home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



События в Мальмеди

Во время наступления в Арденнах головные части боевой группы Пайпера расстреляли колонну грузовиков на перекрестке к югу от Мальмеди. Позднее было установлено, что это были наблюдатели, не имевшие опыта боевых действий. Уцелевшие солдаты сдались в плен, и передовые части продолжили наступление. Пленным жестами приказали отправляться в тыл и оставили их на произвол судьбы. Из-за сложного характера окружавшей местности установить радиосвязь с основными силами боевой группы, следовавшими позади, не удалось. Основные силы, заметив колонну грузовиков, вновь открыли огонь, что привело, к сожалению, к потерям.

Этот случай, вкратце описанный здесь и практически неизбежный в условиях мобильной войны, привел к выдвижению обвинений в убийстве против семидесяти четырех военнослужащих дивизии «Лейбштандарт Адольф Гитлер» на различных уровнях, от командующего сухопутными войсками и командира дивизии до заряжающего. В тюрьме Швебиш-Халле обвиняемые были подвергнуты бесчеловечно жестоким допросам. Американские следователи выбивали показания под психологическим давлением, продолжавшимся несколько недель, используя при этом такие приемы, как инсценировка судебных заседаний и даже инсценировка казни. Во время самого процесса свобода действий защиты была существенно ограничена, В результате было вынесено сорок три смертных приговора, и тридцать один человек был осужден на различные сроки в тюрьме. После того как информация об этом стала достоянием общественности, ход этого расследования и, в частности, методы допросов, применявшиеся в Швебиш-Халле, стали предметом изучения трех американских комиссий. Наконец, во многом благодаря необычайным усилиям со стороны полковника Эверетта, руководившего защитой подсудимых, приговоры суда были изменены, и через десять лет тюремные стены покинул последний из осужденных солдат.

Танк ПВО под командованием Карла Вортманна входил в состав боевой группы Пайпера и пережил внезапную атаку. Его экипаж пережил окружение под Лa-Глезом и после прорыва форсированным маршем через Арденны вышел в район сосредоточения недалеко от Сен-Вита. Вот его рассказ об этом сражении:

«15 декабря 1944 года, во второй половине дня, когда танковые части «Лейбштандарта» расположились лагерем у линии фронта в лесах у Хальшлага и Лосхайма, командирам частей сообщили о намеченном плане наступления. До этого времени передвижения войск производились очень тихо и только по ночам, а дата начала наступления держалась в строжайшей тайне. В тот же день информацию получили только солдаты головных частей. Остальные узнали о наступлении только через несколько дней. Главнокомандующий войсками Западного фронта генерал-фельдмаршал фон Рундштедт отдал войскам такой приказ:

«Солдаты Западного фронта! Настал ваш звездный час! Сегодня мощные ударные армии выстроены против англоамериканского фронта. Вам больше ничего и не нужно говорить. Вы и сами чувствуете: это решающая битва! Так несите же в себе стойкую готовность отдать все свои силы и совершить непосильное для человека ради нашей родины и нашего фюрера!»

1-я танковая дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» вместе с 12-й танковой дивизией СС «Гитлерюгенд», 12-й и 277-й пехотными дивизиями и 3-й парашютно-десантной дивизией входила в состав I танкового корпуса СС, которым командовал группенфюрер СС и генерал-лейтенант войск СС Герман Присс. Вместе с еще двумя корпусами этот корпус образовывал 6-ю танковую армию СС, подчиненную оберстгруппенфюреру СС и генерал-полковнику войск СС Зеппу Дитриху. Темнота, туман и легкий снегопад — таким было раннее утро 16 декабря 1944 года. В 5.30 утра от огня немецкой артиллерии содрогнулась земля от Моншау до Эхтернау, и весь Западный фронт пробудился. Тысячи и тысячи солдат с обеих сторон наблюдали за этим мрачным фейерверком. Западные Союзники уже давно считали, что военная мощь Германии сломлена. Обрушившийся на них сосредоточенный, непрерывный огонь тяжелых орудий должен был изменить это мнение. Западный фронт получил сигнал: пришло время наступления! Конечно же, среди немецких солдат лишь немногие не считали это наступление последним крупным сражением Второй мировой войны. Это была последняя попытка, последнее усилие, последняя авантюра немецкого командования, которая повлекла за собой невероятные потери людских и материальных ресурсов.

