменного человечества, и вариантов его развития было сколько угодно. Алфавит мог изобрести японец, и единобожие двинулось бы не от Везувия, а от вулкана Фудзи, и на планете господствовала бы не европейская, а японская цивилизация; или его мог изобрести индеец-майя у вулкана Попокатепетль… И там, и там имелись для этого условия, но случай правит миром! – алфавит изобрели древние евреи, и это необратимо.

Скорость прохождения необратимых перемен зависит от исследуемого объекта. Камень подвержен изменениям на отрезке времени масштаба геологической эволюции, а человеческие сообщества имеют существенно более короткие временные масштабы. Необратимо меняются языки, и кто бы ни говорил вам, что латынь, забытая после падения древнего Рима, «возродилась» во всем блеске спустя полторы тысячи лет, плюньте! – не могло такого быть, а потому не могло было и никакого Древнего Рима, это история Средних веков, ошибочно отброшенная в прошлое, ведь и появление, и забывание языка необратимы.

Письменность, религии, науки, если уж они появились, развиваются и усложняются; или, наоборот, как в России конца ХХ века, деградируют. Исчезнуть же они могут только с полным исчезновением их носителя, человека. Религии дробятся на секты; секты развиваются в религии; так от мессианства произошли иудейство, христианство и мусульманство; так христианство разделилось на православие, католицизм, протестантство. Так, научившись измерять расстояния и углы, люди создали астрономию, геометрию, тригонометрию, арифметику, алгебру, высшую математику, информатику.

В силу нестабильности компонентов мир чрезвычайно многовариантен, а происшедшие события между тем необратимы. Синергетика, наука о самоорганизации систем, позволяет раз и навсегда покончить с мифами о древнегреческих и древнекитайских научных приоритетах. Могли ли ученые этих стран сделать в древности свои выдающиеся научные открытия? Конечно, в некоторых случаях, если для того были технические предпосылки, могли; это один из вариантов развития человечества. Могла ли созданная ими наука обратиться вспять, исчезнуть из памяти и практики людей на столетия? Не могла. Не могла! А между тем, говорят нам, она исчезла. Но в нашем необратимом мире это значит, что она и не была создана в те времена.

Древний грек Аристотель (384–322 годы до н. э.), чье имя значит по-гречески Наилучший (или Всеобщий) завершитель (вряд ли это имя дала ему мама при рождении), подбил итоги великой древнегреческой науки. Так учат учителя школьников, а профессора студентов. Между тем древнейший список работ Аристотеля сами историки датируют 1100-м годом нашей уже эры, да еще правы ли они. Никаких нет указаний, что учение его было известным с «момента создания» и до 1100 года. Пропала великая наука. Некоторые думают: «Да ладно, Греция! Она величиной с ноготь. Никто в мире, кроме самих греков, об Аристотеле не знал, потому и забыли». Но те же историки уверяют нас, что Аристотель был учителем Александра Македонского! И этот образованный Александр не только покорил полмира, но и принес во все края греческий язык, греческую культуру и науку, дав начало «эпохе эллинизма»! И что же? Куда девались на всей планете культура и наука на полторы тысячи лет?!

Такие флуктуации, как «пропавшая наука», противоречат всемирному ходу вещей. Их просто не может быть. «История древнего мира» стоит в одном ряду с анекдотом о выставленном в музее скелете Василия Ивановича в пятилетнем возрасте.

Мнимость реальности

Многовариантность мира имеет одно довольно неожиданное проявление в жизни людей: ошибку в понимании реальности.

Рассмотрим, что это значит, на примере Крестовых походов.

Факт: с 1095 года сотни тысяч, миллионы европейских мужчин и женщин, объединяясь в многочисленные отряды и толпы, двинулись в Сирию и Палестину. Огромное число людей, как уверяют историки, погибло.

Версия реальности клерикальная: религиозная экзальтация и повсеместная искренняя любовь к Господу подвигли людей на священную войну за освобождение Гроба Господня.

Версия вульгарно-материалистическая: действовавшие в Европе законы престолонаследия лишали младших отпрысков баронских родов возможности жить доходами с земли. Земель не хватало. Баронетов было в переизбытке (впрочем, как и «подлого люда»). Задавленные жестокой эксплуатацией крестьяне бежали из деревень и болтались по дорогам без работы, готовые на любую авантюру, тем более пограбить в далеких странах, переадресовав свою агрессивность «чужим».

Версия прагматическая: в 1090 году Европу поразила эпидемия чумы. В Германии землетрясение. Чередой идут годы, когда суровые зимы сменяются засухой. Голод. Мор. Вернувшийся из Палестины Петр Пустынник начинает проповедовать идею освобождения Гроба Господня, рисуя картины несуществующего угнетения христиан сарацинами. Так вот за что нам даны испытания! Перепуганное мужское население Европы «чуть не целиком бросается в Палестину… чтобы избавить себя и своих жен и детей от ужасной смерти» (Н. А. Морозов).

Версия геополитическая: появление мусульманских торговых городов в Палестине, зоне естественной интерференции меж тремя «центрами притяжения» – Европой, Аравией и Египтом, нарушило баланс сил. Началась борьба за перетягивание точки баланса на себя. Кто овладеет ею, тот будет владеть Малой Азией. Как известно, в итоге Крестовых походов Палестина осталась за мусульманами. И христианская Европа в 1453 году потеряла Малую Азию.

Правда ли все это? Да, все это правда. Но чем глубже забираемся мы в причины событий, тем грознее выступает на сцену какая-то другая, скрытая реальность.

Это вроде компьютерной игры. Играете вы, например, в «Принца». Реален ли ваш электронный Принц? Конечно! Ведь вы его видите, вот он бегает по экрану монитора, прыгает, машет саблей, булькает, выпивая волшебный эликсир из кувшина. А вы, читатель, реальны? Еще как! Ведь это вы нажимаете на клавиши компьютера! И все же Принцем-то управляете не вы, а ПРОГРАММА… Просто она сделана так, чтобы реализовываться через действия человека.

Нашей жизнью на Земле глобально руководят две программы выживания. Первая – программа выживания человека как вида, о чем мы говорили в главе «О зверях и людях». В соответствии с ней человек плодится и самоорганизуется в общества. Этой программе соответствуют низшие ступени общественной нравственности: забота о себе (любимом), о семье, о своей группе, нации, человечестве в целом.

Забота о живой Природе, физической Вселенной и духовном совершенстве – вот высшие ступени общественной нравственности. Сохранение Природы – вот Вторая программа выживания. Эти две программы не противоречат друг другу, они друг друга дополняют. Если человек реализует Первую в ущерб Второй, истребляя леса и зверей, загрязняя моря, взрывая атомные бомбы, то Вторая начинает уничтожать человека. Это совершенно неизбежно; Природа будет защищаться. И можете на любой факт истории придумать любую причину: фанатизм, голод, глупость, жадность, мы вам ответим: общественная безнравственность как результат непонимания естественных процессов. Программы выживания действуют и в жизни всех других живых существ, но только человек способен уничтожить природу, и ее ответ адекватен.

Человек – духовное существо, имеющее телесную оболочку. Нравственность, труд, информация – три категории, определяющие путь человека и общества от примитивной жизни среди животного мира к духовному совершенству. Хотя, конечно, совершенство – понятие в достаточной степени неопределенное, идеальное; никаких даже контуров какого-либо духовного совершенства не видим мы пока на Земле.

Но это – путь людей.

Лев Толстой в статье «Так что же нам делать?» писал:

«Помню, шел я раз в Москве по улице и впереди себя вижу, вышел человек, внимательно посмотрел на камни тротуара, потом выбрал один камень, присел над ним и стал его (как мне показалось) скоблить или тереть с величайшим напряжением и усилием. «Что такое он делает с этим тротуаром?» – подумал я. Подойдя вплоть, я увидал, что делал этот человек; это был молодец из мясной лавки; он точил свой нож о камни тротуара. Он вовсе не думал о камнях, рассматривая их, и еще менее думал о них, делая свое дело, – он точил свой нож. Ему нужно было выточить свой нож для того, чтобы резать мясо; мне показалось, что он делает какое-то дело над камнями тротуара. Точно так же только кажется, что человечество занято торговлей, договорами, войнами, науками, искусствами; одно дело только для него важно, и одно только дело оно делает – оно уясняет себе те нравственные законы, которыми оно живет. Нравственные законы уже есть, человечество только уясняет их себе, и уяснение это кажется неважным и незаметным для того, кому не нужен нравственный закон, кто не хочет жить им. Но это уяснение нравственного закона есть не только главное, но единственное дело всего человечества. Это уяснение незаметно точно так же, как незаметно различие тупого ножа от острого. Нож – все нож, и для того, кому не нужно ничего резать этим ножом, незаметно различие тупого от острого. Для того же, кто понял, что вся жизнь его зависит от более или менее тупого или острого ножа, для того важно всякое увострение его, и тот знает, что конца нет этому увострению, и что нож только тогда нож, когда он острый, когда он режет то, что нужно резать».

Процесс истории

Вспомним, как происходит самоорганизация структур: через неорганизованное нечто протекает поток энергии (информации и вещества), и в зависимости от среды образуется что-то. Так развивается и человечество. Первое: наличествует людское сообщество, способное принимать те или иные формы. Второе: имеется поток энергии, информации и вещества, позволяющий сообществу функционировать и воспроизводиться. Третье: внешние условия, среда: ресурсы, климат, территория, всем своим своеобразием определяющие и своеобразие форм, принимаемых обществом. Совокупность этих трех условий определяет структуру, хозяйственную деятельность, культуру общества и стереотипы поведения каждого гражданина.

