home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



День рождения

- Пойдешь сегодня? – спросил бармен огромного сталкера, наливая кофе в пивную кружку, стоящую перед ним.

- Конечно. – ответил тот, угрюмо глядя на струю из кофейника. – Вот выпью эту гадость и вперед.

- Скоро Выброс. Успеешь? – бармен достал сахарницу, придвинул ее к сталкеру.

- Успею. Ты ведь достал? – сталкер одним глотком отхлебнул полкружки, не обратив внимания на сахарницу.

- Напомни мне, Гриша, когда я что-то не доставал? – потянувшись под стойку, бармен достал красивую коробку дорогих шоколадных конфет. – Свежие и, говорят, очень вкусные. Вчера военные на Кордоне сменялись, так я прапора одного попросил с новой сменой из города прислать. Только аккуратней, а то руки у тебя, как лапы медвежьи. Не зря свое погоняло носишь.

Бармен попал в точку. Сидевший перед стойкой сталкер Медведь отличался поистине страшной силой. Рассказывали случай, когда он в одиночку справился с тремя спецназовцами врукопашную. Те забрели в бар и, подвыпив, начали задирать сталкеров. Медведь тогда постукал их друг об друга головами и, подняв над землей за шкирку, выбросил на улицу. Что удивительно – военные никому не пожаловались и никаких последствий эта ситуация не имела. Видимо, прониклись уважением.

- Не бойся, Толик, уж ее-то я не помну. – Медведь аккуратно сгреб со стола коробку и положил ее на колени. Разгладил полиэтиленовую пленку. – Красивая. Как думаешь – понравится?

- Чего ж не понравится? Хорошие конфеты, фирма! – Толик-бармен обиженно насупился.

- Ну не обижайся. Запиши на мой счет. Со следующей ходки заплачу.

- Мастер ты, Гриша, гадости людям говорить. Минуты не прошло, а ты мне два раза нахамил. Ты что же это, решил, что я с тебя за них еще и деньги возьму? Эх ты! А еще друг называется. Что ж я, сухарь безчувственный?! К такому делу хорошему руку прикладываю, так ты ее деньгами своими радиоактивными замарать хочешь. Тьфу на тебя, балбес! – похоже, бармен решил обидеться всерьез. Но Медведь слишком хорошо его знал – Толик легко обижался и так же легко прощал. Однако касалось это только своих. Тех, кого он знал давно и кому доверял безоговорочно. Медведь был одним из этих немногих людей. Поэтому уже через минуту бармен, как ни в чем не бывало, налил Медведю вторую кружку кофе и спросил:

- Больше брать ничего не будешь?

- Зачем? Нет, ну «калаш» возьму, конечно, и магазинов штуки четыре. А больше ни к чему. Недалеко же.

- Тебе виднее.

Медведь быстро выпил кофе и поднялся.

- Пора. Пока совсем не стемнело. А то в темноте через Периметр сложно.

- Удачи! Коробку не помни, слышишь?

- Не волнуйся. Пока!

Медведь двинулся к выходу, на ходу закинув за плечо автомат и аккуратно придерживая конфеты. В дверях он столкнулся с Пузырем, молодым сталкером. Пузырь потеснился и пропустил Медведя. Увидев в его руке коробку, он сделал удивленные глаза, но, помня сталкерское правило не лезть в чужие дела, промолчал. Медведь вышел на улицу, а Пузырь подошел к стойке и, посмеиваясь, обратился к бармену:

- Слышь, Скряба, куда это он? С конфетами. Бабу что ль подцепил? А автомат тогда на кой?

- Не твое дело, щенок! – неожиданно злым голосом процедил бармен. – Брать будешь чего? Нет? Ну и чапай отсюда.

Обескураженный Пузырь отошел за ближайший столик и сел, видимо дожидаясь товарищей. Скряба тихо вздохнул и начал уныло протирать стаканы.

Темнело. Быстрым шагом Медведь шагал в сторону Периметра – высокого проволочного заграждения, окружавшего всю Зону. Спокойно подойдя вплотную к проволоке, он бросил на рядки заранее подготовленный небольшой металлический пруток. Тот, звякнув о проволоку, отскочил. Медведь удовлетворенно хмыкнул.