Боевая группа Пайпера, в состав которой входила рота танков ПВО под командованием оберштурмфюрера Феглера, шла на острие атаки танкового корпуса СС. Вот как описываются действия боевой группы:

«Восемь танков роты ПВО составляли часть боевой группы Пайпера, созданной специально для этой операции. 6-я танковая армия располагалась на правом фланге группы армий «Б» на участке от Моншау до Лосхаймерграбена. 7-я армия составляла левый фланг группы армий, а 5-я танковая армия — ее центр. План наступления имел далеко идущие цели и предусматривал уничтожение противника к северу от линии Бастонь — Брюссель — Антверпен. Прорыв фронта противника предполагалось осуществить в подходящих для этого местах. Основной целью 6-й танковой армии на первом этапе наступления был выход к мостам через Маас в районе Льежа и их захват. Одновременно на севере предполагалось занять прочную оборону. Дальнейшими целями на втором этапе операции были Альберт-канал и район севернее Антверпена.

Все понимали, что такие задачи требуют слишком большого напряжения сил армии и могут быть успешно выполнены только в том случае, если удастся использовать заложенный в плане элемент внезапности. Танковый полк вышел на исходные позиции под прикрытием темноты и был приведен в полную готовность. Длинные колонны танков и бронемашин стояли вдоль просек в лесах гор Эйфель. В голове колонны стояли четыре танка ПВО, два из которых были вооружены 37-мм пушками, а другие два — счетверенными зенитками. Остальные четыре танка ПВО находились в замыкающей трети колонны.

Постепенно рассвело. Наступил новый суровый зимний день 16 декабря 1944 года. В ходе первой атаки части 3-й парашютно-десантной дивизии вместе с пехотой 12-й фольксгренадерской дивизии заняли американскую линию обороны. Занимавшие ее части противника, включая командиров, были захвачены врасплох.

Боевая группа Пайпера представляла собой смешанный отряд из двух рот «пантер», роты танков ПВО, 3-й и 9-й танковых инженерных рот, 501-го батальона «тигров» СС, III бронетранспортерного батальона 2-го моторизованного полка СС и частей 2-го полка самоходной артиллерии СС. В рамках наступления дивизии группа должна была выйти к реке Маас не более чем через 48 часов. Там группа должна была занять плацдарм и держать открытым коридор для наступления идущих следом частей дивизии. Однако сначала боевой группе нужно было вырваться на простор, чтобы обеспечить свободу маневра. Одной из сложнейших проблем оказалась непригодность большинства дорог в этом районе для наших бронированных машин. Нередко дороги оказывались забитыми техникой, что снижало темпы продвижения. Использовать вместо шоссейных дорог грунтовые было затруднительно, так как грунт размок и превратился в грязь.

Преодолев первые препятствия, боевая группа начала движение, на большой скорости устремившись вперед. В первом же занятом противником городе, Ланцерате, группа обнаружила немецких парашютистов, ведущих уличные бои, и оказала им поддержку, пока сопротивление американцев не было сломлено. После этого боя парашютисты сели на броню танков, и группа двинулась дальше.

Некоторые танки подорвались на минах, установленных не американцами, а немецкими частями во время осеннего отступления к Западному валу.

Рано утром 17 декабря перед боевой группой расстилалась заснеженная местность. Экипажи провели всю ночь втанках и бронемашинах. На просеке, ведущей от Ланцерата к железнодорожной станции, отпечатались свежие следы гусениц бронированных машин авангарда. Через несколько минут двинулись в путь и главные силы. По обе стороны от просеки были американские солдаты. Они стреляли по колонне из пулеметов и другого легкого оружия. Несколько очередей счетверенных зениток заставили их убраться поглубже в лес. Чуть большее неудобство доставляли минометные мины, рвавшиеся рядом с танками. Мелкий снег, взлетавший в воздух при каждом взрыве, на несколько секунд закрывал обзор. Со стороны железнодорожной станции интенсивный огонь вела противотанковая артиллерия противника. Головные танки подавили ее.