Добавьте к этой совокупности духовность, общественную нравственность и этичность индивидуумов. Учтите степень внутренней агрессивности в сообществах и психологические свойства вождей, иерархов разных степеней. Включите время!

Перед вами – процесс истории.

О ЧЕМ ПИШЕТ ГЕРОДОТ

Кто придумал земледелие?

Охота и собирательство диких плодов, при всех своих минусах, повсеместно были более продуктивны, чем возделывание почв. Они давали пищу сейчас же, сразу, без ожидания между возделыванием почв, посевом, сбором урожая. Плюсы земледелия – получение избыточного продукта и возможность сохранять урожай – могли проявиться только тогда, когда первый урожай уже был собран и его оказалось достаточно, чтобы дожить до нового урожая. Но кто ж об этом знал? Чтобы узнать о плюсах земледелия, нужен был опыт.

Уникальные, исключительные условия для отработки такого опыта предоставляла на всей нашей планете только долина реки Нил.

Воды Нила мало засолены. Пойма, то есть часть берега, заливаемая в половодье, находится выше уровня реки. Наносы плодороднейшего ила ежегодно удобряют почву, в отличие от других мест, где почвы год за годом обедняются. Благодаря малому среднему уклону реки течение настолько медленно, что дает возможность илу полностью осесть. Так что посев зерна ежегодно совершался практически в новую почву! Можно было обходиться без севооборота, без подготовительных работ, без техники.

Но, несмотря на это, историки продолжают уверять доверчивых сограждан, что первыми, то есть до египтян, догадались сеять зерно в Месопотамии, лежащей меж двумя реками, Тигром и Евфратом. Основание? – предположение историков, что культура Месопотамии самая древняя на земле.

Мы же, основываясь на природных фактах, утверждаем, что этого не могло быть! Уровень воды в этих реках выше поймы, поэтому после разлива вода застаивается, получается просто болото; требуются специальные, очень трудоемкие работы, чтобы земля стала плодоносной. Заниматься столь тяжким делом, требующим к тому же понуждения и коллективных усилий, люди стали бы лишь тогда, когда культура земледелия УЖЕ была известна, когда точно знали, как и что делать, и были уверены, что труд окупится.

Не могло также зародиться земледелие ни в Средней Азии, ни в Индии, ни в Китае. Среднеазиатские реки сильно засолены, почвы быстро выходят из сельскохозяйственного оборота. Еще хуже обстояло дело с индийскими и китайскими реками. Прежде чем заняться земледелием, здесь приходилось бороться с избытком воды. То есть ПРЕЖДЕ ЧЕМ додуматься до земледелия, осваивать его, нужно было затратить громадные средства и силы для подготовки почв. Совершенно понятно, что и в эти места идея возделывания земли могла прийти только «со стороны».

Так что началась культура земледелия в Египте и лишь потом через Месопотамию, через долину Инда пришла в Китай.

Подсчитано, что земной шар населяет 500 тысяч видов растений. Из них культурных, возделываемых человеком, всего 6 тысяч; в массовых же масштабах культивируется только 90 видов.

В свое время под руководством академика Н. И. Вавилова был разработан метод, позволявший точно определять первичную родину культурных растений. Оказалось, центры видообразования почти всегда находились вдалеке от хороших почв. То есть растения культивировались в одних местах, а широко применялись уже в других. Таких центров оказалось всего семь, но какое поразительное разнообразие сортов!

Эфиопия дала некоторые сорта пшеницы, ячменя, зерновое сорго, масличное растение нуга и хлебный злак тэффи. Здесь произрастает и лен, но местные жители не делают из него ни масла, ни волокна. Эфиопия – родина кофейного дерева, но тут мало плодовых деревьев, мало огородных растений; это страна в основном полевых культур. Эфиопский культурный очаг был независим от других территорий, что ясно из анализа набора сельскохозяйственных инструментов и местного языка. Египет заимствовал многие свои культурные растения именно из Эфиопии.

Маслины, рожковое дерево и инжир окультурены в Средиземноморье, в то же время распространенные здесь ячмень, бобы, горох, нут явно заимствованы. Кормовые растения пришли сюда довольно поздно, а это значит, что и скотоводством здесь также занялись поздно, лишь после того, как научились выращивать растения для корма скота. Зато Европа имеет огромное разнообразие сельскохозяйственного инвентаря, инструментов. Над сортами растений, завезенными из других мест, здесь проведена большая селекционная работа. В результате собираемые европейскими крестьянами плоды существенно крупнее, чем на своей «исторической родине».

В Азии три центра образования культурных растений. Первый включает в себя восток Турции, север Ирана и Ирака, запад Афганистана. В этой местности были окультурены мягкие пшеницы, рожь, лен, люцерна, персидский клевер, многие огородные растения и плодовые деревья: яблоня, груша, алыча, гранат, айва, черешня, виноград.

Второй азиатский центр – северо-запад Индии. Отсюда родом рис, сахарный тростник, азиатский хлопок, манговые деревья, здесь же начало большинства медицинских и технических растений. Третий центр – восточный и центральный горный Китай. Что же дал Китай? Сою, цитрусовые, персики, китайскую сливу, чайный куст и тутовое дерево. Но рисоводство Китай заимствовал в Индии. Окружающие земли – Тайвань и Япония, Малайские острова и Филиппины, научились возделыванию растений у Китая. Также Монголия, западный Китай, Тянь-Шань, Сибирь не были самостоятельными земледельческими центрами ни по составу культурных растений, ни по технике земледелия.

Только для первого азиатского центра (Турция, Иран, Ирак) характерны раннее использование животных и некоторое разнообразие инструментария.

В Америке два центра видообразования, в горных районах Перу и в Мексике, что соответствует двум известным цивилизациям Нового Света, ацтеков и майя. Но следует наконец обратить внимание читающей публики на то, что животные в тамошнем сельском хозяйстве не использовались вовсе, а об инструменте и сказать нечего, ибо дальше модификации палки-копалки туземные американские земледельцы не продвинулись. Вместе с тем у них было вполне достаточно продуктов, чтобы содержать большое количество ремесленников, воинов и священнослужителей. Здешний способ производства близок китайскому: не используются животные, очень большое разнообразие видов растений, оптимальные условия для их произрастания, отсутствие зимы, засухи, необычное плодородие почв…

Мексика – родина кукурузы, Перу – картошки и других корнеплодов. Кроме того, Америка дала человечеству какао, агаву, мускатную тыкву, многоцветную и обыкновенную фасоль, папайю, хинное дерево, кокаиновый куст и другие полезные вещи.

И засим вернемся в Египет и рассмотрим подробнее, как развивалось земледелние.

Египтяне до истории

Что вспоминается при словах «Древний Египет»? Пирамиды, Нил, пустыня. «Квадрат» на карте Африки (площадь современного Египта – миллион кв. км). Тутанхамон, Рамзес, Хеопс. Рабы.

По сути же дела, Египет – это полоса земли шириной от одного до двадцати километров вдоль Нила, от первых порогов до выхода его в Средиземное море. Море это называлось раньше Великой зеленью или Египетским морем. Земель, пригодных для земледелия, было не более 2000 кв. км. Даже и сейчас плодородных земель в Египте 4 %, остальное – пески.

С запада и востока территория страны ограничена пустынями и горами, с юга – порогами и скалами, с севера – болотами дельты Нила.

Эта благодатнейшая земля представляла собой некую ловушку. Сюда можно легко попасть случайным образом, но очень сложно уйти, особенно при примитивных формах экономики и неразвитом транспорте. Ведь на расстоянии пятисот километров от дельты Нила практически не было мест, пригодных для высадки на сушу, – сплошные болота!

Так что на раннем этапе своего развития Египет имел определенную географическую изолированность. Возможно, именно это позволило местным жителям освоить земледелие и развить связанные с земледелием науки и культы.

Подъем воды в Ниле начинается 19 июля, и это день египетского Нового года. Вода поднимается до середины сентября, к середине ноября Нил входит в свои берега. Во время разлива свободными от воды остаются только возвышенные участки, поэтому для строительства жилища в желаемом месте нужно сделать искусственную насыпь, а чтобы общаться друг с другом – изготовить какие-либо плавсредства. Полагаем, для этих целей и были созданы первые лодки из связок тростника.

В таких условиях не могло быть широкого развития скотоводства, ведь во время разлива скотинку приходилось бы брать с собой на островки суши, заготавливать корма. Держать животных могли позволить себе далеко не все, а только самые богатые. И в самом деле: в иероглифической письменности значками, изображающими мелкий скот, обозначались такие категории, как знатность, благородство, достоинство.

Зерно сажали зимой, а урожай снимали в апреле-мае. В дальнейшем это обстоятельство стало очень важным для хлебной торговли, ведь в Европе и Азии в это время только ждут нового урожая, а старый уже съеден.

Год египтян делился на три части: половодье (середина июля – середина ноября), всходы (середина ноября – середина мая) и сухость (середина мая – середина июля). Для нормального ведения хозяйства египтяне сразу перешли к солнечному календарю из 365,25 суток, иначе очень скоро невозможно стало бы предсказывать разлив, что могло привести к экономическим потерям. Корректировали год по звездам: начало повышения уровня воды в Ниле совпадало с выходом Сотиса-Регула из лучей Солнца, это хорошо наблюдаемый момент.