После Второго Взрыва по Периметру пустили ток, создали пятиметровую контрольно-следовую полосу и через каждые три километра поставили блокпосты. Проникнуть в Зону можно только по спецпропускам, которые выдаются военным, ученым и некоторым иностранным исследователям. Все остальные передвижения «туда» и «оттуда» наказываются огнем без предупреждения. Но охотников за артефактами это никак не останавливает. Каждый имеет свои способы проникновения в Зону и редко ими делится. Медведю и многим другим сталкерам было бы очень несладко, если бы Скряба не был таким предприимчивым. Он трезво рассудил, что если сталкеров будут валить почти при каждом переходе Периметра, то бар останется без клиентуры, а он без артефактов и, как следствие, без денег. Поэтому он отстегивал военным ближайшего блокпоста некую четырехзначную сумму в твердой валюте, чтобы в определенные часы они отключали ток на своем участке и немного ослабляли бдительность. Этим оправдывались высокие цены на снаряжение и прочие услуги, но оно того стоило.

Аккуратно приподняв нижний ряд проволоки, Медведь лег спиной на землю и осторожно, стараясь не зацепиться, прополз за ограду. Все, осталось немного. Контрольно-следовую полосу пришлось злостно растоптать. Ничего страшного – за все заплачено. Следующий же патруль наведет на ней полное благолепие. Пригибаясь насколько возможно, Медведь короткими перебежками добрался до ближайших деревьев и затаился. Поправил съехавший с плеча автомат и вытер песок с коробки конфет. Проверил - не помялась. Вот и ладно. Он включил КПК – на электронной карте тропа через перелесок была отмечена синими точками. Выпрямившись во весь рост, Медведь уверенно пошел вглубь Зоны. Через несколько минут перелесок остался позади и перед сталкером предстал унылый серый пейзаж Зоны Отчуждения. Теперь следовало быть начеку. Здесь хоть и окраина, но случайности бывают разные. Во всяком случае, слепые псы здесь появляются довольно часто, а встреча с ними хоть и не очень опасна, но все равно нежелательна.

Начал моросить дождь. Ничего удивительного, в Зоне дождь идет практически всегда. Будто солнце отвернулась от этого зараженного пятна на теле Земли. Накинув капюшон, Медведь снял с плеча автомат и поставил предохранитель на одиночный огонь. Осмотревшись вокруг и не увидев ничего подозрительного, он двинулся вперед.

До нужного ему места было около километра и, не теряя контроль над окружающим миром, сталкер погрузился в раздумья…

* * *

Они были знакомы с самого детства. Один город, одна улица. Один детдом…

Тогда еще не было сталкера Медведя и бармена Скрябы. Были Гришка Коробов, его младший брат Антон и Толик Сипухин – неразлучная компания. Постоянно соперничавшие и всегда готовые прийти друг другу на выручку. Родители Толика были запойными алкоголиками, за что государство лишило их родительских прав, а самого Толика определило в детдом. У братьев все было гораздо трагичней – их родители не вернулись из летнего отпуска на Черном море. Поезд «Сочи-Москва» столкнулся с товарным составом. Они погибли на койках купе, даже не проснувшись, оставив двух сирот – тринадцатилетнего Гришку и восьмилетнего Антона. Сначала оба жили у бабушки Наташи – матери отца. Но хулиганистый Гришка доставлял много хлопот, да к тому же подбивал к своим проказам тихого Антона. В конце концов, бабушка отдала братьев в детдом. Не потому что не любила – вовсе наоборот. Но безконечные жалобы соседей по поселку и регулярные вызовы в школу сильно утомляли ее. Бабушка поняла, что не справляется с внуками, и решила доверить их воспитание Родине.

Когда Гришка и Толик окончили в детском доме среднюю школу, они расстались. Толик подался в малый бизнес, уйдя от воинской обязанности по сильному плоскостопию. А Гришка, уже тогда выделявшийся среди сверстников своей силой, решил пойти в военное училище. Но, видимо не судьба была ему стать бравым офицером Российской армии. За регулярные самовольные отлучки к брату в детдом он через год был отчислен и переведен на срочную службу. Антон еще заканчивал школу, а Гриша уже демобилизовался в звании младшего сержанта военной разведки и вернулся в родной поселок, к бабушке. После окончания школы Антон поступил в инженерно-строительный институт и перетянул в город старшего брата. Григорий устроился слесарем на машиностроительный завод. Каждые выходные братья брали с собой пакет «городских» сластей и ехали навестить бабушку. Так прошло 7 лет…

А потом произошел Второй Взрыв на ЧАЭС и началось движение сталкеров.

