Book: Комсомолец поневоле



Комсомолец поневоле

Дмитраковский Александр

Комсомолец поневоле

Глава 1. Где — то на Северном Кавказе

31.12.2020 г. 17 час 55 мин. Вот и заканчивается 2020 год. Я заслуженный пенсионер, юрист с большим стажем работы, сижу дома. Вроде бы как бы «готовлюсь» к встрече нового года. Хотя какая к черту подготовка, когда все закрылись по своим домам и квартирам сидят дома, соблюдая установленный властями режим самоизоляции и карантина из — за пандемии коронавируса, обозванного «КОВИД». Остряки — шутники переиначили «Хочешь вылечить КОВИД— выпей ВОДКИ», в этом слове одинаковые буквы, только поменять местами. По всему миру счет умерших пошёл на десятки миллионов. Вроде бы создали какую — то вакцину и в России и за рубежом, но как она себя поведет, никому пока не известно. Вот почему властями и введены жесткие ограничения во всех областях нашей жизни. В связи с этим, никаких корпоративов, утренников и массовых гуляний. Открыты только необходимые предприятия: продуктовые магазины, аптеки и работают только не имеющие остановки организации, полиция, МЧС, суды. Поэтому «развлекаемся» в домашних условиях кто как может. Хорошо, что есть интернет, спутниковое телевидение и мобильная телефонная связь.

В связи с наличием большого количества свободного времени не знаешь чем и заняться. От безделья ходишь по дому в поисках не известно чего. Сегодня с обеда пересматривал фотоальбомы, а у меня их ни много ни мало около 4—х десятков. Все набитые и последние лет 15 не восполнявшиеся в виду наличия смартфонов, ноутбуков и прочей цифровой техники, где всё хранится в файлах, папках, дисках, флешках и в прочей техническо — компьютерной лабуде. Фотографии имеют место портиться, выцветать. Поэтому в том году я все фотки из фотоальбомов перевёл в «цифру». Нашёл коробку с фотопленками и слайдами и тоже перевел в цифровой формат. Возился дня три. Теперь у меня все двойном экземпляре, но обыкновенные фотографии ни с чем не сравнить. Это же какое удовольствие листать, альбомы, где под фотками есть сопроводительные надписи! В компе (прим. компьютере) при просмотре этого нет. Все обездушено так сказать, и чтение книги в оригинале, а не в электронном виде! Этого не понять тому, кто не читал. Одна польза — в электронном виде книги не порвутся и места много не занимают. Да много кое — чего наш современный мир потерял с началом века развития технологий. Как было в детстве, помню, отснял фотоаппаратом фотопленку со своим дружком на каком — нибудь мероприятии, по типу школьного субботника или новогоднего школьного бала, а потом сидишь пару вечеров печатаешь фотографии, а после чуть ли не торжественно вручаешь эти фотки своим девчонкам одноклассницам или соседским девчонкам по улице. Вручил— и ты в почёте, а ещё больше балдеют все рассматривая эти фотки. Сейчас уже не то время. Сфотографировал смартфоном что — то, перекинул на смартфон кому — то за три девять земель. И никакого общения, восторженных лиц. Одним словом, не то время и не те люди. Былого времени не вернуть, а как хотелось бы прожить, переживая всё заново: школьные годы, первая любовь, первые достижения.

Ладно о грустном, но время бежит. Встречать новый год буду один. Жена уехала на Украину к родне. Это до весны, наверное. Дети сами по себе, у них свои семьи. Опять же по телефону поздравят и все. От внуков вообще ничего не жду — не моё воспитание. Если дома, то уткнутся в свои смартфоны — айфоны. Даже телевизор не нужен, а о книгах знают, только то, что это школьные учебники. Время 23 час 30 мин., а на компьютерном двухтумбовом столе, моей гордости, ноутбук с двумя телефонами, кучей фотоальбомов, цифровиком, планшетом и кучей флешек. Убирать не хочется, в шести выдвижных ящиках тоже бардак, бросал туда, что под руку попадётся. Надо бы убраться, но не хочется, всё потом, а пока надо слегка перекусить, а то специально вечером не ужинал. На краю стола ставлю бутылку шампанского и, апельсин с салатом. На кухню не охота идти. Спиртное в одиночку пить это близкий путь к, алкоголизму, чтобы отдать дань традиции встречи нового года, открыл бутылку шампанского, выпил за уходящий год бокал, а вот и поздравление нашего президента. Половины речи уделено борьбы с пандемией, а остальное по накатанному «хорошо трудились, хорошо боролись, но надо стремиться к большему и к лучшему». Как всегда последнее десятилетие в речи у Кремлёвской стены под ёлкой….. что — то, аж сердце защемило от тоски. Удары курантов. С двенадцатым ударом накатила какая — то волна, закололо слева под рёбрами и всё потемнело в глазах………

Глава 2. 1 января 1973 года. Украина. Здравствуй юность

Бом! Бом! Бом! И гимн Советского Союза. Я очнулся сидя за своим же компьютерным столом, и не понял. При чём тут Гимн СССР. Слова другие. Осмотрелся и вижу, что я не у себя дома, увидел в потёмках, что сижу за своим же компьютерным столом, на нём мои же, альбомы, ноутбук с телефонами и прочими прибамбасами, но комната не та, да и дом не тот. Присмотревшись я увидел, что нахожусь в своей небольшой комнатке — пристройке, в своей спальне, однако в спальне 1972–1973 года. Я ощупал себя… мать твою! Я школьник! Я присел от свалившегося на меня события перемещения, а что я переместился в своё тело, в своё прошлое, да ещё со своим компьютерным столом у меня сомнений не возникло.

И тут услышал голос матери и отца «Сашка, ты где пропал? Мы сейчас уходим. Сестра спит. Ты тоже ложись. Мы к кумовьям встречать новый год». Я еле крикнул «Хорошо». И родители ушли. Сестра спит в соседней комнате. Я включил свет в своей спальне. И стал думать, что делать? В первую очередь надо убрать все предметы, переместившиеся из моего будущего. Тут немного, но всё равно надо какой — нибудь ящичек. Так, надо понять, что за новый год мы встречаем. Прошелся по дому. На стене увидел отрывной календарь с последним листом календаря — 31 декабря 1972 года. Во! Значит мне в новом 1973 году стукнет 14 лет. Хороший возраст. Сейчас зимние каникулы. Хорошо, в школу не надо сразу переться, а то сейчас и не вспомню всех как кого зовут. Нет, одноклассников помню, тем более только вечером, альбомы пересматривал. Так, теперь что делать со всеми, альбомами, их с десяток на столе, за разные времена. Я вышел на летнюю кухню и в сарай подобрать ящичек, но ничего не нашёл такого, но зато нашёл свой фибровый чемодан, в котором я хранил всю свою фотографическую принадлежность— фотобумагу, пленки и всякую мелочь. Во! То что надо! Размер позволяет всё туда запихнуть, ещё и место останется. Сейчас пока туда всё, из стола и ящиков, потом разберусь. Смартфоны теперь без надобности. Связи сотовой — то нет. Разве только вместо фотоаппарата и видеокамеры использовать. Флешки, а их девять штук разной емкости и под телефон и под фотоаппарат и под комп, четыре шнура зарядки — под смартфоны один— подходит, остальные под комп, планшет и под цифровик. Так, теперь фотоальбомы. Что в них? ага, фотки со школы, фотки из, армии, свадебный, альбом, альбом с коллегами по бывшей службе и работе. О! а это не, альбом, а, альбом с файлами, в которых документы мои старые лежат, а зачем мне второй комплект? Здесь — то я новые получу. Ладно пусть лежат пока. Несколько файлов с бумажными деньгами выпуска 1961 года. Сколько их тут? Порядочно. В основном сотки и полтинники. Это я когда — то нашёл после распада СССР, так и валялись. Сейчас пригодятся. Так один файл с сотками. Второй с пятидесятками, третий с четвертаками и десятками вперемешку. Хорошо, потом посчитаю. На первый взгляд только соток пачки три — четыре на сумму не менее 30–40 тысяч. Одна пачка в сто штук это 10 тысяч. Возьму пару червонцев для карманных денег. Сильно — то светить нельзя. И чемодан на чердак надо отнести. Чердак в то моё детство это был моим уголком. Мать с отцом туда с момента постройки не лазили. Лестница трухлявая. Отец меня просил как — то в крыше дырку заделать. Сам боялся лезть, но меня лестница выдерживала пока. Вот там и спрячу в углу под кучей всякого домашнего хлама. Перед тем как все тащить на чердак, я с ноутбука перекачал на небольшого размера планшет и на флешку в 128 ГБ всю информацию что была на компе, а там на компе жесткий диск на 1 терабайт. Много места занимают книги различного толка и направления треть книг юридических и треть технических, остальные художественные. Много песен и клипов. Сотню, наверное, фильмов, в основном художественные, но есть и историко — документальные и образовательные. Фотографий и видеозаписей очень много. Всё это я не стал пока трогать. Скачал то, что мне может понадобиться для «оклиматизации» в новой жизни, в т. ч. историческую сущность 1970–1975 годов. Закачал и поставил пароль на запуск и открытие, которых ранее у меня не было. Провозился почти до утра. Придумал версию, что стол в разобранном виде кто — то выбросил, а я подобрал и собрал его. Только прилег… пришли родители навеселе. И я заснул. Спал до обеда пока меня не разбудила младшая сестра, толкая меня в бок, со словами: «Вставай, мама зовёт!»

Пришлось вставать. Было уже 12 часов, почти обед, и есть хотелось порядочно.

«Сходи за водой», — попросила мама.

И я пошёл к колодцу. Идти метров триста. У нас тут всегда была проблема с питьевой водой. По дороге встретил своего закадычного друга Вовку. Он на год младше, живёт в трёх домах от меня. Он тоже за водой шёл. Потрещали по дороге туда и обратно и договорились через пару часов встретиться на велосипедах. Вовка ходил в другую школу— среднюю, а я в восьмилетнюю, поэтому мы виделись только вечерами или в выходные или на каникулах, но всё равно часто. Мы любили в шахматы играть. Или вместе куда — нибудь на велосипедах кататься.

Когда я принёс домой воду мне мама сказала, что ляжет спать, т. к. ей завтра на работу, а отцу сегодня в ночь. Он на железной дороге работал, а мама на большом заводе.

Я маме сказал:

— Мам, мне тут предложили на новогодних каникулах поработать на сорт участке от Одесского селекционного института. Работа хорошо оплачиваемая. Я согласился и с завтрашнего утра я тоже на работе.

— Да ты что?! Ну иди поработай если хочешь, заработаешь может что — нибудь.

— Да за 7 дней мне обещали 50 рублей заплатить.

— Это что же ты такое «работать» будешь за такие огромные деньги?

— Я сам ещё не знаю, но мне это предложила руководитель кружка от станции юных натуралистов, куда я уже второй год хожу.

— Ну смотри, тебе виднее, а я пошла спать.

На самом деле это была моя сегодняшняя придумка. Я помню, что в прошлой жизни я действительно ходил в этот кружок и работал на сорт участке, мы там ухаживали за садом, проводили селекционные опыты, делали прививки деревьям, за что в конечном итоге стали участниками ВДНХ СССР, но тогда мы делали всё бесплатно, на энтузиазме, а сейчас это будет хорошая «отмазка» откуда у меня появятся деньги.

Вечером я встретился с дружком. Поиграли в шахматы, потом покатались на велосипеде, а когда приехали домой, то я, сидя возле двора на лавочке, так не навязчиво завёл разговор в Вовкой.

— Слышь, Вов, а кем бы ты хотел стать в будущем?

— Не знаю. Не думал об этом. В своем сочинении я написал, что хотел стать космонавтом.

— Ну да, только для этого нужно учиться на отлично и иметь отличное здоровье, а мы вместо занятия спортом, в шахматы играем. Хотя это тоже спорт, только для ума, а я бы, наверное, стал бы каким — нибудь военным. Слушай, а давай поставим себе цель заниматься спортом, например, борьбой, стрельбой? Это очень — таки ничего. Давай запишемся после каникул в спортивные секции при дворце пионеров?

— А что? Давай. Я не против. Я сразу после школы в секцию. Мне там близко. Это тебе на, автобусе полчаса ехать надо будет или пешком, по ж.д. мосту через реку. Так быстрее напрямки и 15 минут всего.

— Да, я на велике за 7—10 минут приеду.

— А велик где будешь ставить в школе? Ведь сопрут.

— А я договорюсь с дворником в их подсобке ставить буду.

— Ага, так тебе и дадут ставить.

— Ну это уже моя забота, а обратно из секции на велике вдвоем. Ты сзади на багажнике, а я педали крутить буду. Можем по очереди.

— Ну если так, то я согласен.



Глава 3. Корректировка планов. Клад

На следующее утро я пошёл на станцию юных натуралистов (СЮН), в свой кружок.

Там, кроме меня, ещё участвовало постоянно семь учеников средних классов — от 6 до 8 класса. Из других школ, кроме нашей восьмилетки почти никто не приходил. Далеко было добираться, а СЮН была в одном дворе со школой, на берегу реки Южный Буг в своём родном городе Майский. Тут же был и сортучасток с садом.

На кружке я предложил учительнице, даме лет 45, провести прививку двух сортов яблок. Это в прошлой моей жизни было, но только через год, когда я был уже в 8 классе. На что учительница ответила мне, что не против такого опыта, но по весне в марте месяце. Сейчас ещё рано. Я покрутился в кружке ещё с часик и ушёл на берег реки. Было у меня там когда — то одно заветное местечко в скальном берегу. Я на него наткнулся в прошлой жизни, совершенно случайно, когда мне приспичило в туалет. Это было прошлым летом, когда на берегу реки было много отдыхающих и мне пришлось искать укромный уголок. Я нашел его со стороны реки, когда брел по пояс в воде, в метрах 100 от пляжа, то увидел небольшую расщелину со стороны воды, с пол метра и заглянул туда, а там оказалась ниша в скале. Ну я и заглянул туда. Забираться с воды было очень не просто, но желание в туалет подогнало меня. Поэтому подтянулся на руках и забрался. Сделав своё дело, я осмотрелся, в полутора метрах ниша делала поворот в скале и я заглянул и туда, и увидел небольшой грот, а также узкий проем обозначавший вход в него. Я протиснулся туда и попал в конусообразный грот размером с небольшую комнату где — то три на три метра с высотой под конус метра четыре. В дальнем правом углу были какие — то выступы похожие на ступеньки, только давно обвалившиеся. Я поднялся по ним вдоль стены под потолок и увидел круглый металлический люк диаметром с полметра. Люк был проржавевшим с дырками. Я стал приподнимать его руками. На удивление он поддался и открылся. Я высунул голову и увидел рядом, в метрах 10—ти развалины каменной стены нашей старой мельницы прошлого века. Вокруг люка было много хлама и всё вокруг загажено мусором. Ничего тут путного не найдя я закрыл люк. Натаскал булыжников, битых кирпичей и завалил люк, а сверху еще всякого дерьма накидал. И пешком вернулся на пляж. Я потом натаскал в грот ещё всякого хлама: пару стульев, сломанный стол и раскладушку. Стащил из дома керосиновую лампу со свечками, а потом пару раз приходил к гроту проверял, но его никто не находил. Вот в этот грот я и решил наведаться. Так как была зима и речка стояла во льду, то я спокойно по льду добрался до расщелины и забрался на выступ. Зашел в грот. Стулья стояли. Я зажег керосинку и сел подумать, а что если мне здесь сделать свою, так сказать, тайную резиденцию. Интересно, а где эти развалины мельницы стоят на балансе? И стоят ли. Мне несовершеннолетнему об этом сейчас думать рано, но через 4 года, когда мне стукнет 18 лет, можно подумать над этим вопросом, а пока обойдёмся и так. Правда зимой в гроте не высидишь, холод со стороны реки ужасный. Надо какие — то двери сделать.

Потом я включил планшет, который взял с собой и посмотрел в, архиве, что известно по городу Майскому и окрестностях этих времён. Я в своё время интересовался своим городом и много кое — чего нашёл. Вот теперь пригодится. Особенно меня интересовала история с кладом, который нашли строители, разбирая старый дом, в метрах трёхстах от мельницы. Это были развалины старого дома дореволюционной постройки. Там жил хозяин мельницы. В годы революции он канул в неизвестное. Дом был во время войны разрушен и так как он стоял в стороне от окраины города, которая не застраивалась в виду скального грунта, то его наполовину растащили по камню и кирпичику. В моем прошлом времени, когда я был в восьмом классе, то двое строителей разбирали фундамент и наткнулись на небольшой подвальчик, в котором и было обнаружено много кое — чего ценного. На сколько помню там было и золото, и ювелирка, и посуда и даже оружие. Так строителей потом осудили и посадили. Они решили клад государству не сдавать, на том и погорели, но мы — то умные, не будем жадничать. Я тогда с пацанами ещё лазил в это подвал, а один из нас даже серебряную монету нашёл. Вот теперь, зная точное место, я решил сходить и «случайно» найти этот подвальчик. Придя в развалины, я быстро нашёл под битым камнем и кирпичом трухлявый деревянный люк. Проломил его и залез в подвальчик. Спички и пару свечей я взял из грота. Зажег их и увидел сундук небольшой деревянный в углу, пару ящиков. Я открыл сундук и увидел там большие и маленькие коробочки слева в углу, справа были коробки побольше. Я начал открывать их. Да! Было от чего строителям мозги снести. В десяти коробках были монеты царской чеканки по 10 и пять рублей в золоте. В других коробках, а их оказалось шесть штук, были серебряные рубли. Ещё было три шкатулки: в одной только драгоценные камни, в другой ювелирные украшения— кольца, броши, серьги браслеты и кулоны с цепочками, в третей были часы, перстни. Тоже все из золота с камнями. Ну понятно. Надо переполовинить шкатулки и спрятать в гроте, а так же царских червонцев отложить. Так что у нас в ящиках, они были не закрыты. Ого! Ящик чисто с оружием: револьверы, кинжалы, патроны. К чему это готовился бывший хозяин? Тут же нашел холщовую не большую торбу. Отобрал царских червонцев, одну самую большую шкатулку с камнями дополнил ювелиркой и часами с перстнями. Взял три нагана с патронами и три кинжала особо красивых с камнями на рукоятке и ножнах. Сложил в холщовую торбу и вылез их подвала. Закидал мусором и ветками вход и потащил всё в грот. Там в углу под грудой камней и спрятал всё.

Остальной клад я решил сдать государству и получить 25 %. Там денег выйдет прилично, даже очень. Надолго хватит и мне и родителям. Теперь надо решить куда идти сдавать, то есть заявлять о кладе. Лучше всего в сберкассу и чтобы работники сберкассы вызвали из райкома и исполкома представителей, а те уже пусть вызывают милицию. В таком случае никто мои 25 % не заныкает, а так как я несовершеннолетний, то надо подключить к находке отца. Он сегодня с ночи. Хватит ему спать. Положив себе в карман один червонец и золотые карманные часы с императорским гербом на крышке, я пошёл домой. Было уже 14 часов. Растолкал отца и показал ему монету и часы. У него глаза на лоб полезли. Я ему быстро обрисовал ситуацию по поводу клада и 25 % и сразу поставил условие — из этих 25 % моих 10 %. Если нет, то и клада нет. В общем мы договорились. Денег всем хватит. Там по моим скромным подсчетам только ювелирки и золота, как минимум на миллион рублей, а там ещё и шкатулка с камнями. Та потянет миллиона на два. Там были камешки: бриллианты и прочие разноцветы очень солидных размеров. Да, ещё оружие. В общем мы собрались, оделись поприличней и рванули в сберкассу. Отец попросил встречи с заведующей. Нас провели к ней в кабинет и мы показали золотой червонец и золотые карманные часы. Глазки у заведующей прямо загорелись, но я вставил слово и сказал:

— Вы позвоните и пригласите представителей из горисполкома, горкома партии и милиции, для составления, акта пересчета и сдачи государству. Там, где все это лежит, по моим скромным подсчётам миллиона на три рублей.

Надо было видеть лицо заведующей! Но она быстро начала звонить и через полчаса явились все. Мне пришлось сказать, что где находится и что надо брать машину чтобы всё вывезти. В общем собралась толпа и мы поехали на, автобусе на ПАЗике. Взяли ещё двоих грузчиков и двух милиционеров.

Когда приехали на место, ну прямо всем захотелось залезть в подвал, но начальник милиции взял командование в свои руки. Всех отогнал и сам с грузчиками залез в подвал и всё стали доставать. Когда всё достали, то поехали в сберкассу и там часа два составляли опись с, актом. Я с отцом написали объяснительные, а отец ещё и заявление на выплату 25 % от суммы. На что ему заведующая сберкассой сказала:

— Сначала все посчитают, оценят, а потом только выплатят. Это дело не одного дня и как минимум месяца. Нужно пригласить ювелиров, научных работников, потому что есть вещи исторической ценности. И возможно клад в цене вырастет в разы больше.

Ну нам деваться было некуда. Был уже вечер. Нас привезли домой, а дома обыск. Оба — на! а я не подумал. Интересно полезут на чердак? Полез один сержант милиционер, но сломал лестницу и свалился. Стали искать лестницу, взяли у соседа, но второй милиционер особо не заморачивался в пыли на чердаке. Осмотрел от двери беглым взглядом и спустился.

В общем составили протокол, что ничего не нашли. То есть я с отцом ничего себе не взяли, ага! Не взяли, а за червонец и часы, которые я в сберкассе показывал, так у меня и остались. Пригодятся. Исторической ценности никакой, чистая ювелирка и золото. Когда все ушли, пришла мама с работы и увидела погром от обыска, но узнав в чем дело, успокоилась, а на завтра с утра к нам домой приехал корреспондент местной газеты, сфотографировал меня с отцом, записал в блокнот наши данные и уехал, а через день мы с отцом стали достоянием местной прессы на первой странице. «Пионер с отцом полностью сдали клад государству», ну и всякие хвалебные речи.

Глава 4. Школа. Спортивные секции

Не смотря на свалившуюся популярность, я продолжал якобы трудится на сортучастке. Через неделю каникулы закончились. Я принес домой 50 рублей и мать сказала, что купит на эти деньги мне костюм и часы «Юношеские». Мы поехали в ЦУМ, где я сам выбирал себе костюм, но так как я был подросток, то ничего путёвого найти не смогли. Зав. секцией одежды, узнав меня из фотки в газете, улыбнулась и сказала, что у нее есть для меня кое — что и пригласила меня в подсобку, где достала откуда — то с полки коробку и достала красивый свитер, из другой коробки брюки и ветровку и туфлями. За всё мы отдали 40 рублей. Мама доложила 5 рублей и мы купили мне часы наручные. Я тут же в магазине всё одел на себя. Мама только руками развела «Ну прямо жених!» Так хорошо на мне всё смотрелось. И мне понравилось. Теперь завтра в школу есть в чём пойти. В это время формы обязательной для мальчиков не было. Девчонки только ходили в форме и фартуках, а у мальчиков после 6 класса был только примерный образец, но ходили кто в чём. Единственное единообразие было в наличии пионерских галстуков.

По приходу в школу в первый день после каникул, я стал центром внимания. Стоит отметить, что до этого на меня мало кто обращал внимание, но некоторые пацаны посильнее физически, закрепляя свое верховенство в классе и школе ещё и тумаками разбрасывались. Доставалось периодически и мне. Сейчас я учусь в седьмом классе и, наверное, следует взяться за своё физическое развитие. В прошлой жизни в этом классе я ещё за себя не мог отстоять, случилось это чуть позже, когда меня побили и я разозлившись стулом настучал двоим верзилам по голове и конечностям. И больше меня не трогали. Сказали, что я псих. Сейчас этот урок следует начать пораньше. Тем более, что в прошлой жизни меня кое — чему учили — борьба самбо и дзюдо и разряд по стрельбе. С моим нынешним физически отсталым телом я не смогу противостоять более сильному сопернику, но тут ведь главное напор и первым нанести удар, да посильнее, а бить я знаю как и куда.

Так случилось и в первый школьный день после уроков. Как только закончились уроки я уже видел как трое физически сильных одноклассников, а они всегда втроем, ходили переговаривались и тыкали в мою сторону пальцами, потом догнали за углом школы прижали к стене и ничего не говоря один из них попытался меня ударить кулаком по лицу, но я быстро отклонил голову и его кулак врезался в стенку. Он заорал как резанный. Наверное, пальцы сломал. Я тут же, не раздумывая, врезал ногой между ног второму. Тот сложился и упал на клумбу, а третьему, опешившему, я просто двинул кулаком в нос, пустив ему «юшку». Потом подошёл к первому и врезал ему ногой по его же больной руке и сказал:

— Ещё хоть раз рыпнетесь в мою сторону, ноги переломаю.

И пошел мимо них на выход со школьного двора, а во дворе собралось не мало зевак, в том числе и со старшего класса парни. Один из них подошёл и сказал:

— Молоток, не забздел. Уважаю. Один против трёх.

И махнул своим корешам они ушли, а девчонки из моего класса и других классов только глазами моргали. Одна моя одноклассница, Аня Котова, которой я симпатизировал, тоже.

А на следующий день, нас всех четверых вызвали к директору школы, где была и женщина милиционер из детской комнаты милиции.

Директор школы, ветеран войны, спросил меня:

«Сашко, ты зачем избил своих одноклассников? Ты посмотри на них», — и показал пальцами.

А посмотреть было на что: один стоял с рукой в гипсе, второй стоял в раскоряку, у третьего оба глаза были синие, смотрелся как очковая змея и нос весь синий и распухший.

— Андрей Гаврилович! Не я начал драку. Я решил — хватит им верховодить и хулиганить и обижать слабых. От них мне и раньше доставалось. Если от них это повториться, то я ещё раз что — нибудь им сломаю.

— В том твоё счастье, что не ты начал драку. Я всё знаю, а теперь иди, а с этими мы ещё поговорим и с их родителями тоже.

Не знаю о чем он с ними говорил, но через неделю они перевелись в другие школы, при чем разные.

С этого дня я стал учиться намного лучше. Раньше я был середнячок — 3 и 4 были моими оценками, а с этой четверти у меня оценки были в основном 4 и 5., а что учить — то?! Всё уже есть в голове. Хотя, алгебра, для меня была тёмным лесом, но все же старался.

Как и говорил, я с Вовкой записались в спортивные секции. На борьбу и стрельбу мы ходили через день. По четным на самбо, по нечетным на стрельбу. Стрельба у нас была из малокалиберной винтовки. Мне это было не совсем интересно и я уговорил тренера обучать меня стрельбе и малокалиберного пистолета. Вот так мы отходили всю четверть. У меня результаты были намного лучше, чем у Вовки, сказывались навыки из прошлой жизни, но мы с Вовкой в борьбе занимались и дома. К майским праздниками проводились всегда городские соревнования. Меня по обоим секциям выдвинули на участие. По итогам соревнований должны присуждать разряды. Вот, накануне 29, апреля, состоялись соревнования по стрельбе. Я из винтовки пистолета сдал на 3 взрослый разряд, минуя сразу все юношеские разряды, а 30, апреля были соревнования по борьбе. В соревнованиях среди своего веса и возраста я зАнял 1 место, а 1 мая всем победителям и призерам были вручены дипломы, медали и значки с удостоверениями о присвоенных разрядах. После майских праздников директор попросил меня отдать ему дипломы для помещения на школьный стенд. Мне не жалко, я их и отдал. И еще, забыл сказать, 10, апреля 1973 года меня приняли в Комсомол. Все как в прежней жизни.

Глава 5. 25 % и платные «плюшки» от исполкома. Лето

С выплатой 25 % от стоимости клада действительно затянулось почти на пол года. Я уже подумал, что родное государство кинуло нас с отцом. Однако, в конце мая, когда закончился учебный год, нас с отцом вызвали в сберкассу и отцу вручили сберегательную книжку, а суммой 800 000 рублей. Ну я почти угадал сумму, но все равно камни стоили больше. Ну хоть так, чем никак. В сберкассе сразу работник горкома партии и исполкома предложили отцу пожертвовать деньги в фонд мира, но я знаю своего отца! Он культурно ответил:

— Я подумаю над этим вопросом. Если перечислим, то не всё. Мне детей поднимать надо. Да и живем мы домике на 32 кв. метра.

На что был получен ответ: «Мы вам поможем».

Чем воспользовался я и сказал:

— не смотря на мои молодые годы, я все же прошу Вас, если мы выделим часть денег в Ваш фонд, то прошу Вас выделить моей семье два земельных участка для строительства домов. В каком месте я Вам потом скажу. (Мы можем выделить в «Ваш» фонд, так и сказал, «В Ваш Фонд», а не фонд мира, 300 000 рублей). Остальные нам нужны для строительства домов и учебы.

На том и порешили, а я решил взять участок с разрушенной мельницей и остатки дома с фундаментом где нашли клад, плюс добавят по 30 соток земли к каждому участку. Фундамент дома, где клад нашли еще триста лет будет стоять, он каменный, а участок, где стоят остатки каменных зданий мельницы вплотную в реке со скалой, мне не помешает. Место очень хорошее. С одной стороны скала с рекой слева в 100 метрах пляж, с тыльной стороны от реки в 50 метрах дорога, справа практически вплотную к стенам мельницы большая дубовая роща, часть которой около 20 соток попадает к моему участку. Оформляем один земельный участок на мать, второй на отца. Когда мне стукнет 18 лет, мать перепишет один участок со мельницей на скале на меня. С родителями я решил, дом они строят себе какой хотят на развалинах дома хозяина мельницы, а на участке, где сама мельница стояла, буду строить я сам. Естественно по всем документам пока проходить будет мать. Из оставшихся 500 000 рублей моих будет 200 000 руб., родителей 300 000 руб. Решили так для круглого счёта.



На каникулы родители нашего класса решили отправить своих чад на поправку здоровья в летние лагеря отдыха. При чем после майских праздников мою мать выбрали председателем родительского комитета школы и естественно председателем класса. Поэтому, когда в один прекрасный день она пришла с родительского комитета, то сказала об этом решении родителей класса. Сейчас ищут в какой лагерь отправить детей на три недели. Я тут же маме сказал:

— Только на Черное море или в Крым, или в сторону Сочи.

— Так столько денег не у всех есть. Море же дороже будет в два раза, да ещё дорога.

— Ну с дорогой можно решить, нанять, автобус, а вот с лагерем, давай вместе съездим в сторону Сочи поищем. Я знаю где искать.

— Да откуда ты знаешь?

— Мам, знаю. Не смотри, что я ещё мал. Мне 15 год пошел. Доверься мне. Завтра выезжаем. Нужна легковая машина. Кстати, почему бы нам не купить «Москвич» или что — нибудь ещё. «Волгу», например? У отца водительское удостоверение есть. Так, выезжаем после завтра. Завтра вы с отцом берете за свой счет отпуска по неделе. Завтра же покупаем машину, а после завтра своим ходом едем. Решим вопрос с лагерем и заодно отдохнем на море.

На том и решили.

С утра поехали в автомагазин узнать на счёт Волги, но их в магазине не было. Директор сказал: «Очередь». Я сказал родителям подождать на улице, а сам пошел к директору магазина снова. Зашёл в кабинет, достал из школьного портфеля заранее приготовленные 2 тысячи рублей положил ему на стол и сказал, что машина нужна сейчас. И директор сдался:

— Ну сейчас на базе магазина стоит одна синяя 21 «Волга» под заказ, но у заказчика форс — мажор, поэтому можете забирать.

Я позвал отца и мы оформили машину и в ГАИ, через час документы были готовы.

На утро мы выехали в сторону Черного моря. Решили ехать с ночёвкой в Ростове. К вечеру второго дня мы заехали в Туапсинский район. Из прошлой жизни зная, что здесь есть два пионерских лагеря от МПС СССР, я напрямую пошел с мамой к директору лагеря. От лагеря к морю метров сто не больше. Я зашёл в приемную и попросил секретаря поговорить с директором. Она провела меня с мамой к ней. Помню директриса по старым временам была пожилой и противной. Сейчас же я увидел ее только молодой и еще не испорченной деньгами. Что ж, «начнем портить», а куда деваться? Мама начала разговор, но директриса ответила, что график уже составлен, а третий корпус в этом году ещё не открыт из — за того, что не завезли и не установили сантехнику, а без этого корпус открывать нельзя.

Я вмешался и спросил:

— А сколько надо сантехники?

— А ты мальчик помолчи, когда взрослые разговаривают.

— Мама, тогда ты спроси об этом.

И мама выдала речь:

— Мой ребёнок знает, что спрашивать. Так сколько и что нужно?

— Ну на все два этажа нужно двадцать унитазов, столько же писюаров, и столько же умывальников и на кухню четыре мойки. Деньги есть. Нет самого товара на складах.

— Если мы решим в течении двух — трех дней с доставкой, вы за неделю установите?

— Конечно, даже раньше, но где вы возьмёте.?

— Это не Ваша забота. Где база находится?

— В г. Туапсе.

— Вот и хорошо. С 01 июля к Вам заезжает отряд из 26 школьников 7 класса. Теперь уже 8 класса. Пионервожатую ищите, а мы поехали на базу.

На машине мы вернулись в Туапсе и приехали к базе. Товара всего — то рублей на 500 надо или чуть больше. Я с отцом теперь пошёл к директору. Зайдя к нему в кабинет, я увидел такую вот тушку мужской наружности килограммов на 130, да ещё не русской национальности.

Первым начал я.:

— У Вас тут есть заявочка на сантехнику от детского лагеря. Прошу удовлетворить. Вот доверенность. Вот деньги.

— Сантехники нет. Есть очередность. Ждите.

— Отец выйди. Я сам поговорю.

От этих слов у директора базы челюсть упала.

И я сказал:

— Выбирайте товарищ директор: или сантехника или внеплановая проверка БХСС? И вот, чтобы лучше думалось вот документы. За машину доставки оплачу отдельно.

После чего отдал ему 550 рублей, что дала под расписку директор лагеря, и сверху ещё 450 руб. моих. Итого 1000 руб., пачка червонцами.

— Ну так бы сразу и сказал, что Вы вне очередники, а ты шустрый малый.

После чего вызвал завскладом и отдал распоряжение выдать все по заявке. Мы дождались пока всё загрузят и вернулись с машиной в лагерь к директору. Та от счастья расцвела. Ведь после нашего класса она еще две смены может разместить неучтенных, а денежки — о в карман. Ну да флаг им в руки. Единственное, я попросил директора выделить две двухспальных комнаты в мое распоряжение отдельно за дополнительную плату. Остальные комнаты были по четыре кровати в каждой. У меня мысля мелькнула взять с собой Вовку и нашу сверстницу— соседку Людку, которая ему нравилась. Что сделаешь? Подростковый возраст! Думаю родители отпустят. Мама договорилась с директором об оплате. Нам сделали 50 % скидку. Ещё бы не сделать, мы — то вне плана. Да ещё и сантехнику достали.

Потом мы тут же в лагере пару дней отдохнули. Хоть и было начало июня, но было уже жарко. Вода в море почти прогрелась. Купаться можно, а потом выехали домой.

Глава 6. Отдых на море

Вернувшись домой, я с мамой и отцом оформили документы на земельные участки и уговорили городского, архитектора, придумать какой — нибудь эскиз — проект со всеми данными и размерами двух домов. Один простой, другой на скале в виде небольшого замка, архитектор пообещал через неделю сделать, а пока мы наняли одну строительную бригаду, чтобы со старыми стенами и стройматериалами навели на участках порядок.

С этими строй бригадами была только одна проблема. Все кто работал в СССР— работали на государство. Такого понятия как Индивидуальный предприниматель или кооператив в это время ещё не было, по крайней мере официально. Вся бригада состояла из строителей, которые официально уже где — то работали. В основном это работники котельных, где работа по графику или дворников, которые работали в основном с 4 утра до 8 утра или работники вахтовики. Или по крайней мере числились где — то работающими. Ведь в это советское время борьба с тунеядством велась хорошо и ст. 209 Уголовного кодекса применялась повсеместно. Поэтому все трудились в, так сказать, свободное от основной работы время. Хоть это запрещено не было. Вот поэтому в моих стройбригадах было половина дворников и половина работающих посменно или вахтовым методом. У них в бригадах всё было схвачено и отрегулировано на счёт подмены или замены члена бригады, но этим занимался сам бригадир. Он подбирал нужных людей сам в связи необходимостью нужного специалиста. Вот в основном я задачу поставил бригадиру. На уборку территории от мусора, планировку участка он запросил неделю и я был не против, так как через неделю, согласно проектам и смет надо будет закупать стройматериалы и завозить на участки.

Неделя прошла быстро. Я переговорил с Вовкой и Людой и они согласились ехать в лагерь. Родители класса были довольны. С нами решила ехать классная руководительница. Вот надсмотрщик будет над нами. Ничего мы её заселим в другой корпус. Это я с директором улажу.

Осталась неделя до лагеря и мы с родителями наняли две бригады строителей и стали завозить стройматериалы — кирпич, камень, доски, цемент и много кое — чего другого. Отец взял отпуск, чтобы вести контроль за бригадами пока я буду в лагере.

У нас в классе после ухода трёх хулиганов осталось 26 человек. 13 парней и 13 девчонок. Удачно для 8 марта и 23 февраля. У каждого парня своя девчонка и наоборот. И вот наступил день отъезда, с двумя водителями нас получилось 31 человек в, автобусе. Ехали без остановок светлый день и одну ночь. В лагерь приехали рано утром 01 июля. Все были сонные и вымученные. Когда стали размещать парней и девчат, то получилось по три комнаты парней и три комнаты девчат. Один парень и одна девчонка остались. Естественно, это был я и моя симпатия —, Аня, а куда деваться!? Хотя эту ситуацию создал я. Нас поселили в одну комнату и поставили как в больнице между койками складывающуюся перегородку, а Вовка с Людкой сами заселились в одну комнату, никого не спрашивая. Наша классная руководительница для них не указ. Они чужие. Хотя перегородку для приличия им тоже поставили, а классную директор пригласила по моей просьбе жить в люксовый гостевой номер в соседнем здании. Единственное, с нами на этаже отдельно разместилась отрядная пионер — вожатая. Хотя мы уже и не пионеры, но так положено. Вожатой было около 23–25 лет. Такая стройная блондинка из педагогического института, на практике. Мы разместились и сразу без завтрака завалились спать. Нам разрешили спать до обеда. Что мы и сделали, Аня сначала смущалась, когда узнала что мы вдвоем в одной комнате, а через 15 минут уже освоилась. Я так понял, что она тоже мне симпатизировала. Вкусы сошлись так сказать. И подарки и на праздники дарили тоже друг другу. И на велосипедах мы тоже вместе часто катались. Мы частично с классом по вечерам собирались на одной полянке у железной дороги и потом я ее катал на велике. Ну вот заснули мы быстро, к 13 часам нас начали будить и тарабанить в двери. Я вскочил в трусах, забыл, что в комнате не один и рявкнул, чтобы не стучали, а потом увидел перепуганное лицо, ани и понял, что её перепугал своим криком, а сам стою в трусах по среди комнаты. Она, кстати, тоже сидела на кровати не в платье. Ну да фигурка без одежды смотрелась ещё лучше, но я её уже такой видел на пляже нашей реки, только в купальнике, а не в нижнем белье. Хотя разницы никакой. Я быстро слинял за шторку, чтобы не смущать девчонку. Мы быстро оделись и пошли в столовую. Отрядная вожатая тут уже во всю командовала.

Мы быстро разместились за столиками. Я себе забил столик на четверых — я, мой друган Володя, Аня и Люда, а все остальные столики так же были на четырех человек. Меню особым изыском не отличалось, в эти совковые времена всё было расписано и закуплено из расчета сытно накормить, а не вкусно. Придётся смотаться в посёлок в магазин и чего — нибудь купить, чтобы по вечерам слюни от голода не глотать. Хорошо, что я взял из дома маленький кипятильник для кружек. Считай чаем обеспечены, а к чаю чего — нибудь куплю.

Мы быстро пообедали и вожатая с классной руководительницей тут же в столовой решили нам составить программу досуга, отдыха и развлечений. И начали нам её нам доводить. Получалось, что на море мы можем сходить по одному часу перед обедом и перед ужином. Тут я не выдержал и произнёс речь:

— Вы меня извините, наши дорогие педагоги, но мы находимся не в школе, а на море. Мы приехали вдоволь позагорать, покупаться, отдохнуть от всего, в том числе от нравоучений в рамках дозволенного, а лишать нас моря— не педагогично. Я предлагаю, по желанию, естественно с Вашим наблюдением, на море ходить три раза в день: утром после завтрака с 8 час. 30 мин. до 10 час. 00 мин., затем до обеда Ваши мероприятия, после обеда с 14 час. 00 мин. до 15 час. 00 мин. — всего час, чтобы не обгореть на солнце, потом с 15 часов до 16 часов тихий час по комнатам, с 16 часов до ужина, то есть до 18 часов Ваше время для мероприятий, после ужина с 18 час. 30 мин. до 20 часов — море, а потом до 22 часов личное время. И не забудьте, что нам хотелось бы съездить на экскурсию хотя бы пару раз, например, в Сочи в Дендрарий и обезьяний питомник, а потом в, Абхазию на озеро Рица. Как Вам такой план отдыха?

Наша классная руководительница, уже зная мои возможности, сказала:

— Ну, собственно, такой план отдыха и мероприятий тоже не плох. Только организацию экскурсий ты мне поможешь организовать.

— С превеликим удовольствием, Любовь Петровна!

После чего, весь класс дружно зааплодировал, а девчонки даже завизжали от удовольствия.

После этих слов Вожатая и классная разделили свои роли по походу на море — утром к морю с нами идёт вожатая, в обед вожатая с классной, вечером классная. Кто не хочет идти к морю может остаться в лагере.

В общем отдых начался по моему расписанию, а то видишь ли, решили тут устроить колонию строгого режима. Не для того мы на море приехали. С таким успехом мы могли бы и дома на речке отдыхать.

После завтрака мы переоделись в купальное бельё, так сказать, и гурьбой отправились на море.