Остальные страны Византийской империи перешли к году в 365,25 суток существенно позже, при Юлиане Философе (или даже еще позже), поскольку чем севернее, тем слабее зависимость хозяйства от годового солнечного цикла. В России, например, обращали внимание не только на Солнце, но и на фазу Луны, а главным ориентиром были природные процессы: распускание почек, прилет птиц, выход из нор после зимней спячки тех или иных животных.

В Египте выращивали ячмень, полбу, пшеницу, лен, кунжут, финиковые и кокосовые пальмы, древовидную акацию как стройматериал. В дельте Нила – виноградники, фрукты, пастбища. Здесь были основные стада быков, коз и овец. Добывалось много рыбы и водоплавающей птицы.

Питались египтяне ячменными лепешками, кашей из полбы, рыбой, овощами (лук, чеснок, репа, салат-латук). Мясо ели очень редко. Основной напиток – ячменное пиво.

Во время наводнений сельхозработами заниматься было невозможно, и египтяне освоили ремесла. Это некое подобие зимнего сезона в России, когда мужики подряжались на различные работы на стороне. Конечно, виды ремесленных работ в Египте зависели от продукции сельского хозяйства.

Из пряжи растительного происхождения делали тканую одежду; для этих работ нужны были инструменты для изготовления пряжи и ткани. Приготовление и потребление различной пищи требовали посуды, и она была изобретена. Нужны были также инструменты для земледельцев: ступка, жернов, приспособления для обмолота и так далее.

Уже не надо было каждому уметь делать все, появилось разделение труда. Начали выплавку металлов. Стали использовать тягловую силу. Изобрели колесо. Гончарный круг (тоже колесо) дал возможность производить избыток посуды; посуда – это тара для избыточно произведенного зерна. Обмен излишками и развившаяся из этого торговля потребовали корабля, ведь это самый удобный вид транспорта для территории, объединенной великой рекой, а производство кораблей развило плотницкое искусство.

Соседи Египта не могли угрожать ему ничем. Из-за низкого уровня развития они не могли вести длительные войны с культурной и богатой страной, ведь даже кратковременное прекращение примитивной хозяйственной деятельности обрекло бы население на голод и вымирание. До определенного момента Египту некого было опасаться!

Благодаря земледелию Египет стал первым культурным центром планеты. Здесь был достаточный прибавочный продукт, позволявший кормить ученых и жрецов – людей, не занятых непосредственно в производственной деятельности; здесь был изобретен папирус, самый удобный в то время материал для сохранения информации.

Колыбелью культуры Египет стал благодаря удачнейшему стечению природных условий. И лишь в одном недодала природа! Не было у египтян железных или других пригодных для промышленной разработки руд, только на Синае имелись тощие медные рудники. В конечном счете именно из-за этого потеряла эта великолепная страна свой экономический, а позже и политический приоритет в мире. Железо Венгрии, Румынии и Германии позволило продвинуть земледелие в иные земли, железное оружие дало Европе возможность навязать в конце концов свою политическую волю Египту.

Это ранняя история, от которой мало что сохранилось. Но это реальная история. Так шло развитие на самом деле. То, что изучают сейчас в школах как историю Древнего Египта, не есть история самостоятельной страны, а только история части империи, несшей обязанности имперского кладбища. В древние времена, о которых мы рассказали вам, не было еще пирамид и войн с соседями. Пирамиды и войны – история других времен.

Учебники рассказывают детям о войнах, которые якобы издревле вели египетские фараоны. «Главной целью войны была военная добыча – рабы, скот, редкие породы дерева, слоновая кость, золото, драгоценные камни. После удачного похода фараоны возвращались с грудами богатств; многое доставалось и простым воинам» (Энциклопедия для детей).

Впору вспомнить Адама Смита в изложении А. С. Пушкина!

Как государство богатеет,

И чем живет, и почему

Не нужно золота ему

Когда простой продукт имеет.

Золото и драгоценные камни – история Средних веков, международной торговли и торгового капитала, волею хронологов отброшенная в древность.

Рассмотрим теперь подробнее природные условия междуречья Тигр – Евфрат. Они таковы, что здесь может существовать только ирригационное земледелие. Оно возникает при нескольких условиях: земледелие (не ирригационное) уже известно; металлургия уже в состоянии создать инструменты для объемных работ на земле; население уже имеет навык оседлой жизни. Отсюда может быть только один вывод: сельское хозяйство Месопотамии создали пришлые племена, освоившие земледелие на какой-то своей прародине, имеющие навык оседлой жизни и хозяйственные связи с металлопроизводящими регионами. Это к вопросу о «первичности» месопотамской цивилизации на Земле.

Вся территория Междуречья – 100 английских миль в ширину и 800 в длину. Разлив рек происходит в марте-апреле, но, в отличие от Нила, это событие не обладает здесь регулярностью с точностью до дня. Пойма рек Тигр и Евфрат ниже уровня этих рек, поэтому после разлива вода никуда не уходит, не стекает обратно в реку, а остается на месте, превращая местность в болото. Кроме того, избыток влаги и близость к поверхности солей очень быстро засаливают почву, так что нужно бороться и с избытком воды, и с засоленностью почв.

При проведении масштабных мелиоративных работ на громадных пространствах принципиально важно наличие центральной власти. Дело в том, что когда одна ирригационная система обслуживает сразу многих пользователей, неизбежно наличие таких участков, которые принадлежат как бы всем и одновременно никому конкретно. То есть поддержание этих участков в рабочем состоянии крайне необходимо всем, но никто не несет за них персональной ответственности, – над этими участками все хозяева, но каждый «хозяин» отлынивает от общественной работы. Рассуждения здесь простые. В бесперебойной работе системы заинтересован не только я, вот пусть кто-нибудь и сделает, а я буду пользоваться. Беда в том, что так рассуждают все. В результате без централизованного принуждения очень скоро вся система выйдет из строя. Но без такого принуждения она не могла бы и возникнуть!

Кроме того, регулировать надо и расход воды. Болото осушили, а ведь дождей здесь не бывает! – начинается сушь. Воды, как правило, не хватает на всех. Регулировать ее распределение можно, опираясь на определенный авторитет, например аппарат принуждения государства, и в этом еще одна причина необходимости центральной власти для функционирования ирригационного земледелия.

В настоящее время урожайность зерновых в этих местах более чем скромная. А есть ли сведения об урожайности в прошлые века? Сведения-то есть, но нужно крепко подумать, прежде чем им верить. Например, Геродот сообщает, что сбор зерновых в Месопотамии был сам-двести, а в лучшие годы и сам-триста, то есть с одного стебля, выросшего из одного посеянного зерна, снимали более трехсот зерен. Мало того, что для большинства зерновых это просто нереально, так еще Геродот тут же пишет, что хлеб изготавливали из плодов финиковой пальмы. Но ведь хлеб из злаков лучше, чем из заменителей? Да при урожае сам-триста никакие заменители и не нужны! Скорее всего, историк сочинял свою историю по слухам, а они обычно все преувеличивают.

И хотя плодородие земель раньше действительно могло быть выше, чем теперь, отсталость агрокультуры все же не позволила бы получать высокие урожаи. Скорее всего, они всегда были примерно одинаковы, так как падение урожайности из-за испорченности почв компенсировалось за счет повышения агрокультуры.

В Китае вся долина реки Хуанхэ была покрыта лесами, полностью уничтоженными к настоящему времени. Много столетий подряд влажность климата и среднегодовая температура воздуха понижались. Мягкие аллювиальные (наносные) почвы Хуанхэ и ее притоков благоприятны для земледелия, но они же привязывали людей к реке, а жизнь у реки была небезопасной. Хуанхэ – река непредсказуемая, здесь нередки наводнения с прорывами дамб и перемещением русла; не случайно иероглиф, изображающий разлив реки, обозначает также и несчастье, – так что и здесь не стоит искать родину земледелия. Уход же от реки на более твердые почвы произошел лишь с появлением и достаточно широким распространением здесь металлических орудий.

Два пути развития

В тех местностях, где был выбор: заниматься скотоводством или земледелием, – люди, как правило, начинали со скотоводства, как дела более простого и быстрее приносящего отдачу, но позже все же осваивали и земледелие, которое дает более устойчивый результат, хотя и труда требует больше.

Вообще земледелие и скотоводство – это не две фазы, сменяющие одна другую (как иногда считают), а два возможных пути развития человеческого общества, выбираемые конкретным племенем в зависимости от условий жизни. Китайцы и племена майя и ацтеков, как уже сказано, земледелием занимались, но животных не приручали или почти не приручали; им хватало мяса, добытого охотой. Наоборот, жители Саян земледелия не знали, они разводили оленей. Южные соседи «выдавили» их на север, и разве смогли бы они там выжить, если бы не олени? Эти животные давали пищу и одежду, а со временем стали использоваться и как тягловая сила.

В Монголии земледелие появилось лишь в конце XIX века. К этому же времени стало развиваться домашнее производство металлической утвари, деталей жилищ, но оно так и не оформилось в самостоятельные ремесла. А раньше, до XIX века, монголам были известны только скотоводство и охота с целью добывания мехов. Здесь разводили овец, лошадей, мелкий рогатый скот, в Гоби – верблюдов, кое-где использовали ослов.