Братья сидели на кухне в квартире, которую получил Антон – красно-дипломный выпускник, инженер серьезного градостроительного предприятия. Пили водку и спорили:

- Гриня, ты с ума сошел! Кой черт тебя туда тянет, ума не приложу!

- Да потому что надоело, Тоша, понимаешь? Не могу я так больше. С утра на работу, вечером домой и так каждый день из года в год. От зарплаты до зарплаты на чужого дядю горбатиться. Не мое это, как ты не поймешь! Ну не работяга я по жизни. Мне адреналин нужен. А тут, кроме как за тараканами с тапком бегать, никакого развлечения. В эту халупу даже девку не привести – стыдно.

- А там тебе медом намазано!? Экстремал хренов! А если убьют или сам по дури пропадешь? Ты ведь пойми, голова садовая, ты один у меня. Бабушка если еще лет пять проживет – и то хорошо, да навряд ли проживет. Сам знаешь ее состояние. И чего я тогда делать буду? Ни семьи, ни друзей. Толик вон, помнишь, когда последний раз приходил, что сказал? Что уезжает далеко и надолго. Когда вернется – неизвестно. Теперь еще и ты собрался невесть куда. В Зону!

- Не отговаривай. Я все уже давно решил. Руки крепкие, голова ясная. Ну, то есть, к утру будет ясная. Авось не пропаду. Да и не насовсем я. Подзаработаю деньжат и обратно. Там, говорят, на квартиру можно за полгода скопить. Вот годик-полтора покантуюсь – и хорош. Обещаю!

- Говорят, что кур доят, а коровы несутся. Ты про аномалии слыхал? Про мутантов? Про радиацию? Ты ж ни одной бабе нужен не будешь, облученный и покусанный. Это ты сейчас сильный, как тяжелоатлет. А потом что будет?

- Ты, Тоша, меня раньше времени не хорони. Я еще живой и практически здоровый. Я решил. Все. Точка.

- Дурак ты, Гриня, и не лечишься. Раз решил – будь по-твоему. Отговаривать тебя всегда безполезным делом было. Как пойдешь-то?

- Я с толковыми ребятами познакомился. Опытные сталкеры, приехали родных повидать. Обещали вывести на Кордон, там есть бар для своих. Для сталкеров. Бармен скупает то, что приносят из Зоны. Ну, артефакты, то есть. Говорят, что жадный до ужаса. Скрябой зовут. Ну, я думаю, столкуемся, как-нибудь. Я тут поднакопил кой-чего – на первое время хватит. А потом Зона прокормит.

- Смотри там, аккуратнее. Когда уходишь?

- Завтра утром. – Гриша разлил водку по стопкам. – Давай выпьем, брат. Будем здоровы!

Братья чокнулись и выпили. Антон потянулся к пельменям в тарелке. Гриша вздохнул:

- Пойду я, Тоша, спать. Завтра великий день, а еще протрезветь нужно.

- Двигай. Сегодня твоя очередь на раскладушке спать, но ложись на диван. Когда еще доведется нормально поваляться. Отдыхай. Только меня разбуди перед уходом.

- Угу. Спокойной ночи, брат.

- Спокойной ночи. – Антон секунду помолчал и совсем тихо, что бы не услышал Гриша, добавил. - Сталкер.

Он подпер рукой голову и просидел перед полупустой бутылкой до самого рассвета, так и не допив ее. От тяжелых мыслей он очнулся тогда, когда в коридор вывалился слегка помятый Гриша с армейским вещмешком и в своем старом камуфляже.

- Уже?

- Да, Тоша. Пора.

- Что бабушке сказать?

- Скажи, что в Москву направили, на повышение квалификации. И поцелуй за меня.

- Хорошо. Удачи тебе, брат!

- Не скучайте тут. Я вернусь. Я обязательно вернусь!