Вода в море уже прогрелась. За лагерем было закреплено часть пляжа, где стояли зонтики и лежаки. Тут же были такие загородки для переодевания. Вот, можно в лагере не суетиться, а переодеваться здесь у моря. Не обошлось после первого купания без пацанячих приколов над девчатами, типа, изображая подглядывания в этих загородках, когда кто — то из девчонок туда шёл выкручивать купальники. Ну девчонки тоже в долгу не остались. Не знаю кто и что видел, но визгу было много. Вожатая с классной то и дело всех успокаивали. Потом со временем всё надоело и мы просто купались, ныряли, загорали.

Вот так прошёл первый день, а вечером уставшие после моря разбрелись по своим комнатам, а на следующее утро некоторым парням и девчонкам понадобилась помощь медсестры. Обгорели малость, Аня сожгла часть спины и плечи. Лечение я взял в свои руки. Купил на рыночке банку сметаны, пришёл в комнату и закрыв двери, сказал, Ане:

— Снимай платье.

— Сашко, ты что больной?

— Нет, Аня, это ты больная. Хочешь дальше мучаться? На твои прелести я на море насмотрелся. Так что ничем меня не удивишь. Разве только бюстгалтером, а не купальником, а плечи и спину можно мазать его не снимая.

— Ой, да ладно. Много ты понимаешь, а сметана поможет?

— Не переживай, поможет. Давай раздевайся.

— Ну ты отвернись.

— О, Господи! Да, снимай ты уже платье. Все равно же буду смотреть на тебя куда мазать.

— Ладно, давай.

И, Аня быстро сняла платье через голову. Да! Нижнее бельё она выбрала хорошее, по вкусу. Ну я лучше промолчу.

— Я намазал ей плечи и спину сметаной и сказал, чтобы ложилась на койку на живот, а я перегородку поставлю, перекрыв двери от её кровати, но не успел это сделать, так как дверь открылась и зашла классная и увидев сцену со сметаной и, Анькину задницу в плавках, только хмыкнула:

— Да, ты у нас Сашко доктор!

— А то! Но между прочим можно было и постучать в двери.

При этом я, отодвигая классную в сторону, установил перегородку между дверью и койкой.

—, а у тебя сметана ещё есть? а то и мне не мешало бы тоже плечи намазать.

— Ещё полбанки есть. Вам намазать?

— Не надо, я сама уж как — нибудь.

— Да не вопрос.

И отдал ей банку и сказал ей чтобы остальным мой метод рассказала, если кому понадобится.

Когда классная ушла, то, Аня сказала:

— Чёрт знает что она подумала?

— а что она подумала, это её трудности.

И, Аня хотела встать, но я прижал её голову к подушке и сказал:

— Лежи. С пол часа надо полежать. Пусть сметана впитается.

А сам не удержался и легко хлопнул ладошкой по ягодице. От чего, Аня, аж дёрнулась и сказала:

— а ты, Сань, ещё тот…котяра.

— ага, крымский — камышовый! От Кошечки слышу, — намекая на её фамилию, — Ну ведь не больно, а приятно?

— Да иди ты…

— Ладно, ты лежи, а я схожу в магазин, куплю крючок на двери, чтобы нам спокойней было и ещё сметаны. Сейчас с Вовкой сгоняем.

И я ушёл. Сегодня море для Ани и некоторых из класса отменяется.

Перед магазином, когда Вовка зашёл в магазин, я из под подкладки ветровки из пачки червонцев, достал пять купюр, чтобы не светить всю пачку. Это я решил начать тратить те деньги, что были в файле, альбома. В магазине я купил крючок, конфет, печенья, ситро и даже палку копчёной колбасы. Я удивился, что она лежит в свободной продаже. Она тут в дефиците. Взял пачку чая и какао со сгущённым молоком. Вот, на вечер затарился. Увидев Вовкино лицо, купил такой же набор и ему. Он отнекивался, но я ему сказал:

— Ты Вова не выделывайся. Дают — бери. Бьют — беги. Нечего комплексовать

— Ну это же деньги большие.

— Ты денег больших ещё не видел.

—, а ну да, проценты от клада?

—, ага и от клада тоже. Мои деньги, куда хочу туда и трачу. И запомни, со мной поведёшься — не пропадёшь. Я плохому не научу.

— Да, я это понял. Просто неудобно быть нахлебником.

— Ты своё неудобство засунь куда — нибудь подальше. У мужчины должны быть карманные деньги, чтобы туже девчонку мороженным угостить или в кино сводить. Поэтому вот тебе три червонца (отдал оставшиеся от покупки деньги). С Людкой можешь замутить чего ни будь. На берегу он много что продают. И не надо благодарностей. Не люблю этого. От чистого сердца даю.

И мы пошли в лагерь.

Зайдя к себе в комнату, я увидел что, Аня спит, так и лежит на животе со сметаной на спине в красивых плавках. Я потихоньку достал фотоаппарат, купленный накануне поездки, и щелкнул один кадр, аню в таком виде. Прикольно будет ей показать. Потом стал её будить, но она спала крепко. Тогда я наклонился и поцеловал её в шею. И она себя выдала, она не спала, а притворялась. За поцелуй ничего не сказала, а только пальцем погрозила.

На этим романтические действия мои и ограничиваются. Это я со своими 60—ти летними мозгами знаю с чего всё начинается, но она — то этого не знает. И пока ещё рано ей об этом думать. До совершеннолетия— ни, ни! На Украине. В смысле в УССР брак с 18 лет. В РСФСР с 17 лет. На сколько помню.

Вот такими темпами прошла первая неделя отдыха в лагере. Следует отметить, что всем понравились вечерние чаепития. И Вожатая с директором разрешили брать кипяток из столовой, чтобы нам не спалить кипятильником что — нибудь. У всех практически были карманные деньги, которыми снабдили добрые родители. Ну, а я в качестве шефской помощи, вроде бы как от дирекции лагеря, о чём я договорился с директором, купил ящик печенья, сгущёнки, конфет и всё раздали по комнатам. Не обделили вожатую и классную нашу.

На второй неделе я организовал поездку на, автобусе лагеря в Абхазию. Конечно же бензин и питание за мой счёт, а мне не жалко, а наоборот приятно делать подарки. Я и в прошлой жизни любил делать подарки.

Вовка с Людкой что — то не поделили между собой. Оба упертые как бычки. Слово за слово и понеслось. Еле помирил их в Абхазии на экскурсии, а вообще экскурсия удалась. На озере Рица купаться не решились. Вода горная, холоднючая. Некоторые шашлыка хотели купить, но я их отговорил. Во — первых дорогой, во — вторых вид у него не очень. Лучше по приезду с экскурсии сами сделаем. Мясо нормальное возьмём. Пообещал, а потом с меня не слазили «Точно пожарим?»

Вечером вернулись около 21 часа и попив чайку, завалились спать. За целый день набегались. Я отснял три фотоплёнки.

Оставшиеся дни отдыха прошли с переменными успехами, а последние два дня так вообще дождь лил. Мы — то с парнями и под дождём купались, а девчонки мёрзли. Утром в предпоследний день встал рано, ещё пяти часов не было, чая обпился вечером. Вернулся в комнату, а Аня на кровати калачиком свернулась и мерзнет, но спит, а одеял нам почему — то не дали. Да они и не нужны были. Жарко было, а тут вот погода испортилась и с моря подул прохладный ветерок и вперемешку с дождём под утро температура воздуха была не более 20 градусов. Так вот, увидев такую картину, я снял окна штору, и присев на край её кровати накрыл шторой Аню, а она обняла мою руку и засопела. Я у её ног пристроился и стал дремать. Утром проснулись одновременно на одной кровати в обнимку, а что? Зато тепло было. Ничего друг другу не сказав, молча оделись и стали собираться на завтрак. Мы за эти три недели фактически жили в комнате как брат и сестра. Перестали стесняться друг друга, конечно в рамках приличия. 20 июля утром мы выехали обратно домой. И утром 21 были дома.

Глава 7. Возвращение

Аня пригласила меня на свой день рождения к себе домой на завтра. Ей тоже стукнуло 14 лет. Договорились встретиться у неё дома в 15 часов. Придут взрослые гости с детьми. Съедим тортик и потом вечером решили пойти погулять на нашу речку, ведь, Аня на свой день рождения пригласила еще своих двух подруг одноклассниц.

Я всё думал, что подарить ей. И решил, что куплю фотоальбом, сделаю ей фотки из лагеря и других школьных мероприятий. И отдельно сделаю ей её большой фотопортрет. Было у меня несколько кадров хороших. Желательно в цвете, а как из черно — белой фотки сделать цветную, я знал из своего прошлого детства — юности. Главное, фотка должна быть глянцевой и с помощью жидкой туши — чернила плакатными перьями быстро надо нанести куда надо необходимые цвета, потом быстро промыть в проточной воде и заново на глянцевателе высушить. Для этой цели у меня всё было, надо только рамку хорошую купить. Поэтому, с утра я мотнулся в город, купил рамку и фотоальбом, и с 11 часов до 14 часов делал фотки для, альбома и фотопортрет размером 20 на 30 см. под рамку. Всё успел до 14 часов. Потом оформил фотоальбом. Всё получилось отлично. В 14 час. 30 мин. взял подарок, приобщил к нему ещё большую коробку конфет и пошёл к Ане домой.

Пришёл во время. Зашёл в дом, поздравил Аню с днём рождения, вручил подарки. Особенно всем понравился портрет, а Анин отец спросил, где это я научился такому искусству фотографии. На что я ответил, что самоучка. Потом все сели за стол, девчонки рассматривали фотоальбом, а Анин отец, который работал в милиции, спросил меня:

— Ну если не секрет, как решил потратить деньги от клада? Слышал, что ты свою долю выделил и решил с отцом строить два дома, а один дом ты по своему проекту? И вообще к чему стремишься? Кем бы хотел стать в жизни?

— Ну проект дома не мой, а с моими пожеланиями, а вообще я, наверное, хотел бы стать военным, только кем именно ещё не решил. У меня уже отличные показатели в спорте по борьбе и по стрелковому спорту.

— Ну это я знаю, а может в милицию?

— Наверное, нет. Хотя не знаю. Видно будет. Главное подготовка к этому. Я 7 класс закончил без троек. И четвёрок всего три. Не дается мне, алгебра, физика и иностранный. Не люблю немецкий. Когда начнутся в школе занятия буду штудировать, английский, может к репетиторам придётся обращаться, а вообще хочу ещё на гитаре научиться играть. Сейчас, через несколько дней, в дворце пионеров открывается класс для обучения игры на гитаре. Вот и схожу туда.

— Когда же ты будешь всё успевать — спорт, дом, кружки? Вижу тебе, Аня нравится, она заскучает.

—, а мы по вечерам будем встречаться пока каникулы, а там и школа начнётся.

— Ну смотри, тебе видней, а то Анька уже все уши прожужжала нам о тебе. Говорила как ты её сметаной лечил и учительницу тоже!

И так хитро улыбнулся, ага, знал бы он, что мы даже в одной койке в лагере спали, хоть и в рамках приличия, но всё равно бы, наверное, не так со мной говорил.

— Вы в моей порядочности не сомневайтесь.

—, а я и не сомневаюсь. Я навёл о тебе справки. Должен я знать с кем моя дочь дружит. Ладно идите гулять, а мы тут со взрослыми ещё посидим за столом. Если что — обращайся.

И мы с девчонками убежали со двора. Девчонки быстро распрощались и ушли, а я с Аней пошли в дубовую рощу на мой земельный участок, где будет строиться мой дом. Там очень красивое место, роща вплотную почти подходит к берегу реки. Берег в этом месте обрывистый, высокий высотой метров 10. Вид отличный. Со временем поставлю каменный забор из камня — скальника по всему периметру земельного участка. Дубовая роща сохранится. Здесь я сделаю беседки и место для отдыха. Поставлю баньку. Сделаю ступеньки для спуска к реке, а пока мы с, аней рядом присели на брёвнышко.

«Сань, спасибо за подарки мне очень понравились!», и поцеловала меня в щеку. Я тут же её поймал и не отпуская поцеловал её в губы недолгим поцелуем. И, Аня не оттолкнула, а только прижалась. Ну и на этом спасибо. Мы ещё посидели с полчасика поболтали. Она всё допытывалась о чём со мной говорил её отец.

— Да, практически ни о чём. Интересовался моими планами на будущее. Всё пошли домой, а то уже скоро стемнеет.

И мы пошли домой. Когда мы подошли к калитке двора она чмокнула меня в щеку и убежала, а я ещё заметил, что в окне дома дернулись занавески. Наверное, кто — то из родителей смотрел.

Оставшийся месяц каникул я пропадал на секциях, кружках и на участке дома. Участок отлично почистили. Мусор весь убрали. Проект дома был готов. Оставшиеся каменные стены здания мельницы я решил восстановить и из камня достроить здание, пристроив к нему две башенки в готическом стиле. Это здание в последствии я решил сделать своим офисом, с отдельным входом со стороны дороги. Я же не всю жизнь буду школьником и студентом. Может и военным не буду. Дальше видно будет. Каменное здание мельницы имеет площадь около 100 кв. метров. Можно даже ресторанчик сделать. Хорошо будет смотреться на высокой скале у реки, а дом будет стоять в глубине двора, примыкая к дубовой роще, а ещё я сделаю крытую беседку из двух комнат, которую поставлю на тот люк который выходит из грота. От ближайшей стены мельницы до беседки будет около 10 метров. Сделаю переход из стеклянных стен. Будут там цветы, деревья круглый год, так сказать зимний сад, а вот пол в одной из комнат беседки с люком, придётся делать самому, чтобы сохранить в тайне этот лаз. Надо будет потом сварить лестницу из металла для спуска в грот. И установить металлические двери во входе в грот со стороны реки, замаскировав их под камень, а внутри сам грот надо будет облагородить, сделать освещение, установить сейф, мебель. Вот такие вот планы минимум. Я решил форсировать строительство дома и восстановление мельницы. Деньги есть. Будем нанимать ещё одну бригаду, чтобы к зиме две бригады закончили мельницу под крышу и зАнялись беседкой и зимним садом, а внутреннюю отделку можно делать и зимой, а строительство дома начну со следующего года, но сначала каменный забор по периметру. Не люблю когда всё открыто и глазеют любопытные. На следующий год, если эти две бригады хорошо покажут себя, а в каждой бригаде по 4 человека, то одна будет делать забор, вторая дом и баньку. В общем работы тут года на три. Если всё под ключ делать, а я особо и не тороплюсь. Мне до совершеннолетия 4 года ещё. Будем учиться, повышать спортивные достижения. Будем думать на будущей профессией. Может в военные юристы или военные прокуроры или военные судьи пойти. Это заманчиво. Тем более, что в окрестностях нашего города и в районе с десяток воинских частей и управление ракетных воск с военными городками типа «Черёмушек». Это мысль её надо обдумать, но надо будет поступать на учёбу в соответствующие военные заведения. Есть такие в Москве и Киеве, где готовят военных прокуроров.

Глава 8. Снова в школу. Стройка

Месяц, август пролетел незаметно. В музыкальном кружке, который я посещал три раза в неделю, я приобрёл первые навыки и умение игры на гитаре. Не знал, что у меня есть такие способности. Тут, наверное, многое зависит от педагога. Я порылся в своём компе и нашёл пару песен для гитары в исполнении группы «Любэ» из моего прошлого — будущего. И наблатыкался их играть и петь. Это слышал только Вовка. И всё удивлялся моим способностям. На новый год на школьном балу, а мы как никак в восьмилетке, выпускной класс, думаю шикануть своим умением игры на гитаре.

В школе я попросил учительницу, английского языка, которая вела и немецкий, чтобы она со мной занималась и, английским языком за отдельную плату. Она была не против. Учёбу я подтянул. Думаю восьмилетку закончу на отлично. За восьмилетки золотые медали не дают, а дальше с Аней решили идти во вновь открывающуюся среднюю школу в военном городке. Там уже на следующий год набор объявили. Сначала 10 —го класса не будет. Никто не будет бросать школу на последнем году и переводится, а нам после восьмилетки самое то. Туда же и Вовка будет переходить. Часть учителей из нашей восьмилетки переходит в эту новую школу. Так что будем не совсем чужими. Вовка в учёбе и спорте тоже приподнялся. Появились успехи и в спорте. Сказал, что будет поступать в военное училище ракетных войск и, артиллерии. Ну да чтобы служить в родном городе. Это верно.

Первые холода пришли в начале ноября. На мельнице соорудили башенки диаметром по 4 метра. Накрыли крышу. Провели отопление и воду. Поставили окна. Отопление я сделал центральным. Осталось подумать над внутренним интерьером. Решил под старину из дуба. Потолки очень высокие — 4 метра. Значит, можно хорошие люстры на цепях подвесить. В мельнице будет два больших зала и три малых зала, а тыльная сторона выходящая к реке ещё будет с открытой террасой под крышей. Угловая часть здания слева с переходом в зимний сад примыкает к этой террасе. Правая угловая часть здания это варочный зал с кухней и подвалом с кладовой, где будет морозильная камера, а башенки это своего рода будут моими комнатами, одна для отдыха, вторая личный кабинет, из которого я сделал винтовую лестницу для спуска к переходу в зимний сад, минуя другие комнаты. Решил, что из здания мельницы я со временем сделаю хороший ресторан на два больших зала — Рыцарский и Охотничий с соответствующим оформлением. Надо будет подумать и тут же рядом с мельницей построить одноэтажное здание по типу мини— гостиницы. На номеров 5–6. Удобно, люди выпили и отдохнули тут же и парковку под столько же машин, а вся остальная территория это под дом и двор. План грандиозный. Деньги есть, главное, ими правильно распорядится и потратить.

И я решил, что надо купить себе мопед. До мотоцикла я годами не вышел, а вот на мопед прав не надо. В моде мопеды рижского завода, с багажником сзади. Можно и девчонок катать. Нам с, аней подойдёт. Только с мопедами дефицит. Ну ничего, этот вопрос решаемый. В зиму он не нужен пока.

Когда был построен каркас беседки я строителям сказал, что сборку беседки будем проводить под моим руководством. Направляющие опорные металлические столбы крепим к скальнику. Пол в одной комнате не делать. Комнату закрыть, а вторую комнату с большими витражными окнами отделывать в полном объёме с установкой мебели.

Через неделю беседка была готова. В другой глухой комнате я установил котёл для отопления зимнего сада. В этой же комнате пол люком я отгородил угол и поставил шкаф под всякий хлам, но главная его принадлежность это закрытие люка. Шкаф на роликах с фиксатором. Его я делал под заказ, разборным. Собирал уже сам на месте. Нажал на скрытый рычаг— шкаф отъехал. Такой же рычаг и со стороны грота. Пришлось повозится, но сделал. Заказал разборную мебель для грота и двери — муляжные под камень. Провёл проводку и трубы отопления вниз. Они будут ниже уровня котла. Поэтому дополнительно я поставил насос для принудительной циркуляции воды с тепловым реле на включение при падении температуры в системе отопления. То есть сырость в гроте уйдёт со временем.

Делал всё сам по вечерам. Поэтому долго. Ну так я никуда и не торопился. В гроте так же выдолбил нишу под установку сейфа размером 1 метр на 50 см. Сейф я купил готовый. Просто поставил дополнительный замок и завесил нишу с сейфом металлическим щитом со стрелами. Такой вот натюрморт. И установил простенькую электрическую сигнализацию на разрыв цепи с загоранием электролампы. Проводку провёл пока в башню кабинет. Потом проведу ещё в дом, когда построю. Все драгоценности сложил в сейф, а строители приступили к внутренней отделке мельницы. Решил и название ресторана будет «Мельница».

Глава 9. Новый год

Вот и заканчивается 1974 год. Ровно год как я в этом новом — старом мире.

Я благодарен судьбе, что она дала мне такой шанс. Жалею ли я о прошлой жизни? Скорее нет. Та жизнь ушла. Ушли те люди. Теперь это другая жизнь и я постараюсь её сделать намного лучше, чем была раньше.

29 декабря у нас в школе новогодний бал. До обеда с 1 по 6 класс, после обеда 7 и 8 классы, а их у нас 4. Ёлка стоит в спортивном зале. Учителя по придумывали конкурсы. Мы уже «большие» поэтому никаких там костюмов в зверушках или снежинках. Тут девчонки со своими мамами старались. Я Ане подсказал из своего прошлого один, так сказать проект — эскиз, бального платья и даже пообещал достать материал. Пообещал— сделал. Деньги помогли, а сшили его за три дня. Швея была в восторге от простоты и шика. Мама Ани сначала, артачилась, не хотела бесплатно все брать, но я её отвёл в сторону и сказал:

— Ваша дочь, это моя девушка и я хочу, чтобы она выглядела лучше всех. Или Вы хотите какую — нибудь посредственность? Давайте спросим у Аниного папы— Вашего мужа?

Это её добило и она согласилась, что финансовая часть расходов будет моей.

Цвет ткани был бирюзовый, а на шее будет колье из такого же цвета камней, хоть и искусственных, но изящных. На голове небольшая диадема, Аня когда примеряла платье и всё надела себя, то она мне напомнила фильм из прошлой жизни про царя Султана и царевну — Лебедь. Мама и отец Ани только руками всплеснули и посмотрели на меня и отец Ани сказал:

— У тебя Сашко очень хороший вкус.

—, ага! И не только на платья!

— Иди ты! Смотри на него! а вообще — то от мужчины зависит как выглядит его женщина. Молоток! Я так понял ты в зятья к нам набиваешься? Видел я ваши поцелуйчики.

— Набиваюсь, но об этом пока говорить рано.

От этих слов, Аня покраснела и убежала в другую комнату, а отец и мать Ани только руками развели. И я не стал развивать эту тему.

Недавно я спросил у Ани кем она хочет быть, но она сказала, что не определилась ещё. И тогда я ей сказал, чтобы она подумала о военной юриспруденции и рассказал перспективы. Она загорелась этими возможностями. Так что думаю, если всё будет нормально, то можно вдвоём поступать. В эти военные институты и девушек принимают.

Наступил день новогоднего школьного бала. От наряда Ани все были в шоке. Я себе тоже кое — что приобрёл. Познакомился тут с одним еврейчиком — доставалой. Он — то меня и снабдил отличным темно — синим костюмом, почти черным, туфли и рубашку тоже он притащил. Отвалил я ему за всё это, аж 300 рублей. В общем по конкурсу лучшая пара мы с Аней заняли первое место, а когда начались «песни и пляски» и я вышел с гитарой, то некоторые мои злопыхатели — завистники, а были и такие среди одноклассников, начали подкалывать, мол, сейчас наш кладоискатель что — нибудь «отморозит», ну не давали покоя некоторым, что у меня деньги водились от процентов от клада, и я отчебучил, после первой песни репертуара «Любэ» все молчали. Тогда спел ещё одну и вот тогда пошли овации и крики «Давай ещё!», но я грациозно поклонился и сказал, что всего хорошего по немножку. О том, что я учился играть на гитаре в школе знала только, Аня и Вовка по соседству. Так что мой сюрприз удался. Ну естественно, у меня начали спрашивать, что за песни, кто написал. Я так нескромно, присвоив себе славу «Любэ», картинно поклонился. Учительница музыки пения прямо не отставала:

— Тебе, Саша, нужно развивать свои способности. И стихи и музыка хорошие, только какие — то совершенно серьёзные. Что — нибудь лёгкое, лирическое можешь?

— Могу, конечно. У меня есть наброски, целая тетрадь, но надо привести всё до ума.

— Ты приноси, вместе подумаем. Можно даже на конкурс их отправить будет.

— Ладно, там видно будет.

, а сам подумал о песнях группы «Ласковый май» из моего прошлого. Когда они там появились в свет, в каком году? Где — то в середине 80—х годов. Вот можно и «Белые розы», и «Розовые розы» из ВИА «Весёлые ребята» и много кое — чего, но особо злорадствовать не буду, мне такая популярность не нужна. Я не собираюсь быть композитором или певцом. Не моё это, а вот «Розовые Розы Светке Соколовой» можно переделать под «Розовые Розы Анне Котенковой» и подарить, ане к 8 марта например. Можно конечно создать в школе свою группу или ВИА, я бы раскрутил, но не охота что — то связываться с этим делом.

Потом директор школы вручил мне и Ане на 31 декабря приглашение на городской бал в конференц — зале горкома партии, где мы и встретили с Аней Новый год с фуршетом. Партийные работники не оплошали.

Глава 10. Поездка в Одессу. Рождение песни

На новогодних каникулах мы с Аней, её родителями и моими родителями, по моему предложению решили съездить с ночёвкой на два дня в Одессу, сходить в знаменитый Одесский театр оперы и балета, сходить в ресторан. Надо же познакомить наших родителей. Для поездки я нанял микроавтобус — Рафик. И мы поехали 3 января. Я заранее по телефону созвонился и забронировал номера в гостинице, а билеты в театр продавались и у нас.

В Одессу мы приехали в 11 часов. Заселились в гостиницу. В час дня пошли в ресторан пообедать, а потом пошли бродить по Одессе. Сходили на набережную и Потёмкинскую лестницу. Родители потом ушли в парк, хотя что там зимой делать? А мы с Аней пошли в кино. После кинотеатра пошли в гостиницу. Надо было отдохнуть, поужинать и на 20 часов идти в театр на балет «Щелкунчик». Хотя честно ни балет ни оперу я не люблю, но зато в самом театре было красиво. На оформление, золочение интерьера было потрачено 8 кг. золота. Родителям нашим очень понравилось. После балета пошли по ночной Одессе в гостиницу.

На следующий день, родители решили промотнуться по магазинам, сходить на рынок. Ну да, быть в Одессе и не сходить на «Привоз». Чего там только не продавали. Мы разделились на три группы и разбежались. Договорились в обед встретиться в гостинице. Я купил Ане красивые вязанные варежки. Купил так же своим родителям по подарку и символические сувениры родителям Ани. Маме своей купил серьги под старину — серебро с жемчугом. Отцу наручные часы. Спросил у Ани, какой сувенирный подарок купить её отцу от нас, Аня ответила:

— Отцу много приходится по роду работы писать ручкой. Если попадётся что — нибудь нормальное, то можно купить.

— Ну тогда надо иди в ряды канцелярщины и там искать.

И мы пошли. В рядах я наткнулся на портативную печатную машинку и не раздумывая купил её. Потом в ряду с фото принадлежностями я увидел, аппарат для пересъёмки в простонародии называется «Ёлка». Его в основном используют криминалисты и фотографы профессионалы. Там катушки под плёнку большие и плёнка специальная в бабинах как киноленты идёт. И светочувствительность есть очень слабая, специально для пересьёмки. Я не раздумывая сразу взял и «Ёлку» и три бабины плёнок разной светочувствительности. Ведь в этом мире у меня принтера нет, а вот с экрана ноутбука переснять, а потом распечатать это можно будет, а печатать чувствую придётся много. Потом походили ещё по магазинам радиотоваров и электротехники, посмотрел, что там есть. Нашёл, о чудо! — Электрочайник. Взял три сразу. Для себя и всем родителям. Это дефицит. Потом зашли в музыкальный магазин. И тут я выбрал себе хорошую гитару. В общем нагрузился порядочно. Если бы не, Аня, то не допёр бы. Мы завезли всё в гостиницу. И так было ещё намного времени до обеда, решили сходить и купить нам с, аней что — нибудь из одежды, Аня не хотела, но я настоял. В ЦУМе мы снова затарились по самое «не могу», но мы купили по стильному брючному костюму Ане, они только в моду начали входить и себе тоже взял костюм, а на выходе нас тормознул молодой парень и предложил джинсы. Только я же знаю толк в них и ширпотреб отличил и поэтому сказал, чтобы он это барахло сам носил. Тогда он вытащил из сумки двое джинс, это были настоящие, одни для парня, другие для девушки. Нашего размера. Поэтому я их взял не раздумывая. Когда, Аня увидела сколько я отдал денег за них, то ужаснулась — две месячные зарплаты отца! Но я её успокоил, и сказал ей чтобы не «заморачивалась». Собрав все покупки, мы пошли в гостиницу. Зайдя в комнату, где я остановился с родителями, мы с Аней застали немую сцену и разложенные на кроватях и столах наши покупки. У родителей был только один вопрос: «Зачем всё это?» Я не отвечая, вывалил ещё и покупки с ЦУМа. Мама Ани только сказала: «Где ты всему этому практичному образу жизни научился?» И обняла меня за плечи. Моя мама только улыбалась.

Я спросил:

— Всё рассмотрели? Теперь обедаем и едем домой. Нам ещё часа три пилить. Сейчас водителя предупрежу.

После обеда мы выехали домой. В 18 часов были дома. Заехали к Ане домой, но Анины родители нас не отпустили:

— Никаких отговорок не признаём. Ужинаем у нас.

Тогда я сказал:

— Выгружаем все покупки и отпускаем машину, а потом разберёмся.

От дома Ани до нашего дома минут 15 пешком. Пока готовится ужин папа сходит домой за Волгой и приедет за нами.

На том и порешили.

У Ани дома я уже был. Дом большой, пять комнат. Три спальни, зал, гостевая и кухня. Это не считая летней кухни из двух комнат во дворе. У Ани ещё есть старший брат. Он сейчас в Советской, армии служит. По весне должен уже дембельнуться.

Пока женщины готовили ужин, оба отца и я седели в зале и отец Ани рассматривал «Ёлку» и спросил у меня:

— Для чего она тебе? Это ведь специфический предмет.

— Вы знаете, сейчас пока может и не особо пригодится, а вот потом понадобится. Сейчас у нас дефицит с нормальной юридической и технической литературой, много рукой не перепишешь, а так клацнул затвором «Ёлки», это тот же фотоаппарат, и страница готова. Потом только распечатать фотку.

— Ишь, продуманный! а печатная машинка зачем?

— Так опять же на машинке сподручней и разборчивей.

—, а ты умеешь?

— Да как — то тренировался в Дворце пионеров. Ничего получается.

—, а ну покажи? — и принес чистый лист бумаги и вставил в машинку.

— Что напечатать?

— Давай что — нибудь из стихов своих. Мне тут рассказала, Аня про твои способности.

— Ну и я застрочил на машинке как из пулемёта.

— Нет, ну ты посмотри. Мать, иди сюда, — позвал Отец Ани свою жену.

Все пришли в зал, а я заканчивал печатать первый куплет «Розовые Розы».

Отец Ани посмотрел, прочитал и спросил:

— А что за, Аня Котенкова? Не Аня ли Котова?

— Ну не хотел раньше времени говорить, но раз уж так получилось, то так оно и есть, а стихи и песня почти готовы. Только под гитару не звучат. Надо пианино или фортепиано.

— Да не вопрос. Пошли в спальню сына. Мы туда пианино утащили. Вон мама Ани может играть. Ты ноты можешь написать?

— Нет, ноты не могу.

Тут взяла слово мама Ани.

— А ты напой мелодию, сейчас подберём.

Я напел, и через 15 минут мелодия была готова и записаны ноты.

Оба отца в один голос сказали:

— Ну что поэты — композиторы, споёте дуэтом в целом?

Я с мамой Ани в один голос ответили:

— Можно попробовать.

И мы спели. И получилось очень хорошо. У мамы Ани хороший голос.

, Аня включила магнитофон и записала как мы поём в два голоса, а потом при всех сказала мне «спасибо» и поцеловала в щёчку. Раздались, аплодисменты.

Потом отец Ани вышел из комнаты на улицу и притащил литровую бутылку вина и сказал:

— Эту песню и этот дуэт надо отметить. Пошли за стол. Ужин уже, наверное, готов.

И мы сели ужинать. Во время ужина я с Аней поделились с родителями планами на будущую учебу по линии военной юриспруденции.

Все родители одобрили, а отец Ани сказал:

— Теперь у нас есть хорошие друзья. Вашу семью раньше я не знал, но Вы нормальные простые люди. Поэтому предлагаю выпить по бокалу вина за дружбу между нашими семьями.

И мы ещё с час посидели и стали собираться домой. Загрузили покупки. Попрощались и уехали домой.

Перед отъездом мой отец сказал родителям Ани: «К себе домой пригласить не могу, просто не куда. У нас домик небольшой».

На что я добавил, обращаясь ко всем:

— Но Вы особо не переживайте. На первомайские праздники я всех приглашаю в «Мельницу». К тому времени внутренняя отделка будет закончена.

На что родители Ани сказали, что они знают о моей ударной стройке и что даже своему отцу я не даю вмешиваться в строительный процесс.

На что уже я в ответ схохмил:

— Ну кто бы сомневался. Милиционер он и в Африке милиционер.

В ответ все только засмеялись. И мы уехали домой.

Глава 11. Стройка. Зимний сад

Оставшиеся дни зимних каникул я провёл у себя на стройке. Приехали краснодеревщики и привезли четыре машины леса — дуба, уже подготовленного для монтирования интерьера. И работа закипела. Я закупил люстры и светильники. Среди краснодеревщиков был мебельный мастер, который стал монтировать мебель — столы, стулья, барную стойку и прочую мебель. Оказалось, что одна машина была полностью загружена разобранной мебелью. Залы на глазах стали преображаться. Будет очень красиво.

Переходной коридор из Мельницы в беседку был уже готов. По сути это был не коридор, а целая галерея длинной 10 метров, шириной 4 метра. Весь в стекле и с отоплением. Я на станции юных натуралистов (СЮН) разжился большими саженцами, среди них было даже две небольших пальмы и южные сорта деревьев. На СЮН тоже есть летний сад, но он в пять раз больше. Так что там было чем разживиться. У меня в галерее было, как я уже сказал — две пальмы, два гранатовых дерева, два дерева киви, два мандариновых дерева, и ещё по мелочи местных фруктовых деревьев, а так же я в питомнике взял саженцы различных роз и тюльпанов. Я перед остекленением завез хорошего грунта, всё утеплил и застеклил из витринного стекла. Прогрел теплицу и потом всё было высажено, не смотря на зиму. Тут главное температурный режим соблюсти— не подморозить. Деревья — то я перевозил высотой не менее 2—х метров и в кадках. Цветы пока в горшках больших и ящиках. Все со временем рассадится и облагородится. Высота потолка зимнего сада почти 6 с половиной метров. Крыша наполовину стеклянная. Больше положил для крепости металлические направляющие. Витринные стёкла тяжёлые. По высоте есть куда деревьям расти, а потом кроны подрежу. Тут же в центре зимнего сада я сделал площадку под пальмами с видом через витринные окна на реку и поставил столик со стульями и сделал искусственный фонтан. Классно получилось. Спрятал музыкальные колонки с записями шума моря, водопада и пения птиц. В зимний сад, кроме строителей я никого пока не допускал. Когда всё до конца сделаю, то можно пригласить семью Ани и мою семью, пожарить шашлычки и показать моё творение. Это я храню в тайне. Хочу открытие сделать на 8 марта. И живые цветы будут уже свои.

Во дворе по периметру забора где нет леса я закупил и высадил голубые ели, садил по осени в начале ноября, так же сделали клумбы. Пока они пустые. Двор стали выкладывать плиткой из цементного раствора, с добавлением красителей. Плитку делали тут же в смонтированном деревянном сарае, чтобы цемент быстрей схватывался и застывал, ведь не лето, а зима. Тут пока понятия не имеют, что так можно делать плитку и выкладывать тротуары, да ещё узорами.

Центральной канализации здесь нет. Поэтому этот вопрос пришлось решать отдельно. Нам разрешили проложить трубы до карьера, где мы брали скальник, там в одном углу скальника нет, а есть гравий с песком. Карьерчик всё равно будут потом планировать, так что решили там сделать небольшое очистное сооружение, попросту большую сливную яму. До неё 1,5 км от дома, от мельницы и 1200 метров от дома, где ведёт стройку отец. Карьерчик находится в низине, поэтому никаким ветром к нам ничего не задует. Там главное следить и во время заливать разъедающие вещества и удаляющие запах. Грунт хороший всё уйдёт под землю своим ходом. Можно было бы подсоединиться к центральной канализации к школе и СЮН, но траншею будут зигзагами, да еще выйдет в два раза длиннее и трубы старые. Поэтому рисковать не буду. Позже когда цивилизация достигнет нужного уровня, то можно и об этом подумать. Воду и свет провели без проблем. Единственное, надо подъезд к дому и мельнице сделать, асфальтный и соединить с трассой, но это небольшое расстояние 50–60 метров. И поставить, автобусную остановку, а то конечная остановка была на 300 метров раньше. Опять всё за мои «кровные», городу это не надо. Окраины города практически никогда не, асфальтировались. Об этом тоже мне думать надо. Я даже взялся обустроить пляж. Сделать его не диким, а благоустроенным — городским, хоть и не большим. В городе в центре уже есть городской пляж, а контуры каменного забора уже обрисовались. На половину высоты уже забор сделан. В районе «Мельницы» забор уже полностью готов.

Вот так по тихоньку, но быстрыми темпами стройка двигалась.

Глава 12 — Комсомольская.

Школьные будни. Комсомольский вожак

23 февраля прошёл буднично. Девчата подарили нам сувенирные подарки и открытки, Аня подарила мне, а кто же ещё как не она, струны на гитару. Это было дефицитом. Наверное, отец помог. Приближался женский день 8 марта. Надо было подумать о подарках для мамы Ани и её мамы, но ещё неделя впереди, но то что я всех приглашу в Зимний сад, было решено. Наступил первый день весны.

В школе мужской коллектив тоже мудрили с подарками. В каждом классе по своему. Мы в своём классе с пацанами решили кроме сувенирных подарков накрыть сладкий стол. Организацию этого стола я взял на себя. Проехался в кондитерские магазины, заранее договорился, что мне надо и когда забрать. В нашем классе был парнишка, который играл на саксофоне. Вот с ним я решил изучить и отрепетировать пару песен из репертуара «Ласкового мая». Переговорил с ним, он согласился и договорились отрепетировать у меня на «Мельнице». Больше негде было. После трёх вечеров репетиции мы уже нормально пели и играли две песни. И плюс ещё у меня в запасе была третья «Розовые розы». Я записал у Аниной мамы чисто музыку пианино на магнитофон. Потом включу и под гитару получится хорошо. Я проверял.

Ко мне подошла снова учительница музыки и пения:

— Саша, ты обещал принести тетрадь со стихами под песни.

— Хорошо я принесу, но на 8 марта заходите к нам в класс на сладкий стол и там вы услышите новые песни. Уже готовые.

— Хорошо, я приду.

Потом меня выловила комсорг школы и стала спрашивать, когда мы в классе выберем комсорга класса, а то в остальных классах выбрали, а у нас нет. Поэтому тормозится выбор комсомольского бюро школы. На что я сказал, что это не ко мне. Этот вопрос надо решить на общем собрании класса. Пусть обращается к классному руководителю, а она соберёт класс и мы проведём комсомольское собрание. На завтра она обещала этот вопрос решить.

И она действительно решила. Классная руководительница оставила класс после уроков и мы провели комсомольское собрание. На собрание пришёл директор школы как член партийного бюро. Директор школы предложил комсоргом избрать меня, т. к. у меня есть задатки организатора, вон как с его помощью был организован летний отдых в лагере. Кроме того, успеваемость отличная. Никто с директором поспорить не смог и меня избрали единогласно и тут же избрали от моего класса членом комсомольского бюро школы, а на следующий день было собрано комсомольское бюро школы и в виду того, что комсорг школы — ученица параллельного 8 класса уезжает с родителями в другой город, то стала проблема избрания нового комсорга. То — то я думаю она так шустро бегала по поводу избрания комсорга в моем классе.

На бюро комсомола были и члены партии — директор школы, завуч, наша классная руководительница, физрук, а так же каким — то ветром занесло инструктора горкома комсомола, парень лет 25.

Пока ещё действующим комсоргом было выдвинуто четыре кандидатуры — все члены бюро комсомола школы, фактически от каждого комсомольского класса. То есть была выдвинута и моя кандидатура.

Слово на обсуждение взял директор школы. Обсудил все кандидатуры, но остановился на моей, как самой достойной. И стал перечислять все преимущества и достижения, а именно — успеваемость, достижения в спорте, музыке и организаторские способности, упомянул он и о успехах на СЮН. После этих слов взял слово инструктор горкома ВЛКСМ:

— Не знал я что у Вас в школе есть такие преуспевающие ученики комсомольцы. Мы это возьмём на заметку, а кандидатура на пост комсорга школы я думаю очевидна. И считаю, что Крымов Александр не подведёт.

После этих слов уже никто не просил слова, а поставили на голосование. И меня избрали комсоргом единогласно. Вот теперь ещё мне дополнительная нагрузка, но деваться не куда. Комсомол и партия в это время это великая движущая сила. После окончания бюро все разошлись, а инструктор попросил остаться и сказал:

— Сашко Крымов, послезавтра тебе необходимо прибыть в горком комсомола. Зайдёшь ко мне и там я тебе всё объясню, что ещё надо сделать и тебя как вновь избранного комсорга школы нужно представить первому секретарю горкома. Всё понятно?

Я чуть не гаркнул «Так точно!» Но ответил, что понятно.

Идя по дороге домой я всё обдумывал моё новое комсомольское существование. И подумал, что это даже пожалуй неплохо. Больше перспектив на поступление в институт в будущем.

Через день я прибыл в горком комсомола и инструктор повёл меня в кабинет первого секретаря горкома ВЛКСМ, мужчине лет 30 и представил меня ему, на что последовал его вопрос к нам обоим:

— Какая комсомольская нагрузка и какое поручение ему дали?

Инструктор ответил, что пока никакой, но есть два направления с учётом моих способностей, но смущает возраст, т. к. мне ещё нет 15 лет.

— Ну и что, что возраст мал. Это дело наживное. Что предложишь?

— Он может потянуть даже должность инструктора горкома по линии спорта или по линии музыкального творчества. И там и там у него есть достижения. Он, — указывая на меня, — даже песни пишет и сам их исполняет.

— Да ну! Серьёзно?

Тут уже я вступил в разговор и сказал:

— Вполне серьёзно. Даже подумываю зарегистрировать на них своё авторство.