Монголы делились на пустынных, степных и горно-лесных. Каждая группа каждого племени имела свое пастбище, и лишь в периоды неурожаев и стихийных бедствий стада могли переходить на чужие земли. Питались кисломолочной продукцией, мясо потребляли ограниченно, при контактах с соседями-земледельцами выменивали пресные лепешки. Умели хорошо консервировать молочные и мясные продукты. И было их мало, несколько десятков тысяч человек.

Монголы получили знание о скотоводстве в VII–IX веках н. э. от переселенцев из Передней Азии или Европы, где оно уже было известно. Переселенцев могло быть всего один-два десятка, но они обладали знаниями, подкрепленными к тому же стадами приведенного с собой скота. Они же принесли сюда новую веру, и со временем территория Монголии вошла в состав Уйгурского каганата.

Взрывное, за 30–50 лет, развитие на этих землях нового вида деятельности, скотоводства, привело к увеличению емкости среды в десятки раз. Через две-три сотни лет бурный рост численности населения нарушил баланс людей с окружающей средой. Еще через какое-то время для ликвидации дисбаланса некоторая часть местной молодежи отправилась в Китай и на запад искать земли для поселения и работу для приложения рук (что породило легенды о монгольских завоеваниях). Вполне реальный случай такого переселения мы находим в истории калмыков, которые в XVII веке упросили русского царя выделить им земли.

После того как избыточное население Монголии было «выпущено», установилось равновесие между популяцией людей и природой, не нарушавшееся, судя по всему, более никогда. К ХХ веку численность всех монголов и родственных им племен не превышала одного миллиона человек.

Мы привели этот пример для того, чтобы показать, к чему приводит культурный контакт двух народов, один из которых – носитель новых знаний. Ведь если бы знание о скотоводстве возникло в монгольском обществе само, потребовалось бы 300 лет на его неспешное развитие, и небольшие рассогласования со средой сглаживались бы естественным образом.

Тридцать лет освоения «импортного» знания или триста лет развития собственного – казалось бы, какая разница? А разница очень существенная. Это тот случай, когда количество разом получаемых знаний переходит в качество, у людей включается «программа миграции» или самоуничтожения (во внутренних войнах). Здесь мы вам показали естественнонаучные основы той «эфироподобной» исторической категории, которую Гумилев назвал пассионарностью.

Конечно, миграции – достаточно редкое явление, крупных переселений было немного. Дело в том, что появление избыточного продукта создало торговлю и привело к возникновению городов, способных аккумулировать большое количество избыточного населения. Ведь емкость самого простого, одноэтажного города достигает тысячи человек на квадратный километр. И уж если город возник, он будет саморазвиваться, создавая коммуникации и сферу услуг, притягивая ремесленников и торговцев, впитывая все новые и новые массы людей. Город – очередной этап в развитии технологии.

И ныне идет колоссальный поток мигрантов из стран Азии и Африки (численность населения которых тоже возросла из-за использования знаний, полученных «со стороны»), но он не очень заметен, поскольку растворяется в ГОРОДАХ тех стран мира, где население и так уже велико и его собственный рост как бы «маскирует» волны миграции.

Магниты цивилизации

Города стали точками кристаллизации кочующего человечества. Но не только! Н. А. Морозов математически доказал, что города становятся центрами административного, экономического и культурного притяжения для окружающих территорий. Вокруг крупных населенных пунктов возникают поля притяжения, подобные гравитационным или электромагнитным.

Человеческие, общественные «поля притяжения», в отличие от физических, проявляются через деятельность людей, через затраты человеческой энергии и времени. Будь то масса войска или масса товара, затраты энергии на их передвижение и непрерывное возмещение возрастают пропорционально площади поля. Иначе говоря, чем дальше земли от административного центра, тем сложнее управлять. Чем дальше от экономического центра, тем дороже товары.

Экономический и административный центры могут не совпадать. Ведь для экономики главное – удобство перемещения товаров в разные стороны, а для руководства территорией – стратегическое положение центра.

Местоположение культурных центров, как правило, связано с центрами экономическими и стратегическими, но нужно иметь в виду, что невесомые идеи культуры, в отличие от войск или товаров, распространяются быстрее и дальше.

«В период развития лишь речного и берегового мореплавания реки и береговые полосы кажутся как бы проволочными соединениями электромагнитных масс. По ним, как по линиям наименьшего сопротивления, и направлялось все действие экономических и административно-стратегических сил, а культурные силы, как не сопровождающиеся пропорциональным передвижением весомых масс, легко заходили и в стороны от такого экономического или административного русла», – пишет Н. А. Морозов.

Сейчас мир стал иным! Он менялся каждый раз с появлением новых средств транспорта и связи, постоянно, со времен Великих географических открытий и развития океаноплавания и до наших дней. Ныне, когда человечество имеет авиацию, телевидение и спутниковые системы связи, география центров и полей притяжения изменилась кардинальным образом.

Но вычтите из известного вам мира железные дороги, аэродромы, радиостанции, редакции газет, компьютерные сети, и что останется? Физическая география. Именно она, и только она определяла политическую, религиозную, экономическую жизнь и культуру разных регионов планеты.

Рассмотрим, например, Египет. Он весь располагался вдоль Нила и в его дельте. В порожистых верховьях Нила египетская культура встретилась с административным центром горной Абиссинии, куда не могли проникнуть речные суда. Две культуры не только не притягивались, но и отталкивали друг друга, как чуждые по роду жизни. Распространять свое влияние на запад Египту не позволяли африканские пустыни, притягивать к себе Синай и Палестину не давали греческие (византийские) «поля притяжения», тянувшие эти земли к себе. Центром Египта стал Мемфис, а когда началось мореплавание в Средиземном море, он естественно переместился в Александрию, ближе к морю.

Земная поверхность весьма разнообразна, а потому этнологические центры притяжения возникали в разных местах. Между ними образовывались граничные пояса естественной интерференции, то есть места, не подверженные влиянию ни того, ни другого центра, и были они всегда захолустьями и экономических, и политических, и культурных полей притяжения, возникавших вокруг сильных городов. Эти пояса и теперь можно проследить по границам человеческих наречий.

Однако если на такой границе появлялся новый город, он неизбежно «перетягивал» на себя часть соседних земель, то есть их население. Нарушалось равновесие между центрами, а это могло привести к войне и перемене влияний центров притяжения.

Именно в городах, а не в степях и пустынях и могли впервые возникнуть достаточно развитая речь и способность теоретического мышления, а вместе с ними – и зачатки преемственно передающихся знаний и письменность, правила администрирования и дисциплины.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Крест с ушком в руке древнеегипетской богини.

Н. А. Морозов пишет о времени начала распространения культуры в Европе: «Состояние человечества в этот (неолитический) период сравнимо с газообразным состоянием физического вещества, когда молекулы его отталкиваются друг от друга и стремятся рассеяться по всем направлениям. Никакого сгущения его в каком-нибудь определенном пункте не может в это время быть. Но подобно тому, как газообразные вещества при достаточном сгущении начинают собираться в капельки или выделять кристаллы на подходящих пунктах своего сосуда, так и человечество, достигнув определенной тесноты, при которой окружающая природа уже не давала ему сама собой достаточного пропитания, начало оседать в наиболее подходящих пунктах с целью их культуры, и они делались центрами культурных, административных и экономических полей притяжения».

И теперь еще можно проследить, как называли свои поселки самые первоначальные индоевропейцы во времена освоения европейских и окружающих земель.

ПОСЕЛЕНИЕ, УКРЕПЛЕНИЕ, ОГОРОЖЕННОЕ МЕСТО

От лексемы ГРАД[33]

хеттский – gurta

древнеиндийский – Grha

албанский – gardh

литовский – gardas

готский – gards

древнеисландский – gardr

древнеанглийский – geard

совр. английский – yard

древневерхненемецкий – garto

старославянский – gradu

чешский – hrad

русский – город


От лексемы ПЕЛ

греческий – полис

литовский – pilis

латышский – pils


От лексемы БЕРГ

готский – baurgs

древневерхненемецкий – Burg

армянский – burgn

История Египта: постройка без фундамента

Как представляем мы порядок древний?

Как рухлядью заваленный чулан,

А кое-кто еще плачевней —

Как кукольника старый балаган…

Иоганн Гёте

Самые известные письменные источники по истории Египта написаны на греческом языке. Это «История греко-персидской войны» Геродота, «Историческая библиотека» Диодора Сицилийского, «География» Страбона и «Об Осирисе и Исиде» Плутарха. А также хроники, составленные египетским жрецом Манефоном (тоже по-гречески), из которых, кстати, черпаются знания об именах и династиях фараонов.

Отчего об истории Египта надо судить по греческим книгам? Да оттого, что египетской истории Египта вообще нет. Все собственные тексты этой страны привязаны к хронологии римско-греческой истории и полностью зависимы от последней! Мало того, основная часть письменных документов Египта, поддающихся датировке, относится к эпохе 2-й Римской империи, а вот во времена 3-й Римской империи, начиная с 300 года н. э., их становится чрезвычайно мало. Это очень странно! Казалось бы, чем ближе к нам время создания документов, тем их должно быть больше… И совсем странным выглядит тот факт, что в момент «стыка» 2-й и 3-й Римских империй в Египте наблюдается минимум письменных источников. А ведь Египет достаточно далеко от Европы, европейские передряги не должны были бы так сильно сказываться на его истории!