- Береги себя, сталкер.

Братья крепко обнялись. Гриша захлопнул за собой входную дверь. Антон постоял и, понуро стукнув кулаком по стене прихожей, пошел собираться на работу.

Когда Григорий впервые вошел в дверь бара на Кордоне, то сразу приковал к себе взгляды отдыхающих сталкеров. Отовсюду послышались приглушенные возгласы:

- Вот это да!

- Сила!

- Гигант!

- Медведь!

- Точно, парни! Медведь!

- Медведь и есть!

С интересом оглядывая бар и его посетителей, Григорий подошел к стойке.

- Где Скряба? – обратился он к сидящему у стойки сталкеру.

- Сейчас вернется. На кухню за шашлыком пошел. А ты к нему за снарягой? Новенький?

- Угу. Вот только не знаю, что получится. Он, говорят, жадный у вас очень?

- Это есть. Его потому Скрябой и кличут – все подскребает, до последней крошки. А-а-а, вот и он идет. Ладно, Медведь, удачи в торгах.

- Меня Гришей зовут…

- Это ты, приятель, забудь. Это там тебя по имени звали. А здесь тебя парни уже обозначили. Медведь ты теперь.

Сталкер забрал свою кружку пива и отошел за ближайший свободный столик.

Из дверей кухни вышел толстый бармен.

- Толик?! – Григорий не поверил своим глазам. – Ты?!

- Гришка! Какими судьбами тебя сюда занесло? – удивление бармена было под стать Гришиному.

- Я-то на заработки пришел, а ты здесь откуда? Ты ж говорил, что уезжаешь далеко и надолго.

- Вот сюда я и поехал. Здесь для торговли самая благодать. Так ты в сталкеры податься решил?

- Решил. Принимай, вот, в гости. Поможешь нужным барахлом обзавестись?

- Конечно. Только, Гриша, чур уговор – дружба дружбой, а табачок врозь. Если парни увидят, что я тебе поблажки делаю – цены снижаю или еще чего - наезды могут начаться. И на тебя, и на меня. Я для них – Скряба. А марку нужно держать. Без обид?

- Какие обиды, Толик. Все прекрасно понимаю. Это, как в армии – дед есть дед, салага есть салага.

- Ну и отлично. Давай рассчитаем, что тебе сейчас в первую очередь нужно…

…Так начинал сталкер по прозвищу Медведь.

- Медведь, тут до тебя какой-то новичок пришел. Говорит, знакомый твой. - встретил вернувшегося из рейда Медведя опытный сталкер Шахтер.

- Нет у меня знакомых среди молокососов. Покажи мне этого нахала. – Медведь был не в духе. Поход был неудачным чуть менее, чем полностью.

- Во-о-он там, за четвертым столиком слева. Его Скряба уже окучивает.

- Понял. Сейчас посмотрим, что это за знакомец.

- Только ты его это… не особо. Скрябе проблем и так хватает.

- Посмотрим… – Медведь уже направлялся к указанному столику.

Вдруг он растерянно замедлил шаг:

- Не понял. Это как понимать? Толик, может ты мне объяснишь?!

- Тихо, Гриша. Не надо трогательных сцен воссоединения семьи. Я тебя прошу – успокойся. – Скряба потихоньку отодвигался от столика, из-за которого поднимался Антон.

- Привет, Гриня. – Антон двинулся навстречу брату.

- Тоша! Ты какого черта здесь забыл? – Медведь все никак не мог поверить своим глазам.

- Того же, что и ты, брат. Того же самого. Присядем?

- Давай. А то я до сих пор глазам поверить не могу. Рассказывай. – Придвинув стул, Медведь сел напротив брата.

- А нечего рассказывать, Гриня.

- Ну как это, нечего? Как сам, как бабушка? Давно не виделись.

- Умерла бабушка. На прошлой неделе похоронили. Я письмо тебе не стал писать. Решил сам приехать и сообщить. Я же теперь вольная птица.

- Померла, значит… Эх… Не успели мы с ней повидаться… Да что уж теперь вздыхать. А насчет вольной птицы – это ты что имел в виду?

