home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 24

Это был самый грандиозный магический круг, в котором я когда-либо участвовал! — воскликнул Дэмьен, когда круг был закрыт, и мы подобрали с земли затушенные свечи и пучок обгоревшей травы.

— Грандиозный в переводе означает обалденный, я правильно поняла? — спросила Шони.

— Да, моя дорогая, — вздохнул Дэмьен. — Кроме того, это слово можно использовать для выражения своего восторга перед чем-то величественным и прекрасным.

— На этот раз я готова с тобой согласиться, — кротко кивнула Шони, поразив всех нас, за исключением Эрин.

— Точно, круг был грандиозный, — подтвердила Эрин.

— Представляете, я почувствовала Землю, когда Зои ее вызвала! — воскликнула Стиви Рей. — Я словно очутилась посреди пшеничного поля! Нет, не так… Я была не просто в поле, я сама была частью поля.

— Я знаю, о чем ты говоришь, — с незнакомой серьезностью кивнула Шони. — Когда она вызвала Огонь, мне показалось, будто внутри меня вспыхнуло пламя.

Пока они радостно галдели, торопясь обменяться впечатлениями, я попыталась разобраться в своих чувствах. Я была счастлива, но в то же время потрясена и ужасно растеряна. Значит, все оказалось правдой, и я действительно обладаю властью над пятью стихиями…

Но для чего мне эта власть?

Затем, чтобы разоблачить Афродиту? (Кстати, я до сих пор не знала, как это сделать.) Нет, вряд ли. Неужели Никс дала мне такие великие силы лишь для того, чтобы я проучила заносчивую девчонку и изгнала ее из предводительниц школьного клуба?

Чушь какая-то. «Дочери Тьмы», конечно, были не совсем обычным школьным клубом, но все равно…

— Зои, ты в порядке?

Заботливый голос Дэмьена вывел меня из задумчивости, и я поняла, что сижу посреди бывшего магического круга с кошкой на коленях и машинально чешу ее под подбородком.

— Да. Извините. Я в порядке, просто немного задумалась.

— Пора возвращаться, уже поздно, — сказала Стиви Рей.

— Да, идем. — Не выпуская из рук Налу, я встала, но вдруг поняла, что не могу заставить себя идти вместе со всеми. Мои ноги словно приросли к месту.

— Зои?

Дэмьен первым заметил мои колебания и, обернувшись, остановился. Следом за ним и другие замедлили шаг и обернулись, вопросительно глядя на меня.

— Знаете что, ребята, вы идите, а я еще немного побуду здесь, ладно?

— Мы можем остаться с тобой и… — начал Дэмьен, но Стиви Рей (пусть Богиня благословит ее доброе деревенское сердечко!) перебила его:

— Зои нужно побыть одной и подумать! Представь, каково ей сейчас! Да я просто не знаю, чтобы я делала, окажись я единственной в истории недолеткой, наделенной властью над пятью элементами!

— Пожалуй, ты права, — нехотя признал Дэмьен.

— Только не забудь, что скоро рассветет, — предупредила Эрин.

Я улыбнулась.

— Не забуду. И не беспокойтесь, я скоро вернусь.

— Я сделаю тебе сэндвич и постараюсь раздобыть хоть немного чипсов, чтобы тебе было чем заедать свою любимую колу! Верховная жрица должна хорошенько подкрепиться после ритуала! — широко улыбаясь, прокричала мне Стиви Рей и бросилась вприпрыжку догонять остальных.

Вскоре все они скрылись в темноте. Тогда я вернулась к дереву, села и прислонилась спиной к стволу. Потом закрыла глаза и принялась гладить Налу. Ее урчание было земным и знакомым, оно успокаивало меня и помогало вновь обрести почву под ногами.

— Это все равно я, — шептала я своей кошке. — Вот и бабушка так сказала. Все может измениться, но настоящая Зои — та Зои, которой я была все эти шестнадцать лет, — все равно останется Зои!

Может, мне надо было повторить эти слова тысячу раз, чтобы поверить в них? Я подперла рукой щеку и, продолжая поглаживать кошку, принялась уверять себя в том, что я — это всего лишь я… все еще я… все равно я…

— «О чем она задумалась украдкой? О, быть бы на руке ее перчаткой, перчаткой на руке![18]»

Нала издала свое ворчливое «ми-ии-уф», а я вздрогнула от неожиданности.

— Я снова нашел тебя под этим деревом, — сказал Эрик и улыбнулся мне своей божественной улыбкой.

При взгляде на него у меня в животе снова запорхали бабочки, и все-таки появление Эрика меня насторожило. Почему он «снова нашел» меня? И как много успел увидеть на этот раз?