Все становится на места, если опереться на уже проясненную историю Европы и согласиться, что на самом деле никаких 1-й и 2-й империй Рима не было, это всего лишь опрокинутая в прошлое, повторенная лишние два раза история 3-й Римской, называемой также Ромейской или Византийской, империи. С учетом этого факта достаточно легко разрешить недоумения с египетскими письменными источниками.

Но гораздо интереснее разобраться с собственной историей этой страны и сравнить полученные результаты с той картиной, что у нас получилась для истории Европы.

Давайте обратимся к археологическим памятникам самого Египта и попытаемся установить время появления этих памятников.

В местности, где, как считается, находились древние Фивы, стоят каменные колоссы. В 1862 году исследователь Оппель обнаружил, что их пьедесталы погружены в ил на один метр восемьдесят сантиметров. По ряду наблюдений было выяснено, что в результате разливов Нила почва поднимается на 2,5 см за каждые двадцать лет. Несложно рассчитать, что 1,8 м ила могли нарасти за 1440 лет, то есть колоссы возведены никак не ранее 422 года н. э.

Но исследователь не может с этим согласиться. Ведь он убежден, что Египет – очень древняя страна. И вот начинаются чудеса. Тут же, недалеко от колоссов, находятся остатки каменной плотины, с тем же слоем ила и, следовательно, того же времени, что и колоссы. Но Оппель обратил внимание на то, что плотина покоится на террасе, составленной из каменных обломков со следами барельефов. А вот они погружены в ил поглубже, более чем на 8 метров! Легкий расчет, и ученый получил время строительства в шесть с половиной тысяч лет до нашего времени. Вот она, древность! Вот оно, подтверждение традиционной истории!

Выходит, что на этом месте 6500 лет назад была какая-то цивилизация, понастроила всякой всячины, потом постройки затянуло илом, а в 422 году уже нашей эры люди нового поколения, ничего не зная о своих предках, поставили здесь же плотину.

Если это так, то они круглые дураки. Разве не понятно, что строить каменные сооружения на иле нельзя, первый же паводок их смоет? Но давайте не будем считать их дураками! Просто они сообразили, что прежде, чем ставить плотину, надо сделать под ней фундамент из каменных обломков от каких-то других построек, – они его и сделали, а тот факт, что фундамент ушел вниз на восемь метров, не имеет никакого отношения к хронологии. Так что и колоссы, и плотина построены в V веке н. э., только колоссы без фундамента, потому что он был не нужен (это же не гидротехнические сооружения).

И вся «древняя цивилизация» исчезает. Ведь нельзя же всерьез рассматривать предположение, что древние предки отгрохали восьмиметровый фундамент «на перспективу», прикидывая в уме, что их даже не правнуки, а незнамо какого поколения родня через несколько тысячелетий возведет на этом фундаменте плотину. В самом деле, обидно за египтян. Что ни прочтешь об этой чудесной стране в традиционной истории, все получается, что древние здешние жители или некрофилы, или просто бесхозные сумасшедшие.

Распространено мнение, что фараон, едва приступив к своим обязанностям, немедленно начинал строить себе усыпальницу, «но не каждый успевал ее закончить». Позвольте усомниться! Такое поведение, когда о смерти думают больше, чем о жизни, в ущерб своему народу, может быть объяснено только сильным психическим расстройством; ненормальный же фараон, не процарствовав и недели, был бы свергнут или убит и обошелся бы вовсе без пирамиды. А при нашем взгляде на Египет, как страну, в которой находилось имперское кладбище, все встает на места.

Конечно, гробницы начинали строить задолго до смерти императора; в практике многих кладбищ готовить могилы загодя. Возможно, это и послужило основой для мифа, что фараон сразу начинал строить гробницу. Существует понятие «кенотаф» – пустая гробница, когда место для захоронения императора по каким-либо причинам (религиозным, политическим) менялось, и гробница оставалась незанятой. Но эти предварительные работы были в ведении местного начальства, а не императора.

Строительство памятников и храмов при могилах государственных мужей по всему миру ВСЕГДА осуществлялось в какой-то части за счет государства, а большей частью за счет паломников. Могилы же духовных пастырей обустраивались обычно только на пожертвования. Близкий пример из русской истории: в ста километрах от Арзамаса, в селе Дивеево, к 1861 году был уже построен огромный пятиглавый собор, еще один возвели в 1913 году, и все это за счет паломников, посещавших Саровскую обитель.

В Египте же и сейчас весь район Гизы живет за счет туристов, приезжающих взглянуть на пирамиды. А в давние века людей вело сюда не только любопытство, но и желание поклониться праху великих. Чем большей любовью и влиянием пользовался покойный при жизни, тем больше средств собиралось на его имя, тем выше была пирамида, богаче храм.

Строительство пирамид не было тяжкой обязанностью, налагаемой на местных жителей безумным фараоном. Это была их работа, они за счет погребальных обрядов и туризма жили! Не принуждение, а экономический интерес подвигли египтян к строительству пирамид, первого «чуда света».

Д-р Людвиг Соучек пишет: «Гробницы египетских фараонов не строились рабами, равнодушными и склонными к пассивному сопротивлению. Достаточное количество материалов, которые собрал, например, академик Лекса (1876–1960), позволяет сегодня с определенностью утверждать, что строителями пирамид были преимущественно рабочие с относительно широким самоуправлением, назначающие на должности чиновников низших инстанций своих людей. Фараон заключал с ними некий «коллективный договор», обеспечивающий им освобождение от налогового бремени и защиту от военных вербовщиков. Снабжение продуктами обеспечивалось заранее и, кажется, в достаточной мере».

Историки представляют нам такую картину: живой фараон строит пирамиду, несчастные подданные мучаются. Фараон умирает, «люди на земле объяты ужасом» и с нетерпением ожидают преемника. Венчается новый фараон – всеобщее ликование. Неужели в ожидании новой мучительной постройки?… И все это просто вольное толкование рисунков, во множестве украшающих стены египетских храмов.

Удивительно, что историки, описывая картину похорон, всерьез думают, что описывают коронацию. Вот пример из книги Кристиана Жака «Египет великих фараонов» (с некоторыми сокращениями; скобки в тексте наши), вы только вдумайтесь! – он пишет о коронации царя:

«… Присутствуют боги, богини, олицетворения областей Египта. Фараона представляют богам-предкам, пребывающим в своих святилищах и следящим за правильностью церемонии. Главное действие – это возложение венца. Царь получает два венца. Первый – красный (венец Царства живых). Второй – белый (венец Царства мертвых). Хор и Сетх, боги-покровители Обеих земель, коронуют царя, вручая ему (вечную) жизнь.

В церемонию входят еще и другие ритуалы. Например, фараон совершает ритуальный обход стен Мемфиса (тело носят вокруг). Бог Тот, таинственный покровитель письменности и писцов, и богиня Сешат, владычица семиконечной звезды, вписывают на священном дереве Гелиополя (Солнечного, Божественного города) имена нового царя. Ритуал продолжается церемонией хеб-сед – это праздник возрождения (!) царя».

А как воспринимает происходящее простой народ?

«С коронацией (похоронами) возвращаются счастливые времена. Если сам ритуал совершается под покровом тайны в храме (на небесах), то снаружи (на земле) царит всенародное ликование. Объявляли, что в стране снова грядут добрые дни. Голодные будут есть до отвала, жаждущие утолят жажду, нагие оденутся».

Естественно! Появился новый заказчик на пирамиду! «Король умер, да здравствует (новый) король»! Будут паломники, будут отчисления из имперской казны и пожертвования, будут работа и заработок.

Сохранилось ненормально большое количество списков египетских фараонов, содержащих только имена, без перечисления деяний. Списки фараонов в таком виде и в таком большом количестве нужны были только в одном случае: если это путеводители по некрополю для туристов. Из этих-то списков египтологи и составили бесчисленные династии.

Сроки правления «фараонов» придумывали кто как мог (ведь истории Древнего Египта не существует). Египтолог Бругш наделял каждого фараона 33,3 годами царствования, по три фараона в столетие. А сколько везли сюда покойных императоров и их сановников на самом деле? Может быть, по одному в год. При таком расчете вся шеститысячелетняя история Древнего Египта вполне уместится в три века, в течение которых функционировала усыпальница в Гизе (350 мумий хранится в Музее египетских древностей).

Какие имена носили покойные?

Под № 16 в Абидосской таблице стоит Цесар-Ша (или Цезарь-Шах). Нужны ли комментарии? № 30 – Унас, это латинское Unus, «единственный». № 1 – МНА, греческое «мэнэс» (монос), тоже означающее «единственный» и являющееся корнем слова монарх. Почти во все начертания таблицы входит слово Re, символизируемое кружком – Солнцем, что является символом единодержца-теократа, «Re» значит царь, как он называется по-итальянски и теперь (rex). Встречаются фараоны по имени РЭ ДЭД, но ДЭД – это еврейское произношение слова Давид (Дауд). Действительно, под № 14 нарисован человек с пращой, в напоминание о том, что Давид убил камнем из пращи Голиафа.

Неоднократно упоминается слово Жук, которое египтологи произносят «Хепер», что похоже на еврейское Heber, переселенец. «Хепру» тоже библейское слово, hebri – еврей. Под № 74 значится Рэ Цесар Хеперу, что может означать Rex-Caesar-Heber, царь-цезарь-переселенец. Под № 13 стоит «Сента», это латинское слово Sanctus, святой. № 58 – Санх-Рэ, святой царь. № 59 – Рэ С. Хотеп Пата Аб. Хотеп означает служитель, Пата – патер, Аб – отец. Получается «Царь, св. служитель отца отцов». Часто встречающиеся в Абидосской таблице отдельные буквы S и Q означают просто Sanctus и Quirinus, отдельное М – монарх. Это сокращения стандартных средневековых терминов и символов.