- А то, что уволили меня, Гриня. Как нагадившего щенка на мороз выкинули. Компанию продали частнику, а он на мое место сынка своего приятеля поставил. Так что, меня попросили удалиться. Помнишь, я тебе три года назад говорил – один ты у меня. Вот так-то. Больше мне пойти некуда. Примешь? – Антон смущенно прятал взгляд.

- Ну, раз такие дела у тебя – рад помочь. Будем на пару промышлять, а то никак себе напарника грамотного не подберу. А с тобой мы, я уверен, по-братски всегда общий язык найдем.

- Согласен. Только вот что, Гринь, я ведь в делах этих совсем ничего не смыслю. Ты меня чуток поднатаскай, Я быстро схватываю. Ты только поначалу многого от меня не требуй.

- Да что я, себя не помню, когда в первый раз сюда пришел. Так же, как и ты. Только постигать многое самому пришлось. Ну, а теперь и тебя научу – что здесь, да как. Нормально все будет. Прорвемся, брат! Давай, за встречу!

Братья сдвинули кружки с пивом, которые предусмотрительный Скряба уже поставил на стол.

Теперь Медведю было с кем поговорить во время долгих рейдов. Он быстро ввел Антона в курс происходящих вокруг Зоны дел. Среди сталкеров Антон получил кличку Профессор – все-таки люди с высшим образованием в Зоне большая редкость.

Антон действительно схватывал на лету. Благодаря опыту старшего брата, он уже через три месяца мог безошибочно, по шороху в кустах, определить, какой монстр в них затаился. Разбирался в аномалиях и артефактах. Но самого главного - сталкерского чутья – он так и не приобрел. Это его и подвело…

В тот вечер братья возвращались из Зоны довольные. Тяжело нагруженные рюкзаки приятно отягощали их плечи. После Выброса всегда много артефактов, главное первым выйти на охоту. До Кордона оставалось не больше километра, когда они решили сделать последний перед Периметром привал.

Выбрали место между тремя большими валунами, которые надежно защищали от пронизывающего порывистого ветра. Костер разводить не стали – незачем заморачиваться ради десяти минут отдыха. Сбросив рюкзаки, присели на лежащее между камнями гнилое бревно.

- Знаешь, чего я подумал? – задумчиво произнес Антон. – Засасывает нас Зона. Еще немного и совсем в ней растворимся.

- С чего вдруг? – удивленно посмотрел на него Медведь.

- А ты на нас со стороны посмотри. Не именно на нас с тобой, а на сталкеров. Мы даже в баре себя ведем так, будто ждем чего-то страшного. Скованные, нервные, постоянно напряженные. Любой разговор сводится к Зоне, к артефактам, аномалиям.

- Ну, пара стаканов крепкого это напряжение прекрасно снимают.

- Вот именно. Мало того, что радиацией себя гробим, так еще и алкоголем добавляем. И самое страшное то, что иначе никак…

- Не к добру ты, Тоша, эту тему поднял. Зона не любит, когда ее хаять начинают. Ох, не любит. Можешь считать меня суеверным, но лучше этот разговор продолжить в баре. Идет?

- Да ладно. Но, если тебе будет спокойней. Пойдем уже.

Поднявшись и забросив рюкзаки на плечи, братья вышли из своего каменного убежища. Глаза Антона забегали по окрестностям:

- Отлить надо, сейчас вернусь. – он направился в сторону одиноко растущего кустарника

- Стой! – Медведь догнал его и схватил за плечо. – Не ходи туда.

- Что такое? – Антон присмотрелся. – Куст, как куст. Ничего особенного.

Медведь подбросил на ладони вытащенный болт и запустил его в кустарник. Никакого эффекта.

- Вот видишь, – улыбнулся Антон – ты уже понемногу параноиком становишься, брат.

- И все равно не ходи. Я чувствую – что-то там не ладно. – Медведь крепче сжал его плечо.

- Все там нормально, ты сам видел. Не чуди.

Сбросив руку Медведя он вошел в кусты.

Раздался хлопок, и над кустами повисло облако из сорванной листвы. Через секунду оттуда раздался страшный рев.