— Что ты здесь делаешь, Эрик?

— Привет, я тоже рад тебя видеть. Да, спасибо, я с удовольствием присяду, — сказал он и попытался сесть рядом со мной.

Не обращая внимания на сварливые протесты Налы, я поднялась.

— Я как раз собиралась возвращаться к себе.

— Постой, я совсем не хотел тебе мешать! Просто никак не мог сосредоточиться на домашнем задании и решил немного прогуляться, чтобы проветрить голову. Наверное, ноги сами привели меня к этому дереву, потому что я совершенно не собирался сюда идти и увидел тебя случайно. Я не преследовал тебя, честное слово.

Эрик стоял, глубоко засунув руки в карманы, и вид у него был совершенно потерянный. Да-да, очаровательный и потерянный, и я сразу вспомнила, как сильно мне хотелось сказать ему «да» и отправиться вместе смотреть дурацкие старые фильмы. А вместо этого я снова отталкивала его, заставляя выглядеть таким несчастным. Что я делаю? Похоже, от всех этих событий у меня действительно поехала крыша! Не рано ли я возомнила себя Верховной жрицей?

— Значит, ты не откажешься снова проводить меня до корпуса?

— Звучит заманчиво.

Я хотела взять Налу на руки, но она протестующе замяукала. Тогда я опустила ее на землю, и она засеменила за нами следом, а мы с Эриком, как вчера, пошли по аллее рядом.

Мы снова долго молчали. Мне ужасно хотелось расспросить его об Афродите и рассказать, что она о нем говорила, но я никак не могла придумать, как начать такой разговор. Может, я вообще не имею права лезть в его жизнь?

— Можно узнать, что ты тут делала на этот раз? — первым нарушил молчание Эрик.

— Думала, — почти правдиво ответила я. Разве я не думала? Еще как! Я думала до, думала во время и думала после ритуала, о котором совершенно не собиралась ему рассказывать.

— Вот как? Ты беспокоилась об этом Хите? Вообще-то после разговора с Неферет я ни разу не вспомнила ни о Кайле, ни о Хите, но поскольку Эрик сам напомнил о нем, мне ничего не оставалось, как пожать плечами, чтобы не вдаваться в лишние объяснения.

— Я понимаю. Наверное, очень трудно порвать с кем-то только из-за того, что тебя Пометили и ваши пути разошлись навсегда.

— Я порвала с ним совсем не из-за того, что меня Пометили! — честно сказала я. — Мы с ним уже давно расстались. Метка просто поставила в нашей истории жирную точку. — Я посмотрела на Эрика и решилась: — А как насчет вас с Афродитой? Он нахмурился.

— Ты о чем?

— Сегодня она сказала мне, что ты всегда будешь принадлежать ей и никогда не станешь ее «бывшим».

Эрик стиснул зубы, и я поняла, что он в бешенстве.

— Афродита никогда не страдала от избытка честности.

— Ты только не обижайся, я понимаю, что это совершенно не мое дело…

— Это твое дело, — торопливо перебил меня Эрик. А потом он совершенно неожиданно повернулся ко мне и взял за руку: — Я очень хочу, чтобы это было твоим делом.

— Э… — сказала я. — Ну да, конечно. Ага.

Наверное, я произвела на него неотразимое впечатление своим остроумием и находчивостью.

— Значит, ты не просто так отшила меня сегодня? Тебе, правда, нужно было подумать?

— Я не отшивала тебя. Понимаешь… — я замялась, не зная, как сказать ему о том, о чем я ни в коем случае не должна была говорить. — Просто со мной столько всего происходит, Эрик… Это Превращение не такая простая штука, как кажется.

— Потерпи, дальше будет легче, — сказал он, крепче сжимая мою руку.

— Непременно, только не мне, — пробурчала я.

Он рассмеялся и дотронулся пальцем до моей Метки.

— Ты просто очень сильно опережаешь нас всех. Сначала всегда бывает трудно, но поверь, дальше обязательно будет легче — даже для тебя.

Я тяжело вздохнула.

— Будем надеяться.

Я нисколько в это не верила.

Когда мы остановились перед крыльцом нашего корпуса, Эрик повернулся ко мне и очень серьезно сказал:

— Не верь всем этим гадостям, которые наговорила тебе Афродита. Мы с ней расстались несколько месяцев назад.

— Но ведь вы были вместе, — глухо сказала я.

Он кивнул, и его лицо приняло отрешенное выражение.

— Она не слишком хорошая, Эрик.

— Я знаю.

И тогда я вдруг поняла, что меня по-настоящему тревожило, и решилась — да будь, что будет! — выложить ему все начистоту.