Египет имеет изрядные запасы бишофита и доломита, которые при измельчении и перемешивании дают магнезиальную цементирующую смесь, добавка в которую какого-нибудь наполнителя – например, гранитной крошки, – позволяет получить прекрасный, твердый, плохо истирающийся бетон. В Москве из такой смеси до 1917 года делали ступени лестниц в людных местах.

Мы полагаем, что конец эпохе пирамид положил переход Египта к мусульманству при царе Геркулесе (610–641), а также к арабскому письменному языку. Впрочем, есть свидетельства, что «древнеегипетское» демотическое письмо было забыто еще очень нескоро.

Неоценимым свидетельством для правильной датировки событий являются барельефы некоторых египетских сооружений, изображающие зодиакальное расположение планет. Мы говорили уже в главе «Время пирамид», что по сути это прямое изображение даты, хотя и необычным способом. А рассчитать по гороскопу дату несложное дело (для специалиста). Оно не было выполнено за прошедшие два века развития египтологии только по одной причине: априори считалось, что гороскопы ДРЕВНЕ-египетские, и в рамках традиционной хронологии им не находилось решения.

В Дендерах, городе к северу от Фив, найдены два гороскопа на стенах храма, четырехугольный и круглый. Египтологи начала XIX века относили их к пятнадцатому тысячелетию до нашей эры; в середине того же века согласились на третье тысячелетие, а к концу XIX века ученые уже датировали их 14-36-м годами н. э. для четырехугольного и 69 годом для круглого. За сто лет изучения гороскопы «помолодели» на пятнадцать тысяч лет!

Когда же вычисления были сделаны по всей возможной шкале времени, были найдены точные решения: 6 мая 540 года и 15 марта 568 года н. э., соответственно для квадратного и круглого. Это значит, что храм не мог быть построен РАНЬШЕ 540 года, но мог – ПОЗЖЕ 568 года, например в ознаменование каких-то событий, происшедших в это время.

Налицо хронологическая ошибка в шестьсот лет. Много это или мало? Решайте сами. Для простоты поясним, что чуть меньше прошло со времен Андрея Рублева до наших дней.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

«Древнеегипетское» изображение крестов той же ключеобразной формы, что и в руках фигур, нарисованных на стенах египетских храмов. Такие кресты принимаются за доисторические, но на самом деле принадлежат христианскому Средневековью.

Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Греческое средневековое изображение христианских крестов той же формы, с надписью от имени Онуфрия, православного пресвитера.


В 1901 году англичанин Флиндерс Петри обнаружил в Верхнем Египте искусственную пещеру с погребением отца и сына, на потолке которой изображены два гороскопа, выполненные в одной манере, по-видимому, одним и тем же художником. Погребение было отнесено к I веку н. э. Современные расчеты показывают 1049 и 1065 годы н. э.: Русь уже была крещена!

Саркофаг из сикоморского дерева с изображением звездного неба, обнаруженный Г. Бругшем в 1857 году, содержал мумию совершенно такого же типа, что и обыкновенная «древнеегипетская». Ее определили как принадлежащую I веку н. э., датировать гороскоп не смогли. Но решение было найдено, когда отказались от налагаемых традицией ограничений. Решение это, единственное на все обозримое прошлое, было: 17 ноября 1682 года н. э., в этом году в России выкликнули на царство Петра Первого!

От захоронения этого фараона до обнаружения саркофага прошло всего 175 лет, а его отодвинули в прошлое почти на два тысячелетия… Вот и верь традиционной хронологии.

В египетской «истории» наблюдаются постоянные повторы. Еще в конце ХIX века ученые-египтологи обратили внимание на то, что, например, так называемая Саисская культура Египта в точности воспроизводит культуру эпохи пирамид. Между ними более двух тысяч лет, но тексты, вышедшие из употребления 2000 лет назад, вновь «входят в моду», снова на старый манер украшают могилы, пирамиды 4-й династии реставрируются, древние титулы царей, после двадцати столетий полного забвения, снова на слуху!

Саисская реставрация – лучшая иллюстрация консерватизма египетского народного духа, говорят историки-традиционалисты.

«Саисская реставрация» – лучшая иллюстрация ошибки в хронологии, говорим мы.

В самом деле! Мы не знаем толком, что было в России тысячу лет назад. Армии историков и археологов пытаются хоть что-нибудь восстановить… а любой «древний египтянин» способен вспомнить, что у них там было за две тысячи лет до его рождения. Это просто противоречит природе человека. Это невозможно.

Попробуйте встать посреди Москвы и порасспрашивать прохожих об архитектуре окружающих зданий, о названиях улиц. Да хотя бы покажите на любой пустырь и спросите, как называлась церковь, что простояла на этом месте лет пятьсот подряд, пока ее не взорвали большевики. Вам никто не ответит! А церковь-то взорвали в тридцатых годах ХХ века.

А вот Геродот («Даритель Древностей», живший якобы в V веке до н. э.) приезжает в Египет, делает круглые глаза при виде пирамид (построенных вроде бы еще за 2000 лет до его приезда), и первый же остановленный им абориген рассказывает ему, как пирамиды строили, откуда возили камень, докладывает прочие подробности. Дескать, десять лет строили дорогу из шлифованных камней, чтобы подвозить блоки из каменоломни к строительству. Саму пирамиду строили 20 лет. Привлекали на работу 100 000 человек, работали по три месяца, а потом менялись. На лук, чеснок и репу было потрачено приблизительно 48 тонн серебра.

Простой демографический расчет показывает, что для такого отвлечения людей на непроизводительный труд в Египте XXV века до н. э. должны были жить 12–20 миллионов человек. Этого совершенно не могло быть! На стыке XIX и XX веков нашей эры в Египте жили всего 10 миллионов человек. А вот в V веке н. э., как высчитали ученые, на территории Ромейской (Византийской) империи жили суммарно 8,5-11 миллионов человек. Опять мы видим, что египетское «поле пирамид» было кладбищем для всей империи.

Но рассказ египтянина убедил Геродота, хотя любопытство его еще не было насыщено. Геродот задает вопрос: «Если это верно, то сколько же денег пошло на железные (так!) орудия, на хлеб и одежду для рабочих?» (Деньги! – нужный вопрос. Вот если мы вам сейчас расскажем, сколько гривен шло на содержание стрельцов Ивана IV, вы сможете сразу сообразить, хватало им или нет. А для Геродота суммы древнеегипетских денег очень важны и, видимо, понятны.)

Историки, толкуя Геродота и имея в виду древность местной культуры, приходят к выводу: вот какая дивная историческая память у египтян! Хотя могли бы рассмотреть и другие версии. Например, что Геродот все выдумал. Или что египетский туземец пошутил. В самом деле, какой-то чудак пристает с вопросами о событиях двухтысячелетней давности! Поди вспомни, что они там ели, лук или мандарины… Мы же склоняемся к той версии, что туземец рассказал Геродоту правду, поскольку совсем недавно сам участвовал в строительстве пирамиды, а вовсе не хранил древнюю информацию две тыщи лет в какой-то «исторической памяти».

Если согласиться с этой версией, остается сущий пустяк: выяснить, когда на самом деле жил Даритель Древностей.

Еще одно проявление цикличности в истории Египта: после установления единого государства он вдруг распадается на набор государств размером с современный большой город, потом опять объединяется и опять рассыпается чуть ли не до атомов. И так три раза, причем периоды развала длятся по сто и более лет, сменяется несколько поколений. Это странно само по себе, так мало того: всегда в моменты кризиса центральный правитель поддерживает политику, ведущую к падению интереса к богам.

Нам известно, когда такое произошло реально: в 622 году н. э., но было это всего один раз и по весьма существенному поводу. В Аравии упал метеорит, и упал столь шумно, что современники писали об этом: «Шедал (ужас) вторгся в Египет и прошел по всему северному побережью Африки». После этого началась идеологическая экспансия раннего мусульманства по всему Средиземноморью, в том числе в Египте, и на этом кончились всякие пирамиды, поскольку Египет вышел из состава Византийской империи.

В нашей книге мы называем эту страну именем «Египет» для удобства русского читателя. Жителям ее это название было неизвестно, так называли ее греки (которые сами себя зовут ромеями). Местное название было Кемит, Черная страна (если оно правильно прочитано египтологами). Считается, что оно дано в противовес окружающим пескам, называемым «Красными». Еще одно старое имя страны, Копт, от города Коптос. Турки (как и греки, жители малоазиатской части Византийской империи) называли долину реки Нил Гипт. На библейском языке Египет именуется Миц-Рим, Высокий Рим. То есть египтяне полагали себя более высокого происхождения, чем все остальные византийцы, и для этого были основания: Египет – первый культурный и культовый центр ранней Средиземноморской империи.

Египет поделен был на Верхнее (северное) и Нижнее (южное) царства. Для Египта такое разделение понятно, оно увязано с течением Нила. Но если мы вспомним средневековые карты, у которых наверху был Восток, а внизу Запад, то Верхним царством станет Византия, а Нижним – Рим. И тогда возникающая время от времени в египетской истории власть Верхнего царства над всей территорией страны идеально совпадет с властью Византии над всей так называемой Римской империей. Египет был частью этой империи, и совершенно естественно мы в нем находим в малой локализации и географию Ромейской (Византийской) империи, и ее историю.