Ну тогда так решим. Спортсменов у нас хватает. Найдём инструктора по спорту, а вот поэтов песенников у нас ещё не было. Поэтому будешь на общественных началах инструктором по развитию музыкального и народного творчества среди молодёжи. Всё это мы оформим документально и выдадим удостоверение, а как услышать твоё исполнение?

— Да, очень просто. После завтра у нас в моём классе мы будем поздравлять девочек с 8 марта и мы с одним одноклассником подготовили небольшой концерт. Приходите к 12 часам.

— Спасибо за приглашение. Обязательно приду, а сейчас можешь идти, а инструктор останется.

И я ушёл из кабинете и услышал как первый секретарь начал нравоучение инструктора за плохую работу. И дальше я уже не слышал.

Глава 13. 8 марта

Наступил день 8 марта. Это был выходной день от учёбы. Поэтому к школе ученики стали стекаться к 11 часам. Наш класс не исключение. Я с утра поехал с отцом в кондитерскую, забрал заказанные торты. Пришлось подкупить ещё пару лишних с учётом гостей. Купил конфет, лимонада. Взял электрочайники дома с заварку. Кружки стаканы взяли в столовой школы. Мальчишки пришли пораньше на полчаса. Разложили на партах подарки. Принесли в класс ещё три стола со столовой. Расставили угощение. Разобрали букетики цветов. Я дополнительно купил еще для учительниц. И услышал стук в двери и голос директора:

— Парни, хватит морить девочек и гостей в коридоре.

И мы открыли двери и запустили всех, а директор зашёл с первым секретарём горкома комсомола и с ещё с какой — то женщиной лет 45 и учительницей музыки и классным руководителем. Мы, то есть парни, вручили девчонкам подарки цветы, женщинам по букету цветов. Меня выручила, Аня и передала свой букетик мне, чтобы я этой незнакомой женщине вручил. После всех поздравительных слов от учеников мальчиков, от директора и первого секретаря я предложил всем рассаживаться за партами ученики, за столами учителя и гости. И после этого объявил:

— а сейчас мы поздравим наших девчонок и женщин музыкальным подарком.

И я с одноклассником сыграли и спели две песни из репертуара «Ласкового мая середины 80—х», на гитаре и саксофоне уже нашего исполнения, а потом я включил магнитофон с записью музыки пианино и под гитару дуэтом с Аней спел песню «Розовые розы», в её прежнем звучании где Светка Соколова, а не Аня Котенкова, чтобы не смущать Аню, а то её и так уже подружки доставать начали по поводу её дружбы со мной, аншлаг был полнейший. Женщина 45 лет оказалась директором дома культуры и по совместительству инструктором горкома партии по той же линии, что и я в горкоме комсомола. Она с нашей учительницей музыки и пения аплодировали больше всех. И тут же заявила, что они включают наши номера в концертную программу и в список участников на областной конкурс ко дню Победы. Вот только этого нам не хватало. Ну сам вылез, вот теперь будем во всём этом участвовать И тут у меня мелькнула мысль, которую я озвучил подойдя к директору ДК и сказал, в рамках моих обязанностей как инструктора, предлагаю создать вокально — музыкальную группу при городском ДК. Три человека уже есть. Парочку ещё подберём и назовём её, например, «Весна Майская» с двойным смыслом — на название города и на весну. Тут же услышал и мнение первого секретаря:

— А что? Это хорошая мысль и предложение. Я поддержу, а ты, Александр, давай занимайся. Если какая помощь понадобится — обращайся, а сейчас я ещё хочу сделать всем сообщение, что Крымов Александр избран инструктором горкома ВЛКСМ.

Тут вообще все рты по открывали. Я — то никому ничего не говорил.

Далее первый секретарь продолжил:

— Все Вы, я имею в виду восьмиклассников, в этом 1974 году заканчиваете свою школу, кто — то пойдёт дальше в среднюю школу, кто — то в училище или техникум, но помните — школьные годы чудесные и никогда не забываются.

Уж я то знаю, что не забываются. После чего гости поблагодарили за угощение и концерт и разошлись. Девчата ушли тоже. Я попросил, Аню сказать родителям, что я всех и её с моими родителями жду в моём Зимнем саду к 16 час. 30 мин, а сам с ребятами убрали в классе. После чего я пошёл на мельницу, было уже 15 часов, а надо подготовить мангал и в 16 часов ставить на угли мясо. Родители мои знали, когда прийти. Салат я решил сделать простой и со вкусом — креветочно — овощной и просто овощная нарезка. Креветки заказывал из Одессы. У нас в городе их просто не было. Из спиртного я попросил отца купить то, что им хочется. Для нас с Аней я сделал морс из свежевыжатых гранат и, апельсинов. Особо решил не шиковать, но из мяса я взял свиную шейку и, антрекот, и люляшки и картофелем на шампурах.

В половину пятого вечера пришли отец и мать, а следом и гости. Практически одновременно. Я до этого не пускал в Зимний сад никого. И вот теперь наслаждался произведённым эффектом. Зелёные деревья и свежие цветы в клумбах давали стойкий приятный запах. Я вручил мамам и Ане свежие розы и небольшие сувениры— подарки, в виде по оренбургскому пуховому платку мамам, а Ане позолоченные часики кулон на цепочке. Можно было и золотые, но их нигде не нашёл. Да и не известно как к такому подарку отнеслись бы родители Ани. После чего пригласил всех к столу, а сам пошёл за шашлыком во двор. Когда принёс мясо, то отец Ани сказал:

— То что ты ещё и кулинар я услышал ещё во дворе. Запах шашлыка на свежем воздухе слышен очень хорошо. И ещё поздравляю с инструктором горкома комсомола. Ты меня не перестаешь удивлять.

— Ну что родители. В данном случае мамы и, Аня — С праздником! Давайте перекусим и ещё есть 15 минут до заката солнца, а он здесь на берегу реки очень красивый.

Мы отдыхали часа три, после чего родители ушли посмотреть внутренние содержание ремонта здания мельницы, а я с Аней остались убрать следы пиршества. Она сама вызвалась. И я был не против. Когда родители ушли, Аня подошла и поцеловала меня и поблагодарила за подарок.

Через минут двадцать родители вернулись восхищаясь внутренним ремонтом и постройкой, а потом на ухо мне Анин отец сказал:

— Губную помаду со щеки сотри.

И сам улыбнулся. А я не заметил почему то, что у Ани накрашены были губы. Видно помада не яркая, но след однако остался.

После чего мы стали собираться по домам, а здесь по ночам сторожит один из строителей.

Глава 14. Музыкальные будни, праздники, конкурсы.

С директором городского ДК мы быстро нашли общий язык. Осталось найти пианиста и ударника, желательно с хорошим голосом и нашего возраста. На что директор ДК сказала, что в военном городке в их военном ДК по моему есть такие дети школьники. У них была своя местная группа, но распалась. И действительно, на следующий день она привела девушку и парня наших лет. Они показали свои возможности. Девчонка отлично играла на пианино, а парень на ударниках неплохо стучал. И у обоих был не плохой голос. Правда вокалистами они себя не пробовали, но этот пробел мы быстро устраним. До майских праздников осталось два месяца. Нужно успеть с сыграться, выучить пяток песен на первое время. Итого в нашем ВИА стало 5 человек — я на гитаре, Аня солистка, одноклассник Коля на саксофоне, Слава на ударниках и Лена на пианино, фортепиано. Солистами попробуем всех, кроме Коли, у того голоса нет. Да и одновременно дуть в трубу и петь невозможно. Решили встречаться три раза в неделю, практически через день. Хорошо, что в ДК есть музыкальные инструменты. Я решил ещё разучить пару — тройку песен группы «Фабрика» из моего прошлого времени, в том числе и песню где парень и девушка поют дуэтом «Знаешь…» Вот первый концерт на 8 песен есть, это песни: Белые Розы, Седая Ночь, Розовые розы, три песни из «Фабрики» и две песни из репертуары группы «Любэ». Да простят меня они за плагиат. Здесь они ещё не написаны.

Пришлось поднатужится. Ведь на меня тренеры спортивных секций стали обижаться, они тоже имели на меня виды на участие в соревнованиях, и опять же в майские праздники. Пришлось корректировать все даты выступлений на соревнованиях и концертах. Собственно спортом по жизни я не собираюсь заниматься. С меня хватит и кандидатских разрядов в мастера спорта. Это я добью и получу. И это в первую очередь это нужно для самого себя чтобы защитить себя и семью. Кстати Вовка мой сосед, тоже стал обижаться, что мало встречаемся, но я его успокоил — в средней школе в 9—10 классах каждый день будем видеться.

Два месяца пролетело быстро, ансамбль у нас, как говорят «Случился», мы спелись и таки неплохо. На генеральную репетицию пришёл первый секретарь горкома комсомола и привёл с собой первого секретаря горкома коммунистической партии. Мы спели три песни различного репертуара. Он остановили репетицию и сказали мне как руководителю, ансамбля и директору ДК, что с такими песнями и с таким исполнением не стыдно будет выступить на республиканских конкурсах песни молодых исполнителей. И поручили директору ДК сделать заявку в область и Киев. Нам «поплохело» от таких перспектив, но все были рады. Так же я решил подготовить песню «Давным — давно была война», в моем прошлом она вышла в 1980 г. в художественном фильме «Командир счастливой щуки». И еще одну «Господа офицеры» в прошлом исполнении Газманова вышла в начале 90—х годов в период путча. Эти песни хорошо звучат под гитару. Это будут песни только в моём исполнении, по крайней мере пока. Надо срочно регистрировать, авторство этих песен и попросил об этом помощи у первого секретаря. И он не отказал. Единственно я попросил отправить заявку до 9 мая, а то потом кто — то вперёд зарегистрирует. Заявку я подготовил на все 10 песен которые будет петь, ансамбль и я. И заявка ушла сразу после первого мая, а 6 мая меня уже по телефону уведомили, что заявка принята. Ну что же теперь можно и выступать с ними.

Накануне Дня Победы 7 и 8 мая я провёл участие в своих спортивных соревнованиях, и мне присвоили звание «Кандидата в мастера спорта» по самбо и стрельбе из пистолета и винтовки, а на 9 мая в городском доме культуры состоялся концерт, где наш ВИА спел три песни молодёжные и я две под гитару «Господа офицеры» и «От героев былых времен», правда песню «Господа офицеры» не хотели первоначально вообще включать в репертуар, ну какие ещё у нас господа? Но она очень понравилась многим и к тому же я в беседе с руководителями горкома партии и комсомола доказал, что в Великой Отечественной войне на стороне Красной, армии принимали участие в боях и бывшие господа офицеры, которые стали красными офицерами и бывшие господа русские офицеры, которые были за рубежом во время войны. Одним словом убедил. Единственное просили перед исполнением вот так и сказать, а то не все смогут понять. Вот так и скажи:

— Песня посвящается всем офицерам Красной и Советской, армии и господам русским офицерам находящимся за рубежом и воевавших против фашизма на стороне Красной, армии.

— Это даже лучше будет. Поверьте, песню поймут и примут.

И песни все действительно все приняли, а когда я пел песню «Господа офицеры» то в зале первыми с мест поднялись и стоя слушали ветераны войны, многие из которых прошли и первую мировую и Гражданские войны.

Кто — то из корреспондентов снимал концерт на киноплёнку и в конечном итоге это плёнка попала в Киев и Москву, где сделали свои выводы, о чём я скоро узнал и минуя областной конкурс наш ВИА пригласили на республиканский конкурс молодых исполнителей патриотической и молодёжной песни, который должен состоятся в годовщину нападения Фашистской Германии на Советский союз, то есть 22 июня. Вот там в верхах не могли определится куда всё же нам ехать. Конкурс был в один день, но всё — таки определились, что сначала в Киев — начало в 10 часов и нас пропустят первыми, а затем самолётом в Москву. Начало в 15 часов. Мы должны успеть, но а пока у нас два выпускных экзамена, которые мы сдали успешно и перешли в 9 класс новой, только что отстроенной школы. В эту школу перевелся и весь наш ВИА. И мы стали все одноклассниками 9—Б класса. Да и к школе было удобно добираться всем. Директор восьмилетки очень сожалел, что я уходил, так и сказал шутя «Хоть на второй год оставляй!» Часть моего теперь уже бывшего восьмого класса на 70 % вошла в наш новый 9 класс. Немного ушло в училище и техникумы. Из других школ в наш класс так же пришли Николай и Елена и нашего ВИА, как я уже сказал раньше. Особо привыкать не пришлось. Половина учителей тоже перевелась из восьмилетки, а вот классная руководительница у нас будет новая.

Ну а пока мы готовимся к выступлениям. За участие в концерте на 9 мая нас от горкома и исполкома наградили грамотами и ценными подарками хрустальными вазами. По тем временам это довольно дорогие вещи.

За два дня до конкурса в Киеве мы выехали поездом в сопровождении директора ДК, ну как же без неё. Музыкальную, аппаратуру кроме ударников и пианино взяли свои. Это личный инструмент, а всё остальное сказали там будет. За неделю до отъезда мне пришло уведомление и бумага, что 10 песен зарегистрировано под моим, авторством как в стихах, так и в музыке. И сообщили, что за авторство должны быть перечисления денежных средств, поэтому просили указать номер счёта. Пришлось с родителями открывать мне личную сберкнижку. Хотя одна уже была, где деньги % от клада лежали, но я не стал их объединять.

По приезду в Киев директор ДК зарегистрировала наш ВИА и нам сказали что мы выступаем вторыми.

Выступление было одновременно будничным и волнительным. Мы спели песню Белые Розы, Розовые Розы и две песни на военную тему «От героев былых времён» и «Господа офицеры», исполняли не под гитару, а всем, ансамблем и в два голоса. У меня с Аней лучше всех получалось. По залу было видно, что понравилось всем. После исполнения мы сразу уехали в аэропорт и вылетели в Москву. Полёт оплачивал наш город. В Москве, мы прилетели и сразу пошли готовиться. Регистрацию директор сделала из Киева по телефону, а по приезду подтвердила.

Как нам сказали, что на концерте — конкурсе будут представители из министерства культуры и партийного руководства страны. Поэтому всех бил мандраж. Мне пришлось всех успокаивать. И под предлогом успокоительных капель, накапал по грамм 10 коньяка. Доза не большая, но расслабление даст. Главное я им ещё по мятной конфетке дал. Ну да, я ещё тот «фрукт». Ну, а как мне их было успокоить. Фактически дети, только со взрослым умом.

Выступали мы во второй половине участников. Зря так торопились. Могли бы ещё отдохнуть. Нас на сцену объявили в начале 17—го часа. Конкурс должны закончить к 8 часам. Итоги конкурса через час, тут же и должны объявить.

Мы исполнили те же песни что и в Киеве и удалились под бурные, аплодисменты.

До окончания конкурса и объявления победителей — лауреатов было ещё полтора часа. Поэтому мы пошли в зал отдыха, заняли мягкие диваны и отрубились. Нас растолкала директор:

— Через 15 минут объявление результатов. Всех просят занять места в зрительном зале, а вы тут дрыхнете. Проспите всё.

— Не переживай, не проспим. — ответил я ей.

И мы отправились в зал. Начали объявлять победителей в разных номинациях — на лучший текст и слова, на лучшую музыку, на лучшее исполнение, на лучший коллектив, лучшая патриотическая и лучшая лирическая песня. Начали с третьих мест. Нас пока не вызывали. Когда дошли до первых мест, то председатель жюри объявил:

— Песни «Розовые розы» и «От героев былых времён» заняли первое место в номинации — Розовые розы — лучшая лирическая, «От героев былых времён» — лучшая патриотическая. Лучшими исполнителями в этой номинации были, Александр Крымов, Анна Котова.

То есть на вручили четыре диплома 1 степени. Хотя скажу остальные песни не хуже. Наверное, посчитали нескромным все первые места нам отдавать в один коллектив, а главное то, что председатель жюри объявил, что сегодня в Киеве на аналогичном конкурсе утром в двух номинациях победили две песни — «Белые Розы» и «Господа офицеры», которые сегодня были исполнены. Такое ощущение, что оба конкурса решили поделить наши песни пополам на 1—е места.

Кроме всего, нам как школьникам, всем участникам ВИА были вручены путёвки в пионерский лагерь «Артек» в Крыму. Ну и на том спасибо. Наверное, придётся давать концерты и в Крыму в лагере.

После окончания торжественной части к нам подошла представитель государственного производственного объединения «Мелодия» и предложили издать и выпустить пластинку с песнями нашего ВИА. Я тут же дал согласие. Хотя директор ДК сказала, что денег на выпуск у нее нет, но я тут же уточнил, что есть у меня. И меня и директора пригласили на составление предварительного договора, т. к. я несовершеннолетний, но с обязательной оговоркой, что оплату выпуска пластинки оплатят мои родители и в дальнейшем они будут представлять мои интересы в «Мелодии». В договоре были прописаны и условия получения процента (гонорара) от продажи пластинок. Первоначально остановились на 200 тысяч экземпляров, а там посмотрим. В договоре прописали, что распределение общего гонорара между членами ВИА, коллектив ВИА решает самостоятельно. Завтра нам необходимо прибыть в студию грамзаписи. К 15 августа пообещали выпустить первые 50 тысяч экземпляров пластинок. 250 пластинок я заказал для нашего ВИА по 50 штук каждому, а то я знаю — все будут просить.

После чего мы поездом отправились в Киев за дипломами. Где нам их в министерстве культуры вручили торжественно. И только потом мы поехали домой.

Ещё в поезде, в купе на двоих, я начал наигрывать на гитаре мелодию, подбирая ноты. В голове у меня промелькнул музыкальный клип, который мне кто — то прислал на смартфон в качестве поздравления к рождеству. Слова вспомнились. Вот я и бренчал, Аня спросила:

— а что это за незнакомая мне мелодия?

— Да так вот стихи появились и я пытаюсь их положить на мелодию.

— Спой.

— Хорошо, слушай.

И я спел песню к Рождеству:


Рождественские праздники,

Рождественские дни,

Блестят слезинки радости,

Блестят в глазах твоих!

…………

И мысли так стремительно

Летят через века

В объятия спасителя,

В объятия Христа!

…………

Исус оставил небо,

И родился на Земле,

И чтоб Грехи Людские

Понести все на себе!

…………..

Когда я закончил всю песню, Аня смогла только и сказать:

— Послушай, это шедевр, по сравнению, что мы пели раньше. В словах твоей песни заложен большой смысл.

В дверях купе собрались какие — то пассажиры. И молча улыбались.

Я подумал, надо эту песню предложить батюшке в церковь. Я знаю, что здесь, сейчас церковь не в особом почёте, но придёт ещё время, когда начнут строить храмы, а не разрушать их.

Приехав домой мы пять дней никуда не ходили. Отдыхали. Я так вообще ночевал на мельнице. Там летом прохладно. Стены каменные и жара не проникает во внутрь. По согласию с родителями Ани она тоже пришла ко мне на мельницу. Я ей выделил диван отдельный, а по утрам и вечерам мы купались в реке. Дважды вечером к нам присоединялись родители с обоих сторон. Наверное контролировали, а чего контролировать нас. Мы — то всё понимаем и лишнего себе не позволяли, кроме обнимашек и поцелуев. На это родители смотрели вскользь.

Но когда вышли первые пластинки, пришла первая знаменитость, но мы к этому отнеслись спокойно.

Глава 15. Помощь будущему тестю

Я спросил у Ани, хочет ли она ехать в Артек? На что она сказала, что хотела спросить у меня об этом, т. к. ей не очень хочется. Надоели все выступления, поездки, а там без этого не обойтись. И тогда я предложил «заболеть» и она согласилась И сказала:

— А давай пусть поедет в Артек твоя младшая сестра, а мою путёвку кому ни будь подарим, например твоему другу Вове.

— Да, я не против.

На следующий день мы переговорили с Вовкой и моими родителями и через день сестра с Вовкой уехали. Хорошо что путёвки не были именными.

Мы продолжали отдыхать на мельнице. После 15, августа по почте пришли наши 250 пластинок. Я их разделил по братски. Когда с Артека вернутся остальные члены ВИА, тогда и отдадим.

В этой суете с конкурсами забыл сообщить, что из армии вернулся брат Ани. Я с ним ещё не виделся. Он сразу решил поступать в среднюю школу милиции, идти по отцовским стопам. Сегодня Аня попросила прийти к ним домой вечерком. Я пришёл в 6 часов вечера, у них все были дома. Тут меня и познакомили с братом Ани, моим тёзкой. Пока женская половина готовила ужин, у нас в мужской половине разгорелся спор, на какой факультет в школе милиции лучше поступать. Я им сразу сказал:

— Первый год будет обучение по всем юридическим дисциплинам, а на второй год будет специализация — следствие, участковые, криминалистика, уголовный розыск. Какой тебе по душе тот и выбирай. Только учти — следователь и эксперт это кабинетная в основном работа, а участковый и опер розыска это «ноги мои ноги».

— А ты откуда это знаешь? — спросил меня отец Ани и Сашки.

— Читал и узнавал много. Так что с этой темой знаком. Поэтому мы с Аней решили малость изменить родительскую династию Ани и пойти учиться на военных юристов.

— Да, это дело не плохое. Я сам заканчивал среднюю школу милиции, а уже набегался. Дослужился до майора — начальника отделения охраны общественного порядка (ОООП). Ещё пять лет и на пенсию можно идти по выслуге лет. Особых успехов не достиг, а в оперской работе я не силён и преступников ловить не мой удел. Моя работа в предотвращении правонарушений и охрана общественного порядка.

И тут у меня мелькнула мысль, а не помочь ли будущему тестю. Ведь у нас с Аней всё нормально. И по моему мы любим друг друга. По крайней мере я. Вот на счёт помочь. Надо посмотреть в моём ноутбуке, архив милицейский, который в моём прошлом будущем стал достоянием гласности по преступлениям и их раскрытию. Даже сериал есть где киноартист Каневский ведёт эту программу «Следствие вели…» и что там есть по нашему городу и области.

Я загорелся этой идеей и вернулся после ужина на мельницу Аня осталась дома с родителями. Спустился в свой грот — бункер, который я обустроил по высшему разряду и стал рыться в архивах где нашёл целую папку с преступлениями раскрытыми и не раскрытыми. Меня интересовал 1975 год с августа месяца. И нашёл кое — что интересное. В декабре 1975 года случайно попадётся в руки постового наряда вор рецидивист, который уже два года «обносит» кассы предприятий. Последняя кража была из кассы большого цветочного магазина в ночь на 1 сентября. Ну да выручка от цветов на 1 сентября будет большой. И ещё одного разбойника задержали в марте 1976 года за серию убийств таксистов совершённых в 1974–1975 года в разных городах нашей и Одесской области. На счету у этого убийцы уже 8 таксистов. Последнее убийство будет совершено 3 сентября этого года, интересно — в районе нашего пляжа. Там ещё найдут его лежбище в густом кустарнике. Это метров 350 от мельницы. Вот на этом и остановимся. Надо продумать версию, как мне стало известно об этих преступниках. Например подсмотрел и услышал допустим разговор вора с кем то по телефону. Где будет разговор о цветочном магазине, а об убийце — бродил возле пляжа и заметил подозрительного с пистолетом. Чем ни версия. На том и решил и остановится.

Ближайшая неделя была посвящена продолжению стройки общения с Аней по вечерам. Накануне 1 сентября, то есть 31, августа после обеда я пошёл к Аниному отцу с приготовленной версией об информации по вору грабившего кассы Анин отец был дома, с ночного дежурства. Я пришёл к нему домой и попросил переговорить один на один. Он вышел во двор и я ему рассказал придуманную версию. Он с недоверием посмотрел и сказал:

— Ну что ж давай проверим твою информацию. Я схожу и проверю.

— Нет, так делать нельзя. Мало ли что. Вы не забывайте, что я кандидат в мастера спорта по Самбо. Пойдём вместе я подстрахую.

— Хорошо. Только «не лезь по перед батьки в пекло».

Поздно вечером я зашёл за Аниным отцом, было уже около 22 часов. И поехали на его служебной машине «Москвич» в сторону цветочного магазина. Не доезжая три квартала оставили машину в проулке, а сами потихоньку спрятались за деревянными воротами. Преступник через них будет уходить после ограбления. Другого скрытного пути тут просто нет. Ждать пришлось около одного час. Главное мы не заметили как вор залез магазин, а может там скрывался? Но зато увидели как он тащит железный ящик на руках впереди себя, который использовался кассиром вместо сейфа. И тут отец Ани как гаркнет:

— Руки вверх! Милиция!

На что преступник просто бросил ящик под ноги, Аниному отцу и бросился бежать. И тут выскочил я и подставил ногу и тот мордой своей заехал по дороге, а я сел сверху и заломил ему руку и тот стал орать Анин отец побежал и мы ему связали руки, а Анин отец подогнал служебный москвич и по рации вызвал опергруппу. Через 10 минут опергруппа прибыла. Преступника увели, а я с разрешения Аниного отца пошёл домой, т. к. завтра первый день в школу, не хотелось бы проспать.

Глава 16. Первые дни в школе. Милицейские страсти

Первое сентября было особо праздничным, так как открывалась и новая школа. После торжественной линейки все разошлись по классам. И к нам пришла новая классная руководитель — Тамара Степановна. В середине урока, когда мы все знакомились, дверь класса открылась и зашёл директор школы с неизвестным мне майором милиции и сказал Крымов на выход, ко мне в кабинет. И вышел, а классная спросила, вернее утвердительно констатировала:

— Ты Крымов хоть и звезда местного разлива, но не с того начинаешь учебный год, что за тобой милиционер пришёл.

Я собрал портфель и выходя из класса сказал учительнице:

— Это Вы, Тамара Степановна, не правильно начинаете учебный год и знакомство с классом.

От этих слов она, аж позеленела, но я хлопнул дверью и ушёл из класса и пошёл к директору в кабинет.

В кабинете майор милиции сказал, что меня ждёт начальник милиции и надо ехать. На немой вопрос директора, майор предупредительно сказал:

— Я ничего не знаю, но по пустякам в милицию, тем более к начальнику не вызывают. И мы на служебном москвиче поехали в отдел милиции.

В кабинете начальника милиции, куда меня привёл майор, уже находились первый секретарь горкома комсомола Анин отец и собственно сам начальник милиции в форме подполковника милиции, который встретил меня словами:

— Так вот ты какой наш герой, Сашко Крымов. Мне тут про тебя, пока ждали, много кое — чего рассказали. Ну и само твоё поведение при задержании особо опасного преступника говорит обо всём само по себе. Молодец. Кстати, преступник с очень большим списком тяжких преступлений и очень был огорчён что его задержал школьник. Руководство комсомола города и милицейское руководство решили тебя и майора милиции Котова представить к медалям «За отличие в охране общественного порядка», а пока вот тебе грамота от моего имени и имени комсомола города. И майор Котов и ты свободны, можете идти.

И после этих слов вручил мне две грамоты, а быстро они сработали, не прошло и 12 часов с момента задержания.

Я с Аниным отцом вышли из здания милиции и Котов спросил меня:

— Тебя в школу подбросить?

— А ну её эту школу, лучше на мельницу.

— А что так?

И я рассказал, как меня при всех обидела новая классная.

Котов покачал головой и сказал:

— Да, действительно ты ей сказал, что она не с того начала учебный год, но ты не переживай. Ладно поехали ко мне домой, уже время к обеду, а мне сегодня дали выходной после бурной ночи.

По приезду домой, мы пообедали и я решил сходить в церковь, она у нас одна в городе. Я песню про Рождество записал на магнитофон и кассета у меня была в портфеле. И решил поговорить с батюшкой.

Когда зашёл в центральный зал я перекрестился и подошёл к центральному алтарю. В это время ко мне подошёл старенький батюшка. Ему наверное лет 80, с прошлого столетия рождения. И спросил меня:

— И что молодой отрок забыл здесь?

— Да, забыл наверное если зашёл.

— Не часто сюда молодые люди заходят. Я бы сказал что вообще не заходят, а ты чего зашёл?

— Да вот хотел бы чтобы Вы одну магнитофонную ленту послушали. У Вас магнитофон — то есть?

— Да куда же без этой бесовской техники денешься. И нам приходится её использовать. Ну пойдём в мою комнату.

И мы зашли в его комнату с высокими потолками и почти пустую. Кроме стола, стульев и церковной принадлежности здесь ничего не было.

— Возьми вон на столе и включай свою запись.

Я включил запись и поставил на громкое звучание, а резонанс был очень хорошим, высокие потолки и пустая комната. Песня прозвучала.

Батюшка долго молчал, а потом сказал:

— Удивительная вещь эта музыка и пение. Вот по разному можно петь. Такое исполнение я слышу впервые, да и саму песню тоже. Кто её создатель?

— Я создатель. И хочу её подарить Вам. Её может немного изменить и исполнять церковным хором или певцом.

— А где ты видишь или видел церковный хор?

— Ну да, у Вас нет. Может в Киеве есть?

— В Киеве, в Киево — Печорской Лавре есть. Я отправлю кассету туда, ты не против?

— Да я для церкви её и принёс, авторство песни, правда ещё не зарегистрировано, но её, наверное, не зарегистрируют.

— Ну это не твоя печаль. Спасибо что зашёл. Приходи ещё.

— вы знаете, я хочу в своём дворе поставить небольшую часовеньку, но чтобы это не от меня исходило, придёт моя мама, а вы посоветуйте в каком месте двора её поставить. Посмотреть двор можете в любое время. Это участок где были развалины старой мельницы. Я там сейчас всё восстанавливаю.

— Это была мельница немца Гана, постройки начала прошлого века. Тем развалинам полторы сотни лет. Значит это теперь она твоя?

— По документам родителям, т. к. я несовершеннолетний, а по сути моя.

— Ну я зайду как — нибудь. Тебе передадут. Или сам заходи. Иди с богом.

— Спасибо.

И я ушёл. Теперь надо решить как действовать после завтра. Как задерживать серийщика, убийцу таксистов. Тут надо тоже брать на горячем. Надо осмотреть место, его лежбище — засаду. Примерное место я знаю, а что откладывать сейчас и осмотрюсь в округе. И по приходу на мельницу, пошёл в интересующий кустарник у дороги. После получасового хождения нашёл большой валун в кустах в метрах пяти от обочины дороги. Возле валуна заметил несколько окурков. Напротив через дорогу, конечная, автобусная остановка. Присмотревшись, я заметил под валуном засохшую траву и засунул руку в небольшую нишу между землёй и камнем и нашёл свёрток. Достал его и развернул тряпицу. В нём оказался револьвер наган. Оба — а! Так соображаем. Револьвер надо подменить своим, а этот с наверняка имеющими отпечатками пальцев, аккуратно забрать, что я и сделал. В своём гроте взял револьвер из моих находок. И завернул в тряпицу и положил вместо найденного, а найденный положил, аккуратно в школьную полиэтиленовую тетрадную обложку. Вот теперь пускай трёт свои пальчики сколько угодно, если он вообще додумается это сделать, а возьмёт и мой револьвер в руки то и на нём останутся отпечатки его, а своих отпечатков пальцев мы негде оставлять не будем, а такое понятие как пото — жировые следы, и ДНК здесь пока не известны. Теперь надо определиться как действовать. То что брать бандюгу надо в момент нападения, это точно, тут главное не допустить ещё одну жертву.

Надо найти и себе место не дальше 10 метров, а где? Преступник будет нападать со стороны валуна, а что у нас за остановкой через дорогу? Ага, есть мелкий кустарник и куча битого кирпича — машины три наверное. Вот тут и организую уже я свою засаду. Кустарник, высотой не больше полуметра кучи кирпича прикрывает и тянется вглубь от дороги. Вот по нему можно доползти к кирпичу и ждать нападения. Преступник постарается остановить такси, которое он же и закажет. Только где таксист станет?. Скорее всего прямо возле остановки. И бандюге надо будет перейти через дорогу, чтобы подойти к машине. Вот тут и будет мой и майора Котова выход. Сначала бандит выманит водителя такси из машины и вот тут будет его убивать. Да звучит жутко. Надо успеть помешать. Придётся стрелять по рукам— выбивать оружие, а чем я буду стрелять? Да из его же револьвера. Пусть потом доказывает, что у него не было двух револьверов. Отпечатки то есть, а себя со своим оружием нельзя. Надо револьвер, аккуратно проверить и не забыть купить хирургические перчатки. В них и «работать». Так, всё отрепетировано. Теперь завтра, вечером надо идти к Аниному отцу и поставить перед фактом. Нам нужно наше личное задержание, без лишнего народа. Героев не может быть много. Мне нужен герой— майор Котов. И я успокоился.

2 сентября я пошёл в школу. Классная у нас преподавала русский язык и литературу. С первых минут её урока она меня вызвала к доске и сказала, чтобы я рассказал что выучил за лето. И я ответил, что ничего не учил, т. к. на лето нам ничего не задавали, и это может подтвердить почти весь класс. Она осталась не довольной и отправила меня за парту. Чувствуется, что если её не остановить, то я наживу себе врага в её лице, но как это сделать, ума не приложу. Ладно, потом подумаем. На уроке НВП (начальной военной подготовки) мы стали изучать АКМ, РПК, противогазы и всякую лабуду. Будут по итогам первой четверти ещё и практические стрельбы из автомата (АКМ). Ну тут меня никто не переплюнет. В общем день прошёл. Наступило 3 сентября. Уроки прошли и я пошёл на мельницу, проверить как там строители себя ведут. За ними иногда смотреть надо. Наступил вечер. Нападение было в той жизни около 22 часов, когда стемнело. Сейчас уже 20 часов. Я позвонил по телефону Аниному отцу. Он был на дежурстве. Это хорошо. Он с табельным оружием. По телефону сказал:

— Срочно нужна ваша помощь на мельнице. Вопрос жизни и смерти.

— Что случилось?

— Не по телефону.

— Хорошо, через пол часа устроит?

— Устроит. Машину загоните вор двор мельницы.

В 20 часов 40 минут подъехал отец Ани. И я ему рассказал о находке, показывая револьвер в обложке и выдвинул версию о засаде и возможном нападении.

— Да, у нас по милиции трёх областей есть ориентировка о нападении на таксистов с применением револьвера. Надо вызвать опергруппу. И хотел забрать у меня револьвер.

— Нельзя вызывать. Спугнём, а револьвер потом я отдам. Может пригодиться. Я вам сейчас дам старенькую одежду одного из рабочих, форму снимите и пойдём. Табельное оружие захватите.

— Ох и подведёшь ты меня под монастырь. Ну ладно пойдём. По ориентировкам нападения совершались с 22 часов до 23 часов. За ним, если не ошибаюсь уже 8 трупов. Не высовывайся сам никуда. Он безбашенный палить начнёт. Тут главное чтобы жертв не было. И я рассказал свой план засады, а что может всё так и будет. Единственное надо заходить с двух сторон. Не хотелось бы тебя вовлекать. Вот мне проблема на мою голову.

— Вы забываете, что я кроме Самбо ещё и стреляю хорошо.

— Да, знаю. Вот и подкупает всё это.

— Всё надо выдвигаться.

И мы пошли. Бесшумно подобрались к кирпичам. Я залег слева Анин отец в 10 метрах справа. Получилось по разные стороны, автобусной остановки.

Через пол часа подъехал последний рейсовый, автобус. Из него вышел мужик на вид лет пятидесяти и направился к валуну, автобус уехал, а через 20 минут, где — то в 22 часа 30 минут к автобусной остановке подъехала, автомашина такси, развернулась и остановилась на автобусной остановке. Через пару минут из кустов от валуна вышел мужик и позвал таксиста. Тот открыл двери и вышел из машины, а мужик подошёл на 5 метров и достал револьвер. Таксист увидел что в него целятся резко пригнулся и прозвучал выстрел и пуля ударила в машину. Котов выскакивая с пистолетом стал целится в мужика, а я с криком стоять выскочил с другой стороны, на что мужик не растерялся и стал палить в обе стороны, мне что — то обожгло руку, а Котов упал и тогда я прицельно в лупил этому мужику из револьвера в руку с в которой он держал револьвер, а Котов практически одновременно со мной выстрелил мужику в ногу и тот заорал благим матом, а таксист лежал возле машины не живой ни мёртвый, но был — таки живой. Я подбежал к раненому бандиту и врезал ему ногой по морде и вырубил его. И, аккуратно подобрал его револьвер, а Котов сидел на земле зажимая руками рану выше колена. У меня самого левая рука онемела. Пуля попала выше локтя, но кость вроде не задета. Только крови много. Я подошёл к таксисту, растолкал его пинками и сказал, чтобы он через диспетчера вызвал опергруппу. Майор Котов уже здесь. И нужна скорая, есть трое раненых все огнестрелы. После чего таксист стал связываться с диспетчером, а я подошёл к Котову. Тот какой — то верёвкой перетягивал себе рану на ноге. У меня ничего не было, но у таксиста была, автомобильная, аптечка. Я взял с неё два бинта — один отдал Котову. Вторым перевязал, как смог, себе рану на руке, останавливая кровь. Таксисту сказал связать ноги и руки бандиту и перетянуть жгутом ему раны, а через 20 минут подъехала скорая помощь и опергруппа, а ещё через 15 минуть подъехал начальник милиции. И увидев меня, сказал:

— Опять Крымов! Что тебя всё притягивает к каким то приключениям? Вон пулю схлопотал, а с тобой, Котов, я ещё разберусь.

На что Котов ответил:

— Тут некогда было что — либо решать. Надо было спасать таксиста. Вот пришлось импровизировать Спасибо он, Александру, это в основном его заслуга. Он вычислил и помог задержать бандюгу, а этот гад шустрый оказался и стрелок ещё тот.

— Ладно, разберёмся, а пока в больницу. Тут уже без Вас разберутся. Сашко— оружие сдай. Смотри как в пакете. Небось с отпечатками.

— При чём два револьвера и оба с отпечатками. Так что не отвертится.

— Ладно, езжайте. Сейчас вторая скорая приедет за вашим «подопечным», а мне сейчас докладывать в область надо. Понаедут с утра.

Нас отправили в больницу заштопали раны и положили в одну палату.

Глава 17. Рассеянные подозрения. Милицейские плюшки

Утром рано к нам палату кто — то ворвался. Мы спали после бурной ночи. И я проснулся от того, что на меня что — то тяжёлое упало со всхлипыванием. Я пришёл в себя и увидел почти лежащую на мне Аню с зарёванными глазами, а в палате были ещё мои родители и мама Ани. Отец Ани произнес многозначительную фразу:

— Вот посмотрите на неё. Не к папке побежала, а к жениху!

Я только лёжа развел одной рукой. Могли бы уже привыкнуть. 16 годок пошёл их детям. Кстати, мы пятнадцатилетие с Аней так и не отмечали с этими конкурсами и соревнованиями. У нас разница в один месяц.

Потом всех выгнал врач. Сказал, что на сегодня хватит и что молодого человека он выпишет через два дня, а старого через неделю. И мы продолжили спать.

Ближе к вечеру нас посетил начальник милиции и сотрудник КГБ. Теперь дело у них т. к. по отпечаткам пальцев бандюги определили, что он является военным преступником из полицаев и на его счету не одна сотня загубленных жизней в военное время, а потом ещё и в мирное время. По нам областным руководством милиции, по протекции горкома партии и подсказке руководства КГБ области на нас будут поданы представления к государственным наградам. Каким именно он не сказал. С этой новостью мы поужинали и завалились спать.

На утро к нам снова пришли посетители, на этот раз следователь КГБ, попросил меня погулять с часик, а сам стал допрашивать по делу майора Котова. Через часик следователь вышел и пригласил меня в беседку где — тоже запротоколировал мои показания. Только вот этот полицай всё время говорит, что у него один револьвер был с собой, но скорее врёт. Так как у него дома в районе, в селе нашли при обыске много кое — чего, в том числе и оружие и даже немецкий, автомат. Так что хорошего вы зверюгу обезвредили и спасли жизнь таксисту. И с этим ушёл.

Потом после обеда к нам в палату пришли одноклассники с классной руководительницей. Которая тихонько так извинилась и сказала, что была не права. После их ухода Котов мне сказал:

— Я же говорил тебе, что всё наладится.

К вечеру меня посетил мой бывший директор восьмилетней школы. И сказал мне, что он во мне не сомневался. И узнал по своим каналам, что нас майором Котовым представили к орденам Красного знамени, т. к. это связано с обезвреживанием военного преступника, а майора Котова представили к званию подполковник милиции и назначили исполняющим обязанность начальника милиции, так как старого начальника переводят с повышением в областное УВД. Потом пожелал здоровья и ушёл, а я когда мы остались одни сказал Котову с подначкой:

— Ну что — товарищ майор, а кто — то говорил, что уже отслужил и собрался на пенсию идти.

— Да с тобой уйдёшь! Покой нам только снится. Мне бы такого помощника как ты со своими способностями. Ну ты же в милицию не хочешь. Да ещё мал.

— Может возрастом я ещё мал, да голова у меня на месте.

— Ну это точно. Одни чего только песни чего стоят. Он свёл мою дочь с ума, а если по взрослому, то она влюблена в тебя по уши. Да я и не против. Главное чтобы на пользу.

— Ещё не известно кто кого с ума свёл. Я только виду не подаю.

— Ага видел бы себя со стороны. Ну да ладно. Всё к лучшему.

Через два дня меня выписали, а через неделю выписали и Аниного папу.

Ещё через неделю меня с подполковником Котовым вызвали в Республиканское МВД в г. Киев, где нам сразу вручили по две награды по медали и ордену Красного Знамени. По тем меркам это очень высокие награды. Если бы не ранения, то, наверное, были бы ордена Красной Звезды, что на ранг ниже. Теперь мы известны всей стране. Вот так хотел помочь майору Котову, а получилось и себе тоже.