Пройдя несколько километров без малейшего сопротивления, мы вышли к деревне Хонсфельд. На узких улочках нам пришлось сбавить скорость. У въезда в деревню длинная колонна разделилась, планируя соединиться позднее. Четыре головных танка ПВО двигались на острие группы и первыми двинулись по главной улице. Из-за крутого поворота пришлось еще больше сбавить скорость. Два дома, стоявшие под углом друг к другу и чуть выдававшиеся вперед, почти полностью закрывали обзор. Вдруг — вспышка! Громкий удар! Первый танк ПВО получил попадание. Он проехал еще несколько метров и остановился. В тот же миг раздался второй выстрел, и второй танк ПВО получил попадание. Он тоже остановился через несколько метров. Путь для следовавших за ними машин был заблокирован. Командир третьей машины, унтершарфюрер Карл Вортманн, увидел вспышку следующего выстрела совсем недалеко от своего танка. Он попытался подобраться к двум подбитым машинам, стреляя на ходу из счетверенного орудия в направлении вражеской пушки. Огонь прекратился. Колонна возобновила движение.

В центре деревни разгорелась ожесточенная схватка. С крыш и верхних этажей домов американцы вели огонь по бронетранспортерам 3-й инженерной роты, имевшим открытый верх. Ответный огонь быстро перешел в ближний бой за каждый дом. Захваченные врасплох американцы пытались воспользоваться любым укрытием. Они прятались в конюшнях, амбарах, подвалах, комнатах домов. Применение двух счетверенных зениток дало желаемый эффект. С развернутыми белыми простынями и поднятыми вверх руками американцы выходили из домов и укрытий и сдавались в плен. Обе стороны понесли значительные потери убитыми и ранеными.

Только после окончания боя экипажи двух сохранивших подвижность танков ПВО получили возможность побеспокоиться о судьбе товарищей из двух подбитых машин. Не было ясно, какие повреждения нанесли эти два попадания, и есть ли среди экипажей убитые и раненые. В первой машине помимо экипажа находился командир роты оберштурмфюрер Феглер, а во второй — заместитель командира 1-го взвода гауптшарфюрер Шредер. Оба они, равно как и два экипажа, не смогли принять участия в дальнейшем наступлении.

Оказалось, что американское орудие подбито оба танка с дистанции около 50 м. Вражеская пушка все еще стояла на месте, брошенная расчетом. Только ее ствол слегка высовывался из-за живой изгороди, неподвижно глядя в сторону поворота. Ствол орудия был почти неподвижен по горизонтали, и расчет пушки обслуживал ее прямо в прихожей дома. Попав под огонь счетверенной зенитки, все четыре артиллериста укрылись в подвале дома вместе с другими американцами. Дом оказался битком набит американскими солдатами. Многие из них пытались бежать через окна в задней части дома.

Наступление продолжилось в направлении на Бюллинген. На выезде из Хонсфельда возникла еще одна непредвиденная задержка. У старых могил на кладбище было замечено какое-то движение. Американцы? Нет! Подошли пятнадцать-восемнадцать человек в американской форме. Они касались руками груди и касок. При инструктаже перед атакой немецким солдатам сообщили, что группы или отдельные люди в американской форме, подающие сигнал таким жестом, являются участниками операции «Гриф». Все члены этого элитного немецкого подразделения знали американские обычаи, бегло говорили по-английски и были оснащены американским оружием, снаряжением и техникой. Они входили в состав 150-й танковой бригады оберштурмбаннфюрера Скорцени.

Встретившаяся нам группа сообщила, что они целую ночь прятались среди могил. Они отправились на наших танках в Бюллинген, где авангард и вторая часть колонны встретили ожесточенное сопротивление противника. Перед этим был захвачен небольшой полевой аэродром с несколькими легкими самолетами. После окончания боя группа смогла заправиться трофейным бензином и принять трофейный запас продовольствия. Американские пленные были доставлены на сборный пункт. Боевая группа Пайпера продолжала двигаться к цели.

Выполнить поставленные задачи в срок, установленный планом операции, было невозможно. Не были должным образом учтены бои, плохое состояние дорог и перерасход горючего из-за вынужденных объездов вокруг городов. Так, на выезде из Бюллингена группа встретила упорное сопротивление противника и снова вынуждена была двигаться обходным путем. Состояние улиц и грунтовых дорог в небольших деревеньках Шопен, Тиримон и Онденваль не благоприятствовало движению тяжелых танков, что привело к большим потерям времени.