Историков сбивает с толку также нерасчлененность придворных функций в Древнем Египте. Один и тот же человек мог иметь должность хранителя фараоновых сандалий, одновременно числясь главнокомандующим и жрецом какого-либо храма. Но и в этом нет ничего удивительного! Главной работой такого человека было жречество, а для придания веса в обществе ему присваивалась номинальная должность при дворе, которого здесь не было. Ведь императорский двор был в Царьграде.

В Египте много строительного камня и много культовых построек из него, но практически нет никаких древних дворцов для проживания. Почему? «Хрестоматия по истории древнего мира» объясняет: «В Египте строили и дворцы для фараонов, но они не сохранились до нашего времени, т. к. их сооружали из дерева. О них мы знаем лишь по рельефным изображениям. Египтяне считали, что земные жилища всего лишь временные, поэтому на них не стоит тратить прочные материалы».

Ничего себе объяснение! В таком случае, незачем также одеваться и питаться. Какой-то толкователь барельефов придумал эту глупость, отчаявшись понять, в чем же тут дело? А правда в том, что владыка империи попадал в Египет только в виде набальзамированного трупа и в дворце для проживания совсем не нуждался, а жрецы жили в храмах.

ВОСТОК – ДЕЛО ТОПКОЕ

История – нечто вроде мозаики, калейдоскопа. Смотришь на традиционную пеструю картину и радуешься, как все красиво и соразмерено. Однако повернешь трубочку этого «калейдоскопа» и вдруг получаешь картинку ничуть не менее красивую, но более осмысленную. Ведь и мы, и сторонники традиционной версии истории, и «новые хронологи» основываемся на одной и той же «базе данных». В наших книгах вы не найдете ни одного факта сверх тех, которые известны историкам. Мы просто отказались от традиционного, освященного четырехсотлетним повторением мнения, что история – непоследовательный, прерывистый процесс, цепь необъяснимых взлетов и падений цивилизаций. Мы утверждаем довольно простую вещь: человечество едино, история человеческой цивилизации цельна, последовательна и непрерывна.

В предыдущих главах мы показали новую версию истории Европы. Здесь наиболее развита историческая традиция, здесь находились и находятся основные исторические школы, тут сохранено наибольшее количество исторических документов. И вот, в результате исследований получилась у нас история, сильно отличающаяся от школьной, общепринятой.

Столь удивительный результат заставил нас обратиться к истории Востока, истории цивилизаций долин великих рек: Нила, Тигра и Евфрата, Инда и Хуанхэ. Это было тем более интересно, что хронология стран Востока крепко связана с хронологией Европы, и нам хотелось провести некоторую независимую проверку выводов, полученных для Европы.

В свое время в сознание людей была внедрена идея, что свет культуры идет с Востока: Ex Oriente lux. Позже, с развитием археологии, в Европе все громче и громче стал звучать вопрос: а почему? Почему мы считаем, что культура пришла с Востока? И у нас есть древности, но плюс к этому достижения нашей культуры сегодня выше, чем у многих восточных народов.

В следующих главах книги мы покажем вам, что не было на Востоке никаких культурных центров. Не было древних цивилизаций Месопотамии, Индии, Китая. Вся культура принесена сюда из других мест. А выражение Ex Oriente lux (Свет с Востока) следует заменить другим: Le Mirage Orientale (Восточные миражи).

Особенность всего региона Передней Азии, то есть Иудеи, Израиля, Палестины, Сирии, Вавилона, Персии (Месопотамии), заключается в том, что история этих мест – причудливая смесь реальных фактов, действительно относящихся к этому региону, с фактами, не имеющими с данной местностью ничего общего, а только приписываемыми ей из-за географической путаницы. Причем и те, и другие факты традиционно излагаются с изрядными хронологическими ошибками.

Эта особенность вынуждает нас кратко сформулировать основной тезис, и лишь затем приступить к повествованию.

История Передней Азии цельна и последовательна, она неразрывно связана с историей Европы. Хозяйство и уклад, культура и религии развивались тут начиная с III века нашей эры в рамках Ромейской (Византийской) империи, в VII–XI веках – в рамках отделившихся от Ромеи султанатов и халифатов, а в XI–XIII веках складывалисьпод воздействием крестоносцев Европы.

Болота Месопотамии

Главная страна этого региона – Месопотамия, что по-гречески значит Междуречье. Ей приписывают и библейское название Сеннаар (Двуречье по-еврейски). «Из сей земли (Сеннаар) вышел Ассур и построил Ниневию» (Бытие, 10/11). «Ассур» – это ассирийцы; Ниневия – колоссальный город, который полагают существовавшим за 2500 лет до Рождества Христова. «История Ниневии, впрочем, покрыта глубоким мраком неизвестности» (Библейская энциклопедия).

С 2000 года до н. э. власть здесь держал Вавилон; какое-то время правили хетты, пришедшие из Сирии. Арабы называли Месопотамию Ираком. Ученые присвоили различным здешним землям разные исторические наименования: Ассирия, Вавилония, Персия, Шумер, Аккад и так далее.

Таково традиционно принятое «размещение» событий во времени и пространстве.

В VII веке эти земли, а также Сирия, Египет и север Африки отделились от Ромейской (Византийской) империи после разделения религий: империя исповедовала доевангельское христианство, на Востоке победило агрянство (раннее мусульманство).

Пойма рек Тигр и Евфрат лежит ниже уровня этих рек. После разлива вода не уходит, не стекает обратно в реки, а остается на месте, превращая местность в болото. Сельскохозяйственные работы на этих землях очень трудоемки, требуют большого количества работников и надежного их взаимодействия, для чего необходимо сильное централизованное государство. При обширных разливах вод по поверхности земли растекается много глины, которая скрывает следы деятельности человека и затрудняет археологические исследования.

Кто населял Месопотамию? Официально считается, что сначала шумеры, культурный народ, принадлежащий к индоевропейской языковой группе и вытеснивший отсюда два неведомых семитских племени. Потом тут жили вавилоняне, ассирийцы, персы, арамейцы и другие, принадлежавшие к семитской языковой группе. Затем греки (ромеи, индоевропейская группа), потом арабы (снова семиты). Интересное чередование!

Ученые пришли к выводу, что культура шумеров самая древняя, самая первая на нашей планете. До их появления на этих землях здесь (да и нигде, если верить традиционной хронологии) не знали скотоводства, земледелия, металлургии. Шумерское слово УРУДУ – руда в индоевропейских языках; от шумерского (Н)ГУ(Д), бык, произошло говядо (cow по-английски). За три тысячи лет до Рождества Христова (за пять тысяч лет до наших дней!), говорят нам, шумеры имели уже развитую культуру, знали классовое общество.

Однако шумеры не коренное население, а пришлые люди, полагает традиционная история, – принесшие свою культуру на эти земли со стороны. Но если это так, то какой резон от шумерских слов производить слова индоевропейские? Только из-за древности шумеров? Но древность эта, как вы сейчас увидите, весьма сомнительна, а страна, представители которой переселились в Месопотамию со всей своей культурой, должна быть еще древнее. И где, кстати, эта страна? На этот вопрос вам ответа никто не даст.

Есть предположения, что шумеры пришли из высокогорных районов Ирана, а может быть, Афганистана, или из долины реки Инд. В общем, из гористых мест, покрытых густыми лесами. «Однако сказать что-либо точно довольно трудно, – пишет К. Керам, – поскольку этой теории противоречат некоторые древние шумерские легенды, в которых рассказывается о народе, пришедшем в Двуречье со стороны моря». На запад от Евфрата ближайшее море – Средиземное.

Об истории Месопотамии изначально узнали из трудов греко-римских авторов, прежде всего вавилонского жреца Бероса (якобы IV–III веков до н. э.), получившего греческое образование. Но самой-то работы Бероса нет, о ней знают только по разрозненным фрагментам из работ других античных историков, которых тоже в оригиналах нет, а только в средневековых списках. Главным источником сведений по истории этих мест была признана Библия (текст которой приведен в современный вид лишь в IX веке н. э.), и только в XIX веке археологи начали «подтверждать» эти сведения.

И начались чудеса! Выяснилось, что согласно «спискам Бероса» история шумеров начинается со времен сотворения человека (кстати, как и история Руси, но об этом в нашей следующей книге). В Библии говорится о десяти праотцах, считая от Адама; и у шумеров десять праотцев. Библейские патриархи отличались завидным долголетием (Адам прожил 930 лет), и шумерские владыки не подкачали: десять царей царствовали совокупно четыреста пятьдесят шесть тысяч лет. И в библейской истории, и в мифах шумеров имеет место потоп, в результате коего уцелел лишь один человек (Ной по Библии, Утнапиштима по мифам шумеров).

На этом совпадения не кончаются. Первым царем, объединившим Месопотамию, был Саргон I. Об этом деятеле К. Керам пишет: «О его рождении сохранился миф, чрезвычайно напоминающий аналогичные мифы о рождении Кира и Ромула, Кришны, Моисея и Персея: мать его зачала непорочно, а родив, положила ребенка в корзинку и пустила вниз по реке».

И богословы, и традиционные историки никаких чудес в этих совпадениях не видят, а видят лишь одно: здешние мифы – прекрасное подтверждение текстов Библии. Где же тут, спросите вы, чудеса?