— Мне не нравится, что ты мог любить кого-то злого и лживого. И из-за этого я не знаю, хочу ли быть с тобой.

Я видела, что Эрик хочет что-то сказать, но я не дала ему рта раскрыть, потому что боялась услышать оправдания, которым мне так захочется поверить.

— Спасибо, что проводил меня. Я рада, что ты снова меня нашел.

— Я тоже рад, что нашел тебя, — ответил он. — И хотел бы увидеть еще раз, и уже не случайно.

Я заколебалась. Что меня удерживало? Разве я не хотела снова увидеться с ним? Наверное, нужно просто забыть об Афродите. Может, я придаю слишком большое значение этой истории? В конце концов, Афродита редкая красотка, а Эрик всего лишь парень. Наверное, он и опомниться не успел, как угодил в ее роскошные ведьминские сети. Нет, правда, она же настоящая паучиха! Надо сказать ей спасибо, что она не откусила Эрику голову и дала нам обоим еще один шанс!

— Ладно… Может, посмотрим твои любимые фильмы в субботу? — выпалила я, испугавшись, что могу действительно все испортить и отказаться от самого классного парня в школе.

— Договорились, — ответил Эрик.

Очень медленно, чтобы я успела отстраниться, если захочу, он наклонился и поцеловал меня.

Его губы были теплыми, и пахло от него замечательно. Честно скажу, мне сразу захотелось, чтобы он поцеловал меня еще раз. Поцелуй закончился очень быстро, но Эрик не отстранился. Мы стояли совсем близко друг к другу, и я вдруг заметила, что мои руки лежат у него на груди. А он обнимал меня за плечи. Я улыбнулась.

— Здорово, что ты предложил мне еще раз, — сказала я.

— Здорово, что ты, наконец, согласилась, — прошептал он.

И тогда Эрик поцеловал меня опять, только на этот раз ни секунды не раздумывая. Поцелуй был крепким и властным, и мои руки сами взлетели ему на плечи. Я скорее почувствовала, чем услышала, как он застонал, и поцеловал меня так долго и так жарко, что внутри у меня будто что-то включилось, и горячее, сладкое, пронзительное желание молнией прожгло все мое тело.

Это было что-то безумное и ослепительное, клянусь, никогда и ничьи поцелуи не пробуждали во мне ничего подобного. Мне нравилось, как его тело прижимается ко мне — твердое — к моему мягкому; и тогда я еще сильнее прильнула к Эрику, забыв об Афродите, о магическом круге, об элементах, обо всем на свете.

Время от времени мы отрывались друг от друга, жадно глотали воздух, а потом начинали снова. А потом я словно очнулась и поняла, что липну к нему всем телом… а мы стоим прямо перед девичьим корпусом, и я веду себя, как последняя шлюха. Я вздрогнула и отстранилась.

— Что случилось? Что с тобой? — спросил Эрик, крепче прижимая меня к себе.

— Эрик, я не такая, как Афродита, — прошипела я и дернулась с такой силой, что он выпустил меня из объятий.

— Я знаю. Иначе ты бы мне так не нравилась.

— Не в этом дело! Я хочу сказать, что… не привыкла вот так стоять и… обжиматься.

— Ладно, — он протянул руку, как будто хотел привлечь меня к себе, но потом передумал, и рука его упала. — Зои, ни с кем и никогда я не испытывал того, что чувствую рядом с тобой.

Я вспыхнула до корней волос, уж не знаю, от злости или от смущения.

— Не надо играть со мной, Эрик. Я видела тебя в коридоре с Афродитой. Так что я знаю, что ты испытывал и не такое.

Он покачал головой, и я поняла, что сделала ему больно.

— Это другое… Афродита могла достучаться только до моего тела. Ты дотрагиваешься до моего сердца. Я знаю разницу, Зои, и надеюсь, ты тоже ее знаешь.

Я долго-долго смотрела на него — в его волшебные синие глаза, которые запали мне в душу с первого взгляда, с первого раза, когда я их увидела.

— Прости меня, — прошептала я. — Я плохо сказала. На самом деле я знаю разницу.

— Обещай, что не позволишь Афродите встать между нами.

— Обещаю.

Я боялась обещать, но очень-очень хотела.

— Вот и хорошо.

Нала вынырнула из темноты и начала бегать вокруг меня, ворчливо жалуясь на жизнь.

Надо впустить ее внутрь и уложить.

— Ладно, — он улыбнулся и поцеловал меня. — До субботы, Зет.

Между прочим, всю дорогу до дверей нашей комнаты у меня сладко чесались губы.


ГЛАВА 23 | Меченая | ГЛАВА 25