Меня вся эта слава уже достала. Приятно конечно, но надоедают. Спокойно жить не дают. В течении полугода всё потихоньку утихло. Мне уже лень стало заниматься музыкой Ане тоже. И мы решили выйти из, ансамбля и сказали директору ДК и ребятам, чтобы искали замену, а стихов и песен я им ещё подброшу. Кстати за реализацию и выпуск пластинок мне на счёт стали капать приличные, авторские гонорары. И счёт стал пополнятся. Тысяч десять уже пришло. Я подумываю выпустить новый, альбом, в смысле пластину, а на первый тираж разошёлся и «Мелодия» предложила новый договор заключить, ещё на такой же тираж. Я был не против. Только теперь тираж за их счёт. О чём и было прописано дополнительно в договоре. Я из, архива подобрал ещё с десяток молодёжных песен моего прошлого — будущего времени и зарегистрировал на них, авторство. Исполнение некоторых песен я отдал нашему ВИА, а часть решил подарить не за даром ещё молодым популярным исполнителям, но это пусть «мелодия» решает, а мои проценты и так ко мне придут. Я только подсказал какие песни кому лучше на исполнение отдать — тем же исполнителям, что и в моей прошлой жизни.

Глава 18. Окончание 9 класса. Начало строительства дома

9 класс я закончил на отлично, Аня от меня не отставала. Владимир мой дружбан сосед, тоже хорошо в учёбе и спорте шёл. Так что поставленные цели мы с ним выполняем. 1975 год, это юбилейный год 30 —ти летия Победы в Великой Отечественной войне. Дом культуры и городские власти решили дать ветеранам войны концерты. Для этой цели пригласили и наш ВИА. Место меня и Ани уже нашли нормальную замену. ВИА раскручивал мои песни и их стали приглашать на всякие концерты и даже на новогодний голубой огонёк в Москву, но непременно со мной и Аней. Пришлось съездить и уважить. Там на огоньке я познакомился с рядом общественных деятелей, певцами и музыкантами. С Аней обсуждали куда можно съездить отдохнуть летом на пару недель. Я предложил куда — нибудь где красивая природа и, архитектура Аня сказала, что это надо ехать во Францию и поездить по старинным замкам. Только кто же нас несовершеннолетних отпустит. Надо брать провожатого Аниного отца по роду службы не отпустят. Мои родители не любители. И я решил обратиться в первому секретарю горкома ВЛКСМ, который в этом году стал вторым секретарём горкома партии. Что он посоветует. И он сказал что «провентилирует» этот вопрос со старшими коллегами. И потом сообщит мне. Время ещё есть, а мы хотели в, августе поехать, а 16—ти летие у нас скоро, через месяц и два. То есть паспорта с Аней мы уже получим.

А через неделю мне был дан ответ, что выезд разрешили с сопровождающим взрослым, которого пришлёт «старший брат», ну понятно, куда без КГБ, а КГБ прислало симпатичную девушку лет 25 в звании лейтенанта и заодно переводчика с французского Аня аж заревновала. Я обнял её за плечи и сказал что она дурочка, что эта лейтенантша старая для меня. Хотя и приятно было, что ревнует. Выезд 10, августа, а до него ещё два месяца лета и надо заняться стройкой дома. Фундамент уже был и начали возводить стены. Вдали от дома, рядом с дубовой рощей, в метрах 50 от каменного забора по рекомендации батюшки я решил построить небольшую одноэтажную часовню на один зал размером 4 на 4 метра с куполом в центре. Это чисто для себя и моего дома и мне наплевать что обо мне будут говорить.

Строительство дома и часовни велось одновременно ударными темпами. Я хотел дом в этом году поднять под крышу. чтобы зимой делать внутреннюю отделку. Дом у меня одноэтажный, без всяких особенных наворотов, но цокольный этаж тоже есть. Там всё инженерное хозяйство будет. Кроме того, ещё прошлым годом там пробурили скважину. Учитывая что река рядом, до нормальной питьевой воды было не далеко, метров 20. На скважину я поставил насос. Так что в случае перебоя с водой, своя вода у меня была. По, архитектурному плану дом у меня состоял из четырёх спален, двух залов и большой кухни с большой прихожей с камином. Общая площадь 250 кв. метров. Плюс по плану отдельно стоящий гостевой домик на три комнаты с кухней выходящей крыльцом в дубовую рощу. Большая спальня и зал основного дома тоже будут выходить в дубовую рощу. Я к спальне и залу ещё террасы решил сделать. Вот такая задумка. Дом решили делать из красного кирпича, это основной крепкий материал в здешних климатических условиях. Крыша из оцинкованного листового железа. Тоже другого пока ничего более крепкого нет в этом времени. Отопление водяное и дополнительно тёплый пол. Из Баку заказал кондиционеры БК— их только начали выпускать. Дорогущие, но они нужны. На кухне морозильную кладовую буду делать. С оборудованием договорился здесь в городе. То есть всё для внутреннего оборудования закуплено. Канализация пойдёт в общую с зданием мельницы. Жалко, что само здание мельницы простаивать будет. Нет у нас пока частных, собственных ресторанов и гостиниц. Можно конечно в, аренду сдавать на какие ни будь торжества, свадьбы, пьянки. Пусть пока стоят так. В общем стройка идёт. Дни рождения наши с Аней решили отметить во Франции, а так, дома чисто символически. Паспорт мне вручали торжественно, как никак «знаменитость местного разлива». Пришло время собираться в путешествие. С собой решил взять нормальный по тем временам фотоаппарат. Если что во Франции прикуплю. И 9 числа за нами приехала дама — переводчик — комитетчик, три в одном. Стучать наверное будет, но мы с Аней не дадим особого повода. Выехали в Киев поездом, а там пересадка. И вперёд. Путешествие началось, но я сразу нашей сопровождающей даме сказал, что мы едем в раздельных от неё купе и живём в отдельных от неё номерах. О наших с Аней отношениях она знала, видать проинструктировали. Тем лучше. Не хватало нам надсмотрщика ещё в купе и номере. Вот так мы и начали своё турне по Франции.

Глава 19. Франция. Париж

С собой я поездку я взял чернильную поршневую ручку с открытым пером, которые уже здесь есть в продаже. Разница лишь в том, что в колпачке ручки вмонтирована микро видеокамера с автономным питанием на трое суток беспрерывной видео записи. Включается оттягиванием защёлки на себя с поворотом влево. Выключается в обратном положении, а микро флешку можно вынимать. Взял так же с собой старенький фотоаппарат плёночный «Смена 2—М». Вроде бы как обычный фотоаппарат, им и пользоваться можно как фотоаппаратом, но если вынуть фото кассету то сбоку если присмотреться, можно увидеть разрыв меду частями корпуса фотоаппарата, а на самом деле это приёмник для вставки микро флешки. И если включить рычажком перемотку не перематывая пленку, не открывая крышку объектива, то кнопкой спуска можно с флешки перекинуть часть кадров на фотоплёнку типа стоп кадром. Своего рода такой электронный сканер. Удобная вещь, но в моём прошлом уже стало не найти фотоплёнок, а здесь их навалом всяких — и чёрно белых и цветных. Так вот — едем же границу. Мало ли что придётся снимать и делать скрытно видеозапись. Лучше подстраховаться, а в ручку я заправил чернила, чтобы меньше подозрений было, а с учётом что нас сопровождает сотрудник КГБ, то я думаю что и досмотра при пересечении границы особого не будет. Да и неизвестны в это время такие технологии чтобы их искать, а какие запрещённые предметы могут быть у школьников?! Хотя я схитрил и взял пару драгоценных камней не большой величины и вшил их свой туфель, вдруг пригодится. Денег у нас было достаточно, часть отдали сопровождающей, чтобы она поменяла их во Франции на местные французские франки. Не знаю может что там ещё у них сейчас ходит. До Киева доехали нормально. В Киеве сопровождающая сходила в управление КГБ, а мы на лавочке с час её ждали. Она вынесла нам наши загранпаспорта. Это было исключением из правил. Мы всё же несовершеннолетние. И мы отправились на ж.д. вокзал, где сели в прицепной международный вагон. На границе наш вагон прицепят к московскому поезду — «Москва — Париж». И путешествие началось. У нас было два двухместных купе, но с одним туалетом на два смежных купе. Так что в купе к сопровождающей можно было попасть не выходя в коридор вагона, если не перекрывать двери. Что я сразу и сделал. Еду нам приносили в купе. чтобы наладить всё — таки отношения с нашим надсмотрщиком, я пригласил её на вечер на ужин к нам в купе. Дополнительно за плату заказал ещё вкусняшек из ресторана и бутылку шампанского с баночкой красной икры и мясных деликатесов. За деньги всё можно купить.

Когда вечер наступил, мы начали ужин под стук колёс. Сопровождающая выпила пару фужеров шампанского раздобрела. Мы только пригубили. Делая вид что нам нельзя. После чего я торжественно мягко выпроводил её в своё купе с недопитым шампанским и коробкой конфет, а мы с Аней смотрели в окно на пролетающие пейзажи. Потом завалились спать. Рано утром мы подъехали к границе СССР, и наш вагон подцепили к международному составу. По вагонам прошли пограничники, проверили документы. Изучив удостоверение нашей сопровождающей, кстати её зовут Наташа, пограничный наряд козырнул и удалился. Вот и весь досмотр. Потом прошли таможенники, прошла та же процедура и потом поезд тронулся, а вот теперь стало намного интересней смотреть в окно. Поезд прошёл Польшу. В окно надоело смотреть. Я зашёл в туалет, умылся, чтобы согнать дремоту и увидел что двери туалета в соседнее купе Наташи приоткрыто. Я заглянул в щель и увидел, что Наташа лежит и вроде спит, но в такой фривольной позе и полу обнажённой. Да там есть на что посмотреть, но я не стал входить, а ручкой, которая была при мне, сделал пару секунд видеозаписи через проём в двери. Даже если она не спала, то рассмотреть что я делаю было не возможно, т. к. щель маленькая. За то мне всё было видно хорошо. Мелькнула мысль «а не специально ли осталась дверь приоткрытой?» После чего вернулся в своё купе и рассказал Ане об увиденном. Только за снимки ничего не говорил. В этом мире никто не знает о моих предметах и вещах из будущего Аня пошла тоже посмотрела и вернувшись погрозила мне пальцем и сказала:

— Не вздумай даже!

Что она имела в виду можно конечно догадаться, поэтому и ответил:

— Ты лучше смотришься и приобнял её за плечи и чмокнул в ушко.

Вечером мы легли спать, а утром мы уже подъезжали к Парижу. Эйфелеву башню было видно из далека. всё — таки красивая страна и город.

На перроне нас встречал сотрудник посольства, я так понимаю тоже комитетчик и сообщил, что нас поселили в хорошую гостиницу с отличным видом на реку. Мы разместились в двух соседних номерах со всеми удобствами. Экскурсионная путёвка у нас на 10 дней. После размещения мы спустились в ресторан позавтракать. Наталья как хвостик следовала за нами. Надо как то выбрать момент и смотаться от неё, пройтись по ювелиркам, решил сбагрить камешки, чтобы была своя денюжка и не зависеть от Натальи и всё время у неё просить чтобы что — то купить. Постараюсь после обеда слинять Аню попрошу, чтобы отвлекла её. Что мы и сделали. И я через чёрный ход вышел из гостиницы и пошёл по центральной улице, пока не увидел небольшой ювелирный магазинчик в проулке. Зайдя в него я увидел родное еврейское личико пожилого мужика. И по — русски обратился к нему:

— Рад вас приветствовать.

— О! А я как рад услышать русскую речь. Вы что — то хотели?

— Вы давно в Париже?

— Как вернулся и концлагеря в 1946 году, так и живу.

— А в России были когда либо?

— Я нет, но родители жили в Одессе, пока не грянула революция и они эмигрировали во Францию, но молодой человек, вы зашли наверное не для того чтобы узнать родословную старого еврея?

— Да я пришёл, чтобы улучшить благосостояние «бедного, старого» еврея — и достал из туфли два бриллианта — Что можете предложить за них?

— О какая прелесть! А они у Вас законно?

— Не переживайте. Хозяин я. Неприятностей у вас не будет. Так сколько?

— Вам нужны деньги или что — то другое?

— Мне нужны деньги.

— Ну тогда я Вам предложу вот столько — и достал из сейфа две пачки французских франков. Я думаю Вы дороже здесь не продадите.

— Ладно, уговорил.

И мы совершили сделку. На всё про всё ушло около часа. Моего отсутствия в гостинице никто не заметил.

Я вернулся в номер, а через 15 минут в номер зашли две наши дамы. Наталья потом ушла, а я Ане показал две пачки франков. На что последовал вопрос:

— А если Наталья узнает? Проблем не будет?

— Знаешь, есть такое слово шантаж. Я что — нибудь придумаю.

Вечером мы решили подняться на Эйфелеву башню и посмотреть вечерний Париж. Да сфоткаться там с видом на город. Потом пройтись по вечернему Парижу и поужинать в каком — нибудь ресторанчике. На что Наталья сказала:

— Если будем ходить по вечерним дорогим ресторанам, то деньги кончатся через три дня. И мы никуда не поедем.

— Ничего, это вопрос решаем. Пойдём ограбим местный банк.

— Ну у тебя и шуточки. Сами смотрите. Мне с Вами таскаться тоже скоро надоест.

Но в ресторан всё же пошли. Я заказал нам с Аней бутылку шампанского, когда ещё придётся попробовать настоящего, а Наталье заказал бутылочку вина, а на барной стойке, когда дамы ушли в туалет носики попудрить я купил маленькую сто граммовую бутылочку виски и влил её незаметно в начатую бутылку вина. Родилась у меня провокационная идея по отношению к Наталье.

Когда дамы вернулись я налил по полному фужеру нам шампанского, а Наташе забодяженного вина и предложил выпить в прекрасном городе Париже на брудершафт, за любовь. И я сначала через руку с Аней выпили по фужеру, я свой не допил, поцеловал Аню легким поцелуем в губки, а затем я с Наташей так же допил свой бокал, а она свой. И чмокнул её в щёку, а она удержала меня и чмокнула в губы, слегка задерживаясь, на что получила мой язык в ответ. Надо было видеть лица обоих дам. Потом уже наливала Наталья сама себе, пока не приговорила бутылочку. И я понял, что надо идти в гостиницу иначе Наталью придётся скоро нести. Слаба оказалась на, алкоголь. И мы пошли. Уже перед дверью в номер я Наталью практически нёс на себе. Сказал, ане чтобы шла в наш номер, а я через минут 15 подойду, Аня ушла, а я повалил Наталью на кровать, где она сразу и отрубилась. Я закрыл все двери и раздел Наталью до неприличия. После чего наполовину разделся сам. чтобы мои голые грудь и плечи выглядывали из под простыни, а Наталью не стал укрывать простыней, а положил рядом, включил видеозапись на ручке и притворился спящим, обнимающей меня своей рукой Наталья. Затем просто её одну заснял. Укрыл простынёй и ушёл в свой номер, Аня естественно спросила, что я там с пьяной Натальей делал. На что я ответил что уложил её спать и обеспечил нам нормальный отдых. Потом, когда, Аня была в душе я с флешки перекинул снимки на фотоплёнку в фотоаппарате. Завтра надо будет найти фотоателье и проявить и сделать пару снимков для Натальи.

По утру к нам ввалилась в номер Наталья. Лицо её надо было видеть и она спросила у нас:

— Что это вчера было. Я ничего не помню. И кто меня укладывал в кровать?

Я ей ответил:

— Просто кто — то не умеет пить. И ты наклюкалась вина и отрубилась. Хорошо что не на улице, а в кровать ты сама свалилась. Мне просто пришлось на тебе одежду поправить.

— Ты называешь снятие одежды поправлением?

— Ну да типа этого.

— А что было потом?

— А дальше ты меня изнасиловала.

И потом была немая сцена причём от обеих девушек с дальнейшим вопросом от Натальи:

— Это как?

— Тебе что в подробностях рассказать?

— Нет ничего не надо. Я лучше пойду себя в порядок приведу.

И ушла, а потом, Аня стала спрашивать:

— Она что действительно тебя насиловала?

— Да нет конечно. Это я так сказал для красного словца, пусть попереживает. И всё больше никаких вопросов. Пошли завтракать. Без Натальи. Она сейчас пол дня будет приходить в себя, а мне надо зайти в магазин купить фотопленки.

Мы позавракали, Аня ушла в номер, а я вышел в фойе гостиницы и узнал где ближайшее фотоателье и пошёл туда. Оказалось не далеко, в двух кварталах. Где я проявил пленки попросил мастера на, английском языке сделать самому пару снимков. Мастер мой язык понял, я ему заплатил и сам сделал пару снимков с пьяной Натальей во всей красе, а потом вернулся в номер. Фотки пока припрятал. В номере Ани не было. Она была у Натальи. О чём они говорили не понятно, но по виду обе были злые. Наверное Наталья рассказала Ане в каком виде та проснулась. Обе смотрели на меня и мне пришлось толкнуть речь:

— Дамы. Ничего особенного не случилось. Кроме того, что кто — то решил что совращение несовершеннолетних за рубежом это в порядке вещей.

— А чем докажешь? — Крикнула мне Наталья.

— А я пока ничего доказывать не буду. Просто скажу что ты голой смотришься намного лучше.

И на эти слова Наталья кинулась на меня с кулаками, что Ане пришлось её сдерживать.

— Всё успокоились и забыли. Продолжаем отдыхать как ни в чём не бывало, а тебе Наталья вот немного местных денег для твоих личных нужд, ты вчера на улице заработала.

И сам после этих слов быстро выскочил за двери, т. к. в меня уже что — то полетело.

Я пошёл в номер, а через минут 15 пришла, Аня и спросила:

— Так что произошло в её номере вчера? Она что действительно к тебе приставала?

— Да нет конечно. Куда ей приставать, её нельзя было отличить от бревна, такая же без чувств лежала.

— Ну, а зачем раздел её?

—, а затем, чтобы держать её на крючке и чтобы она не мешала нам отдыхать. Я ещё вчера пару фоток сделал, но ей об этом нельзя сейчас говорить, а то она с горя может наделать глупостей.

— Ну ты и проныра, — только и сказала, Аня.

— Я в первую очередь думал о нас с тобой. Или ты ей сочувствуешь? Или завидуешь, что голая была передо мной? Если есть желание можешь повторить её подвиг, только не пей много.

— Что ты имеешь в виду — чтобы я разделась?

— Ну да. Если тебе от этого легче будет.

— Ну ты и хам, а раздеться я всегда успею. Ты этого хочешь?

— Я давно всего хочу и много, но сама знаешь что нас держит.

— Ну если пошёл такой разговор, то ты сам знаешь как я к тебе отношусь. И я тебя не отдам никому. И раздеться перед тобой буду считать за счастье.

И после этих слов она подошла ко мне и сильно обняла прижавшись ко мне. И мы так стояли минут пять. У меня в груди заскребли кошки и я сказал, ане:

— Давай, если ты не против, не будем торопить события. Мне пока достаточно тебя обнимать и целовать. Не смотря на то что нам уже 16 лет. Да и родители сразу поймут. Особенно твоя мама. Она по внешним признакам сразу определит всё. Ты же не хочешь дома скандала и чтобы меня твои родители погнали метлой.

— Нет конечно. Я подожду. Тут осталось всего то ничего.

— Вот и хорошо.

И я её поцеловал, как ещё никогда не целовал. От чего, Аня заплакала, но это были слёзы счастья.

Когда уже все успокоились. Наступил вечер. Мы все втроем спустились в фойе и вышли в вечерний Париж. Где мы побродили втроём. Причём обе дамы с обоих сторон взяли меня под руки и мы так бродили. На следующий день мы решили проехаться по окрестностям Парижа, а через день и в последующие дни решили посетить разные местности Франции где есть замки. Ведь для этого мы и приехали.

Все оставшуюся неделю мы ездили по городам, посещали музеи и замки. Наташа уже не спрашивала от куда у меня деньги потому что сказал, что они у меня есть и что я никого не ограбил. Думаю, что фотки с её голым видом применять не придётся, а фотки классные получились. Наверное ту фотку где она одна я ей потом подарю. В общем отдых удался. Мы ещё подарков родителям купили. Настал день отъезда. Выезжали так же поездом из Парижа.

На обратном пути уже заселились втроём в одно четырёх местное купе, выкупив все четыре места. В пути, когда, Аня вышла в туалет, я выбрал момент и сказал Наташе:

— тебе придётся писать отчёт о нашей поездке. Так вот мой совет— о деньгах моих, о себе голой ничего не пиши, если не хочешь испортить себе карьеру, а это тебе на память.

И отдал ей её фото где она на кровати во всей красе. Она посмотрела на неё, потом спрятала в карман и потом взяла меня за руки и крепко поцеловала, и сказала:

— Для меня это хороший урок. Спасибо.

— На здоровье. И лицо сделай нормальное, а не кислое, а то сейчас, Аня зайдёт.

И через пару минут зашла, Аня.

В Киеве мы сделали пересадку на поезд до своего города. Дома нас никто не встречал, Аня нас сдала начальнику милиции, то есть подполковнику Котову и тут же уехала, а мы все поехали домой. Меня завезли домой, а, Аня с отцом уехали к себе домой. Вот так закончилось наше заграничное путешествие. С Аней мы договорились встретиться через день. Скоро в школу, в наш выпускной 10—й класс.

Глава 20. Выпускной вечер

Школьный год начался обыденно. Музыку я оставил без поворотно. Хотя, авторские вознаграждения, так сказать гонорары по тихонько капают. Спортом я продолжаю заниматься, поддерживая себя в тонусе. Иногда развлекаю себя поездками на соревнования. В школе были зачёты по стрельбе из АКМ, которые проводились военруком на стрельбище одной из войсковых частей. Здесь я показал мастер — класс. Опыт не пропьёшь, как говорят бывалые люди. Мной сразу заинтересовались в военкомате, предлагали поступать в военное училище, но я их отшил и предложил кандидатуру соседа Владимира, у которого по стрельбе тоже разряд есть, а в один из дней я с Аней всё — таки сходили сначала в военную прокуратуру, а затем в военный гарнизонный суд. Потому что направление на учёбу надо будет брать от кого то из них. Можно сразу из обоих мест. Учебное заведение всё равно одно. Только факультеты разные. Короче мы оставил свои данные и там и там. Мне сказали что сообщат. Хотя моя личность им известна. Орденоносец всё — таки, но я предупредил, что направление надо на двоих или иначе я пойду искать другое учебное заведение. И действительно, где — то в середине декабря меня и Аню вызвали сначала в военную прокуратуру, а затем в гарнизонный военный суд, где мы написали заявления, и нам выдали направления на медкомиссию, которую мы в течение недели прошли. И потом стали формировать личные дела будущих, абитуриентов. Осталось только, аттестат об образовании получить, но нас предупредили что конкурс очень большой. Поэтому я занялся подготовкой Ани. Сначала она получила разряд по стрельбе, потом я стал её натаскивать по тому же самбо. Ведь физическую подготовку тоже будем сдавать. Начали бегать на длинные дистанции формируя выносливость и дыхание, но больше 5 км не бегали, да и не нужно было. По школьным предметам у Ани было почти так же хорошо как у меня. Если поднапрячься то обоим можно получить, аттестаты с отличием и золотые медали. Потому что — тогда мы идём вне конкурса с дополнительным бонусом. Конкурс будет только среди медалистов. Да я не думаю что их будет много. С Аней решили идти вместе на один факультет военных прокуроров. Ну, а там как получится. В общем 10 класс был напряжённым.

Строительство дома я закончил. Пока всё под замком. Только сторож живёт. Родители тоже заканчивают строительство нового дома. К моему выпускному уже справим новоселье. Учиться надо будет в Москве. Первый год казарменное положение, далее по желанию. Учиться надо 6 лет. Шестой год это чисто практика и потом защита и распределение. Потом перед распределением надо будет решать очень трудную задачу где работать. Будем стараться вернуться в свой город. Вот программа минимум. По комсомольской линии у меня всё гладко. Я и в новой школе был избран комсоргом. Ну как не избрать комсоргом инструктора горкома ВЛКСМ?! В горкоме линию кураторства по моей просьбе изменили на спортивную линию. От горкома мне, а по моей просьбе и Ане выдали рекомендательные письма и комсомольские путёвки на поступление на учёбу. Это тоже очень много значило.

Подошёл день нашего семнадцатилетия и одновременно окончание школы. Мы с Аней всё — таки добили и получим, аттестаты с отличием и золотые медали. Завтра выпускной вечер и вручение, аттестатов. День рождения мы не отмечали. На выпускной вечер я для Ани сделал подарок, из своих, архивов я скачал выкройки бальных платьев из моего прошлого времени. Ей очень они понравились. Долго выбирала какое сшить. Я заказал себе строгий костюм со стоячим воротником. Таких здесь не шили. На выпускной вечер я надел свои награды. Ещё никто не видел их, т. к. я их не носил, хотя все знали о них. Смотрелся я в них эффектно. Естественно на выпускном были и родители всех учеников. Торжественная часть прошла хорошо. Мне дополнительно от ЦК ВЛКСМ был вручен знак «За отличную учёбу» и грамота. Это уже горком постарался. После торжественной части все выпускники отдали свои, аттестаты родителям и родители объединились в отдельном зале за столами, а у нас на балу нам играл бывший наш с, аней, ансамбль. Бал продолжался до 3—х часов, а потом все пошли встречать рассвет. Сначала шли группами, а потом группы распались на молодые пары. В основном все пошли на реку. Краше места нет. При чём пошли в сторону мельницы на пляж. Кое кто даже стал купаться, а мы с Аней забрались на скалу и встречали рассвет там. Целовались, обнимались, Аня плакала. Ну как все девчонки, а под утро пошли к, Аниным родителям, где во дворе были и мои родители. Вот и закончилась школьная пора. Через месяц вступительные экзамены. Так как это гуманитарный институт, а не технический, то мы будем сдавать 4 экзамена— русский язык, русская литература, история, иностранный язык и дополнительно физподготовка. Будем немного готовиться, но не усердствовать. Тут главное спокойствие. Всё это я уже проходил в прошлой жизни.

Глава 21. Мы студенты

В середине, августа 1976 года мы сдали вступительные экзамены. И с учётом всех наших привилегий и достижений мы с Аней поступили таки в институт, а конкурс был 11 человек на место. У Ани ещё жёстче. Там всего набирали одну женскую группу, а точнее взвод и конкурс был 16 девушек на одно место. Выручила Анина спортивная подготовка. Свои девушки спортсмены в каждом ВУЗе нужны. Не зря я её натаскивал. После сдачи экзаменов на разместили в закрытом студенческом городке, где нас готовили к принятию присяги. Проходили курс молодого бойца. Ведь мы одевали курсантские погоны. С Аней я практически не виделся в течение недели. Только вечером в субботу и после обеда в воскресенье. В конце сентября мы приняли военную присягу. На присягу приехали родители. День присяги был выходным днём. Я родителей попросил привезти мою сберкнижку, т. к. деньги потом понадобятся. До совершеннолетия осталось мне 7 месяцев Ане 8 месяцев. Время пролетит быстро. Так же родители привезли мне наличных денег, которые я сдал на хранение командиру факультета. Когда он увидел сколько я ему отдаю на хранение он малость обалдел, а я отдавал 5 тысяч рублей. Да это всего то пол пачки сотенных купюр. Думаю до совершеннолетия мне и Ане хватит, а там я уже смогу и своей сберкнижкой распоряжаться. Это сберкнижка куда капают гонорарские за песни и пластинки. За эти года там накапало порядка 50 тысяч рублей. Ведь уже вышло 4, альбома, то есть пластинки с моими песнями. В институте пока ещё не знают о моём, авторстве, а я и не признаюсь. Хотя песни свои я иногда слышу по радио и с пластинок.

Когда начался учебный процесс, то на первой же неделе меня вызвал к себе начальник факультета и спросил почему я нарушаю правила ношения форменной одежды. Я не понял вопроса поэтому переспросил:

— А в чём выражается моё нарушение, товарищ полковник?

— Почему не носите планки от наград на повседневной форме, а на парадной форме сами награды. Ведь в личном деле записан орден и медаль. Я сам удивился потому что не все личные дела ещё были изучены.

— Да как то не хотелось бы выделятся особо.

— Устав для всех один и его надо соблюдать. Выполняйте.

— Есть выполнять!

— И ещё, в Вашем личном деле записано, что вы были инструктором горкома ВЛКСМ. Поэтому Вам и будет поручен быть комсоргом факультета. Собрание завтра. Ваша кандидатура включена для обсуждения, а сейчас можете быть свободны.

— Есть!

И я ушёл. Как он ещё не узнал о моём, авторстве песен, а может и узнал и просто не спросил. В институте был киоск где продавались все предметы военного промысла, так сказать. Там я и купил орденские планки и прицепил на форму. Так же купил и прицепил нашивку за легкое ранение. Если уж цеплять так всё. Достал свои значки мастера спорта по самбо и стрелковому спорту и тоже пристегнул. Посмотрел на себя в зеркало— ну просто красавец, а утром на построении начальник факультета меня увидел и крякнул — не знал что у меня ранение было и что я мастер спорта по двум видам. Мои однокурсники тоже обалдели от моих наград и спортивных достижений. В этот же день я единогласно был избран комсоргом факультета. Так что комсомольские будни продолжаются.

Глава 22. Совершеннолетие

Мне понравилось снова нырнуть в мир знаний. Юриспруденция для меня наука не новая. В прошлой жизни только этим и занимался. Так что процесс обучения у меня проходил легко, так как основные понятия были. Только перестроился на старые учебники и кодексы. Мне больше нравилась военная наука, т. к. для меня здесь много было нового. Ну и конечно пришлось заниматься спортом, участвовать в соревнованиях. Приходилось заниматься и комсомольской работой. Вот так наступил 1977 год. И скоро наступит моё совершеннолетие, то есть стукнет 18 лет. Заканчивается первый год обучения. С первого месяца лета у нас начинаются практические занятия на учебных полигонах. Полигоны это не только там стрельбы. Это учебные, аудитории, участки местности, зданий и т. д. где мы учились составлять нормативные, юридические документы, учились, азам Уголовно — процессуального законодательства с уклоном на военную тематику. Ведь мы учимся на военных следователей и прокурорских работников. Это из этих специалистов в этом мире потом выбирают судей военного трибунала. К чему мы с Аней и будем стремиться. Кстати об Ане. У неё тоже всё нормально. По выходным видимся. Со второго курса подадим рапорта на проживание вне казармы. Снимем квартиру, или может купим однушку, где — нибудь поблизости. Деньги то есть. На каникулах это дело и провернём. Каникулы это в смысле месячный отпуск, который будет в, августе. Съездим на недельку на море, потом поживём с родителями. И вот в, августе месяце объявим родителям, что мы решили подать заявление в ЗАГС. Регистрацию брака будем проводить в Москве. Ну, а свадьбу сыграем скромно. Нам то дадут три дня на это. Нам пока хватит.

Наступил день моего совершеннолетия. Мы заканчивали первый курс. Утром на построении начальник факультета на построении поздравил меня с днём рождения и объявил мне увольнение на сутки. То есть до следующего утра, а зная мои отношения с Аней, выписал увольнительную и ей. И мы с построения быстро слиняли в город. Сняли номер в гостинице, переоделись в гражданку и пошли гулять по Москве. Вечером мы сходили с ней ресторан. Где позволили себе выпить бутылочку хорошего вина, а потом пошли в гостиницу остались до утра. И явились на построение утром во время.

, а через месяц повторилась такая же история и с Аней. Только мы уже были на практических занятиях, но всё равно сутки нам объявили выходными с увольнительной. Вот так мы встретили своё совершеннолетие.

Глава 23. Отпуск

Отпуск подобрался незаметно. Первый курс мы с Аней закончили почти на отлично. И мы отправились домой. Дома нас уже ждали. Две семьи встретились уже в новом доме моих родителей. По этому поводу мы все устроили праздник. Родители Ани, мои родители, я, Аня и брат Ани и моя сестра. Больше никого не приглашали. Чисто семейный праздник. И вот в начале первый тост был за нас, за наше успешное окончание первого курса и за наше совершеннолетие. Потом взял слово я:

— Уважаемые наши родители прошу внимания. — И обращаясь к родителям Ани сказал — Пришло время и мы с Аней решили связать наши судьбы браком. Поэтому я прошу у Вас руки Вашей дочери.

И, Аня встала рядом со мной.

Анин отец встал и сказал:

— Мы ожидали что этот день когда — то наступит. Вот он и наступил. Я с женой знаю, что ты Саня, будешь хорошим мужем для нашей дочери. Совет Вам да Любовь!

И тогда нас зацеловали и родители и сестра с братом. И мы сказали что по приезду в Москву мы подадим заявление в ЗАГС. Решили купить на время учёбы однокомнатную квартиру. Кроме того, на первом курсе мы прошли обучение на водителей категории «А», «Б», «С» и получили водительские удостоверения и я и, Аня. Так что купим какой — нибудь, автомобиль, чтобы проще было жить в Москве. Поэтому мы в Москву поедем дней на 5 раньше, чтобы до начала занятий всё обустроить.

Недельку мы пожили с родителями — попеременно, то я у Ани, то она у меня. Причём в моём отстроенном доме. Нечего смущать родителей.

Отдых на море тоже прошёл хорошо и через неделю мы вернулись домой. Побыли с родителями три дня и выехали в Москву. Вот так фактически мы отдохнули.

В Москве, мы течение трёх дней нашли однокомнатную кооперативную квартиру в двух остановках от места учёбы. Квартира нас устроила и поэтому мы её быстро оформили в свою собственность и я в течение дня подкупил необходимую мебель. Купил холодильник и телевизор. Машину решили пока не брать, так как военный институт практически рядом. Обжили квартиру. Сходили в ЗАГС. Подали заявление. Регистрацию назначили перед ноябрьскими праздниками. С этими событиями мы вернулись на учёбу, где сразу подали рапорта на проживание вне казармы. И сообщили руководству о скором изменении семейного положения. К такой новости там отнеслись спокойно. Не мы первые.

Глава 24. Рождение молодой комсомольской семьи

4 ноября 1977 года мы в ЗАГСе расписались. На регистрацию нашего с Аней брака приехали мои и Анины родители, Аня со своего взвода взяла в качестве дружки (свидетеля) свою новую подружку. Я со своего курса пригласил в качестве дружка командира взвода — холостяка лейтенанта. На регистрацию брака я одер парадную форму, а, Аня как и положено невесте была в белом свадебном платье.

Регистрация прошла буднично. Даже не в выходной день. Была пятница и мы до понедельника были свободны. После регистрации брака в 14 часов мы семьями поехали в ресторан, где мной отдельно был заказан мини — банкетный зал. Когда мы подъехали на машине к ресторану, то сразу пошли в наш зал, где, неожиданно для меня нас встречала весёлая компания в составе начальника факультета, начальника курса, комсорга института, которые от имени факультета и института поздравили нас с бракосочетанием, подарили коробку с подарками от взвода, курса и факультета. После чего за праздничным столом мы до вечера «гуляли» нашу маленькую свадьбу, а около 22 часов меня и Аню на торжественно проводили к машине, которая нас отвезла в нашу квартиру.

Когда мы зашли в квартиру, то я обнаружил не большие изменения в мебели. Вместо двух кроватей, стояла одна двух спальная. Это уже родители постарались, а на столе были угощения. Ну что же мы зайдя в квартиру были напряжены и взволнованы, Аня сказала:

— Я первая в душ.

И убежала в ванную комнату. Пока она там плескалась, неожиданно вырубился свет. Такое здесь иногда бывает Аана завизжала, что ничего не видно и я зажёг свечу и понёс в ванную комнату, но в дверях ванной наткнулся на мокрую Аню. И свечку я бросил в ванную, схватил Аню на руки и отнёс в темноте на наше семейное ложе.

Ночь была волшебной. Об этом не стоит даже говорить. У каждой семьи есть свои прелести и семейные тайны.

По утру мы заснули и проснулись далеко за обед. В дверях была записка, что нас родители ждут к 18 часам в районе знаменитого моста с видом на Кремль. Время у нас было. Мы привели себя в порядок, объединили завтрак с поздним обедом и в 17 часов поехали к месту назначенной встречи. Встреча была весёлой. Мы пошли в парк где фотографировались и отдыхали, а на следующий день родители уехали. Мы ещё один день отдохнули и в понедельник явились на учёбу.

Глава 25. Учиться, учиться и ВСЕМУ учиться, как завещал ….

Второй и третий курс мы так же закончили нормально. Летом 1979 года мы с Аней поехали отдохнуть в горы, на Алтай. В горах мы познакомились с одним старым пастухом, который постоянно жил в горах и спускался в долину один раз в два месяца. Вот в этот момент мы случайно с ним и познакомились. Не знаю чем но мы ему приглянулись и он нас пригласил к себе в горы в своё горное стойбище. На высоте около 3 тысяч метров у него была своя хижина сложенная из камней. В хижине было две комнаты, если их так можно назвать. Вот в дальний угол он нас с Аней и разместил. Сказал чтобы мы отдыхали, а по утру мы пойдём в одно место. Спали мы на удивительно легко и спокойно. Наверное сказывался чистый горный воздух и тишина. Если не считать иногда жуткий вой волков. По утру мы встали, позавтракали горячим хашем, — так надо, путь не близкий — сказал старик и мы отправились в горы. Шли мы часа три, но чувствуется, что поднялись как минимум ещё на один километр. Дышалось слегка трудно и одновременно легко. Возле одной расщелины старик нас остановил и сказал оставить всё лишнее. Мы оставили рюкзак, часы, фотоаппарат, ну практически остались только в одежде. И старик провёл нас через ручеёк и мы увидели небольшую пещерку. Мы зашли в неё и прошли метров десять и зашли в небольшой грот треугольной формы, в дальнем углу которой стояла небольшая каменная фигурка, в сидячем положении непонятного изображения человека с восточным видом. Старик подозвал нас и сказал:

— В этой пещерке с этим божеством до Вас, за последние 50 лет общалось всего несколько человек. Мне приходит видение и указывает на конкретного человека, которого я должен привести сюда. Видение указало сразу на Вас двоих. Вы постойте возле фигурки, поговорите о желанном, а я выйду. Общаться можно только наедине. И ушёл. Мы с Аней постояли и каждый думал о своём, прикоснувшись к статуе рукой. Желания и общение вслух не произносятся, и делиться с ними ни с кем нельзя, как сказал старик. Через 15 минут старик вернулся и мы пошли обратно.

Мы с Аней поблагодарили старика и потом вернулись домой. Больше мы об этом старике и пещере никогда не говорили.

Четвёртый курс начался обыденно, и продолжался почти до нового года без каких либо нюансов, если бы не события декабря 1979 года.

Глава 26. Афганские события

Перед новым годом, а именно 12 декабря 1979 года Советское правительство объявило о вводе своих войск в Афганистан.

Из прошлой жизни я помню этот факт хорошо и все последующие события тоже, которые нельзя назвать успешными. Всему вина в расстановке политических сил в мире и распределения зон влияния.

В этом мире данная ситуация коснулась и нашего военного института.

Где в начале мая месяца 1980 года, когда я заканчивал 4 курс, меня вызвали к начальнику военного института. Зайдя в кабинет, я увидел там трёх мужиков в форме полковников Советской, армии, но что — то в них выдавало их отношение к спецслужбам. Я это своей кожей почувствовал.

Я доложился по форме. На что начальник института сказал:

— Со следующего месяца начинается твоя полугодовая практика в войсках. Так вот, есть мнение что ты должен пройти эту практику в войсках «за речкой». Что ты на это смотришь?

— А что смотреть? Если надо я готов.

— Вот и хорошо. Будешь проходить практику по специальности, в штабе объединенной группировки войск. Кроме того, почему возникла твоя кандидатура. Там в одном из рейдов был тяжело ранен комсорг пока ВДВ объединённой группировки войск. Вот ты одновременно займёшься и организацией работы комсомольского бюро. Знаков различия носить не будешь, что не смущать твои курсантские погоны. К те будут обращаться «товарищ комсорг» и позывной такой же у тебя будет. О нашем разговоре никому. Для всех — ты в командировке на дальнем востоке, даже для жены. Всё понятно? На сборы и оформление документов сутки. Вылет завтра в 12 часов из военного, аэродрома. Выезд из института в 11 часов. Свободен. Зайди к заместителю по тылу. Он обеспечит тебя всем. Свободен.

И я ошарашенный ушёл. Вот незадача. Даже жене нельзя сказать, а может и к лучшему. Меньше будет волноваться. И вечером я жене сказал, что направляют в командировку за счёт практики в какой дальний гарнизон на дальнем востоке. Возможно связи не будет, так чтобы не переживала.

И на следующий день я прибыл в институт к 11 часам. Единственное, что я с собой взял в тихушку, так это свой навороченный смартфон из моего прошлого — будущего. Я туда скачал, какую мог найти информацию по военным действиям в Афганистане и по личностям, которые там были в то время. Может и пригодится что либо. Смартфон положил в маленький металлический корпус с креплением на брючном ремне сзади под офицерской полевкой, чтобы был всегда при мне. Взял с собой в запас две заряженные батареи к нему и две мини камеры привязанные к смартфону. Вот в таком виде я прибыл на отправку. Единственное что я ещё сделал, так это прицепил к ПэШа колодочки наград.

Перелёт занял сутки. К обеду следующего дня я уже был на полевом, аэродроме в районе Кабула, откуда бортом меня перекинули в расположение 357 полка 103 ВДД— Витебской дивизии, которая расположилась вблизи, афганского населённого пункта. По прибытию в штаб полка я доложился командиру полка, на что — тот отправил меня к замполиту полка, но внимание на моих орденских планках всё же задержал.

Замполит полка после моего доклада ему, обрадовался словно к нему жена на побывку приехала, показал на соседний стол и сказал, что теперь это одно из моих рабочих мест, но засиживаться на нём не придётся. И ознакомил меня с переговорной таблицей последовательных сигналов, может пригодиться:

Шторм 333— к боевым действиям

Зарево —555— вышел к объекту

Ураган— задачу выполнил

Штиль—888 — задачу выполняю

Буря—777— веду бой

Тишина —999— сопротивление не оказывают

И от себя добавил:

— Между нами, вне приказа и таблиц есть ещё переговорочный сигнал, между нами мы называем его «Похоронный марш», а звучит просто «Марш ПС», что означает «Марш Прощание Славянки», что означает прощание с боевыми друзьями и означает гибель. Несколько раз такой позывной уже прозвучал.