А чудо, истинное чудо заключается в том, что богословы и историки, радуясь подтверждениям Библии, которые явлены в шумерских мифах, напрочь забывают собственные свои выводы: шумеры – пришлый здесь народ. История их началась не здесь, не в Месопотамии. А если их прародина не здесь, то не об этих землях и не о здешних династиях говорится в их мифах!

Месопотамские династии вообще никак не позволяют реконструировать самостоятельный хронологический «скелет» страны. Вся история этого региона, с точки зрения хронологии, восстанавливается только в привязке документов к египетской хронологии, а это сразу и резко изменяет сроки тех или иных событий истории Месопотамии при любых переменах в хронологии Египта.

К сожалению, археология не обладает абсолютными методами датировки. Очень часто – слишком часто! – выводы о древности той или иной находки археолог делает, основываясь лишь на собственных своих взглядах, то есть волюнтаристским путем. Вот пример. Археолог Л. Вули в книге «Ур халдеев» приводит случай, когда при раскопке гробницы в городе Ур, которую он сам полагал относящейся к третьему тысячелетию до нашей эры, был найден набор туалетных принадлежностей. О хронологических воззрениях археолога, к своему горю, не был осведомлен эксперт, проводивший анализ находки. Основываясь лишь на собственных знаниях и личном опыте, он оценил эти вещи как арабские, произведенные в XIII веке нашей эры. Археолога (Л. Вули), разумеется, такое мнение эксперта не устроило, и он с ним считаться не стал, так как он «точно» знал, что это вещи седой древности.

Где течет Евфрат?…

Когда европейцы «открыли» Ассиро-Вавилонскую цивилизацию в Месопотамии, их сведения о ней были даже скуднее, чем о Египте. Тот же Геродот, та же Библия, да еще сочинения жреца Бероса (на греческом языке). Более никаких сведений на протяжении полутора тысяч лет. Но если в Египте были хотя бы материальные следы грандиозной деятельности людей, и какие следы! – пирамиды, сфинксы, развалины дворцов и храмов, – то в Месопотамии никаких следов не имелось.

Пионерами археологии тут стали служащие английской Ост-Индской компании. Они не были специалистами-археологами, и методика их работы по раскопкам была крайне примитивной. Многие материалы были попросту загублены. Интересной находкой стало гигантское изваяние, которое называют статуей эпического героя Гильгамеша, держащего в одной руке палицу, а в другой тушу убитого им льва. (Это, мы полагаем, стилизованное под колорит данной местности изображение Геракла, с измененным его именем. Немало сходства и в биографических сюжетах героев.)

Раскопки в Сирии и Ираке между реками Тигр и Евфрат дали неоспоримые результаты. Дворцы, города, глиняные таблички с клинописными надписями… Теперь, в наше уже время, осталось только выяснить, а что же это такое найдено? Археологи, сделавшие открытия в этих странах, на весь мир объявили, что найденные ими города и дворцы – те самые, что упомянуты в Библии. А библейская хронология к тому времени уже сложилась и закрепилась в умах людей. Так автоматически было определено время существования исчезнувших царств и городов. Но можно ли этому верить?

Напоминаем, что, начиная раскопки в этих местностях, археологи не имели вообще никаких географических привязок. Никаких, вы можете это представить? И сразу же сообщили, что здесь – библейские места.

Давайте разберемся.

Библия сообщает, что из Эдема выходила река для орошения рая, а затем разделялась на четыре: Фисон, Гихон, Хиддекель, Евфрат (Бытие, 2/10-14). Больше эти реки нигде (нигде!) не упоминаются. Толкуя Библию, ученые ПРЕДПОЛАГАЮТ, что Фисон (означает обилие воды) протекает в Индии, возможно, это Ганг. Гихон (бурный, стремительный) – толкуют, что это Аракс, или река Окс, или Верхний Нил, или река Шатт-эль-Араб, или опять-таки Ганг. Хиддекель считают за месопотамскую реку Тигр (быстрый). Между тем Тигр (именно под названием Тигр) тоже встречается в Библии, но его отождествляют с библейской же рекой Фрат (а вовсе не с Хиддекелем или известным нам иракским Тигром). Кто и когда дал рекам в Ираке библейские имена Тигр и Евфрат?

ПРЕДПОЛОЖИВ, что Хиддекель (Тигр) и Евфрат текут по Месопотамии, ПРЕДПОЛОЖИВ, что Месопотамия расположена там, где текут эти две реки, которым поэтому и присвоили библейские имена, археологи начали раскопки. Затем ПРЕДПОЛОЖИЛИ, что найденное в результате раскопок – это библейские же Ниневия и дворец Саргона. Обнаружилось, что некоторые находки по объективным параметрам совпадают с памятниками Египта, возраст которых, как ученые ПРЕДПОЛАГАЮТ, им известен. На основании четырех предположений (любое из которых может оказаться ошибочным) определили возраст памятников Месопотамии, и он совпал с ПРЕДПОЛАГАЕМЫМИ датировками Библии. Библия дала основания для нахождения факта. Факт подтвердил Библию.

Так создается хронология.

Для лучшего понимания представьте себе, что с XII века Русь не существует, остались от нее только отрывочные мифы, живет на ее территории совсем другое население и пользуется оно другими названиями рек и городов. Если вы в таких условиях возьметесь искать Москву, то вы найдете ее в любом месте. Река? – вот река. Дома? улицы? – есть. Вот дворцы, вот Кремль. Это может быть Смоленск, Казань или Тверь, неважно. Если вы ищете Москву, вы ее и найдете, вернее, объявите, что нашли именно ее.

Не следует также забывать, что ученые Парижа, Лондона, Берлина отправлялись в Месопотамию искать подтверждение библейских фактов не просто так, ради собственного любопытства. Как правило, они получали командировочные задания и ДЕНЬГИ на расходы по командировке. Задание надо было выполнить. Затраченные средства надо было оправдать.

Если вам поручат найти конкретного человека и вы, зная приметы, найдете похожего, то он предъявит вам свои документы, и вы убедитесь в ошибке. А если не предъявит? Сколько лет безуспешно пытались идентифицировать останки семьи императора Николая II, а ведь император и его дети погибли во вполне обозримом прошлом!

Если вам поручат найти ГОРОД в местности, где его и не было вовсе, в местности, среди топонимов (географических названий) которой нет нужных вам, вы увидите искомое в любых развалинах. Ведь дворцов и царей в истории было очень много! Библия – грандиознейший исторический документ, но даже вкупе с мифами и легендами не могла она перечислить всех царей и все дворцы.

Согласно традиционным воззрениям, в XIV–IX веках до н. э. (на протяжение полутысячи лет) Северную Месопотамию неоднократно подчиняли себе ассирийцы. И вот, подчиняя ее, они занимались переселением на новые земли разноплеменных людей, как бы вырывая их из родной земли с корнем. Эта политика, как сообщают «античные авторы», получила название НАСАХУ, что дословно и значит вырывание с корнем. По мнению ученых, захватчики-ассирийцы предполагали, что переселенные люди не смогут объединяться и, попав на новые земли, будут держаться за своих новых хозяев и с ними будет проще управляться.

Результат для ассирийцев удручающий: они полностью растворились в созданном ими людском конгломерате, а их язык был вытеснен арамейским.

Что же происходило на самом деле? Во-первых, в истории Месопотамии явственно слышны отзвуки времен образования Ромейской (Византийской) империи, где действительно владычествовал арамейский язык, и переселение людей было не столько силовым, сколько добровольным: земледельческая культура осваивала новые земли. Это происходило с III по VII век, а затем эти земли постепенно отделились от империи. Во-вторых, события, описанные как политика НАСАХУ, – результат Крестовых походов. Рыцари и сопровождавшие их простолюдины, в том числе крестьяне и ремесленники, попав в плен или оставшись здесь добровольно, перемешались с местными племенами и создали новый этнос. А среди крестоносцев действительно были представители всех народов и племен Европы.

Без вести пропавшие во времени

В XI–XII веках, по призыву Ватикана и с согласия Византийского императора, сотни и сотни тысяч европейцев покинули свои страны и двинулись освобождать Гроб Господень, а по сути дела завоевывать Азию, «освобождать» земли, некогда принадлежавшие великой Византийской империи. Их целью были Палестина, Сирия, Месопотамия. Лишь малая часть (в основном руководители) вернулась домой. Традиционно считается, что остальные погибли, поскольку нет об их судьбе никаких сведений.

И в самом деле, многие погибли в боях, или от голода и жажды, или от эпидемий. Но чтобы погибли все? Этого не может быть. Человек – существо чрезвычайно живучее. Полагаем, в большинстве своем крестоносцы, рыцари и крестьяне, остались живы и провели свою жизнь на Востоке, отдав ему свои знания и умения, навыки и культуру. Крестьянин и в мусульманской стране крестьянин, а воины одинаково нужны и королям, и султанам.

Предлагая современную версию хронологии цивилизации, мы возвращаем истории сведения об их судьбе. Ищите пропавших без вести крестоносцев в «древних» странах Востока!

Ниже мы широко цитируем книгу Бернгарда Куглера «История крестовых походов», впервые изданную в России в 1895 году и переизданную в 1995-м. Куглер пишет:

«Крестовые походы хотели не просто освободить Иерусалим, но, кроме того, снова подчинить Восток христианскому западному господству. В этом смысле они представляются переселением народов, направленных на восток, но которое началось в век весьма скудных географических познаний и крайне не