Медведь бросился вперед с автоматом наперевес и, с замиранием сердца, оббежал куст с другой стороны. То, что он увидел, повергло его в шок – за кустом была небольшая ложбинка, на дне которой скрючилось тело того, кто несколько секунд назад был его братом…

* * *

Сверяясь по регулярно обновляемой карте аномалий в своем КПК, Медведь размеренно шел по Зоне. Пару раз ему все-таки пришлось одиночными выстрелами отгонять одиноких слепых псов. Наученные горьким опытом встреч с человеком, они, трусливо поскуливая, быстро убегали прочь. Моросящий дождь утих. Уже окончательно стемнело, когда сталкер увидел отблеск костра, разложенного среди трех больших, в человеческий рост, валунов. Рядом с костром маячила высокая фигура. Медведь сбавил шаг и, стараясь не шуметь, приблизился к камням.

Рядом с костром, на небольшом бревне, неподвижно сидел страшный сон всех сталкеров, независимо от возраста и опыта. Кровосос.

Не делая резких движений, Медведь осторожно начал обходить камни, намереваясь подобраться поближе с другой стороны. До костра оставалось всего несколько шагов. Неожиданно под ногой сталкера хрустнула ветка. Кровосос взвился, как расправленная пружина, обернулся на звук и мгновенно перешел в состояние невидимости, которое выдавало его движения только едва заметными на фоне костра колебаниями атмосферы. Вопреки всему, Медведь не потерял самообладания:

- Тоша! – громким, четко различимым шепотом произнес он. – Тоша, это я.

Кровосос появился так же внезапно, как и исчез. Медведь шагнул в освещаемый огнем круг.

- Здравствуй! – сказал он держа на вытянутой руке коробку шоколадных конфет. - С днем рождения, брат!

Ротовые щупальца кровососа раздвинулись, обнажив растянутые в подобие улыбки губы.

Они сидели рядом – огромный кровосос и широкоплечий сталкер. Плечом к плечу. Монстр и человек. Смотрели в огонь и молчали. Кровосос взял в лапу выпавшую из костра обгоревшую ветку и начертил на земле неуклюжие буквы: «Помнишь тот разговор?». Медведь кивнул:

- Помню.

Кровосос помедлил, замел слова и написал: «Ты был прав».

- В чем?

«Не к добру он был».

- Не надо об этом. Прошлого не вернуть, Тоша.

Щупальца кровососа слегка поднялись и напряженно застыли. Он чертил и заметал, потом снова чертил. Медведь внимательно смотрел:

«Каждый день я чувствую, что мне не вернуться. Вчера я убил человека. Разорвал и выпил. Это был Шпора. Помнишь его? Он хоть и был бандитом, но он человек. А я совсем потерял человеческий облик».

Кровосос застыл, повернул к сталкеру морду и посмотрел на него своими маленькими глазами. В их уголках что-то блеснуло. Он быстро отвернулся и продолжил писать:

«Кто я теперь?».

- Ты мой брат! Мне наплевать, как ты выглядишь, потому что ты мой брат!

«Я боюсь за тебя. Я и тебя убью».

Медведь обескуражено взглянул на него:

- Ты что, Тоша? Что ты такое говоришь?

Кровосос не обратил внимания на его слова:

«Не сегодня. Но это случится. Я знаю».

- Ты просто расстроен. Я не верю в это.

«Уходи».

- Ты сейчас волнуешься. Давай в следующий раз поговорим?

«Я больше не приду сюда.»

Веточка замерла, потом медленно вывела большие буквы:

«ПРОЩАЙ».

Кровосос встал. Медведь тоже поднялся. Щупальца приблизились к его лицу, скользнули по лбу, щекам, подбородку. Замерли. Из уродливой пасти кровососа натужно вырвалось:

- Б-рр-а-ат!

И снова в смотрящих на сталкера глазах что-то блеснуло. Кровосос развернулся и огромными скачками бросился в темноту.

* * *

Иногда в баре появляется огромный сталкер. Он садится в тени, за самым дальним столиком, пьет крепкий кофе, и никогда не общается с остальными посетителями. Но если кто-нибудь рассказывает о том, как ловко в прошлую ходку удалось завалить кровососа, сталкер судорожно закрывает лицо широкими ладонями.

И только предательски дрожат его могучие плечи…



По ту сторону... | Сталкер (сборник рассказов) | Ящик Пандоры