Душманы здесь злые и «рушави» не любят, поэтому к ним лучше живыми не попадаться, но я вижу ты в переделках бывал— указывая на орденские планки— поэтому знакомься с комсоргами батальонов, рот, взводов. На планёрки можно не ходить, только ставь в известность если куда отправляешься и совет — на местах сам старайся ходить под прикрытием— иногда снайпера душманов стреляют. Оружие табельное всегда при себе. Можешь дополнительно себе что захочешь взять. Здесь всего хватает. Сходи начальнику склада получи оружие, если надо то и дополнительное обмундирование ну и что там считаешь нужным, ночуешь и располагаешься в штабной палатке на месте бывшего комсорга

После чего я пошёл в склад вооружаться и получить всё необходимое.

На складе я увидел такого бойкого прапорщика средних лет. И сказал кто я и зачем пришёл. На что прапорщик ответил:

— Иди вглубь по рядам— слева оружие, справа вся остальная хрень. Что хочешь то и бери, а я запишу в карточку как выберешь.

— И я пошёл. Начал с обмундирования. Взял лёгкий сетку плащ под цвет местности. Взял пятнистую под цвет горной местности полевую форму, разгрузку, планшет, флягу, нож разведчика, обувь типа берц, но песочного цвета, ещё удивился— откуда они здесь, сто процентов штатовские, а потом пошёл по оружейному ряду. Ничего стоящего не нашёл, АКМ с магазинами таскать, здоровья не хватит. Нашёл всё — таки «Стечкина» и в самом углу ящик в котором я нашёл снайперку. Снайперка то ли американская, то ли бельгийская. Тут же и патроны к ней пачках лежали. Патронов не много, всего шесть пачек по 20 патронов в каждой. Не знаю почему, но я её взял вместе с патронами и с чехлом. Пригодится. Она хороша тем, что ствол не очень длинный, убойная сила метров на 500. Прицельная дальность 800 метров. Для хорошего снайпера эти параметры увеличиваются ещё на половину. Вышел со всем выбранным к прапорщику, а он сказал:

— Винтовку с патронами в карточку записывать не буду. Он не учёт кто — то притащил в качестве трофея, так и лежит. Всё остальное я записал.

И я ушёл обживаться. Зашёл в кабинет, а замполит увидев у меня винтовку, спросил:

— На кой она тебе? Тут стрелять не в кого.

— Ничего пригодится. Я всё — таки мастер спорта по стрельбе. Вот только пристрелять надо.

— Да ну! А пристрелять можно, тот же начальник склада скажет где. Смотри, у нас по плану две роты ВДВ, в которых бывший комсорг не успел побывать и взвод разведки их же. Мне надо с замполитами пообщаться, а тебе с комсоргами, вот на завтра и планируем выезд. Это самые дальние точки в горной местности, они там на охране кишлаков и центральной дороги. Так что я бы посоветовал бы взять ещё и, автомат да пяток лимонок. Если не понадобятся отдашь ребятам.

— А на чём поедем?

— На 2—х БТРах, а что?

— Тогда я кое — что захвачу ещё у начальника склада сегодня, заодно пристреляю винтовку.

— Давай, действуй.

И я снова пошёл в склад. Дело в том, что я там увидел пару ящиков с минами. Они мне напомнили наши современные МОНки и моей прошлой жизни. Надо проверить.

На складе я спросил у прапорщика за эти ящики с минами, на что — тот ответил:

— То что это мины это понятно, но они какие то странные, с ножками, квадратные. К ним ещё радио взрыватели где — то в отдельном коробке лежат, но как ими пользоваться я не знаю, это то же чей то трофей. Там в каждом ящике по 20 штук и инструкция на не русском языке. Заберёшь?

— Да оба ящика заберу и найди взрыватели или пульты, что там к ним шло.

— Да не вопрос. Это тоже неучтёнка. Так что бери трофеи.

Я забрал мины. Отстрелял винтовку. И пришёл к себе к месту отдыха, положил ящики под койку, а сам стал изучать инструкцию. Она была на, английском языке. Из инструкции я понял, что один ящик мин противопехотные, второй для более крупного зверя. Радиус действия обоих видов мин до 100 метров. Все они направленного взрыва действия. Вот то что надо, если пригодится! На этом и уснул. Проснулся под утро. Переоделся в маскировочный костюм. И стал ждать замполита. Через полчаса он подъехал на 2—х БТРах. Я загрузил ящики загрузился сам. Замполит ехал в первом БТРе, я во втором. Добирались по разбитым горным дорогам часа четыре. Эти дороги были подконтрольны нашим войскам, поэтому ехали не особо напрягаясь.

По приезду мы посетили роты. Под вечер я пошёл в разведвзвод и остался ночевать у них. Они стояли особняком в расщелине в метрах 300—х от рот. Познакомился с разведчиками. Их во взводе было всего 20, но все с опытом и половина с боевыми наградами. Мы сошлись быстро. Утром следующего дня я со взводным пошли к ротам где остановился замполит. Замполит как всегда, в своём ключе рассказал о заботах и требованиях командования и партии. В процессе разговора в палатку зашёл дежурный связист и сказал что командование полка вызывает командира развед взвода, меня и замполита к рации. Мы подошли в штабную палатку, где командир полка лично поставил задачу развед взводу:

— в 30 км от Вас по горной разбитой дороге примерно завтра к вечеру или послезавтра к утру пройдёт небольшая гужевая колонна, человек 20–30 — повезут на ослах и лошадях в ящиках ракеты «Земля — Воздух», кажется «Стингеры». Этими ракетами душманы сбивают наши вертушки. Задача— уничтожить колону, груз по возможности захватить. Хотя бы один экземпляр целый. В виду важности боевой задачи решайте кто пойдёт со взводом— замполит или комсорг.

Вижу как скривился замполит. И поэтому я командиру полка доложил:

— Товарищ полковник! Считаю, что со взводом должен идти я. Во — первых мне легче— я спортсмен. Во — вторых — я снайпер и винтовка со мной. Думаю лишний снайпер во взводе не помешает.

— Ну что же. Так тому и быть! Поэтому командует взводом командир взвода. Ты идёшь с ним его замом. И возвращайтесь живыми. Запишите координаты. По прибытию на место засады — доложить в любое время дня и ночи.

После доклады мы с замполитом распрощались и я ушёл во взвод разведчиков. Где командир поставил боевую задачу:

— Взвод делим на два отделения— две десятки. Командиры я и комсорг. Я организую захват одного осла или лошадь с двумя ящиками ракет, лучше первого в колоне, а комсорг с отделением уничтожает душманов. На месте с ориентируемся.

Тут взял слово я:

— Командир, я тут два ящика мин направленного действия с радио взрывателями привёз, надо бы из с БТРа забрать, они нам понадобятся. Они хоть и иностранные, но я знаю как ими пользоваться.

— Отлично. Сейчас заберём. И ещё нам понадобится ещё одна рация. В роте тоже взять.

И командир отдал распоряжения по этому поводу.

Когда мины принесли их распределили пока по две каждому. Себе я взял взрыватели. Отдыхать было некогда поэтому мы сразу после до экипировки выдвинулись в заданный квадрат. Лучше подождать, чем догонять.

Глава 27. Засада

30 км мы прошли быстрым темпом, хотя было и не легко, но нам помог БТР, километров 10 нас подвёз, а потом мы пошли пёхом. Мы тут по карте усмотрели какую — то длинную расщелину, которая километра два не доходит до этой горной тропы, по которой пойдут душманы. Эта тропа раньше была когда — то дорогой соединяющих три горных кишлака в горах, сейчас они брошенные, жителей нет, но бандам есть где укрыться. Дороги со временем обсыпались и стали трудно проходимыми для, автотранспорта. Душманы будут спускаться с верхнего кишлака и мы решили их встретить между кишлаками, а это километров пять между ними. Одно неудобно для нас — эта тропа — дорога петляет как пьяный заяц. Придётся страховаться и дробить силы. Вот тут как раз мины и могут пригодиться.

До места примерной засады мы добрались через 8 часов. Практически было уже темно, но луна светила хорошо. Мы выслали вперёд разведку и та сообщила, что всё тихо, следов передвижения по тропе не обнаружено. Вот и хорошо. Ждать не когда, с рассветом может начаться движение. По рации в штаб полка доложили о прибытии и занятии позиций сигналом «Зарево 555». Решили засесть на двух небольших сопках в 100 метрах от тропы. Расстояние между сопками около 300 метров. Колона как раз вместится. Командир с пятью разведчиками валят первых и захватывают осла с ящиками и отходят. Остальная пятёрка из его десятки страхуют. Моя девятка и я валим всех душманов и после взрывов всех оставшихся в живых и уходим вслед за командиром, одновременно его с захваченным трофеем прикрываем, но том и порешили, а я пока с ребятами установил все сорок мин по обе стороны тропы. Хвост расстановки мин вышел далеко за триста метров, учитывая радиус поражения. Получилось, что мы заминировали полкилометра тропы. Лучше перебдеть, чем не до бдеть, как говорится. Выставив заслоны обнаружения, мы стали ждать.

Глава 28. Бой

Когда расцвело, было уже около 8 часов утра. Через полчаса доложились наблюдатели, что вышла из — за холма колонна и насчитали 46 рыл душманов и десять ослов с ящиками наперевес. Да многовато для нас. что — то не правильные какие то данные у комполка. О чём мы тут же доложили сигналом «Штиль—888» и о новой численности банды.

Командир дал команду ждать пока первый осёл не поравняется с его группой. Прошло мину десять. Вся банда вытянулась по тропе между двух сопок. Как только командир завалил осла и тот стал падать, я тут же, активировал часть зарядов и практически все душманы попали под раздачу осколков и камней. Никого не пришлось достреливать. Командир с ребятами схватили два ящика и быстро потащили за холм и мы тоже стали сниматься с позиций, первая моя пятёрка уже ушла. И вторая стала сниматься и тут меня как кто — то толкнул и я оглянулся назад, в метрах 200—х на нас мчалась свора душманов, человек наверное 200–250. Я крикнул ребятам:

— Ложись. Противник с тыла. Огонь не открывать, пусть войдут в зону поражения мин.

И доложил о бандитах командиру, на что — тот заорал в рацию:

— Немедленно отход!

— Поздно командир они нас засекли и берут полукольцом. Их около трёх сотен. Уходите. Моя первая пятёрка ушла вслед за вами. Они прикроют вам «хвост». Уносите «Стингеры».

— А по рации настроил канал командира полка и доложил:

— «Ураган», «Буря —777». Подарки ушли, встречайте.

Пятёрка осталась «Буря—777», а через запятую ещё раз «Буря—777».

И тогда услышал открытым текстом:

— Комсорг уходи. Высылаю вертушки. Продержись с пол часа.

Я ничего не ответил. Я понял что попадаю в секцию поражения от своих же мин и подал по рации сигнал «Марш ПС». Душманы палили в разные стороны. Когда они вошли в центр поражения я, активировал все взрыватели мин, какие могли остаться. Я лежал метров на 100 ближе к душманам за камнем. Ребята сзади. От одновременного подрыва всех мин земля и горы вздрогнули. Меня, аж подбросило и я приземляясь на спину увидел, что площадка где скопились практически все душманы накрыло взрывом. Потом удар, град осыпающихся камней и наступила темнота, и я понял что вместе с рацией и винтовкой скольжу куда то вниз. Потом удар моим бренным телом о что — то твёрдое и я потерял сознание.

Глава 29. Подземелье. Статуи

Очнулся я не скоро, может через полчаса. Вокруг темень. Я достал смартфон и зажёг фонарик на нём и осмотрелся. Лежу на камнях в какой то большой пещере. Рядом покорёженная рация. Я попытался настроить её, но она на передачу не работала, только на приём. И причём работала на приём, наверное только в ближнем радиусе. Может километр, может два. Потому что я слышал доклад командира кому то. Душманы все уничтожены. Потерь нет. Пропал комсорг, ага, ищут, но как мне выйти из этой пещеры? Какова её длинна и глубина? Потом голос доклада с рации пропал. Наверное ушли в сторону. Наверное и мне надо искать выход. Хорошо что батарея смартфона заряжена и ещё батареи в запасе есть. Каждая батарея часа на два на работу фонарика. Ну что же будем искать выход, но в какую сторону идти.? Надо посмотреть куда уклон, ага есть, теперь пойдём со спуском в низ куда — нибудь да выйду. Через час ползания и хождения с выворотом ног я устал. Присел и услышал шум. Что это?. Вскочил и пошёл в сторону шума и метров через сто увидел хороший такой ручей спадающий сверху, ага, есть вход, значит есть выход, прошёл пол течению ручья и увидел дыру куда ручей спадал. Я полез туда и попал в грот где стояли вдоль стены несколько каменных столбов напоминающих фигуру человека высотой с метра два, с восточным изображением лица. что — то мне это уже напомнило — старик, пещера и я с Аней в ней у примерно такой же статуи. И ещё тогда старик говорил что по легенде где — то в Индии или Афганистане есть целый подземный город таких статуэтных божков. Интересно! Я подошёл к статуям и дотронулся к одной из них. У меня помутнело в голове и я стоял так минут пять. Я прошёл к другой статуе и тоже потрогал её рукой — такое же ощущение — помутнение и просветление. И так я прошёл ещё несколько статуй, может пять, может семь, может больше, я их не считал, их было много. Потом я устал и присел и отрубился. Сколько так сидел не знаю. Очнулся от шума в голове и от какого то внутреннего голоса — Иди вниз не сворачивая! И я пошёл на ощупь. Батарейка села, а менять не стал. Так я прошёл ещё метров триста и упёрся в стену, но справа был проход в стене. Я прошёл через него и оказался в маленькой пещерке в конце которой я увидел свет, ноги сами меня понесли туда. Выйдя из пещеры я увидел внизу в километрах трех какой то кишлак. Я посмотрел в оптику винтовки и увидел там вооружённых людей—, афганцев. Наших там не было. Сейчас надо с ориентироваться по карте и валить от суда в сторону своих. Посмотрев на карту я примерно понял где я нахожусь. Это был нижний третий кишлак. Значит под землёй я прошёл около 5 км. Хороший гротик. И, главное, начинка в нём ещё лучше. Возле кишлака были люди. Очевидно очередная банда душманов. Теперь понятно куда мне идти. Надо валить в сторону отхода разведвзвода и выбираться по их следам. 30 км это не так уж много. За сутки — двое дойду. С этими мыслями я стал потихоньку выбираться из расщелины в сторону редкого лесного массива и горной гряды. Рацию я не стал тащить, а засыпал её камнями. Толку с неё никакого. Вот только жрать хочется. Ну ничего — попьём водички.

Глава 30. Возвращение. Неожиданные познания

Закинув винтовку за спину, достал стечкина и двинулся в путь. Пройдя километров пять я наткнулся на следы нашей группы и уже по ним пошёл быстрее. Пройдя километров десять, я остановился в распадке на привал. С час я отлёживался, задрав ноги к верху. Потом продолжил путь. К вечеру я прошёл ещё пяток километров и начало темнеть. Я нашёл укромное местечко в кустарнике, подломил в один ряд пару кустов и завалился спать. Спал плохо, получасовыми урывками. В один момент во сне мне послышались какие то голоса и незнакомая речь, а потом эту речь я стал понимать. Я проснулся и подумал что у меня глюки. Ещё пару раз пытался заснуть, но потом бросил эти попытки. Еле дождался рассвета, а с рассветом я поднялся и почти бегом направился дальше. Домой меня прямо гнала какая — то сила, и я не знаю где эти силы взялись. Пятнадцать оставшихся километров я отмахал одним махом. Вдали показались строения нашей базы откуда мы отправлялись. Я вышел на дорогу и уже ничего не опасаясь подошёл к посту, с которого меня уже встречали и бросились навстречу. Народу тут прибавилось. Был здесь и командир полка. Я увидев его подошёл и доложил, что задание выполнено, но был вынужден задержаться, т. к. меня от взрыва засыпало в пещере. Об обнаруженной галерее статуй я решил умолчать. Командир полка потискал меня в объятиях и сказал:

— Ты хоть знаешь сколько от твоих взрывов было уничтожено душманов?

— Только примерно, наверное штук триста.

— Нет, ты ошибаешься, почти 450. Это же почти полтора полнокровных батальона! Да ещё ты своим прикрытием обеспечил доставку двух стингеров.

Мной доложено в полк, а там доложили выше об успешном выполнении боевой задачи с одним погибшим с нашей стороны. Погибшим считали тебя, а теперь считается без потерь. Командование объединённой группировкой наших войск в Афганистане решило представить тебя посмертно к званию Героя Советского Союза. Теперь надо срочно доложить что ты жив. К государственным наградам представлен так же командир взвода разведки и группа которая захватывала стингеры. Так, а теперь собирайся, через десять минут выезжаем.

— Только сначала поесть дайте.

И через двадцать минут колона теперь из 4—х БТРов выдвинулись в полк.

Глава 31. Доклад командованию. Конец командировки

Дорога домой всегда кажется быстрее. По приезду в полк я доложился командиру полка, а тот в свою очередь взял меня с собой в Кабул для доклада генералу. В течении дня я побывал в тех местах наших войск. В штабе в Кабуле меня представили генерал — лейтенанту, командующему. Он поблагодарил за службу, а когда он узнал что я всего лишь курсант, то опешил:

— Как так? Комсорг и даже не офицер? Раз у тебя 4 курс института, значит неоконченное высшее — имеем право присвоить тебе первое офицерское звание — младшего лейтенанта. Только вот какого рода войск?

Ты же в полку ВДВ был. Вот в ВДВ и будешь. Начальник штаба прими к сведению и во всех представлениях внеси поправки, а тебе сынок спасибо за хорошую службу.

— Служу Советскому Союзу!

— Ведь надо же! Одним умным расчётом и нет больше батальона душманов. Кстати, а что за мины ты использовал?

— Так это были какие — то трофеи. Я на, английском инструкцию прочитал и понял что они могут пригодится. В наших войсках я такого не встречал, но инструкция у меня сохранилась.

— Начальник штаба! Оформить изъятие и перевод инструкции и сделать заявку на их изготовление.

— Товарищ генерал — лейтенант разрешите дополнить.

— Говори.

— По поводу изготовления этих мин есть некоторые соображения.

— Изложи на бумаге и передай начальнику штаба, а пока можешь идти.

И я вернулся в расположение нашего полка. Больше в течение месяца меня никуда не отпускали. Единственно, что я заметил странность в себе — однажды мне пришлось присутствовать при допросе пленного душмана. Так вот допрос шёл с участием переводчика и вдруг я понял, что душмана — то я понимаю без переводчика, хотя никаких языков типа «пушту» и всяких других наречий афганских я никогда не изучал. Так же заметил, что когда смотрел телевизор местный, то я без переводчика понимал о чем говорят в телике на иностранных языка. Для меня не стало проблем понимать языки Афганистана, потом добавился итальянский, турецкий и вся кагорта тюрских языков. Другие языки я ещё не проверял. Это меня слегка озадачило. И понял, что это последствия общения со статуями в галерее под землёй. Когда пошёл второй месяц командировки меня вызвал командир полка и приказал собирать свои вещи. Моя командировка досрочно закончена и меня отправляют в Москву в институт. Причину не объяснил. Сказал, что приказ сверху.

Я попрощался с товарищами по службе и бортом вылетел в Москву с пересадкой в Душанбе.

В аэропорту вечером меня никто не встречал. Было воскресенье и я поехал домой на квартиру, Аня была дома. Увидев меня она обалдела — не ожидала меня увидеть. На обнимавшись и нацеловавшись мы всё же прошли вглубь квартиры. И увидев меня загоревшим спросила:

— А где это ты был? На каком дальнем востоке? Где так загорел? И что за погоны?

Пришлось под большим секретом рассказать, где я был и взять с неё слово, чтобы не распространялась.

На следующее утро я прибыл в институт и доложился начальнику факультета и спросил у него:

— Так как мне сказали что командировка моя досрочно закончена, то вернулся в институт, и что мне делать?

— В первую очередь идём на доклад к начальнику института. Что ты там такого натворил, что меня тут задёргали по твоим данным? И второе — почему у тебя эмблемы ВДВ и офицерские погоны?

— Ну звание мне присвоил командующий группировкой Советских войск в Афганистане. У него есть такое право.

— Понятно. Ну что пошли к начальнику.

По приходу в кабинет начальника института я доложился:

— Товарищ полковник! Младший лейтенант Крымов прибыл из командировки для дальнейшего прохождения службы и учёбы.

— Молодец! Я в тебе не сомневался. Мне тут по большому секрету рассказали про то как ты отличился, но даже начальнику факультета пока рассказать не могу. Подписку дал. Мне приказали при твоём прибытии доложить министру обороны, а тебе быть у меня под рукой или дома на связи. Поэтому объявляю тебе три дня увольнительных. Приведи парадную форму в соответствии со званием. И жди дальнейших указаний. Всё, свободен. И нас с начальником факультета отпустил. И потом я забрал Аню и мы вместе ушли домой. Её тоже отпустили. По дороге домой мы заехали в военторговский магазин где я купил фурнитуру для подготовки теперь уже офицерского кителя. Купил полностью парадную офицерскую форму. Вот только не определился пока какие эмблемы цеплять. Оставил пока эмблемы с парашютиками.

Глава 32. Кремль. Вызов к министру обороны

Через день меня предупредил начальник факультета, чтобы я в парадной форме к 8 часам утра прибыл в институт. Я прибыл к назначенному времени при параде и с наградами. И вместе с начальником института поехали в Кремль. Там нас провели в большой зал, я так понял что это был Георгиевский зал, где по средине было расставлено в три ряда штук двадцать стульев. Я в зале был не один. Тут были и генералы и капитаны и даже один рядовой, но одни военные. Меня с начальником института посадили рядом. В это время зашёл наш Генеральный секретарь КПСС Леонид Брежнев. Какой то генерал стал зачитал Указ о награждении всех и о присвоении генеральских званий некоторым. Звание Героя Советского Союза было присвоено трём, в том числе и мне. Меня вызвали третьим. Мне была вручена золотая звезда Героя Советского Союза с орденом Ленина и грамота об этом. Потом вручались награды и другим военным. Начальнику нашего института было присвоено звание генерал — майора. После награждения, когда Брежнев ушёл ко мне и начальнику института подошёл полковник и попросил проехать с ним к министру обороны. Мы поехали. Министр принял нас, поздравил с наградами и званием и поинтересовался:

— Мы очень заинтересовались вашими предложениями по минам и по их применению. На днях Вас вызовут в одно военное НИИ, вы там встретитесь с ведущими специалистами вот там ещё раз всё расскажите. Может что ещё нового придумаете. Что Вы думаете о своей дальнейшей службе?

— Товарищ маршал Советского Союза! Хотелось бы заниматься тем, что мне больше по душе — юриспруденцией, но если надо будет, готов служить там где прикажет Командование, Комсомол, Партия и Советское Правительство!

Вот это я выдал!

На что министр сказал начальнику института, показывая на меня:

— Смотри какой Орёл! Вот такая должна быть наша смена.

После чего нас отпустили. Выйдя за пределы Кремля, я сверкая своими старыми и новыми наградами, а наш генерал новыми погонами мы решили немного пройтись пешком. Наша машина потихоньку шла следом. И тогда я сказал генералу:

— Товарищ генерал — майор! У меня кажется появилась новая проблема. Не знаю хорошая или плохая, но дело в том, что после контузии и нахождения под землёй в Афгане я стал понимать и разговаривать на различных иностранных языках, некоторых языков я даже название не знаю. Как бы это проверить?

Генерал так посмотрел на меня удивлённо и спросил:

— И сколько таких языков?

— Я насчитал уже полтора десятка, но, кажется, знаю больше.

— Да, дела. Об этом никому ни слова. Я посекретничаю тут кое с кем, а то упекут тебя куда — нибудь в закрытую психушку или такое же НИИ, сам рад не будешь. Если что говори, что сам кроме школьных иностранных языков выучил ещё парочку самых распространённых и всё! Ты понял?

— Так точно.

— Вот и молчи. Пошли что ли поедим что — нибудь.

— А не хотите ко мне домой пообедать? У меня жена мастерица.

— А что? Поехали, если приглашаешь.

Когда я зашёл в квартиру с начальником института, то, Аня, мягко говоря охренела и от моего иконостаса на груди и от генеральских погон начальника.

Мне её пришлось тормошить:

— Аня, у нас гости. Мы пришли на обед.

Аня быстро пришла в себя и накрыла на стол, а я отлучился из кухни в комнату и из чемодана достал кинжал с камнями на ножнах и рукоятке из моих старых запасов из клада. И зайдя на кухню произнёс речь:

— Товарищ генерал — майор! Прошу принять в качестве подарка и знака уважения этот кинжал. Ему не менее 350 лет. С ним воевали наши предки и он должен быть в надёжных руках. Поэтому я его дарю Вам.

И с этими словами передал кинжал генералу.

Он конечно был шокирован и сказал:

— Умеешь ты удивлять, Александр. Спасибо за дорогой подарок, а теперь надо по традиции обмыть слегка награды и погоны. Хороший банкет будет потом, а сейчас просто в твоей семье. Хороший у тебя муж, Аня!

И мы выпили по соточке водочки. Злоупотреблять не стали. После чего генерал приказал мне отдыхать, а завтра с утра на построение в институт. По поводу учёбы у него есть какие то моменты, которые он озвучит завтра.

На том и разошлись, а мы ещё заказали переговоры с родителями и сообщили о высоких наградах. Родители тоже были в шоке.

Глава 33. Отпуск. Мысли изобретателя— реформатора. Сюрприз от КГБ

На построении начальник института объявил, что курсанту, а сейчас уже младшему лейтенанту Крымову Указом Президиума Верховного Совета СССР за мужество, героизм и выполнение особо важного задания командования Советской, армии присвоено высокое звание Героя Советского Союза, после чего начальник училища скомандовал:

— Младший лейтенант Крымов выйти из строя.

И я ответил «Есть!» и вышел из строя.

— Приказом министра обороны от вчерашнего дня младшему лейтенанту Крымову присвоено досрочно, через ступень, звание старшего лейтенанта юстиции и он продолжая обучение в нашем институте, назначен на должность преподавателя — инструктора по огневой подготовке.

Для меня это назначение и присвоение звания было большим сюрпризом, очевидно здесь руку частично приложил и начальник училища, но я всё же ответил как полагается:

— Служу Советскому Союзу!

После окончания построения, начальник училища и начальник факультета мне сообщили, что мне и моей супруге предоставлен вне очередной отпуск на 10 суток по семейным обстоятельствам. И мне было приказано после отпуска принять новую должность. Мои занятия, в смысле моё преподавание будет проводится два раза в неделю, вместо моих занятий по огневой подготовке. На этих занятиях я уже буду не как ученик, а как преподаватель, а старый преподаватель ушёл на повышение.

Мы с женой долго не собирались и в это же день выехали поездом домой.

Дома нас встретили на вокзале. При чём встреча была организована горкомом комсомола — речи, музыка, цветы. Встречающих было много, в том числе из обоих моих бывших школ директора, друзья, родители, первый секретарь горкома комсомола, пресса. После чего мы с родителями поехали в мой дом, где к нашему приезду всё было приготовлено.

Первые два дня мы просто никуда не ходили. Родители приходили к нам. На третий день нам домой установили городской телефон. Лучше бы его не ставили. Он постоянно трезвонил. Позвонили и директора школы и первый секретарь горкома ВЛКСМ и попросили мою фотографию в парадной форме со всеми наградами для размещения на стенде города и в школах. Пришлось идти в фотоателье и сделать эти фотки, а в один вечер, когда Ани не было дома, она с подружками куда то ушла, я забрался в свой грот под беседкой. Мне надо было посмотреть информацию по МОНкам. Ляпнул же не подумав. Теперь вот надо найти что у меня есть по ним. Я как — то смотрел в своей прошлой жизни в интернете что — то связанное с оружием и взрывчаткой. Может что и сохранилось. Оказалось что немного но есть. И так мины эти впервые появились на вооружении Советской, армии во время, афганской войны. Прототипом её изготовления явилась, американская мина М18. Раньше было что — то подобное но не такое эффективное и без радио взрывателей. МОН 50 эффективность поражения до 50 метров, объём осколков до 450 штук. МОН 90 и МОН 100 почти одно и тоже, только заряд побольше и объём поражающих элементов до 900 штук и дальность до 100 метров. Была ещё МОН 200, но она в, армии не прижилась. Очень тяжёлая и неудобная. Мины МОН были двух типов — противопехотные и фугасные. Начинялись мины шариками, роликами из металла. Зона поражения в радиусе 54 градусов. Высота поражения МОН 50 до 4 метров. Собственно я там в Афгане эти мины установил с перекрывающими секторами, поэтому поражение составило все 100 процентов. Вот об этом я и расскажу если спросят. Для себя я карандашом нарисовал выпукло — вогнутые эскизы мин написал начинку, размеры и вид крепления.

Потом я посмотрел из стрелкового оружия, что можно скопировать не очень сложного. И нашёл пистолет — пулемет «ПП—91 Кедр» под патрон пистолета ПМ. Прототипом Кедра были разработки в середине 60—х годов конструктора Драгунова, но его разработки первоначально не нашли применения и до выпуска его разработок не приступили сразу, а только в начале 90—х годов. ПП—91 предназначен и удобен для применения в условиях ограниченного пространства — зданиях, вагонах подвалах и т. д., то есть для войск специального назначения, МВД. Я так же карандашом сделал зарисовки основного вида и его составных частей и ТТХ. Пожалуй хватит. Особо выделяться не будем. Скажу что наткнулся на ранние разработки Драгунова и доработал их.

Из грота ничего практически не взял. Смартфон у меня был, взял ещё пару мини видеокамер, автономной работы с передачей сигнала на смартфон. Установлю у себя в квартире и в рабочем кабинете на крайний случай. Взял также набор жучков для прослушки. Пригодятся. И с этим покинул грот.

Дома мы ещё побыли неделю. Пока были дома посетил местные органы военной прокуратуры и здание военного трибунала. Они находятся в одном здании. Здание конечно желает быть лучшим. Кабинет следователя 4 на 3 метра. И так везде. Как они там работают!? Обещают новое здание, т. к. будет расширение. Контингент войск в районе добавился и увеличился вдвое. Начали строить ещё один офицерский городок. Перспектива нам с Аней сюда вернуться есть, а что мотаться по стране?. Особо лезть в «верха» у меня желания нет. С моим послужным списком меня и здесь примут с удовольствием, а где муж, там и жена. Разведку я так не навязчиво провёл.

Вот и закончился отпуск. Пора ехать обратно. Накануне мы с родителями пообщались и высказали намерение вернуться на работу в родной город. Они были рады.

По приезду в институт я сразу окунулся в работу. Предстояло кое — что переделать под себя. Тот же тир и наглядные пособия, а через два дня меня вызвали в министерство обороны в управление по вооружению, где меня свели с руководителем отдела научно — технических военных разработок и усовершенствований (НТВРУ), который меня отвёл в отдел по разработке взрывотехники и боеприпасов и там со мной побеседовал старый полковник. Спрашивал где взял мины, которые применил в Афгане, как их расставлял и почему. И что я вижу по перспективе этих мин иностранного производства. И я ему выдал свои заготовки по всем МОНкам и перспективу их применения. Его мои расчёты и пояснения очень заинтересовали. Он вызвал какого то майора и они долго шушукались, а потом позвонили старому полковнику и тот пришёл за мной. Когда мы вышли от него то я спросил:

— А кто здесь занимается стрелковым, автоматическим оружием?

— Да в соседнем отделе. Сейчас зайдём, всё равно по пути.

И мы зашли тоже к начальнику отдела разработок ручного огнестрельного вооружения. Где я показал свои наработки и зарисовки по ПП—91 из моего прошлого времени.

Полковник посмотрел и сказал:

— Что — то это мне напоминает.

— Конечно. Разработка прототипа моего пистолета — пулемёта была начата лет двадцать назад, но по не известным мне причинам её не сочли перспективной. Мои же предложения по этому ПП усовершенствованы. Считаю его разработку для нынешних нужд, армии, спец войск, МВД перспективной. Сейчас задачи уже стоят другие.

— Ну что же, давайте посмотрим что из этого получиться и что кому требуется. Мы обсудим данное направление и Вам сообщим.

— Я рад что Вы заинтересовались. До свидания.

И с этими словами покинул здание министерство обороны.

Через две недели меня снова вызвали в министерство обороны. Меня принял сам заместитель министра и сообщил, что моими предложениями по МОНкам и Пистолету — Пулемёту заинтересовались. Более того в ближайшее время будут изготовлены опытные образцы. И что я включён в список инженеров — новаторов для признания соавторства этих опытных образцов

Ну хоть чем то помог нашей родной Советской, армией. Однако после посещения министерства в мей жизни произошли некоторые изменения. В связи с тем, что я стал носителем военных секретов с меня взяли подписку о не разглашении, а однажды, придя по утру в свой институт, на оперативном совещании при начальнике института, последний представил нам нового преподавателя иностранных языков. Я когда этого преподавателя увидел, то обалдел — им оказалась моя старая знакомая по КГБ — Наталья, наш с, аней гид и переводчик по Франции. У меня сразу возникло тревожное сомнение, что она появилась в институте не спроста и скорее по мою душу. Выглядела она и сейчас очень эффектно — блондинка с распущенными волосами и стройной фигурой.

После планёрки, когда все вышли из зала, Наталья подошла ко мне и сказала:

— Ну что, Александр, здравствуй. Вот видишь снова вместе.

— Ну это Вы Наталья сильно загнули что вместе. Хотя с Вами было бы приятно вместе и отдельно пообщаться.

— Ну так всё впереди.

— А Вас каким ветром сюда занесло?

— А я кроме преподавания буду ещё курировать Ваш институт по линии комитета, а с учётом того, что Вы Саша стали носителем секретной военной информации, мне поручено наблюдение за Вашей безопасностью.

— Надеюсь не в постели?

— Если понадобится то и там тоже.

— А как Вы себе это представляете?

— Пока не знаю. Там посмотрим, а вообще я за Вас очень рада. Такие успехи и достижения не могли обратить на себя внимание. Скажу открыто, что нашей структуре Вами заинтересовались, в положительном смысле слова. Даже стоял вопрос о переводе Вас на службу в наши ряды, но пока этот вопрос завис в воздухе.

— Что же я рад что меня помнят. Хотя повышенное внимание к моей персоне считаю лишним.

— Зря так думаете. Открою тайну, мне это поручено Вам сообщить, что Ваш рейд в Афгане не остался без внимания душманов. Они даже послали снайперов к расположению группы войск, чтобы ликвидировать Вас, как принесшего огромный вред. Вас просто вовремя отправили в Союз. Так что придётся присматривать за Вами.

— Хорошо что не подсматривать.

— Ну это вы лучше можете делать. По себе знаю. И давай на «ты».

— Ладно. Давай на «ты». И раз «пошла такая пьянка» то пошли познакомлю со своей женой. Она тоже тут в институте, курсант.

— А мне не сказали что ты женился. И когда успел. И как же, Аня?

Я оставил её вопрос без ответа и мы пошли в, аудиторию женского взвода.

Когда Аня подошла ко мне я спросил:

— Узнаёшь?

— Узнала на построении когда представляли. Это что из — за тебя?

— Точно. Угадала. Ну что милые девушки, Вас знакомить не надо?

Наталья улыбнулась только в ответ.

После чего я сказал:

— Сейчас я отпрошу Аню с занятий и мы вместе пойдём прогуляемся. Только девчонки — переоденьтесь в гражданские платья. Вы в них эффектнее смотритесь, да и не так привлекать внимание будем. Мне в форме простительно. Не так заметен, а звезду Героя я повседневно не ношу, хотя начальство требует.

На том и порешили. Через пол часа встречаемся на проходной.

Через пол часа мы втроём вышли их КПП института, Аня и Наталья взяли меня с обеих сторон под руки и мы пошли в парк, где можно было посидеть в кафешке.

Зря я сказал, что девушки будут меньше привлекать внимание если будут «по гражданке». Две молодые красивые, стройные девушки с офицером привлекали всё — таки внимание, так как заметил что на нас оглядываются. О чём я поспешил сообщить дамам. На что они только рассмеялись.

Отдохнув в парке мы разошлись, а на следующий день я тайно в квартире и в кабинете в училище установил микровидео камеры, записи с которых я периодически просматривал.

Глава 34. Будни. Посещение министерства обороны

Когда мы приступили к последнему году обучения, то в начале учебного года меня к себе вызвал начальник института и спросил:

— Александр, а ты не хотел бы остаться в институте и дальше на преподавательской работе?

— Нет, товарищ генерал — майор. Я хочу вернуться домой в свой родной город. Тем более что там место для меня и жены в военной прокуратуре есть. Там сейчас идут оргштатные мероприятия и штат увеличиваю почти в двое. Я замолвил словечко и меня с женой там будут ждать. Они обещали прислать запрос в институт на отправку нас по выпуску в их распоряжение.

— Ну что ж, понятно, а завтра тебе к 10 часам надо прибыть в министерство обороны к заместителю министра по вооружению. Зачем не знаю. Там скажут.

И с этими новостями я ушёл на занятия.

Завтра к 10 часам я прибыл в министерство, где меня заместитель министра, генерал — полковник, поздравил меня с успешным внедрением моих изобретений и сообщил, что первые партии МОН на испытаниях в боевых действиях в Афганистане показали отличные результаты. Первая партия ПП поступила на вооружение в спецподразделения и о них тоже очень хорошие отзывы. Группа товарищей, непосредственно принимавшая участие в доработке этих мин и пистолета — пулемёта представлена к правительственным наградам. Ты как непосредственный инициатор и конструктор включен в список для награждения. На сколько мне известно Указ о награждении уже подписан. Правда не знаю ранг наград. Ну вызовут для награждения— узнаешь. Не хочешь после выпуска остаться на службе в войсках в Москве?

— Спасибо за предложение товарищ генерал — полковник, но я хочу работать по своей специальности.

— Ну и ладно. Служи на здоровье. Можешь идти.

И я ушёл.

Глава 35. Плюшки от Министерства обороны и любовный треугольник

А через неделю меня вызвали в Кремль, где я вместе другими разработчиками, военными специалистами получил орден Трудового Красного Знамени. После вручения награды я как был в парадной форме, так и вернулся в Институт. Зашёл к начальнику института и доложился о прибытии из Кремля. На что услышал:

— Ты, Крымов, не перестаёшь меня удивлять. Тебе ещё нет 25 лет, а у тебя наград как у боевого генерала. Подумать только — Звезда Героя, орден Ленина, орден Красного Знамени, медаль, а теперь ещё орден Трудового красного знамени. У тебя большие перспективы будут если бы остался в Москве. Не передумал?

— Нет товарищ генерал. Спасибо, но я домой.

— Ладно. Я просто спросил. И поздравляю с наградой.

— Служу Советскому Союзу!

И я ушёл из кабинета. Когда шёл по коридору института то обратил внимание, что все кто встречался по пути улыбались мне. Это было приятно. Когда спускался по лестничному пролёту с третьего этажа штаба института, то в лестничном пролёте встретил Наталью. Та увидев меня была шокирована моим парадным видом. Подскочила ко мне и сказала:

— Пусть хоть обижается или волосы мне повыдёргивает твоя жена, но так вот пройти мимо мужчины который мне очень нравится, я не могу.

И с этими словами бросилась ко мне, обняла руками за шею и крепко впилась своими губами в мои губы.

Я конечно ошалел. И просто стоял. И в это время сзади раздался голос начальника училища:

— Да, Александр! Сводишь ты девок с ума! Смотри чтобы жена тебе лицо не попортила.

И сам усмехаясь прошёл мимо.

А Наталья так меня и не отпустила. И сказала:

— Ну что мне делать, если я влюбилась в тебя? Ты не подумай, я не собираюсь разбивать твою семью. Просто если тебе будет плохо или понадобится помощь то я приму тебя в любое время.

И с этими словами отпустила мою шею и ушла со слезами на глазах.

Да! Дела! Мне ещё показалось что кто — то проходил по коридору и кроме начальника института видел происходящее через открытую дверь. Настучат ведь Ане! А вечером, когда мы с Аней пришли домой, то она во первых поздравила меня с орденом, а потом сама начала разговор:

— Сань, ты знаешь я заметила, что Наталья неровно к тебе дышит.

— Да, знаю я, Ань, но что я поделать могу? Она сегодня кинулась ко мне на шею с поцелуями и в таком виде нас застукал начальник училища. Она девушка не плохая, можно даже сказать в моём вкусе, но я тебя со школы люблю.

— Ну я то же не знаю, что делать. Скорее закончить бы этот последний год учёбы. Ты знаешь, ты пригласи её к нам домой на ужин. Ей как — то надо помочь с её чувствами, чтобы она с ними не была один на один.

— Ладно. Найду повод. Вот например орден обмыть в выходные дни. Пойдёт?

— Пойдёт.

Глава 36. Домашний ужин с продолжением

Как и было решено с женой. Я на выходные дни в субботу вечером пригласил Наталью от своего и жены имени на ужин к нам домой. Наталья удивилась но с радостью согласилась.

К 17 часам Наталья пришла к нам домой прямо из института в форме капитана. Я дамам сказал:

— Очевидно, Вам тут надо немного привести себя в порядок, накрыть стол, а я пока в ресторан ближайший схожу, может чего путного спиртного найду.

И ушёл в ближайший ресторан в 3—х кварталах от нашего дома. Там я за бешенные деньги я купил две бутылки импортного вина, бутылку коньяка и бутылку водки, а то чувствую вечер без спиртного будет тяжёлым.