Около полудня головные танки заметили на перекрестке длинную колонну американских машин, двигавшуюся из Мальмеди в направлении Энгельсдорфа. Несколько танков с расстояния около 400 метров открыли огонь. Снаряды должны были только напугать противника, а не попасть по машинам. Это вполне могла оказаться колонна бензовозов, которая стала бы желанной добычей. Большинство снарядов пролетели над машинами и разорвались в поле или на опушке леса, к которому и бросились многие американцы, побросав машины и стремясь укрыться среди деревьев.

Боевая группа подъехала к перекрестку и повернула в сторону Энгельскирхена. Часть американских грузовиков скатилась в кювет или уткнулась в деревья вдоль дороги. Дверцы машин были распахнуты, и большинство американских солдат были взяты в плен. Как с самого начала говорилось в приказах, танковая группа не должна была нигде останавливаться, чтобы как можно быстрее выполнить поставленную задачу. Очистка городов и сбор пленных были предоставлены следовавшим за танками пехотным частям. Поэтому после того, как танки двинулись вперед, пленные остались фактически без охраны. Однако из-за плохого состояния дорог и царившей на них неразберихи пехотные части не могли поспеть за танками. Часть пленных воспользовалась этим. Они снова взялись за оружие, когда подошли следующие немецкие части. Так вновь начался бой.

Лишь немногим американцам удалось вернуться к своим частям в Мальмеди, где они сообщили о событиях на перекрестке у Бонье. Армейская радиостанция «Кале» сделала из этого новость дня и распространила ложную информацию, будто войска дивизии «Лейбштандарт Адольф Гитлер» расстреляли американских солдат, готовившихся или уже успевших сдаться в плен в районе Мальмеди. Когда оберстгруппенфюрер Зепп Дитрих услышал об этом в новостях вражеской радиостанции, вещавшей на немецком языке, он тут же приказал расследовать произошедшие события.

Все выводы, полученные им, несомненно подтверждали, что речь шла о боевом столкновении, и никакой речи не могло идти о расстрелах.

Наступление боевой группы продолжалось в направлении на Энгельсдорф, где в большой гостинице располагался штаб противника. Американцы были настолько поражены внезапным появлением немецких танков, что побросали все. Некоторые из них, выскакивая из гостиницы через черный ход, второпях даже позабыли натянуть куртки. Они не успели далеко уйти. Попав в плен, они продолжили путь на собственных машинах вместе с наступавшими войсками.

Один из головных танков был подбит поврежденным «шерманом», незаметно стоявшим в стороне от дороги у въезда в город, где извилистая дорога шла под гору. В Энгельсдорфе снова произошла нежелательная задержка, когда головные машины встретили упорное сопротивление и вынуждены были двигаться в обход. Способствовали задержке и совершенно непроходимые дороги. Единственный остававшийся путь для продолжения наступления лежал через узкую долину реки Амель.

К мосту через реку у Ставело мы вышли вечером 18 декабря. Вопрос был в том, выдержит ли старый каменный мост вес танков. После нескольких часов боя за этот мост танки осторожно въехали по нему в город. На узких улочках возникали опасные ситуации, и завязался ожесточенный ближний бой. Основной задачей было открыть дорогу на Труа-Пон — следующий город на пути наступления. Разведывательный батальон «Лейбштандарта», следовавший на некотором расстоянии за группой Пайпера, обнаружил, что мост вновь занят противником. Пришлось отбивать его снова. Этот мост и город оставались препятствием для шедших сзади частей, включая и остальные четыре танка ПВО нашей роты.

Около полудня боевая группа Пайпера вышла к Труа-Пон, красивому городку, получившему свое название из-за трех имевшихся в нем мостов.[9] За железнодорожным виадуком стояло хорошо замаскированное американское противотанковое орудие, подбившее несколько танков в голове колонны. В тот самый миг, когда орудие было уничтожено, отважные американские саперы подорвали мосты через Амель (Амблев) и Сальм. Теперь путь к Маасу был блокирован. Быстро приняв решение, оберстштурмбаннфюрер Пайпер снова направил группу в обход через Ла-Глез. Некоторое время боев не было. Однако когда боевая группа наступала в сторону Вербомона, недалеко от маленькой деревеньки Шене она была впервые атакована авиацией противника».


Удар «Боевой группы Пайпера» в направлении переправ через Маас | Танковые сражения войск СС | Два танка ПВО спасают боевую группу от больших потерь