Через минут сорок я вернулся домой. Стол был накрыт в зале — спальне. Квартира то однокомнатная, а на кухне как то не празднично было бы сидеть. Мы разложили стол — тумбу и быстро накрыли на стол. Наталья была одета в Анино платье. Я ещё усмехнулся и сказал:

— Слушайте девушки. Если Вам головы закрыть, то вас можно и попутать. Фигуры одинаковые практически.

Это я, наверное, зря сказал. Так как увидел что девушки переглянулись и перемигнулись улыбаясь.

Я прервал их пересмотры и сказал:

— Что так и будете улыбаться? Давайте к столу.

И мы сели за стол. Первый тост был естественно за меня и мою награду. Дамы «нахренячили» мне полный стакан водки и кинули туда орден. Хорошо что стакан 150 грамм, а не 220. И всё равно многовато для меня учитывая что я без обеда, но справился. Хотя в Афгане приходилось и спирт пить.

Потом я предложил выпить за присутствующих дам, а дамы пили тоже прилично. Только жена пила вино, а Наталья коньяк.

Через полчаса застолья я почувствовал что меня повело и что я пьяненький, но крепился.

Потом опьянела Наталья и стала изливать свою пьяную душу обращаясь к нам:

— Вот Вы не знаете, а я Вам скажу по бооольшооому секрету— меня ведь мои начальники инструктировали как всё разузнать что Крымов такой за «перец». Даже рекомендовали тебя Санька в койку затащить, но я не могла себя пересилить и поступить по свински и наставить Ане рога. Хотя мне это очень хотелось и хочется и не сколько по работе, сколько для своей души и тела.

И тут Наталья заревела белугой. Прямо истерика началась Аня налила ей в стакан остатки коньяка, там оставалось грамм 130 и сказала ей выпить, но та упёрлась и сказала:

— Одна пить не буду. Всем по столько же— размахивая рукой.

Пришлось Ане наливать и себе и мне. И мы выпили. Наталья с постановкой стакана на стол начала заваливаться и падать, я её еле подхватил чтобы она не грохнулась на пол, но так как я и сам еле стоял на ногах, то, Аня как самая трезвая и устойчивая помогла её удержать. И мы вдвоём положили её на нашу койку и Наталья крепко заснула поперёк кровати.

— Ну и где нам спать? Спросил я заплетающимся языком Аню?

— Сейчас что — нибудь придумаем. Давай вытаскивай их шкафа матрац. И тащи стулья к койке. Сейчас продлим койку и будем спать поперёк втроём, а по утру видно будет, — и так ехидненько засмеялась.

Ну мне то на тот момент уже действительно всё уже было по барабану и я завалился спать, но какая — то мысль мелькнула, но уже спал.

По утру, где — то часов пять я проснулся от сушняка и головной боли. Я выкарабкался между двух спящих полураздетых дам и поплёлся сначала на кухню, а потом в ванную. И там наконец — то до меня дошла и с формулировалась мысль, а ведь всех комитетчиков учат пить и не пьянеть! То есть, а если Наталья просто играла пьяную и сексуально озабоченную и цели у нею были другие. Я выскочил из ванной и достал из тайника смартфон и пошёл снова в ванную и закрывшись в ней стал просматривать видео запись нашего вчерашнего застолья и последующее время. И вот по времени около 24 часов я увидел, что мы втроём лежим на койке и спим, а потом Наталья потихоньку приподняла голову посмотрела на нас спящих, встала и пошла «шарить» в полном смысле этого слова, по комнате. Заглядывала везде и щупала всё. Вот зараза! Ищейка — артистка! Хорошо разыграла роль влюблённой в меня дамы, почти потерявшей голову. Потом она переместилась на кухню. Там уже видно не было. Минут через десять она вернулась и потихоньку залезла под одеяло. Потом поприжималась ко мне и уснула. Я посмотрел ещё немного запись и хотел уже было выключить её, но заметил как приподняла голову Аня и тоже потихоньку встала с койки. Обошла её подошла к Наталье и показала ей дулю. Потом сходила на кухню, вернулась и легла спать. Они не расслаблялись. Один я идиот расслабился. Хорошо что смартфон спрятан в надёжном месте, а то было бы над чем поломать голову. Надо посмотреть записи и по кабинету. Потом я снова лёг спать. Около 8 часов все проснулись, Аня, так с издёвкой, спросила меня:

— Ну как тебе спалось с двумя женщинами, да ещё полуобнажёнными. Что ничего не ёкнуло?

— Знаешь, любимая, что любимая женщина у меня одна, а остальные или коллеги со знакомыми или враги. Наталья ты к какой категории себя причисляешь? Так вот — комитетчики они и в сортире комитетчики, артистка из тебя так себе. Я тебя хоть и не сразу, а раскусил. Что ты хотела у меня найти? Какое задание тебе в отношении меня дали? Что молчишь? Можешь не отвечать, но с этого момента я тебе не друг. Не хотелось бы становиться врагами. Поэтому ты просто знакомая или почти коллега по институту. Можешь ничего мне не говорить. Считаю наш сегодняшний разговор последним. Предупреждаю — будешь гадить, отвечу тем же или ещё хуже. Утреннего чая не будет. Можешь переодеться и идти.

После этих слов, Наталья тут же стала переодеваться, не стесняясь ни меня ни Ани. Потом собралась и ушла.

Когда Наталья ушла, Аня сказала:

— Хорошо ты её отбрил, артистка ещё та.

— Да у неё это называется работой. И если ей приказали бы лечь под меня, то поверь она нашла бы способ это сделать, но ты тоже ведь раскусила её?

— Да, ты знаешь, я ей почему то в её влюблённость в тебя не поверила. Я слышала ночью что она ходила по комнате. Так что надо с ней держать ухо востро и меньше нам говорить о чём либо в непроверенных местах и закрытых помещениях, а то ещё подслушают.

— Да пусть слушают. В этой квартире самое интересное для них наверное будут наши ночные оргии и слегка щипнул её за попку.

— Иди уж проказник в ванную приведи себя в порядок да позавтракаем.

Глава 37. Защита, выпуск. Олимпийский 1980 год

Наступил 1980 год. В СССР летом будет олимпиада. Сейчас все к ней готовятся. У нас выпуск в июне, а олимпиада в июле — августе. Мы как раз будем в отпуске. Нам с Аней осталось сдать госэкзамены и защитить дипломы. Дипломные работы я взял для себя тему в области Конституционного права за защиту прав и свобод граждан Ане выбрал тему в области более узкой специализации по Уголовно — процессуальному законодательству и уголовному праву в сфере доказательств и форм вины. Вся научная база этого времени и будущего у меня была в компе. Я в новогодние каникулы смотался на пару дней и всё скачал оттуда, переснял с экрана ноутбука, чтобы потом перепечатать. Что потом и сделал. Нашёл в одном убогом заведении машинистку, заплатил за перепечатку, а перед этим мне пришлось по всем фоткам текста чёрным чернилом затушевать, аббревиатуру из будущего. В общем готовые дипломные работы были на высшем уровне со ссылками, рассуждениями и предложениями. Когда мы с Аней сдали дипломные работы своим научным руководителям, то через неделю нас обоих вызвали в деканат где начальник института сказал:

— Вашими работами заинтересовались не только мы. Мы показали работы в Верховном суде, Юстиции, генпрокуратуре и там однозначно сказали что эти работы достойны для защиты звания кандидатов юридических наук. Так что во время защиты у нас будет заседать одновременно и научная комиссия. Готовьтесь.

Аня мне сказала:

— Сань, но я ведь не всё толком понимаю.

— А давай мы вместе ещё раз пройдёмся по твоей работе. И я тебе помогу разобраться. Ведь могут быть дополнительные вопросы. Какие именно я предвижу. Поэтому не боись. Зато на новое место работы мы придём кандидатами наук.

На том и порешили.

Защита дипломов и кандидатских работ прошла на УРА, Аня тоже не подвела, а потом был выпускной бал. Мы с Аней получили дипломы с отличием и дипломы кандидатов юридических наук.

Выпускной бал был открытым. Были приглашённые. Приехали и наши родители, Аня получила офицерские погоны лейтенанта юстиции. Ну, а я уже был старшим лейтенантом только дипломы добавились. После выпускного бала все разъехались по отпускам, а там согласно распределений. Я с Аней, как мы этого и добивались, получили направление на службу в военную прокуратуру нашего Майского военного гарнизона.

По приезду домой я с Аней дня два обустраивались в теперь уже нашем доме. Нам помогали наши родители Анин отец получил звание полковника милиции. Служба у него шла хорошо. Не зря я ему помогал Анин брат закончил школу милиции и служил тут же в городском отделе. После обустройства в доме я решил наведаться в свой теперь отдел военной прокуратуры. Взял с собой Аню, наши все дипломы и направления и пошли к военному прокурору для представления. Здание военной прокуратуры так и не построили, хотя штат увеличили. Сидят теперь ютятся в кабинетиках. Вообще здание прокуратуры почти в два раза меньше чем отстроенное мной здание мельницы. Я тут подумал, что если большие залы поделить на кабинеты, то с каждого зала получилось бы минимум шесть просторных кабинетов. Может предложить военному прокурору этот вариант. Мне по сегодняшнему времени всё равно до 1991 года не дадут оформить своё дело в виде ресторана или гостиницы. Та что 10 лет здание будет пустовать. Вот с этой мыслью я с Аней и зашёл в кабинет военного прокурора и мы представились о прибытии.

На что военный прокурор осмотрев нас с ног до головы сказал:

— Я рад, что такие выпускники пришли к нам в военную прокуратуру, красно дипломники, кандидаты наук. У нас здесь только я кандидат наук. Больше нет.

Теперь прибавилось. С Вами я лично не знаком, я здесь всего один год. Так что будем вместе служить, работать. Работы много. Военный гарнизон увеличился в два раза. От Одессы до Николаева мы здесь единственная военная прокуратура в этом районе. Воинских частей много, различных родов войск. Особая сложность — это секретность некоторых воинских частей. В отношении Вас есть мысль Вас, Аня назначить на должность помощника военного прокурора. Таких должностей у нас сейчас пять. Будете подчиняться старшему помощнику военного прокурора. Специфика работы разная от проведения различных проверок до поддержания обвинения по уголовным делам в военном трибунале. В отношении Вас, Александр, есть мнение назначить на должность старшего следователя. С Вашими знаниями Вы потяните и справитесь. Специфику разъяснять не буду— знаете, а пока можете отдыхать в отпуске. Вопросы есть?

— Есть не вопрос, а предложение. Разрешите озвучить?

— Во, что — то новенькое. Ну давай предлагай.

— Я вот посмотрел в каких условиях Вы работаете. Вам что ничего не обещают?

— Обещали здание построить, но пока всё затихло. Сейчас всё брошено на олимпиаду, а потом после неё как минимум ещё года три — четыре ждать.

— А если я Вам предложу практически на безвозмездной основе занять отличное здание, только коммуналку платить будете сами.

— А что это за здание что я не знаю? Я вроде бы в городе всё пересмотрел?

— Ну Вы смотрели собственность государственную, а я Вам предлагаю личную, свою собственность. Вы отстроенное здание мельницы видели? Как подойдёт?

— Но это же Ваша собственность.

— Но она стоит без дела, а мне и на работу идти одну минуту, через двор. Там в залах только перегородки для кабинетов поставить да электричество дополнительно провести. Фактически на каждый кабинет будет по большому окну. Размер кабинетов стандартный получится где — то метров двадцать квадратных на один. Там также есть три малых зала, их можно тоже по полам поделить, а один целый под Ваш кабинет пустить Да ещё есть второй этаж.

— Ну если так стоит вопрос, то я собственно не против. Ты подготовь проект договора на, аренду, а кто перестраивать будет?

— За это не переживайте. За две недели сделает моя бывшая строй бригада. Пока я буду в отпуске всё сделают. Единственное мебель будет нужна.

— За это не переживай. Я напрягу городские власти и воинские части. Спасибо. Не ожидал.

— Да ничего. Нам же вместе работать. Разрешите идти?

— Иди, отдыхай.

На этом мы с Аней сдали в кадры наши документы и пошли домой, а по дороге к, автобусу я сказал Ане:

— А не пора ли нам, дорогая моя, помощник прокурора приобрести нам по, автомобилю. Сейчас вон новые модели жигулей пошли? Какие будем покупать?

— Естественно хорошие и последней модели ВАЗ 2105. И давай этим займёмся прямо сейчас. Мы в оба в форме, представительные, а Герою Советского Союза не откажут. У него же льготы есть?

— Давай — ка я зайду в горком партии, там мой бывший секретарь горкома комсомола сейчас первый секретарь, поинтересуюсь у него. Ты со мной?

— Естественно с тобой.

И мы пошли в горком партии. Где нас привели к кабинету первого секретаря. В приёмной секретарь пошла доложить о посетителях. И через минут сам первый секретарь вышел с распростёртыми руками:

— Какие люди! Весь при параде! Прибыли домой на совсем?

— Да на совсем. Будем с женой служить в военной прокуратуре. Военному прокурору представились уже. Я зашёл по щекотливому вопросу. Мы с женой решили купить две машины ВАЗ 2105. Поможете?

— Ну тебе как Герою и так без вопросов выделим. Есть у нас резерв. Ну, а для жены я лично попрошу директора магазина. Он мне не откажет. Вот прямо сейчас и позвоню.

И он стал звонить по телефону. Дозвонившись объяснил суть вопроса, а потом не сказал:

— Всё решено, хоть сейчас идите забирайте. И когда найдёшь время зайди ко мне есть разговор. Хорошо?

— Мы завтра в отпуск поедем на две недели. После отпуска зайду.

— Вот и хорошо. До встречи. Я рад что ты вернулся.

Глава 38. В несостоявшийся отпуск на новом, автомобиле. Олимпийские хроники

Мы с Аней сразу поехали в директору магазина.

Директор нас уже ждал. На выбор в магазине ничего не было, но машины стояли в крытом складе — гараже. Там их было пять штук. Мы с Аней взяли двух цветов тёмно — синяя и тёмно — зелёная. Синюю Ане, зелёную мне. Деньги мы по дороге сняли с моей сберкнижки. И домой вернулись на двух, автомобилях. По дороге мы заехали на городскую СТО где за отдельную плату нам сделали текущий техосмотр, надели купленные чехлы на сидения. Можно хоть сейчас в путь. По дороге сначала заехали к Аниному отцу, который увидел на новеньких машинах обалдел, но потом дал команду в ГАИ чтобы машины зарегистрировали и выдали номерные знаки. Уезжая мы пригласили его с семьёй вечерком обмыть покупки. Завтра точно не получится уехать в отпуск. Надо ещё решить вопрос со строй бригадой на перестройку здания мельницы.

Вечером у нас собрались тир семьи— наша и наших родителей. Посидели, отдохнули, повспоминали. Мы рассказали о наших новых должностях и о переезде военной прокуратуры в здание мельницы.

На следующий день я встретился бригадиром. Обсудили объём и сроки работ и размер оплаты за работу. Вот теперь можно и ехать в отпуск. Поедем на одной, моей, машине. Решили отдохнуть в Крыму. У нас там в Ялту распределился однокурсник по институту. Поможет. Тем более он приглашал в гости.

Рано, около 7 утра часов мы выехали из дома. Ехали не спеша, получая удовольствие. В Николаев не заезжали объехав его, но на выезде за пределами города нас тормознули гаишники и попросили меня пройти на стационарный пост ГАИ. Я зашёл на пост и мне дали телефонную трубку. Меня это удивило, но я взял трубку и услышал голос моего теперь уже бывшего начальника института, генерала:

— Здравствуй, Александр. Извини, но действую не по своей прихоти. Я знаю что ты в отпуске, но «стране срочно понадобились герои»— сказал генерал с сарказмом— Я знаю твои знания по поводу распознавать неизвестные языки и понимать их. Так вот дана команда Генеральным секретарём по всей стране срочно найти таких знатоков и я вспомнил о тебе. Я думаю тебе это со временем пойдёт на пользу. Так что вернись на пяток километров и заедь на военный, аэродром там тебя будет ждать самолёт и доставят куда надо.

— Я понял. Возвращаюсь. Жену с собой можно взять? Олимпиаду посмотрит. Квартира в Москве у нас есть. И моё новое руководство предупредите.

— Думаю что жену взять можно, а руководство твоё в курсе уже.

И я вернувшись к машине «обрадовал» жену:

— Мы срочно едем на олимпиаду. Приказ самого Генерального!

— Ну я чего то и ожидала. Не дадут нам отдохнуть. Ты то зачем им нужен?

— Знаешь любимая, я тебе не всё ещё рассказал. Дело в том, что в Афгане, после контузии и провала под землю у меня появились странные способности распознавать иностранную речь и даже говорить на ней, иногда даже не понимая что это за речь или что это за язык.

— И сколько ты языков знаешь?

— Не знаю точно, но пробовал уже на 16 языках.

— Охренеть!

— Вот, вот, я тоже так думаю, но что делать с этим я не знаю, но надо ехать на военный, аэродром. Вот только машину где поставить?

— Да давай к ментам поставим да и всё, а потом заберём. Или вон отцу позвоню он даст команду и машину перегонят. Поехали. Только вот мы одеты не для церемоний, а скорее для пикника.

— Да ничего. В Москве купим.

По приезду на военный, аэродром нас посадили в транспортный самолёт и мы через два часа были в Москве. На, аэродроме нас встречали, Аня уехала на квартиру. Договорились созваниваться по вечерам после 21 часа, т. к. не знаю графика своей работы и в чём она будет заключаться. Меня повезли в ген. прокуратуру, где со мной встретился зам. прокурора и объяснил суть задачи. Мне надо будет на период всей олимпиады находится в окружении Брежнева и остальных первых лиц при официальных и не официальных визитах и приёмах, а перед этим со мной и ещё с десятком таких как я проведут инструктаж и проверку знаний языков и способностей перевода. И меня отвезли в министерство иностранных дел к остальным таким же «участникам смотрин». Я думал у нас в стране есть специалисты, но мне потом разъяснили что нужны узкие спецы по редко встречающимся языкам и наречиям. В течении дня нас проверяли на знание языков. Я хоть узнал все свои способности. У нас в стране знали чуть больше двух десятков иностранных языков, не считая языков народов СССР. По ним меня тоже начали проверять, но потом закончились спецы, которые могли бы меня проверить. Получается я «переплюнул» всех. Поэтому мне сказали, что я буду непосредственно находится у первых лиц. Остальных тоже распределили по различным ведомствам. Меня приодели в гражданскую одежду согласно рангу. Звезду Героя и орденские планки сказали убрать. Ну да! Нечего выделяться! У нас только одна «Звезда Экрана». Я понял это своевременно и не возникал. «Дорогого Леонида Ильича» у нас в стране никто не перещеголяет по количеству золотых звёзд и наград. Мне определили в районе резиденции Генерального секретаря комнату со всеми удобствами, где было всё. Определился с начальником охраны по нескольким знакам и способам их подачи в случае крайней и экстренной необходимости в период работы чтобы не привлекать внимание. И работа началась с завтрашнего дня, так как на участие в Олимпиаде—80 начали прибывать как сами спортсмены из разных стран мира, так и представители руководства этих стран, так и сами руководители, президенты, генеральные секретари и прочая, прочая, прочая….

Особого напряжения в работе я не чувствовал. По мимо меня тут ещё были и официальные переводчики. Я так сказать был на подстраховке, с блокнотом и ручкой, которые мне так же выдавали на каждую встречу новые, а потом забирали.

Были официальные встречи. Были неофициальные встречи, но были и личные встречи инкогнито. Вот на этих встречах инкогнито было с нашей стороны всего три человека— сам Леонид Ильич, его помощник, он же наверное и охранник и я как переводчик.

Встреч было много, иногда с одними и те же людьми по несколько раз на день.

После открытия олимпиады Брежнев продолжал общаться с руководителями стран и их представителями.

На одном таком неофициальном приёме с представителем Уганды, страны Центральной Африки во время беседы руководителей стран, а разговор шёл на, английском языке, переводчик или кто он на самом деле был этой страны вдруг что — то зашептал своему представителю на ухо и при чём на языке народов банту, я так понял это был язык народностей или племени сога в перемешку с языком гису. Так вот они между собой обсуждали как у Брежнева выманить оружия побольше и подсунуть нам в качестве оплаты низкосортные, алмазы, которые по первоначальному виду очень похожи на высококачественные, т. к. для определения их качества нужны специальные реактивы, которых в СССР нет. Я тут же подал тайный сигнал. И через пару минут Брежнев по сигналу помощника объявил десяти минутный перерыв. Когда делегации разошлись по своим, апартаментам, меня вызвали к Брежневу где был начальник охраны, представитель МИДа и я рассказал что мне удалось узнать. На что Брежнев матом обозвал их жуликами и сказал:

—, а ведь это была итоговая встреча. Мы уже хотели подписать многомиллионный контракт на поставку оружия. Хрен им! Пусть платят золотом, а не своими стекляшками. Уж золото мы на качество сможем проверить. Молодец! И похлопал меня по плечу, а откуда языки их племён знаешь?

— Природные способности, которые я развиваю.

— Ну ладно. Закончим перерыв, а в конце когда будем обсуждать форму оплаты ты им скажи что — только золотом, чтобы не подать им вида что знаем языки их племён. Сохраним это в секрете.

Под конец переговоров я объявил этим угандийцам о виде оплаты. На что они между собой начали говорить что русские, если дословно то «хитрожопые» и что придётся платить как они сказали. И тут я понял, что понимаю ход их мыслей даже когда они молчат и только думают. Это что — то новое у меня появилось. Надо будет разобраться как это я угадываю или читаю их мысли. Это наверное последствия моего общения со статуями божков в Афгане.

После ухода этой делегации я ещё раз дословно сказал их слова Брежневу. Тот только улыбнулся.

Аналогичная ситуация была и с представителями южной Африки— Зимбабве. Те тоже сначала говорили на, английском, а потом обсуждали между собой на языке шона туземских племён. Хотели из СССР выклянчить медикаментов и денег, чтобы их потом не отдавать. О чём я сообщил немедленно.

Представители восточной Африки, негры консайских племён говорили между собой на смеси языков племён хехе, шамбала и куриа, говорили не стесняясь, при этом говорили что русские ничего в наших языках не понимают и высказывались не в лучшем варианте, о чём я доложил Брежневу. И тот послал этих негров далеко и надолго и никаких договоров с ними заключено не было.

Больше ничего особого до конца олимпиады по моей линии не произошло, но мне было приятно, что я выел на чистую воду три делегации, а по двум заключены много миллионные контракты.

По окончании олимпиады, нас переводчиков собрали снова и поблагодарили за хорошую работу. Сообщили что по результатам работы в период олимпиады будут приняты положительные меры поощрения.

Мне так это выражение понравилось так и хотелось спросить «А что есть еще не положительные меры поощрения?» Но промолчал. Нам выдали проездные документы и мы разъехались по домам. Та что 5 августа я уже был свободен и даже может можно будет съездить всё — таки в Крым. Я приехал домой в нашу квартиру, где меня уже заждалась, Аня. Мы быстро всё тут позакрывали, я отдал ключ от квартиры соседям чтобы присматривали, оставил им денег с запасом для оплаты коммуналки и мы выехали поездом домой. Жигули мои забрал тесть из Николаева. Так что прямиком домой.

Глава 39. Домашние и рабочие хлопоты

Приехав домой, мы на следующий же день выехали в Крым на недельку. Больше не могли, т. к. надо было организовать переезд военной прокуратуры в здание мельницы, которую, пока я был в Москве, уже перестроили под кабинеты.

В Крыму мы заехали к однокурснику в Ялте, где собственно и остановились. Он нам выделил отдельно стоящий флигилёк в 100 метрах от моря и мы вдоволь отдохнули и накупались. И через неделю вернулись домой.

По приезду я зашёл в военному прокурору и сообщил что можно переселяться, а это здание надо отремонтировать и так же использовать под нужды прокуратуры. На что прокурор сказал:

— А мы сделаем ремонт и сдадим часть здания в, аренду Суду Военного Трибунала. У них тоже бедственное положение с размещением. Могут сделать зал в здании для закрытых заседаний военного трибунала, а с завтрашнего дня я подключу воинские части и военную комендатуру чтобы помогли с переездом. Думаю за день — два управимся. Тебе и жене выходить на работу через четыре дня. Так что выйдете уже в своё так сказать здание. У меня сразу для тебя есть один так сказать «глухарь» — хищение с особо важного объекта. Выйдешь ознакомишься, возьмешь к своему производству. Может что и нароешь. Хотя подозреваемый есть, но как то всё там хлипко. Следак наш мне по ушам трёт что доведёт, но что — то я ему не верю. Ну давай, отдыхай.

И я ушёл домой. Дома мы с Аней походили по гостям. Я зашёл домой к Вовчику— своему школьному другану. Пока я с Аней учился в военном институте, Владимир учился в каком среднем военном училище, где выпускают техников — лейтенантов. Там учится три года. Так что Владимир на год раньше меня закончил училище и вернулся в наш город и служит в одной из воинских частей. Пока мы учились, то практически не общались. Наши учебные заведения находились в разных городах поэтому мы и не виделись. Вот сейчас решил зайти пока время есть, а то потом работа, служба и опять не увидимся. Я подъехал на своей машине к нему домой. Он жил в своём доме вместе с родителями и пока не женился. Я позвонил в дверной звонок. Из дома вышел отец Владимира и узнал меня, обнял меня и мы зашли в дом. Я спросил:

— А где Володя?

— Как где? На службе.

— Ах, да! Это я же в отпуске, а сейчас середина недели. Ну как вообще?

— А ты за Володю что ничего не знаешь?

— А что я не знаю? Последние пол года я с ним вообще не общался. У меня защита диплома, затем Олимпиада, где мне пришлось поработать. Некогда было.

— Так Володю сейчас военная прокуратура таскает по допросам. Его отстранили от службы, по специальности не используют, сейчас выполняет работу — куда пошлют, избрали меру пресечения — подписку о не выезде.

— А с чем это связано?

— Да там какое то тёмное дело. Володя говорит что его подставили и во время его дежурства было что — то ценное похищено. Ну ты же Володю знаешь. Не мог он ничего украсть. Кстати, а ты где служишь? Володя говорил что на военного юриста. Ты у нас в городе будешь служить? Может что узнаешь по Володиному делу. Я тебя очень прошу.

— Да я действительно буду служить в нашем городе. Более того, я по должности буду старшим следователем военной прокуратуры. Выхожу на службу через два дня. Так что думаю, что узнаю. Пока ничего обещать не могу. Я помогу разобраться. Вы сильно не переживайте.

— Спасибо тебе, Саня.

— Пока не за что. Я пойду. Передавайте Володе привет и пусть он вечерком ко мне домой заглянет. Хорошо?

— Я передам.

И я ушёл домой. Интересно, уж не это ли мне дело хочет дать прокурор?

Дома я занимался тем, что в здании мельницы, теперь военной прокуратуры, я выбрал себе угловой кабинет с двумя окнами— одним с видом ко мне во двор, другое с видом на центральный вход искоса. Я специально выбрал этот кабинет. Во первых он находится под одной из башен второго этажа и там есть винтовая лестница с выходом в зимний сад. Для меня так удобно. Их опыта прошлой жизни, знаю, всегда нужно страховаться, тем более при моей работе, а с зимнего сада я могу попасть в летнюю крытую беседку, а от туда в грот, а из грота в реку. Хочу ещё проверить установленные по периметру внутри здания мини видеокамеры. При ремонте я их снял, а потом поставил обратно. Пусть стоят на крайний случай. Они просматривают два коридора, зал заседаний и один кабинет получился— это мой. Вот и хорошо. Так вот в свой кабинет и кабинет прокурора я заказал мебель на заказ, потому что — тот ширпотреб что делают он ужасен. Обставил два кабинета. В кабинете прокурора получился большой зал— это основной кабинет размером 5 на 6 метров и малая комната 3 на 4 метра с дверью из его кабинета, так сказать для отдыха. Заказал в обе комнаты столы, стулья, шкафы, диванчик в малую комнату. Купил себе, ему и Ане по холодильнику и очень дефицитные оконные Бакинские кондиционеры и ещё три — родителям и себе домой. Всё это вышло в две тысячи пятьсот рублей плюс доставка и установка. Заказал ещё три штуки про запас. Пригодятся. Они хоть и шумные но долговечные. когда — то ещё у нас появятся маленькие и бесшумные?! По изгалялся и купил телевизоры, электрочайники, чайные сервизы. Для жены я тоже оборудовал кабинет на высшем уровне. Ведь работать будем в одном учреждении. Наверное надо ещё пару кабинетов улучшить — для Аниного начальника и для своего непосредственного начальника следственного отдела. На всех покупать не собираюсь.

Закупил себе и жене в книжном и канцелярском магазине всего по немного — новые печатные машинки, а то выдадут разбитые и мучайся с ними, бумаги, копирки и всего по мелочи. В общем подготовил себе и Ане рабочие места. Ключи от наших кабинетов никому не отдавал. Завтра заезд всего личного состава в новые кабинеты. Сегодня ещё придут связисты и установят телефонную связь По одному телефону спаренных на два кабинета. Я свой телефон спарил с Аниным, чтобы меньше слушали. Мог бы по изгаляться и установить отдельные номера, но не стал. Для служебного, автотранспорта, а у нас их два, было выделено место во дворе мельницы и там сделали бокс на три, автомобиля, а в самом здании мельницы ещё сделали комнату вещественных доказательств. По моему «рецепту» установили сигнализацию привязанную к телефонам. Вроде бы всё продумал. Тут в метрах трёхстах не доезжая до мельницы стоит продовольственный магазин и столовая для работников железной дороги— есть такое подразделение как ПС — путевая часть, которая ремонтирует железно дорожное полотно, ж.д. мост через реку. Там штат работников очень большой, поэтому я встретился с начальником ПЧ и договорился, что они за плату будут кормить обедом работников военной прокуратуры, а нас не много и не мало, а 25 человек. Я попросил чтобы нам выделили отдельную комнату, если такая есть и оборудовать её четырьмя столами и стульями, на что начальник ПЧ сказал что комната есть, но нет столовой мебели, её купить надо. Я ему дал денег и сказал чтобы всё было приобретено и там я решил чуть позже тоже поставить кондиционер. В общем мы нашли общий язык. Тем более он обо мне слышал и знал кто мой тесть.

Глава 40. Володины проблемы. Первый рабочий день

Вечером, около 20 часов я приполз домой, Аня с упрёком:

— Ну где ты целый день ходишь. Видела что бегал по мельнице.

— Ну так для тебя, родная готовил кабинетик уютный да и много кое — чего надо было успеть. Ты приготовь ужин с запасом, через полчасика подойдёт друган Володя, надо обсудить его серьёзную проблему. Он служит в одной из частей и ему сейчас следак из наших «шьёт дело».

— Да ты что?

— Вот — вот. И ещё — я тут по случаю достал кое какие приборчики, но об этом молчок, это видео наблюдение. Так я поставил в кабинете себе и поставлю тебе завтра для подстраховки. Так что не обнимайся ни с кем в кабинете, а то увижу.

— На что, Аня щёлкнула мне ложкой по лбу, она как раз накрывала стол.

И тут подошёл Володя. Мы обнялись и я пригласил к столу. Я сказал:

— Давай спокойно поужинаем, а потом поговорим.

— Да я не против. Слушай, я знаю что ты получил звезду Героя СССР, а можно посмотреть её, а то видел только фотке.

— Ань, вынеси мой парадный китель с наградами.

Когда Володя увидел все награды то он мягко сказать обалдел и сказал:

— И с такими наградами какого ты забыл у нас в городе?

— Ты знаешь Володя, я хочу спокойной семейной жизни и спокойной службы. Веришь я последний месяц провёл в окружении Брежнева. Посмотрел и понял — лучше домой. Ну да ладно обо мне. Теперь рассказывай что у тебя за проблемы.

— Ты знаешь, после окончания училища я приехал служить к нам в город. Я по образованию воентехник. И меня направили служить в новую воинскую часть, где есть секретный объект, где есть и малый караул по охране этого объекта. Я на нём проверял электрическую и механическую часть, так что вход по допуску был. И я был включён в список офицеров заступающих два раза в месяц начальником караула по охране этого объекта. Караул с огнестрельным оружием. Там три поста. Много рассказывать не могу это секретная информация. В один из дней, почти два месяца назад, я заступая в караул при принятии объекта обнаружил небольшое повреждение пластилинового оттиска пломбы, но мы со старым начальником караула посчитали что пломба от жары немного поплыла. Перепечатали её и всё, а потом через три дня была комиссия на объекте и выявили серьёзную недостачу одного охраняемого объекта. Началась проверка всех и выявился факт повреждения пломбы, о котором я не доложил. И вот теперь следак требует чтобы я сознался в краже. Он вообще идиот. Как таких держат в Вашем ведомстве?

— Ну Володя дураков везде хватает.

А сам внимательно смотрю на него и читаю его мысли:

Володя думает: " не верит мне Санька, думает, наверное, что я скурвился и решил ракетное топливо стащить и себе в мотоцикл залить»

— Ты Володя, наверное, думаешь что я тебе не верю, но давай так. Я выйду на работу и скорее всего это дело передадут мне. Никому на службе не говори что ты мой друг. И отца предупреди, чтобы лишнего не болтал, а то дело у меня заберут. Понял? А я обещаю что разберусь.

— Хорошо. Обнадёжил.

— Ну вот и хорошо. Если что, то я тебя вызову и делай вид, что мы не знакомы, а теперь давай чайку попьём.

Мы попили чайку. И потом Володя ушёл домой.

На следующий день я с Аней одев повседневную военную форму с погонами и всеми регалиями пошли на службу, пройдя через двор дома. Вышли чуть раньше, чтобы открыть здание и вручить все ключи солдату военной комендатуры заступающему на пост на проходной, а через 15минут, к 9 часам начали подходить все остальные сотрудники военной прокуратуры с её руководством. 09 час. 10 минут прокурор объявил сбор в зале для расширенных совещаний. Когда все собрались, прокурор представил меня и Аню как новых работников военной прокуратуры в соответствии с нашими должностями. Некоторые увидев у меня на кителе звезду Героя СССР и орденские колодки улыбались. Среди некоторых, а точнее двоих я прочёл в мыслях:

— Один старлей думал: " Пижон, думает если повезло в Афгане, то и тут прокатит. Обломаем.»,

— Второй подумал: " Ну, ну. Посмотрим что ты за птица. Если здание твоё, то это ничего не значит»

— А ещё секретарша, прапорщик подумала: ", а он ничего, симпатичный, жалко что женат, а жена то фифочка наверное ещё та»

По остальным я мысли прочитать не успел, т. к. прокурор предложил сесть на место. Потом прокурор по списку распределил оставшиеся кабинеты и сказал:

— Крымов, Жуков, Соловьев — после совещания зайдите ко мне.

Жуковым оказался старлей у которого я успел прочитать мысли, а Соловьев был моим прямым начальником — начальником следственного отдела. И мы после совещания зашли в кабинет прокурора, где прокурор дал распоряжение:

— Всему личному составу привести кабинеты в порядок. После завтра к нам из Киева приезжает проверка. Привести дела в порядок. Соловьев и Жуков оформите и передайте дело по хищению ракетного топлива Крымову. Пусть он попробует зубы об него поломать. Все свободны кроме Крымова.

Когда мы остались одни прокурор сказал:

— Спасибо за мой кабинет и здание в целом. Всё просто отлично. Ознакомься с делом, если надо съезди на место, в воинскую часть. Первую форму допуска к гос. тайне сегодня оформи в канцелярии и мне на подпись, там же получишь служебное удостоверение. После уезда комиссии доложишь свои мысли по этому делу. Особо не загружаю пока. Вливайся в коллектив. Со следующего месяца будешь включён в график дежурств в суточную группу военной комендатуры от военной прокуратуры. У нас по штату шесть следователей и три старших следователя. У каждого старшего номинально в подчинении два простых следователя. Так что с твоим опытом и знаниями подучи их. Супруга твоя в отделе помощников прокурора. Их тоже девять. Прокурор, три зама, секретарь, водитель, архивариус. Вот и весь коллектив. Так что удачи на новом месте службы, а пока можешь идти.

Глава 41. Первое дело. Комиссия с «плюшками»

Получив уголовное дело от Жукова, стал внимательно его изучать, от корки до корки. Как говорят, адвокаты. С первых же листов дела стало понятно, что следователь пытается как говорят «притянуть за уши» лицо к статусу подозреваемого. Никаких доказательств в отношении, Володьки не было. Только то что была обнаружена смазанная печать. Последняя ревизия на складе была 1,5 года назад, то есть Володя ещё не служил в этой части, акт ревизии был формальным. Зам. командира войсковой части по вооружению в ответственности которого был этот склад, ничего вразумительного при допросах не показал— типа— не знаю, не помню, и т. д. Свидетели тоже самое показали. Осмотр места происшествия, самого склада сделан поверхностно. Да! Надо начинать с нуля. И я на следующий день поехал в часть. Командир части, подполковник, меня встретил не приветливо, а я все награды снял и на выезды не одевал. Пусть думают, если лично не знают— покрутится следак и уедет. Начал я с повторного осмотра склада. Показал командиру форму допуска и он меня с начальником караула и начальником склада отвели на склад. Склад, как склад. Сделан из листового железа. Особо не укреплён снаружи. Я обошёл его дважды по периметру. Все следы если они и были, давно затопчены и убраны, но всё же я кое — что нашёл. Как я сказал, склад обшит листовым железом. Так вот, с тыльной стороны один лист был более новее что ли. Сначала он и в глаза не бросался, т. к. размер его 2–3 метра. И его видать искусственно ещё и состарили. Молодцы жулики. Знают дело, но вот с толщиной листов малость прогадали. Этот лист был в два раза толще. И перехлёст листов в одном месте отсутствовал. Да и шляпки гвоздей были другой формы и размера, но я вида не подал, а прошёлся с фотоаппаратом по всему периметру. Пусть гадают для чего. Затем я зашёл во внутрь склада, где в ряды были складированы сто литровые бочки с угрожающими надписями на корпусе.

Я спросил:

— Где стояла бочка, которая пропала?

Начальник склада ответил:

— Крайняя у дальней стены слева.

Я прошёл туда и стал осматривать. В двух рядах стояло одинаковое количество бочек, только в первом ряду крайнее место было пустым.

Я посмотрел на начальника склада и прощупал его мысли, а прапорщик думал: — «…ищи, ищи. Ни хрена ты тут не найдёшь. Тут всё мётлами давно заметено и убрано».

Меня это насторожило. Я попросил у командира части подозвать двух солдат в качестве понятых. Через пять минут двое прибыли. Я им разъяснил что они будут понятыми и попросил перекантовать две соседние, рядом стоящие бочки, аккуратно наклонив, на ребро. Всех попросил выйти из склада кроме понятых и отойти на три метра в сторону от склада. Когда бочки передвинули, то под одной из них я нашёл отпечаток обуви явно не, армейского образца и в пыли ещё нашёл пластмассовый ободок — фиксатор для шнурка чтобы кончик шнурка не растрёпывался. Я всё это изъял и сказал солдатам понятым:

— Сейчас мы пройдём на улицу вместе со мной, с тыльной стороны я укажу на один лист с разной толщиной и разными шляпками гвоздей. Это тоже зафиксируем. Ходить будем сами. Будут потом спрашивать, даже угрожать, то вы скажете что я ничего не нашёл и ничего не изымал. Имейте в виду, расскажете правду — получите за разглашение тайны по трёшке на нос. Я вас потом вызову допрошу в качестве свидетелей. Всё понятно?

— Так точно.

— Всё, подписывайте протокол осмотра и свободны.

Так начало есть. Теперь побеседуем отдельно с начальником склада и замом по вооружению. Просто для проформы. Всё равно ничего не скажут, но вот в мозгах их мне покопаться надо. Беседовать будем у меня в кабинете. Тут обстановка не та. И всех вызвал на после обеда в кабинет — в том числе понятых и Володьку, а перед этим я с каждым нашёл причину пообщаться в их кабинетах и установил жучки с трех суточным запасом емкости батареек. Хорошо что они заряжаются. Здесь, в этом мире, таких ещё нет. Посмотрим что дадут эти жучки.

После ухода из части, я отъехал метров триста и включил смартфон на прослушку записей жучков. И буквально минут через пять в кабинете начальника склада раздались голоса прапорщика и зама по вооружению, сначала зама:

— Не нравится мне этот следак. У тебя всё убрано на складе?

— У меня то всё убрано. Когда деньги будут? Уже больше трёх месяцев за нос водишь.

— Не боись. Я тоже жду. Олимпиада помешала покупателям приехать. Ракетное топливо то экспериментальное и строгой отчётности. Сам переживаю. Стоит в гараже как бельмо. Хоть и прикрыто, но всё же. Думаю через месячишко когда всё утихнет, всё разрешится. Я со старым следаком вроде договорился потянуть «кота за хвост», но кто же думал, что следака сменят, а этот лох наш лейтенант такая удачная кандидатура на вора. Пусть оправдывается.

— Ладно подождём. После обеда вместе к следаку поедем. Надо прощупать его как старого следака. Не знаешь, кто он такой, что за перец?

— Нет не знаю. Ладно на месте посмотрим. Ты возьми там этого средства, подкинем куда — нибудь в стакан, пусть помучается на горшке.

«Вот суки!», мелькнуло у меня в голове. Ну я вам устрою. Надо скопировать, аудиозаписи и попросить у прокурора санкцию на прослушку, сегодняшним числом, чтобы задокументировать запись в качестве доказательства.

По сути, всё что нужно, я узнал. Теперь надо найти покупателей. Я думаю их можно расколоть. Сроки то не малые, вплоть до высшей меры — здесь то гостайна и шпионаж можно вменить вместо кражи.

И надо подготовить постановление у прокурора на обыск дома и гаража и с делать сегодня же, причём двумя группами. И я поехал к прокурору. Зайдя к нему в кабинет с его разрешения, я сказал:

— У меня есть все доказательства хищения и есть лица совершившие хищение и обнаружено место хранения похищенного. Нужно санкционировать обыска по двум, адресам и изъять похищенное и закрепить доказательства. Для этого нужна санкция на прослушку и обыска сегодняшним числом.

— Что — то ты быстро нашёл воров. Не поторопился с выводами?

— Нет не поторопился. Через три часа подозреваемые будут у меня в кабинете. За это время я процессуально всё оформлю. Нужна только Ваша санкция.

— Ну смотри, тебе виднее. Это твоё первое дело. Не подведи.

— Тут ещё одна неприятная ситуация вырисовывается.

— Говори. Чего кота за хвост тянешь.

— Тут наш следак Жуков подвязан к этим жуликам.

— Это точно? Точнее не бывает. Через три часа представлю, аудиозаписи разговора.

— Да! Дела. Значит так. Жукова я сейчас зашлю куда — нибудь в дальнюю часть, чтобы до вечера его не было пока мы тут будем всё оформлять. Можешь идти.

И я ушёл в кабинет готовить постановления на прослушку и обыска, а прокурор действительно заслал Жукова в дальнюю войсковую часть с каким то поручением, а мне сказал чтобы я группы сформировал из своей группы следователей.

Я записи перенёс на магнитофонную ленту. Оформил протоколами. Подготовил постановления на обыска и прослушку и подписал у прокурора.

В 15 часов все пришли. Я без лишних разговоров предъявил обоим— начальнику склада и заму по вооружению постановления на обыск и мы двумя группами выдвинулись по, адресам. На гараж поехал я. Прокурор решил присоединиться к моей группе. Мы произвели обыск в гараже, обнаружили бочку и изъяли её. В доме, кроме всего нашли валюту — доллары, хоть и не много, всего пять купюр по 100 долларов, но наверное этого хватит на расстрельную статью. И зам по вооружению сник и его начало трясти. Я вызвал скорую, чтобы ему укололи успокаивающего. По приезду в прокуратуру я вынес протокол задержания подозреваемого. И сказал:

— Теперь от тебя зависит, сможешь уйти от высшей меры или нет. Две статьи по особо тяжким государственным преступлениям. Пойдёшь на сотрудничество, можешь получить четвертак. И к пенсионному возрасту выйдешь, а там смотри может и, амнистия будет. Ну как, будем говорить?

— Да буду.

— Кто заказчик топлива, где и когда передача?

— Передача примерно через три дня. Завтра с утра к 8 часам контрольный телефонный созвон. Звонить мне будут домой. Передача в Николаеве в порту.

— Так. На телефоне будешь с нашими сотрудниками. Я тоже буду, а пока сейчас всё оформим протоколом.

После оформления его увели в КПЗ, а я зашёл к своему следователю где мурыжили прапорщика. Этот был упёртее, но я ему показал протокол допроса его соучастника и тот поплыл. У прапорщика тоже нашли дома кое — что — а это кое — что было двумя пистолетами и гранатой. Это в довесок к основным статьям обвинения. Так что преступление раскрыто и доказательства зафиксированы, а вечерком, в конце рабочего дня приехал Жуков. На него тоже дали показания. что — тот за энную сумму денежных знаков тянул расследование и хотел привлечь невиновного. На что ему прокурор сказал:

— Ты, мурло, повесил пятно на наш весь коллектив. Мы не хотим чтобы нас склоняли на всех углах да ещё к завтрашней республиканской комиссии. Поэтому показания на тебя мы уберём из протоколов, но ты сейчас же пишешь рапорт по собственному желанию и уезжаешь из города в течении суток. Все дела передать по описи в канцелярию сейчас же. Иначе я тебя законопачу лет на пять. Ты понял? Пошёл вон.

— Я всё понял, завтра с утра я уеду к родителям в Ровно.

Вот так закончилось моё однодневное расследование. Осталась чисто техническая работа.

Прокурор меня поблагодарил и сказал:

— Отличная работа. Завтра есть что комиссии доложить.

На завтра с утра к 8 часам был контрольный созвон, а через три дня заказчиков взяли с поличным при передаче груза, но это будет через три дня.

Потом наступило завтра.

После созвона, к 9 часам всех работников созвали в зале совещаний. С членами комиссии приехал зампрокурора республики— военный прокурор. Такого внимания к нашему ведомству никто не ожидал. Первоначально, наш прокурор в своём кабинете беседовал с членами комиссии и военным прокурором республики. О чём они беседовали нам не известно, но в зале заседания, когда все заходили наш прокурор показал мне с довольным лицом, большой палец вверх. Совещание началось с приятного. Военный прокурор Республики огласил Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении меня орденом Ленина и присуждении государственной премии за вклад в развитии Народного хозяйства и оборонной мощи СССР. И вручил мне орден Ленина и медаль лауреата гос. премии. Я такого не ожидал. Это наверное отголоски моих встреч с Брежневым и его заморскими коллегами. Кроме того военный прокурор сказал:

— Сегодня мне доложили, что Вы товарищ Крымов успешно завершили раскрытие и расследование особо важного государственного дела. Своими правами я Вам присвоил досрочно звание капитана юстиции. Приказ сегодня будет в Ваших кадрах. Остальные участники этого расследования так же будут поощрены по представлению вашего непосредственного руководителя.

Мне только осталось ответить:

— Служу Советскому Союзу!

После всего комиссия с нашим руководством уехали, а меня поздравляли мои коллеги. И мне пришлось всем сказать, что обмывание звания и наград состоится в плановом порядке. Все бурно захлопали в ладоши.

Через три дня пришёл приказ о награждении премией всех участников следственных действий, а нашему прокурору пришло звание «Заслуженный работник военной прокуратуры».

Глава 42. Служебные будни. Снова комсомольский вожак поневоле

На службе я решил обмыть с коллегами награды и застолье сделать в зале для совещаний с разрешения нашего прокурора. Мне пришлось заказать с десяток обеденных столов, стулья были. И хотел было попросить кого ни будь из столовой ПЧ чтобы нам сделали салаты, закуски, но, Аня и её коллеги женского пола сказали что они сами всё сделают, да ещё мамы обе помогут. Я с разрешения прокурора пригласил на застолье Аниных и своих родителей. Я с отцами занялся приготовлением шашлыка. К нам потом присоединился наш военный прокурор и как гость неожиданно приехал первый секретарь горкома партии. Мне он наедине сказал:

— Если Магомед не идёт к горе, то гора идёт к Магомеду. Ты почему не зашёл?

— Да в разъездах был и дел по горло, а что что — то важное?

— За столом скажу.

Пока женщины накрывали столы, мы с мужчинами у шашлыка приняли по пять капель коньячку. И тогда, так вот в тесном кругу— прокурор, первый секретарь горкома партии, я и отцы, на первый секретарь сказал:

— Есть мнение у нас в горкоме партии и оно поддержано в областном комитете партии сделать тебе товарищ Крымов предложение от которого ты не сможешь отказаться. Есть мнение назначить тебя не освобождённым вторым секретарём горкома партии, курирующего наш ленинский комсомол города, но для этого ты должен быть членом партии. Рекомендации даю я, ваш непосредственный начальник— прокурор и первый секретарь горкома ВЛКСМ, который тоже член партии. Всё ясно?

Мне осталось только по военному ответить:

— Так точно! Доверие оправдаю!

Вот и хорошо, а пока пошли шашлык кушать. Хорошо ты его готовишь. Где научился?

Ну не отвечать же что у меня минимум сорок лет практики жарки шашлыка. Не поймут. Поэтому сказал, что самоучка и подсмотрел когда был на Кавказе. Не оставляет меня моя комсомольская деятельность. От комсомольской нагрузки в прокуратуре отбрехался, а тут уж не получилось. Вот так началась моя работа, а через неделю меня приняли в партию КПСС и сделали вторым секретарём горкома КПСС.

Глава 43. Семейные радости. Тревожные перспективы

Прошёл первый год моей работы на новом месте. У Ани тоже всё хорошо получалось. В один прекрасный вечер мне, Аня сказала:

— Дорогой муженёк! что — то мы скучно живём в этих стенах. Ты не находишь?

А я сам прочитал её мысли понял что она хочет сказать о беременности. И сказал:

— Я тоже считаю что мы живём в этих стенах скучновато. Пора заводить семейный детский садик. Так что будем рожать?

— А откуда ты знаешь? Хотя последний год я стала замечать за тобой что ты всё наперёд знаешь. Это отголоски Афгана?

— Да дорогая, от туда.

— С тобой неинтересно стало. Никакой интриги. Никаких сюрпризов не получается.

— А я не люблю сюрпризы особенно если они неприятные, но ты исключение. Так кого будем ждать— мальчика или девочку или обоих сразу?

— Ну ты даёшь. Срок всего два месяца.

— Ну ничего подождём. Так что из одной спальни готовим детскую комнату с окнами на дубовую рощу. Завтра же переговорю с художниками. К рождению всё сделают. Надо сообщить родителям.

Что мы вечерком и сделали, пригласив их на ужин. Радости было море. Тесть сказал:

— Ну наконец то дождались.

И за рюмкой чая посидели ещё немного, а потом я сообщил ещё одну новость, которую не знал ни кто:

— С этого года я выдвигаю свою кандидатуру на судью военного трибунала. Мне это подсказал мой шеф и так и сказал, что я перерос свою должность. Надо идти выше.

Сказать что все были шокированы, не то слово. И тесть сказал:

— Судья военного трибунала назначается Президиумом ВС СССР, но я думаю, что ты пройдёшь, послужной список у тебя отличный, дай Бог каждому, да и горком партии тебя подержит. Так что желаю удачи, а, Аня пока дослужит и уйдёт в декретный отпуск, а дальше жизнь покажет.

И тут у меня что — то прорвало и я ссылаясь на талант своего предвидения и предсказания сказал:

— Теперь слушайте и запоминайте и главное не дай Б ог кому что скажите. Услышали, забыли, но выводы должны сделать сами. Если что я помогу. Вся обстановка в стране складывается не так как хотелось бы. Сейчас идёт какое то торможение или застой общества и страны в целом. Возможно, что наш партийный вождь уже стар и перемен не хочет. И его окружают такие же. Возможно обстановка в мире способствует этому. Ведь смотрите — Брежнев стар. Протянет год. Максимум два. Потом пойдёт борьба за власть и кресло и мы можем попасть в эту мясорубку, армия разлагается по тихонько. Это мы сами видим прокурорским оком. Преступлений в, армии стало в разы больше. Наша руководящая и направляющая роль Партии не справляется. Там тоже склоки. Поэтому надо уже сейчас думать как будем жить дальше. Если есть какие предложения, то можем вместе подумать. Вот Вам папа, — указал я на тестя, — обязательно надо продержаться до пенсии и поработать ещё лет десять. чтобы был запас лет на пенсию. Остальным родителям считаю нужно думать о начале своего дела. Сейчас может быть это пока не, актуально, но через годик второй посмотрите, пойдёт больше кооперативов и прочих видов частной деятельности. В связи с этим, активизируется всякая сволочь и бандиты, которые захотят поживиться за чужой счёт. Поэтому дорогому нашему тестю в первую очередь надо побеспокоиться о безопасности и защите всех родных и в том числе будущих внуках. Я много кое — что рассказал, но много мне ещё пока неясно видится, но основные моменты я вам рассказал. И ещё, не стоит откидывать в сторону, что на СССР будет давление со стороны государств про советской и пробольшевитской направленности, по сути врагов. Они то постараются раскачать Союз до беспредела. Может так статься что Советский Союз сохранённый в войне, развалят изнутри с помощью той же Америки, Польши и всяких других враждебно настроенных государств. Самая сильная республика это РСФСР. Она богата всем— и народом и природными ресурсами и прочее, прочее. Поэтому мы должны создать себе запасный плацдарм, куда мы могли бы уехать и там жить спокойно. Я предлагаю в первую очередь приобрести в России недвижимость в виде домов, квартир, зданий для своего будущего производства. Деньги надо со счетов расходовать. Перевести в недвижимость и драгоценности. По мере возможности, но это позже, завести счета за рубежом— в той же Швейцарии. Я помогу это сделать. И потом приобрести второе гражданство, а я пока буду двигаться по судебной линии, а потом лет через пять если всё не спокойно будет переведусь в судьи на территории РСФСР. Например Ростов, Краснодар. Ну что скажите дорогие родственнички?

Все молчали, но первой нарушила молчание, как ни странно, Аня:

— Ты знаешь, Сань, а я тебе доверяю. Я твоей интуиции не раз доверялась и она не подводила, а с учётом твоих знаний и умений, о которых здесь не все знают, ты предлагаешь верный путь решения возможных проблем. Я думаю ты будешь не против если я открою некоторые семейные тайны?

— Да нет, говори. Я считаю здесь чужих нет. И думаю язык за зубами все умеют держать. Иначе нас упрячут так далеко, и надолго, что даже боюсь предсказывать что — либо. Все согласны с условиями молчания и сохранения тайн?

Практически все в один голос тихо сказали одно слово:

— Конечно да!

Глава 44. Семейное повествование о былом и грустном и о планах на будущее

«Аня начинай, а я подправлю и дополню.»

И Аня рассказала всё что ей было известно от меня. И события в Афгане и мои способности к многим языкам и мои способности читать мысли и предсказывать будущее. Рассказ много времени не занял, а потом меня как прорвало и я решил открыться хотя бы частично и начал свой рассказ из того, что мне уже за 65 лет и как я оказался в своём теле мальчика с переносом на десятки лет.

После этих слов все мягко говоря охренели. И Аня тоже.

— Да, Аня! Именно так, пришло то время, когда я должен Вам всё рассказать. Мне по меркам будущего чуть больше 65 лет. Я знаю, что будет в далёком будущем и что будет в ближайшем будущем. Как — нибудь я Вам покажу доказательства, они у меня есть и много, но вот одно доказательство могу показать прямо сейчас и я достал из тайника смартфон и включил его и открыл файл с видеозаписью штурма Белого дома в Москве, войны в Чечне и на Донбассе, майдан в Киеве, видеоинформации о развале СССР. Все были в, ауте. И не могли ничего произнести. И я сказал:

— Больше надеюсь Вам доказывать ничего не надо. Да и не безопасно это. Если это кино станет известно кому либо ещё, то за наши жизни не дадут и ломанного гроша. Теперь всё понятно? Теперь при Вас я уничтожаю из памяти этого устройства, так называемого телефона — смартфона все записи этого кино. Даже если кто и захочет просмотреть, то нынешние технологии не позволят их воспроизвести.

Встал тесть и сказал:

— Спасибо дорогой мой сынок. Я очень рад судьбе что моя дочь — твоя вторая дорогая половинка, а с учётом будущих внуков ты и, Аня для нас самые дорогие. Я понял задачу минимум и задачу максимум. Если понадобится то я готов с твоей и моей семьёй переехать куда скажешь. Будем готовиться к худшему. Время ещё есть. Всех прошу соблюдать спокойствие и меры безопасности, а пока живём, работаем, как будто ничего не знаем.

И разговор даже между собой в кровати на эту тему не вести. Случайное слово для нас может быть смертельным приговором, а пока давайте хряпнем по соточке. Дамы принесите закуски.

Вот так прошёл у нас вечерний семейный отдых.

Глава 45. Три дня в размышлениях и планирование

За прошедшие три дня каждый из нашей семьи усердно думал и переваривал выданную мной информацию. Даже, Аня мало разговаривала со мной. Ходила по дому задумчивая, а вечером ложилась рядом на кровать на моё плечо и молчала. На третий день её прорвало. И не только её. Вся родня, в смысле три наши семьи снова собрались вместе. Я их понимаю. Трудно всё держать в себе. Я это пережил с момента попадания в своё тело и как сжился и привык. Хотя первоначально я скучал по моему прошлому — будущему. Ведь там тоже остались близкие люди. Хотя в последние годы мы мало общались, но я привык, а вот моим сегодняшним родным тяжело. За три дня не переваришь и не привыкнешь. Разговор начал тесть:

— Ты не хочешь попытаться попробовать что — либо изменить в судьбе великой страны?

— Нет, не хочу. У меня нет тех сил и средств, чтобы противостоять устоявшейся государственной машине и политической элите, партии. Меня в считанные дни, а то и часы размажут, а вместе со мной и Вас, а этого я не могу позволить. Я могу только защитить свои семьи, обезопасить их и обеспечить будущее нам и нашим детям. С Вашей помощью мы это сделаем. Вот теперь Вам надо выбрать где нам всё — таки выбрать место, страну где мы сможем спокойно выжить и жить дальше. Я, например, патриот. И не хочу драпать за рубеж. Хотя и там наверное мы смогли бы прижиться, но забыть всё прошлое мы не сможем и будет тяга на родину, к своим. Где бы мы потом не жили в республиках бывшего СССР, мы всегда будем иметь возможность приехать например сюда. Поэтому это самый первый вопрос— Куда?

Наступила тишина. И первой её нарушила Аня:

— Сань, я как ты. Ты больше знаешь. Мне с тобой везде будет хорошо, а нашим деткам мы сможем обеспечить нормальную жизнь. Как решат родители, я не знаю, но хотелось, чтобы мы были вместе или хотя бы поблизости.

— Я думаю, что надо начинать с получения нормальных мест службы и работы для всех без исключения. Здесь я могу поспособствовать, включая мои связи, знакомства и возможности и даже финансовые. Перспектива ближайшая для меня — узнать где есть например в Краснодарском крае вакантные должности по прокурорской линии и перевестись туда и там уже послужив постараться или укрепиться в военной прокуратуре на нормальной должности или попытаться занять должность в судьи военного трибунала. Для Вас папа— обратился я к тестю— постараться получить назначение или перевод в милицию Краснодарского края. Полковники милиции там на дорогах не валяются. Я наверное тоже смогу в этом посодействовать. Моим родителям вообще нет проблем куда либо уехать на новое место работы и место жительства. Потом мы сможем перетянуть и других членов семьи— брата, сестру и их семьи, если они захотят, но им карты открывать нельзя. Будет утечка информации. Поверьте мне. Перевод, переезд можно обставить ухудшимся здоровьем и рекомендациями врачей сменить климат. В этом я тоже могу помочь. Что скажете?

Мои родители промолчали практически, промолвив что полностью полагаются на меня.

Так что рулить мы будем с тестем в заданном нами же направлении.

Глава 46. Первые шаги в заданном направлении

В один день я пришёл на службу и зашёл к прокурору на приём и сказал:

— Надо поговорить по личному вопросу.

— Присаживайся, Александр, что стоишь как не свой, что за вопрос?

— Да это не вопрос, а вопросище. И Вам он, наверное, не понравится, но я обеспокоен здоровьем жены, а её здоровье может сказаться на её беременности и в конечном итоге на ребёнке. Дело в том, что врачи сказали жене немедленно менять климат и уезжать или в горы или в южную часть Чёрного моря или хотя бы в Краснодарский край где ни будь на побережье, а это значит мне и ей придётся менять место службы. Что посоветуете?

— Да! Задал ты мне не весёлую задачку. С одной стороны я тебя понимаю, а с другой стороны не хочется Вас терять как отличных работников. Я тут жене уже приказ готовлю на очередное ей звание, но дело ведь не в званиях. Ты спрашиваешь совета или содействия?

— Хотелось бы и того и другого.

— Ну если дело обстоит так, то Вам действительно надо перебираться на юг. У меня есть круг знакомств, в том числе и в Краснодарском крае. Ты мне дай пару дней. Я созвонюсь, переговорю, узнаю. Хорошо?

— Хорошо. Я сильно — то и не тороплю. Если что — то жену туда просто пока к знакомым отправлю, но не хотелось бы терять место службы. Уволиться всегда успеем.

— Ладно. Давай иди, я тебе сообщу на днях.

И я ушёл. И поехал к тестю на службу. Вызвал его и сказал:

— Я начал работу в заданном направлении. Если всё получится, то нужно решать вопрос с продажей домов. Хотя бы моего жилого дома, а со зданием мельницы как получится. Хотя жалко терять, но если на мне будет числиться как моё имущество, то не пропадёт, т. к. находится под защитой военной прокуратуры, но время у нас ещё много. Как только у меня что получится, то и Вам так через полгодика можно искать место и переводится.

— Ну что ж давай посмотрим что получится. И надо искать потом покупателей на дом.

Через три дня, меня в кабинет позвал прокурор и сказал:

— Я провентилировал наличие вакантных мест в военной прокуратуре по Краснодарскому краю. Есть два места — одно место зама военного прокурора по Новороссийскому военному гарнизону и место начальника следственного отдела в Ростовском военном гарнизоне. Я думаю что Новороссийск то что тебе нужно. Ростов не море и намного севернее. Да и должность высокая. Ты её потянешь и к тому же у тебя послужной список то что надо. Для собеседования тебе надо сначала съездить в Новороссийск к военному прокурору, а если там всё будет нормально то тогда чисто формальное посещение кадров военной прокуратуры Союза в Москве. Я с военным прокурором Новороссийска шапочно знаком, но он откликнулся положительно на мою просьбу. Так что после завтра он тебя ждёт. Завтра выезжай, а по поводу жены, это ты уже сам там как устроишься решишь. Там для сведения ещё есть отдел военной прокуратуры по морскому флоту, но он небольшой и подчиняется военному прокурору Новороссийска. В кадрах возьми копию послужного списка и дипломы. Награды одень, хотя бы Звезду Героя и орденские планки. Сам знаешь — встречают по одёжке……

И на следующий день я уехал при полном повседневном параде.

Приехав поздно ночью в Новороссийск, я поселился в гостиницу. Поспал четыре часа и к 9 часам пошёл в военную прокуратуру. В приёмной прокурора я сказал секретарше что мне назначена встреча и она доложила прокурору и потом меня запустила в кабинет. Я по уставному доложил о прибытии на собеседование.

Прокурор предложил мне присесть на стул, а сам стал смотреть послужной список. При этом качал головой. Ну да, там есть что посмотреть.

И потом прокурор произнёс:

— С такими данными Вам надо в Генеральной служить, а не у нас.

—, а я не хочу в Генеральной, там козырять надо на каждом углу, а я в своё время накозырялся. Хочется нормальной не паркетной службы. Хотя понимаю, что иногда и козырнуть надо. Да и моря там нет и климат там плохой.

— Да мне известна проблема твоей семьи. Ну что же я думаю что такой Герой нам нужен. Это не лесть это констатация факта. Звезда Героя, два ордена Ленина, трудовик, медаль, да ещё и лауреат государственной премии, не считая кандидата юридических наук. И не смущайся как красная девица. Ты это не украл, а кровью заслужил. Так что бери бумагу и пиши рапорт на перевод. На двойную должность зама — начальника следственного отдела, а представление на майора юстиции мы подготовим одновременно с приказом назначения на должность. Думаю месяц— полтора бумаги с личным будут ходить. Так что будем ждать, а с женой мы решим есть тут несколько должностей и для неё. чтобы в декрет уходила со службы.

— Спасибо большое.

— Всё. Можешь идти. В кадры генпрокуратуры потом вызовут и дадут предписание.

И я ушёл с легким сердцем. Домой я летел как на крыльях. По приезду и Ане и тестю сообщил о результатах. Все были рады. Зашёл к прокурору и сообщил о результатах. Он поздравил меня и сказал чтобы я написал рапорт на отпуск, так мне много кое — чего решить надо, в том числе и с жильём, а потом спросил:

— Надеюсь нас не будешь выгонять с мельницы?

— Ну что Вы! Работайте спокойно. Пока я владелец, никто за меня ничего решить не сможет. Мы можем даже на крайний случай оформить долгосрочный договор, аренды, например до 01.01.1990 года.

На что прокурор сказал:

— Вот как раз до моего дембеля, а там пусть хоть трава не растёт.

И так хитро улыбнулся. Я не понял что он имел в виду, но не стал уточнять, а договор на следующий день я подготовил и мы его подписали. И я ушёл в отпуск. В отпуске я разместил объявления о продаже дома, но на следующий день меня вызвал прокурор и сказал:

— Ты не торопись с продажей дома первому встречному. Дом у тебя очень хорош. Я найду тебе достойного покупателя. Сколько ты за него хочешь?

— Да пока написал что цена договорная, но думаю тысяч тридцать.

— А что так дёшево? Он как минимум полтинник стоит. Да я сам у тебя его за сорок тысяч заберу. Только подсобирать деньжат надо. Тебя не сильно жмёт денежный вопрос?

— Да нет, Вы же знаете, деньги у меня есть.

— Если надумаешь и мельницу продавать, то я за 100 тысяч у тебя заберу всё и дом и мельницу. Только подожди немного с деньгами. Ты не против?

— Я не против. Только «За», что дом попадёт в хорошие руки.

— Ну вот и договорились, а я в течении полугода деньги отдам, а пока иди гуляй отпуск, можешь и жену забрать. Пусть пишет рапорт на отпуск.

— Спасибо.

И я ушёл. И поехал к тестю, а потом к жене. Рассказал им о предложениях прокурора. Мы все были довольны сегодняшним днём.

Глава 47. Черноморское побережье. Отпуск. Решение жилищного вопроса

Перед отъездом в отпуск, я зашёл в горком партии к первому секретарю и рассказал о предстоящей перемене места работы и места жительства. Этой новостью я испортил ему настроение. И он подумал пару минут, сказал:

— Плохо, что ты уезжаешь из нашего города. Мы с тобой уже так привыкли работать вместе, но семья конечно дороже. Сейчас не война, чтобы бросать семью и идти на, амбразуру. Знаешь, я тебе посоветую не бросать работу по комсомольской и партийной линии. И наверное я смогу тебе помочь на новом месте. Ты где собираешься служить и жить?

— Новороссийск.

— Это просто замечательно. У меня в Краснодаре и Новороссийске есть отличные знакомые в горкоме и крайкоме партии. Мы неоднократно пересекались на съездах и совещаниях в Москве. И я даже отдыхал у них пару лет назад. Ты как переедешь, позвони, а я переговорю с людьми. Мало ли какая помощь на месте понадобится. И удачи тебе на новом месте.

— Спасибо на добром слове.

Перед уходом из кабинета я прочёл его мысли, что первый секретарь действительно жалеет о моём переезде. Значит говорил от чистого сердца. Значит можно к его людям обращаться. Ну не оставляет меня моя комсомольская деятельность! как поётся в песне — Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым!

На следующий день я с женой поехали в сторону Новороссийска с двойной целью — отдохнуть и провентилировать вопрос с приобретением или постройкой жилья и главное самого места где обосноваться, Новороссийское побережье большое. В самом городе не хотелось бы. Надо найти пригород или село. Ну на месте разберёмся.

Ехали на машине. Никуда не заезжая. По карте посмотрел, лучше искать в восточном районе между Новороссийском и Кабардинкой. Туда мы и поехали. Учитывая что курортный сезон в разгаре, найти нам место ночёвки представилось затруднительным, поэтому мне все таки пришлось позвонить прокурору Новороссийска помочь с ночлегом и размещением хотя бы на пару суток, а там сами найдём. Прокурор попросил перезвонить через пол часа. Я перезвонил и он мне дал один, адрес своего подчинённого, который жил в этом районе. Был уже вечер, около 8 часов. Мы подъехали по указанному, адресу. Нас встретил парень примерно моих лет. Мы познакомились. Он назвался Виктором и спросил:

— Вы к нам надолго?

— Да как получится. Мы приехали собственно больше по вопросу приобретения жилья или земельного участка под строительство дома. Меня устраивает эта местность. До Новороссийска 20 км и на машине полчаса ходу.

— Мне прокурор сообщил, что Вы наш будущий зам, а я работаю следователем в нашей прокуратуре. Так что Вы мой будущий начальник. Чем смогу помогу, а сейчас я Вас поселю в отдельный домик со всеми удобствами. Там спальная и кухня. Надеюсь Вас устроит. Сколько надо столько и живите, а через пятнадцать минут прошу к столу поужинаем. Я сам только как полчаса приехал. Прокурор звонит, я уж подумал что на работу вызывает. Ну располагайтесь. Я позову, познакомлю с женой.

Мы загнали машину во двор и пошли в домик. Домик действительно уютный. Спальная 20 квадратов и просторная кухня с санузлом.

Во время ужина мы познакомились более близко. Мне семья понравилась. Я спросил у Виктора:

— Вить, а кто здесь продаёт недвижимость, в смысле дома, земельные участки. Есть такие?

— Да особо не интересовался, но краем уха слышал что на продажу есть и то и другое. Давайте я завтра с утра перед выездом на работу Вас сведу с председателем сельсовета. Мы относимся к Кабардинке, а Кабардинка относится к Геленджику. Вот он Вам всё расскажет и предложит.

На следующее утро мы встретились с председателем сельсовета. Я рассказал свою просьбу и пожелания. И председатель предложил проехаться по трём, адресам. Я предложил на нашей машине и мы поехали. Два, адреса посмотрели и они мне явно не понравились, а вот третий мне глаз сразу приласкал. Во первых — земельный участок 25 соток. Крайняя часть которого как бы уходит под гору и спускается к морю. Во вторых — в другом углу участка стоял крепкий домик 10 на 10 метров, под черепичной крышей. Стены дома сделаны из природного светлого камня типа известняка, но покрепче. И больше ничего на участке не построено. Весь участок засажен виноградом и плодовыми деревьями. И в третьих — вся коммуналка подведена. То есть лишних проблем нет. Я встретился с пожилым мужичком лет шестидесяти. Он жил один и пояснил, что хочет уехать к детям в Адлер, поэтому дом и участок продаёт. Просит за дом 15 тысяч рублей.

Цена для этих мест не сильно большая, а с учётом моих финансов, вполне приемлемая. И я согласился не торгуясь, сказал что деньги за дом могу хоть наличкой, хоть на книжку перечислить. Мы решили что меньшую часть наличкой, а остальные на книжку. Решили не откладывать в долгий ящик и оформить сделку сегодня же. Для оформления надо ехать к нотариусу в центр Геленджика. И мы поехали. Наличка у меня была спрятана в машине и её вполне хватало, с запасом. У нотариуса мы потратили час времени и я с женой стали владельцем дома на берегу Чёрного моря. Теперь уже бывший владелец сказал, что если мы ему доплатим пару тысяч, то он вообще ничего забирать не будет из дома, кроме личных вещей. И может уехать хоть завтра. Я согласился. И у меня будет время для приведения этого дома в порядок под свои требования. И мы расстались до завтра.

Вечером я сообщил Виктору о приобретении дома, на что он ответил:

— Лихо Вы, всё быстро сделали. У меня ещё поживёте?

— Да поживём с недельку. Надо дом привести в порядок. Здесь строители есть? Хочу нанять бригаду.

— Да к тому же председателю обратитесь он всё покажет и поможет. Я Вам не говорило, это мой дядька по матери. Мне он не откажет.

— Ну тогда спасибо.

Глава 48. Маленький секрет и ремонт дома, новые должности

На следующий день я с женой с утра поехали к нашему новому жилью. Мужичок уже нас ждал. Возле дома стояло такси, которое его ждало. Мужик передал нам ключи, а мы ему дополнительно две тысячи наличкой. После чего он мне сказал:

— Пойдём в другой конец участка, который на возвышенности и подножия горы, я кое — что покажу.

Мы подошли к основанию и мужик подошёл к единственному дубу, лет наверное не меньше 70 и в дупле в одном метре от земли что — то — то повернул, или нажал. И в пяти метрах у земли, где отвесно вверх выходит часть грунта со скальником открылась замаскированная дверь. Я был удивлён, а мужик сказал:

— Это Вам мой подарок, что не торговались. Здесь старинный винный каменный подвал. Мне он достался случайно. Я когда лет сорок назад виноградники приводил в порядок, то случайно на него наткнулся. Двери тогда были ветхие и они проломились. Это я уже потом и двери нормальные сделал и электричество по периметру забора провёл. Подвалу наверное лет двести не меньше. Пойдёмте вниз.

И мы начали спуск в подвал. Ступеньки вели глубоко вниз, но на поднятие груза стоял электрический подъёмник— тележка рядом со ступеньками. Мы спустились метров на десять, я так понял вглубь этой небольшой горы, которая выходит одной стороной к берегу моря. И нам открылся подвальный зал размер был не особо большой — прямоугольник четыре на шесть метров. Стены и своды потолка были каменные. У стен стояли небольшие бочки, пять штук, наверное литров по сто каждая. Мужичок сказал что это его вино разных сортов. Тут раньше были большие бочки, но они с годами высохли и он их выкинул. В дальнем конце этой подвальной была дубовая дверь. Бывший хозяин открыл её и мы зашли ещё в одну подвальную комнату. Она была размером поменьше. Также выложена из камня, но была труба отдушина. Уходившая в боковую стену, если правильно ориентируюсь. То наверное в сторону моря. Я прислушался и слегка был слышен шум прибоя. Скала не доходит до моря метров пятьдесят и возвышается над берегом примерно метров на двадцать. Такой выступ типа утёса. Им и заканчивается мой земельный участок. В этой подвальной комнате стояло несколько дубовых сундуков, оббитых медным листом, позеленевших от сырости и давности. Мужик сказал:

— Сундуки я почистил давно, они пустые. Там особого ничего не было, а выносить не стал, т. к. они тяжёлые и в двери не пройдут. Я их даже с места сдвинуть не смог. Я провёл электричество и подвалом пользуюсь только для хранения вина, которое продавал отдыхающим. Так что пользуйтесь. Там в каждой бочке осталось с прошлого года литров по десять. В этом году я не занимался виноделием, здоровье не то. Ну вот пожалуй и всё. Я, наверное, поеду. Удачи вам на новом месте.

Мы вышли из подвала и бывший хозяин уехал.

А мы с женой пошли в дом. Она осталась, а я поехал к председателю.

Договорившись с председателем по поводу рабочих и начала ремонта я поехал в Новороссийск для закупки строй материалов и мебели. Та мебель что осталась никуда не годилась.

В течении недели я занимался ремонтом, жена ходила на пляж с женой Виктора. Когда ремонт был закончен и мебель привезена и установлена, жена закупила посуду, постельное, ну в общем предметы первой необходимости. Всё остальное мы перевезём из Майского из нашего дома и мельницы. Зимний сад я заберу. Там за ним никто смотреть не будет. Если только прокурор не захочет оставить. кое — что из мебели из мельницы я всё же заберу. Очень она мне нравится, а из дома я всю мебель и кондиционеры заберу. Об этом была договорённость с прокурором. Вещей перевозить будет много, но прокурор пообещал напрячь воинские части. Они выделят грузовики тентованные. Кроме того пару командиров войсковых частей пообещали излишки кровельного оцинкованного листового железа подкинуть. Как раз мне пойдёт на перекрытие крыши и на крышу нового дома. Я решил, что обязательно построю ещё один дом у подножия горы и из дома сделаю выход прямо в подвал. что — то мне везет с какими то гротами, подвалами. Может когда пригодятся.

В старом доме четыре отдельных больших комнаты с общим коридором и залом и одна большая кухня. Этот дом в последствии можно использовать как мини гостиницу, а вот с планировкой моего нового дома надо подумать. Площадь большая. Может дом построить на две семьи или даже на три. Родителей перетащим и всё. Будем жить вместе в доме, но с отдельными входами и отдельным земельным участком. Построить дом в одну линию, как пентхаузы. И пусть каждый себе обустраивает как хочет. Или буквой «П». Моя семья по средине, а родители по бокам и каждого свой двор и вход, а что это вариант. Надо пригласить специалистов пусть проектируют, а дом поставить так, чтобы и моей половины был выход в подвал. В общем подумать надо и посчитать во сколько мне это выльется в денежной форме. Наверное тысяч 60–70 весь дом станет. Если делать нормально. Ну даже если и продам прокурору дом и мельницу то влезу в эту сумму. Да у меня ещё денег на книжке от процентов клада осталось тысяч 50 и на книжке по процентам от, авторских около 20 тысяч. Ну кроме того у меня нетронутый тайный запас в камешках и золоте в гроте. Кстати надо будет грот заделать или законсервировать. Пусть стоит до лучших времён. Перед отъездом в Майский я нашёл проектировщиков, рассказал что хочу. Те пообещали через месяц весь проект подготовить, а теперь пока домой возвращаемся. Дом сторожить попросил председателя. Он обещал выделить человека. Я оставил триста рублей за оплату услуг сторожа и мы с женой уехали.

Домой приехали, мы сразу собрали «толковище» из трёх семей. Я сообщил им о своей работе и о приобретении дома. И предложил построить дом на три хозяина на очень хорошем участке на берегу моря на окраине Кабардинки в 20 км от Новороссийска. Родители ответили согласием не раздумывая. Я сказал тестю, что теперь он может зондировать свой перевод в Новороссийск или Геленджик. Ну где вакансии нормальные будут. На том и порешили. И как только с переводом определится, то пусть решают вопросы с продажей домов. Мой отец сказал, что дочь, то есть моя сестра никуда не поедет. Тут вся родня мужа. У них свой дом. На что я сказал:

— На сколько я знаю дом у них не такой уж и большой и находится почти в селе. Можешь им подарить свой дом, а они свой дом продадут и деньги тебе отдадут. Отец ответил:

— Да хрена мне их крохи. У меня ещё процентных от клада много осталось. Пусть им подарок будет.

— Ну тебе решать.

— И ещё, я хочу внести свою посильную помощь в постройку дома. И не возражай. Там у меня тысяч сто пятьдесят осталось. Вот стольник я тебе отдам, а ты строй. Я знаю твои вкусы. Денег много надо будет.

Тут тесть сказал:

— Деньги от продажи нашего дома тоже можешь использовать. Их там хоть и не так много как у свата, но это наш вклад.

Я ответил обоим:

— Как хотите. Я бы например посоветовал прикупить землицы и построить здоровенный, двух этажный или трёх этажный дом, в последующим открытием в нём частной гостиницы или дома отдыха. Я узнаю, там недалеко, по ту сторону горы, что граничит с моим новым земельным участком есть большая поляна, гектара на три, там никаких построек нет. До моря 50 метров. Очень удобное место. Если что я тоже вложусь в строительство. Через десяток лет это будет место нашего дохода. «Подыхающих», как я называю отдыхающих, всегда на море тянуть будет. Ну так как, будем начинать свой бизнес?

Они хором ответили, что согласны. Ну вот теперь есть над чем подумать.

Через неделю я был вызван в Генпрокуратуру. Со мной побеседовали и выдали предписание и копию приказа о назначении замом военного прокурора Новороссийска с присвоением звания майора юстиции, Аня тоже получила перевод в туже прокуратуру, только в морской отдел на майорскую должность старшего помощника прокурора с присвоением звания старшего лейтенанта юстиции. Ну ей не долго осталось работать через три месяца уйдёт в декрет.

Тесть начал пробивать себе должность. И тут возникли трудности. Должность вроде бы нормальная, с повышением, потому что это должность зама начальника Новороссийского городского управления. Звание тоже, а должность выше, но кто — то наверху стал тормозить. Пришлось мне попросить моего старого начальника— прокурора узнать в чём дело. И тот ответил через пару дней. Там вроде своего хотят человека воткнуть, но я их убедил что мой человек лучше. Пообещал устроить «отдых с употреблением». Надо будет кадровику в Москве подарок какой — нибудь сделать. Что именно не представляю. Зато я представляю. У меня в заначке ещё пару кинжалов старинной работы есть и две сабли. Отдам тестю, пусть отвезёт. Что я и он и сделали. И вопрос с переводом решился в течение недели. Пока я с тестем и женой поживём в нашем купленном доме. Пока продадим дома тут, а тем временем будем строить общий дом. Ничего, годик семьи поживут отдельно с перерывами на отпуск и выходные. Тут в Новороссийске большой цементный завод. Вот я и решил наведаться с тестем туда. Тем более что руководству цементного завода у милиции были вопросы.

По приезду к новому месту работы, меня прокурор представил всему коллективу и я начал работу в новой должности. Тоже было и у тестя. Должность у него интересная по советским временам— зам. начальника управления— начальник Уголовного розыска. Есть над чем и с кем работать.

А я тем временем по просьбе первого секретаря горкома партии Майского зашёл у первому секретарю горкома партии Новороссийска. Тот обо мне всё знал. Уши ему прожужжали — Герой СССР, кавалер многих высших орденов, лауреат государственной премии и наконец зам. военного прокурора. Ну как не принять такого гостя, а теперь уже и не гостя, а одного из значимых руководителей. Первый секретарь горкома партии сразу, как говорится, взял быка за рога:

— У меня к тебе деловое предложение — занять туже должность в горкоме партии, что и в Майском. Только тут масштабы побольше и посерьёзнее. Отказа не принимаются. Мне через годик светит перевод в Москву, минуя край краевой комитет партии. Тебе дорога — на лбу написана — быть первым секретарём Новороссийского горкома партии. Это второй город по масштабу после Краснодара. Представляешь какие перспективы открываются?

Я то как раз и представлял, что в 1991 году всё рухнет и наша «руководящая и направляющая» уже таковой не будет, но до этого почти 8 лет. Поэтому карьеру действительно можно сделать. Ну потом посмотрим. И поэтому я ответил:

— Спасибо за предложение. Я так понимаю что своим отказом я всех разочарую. Поэтому отказа не будет.

— Ну вот и хорошо.

— У меня есть просьба личного характера, я перетаскиваю под Новороссийск семьи своих родителей и хотели бы построить большой дом на три семьи, а я присмотрел пустующий земельный участок. Поможете с выделением его?

— Да это не проблема. Тем более я знаю, что твой тесть назначен на должность зама начальника городского управления милиции. Заму прокурора и заму начальника управления милиции и в моей просьбе — не откажут. Завтра можете оформлять документы. Я решу этот вопрос.

— Спасибо.

И мы на этом расстались, а про себя подумал, а первый секретарь карьерист. Мысли у него так и бегали с одной на другую, которые вещали что этого молодого человека, тот есть меня, надо держаться. Ну и жук. Далеко смотрит вперёд.

Глава 49. Строительные и служебные будни

Работу я на новом месте службы начал. Ничего сверх естественного. Только подчинённых много— все следователи. Тесть тоже приступил к работе по новому месту службы. И я с помощью тестя начали строительство нашего общего жилого дома.

Работа мне уже знакомая. Поэтому не тыкался, а уже знал где, как и что. Поэтому и стройка шла быстрее. Всю черновую работу делали «химики». Отбывавшие наказание по приговору суда, а разнарядку на наш дом помог получить первый секретарь горкома партии. Вот что значит во время соломки подстелить. Не имей сто рублей, а имей сто друзей! Так вот они под присмотром бригадира из моих рыли котлован под дом, сложили фундамент, сложили стены. С учётом теплого климата стройка велась круглогодично и круглосуточно. Из тех же химиков потом набрали сантехников, электриков, и прочих спецов. В количестве рабочей силы мы ограничены не были. Поэтому за полгода дом подняли накрыли крышей. Внутреннюю отделу делали те же лица, но опять же под руководством моих набранных спецов. Пришло время заказывать частично мебель и перевозить мебель и вещи из Майского. Да и получить с моего старого начальника деньги за дом и здание мельницы. С этой целью я поехал в Майский где мне прокурор отдал денежки и предоставил транспорт из воинских частей. Получилось, аж четыре грузовика. Ну да, мебель массивная и частично не разборная. Я по тихому из грота забрал свои девайсы из будущего. Снял мини камеры, жучки со всего дома и мельницы, мне на новом месте пригодятся. Забетонировал вход в грот небольшим слоем бетона, со стороны беседки, чтобы если что можно было быстро сломать. И на том отчалил с грузовиками. Ехали два дня по тихому, чтобы мебель не поломать и так сказать посуду не побить.

По приезду мы сгрузили мебель в дом, занесли в две готовые комнаты и пока с просто поставили. Через неделю внутреннюю отделку закончат и можно будет «покупать шторы». Следом пришли машины с домашним скарбом родителей. Они тоже продали и подарили дома. Вот теперь разбрелись по комнатам старого дома. Как раз каждому по комнате, но находится в них времени не было. Отец с матерью искали не пыльные места работы. Это я им посоветовал. Так что нашли они через три дня места работы мать у председателя сельсовета завхозом, а отец в Геленджике начальником гаража при исполкоме города. Тёща ещё в поисках. Так что практически все с работой пристроенные. Так прошло ещё четыре месяца. Дом мы достроили и справили новоселье Ане рожать через месяц. Все ждут нашего первенца. Кто будет ещё мы не знаем. Вернее все не знают, за то знаю я. Каким образом? Да всё тем же — божки — статуи, афганские дали мне такую возможность сканировать организм человека и видеть что делается внутри. Таким образом я по нашёл и болячки у членов семьи и узнал пол ребёнка. Я ещё, оказывается, полностью не знаю свои способности полученные от божественных статуй. Так вот у нас будет девочка.

А я тем временем, пока ещё переезд членов семьи не состоялся прорыл траншею к входу в подвал. Вход сделал отдельно от основного. Подземный переход получился двух метровый, обложил его кирпичом и соединил с подвалом. И поверх выложил частично двор плиткой, а вход в теперь в подвал осуществить с улицы через замаскированный вход и из моего рабочего кабинета, через дверь в книжном шкафу, который открывается как дверь с помощью скрытого рычажка. В подвале я убрался полностью. Вынес бочки с вином. Высушил подвал и отремонтировал вентиляционные отверстия, которых оказалось по два в каждой подвальной комнате. Теперь там сухо и чисто. Особенно меня заинтересовал вентиляционный проход где слышался шум моря. С прочистил его и обнаружил что — толщина каменного слоя в этом месте около полутора метров. Я высунул красную тряпицу наружу и пошёл посмотреть с улицы, где она вылезла. Вылезла она на высоте около 4–5 метров на уровне пляжа. И место где тряпица висела было как бы с небольшим углублением сантиметров на 40, а что если расширить немного проём и сделать смотровое окно размером 50 х 50 сантиметров. Окно снаружи завесить закамуфлированной сеткой. До верхнего выступа, то есть верхушки холма очень далеко, метров 15 наверное. То есть ни снизу, ни сверху к окну не добраться, а для меня будет прекрасный вид на море и внизу лежащий дикий пляж.

Что подумал, то и сделал. Комнату оборудовал всем необходимым для проживания и уединённой работы. Обставил мебелью, провёл воду. Единственное туалета нет. Слив воды с осуществил через просверленное отверстие в полу. Вода уходит самотёком. Перенёс сюда все предметы будущего. Всё повторяется как в гроте в Майском. Только здесь комфортнее. Во дворе по периметру забора посадили голубые ели, рябину и сделали клумбы. Большую часть виноградника я выкорчевал. Мне столько не надо, но немного оставил и между виноградниками поставил большую летнюю беседку с детской площадкой. Дополнительно построил гараж на четыре, автомобиля. И обязательно повторился с банькой. В Майском в баньке мне пришлось попарится с пяток раз всего. От баньки сделал зимнюю комнату отдыха со столовой и бассейном. В парилку можно загнать шесть человек сразу. В общем сделал как мечтал и как хотел.

На службе особых изменений не происходило. Особых преступлений не расследовалось. Ещё не до конца наступило время развала Союза.

И вот наступил день, когда появилась на свет дочь. Праздновали её появление неделю. То одни то другие с поздравлениями и подарками, ну как тут отказать, но потом и это стихло и жизнь вошла в нормальное русло.

Глава 50. Изменения в политическом руководстве. Предложения от которых нельзя отказаться

Наступил ноябрь 1982 года. «Дорогой наш Леонид Ильич» был похоронен с почестями у кремлёвской стены. Началась политическая драка и свалка. Пошла борьба за пост генерального секретаря. Мне всё это было не интересно, проходили, знаем, но вот первому секретарю горкома партии было интересно и я ему подсказал к какому течению прибиться, что повлекло его назначение и перемещение сразу на пост первого секретаря крайкома КПСС. И тут я пожалел что помог первому секретарю. Потому что через неделю после его ухода последовал мой вызов в крайком партии в Краснодар. И мне неоднозначно и настойчиво предложили занять место второго секретаря крайкома КПСС. И что делать? До развала СССР ещё более семи лет. Лезть в политику не хотелось. Да и уезжать из Новороссийска и Кабардинки тоже. Только обосновался. О чём я и сказал теперь новому секретарю крайкома партии, но тот ответил:

— Да твоё назначение это временное и максимум на полгода, а через полгода ты займёшь место прокурора Краснодара, при чём не военного, а там не за горой и должность прокурора края. Прокурор Краснодара это полковник, а прокурор края это генерал. Чувствуешь разницу. Из майора в полковники? У тебя всё есть к этому и звания и заслуги и опыт. Да и тестю ты поможешь продвинуться. Если что, то и я помогу. Что скажешь?

Я смотрел на него и читал его мысли. Он не злорадствовал и предлагал от чистого сердца, а себя уже видел в Москве в партийной элите. Ну что ему ответить? Не знаю. Поэтому сказал:

— Мне надо подумать и посоветоваться с семьёй. У меня дочь маленькая ещё.

— Ну давай, я тебя не тороплю. Недели хватит?

— Хватит.

И я поехал с набитой мыслями головой домой.

Дома я собрал «совет стаи» из трёх семей. И рассказал о предложении последствии этих предложений. На что все снова молчали. И снова тесть как «самый главный волк нашей стаи» сказал:

— Не знаю как ты, но я бы отказался. Даже ушёл бы на пенсию чтобы не доставали, но ты не я, тебе до пенсии как до Москвы раком. И если твой секретарь не подведёт то ты действительно можешь через пол года стать прокурором краевого центра, а ещё через год стать прокурором края. Такие скачки в карьере очень редки в нашей Советской истории, но бывали. Как бы потом не упасть больно с большой высоты. Одно спасает и радует— ты знаешь историю будущего, а там на верху, у тебя будут совсем другие связи и знакомства. Так что сам решай. Ты ещё действительно молодой. Где это видано, нет ещё и тридцати, а уже генерал!? Представляешь сколько завистников будет и желающих подставить тебе подножку. И опять же всё зависит от тебя, как сможешь распознать недруга и обезопасить себя. Задача не из лёгких, а на нас можешь рассчитывать. Чем сможем, поможем. По крайней мере семь лет мы сможем нормально спать, а там видно будет. Если что уйдёшь на пенсию раньше. Займёмся своим бизнесом. И твой пост поможет тебе беспрепятственно поехать за рубеж и открыть счета и перевести туда наши сбережения и доходы. Другому такому смертному этого не дали бы сделать.

— Ну тогда, даёшь генерала?!

— Шутник хренов. Возьми сначала полковника.

— Завтра дам согласие. Иначе потом передумаю. Да здравствует Коммунистическая партия!. Спокойной ночи комсомол. Закончилась комсомольская неволя, началась партийная.

Глава 51 — Коммунистическая, новая должность. Беседа с Андроповым

Я естественно понимал откуда и почему ветер дует по поводу моей кандидатуры на пост второго секретаря крайкома партии. К власти пришёл главный чекист Андропов. И он начал укреплять ветви власти из силовых структур и силовые структуры из партийных слоёв. Вот такая перетасовка кадров. Поэтому мой первый секретарь по моей подсказке попал в команду Андропова, ну и следом я. В связи с назначением меня на должность второго секретаря Краснодарского крайкома коммунистической партии, мне пришлось приостановить службу в военной прокуратуре в должности зама военного прокурора. Отработал то я в этой должности всего ничего. Военный прокурор не сильно возражал по поводу моего ухода. Как я прочитал его умственные размышления, то он вроде как надеется в последующем на мою помощь в продвижении. Ведь партия имеет силу. Ей принадлежит руководящая и направляющая роль в нашем государстве и обществе. По крайней мере так гласит устав партии. Мне пришлось на время купить двухкомнатную квартиру чтобы жить в Краснодаре. Каждый день в Кабардинку не наездишься, но по выходным езжу. В пятницу после обеда выезжаю, в понедельник утром возвращаюсь. Работа мне не нравится и ужасно скучная. Не привык я толкать речи и заниматься, агитацией, но в связи с тем что я пришёл из силовой структуры мне поручено кураторство именно этих силовых структур— прокуратуры, милиции, суда, ФСБ, а как Вы хотели— везде и на всём должна «лежать лапа» партии. Поэтому я часто бывал и встречался с руководителями этих силовых структур. Некоторые относились ко мне нервно, учитывая молодой возраст. Об этих трениях узнал первый секретарь и посоветовал носить звезду Героя и орденские планки с медалью лауреата государственной премии. И действительно, на меня стали смотреть другими глазами. И этому я нашёл подтверждение в их голове. В некоторых вопросах я понимал иногда больше чем те спецы с которыми я встречался. И поэтому так не навязчиво помогал им советами, которые приносили ощутимую пользу, особенно в работе со следственными органами. Поэтому мой, авторитет возрос в разы и на мою молодость уже не обращали внимания. Первый секретарь брал меня несколько раз на доклады и совещания в Москву. Там в Москве обстановка совсем другая и партийная элита покруче. Пришлось держать марку. Помогало умение просчитывать мысли собеседника, а следовательно правильно делать выводы и правильно вести разговор и беседы. Многим это нравилось и первому секретарю говорили и спрашивали— где он взял себе такого помощника. Как то, месяца через четыре Андропов проводил совещание с первыми секретарями обкомов и крайкомов партии. Некоторые приехали со вторыми и третьими секретарями. Ну естественно и мой первый секретарь взял и меня. Мне интересно было слушать и наблюдать за работой совещания и работой самого Андропова. Однажды в перерыве я стоял в холе у окна и мимо проходил Андропов. Увидев у меня мои награды, он подошёл ко мне и спросил:

— Вы наверное Крымов из Краснодара?

— Так точно Юрий Владимирович — почему то ответил я по военному.

— Чувствуется что вы из силовиков. Где служили?

— Я до недавнего времени был заместителем военного прокурора в Новороссийске, а до этого служил на Украине.

— А почему ушли из прокуратуры?

— Мне было предложено укрепить крайком партии в связи с моим опытом и я курирую силовые структуры, помогаю чем могу.

— А вернутся не хотите?

И тут я сделал вид что задумался, а сам почитал его мысли и увидел, что Андропов думает — «если не согласится вернуться в силовики, значит карьерист..», и поэтому я ответил действительно правду:

— Юрий Владимирович! Я бы с удовольствием вернулся, но партия не отпустит.

Андропов улыбнулся и сказал:

— Партия отпустит, если посчитает необходимым, а я вижу что Вы больше пользы принесёте там где больше умеете и знаете. Давайте не будем задерживать перерыв. После совещания сразу подойдите ко мне и мы проедем и поговорим более обстоятельно. Мне интересно Ваше мнение.

Мне осталось только согласиться с этим предложением, а вокруг нас уже начала собираться маленькая толпа любителей погреть уши. Стоял недалеко и наш первый секретарь. После ухода Андропова он подошёл ко мне и сказал:

— Молоток. Правильно повёл разговор. Если будет предлагать должности то имей в виду, под нашим прокурором края стул давно шатается, он не из круга Андропова, а там смотри. Хотелось бы чтобы в крае остался.

— Да и я хочу. Семья всё — таки и маленький ребёнок.

— Ладно, пошли в зал. Уже практически все зашли. Не будем опаздывать.

После совещания я со своим первым секретарём ждали Андропова на выходе из зданиям. Он проходя мимо сказал:

— Поехали на моей машине — указал и мне и первому секретарю.

Мы сели в его большую крытую чайку и поехали в Кремль. Приехали быстро и поднялись в приёмную Андропов вежливо сказал первому секретарю:

— Вы подождите в приёмной, а я пока поговорю с молодым человеком.

И заходя в кабинет сказал секретарю организовать чай.

В кабинете Андропов попросил рассказать о себе, за что получил столько наград, а когда узнал что орден Красного Знамени и медаль получил ещё школьником, то сказал:

— Да. Насыщенная у Вас была школьная пора. Я смотрю Вы и государственную премию получили. За что?

И я рассказал об Афганистане, о МОНках, о ПП и что я ещё кандидат юридических наук.

— Послушайте Вы специалист прямо — таки во многих областях.

И я в шутку добавил, что стихи и песни пишу.

На что Андропов с юмором сказал:

— Ага, и крестиком, наверное, вышиваете.

— Нет, не вышиваю, но знаю очень много языков и хорошо знаю организм и, анатомию человека и с точностью до 98 процентов могу выдать диагноз. Юрий Владимирович, Вам то уж точно лечиться надо. Хотите диагноз скажу.

— Нет не хочу, я его и так знаю. Мне тут осталось не долго пожить. Поэтому хочется для страны сделать ещё что — нибудь полезное. Вот как Вы видите нашу страну в ближайшие 10 лет.

— Я боюсь отвечать на этот вопрос. Иначе меня сочтут сумасшедшим и в психушку закроют.

— Что не утешительно я и так знаю. Что можете сказать, если есть что сказать. Не бойтесь. Разговор останется между нами.

— Ну если только так. Вы сами видите Юрий Владимирович, что страна погрязла во взяточниках, кумовстве, воровстве. Извините, но некоторые руководители партии ведут себя не правильно, зарвались, если не сказать более жёстко — зажрались. Вы начали правильную работу по чистке всех эшелонов власти, но Вы не успеете всё сделать, т. к. Вам будут ставить палки в колёса, а Вы сами сказали что Вам мало осталось. Вам нужен приемник, которого назначите Вы. Люди достойные есть. Например Романов. И не надо ждать до последнего, можете не успеть. Извините что жёстко но это правда. Если ничего не исправить сейчас, то с помощью внешних врагов и предателей Советский Союз развалят на отдельные государства, а зная их менталитет типа Прибалтики, западной Украины может начаться братоубийственная гражданская война. Надо больше доверять и поручать исполнительной власти, а не партийной власти, где порой правят бездари и не специалисты. Примеров куча. Вы всё сами понимаете. Нужно укрепить силовые структуры. Назначать на ключевые места и должности ответственны людей и специалистов согласно их способностям и знаниям. Например, убрать выборность судей, назначать их указами только после тщательного отбора и экзаменов. Ну и так далее. Партийные органы оставить как орган контроля, но без вмешательства в деятельность. Ну и много кое — чего. Я много думал и, анализировал. Это пока всё что я хотел сказать. И ещё по моему, анализу Горбатова нужно гнать из Политбюро. Это замаскированный враг.

Минут пять Андропов молчал. Молчал и я. Пил только чай, а то в горле пересохло. И прочитал мысли Андропова — «а этот молодой человек действительно прав и подтвердил часть моих мыслей. Даже высказал такие взгляды о чём я сам пока не додумался. Очень перспективный молодой человек, а ведь он прав, я действительно могу ничего не успеть. Надо начать лечение и срочно. Как он там сказал — нужен приемник. Точно. Нужен приемник, тот же Романов из Политбюро, курирующего военную промышленность, а как он точно сказал про Горбатова. Ну куда же мне его пристроить. Этот парень давно вырос из своих штанишек. Надо вернуть его в прокуратуру. Сначала на должность Краснодарского краевого прокурора, там давно надо сменить руководство, а через полгодика заберу в Генеральную прокуратуру. Наверное так.»

Когда я прочитал мысли Андропова, то я опустил глаза, чтобы не выдать своё волнение.

Через несколько минут Андропов сказал:

— Думаю что Вы потяните Краснодарскую краевую прокуратуру. Завтра я и Генеральный подпишем приказы на должность и генеральское звание. Подберите кадры на Ваше усмотрение, а через полгодика посмотрим. Как согласны?

— Да. Оправдаю Ваше доверие.

После чего Андропов вызвал первого секретаря и сказал ему в моём присутствии:

— Вы оба люди новые. Думаю что будете помогать друг другу. Жду от Вас предложения по кадровым решениям. Если понадобится помощь звоните мне на прямую в мою приёмную. С завтрашнего дня Крымов прокурор края. Сейчас можете идти. Завтра Крымов зайдите к Генеральному прокурору, я поговорю с ним. Он наверное тоже захочет с Вами поговорить. До свидания, а Вам товарищ Крымов, я обещаю, с завтрашнего дня я занимаюсь конкретно своим здоровьем.

И мы покинули кабинет. На улице первый секретарь мне сказал:.

— Молодец и поздравляю. Вот шороху в крае будет. Ты сразу кадры укрепляй. Подтягивай людей, специалистов. Я тоже со своей стороны помогу тебе, а ты мне. Как твой тесть? Не хочет он в управление милиции края перебраться? Нам в милиции свои люди тоже нужны.

— Я думаю он не захочет покидать Новороссийск и Кабардинку, хотя можно попробовать.

— Давай предложи ему должность заместителя УВД крайисполкома по той же линии. Должность кстати тоже генеральская. Ну, а теперь над перекусить. Поехали в какой — нибудь кабак.

— Я предлагаю пригласить ещё одного генерала на обед, начальника военного института. Вы не против?

— Как хочешь.

— Тогда поехали прямо к нему, а у него и кормят и готовят хорошо.

Мы свалились начальнику военного института как снег на голову, он был рад и с радостью согласился с нами пообедать и поужинать и оставил нас ночевать в гостевых комнатах института. Во время обеда начальник института спросил:

— Каким ветром тебя к нам занесло? Где служишь и кем?

— До не давнего времени был замом военного прокурора Новороссийска. Сейчас второй секретарь крайкома партии. С завтрашнего дня Прокурор Краснодарского края и генерал.

От этой новости начальник института чуть со стула не упал и спросил:

— Это не шутка?

— Нет не шутка. Мы к Вам сразу от Андропова.

— Да! Дела! Такого карьерного роста я ещё не встречал, но и ты у нас уникум. Где живешь?

— Под Новороссийском, в Кабардинке. Приезжайте в гости на отдых Жена недавно дочь родила.

— Обязательно приеду. Жене привет и поздравления, а сейчас я Вас оставлю. Отдыхайте, а вечерком за ужином ещё поговорим. И ушёл.

А мы легли отдохнуть. Уж больно день был нервный.

Глава 52. Приём у генерального, новое звание

Утром к 10 часам я был в приёмной Генерального прокурора СССР. И он мне сказал:

— Вот и свиделись. Я ещё тогда обратил на тебя внимание, когда ещё не был генеральным. Ну что же Андропов прав. Такие кадры как ты нам нужны. Поздравляю с назначением и новым генеральским званием. Ты завтра обратно?

— Если можно я сначала домой на денёк заскочу в Кабардинку, жену и маленькую дочь проведаю и заберу жену в Краснодар.

— Хорошо. Зайди сейчас в наше ХОЗО и получи новую парадную и повседневную форму, а на после завтра я в Краснодар отправлю своего зама. Он представит тебя личному составу. Я дам распоряжение на проведение совещания прокуроров со всего края. Совещание начнут в 12 часов и ты к тому времени из Кабардинки приедешь и семью устроишь. Вылетай самолётом числящимся за нашим ведомством. Я распоряжусь. Всё иди.

— Спасибо за всё.

И я ушёл. Заехал в ХОЗО. На меня подобрали форму генеральскую. Я только перевесил награды. Непривычная форма без погон. Военные прокуроры по форме отличаются от гражданских прокуроров. Военные носят погоны, а гражданские петлицы и нарукавные нашивки. И в таком виде мы с первым секретарём поехали на, аэродром. Откуда вылетели самолётом в Краснодар. В Краснодаре я пересел в свои жигули и поехал в Кабардинку через Новороссийск. По дороге заехал в военную прокуратуру. Увидев меня в генеральской форме все остолбенели. Вышел наш военный прокурор и тоже растерялся от увиденного и только через несколько секунд, когда рядом никого не было сказал:

— Всё что угодно, но этого от тебя не ожидал. И кто ты по должности сейчас?

— Прокурор Краснодарского края. Назначен лично Андроповым и Генеральным. В крае пока не знают. Так что не звони пока ни кому, а на завтра к 12 часам приезжай на совещание при заме генерального, там и меня представят, а пока я поехал за семьей. Домой я доехал быстро вместе с тестем. Я зашёл к нему в управление и только один мой вид навёл там шороху. И забрал тестя домой. Дома тоже были все в шоке от должности и звания, но к таким сюрпризам моя жена уже привыкла. Дома я объявил что забираю Аню с дочей в Краснодар. Там есть где жить, а вы тут пока без нас, а тестю сказал:

— Завтра тоже подъезжай в Краснодар, у тебя тоже будет новая должность и тоже генеральская.

На что тесть ответил вопросом:

— А оно мне надо?

— Надо, папа, надо! — почти как по фильму.

— Ну раз надо, значит приеду. Во сколько?

— Давай после 15 часов. Я с первым секретарём этот вопрос обговорил уже, но надо ещё раз, да и кадровые вопросы надо обсудить с кадровиками из Москвы, а пока давайте ужинать.

Глава 53. Новый кабинет, новые приоритеты

На следующий день я с женой и дочей рано выехали из Кабардинки чтобы успеть в Краснодаре заскочить домой, помочь жене в новом прокурорском «логове», а потом в Край прокуратуру. Туда надо попасть как минимум за полчаса. Встретить зама генерального и остальных присутствующих.

Я всё успел. За пол часа приехал к зданию прокуратуры. Через проходную зашёл в здание и поднялся в кабинет прокурора края, теперь уже в свой кабинет. Бывший хозяин кабинета был на месте, а с ним и зам. генерального и первый секретарь крайкома партии.

Увидев меня в генеральской форме бывший хозяин кабинета скривился и подумал, а я прочитал его мысли: «.. так вот кто меня подсидел, бл… выскочка..», на что я вслух произнёс обращаясь к заму генерального:

— Разрешите войти.

— Входи, входи и располагайся.

А я обращаясь к теперь уже бывшему прокурору края, сказал:

— Вы на меня не скрипите зубами. Я не выскочка и не подсиживал Вас. Ведь Вы сейчас так подумали? Это не моё решение о назначении меня на эту должность. И сами понимаете от этого предложения я отказаться не мог, если оно предложено Генеральным секретарём нашей партии.

Бывший прокурор опешил от моей речи, а зам Генерального сказал:

— Браво товарищ Крымов! Умеете Вы сразу расставлять, акценты и показать клыки, хоть и молодые, но уже крепкие. Не сладко будет тем кто попадётся в эти клыки, а теперь пойдёмте в зал. Народ наш наверное заждался.

Зал совещаний был забит. Пестрело от прокурорской формы, но были и другие представители — от МВД, КГБ, партийных органов.

Зам генерального зачитал приказы о кадровых перестановках. Пожелал всем успехов и с приглашёнными удалился, а мне посоветовал остаться в зале, с теперь уже моими подчинёнными прокурорами со всего края.

В первую очередь я провёл знакомство. Попросил моего кадровика представлять всех по очереди, а сам с карандашом и списком отмечал названные фамилии. Иногда задавал вопросы. И по окончании знакомства посоветовал обращаться ко мне по любым вопросам. Затем спросил:

— Есть ли у кого ко мне вопросы. Отвечу на все по возможности.

Из зала поднялся прокурор города Сочи и спросил, а вернее предложил:

— Вы знаете тут много слухов ходит, но ответьте на один вопрос: Откуда и за что столько боевых наград, Вам и тридцати нет, а такое ощущение что Вы из боёв не выходили?

Я посмотрел на него и ничего такого в мозгах не нашёл, чистый интерес, поэтому ответил:

— Вы правильно подметили, именно боевых, начну по мере получения их: — медаль и орден Красного Знамени получил ещё будучи школьником за раскрытие и задержание особо опасных преступников. Звезда Героя за Афган, орден Трудового Красного Знамени и лауреата гос. премии за создание новых видов оружия и за работу в военной прокуратуре, орден Ленина за работу на Олимпиаде. Могу добавить что знаю и разговариваю на нескольких десятках языков мира, являюсь кандидатом юридических наук. Я удовлетворил ваш интерес?

— Вполне.

— Ещё вопросы есть?

Все промолчали. Ну если вопросов нет, тогда все свободны. Прокуроров Сочи, Новороссийска в том числе военного прокурора Новороссийска прошу зайти ко мне в кабинет через 10 минут, а своих замов через полчаса.

Я вышел из зала и пошёл к себе в кабинет. Зайдя в кабинет я осмотрел его и решил что обязательно сделаю ремонт и перестановку. Старый стол и кресло на свалку. Примета такая. Сам присел за стул на приставной овальный столик на шесть стульев. В это время зашли вызванные мной прокуроры.

Я попросил по очереди кратко довести обстановку с имеющимися проблемами, в частности по взаимодействию с партийными органами и органами власти.

Все высказались, что проблем нет. Обстановка в целом нормальная. Двух прокуроров я отпустил, а военного прокурора Новороссийска, бывшего моего начальника напрямую спросил:

— Как Вы отнесётесь перейти с повышением в Краевую прокуратуру на должность первого зама, должность генеральская. Я привык работать с людьми которым доверяю, а Вам я доверяю и специалист Вы отличный?

— Неожиданное предложение. Спасибо. Я буду рад что мы будем работать вместе, а как же Ваши теперешние замы?

— За них не переживайте. Вопрос с ротацией кадров решён с Генеральным прокурором. Пойдут на такие же должности только в другие регионы или республики. Это решит Генеральный. Тогда Вам на сдачу дел три дня. Кого планируете вместо себя?

— Своего второго зама. Он мужик понятливый и с головой.

— Тогда готовьте письменное представление, а пока езжайте домой.

После его ухода зашли три зама. Первый зам пришёл с листком бумаги и передал его мне. Это был рапорт на перевод в резерв Генеральной прокуратуры для получения нового назначения. Смотри, понятливый! Я тут же молча подписал его и отдал. И первый зам ушёл. К остальным я обратился:

— Вы можете думать обо мне что хотите, но нам с Вами работать. Если есть к этому какие то препятствия, то прошу их огласить прямо сейчас.

— Мы тут вдвоём поговорили и считаем, что нам нечего куда то переводится. Зная Ваш опыт, хоть Вы по годам годитесь нам в сыновья, мы считаем что работать сможем нормально без каких либо проблем. Вы если что обращайтесь. Мы людей больше знаем.

А сам при этом подумал, а я прочитал его мысли: «..Наверное не надолго к нам. Мы переждём, а там видно будет»

— Сразу Вам скажу. Надолго ли я к Вам или нет, не мне решать, но пережидать Вам я не дам. Будете работать в полную силу. Иначе не сработаемся. Понятно?

От этих слов говоривший и подумавший зам, аж побелел. От испуга наверное. И больше ничего не сказал. И я их отпустил. Да навёл я на них страху! Или есть чего им бояться и переживать? Ничего, узнаем со временем.

После этого я вызвал начальника материального обеспечения и сказал ему:

— Стол и кресло бывшего убрать. В кабинете сделать косметический ремонт. Стены обдирать не надою Замените ковровую дорожку, портьеры, светильники и поставьте на дальнее окно что возле двери оконный кондиционер.

— А кондиционера нет.

— Можете послать кого ни будь на легковушке в Кабардинку к моим родителям. Я напишу записку или позвоню и они дадут кондиционер.

— Хорошо. Я сам съезжу.

— Ну вот и хорошо. Сколько надо времени на всё это?

— Один день.

— Ну один день я как — нибудь переживу. Вон кабинете первого зама посижу.

После этих слов я поехал домой.

Глава 54, новая метла ……

Через день мебель в кабинете была заменена и сделан косметический ремонт.

Я закрылся в кабинете и предупредил секретаршу что меня 15 минут ни для кого нет, а сам в двух углах установил микро видеокамеры. На крайний случай, «доброжелатели» сто процентов будут. Поэтому подстрахуемся. И секретаршу надо поменять. Вопрос— кого и где взять? Надо самому найти. Потому что секретарь в приёмной это 25 % моей успешной работы. Тут я решил сам поискать, не торопясь. Решил пройтись инкогнито по предприятиям. Малость изменив внешний вид и, переодевшись, я решил посмотреть на мир Краснодара другими глазами, пока меня никто толком в лицо не знает. Потолкался в приемных и кадровых отдела некоторых предприятий и вот в одном так сказать заведении, когда я зашёл в коридор и подходил к приёмной директора, а это был фармацевтический завод, я увидел как два жлоба на руках из приёмной вынесли хрупкую женщину, лет сорока, которая кричала и сопротивлялась, а кричала она, что «всё равно так она этого не оставит. Я юрист и медик, я знаю, что делаю». Меня особо заинтересовали её слова о двух образованиях и остановился посмотреть что будет дальше, а дальше она подошла к окну и стала плакать. Я подошёл и спросил:

— Кто Вас обидел?

— А Вы тоже из здешних сволочей?

— Да нет, пришёл спросить на счёт работы.

— Не советую. Я здесь проработала 15 лет. Сначала секретарём, затем кадровиком, а год назад пришёл этот хмырь и попросту выгнал меня, устроил на моё место свою любовницу.

— А что Вы там кричали по поводу двух образований?

— А я действительно закончила сначала медицинский очно, а затем юридический заочно, потому что надо было знать не только фармакологию но и право. С фармакологией мне не повезло малость, у меня, аллергия на всю эту химию, поэтому пришлось менять профиль, но это было давно, а тут эти лишили меня куска хлеба и не только из — за места секретаря, просто я кое — что знаю о их махинациях, но мне никто не поверит. Вот меня и «съели».

— А давайте я Вам помогу. Пойдёмте отсюда. Вы хорошо знаете юриспруденцию и машинопись?

— Да никто никогда не жаловался.

— А не хотите пойти работать по своему же профилю ко мне в прокуратуру? И давайте познакомимся, Вас как зовут?

— Валентина Ивановна, а Вы не врёте? Такой молодой и уже секретарь нужен? Вы кто?

— А давайте проедем ко мне на работу и Вы всё увидите.

— А мне терять нечего. Поехали. Я пошёл за угол где оставил свою «семёрку» и мы поехали в прокуратуру.

Подъехав к зданию краевой прокуратуры, я машину поставил далеко от входа и мы пошли на проходную. Я не стал разгримироваться и так и зашёл в здание. На проходной на меня посмотрели искоса, видать не узнали и ничего не сказали и я ушёл на второй этаж к себе в кабинет. Зайдя в приёмную я направился к своему кабинету. Секретарь пила чай и только и сказала что прокурора нет, а я просто открыл двери ключом и зашёл. Секретарь что — то проворчала, но я успел пропустить женщину и зайти сам и закрыл двери изнутри. Женщина смотрела на все мои действия с удивлением но молчала. Я подошёл к столу отклеил усы и снял затемнённые очки и спортивную шапочку с бомжеватой курткой, зашёл в подсобную комнату отдыха и одел форму и вышел. Женщина, ахнула, а в это время кто — то начал ломиться в двери. Я открыл двери. Там стоял охранник с проходной и секретарша. Увидев меня они малость опешили, а я вызвал кадровика и сказал:

— Секретарь сегодняшнего дня уволена за не выполнение своих обязанностей, приведших к свободному проходу в кабинет прокурора посторонних лиц. По поводу милиционера — охранника свяжитесь с его начальством и пусть его заменят. И объясните им, что на проходной должен быть порядок, а то ходит не известно кто по зданию прокуратуры. Так и сожгут когда ни будь. И вот ещё что — примите эту женщину на работу вместо уволенной секретарши. Объясните круг обязанностей, график работы. Вам всё ясно?

— Всё ясно.

— А Вы Валентина Ивановна после кадров зайдите ко мне, а пока все свободны.

После этих слов я созвонился с тестем и спросил:

— Ну как устроились на новом месте?

— Да фактически я уже приступил. Звание сказали через месяц придёт.

— Ну вот и хорошо, а сейчас я попрошу направить на фарм. завод опытных сотрудников БХСС. Пусть там поработают с директором и всеми остальными, а я кое какую информацию к вечеру скину. Особо внимание пусть уделят на поставки сильнодействующих и наркотических составляющих, спирта ну прочего.

— Хорошо я дам указание. Тут вопрос с жильём для меня завис. В однушку — хрущёвку хотят меня заселить. Так вот хочу я провести проверку отдела край исполкома по этой линии. Не хочу чтобы от меня исходило. Можешь дать письменное распоряжение о проверке?

— Конечно дам. И не только исполкома, а сразу и на фарм. завод и объектов общепита. Телевизор смотришь? Указание партии знаешь? Все на борьбу с хищениями и коррупцией. Вот тебе и карты в руки. Напрягай подчинённых. Только направляй проверенных. Ты своих подтяни на ключевые посты. чтобы мог им доверять и чтобы не подставили, а то тут «старшие братья» могут вмешаться. Если что звони.

После моего разговора с тестем, в дверь постучали и спросили разрешения войти. Это была новая секретарь.

Я ей сказал:

— Вот Валентина Ивановна, я сдержал слово, у Вас есть работа. Надеюсь не подведёте. У меня требования жёсткие но справедливые и я не люблю предательства. С должностным окладом ознакомлены?

— Да, конечно. Даже выше чем у меня было на фарм. заводе, а я не подведу. И спасибо Вам за всё. Я живу одна с дочерью, которая ещё в школе учится, а муж умер пять лет назад. И для меня работа единственное средство для существования.

— Ну всё идите. Принимайте своё «хозяйство» и вот ещё Вам 200 рублей поменяйте посуду— чайный сервиз купите, чайник, салфетки и прочую лабуду. Я поставлю на днях холодильник в приёмной. Закупите потом для перекуса что — нибудь. Деньги я Вам дам. Посещение моего кабинета иными лицами только с моего разрешения. Работу уборщицы тоже контролировать.

Следующую неделю я разъезжал по краю и посещал подчинённые прокуратуры. С собой взял одного помощника из не давно принятых, ещё не успевшего «войти» в старый коллектив. Ездили на служебной волге. Некоторые подразделения мне понравились, а некоторые не очень. Пришлось давать указания на приведение в соответствие. Особо уделил время на расследуемые значимые дела. Черноморское побережье это «золотой клондайк» для местных воротил. Курортный бизнес это доходный бизнес, поэтому и злоупотреблений масса. Я дал ряд поручений о проведении ряда прокурорских проверок по некоторым санаториям, домам отдыха, в том числе и ведомственным, что повлекло ряд жалоб о чём мне по телефону сообщил Генеральный прокурор. Руководители ряда министерств и ведомств жаловались на меня. На что генеральный сказал не обращать внимание. Установка Генерального секретаря есть и мы её будем выполнять. И ещё он сообщил что своё лечение, Андропов начал и ему значительно стало лучше. Вот так по тихонько я и влился в должность краевого прокурора. Дома у меня и родителей было всё нормально. Так прошёл ещё год Андропов не умер как было в его прошлой жизни. И в один прекрасный день, когда я был в кабинете мне секретарь с перепуганными глазами сообщила что на проводе Андропов. Я взял трубку и услышал:

— День добрый! Как поживаете? Наслышан Вашими успехами и рядом громких дел в курортном секторе. Я намечаю на той неделе, то есть через четыре дня прилететь к Вам, Вы меня в, аэропорту в 11 часов встретьте не хочу шумихи по моему приезду. Надо поговорить. У Вас будет укромное местечко где остановится на пару дней можно?

— Да конечно. Говорить не буду сейчас.

— Правильно. До встречи.

Глава 55. Андропов

Через четыре дня, я за рулём служебной Волги встретил Андропова в аэропорту Краснодара. В сопровождение на отдельной машине я взял тестя с двумя экипажами ГАИ. Отдельно в машине ехали два охранника Андропова. Машину обеспечил тесть. И вот таким кортежем мы поехали в Кабардинку. Охрану оставили в Новороссийске, а я с тестем и Андроповым на личной машине тестя инкогнито поехали в Кабардинку.

В Кабардинке мы сначала поужинали, а потом я с Андроповым остался один на один и сказал своим родным в мою половину дома не входить, пока мы сами не выйдем.

Как я не хотел быть реформатором и менять что — либо в истории прошлого, но видно без этого не обойтись. Вон, Андропов, живой ещё пока и выглядит нормально. Придётся делиться секретами из моего прошлого не раскрывая самой сути кто я и каким ветром меня занесло из будущего. Просто сослаться на свой дар предвидения, полученного в Афганистане от статуй богов. Это пожалуй можно открыть. Место этой пещеры наверняка не найдут. Да и за рубежом это будет накладно. Да и стоит ли. Желающих будет сильно много. Вот об этом я и поведал Андропову. Я якобы предвижу развитие истории будущих лет до десяти лет, не более. И всё так в туманном образе поведал. И сказал свои видения истории, если принять меры чтобы СССР не распался. Из личностных персонажей наверху власти обратил внимание на достойных и не достойных и высказал своё мнение о быстрейшем прекращении военных действий в Афганистане и вывода наших войск. Рассказал о необходимости реформирования военных трибуналов и заменить их военными судами гарнизонов, с чем Андропов согласился. И с учётом усиления власти исполнительной и законодательной, уменьшения власти партийной, следовало бы ввести в СССР Президентское правление, с Президентом страны, вице президентом или вице президентами страны, с Председателем Правительства страны с подчинением ему всех министерств и ведомств.

Первоначально в переходном этапе от Генерального секретаря ЦК КПСС, Президент страны избирается Президиумом Верховного Совета допустим на 5 лет, а затем сделать должность выборной, путём проведения выборов по всей стране. Всю остальную команду назначает Президент своими Указами, в том числе вице президента и председателя правительства. Руководители партии по союзным республикам становятся или назначаются главами республик с такими же кадровыми изменениями.

Андропов задумался и ответил, что это можно попробовать, т. к. на основных ключевых постах исполнительной и законодательной власти по всем союзным республикам, краям, областям уже расставлены люди его круга. Затем Андропов спросил:

— А сам то, чем дальше планируешь заниматься? Так и будешь сидеть в кресле краевого прокурора? Ты мне нужен в Москве. С твоим, аналитическим умом и данным даром смотреть на десять лет вперёд мы сможем горы свернуть. Вытащить страну из ямы застоя, навести в ней порядок.

— Ну и кем же Вы меня видите? В какой должности?

— Ну это ты сам предложи. Тебе виднее что ты можешь и как сможешь работать и помочь.

— Я не хочу лезть ни в какие ведомства и их возглавлять. Если быть Вашим помощником то вижу один выход — создать структуру которую назвать, администрация Президента и вот в этой структуре занять место руководителя, то тогда можно попробовать.

— Ну что же, ты меня убедил. Сегодня у тебя отдохнём. Говорят у тебя банька хорошая.

— Всё то Вы про меня знаете.

— Работа такая, всё знать. Иначе грош мне цена. Я завтра улечу в Москву, а ты через недельку получишь мой указ и новое назначение пока на должность моего помощника. И вот тогда мы вместе будем с моей командой проводить все реформы по президентскому правлению и всего остального.

Мы посидели потом втроём — я, тесть и Андропов, попарились в баньке и на следующее утро мы выехали обратно в Краснодар.

Глава 56. Заключительная и короткая

Через неделю, как и обещал Андропов, пришёл Указ о моём награждении «За труды» Золотой Звездой «Герой Социалистического труда», присвоением очередного генеральского звания и Приказ от переводе меня в Москву на ничего никому говорящую должность помощника Генерального Секретаря ЦК КПСС. Только близкому кругу было известно, что это за должность сейчас и в какую должность она в скором времени превратится.

Через месяц Андропов пригласил на свою загородную дачу особо доверенных лиц, их собралось с десяток и поставил озвученные ранее мной задачи по реформированию руководства нашей страны с введением Президентского правления.

Все присутствующие были спокойны. Очевидно с каждым у Андропова были отдельные разговоры. Главное — все руководители силовых ведомств были людьми Андропова как в Москве, так и по всей стране с учётом всех союзных республик. Были рассмотрены кандидатуры на пост Вице — президента, Председателя Правительства из присутствующих здесь лиц. Мою кандидатуру Андропов предложил на пост руководителя, администрации Президента. Решение об установлении в стране Президентского правления решили объявить на очередном Пленуме ЦК КПСС, которое должно состояться через три дня. Час «Ч» принят.

Вот так закончилась моя комсомольская молодость из возраста которого я ещё не вышел. Как дальше будет развиваться страна, будет зависеть только от нас и нашей команды. Главное, что приняты все возможные меры для предотвращения распада СССР и то, что со мной рядом все мои родные и близкие люди, и верные друзья, и соратники.

Конец книги


home | my bookshelf | | Комсомолец поневоле |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 4
Средний рейтинг 3.3 из 5



Оцените эту книгу